Page 1

Богдан Бенюк: "Конфликт со Ступкой не прекращается - мы не здороваемся и не разговариваем. Как руководитель Театра Франко он никуда не годится лучше бы пришел Виктюк или Жолдак" // Бульвар Гордона. – 2005. – 20 сентября. Богдан Бенюк: "Конфликт со Ступкой не прекращается - мы не здороваемся и не разговариваем. Как руководитель Театра Франко он никуда не годится - лучше бы пришел Виктюк или Жолдак" ДМИТРИЙ ГОРДОН. Ф Видимо, у каждой страны должны быть свои два "Б": у Франции это Брижит Бардо, у России - Борис Березовский, а у нас - Богдан Бенюк. Видимо, у каждой страны должны быть свои два "Б": у Франции это Брижит Бардо, у России - Борис Березовский, а у нас - Богдан Бенюк. Говорят, Бенюк фамилия редкая, тем не менее она водится даже в Австралии: среди коал и утконосов живет известный композитор, автор рок-опер мистер Benyuk. Любимец публики и судьбы, продюсер и президент театральной компании имени себя и дорогого друга Анатолия Хостикоева, телеведущий, педагог, отец троих детей и муж единственной Ульяны Ивановны, наш ББ может сыграть кого угодно. Кота Бегемота и Крошку Цахеса, Яго и Леонида Утесова... Не говоря уже о Швейке, которого в минувшем ноябре на Майдане видели сразу полмиллиона зрителей. Заставить людей на спектакле плакать очень трудно, заставить смеяться - еще труднее. Бенюку под силу и то, и другое. Желторотым студентом - на втором курсе кинофакультета Киевского театрального института имени Карпенко-Карого - будущий народный артист Украины снялся у Леонида Быкова в "Аты-баты, шли солдаты". Именно благодаря Быкову юный Богдан понял, что главное в актерской жизни - встретить "рыжего сэра": талантливого режиссера. Почему рыжего? Так ведь вымирающий вид... Богдану Михайловичу повезло - едва он пришел в Национальный академический драматический театр имени Ивана Франко, режиссер Владимир Оглоблин окрестил его "майбутнiм Мар’яном Крушельницьким" и взял под свое крыло. Богдан между тем стал настоящим Бенюком и сейчас утверждает: "Кажется, уже настало время, когда нет необходимости постоянно мелькать, заявлять о себе. Хочется притормозить, чтобы лет через пять-шесть не писали: "Бенюк - лучший комик Украины" (хотя кто это определял - неизвестно, и актерское ремесло - не спорт), а


считали меня актером трагическим". Когда его спрашивают: "Пане Богдане, где вы черпаете вдохновение?", он честно признается: "Ложусь спать, возле кровати розетка. Вставляю туда два пальца, за ночь подзаряжаюсь, и утром со свежими силами иду на работу". Говоря же о своей формуле счастья, Бенюк не шутит: "Хорошо, когда получаешь наслаждение от работы, но двойной кайф, если эта работа еще и нравится зрителям. А уж когда за нее еще и деньги платят, ты - трижды счастливый человек". Кстати, со своей женой Ульяной этот трижды счастливый, много лет появлявшийся на телеэкранах в "Шоу одинокого холостяка" человек познакомился в детском саду. В школе сидел за одной партой, на первом курсе ее медицинского и своего театрального влюбился и живет почти 28 лет без отпусков и каникул. "В ДЕНЬ МЫ С ХОСТИКОЕВЫМ ОБСЛУЖИВАЛИ ПО ДВА ГАСТРОНОМА" - В советское время актеры всегда плакали, что им плохо живется, и когда после перестройки им стало жить гораздо труднее, они начали жаловаться еще больше - говорили, что денег нет даже на хлеб. Дошло до того, что звезды театра и кино ходили по гастрономам и универмагам: устраивали там капустники, показывали маленькие пьески и номера, чтобы хоть что-то принести в клюве домой. Вас тоже не миновала чаша сия? - Наверное, актерская суть в том и заключается, что мы не можем успокоиться на достигнутом - обязательно хочется идти дальше, подниматься выше, видеть, что скрывается за стеной будущего. Вспоминаю юность и свои первые шаги в искусстве, в театре: как нелегко было приспосабливаться к Киеву! Именно приспосабливаться, потому что в 1974 году я буквально спустился с гор, сошел с полонины, выбрался из села, и нужно было вливаться в столичную жизнь, добывать себе имя в столице. Это стало для меня своеобразным испытанием. Актеры всегда, не только в те времена, о которых вы говорите, находили какие-то возможности, чтобы спасти от нищеты себя и свою семью, но эти поиски все равно влияли на их творческое развитие благотворно. Видимо, любое дело, связанное с нашей профессией, - съемки, концерты, озвучивание мультиков и кинофильмов, игра в театре, преподавательская работа - все это составные части того неведомого занятия, которое и называется лицедейством, актерством. Что это такое, не знает никто, формулы пока не нашли... -...да и вывести ее невозможно... - Тем не менее, познавая актерскую профессию, каждый протоптал свою тропку, которая тем и сложна, что чем больше ее постигаешь, тем более непонятной она становится - все время находишь какие-то новые подтексты, глубины...


В актерстве можно бесконечно существовать, наслаждаться, наливаться соком - оно бездонно. Внезапно ты находишь манок, показывающий тебя зрителям с иной стороны, новыми гранями, понимаешь, что если поменять ракурс, будет видна другая душа... И все равно для осознания сути актерства нужно достичь некоего зрелого возраста - чем ты мудрее и старше, тем больше у тебя появляется вопросов и тем больше находишь ответов. Вернее, стараешься найти, потому что, наверное, нет ничего устоявшегося. Ты обретаешь некую истину, вроде успокаиваешься, но через некоторое время она уже не кажется абсолютной, и поиски продолжаются. В юности у меня были одни предпочтения, нравились какие-то герои в литературе, кино, а лет в 30 я с удивлением заметил, что они стали мне абсолютно неинтересны. Фильмы, прежде так восхищавшие, вдруг отошли на задний план, перестали волновать, потом нечто похожее произошло на следующем этапе - лет в 40. Ты все время меняешься, и в этом калейдоскопе перемен, очевидно, и заключается магнетизм нашей актерской профессии. - Вернемся, однако, к концертам в гастрономах - так были они или нет? - Были, чего уж скрывать... - И как это обычно происходило? - Во времена Советского Союза существовало общество "Знание", имеющее средства для популяризации творчества писателей и артистов. В свободное время актеры выступали на различных предприятиях и в учреждениях, причем за хорошие деньги. У нас, например, с Хостикоевым в обществе "Знание" был друг "Деньги деньгами, еда едой, но - просто потрясающий мужик. Я на всю для актера главное жизнь запомнил его фамилию - Верный: уж аплодисменты и работа, очень точно она отражала его внутреннее которую делаешь с любовью". состояние и отношение к людям. С Русланой Писанкой Товарищ Верный организовывал нам с Толиком шефские концерты, которые были тогда страшно популярны, - их в обязательном порядке давали все театры. В нашем тоже создавались специальные группы, и нужно было самостоятельно придумать программу выступления. У Хостикоева была гитара, мы обнаружили, что вместе вроде неплохо звучим, и даже подготовили небольшой репертуар. - Делали все, разве что не танцевали? - Еще как танцевали - Сергей Владимирович Данченко создал по пьесе Александра Корнейчука спектакль "Загибель ескадри", где мы с Анатолием исполняли матросский танец. Прекрасно поставивший его главный балетмейстер Театра Франко Борис Наумович Каменкович говорил: "Ребята,


мой танец будет еще вас кормить!". И оказался прав, потому что без этого номера не обходился ни один наш концерт. Сколько мы тогда спели песен, прежде звучавших только в узком кругу, на природе, когда под чарочку брали в руки гитару! Толя и я вдруг поняли, что эти привычные песни приобретают совсем иную окраску в нашем дуэте, который мы в шутку называли "Камертон". Так родилось изрядное количество музыкальных композиций, ставших золотым фондом "Камертона". Обычно мы выбирали какой-нибудь район Киева, скажем, Дарницкий, и друг Верный, стратегически разработав план, устраивал нам творческие встречи по гастрономам. Он знал: в этом районе существует определенное количество торговых точек, причем в одном магазине перерыв на обед с часу до двух, а в другом - с двух по трех. В день мы с Хостикоевым обслуживали по два гастронома. "ПЯТЬ МНУТ ПОЗОРА - И ТЫ ЕШЬ ШПРОТЫ, ПЬЕШЬ КОФЕ"

- Так это был чес? - Можно сказать и так: во-первых, мы зарабатывали по 25 рублей за концерт, а во-вторых, имели доступ к дефицитам - шпротам, колбасе, мясной вырезке, шоколадным конфетам, растворимому кофе. После концерта нас приглашал мясник, рубил при нас мясо, давал лучшие куски, нам наливали по 50 грамм... - А как это выглядело - люди сидели и ели, пока вы перед ними выкладывались? - Случалось и такое, причем независимо от нашего мастерства, - все-таки выступление проходило в обеденный перерыв. Зачастую зрители раскладывали на столах бутерброды, какое-то время жевали, а когда мы увлекали их своей игрой, забывали об обеде и доедали уже потом - за прилавком. Для нас это был отличный тренаж - во что бы то ни стало завоевать внимание зрителей. Дело полезное! Сейчас актеров приглашают вести множество презентаций гости стоят за обильно накрытыми фуршетными столами, намереваются попробовать что-нибудь вкусненькое, а ты в это время должен донести до них некую информацию. Нужно сначала психологически оторвать людей от еды, чтобы они навели на ведущего фокус и поняли, что же ты им хочешь поведать... - Один знаменитый киноактер, народный артист Советского Союза (он уже в годах, ему сейчас, наверное, лет 75), как-то сказал мне: "С голоду подыхать буду, но никогда, сколько бы ни платили, не соглашусь сниматься в рекламе и ни за что не стану выступать перед торгашами в обеденный перерыв!". Трудно представить, как два уже знаменитых актера - Хостикоев и Бенюк - приходят в какой-нибудь Дарницкий гастроном, где что-то едящие продавщицы говорят им: "А ну-ка, артисты, давайте, сбацайте нам пару песенок - получите четвертак". Разве не унизительно это для ранимой актерской души?


- В годы становления у нас существовали другие приоритеты. Мы с Толиком были молоды и быстро вывели для себя утешительную формулу: пять минут позора - и ты ешь шпроты, пьешь кофе... Конечно, сейчас я бы сделал иной выбор, но на том этапе и в тех условиях это был выход. Я не оправдываюсь, но поверьте: не любой окончивший театральный институт актер может петь, танцевать, держать паузу и в этой паузе быть интересным. Это большая редкость - человеческие и профессиональные качества, данные Богом и позволяющие делать многие вещи, которые не под силу коллегам. Легко, ничего не предпринимая, наблюдать за нами со стороны и говорить: "Опять Бенюк с Хостикоевым показывают свои антрепризы". Да еще оценивать, хорошо мы это делаем или плохо и судить: мол, можно и лучше. Между тем Театральная компания "Бенюк и Хостикоев" существует уже четвертый год, и до сих пор никто и не пытается создать хотя бы нечто подобное. - Для этого же нужно работать! - И тратить очень много времени, нервов, душевных и физических сил... - В 98-м году, когда случился недоброй памяти дефолт, выступать в гастрономах стало почти бессмысленно - прежних денег они платить не могли, да и общество "Знание" фактически отдало Богу душу. Это правда, что украинские "Хочется, чтобы обо мне актеры ездили тогда по селам и выступали за мешок сахара или картошки? перестали писать: "Бенюк - лучший комик - Увы... - А ведь вы с Хостикоевым были уже народными Украины". Я ведь артистами... трагический актер..." - Значит, народные артисты все-таки не сбивались на стезю нечестной добычи денег, а использовали свои таланты. Не их вина, что концерты приходилось давать для работников сельского хозяйства, да и нет в этом ничего унизительного. - Искусство приближалось к народу вплотную... - Да, ленинская фраза о том, что оно принадлежит народу, стала точной, как никогда. К тому же что в этом плохого - если прежде у тебя чуть ли не каждый день были концерты в Октябрьском дворце или в Национальном дворце "Украина" (не говоря уже о передачах на телевидении), а потом вдруг все пропало, ты, естественно, хочешь общения со зрителями. Деньги деньгами, еда едой, но главное все-таки - аплодисменты и работа, которую делаешь с любовью. "СЛАВА БОГУ, У МЕНЯ ЕСТЬ РАБОТА, МНОГО РАБОТЫ!"


- Когда-то выдающийся актер - а вы, Богдан, без преувеличения актер выдающийся, это я говорю совершенно сознательно - был небожителем. К нему не то что за автографом подойти - даже приблизиться было невозможно. Потом времена изменились - народные артисты, блестящие мастера, уже сами приезжали в села, и любой тракторист мог к ним подойти, потрогать, приобнять, сказать: "Ну что, Богданчик, как ты там?". Хорошо это, по-вашему, или плохо? - В принципе, общение с людьми - это нормально, да и душевная открытость не нами придумана. Еще в Библии сказано: если тебя наградили каким-то даром, ты его должен обязательно отдавать, а не кичиться тем, что ты, мол, настолько талантлив, что если бы тебя не было, не сняли бы фильм, не поставили бы спектакль. - Но вы могли бы представить, что Наталья Ужвий, Евгений Пономаренко, Ольга Кусенко или, скажем, Полина Куманченко - эти корифеи, народные артисты Советского Союза - вот так запросто могли приехать в село и выступать за мешок картошки? - Еще как могли (смеется)! В театре рассказывали, что в послевоенное время даже у звезд были сельские концерты, за которые платили продуктами. Другое дело, что те, кого вы назвали, в 70-80-е годы обладали уже другим статусом, находились в иной плоскости... -...на полном государственном обеспечении... -...и имели обслуживание - медицинское, товарно-продовольственное совсем не такое, как их начинающие коллеги. Помню, один вахтанговец рассказывал мне, как их театр собирался на гастроли, и вдруг выяснилось, что народным артистам платят суточных три рубля шестьдесят копеек, заслуженным - три двадцать, а обычным актерам - два восемьдесят. Его чуть из труппы не выгнали за то, что на собрании он спросил: "Неужели я ем меньше, чем Максакова?"... - Ишь ты - на святое посягнул! - Ото ж! Так что все относительно, каждый период выдвигает свои сверхценности, которые потом девальвируются, поскольку придуманы нами, а мы не постоянны... - Думаю, в советские времена такой актер, как вы, никогда бы не сидел без работы: его ждали бы и постановки в театре, и роли в кино, и встречи со зрителями, которые оплачивались очень щедро. После перестройки, когда настали смутные времена и подобная загрузка стала уже невозможной, у вас начался актерский простой или вы все-таки что-то пытались делать? Вы понимали, что упускаете возможности и теряете годы, которые вернуть нельзя? - Конечно - в первую очередь поэтому и появилась Театральная компания "Бенюк и Хостикоев": мы хотели осуществить то, чего не можем в родных стенах в силу самых разных причин - репертуарной политики, отношения театра к нам и наоборот. Свое дело дает свободу!


Вы говорите, что во времена Советского Союза я был востребованным актером, но я и сегодня абсолютно не жалуюсь - слава Богу, у меня есть работа, много работы! Такой я неуемный человек! Меня спрашивают: когда идешь в отпуск и отдыхаешь ли вообще? Отпуска к счастью, не существует, ведь если бы я сделал паузу на два-три дня, на четвертый у меня бы началась паника, я бы понял, что мне некуда выплескивать накопившееся внутри... У меня достаточно концертов, я много снимаюсь в кино. С трепетом жду премьеру чрезвычайно важного для меня фильма "Я песне отдал все сполна": в этом сериале Киностудии имени Довженко играю главную роль - Леонида Утесова в возрасте от 45 до 87 лет. - А ведь действительно сходство потрясающее! - Я вам говорю, мы попали в десятку! Когда мне сделали грим, я посмотрел в зеркало и подумал: "Живой Утесов с Карпат слез!" (Смеется). Слава Богу, я уже в том возрасте и в том положении, что могу решать, пойдет ли та или иная роль мне на пользу, - сегодня не в первую очередь думаешь о деньгах. Впрочем, за киносъемки у нас платят не много. - Тем не менее именно через кино можно войти в вечность - через театр туда, к сожалению, не попасть... - Если честно, мы об этом не думаем. Все равно актерская душа спонтанно нацелена на интересную работу, яркие характеры и перипетии сюжета размышляешь только о том, как все это сможешь объединить в игре, как передашь судьбу такого персонажа, как, например, Утесов, ведь еще живы многие люди, которые были с ним близко знакомы. Правда, в кино многие детали сглажены - Леонид Осипович по натуре был чрезвычайно жесткий человек... -...и даже жестокий, мне говорили... - Да, это определение точнее. Фильм же выбирает какую-то лирическую, сентиментальную линию, художественно приукрашая реальность. Все равно это невероятно интересно, потому что сценарий очень хороший, и я жду, что зрители нашу работу оценят. "Я ПРЕТЕНДУЮ НА ОСОБОЕ ОТНОШЕНИЕ"

- Блестящий спектакль "Моя профессия - синьор из высшего общества", в котором вы органично влились в хостикоевско-сумской клан, на мой взгляд, удался по-настоящему - я смотрел его несколько раз. Впрочем, помню и замечательную постановку Владимира Оглоблина, которую в Театре Франко в начале 80-х всегда играли с аншлагами. Зачем нужно было обновлять "Синьора", создавать антрепризу? Существуют какието особые отношения Бенюка с Театром Франко и Театра Франко с Бенюком? - (Вздыхает). Ой, Дмитрий, тема эта тонкая, как болотная тропа, и непонятно, куда она заведет... - Может, попробуем по этой тропке пройти? - Не знаю, буду ли я полностью объективным... Каждый актер - это все-таки человек, который хочет, чтобы его ценили, и имеет на это полное право, а если ты отработал в коллективе столько лет, если отдал ему лучшие годы,


уже одно это обязывает руководство театра относиться к тебе... -...по-особому... - Можно сказать и так! Я, например, тоже претендую на особое отношение, и это должно обязательно учитываться, иначе появляются обиженные сердца, преданые судьбы, нераскрытые таланты. Нас в Театре Франко около сотни, и каждый по-своему одарен - Сергей Владимирович Данченко подбирал незаурядных актеров... - Он делал это очень тщательно, правда? - Словно хирург - скрупулезно, точно и на редкость спокойно. Непостижимым образом он выхватывал таланты и притягивал к себе, как магнитом. Потихоньку Сергей Владимирович создал очень сильную труппу мы до сих пор пожинаем плоды этого подбора, - но театр, я убежден, организм сложный, и вкусы художественного руководства временами не находят у части труппы поддержки. Хорошо, когда художественный руководитель ведет людей за собой, когда ему удается одно, другое, третье, когда поднимается на гребень волны и там удерживается. Когда же случаются вдруг какие-то проколы, худрука легко упрекнуть... ...Думаю, нужно всегда искать новые возможности. По крайней мере, есть надежда, что театр, который сейчас находится в самой нижней точке параболы, потом будет двигаться по ней вверх. Правда, этот процесс может затянуться, а не хотелось бы... - Лично я считаю Богдана Сильвестровича Ступку великим артистом, глыбой, столпом актерского мастерства, но не всегда блестящий футболист становится со временем таким же блестящим тренером, равно как и гениальный актер - гениальным художественным руководителем... - Мне кажется, театром должен руководить режиссер, потому что в театральных коллективах, которые возглавили актеры... -...Юрий Соломин, Кирилл Лавров, Михаил Ульянов... -...рано или поздно начинались недоразумения, и эти театры сходили со своих вершин. Я бы хотел, чтобы франковцами все-таки руководил профессионал от режиссуры, который видел бы творческую перспективу, решал не только тактические, но и стратегические задачи, знал бы, куда мы пойдем и зачем, какие спектакли должны играть. Сейчас же у меня впечатление, что у нас, как в футболе: людей набирают, выставляют на поле, но все они бегут в разные стороны и каждый играет свой матч... "ЕСЛИ БЫ ЮЩЕНКО НЕ ПОБЕДИЛ, БЕНЮКУ С ХОСТИКОЕВЫМ ТОЧНО БЫ ЛАПТИ СПЛЕЛИ"

- Богдан Ступка задействован не только в родном театре - он активно востребован в российском кино, постоянно получает за рубежом престижные премии. Как вы считаете, зачем выдающемуся актеру Ступке художественное руководство театром? - Думаю, этот вопрос вам лучше задать ему - во всяком случае, с его точки зрения, можно привести много вариантов ответа.


- Но у вас-то собственное мнение наверняка есть... - Мне кажется, решение Ступки ошибочно. Когда Сергей Владимирович Данченко заболел, встал вопрос о том, что рано или поздно кто-то будет руководить театром вместо него... Богдан Сильвестрович к тому времени по своей актерской палитре действительно давно превзошел украинский уровень. Я, например, думал, он вырвется в Европу, будет заниматься свободным творчеством, какими-то вещами, которые не будут его держать, как вросшие в землю корни. Все-таки художественный руководитель - отец и мать коллектива, он должен людей оберегать и лелеять, присматривать за ними каждый день и постоянно быть рядом, а Ступка часто ездит сниматься. В прошлом году возникла просто замечательная ситуация: первое собрание труппы в сезоне, все собрались, тем, чей день рождения пришелся на время отпуска, вручили цветы, а художественного руководителя нет - он на съемках. Понятно: классный актер очень востребован, слава Богу, но тут звонит мобильный телефон директора. Директор снимает трубку и радостно объявляет: "Нас вiтає Богдан Сiльвестрович! Ало... Ой, щось зiрвалося...". В этот момент звонит мой телефон, и я не удержался: "Шановнi друзi, - сказал, - а це нас вiтає Анатолiй Хостiкоєв!". Нет, так поступать нельзя! Худрук должен быть с коллективом от а до я тогда театральный организм живет и работает, слышно биение его сердца. Против того, что Ступка прекрасный мастер, никто не возражает. Молодец, отлично раскручивается, но, по моему мнению, как руководитель Театра Франко никуда не годится. - Я аккуратно подвожу вас к главному вопросу, который сейчас задам. В театре шушукаются о неприкрытом конфликте Ступки с Хостикоевым и Бенюком. В чем суть этого конфликта, если он есть? Может, актерская зависть или ревность тут виновата? - (Твердо). Конфликт есть и не прекращается, хотя были ситуации, когда казалось, что он то обостряется, то заходит в тупик и почти затухает. Тем не менее это рана, которая не затягивается, ее невозможно заживить, и в первую очередь потому, что... Понимаете, руководить театром надо открыто, чтобы мы понимали, каковы приоритеты, знали, что все франковцы находятся в одинаковом положении. Нельзя искусственно прятать кого-то на задний план: в театре работают живые люди - со своими особенностями, достоинствами и недостатками... - А прячут? - Еще как - на зарубежные гастроли Театр Франко вывозит только спектакли, в которых занят лично Богдан Сильвестрович, - все! Если поднять документы наших последних поездок, складывается впечатление, что, кроме своей прекрасной актерской деятельности, Богдан Сильвестрович еще и организатор собственных бенефисов, которые он продолжает устраивать. Понятно, что в Театре Франко Ступка лидер, но там есть и другие лидеры зачем их скрывать? Приезжают режиссеры ставить у нас спектакли, а художественный руководитель берет пьесу и сам распределяет роли, дает актерам работу: одному в первую очередь, другому - во вторую.


Приглашенный режиссер даже не может посмотреть другие наши спектакли... - Неужели тот же Стуруа ничего больше не видел, когда ставил у вас "Царя Эдипа"? - Хм, он просто не попал ни на одну из постановок, где заняты мы с Хостикоевым. - Ему что, специально такой график составили? - Безусловно, и делается это очень просто, планомерно и целенаправленно. Помощники Богдана Сильвестровича работают исправно, и в первую очередь литературная часть, сотрудники которой ориентированы потрафлять шефу, это команда, которая делает одно дело. Нет, плюрализмом в нашем театре не пахнет... - Вы с Хостикоевым никогда не пробовали подойти к Ступке, сесть с ним на один диван, посмотреть в глаза и спросить: "Богдане Сiльвестровичу, ну шо ти вiд нас хочеш?". - Года два назад я - не помню, в каком интервью, - сказал, что театр, на мой взгляд, развивается не так, а руководство Богдана Сильвестровича оставляет желать лучшего. Обида была такая, что он вообще перестал со мной разговаривать, год мы не здоровались! - Разве такое в одном театре возможно? - Еще как возможно! Потом отверженным стал и Толя, поползли разные слухи... Заведующая литчастью нашего театра пани Наталья назвала нас с Анатолием Хостикоевым "отработанным материалом", на который уже нельзя делать ставку. Не учла, что нам все передают, ведь театр - это живой организм, ни от кого нельзя ничего утаить. Если кто-то доказывает, что он прав, надо, по крайней мере, откровенно о своей позиции заявлять, отстаивать ее до конца и ничего не бояться. Взять хотя бы события прошлой осени - если бы Ющенко не победил, Бенюку с Хостикоевым точно бы лапти сплели, ведь в то время, когда театр был на гастролях в Минске, мы, как призывал Виктор Андреевич, присоединились к всеукраинской забастовке. По возвращении нас с Анатолием ждал приказ об увольнении - директорраспорядитель готовил документацию, чтобы обнародовать этот приказ, едва труппа приедет из Белоруссии, - но когда коллектив вернулся в Киев, ситуация вдруг изменилась, и спектакль, сыгранный нами на Майдане в дни "помаранчевой революции", значился потом в пресс-релизе Театра Франко как мероприятие, которое театр проводил в поддержку Майдана... Воистину, чудны дела твои, Господи! Тут же начали выворачивать все наизнанку... Приятно иметь дело с человеком, от которого знаешь, чего ожидать. Мне, например, ужасно нравится Михаил Резникович - вот такой он и, я уверен, никогда не будет другим. Или Валерия Заклунная, по-прежнему состоящая в Коммунистической партии Украины, - она никогда не изменяла себе и этим вызывает у меня только уважение, поскольку своей природе верна. В то же время у меня абсолютная антипатия к тому, кто сегодня один, завтра другой, послезавтра третий, а как раз это с руководством театра и


произошло. Не мне, наверное, об этом судить, но революции на второй день проходят, а ты продолжаешь смотреть людям в глаза и не можешь простить лжи... "И БОГДАН СИЛЬВЕСТРОВИЧ В ЭТОМ ТЕАТРЕ - ГОСТЬ, И Я. НЕ ОН МЕНЯ СЮДА БРАЛ, НЕ Я ЕГО"

- А годы между тем идут - драгоценные актерские годы... -...и я понимаю, что есть много ролей, которые уже не сыграю. Какое же надо иметь актерское счастье, чтобы в театре появился режиссер, который бы полюбил Бенюка и понял, что Бенюк очень многое может? Как было в юности, когда Владимир Оглоблин меня, молодого актера, поставил на ноги. - Ну хорошо, а разве Ступка не дает Бенюку роли? - Он сказал, что до 2006 года я свободен. - Так и сказал? - Да. - Может, стоит тогда хлопнуть дверью, дескать, горите вы все синим пламенем? - Нет... Нет! - Почему?! - Потому что и Богдан Сильвестрович в этом театре - гость, и я. Не он меня сюда брал, не я его. Все мы должны в коллективе работать - и Ступка, и Бенюк, и Хостикоев, и другие актеры: надо просто найти решение, устраивающее всех. - Сейчас со Ступкой вы разговариваете? - Нет. - Совсем? - Совсем... - И Хостикоев? - И он. - Странно - есть же, наверное, собрания, на которых все актеры присутствуют... - Ну, я ведь уже говорил, как у нас проходят собрания: труппу поздравляют по телефону... - Хорошо, но ведь Ступка смотрит спектакли, в которых вы задействованы, приходит после них за кулисы... - Нет. Подобное происходит в каждом театре - появляется группа людей, которая активно не нравится художественному руководителю... - Неужели это нормально, когда ведущие актеры друг с другом не разговаривают, при том, что один из них - художественный руководитель театра? - Увы... - Просто в голове не укладывается. И вас это устраивает? - Честно говоря, только потому, что у нас есть Театральная компания "Бенюк и Хостикоев". Сейчас, например, мы поставили очередной антрепризный спектакль - рок-оперу "Белая ворона". Если бы у нас этого тыла не было, вели бы себя как-то иначе. Тогда, наверное, можно было бы из театра уйти,


найти какое-то другое место работы. - Значит, вы не хотите сменить театр? - Нет. - Хотите играть только на франковской сцене? - Да - я уже отдал ей столько лет! Богдан Сильвестрович пришел в театр, помоему, в 78-м году, а я - в 80-м. - Актеры - люди подневольные, зависимые. Коллеги разделяют ваши с Хостикоевым взгляды? Они за вас, за Ступку или вообще не хотят вмешиваться? - Фифти-фифти, как это всегда бывает... - Но хоть единомышленники у вас в коллективе есть? - А как же - как и те, кто поддерживает другую сторону. В основном люди выжидают, чем все закончится, - неизвестно ведь, как поведет себя Министерство культуры, какие замечания и требования предъявит к художественному руководству. И вообще, художественный руководитель это должность пожизненная или все-таки нет? Министерство должно с этим определиться. С худруком нужно заключать трудовое соглашение на определенное количество лет: пусть сначала свою программу выполнит, и только после этого договор можно продлить. Если же нет результатов - руководителя надо менять. Жаль, статус этой должности пока не определен. "ТОТ, КТО ИМЕЕТ ДЕНЬГИ И ПЬЕТ ХОРОШУЮ ВОДКУ, ЗНАЕТ МЕРУ ПИТЬЯ"

- В Украине, по вашему мнению, есть режиссер, который может стать художественным руководителем Национального академического театра имени Ивана Франко вместо Богдана Ступки? - Конечно же, есть, но только не Богдан Бенюк и не Анатолий Хостикоев, как думают некоторые франковцы. - Тогда назовите фамилию... - Роман Виктюк, например, или Андрей Жолдак. Человек со стороны, как в свое время Сергей Данченко, который работал себе в Львовском Театре имени Заньковецкой, а ЦК партии приказал ему возглавить Театр Франко. Возможно, кто-нибудь из молодых режиссеров смог бы эту должность осилить. - Опять-таки назовите фамилию... - Допустим, Дмитрий Богомазов. Ну, я не знаю... У нас на малой сцене уже ставили спектакли молодые режиссеры-франковцы... - И в считаете, что они будут лучше, чем Ступка? - По крайней мере, мы будем их видеть. Покамест, как в других коллективах, в нашем театре художественный руководитель спектакли не ставит... - То есть он - менеджер? - Да, и должен хорошо организовать работу. Пусть наш менеджмент прежде всего определится с лицом театра, хотя несколько лет искать и не найти тоже вариант, потому что понятно: этой дорогой идти нельзя. Даже провал может стать успехом, если вовремя сообразить, что выбрано неверное направление, и исправить ошибки. С другой стороны, постоянными


метаниями мы расхолаживаем коллектив и не понимаем стратегии, не ведаем, куда идем, для чего существуем и что делаем. Какой мы национальный театр? Приезжает на гастроли, скажем, Театр французской драмы из Парижа - в его репертуаре только классические драмы. А у нас пригласили на роль Выборного в спектакле "НаталкаПолтавка" рок-музыканта Олега Скрипку из "Воплей Видоплясова"... Мы с Хостикоевым считаем, что репертуарная политика в нашем театре очень слабая и подобные "элитные" эксперименты пока ни к чему не привели зритель в театр не ходит. - Последние спектакли на франковской сцене вообще не задерживаются... - В этом-то и беда... - В советские времена актеры Театра Франко злоупотребляли спиртным - больше алкоголиков было, наверное, только в Театре оперы и балета. Интересно, а сейчас франковцы пьют так же запойно или умеренно? - (Смеется). Сегодня пьют те, кто имеет деньги. - Ну, те, кто имеет деньги, пьют, очевидно, хорошую водку, а те, у кого их нет, что? Тройной одеколон? - По-моему, тот, кто имеет деньги и пьет хорошую водку, знает меру питья. Сейчас темпоритм жизни такой, что каждый день происходят встречи с людьми, часто за столом, и если прежде ты слишком пристрастился к алкоголю, за каких-то полгода можно элементарно спиться. - Так франковцы теперь не пьют? - Практически нет, и хотя очень небольшое количество людей, посвятивших свою жизнь этому делу, имеется, в таком случае речь уже, скорее, идет о болезни. - В украинской прессе много писали о триумфальных гастролях Театра Франко в США, тем не менее некоторые актеры рассказывали мне, что это были позорные гастроли, - франковцы чуть ли не в руках возили по всей Америке декорации, им было не на что есть, потому что они получали мизерные суточные. Это правда? - На самом деле наши актеры брали с собой в самолет костюмы и реквизит, но не декорации - выяснилось, что их дешевле изготовить за океаном. Американцам показывали спектакль "Тевье-Тевель" с великолепным, потрясающим оформлением Даниила Лидера, и благодаря тому, что оно было не громоздким (хотя удивительно образным), его легко было воссоздать на месте. ...Проблема в том, что гастроли Театра Франко должны проходить под опекой государства, - мы ведь национальный коллектив (кстати, живущий на государственных дотациях)... -...к тому же визитка страны... -...поэтому не можем позволять себе гастролировать импровизированно - это не наш уровень. Любой уважающий себя государственный театр (в России, например, МХАТ) готовит гастроли по самому высшему разряду, и от этого только повышается его авторитет. Мы же приезжаем из-за границы, сами печатаем "триумфальные" фотографии, вывешиваем их в фойе театра и


объявляем, что наши спектакли с успехом прошли за рубежом. Раз-другой еще можно себя обмануть, но потом-то что? - Но полные залы хоть собирались? - Не знаю, я ведь туда не ездил. Рассказывали, что было по-разному: в одном месте - аншлаги, в другом - совсем мало зрителей, случалось, играли в школах, церквях (тут уж как удалось договориться организатору поездки Игорю Афанасьеву - живущему в Америке нашему бывшему соотечественнику, который имел свой финансовый интерес). Я тоже бывал в подобных поездках с концертами и знаю, что это такое. Говорят, это напоминало цыганский табор, а не европейский национальный театр, выезжающий на американские гастроли! - Богдан Сильвестрович Ступка полтора года был министром культуры Украины, и больше, на мой взгляд, ему на этом посту не удалось, чем удалось. Сегодня наш министр культуры - снова актриса, певица, снова не менеджер. Удастся ли ей сделать на этой ниве что-то полезное? - Оксана Билозир сказала очень хорошую фразу, которая мне безумно понравилась. Сейчас идут разговоры о том, правильно ли она поступила в той или иной ситуации, так ли ведет борьбу и организовывает дело. Пани Оксана классно разъяснила: "За все свои действия ответственность буду нести в первую очередь я. Не вы или кто-то другой, а я как министр культуры". У меня абсолютно изменилось к ней отношение - я понял, что этот человек знает, чего хочет и что делает. Билозир идет через тернии, многие ее не поддерживают, но она отвечает за свои решения лично. - Сегодня существуют два громких конфликта министра культуры - с Киностудией имени Довженко и с Театром Леси Украинки. Вы наблюдаете за ними со стороны - как считаете, на чьей стороне правда? - Затрудняюсь ответить, потому что не знаю, на чем замешен конфликт с Киностудией Довженко. Если на личной антипатии - это одно, а если на экономических показателях и на фактах, что, занимая высокие довженковские посты, люди позволяли себе какие-либо противоправные действия, - совсем другое. Что же касается Театра Леси Украинки, то здесь мне еще сложнее судить, потому что в этом конфликте участвуют два прекрасных народных артиста с одной стороны, Оксана Билозир, с другой - Михаил Юрьевич Резникович, которого я очень люблю. Опять-таки надо определиться, на чем основаны разногласия: если к Резниковичу нет творческих претензий, а есть только экономические, пусть это решают юристы. Вину надо еще доказать, и если докажут - тогда дело другое. Надеюсь, все точки над "i" скоро будут расставлены и этот конфликт прекратится. "НЕМКА, У КОТОРОЙ МАМА РАБОТАЛА, ЗА 80 КИЛОМЕТРОВ НА ВЕЛОСИПЕДЕ ВОЗИЛА ЕЙ В КОНЦЛАГЕРЬ ЕДУ"

- Задам вам несколько личных вопросов: я где-то читал, что ваши родители познакомились в Германии... - Это правда...


- А что они там делали? - В 42-м году оба были вывезены на принудительные работы, только мама из села Тартаков Сокальского района Львовской области (это самый северный район под Волынью), а отец - из села Бытков Надворненского района Ивано-Франковской области. Папа встретил маму, когда она работала в Альпах, на границе Франции, Италии и Германии. - В чьей-то семье? - Да, у бедной немки, которая (смеется) имела 10 коров. Маму уважали и даже любили, потому что работала она хорошо - присматривала за коровами, косила траву. И относились к ней равноправно - вместе с хозяевами она садилась за стол, у нее было прекрасное место для сна. Я этого не знал, но, оказывается, во время войны функционировала почта, и прямо из Германии мама высылала посылки в Львовскую область - немка выделяла одежду для поддержки ее семьи. Был еще один эпизод - просто фантастический. В 45-м родители оказались на территории, освобожденной американскими войсками, но больше всего они хотели вернуться домой. Мама перешла к нашим, и на три месяца ее упекли в концлагерь. Она страшно похудела - за эти 90 дней ее просто высушили. (Кстати, немка, у которой мама работала, за 80 километров на велосипеде возила ей в лагерь еду). Когда родители пересекли в Раве-Русской советскую границу, двое офицеров спросили, из какой они области. Мама ответила: "Из Львовской", а отец - "Из Ивано-Франковской". Военные переглянулись: "Львовская и ИваноФранковская области - самые бандеровские: давай их в Сибирь!". Вдруг один посмотрел на маму и махнул рукой: "Да она беременная (мама уже носила под сердцем будущего народного артиста Украины Петра Бенюка, сейчас актера Львовского театра Заньковецкой. - Б. Б.), пусть едет домой". Эта фраза родителей и спасла. - Отец тоже работал у немцев? - Да, но я о нем говорю мало, потому что, к сожалению, папы не помню. Я родился в 1957 году, а он умер очень рано - в 58-м, когда мне было полтора года, - от перитонита. Рассказывали, что отец был неплохим самодеятельным артистом, играл в народном театре Швейка. - У вас трое детей: две старших дочери и совсем маленький сын, которого ваша жена родила в 40 лет. По-моему, при нынешней экологической ситуации родить в таком возрасте - своеобразный подвиг. Как вы на это решились? - Это действительно подвиг - в первую очередь Ульяны, но и неимоверное счастье. Так Бог дал... С молодости мы мечтали о сыне. В 21 год у меня уже было двое детей, и мое актерское становление происходило вместе с взрослением дочерей - они буквально выросли за кулисами. Нельзя сказать, что я их не любил, но все равно к Богдану у меня другое отношение, потому что я не тратил на дочек столько любви, сколько расходую ее сейчас на сына. Годы дают иное понимание своего предназначения в этом мире и осознание:


те, кому ты даешь жизнь, впоследствии будут продолжать твой род. - Какая между младшей дочерью и сыном разница в возрасте? - Марьяне было 17 лет, когда родился Богдан, и, поверьте, двум взрослым девушкам очень приятно иметь такого маленького брата. Сейчас ему восемь лет, и он - самый младший среди детей в семьях трех братьев-Бенюков: меня, старшего Петра и среднего Николая. Между прочим, на всех у нас семеро ребят - три мальчика и четыре девочки. - Уверен, вы не можете не думать о приданом для своих дочерей и о том, что оставите своему сыночку. Очевидно, надо много работать... Какие материальные блага имеет сегодня Богдан Бенюк - народный артист Украины, один из лучших за всю ее историю актеров? - Классный вопрос! Сейчас расскажу... Во-первых, самое важное приданое, которое только можно оставить девушкам, они выбрали себе сами. Когда старшая - Леся оканчивала лицей при Университете имени Шевченко, я как отец хотел, чтобы она не шла по моим стопам, "Мы с Хостикоевым считаем, что пусть, дескать, получится у нее то, что репертуарная политика в нашем родители не смогли. Я мечтал, чтобы театре очень слабая, "элитные" мой ребенок пошел учиться в эксперименты ни к чему не привели. "институт международных Зритель в театр не ходит!" сношений", мне казалось, что ей там С Дмитрием Гордоном будет лучше, чем в любом другом вузе. Я умолял Лесю, но она сказала: "Нет, папа, не хочу!" - и выбрала философский факультет Киевского университета, окончила его, защитила кандидатскую диссертацию. Через два года приходит черед Марьяны. Прошу ее: "Поступай только в Институт международных отношений", а она упирается руками и ногами и оказывается в Киево-Могилянской академии. Теперь Марьяна очень хороший филолог, работает редактором на телевидении. Так что лучшее приданое - то, что дети сами определили свои жизненные пути. Разве со свободой выбора сравнится какая-нибудь тысяча долларов, которую можно припрятать для дочек в чулке? Теперь мы с мамой Ульяной смотрим на Богдана и гадаем, чем он будет заниматься. Ульяна Ивановна провизор, она из семьи медиков, поэтому говорит: "Сын будет врачом". Я же втихаря думаю: "В конце концов у нас родилось дитя, которое будет топтать сцену", но понимаю, что оно выберет ту профессию, о которой мы даже не помышляем. Свобода будет для Богдана лучшим наследством - пускай определяет свою дорогу, взяв все лучшее, что есть у мамы и у меня. - Мой друг - писатель-сатирик Михаил Задорнов - сказал мне как-то: "Детям я оставлю только библиотеку. Не деньги - они их проедят-


пропьют, а вот библиотека даст главное: прочитают хорошие книги, станут умными и сами заработают себе на хлеб". Думаю, что, кроме всего прочего, вы оставите детям свое славное имя: они будут гордиться, что их отец - народный артист Украины Богдан Бенюк, один из выдающихся украинских актеров...

Богдан Бенюк: "Конфликт со Ступкой не прекращается - мы не здороваемся и не разговариваем. Как руков  

Богдан Бенюк: "Конфликт со Ступкой не прекращается - мы не здороваемся и не разговариваем. Как руководитель Театра Франко он никуда не годит...

Богдан Бенюк: "Конфликт со Ступкой не прекращается - мы не здороваемся и не разговариваем. Как руков  

Богдан Бенюк: "Конфликт со Ступкой не прекращается - мы не здороваемся и не разговариваем. Как руководитель Театра Франко он никуда не годит...

Advertisement