Page 1

Священномученик

301

Вячеслав Невьянский (Луканин) 1

3/16 àâãóñòà Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ïðåîáðàæåíñêèé ñîáîð Íåâü íñêîãî çàâîäà Åêàòåðèíáóðãñêîãî óåçäà

4 марта 1882 года, в день благоверного князя Вячеслава Чешского, в губернском городе Перми в семье Георгия Авксентьевича Луканина родился сын, которого, окрестив, назвали Вячеславом в честь святого Чешского князя. Георгий Авксентьевич (отец Георгий) долгие годы честно служил в домовой церкви Кирилла и Мефодия при Пермском Духовном училище, где он преподавал русский язык в начальных и старших классах. Вячеслав, будучи от рождения слабым ребенком, часто болел, но еще в юности сам выбрал духовную стезю и поступил в Пермское Духовное училище, где трудился его родной батюшка. Большая семья священника Георгия была малообеспеченной. Духовное училище помогало Луканиным, чем могло: Вячеславу выделяли средства и на питание, и на зимнюю одежду. От рождения Господь даровал Вячеславу очень красивый, сильный голос. Это сразу было замечено его преподавателями и воспитателями, поощрявшими и разви1

вавшими у мальчика его необычайные вокальные данные. Первым послушанием юного воспитанника стало клиросное пение в училищном храме, где его всё чаще стали назначать «старшим по хору». Учился Вячеслав с большим трудом, ежегодно пересдавая задолженности по истории, математике, физике и другим естественным наукам: он был вынужден пропускать занятия по болезни, а свободное время все чаще отдавал церковному пению. После окончания Пермского Духовного училища, будучи семнадцатилетним юношей, с хорошим голосом, он был направлен на регентские курсы, которые проводились ежегодно при Пермской епархии. По окончании этих курсов в 1889 году Вячеслав Луканин поступает на первый курс Пермской Духовной семинарии, но не может учиться из-за частых хворей, отвлекающих его от регулярного посещения учебных занятий. К концу первого курса у него накопилось много задолженностей — почти по всем предметам.

Печатается по материалам: Кротова Г. А., Печерин А. Житие священномученика Вячеслава Невьянского (Луканина), диакона Преображенского собора. Изд. 2-е , испр. и доп. Екатеринбург, 2007.


302 Любовь к церковному пению с детских лет все больше и больше захватывала сердце юноши, склоняя его к полной самоотдаче служению Господу. Зная, что Вячеслав часто болеет и не может продолжать учебу, учитывая прекрасные способности юноши и его необычайный голос, учительский совет семинарии, по окончании им первого курса, решает оставить его в штате Пермской Духовной семинарии как сотрудника, поставив его регентом училищного и семинарского хоров. В 1901 году Вячеслав Луканин был милостиво благословлен Пермским епископом Петром в архиерейский хор. Видя любовь регента Вячеслава к пению, прихожане Мотовилихинского завода просили его организовать при их Свято-Троицкой церкви народный любительский хор и быть его руководителем — регентом. Вячеслав Луканин не отказал им и с усердием принялся за это благое дело. При этом он, как и прежде, продолжал служить в Духовном училище и в семинарии, петь в архиерейском хоре. Пришедший на Пермскую епархиальную кафедру епископ Иоанн[32] поставил Вячеслава Луканина из чина певчих на должность помощника регента при архиерейском хоре и воспитателем певчих архиерейского дома. Так новым местом жительства Вячеслава стал архиерейский дом Пермского Владыки. 16 июля 1902 года епископ Иоанн определил Вячеслава на должность псаломщика при заводской церкви Святой Троицы Кизеловского завода Соликамского уезда. Сразу по приезду в Кизеловский завод, 20 июля 1902 года, Вячеслав берет под свое руководство храмовый хор. О том, как успешно справлялся Вячеслав со своими новыми обязанностями здесь, на новом месте, свидетельствуют многочисленные

Троицкая церковь Кизеловского завода, в которой совершал свое служение священномученик Вячеслав Луканин. Дореволюционный вид

Архиерейские грамоты и благодарности, получаемые им за свои труды. Здесь же, в Кизеловском заводе, в 1903 году Вячеслав (а ему был уже двадцать один год) женился на девице Марии Гордеевне Галкиной. Его супруге в то время было только пятнадцать с половиной лет, родилась она 9 апреля 1888 года. Через год у Марии и Вячеслава Луканиных родилась первая дочь Галина. В семье Луканиных родилось девять детей, трое из которых умерли в младенчестве, а последняя дочь, Людмила, родилась 31 августа 1918 года, через две недели после мученической гибели своего отца в Невьянске. Людмила Вячеславовна ныне живет с семьей в Австралии, ей восемьдесят восемь лет. 25 марта 1905 года, на праздник Благовещения, епископом Пермским Павлом Вячеслав Луканин был посвящен в стихарь.


303

Хор Свято-Троицкого храма Кизеловского завода. Священномученик Вячеслав Луканин (верхний ряд, четвертый справа)


304 Священномученик Вячеслав Луканин с детьми

В 1906 году Вячеслав становится членом православного братства Святителя Стефана Пермского. В 1910 году Соликамский уезд посетил Преосвященный епископ Палладий[57]. Он пригласил регента Свято-Троицкого храма Кизеловского завода Вячеслава Луканина с его хором принять участие в поездке епископа по Пермской епархии, ибо «луканинский» хор считался самым лучшим во всем Соликамском уезде. По завершении этой поездки Вячеслав был удостоен личной похвалы епископа

Палладия с денежной премией «за прекрасную постановку хора». 26 ноября 1912 года Пермским епископом Палладием Вячеслав Луканин был рукоположен в сан диакона. Приняв сан, отец Вячеслав не оставил управления церковным хором, а продолжал руководить им. В 1913 году отец Вячеслав получил юбилейный крест на Владимирской ленте и юбилейную медаль в память 300-летия Дома Романовых. Сохранились свидетельства, что 5 июля 1914 года диакон Вячеслав Лука-


Священномученик Вячеслав Невьянский (Луканин) нин получил письменное одобрение (за № 305) от благочинного 1-го округа Соликамского уезда «за умелую и прекрасную постановку хора». За все время служения в Кизеловском заводе отец Вячеслав многократно был удостоен личной похвалы и денежных наград за свои труды по организации деятельности хора и от главного управляющего всех имений князя С. С. Абамелек-Лазарева — господина Пепеляева. Современники называли отца Вячеслава Луканина «человеком с бархатным голосом». Прихожане Мотовилихинского завода приглашали его служить к себе, в их заводской храм, уже в сане диакона. Резолюция о перемещении уже была напечатана в «Пермских епархиальных ведомостях» за 7 февраля 1915 года, но, по неизвестной нам причине, перевод диакона отменили. Он был оставлен на прежнем месте служения. Отец Вячеслав был одним из организаторов церковно-певческих курсов в селе Усолье Соликамского уезда. Сохранились воспоминания об этих курсах: «Насколько можно судить по общим мероприятиям нашего Преосвященнейшего Владыки Андроника, направленным на удовлетворение религиозных нужд Богом вверенной ему паствы, в ряду его многочисленных архипастырских забот по управлению епархией одно из видных мест занимает попечение о постановке на должную высоту церковного пения — этой истинной красоты православного христианского богослужения, этого могучего орудия в деле поднятия религиозной настроенности населения. Ибо кому неизвестно, как удивительно и привлекательно хорошее, стройное, согласное и воодушевленное пение церковное! Кто не испытывал на себе и не наблюдал как радуются и умиляются православные люди

305

как в городах, так и в селениях, когда у них в храме заводится более или менее согласное хоровое пение! В целях образования в приходах опытного в церковно-певческом деле состава руководителей церковных хоров, псаломщиков и вообще в целях достижения возможно лучшей постановки церковного пения наш попечительный о нуждах паствы Архипастырь открыл при своем архиерейском доме специальное училище для подготовки псаломщиков, по его распоряжению все причты епархии снабжены прекрасным руководством по церковному пению — книгою „Спутник Псаломщика“. Наконец, предложением от 23 января текущего года (1915. — Сост.) он предложил духовенству епархии обсудить вопрос на благочиннических окружных съездах и провести в жизнь вопрос об устройстве по округам церковно-певческих краткосрочных курсов для диаконов и псаломщиков. Первые такие курсы устроены были, по благословению Преосвященнейшего Архипастыря, в селе Усолье Соликамского уезда для духовенства 1-го и 4-го округов этого уезда. На курсы прибыли — от духовенства 1-го округа (в округе 11 церквей) 7 диаконов и 5 псаломщиков и от духовенства 4-го округа (в округе 20 церквей) 9 диаконов и 14 псаломщиков. На курсах этих, происходивших между 19 мая и 8 июня в помещении Усольского земского училища и воочию доказавших всю целесообразность и даже необходимость устройства подобных им, проводились кроме церковного пения, коему, естественно, уделено было главное внимание (27 занятных часов в неделю), церковный устав, церковнославянский язык и церковное письмоводство. Руководителями курсов были окружные благочинные священники отец Николай Орлов и отец Василий Мельников.


306 Преподавателями были: по пению — отцы диаконы заводо-Кизеловской церкви Вячеслав Луканин и церкви села Половодова Симеон Гладких; по церковному письмоводству — отец благочинный Орлов; по церковнославянскому чтению и уставу — священник заводо-Александровской церкви отец Александр Пастухов. Внутренний распорядок жизни слушателей курсов установлен был следующий: в 6:30 часов утра молитва, после нее чай, затем с 8 часов до 1:30… дня занятия; в 2 часа обед; в 4 часа чай, с 5 до 8 часов снова занятия; в 9 часов чай (вместо ужина), а после него общая вечерняя молитва. Вечерних занятий в кануны праздников и утренних занятий в дни самих праздников на курсах не производилось, а слушателями их отправлялись в эти дни богослужения в местных церквах, причем курсисты являлись и руководителями общенародного пения. А вот какая интересная и обширная по объему программа пройдена была служителями курсов в течение трех недель. По теории пения: элементарные сведения об определении музыки и пения, о звуках вообще, о музыкальных звуках, долготе, высоте, тембре и силе, нотном стане, нотописании, ключах, интервалах, знаках изменения, гамме вообще, и в частности диатонической и хроматической, о мажорных и минорных тонах, о мелодии и транспозиции, об изменении долготы звуков и определении строя мелодии; начальные сведения о гармонии — об аккордах, двухголосной гармонии, трезвучии, обращении трезвучий, расположении голосов, задержании, подъеме, проходящих нотах, размере и ритме, об ударении и паузе, о значении точки при нотах, бревисе, репризе, знаках силы 1

звука, о синкопе, тесной и широкой гармонии, наклонении в песнопениях, ладах, давании тона хору; о тонах — основном и вводном, консонансе и диссонансе, о преподавании пения в школе и об управлении небольшим хором. По окончании занятий на курсах слушателям их произведены были поверочные испытания в области пройденных ими предметов, причем все они, благодаря своим усердным, усиленным на курсах занятиям, обнаружили вполне удовлетворительные познания. На отчете руководителей курсов о происходивших на них занятиях Его Преосвященство, Преосвященнейший Андроник положил 11 июня резолюцию следующего содержания: „Радуюсь такому усердному делу и благодарю всех потрудившихся“. Да послужит эта милостивая Архипастырская благодарность должным воздаянием похвалы Владыки, да послужат руководящим образцом при устройстве подобных курсов в других благочиннических округах нашей епархии»1. Церковно-певческие курсы прошли на высоком уровне, по окончании их отцу Вячеславу в числе других организаторов была высказана благодарность слушателей: «Диаконы и псаломщики 1-го и 4-го округов Соликамского уезда, бывшие на первых в епархии окружных псаломнических курсах в селе Усолье с 19 мая по 9 июня 1915 года, приносят искреннюю благодарность своему Архипастырю и Отцу, Его Преосвященству, Преосвященнейшему Андронику, а также отцу, заведующему курсами, благочинному 1-го округа священнику Н. Орлову, отцу благочинному 4-го округа В. Мельникову,

Воспоминания о певческих курсах // Пермские епархиальные ведомости. 1915.


Священномученик Вячеслав Невьянский (Луканин)

307

Преображенский собор Невьянского завода. Фотография начала ХХ века

отцу-лектору В. Луканину; священнику И. Любимову за сочувственное отношение к нуждам курсов». Еще два года прослужил отец Вячеслав при заводо-Кизеловской церкви, а 27 июня 1916 года его перевели на Серебрянский завод Кунгурского уезда на вакансию псаломщика. Почти сразу после перевода отец Вячеслав подает прошение перейти в заштат, и через месяц, 18 июля, его просьба была удовлетворена. Находясь за штатом из-за своих многочисленных болезней, отец Вячеслав продолжал служить и руководить детским церковным хором в серебрянском церковном детском приюте. Недолго прослужил он в серебрянской церкви. В октябре 1916 года отец Вячеслав переехал в город Шадринск, относившийся к Екатеринбургской епархии, где преподавал церковное пение в Шадринском Алексеевском реальном училище. Из города Шадринска отец Вячеслав вернулся в Пермскую епархию. 1

Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. № 4. С. 67.

20 февраля/5 марта1 1918 года он был назначен регентом в Невьянский завод Екатеринбургской епархии — место своей будущей мученической кончины. В неспокойное время началось служение отца Вячеслава на Горнозаводском Урале: шел 1918 год. В Невьянском заводе диакон Вячеслав служил в Спасо-Преображенском соборе пять с половиной месяцев. Летом 1918 года этот поселок оказался в самом эпицентре военных действий и красного террора. Вот как описывалась обстановка в Невьянском заводе того времени в газете «Зауральский край»: «…По Уралу. В Невьянске. Лицо, на днях приехавшее из Невьянска, сообщило нам некоторые интересные подробности пребывания там большевистской власти. За последние месяцы большевистский террор дошел в Невьянске до невозможных пределов. Особен-


308 ную жестокость проявлял председатель бывшего Екатеринбургского уездного совдепа, левый с.-р.1 Мухин. Расстрелы совершались не десятками, а сотнями — почти нет дома, где бы не было пострадавшего от большевиков. Между прочим была расстреляна женщина и ее шестилетняя девочка, за то, что ее муж перешел на сторону чехословаков. Рассказывают, что когда к ней явился какой-то комиссар с вопросом, где ее муж, она ответила: — Вы сами знаете, что он уехал, я не могу знать, где он находится. — Так вот чтобы ты знала, где твой муж, я тебя расстреляю, — сказал комиссар. — Так сначала убейте ее, — сказала женщина, указывая на ребенка, — а потом меня. — Комиссар так и сделал. Многие жертвы большевистского террора сбрасывались живыми в шахту, верстах в шести от Невьянска. Все, кто только мог, бежали из завода и скрывались. Между прочим, один автомобилист, скрывшийся после июньского восстания в Невьянске, просидел в стоге сена семьдесят два дня. …Все это время крестьяне приносили ему пищу, тщательно следя за тем, чтобы его не открыли красноармейцы. Другой автомобилист пролежал сорок дней в яме, выложенной слоем сена, прикрытой сверху досками с землей. И за ним так же тщательно ухаживали крестьяне, принося ему каждую ночь пищу и открывая на это время доски. Между прочим, в Невьянских лесах укрывался более двух месяцев член Учредительного собрания Кузнецов, случайно очутившийся во время июньского восстания в Невьянске. Все, что только можно было, большевики постарались увезти… Настроение 1 2

То есть эсер, социалист-революционер. В Невьянске // Зауральский край. 1918. 24 сент.

среди населения подавленное, так как оно все еще не может прийти в себя после недавних ужасов; многие до сих пор еще скрываются в лесах, многие увезены в качестве заложников»2. Город находился почти на военном положении: большевики издали приказ о том, чтобы местное население не проводило никакие «сборища» ни по каким поводам. По воспоминаниям участников событий, 6/19 августа 1918 года должен был отмечаться престольный праздник Спасо-Преображенского собора в Невьянске. За несколько дней до этого отец Вячеслав со своим хором, гостями и хористами Свято-Троицкого храма Кизеловского завода, приехавшими специально на это торжество, сидели вечером в доме и обсуждали план проведения храмовых торжеств. Был вечер. Окно в доме было плохо зашторено, и свет был чуть-чуть заметен с улицы. Был комендантский час. Заметив свет, красноармейцы ворвались в дом и арестовали всех, кто там был. На следующий день под конвоем всех их привели к Спасо-Преображенскому собору и за алтарем заставили рыть могилы. Отец Вячеслав был среди прихожан и также рыл могилу. Он с достоинством попросил красноармейцев дозволить ему помолиться перед смертью в соборе. Не услышав ответа, отец Вячеслав медленно пошел в собор, тихо читая молитву «за упокой» своей души. Войдя в храм, он видел, как красные срывают со стен иконы, бросают их на пол, при этом выламывают драгоценные оклады, круша все, что попадало им под руки. Он было вступился, но не мог быть услышан. Стоя спиной к «варварам», отец Вячеслав молился перед образами. Видя его молящимся, один из


Священномученик Вячеслав Невьянский (Луканин) красноармейцев выстрелил отцу Вячеславу прямо в спину. Этим выстрелом он и был убит наповал, убит прямо в храме, за молитвой… Его волоком вытащили из собора и бросили в могилу, вырытую его руками. В тот день были расстреляны все, кто был с ним, о чем свидетельствуют записи в метрической книге Спасо-Преображенского собора Невьянского завода за 1918 год. 3/16 августа 1918 года явилось для отца Вячеслава роковым. А накануне, 15 числа, праздновалась память перенесения мощей первомученика Стефана архидиакона. На службе звучали слова чтения из святого апостола, читал отец Вячеслав: «…И камением побиваху Стефана, молящася и глаголюща: Господи Иисусе, приими дух мой. Преклонь же колена, возопи гласом велим: Господи, не постави им греха сего. И сия рек успе»1. Для отца Вячеслава эти слова оказались пророческими. Клики, грозные клики, раздаются вокруг… пред толпой Весь истерзанный, кровью залитый, На коленях Апостол Святой. То Стефан…

Так писал о мученической кончине архидиакона Стефана будущий новомученик священник Аркадий Гаряев… …То Стефан… Но мольбы о пощаде Не услышат мучители, нет: Его взоры восторгом блистают, Шлет он смерти желанной привет. Не страшны ему камни, свободный, 1

Деян. 7, 58–60.

309

После смерти телесной, душой Он предстанет Христу, — вожделенный Он найдет там приют и покой. Что ж мученья земные? Молиться, Пока может, спешит он за тех, Палачей своих: «Отче, простится Пусть им этот кровавый их грех…»

По сохранившимся документам, отец Вячеслав вместе с прихожанами был похоронен возле алтаря правого придела Спасо-Преображенского собора. Отпевал священномученика Вячеслава вместе с остальными убиенными священник Иоанн Рыболовлев, который позднее сам будет репрессирован. Старожилы рассказывают, что в 80-е годы ХХ века при прокладке водопровода за алтарем собора сняли слой земли, где обнаружили три гроба. Потом, в 90-е годы, во время ведения работ по восстановлению собора при вскрытии земли были вновь обнаружены останки неизвестных людей. Но раскопки приостановили, а имена усопших оставались неизвестными. Место это было до времени засыпано землей в ожидании дальнейших судеб Божиих. Священномученик Вячеслав Невьянский (Луканин) был прославлен в Соборе новомученников и исповедников Российских 17 июля 2002 года от Екатеринбургской епархии. В субботу 16 августа 2003 года в Богоспасаемом городе Невьянске состоялось долгожданное событие — переосвящение восстановленного Спасо-Преображенского собора. Это торжество возглавил Его Высокопреосвященство, Высокопреосвященнейший Викентий, архиепископ Екатеринбургский и Верхотурский.


310 Освящение собора было назначено накануне праздника Преображения Господня. По Божиему Промыслу освящение собора совпало с днем мученической кончины священномученика Вячеслава Невьянского (Луканина). И храм Божий вновь был окроплен святой водой, как некогда, 85 лет назад, он был освящен кровью священномученика Вячеслава Невьянского. Когда собор был в поругании и под его крышей находился один из цехов местного завода, то работавшие там люди неоднократно слышали в «цехе» ангельское песнопение, не догадываясь притом о его происхождении. А помощь шла к нам по молитвам священномученика Вячеслава Невьянского. И вновь, после переосвящения собора, большой трудностью было создание церковного хора. С этой проблемой столкнулся отец Игорь Титов — нынешний настоятель Спасо-Преображенского собора в Невьянске. Где взять певчих для церковного хора? В Екатеринбурге с хорами большие сложности, как же быть здесь, в провинциальном уральском городке? В огромном и прекрасном соборе никак нельзя служить без хора! Как же быть и кто здесь поможет?.. Каково же было удивление отца Игоря, поселившегося в Невьянске, когда уже через Источники ГАПО. Ф. 540. Оп. 1. Д. 3. Адрес-календарь Пермской губернии на 1917 год. В Невьянске // Зауральский край. 1918. 24сент. Воспоминания о певческих курсах // Пермские епархиальные ведомости. 1915. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1905.

месяц как бы сам по себе собрался добрый хоровой коллектив, словно кто-то его берег, лелеял и собирал… Изучили житие святого новомученика и вдруг все как бы прозрели: хор-то помог собрать и поставить сам священномученик Вячеслав Невьянский! И сейчас невьянский хор живет и служит Богу. Выпускают компакт-диски со своими записями церковных песнопений. Словно это голос прежнего «луканинского» хора, который звучал когда-то в древних стенах Невьянского собора при его прежнем регенте и диаконе, а ныне священномученике Вячеславе Невьянском (Луканине). К 16 августа 2006 года двумя иконописцами — Виталием Игнатьевым и Михаилом Обориным — по найденным архивным документам и фотографиям были написаны две иконы священномученика — поясная и ростовая. Архиепископ Викентий освятил иконы и благословил ими прихожан собора, присутствовавших на прославлении новомученика. Какого молитвенника о храме, о церковном хоре и о всей нашей Уральской земле обрели мы на небесах! Святый священномучениче Вячеславе, моли Бога о нас!

Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. ヽ 4. Объявление об открытии певческо-церковных курсов // Пермские епархиальные ведомости. 1914. Пермские епархиальные ведомости. 1901, 1906. ヽ 1.


Священномученик

311

Стефан Хитров 3/16 àâãóñòà Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Áîãî âëåíñêà öåðêîâü ñåëà Êðàñíîñëîáîäñêîãî Èðáèòñêîãî óåçäà

Священномученик Стефан Хитров родился 7 апреля 1851 года в селе Гуляевском Ирбитского уезда в семье священника. По окончании первого класса Пермской Духовной семинарии он в 1869 году был определен на должность псаломщика в Димитриевскую церковь села Таушканского Камышловского уезда. 16 мая 1871 года Преосвященнейшим Вассианом[19], епископом Екатеринбургским, Стефан Григорьевич был посвящен в стихарь, а через два года переведен по прошению на служение в Богоявленскую церковь села Краснослободского Ирбитского уезда. В 1882 году 14 июля состоялось знаменательное для него событие: он был посвящен в диаконский сан Преосвященнейшим Нафанаилом[52], епископом Екатеринбургским. Незадолго до этого Стефан Григорьевич женился на девице Марии Серафимовне; у них родились двое детей — Николай и Глафира. После многих лет служения в Краснослободском селе отец Стефан был переведен с семьей в село Тропинское Шадринского уезда и назначен на псаломническое место в церковь Покрова Пресвятой Богородицы.

В 1905 году в России началась первая революция; население Урала приняло активное участие в ней. На двадцати двух уральских заводах прошли стачки: в Екатеринбурге, Алапаевске, Ирбите и других местах. В Екатеринбурге с 17 октября 1905 года приостановили работу все предприятия города. Революционные волнения затронули и Церковь, представители духовенства имели в то время самые различные, порой противоположные взгляды на события, происходившие в стране. Так, например, когда в Екатеринбурге после объявления Высочайшего манифеста прошла волна революционных выступлений и погромов, организованных учащимися, епископ Екатеринбургский Владимир[21] в своей речи осудил эти действия, использовав довольно резкие слова. Екатеринбургская же Городская дума на заседании 31 октября 1905 года постановила доложить Святейшему Синоду о таком недопустимом и опасном, с ее точки зрения, поведении Владыки. В то же время некоторые священнослужители придерживались весьма либеральных взглядов. Так, в листовках, по-


312 явившихся в 1905 году, об одном из таких священников говорилось: «Православные русские люди! <…> В Мотовилихе есть священник Баженов. Этот новоявленный Гапон тоже мастер насчет прокламаций, которыми он перемутил всю Мотовилиху. <…> Один [из] его церковны[х] певчи[х] говорил, что отец Баженов подговаривал певчих не петь многолетие Государю Императору на молебне 6 декабря. Долой забастовщиков! Долой Витте и краснофлажников! Боже, Царя храни!»1. В 1906 и 1907 годах забастовочное движение на Урале продолжалось: проходили митинги и собрания, образовались местные отделения РСДРП и профсоюзы, распространялись нелегальные социалистические газеты и листовки. Поддавшись революционной стихии, отец Стефан опубликовал в газете статью вольного содержания, направленную против церковного начальства. За это «слово свободы» он был наказан — семь лет монастырского покаяния в городе Верхотурье. После окончания срока епитимьи отца Стефана рукоположили в сан священника и направили на служение в Успенскую церковь села Медный рудник Екатеринбургского уезда, а 6 августа 1917 года перевели в Преображенскую церковь села Гуляевского Ирбитского уезда. Во время гражданской войны отца Стефана арестовали в первый раз, но отпустили после уплаты контрибуции в размере пяти тысяч рублей. При белых батюшка снова стал совершать священническое служение в Богоявленской церкви Краснослободского села. 1 2

ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 27. Л. 22. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 47781. Л. 86 об.

Впоследствии, когда отца Стефана вновь арестовали, свидетели рассказывали на допросах, что в 1918 году он «принимал активное участие к свержению советской власти, а именно: когда белыми был занят г[ород] Ирбит, но в… волости еще существовал Совет, в это время свящ[енник] Хитров собрал всех местных кулаков, организовал Комитет общественной безопасности и всех членов Совета взял под контроль. На этом собрании кулаков Хитров высказывается за арест всех сочувствующих советской власти»2. Отец Стефан благословлял своих духовных чад вступать в ряды Белой армии, на стороне которой воевал и его сын Николай. При отступлении армии Колчака отец Стефан вынужден был уйти с белыми. Это решение далось батюшке нелегко. Ему было уже около семидесяти лет, и он хотел остаться служить в своем родном селе. Его сын долго уговаривал отца уехать. Красные полностью разорили хозяйство батюшки: забрали весь хлеб и зарезали скот. Видя безвыходность положения, отец Стефан наконец решил покинуть село с отступавшими войсками. К тому же православным воинам необходим был священник. С белыми отец Стефан отступал до города Омска, где и остался служить священником при лазарете. Когда Омск захватила Красная армия, батюшка некоторое время продолжал исполнять свои обязанности при лазарете: исповедовал, причащал, соборовал раненых, духовно поддерживал болящих. Через несколько месяцев он решил вернуться обратно в родное село. В это время Краснослободская ячейка коммунистов проявила особую револю-


Священномученик Стефан Хитров ционную инициативу. Местным властям было предложено принять к исполнению решение: всех «бегунцов», то есть лиц, возвратившихся из стана Колчака, а также и других «вредных элементов» отправлять в концлагерь. Поэтому когда отец Стефан вернулся в Краснослободское, он был взят под стражу для заключения в концлагерь до тех пор, «пока не будут побеждены саботаж и разруха»1. У батюшки было удостоверение от Ирбитского Комитета трудовой повинности об освобождении от всеобщей трудовой повинности в силу преклонного возраста, но это ничего не изменило. Во время ареста отец Стефан попросил разрешения передать ключи от церкви старосте — Павлу Григорьевичу Кокареву. Павел Григорьевич, узнав о случившемся, оповестил прихожан. Срочно созвали приходское собрание, на котором отец Стефан простился с членами общины и объявил о своем аресте. Это было время Великого поста, когда православные люди должны исповедоваться и причащаться. Верующие боялись остаться без священника. «Кто нас будет исповедовать?» — спрашивали они. На собрании было решено созвать церковный сход, на котором обсуждалось, как освободить священника из-под ареста. Этот вопрос взволновал всю волость, на сход собрались жители из нескольких окрестных селений. В протоколах церковного схода говорилось: «…От граждан деревни Мельниковой Краснослободской волости… постановление. 1. После обсуждения сего вопроса все единогласно постановили, что нам нужен священник, так как мы веры Православной, от Церкви не отказываемся, желаем 1 2

ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 47781. Л. 86. Там же. Л. 38, 41, 43–43 об.

313

исправлять все церковные таинства; поэтому мы просим, чтобы священника для нас оставили. 2. Мы, нижеподписавшиеся граждане Краснослободского сельсовета… единогласно постановили, что если священник Богоявленской церкви Стефан Хитров ни в чем предосудительном не замечается, то просим начальника милиции 6-го района не задерживать священника Богоявленской церкви Стефана Хитрова… Просим его отпустить нам, так как сейчас Великий пост и нам нужно всем говеть. 3. Мы, нижеподписавшиеся прихожане Краснослободской волости… собравшись в местном храме в числе 526 человек… единогласно постановили просить кого следует разъяснить нам, на основании каких причин арестуется священник Хитров. Так как в деяниях священника Стефана Хитрова мы не находим никаких преступных целей, влекущих за собой те или другие наказания, потому мы считаем нужным оставить священника Хитрова на месте при храме для исполнения церковных служб и… треб»2. В документе стоят: 118 подписей жителей села Краснослободского, 52 — села Гомяковского, 60 — деревни Мельникова, 50 — села Зуевского и других. Как же отреагировала советская власть, без стеснения называвшая себя «народной и самой демократической властью в мире», на просьбу жителей волости освободить священника? 20 марта 1920 года последовал арест членов приходского совета. Их обвинили в организации бунта против советской власти. Поводом к этому обвинению послужили показания свидетеля, который говорил, что на церковном сходе звучали


314 такие призывы: «Довольно смотреть на советскую власть, она нам ничего дать не может и нам она не нужна. Довольно смотреть на коммунистов; они хотят всех попов арестовать, церковь запечатывать и иконы выбрасывать. Надо нам как можно дружнее сплотиться, иначе нас всех по одному арестуют»1. «Это уже не первое такое выступление, которое происходит из-за попов»2, — сообщил уполномоченный при Ирбитской уездной городской милиции. Следствие по делу отца Стефана длилось четыре месяца, все это время он находился в заключении, виновным себя не признал. 16 августа 1920 года ЕкатеИсточники ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 47781. ГАСО. Ф. 6. Оп. 4. Д. 44. ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 25, 27. Уральский рабочий. 1920. ヽ 162.

1

ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 47781. Л. 88. Там же. Л. 50. 3 Там же. Л. 90. 2

ринбургская губернская чрезвычайная комиссия постановила: применить к С. Г. Хитрову как к контрреволюционеру, пытавшемуся «восстановить малосознательные массы против сов[етской] власти во имя спасения собственной шкуры»3, высшую меру наказания. Других арестованных приговорили к пяти годам лишения свободы. В 1992 году отец Стефан Хитров был реабилитирован на основании статьи 3 Закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий». Прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских 17 июля 2002 года от Екатеринбургской епархии.


315

Священномученик

Василий Инфантьев 12/25 àâãóñòà Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – öåðêîâü âî èì Ñâ òèòåë Äèìèòðè Ñîëóíñêîãî â ñåëå Òàóøêàíñêîì Êàìûøëîâñêîãî óåçäà

Священномученик Василий Инфантьев родился 4 января 1854 года в Окуневской слободе Челябинского уезда Оренбургской губернии в семье священника Иоанна Инфантьева. В июле 1876 года он окончил курс богословских наук по второму разряду в Уфимской Духовной семинарии. Духовная семинария была учреждена в Уфе в 1800 году в качестве среднего духовного и одновременно педагогического учебного заведения. Кроме богословских дисциплин, в ней изучали математику, физику, гражданскую историю, различные языки (греческий, латинский, еврейский, чувашский, татарский, немецкий и французский), риторику, поэзию, естествознание, рисование. Кроме того, преподавались также медицина, логика, психология, педагогика, философские науки, право, сельское хозяйство, землемерие. В целом Уфимская семинария давала достаточно глубокое образование. Примечательно, что большинство выпускни1

ков ее становились впоследствии одновременно священнослужителями и законоучителями в общеобразовательных и профессиональных учебных заведениях. Как отмечал на 100-летнем юбилее Уфимской семинарии преподаватель И. Г. Примогенов, «воспитанники семинарии, особенно из окончивших курс, более других удовлетворяют потребности школы»1. Окончив Уфимскую Духовную семинарию, Василий Иванович также всю свою жизнь связал с этими двумя сферами деятельности: священническим служением и преподавательским трудом. Женившись, он в декабре 1876 года был рукоположен Преосвященным Митрофаном[48], епископом Оренбургским и Уральским, в сан священника и направлен для служения к Петро-Павловской церкви села Петухова Челябинского уезда. С первых же дней отец Василий, кроме исполнения пастырских обязанностей, стал преподавать Закон Божий в Петуховском сельском училище, а также был назначен его

Цит. по: Аминов Т. М. Становление и развитие системы профессионального образования в Башкирии (начало XVII века — до 1917 года): автореф. дис. … д-ра пед. наук. / Башкир. гос. пед. ун-т им. М. Акмуллы. Уфа, 2006. С. 30. (См. также: Столетний юбилей Уфимской Духовной семинарии. Уфа, 1901. С. 62).


316 попечителем. В 1878 году у отца Василия и его матушки Александры Капитоновны родилась первая дочь — Людмила. В марте 1878 года отец Василий обратился с прошением к Преосвященному Митрофану о переводе его к Николаевской церкви села Таловского. Эта просьба была удовлетворена, и с того времени батюшка стал помощником настоятеля Никольского храма. Здесь он также был законоучителем, преподавая в Таловском сельском училище, и в декабре 1883 года за усердные труды получил свою первую награду — набедренник. В селе Таловском у него и матушки Александры родилось еще две дочери — Анна и Зинаида. В 1884 году отец Василий стал настоятелем Куликовской Христорождественской церкви и также преподавал Закон Божий в сельском училище. Здесь у него родился сын Геннадий, который впоследствии, как и отец, стал священнослужителем. А через четыре года батюшка по собственному прошению был переведен в станицу Звериноголовскую, где прошли последующие шестнадцать лет его жизни. Казачья крепость Звериноголовская, названная так по причине найденных при ее строительстве останков большого зверя, была основана в середине XVIII века для обороны границ России с Азией и освоения края. Основным ее населением являлось казачество. Позже она стала станицей, в которой к началу ХХ века проживало уже около четырех с половиной тысяч человек. Одной из первых крепостных построек была деревянная церковь во имя свя1

тителя Николая Чудотворца, а в начале XIX столетия на ее месте был построен каменный трехпрестольный храм в честь Воздвижения Креста Господня. Храм этот обнесли изящной каменной оградой с железными решетками. В 1840-х годах в станице была сооружена новая деревянная церковь во имя Святителя Николая, с колокольней. Утварью и ризницей для нее пользовались от главной Крестовоздвиженской церкви. Вообще казачество отличалось набожностью и приверженностью к Православию. В станице регулярно отмечались все православные праздники, причем особенно почитались день Казанской иконы Божией Матери и храмовый праздник Воздвижения Креста Господня. К священству отношение было уважительное. Сыновья местных жителей имели возможность получать образование. В то время как, например, в Кургане и Челябинске еще совсем не было школ и детей обучали дьячки, в Звериноголовской станице была устроена гарнизонная школа, а в 1798 году открыто военно-кантонистское училище1, в котором обучались мальчики и юноши Курганского и Челябинского уездов. В 1843 году в станице стали действовать также мужская и женская школы, преобразованные в 1880-х годах в двухклассные училища. Переехав в станицу Звериноголовскую, отец Василий, как и во всех прежних местах своего служения, начал преподавать Закон Божий — он был законоучителем в школе грамоты, а затем стал ее заведующим. Во внимание к его неустанной преподавательской деятельности в 1886 году

Военно-кантонистское училище — учебное заведение для кантонистов, малолетних и несовершеннолетних сыновей нижних воинских чинов, принадлежащих к военному званию с самого рождения. Дети получали образование в таких училищах с семи до пятнадцати-восемнадцати лет, обучались грамоте, военному делу и различным ремеслам или искусствам в зависимости от способностей. Кантонистские училища существовали в России с 1797 до 1858 года.


Священномученик Василий Инфантьев он был удостоен благодарности попечителя Оренбургского учебного округа. С 1888 года в течение шестнадцати лет батюшка являлся членом Попечительского совета по 34-му Благочинию. После сына Геннадия в семье Инфантьевых родилось еще двое детей: Сергей в 1886 году и Елена в 1893-м. Своим детям отец Василий старался дать хорошее образование: Сергей проходил курс обучения в Санкт-Петербургском университете, а Елена обучалась в шадринской женской гимназии. В 1891 году произошло одно из самых знаменательных событий в жизни станицы, которое, вероятно, произвело глубокое впечатление и на отца Василия. Во время путешествия на Дальний Восток и Японию через станицу проезжал Наследник престола и Августейший Атаман всех казачьих войск — будущий Император Николай II. К приезду Цесаревича на площади была устроена украшенная деревянная арка, названная «Царскими вратами», по обеим сторонам которой были установлены две старинные чугунные пушки. Согласно обычаям того времени, духовенство должно было встречать представителей Дома Романовых колокольным звоном, в полном праздничном облачении, со святым крестом, иконами и хоругвями. Казаки провожали Наследника из станицы до самой границы войсковой земли. Дорога, по которой проезжал Цесаревич, стала с тех пор называться Царской. С 1891 по 1896 год отец Василий исполнял должность духовного следователя по 19-му Благочинию Оренбургской епархии. В это время в его обязанности 1

317

входило, кроме пастырской и преподавательской деятельности, наблюдение за исправностью поведения духовенства в подведомственном ему округе, расследование неблаговидных и предосудительных поступков со стороны священнои церковнослужителей, своевременное информирование об этом Священноначалия и тому подобное. Очевидно, что на эту должность старались назначать только самых благонадежных и ревностных священнослужителей, отличавшихся при этом знанием церковных канонов и рассудительностью. Видимо, в этот период во всей полноте проявилось усердие отца Василия к исполнению возлагаемых на него церковных послушаний, так как в мае 1896 года он был назначен членом Епархиального благочиннического совета. Нужно отметить, что согласно постановлениям Святейшего Синода «для ближайшего и бдительного наблюдения за священнослужителями» Преосвященные должны были назначать благочинных «по личному внимательному Архипастырскому своему выбору из беспорочных, опытных, усердных и наиболее деятельных… протоиереев и священников, преимуществующих сверх того перед другими основательностью в суждении и назидательным поведением»1. Избрание отца Василия Инфантьева в благочиннический совет, несомненно, свидетельствовало о доверии, которым он пользовался со стороны Преосвященного. В этой должности батюшка состоял вплоть до перевода его в Екатеринбургскую епархию в 1904 году. За период служения отца Василия в Оренбургской епархии священноначалие неоднократно отмечало его заслуги высокими награда-

Сборник действующих и руководственных церковных и церковно-гражданских постановлений по ведомству православного исповедания / сост. Т. Барсов. СПб., 1885. Т. I. С. 163.


318 ми: он дважды был удостоен благословения Святейшего Синода, два раза получал благословение Архипастыря, а в 1894 году его наградили фиолетовой скуфьей. В мае 1896 года он был избран депутатом на Челябинский духовно-училищный окружной съезд. В январе 1904 года отец Василий Инфантьев перешел для служения в Екатеринбургскую епархию и был определен к Покровской церкви Нижне-Баранчинского завода Верхотурского уезда. В этом поселении, насчитывавшем более четырех тысяч жителей, жило множество старообрядцев и сектантов, среди которых больше половины составляли субботники, секта которых еще называлась «Одесным братством» или «Сионской вестью». Основателем этой секты в Верхотурском уезде явился в середине XIX столетия некий артиллерийский капитан Н. С. Ильин, считавший сам себя избранником Божиим. Будучи заключен за свою ересь в Соловецкий монастырь, он многих монахов склонил в основанную им секту. Так, некоторые насельники Соловецкой обители оставили ее, а один послушник даже ушел с Соловков на Урал, где женился на дочери субботника. Отец Василий сразу же по приезде в Нижне-Баранчинский завод был назначен заведующим и законоучителем церковно-приходской школы, а чуть позже получил еще должность законоучителя в Нижне-Баранчинских земском и министерском училищах. Естественно, что он как преподаватель Закона Божия должен был особое внимание уделять тому, чтобы разъяснить ученикам все заблуждения субботников и самого основателя секты Н. С. Ильина. В уважение к трудам 1 2

ГАСО. Ф. 6. Оп. 4. Д. 284. Л. 5–5 об. Там же. Л. 78 об.

и заслугам отца Василия в апреле 1904 года он был удостоен еще одной награды — камилавки. С конца 1904 года по 1909 год отец Василий служил в Васильевской церкви села Лебяжского Шадринского уезда, где состоял заведующим и законоучителем Якшинской школы грамоты и законоучителем Лебяжского земского училища. Указом епископа Екатеринбургского и Ирбитского Владимира[21] от 7 августа 1909 года батюшка был переведен на настоятельское место в Свято-Троицкой церкви села Мехонского Шадринского уезда, с назначением одновременно и на должность благочинного 2-го округа. С ноября того же года он стал преподавать Закон Божий в Мехонском четырехклассном училище. В характеристике, которая была дана ему инспектором училища, говорилось, что он заслужил «не только отличную аттестацию своим отношением к делу, но уважение и любовь учащих и учащихся»1. Подобный же высокий отзыв был дан о батюшке в 1911 году благочинным: «Поведения отлично хорошего»2. В период служения в селе Мехонском отца Василия постигло тяжелое искушение. Было ему в то время уже пятьдесят шесть лет. Вся прошедшая жизнь его являлась единым служением Богу и ближним, была исполнена трудов и молитв. Опытный пастырь, уже более тридцати лет предстоявший престолу Господню, активный церковный деятель, неоднократно удостаивавшийся наград от священноначалия и не имевший церковных взысканий, ревностный наставник юношества, обладавший неординарными преподавательскими способностями, — таким был отец Василий к моменту назначения его


Священномученик Василий Инфантьев на настоятельскую должность к Мехонской церкви. Жизнь его внешне проходила почти безоблачно. Но «Господь кого любит, кого приемлет, — пишет святитель Игнатий Брянчанинов, — того бьет и наказует, а потом избавляет от скорби. Без искушения приблизиться к Богу невозможно»1. Попустил Господь тяжкое испытание и для отца Василия. Бывший настоятель Свято-Троицкой церкви отец В., в то время уже находившийся под запрещением, загорелся против него завистью и сильнейшей ненавистью. В течение первых двух лет служения отца Василия Инфантьева на Мехонском приходе на него при прямом или косвенном участии бывшего настоятеля было подано более десяти доносов в Духовную консисторию. Не добившись успеха, отец В. решился на крайний шаг. Он склонил близко ему знакомую учительницу Мехонского училища оклеветать священника в зазорном поведении по отношению к ней. Сама она была известна в селе своей безнравственностью и безответственным отношением к преподавательским обязанностям. Инспектор училища чуть позже писал о ней так: «Нагло щеголяя своим безнравственным поведением, г[оспожа] Д. принудила меня об этом сообщить в Дирекцию народных училищ. Есть факты, которые давали возможность крестьянам, даже в моем присутствии, делать едкие замечания по адресу г[оспожи] Д.»2. В июне 1911 года она подала жалобу на имя Преосвященного Митрофана[47], где указывала на некоторые слова и действия отца Василия, не соответствовавшие его званию, которые якобы имели место в 1

отношении нее. В ходе расследования, которое продолжалось в течение десяти месяцев, все эти обвинения признали ложными, отцу Василию были даны свидетелями высокие характеристики. Так, например, диакон Александр Тимофеев свидетельствовал: «Священник Василий Инфантьев — человек миролюбивый, учитель, пользуется уважением причта и прихожан, ничего предосудительного в частной жизни [я за ним] не замечал…»3. Таковы же были показания и других свидетелей, которые в особенности отмечали простодушие, справедливость, правдивость и трудолюбие отца Василия. Высоко оценивали односельчане и деятельность отца Василия как настоятеля Свято-Троицкой церкви. Они говорили о том, что благодаря его ревности и усердию среди членов причта прекратилось пьянство, которому они были подвержены прежде, а прихожане и сами священно- и церковнослужители стали с большим благоговением вести себя в храме. Упомянули они и о том, что священник являлся хорошим проповедником и проводил с прихожанами специальные беседы, в особенности призывая их к усердному поминовению усопших. «О[тец] Инфантьев — человек прямой и не любит льстить, и лучшего пастыря я не желал бы», — сказал один из свидетелей по этому делу4. Но испытания отца Василия на этом не закончились: дело его было послано следователем в марте 1912 года на рассмотрение в Духовную консисторию, где о нем «забыли» — в течение года и четырех месяцев батюшке пришлось находиться в томительном состоянии неизвестности

Игнатий Брянчанинов, свт. Собрание писем. М.; СПб, 1995. С. 376. ГАСО. Ф. 6. Оп. 4. Д. 284. Л. 5. 3 Там же. Л. 37 об. 4 Там же. Л. 50 об. 2

319


320 и терпеть самые гнусные подозрения, падавшие на него в результате клеветы. Это «весьма угнетает меня», — писал он в июле 1913 года в прошении на имя Преосвященного1. Лишь 9 августа 1913 года последовало решение Духовной консистории по делу священника. В документе говорилось, что «изложенные в жалобе на о[тца] Инфантьева обвинения представляют собою вымысел… и должны быть признаны недобросовестными. <…> Священника церкви Мехонского села Инфантьева, на основании п. I ст. 771 Уст. Угол. Суд., считать свободным от ответственности…»2. Двухлетний процесс над батюшкой закончился полным его оправданием. «Для благодушного и мужественного перенесения скорбей должно иметь веру, то есть веровать, что всякая скорбь приходит к нам не без попущения Божия. Если влас главы нашей не падает без воли Отца Небесного, тем более без воли Его не может случиться с нами что-либо важнейшее…»3, — писал святитель Игнатий Брянчанинов. Такое настроение, вероятно, имел в то время и отец Василий. Еще в 1911 году, после получения неожиданного известия о ложном доносе на него, отец Василий писал Преосвященному: «На все аномалии в своей жизни я смотрю как на действия Божественного Промысла, устрояющего мое благополучие известными Ему путями…»4. Все последовавшие затем испытания батюшка старался перенести с истинным терпением и преданностью воле Божией, хотя и не отказывался от защиты своего честного имени. 1

После этих событий отец Василий еще в течение нескольких лет оставался настоятелем Мехонской церкви, а в январе 1916 года был переведен к храму во имя Святителя Димитрия Солунского в селе Таушканском Камышловского уезда. Село это расположено около небольшого озерка Таушканского, от которого и получило свое наименование. Первый деревянный храм во имя Великомученика Димитрия Солунского был перевезен сюда в середине XIX столетия из села Курьинского. Однако во время пожара он сгорел, и в 1893 году был построен новый, уже каменный, храм, освященный во имя того же святого. В начале ХХ века в селе действовало земское начальное училище, а в приписанной к селу деревне Талице — школа грамоты. Приход Димитриевского храма составлял более двух тысяч человек. Димитриевский храм был последним, в котором совершал свое служение отец Василий Инфантьев: прошло чуть более года после его назначения, когда началась трагическая смута революции, а затем и гражданской войны. Летом 1918 года Урал оказался в районе боевых действий. Начавшееся в мае 1918 года выступление Чехословацкого корпуса крайне обострило военную обстановку. Кроме того, на Урале во многих местах прошли крестьянские антисоветские восстания. Плохо вооруженные и обученные, не имеющие представления о том, как действовать в бою, как обращаться с оружием, добровольцы формировавшейся Красной армии стали повсеместно отступать перед частями белых войск. Так,

ГАСО. Ф. 6. Оп. 4. Д. 284. Л. 76. Там же. Л. 84. 3 Игнатий Брянчанинов, свт. Собрание писем. М.; СПб, 1995. С. 594. 4 ГАСО. Ф. 6. Оп. 4. Д. 284. Л. 3. 2


Священномученик Василий Инфантьев например, окружной военный комиссар С. А. Анучин, докладывая на заседании Екатеринбургского совета о положении на фронте, сообщал, что «добровольцы сильны [лишь] своим энтузиазмом. Половина из них не умеет обращаться с винтовкой. Поэтому приходится не воевать, а заниматься обучением. Начальниками отрядов назначены бывшие солдаты, которые хорошо подготовлены политически, но плохо справляются со своими командирскими обязанностями»1. 12/25 июля белые вступили в Екатеринбург. Тяжелые бои разгорелись в районе Ирбитских Вершин, станции Егоршино и под Алапаевском, где формировались части Восточной дивизии Красной армии Г. И. Овчинникова. В состав этой дивизии входил 4-й Уральский стрелковый полк, сформированный в Шадринске. В начале августа этот полк занял позицию деревня Елкина — Ирбитские Вершины и станция Антрацит. «Невеселую картину представляли из себя как д[еревня] Елкина, так и Ирбитские Вершины, — много лет спустя писал в своих воспоминаниях один из красноармейцев. — Все как будто вымерли. Бόльшая часть местного населения эвакуировалась с белыми, часть поразбежалась по полям, и только через несколько дней начала возвращаться. Все более зажиточные бежали, из них многие вступили добровольцами к белым»2. В эти дни в штабе полка было получено сообщение о том, что в селе Таушканском, расположенном в двадцати верстах от деревни Елкиной, рано утром 1

321

все члены Волостного совета во главе с председателем были захвачены и убиты несколькими вооруженными казаками и кулаками из местных жителей, с которыми вместе будто бы был священник. Ночью 1-й батальон полка выступил в село Таушканское. «Вот уж и село Таушканское, — описывал красноармеец. — Ничто, по видимому, не выдавало близкого нашего присутствия. Тихо было в селе. Лишь слышно, как перекликнулись петухи, залаяла гдето собака, прокричала утка, и опять тихо. Кольцом обложили мы село и, приблизившись на близкое расстояние, бросились на ура. Не ожидавший нас небольшой конный отряд всполошился и беспорядочно начал обстреливаться, но вскоре, севши на коней, поспешил скрыться. Остался один лишь священник… которого мы вскоре и разыскали. Как сейчас помню высокую прямую фигуру этого человека с головой, убеленной сединами. Это был тип библейского праотца Авраама. На все вопросы он не давал положительных ответов и упорно отмалчивался»3. Красные обвинили отца Василия Инфантьева в причастности к набегу на Волостной совет села Таушканского и в расправе с его членами. Всю свою злобу за убийство «товарищей» они выместили на 64-летнем священнике: тогда же, в ночь на 12/25 августа, он был зверски замучен красноармейцами. Смерть отец Василий принял, как и подобает христианину, мужественно и смиренно. Больше недели хозяйничали красные в селе, ежедневно отбивая «яростные атаки

Цит. по: Дублённых В. В. Вооруженные формирования Урала периода гражданской войны. Исторические справки. Екатеринбург, 2002. С. 14. 2 ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 208. Л. 23. 3 Там же.


322 белогвардейцев»1, после чего батальону было приказано срочно вернуться к деревне Елкиной. «Вернувшись в веселом настроении духа, — писал позже очевидец событий, — долго не спали красноармейцы, долго слышались шутки, смех и веселые залихватские песни под гармонику»2. Жестокое убийство невинного священника казалось им справедливой Источники ГАСО. Ф. 6. Оп. 4. Д. 284. Помянник 1919 года. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 16854. Л. 50. ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 208; Ф. 76. Оп. 1. Д. 780. Аминов Т. М. Становление и развитие системы профессионального образования в Башкирии (начало XVII века — до 1917 года): автореф. дис. … д-ра пед. наук. / Башкир. гос. пед. ун-т им. М. Акмуллы. Уфа, 2006. Дублённых В. В. Вооруженные формирования Урала периода гражданской войны. Исторические справки. Екатеринбург, 2002. История Курганской области. Курган, 2001. Т. 6. Приходы и церкви Екатеринбургской епархии. Екатеринбург: Братство Святого Праведного Симеона, Верхотурского Чудотворца, 1902.

1

местью «кровожадным зверям»3, как называли они белогвардейцев. Вероятно, только после вступления в село белых тело священника было предано христианскому погребению4. В 2002 году священномученик Василий Инфантьев прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских от Екатеринбургской епархии.

Сборник действующих и руководственных церковных и церковно-гражданских постановлений по ведомству православного исповедания / сост. Т. Барсов. СПб., 1885. Т. I. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1904 год. Екатеринбург, 1904. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915. Столетний юбилей Уфимской Духовной семинарии. Уфа, 1901. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1904. ヽ 24; 1909. ヽ 31; 1910. ヽ 23; 1911. ヽ 11.

ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 208. Л. 27. Там же. 3 Там же. Л. 26. 4 К сожалению, метрическая книга села Таушканского за 1918 год не сохранилась и установить точную дату погребения отца Василия в настоящее время не представляется возможным. 2


Священномученик

323

Иоанн Шишов 13/26 àâãóñòà Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ãåîðãèåâñêà öåðêîâü ñåëà Ìèðîíîâñêîãî Âåðõîòóðñêîãî óåçäà

Священномученик Иоанн Шишов1 родился в 1867 году 2. Предположительно его отцом был псаломщик ФлороЛаврской церкви села Пироговского Камышловского уезда Иоанн Филиппович Шишов. В 1880 году Иван окончил курс обучения в Далматовском Духовном училище по второму разряду и поступил в Пермскую Духовную семинарию. Учеба в семинарии, особенно на первых порах, давалась Ивану Шишову нелегко (по окончании первого класса он имел переэкзаменовки по Священному Писанию и математике, а после второго класса — по греческому языку), но благодаря своему трудолюбию и упорству он смог преодолеть все трудности. В 1886 году Иван Иванович окончил семинарию по второму разряду и вскоре после этого вступил в брак с дочерью священника Иоанна Николаевича Оранского3 Ольгой. Впоследствии у них родилось 1

трое детей: сыновья Владимир и Петр и дочь Елизавета. Много скорбей пришлось перенести отцу Иоанну и матушке Ольге из-за своих детей. Отец Иоанн желал, чтобы его первенец Владимир, родившийся в 1890 году, стал священником, и отдал его для обучения в Екатеринбургское Духовное училище. Однако Владимир, обладая незаурядными способностями к живописи, оставил училище и тайно от отца поступил в рисовальную школу. Конечно, такой самовольный поступок сына не мог не принести родителям большого огорчения. Впоследствии Владимир Иванович продолжил обучение в Казанской художественной школе 4 у известного русского живописца Н. И. Фешина, а в 1914 году был призван в действующую армию. Почти сразу же он попал в австрийский плен и в течение нескольких лет находился при лагере «Визельбург». Там он делал зари-

В некоторых источниках встречается написание: Шишев. Возможно, в 1866 году. Данные приводятся на основании сведений из «Справочной книжки Екатеринбургской епархии на 1915 год», в которой указан возраст священномученика. 3 В 1880-е годы совершал священническое служение в Пророко-Илиинской церкви села Сугоякского Шадринского уезда. 4 Позднее — училище. 2


324

Священник Иоанн Шишов с родственниками. Слева направо: священник Иоанн Оранский (тесть отца Иоанна Шишева), его дети Анна и Михаил, супруга отца Иоанна Шишова Ольга Ивановна (в девичестве Оранская) с дочерью Елизаветой, отец Иоанн Шишов с сыном Владимиром, дочь отца Иоанна Оранского Аполлинария. Фотография 1893 или 1894 года

совки для австрийских крестьян и нередко получал за это «вознаграждение» — молоко, хлеб, сало, благодаря которым он и его товарищи могли поддерживать свои силы. Владимир возвратился к родителям только в 1918 году — после долгих лет мучительной для них разлуки… Дочь отца Иоанна Елизавета скончалась в возрасте двенадцати лет. После ее смерти отец Иоанн и матушка Ольга удочерили девочку-сироту Зою, которая впоследствии вышла замуж, имела дочь, но умерла также в молодом возрасте. «Ис1

кушения и скорби, — пишет святитель Игнатий Брянчанинов, — ниспосылаются человеку для его пользы: образованная ими душа делается сильною, честною пред Господом своим. Если она претерпит все до конца с упованием на Бога, то невозможно ей лишиться благ, обещанных Святым Духом…»1. Те скорби, что переносил отец Иоанн в течение всей своей жизни, вероятно, как бы подготовили его к принятию, с полной верой и смирением, чаши мученичества, которую Богу было благоугодно послать ему.

Игнатий Брянчанинов, свт. Аскетические опыты. М., 1998. Т. I. С. 351.


Священномученик Иоанн Шишов В декабре 1887 года Иоанн Шишов принял сан священника и был назначен на служение к Вознесенской церкви села Крестовского Камышловского уезда. Через пять с половиной лет его перевели к Покровской церкви Колчеданской женской общины того же уезда. Село Колчеданское1, некогда Колчеданский острог, было основано в 1673 году в семидесяти верстах от города Камышлова, на левом берегу реки Исети, в месте впадения в нее речки Колчеданки. В 1865 году в селе Колчеданском была учреждена Покровская женская община2, при которой устроили храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы, с приделами во имя Праведного Симеона Верхотурского и Апостола Иоанна Богослова. При общине действовала церковно-приходская школа для девочек. Из ста сорока восьми насельниц, проживавших в Покровском монастыре в начале ХХ века, сто пятнадцать получили начальное образование при этой обители. Отец Иоанн преподавал в этой школе Закон Божий и заслужил самые высокие отзывы о своей деятельности епархиальных наблюдателей церковных школ. Так, в отчете за 1897–1898 учебный год говорилось, что священник Иоанн Шишов исполняет свои обязанности «с особенным старанием, ревностию и успехом»3, а в отчете за 1898–1899 годы отмечалось, что батюшка трудится на своем поприще «с особен1

325

ным усердием, любовию и знанием дела»4. В 1897 году «за усердную и весьма полезную службу и благочестное житие»5 он был награжден набедренником. А через год по представлению Епархиального училищного совета ему было преподано Архипастырское благословение «за труды по церковно-школьному делу и за материальное содействие школам»6. Кроме преподавания в школе, отец Иоанн в 1894–1895 годах исполнял также обязанности духовного следователя по 2-му округу Камышловского уезда. В апреле 1900 года Указом Преосвященного Иринея[37], епископа Екатеринбургского и Ирбитского, отец Иоанн был перемещен на первую священническую вакансию к церкви во имя Великомученика Георгия в селе Мироновском Верхотурского уезда, где и прошла вся его дальнейшая жизнь. Село Мироновское7 было основано в XVII веке на месте впадения реки Арамашки8 в реку Реж. Первую деревянную церковь построили в селе в 1750-х годах. Каменный храм во имя Великомученика Георгия Победоносца с приделом в честь Покрова Пресвятой Богородицы был возведен в 1801–1835 годах. К началу ХХ века в селе насчитывалось более двухсот двадцати дворов с населением, составлявшим 1200 человек. Примечательны живописные окрестности Мироновского. Поблизости от него, на берегу

В окрестностях села исстари производилась добыча песчаника для жерновов. С пластами песчаников местами перемежались слои различных глин, в которых попадался и серный колчедан. Видимо, именно от него и получило село свое название. 2 Получила статус монастыря в 1901 году. 3 Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1899. № 20. С. 492. 4 Там же. 1900. № 7. С. 140. 5 Там же. 1897. № 6. С. 160. 6 Там же. 1898. № 12. С. 311–312. 7 Ныне Мироново. 8 Дореволюционное написание: Аромашка.


326 реки Реж, стоит так называемый Монторов камень — огромная береговая скала в тридцать восемь с половиной метров высотой. Невдалеке расположена другая скала, называемая Большой пещеркой, а находящаяся в ней природная пещера с двадцатиметровым коридором является местной достопримечательностью. Во время служения в селе Мироновском отец Иоанн был назначен заведующим церковно-приходской школой деревни Липинской Мироновского прихода, а также являлся членом-соревнователем1 Общества взаимного вспомоществования учившим и учащим в церковно-приходских школах и школах грамоты Екатеринбургской епархии. Общество это, состоявшее под покровительством Преосвященного, было создано в конце 1902 — начале 1903 года. Основной его задачей являлось оказание помощи учителям и учительницам школ, попавшим в трудное материальное положение. В течение многих лет отец Иоанн являлся также действительным членом братства во имя Праведного Симеона Верхотурского и одновременно — членом Православного миссионерского общества по Екатеринбургскому комитету. Братство во имя Праведного Симеона было образовано в 1886 году. Основными его целями являлась просветительская и миссионерская (прежде всего противораскольническая) деятельность. Члены его занимались распространением среди простого народа книг, брошюр и листков духовно-нравственного содержания, по воскресным и праздничным дням организовывали религиозно-нравственные чтения. Чтения эти всегда начинались и заканчивались общим пением молитв, в 1

конце совершалась бесплатная раздача листков, любимыми из которых были «Троицкие». Вероятно, участвовал в этой деятельности и отец Иоанн. В 1897 году в ведение братства святого Симеона были переданы противораскольнические миссионерские комитеты, организованные в местностях, особенно зараженных расколом. Основной их задачей являлось ограждение православного населения от вредного влияния со стороны раскольников. Самыми распространенными мерами служили частые личные увещевания и вразумления, а также публичные собеседования. Совет братства Святого Симеона назначал председателей и членов комитетов, рассматривал их отчеты и программы собеседований, выписывал для них старопечатные книги, снабжал противораскольническими листками и брошюрами для бесплатной раздачи. В начале ХХ века на территории Екатеринбургской епархии действовало тридцать пять таких комитетов. Отец Иоанн, будучи также одним из членов Православного миссионерского общества по Екатеринбургскому комитету, несомненно, принимал в этой деятельности посильное участие. Кроме того, участвовал он и в организации так называемых «Палестинских чтений». В отчетах о деятельности Екатеринбургского отдела Императорского Православного Палестинского общества за 1905–1906 годы он был назван среди священников, проявивших особую ревность в организации Палестинских чтений, а также среди тех, кто участвовал в сборе пожертвований в пользу Православного Палестинского общества. «Палестинские чтения» систематически устраивались в епархии «для озна-

Член-соревнователь (офиц. дореволюц.) — неполноправный член какого-нибудь общества, являвшийся кандидатом в действительные члены.


Священномученик Иоанн Шишов комления православного населения… с дорогими и близкими для каждого верующего христианина священными местами Палестины»1. Чтения проводились в помещениях храмов или школ, иногда даже с показом «туманных картин»2, благодаря которым чтения «приобретали бόльшую наглядность и сильнее запечатлевались в воображении слушателей»3. Во время чтений бесплатно раздавались брошюры и листки с рассказами о Святой Земле и изображения священных мест. Крестьяне помещали эти изображения рядом с иконами, а брошюры читали вслух в кругу семьи. По отзывам очевидцев, местное население относилось к чтениям о Святой Земле «очень сочувственно» и охотно их посещало, «чтения всегда выслушивались с должным вниманием и видимым интересом»4. Только в 1906 году отцом Иоанном было проведено двенадцать таких чтений. В сентябре 1902 года батюшка был назначен также катехизатором по 2-му округу Верхотурского уезда на 1903 год. Столь активная преподавательская, общественная и пастырская деятельность отца Иоанна, искреннее усердие в исполнении возлагаемых на него церковных послушаний не могли не привлечь внимание священноначалия: отец Иоанн неоднократно удостаивался наград. Так, в 1902 году к празднику Пасхи, «за ревностное исполнение пастырских обязанностей»5 батюшка был награжден скуфьей. В мае 1908 года, ко дню рождения Его Императорского Величества Государя Императо1

327

Священномученик Иоанн Шишов с супругой Ольгой Ивановной. Фотография 1903 года

ра Николая II, отец Иоанн удостоился награждения камилавкой, а к 1915 году имел наперсный крест. Эта награда стала словно символом того, что предстояло вскоре перенести ревностному пастырю: спустя всего три года Господь даровал ему нести другой крест — крест скорбей и мученичества в кровавой смуте гражданской войны. «Гражданская война не знает писаных законов, — писал в августе 1918 года в «Известиях» М. Лацис, главный помощник председателя ВЧК Ф. Э. Дзержинского. — Капиталистические войны имеют свои писаные законы… <…>

Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1906. № 15. С. 313. «Туманными картинами» в те годы называли, скорее всего, изображения на экране от «волшебного фонаря», которым мог быть эпидиаскоп или слайдоскоп. 3 Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1906. № 15. С. 318. 4 Там же. 5 Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1902. № 7. С. 150. 2


328

Священник Иоанн Шишов. Фотография 1903 года


Священномученик Иоанн Шишов Но у гражданской войны законы свои. <…> В гражданской войне нет места для суда над врагами. Это — смертельная схватка. Если не убьешь ты, убьют тебя. И если ты не хочешь быть убитым, убей сам!»1. 18/31 августа 1918 года Ф. Э. Дзержинским и его заместителем Я. Х. Петерсом было составлено обращение «К рабочему классу», в котором говорилось: «Пусть рабочий класс раздавит массовым террором гидру контрреволюции! Пусть враги рабочего класса знают, что каждый задержанный с оружием в руках будет расстрелян на месте, что каждый, кто осмелится на малейшую пропаганду против советской власти, будет немедленно арестован и заключен в концентрационный лагерь!»2. Газета «Известия» опубликовала этот призыв 21 августа/3 сентября, а уже на следующий день в той же газете появилась инструкция народного комиссара внутренних дел Г. И. Петровского для местных Советов: «Расхлябанности и миндальничанью должен быть немедленно положен конец. <…> При малейших попытках сопротивления должен применяться массовый расстрел. <…> Ни малейших колебаний, ни малейшей нерешительности в применении массового террора!»3. Эта инструкция стала сигналом к официальному началу красного террора, а уже 23 августа/5 сентября 1918 года советское правительство легализовало террор знаменитым Декретом о красном 1

329

терроре: «Необходимо обезопасить Советскую республику от классовых врагов путем изолирования их в лагеря. Подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам»4. Позднее Ф. Э. Дзержинский признавался: «Законы 3 и 5 сентября наконец-то наделили нас законными правами на то, против чего возражали до сих пор некоторые товарищи по партии, на то, чтобы кончать немедленно, не испрашивая ничьего разрешения, с контрреволюционной сволочью»5. Ситуация на Урале усугублялась тем, что уральские власти действовали более самостоятельно — согласно принципам «революционной целесообразности» — и развернули кампанию террора задолго до ее официального провозглашения. Кроме того, уральские территории находились в эпицентре гражданской войны, отчего террор приобрел здесь особый размах и трагизм. Летом 1918 года на Урале была объявлена мобилизация в ряды Красной армии. Однако это не вызвало сочувствия у местного населения — большинство мужчин недавно вернулись с фронтов Первой мировой войны и отказывались снова идти воевать. В селе Мироновском и окрестных с ним селах и деревнях отказавшихся призывников насчитывалось до двух тысяч человек. Они «сконцентрировались в селе Мироново6, с целью уклониться от службы, хотя они не были вооруженные, а в селе играли в город-

Цит. по: Черная книга коммунизма. Преступления. Террор. Репрессии. М., 2001. Гл. 3: Красный террор. С. 96. (См. также: Известия. 1918. 23 авг.) 2 Там же. Гл. 3. С. 96–97. 3 Там же. С. 97. 4 Там же. С. 98. 5 Цит. по: Черная книга коммунизма. Гл. 3. С. 98. 6 Дореволюционное написание названия села — «Мироновское», современное — «Мироново». Документ, из которого приводится эта цитата, датирован 25 мая 1939 года.


330 ки»1, — говорилось впоследствии в одном из советских документов. В ответ на этот протест красногвардейцы, сосредоточив на берегу реки Реж несколько отрядов с пулеметами, вошли в Мироновское с требованием немедленного подчинения мобилизации. «Большинство согласились, поехали на станцию Егоршино, некоторые дорогой начали разбегаться, некоторых порастеряли»2… К организации протеста красные сочли причастными нескольких священников сел Мироновского и близлежащего Лягушинского. Вскоре все они приняли мученическую смерть. О том, как произошло убийство отца Иоанна Шишова, позднее рассказывалось в газете «Уральская жизнь»: 13/26 августа 1918 года в Мироновское вошел отряд из пяти вооруженных конных красноармейцев. Явившись к обоим служившим там священникам: отцу Иоанну Шишову и отцу Иоасафу Панову, красноармейцы объявили им о поступившем на них доносе в антисоветской агитации и приказали следовать в штаб полка, располагавшийся в то время на станции Егоршино. Отца Иоанна вызвался сопровождать его сын Владимир, только что вернувшийся из австрийского плена, а с отцом Иоасафом поехал сын Сергей. «Выехали за село, — пишет автор статьи. — Проехали с версту. „Стой“, — командуют красные. Священники остановились. „Попы-черти, вылезайте! И ты, белогвардеец — (сын отца Панова)!“ Священники и молодой человек слезли. Сын отца Шишева3 остался на лошади. „Ну, попы, вставайте в ряд, 1

Крест, установленный близ села Мироновского в память о мученическом подвиге священников Иоанна Шишова и Иоасафа Панова. Фотография 2008 года

поднимайте руки вверх, молитесь своему Богу, сейчас вас расстреляем“, — командуют изверги. Следует брань, залпы из ружей, и три жертвы принесены… Свидетель этой ужасной сцены, сын отца Шишева, сидел как бы окаменелый, потеряв рассудок…»4. Так погиб верный служитель Церкви Христовой — отец Иоанн Шишов. «Вечная память этим мученикам!» — писали «Известия Екатеринбургской Церкви» чуть позже5.

Докладная записка тов. Королева И.Н. от 25 мая 1939 года Свердловскому Облсовету Союза воинствующих безбожников. ЦДООСО. Ф. 4. Оп. 34. Д. 226. Л. 33. 2 Там же. 3 Так указана фамилия в источнике. 4 Уральская жизнь. 1918. 20 окт. 5 Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. № 17–18. С. 349.


Священномученик Иоанн Шишов

331

После расстрела отца Иоанна Владимир получил от красных разрешение на захоронение его тела в селе Мироновском, что и было им сразу же исполнено1. Супруга отца Иоанна Ольга Ивановна пережила своего мужа почти на тридцать лет: она отошла ко Господу уже после Великой Отечественной войны — в 1946 или 1947 году. Владимир после 1918 года переехал на жительство в город Алапаевск, где стал известным художником. Его картины находятся в Доме-музее П. И. Чайковского в Алапаевске, в краеведческом музее Екатеринбурга и картинной галерее Перми, во многих частных собраниях. У него было трое детей: сыновья Аполлон и Иван и дочь Антонина. Последняя в течение многих лет преподавала рисование в школах Свердловска. Скончался Владимир Иванович в 1942 году в возрасте пятидесяти двух лет.

Младший сын отца Иоанна Петр во время гражданской войны служил в Белой армии, поэтому впоследствии в советском государстве не мог устроиться на квалифицированную работу. Долгое время он жил с супругой в Алапаевске в одном доме с братом, и работал жестянщиком. Единственный его сын Владимир умер в младенчестве. Петр Иванович прожил до глубокой старости и скончался после продолжительной болезни в 1980-х годах. У родственников отца Иоанна Шишова сохранилось несколько фотографий священника и его семьи. Во всех чертах лица батюшки запечатлены неподдельные кротость и смирение, внутреннее благородство и одухотворенность; в серьезном взгляде — тихая печаль. В 2002 году священномученик Иоанн Шишов был прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских от Екатеринбургской епархии.

Источники Недзельская З. Ф. Воспоминания. Помянник 1919 года. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 16854. Л. 50. Русинова А. В. Воспоминания. ЦДООСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 780; Ф. 41. Оп. 2. Д. 120. Ф. 4. Оп. 34. Д. 226. Гонения на духовенство // Уральская жизнь. 1918. 20 окт. Недзельская З. Ф. Шишов Владимир Иванович (1890–1942). Свердловск, 1990. Приходы и церкви Екатеринбургской епархии. Екатеринбург: Братство Святого Праведного Симеона, Верхотурского Чудотворца, 1902. Справочная книга всех окончивших курс Пермской Духовной семинарии в память исполнившегося в 1900 году (1800 XI/XI 1900) 100-летия Пермской

Духовной семинарии. Изд. свящ. Иакова Шестакова. Пермь, 1900. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1904 год. Екатеринбург, 1904. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915. Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. М., 2001. Гл. 3: Красный террор. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1886. ヽ 19; 1888. ヽ1; 1893. ヽ 12–13; 1894. ヽ 36; 1895. ヽ 20–21; 1897. ヽ 6; 1898. ヽ 12; 1899. ヽ 20; 1900. ヽ 7–9; 1902. ヽ 7, 20; 1905. ヽ 4; 1906. ヽ 15; 1908. ヽ 20. Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. ヽ 17–18. Пермские епархиальные ведомости. 1876. ヽ 33; 1880. ヽ 40, 44; 1881. ヽ 34; 1882. ヽ 28.

1

В настоящее время место захоронения о. Иоанна находится, предположительно, у самой стены Георгиевской церкви. По воспоминаниям местных жителей, первоначально он был похоронен в церковной ограде. При строительстве водонапорной башни его останки были обнаружены и перезахоронены к самому храму, где покоятся, вероятно, и ныне.


332

Священномученик

Иоасаф Панов 13/26 àâãóñòà Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ãåîðãèåâñêà öåðêîâü ñåëà Ìèðîíîâñêîãî Âåðõîòóðñêîãî óåçäà

Священномученик Иоасаф Панов родился в 1860 году 1 в семье священника Стефана Панова и его супруги Агнии Александровны. И мать, и отец его происходили из благочестивых семей: Агния Александровна была дочерью протоиерея Александра Левитского, а отец Стефан с детства воспитывался в доме священника Стефана Горных, который был его приемным отцом2. У отца Стефана Панова родилось семеро детей: сыновья Иоасаф, Михаил, Леонид, Африкан и Григорий и дочери Евгения и Августа. Будучи воспитаны в истинном благочестии, трое сыновей: Иоасаф, Михаил и Леонид — впоследствии приняли священнический сан. Позднее, уже в советское время, священником стал и один из внуков отца Стефана — Гавриил Михайлович Панов. 1

В 1875 году Иоасаф окончил Далматовское Духовное училище, а затем в течение нескольких лет был псаломщиком в Вознесенском соборе Екатеринбурга. В 1889 году его рукоположили в сан диакона, и он стал исполнять свое служение в Свято-Николаевской церкви ВерхнеТуринского завода Верхотурского уезда. Через два года, в апреле 1891 года, указом Преосвященного Поликарпа[60], епископа Екатеринбургского и Ирбитского, отец Иоасаф удостоился возведения в священнический сан и был переведен для служения в село Нижнее Екатеринбургского уезда. Село это было основано в 1678 году на берегу реки Чусовой крестьянином-старообрядцем Скоробогатовым. В 1855–1860 годах в нем был построен деревянный

Возможно, в 1859 году. Данные приводятся на основании сведений из «Справочной книжки Екатеринбургской епархии на 1915 год», в которой указан возраст священномученика. 2 В действительности родителями отца Стефана Панова были крестьяне деревни Вьюхиной Арамильской волости Екатеринбургского уезда Евдоким и Наталия Пановы, однако они оба, заболев сыпным тифом, скончались еще в молодом возрасте в один день. Младенца Стефана взяла на воспитание сестра его матери Евфимия, служившая просфорницей в Троицкой церкви села Арамильского. Мальчик с самого раннего детства полюбил храм, нередко даже забегал в алтарь — к батюшке, а вскоре уже подавал ему кадило. Старенький священник отец Стефан Горных очень полюбил мальчика, стал брать его к себе на то время, когда Евфимия была занята выпеканием просфор, а затем Стефан Панов совсем остался в семье священника и был им усыновлен. Прошли годы, и приемный сын отца Стефана Горных сам стал священником.


333

Семья Пановых. В верхнем ряду — дети отца Стефана Панова: Михаил, Иоасаф и Евгения. Сидят: священник Стефан Стефанович Панов, его супруга Агния Александровна, их дети: Августа, Леонид и Григорий. Каменский завод. Фотография 1876 года


334 однопрестольный храм во имя Архистратига Божия Михаила, с колокольней. Во второй половине XIX века близ села Нижнего была устроена пристань, благодаря чему оно стало перевалочной базой. Зимой к селу непрестанно тянулись обозы из Сибири с бочками меда, воска, топленого масла, с мешками пшеницы, ржи и овса, кулями мяса и сала. Все это передавалось на хранение до весеннего сплава местным жителям. Каждую весну село Нижнее заметно оживлялось, становясь многолюдным и шумным: для сплава барок с товарами по Чусовой в селе собиралось много бурлаков. Все это, несомненно, доставляло некоторые трудности местному священнику: ему приходилось духовно окормлять много пришлого населения — от бурлаков

Священномученик Иоасаф Панов. Фотография 1912 года 1

до купцов; состав прихожан постоянно менялся. Да и численность самого коренного населения села к началу ХХ столетия была уже немалой — более 2000 человек. Батюшке одному надо было совершать и богослужения, и таинства, и обряды: Исповедь, Крещение, Венчание, отпевание… Так, в трудах и неустанном служении прошли тринадцать лет его жизни. В ноябре 1904 года отец Иоасаф был переведен на служение в Успенскую церковь села Тыгишского Камышловского уезда. Село это расположено близ озера Тыгиш, от которого и получило свое название. Деревянный Успенский храм был построен в нем в 1851 году. К началу ХХ века в селе проживало около 1000 человек, занимавшихся преимущественно земледелием; в зимнее время многие из мужчин нанимались на ловлю рыбы к рыбопромышленникам Каслинского и других заводов. В селе действовала земская школа. В июле 1911 года отец Иоасаф по собственному прошению, видимо, из-за болезни, был уволен за штат, однако уже через полгода, в начале февраля 1912 года, ему было поручено временное заведование приходом села Мостовского Ирбитского уезда. В 1914 году ко дню Святой Пасхи «за ревностное и полезное служение Церкви Божией»1 отец Иоасаф был удостоен награждения набедренником. В то время он являлся уже священником села Мироновского Верхотурского уезда, где в течение нескольких лет совершал свое служение вместе с другим будущим священномучеником, талантливым педагогом и ревностным пастырем, отцом Иоанном Шишовым. После Октябрьского переворота 1917 года представители советской власти вначале относились к духовенству хотя и

Екатеринбургские епархиальные ведомости.1914. № 12. С. 113.


Священномученик Иоасаф Панов враждебно, но довольно сдержанно. Однако с апреля-мая 1918 года ситуация стала меняться в худшую сторону. 6/19 мая состоялся Пленум ЦК РКП(б), постановление которого гласило: «Выясняется, что в последнее время усилилась агитация духовенства против советской власти, решено повести против духовенства решительную письменную агитацию»1. Было принято решение «ввести в практику приговоры к смертной казни за определенные преступления»2. Вскоре после этого в газете «Уральский рабочий» появилась статья «Борьба с клерикализмом», в которой некий Л. С. Сосновский писал, что «духовенство и монашество становится и идеологом, и фактическим руководителем гражданской войны в стане наших врагов. Церковные соборы, крестные ходы, послания, анафема, всяческая клевета на советскую власть, взвинчивание народных масс — черная рать располагает богатым арсеналом средств борьбы. И мы, перенося всю остроту классовой борьбы в деревне, должны поставить борьбу с клерикализмом не менее организованно»3. Если официально советское правительство легализовало террор лишь 23 августа/5 сентября 1918 года и самый размах его пришелся на сентябрь того же года, то на Урале эта трагедия разыгралась гораздо раньше — в июлеавгусте. В результате от красного террора на Урале духовенство пострадало больше, чем в других российских регионах. В особенности безудержному произволу в этом отношении предавались красногвардейские отряды, наскоро формировавшиеся весной-летом 1918 года из местных рабочих и крестьян. Жестокость 1

335

Георгиевская церковь села Мироновского. Дореволюционный вид

Руины храма в селе Мироновском. Фотография 2008 года

Цит. по: Нечаев М. Г. Церковь на Урале в период великих потрясений: 1917–1922. Пермь, 2004. С. 210–211. (См. также: Известия ЦК КПСС. 1989. № 4. С. 147). 2 Там же. (Известия ЦК КПСС. 1989. № 4. С. 148). 3 Там же. (См. также: Уральский рабочий. 1918. 30 мая (№ 102)).


336 этих отрядов была такова, что даже сами большевики относились к ним подчас с недоверием. Об этом, например, писал в своих воспоминаниях в 1930-х годах А. О. Павловский, командир одного из этих отрядов: «Меня одно интересует: признает ли Ис[т]парт1 мною организованный отрят2 красногвардейским отрядом, тоест Егоршинский железнодорожный отряд, или просто бывшей бандой, и меня — как командира отряда иле бывшого атамана банды»3. И далее он пояснял, что отряд его все же не был бандой, так как воевал «за идею», отстаивая интересы молодой Советской республики… 13/26 августа в селе Мироновском были арестованы служившие там священники: отец Иоасаф Панов и отец Иоанн Шишов. Им было предъявлено обвинение в агитации против Советской власти и предложено следовать «на станцию Егоршино, в штаб, для допросов»4. Священники повиновались, но поехали не одни, а со сво-

ими сыновьями. Отца Иоасафа вызвался сопровождать сын Сергей, только что вернувшийся домой после окончания Духовной семинарии, а отца Иоанна — сын Владимир. Примерно на расстоянии одной версты от села, у леса, арестованные были остановлены грубым окриком красноармейцев, приказавших священникам и Сергею сойти с лошадей. «Ну, попы, вставайте в ряд, поднимайте руки вверх, молитесь своему Богу, сейчас вас расстреляем», — прозвучал приказ красных, когда арестанты сошли на землю. «Следует брань, залпы из ружей, и три жертвы принесены»5, — писали позже в газете «Уральская жизнь» со слов очевидца — Владимира, сына отца Иоанна. Так священники, служившие у одного престола, и смерть встретили вместе, мужественно и бестрепетно. Священномученик Иоасаф Панов прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских от Екатеринбургской епархии в 2002 году.

Источники ГАСО. Ф. 6. Оп. 7. Д. 84(4)в; Оп. 9. Д. 840; Оп. 14. Д. 96; Оп. 20. Д. 133; Ф. 299. Оп. 1. Д. 25. Панова В. Г. Воспоминания. Архив Ново-Тихвинского женского монастыря Екатеринбургской епархии. Помянник 1919 года. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 16854. Л. 50. ЦДООСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 780. Дунаев Ю. А. Каменка, Нижнее Село, Трека. История и современность. Первоуральск, 2004. Нечаев М. Г. Церковь на Урале в период великих потрясений: 1917–1922. Пермь, 2004. Приходы и церкви Екатеринбургской епархии. Екатеринбург: Братство святого праведного Симеона, Верхотурского чудотворца, 1902.

Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1904 год. Екатеринбург, 1904. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915. 1-й Крестьянский коммунистический Красных орлов полк // Красный октябрь: прил. к газете «Окопная правда». 1918. 7 нояб. Гонения на духовенство // Уральская жизнь. 1918. 20 окт. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1891. ヽ 17; 1904. ヽ 23; 1911. ヽ 27; 1912. ヽ 8, 48; 1913. ヽ 5, 7; 1914. ヽ 4, 6, 12. Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. ヽ 17–18.

1

Истпарт — Комиссия по истории Октябрьской революции и РКП(б), созданная в 1920 году; научный и издательский центр. Имел сеть местных бюро в республиках и областях. В 1928 году Истпарт объединен с Институтом В. И. Ленина. 2 В этой цитате сохранена авторская орфография. 3 ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 120. Л. 2 об. 4 Уральская жизнь. 1918. 20 окт. 5 Там же.


337

Священномученик

Константин Попов 13/26 àâãóñòà Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Âîçíåñåíñêà öåðêîâü ñåëà Ë ãóøèíñêîãî (Êëåïèíèíñêîãî)1 Èðáèòñêîãî óåçäà

Священномученик Константин Попов родился в 1871 году 2. В 1888 году, после окончания первого класса Пермской Духовной семинарии, он был назначен на должность псаломщика в Сретенскую церковь Пышминско-Экономического (Никольского) села Камышловского уезда. Через некоторое время Константин Иванович удостоился рукоположения в сан диакона и был переведен к церкви в честь Святых Апостолов Петра и Павла Сусанского (Нейво-Шайтанского) завода Верхотурского уезда. Здесь он служил вплоть до 1918 года. Нейво-Шайтанский, или Сусанский, завод был основан в 1730-е годы на берегах реки Сусанка, где она впадает в реку Нейва. В 1750 году в поселке была заложена первая деревянная церковь в честь Святых Апостолов Петра и Павла. В конце XVIII — начале XIX столетия в Нейво-Шайтанском заводе построили новый каменный храм в честь Святых 1

Первоверховных Апостолов, с приделом в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы, а в 1870-х годах к нему был пристроен еще один придел — во имя Святого Александра Невского. Внутри храм был прекрасно расписан, главный иконостас украшала золотая резьба. В начале ХХ века в Петропавловском храме находились две особо чтимые Богородичные иконы: одна — привезенная из Андреевского скита со Святой Горы Афон, другая — Почаевская, написанная насельницами Свято-Николаевского женского монастыря города Туринска. В начале ХХ века в поселке проживало более пяти тысяч жителей, действовали два училища, земская больница, клуб, театр, народная библиотека. Сусанский завод был родиной выдающегося исследователя истории Сибирского края, автора «Исторического обозрения Сибири» Петра Андреевича Словцова3. Исторический труд этот, составленный полностью по перво-

В настоящее время данный населенный пункт не существует. Возможно, в 1870 году. Данные приводятся на основании сведений из «Справочной книжки Екатеринбургской епархии на 1915 год», в которой указан возраст священномученика. 3 Первая часть этого исследования была опубликована в 1838 году, вторая — в 1844-м. 2


338 источникам, имел в свое время чрезвычайно большое значение для всех, кто изучал историю Пермского Зауралья и Сибири. Несмотря на то, что поселок считался культурно и экономически развитым, в нем бытовали языческие обычаи и суеверия. Так, например, с давних пор наряду с церковными праздниками жители Сусанского завода отмечали и старинный языческий обрядовый праздник семи鮎к, в четверг на седьмой неделе после Пасхи. В этот день было принято «завивать березки», «кумиться»1, поминать «заложных»2 и «ничейных» покойников. Кроме того, считалось, что на семик на берегах рек, в лесах и рощах появляются русалки и качаются на ветвях деревьев. Из-за этого среди местных жителей бытовал запрет на купание в реке до конца июня. Эти языческие поверья и обряды мирно уживались у местных жителей с посещением богослужений в храме, участием в таинствах и обрядах Православной Церкви. Разумеется, это не могло не вызывать беспокойства местного причта, в том числе и диакона Константина Попова. Можно предположить, что он, как и священники Петропавловского храма, старался разъяснить сельчанам их заблуждения, отвратить от участия в пагубных для христиан обычаях.

В мае 1918 года отец Константин удостоился рукоположения в сан священника3 и был назначен на служение в недавно построенную Вознесенскую церковь села Лягушинского (Клепининского) Ирбитского уезда4. Грозные события происходили в то время на Урале, как и во всей стране. Летом 1918 года жители Ирбитского уезда испытали на себе все ужасы гражданской войны и красного террора. Красные уничтожали богатых и просто обеспеченных людей как «буржуев», убивали священников за их несогласие с большевизмом и за духовный сан, интеллигенцию — за принадлежность к этому слою общества. В большинстве случаев аресты основывались на подозрении в контрреволюционности, под которой большевики подразумевали все, что могло, по их мнению, свидетельствовать о недовольстве советской властью. Аресты сопровождались угрозами, издевательствами и побоями, им подвергались даже дети и старики. Арестованных часто убивали без следствия и суда, по устным распоряжениям начальников красноармейских частей и красногвардейских отрядов с бессмысленной жестокостью: закалывали штыками на улицах, в домах, в общественных местах…

В семи鮎к девушки шли в лес «завивать березки» и «кумиться». Выбрав деревья, они связывали верхушки двух молодых березок, пригибая их к земле, и из веток заплетали венки. При этом пели песни, водили хороводы, а под березками ели принесенную с собой еду. Затем, сделав из веток и травы чучело кукушки, девушки «крестили» ее и одновременно «кумились»: просунув головы в завитый березовый венок, будущие «кумы» целовались и тут же обменивались нательными крестиками. 2 То есть людей, умерших неестественной смертью: самоубийц, пьяниц, тех, кто погиб в результате насилия. 3 Последняя запись диакона Константина Попова в метрической книге Петропавловской церкви Сусанского завода датируется 9 мая 1918 года. 4 До постройки в 1906 году в селе Лягушинском Вознесенского храма оно имело статус деревни и относилось к селу Мироновскому Верхотурского уезда. Находясь на границе Верхотурского и Ирбитского уездов, после получения статуса села и образования в нем самостоятельного прихода, оно стало относиться уже не к Верхотурскому, а к Ирбитскому уезду. Отсюда проистекают разногласия в источниках относительно места смерти отца Константина Попова. (См.: Приходы и церкви Екатеринбургской епархии. Екатеринбург, 1902; Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1904 год; Справочная книжка… на 1915 год.) 1


Священномученик Константин Попов Подобным же образом красные совершили несколько расправ и в окрестностях села Лягушинского. 13/26 августа 1918 года отряд красноармейцев из пяти человек въехал в село Мироновское, находившееся в двух верстах от села Лягушинского. Арестовав обоих служивших там священников: отца Иоанна Шишова и отца Иоасафа Панова, — красноармейцы повезли их по направлению к станции Егоршино, где в то время располагался красноармейский штаб. По дороге, остановившись около леса, каратели с бранью приказали священникам сойти с лошадей, и тут же без суда и следствия расстреляли. Двинувшись далее, красные встретили на дороге отца Константина Попова, ехавшего в коробке綾 1. Вот как описаны последовавшие за этим события в статье «Гонения на духовенство»: «Озверелые убийцы бросаются к нему (к отцу Константину. — Сост.), стаскивают с коробка, бьют его, мучат, наконец прикалывают штыками…»2. После этого красноармейцы поглумились и над телом священника: бросили его в падинник, куда крестьяне вывозили дохлую скотину, и запретили местным жителям его хоронить. Похожая трагедия могла бы случиться и в близлежащем селе Квашнинском, если бы служивший там священник отец Николай Славнин не успел вовремя скрыться с семьей в лесу. Конные красноармейцы усиленно искали его, но 1

339

найти не смогли. «Но что сделали они в доме священника! — писали позже в газете «Уральская жизнь». — Растащили хлеб, сено, одежду, кухонную посуду, разбили зеркала, изломали кровати, столы и стулья изрубили, книги в библиотеке священника изорвали, изрезали, разбросали по дому и по двору, изломали сепаратор, утащили швейную ножную машину, перекололи куриц и так далее и так далее!»3. Не обошли репрессии и духовенство села Пышминско-Экономического (Никольского), в котором прежде служил отец Константин Попов. Красными было арестовано там пятнадцать человек, среди которых находились священник Сретенской церкви отец Б.4 и диакон отец Николай Успенский. Без суда и следствия всех их привезли сразу к месту казни — тоже к падиннику. Здесь семеро арестованных, и в том числе 54-летний отец Николай Успенский, были расстреляны, а восьмерым приговоренным, среди которых был отец Б., удалось бежать. Позже этот священник рассказывал, как «ночью в лесу побежал он, сзади раздались крики, шум, выстрелы красных вдогонку по беглецам. Он все бежал. Добежал до реки, переплыл ее во всей одежде, побежал дальше и вот в одной из деревень нашел приют у незнакомого крестьянина… который и прятал священника у себя в огороде, в овине, в продолжение недели, пока большевиков не прогнали сибирские войска»5.

Имеется в виду род повозки (коробόк (обл.) — плетеный кузов экипажа, а также возок с таким кузовом). Гонения на духовенство // Уральская жизнь. 1918. 20 окт. (№ 190). 3 Там же. 4 В статье «Гонения на духовенство», опубликованной в газете «Уральская жизнь», фамилия этого священника полностью не указана, однако можно предположить, что это был отец Порфирий Бирюков, совершавший свое служение в Сретенском храме в 1915 году. Для прессы тех лет характерно было называть священнослужителей по фамилии, а не по имени, поэтому сокращение «Б.» можно отнести именно к фамилии батюшки. 5 Гонения на духовенство // Уральская жизнь. 1918. 20 окт. (№ 190). 2


340 К сожалению, сведения об обстоятельствах гибели священнослужителей нередко скупы, но и они достаточно говорят о подвиге священномучеников, которые не отказывались от сана и не покидали свои приходы, несмотря на происходившие вокруг аресты и жестокие расправы. Они знали о грозившей

им опасности, но не могли ни отречься от Христа, ни оставить без духовной поддержки свою паству. Таким был и отец Константин Попов, принявший смерть в страшное лето 1918 года. Священномученик Константин Попов был прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских в 2002 году.

Источники ГАСО. Ф. 6. Оп. 19. Д. 28. Помянник 1919 года. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 16854. Л. 50. ЦДООСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 780. Красный террор в годы гражданской войны. По материалам Особой следственной комиссии по расследованию злодеяний большевиков / под ред. д-ов ист. наук Ю. Г. Фельштинского и Г. И. Чернявского. Режим доступа: http://www.swolkov.narod.ru/doc/kt/ index.htm. Кривощеков И. Я. Словарь Верхотурского уезда Пермской губернии с общим историческо-экономическим очерком и приложением карты уезда в границах по административному делению России в 1734 году. Пермь, 1910.

Приходы и церкви Екатеринбургской епархии. Екатеринбург: Братство Святого Праведного Симеона, Верхотурского Чудотворца, 1902. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1904 год. Екатеринбург, 1904. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1889. ヽ 2. Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. ヽ 17–18. Уральская жизнь. 1918. 20 окт. (ヽ 190), 22 окт. (ヽ 191).


Священномученик

341

Лев Ершов

20 àâãóñòà/2 ñåíò áð

Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ñâ òî-Òðîèöêèé ñîáîð ãîðîäà Êðàñíîóôèìñêà Ïåðìñêîé ãóáåðíèè

Священномученик Лев Ершов родился 12 февраля 1867 года в городе Красноуфимске, Пермской губернии, в семье купца-старообрядца. В 1881 году он окончил двухклассное городское училище и сам начал заниматься торговым делом. Кроме того, Лев Евфимиевич обладал большими познаниями в вероучении раскольников, пользовался среди них уважением и был начетчиком1 в федосеевской секте2. Однако серьезные духовные искания, стремление найти истину постепенно привели его к убеждению в том, что именно Русская Православная Церковь сохраняет в чистоте апостольское учение. В возрасте двадцати семи лет, в праздник Сретения Господня, он «по личном искреннем убеждении в истинности, святости и православии Греко-Российской Православной Церкви и собственному желанию»3 был 1

присоединен к Православной Церкви через святое таинство Миропомазания. Через два года, в 1896 году, Лев Евфимиевич удостоился рукоположения во иерея и получил назначение на служение в Свято-Троицкий собор города Красноуфимска. Незадолго до этого он женился на девице Надежде Михайловне, и в 1897– 1902 годах у них родилось трое детей: сын Сергей и дочери Лидия и Елена. В 1901 году отец Лев «за заслуги по духовному ведомству»4 был награжден набедренником. Вместе с исполнением своих пастырских обязанностей батюшка начал трудиться и на миссионерском поприще: сначала он стал противораскольническим миссионером по Красноуфимскому и Кунгурскому уездам, а в 1904 году был назначен на должность епархиального миссионера. Будучи прекрасно знаком с понятиями старообрядцев и сознательно

То есть чтецом. Течение в среде старообрядцев-беспоповцев, возникшее в конце XVII века и названное по имени своего основателя дьяка Феодосия Васильева. Приверженцы этого направления проповедовали строгий аскетизм и безбрачие, непримиримо относились к официальной Церкви. В конце XVIII века, однако, часть федосеевцев все же признала возможность и даже необходимость брака. 3 ГАПО. Ф. 542. Оп. 1. Д. 25. Л. 96 об. 4 Там же. 2


342 присоединившись к Православию, батюшка занимался миссионерской деятельностью столь успешно, что был награжден за это бархатной фиолетовой скуфьей. Кроме того, советом Пермского епархиального братства Святителя Стефана отцу Льву была объявлена на общем собрании «глубокая благодарность за выдающуюся деятельность на миссионерском поприще»1. В 1914 году «во внимание к выдающейся миссионерской деятельности»2 его избрали почетным членом братства Святителя Стефана и Святых его Преемников: Герасима, Питирима и Ионы. Не менее активной и успешной была деятельность отца Льва как педагога. В течение более чем десяти лет он являлся заведующим церковно-приходской школой

Свято-Троицкий собор города Красноуфимска. Дореволюционная фотография 1

ГАПО. Ф. 542. Оп. 1. Д. 25. Л. 97 об. Там же. 3 Там же. Л. 96 об. 2

Красноуфимска. «За пожертвования на нужды Красноуфимской церковно-приходской школы»3 отцу Льву в 1905 году было преподано Архипастырское благословение с выдачей грамоты. Некоторое время он преподавал Закон Божий в этой школе, в красноуфимском Кирилло-Мефодиевском училище и в училищах двух соседних сел. В 1910–1914 годах батюшка преподавал Закон Божий также в двухклассном женском училище Красноуфимска. В 1911 году он был назначен членом Красноуфимского уездного отделения Епархиального училищного совета. В это же время, в 1910–1913 годах, священник дважды избирался кандидатом в депутаты на Епархиальные училищные съезды. Имел он и серебряную медаль на двойной Владимирской и Александровской ленте — в память 25-летия церковных школ. Помимо своих неординарных способностей к миссионерской и преподавательской деятельности, батюшка отличался, вероятно, духовной рассудительностью, благодаря чему духовенство Пермской епархии неоднократно избирало его на должность духовника: так, в 1904 году он стал духовником 1-го благочиннического округа, а через несколько лет, в 1910 году, единогласно был избран на должность духовника благочиннического округа Красноуфимска. Согласно желанию духовенства, отец Лев в том же году был утвержден членом ревизионной комиссии, а спустя три года — в должности депутата на Епархиальные съезды духовенства. Кроме того, в 1910–1916 годах он состоял членом благочиннического совета. За свою разностороннюю деятельность священник был награжден камилавкой.


Священномученик Лев Ершов

343

Дом, в котором жили священнослужители Свято-Троицкого собора. Современный вид

Наступил 1917 год, переломный в русской истории. В то время отец Лев был 50летним пастырем, известным своей духовнической и миссионерской деятельностью, успешным преподаванием и активной общественной работой. Он имел многие награды и пользовался уважением духовенства и паствы Пермской епархии. Кто знает, сколько пользы Церкви Христовой принес бы еще этот священник — но всего через год его жизнь оборвалась: он принял мученическую смерть от рук большевиков в смутное время гражданской войны. Летом 1918 года, помимо военных действий, которые шли во многих городах и поселках Урала, практически во всех его 1

областях начались массовые крестьянские выступления против власти большевиков. Это было вызвано как беззастенчивым грабежом крестьян со стороны продотрядов и запретами на свободную торговлю, так и насильственной мобилизацией в части Красной армии. Не остался в стороне от этих волнений и Красноуфимский уезд, где преобладало резко отрицательное отношение к большевикам. «Вообще, — отмечалось впоследствии в сводке информационно-справочного отдела Уральского областного совета, — Красноуфимский уезд кулацкий и издавна отличался подпольной агитацией против советской власти»1.

Цит. по: Общество и власть. Российская провинция. 1917–1985. Документы и материалы (Пермская, Свердловская, Челябинская области): в 6 т. / гл. ред. академик РАН B. В. Алексеев; зам. гл. ред. д-р ист. наук А. В. Сперанский; Ин-т истории и археологии УрО РАН. Екатеринбург [и др.]: Банк культурной информации [и др.], 2005. Т. 1: Общество и власть. Российская провинция. 1917–1941. Свердловская область. Документы и материалы / Управление архивами Свердловской области. С. 131. (См. также: ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 65. Л. 55).


344 В первых числах июля 1918 года в Красноуфимском, Кунгурском и Осинском уездах красными была объявлена мобилизация молодых людей, родившихся в 1894– 1898 годах. Все крестьяне этих уездов, кроме некоторых деревень Шляпниковской волости Кунгурского уезда, отказались дать большевикам солдат, в ответ на что было издано распоряжение беспощадно расстреливать всех, кто не желает повиноваться. В Красноуфимском уезде началось массовое волнение. В селе Большие Ключи был создан военный штаб и началось формирование Народной армии; в селе Ачит, являвшемся политическим и экономическим центром крестьянской части уезда, также прошла мобилизация всех мужчин до сорока пяти лет в ряды Народной армии. Вслед за селом Ачит восстание в течение нескольких дней охватило и многие другие крестьянские и заводские волости, по существу — весь уезд. «По всем селам и деревням, — писали позже в газете «Горный край», — радостно-воодушевленный народ заполнял улицы, благословляя борцов, спешно отправляющихся в Ачит, собирая пожертвования на великую борьбу. <…> Ачит представлял необыкновенную картину: тысячи людей стекались сюда; старый и малый старались помочь, чем могли; двери всех домов были гостеприимно открыты для всякого; всюду воодушевление, всюду неоплатные жертвы на общее дело. Это дни великого народного праздника! <…> Оружия почти нет, вооружаются кто чем может — топорами, косами, пиками и даже просто палками…»1. Восставшие дви1

нулись к Красноуфимску, в шести верстах от которого произошло первое, успешное для них, сражение. Однако у них не хватало оружия, вскоре они вынуждены были отступить обратно к Ачиту, а затем оставили и его — началось отступление по направлению к Екатеринбургу. Несмотря на поражение, это восстание явилось большой поддержкой для белых войск. Большевики были лишены возможности провести мобилизацию, из-за чего Красная армия, действовавшая вблизи железнодорожной линии Нязепетровск — Кузино, то есть на самых подступах к «красной столице Урала», Екатеринбургу, не могла получить подкрепление. Более того, красные вынуждены были перенаправить на Ачитский фронт значительные силы для подавления восстания. Вслед за этим прошла волна расправ. Не могли миновать аресты и священнослужителей, которые из-за своих проповедей и бесед с прихожанами обыкновенно обвинялись красными в контрреволюционной агитации. Отец Лев безбоязненно высказывался в то время против массовых арестов и расстрелов, производившихся большевиками2. Именно за это он и был арестован. В один из воскресных дней во время богослужения в церковь ворвались красноармейцы и открыли беспорядочную стрельбу. Они прошли к алтарю, расталкивая молящихся. Отец Лев обещал солдатам пойти с ними, но просил позволить ему окончить службу. Батюшка мужественно завершил последнюю в своей жизни Литургию и, после того как прихожане приложились ко святому кресту, пошел

Красноуфимск. Большевистское царствование // Горный край. 1918. 15 (2) дек. (№ 15). Сейчас сложно определить, был ли арест батюшки напрямую связан с восстанием или нет. Прямые указания на это отсутствуют. Однако очевидно, что после подавления восстания в уезде должен был начаться жестокий красный террор, расправы, коснувшиеся и невинных людей. Против этих массовых арестов и расстрелов, по свидетельству очевидцев, и стал выступать отец Лев, что и привело к его собственному аресту. 2


Священномученик Лев Ершов к выходу. Один из красноармейцев начал срывать с отца Льва наперсный крест, другой стал дергать за бороду, бить… Батюшку буквально выволокли из храма. На паперти отец Лев увидел священника из Верх-Суксунского села отца Александра Малиновского, окруженного красноармейцами. Батюшки хотели обняться, но это разозлило красноармейцев, и они стали бить священников прикладами винтовок по голове. Отец Лев и отец Александр были заключены в красноуфимскую тюрьму. По воспоминаниям очевидцев, «даже вблизи Красноуфимска все шире и шире разгоралось крестьянское движение, и местная тюрьма переполнялась все больше и больше. Более или менее человеческое сначала отношение к арестованным вскоре сменилось какой-то болезненной жаждой крови, и каждая ночь уносила в могилу, может быть, лучших сынов России. <…> В тюрьме перебывали почти все сколько-нибудь известные… люди. <…> Экзекуции обычно производились глухой ночью с удивительным хладнокровием… Так в ночь на 1 сентября (н. с.) было арестовано свыше 40 человек, из которых 7 были расстреляны в ближайшую же ночь»1. «…Я был отвезен в местную тюрьму, — рассказывал позже чудом спасшийся от расстрела узник, находившийся в одной тюремной камере с отцом Львом и 1

345

отцом Александром2. — Дни потянулись обычным тюремным порядком: скучно, медленно и монотонно. <…> Благодаря любезности тюремной администрации, мы пользовались всеми возможными льготами. Позднее за все это начальнику тюрьмы пришлось расплачиваться: за несколько дней до моего выхода из тюрьмы он был смещен с должности и посажен вместе с нами. В других «контрреволюционных» камерах сидели бунтовщики крестьяне, каждую почти ночь терявшие по несколько своих собратьев. К 1 сентября эти камеры опустели. Зато в ночь на 1 сентября (н. с.) большевистский улов дал сразу несколько десятков человек и камеры снова загудели. <…> В ночь на 2 сентября, кроме [эсера] Вершинина и Новгородцева3, были расстреляны еще следующие лица, сидевшие в нашей камере: офицеры — Скорняков, Васев и Никифоров, и два священника — Малиновский и Ершов. О[тец] Ершов честно умер на своем посту, подняв свой голос против массовых арестов и расстрелов4. Утром 2 сентября мы уже знали подробности казни. Оказалось, что, выведя приговоренных из камеры, их сковали друг с другом по два и по три человека и расстреляли за городом в так называемом Холодном логу»5.

В Красноуфимске (Рассказ очевидца) // Зауральский край. 1918. 29 сент. (№ 51). Этот человек, эсер, был приговорен к расстрелу, но в самый последний момент ему удалось бежать. 3 Кооператор, участник съезда двенадцати волостей Красноуфимского уезда, освобожденных от большевиков. 4 Если сопоставить эти воспоминания с теми, которые приведены чуть выше, то можно сделать вывод, что отец Лев и отец Александр были арестованы 31 августа или 1 сентября по новому стилю 1918 года. 1 сентября было в тот год воскресным днем, а именно в воскресный день, по воспоминаниям местных жителей города Красноуфимска, произошел арест. Следовательно, вполне вероятно, что оба священника были арестованы именно 1 сентября. Датой же их мученической смерти является 20 августа/2 сентября, что соответствует и записям в метрической книге Свято-Троицкого собора (ГАСО. Ф. 6. Оп. 17. Д. 103. Л. 232 об., 233 об.). 5 Спасение от большевистского расстрела // Зауральский край. 1918. 9 окт. (№ 59). По воспоминаниям других очевидцев, священников убили у реки Сарга, возле подножия Дивьей горы, на глазах у строителей железнодорожных путей. 2


346 11/24 сентября, после вступления в Красноуфимск частей Белой армии, оба убиенных иерея, отец Лев Ершов и отец Александр Малиновский, были с честью отпеты в Свято-Троицком соборе и погребены в одном широком гробу у его апсиды. В 2000 году священномученик Лев был прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских от Пермской епархии. В 2002 году были обретены его честные мощи. Они покоились у северной стенки склепа возле алтаря кафедрального собора Красноуфимска. Священник был среднего роста, лучезапястный су-

став его левой руки оказался раздроблен, грудная клетка и правый висок повреждены — видимо, перед смертью отца Льва избивали или даже пытали. Сохранились пряди седых волос и бороды, части ризы, позеленевшей от окисления медных нитей. Были найдены также Евангелие, деревянный наперсный крест с инкрустацией и серебряный нательный крестик. С 5 декабря 2002 года мощи отца Льва открыто почивают в Свято-Троицком соборе, где ведется запись чудесных случаев и исцелений, происходящих по молитвам к нему и священномученикам Александру Малиновскому и Алексию Будрину.

Источники ГАПО. Ф. 542. Оп. 1. Д. 25. ГАРФ. Ф. 4369. Оп. 5. Д. 847. ГАСО. Ф. 6. Оп. 17. Д. 103. ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 65. Балмасов С. С. Красный террор на востоке России в 1918–1922 гг. М.: Посев, 2006. Общество и власть. Российская провинция. 1917–1985. Документы и материалы (Пермская, Свердловская, Челябинская области): в 6 т. / гл. ред. академик РАН B. В. Алексеев; зам. гл. ред. д-р ист.

наук А. В. Сперанский; Ин-т истории и археологии УрО РАН. Екатеринбург [и др.]: Банк культурной информации [и др.], 2005. Т. 1: Общество и власть. Российская провинция. 1917–1941. Свердловская область. Документы и материалы / Управление архивами Свердловской области. Горный край. 1918. 15 (2) дек. (ヽ 15). Зауральский край. 1918. 4 сент. (ヽ 31); 29 сент. (ヽ 51); 9 окт. (ヽ 59); 13 окт. (ヽ 63). Урал. 1918. 17 (4) нояб. (ヽ 1).


Священномученик

347

Александр Малиновский 20 àâãóñòà/2 ñåíò áð

Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ââåäåíñêà öåðêîâü ñåëà Âåðõ-Ñóêñóíñêîãî Êðàñíîóôèìñêîãî óåçäà Ïåðìñêîé ãóáåðíèè

Священномученик Александр Малиновский родился 12 апреля 1892 года в городе Петровске Саратовской губернии в семье священника Иоанна Малиновского. Дед его также был священнослужителем. Александр получил образование в городском двухклассном училище, а после переезда семьи в город Вольск продолжил обучение в Духовном училище. По окончании его он поступил в Пермскую Духовную семинарию. В это время он познакомился с дочерью священника Димитрия Александровича Затопляева Верой; они поженились. У отца Александра и матушки Веры родилось два сына: Михаил и Валериан1. В 1913 году Александр Иванович закончил семинарию по первому разряду и был рукоположен в сан священника. Указом Преосвященного Палладия[57], епископа Пермского и Соликамского, он был назначен для служения в Спасо-Преображенскую церковь села Гамова Пермского уезда. Вместе с исполнением своих пастырских обязанностей батюшка начал заведовать 1

гамовской и костаревской церковно-приходскими школами, одновременно преподавая в школе села Гамова Закон Божий. В 1915 году он был также законоучителем в Осенцовском земском народном училище Верхне-Муллинского прихода. Став председателем церковно-приходского попечительства и общества «Трезвение», отец Александр начал активную борьбу с распространенным в селе недугом — пьянством. За свою деятельность на этом поприще он был награжден в 1914 году набедренником. В годы Первой мировой войны молодой ревностный священник старался помогать фронту денежными средствами. «Весьма рачителен в изыскании средств и сборе пожертвований на военные нужды», — говорилось в его послужном списке за 1915 год 2. Его труды не остались незамеченными священноначалием: в 1915 году ко дню Святой Пасхи «за приходское благоустройство»3 он получил еще одну награду — скуфью, а в 1916 году удосто-

Оба умерли в младенчестве. Клировая ведомость Спасо-Преображенской церкви села Гамова Пермского уезда за 1915 год. Л. 222. 3 Клировая ведомость Введенской церкви села Верх-Суксунского Красноуфимского уезда за 1917 год. Л. 169 об. 2


348 ился Архипастырского благословения. Он обладал весьма представительной внешностью: высокий ростом, крепкого телосложения, с благородными чертами лица и пышными, вьющимися волосами, обрамлявшими высокий лоб. Будучи хорошим проповедником, он наставлял и поддерживал в то трудное предреволюционное время не только прихожан своего храма, но и жителей Перми, нередко произнося проповеди в часовне святителя Стефана. «За усердное проповедование Слова Божия в часовне бр[атства] Св[ятого] Стефана»1 слушателями были поднесены ему два священнических облачения и ряса. «Поведения отличного; в проповедовании Слова Божия усерден и исправен; катехизацию по программам ведет неопустительно»2, — говорилось в его послужном списке. В сентябре 1916 года отец Александр поступил в Казанскую Духовную академию. В 1917 году, согласно собственному прошению, он был переведен для служения к Введенской церкви села Верх-Суксунского Красноуфимского уезда. Здесь его и застали революционные события. Летом 1918 года в Красноуфимском уезде начались массовые крестьянские волнения, охватившие множество волостей. В первых числах июля 1918 года красными была объявлена мобилизация в Красноуфимском, Кунгурском и Осинском уездах, однако подавляющее большинство крестьян вступать в ряды Красной армии отказались. В ответ на это было издано распоряжение: расстреливать всех отказывающихся повиноваться. Этот приказ вызвал сильное возмущение, особенно 1

среди жителей села Большие Ключи, располагавшегося в нескольких километрах от села Верх-Суксунского. Там был созван митинг, на котором постановили не давать большевикам солдат, организовать военный штаб и немедленно сформировать Народную армию для борьбы с красными. На следующий день, 8/21 июля, началась мобилизация людей и лошадей, было выпущено воззвание к жителям села о доставке в штаб оружия и военного снаряжения. Мобилизация прошла быстро и успешно, было собрано десять винтовок, двести ружей, револьверы, ручные бомбы, шашки, пистолеты, в кузнице стали ковать копья для вооружения тех, кому не хватило огнестрельного оружия. Благодаря некоторым из крестьян Больших Ключей, вернувшимся с Первой мировой войны в офицерском чине, из мобилизованных вскоре были сформированы отряды пехоты, саперов и кавалерии. На Суксунском заводе еще 5/18 июля повстанцами была обезоружена милиция, арестовано 15 «советских работников»3. Одновременно вспыхнуло восстание и в близлежащем селе Ачит, где также для борьбы с красными все мужчины в возрасте до 45 лет вступили в ряды Народной армии. А затем восстание охватило и многие другие крестьянские и заводские волости, по существу — весь уезд. Однако красные отреагировали на это быстро и решительно: на подавление восстания со станции Кунгур двинулись карательные отряды: по Ординскому тракту на села Медянка, Михино, Алтынново и Богородск, по Екатеринбургскому тракту — на села Сабарка, Суксунский завод и Большие Ключи. Первый бой произошел в селе Са-

Клировая ведомость Спасо-Преображенской церкви села Гамово Пермского уезда за 1915 год. Л. 221 об. Там же. Л. 222. 3 Нечаев М. Г. Церковь на Урале в период великих потрясений: 1917–1922. Пермь, 2004. С. 215. 2


Священномученик Александр Малиновский барка, расположенном в десяти-двенадцати километрах от села Верх-Суксунского. Вначале красноармейцы были разбиты и бежали, оставив грузовой автомобиль, но вскоре, получив подкрепление, вновь напали и заставили плохо вооруженных повстанцев отступить на Суксунский завод и в Большие Ключи. Сюда красными были подвезены два трехдюймовых орудия и три или четыре пулемета, с помощью которых им удалось выбить восставших из Суксунского завода. Это было тревожное, страшное время для отца Александра Малиновского: бои шли почти у самого ВерхСуксунского, где он тогда служил. После подавления восстания по всему Красноуфимскому уезду прошли расправы. Особую ярость красноармейцев возбуждали священнослужители, в которых они нередко видели «идеологов гражданской войны»1. Как писал позже прокурор казанской Судебной палаты, занимавшийся расследованием злодеяний большевиков, «духовенство [Пермской епархии] вообще подвергалось всевозможным истязаниям и принимало мученическую кончину; многие из священников были в руках чрезвычайной следственной комиссии, где практиковались пытки»2. Отец Александр, 26-летний священник, и в то сложное время продолжал безбоязненно проповедовать в храме. Сохранились записи фрагментов одной из его проповедей, в которой он призывал не допускать разграбления церкви большевиками. «Миряне, — говорил отец Александр с амвона, — знаете ли вы, что делается сейчас в Петрограде и Москве? 1

349

Священномученик Александр Малиновский с супругой

Там большевики в церквях и соборах ставят лошадей, ругаются над верой православной. Православные! Не допустим надругательства над нашей святыней, постоим за веру православную. Скоро опять начнется война, вновь затрещат пулеметы, загремят пушки, не допустим кощунства над православной верой!»3. По доносу двух волостных милиционеров, слышавших его проповеди о бесчинствах большевиков, отец Александр был арестован. Произошло это при следующих

Цит. по: Нечаев М. Г. Церковь на Урале в период великих потрясений. С. 211. (См. также: Сосновский Л. С. Борьба с клерикализмом // Уральский рабочий. 1918. 30 мая (№ 102)). 2 Цит. по: Балмасов С. С. Красный террор на востоке России в 1918–1922 гг. М.: Посев, 2006. С. 137. (См. также: Наблюдательное производство по делу об убийстве в Пермской епархии 55 лиц духовного сана. ГАРФ. Ф. 4369. Оп. 5. Д. 847. Л. 1). 3 Кузнецов А. Жизнь и смерть отца Александра // Православная газета. 2002. № 46 (223). С. 7.


350 обстоятельствах. Из Красноуфимска в село Верх-Суксунское был направлен отряд красноармейцев. Верующие, еще издали заметив их, ударили в набат. Отец Александр находился в то время в церкви, его закрыли, повесив снаружи на дверях замок. Подъехав к храму, командир отряда с трудом прошел сквозь толпу к церковным дверям, взломал замок и вошел внутрь, расталкивая устремившихся за ним прихожан. Отец Александр стоял в алтаре с крестом в руках, вознося в последний раз молитвы пред престолом Божиим. Благословив свою паству, он пошел к выходу… Прихожане заполнили всю площадь, не давая красноармейцам пройти и не отпуская батюшку. Но прикладами винтовок толпу оттеснили, а отца Александра посадили на подводу и повезли в Красноуфимск. По воспоминаниям очевидцев, многие из прихожан еще долго бежали за удалявшимися подводами. Отца Александра повезли в красноуфимскую уездную тюрьму; по дороге красноармейцы арестовали в городском храме отца Льва Ершова. В тюрьме их поместили в одну камеру. В ночь на 20 августа/2 сентября священники были связаны друг с другом колючей проволокой и, по свидетельству их сокамерника, расстреляны «за городом в так называемом Холодном логу»1. Вскоре после этих событий в Красноуфимск вступили части Белой армии. Тела двух убиенных иереев и других жертв красного террора были обнаружены в лесу, за Иннокентьевским городским кладбищем. 11/24 сентября невинные страдальцы были с честью отпеты в Свято-Троицком соборе Красноуфимска и 1

погребены в церковной ограде собора, рядом с могилой протоиерея Алексия Будрина, также принявшего мученическую кончину от рук красных. В 1935 году Свято-Троицкий собор был закрыт, могилы погибших священнослужителей сровняли с землей, а позже на их месте был устроен автодром. В 2000 году решением Архиерейского Собора Русской Православной Церкви иерей Александр Малиновский был прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских от Пермской епархии, а 21 июля 2002 года, в день Казанской иконы Божией Матери, после праздничной Божественной литургии и крестного хода2 были обретены честные мощи священномучеников. Открылась кирпичная кладка склепа, был обнаружен широкий гроб, в котором покоились останки двух священнослужителей. Мощи священномученика Александра находились у южной стенки склепа. Священник был облачен в ризу из парчи с медными нитями, украшенную орнаментом из шитья и бисера и медными ажурными пуговицами. В гробу были найдены Евангелие с изображением на медной накладке Господа Иисуса Христа и святых евангелистов, а также два креста: наперсный и напрестольный бронзовый. Голова священномученика была покрыта покровцом. Сохранились пряди вьющихся длинных волос, частично — кожа и мышцы. Голова отца Александра была наклонена к правому плечу, под левой глазницей зияло пулевое отверстие. Шейные позвонки были повреждены, левая бедренная кость сломана — видимо, батюшку подвергали перед убийством

Спасение от большевистского расстрела // Зауральский край. 1918. 9 окт. (№ 59). По воспоминаниям других очевидцев, священников убили у реки Сарга, возле подножия Дивьей горы, на глазах у строителей железнодорожных путей. 2 Во время этого крестного хода на небе появилось знамение — крест.


Священномученик Александр Малиновский

351

Свято-Троицкий собор города Красноуфимска. Современный вид

избиениям. По останкам удалось точно установить рост отца Александра — 1 метр 90 сантиметров. Раскопки производились под пение акафистов; по свидетельству очевидцев, некоторые из присутствовавших ощущали благоухание. 30 июля 2002 года останки священномучеников были отправлены на экспертизу в Областное бюро судебно-медицинской экспертизы Екатеринбурга, где было составлено подробное заключение. В частности, идентификационным исследованием было установлено портретное сходство между прижизненным изобра-

жением отца Александра и его честными мощами. Из черепа новомученика была извлечена револьверная пуля калибра 7,62 миллиметра системы «Наган». В ходе экспертизы был обнаружен нательный медный позолоченный крестик с надписью: «Верхотур». 5 декабря 2002 года мощи отца Льва и отца Александра были перенесены для поклонения в Свято-Троицкий собор города Красноуфимска. Усердием настоятеля храма отца Андрея Рыжакова и прихожан постоянно производится запись случаев чудесной помощи и исцелений, происходящих по молитвам к священномученикам.

Источники ГАСО. Ф. 6. Оп. 17. Д. 103. Клировая ведомость Введенской церкви села ВерхСуксунского Красноуфимского уезда за 1917 год. Клировая ведомость Спасо-Преображенской церкви села Гамово Пермского уезда за 1915 год. Наблюдательное производство по делу об убийстве в Пермской епархии 55 лиц духовного сана. ГАРФ. Ф. 4369. Оп. 5. Д. 847. Балмасов С. С. Красный террор на востоке России в 1918–1922 гг. М.: Посев, 2006.

Зауральский край. 1918. 4 сент. (ヽ 31), 29 сент. (ヽ 51). Кузнецов А. Жизнь и смерть отца Александра // Православная газета. 2002. ヽ 46 (223). Ларионова Л. Малиновские // Православная газета. 2004. ヽ 18 (291). Нечаев М. Г. Церковь на Урале в период великих потрясений: 1917–1922. Пермь, 2004. Пермские епархиальные ведомости. 1916. ヽ 10. Урал. 1918. 17 (4) нояб. (ヽ1).


352

Священномученик

Николай Бирюков 20 àâãóñòà/2 ñåíò áð

Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ñïàñî-Ïðåîáðàæåíñêèé æåíñêèé ìîíàñòûðü Êàìåíñêîãî çàâîäà Êàìûøëîâñêîãî óåçäà

Священномученик Николай Бирюков родился 26 февраля 1865 года в городе Екатеринбурге в семье протодиакона. Николай поступил в Пермскую Духовную семинарию, однако окончил только три класса и в 1882 году по прошению был уволен и назначен надзирателем пермской Александровской земской больницы. Свое служение Церкви Николай Васильевич начал в 1884 году с должности псаломщика во Введенской церкви Красноярского села Камышловского уезда. В этом же году он выдержал экзамены в камышловском уездном училище на звание начального народного учителя и с этого времени стал преподавать в различных учебных заведениях Камышловского уезда, совмещая эту деятельность со служением Церкви. В 1889 году Николай Васильевич был рукоположен в сан диакона, а в 1896-м — в сан священника. Служил отец Николай на различных приходах Екатеринбургской епархии: в селах Красноярском, Тыгишском, Закамышловском, Кургановском, Никольском, в Спасо-Преображенском соборе города Шадринска и в Верхне-Уфалейском заводе. 27 октября 1914 года отец Николай был переведен

к церкви Каменского Преображенского монастыря, которая стала последним местом его служения. Каменская Преображенская обитель была основана в 1850 году как женская община и получила статус монастыря в 1892 году. Отец Николай окормлял насельниц обители и исполнял обязанности приходского священника. Он был ревностным пастырем, постоянно заботившимся о духовно-нравственном воспитании паствы, требовательным к себе и другим и одновременно исполненным христианской любви. Батюшка считался хорошим проповедником: он умел доступно и в то же время глубоко объяснить смысл евангельского текста. За ревностное прохождение пастырского служения отец Николай удостоился нескольких церковных наград: набедренника, Архипастырских благословений и грамот. Отец Николай был женат на дочери священника Ольге Васильевне; известно, что к 1903 году у них было четверо детей: сыновья Василий, Стефан и Федор и дочь Павла. Батюшка и матушка заботились о духовном образовании своих детей: все они обучались в различных духовных


Священномученик Николай Бирюков

353

Преображенский женский монастырь в Каменском заводе. Фотография начала XX века

школах. Семья была дружной и крепкой. О том, какие теплые отношения царили в ней, свидетельствуют строки из сохранившегося письма отца Николая к младшему сыну Федору, написанного уже в годы гражданской войны. В этом письме после отеческих наставлений есть приписка матушки Ольги: «Милый Дарик, преогромное тебе спасибо за мед». Ласковое прозвище «Дарик», видимо, было уменьшительным от имени Феодор — «Божий дар». В семье Федора продолжали называть Дариком и тогда, когда он уже вырос, женился, воевал в рядах Белой армии. Из этой же приписки к письму ясно, что Федор тоже относился к своим домашним с нежной любовью — ведь он нашел возможность послать им мед в условиях войны. Вообще, все известные сведения об отце Николае Бирюкове и его домочадцах говорят о том, что они были истинными христианами, и их лучшие качества с особенной силой проявились в годы революции и гражданской войны. Октябрьский переворот разрушил устойчивый провинциальный быт Ка1

ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 13404. Л. 8 об.

менска. Отец Николай не скрывал своего отношения к начавшимся переменам: он призывал прихожан не поддаваться революционным страстям, не посещать митинги, не участвовать в демонстрациях во избежание соблазна и искушений, больше молиться и уповать на Бога. Несмотря на антирелигиозные запреты местных властей, отец Николай продолжал совершать богослужения, подавая своей пастве пример истинной духовной ревности. О неизменной любви батюшки к богослужению известно из его письма к сыну, в котором он рассказывает: «В празд[ник Преображения] я ушел в церковь в 6½ и вернулся в 1½… 7 часов стояния на ногах, так как акафисты читались у дерев[янной] часовни, а тут не присядешь. Ноги отекли, мне вздумалось, сидя в коробке, разуться. Проехал босой 30 верст и заболел, сейчас лечусь»1. 25 марта/7 апреля 1918 года, в праздник Благовещения Пресвятой Богородице, отец Николай в конце Литургии прочитал с амвона воззвание Патриарха Тихона, напечатанное в «Церковных ведомостях».


354 Прочитав послание и затем еще раз дневное Евангелие (от Марка, зачало 37-е), батюшка истолковал прихожанам прочитанные тексты. Он сказал, что Патриарх Тихон призывает верующих сплотиться вокруг храмов Божьих, а если потребуется, то и пострадать за свои убеждения. О том же говорилось и в евангельском зачале: Господь через Евангелие призывает христиан быть верными Ему, не страшась мук и самой смерти. В этот же день отец Николай был арестован представителями Каменского совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и отправлен в Следственную комиссию революционного трибунала Екатеринбурга. Его обвинили в распространении «черносотенного воззвания Патриарха Тихона»1. На следующий день — 26 марта/8 апреля — в женском монастыре было проведено общее собрание, на котором присутствовало восемьдесят насельниц монастыря. На собрании было принято обращение к Областному совету с ходатайством об освобождении отца Николая. В нем говорилось: «Принимая во внимание, что означенное воззвание исходило не лично от отца Николая Бирюкова, и, объявляя его молящимся, он исполнял свой пастырский долг и волю Верховного руководителя Церкви, от чего он не имел права отказаться, а также что и отсутствие его из нашей церкви в настоящее время Великого поста совершенно недопустимо… [просим] об освобождении отца Николая Бирюкова и возвратить его в Каменский женский монастырь к его месту служения»2. Такие же ходатайства были отправлены в Екатеринбург от прихожан и от Епархиального совета. Рассмотрев 1

ГАСО. Ф. р-627. Оп. 1. Д. 11. Л. 2. Там же. Л. 5. 3 Там же. Л. 13. 2

дело священника и приняв во внимание, что «означенное воззвание исходило не лично от него, а лишь объявлено было им после Литургии»3, Следственная комиссия 28 мая/10 июня 1918 года приняла постановление об освобождении отца Николая Бирюкова. С него была взята подписка не читать в церкви никаких брошюр и изданий без разрешения местного Совета. К радости насельниц монастыря и прихожан, батюшка возвратился из заключения и продолжил свое служение. Шла гражданская война. Жестокой болью отзывались в сердце отца Николая страшные события: разрушение храмов, осквернение святынь, избиения священнослужителей, убийства мирных жителей. В проповедях он продолжал призывать прихожан к стойкости в вере, к усердной молитве и упованию на Бога. Своего сына, Федора, батюшка благословил служить в Белой армии. 11/24 июля 1918 года в поселок Каменский завод вступили части Белой армии под командованием подполковника Д. Н. Панкова. Целый год в поселке действовала старая волостная власть под руководством военного коменданта, назначенного белым командованием. Комендантом поселка сначала был чех, а затем в декабре 1918 года на эту должность назначили местного жителя Вячеслава Воротникова. В Каменске была создана следственная комиссия из числа граждан, ранее работавших в судебной системе. В компетенцию комиссии входило выявление преступлений свергнутой советской власти, а также контроль над правомочностью арестов и содержания под стражей арестованных. Начались аресты и


Священномученик Николай Бирюков казни тех, кто поддерживал большевиков. После годичного правления в июле 1919 года власть белых в Каменске пала под натиском Красной армии. Начались репрессии со стороны красных, и обрушились они вновь прежде всего на духовенство. Летом 1919 года в Каменский ревком стали поступать доносы на отца Николая. «Прошу обратить особое внимание на монастырского священника Н. Бирюкова, который в личной беседе со мной не согласен ни в одном политическом вопросе и присутствовать на митингах он отказывается. <…> О последствиях прошу уведомить политотдел 21[-й] дивизии»1. «Сегодня мне случайно удалось услышать от граждан завода Каменского, бывших у богослужения, что священник монастыря (как его фамилия, я не знаю) читал проповедь антисоветского характера, что является недопустимым. А потому, стоя на страже интересов трудящихся, прошу ревком принять против этого меры пресечения»2. В августе 1919 года отец Николай был арестован во второй раз. В этот же день у него в доме был произведен обыск, в результате которого чекисты обнаружили личную переписку. Было найдено письмо к сыну Федору, занимавшему в Белой армии должность коменданта станции Богданович. «Здравствуй, милый! — писал отец Николай. — Как здравствуешь и бьешь ли краснотряпичников, воров и жуликов? Я слышал, что ты берешь там на поруки незнакомых тебе лиц. Поберегись, брат. Милосердие — вещь хорошая и для тебя обязательная, но только там, где зло1

ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 13404. Л. 5. Там же. Л. 7. 3 Там же. Л. 8 об. 4 Там же. Л. 2. 5 Мф. 16, 6. 2

355

деяние преступника касается только тебя, тебе причиняется вред, но не там, где вред творится обществу, строю, государству. Припомни обличения Христа книжникам и фарисеям, которых Он, Всемилосердный, гневно величает змиями, порождениями ехидны за то, что они сбивали с пути истины весь еврейский народ. Он же употребляет насилие при изгнании торговцев из храма, опять-таки оберегая весь народ. <…> Дави красных воров сильнее и берегись. Дай Бог тебе успеха и благополучия. Да хранит тебя Бог!»3. Из этого письма можно понять характер Федора: в такое страшное время, занимая ответственный пост коменданта, он старался проявлять любовь и милосердие к ближним — брал кого-то на поруки (хотя, возможно, не всегда делал это с должным рассуждением). Это говорит о том, что отец Николай смог воспитать сына в евангельском духе, научил его жить по заповедям. Но для большевиков, конечно, это письмо имело совсем иной смысл. На основании письма и двух доносов было принято решение о привлечении священника Бирюкова Николая Васильевича к ответственности «за погромную антисоветскую и антисемитскую агитацию»4. Причиной обвинения в антисемитизме послужила проповедь, сказанная на Евангельские слова: «Берегитесь закваски фарисейской и саддукейской»5. После толкования и объяснения евангельского текста отец Николай добавил: «Саддукеи учили, что нет воскресения мертвых. Ныне враги народа говорят открыто на митингах то же самое: нет воскресения


356 мертвых, нет рая и ада, нет Бога»1. В заключение проповеди батюшка предостерег своих чад, чтобы они не посещали такие митинги во избежание соблазнов и искушений. Когда следователь попросил объяснить, кого подразумевает обвиняемый под «врагами народа», отец Николай сказал следующее: «Всех людей, которые идут против Христианской Церкви, я называю врагами народа, а против таковой, главным образом, выступают евреи. В своей проповеди я указывал, что враги народа не только евреи, но все те, кто идет против Христианской Церкви»2. Следующим обвинением было то, что отец Николай год назад отказался отпеть красноармейца. В ЧК пожаловалась жена убитого. Свой поступок батюшка объяснил так: «Я отказался отпеть одного красноармейца в 1918 году и свой отказ мотивировал тем, что смерть его никем не засвидетельствована. Кроме того, я не приходской священник, а монастырский. Таковых лиц я считаю отлученными от Церкви за те выступления, кощунства, за избиения священников и за осквернения храмов, что делали красноармейцы в прошлом году»3. При этом отец Николай указал, что его поступок оправдан решением Поместного Собора Русской Православной Церкви, состоявшегося в 1917–1918 годах.

Красноармейца Чемизова, которого отказался отпеть отец Николай, чекисты характеризовали как человека, «отдавшего свою жизнь за правое дело служения народу»4. Он был расстрелян белыми. Хотя убитый формально и принадлежал к Православной Церкви, участие в попрании святынь, в кровавых расправах подводит его под анафематствования Церковного Собора. Так что, отказавшись отпеть красноармейца, отец Николай не нарушил никаких канонических правил. До последней минуты отец Николай твердо держался православной веры и не падал духом. К таким, как он, относятся слова: «Они победили его (клеветника, врага рода человеческого. — Сост.) Кровию Агнца и словом свидетельства своего, и не возлюбили души своей даже до смерти»5. Постановлением Екатеринбургской губернской чрезвычайной комиссии священник Николай Бирюков «за антисоветскую и антисемитскую агитацию» был приговорен к высшей мере наказания и 20 августа/2 сентября 1919 года расстрелян. Реабилитирован по Закону РФ от 18 октября 1991 года. Решением Священного Синода от 17 июля 2002 года священномученик Николай Бирюков прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских.

Источники ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 13404. ГАСО. Ф. 6. Оп. 4. Д. 164; Ф. р-627. Оп. 1. Д. 11. Клировая ведомость Спасо-Преображенского собора за 1891 год. ГАШ. Ф. 301. Оп. 1. Д. 46. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1904 год. Екатеринбург, 1904.

Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915. Шестернина Н. Г. Каменск. 1917–1950-е годы. Книга памяти. Каменск-Уральский, 2006. Т. 1. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1914. ヽ 44.

1

См.: ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 13404. Л. 16 об. Там же. Л. 17. 3 См.: Там же. Л. 16 об. 4 Там же. Л. 13 об. 5 Откр. 12, 11. 2


Священномученик Николай Бирюков

Заключение по материалам уголовного дела на отца Николая Бирюкова, составленное в 1992 году

357


358

Священномученик

Петр Иевлев

26 àâãóñòà/8 ñåíò áð

Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ñïàñî-Ïðåîáðàæåíñêèé ñîáîð Íåâü íñêîãî çàâîäà Åêàòåðèíáóðãñêîãî óåçäà

Священномученик Петр Иевлев1 родился в 1876 году 2. Образование он получил в екатеринбургском городском училище. Петр Иванович состоял в браке с Елизаветой Евгеньевной, которая до замужества была преподавательницей в женской гимназии. В семье Иевлевых было пятеро детей. В 1896 году Петр Иванович был рукоположен в сан диакона. Отец Петр отличался способностями к хозяйственной деятельности, поэтому в октябре 1901 года его пригласили занять должность эконома при екатеринбургском епархиальном женском училище. Это училище считалось самым крупным и благоустроенным в Екатеринбургской епархии. Оно было открыто в 1837 году при Ново-Тихвинском женском монастыре, а в 1880 году обитель передала его в ведение епархии, и оно стало Зауральским епархиальным женским училищем с шестиклассным курсом обучения. Это 1

учебное заведение часто посещали высокие гости, приезжавшие в Екатеринбург, бывали в нем и представители Царствующего Дома Романовых. Тот факт, что отец Петр Иевлев был назначен на ответственную должность в таком значимом для города учреждении, говорит о его незаурядных способностях и о доверии к нему епархиального начальства. В 1903 году, по благословению епископа Екатеринбургского и Ирбитского Владимира[21], было учреждено Попечительство о бедных воспитанницах екатеринбургского епархиального училища. Диакон Петр Иевлев с 1904 года состоял в нем членом-соревнователем 3. С целью материальной помощи бедным воспитанницам попечительство осуществляло сбор средств среди служащих училища, а также среди богатых граждан города. Служение отца Петра было многотрудным. Эконом должен был следить за

В некоторых источниках встречается написание: Иовлев. Согласно «Справочной книжке Екатеринбургской епархии на 1915 год» год рождения священномученика — 1877 (1876), а по данным метрической книги Преображенского собора Невьянского завода за 1918 год — 1875 (1874). 3 Член-соревнователь (офиц. дореволюц.) — неполноправный член какого-нибудь общества, являющийся кандидатом в действительные члены. 2


Священномученик Петр Иевлев сохранностью имущества училища, ежедневно выдавать провизию в назначенном количестве для стола воспитанниц; он отвечал за соблюдение чистоты и порядка в училищном доме, за исправность отопления и освещения. Кроме этого, в его обязанности входили кадровые вопросы: он подбирал подходящих людей на хозяйственные должности, следил за выполнением ими служебных обязанностей. Отец Петр принимал непосредственное участие в решении различных вопросов, связанных с содержанием здания училища. Вообще, эконом должен был заботиться обо всех текущих материальных нуждах учебного заведения. Видимо, отец Петр хорошо справлялся со своими обязанностями, поэтому на него было возложено еще одно серьезное послушание — одновременно с работой в училище он стал исполнять обязанности эконома при архиерейском доме. На эту должность назначали ответственных и добросовестных священнослужителей, только по рекомендации Духовной консистории. Архиерейские дома имели свои земли и угодья, недвижимое имущество, за сохранностью которых должен был следить эконом. Кроме того, он обязан был наблюдать за исправным поступлением доходов от собственности и представлять епархиальному архиерею отчет о своих действиях. В июне 1905 года отцу Петру посчастливилось участвовать в подготовке торжества, посвященного приезду в Екатеринбург всероссийского пастыря, отца Иоанна Кронштадтского. Как эконом отец Петр готовил для приема высокочтимого гостя помещение архиерейского дома и крестовую церковь при нем. Отец Иоанн прибыл в Екатеринбург 22 июня 1905 года. 1

359

Свою первую Божественную литургию он совершил тотчас по приезде в НовоТихвинском монастыре, а на следующий день — в крестовой церкви архиерейского дома. Утром эта церковь уже была полна народу, в алтаре собралось духовенство, назначенное к служению, а также много иереев и диаконов, приехавших из разных уездов, чтобы увидеть служение досточтимого батюшки. Скорее всего, на этой Литургии присутствовал и отец Петр. Служение отца Иоанна Кронштадтского произвело на всех сильное впечатление. Вот как описывает его молитву один из священников, служивших вместе с ним: «Как умилителен его взор, сколько смиренной покорности воле Божией и в то же время твердой надежды светится в глазах и лице батюшки! Усердное моление доводит его до высшего духовного напряжения. <…> Он весь преображается, никакой портрет не даст вам точного изображения его в этот момент. Он весь поглощен молитвою, ничего из окружающего для него не существует… Движения его… [так] быстры, энергичны, словно вся его духовная мощь стремится выйти наружу через тленную оболочку плоти. Все существо его проникнуто любовию ко Христу и со дерзновением он предстательствует перед Ним, как истинный служитель Его. <…> Приобщается дорогой батюшка с просветленным радостным лицом, приобщается с горячей любовью, с истинным желанием и надеждой, что, принимая Святые Дары, он теснейшим образом соединяется со Христом…»1. В конце Литургии отец Иоанн произнес проповедь, в которой говорил о необходимости стремиться к приобретению небесных вечных благ, а не земных, скоропреходящих и имеющих только временное значение для

Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1905. № 15. С. 505–506.


360 жизни человека. «Евангелие, — говорил батюшка, — теперь не в каждом доме можно встретить, оно заменено журналами, газетами и альбомами, а между тем для христиан — это книга жизни… она та пища, без которой не может быть жива душа христианина»1. По окончании Литургии отец Иоанн перешел в покои Его Преосвященства, где ему был предложен обед, после которого он отправился для совершения молебных пений в дома пригласивших его лиц. Организацией приема и трапезы занимался отец Петр Иевлев и вполне возможно, что ему довелось познакомиться и пообщаться с батюшкой, которого он, конечно, почитал. Отец Иоанн Кронштадтский пробыл в Екатеринбурге три дня, а затем отправился в Пермь. Серьезным испытанием для отца Петра, как и для многих горожан, стали трагические события в Екатеринбурге в октябре 1905 года. В январе этого года в России началась первая революция, в ходе которой 17 октября Император Николай II подписал Высочайший манифест, в котором были провозглашены основы гражданских свобод, расширение избирательных прав и выборы в законосовещательный орган власти — Государственную Думу. Содержание Манифеста стало известно в уральской столице 18 октября. Вот как описывали этот день «Екатеринбургские епархиальные ведомости»: «День 18 октября для жителей города Екатеринбурга начался самым обычным порядком: учащиеся собрались в учебные заведения и начали занятия, служилые люди занимались делом в конторах и канцеляриях, рабочие стояли на своих работах. Ничто не предвещало никакого изме1 2

нения в этом будничном настроении, как вдруг около полудня пронеслась по городу молнией весть о первостепенной важности Высочайшем манифесте — о том, что этим Манифестом русскому народу дарованы права гражданской свободы и расширено право народного участия в законодательной работе. Вскоре появились бюллетени с текстом Манифеста. Началось усиленное движение по улицам, везде были видны взволнованные, радостные лица. На площади у кафедрального собора, по распоряжению городского головы, [устроили] помост для служения благодарственного молебствия. В исходе 4-го часа дня в собор прибыло соборное духовенство, певчие, а на площади толпа народная с каждою минутою все росла и увеличивалась. Раздался благовест на соборной колокольне, привлекший новые массы народные, прибыли представители города, земства, суда, полиции. Духовенство в золотых облачениях с крестным ходом вышло из собора. Протодиакон громогласно прочитал Высочайший манифест, который был приветствован криками ура. <…> По удалении крестного хода в церковь на площади начались речи ораторов, приветствовавших русский народ с дарованною свободою, причем некоторые из говоривших народу лиц крайних партий позволили себе возглашать: „Долой Царя! Долой монархию!“ и этими возгласами… произвели смущение в умах многих русских людей, большинство… [из которых] не могло к тому же уяснить… сразу смысл Манифеста…»2. Торжества по поводу Высочайшего манифеста были использованы большевиками для своих целей, и это обернулось трагедией. На следующий день на той же

Екатеринбургские епархиальные ведомости.1905. № 13. С. 448. Там же. № 21. С. 705–706.


Священномученик Петр Иевлев Кафедральной площади революционеры созвали многолюдный митинг, на котором пытались по-своему объяснить Манифест. Сохранились сведения, что некоторые из принимавших участие в митинге были приведены на него силой, как, например, городские торговцы, которых заставили закрыть лавки ради «празднования свободы». Обстановка на митинге была весьма напряженной, в толпе царили противоречивые настроения. Когда на трибуну поднялся Яков Свердлов1, началось открытое возмущение. Вот как рассказывала об этом жена Я. М. Свердлова К. Т. Новгородцева, также бывшая революционеркой: «…едва товарищ Андрей 2 поднялся на ящик, заменявший трибуну, из толпы раздались крики: „Бей жидов!“, погромщики начали воинственно потрясать батогами и палками… Они рвались на трибуну, к Андрею. Однако пробиться было не так просто. Вокруг трибуны сгрудились дружинники, кое у кого из них были револьверы. Грянуло несколько выстрелов…»3. Большевики явились на митинг вооруженными, заранее зная, что их выступление может вызвать резкое неприятие. Торжества, начавшиеся благодарственным молебствием и крестным ходом, завершились кровопролитием. Главной трагедией стало то, что в эти события оказались втянуты дети и молодежь — учащиеся различных учебных заведений города, которые под влиянием большевиков организовали в этот день революционное шествие, приняли участие в митинге и устроили в городе погромы. 1

361

В официальном полицейском протоколе, направленном вечером того же дня на имя городского полицмейстера, так описываются эти события: «По почину учеников Уральского горного училища… учащиеся реального училища, мужской гимназии… двинулись к зданию женской гимназии, где к ним примкнули… ученицы последней. А затем толпа направилась к пансиону женской гимназии, и ученицы, бывшие в пансионе, присоединились к манифестантам. В это же время к ним примкнули ученики Художественной школы с красными знаменами, которыми они снабдили бывших в толпе других учащихся. Отсюда толпа… с пением «Марсельезы» и «Дубинушки» двинулась сначала в мужское Духовное, затем в Епархиальное женское, и, наконец, в псаломщическую школу и консисторию»4. Когда возбужденная толпа учащихся подошла к Епархиальному женскому училищу, навстречу им вышли учителя, воспитатели и представители администрации. Манифестанты потребовали прекратить занятия и отпустить учащихся на площадь разделить радость и торжествовать дарованную свободу. Когда им было отказано, они ворвались в училище, силой стали выгонять детей на улицу, произвели в здании погром. Девочки были сильно испуганы, плакали и, не зная, что делать, прятались под парты. На уговоры руководства покинуть здание и не пугать детей, хулиганы кричали: «Все, все должны идти! Долой дисциплину! Долой начальство!»5. Они хватали учениц

Настоящее имя — Янкель Мошевич Гаухман (1885–1919). Участник революции 1905–1907 годов на Урале. Его имя при советской власти носил Екатеринбург и до сих пор носит одна из уральских областей. 2 Подпольная кличка Я. М. Свердлова. 3 Грамолин А. И. Коридоров Э. А. Екатеринбург — Свердловск — Екатеринбург. История городской власти (1745–1919): документально-публицистические очерки. Екатеринбург, 2003 С. 152. 4 Грамолин А. И. Коридоров Э. А. Екатеринбург — Свердловск — Екатеринбург. С. 152–153. 5 Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1905. № 21. С. 710.


362 за рукава и тащили их к выходу. В коридоре царил полный беспорядок, шум и плач воспитанниц, крики демонстрантов, кощунственные речи против Церкви, духовенства: «Вот эти длинноволосые, которые пьют из девочек кровь»1. Учителя, подчиняясь насилию, вынуждены были отпустить некоторых старших учениц с демонстрантами и, чтобы не оставлять детей без присмотра, пошли вместе с ними. После этого толпа двинулась к архиерейскому дому, возле которого, не стесняясь присутствия Владыки Владимира, участники шествия стали разрывать национальные знамена, топтать их ногами и кричать: «Долой Царя! Да здравствует республика!» Владыка позднее вспоминал: «Я стоял у открытого окна и все видел. Тысячеголовая молодежь, наученная противообщественным волком социализма… презрению ко всякой власти, от Бога происходящей, не хотела замечать присутствия… архиерея. Видел я, что тысячи детей, как волчата бросаются на добычу, бросились на нашу церковную школу псаломщиков и регентскую школу певчих, начали угрожать, браниться, сталкивать учеников с лестницы, принуждая идти с собой»2. От консистории и псаломнической школы манифестанты, пополнившие свои ряды учащимися духовных заведений, направились по Уктусской улице на Соборную площадь, где «в это время простой народ, раздраженный речами ораторов-революционеров… пришел в ярость и бросился избивать ораторов»3. Видимо, на площади манифестацию молодежи частично разогнали. Нужно заме1

тить, что учащиеся духовных заведений в большинстве своем к этому времени уже покинули ряды демонстрантов и разошлись по домам. С разгоном манифестации беспорядки не прекратились. Революционно настроенная молодежь в течение двух дней продолжала бушевать в городе. Разгоряченные учащиеся врывались в театры во время спектаклей, требовали прекратить представление и выгоняли публику. В одном из театров они устроили публичное издевательство над городовым, которого раздели при всех. Во время митинга, организованного ими в Земской управе, новоявленные революционеры глумились над портретом Государя. Дебош на рынке, избиение приезжих крестьян, попытки вызвать мятеж в городской тюрьме, насильственное прекращение торговли под угрозой разнесения магазинов — бесчинства обрели невиданный размах. Все это сопровождалось призывами уничтожить «последние остатки гнусного царизма»4, криками «Долой религию!», «Долой монархию!», «Долой церкви!». Городские власти, видимо, предпринимали слишком слабые попытки прекратить мятеж, не приводившие к существенным результатам, и тогда горожане решили сами усмирить взбунтовавшуюся молодежь. Возмущенные революционными бесчинствами люди (а таких оказалось много, особенно среди простого народа) вышли на улицы и разогнали мятежников, пустив в ход кулаки и древки красных флагов, отнятых у самих же революционеров. Во время этих столкновений несколько человек погибли.

Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1905. № 21. С. 711. Там же. С. 696–697. 3 Грамолин А. И. Коридоров Э. А. Екатеринбург — Свердловск — Екатеринбург. С. 153. 4 См.: Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1905. № 22. С. 735-737. 2


Священномученик Петр Иевлев После прекращения мятежа епископ Владимир в Екатерининском соборе произнес проповедь, в которой осудил насилие как метод разрешения социальных противоречий и призвал обе стороны к покаянию. Однако Владыка не смог сдержать возмущения действиями революционеров и назвал их «бандой», «крамольниками», «волками». Эти слова не понравились городским либералам, и в прессе началась кампания, оправдывающая поведение учащейся молодежи в эти дни и осуждающая действия горожан, противостоявших революционерам. Такую же позицию заняла и Городская дума. 31 октября дума приняла постановление: оповестить Святейший Синод о недопустимых, с ее точки зрения, речах и поступках епископа Владимира. В донесении обер-прокурору сообщалось: «Екатеринбургская Городская дума в заседании 31 октября постановила доложить Святейшему Синоду, что 21 октября епископ Екатеринбургский Владимир во время Литургии произнес речь, в которой бросил обвинение детям в революционных замыслах и называл их волчатами, обвинял полицию в том, что она защищала детей от побоев преданных царю русских людей, обвинял общество в том, что оно предоставило площадь для трибуны людям, идущим против царя, и выражал удивление тому, что будут подлежать суду не дети, носившие красный флаг, а люди, их избивавшие. Считая опасным в настоящее смутное время такие речи Владыки, возбуждающие одну часть населения против другой, дума постановила представить об этом Святейшему Синоду на его распоряжение…»1. Такая позиция городских властей и прессы, безусловно, вызвала тревожные настроения среди духовенства и верующих города. 1

363

Между тем жизнь шла своим чередом, горожане постепенно восстанавливали порядок после погромов, произведенных в городе. Отцу Петру Иевлеву пришлось много потрудиться, чтобы привести в должный вид здание Епархиального женского училища и территорию возле архиерейского дома. Но, конечно, гораздо больше переживаний доставили батюшке сами трагические события в городе, смятение, произведенное среди воспитанниц его училища, разнузданное поведение «интеллигентной» молодежи, надругательство над верой и монархией. В эти трудные дни отец Петр получил новое назначение: 28 октября 1905 года его определили на диаконское место при екатеринбургском Екатерининском соборе с увольнением от должности эконома при Епархиальном женском училище. При этом он продолжал исполнять обязанности эконома архиерейского дома, но теперь мог больше времени посвящать богослужению и молитве. Екатерининский собор, в котором стал служить отец Петр, занимал особое место среди храмов Екатеринбурга. Он был возведен еще первыми строителями города (тогда завода-крепости) и более двадцати лет оставался его единственным храмом. Первоначально церковь была деревянная, но после пожара на ее месте по проекту А. Кичигина построили великолепный собор во имя Святой Екатерины, и в дальнейшем его история была неразрывно связана с историей столицы горнозаводского Урала. Вплоть до начала ХХ века его называли «соборной горной церковью»: в нем давали присягу первые горные офицеры, сюда по воскресным и праздничным дням приходили многие заводчане, здесь хранилось знамя Уральского горно-

Грамолин А. И. Коридоров Э. А. Екатеринбург — Свердловск — Екатеринбург. С. 154–155.


364 заводского батальона. Екатеринбургские купцы, золотопромышленники, видные общественные деятели и обыватели активно участвовали в приходской жизни храма. Духовенство Екатерининского собора оставило заметный след в истории культуры и просвещения города. В сентябре 1907 года отец Петр был рукоположен в сан священника и направлен для служения в крестовую церковь архиерейского дома, а в марте 1908 года его перевели в Спасо-Преображенский собор Невьянского завода Екате-

Священномученик Петр Иевлев. Фотография 1914 года

ринбургского уезда. На этом месте отец Петр также усердно трудился на благо Церкви. 25 марта 1912 года за ревностное и полезное служение он был награжден набедренником. Революция застала отца Петра в Невьянском заводе. Во время гражданской войны в середине июня 1918 года в городе вспыхнуло восстание против большевиков, ставшее одним из крупнейших на Урале. Организовали его военнослужащие-автомобилисты — бойцы 4-й тыловой автомобильной мастерской, которая до переезда в Невьянск находилась в городе Луге Петроградской губернии и ремонтировала автомобили, главным образом для нужд Северного фронта Первой мировой войны. Почти все рабочие побывали на фронте, но были возвращены в мастерские в связи с тем, что в тылу возникла острая нужда в специалистах автодела. Будучи настроенными против большевиков, автомобилисты решили эвакуироваться вместе с мастерской на Урал, ошибочно полагая, что на Урале большевизм не так силен, как в столицах. Из Екатеринбурга они отправились в Невьянский завод, где и обосновались. Эвакуация автомастерских была завершена в апреле 1918 года. Эти мастерские не были подчинены Областному управлению национальными предприятиями Урала, а находились в ведении Всероссийского автоцентра, поэтому пользовались широкой автономией и самостоятельностью, военнослужащие-автомобилисты были вооружены. Большевики, опасаясь сплоченности и бесстрашия автомобилистов, имеющих к тому же фронтовой опыт, делали попытки подчинить их себе, но это ни к чему не приводило — любая такая попытка встречала решительный отпор. В 1918 году в Невьянском заводе, как и везде, полным ходом шли национализация и


365

Спасо-Преображенский собор города Невьянска. Современный вид


366 экспроприация, во время которых у граждан забиралось все имущество вплоть до квартирной обстановки. Но там, где помещались рабочие автомобильных мастерских, большевики не решались производить конфискации. По этой причине состоятельные граждане Невьянского завода охотно отдавали автомобилистам свои комнаты и квартиры внаем. После длительной подготовки автомобилисты подняли восстание. 30 мая/12 июня ими был арестован Исполнительный комитет местного Совета, убиты двое его сотрудников, создан свой военный штаб. Исполнительным органом власти стал Крестьянский совет. К восстанию присоединились жители окрестных селений, Нейво-Рудянского и Верх-Нейвинского заводов. Духовенство района не могло не сочувствовать восставшим — ведь они стремились прекратить беззаконное правление большевиков, сопровождавшееся насилием по отношению к мирным гражданам, интеллигенции и духовенству, убийствами невинных людей и грабежом храмов. В Верх-Нейвинском заводе священник Иоанн Рубан дал восставшим благословение на борьбу с большевиками, а его сын вступил в ряды восставших. Девять дней шли бои с отрядами Красной армии. Повстанцы обращались за помощью к рабочим других заводов, в том числе расположенных в Екатеринбурге. В одной из листовок, отправленной жителям Верх-Исетского завода, говорилось: «Граждане, солдаты, крестьяне и рабочие. К вам обращается Крестьянский совет от лица всего населения Невьянского завода и его окрестностей. Остановите братоубийственную войну. Вас, граждане, обманывают боль1 2

ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 386. Л. 37. Там же. Д. 359. Л. 65.

шевики, распространяя ложные слухи, что с вами борются будто бы банды грабителей или чехословаков. Нет, граждане, все мы такие же мирные жители, как вы, все мы занимаемся своими крестьянскими работами или работами на заводе, но грабительские приемы большевистских комиссародержавцев нам стали непосильны. Чаша терпения истощилась. …И вот 1-го июня ст[арого] стиля [1918 года] наши товарищи солдаты-автомобилисты смелым натиском сбросили это ярмо, арестовав всех большевистских комиссаров и их приспешников… <…> Не верьте, граждане, большевикам и прекратите бойню. <…> Не медля ни минуты, свергайте иго большевизма»1. Против восставших были брошены регулярные части Красной армии, и восстание вскоре было подавлено. Военный руководитель внутреннего фронта Таватуй-Невьянского района получил секретную инструкцию от командующего Северо-Урало-Сибирского фронта о том, как надо поступить с восставшими. Приказывалось уничтожить все заводские поселки, население которых принимало участие в контрреволюционных выступлениях. «Штаб фронта считает, что если первое восстание будет жестоко подавлено и… об этом будет широко оповещено все население Урала, то это отобьет всякую охоту к дальнейшим выступлениям одураченных меньшевиками, правыми эсерами, белогвардейцами рабочих масс, недовольных ухудшением продовольственного вопроса и предстоящей мобилизацией. Решительное подавление Невьянского бунта сэкономит нам в будущем отправку живых сил на карательные экспедиции»2.


Священномученик Петр Иевлев В Невьянске и его окрестностях начался террор. Почти весь завод был выжжен, уцелело чуть больше ста двадцати домов. Общественные учреждения: больницы, школы, аптеки — были разграблены и разрушены. В ходе карательной операции большевики расстреляли свыше трехсот человек. Расстрелы происходили почти каждый день. Многие жители прятались в лесах. Духовенство района было обвинено в развязывании антибольшевистского выступления, поэтому священнослужителей убивали в первую очередь. Во время Источники Помянник 1919 года. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 16854. Л. 50. ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 359, 386; Ф. 76. Оп. 1. Д. 780. Грамолин А. И. Коридоров Э. А. Екатеринбург — Свердловск — Екатеринбург. История городской власти (1745–1919): документально-публицистические очерки. Екатеринбург: Сред.-Урал. кн. изд-во; Новое время, 2003. Манькова И. Л. Храм в сердце и памяти. Екатеринбург, 2000.

1

367

этих расправ был ограблен и осквернен Спасо-Преображенский собор, в котором служил отец Петр Иевлев. 26 августа/ 8 сентября 1918 года был убит большевиками в своем доме и сам батюшка1. 28 августа/10 сентября было совершено его соборное отпевание, после которого отец Петр был погребен в церковной ограде. Решением Священного Синода от 17 июля 2002 года священномученик Петр был прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских.

Сборник действующих и руководственных церковных и церковно-гражданских постановлений по ведомству православного исповедания / сост. Т. Барсов. СПб., 1885. Т. I. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1904. ヽ 22; 1905. ヽ 13, 15, 21; 1907. ヽ 37; 1908. ヽ 13; 1912. ヽ 11.

В настоящее время нет точных данных о том, что именно послужило поводом к убийству священника, но можно предположить, что это так или иначе было связано с антибольшевистским восстанием, происшедшим в Невьянске.


368

Священномученик

Павел Фокин

27 àâãóñòà/9 ñåíò áð

Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ñðåòåíñêà öåðêîâü ñåëà Ìóðçèíñêîãî Âåðõîòóðñêîãî óåçäà

Священномученик Павел Фокин родился в 1883 году1 в семье священнослужителя. Мать его была просфорницей. Кроме Павла в семье воспитывалось еще два сына, которые впоследствии стали также священнослужителями, и две дочери: Евгения и Вера. Подобно своим братьям, Павел Иванович избрал духовную стезю: он поступил в Пермскую Духовную семинарию. Проучившись в течение двух лет, он вступил в брак с дочерью состоятельных мещан Таисией Всеволодовной, впоследствии у них родилось шестеро детей: сын Николай и дочери Ольга, Лидия, Зинаида, Нина и Евгения. Уволившись из семинарии, Павел Иванович был рукоположен в 1900 году в сан диакона и в течение 12 лет проходил служение в Пермской епархии. В марте 1912 года он был переведен в Екатеринбург, в Екатерининский собор, где стал служить на вакансии псаломщика. В декабре того же года отец Павел удостоился рукоположения в священнический сан и был определен на служение в Сретенскую церковь села Мурзинского Верхотурского уезда. 1

Это село, расположенное на реке Нейве в ста девяноста километрах от города Верхотурье, было основано в первой половине XVII столетия. Есть несколько версий происхождения названия села. Оно было названо так или от наименования урочища Мурзинская слань (или ялань), в котором оно расположено, или по имени татарина Мурзы, который, по преданию, жил в этих местах. В 1662 году Мурзинская слобода подверглась нападению башкир: крестьяне были перебиты, первая деревянная церковь и дома сожжены, скот угнан. В XVIII столетии в селе был построен новый, каменный, храм с престолами в честь Сретения Господня, Святителя Николая и Мученицы Параскевы. Главной его святыней являлась икона святой Параскевы. Поклониться ей приезжало в село Мурзинское множество паломников из самых разных мест. Образ этот первоначально находился в часовне деревни Кайгородской, где был чудесным образом спасен от пожара, после чего его перенесли сначала в деревню

Возможно, в 1882 году. Данные приводятся на основании сведений из «Справочной книжки Екатеринбургской епархии на 1915 год», в которой указан возраст священномученика.


Священномученик Павел Фокин с семьей. Слева направо: отец Павел, его дочь Ольга, супруга Таисия Всеволодовна, сын Николай, дочь Лидия. На руках у матушки — дочь Зинаида. Фотография 1914 года


370 Южакову, а затем — в село Мурзинское. В XIX — начале ХХ веков одним из самых торжественных событий для жителей села Мурзинского и причта Сретенского храма был крестный ход, ежегодно устраивавшийся с этой иконой: в шестую неделю по Пасхе почитаемый образ в сопровождении духовенства и множества богомольцев переносили в церковь Святой Параскевы Пятницы села Кайгородского1, где она пребывала в течение трех недель до праздника Всех Святых. После этого «усердием как жителей деревни [Южаковой], так и приходящих богомольцев»2 образ торжественно переносили в деревню Южакову, где в строго определенный день, девятую пятницу по Пасхе, перед ней служился молебен, а затем икона возвращалась в село Мурзинское. На пожертвования богомольцев икона была богато украшена сребропозлащенной ризой со множеством вставок из камней, добытых на местных копях: аметистов, аквамаринов, золотистых топазов и других. К началу ХХ века в селе Мурзинском проживало около пятисот человек, действовало земское училище, имелось несколько торговых лавок, шесть кузниц, мельница. Помимо земледелия местные крестьяне занимались также добычей самоцветных камней. Дело в том, что еще в XVIII столетии несколько итальянцев, приглашенных в Россию для поиска ценных строительных материалов ради украшения новой столицы — Петербурга, открыли в окрестностях села Мурзинского месторождения полудрагоценных камней — топазов, бериллов, аметистов и других. С тех пор местные крестьяне ста1

ли заниматься как добычей, так и огранкой камней, причем над огранкой трудились не только мужчины, но и женщины и даже дети. Большинство самоцветов из окрестностей села Мурзинского поступало через перекупщиков в Санкт-Петербург, Москву, Пермь и другие крупные города России. Эти особенности в занятиях не могли не наложить некоторого отпечатка на нравственный облик местных жителей. Так, например, самая добыча самоцветов обыкновенно производилась весной, то есть перед Великим постом или во время него. Удачная добыча, как правило, сопровождалась попойками. Это, несомненно, доставляло много беспокойства и забот духовенству села. В течение пяти лет продолжалось служение отца Павла в селе Мурзинском. За свои усердные труды батюшка «пользовался доверием и любовью всего общества»3. Вместе с матушкой он воспитывал шестерых маленьких детей. Наступил 1917 год. Произошла Февральская революция, затем Октябрьская. Уже после Февральской революции начались выступления против Православной Церкви и ее служителей. Грубое обращение со священниками, появление в храмах мужчин в шапках, прикуривание папирос от горящих свечей — такие случаи стали происходить по всей России. После Октябрьской революции начался массовый террор против всех действительных и мнимых противников большевизма, в том числе против верующих. Вначале масштаб красного террора был относительно небольшим: карательный

Храм во имя Святой Параскевы был построен в деревне Кайгородской в 1860-х годах, после чего она получила статус села. 2 ГАСО. Ф. 612. Оп. 2. Д. 10. Л. 4 об. 3 Уральская жизнь. 1918. 20 окт. (№ 190).


Священномученик Павел Фокин аппарат большевиков только готовился к осуществлению массовых репрессий. В декабре 1917 года была образована Всероссийская чрезвычайная комиссия, а весной-летом 1918 года быстрыми темпами началось создание органов ВЧК на местах — к концу августа в стране действовало уже тридцать восемь губернских и семьдесят пять уездных «чрезвычаек». Официально массовый террор был объявлен большевиками 23 августа/5 сентября 1918 года. Однако на Урале он был развернут значительно раньше — уже весной-летом того же года. Первоначально осуществлялся он разрозненными красногвардейскими отрядами, формировавшимися из рабочих, революционно настроенных солдат, бывших политических ссыльных и выпущенных из тюрем уголовников. Совершенная разнузданность, бессмысленная и подчас извращенная жестокость, глумление над всем святым, почти полная бесконтрольность отличали их действия. Ограбления православных храмов членами таких отрядов в большинстве случаев сопровождались невероятными кощунствами: священные предметы навешивались в насмешку на вьючных животных, на иконописных изображениях Господа Иисуса Христа, Пресвятой Богородицы и святых делались неприличные надписи, у них выкалывались глаза, в рот им вставлялись папиросы. После ухода красных храмы представляли собой ужасающую картину: разбросанные иконы, книги и священные облачения, разбитые лампады, растоптанные свечи, изломанные предметы церковной утвари, выбитые иконы в нижних ярусах иконостасов (очевидно, ногами), растворенные настежь Царские врата, сорван1

371

ные завесы, изрезанные плащаницы и даже антиминсы, рассыпанные в алтаре Святые Дары. Все ценные предметы, в том числе наперсные кресты и дароносицы, красные уносили с собой. Почти везде, где появлялись красногвардейские отряды, производились аресты священнослужителей. Священник мог быть арестован дома в кругу семьи, на улице, в дороге и даже в церкви при совершении богослужения. Обычно предъявлялись обвинения в «контрреволюционности», в приверженности «к кадетам» и «буржуям», в произнесении проповедей, осуждавших советскую власть, и тому подобном — этого было достаточно для того, чтобы предать служителя Церкви смерти с жестокими мучениями. Все это непосредственно коснулось и духовенства села Мурзинского. Из всех церковно- и священнослужителей села отец Павел был, видимо, наиболее ревностным и активным: произносил проповеди, лично беседовал с прихожанами. Это было вменено ему в антисоветскую агитацию. Под угрозой ареста и привлечения к суду ревтрибунала духовенству Сретенской церкви была официально запрещена «всякая агитация», а с отца Павла взяли следующую подписку: «1918 года, июня 8[-го] дня, я, нижеподписавшийся священник Павел Фокин, состоя на службе духовного ведомства при мурзинской Сретенской церкви, сим обещаюсь, что выступать с проповедями против советской власти ни с амвона, ни в собраниях и общих молениях, ни в частных разговорах не буду и местную и государственную власть признаю как власть законную и каких-либо противодействий ее распоряжениям делать не намерен»1.

Мурзинская волость Верхотурского уезда. Контрреволюционная агитация // Уральский рабочий. 1918. 14 июля (№ 137).


372 Приблизительно в то же время в селе Мурзинском по предложению Областного совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов была организована военная коллегия, членами которой стали «лица, пользующиеся незавидной репутацией»1, как писала позже газета «Уральская жизнь». Этим «лицам» были даны неограниченные полномочия. «Вся ваша жизнь в наших руках, что хотим, то и делаем», — говорили они односельчанам. Для наведения «порядка» военная коллегия время от времени стала вызывать в село карательные отряды. Первым был арестован диакон Сретенской церкви отец Александр Землянников, являвшийся членом волостного правления и исполнявший обязанности счетовода Общества потребителей. Его увезли в Алапаевск, продержали в тюрьме в течение семи суток, а затем он был освобожден с обязательством немедленного выезда из села. Вскоре после этого в селе Мурзинском, как и везде по Уралу, началась мобилизация в ряды Красной армии. Все мужское население села отказалось вступать в Рабоче-Крестьянскую Красную армию. Члены коллегии донесли об этом инциденте в Нижне-Тагильский завод2, откуда сразу же прибыл карательный отряд во главе с комиссаром Чугуновым. После взятия с населения контрибуции размером десять тысяч рублей Чугунов приказал арестовать местного священника, отца Павла, а также семнадцать мужчин, подлежавших мобилизации. Все они были отправлены в Алапаевск. Здесь в ночь на 27 августа/9 сентября отец Павел был расстрелян большевиками. Расстрелы в Алапаевске происходили близ железнодорожной станции — за не1

Уральская жизнь. 1918. 20 окт. (№ 190). Получил статус города в 1919 году. 3 Там же. 22 окт. (№ 191). 2

сколько месяцев 1918 года там встретило смерть около трехсот человек. Очевидцыжелезнодорожники рассказывали, что вначале красные расстреливали рядом со станцией, за семафором, а затем стали в теплушках вывозить свои жертвы на расстрел за город. Если какой-либо пожилой человек не мог забраться в теплушку сам, ему «помогали»: били плетьми до тех пор, пока обезумевший от боли старик из последних сил все же не взбирался в вагон. В случае же, если и эта «мера» не давала результатов, — несчастного тут же пристреливали или забивали нагайками насмерть. Было в Алапаевске и еще одно место массовых убийств, также поблизости от станции. Это была песчаная местность, где с давних пор местные жители брали для своих нужд песок, отчего там образовались большие ямы с «подходами», в виде нор. Красноармейцы, чтобы не рыть могил, стали использовать эти норы: приводили арестованного или заложника к такой норе, пристреливали, а сами забирались наверх и прыгали, пока не обваливался верхний пласт земли. «Судя по рассказам очевидцев, — констатировала газета «Уральская жизнь», — в деле убийств и расстрелов каждый красноармеец имел свою собственную инициативу»3. В одном из этих мест около станции Алапаевск, видимо, и был убит священник Павел Фокин. После смерти отца Павла его матушка осталась одна с пятью малолетними детьми без всяких средств к существованию. Осенью 1918 года семья, вероятно, получила некоторое утешение в своей скорбной жизни. В это время территории Верхотурского и других уральских уездов


Священномученик Павел Фокин

373

постепенно освобождались белыми, которых население встречало обыкновенно хлебом-солью, с иконами и хоругвями. Жизнь начинала налаживаться. В сентябре 1918 года в Екатеринбурге было проведено епархиальное собрание под председательством Преосвященного Григория[24], епископа Екатеринбургского и Ирбитского. Постановлением этого собрания семьям священнослужителей, убитых большевиками, в том числе и семье отца Павла Фокина, стала оказываться материальная помощь. Было решено ежемесячно в течение трех лет производить денежные сборы с духовенства, устроить сбор средств по церквям, начать организацию чтений, лекций и концертов, посвященных памяти погибших иереев. «Было приятно и радостно сознавать, — писали «Известия Екатеринбургской Церкви», — что бедные

сироты получат вовремя помощь в своем тяжелом, безвыходном положении, что их горе разделяет и вся епархия, что священнослужители, стоя пред престолом Всевышнего, будут возносить свои теплые молитвы за мучеников иереев, погибших на своем посту при исполнении своего пастырского долга»1. Однако, к сожалению, этим добрым начинаниям не суждено было осуществиться во всей полноте: ситуация коренным образом изменилась летом 1919 года, с возвращением правления большевиков. Помощь семьям погибших священников стала тогда уже невозможной… Священномученик Павел Иванович Фокин прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских от Екатеринбургской епархии 17 июля 2002 года.

Источники ГАСО. Ф. 612. Оп. 2. Д. 10. Помянник 1919 года. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 16854. Л. 50. Воспоминания Н. П. Денисовой, дочери священномученика Павла Фокина. Воспоминания В. Н. Фокина, внука священномученика Павла Фокина. Кривощеков И. Я. Словарь Верхотурского уезда Пермской губернии с общим историко-экономическим очерком, приложением карты уезда в границах по административному делению России в 1734 году. Пермь, 1910.

Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1912. ヽ 13, 51. Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. ヽ 16–18. Мурзинская волость Верхотурского уезда. Контрреволюционная агитация // Уральский рабочий. 1918. 14 июля (ヽ 137). Пермские епархиальные ведомости. 1899. ヽ 14. Уральская жизнь. 1918. 20 окт. (ヽ 190), 22 окт. (ヽ 191).

1

Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. № 17–18. С. 339–340.


374

Священномученик

Алексий Будрин 28 àâãóñòà/10 ñåíò áð

Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Ñâ òî-Òðîèöêèé ñîáîð ãîðîäà Êðàñíîóôèìñêà Ïåðìñêîé ãóáåðíèè

Священномученик Алексий Будрин родился 6 февраля 1861 года в семье протоиерея Иоанна Будрина. Образование он получил в Пермской Духовной семинарии, окончив ее с аттестатом первого разряда. Будучи около двадцати лет от рождения, Алексей Иванович вступил в брак с девицей Капитолиной Всеволодовной, после чего принял рукоположение в сан диакона и был назначен на первое место своего служения — в Благовещенскую церковь Пермской мужской гимназии. Одновременно с этим отец Алексий начал и преподавательскую деятельность, исполняя обязанности учителя и законоучителя в школе пермского исправительного арестантского отделения. 19 января 1883 года отец Алексий был удостоен рукоположения в сан священника, которое совершил Преосвященный Нафанаил[52], епископ Екатеринбургский, викарий Пермской епархии. С этого времени началось служение батюшки в Свято-Троицкой церкви села Сыринского Красноуфимского уезда. В этом селе отец Алексий также преподавал Закон Божий в народном училище, причем столь успешно, что в 1887 году был удо-

стоен за это Архипастырского благословения. В эти годы у них с матушкой Капитолиной родилось трое детей: в 1883 году — дочь Александра, в 1885-м — сын Стефан, который впоследствии стал насельником Свято-Николаевского мужского монастыря города Верхотурья, и в 1886 году — дочь Капитолина. В 1886 году, в возрасте лишь двадцати пяти лет, отец Алексий стал членом благочиннического совета 1-го округа города Красноуфимска и вслед за этим, указом Духовной консистории от 16 августа 1887 года, был переведен для служения в этот город: в церковь в честь Святых Кирилла и Мефодия при реальном училище. Красноуфимская крепость была основана полковником русской армии А. И. Тевкелевым в 1730-х годах в урочище Красный Яр, близ реки Уфа. В 1781 году Указом Правительствующего Сената она была преобразована в уездный город Красноуфимск. К концу XIX столетия в городе проживало уже около шести тысяч человек, действовало два храма: Свято-Троицкий собор и Кирилло-Мефодиевская церковь при училище, работали несколько небольших кожевенных пред-


375

Священномученик Алексий Будрин


376

Священномученик Алексий Будрин


Священномученик Алексий Будрин приятий, восково-свечной и мыловаренный заводы, спичечная фабрика, имелось много мастерских, фотоателье, типография, гостиницы, склады. Однако внешне Красноуфимск был в то время мало похож на город. Сохранилось описание его, опубликованное в свое время в «Пермских губернских ведомостях»: «…Въезжая в город с какой угодно стороны, видите его окруженным полями и деревнями; ближе на оконечностях его показываются гумна с кладями хлеба и копнами соломы, затем тянутся в беспорядке разбросанные огороды, домики и лачужки, огороженные жердями, и черные бани, кругом заваленные отрепьем. В самих улицах встречается множество овец — чего нельзя сказать сегодня даже о деревнях округи и его фермах, — часто лежащих на дорогах, так что идущему необходимо принимать предосторожность, чтобы не замять некоторых»1. Именно таким увидел город при въезде в него и отец Алексий. Одновременно со священническим служением батюшка начал также преподавать Закон Божий и церковно-славянский язык в красноуфимском реальном училище. Обучение в нем производилось на горнозаводском и сельскохозяйственном отделениях, воспитанники на практике изучали горное дело, земледелие и животноводство. На специально отведенном участке земли были устроены животноводческие фермы, ветеринарный пункт, мастерские по ремонту и изготовлению сельскохозяйственной и перерабатывающей техники, учебные заводы. В 1887 году на Урало-Сибирской научно-промышленной выставке училище было награждено большой Золотой медалью — «за 1

377

Дочь священномученика Алексия Будрина Александра Алексеевна

превосходную постановку учебного дела, созданные его умельцами несгораемые крыши, [и] распространение… современных земледельческих орудий»2. В 1889 году красноуфимское реальное училище, первым в России, было преобразовано в промышленное. В это время законоучителем в нем был отец Алексий. В училище получали образование уже около двухсот воспитанников; батюшка преподавал им Закон Божий во всех шести классах: именно под его руководством они изучали Евангелие и катехизис, краткий курс служб, историю Церкви. Кроме того, отец Алексий сразу стал законоучителем и в русско-башкирской сельскохозяйственной школе, где помимо теоретических знаний дети приобретали и практические навыки. Вскоре батюшка был также назначен членом Красноуфим-

Цит. по: Смирных А. И. Уездные столицы: культурно-исторические очерки / А. И. Смирных и др. Екатеринбург, 2002. С. 278. 2 Цит. по: Уездные столицы. С. 282.


378 ского уездного отделения Епархиального училищного совета. В сентябре 1890 года отец Алексий был переведен для служения в главный храм города — Свято-Троицкий собор, а в октябре того же года назначен на должность помощника благочинного 1-го округа Красноуфимского уезда. Одновременно он начал преподавать Закон Божий в церковно-приходском Кирилло-Мефодиевском училище с трехлетним курсом обучения. За свою активную деятельность молодой священник удостоился в то время еще двух наград: набедренника и скуфьи. Там же, в Красноуфимске, в 1889 и 1891 годах в семье Будриных родилось еще двое детей: дочь Лидия и сын Алексей. Три старшие дочери отца Алексия впоследствии стали супругами священников. Отец Алексий не успел прослужить в Красноуфимске и четырех лет, как его вновь перевели, на сей раз — в губернский город Пермь, в Спасо-Преображенский кафедральный собор, где прошли дальнейшие восемнадцать лет его жизни. Здесь также продолжилась его активная преподавательская и общественная деятельность. Он стал заведующим двумя школами при братстве Святителя Стефана: двухклассной церковно-приходской и епархиальной псаломнической, законоучителем в пермском епархиальном женском училище, а в 1896 году был назначен постоянным членом Пермского уездного отделения Епархиального училищного совета. В июне 1896 года отец Алексий был определен на должность ключаря Спасо-Преображенского собора: теперь он нес ответственность за сохранность всех соборных ценностей, в его обязанности 1

входило также ведение их описи, хранение ключей от всех основных помещений, наблюдение за порядком богослужения. В период служения батюшки кафедральный собор был благоукрашен: заменено старое паникадило, некоторые стены храма расписаны фрагментами из жития святителя Стефана Пермского. Было освящено два придела: во имя Пророка и Крестителя Господня Иоанна и во имя Святителя Димитрия Ростовского. В 1896 году к многочисленным священническим, преподавательским и иным обязанностям отца Алексия добавились еще новые: указом Святейшего Синода батюшка был утвержден в должности штатного члена Пермской Духовной консистории. На этом посту он трудился тринадцать лет. 25 июня 1904 года стало одним из самых знаменательных дней для всех жителей Перми: в этот день в город прибыл почитаемый по всей России молитвенник и чудотворец — протоиерей Кронштадтского Андреевского собора отец Иоанн Сергиев. Везде, где ни появлялся батюшка, толпы народа обыкновенно уже ожидали его. Стремились получить его благословение: кто хватал за руку, кто целовал одежду, кто плакал, всякий старался хоть чем-нибудь выразить свою радость. «Здравствуйте, православные, отцы, братья, сестры! Народ Божий, здравствуйте!»1 — говорил обычно отец Иоанн, ласково взирая на обступивших его людей. Вопросов предлагалось очень много, и на все он находил, что сказать: плачущих утешал, больным давал советы. Благословляя же, прибавлял: «Бог благословит, буди вам по вере вашей!». «Надо самому видеть, — писал один из очевидцев подобных встреч с народом, — чтобы судить, какое сильное

Отец Иоанн среди народа // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. Воспоминания самовидцев. М., 2004. С. 71.


Священномученик Алексий Будрин впечатление производит это умилительное зрелище, как обходителен отец Иоанн и, как искренно любят его все!..»1. Из уст в уста передавались рассказы о молитвенной помощи Всероссийского пастыря, о совершавшихся по его молитвам исцелениях, о его прозорливости и силе его пламенных проповедей. На Урале, в Перми, как и везде, «имя отца Иоанна Кронштадтского было известно… как имя пастыря-молитвенника, святого подвижника, слава которого гремела тогда по всему миру, кого всенародное мнение окружало ореолом высокой святости, того дивного в наше время человека, который все отдал для Христа и был, так сказать, Илиею своего времени»2, — писал впоследствии иеромонах Иувиан (Красноперов), который в те годы жил в Пермской губернии. 26 июня отец Иоанн Кронштадтский совершал богослужение в пермском кафедральном соборе: на утрене он сам читал канон, Литургию служил совместно с двумя Преосвященными и двадцатью четырьмя священниками, среди которых был и отец Алексий. В этот же день великий Всероссийский пастырь посетил покои отсутствовавшего епископа Иоанна (Алексеева)[32], а 27 июня уехал по железной дороге в Котлас. Несомненно, отец Алексий запомнил на всю жизнь встречу с отцом Иоанном, этим молитвенником и утешителем русского народа. В 1904–1907 годах отец Алексий заведовал женской церковно-приходской школой, действовавшей при женском Успенском монастыре города Перми. Монастырь этот был основан в 1872 году усердием известных пермских благотво1

рителей братьев Каменских. К началу ХХ века в нем проживало уже около двухсот насельниц, действовало несколько мастерских, больница, хлебопекарня, просфорня, было организовано производство свеч, несколько сестер занималось миссионерской деятельностью, проводя беседы со старообрядцами. При обители почти с самого ее основания был устроен и приют для девочек-сирот. Около двадцати воспитанниц проживали в особом двухэтажном каменном корпусе, где находились и комнаты-классы приютской школы. Девочек обучали пению, письму, чтению, рукоделию, главным же предметом был Закон Божий. Ко времени заведования ею отца Алексия школа эта получила уже более высокий статус, став церковно-приходской. Самоотверженные труды отца Алексия не оставались без внимания со стороны священноначалия — он многократно удостаивался самых высоких церковных наград: камилавки, золотого креста, «от Святейшего Синода выдаваем[ого]»3, орденов Святой Анны II и III степени. В 1902 году по ходатайству управляющего Московской Синодальной типографией батюшка «за особенные труды по распространению Синодальных изданий»4 получил в награду от Святейшего Синода Библию. В том же году он был возведен в сан протоиерея. В период служения отца Алексия в Перми у него и матушки Капитолины родился шестой ребенок — дочь Любовь. В 1909 году вновь последовала перемена в судьбе пастыря. В октябре этого года он был переведен снова в Красноуфимск — в Свято-Троицкий собор. Одно-

Отец Иоанн среди народа // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. С. 71. Иувиан, иером. Главы из автобиографии // Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. С. 500. 3 ГАПО. Ф. 542. Оп. 1. Д. 25. Л. 84 об. 4 Там же. 2

379


380 временно батюшка был назначен благочинным церквей градо-Красноуфимского округа и председателем Красноуфимского уездного отделения Епархиального училищного совета. В 1910–1912 годах он также исполнял обязанности заведующего церковно-приходской школой и председателя Красноуфимского церковно-приходского попечительства. 20 октября 1912 года в жизни батюшки произошло важное событие: Пермским губернским избирательным собранием он был избран в члены Государственной Думы IV созыва от Пермской губернии. 12 декабря как член Государственной Думы он удостоился представления Его Императорскому Величеству Государю Императору Николаю II. В память об этом событии ему был «Всемилостивейше пожалован снимок с изображением Его Величества Государя Императора Николая II»1. А в следующем, 1913 году, в дни юбилейных торжеств по случаю 300-летия царствования Дома Романовых (21–24 февраля) протоиерей Алексий удостоился чести лично преподнести Императору поздравление. После этого батюшке был пожалован особый нагрудный знак, «Высочайше учрежденный для лиц, приносивших Их Императорским Величествам личные верноподданнические поздравления по случаю 300-летия царствования Дома Романовых»2. В мае 1913 года батюшка был награжден орденом Святого Князя Владимира IV степени, а в июне 1917 года получил свою последнюю награду — палицу. В это время отцу Алексию было уже пятьдесят шесть лет. Активный церковный и общественный деятель, лично известный Государю, настоятель главного 1 2

ГАПО. Ф. 542. Оп. 1. Д. 25. Л. 85 об. Там же.

храма Красноуфимска, духовный пастырь, окормлявший множество прихожан, отец большого семейства. Сохранились фотографии отца Алексия, сделанные в те годы. Ростом батюшка был чуть выше среднего, волосы и борода уже с проседью, взгляд — спокойный и добрый. Общественные потрясения, однако, полностью изменили ход всей его жизни. Летом 1918 года в Красноуфимске, как и повсюду, начался разгул беззаконий, творимых «новой властью». Сохранились воспоминания одного из очевидцев, опубликованные позже в газете «Горный край»: «…увешанные красными лентами, носились комиссары по городу, гордые своей властью, готовые каждую секунду вцепиться в горло во имя защиты завоеваний революции. В тучах пыли, со звоном колокольчиков, с грохотом разъезжали по уезду карательные экспедиции, доставляя затем в город все новые и новые партии арестованных. Красная армия начала заполнять свой синодик рядом неслыханно-позорных деяний. Насилия над женщинами — одна из них повесилась на другой же день, — обложения, контрибуции, конфискации, запрещения, аресты, расстрелы, грабежи — вот в чем выражалось революционное творчество большевиков, от которого все труднее и труднее становилось дышать. Жили в постоянном страхе за завтрашний день, за наступающие ночи, когда один мрак является свидетелем творимых ужасов, боялись говорить друг с другом. Помнили дикую угрозу кровожадного председателя городского исполкома: „Если прольется хоть одна капля крови моего красноармейца, морем крови залью город!“.


Священномученик Алексий Будрин И он не забыл своей угрозы…»1. Летом 1918 года по всему Красноуфимскому уезду прокатилась волна крестьянских восстаний. Первое восстание произошло в июне среди жителей села Поташка. В газете «Горный край» позже писали о нем так: «Комиссары [Красноуфимска] встревожились. „Татарская орда идет, — говорили они. — Режут всех без разбора, выкалывают глаза, закапывают живыми“. Обыватели верили, боялись „татарской орды“… В действительности это было восстание крестьян села Поташки, к которому присоединялись и другие, в том числе башкирские, волости»2. Из-за отсутствия у восставших достаточного вооружения волнение было быстро подавлено, с непокорным селом большевики жестоко расправились: было расстреляно много местных жителей, разорены хозяйства. Вслед за этим в первой половине июля красными была объявлена мобилизация в ряды Красной армии, однако крестьяне отказались давать солдат — было набрано только чуть более шестидесяти человек. Эта неудача побудила большевиков направить повсюду своих агитаторов в сопровождении отрядов красноармейцев — для проведения принудительной мобилизации. В ответ на это в селах Ачит, Большие Ключи и других было поднято восстание, охватившее за два дня весь уезд. Народная армия, созданная крестьянами уезда для борьбы с большевиками, подошла почти к самому Красноуфимску и остановилась лишь в шести верстах от 1

381

него, однако горожане не сумели поддержать восставших. Красноармейцы получили подкрепление и стали одерживать победы — в скором времени восстание было подавлено. Начались расправы, в том числе над духовенством, в котором большевики всегда видели своего врага. Вскоре был арестован и протоиерей Алексий Будрин. Как писали позже в одной из местных газет, в вину ему было поставлено членство в Государственной Думе — «это единственное обвинение, какое они могли предъявить ему»3. 28 августа/10 сентября 1918 года под конвоем его привели на так называемое «партизанское поле»4. По воспоминаниям очевидцев, отец Алексий был облачен в белую ризу, на груди — наперсный позолоченный крест. Стоял он прямо, безмолвно, «лицом был светел»5. Грянули выстрелы. Только седьмой из них оказался для батюшки смертельным — он упал как подкошенный. Однако для красных этого было мало, они поглумились и над мертвым телом священника. Привязав его к лошади, они погнали ее через железнодорожные пути, по Никольской улице 6, до здания, в котором тогда располагался ревком 7… Тело батюшки было совершенно обезображено. 4/17 сентября город заняли войска белых. На следующий день отец Алексий был с честью отпет в Свято-Троицком соборе Красноуфимска и погребен близ алтаря этого храма. А вскоре, 11/24 сентября, рядом с его могилой нашли место последнего упокоения и два его собрата,

Горный край. 1918. 15 (2) дек. (№ 15). Там же. 3 Горный край. 1918. 17 (4) дек. (№ 16). 4 В 1918 году — поле, отданное семьям партизан под посадку картофеля. В настоящее время на этом месте располагается больничный комплекс. 5 Гребнева А. И. (1910–2003). Воспоминания // Летопись Свято-Троицкого собора. 6 Ныне улица Интернациональная. 7 Ныне угол улиц Интернациональной и Советской. 2


382

Мощи священномученика Алексия Будрина, почивающие в Свято-Троицком соборе города Красноуфимска. Фотография 2003 года


Священномученик Алексий Будрин

383

также претерпевшие смерть от рук большевиков: отец Лев Ершов и отец Александр Малиновский. В 1935 году Свято-Троицкий собор был закрыт, и лишь через шестьдесят шесть лет, в 2001 году, он был передан Православной Церкви; на месте погребения мучеников был установлен поклонный крест. К этому времени все они уже были прославлены в Соборе новомучеников и исповедников Российских 1. В октябре 2002 года произошло обретение честных мощей отца Алексия Будрина. Когда убрали верхний слой земли, стали видны два небольших металлических креста: один — в изголовье, другой у ног. На крышке гроба сохранились следы парчи с серебряной нитью; в ногах — изображение на картоне с растительным орнаментом и фрагментом тисненой надписи «Царство Небесное». Доски гроба были тщательно оструганы. Священномученик был в шелковой ризе, на груди у него находилось Евангелие, позолоченные напрестольный и наперсный кресты, на честной главе — бархатная камилавка, на коричневом шелковом подкладе которой золотыми буквами было вышито «А. И. Б.». Сохранились пряди длинных каштановых волос и густая курчавая темно-рыжая борода. Кости черепа отца Алексия были повреждены. После проведения экспертизы в Областном бюро судебно-медицинской экс-

пертизы города Екатеринбурга мощи отца Алексия 11 июня 2003 года были выставлены для поклонения в СвятоТроицком соборе Красноуфимска, где почивают и ныне. По молитвам верующих от них происходят многочисленные чудеса. Так, у одного мальчика, Сергея Хавкина, после удаления аппендикса образовались рубцы и спайки. Началось осложнение — мальчик попал в реанимацию. Его отец, отчаявшись получить помощь от медицинского лечения, начал смазывать рубцы маслом, освященным на мощах священномучеников, прикладывать стружку из склепа отца Алексия Будрина к ране сына. Через неделю рубцы изгладились, шрамы затянулись. Семидесятилетний житель города Саранска Сергей Иванович Морозов долгое время страдал от астмы и не мог вставать с постели. Получив в дар частички мощей священномучеников Красноуфимских, он начал прикладывать их к области сердца. Свист в груди исчез. На второй день Сергей Иванович уже начал передвигаться по комнате. Через три недели самостоятельно спустился по лестнице со второго этажа. В настоящее время в Свято-Троицком соборе производится запись всех исцелений и чудесных случаев, происходящих по молитвам верующих от мощей священномучеников Алексия Будрина, Льва Ершова и Александра Малиновского.

Источники ГАПО. Ф. 542. Оп. 1. Д. 25. ГАСО. Ф. 6. Оп. 17. Д. 103. Гребнева А. И. (1910–2003). Воспоминания // Летопись Свято-Троицкого собора. Вяткин В. Род ищущих Господа. История Пермского Успенского женского монастыря. Пермь, 2001. Святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. Воспоминания самовидцев. М., 2004.

Смирных А. И. Уездные столицы: культурноисторические очерки / А. И. Смирных и др. Екатеринбург, 2002. Горный край. 1918. 15 (2) дек. (ヽ 15); 17 (4) дек. (ヽ 16). Пермские епархиальные ведомости. 1884. ヽ 24; 1917. ヽ 20–21.

1

Это произошло в 2000 году.


384

Священномученик

Александр Медведев 28 àâãóñòà/10 ñåíò áð

Ïîñëåäíåå ìåñòî ñëóæåíè – Èîàííî-Ïðåäòå÷åíñêà öåðêîâü ñåëà Áîëüøå-Òðèôîíîâñêîãî Èðáèòñêîãî óåçäà

Священномученик Александр Медведев родился в 1891 году 1. Учился он в Екатеринбургской школе псаломщиков, но не окончил ее. Александр рано начал служить в церкви, сначала как пономарь, а с 1 июля 1910 года он был допущен к исполнению обязанностей псаломщика при Иоанно-Предтеченской церкви села Больше-Трифоновского Ирбитского уезда. Перед самой революцией Александр Нилович был рукоположен в сан диакона. До своей мученической кончины он служил в селе Больше-Трифоновском. Большинство жителей села имели крепкие хозяйства, были зажиточными, или, как их называли большевики, «кулаками». Октябрьская революция не вызвала у них сочувствия. Комитет бедноты, созданный большевиками для осуществления различных мероприятий (например, для реквизиций продовольствия и имущества) натолкнулся на противодействие со стороны основной массы сельчан. Бывший управляющий

отделением Волжско-Камского банка в Екатеринбурге В. П. Аничков писал в своих воспоминаниях о революции и гражданской войне: «…начали образовываться в деревнях комитеты бедноты, на которые Лениным делается большая ставка. Из кого же они состоят? Исключительно из лентяев и пьяниц. <…> Можно ли при таких правителях ожидать успеха в проведении коммунизма, основанного на уничтожении частной собственности, когда вся та шпана только и будет грабить имущество не с целью внесения его в казну, а для собственных целей»2. Крестьяне села Больше-Трифоновского говорили, что им не нужен комитет бедноты, поскольку считали бедняков «лодырями» и «бездельниками». Они отказывались подчиняться комитету, отдавать хлеб и имущество для нужд Красной армии. Виновными в том, что на местах крестьяне не признают советскую власть, большевики считали священнослужи-

1 Возможно, в 1890 году. Данные приводятся на основании сведений из «Справочной книжки Екатеринбургской епархии на 1915 год», в которой указан возраст священномученика. 2 Екатеринбург. Революция. Из воспоминаний В. П. Аничкова // Известия Уральского государственного университета. 2001. № 19. С. 57–74.


Священномученик Александр Медведев телей и всячески старались подорвать авторитет Церкви в глазах населения, заявляя, что религия народу не нужна, называя ее «опиумом», который только «одурманивает» народное сознание. Повсеместно происходило осквернение храмов, вершились расправы над священнослужителями. «Да, настало времечко… Время, полное ужасов, время кошмаров наяву и кошмарных сновидений… Право же, частенько приходилось задавать себе вопрос: „Да полно, правда ли все это, что приходится переживать и видеть? Не сон ли это? Не галлюцинация ли это больного мозга?“» — вспоминал В. П. Аничков. Двадцатисемилетний отец Александр продолжал диаконское служение в Больше-Трифоновском, несмотря на расправы над духовенством, которые шли непрестанно в течение лета 1918 года. Он служил вместе со священником Петром Снежницким, который также не покинул свой приход в это страшное время. 28 августа /10 сентября1 1918 года диакон Александр Медведев был без суда и следИсточники Архивная справка Управления ЗАГСа Свердловской области ヽ 1075 от 14.12.06. Помянник 1919 года. ГААОСО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 16854. Л. 50. Лобашев А. Верою побеждали!.. Челябинск, 2007. Справочная книжка Екатеринбургской епархии на 1915 год. Екатеринбург, 1915.

1

385

ствия убит красногвардейцами на станции Егоршино: его изрубили шашками. Православный мыслитель князь Евгений Трубецкой в 1918 году писал о значении для Церкви мученичества: «Судьбы русской Церкви, без сомнения, — самое поучительное из всего, что нам приходилось наблюдать в скорбные дни русской революции. С одной стороны, именно Церковь всего больше пострадала от человеческой злобы. Чему только она не подвергалась! И ограблению, и поруганию, и кощунству, и жестокому мучительству. Но недаром лилась кровь ее мучеников. Среди всеобщего разрушения в ней одной проявились силы созидания. Во всех сферах жизни мирской русская революция дала одни только отрицательные результаты. Она принесла пользу только Церкви, ибо способствовала ее духовному росту своими гонениями, своими попытками ее разрушить»2. Решением Священного Синода от 17 июля 2002 года диакон Александр Медведев прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских.

Екатеринбург. Революция. Из воспоминаний В. П. Аничкова // Известия Уральского государственного университета. 2001. ヽ 19. Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1910. ヽ 26.

Эти сведения приводятся на основании данных метрической книги Иоанно-Предтеченской церкви села Больше-Трифоновского и воспоминаний отца Флорентия Троицкого (см.: Троицкий Ф., свящ. Из пережитого // Известия Екатеринбургской Церкви. 1918. № 17–18. С. 350). В Помяннике же 1919 года указывается другая дата — 7/20 сентября (день мученической смерти отца Петра Снежницкого). 2 Цит. по: Лобашев А. Верою побеждали!.. Челябинск, 2007. С. 10.


386 Преподобномученик

Аполлинарий (Мосалитинов)

30 àâãóñòà/12 ñåíò áð

Íàñåëüíèê Ñâ òî-Íèêîëàåâñêîãî ìóæñêîãî ìîíàñòûð

ãîðîäà Âåðõîòóðü

Преподобномученик Аполлинарий, в миру Афанасий Семенович Мосалитинов, родился в 1873 году 1 в семье крестьян Курской губернии Грайворонского уезда Крюковской волости, получил домашнее образование. В августе 1901 года в возрасте двадцати восьми лет он поступил в Верхотурский Свято-Николаевский монастырь послушником, в 1903 году по прошению был определен в братство монастыря. В феврале 1904 года по указу Императора о проведении мобилизации в Верхотурском уезде Афанасия призвали на действующую военную службу, после окончания которой он снова возвратился в обитель. 27 марта 1908 года настоятелем монастыря иеромонахом Ксенофонтом (Медведевым)[43] Афанасий был пострижен в монашество с именем Аполлинарий. Монах Аполлинарий старательно проходил все монастырские послушания. Сначала он исполнял послушание келиарха, потом продавал свечи в монастырской 1

лавке, а когда началось строительство нового Крестовоздвиженского собора, его благословили выполнять столярные работы. За ревностное исполнение этого послушания монах Аполлинарий был удостоен Архипастырского благословения с выдачей свидетельства. В сентябре 1910 года Аполлинарий был рукоположен в сан иеродиакона, а незадолго до революции — в сан иеромонаха. Как отмечалось в ведомостях о монашествующих, иеромонах Аполлинарий был «качеств очень хороших, к послушанию способен и усерден»2. В монастыре отец Аполлинарий прожил семнадцать лет. Пришедшие к власти после Октябрьской революции 1917 года большевики отрицательно относились к монашеству, считая его «паразитирующим» сословием. Один из жителей города Верхотурья, примкнувший к большевикам, так писал в своих воспоминаниях о верхотурских святынях и о монахах: «На северной окраине Пермской губернии, ныне Уральской

Возможно, в 1872 году. Данные приводятся на основании сведений из послужных списков братии СвятоНиколаевского Верхотурского мужского монастыря за 1908 и 1913 годы, где указан возраст преподобномученика. 2 ГАСО. Ф. 603. Оп. 1. Д. 731. Л. 32 об., 33.


Преподобномученик Аполлинарий (Мосалитинов) области, существует городок Верхотурье, расположенный по обе стороны верховья реки Тура. Сам по себе город не отличался ничем от больших сел Центральных губерний… но в довоенное время привлекал к себе внимание почти все население Российского государства своими достопримечательностями. Это — мощи „святого Сим[е]она праведного“, которые хранились в одном из монастырей города Верхотурья, которых там находилос[ь] в порядочном количестве, потому что пут[ь] к существованию м[о]нахам дали самые эти мощи „Симеона праведного“, к которому на поклонение шл[а] масса народу со всех концов матушки России, и приносили потом добытые копейки, на которые жировали обитатели верхотурских монастырей»1. Сначала большевики не предпринимали против насельников монастыря какихлибо враждебных действий, но они всячески оскорбляли религиозные чувства верующих насмешками, издевательствами и кощунствами над святынями в прессе, на митингах и собраниях. С февраля 1918 года Свято-Николаевский монастырь стал почти ежедневно подвергаться различным реквизициям, а летом почти все жилые и хозяйственные помещения обители были конфискованы. Насельникам оставили лишь иконно-книжную лавку, помещения нескольких мастерских и здание детского приюта. Монастырское братство вынуждено было разделиться: около тридцати насельников осталось в Верхотурье, а остальные переселились в Больше-Актайский скит. Уставная монастырская жизнь в новых условиях стала невозможной. 1

В июле 1918 года в Верхотурском уезде начались восстания крестьян против советской власти, так называемая «деревянная война»2. Власти обвинили монахов в организации антибольшевистских выступлений. Красноармеец В. Зотов писал в своих воспоминаниях: «…наши верхотурц[ы] под влиянием святых отцов тоже завозилис[ь] против советской власти… <…> Святая братия с[о] своими пр[и]верженцами довела своей агитацией и верхотурцев до во[с]стания, контрреволюция подняла голову — сделал[а] вооруж[е]нное выступление, в котором погибло несколько защитников советской власти»3. В это опасное время, когда красноармейские отряды подавляли народные восстания против большевистской власти, военно-оперативный штаб по борьбе с контрреволюцией потребовал от настоятеля Свято-Николаевского монастыря немедленно командировать священника для служения в селе Красногорском Верхотурского уезда. Жители этого села также принимали участие в «деревянной войне», и местный священник отец Александр Чернавин был арестован. Вероятно, чтобы не раздражать население и не давать лишнего повода для возмущения действиями новых властей, большевики и предприняли некоторые меры для удовлетворения религиозных потребностей верующих. Вместо арестованного священника для служения при Спасской церкви села Красногорского 16/29 июля 1918 года и был командирован по благословению настоятеля иеромонах Аполлинарий. Окончив свое служение, отец Аполлинарий отправился в село Меркушино помолиться на могиле великого Божьего

ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 199. Л. 28. Подробнее об этих событиях см. в жизнеописании священномученика Константина Богоявленского. 3 ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 199. Л. 29–29 об. 2

387


388

Храмовый комплекс в селе Меркушино. Слева — Симеоновская церковь, построенная над могилой праведного Симеона Верхотурского. Справа — Михаило-Архангельский собор с колокольней. Дореволюционный вид

угодника — святого праведного Симеона Верхотурского. Это был смелый поступок, так как незадолго до этого в этом селе были расстреляны несколько человек, которых обвинили в организации крестьянского восстания. Среди убиенных был и местный священник Константин Богоявленский. В самом селе для охраны порядка расположился красноармейский отряд, в котором служил упоминаемый В. Зотов. В своих воспоминаниях, рассказывая о селе Меркушино, он неоднократно поминает недобрым словом праведного Симеона: «…по преданию Церкви и святой обители, там (в Меркушино. — Сост.) жил С[и]м[е]он праведный. Ничем н[е] занимался, кроме как удил удочкой рыбу и от этого занятия уделял свою помощ[ь] бедным. Конечно, в настоящее время 1

ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 199. Л. 30.

трудно поверит[ь] поповским сказкам, чтобы на реке Туре можно пропитат[ь]ся рыбной ловлей и помогат[ь] еще бедным, при том еще удочкой, но… этому вер[и] ли»1. Можно только представить, с какой ненавистью отреагировали красноармейцы на монаха, пришедшего помолиться святому, которого красные так не любили. Отца Аполлинария, обвинив в «контрреволюционной агитации», арестовали в селе Меркушино и отправили в Верхотурье. На следующий день, 30 августа/12 сентября 1918 года, он был зверски убит. Его закололи штыками недалеко от Верхотурья и там же закопали тело. Иерейский крест, снятый с убитого священника, палачи передали настоятелю монастыря. Обычно большевики умалчивали о совершённых казнях. В данном же случае


Преподобномученик Аполлинарий (Мосалитинов) власти публично сообщили о расстреле монаха за контрреволюционную агитацию. По всему городу были расклеены афиши с приговором ЧК. Такое беззаконие, сотворенное над иеромонахом, болью отозвалось в душе многих горожан. Однако что бы ни писали безбожники, для православных людей смерть иеромонаха Аполлинария стала смертью мученика, претерпевшего страдание за свое свидетельство правды Христовой. Источники ГАСО. Ф. 603. Оп. 1. Д. 640, 662, 688, 731, 737. ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 199. Тихон (Затёкин), игум., Нечаева М. Ю. Уральская лавра. Екатеринбург, 2006.

389

Только по освобождении города от большевиков тело отца Аполлинария в числе других жертв красного террора было найдено и привезено в монастырь, где 5/18 октября 1918 года с подобающими почестями мученик был погребен на монастырском братском кладбище. Решением Священного Синода от 17 июля 2002 года преподобномученик Аполлинарий прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских.

Святые Екатеринбургской епархии. Август  

Жития уральских святых, чья память приходится на август.

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you