Коношевич П.Ф. "Воспоминание"

Петр Коношевич

ВОСПОМИНАНИЕ о подпольной деятельности антифашистской организации

села Орловка 1941-43 гг.

Передмова В одинадцятому випуску вміщено спогади колишнього керівника Орлівського антифашистського підпілля Петра Федоровича Коношевича та твори учениць Орлівської школи (датовані 1944 роком) на тему пережитого в окупації. «Воспоминания» Коношевича П.Ф. подані з мінімальними виправленнями в частині орфографії та пунктуації. Оригінал тексту в вигляді машинопису з поміткою «на правах рукописи» віднайдений в архіві кімнати-музею Орлівської ЗОШ, за що висловлюю подяку директору школи Носенко Лідії Станіславівні та шкільному бібліотекарю Маринічевій Катерині Петрівні. «Воспоминания» написані в характерному стилі радянських пропагандистських текстів і не завжди відтворюють реальну картину подій, проте все таки мають право на читацьку увагу, як свідчення(нехай і ангажовані) учасника подій. Учнівські твори публікуються без жодних виправлень. Оригінали являють собою підшивку окремих аркушів (ймовірно вирваних із власних зошитів учнів для написання твору) і зберігаються в Державному архіві Чернігівської області (ДАЧО Р. 1376, оп. 1, спр.78). Тематика їх не є унікальною, твори на ту ж тему «Что я пережил(а) во время немецкой оккупации» були написані школярами практично всієї визволеної України. Не є таємницею для будь-кого, хто навчався в середній школі, які результати очікуються від учнів при написанні шкільного твору, особливо якщо це твори на суспільно-державну тематику, а їх автори два роки перебували на окупованій території. На жаль, всі ці тексти лише окремі точки зору і не є комплексними вичерпними джерелами для розуміння, що все таки відбувалось в Орлівці та сусідніх селах в ті важки часи і є скоріше вступом до висвітлення об’ємної теми. Проте маю надію, що, можливо, знайдуться й інші свідки тих подій, які захочуть поділитись пережитим. Потьомкін А.П. В якості додаткової літератури на теми дотичні до діяльності орлівського підпілля можна порекомендувати: 1. Слідами Чернігівського підпілля/ Л. В. Студьонова. – Ніжин : Аспект-Поліграф, 2007 2. Двічі страчені - вічно живі: іст.-док. повість / П.Л. Березовська, Н.І. Дяченко. - К. : Український Центр духовної культури, 2006 3. Растерзанный Чернигов, или Юность, опаленная войной / Кузнецов Г. – Чернигов: РИК «Десн. правда», 2005 4. Партизанская война на Украине: Дневники командиров партизанских отрядов и соединений, 1941-1944 / М.: Центрполиграф, 2010.

-2-

Воспоминание о подпольной деятельности антифашистской организации села орлоВка куликоВского района ЧернигоВской области В начале сентября месяца 1941 г. немецко-фашистские разбойники оккупировали Куликовский район Черниговской области. С первых дней оккупации немцы стали проводить массовые аресты и расправы с советскими активистами района. Сотни людей были арестованы и брошены в тюрьмы, десятки были казнены и расстреляны без ведения следствия. Немецкие изверги знали, что еще в 1918 году Куликовский район был одним из центров партизанской борьбы. Вот почему они жестоким террором хотели запугать население района, чтобы вновь не вспыхнуло партизанское движение. В начале октября 1941 г. немецкие власти провели массовые аресты советских людей, активистов, комсомольцев и членов партии. Не получив от них нужных сведений, многих расстреляли или казнили. Так, в с.Куликовка был повешен тов. ШВИДУН и расстрелян тов. ПЕТРЕНКО – работники районного аппарата. В с.Орловка после длительных пыток были расстреляны коммунисты тов. ШУНЬКО К.М., ТОВЧИХА, ТАРАСЕНКО, РОМАШИН, ЗОГИЙ П.К. В с.Дроздовка были расстреляны КУЛИНИЧ Т.Н., ФИЛОН Э.П., ПИЛИПЕНКО И. В с.Грабовка расстреляны ОСИПЧУК В., ОСИПЧУК П., НАЛИВАЙКО Н., ОВСИЕНКО А., ДЕРЕВЯНКО, ЧЕХ, МУЛЯРЧЕНКО, ШИЛОВ. В с.Жуковка - ПОЛЕШКА, ОЛЕКСЕЕНКО, МИТИС. В с.Вересочь – расстрелян орденоносец КАЗИМИР. Были расстреляны активисты и других сел района. Многие из погибших товарищей состояли в истребительных батальонах и в начале оккупации находились в лесу, но по причине отсутствия должного руководства со стороны лиц, специально оставленных для организации борьбы против оккупантов, участники истребительных батальонов вернулись из леса и (легально или нелегально) проживали в селах района. Подлую роль сыграли отбросы человеческого общества и предатели Советской Родины, продавшиеся немецким оккупантам: так, например, директор Дроздовской средней школы, сын кулака Коваль встал на службу немцам в должности начальника районной полиции. Бывший председатель Орловского сельсовета Маругин изменил Родине и стал его заместителем. Бывший завхоз Орловского колхоза Веремей, сын кулака, стал начальником Орловского стана полиции. Эти и другие предатели, прислуживая немцам, выдали партизанские базы и советских активистов на расправу немецким палачам. Немцы, поощряя предателей, официально объявили, что за одного выданного партизана будет награда в сумме 10000 рублей и гектар огорода. Хватали, зачастую причисляя к партизанам, любого попавшегося человека, казавшегося неблагонадежным. Жители были предупреждены, что если в населенном пункте будет обнаружен хотя бы один партизан, то селение сжигается, а население уничтожается.

-3-

В селах района из предателей были созданы полицейские станы. В больших селах, как например, Орловка, Дроздовка и других были учреждены немецкие комендатуры, возглавляемые немецкими оккупантами – офицерами. Эти коменданты избивали до полусмерти людей, заподозренных в неповиновении, а также колхозников, причисленных к так называемым общинам, при неявке на полевые работы до восхода солнца. Эти же коменданты объезжали поля во время летних работ и избивали крестьян, работу которых они признавали некачественной. Население сел района было деморализовано. Всякое даже незначительное действие, заподозренное немцами или их агентурой, и даже за слова, хотя бы на йоту произнесенные в защиту Родины, принимались беспощадные меры. Несмотря на исключительно тяжелую обстановку, в селах района нашлись люди, главным образом из молодежи, воспитанники партии и комсомола, которые, помня исторические указания тов. Сталина в речи, произнесенной по радио 3 июля 1941 г. «Об организации партизанской борьбы в тылу врага», начали подпольную деятельность, направленную на создание невыносимых условий для оккупантов и подготовку вооруженной борьбы. организационная работа В сентябре и октябре 1941 года, после безуспешных поисков Куликовского районного истребительного батальона, который располагал ранее заготовленными базами оружия, продовольствия и одежды, группа партизан, из 8 чел., состоящая из Орловского истребительного батальона, решила уйти в подполье и вышла из леса. Двое – член ВКП(б), партизан гражданской войны Садовой Михаил1 и его 16-ти летний сын Петр – отправились в путь с целью перейти линию фронта и заданием установить связь с Большой землей. Комсомолка, медсестра (студентка 4-го курса Черниговского медучилища) Феня Алексеенко, получив вещмешок продовольствия и маленький браунинг, была отправлена в город Чернигов, для установления связи с городским подпольем. Так, с октября 1941 г. было положено начало создания подпольной группы для антифашисткой деятельности. В ее состав вошли: 1.КОНОШЕВИЧ Максим Федорович, беспартийный, оставленный для деятельности в тылу врага по заданию Черниговского НКВД, его сыновья Григорий и Александр.

2.ШИМКО Евсей Ефимович – бывший председатель колхоза, член ВЛКСМ, не призванный в армию по инвалидности.

3.МАЦВЕЙКО Григорий Платонович – член ВЛКСМ, колхозник.

4.ИВАШКО Федосий - член ВЛКСМ, колхозник.

5.САДОВОЙ Иван Антонович – член ВЛКСМ, сын активного коммуни---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------1. Работал и проживал в г. Чернигове по ул.Пивденной, №22.

-4-

ста, ветерана Октябрьской революции.

6.ШЕКУН Феоктист Иванович – беспартийный, партизан гражданской войны. В октябре 1941 года было проведено совещание подпольной группы, на котором решено заняться подбором людей для вовлечения в члены подпольной организации. По заданию этой подпольной группы ПАНКОВЕЦ Григорий Степанович, человек преданный Советской Родине, втёрся в доверие к немцам и был назначен сельским старостой. Он информировал подпольную группу о намечавшихся немцами мероприятиях. Для выявления общей обстановки в г. Чернигов КОНОШЕВИЧ М.Ф. направил своего сына Александра – 15-летнего подростка. После его возвращения в конце октября, на конспиративной квартире колхозницы ХОМЕНКО Мокрины2 в с.Орловка, у него, якобы случайно, произошла встреча с секретарем Черниговского горкома КП(б) ХОМЕНКО Герасимом Наумовичем. Последний считал, что отец Александра находится в лесах и эту встречу организовал через родственников с целью установить связь с его отцом..3 ХОМЕНКО одобрил создание молодежной группы и посоветовал с целью конспирации создавать тройки и пятерки. Когда же Хоменко узнал о том, что отец Александра и его старший брат Григорий уже несколько дней находятся дома, а не в лесу, то проявил недовольство и довольно резким тоном велел передать, что, если отец и его друзья сложат оружие и прекратят борьбу с врагами – будут нести строгую ответственность перед Советской властью, а также приказал Александру никому не говорить, в том числе отцу, о месте их встречи. В тот же день, вечером Александр принес ХОМЕНКО ответ отца: «Наше оружие всегда готово бить фашистов». Поздним вечером следующего дня, на окраине с.Орловка, у одинокой могилы первого коммуниста села ЛАВРИНЕЦ К.И., партизана гражданской войны, двоюродного брата Максима Фёдоровича - состоялась встреча 4 ХОМЕНКО Г.Н. и КОНОШЕВИЧА М.Ф. На этой встрече они договорились об организации, активизации и методах вооруженной борьбы с фашистскими оккупантами.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------2. До войны работала в Орловской семилетней школе уборщицей, сохранила знамя пионерской организации школы, перед которым в первые месяцы оккупации юноши, вступающие в борьбу с фашистами, в присутствии Хоменко Г.Н. давали клятву верности партии, народу. После освобождения Орловки от фашистских захватчиков, знамя было вручено школе.

3. М.Ф.КОНОШЕВИЧ, партизан гражданской войны с 1918 года, щорсовец. Награжден орденом Красного Знамени(Красной звезды). В 1928 году был организатором ТСОЗ(Товарищество по совместной обработке земли) и первым его председателем. До войны работал инкассатором в Черниговской горконторе госбанка. Хоменко в 1928 году работал председателем районного комитета профсоюза райземлеса, знал его и питал к нему уважение и доверие.

4. Место встречи было назначено ХОМЕНКО.

-5-

Хоменко рекомендовал Коношевичу выработать текст клятвы вступающего в подпольную организацию. ТЕКСТ КЛЯТВЫ вступающего в подпольную организацию «Я, с настоящего времени считаю себя членом подпольной коммунистической организации в Куликовском районе и беру на себя обязательства: 1. Быть беззаветно преданным великому делу партии Ленина-Сталина.

2. Быть беспощадным в борьбе с фашистскими разбойниками, ничего не жалеть в борьбе за Родину, даже жизни, если это потребуется, быть верным защитником и освободителем моей Родины.

3. Строго хранить военную тайну и тайну организации.

4. Предотвращать проникновение в организацию шпионов, террористов и быть беспощадным к изменникам и предателям.

5. Крепить товарищескую дружбу и организационную спайку, и не считаясь ни с чем, помогать товарищу, выручать его в критическую минуту.

6. Если я буду арестован, буду иметь надежду на освобождение со стороны товарищей, а если эта надежда по каким либо причинам не сбудется, то и в том случае, я не скажу ни слова об организации и делах ее, хотя бы даже под угрозой смерти.

7. Если же я нарушу хоть одно из этих, взятых на себя обязательств, сознательно или несознательно стану на путь измены, предательства, шпионажа, терроризма внутри организации, я навлекаю на себя презрение и ненависть товарищей и заслуживаю высшей меры наказания – расстрела». Для конспирации было установлено, что подпольные группы должны состоять из 3 или 5 человек. первой задачей решено было установить связь через городское подполье (ХОМЕНКО был уверен, что оно существует) с областным подпольным обкомом и партизанским отрядом. Выяснить наличие молодежного подполья и оказать ему необходимую помощь. С целью решения этой задачи, с согласия ХОМЕНКО, в ноябре 1941 года в город Чернигов были направлены сыновья КОНОШЕВИЧА М.Ф. – Григорий и Александр. Город лежал в развалинах, малолюдными были окраины, но на всех видных местах висели приказы и объявления немецкого коменданта, суть их сводилась к одному: ТОГО БУДЕ РОЗСТРIЛЯНО, ТОГО БУДЕ ПОВIШЕНО, ТОГО БУДЕ ПОКАРАНО. Например: 1. Забороняється ходити до лiсу. Хто не пiдкориться цьому – того буде розстрiляно.

2. Хто пiдтримує зв’язок із партизанами, годує їх, чи надає їм примiщення – того буде розстрiляно або повiшено.

3. Хто про iм’я, та про мiсце проживання знайомих йому партизанiв, -6-

чи про прихiд чужих партизанiв i комунiстiв не сповiстить одразу в найближчу вiйскову одиницю – того буде розстрiляно. И т.д. и т.п. Отдельные экземпляры подобных объявлений были сорваны и доставлены для ХОМЕНКО. Попытка установить связь с партизанами через СЕМЕНЕЦ Парасковью 5 не увенчалась успехом, т.к. после встречи Александра с её братом Алексеем выяснилось, что она арестовывалась немцами, что партизанские тайники в лесах Коцюбинского района выданы и уничтожены фашистами. Не явился и связной по линии подполья НКВД на условленную квартиру по ул. Пролетарской(в районе обувной фабрики) и по паролю известному КОНОШЕВИЧУ М.Ф6. Не проявляло деятельности и молодежное подполье. Необходимо было действовать. Григорий КОНОШЕВИЧ связался со своими друзьями: КОТ Семеном (Григорий остановился у него на квартире), Борисом АРБУЗОМ, Феней АЛЕКСЕЕНКО. Параллельно уже действовала группа МИЩЕНКО Василия и Николая ГРИНЕВА, ЗОГОГО Феодосия, САДОВОГО Петра.7 Участники этой группы провели несколько успешных диверсий и операций. МИЩЕНКО установил, что фашисты в предрассветное время вывозят машинами из тюрьмы в район Малерово советских граждан и там, в ярах, чинят кровавую расправу. Юноши устроили засаду и в предрассветной мгле обстреляли одну машину. Шофер и охрана были перебиты, узники разбежались. В районе церквей Троицкого монастыря за МИЩЕНКО и ГРИНЁВЫМ увязался немецкий офицер, он был убит ими в районе глинища, его парабеллум забран. На базаре Василий умело стащил у полицая второй пистолет. Юноши установили связь с прогрессивно настроенными солдатами мадьярского гарнизона, располагавшегося в Чернигове, распространяли листовки с призывами не стрелять в партизан и красноармейцев. Оказывалась помощь военнопленным в побегах, одеждой, питанием.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------5. СЕМЕНЕЦ П. до оккупации проживала по ул.Пивденной № 10-а, состояла в истребительном батальоне города, который должен был базироваться в лесах М.Коцюбинского района.

6. Со слов М.Ф.КОНОШЕВИЧА, руководителем подпольной группы по линии НКВД в городе, оставался ОРЕХОВ Илья Леонтьевич. До оккупации работал начальником городского паспортного стола. Ленинградец, в первые годы становления Советской власти был направлен органами ЧК из Ленинграда в Черниговскую область. Удалось установить: с первых дней немецкой оккупации устроился на работу рабочим по ремонту дорог. Но был опознан, по слухам, какой-то бывшей кулачкой, Горпиной, дочь которой Варвара работала переводчицей, арестован и расстрелян.

7. Петр САДОВЫЙ, ходил с отцом за линию фронта на связь. Возвратился в декабре 1941 г. Из его слов, дойдя по тылам врага в районы близкие к Московской области, они с отцом нарвались на немцев. Отец принял бой, а сыну приказал уходить. Судьба отца не установлена, судьба сына позже угнанного в Германию также не известна.

-7-

На многих приказах и объявлениях немецкого коменданта появились накрест наклеенные призывы, написанные юными подпольщиками: “ДА ЗДРАВСТВУЕТ СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ!” “СМЕРТЬ НЕМЕЦКИМ ОККУПАНТАМ!” После неудачной попытки убить переводчика гестапо, МИЩЕНКО В. И ГРИНЕВ Н. были арестованы. Переводчик опознал их. 14 марта 1942 г. МИЩЕНКО В. И ГРИНЕВ Н. после продолжительных пыток были повешены на балконах разрушенного дома на углу ул.Шевченко и Перетца. Остальные: Борис АРБУЗОВ, Семен КОТ, Петр САДОВОЙ, Григорий КОНОШЕВИЧ были схвачены и из-за отсутствия улик (ребята стояли стойко) угнаны в немецкое рабство, где прошли тяжкие пытки и испытания в немецких концлагерях. Феня АЛЕКСЕЕНКО продолжала подпольную работу до освобождения города. Через нее осуществлялась отправка подпольщиков города в партизаны. Связь с ней от Орловского подполья поддерживали МАЦВЕЙКО Григорий и ШИМКО Е.Е. ЗОГИЙ Федосий и КОНОШЕВИЧ Александр ушли из города и продолжили борьбу в партизанском отряде. В январе 1942 года в с Орловка прибыл я. В данном селе я не был с 1926 года, со времени ухода на учебу, это дало возможность скрыть принадлежность к партии, членом которой я являюсь с 1940 года. Мой брат КОНОШЕВИЧ М.Ф. информировал меня о положении дел в селе и городе, о наличии подполья. Он сообщил мне, что еще в первых числах ноября 1941 года в с.Дроздовка Куликовского района состоялось совещание коммунистов, оставленных для деятельности в тылу врага. Его проводил уполномоченный Черниговского обкома КП(б)У тов. КОРОТКОВ Ф.И. Он дал необходимые указания по организации партизанской и подпольной деятельности в районе и разъяснил, как должны держать себя коммунисты в тылу врага. На этом совещании было также проработано письмо секретаря подпольного обкома КП(б)У тов. Фёдорова Ф.А. М.Ф. КОНОШЕВИЧ также сообщил мне, что установлена связь с секретарем Черниговского горкома КП(б)У тов. ХОМЕНКО Г.Н. Первой моей встречей была встреча с ШИМКО Е.Е. и МАЦВЕЙКО Г.П. Мы договорились о проведении организаторской работы по созданию подпольных групп не только в с.Орловка, но и в окружающих сёлах, которые я посетил ранее. Спустя несколько дней я встретился с секретарем Черниговского горкома КП(б)У тов. ХОМЕНКО Г.Н.8 и получил от него инструкции и указания об организации и ведении подпольной работы в с.Орловка и других селах района. Было решено более тщательно провести работу по выявлению подполья города и установлению с ним связи. Эту работу он возложил лично ---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------8. Встреча состоялась на хуторе Коростень с Махней И.

-8-

на меня. Так как Хоменко в с.Орловка бывал периодически, для дальнейших встреч явочными квартирами были установлены: в с.Орловка квартира СКОРИНЫ Мокрины, а в с.Стодолы - НАУМЕНКО Андрона; связным, как и прежде, оставался сын М.Ф.КОНОШЕВИЧА – Александр. Решая вопрос моего трудоустройства, Хоменко рекомендовал мне обратиться в Куликовку к инспектору по образованию ГОЛИКУ Петру, который будет проинформирован. Еще в январе 1942 года через комсомолку ЛЕГЕДУ Валентину Семеновну, работавшую до войны в Черниговском обкоме КП(б)У, мне удалось связаться с антифашистской группой, действовавшей в с.Дроздовка Куликовского района. В состав этой группы входили: комсомолец ЧЕЧЕВИЦА Н.Г., член ВКП(б) АНДРУШКО П.Г., ЧЕЧЕВИЦА А.Г., ЛУЧКИН Т., АНДРУШКО И.К. и другие. В конце января 1942 года я посетил Дроздовку, где имел встречу с ЧЕЧЕВИЦЕЙ Н., которого я знал как бывшего моего ученика по Черниговскому зоотехникуму. С ним я договорился о дальнейших регулярных связях, установив квартиры для встреч, как в Орловке, так и в Дроздовке. Такими квартирами были установлены в Дроздовке – квартира АНДРУШКО П.Г., а в Орловке квартира ЛЕГЕДЫ В.С. и колхозницы ХЛЫПЫ А.Г.. Связными были выделены – от Дроздовской группы ЧЕЧЕВИЦА А.Г., комсомолка АНДРУШКО Ирина; связной от Орловской группы была назначена ЛЕГЕДА В.С. В январе 1942 г. я посетил также с.Грабовка Куликовского района, где установил связь с комсомольцем ШЕЛУПЕЦ В.А., с которым договорился об организации молодежной антифашистской группы. Был создан подпольный комитет в составе: ШЕЛУПЕЦ В.А. – руководитель группы, МАКСИМЕЦ Д., ШЕЛУПЕЦ М.А., МУЛЯРЕНКО, НАЛИВАЙКО Н. – все они члены ВЛКСМ. Было договорено, что связь с Грабовской группой будет осуществляться через учительницу КОНОШЕВИЧ Любовь Федотовну.

5 февраля 1942 года в с.Орловка на квартире колхозницы Хлыпи Ксении Прохоровны по моей инициативе было созвано совещание представителей руководящих комитетов антифашистских групп сёл Орловки, Дроздовки, Грабовки. На этом совещании присутствовали от Орловки – КОНОШЕВИЧ Петр Федорович, КОНОШЕВИЧ Максим Федорович, ШИМКО Евсей Евфимович и МАЦВЕЙКО Григорий Платонович. От Дроздовки – ЧЕЧЕВИЦА Николай Григорьевич, АНДРУШКО Павел Григорьевич, ПИЛИПЕНКО Иван Акимович, от Грабовки – ШЕЛУПЕЦ Василий Артёмович, МАКСИМЕЦ Дмитрий Павлович. Здесь были решены следующие вопросы: 1. Активизация подпольной деятельности. Решено было привлечь к работе, кроме коммунистов и комсомольцев – преданных беспартийных. Было установлено организационное построение подпольных групп не более как по 5 человек с тем, чтобы каждый член группы в целях конспирации не -9-

знал в целом всего состава подпольных организаций.

2. По совету Хоменко был утвержден текст письменного обязательства для вступления в подпольную организацию и дано наименование: «Организация боевых патриотов Советской Родины».

3. Были распределены обязанности между членами подпольных комитетов. Поддерживание контакта в работе подпольных групп в селах Дроздовке, Орловке и Грабовке было возложено на меня. Работа в селах Стодолы и Переходовка по организации антифашистских групп была возложена на ШИМКО Евсея. Работа со старшими возрастами колхозников с.Орловка была возложена на Коношевича Максима Федоровича.

4. Были намечены мероприятия по сбору оружия для дальнейшей вооруженной борьбы. На этом совещании был утвержден руководящий состав комитетов: по селу Орловка – Коношевич Петр Федорович, Коношевич Максим Федорович, Шимко Евсей Евфимович, Мацвейко Григорий Платонович; по селу Дроздовка - Чечевица Николай, Андрушко Павел Григорьевич; по селу Грабовка - Шелупец Василий, Максимец Дмитрий, Наливайко Наталия. Работа по организации подпольной деятельности в с.Переходовка была поручена Рыженко А.Ф. члену ВКП(б), бывшему сотруднику Черниговского обл. НКВД, с которым осуществляли непосредственную связь от Орловского подпольного комитета Шимко Евсей и Коношевич Максим. Все эти группы организационно были подчинены Орловскому комитету, за исключением подпольной группы в с.Куликовка, возглавленной Ющенко, с которым связь была установлена мною лично с мая 1942 г. В марте были проведены совещания в селах: Дроздовка, Орловка, Грабовка, на которых обсуждались мероприятия намеченные на объединенном совещании в с.Орловка. Совещания проводились по 5-7-8 человек. В начале 1942 г. Орловский комитет установил связь с некоторыми участниками подпольных групп, действовавшими в г. Чернигове, в частности: Осипенко, Михайленко, Беляевым. В результате организационных мероприятий к марту 1942 г. в с.Орловка была создана подпольная антифашистская организация в таком составе: КОНОШЕВИЧ Петр Федорович – член ВКП(б). ШИМКО Евсей – член ВЛКСМ. КОНОШЕВИЧ Максим – беспартийный партизан 1918 г. и его сыновья Григорий и Александр. МАЦВЕЙКО Григорий – член ВЛКСМ. КОХАН Василий – член ВЛКСМ. КОЗЕЛ Федосий – член ВЛКСМ.

-10-

ЛЕГЕДА Валентина – член ВЛКСМ СУЛИМ Федор – член ВКП(б) ВЕРБИЦКАЯ Мария - член ВЛКСМ ПАНКОВЕЦ Никита - член ВЛКСМ ШАГРО Андрей – беспартийный ИВАШКО Федосий – член ВЛКСМ САДОВОЙ Иван – член ВЛКСМ ШЕКУН Мусий Ф. – член ВЛКСМ ШАГРО Любовь Емельяновна ШАГРО Ольга Емельяновна ВАКУЛЕНКО Порфирий Митрофанович ЛАВРИНЕЦ Александр Кондратович Для руководства подпольным юношеским движением был утвержден комитет в составе Мацвейко Григория, Коношевич Александра, Шекун Мойсея. Среди девушек: Хлыпа Александра, Вербицкая Мария. Кроме того, был сгруппирован актив из крестьян и молодежи, оказывавший всемерное содействие в осуществлении антифашистской деятельности. Особенно следует отметить: колхозниц Хлыпу Александру, Тимошенко Анну, Хлыпу Ксению, колхозников Окинчу Хому, Вакуленко Порфирия, Мацвейко Александра, Калиниченко Ивана, Тригубенко Александра. Эти товарищи предоставляли свои квартиры для совещаний подпольщиков и встреч с паризанами, сохраняли оружие, осуществляли связь между подпольными группами и отдельными участниками антифашистских организаций. Большинство из них вступило потом в партизанские отряды. В селе Грабовка была создана молодежная антифашистская группа, преимущественно из комсомольцев в таком составе: ШЕЛУПЕЦ Василий – член ВЛКСМ МАКСИМЕЦ Дмитрий – член ВЛКСМ НАЛИВАЙКО Наталия – член ВЛКСМ МУЛЯРЕНКО Иван – член ВЛКСМ ШЕЛУПЕЦ Михаил – член ВЛКСМ ШКАБУРА Григорий – член ВЛКСМ ШКАБУРА Петр – член ВЛКСМ Кроме того, был организован соответствующий актив, оказывавший содействие в проводимой группой работе. В селе Дроздовка сформировалась антифашистская группа, руководимая членом ВЛКСМ Чечевицей Николаем и членом ВКП(б) Андрушко Павлом. Весь состав этой группы не был известен, но из своих встреч с -11-

отдельными участниками этой группы, а также при посещении совещаний в с.Дроздовка я запомнил кроме Чечевицы и Андрушко – Лучкина Трофима, Чечевицу Аграфену, Андрушко Ирину, Кулинича Василия, Лучкина Георгия. По селу Вересочь руководство подпольной работой было поручено члену ВЛКСМ Острицкому Петру, по с. Муравейка - Мацвейко и Муцкому М.Ф. Это в большинстве молодежь комсомольского возраста, жаждущая отомстить оккупантам за их злодеяния. Большинство из них по моему сигналу влились в партизанскую группу, которой командовал ЮЩЕНКО Лука, как только она сформировалась в Куликовском районе. В таком составе антифашистские группы приступили к осуществлению практических мероприятий. практиЧеская деятельность Как только нависла угроза немецкой оккупации, на территории Черниговской области по заданию Черниговского обкома КП(б)У в Куликовском районе была проведена значительная подготовительная работа по организации подпольной и диверсионной деятельности. В селах Куликовка, Дроздовка, Орловка были созданы небольшие отряды, а также базы оружия и продовольствия. Но при создании этих баз на местах не было проявлено достаточной бдительности, в результате чего предатели, такие как КОВАЛЬ, МАРУГИН и другие, ставшие на службу в полиции, быстро вскрыли эти базы и выдали немцам. Лишь незначительная часть оружия благодаря патриотам - комсомольцам с.Грабовка была перепрятана, сохранена и позже передана в распоряжение подпольщиков и партизан. Главная трудность в проведении практической деятельности с начала 1942 г. заключалась в отсутствии связей между отдельными антифашистскими группами, в отсутствии связи с областным партизанским отрядом и действовавшими другими партизанскими отрядами. Не было достаточно оружия. Следует отметить, что Куликовский район на своей территории не имеет достаточных лесных массивов и поэтому в 1942 г. действующие отряды – соединения ФЁДОРОВА, ПОПУДРЕНКО, СТРАТИЛАТА на территорию этого района не проникали. Однако, слухи о действиях партизан под командованием ФЁДОРОВА и ПОПУДРЕНКО в Корюковских и Холменских лесах распространялись по району. Ходили слухи об их беспримерной храбрости и отваге, порой они превращались в интереснейшие легенды, внушая страх предателям, украинским националистам, изменникам и немецким оккупантам. Эти слухи вдохновляли советских людей на борьбу с врагами. Весной 1942 г. в лесах Куликовского района (Переходовские леса), начала свои первые действия небольшая партизанская группа ХОМЕНКО Герасима Назаровича и ВИКТОРОВА Андрея Петровича – командира Красной Армии, оказавшегося в тылу врага. Партизаны умело уничтожили трех фашистских солдат в с.Смолянка, убили еще одного в районе с.Стодолы и полицая в хуторе Коростень Олишевского района. Уничтожили зам. начальника -12-

Орловской полиции ПЕЧЕНОГО и полицая, а некоторых, не причинивших вреда советским людям, обезоружили, предупредили и отпустили. Орловская и Переходовская подпольные организации (группы), поддерживали с ними связь и, получая указания ХОМЕНКО, всячески оказывали им помощь и содействие. Однако отсутствие крупных лесных массивов и непрерывно начавшиеся облавы полицаев и немцев затрудняли их действия. В конце июля 1942 года партизанская группа ХОМЕНКО в Переходовских лесах встретились с партизанским отрядом КНЯЗЕВА Семена Андреевича – бывшим военкомом Н.Басанского района и КУЛИКА Геннадия Ивановича – бывшего секретаря по кадрам Киевского обкома КП(б)У. Состав этой группы не превышал 70 чел. Отряд ставил своей целью пробиться к линии фронта и перейти ее. В состав этого отряда и влилась группа Хоменко Г.Н., но своей целью она ставила совместно пробиться к областному партизанскому отряду, который в то время находился в Холминских и Корюковских лесах. Герасим Наумович Хоменко передал мне через Петра Голина, что уход их временный и что необходимо по-прежнему вести подпольную работу согласно договоренности, создавать партизанский отряд Куликовского района. В начале августа 1942 года в районе с.Хибаловка Куликовского района партизанский отряд Князева, Хоменко во время переправы через р. Десна встретился с большим гарнизоном немцев и полицаев. В неравном тяжелом бою отряд понес большие потери. Тут же, переплывая Десну, был убит и ХОМЕНКО Г.Н. В результате последующих боев из отряда КНЯЗЕВА, ХОМЕНКО в областной партизанский отряд добрались единицы – ВИКТОРОВ А.П. и два бойца. Сложилась новая обстановка, необходимо было действовать самостоятельно. Во второй половине 1942 года начали распространяться слухи о действиях партизан в районе Нежина (соединение «За Родину»), однако на территорию Куликовского района они не проникали. С самого начала организации подпольного комитета в с.Орловка были приняты меры для установления связей с партизанскими отрядами. Для этой цели член комитета ШИМКО Евсей неоднократно выезжал в с.Стодолы, Переходовку, расположенные в лесных местах. Он же дал поручение леснику с.Зруб ЛЕЩЕНЦУ Панкрату установить связь с партизанами отряда «За Родину», но это оказалось осуществить трудно, ушло немало времени пока это было осуществлено. Вот поэтому Орловский подпольный комитет решил организовать отряд, подготовив предварительно его людей из участников подпольных групп и вооружив их за счет собранного и спрятанного оружия. Как ранее было указано, в начале 1942 года Орловский комитет установил связь с работниками подпольных групп ОСИПЕНКО, МИХАЙЛЕНКО, БЕЛЯЕВЫМ в г. Чернигове. Группы не имели связи с областным партизанским отрядом и подпольным обкомом. Было договорено о контактировании деятельности подпольных групп Куликовского района и г.Чернигова. В г.Чернигове на квартире Беляева -13-

по ул.Богунской №21 в подземном убежище был установлен радиоприемник. Это давало возможность нам в дальнейшем получать более-менее систематическую информацию о положении на Большой земле и на фронтах Отечественной войны. МИХАЙЛЕНКО, ОСИПЕНКО, БЕЛЯЕВ дали обещание подбирать преданных Советской власти людей и направлять их для организации партизанского отряда в Куликовский район (сёла Грабовка, Орловка, Переходовка). Был установлен пароль для связи «54-45», установлены связные, места явки, квартиры и т. д. Черниговские товарищи в свою очередь дали обещание принять меры к приобретению оружия для перевозки в Куликовский район и создания соответствующей базы. С этого времени была налажена систематическая связь между Орловской группой и черниговцами, путем личных поездок членов подпольных групп Орловки (КОНОШЕВИЧ, ШИМКО, МАЦВЕЙКО, СУЛИМ Ф., а также через посыльных-связных). Членами подпольных групп среди населения Куликовского района проводилась разъяснительная работа о положении Красной Армии и Советской Родины. Распространялись листовки, сброшенные советскими самолетами, а также написанные от руки членами подпольных групп. Наряду с этим распространялись различные лозунги, призывавшие к борьбе с немецкими захватчиками. Важную роль сыграли сводки Информбюро, которые мы систематически получали из Чернигова и, в свою очередь, размножали и распространяли в окружающих селах. Комсомолка ЛЕГЕДА Валентина, МАЦВЕЙКО Григорий и другие целыми ночами переписывали листовки от руки, которые сотнями передавались в окружающие села. Темами как письменной, так и устной агитации были: разгром армии Клейста на юге, разгром немцев под Москвой, воззвание всеславянского митинга, разгром немцев у Великих Лук, разгром под Сталинградом и др. Выпускались листовки, направленные на срыв мероприятий немецких властей по сдаче хлеба, мяса, молока и др. продуктов. В листовках разъяснялась суть немецкой грабительской политики на временно оккупированной территории. В начале ноября 1942 г. в с.Орловка произошел такой случай: ночью над селом раздался звук авиамотора, по звуку можно было ясно понять, что это советский самолет. Самолет более часа кружил над селом. На крышах и в огородах появились советские листовки. Через некоторое время село осветила ракета. Я собрал некоторых участников подпольной группы (Панковца, Шимко, Мацвейко), договорился с ними о необходимости на утро пройти по полям для сбора листовок с тем, чтобы распространять их среди населения. Эта работа была проделана ПАНКОВЦЕМ, ШИМКО, МАЦВЕЙКО и др. товарищами. Обнаружили целые тюки различных листовок, призывавших к партизанской борьбе, а также освещавших положение в Советском Союзе. Было обнаружено также значительное количество советских газет, которые мы с жадностью читали от строки до строки. Эти листовки и газеты -14-

потом нами распространялись среди населения сёл Грабовки, Дроздовки и др. Часть листовок и газет были доставлены лично мною, а также ШИМКО и переданы в Чернигов частично МИХАЙЛЕНКО, БЕЛЯЕВУ, ОСИПЕНКО, КИРИЧЕНКО. Передавались листовки также и другими товарищами. К сожалению, нам не удалось обнаружить парашютистов, которые были тогда выброшены. В ту ночь, когда над селом кружился самолет, с него был выброшен небольшой десант, возглавлявшийся тов. РУДИК, уроженцем с.Жуковка Куликовского района. Это был член ВКП(б), до войны работавший в г. Чернигов в системе «Заготсено». При спуске с парашютом он попал на лед, сломал ногу, в горячке добравшись до стога соломы неподалеку от с.Орловка, пролежал более суток. Лишь на вторые сутки случайно возле стога проезжал один мальчик с.Орловки верхом на лошади. Рудик позвал к себе мальчика, объяснил ему, что он ехал на лошади, упал с лошади и сломал себе ногу. Он попросил мальчика запрячь воз и доставить его в Жуковку к его родным. Что мальчик и сделал. Когда тот привез его в Жуковку, Рудик наградил его часами и унтами. Мальчик, возвратившись в с.Орловка, поспешил хвастнуть подарками перед своими сверстниками – часами и унтами, что вскоре стало известно немцам. Из районного центра немедленно явился комендант с немцами, избили мальчика и вынудили показать квартиру, куда был отвезен парашютист. Так был обнаружен Рудик, которого немцы больным в тяжелом состоянии схватили, тут же избив его до полусмерти, отправили в Чернигов, захватив одновременно и его родных. Комендант распорядился также под страхом расстрела снести листовки в полицию, однако участники подпольной группы сумели заранее собрать и спрятать более 3000 газет и листовок, которые время от времени распространялись среди населения. Нами были приняты меры для установления связей в Черниговской больнице для спасения РУДИКА, однако его в больнице не оказалось. Очевидно фашисты, несмотря на чрезвычайно тяжелое состояние, замучили его в застенках гестапо. Тем не менее, высадка этого десанта все же имела большое агитационное значение.9 Призывы в газетах и листовках в дальнейшем дали свои результаты. Особенный успех среди населения имела песня, распространяемая членами подпольных организаций. Молодежь с.Орловки и других сел изучила песню «Бабуся», в которой воспевалась судьба крестьян в немецком рабстве. Словами песни: «А где же старик твой, куда он девался, Где дочки твои, где родные сыны? Над дочкой и дедом снаряд разорвался, Сынов же убили немецкие псы».

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------9. Это был первый десант, совершенный по заданию штаба партизанского движения Воронежского фронта, полковника ПОГРЕБЕНКО, для установления связи с партизанами и подпольными организациями Куликовского района.

-15-

Подпольщики призывали мстить немецким псам-оккупантам. Особенный успех среди населения имели партизанские песни. Словами: «Как сёла вставали и немцы бежали, И каски валялись в пыли, Тогда мы их били, рубали и гнали С могучей советской земли»… подпольщики призывали народ на вооруженную борьбу за освобождение Родины и полное изгнание немцев из родной земли. Много других песен распространялось среди населения, вдохновляющих народ на справедливую борьбу против немецко-фашистских извергов. Популярностью пользовалась статья известного буржуазного экономиста Англии – Стивенса. Журнал с этой работой передал нам ХОМЕНКО Г.Н.. Работа была написана автором еще до развязывания войны фашистской Германии с СССР. Сопоставляя возможности и военно-промышленный потенциал Германии и СССР, автор в заключении делал вывод о неминуемом поражении Германии и победе СССР. Он указывал, что стратегическая ошибка Гитлера будет заключаться в том, что он бросит свои отборные войска на Ленинград, Москву, в Донбасс, где наиболее сильные коммунистические организации и высокая концентрация революционно настроенного рабочего класса. Там и будут перемолоты и уничтожены отборные фашистские армии, что окажет влияние на исход войны. Последний раздел статьи «Победима ли Москва», автор заканчивал словами: «Гитлеру не видеть Москвы – разве только пленником». Журнал переходил из рук в руки, организовывалось коллективное чтение и обсуждение. В с.Орловка распространялись слухи о деятельности какой-то антифашистской группы в с.Куликовка, как-то: распространение листовок и т.д., но связи с этой группой вначале у нас не было. В мае месяце 1942 г. колхозник с.Орловка, сапожник по профессии (фамилию не помню) поставил меня в известность о пребывании у него на квартире, по его выражению, надежного человека ЮЩЕНКО Луки с Куликовки. По моей просьбе мне была устроена встреча с Ющенко. В беседе с Ющенко я узнал, что в он в прошлом пограничник-комсомолец, советско-настроенный человек, но в первой встрече ни я, ни он, не информировали друг друга о проводимой работе. Мы больше говорили о необходимости организации такой работы в дальнейшем, хотя в действительности мы поняли друг друга и договорились о дальнейшей связи. Через некоторое время мне стало известно, что в с.Куликовка была сожжена квартира Ющенко, а он, ранив полицая, отстреливаясь, ушел в неизвестном направлении. Мною были приняты меры для связи с Ющенко, но -16-

так и не удалось установить, где он находился. Однако было слышно, что он периодически появляется в селах Грабовка, Буды и других. В ноябре месяце 1942 года я посетил Чернигов, где имел встречу с ОСИПЕНКО, БЕЛЯЕВЫМ и другими участниками подпольных групп. Я поставил вопрос о необходимости быстрейшей подготовки людей в отряд. К этому времени Орловский подпольный комитет уже располагал значительной для того времени базой для вооружения. Это вооружение было приобретено следующим образом: еще в начале войны в с.Грабовка был создан истребительный батальон по указанию Черниговского обкома КП(б)У, здесь же была создана небольшая база вооружения. Участники истребительного батальона были арестованы немцами и большинство расстреляны. Комсомольцы же Максимец Дмитрий, Шкаруба Григорий, Мулярченко Иван и другие перепрятали это вооружение и таким образом, немцам не удалось его обнаружить. Так было сохранено: а) 2 ручных пулемета, б) 20 винтовок, в) 7 шт. наганов, г) 130 гранат, д) 2 автомата и кое-что другое. Часть оружия была сохранена участниками Орловской подпольной группы, как например: ручной пулемет был сохранен 14-ти летним Коношевичем Владимиром и его братом Александром. Кроме того, последний привез из Чернигова в июле 1942 г. оружие юных подпольщиков (МИЩЕНКО, ГРИНЁВ) – 7 винтовок и ручной пулемет; 4 винтовки сохранил Мацвейко; было сохранено также до 50 тыс. патронов. Часть оружия была перевезена в гардеробах из г. Чернигова в Орловку. Приобретение этого оружия в Чернигове осуществляли Осипенко, Беляев и др. Летом 1942 г. я также посетил хутор Коростень возле с.Смолянка.1 В этом хуторе еще в 1930 году по заданию Черниговского Окружкома комсомола я руководил колхозной политшколой и у меня были установлены хорошие дружеские связи с колхозниками этого хутора. В хуторе я встретился и беседовал с бывшим председателем колхоза Махней Иваном. Перед ним был поставлен вопрос о необходимости подготовки людей для ухода в партизаны и сбора необходимого вооружения. Последний поставил меня в известность о том, что в хуторе закопано более 20 винтовок, один пулемет и боеприпасы и, что таким образом, я могу рассчитывать на получение этого оружия в случае необходимости.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------10. Здесь была предусмотрена встреча с Хоменко, к сожалению, встреча не состоялась, т.к. Хоменко ушел с отрядом Князева.

-17-

В декабре через связную я получил сообщение из Чернигова от Осипенко о том, что 12 «карандашей» приобретено и необходимо явиться за получением их. Это условно обозначало, что 12 человек было подготовлено для ухода в партизанский отряд. Я посетил Чернигов, где встретился с Осипенко, Беляевым и Михайленко. Михайленко в то время проживал в городе нелегально, скрываясь в городской бане. Был назначен день отправки, а также выработан маршрут движения. Подобранная Михайленко и Осипенко группа товарищей, дала согласие прибыть по условленному маршруту до с.Буды Куликовского района, где я должен был их вооружить и направить для действий в Переходовские леса. По приезду в Орловку, я, на второй или третий день, получил срочную записку от Ющенко, который просил меня срочно прибыть в Переходовку по важному делу. Эту записку передал неизвестный мне мальчик из с.Переходовка. На встречу с Ющенко я пошел вместе с членом подпольной группы Сулимом Федором. На этот раз Ющенко был вооружен винтовкой, СВТ, пистолетом, гранатами. При встрече он меня информировал о создавшемся положении после его ухода из Куликовки, поставил в известность о наличии у него небольшой партизанской группы, в состав которой входили также Ткаченко из военнопленных Куликовки, его отец Ефим Нечипоренко и др.. Ющенко просил меня организовать помощь как людьми, так и вооружением. Наша встреча на квартире Голика была краткой, так как в село вошла какаято автомашина. Мы, заподозрив, что это была полиция, разошлись. Я, Ющенко и Сулим Федор направились в сторону с.Орловка. По дороге Ющенко меня информировал о положении дел в Куликовке, рассказал о подпольной группе, также поставил в известность о местах расположения его небольшого партизанского отряда. В свою очередь, я проинформировал о работе подпольных групп в Орловке, Дроздовке и Грабовке, о связях с Черниговом и пообещал необходимую помощь. Мы прибыли в Орловку, где была организована дневка Ющенко на чердаке хаты комсомолки Легеды Валентины. В целях конспирации было условлено Ющенко называть псевдонимом «ГРИША», так как его фамилия была известна во всем районе в связи с событиями в Куликовке. Во время пребывания Ющенко в Орловке нами были установлены квартиры дл дальнейших встреч с партизанами. Такими квартирами были: квартира Шагро Любы и Ольги, Хлыпы Ксении, Легеды Валентины, учительницы Коношевич Любы. В это же время Ющенко был передан ручной пулемет и некоторое другое вооружение. Я также поставил в известность о возможности при необходимости получить вооружение в хуторе Коростень, назвав адрес бывшего председателя колхоза Махней Ивана. Я познакомил также Ющенко с некоторыми участниками подпольной организации, хотя и не назвал их фамилий.

-18-

После 2-х дневного пребывания в Орловке Ющенко выбыл к своему отряду в Куликовский лес. Я дал обещание в ближайшие дни пополнить группу Ющенко черниговчанами. В условленный с Осипенко и Михайленко день я направил с подводой по установленному маршруту члена подпольного комитета Мацвейко Григория для встречи черниговцев. Он их встретил недалеко от реки Десны и препроводил до с.Буды, где в лесу я должен был встретить их по условленному сигналу. Я, как было условлено, с членом подпольного комитета Шимко Евсеем вышел на встречу группе Михайленко в лесу возле с.Буды. Дав условленный выстрел, так как была ночь и получив ответ, мы встретились. Кроме Михайленко с ним было более 14 человек, из которых я помню Щеглова, Гонторенко (мужа и жену), Шкаруба, Васалатого, Бергель и др. Вместе со мной вся группа пошла в направлении с.Грабовка. По моему указанию члены Грабовской подпольной организации вооружили группу винтовками, гранатами, патронами. Комсомольцы собрали кое-что из одежды, так как некоторые из прибывших товарищей были плохо одеты, а также продовольствие. После этого вооружения мною и Шимком Евсеем группа была направлена к селу Переходовка. Однако,в связи с большим переходом из Чернигова и наступившим рассветом, мы вынуждены были произвести дневку в с.Орловка, хотя здесь был расположен полицейский стан и не было вблизи лесов. Колхозник Окинча Фома и его жена, проживающие на окраине села, несмотря на чрезвычайный риск, по моей просьбе, дали согласие укрыть партизан на день. Колхозница, жена Окинчи Фомы, несмотря на чрезвычайную бедную жизнь, поделилась последним куском хлеба и накормила товарищей, я же немедля связался с Дроздовской подпольной группой, поставив ее в известность о возможности ухода в партизаны вместе с имеющейся у меня вооруженной группой, назначил место сбора недалеко от села Орловки. Ночью на встречу я выслал своего брата Коношевича Максима, но на этот раз в условленное место явился только один товарищ Кулинич Василий Петрович, в прошлом лейтенант, участник финской войны, награжденный орденом «Красного Знамени», нелегально проживавший в с.Дроздовка. На этого товарища я возлагал большие надежды, так как у нас обученных командиров не было. Я вручил ему полуавтомат, хранившийся у моего брата, хотя сам оставался без автоматического оружия и попросил возглавить группу Михайленко. Дневка этих товарищей на квартире (на чердаке) Окинчи была использована для чистки и проверки оружия. На вторую ночь эта вооруженная группа по моему указанию была сопровождена Коношевичем Максимом и Панковцем в с.Переходовка к тов. Рыженко, которому я написал записку с просьбой организовать укрытие партизан до соединения с группой Ющенко. Это задание было выполнено тов. Рыженко Андреем. Я же отправился на поиски группы Ющенко в Кули-19-

ковский лес, где по рассказам Ющенко была расположена землянка его отряда. Землянку я нашел, однако партизан не обнаружил. Оказалось, что Ющенко из каких-то соображений, связанных с опасностью близости Куликовки, перебазировался в другой лес. Я возвратился ни с чем, написал условленную записку, передал её крестьянину с.Орловка, который впервые знакомил меня с Ющенко и попросил этого крестьянина немедленно доставить записку Ющенко при всех условиях. Действительно, Ющенко явился со своим небольшим отрядом в с.Орловка на квартиру Шагро Любы через два дня, но оказалось, что группа Михайленко, не дождавшись меня, вышла с конспиративной квартиры, организовала раздачу хлеба со склада крестьянам с.Переходовка и, взяв подводу и лошадей, отправилась в неизвестном направлении. Я лишь получил записку, что группа ушла за Десну в направлении М.Коцюбинска и в ближайшее время сообщит мне свой маршрут. Я безусловно сожалел, что мне не удалось соединить группы Михайленко и Ющенко для общих действий, на что я возлагал большие надежды, тем более, что я Черниговскую группу полностью вооружил лучшим вооружением, имевшимся в моем распоряжении. Лишь в мае 1943 г, находясь в партизанах, я узнал, что группа Михайленко вошла в состав соединения Таранущенко, что Кулинич Василий командует кавалерийской ротой, Щеглов работает старшиной, Михайленко работает в диверсионно-разведывательной группе отряда Кима, во всяком случае, и это пошло на благо общей борьбы с немецкими оккупантами. Я, вместе с Ющенко, снова стал обсуждать вопрос об усилении его партизанской группы. С этой целью было решено организовать уход в группу Ющенко участников Дроздовской подпольной организации, что и было осуществлено в январе 1943 г. По моему условию, Ющенко, явившись в Дроздовку в форме полицая с условленным паролем, под видом ареста полицией, взял в в свой отряд 9 человек участников Дроздовской подпольной группы. Такой метод был проведен с целью сохранения семей подпольщиков. Кроме того, я снова поставил вопрос перед черниговскими товарищами о направлении людей в отряд. В конце января 1943 года я получил сообщение из Чернигова о направлении в Орловку группы военнопленных по условленному маршруту. Для встречи этой группы я командировал Коношевича Максима под видом поездки в лес за дровами, но, несмотря на проведенную целую ночь в лесу, встреча не состоялась. Однако на второй день по селу разнеслись слухи, что какие-то неизвестные люди ночуют на поле в стогах соломы. Я понял, что это были направленные ко мне люди. Сбившись с установленного пути, они три дня блуждали по полях, не имея продовольствия, вооруженные только одним отрезом, днем решили явиться в село и отыскать квартиру брата М.Коношевича. Последний, через сына Александра, связался со мной. Я назвал ему пароль встречи. Принесенный Александром ответ от прибывших, был верным.

-20-

Я поспешил на встречу. Снабдив хлебом, немедленно направил их по условленному маршруту на Переходовку в отряд Ющенко. Эту группу возглавил Цибуля, впоследствии пулеметчик в партизанах. Староста села Рудич, узнав о приходе ко мне каких-то людей, заподозрил что-то неладное и немедленно сообщил по телефону в немецкую жандармерию, которая через 20 минут на машинах явилась в Орловку, но было уже поздно, людей я отправил, а сам скрылся на чердаке колхозницы Хлыпы Ксении. Вскоре из Чернигова прибыла учительница Чемерис Юлия, член ВКП(б), имевшая до этого связь с моей группой, которая также была направлена Ющенко. Таким образом, общими усилиями подпольных комитетов, руководимыми мною в Орловке и Ющенко в Куликовке, был создан партизанский отряд до 30-ти человек, состоящий преимущественно из односельчан и частично из черниговцев. Из участников подпольных групп в состав этого отряда вошли: Лучкин Трофим, Носков Василий, Лучкин Георгий, Андрушко Павел, Андрушко Ирина и ряд др. Для вооружения их было использовано оружие, сохраненное в хуторе Коростень, о чем поставил в известность бывший председатель колхоза тов. Махней; частично вооружение было дано из имевшейся у нас базы. Уже с начала 1943 г. эта группа приступила к систематическим действиям. По предложению командования отряда, в феврале месяце Ющенко удалось связаться с отрядом «За Родину», которым командовал Бовкун. По предложению командования отряда, Ющенко дал согласие на присоединение к этому отряду для совместных действий, так было и сделано. Связь Орловского подпольного комитета с партизанским отрядом не прекращалась. В марте месяце 1943 года (числа 4-5) я посетил партизанский отряд в районе Веркиевских лесов, где кроме группы была также одна рота соединения «За Родину». Я познакомился с командованием данной роты, в частности с секретарем партийной организации Кононом Василием Ивановичем, который указал мне на необходимость использования всех участников подпольных организаций для активной вооруженной борьбы. Здесь же нами совместно был разработан план разгрома полицейского стана в с.Орловка и организованного ухода в партизанский отряд. С этой целью мне предложено было возвратиться в Орловку для организации подготовки к разгрому полиции. Так как часть полицаев зачастую ночевала дома, было намечено произвести точную разведку с тем, чтобы одновременно захватить всех полицаев, как в полицейском стане, так и на квартирах и одновременно захватить немецкого коменданта. Наличие гарнизона мадьяр в Дроздовке немного затормозило осуществление этого мероприятия. Пребывание мадьяр в Дроздовке нами также было использовано.Участниками подпольных групп было выменяно у -21-

мадьяр за продукты 6 винтовок, 2 пистолета и около полусотни гранат, которые потом и были использованы для вооружения партизан. Эту работу провел Чечевица Николай. Особенно доброжелательно к нашим подпольщикам отнеслись солдаты из Закарпатской Украины, находящиеся в мадьярской армии. В начале апреля 1943 года все было подготовлено к разгрому Орловского полицейского стана. Я снова посетил отряд Ющенко и партизанскую роту из соединения «За Родину» с тем, чтобы окончательно договориться о дне проведения операции. Было условлено, что в ночь против 13 апреля 1943 г. вооруженная группа Ющенко явится к с.Орловка в условленное место, куда должен буду явиться я для встречи и сообщения всех данных, подготовленных участниками подпольной группы, о месте расположения каждого полицейского и их количестве. Ночью я явился в условленное место, все участники подпольной группы также были на своих постах, но Ющенко со своими партизанами не прибыл. Как потом выяснилось, ночь была темная, и отряд заблудился, попав в другое село. Наутро в село прибыла какая-то машина. Я заподозрил, что это была полицейская агентура, тем более, что я ничего не знал о положении отряда Ющенко, не пришедшего в условленное время. Что за люди были на этой машине мне до сих пор неизвестно, кроме Гурарий Ксении, которая, по ее словам, прибыла, чтобы я ее направил в отряд. Появление машины днем было подозрительным и потому, что мне было сообщено, что, направивший ко мне людей из Чернигова, Осипенко был арестован немцами по обвинению в слушании радио. Я решил немедля уходить в партизаны, тем более, что все подпольные группы Орловки, Дроздовки и Грабовки мною были предупреждены о необходимости ухода в отряд не позднее 13 апреля, т.е. за день до намеченного разгрома полиции. Я направился в лес, а через некоторое время к моему брату Коношевичу Максиму явилась полиция, заявив о его аресте. Брат выстрелом из нагана ранил заместителя начальника полиции и, отстреливаясь, бежал в лес. В тот же день бежали в лес участники подпольной группы: Мацвейко Григорий, Мацвейко Александр, Шагро Андрей и др. - 19 человек, встреча с которыми у меня произошла в условленном месте в лесу у с.Грабовка. Полицейские начали охотиться на детей моего брата, но дочь сельского дьяка Шемендюк Анюта, а также колхозники Белич Яков, Мацвейко Антон перепрятали детей и жену брата, воспользовавшись моментом, когда полиция грабила его имущество, хотя было объявлено, что за их укрытие грозит расстрел. Бежавшие в лес участники подпольной группы в Грабовском лесу были мною вооружены и через два дня соединились с партизанским отрядом Ющенко, входившем уже в состав соединения «за Родину». 16 апреля мы явились в Орловку, окружили полицейский стан, с первых выстрелов уничто-22-

жили постовых и начали обстрел полиции. Бой длился с часа ночи и до 5-ти часов утра. Почти все помещение было разрушено, но начальник полиции Веремей отстреливался из автомата. В 5 часов из Куликовки прибыл немецкий гарнизон, который начал обстреливать село из минометов. Мы вынуждены были отступить. С нашей стороны не было потерь, был ранен лишь один товарищ - отважный партизан Ткаченко. В ту же ночь нами была окружена немецкая комендатура. Правда, коменданту удалось бежать в одном белье и спрятаться между свиньями в свинарнике. Всю документацию, оружие и имущество комендатуры мы поутру увезли с собой. Утром немецкий комендант Орловки представился районному коменданту в одном белье, испачканный свиньями до неузнаваемости. После этого события немецкая комендатура прекратила свое существование, хотя для нее был оборудован прекрасный палац. Явившиеся в село немцы, возглавляемые районным комендантом Стесселем, начали жестокую расправу с мирным населением. Ими был замучен юноша Садовой Иван, который хотел бежать к партизанам, но по просьбе своей семьи возвратился домой, пройдя лишь с полкилометра в поле. Были расстреляны кандидаты партии Легеда Тит, Зогий Михаил, Шимко Григорий, которые не принимали участия в деятельности подпольной группы, Дынник Трофим. Были арестованы и расстреляны: помощник старосты села Кулиш Роман, через двор которого бежал отстреливаясь Коношевич М.Ф. и местный врач Сичкар, лечивший больного Коношевича М.Ф.; арестован староста Рудич Ларион, активно помогавший немцам. Тем не менее, их обвинили в том, что они допустили проживание моё и моего брата в Орловке. Комендант Стессель в упор из пистолета выстрелил в рот юноше Губарю Андрею, который гулял у девушек и, не подозревая о случившемся в селе, шел и попался навстречу коменданту. Без памяти этот юноша был свален вместе с другими трупами, замученных немцами, и свезен полицией на кладбище. Старухе матери удалось выплакать у коменданта разрешение на похороны сына в отдельной могиле. Вынув сына из-под горы окровавленных трупов, она доставила сына домой. Спустя некоторое время сын начал оказывать признаки жизни и приходить в себя. Старуха позвала врача, который оказал помощь, и сын остался вживых и является живым свидетелем этой кошмарной расправы фашистов с мирным населением. В первый же день вместе со мной из Орловки ушло в партизаны 19 человек, что, естественно, имело большое влияние на окружающие села. Немцы пытались пресечь развитие партизанского движения ответными жестокими расстрелами мирного населения. Многие были арестованы и брошены в тюрьмы. Немцы усилили полицейский стан в Орловке путем перевода части полиции из Куликовки и Дроздовки. Они заняли под полицейский стан в с.Орловка каменное здание школы, все окна которой зало-23-

жили кирпичом и устроили бойницы. Учителей выселили из школы, занятия были прекращены. Вокруг школы вырыли окопы. По ночам полицейские делали засады на окраинах села, но, несмотря на это, у нас была установлена теснейшая связь с селом через своих людей. По моему заданию от подпольной организации в селе оставался Сулим Федор, работавший писарем в сельской управе, он систематически информировал меня о положении дел в селе и намечаемых полицией мероприятиях. Немцы стимулировали продажного ката, начальника полиции Веремея, показавшего себя палачом в расправе над мирным населением, представив его к награде железным крестом , а также выстроили для него прекрасный дом в центре села. В мае месяце 1943 г. немцы готовились к летнему наступлению на восточном фронте и предприняли ряд облав на партизан. Были высланы немецко-мадьярские части в район действия нашего соединения «За Родину». Командование соединения решило перевести все соединение за реку Десну в район лесных массивов. По предложению уполномоченного ЦК КП(б)У тов. Сыроеда было решено оставить для действия в Переходовском лесу небольшую группу партизан в количестве 13 человек, командиром которой был назначен Мурза Андрей – отважный партизан, участник подпольной группы тов. Ющенко из с.Куликовка. В состав этой группы вошли также Кулаков Максим, в прошлом сотрудник Черниговского НКВД, Никоненко, Добрицкий, Коношевич Александр, Андрушко Павел и его жена, Шекун Мусий и его отец, и др. Я был избран секретарем партийной группы этого отряда. Тов. Сыроед в беседе со мной указал на необходимость временной конспирации этого отряда в связи с его малочисленностью, а также на необходимость усиления подпольной работы в селах, в частности на необходимость возобновления деятельности подпольных комсомольских организаций. Здесь же тов. Сыроед поставил передо мной задачу организации сбора данных о продвижении воинских частей и вооружения по железной дороге и автотрассе. Я посетил с.Муравейка, где связался с комсомолкой Муцкой Марией, учительницей села, которую я знал по ее брату Константину, работавшему до войны редактором Черниговской комсомольской газеты. Муцкая согласилась помогать и стала проводить регулярное наблюдение и сообщать мне о движении войск и грузов по железной дороге. Сбор этих данных мною также было поручено проводить Черниговской подпольной группе. Все эти данные потом мною передавались начальнику штаба отряда парашютистов Петренку для сообщения в штаб Воронежского фронта. По заданию тов. Сыроеда ночью на поле, за селом Орловка, мною было проведено несколько комсомольских собраний, на каких поставлен вопрос об участии комсомольцев в вооруженной борьбе против оккупантов. Мадьярские части начали артиллерийский обстрел лесных массивов, -24-

где было ранее расположено соединение «За Родину», а также предприняли поход в лес, но соединения там уже не было. Наша же небольшая группа, маневрируя с места на место, отправилась к Переходовскому лесу. В райцентре Олишевка был расположен мадьярский гарнизон, оттуда беспорядочно из артиллерии обстреливали наш лес. Все же и в этих условиях, наша группа развернула большую работу в окружающих селах. Я, используя свои связи в селах, вместе с Кулаковым днем и ночью посещали их, доставали вооружение и приводили в партизанскую группу новых людей. В это время только из одного с.Орловка пришло в отряд более 100 человек. По моему вызову явилась подпольная группа с.Грабовка вместе с другой молодежью в количестве 19 человек, в полном составе вооружения. Участники подпольной группы с.Орловка находясь в отряде, систематически проводили собрания в окружающих селах, призывая идти в партизанский отряд. Небольшой наш отряд из 13 человек быстро рос. В мае месяце 1943 г. мы произвели разгром полиции в с.Смолянка Олишевского района. Полиция расположилась в местной церкви. Мы поставили в известность священника о необходимости оставить помещение церкви полицией. Священник ответил, что никакие его просьбы и жалобы вышестоящим органам не принимаются во внимание. Вот почему мы вынуждены были выкуривать полицию из церкви дымом, как ос, осуществив поджог помещения. Почти вся полиция была уничтожена, часть сдалась в плен. В начале июля 1943 г. от члена подпольной группы Сулима Федора я получил срочное донесение о намечавшейся поездке станового Орловской полиции Веремея в райцентр. Нами было решено провести засаду и уничтожить этого продажного ката. Члены Дроздовской подпольной группы Чечевица Николай и Андрушко Павел организовали засаду возле с.Дроздовка и уничтожили Веремея выстрелом из винтовки. Население с.Орловка радостно вздохнуло, услышав известие о гибели этого активного немецкого наёмника. Нами была также устроена засада для уничтожения немцев, которые должны были приехать на похороны Веремея, но они не рискнули появиться в Орловке. Вскоре нами был произведен разгром полицейского стана в с.Дроздовка. Был уничтожен также комендант Черниговской области по угону людей в немецкое рабство. На легковой машине он проезжал через с.Жуковка. В это время в селе находился командир партизанской группы Мурза Андрей. Днём, в упор из винтовки СВТ он очередью уничтожил всех 4-х немцев, ехавших в машине, в том числе и коменданта. Были захвачены важные документы, которые были доставлены в штаб партизанского движения. Был произведен разгром полиции на железнодорожных станциях Муравейка, Вересочь и др. Так, до прихода соединения «За Родину» из-за Десны, небольшой отряд из 13 человек разросся в крупный батальон, ставший хозяином района.

-25-

Взаимодействие партизан и участников подпольной группы послужило основой для быстрого роста отряда, на базе которого потом вырос 3-й полк соединения, которым командовал Героя Советского Союза Шевырев. Этот полк преимущественно состоял из населения Куликовского и Олишевского районов. Следует отметить, что в тех селах, где не было подпольных групп, как например Мрын, несмотря на близость партизанского отряда и лесистую местность, власть немцев и полиции держалась почти до прихода Красной Армии. Массовая же работа подпольных групп давала возможность населению повсеместно знать об успехах Красной Армии на фронтах Отечественной войны и, таким образом, явилась одной из причин роста массового партизанского движения. Население знало о победоносном наступлении Красной Армии, и молодежь группами по 30-40 человек шла в партизаны. Так, из с.Орловка ушло в партизаны более 150 человек, из с.Дроздовка 117 человек, из с.Грабовка до 30 человек и т. д. В июле месяце 1943 г. в расположение партизанского соединения «За Родину» был высажен десант парашютистов, возглавляемый тов. Шукаевым Михаилом Илларионовичем. Через некоторое время я был вызван к командиру десантной группы, который рассказал мне о задачах парашютистов. Он поставил меня в известность, что по заданию Воронежского фронта парашютистам предстоит проделать большую работу, создать новые отряды и двигаться вперед по тылам врага. Тов. Шукаев предложил мне стать комиссаром одного из вновь образуемых отрядов им. Кутузова, на что я дал свое согласие. Тов. Шукаев просил меня использовать свои связи в селах района и участников подпольных групп для вербовки людей в новые соединения. Он же просил меня организовать заготовку сухарей и другого продовольствия на дорогу для питания новых отрядов, так как им предстояло проходить Белорусские области, сожженные и разрушенные немцами. Тов. Шукаев попросил меня организовать сбор разведданных о движении немецких частей. Я пообещал это задание выполнить и выполнил, собрав сведения через участников подпольной группы города Чернигова и подпольной группы Муцкой в с.Муравейка. Эти задания были переданы нач. штаба отряда парашютистов тов. Петренко. Явившись в Орловку, я созвал собрание молодежи и получил согласие до 30-ти человек вступить в новый отряд (Козел Феодосий, Бусел Яков, Носенко Александр, Тимошенко Николай, Дынник Александр, Козел Аким, Кохан Василий, Кулеш Петр, Устименко Григорий и др). Среди них уже до этого проводилась работа членами подпольной группы. При помощи участников подпольной группы была проведена заготовка продовольствия для нового соединения – 6 мешков сала, 21 мешок сухарей и другие продукты.

-26-

Спустя несколько дней, после выполнения этого задания, командир парашютной группы Шукаев показал мне радиограмму полковника Погребенко из штаба партизанского движения Воронежского фронта об утверждении меня комиссаром отряда им. Кутузова. В то время командиром этого отряда был тов. Задорожный Александр Тимофеевич, в прошлом сотрудник НКВД из Запорожья. В этот отряд вошли также комсомолец-подрывник Ильин, подрывник Снегур и его сестра Анна Петренко. Эти все отважные и смелые товарищи окончили школу партизанского движения в Москве. С ними я и начал работу как комиссар отряда, впоследствии выросшего в целый партизанский полк. Соединение, ставшее одним из крупных, в последствии совершило рейды из Черниговской области в Западные области Украины, за Львов, а позже и через Карпатские хребты гор – в Чехословакию. Костяком этого отряда были вначале люди из Куликовского района, в той или иной степени, участвовавшие в работе подпольных групп. Другие отряды этого соединения были вначале укомплектованы из товарищей, выделенных командованием соединения «За Родину» из его батальонов. На своем боевом пути это новое соединение пройдя по тылам врага более 10000 (десяти тысяч) километров, уничтожило тысячи немецких оккупантов, пустило под откос много железнодорожных эшелонов, уничтожило десятки мостов и немецких складов. Многие из участников подпольной группы с.Орловка были отмечены Правительственными наградами за доблесть и мужество в партизанской борьбе. Кроме работы, связанной с организацией партизанского движения, Орловская подпольная группа в 1942 г. неоднократно организовывала порчу телефонной связи немцев. Эту работу выполняли комсомольцы Мацвейко Григорий, Тригубенко Александр, Коношевич Александр и др. Немцы, вследствие этого, арестовывали все мужское население села, вызывая к себе еще большую ненависть. В январе месяце 1943 г. мной, по рекомендации тов. Ющенко, была установлена связь с Бойко С.П., входившего в антифашистскую группу тов.Ющенко и работавшего по заданию последнего в Черниговской областной полиции. Бойко по моей просьбе доставил мне и передал через Шимко Евсея списки агентов гестапо по Олишевскому району и их условленные пароли. Эти списки были переданы в партизанский отряд тов. Ющенко. Ющенко, переодевшись в полицейскую форму, вместе с другими партизанами явился к агентам гестапо и требовал отчеты об их деятельности, которые, не подозревая, информировали о своей контрреволюционной деятельности (Савенко, Шимко Амос и др.) Деятельность подпольных групп привлекала внимание немецких властей. Немцы неоднократно направляли своих агентов в села Куликовского района для выявления участников подпольных организаций. Так Черниговское гестапо посылало в Орловку некоего шпиона Коваленко, который, рекомендуясь связным от имени Федорова ,пытался войти в доверие и раскрыть -27-

организацию, но был разоблачен при помощи члена подпольной группы тов. Сулима Ф., работавшего в сельской управе с.Орловка по заданию нашей группы. Замысел шпиона не удался. Членами Орловской подпольной группы было организовано также выявление оружия, которое сохранялось некоторыми крестьянами, и потом было передано им для вооружения партизан. Так, например, крестьянин Мацвейко Евген сохранил 5 винтовок, Калиниченко Иван – 3 винтовки, Корогод Андрей – 1 винтовку, Носенко Петр – 1 винтовку, Мацвейко Петр - 1 винтовку и др. Это вооружение попало в распоряжение подпольной группы. Значительная работа проводилась подпольной группой по срыву мероприятий немецких властей по отправке людей в немецкое рабство. Подпольный комитет с.Орловка для этой цели использовал письмо односельчанки Марии Джур, присланное из Германии, в котором девушка с отчаянием описала германское рабство. Это письмо было широко популяризовано среди населения села, в результате чего срывались планы немцев вывоза людей в рабство. заклЮЧение Таким образом, созданная в октябре 1941 года Орловская антифашистская подпольная организация, руководствуясь указаниями подпольного обкома КП(б)У, полученными от его члена тов. Коробкова Ф.И. и секретаря Черниговского горкома КП(б)У тов. Хоменко Г.Н., провела в тылу врага значительную работу по организации партизанской борьбы с немецкими оккупантами. Была установлена связь и контакт в работе с подпольными молодежными организациями сёл Дроздовка, Грабовка, Переходовка и Куликовской подпольной организацией (Ющенко Л.Е.), с антифашистскими группами г. Чернигова, которые через орловский подпольный комитет получали указания подпольного обкома. В результате деятельности Орловской подпольной группы была создана в 1942 году необходимая база вооружения, как сохраненного подпольщиками с.Грабовка, так и приобретенного и собранного членами подпольной группы в с.Орловка. Неисправное вооружение ремонтировалось местным орловским кузнецом Вакуленко Порфирием, впоследствии ушедшем в партизаны. Через установленные связи в г. Чернигове в декабре месяце 1942 г. была подготовлена группа товарищей в количестве 12 человек (Михайленко, Щеглов, Гонтаренко, Кулинич В., Шкаруба, Засалатый, Берегиль и др.). Эта группа была переправлена в с.Орловка, где получила для вооружения 11 винтовок, 1 автомат, более 2000 патронов, более 50 гранат. Позже она вошла в соединение Таранущенко. Большинство из участников этой группы за доблесть и мужество в партизанской борьбе отмечены Правительственными наградами.

-28-

В январе месяце 1943 г. Орловским комитетом были подготовлены уход и вооружение группы товарищей в количестве 9 человек из с.Дроздовка в отряд Ющенко (Лучкин Трофим, Носков Василий, Лучкин Георгий, Андрушко Павел и др.). Большинство из них за деятельность в партизанах отмечены Правительственными наградами. В феврале месяце 1943 г. из Чернигова была переправлена и вооружена группа из военнопленных в количестве 6 человек, в том числе пулеметчик тов. Цибуля и др. Тогда же была направлена в отряд учительница из Чернигова, член ВКП(б), Чемерис Юлия. Эти товарищи вошли в партизанскую группу Ющенко. В апреле месяце 1943 г. были организованы вооружение и уход в партизаны всей подпольной группы, а также связанных с ней товарищей, в общем количестве 19 человек (Коношевич М.Ф., Мацвейко Григорий, Хлыпа Харитон, Шекун Мойсей, Вербицкая М, Мацвейко Александр, Шагро Андрей и др.). Многие из них за доблесть и мужество отмечены Правительственными наградами. Тогда же Коношевичем М.Ф., при попытке ареста, был ранен помощник начальника полиции Сиротенко, а спустя два дня был разгромлен Орловский полицейский стан. Село Орловка, где действовала подпольная группа, была первым селом в Куликовском районе, поднявшимся на вооруженную борьбу. Члены подпольных комитетов первыми ушли в партизаны, увлекая за собой широкие массы населения. В дальнейшем партизанским движением были охвачены также др. села Дроздовка, Грабовка, Переходовка. В начале июня 1943 г. во взаимодействии с членами подпольной группы и партизанами была организована засада и уничтожение активного немецкого палача, награжденного немцами, начальника орловской полиции Веремея Данила. За этим последовал разгром полицейских станов в Дроздовке, Вересочи, Смолянке, Муравейке. Куликовский район превратился в район массового партизанского движения, где в партизанские отряды ушло более 500 человек. Кроме того, подпольными группами Михайленко, Осипенко и Беляева из Чернигова было переправлено в партизанские отряды свыше 100 человек, патриотов города. В июле-августе 1943 г. Орловский подпольный комитет оказал большую помощь парашютистам Воронежского фронта. В отряд им. Кутузова этого соединения вошло более 30 человек из Орловки, многие из которых были участниками похода в западные области Украины, Карпаты и Чехословакию. Как-то: Козел Феодосий, Бусел Яков, Коношевич В., Кохан Василий, Носенко Александр, Носенко Петр, Харченко Иван, Козел Аким, Вербицкая Мария, Наливайко Наталия и др. Из участников подпольных групп выросли многие командиры и доблестные партизаны, отмеченные Правительственными наградами.

-29-

Организаторами и руководителями Орловского подполья с сентября 1941 года были: КОНОШЕВИЧ Максим Федорович – руководитель, его сыновья Григорий и Александр. ШИМКО Евсей Ефимович МАЦВЕЙКО Григорий Платонович ИВАШКО Федосий САДОВОЙ Иван Антонович ШЕКУН Феоктист Иванович ПАНКОВЕЦ Григорий Степанович ЛЕГЕДА Валентина Семеновна ШАГРО Андрей Емельянович АЛЕКСЕЕНКО Феня Партийное руководство осуществлялось секретарем Черниговского горкома КП(б)У тов. ХОМЕНКО Герасимом Назаровичем. С января 1942 года деятельность подпольной организации и групп осуществлялось мной. Кроме указанных выше, отважными, мужественными антифашистами, входящими в Орловское подполье были: ВАКУЛЕНКО Порфирий Митрофанович ШАГРО Любовь Емельяновна ШАГРО Ольга Емельяновна ШЕКУН Моисей Феоктистович КОНОШЕВИЧ Владимир Максимович КОХАН Василий КОЗЕЛ Феодосий ВЕРБИЦКАЯ Мария СУЛИМ Федор ПАНКОВЕЦ Никита ЛАВРИНЕЦ Александр Кондратьевич КОНОШЕВИЧ Феодосия Ивановна КОНОШЕВИЧ Любовь Федотовна МАЦВЕЙКО Александр МАЦВЕЙКО Евгений ОКИНЧА Хома ХЛЫПА Ксения -30-

ХЛЫПА Александра ТИМОШЕНКО Анна ШЕКУН Василина Климовна ТРИГУБЕНКО Александр Тимофеевич КАЛИНИЧЕНКО Иван ВЕРЕМЕЙ Иван Лазаревич СЛИСАРЕНКО Андрей ТИМОШЕНКО Николай Прохорович СКОРИНА Мокрина КЛИМЕНКО Иван МУЦКИЙ Николай Александрович ХАРЧЕНКО Иван МАЦВЕЙКО Антон Емельянович МАЦВЕЙКО Петр СИВОПЛЯС Петр САДОВОЙ Михаил БЕЛИЧ Яков ХЛЫПА Харитон КОРОГОД Андрей ЗОГИЙ Сергей Захарович ХОМЕНКО Наум Многие из них отдали жизнь в боях за нашу Советскую Родину в партизанских отрядах и на фронтах Великой Отечественной войны. БЫВШИЙ РУКОВОДИТЕЛЬ ОРЛОВСКОЙ ПОДПОЛЬНОЙ АНТИФАШИСТСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ — П. КОНОШЕВИЧ

-31-

Письмові роботи учнів орлівської неповної середньої школи на тему “Что я пережила Во Время немецко-фашисткой оккупации” 2.VII.1944 г. (за ДАЧО Р-1376, оп. 1, спр. 78 ) №1. Скорины Анастасии Г. Я росла с малых лет у Советском Союзе, весёлой жизнью. В 1935 году, я начала ходить у школу. И в 1941 году окончила шестой класс. Летом я начала готовиться к уступлению в седьмой класс. Но мысль моя была прервана. Это случилось потому, что началась война. И проклятые изверги оккупировали нашую местность. 9-го сентября 1942 года над нашей родиной поднялась чёрная туча. Красная Армия отступила на несколько километров. А мы остались под этой тучей. Сразу, как вошли немцы, над селом прошла чёрная туча. День стал совсем иной. Солнце будто зашло за тучу, а ветер ревел, как злой зверь. Листья начало желтеть и осыпаться с деревьев. Все птицы стали умолкать, ибо и они испугались немцев. Люди все спрятались. И нам больше нельзя ходить у школу. Немцы начали гонить на работу, чтобы мы работали на ненасытных извергов. И так прошло почти год. На другой год уже начали молодёжь гнать у Германию. Много молодёжи, девушек и ребят, угнали на вечную каторгу. Сначала, кому только приходило извещение, должен ехать. Но прошло несколько времени и стало совсем иначе. Уже в лесах начали собираться отряды партизан. И тогда молодёжь стала уходить в леса. Больше ни одна душа не поехала в Германию. Меня тоже два раза брали, но я не поехала. И теперь хожу у школу. Снова живём свободной жизнью. Благодаря Красной армии за их успешность. Сейчас проклятые изверги ушли далеко на запад. И больше он не вздумает итти на нашу родину. №2 Легеды Ефросинии Григорьевны Мне даже не приходила такая мысль в голову, чтобы немцы заняли нашу територию. Перед уходом немцев мы прятались в траншеях. Вдруг прибежала соседка испуганная и сказала, что немцы заняли нашу деревню. Я не знала, что мне делать и куда мне прятаться. Минут через пять мы услышали немецкий голос. Один немец наставил автомат в нашу траншею и что-то кричал на своём языке. Мы все вышли из траншеи, он посмотрел и отпустил нас домой. Я немцев ненавидела и с нетерпением ожидала Красной Армии. Началась «вербовка» в Германию. Немцы увезли в Германию мою сестру, с которой нескоро или же совсем не придётся увидеться. Немцы хотели увезти и моего единственного брата, но он почувствовал, что немцы должны уйти и начал прятаться. Я с матерью и двое меньших детей прятались целыми днями, ибо полиция не давала покоя. И только благодаря партизанам, которые разбили полицию и убили станового полиции, -32-

то остальные полицаии уехали в район. Мой брат ушёл в партизанский отряд. Немцы в наше село не являлись. Мы почувствовали себя свободно. Я часто ночью встречалась со своим братом, а он мне давал читать советские газеты. Я знала от него, что скоро должна осободить нас наша доблесная Красная Армия. И я скоро этого дождалась. Красная Армия освободила нас от немецких людоедов. Я снова имею счастье ходить у школу. Я кончаю седьмой класс и буду учиться дальше. №3 Сывопляс Марии Инполитовны До 1941 года мы жили хорошо и весело. Мы хорошо встречали все советские праздники и ходили в кино. Когда мы стали жить под игом немецких захватчиков, тогда нам было жить очень плохо. Немецкие захватчики вместе со своими сотрудниками - полицейскими брали советских людей у Германию, но я твёрдо решила не ехать. Тогда, когда меня назначили у Германию, я начала скрываться в лесу, в стогу сена. Это было поздней осенью. Скрывалась я ровно две недели, а когда возвратилась домой, заболела воспалением лёгких и еле-еле выдержала эту страшную болезнь, после которой чувствую себя и сейчас слабой. Всё время ожидала возвращения Красной Армии и вместе с другими бойцами своего родного отца. Мечта моя осуществилась в 1943 г. 17 сентября, в 3 часа дня, когда нашу деревню освободила Красная Армия. А теперь я кончаю седьмой класс в условиях новой жизни. И очень желаю поступить в педагогическое училище. №4 Сывопляс Анастасии Даниловны Во время немецкой оккупации мне переживать было очень тяжело. Я всё время боялась немецких оккупантов, потому что они плохо относились к украинскому народу. Они отпирали сами дверь, грабили людей и за это были «правы». Меня несколько раз назначали у Германию на каторгу, но я всё время пряталась и не отдалась в руки немцам. Один раз я с матерью осталась дома, а дверь заперла замком, чтобы не вошли немцы. В это время ехал немецкий обоз и остановился возле нас. Немцы подошли к дому и начали бить дверь. Мы с мамой так перепугались, что не могли слезти с печи, а думали о том, что они нас покончают окончательно. Они отбили дверь, вошли в избу, избили нас, что из носа у матери шла долго кровь; а я после этого дня была больная две недели. Немцы всё пересмотрели в избе, а на чердаке нашли 6 пудов пшеницы, которую взяли себе и ушли от нас. Всё население ожидало прихода нашей доблесной Красной Армии. И только 17 сентября мы были особождены из-под немецкой орды нашей славной Красной Армией. Слава и честь нашей непобедимой Красной Армии!

-33-

№5. Козёл Ольги Сымоновны Я с малых лет жила в Советском Союзе. В 1935 году я начала ходить в школу. В 1941 г. окончила шесть классов. Но немецкие захватчики пошли на наш Советский Союз войной и захватили нашую местность 9 сентября 1941 года. Когда наша Красная Армия отступала, то мы из-за неё очень переживали. Во время немецкой оккупации немцы издевались жестоко над украинским народом. Когда люди работают и увидят, что едет немец, то совсем не разгинаясь все работают. Вообще при немцу жить было очень плохо и трудно. Много людей узял он в Германию, а многие получили смерть от этого противного гада. Сестра со своим мужем переживала у нас, а его считали полицейские неблагонадёжным. Его несколько раз сажали в тюрьму, а потом заставили идти записаться в полицию. Он записался у полицию, но работал у пользу Советского Союза. Мы в это время переживали за то, чтобы полицейские не узнали его секрет. Это всё было пережить нелегко. И когда немцы отступали, и вошли в наше село, то все люди убежали в лес. Но когда мы освободились от этой чёрной и страшной тучи, и вступила наша Красная Армия, то все люди вышли встречать её с большой радостью. Немцы вышли с нашей деревни 17 сентября 1943 года. Сейчас я кончаю седьмой класс и поступатыму у десятылетку. №6. Носенко Ксении Николаевны. В 1941 году 9 сентября, в три часа дня, вошли в нашу деревню немецкие фашисты. Я не могла смотреть на немецких солдатов и офицеров. Мне было крепко больно, что я в немцев, а мой отец и брат в Красной Армии. До прихода немцев я окончила всего шесть классов, а в меня была любимая мечта учиться дальше. Вместо учёбы немцы заставили меня ходить на общинскую работу. Мне хотелось читать, но читать было нечего, ибо немцы запретили всякую советскую литературу. Иногда являлись счастливые дни, когда я находила советскую листовку, я её прочитывала несколько раз сама, потом с подругами. Когда началась «вербовка» в Германию, меня тоже назначали два раза. Первый раз когда меня брали в Германию, то всех нас «вербованных» везли в город Чернигов на комиссию. Я в Чернигове соскочила с воза и убежала к знакомым, где и прожила четыре дня. Потом приехала домой и дома ещё пряталась три дня. Потом «вербовка» окончилась и я осталась дома. В последний раз меня снова назначили в Германию. Этот раз я с села никуда не выезжала. Пряталась четыре дня в дяди, потом пришла домой. Ночьюю, только вложилась спать, как застучали в окошко полицаи. Я крепко испугалась и не знала, где мне деваться. Мать шла отворять им дверь и я разом с матерью вышла в коридор. Мать с полицаями говорить, а я тихонько по лестнице вылезла на чердак и там спряталась. Полицаи забрали мою мать с собой. Утром полиция -34-

вместо меня повезла мою мать в Куликовку. Пока они доехали до Куликовки, пришло объявление, что «вербовка» окончена, и моя мать приехала домой. Когда началось партизанское движение, «вербовки» больше не было. Когда Красная Армия освободила нас от немецкого ига, я снова начала ходить в школу. Я кончаю седьмой класс. А после мне будет возможность вступить в любое училище. №7. Легеды Любы Артёмовны 9 сентября 1941 году, в 3 часа дня, наша деревня, то-есть Орловка, былы оккупирована подлыми захватчиками - немцами. Когда вошли немцы лди, сидевшие в траншеях, ожидали смерти. Все люди были под ужасом. В нас были такие люди, которые просунули свои свиные рыла в полицию, чтобы угнетать советский народ. Все эти подхвостники помогали немцам угонять молодёжь Советской Украины на каторжные работы в фашистскую Германию. Угоняли в Германию тех, у кого отцы, сыновья и братья ушли на защиту нашей славной Советской Родины. Мою самую старшую сестру тоже узяли у Германию за первым разом. На второй раз назначили другую сестру у Германию, но мы решили не пускать её, а по этому мы с ней две недели скрывались по сорняках и своих родственниках. Полиция из-за нас очень била мать. Староста села хотел нас выбросить совсем из избы. Он к нам на квартиру поставил чужих людей, а нам предлагал освободить помещение. Мы помещения не оставили, а потому мучились в одной избе две семьи. Полицейские забрали у нас две коровы и велосипед. Когда забирали велосипед, то за него плотили сто рублей, а я не хотела брать этих денег, за это полицейские меня били. А сейчас я хожу у седьмой клас, после которого думаю поступать учиться. Полиция была разбита партизанами ранней весной 1943 года. С этого времени в нашу деревню боялись заезжать немцы и их сотрудники — полицейские. Немцы остались только лишь по городах и районах. Они наскакивали целыми отрядами на деревни и сжигали их разом с людьми. И так утром 17 сентября 1943 года нашу деревню освободила доблесная Красная Армия от угнетателей мира, людоедов-немцев. Слава Красной Армии и её главнокомандующему маршалу товарищу Сталину! №8. Садовой Евдокии Афанасиевны До 1941 г. мы жили все хорошо и весело. Когда вошли немцы наша жизнь изменилась в обратную сторону. Немцы проводили «вербовку» у Германию, за вторым набором назначили меня у Германию, но я решила скрыться, а не ехать на каторгу к проклятому немцу. Скрывалась я по чердаках и сараях. За меня подвергали аресту мою мать и неоднократно её били. В одно время навернулась я домой, а в это время полицейские делали обыски, тогда я решила бежать со своей колегой на дру-35-

гие двери. Они нас не заметили, и мы удачно скрылись. После этого случая до окончения «вербовки» мы не возвращались домой. Летом каждое утро ездил по улицам на повозке немец под охраной полицейских. Когда кто не успел выйти на работу, то немец высекал людей плётками. Люди, проживши так год, стали итти в леса, группироваться в партизанские отряды. Так мы жили во время немецкой оккупации. №9. Климиши Екатерины Андреевны. Родилась я в 1928 году и жила всё время в Советском Союзе. Жизнь моя была хороша. В 1935 году я начала ходить у школу. Я переходила с класса в класс без никаких препятствий. Окончив 6 классов в 1941 г., я мечтала окончить седьмой класс и учиться дальше. Но моя мечта не исполнилась. Немецкие захватчики напали на наш Советский Союз и захватили нашу местность 9 сентября 1941 года. Советские люди с тоской проводили отступавшую Красную Армию. В село вступили немцы. По улицам было слышно голос немцев. Они сразу начали ходить по хатах и брать яичка, хлеб и другие продукты. Сразу же они начали издеваться с народы. В городе повсюду куда не йди, стоят вешалки, на которых были повешены лучшие советские люди. Они начали уничтожать евреев и цыган. Вывозили на окраину города много людей в душегубках. Невозможно было смотреть на это мучение. Много людей сидели по тюрьмам, а потом их вывозили и закапывали живыми. Сотнями из села молодёжи он увозил в Германию на вечное рабство. Жить было невозможно. Много советских людей ушли в партизане, чтобы громить немцев с тылу. Они не давали немцам увозить хлеб, скот и людей в Германию. Ме приходилось часто скрывать у себя на чердаке партизан, из-за которых много переживала, чтобы не убили и меня за них. Все с нетерпением ждали Красной Армии. Но настал долгожданный день. Красная Армия прогнала немцев с нашей територии. Все люди с радостью встречали своих сынов. Слава и честь нашим сынам Красной Армии! №10 Губар Марии Петровной До 1941 г. мы жили харашо. Отец мой был дома и мать тоже. У меня ещё был старший брат и маленькая сестрёнка. Во времяя войны отца моего взяли защищать свою любимую родину, а мы остались дома. За время немецкой оккупации мне пришлось очень много пережить: во-первых у нас взяли последнюю корову и хлеб. Во-вторых полицейские к нам относились пренебрежительно, как к неблагонадёжным людям. Тогда, когда партизане разбили полицию, полицейские ловили всех людей и убивали. В число этих людей попал и мой родной единственный брат. Его возле полиции расстреляли -36-

так, как и других людей, а ми оплакали его и пошли хоронить на кладьбище. Его везли на повозке между убитыми, прикиданными сеном. Когда с повозки позбрасывали мертвых иначали бросать их в яму, мой брат сквозь зубы прошипел: «Я ещё жив». Мы с мамой начали просить старосты села, чтобы нам разрешили взять его домой. Староста долго не разрешал, а потом разрешил. Мы его привезли домой и отправили у больницу, где он лежал до возвращения Красной Армии. Когда пришли наши, он тоже месяца четыре лежал, а потом поправился и его узяли в Красную Армию. Сейчас он защищает родину так, как и его отец. А я кончаю седьмой класс. №11. Кушниренко Ольги Г. Я народилась 1927 года в селе Орловке. Прожила я очень харашо в Советском Союзе. С восьми лет я начала ходит в школу. Кончила я шесть, распустили нас на лето работать в колхозе. Лето было тёплое, харошое. Проработали мы лето в поле. Когда наступила холодная осень, мы думали, чтобы окончить 7-й класс. Но мечты мои были неудачные. Неожидано на Советский Союз напали немецкие оккупанты. Когда подходили германцы, то все люди прятались по погребах от таких ненавистных людоедов. Когда захватили немцы Украину, они начали вывозить у свою Германию хлеб, скот начали забирать от людей всё. Жилося во время немецкой оккупации очень плохо. Когда они пришли, то начали весной вывозить молодёжь у Германию. В то число во второй набор попала и я. Чтобы не уехать в Германию, я избежала в село Стодолы и пережила тот момент, пока перестали брать. Так я осталась на сегодняшний день в своей цветущей Украине. Дождались до того время, когда освободила нас Красная Армия из-под ига немецких захватчиков. №12. Козёл Ольги Михайловны До 1941 г. мы жили хорошо и весело. В 1941 г., когда оккупировал нас немец, жизнь наша изменилась в плохую сторону. До оккупации я окончила шесть классов. Хотела бы учиться дальше, но немец пришёл не для того, чтобы нас учить; а для того, чтобы сделать нас своими рабами. Во время оккупации немец много молодёжи увозил к себе в Германию. Но меня в это время не брал потому, что мои ещё не подошли года. В германию назначали многих моих товарищей, которых мне приходилось скрывать в себя. Это было делать нелегко, потому что всюду проверяла полиция. Когда полицейские находили у людей «вербованных», то тогда избивали этих людей насмерть.

-37-

В 1943 г. Красная Армия освободила нас из-под немецких извергов. Я снова имею счастье, как и все люди нашей страны учиться дальше. А потом работать на пользу советского народа. №13. Тимошенко Анны Н. Когда наступил 1935 год, я вступила в н/c школу. В школе вчилась до 1941 г. Когда наступил 1941 г., я окончила шесть классов. Я хотела на следущий год вступить в седьмой класс. Но мечта моя не исполнилась. Наступила осень. Осень была тёплая, тихая. Везде пели птицы. И ярко светило солнце. Людей не было, все со страха спрятались в свои траншеи. Через несколько дней на нашу деревню наступила чёрная туча. В этот день была занята наша местность. Когда заняли немецкие оккупанты, то они грабили всё, что только попдалось им в руки и всё это отправляли в свою Германию. Они старались забрать у нас всё, что им нравилось. Они вывозили советскую молодёжь на голодную смерть в Германию. В это время назначили и меня. Очень тяжело было мне расставаться со своей родиной. Но чтобы не попасть в его лапы, я решила итти из села. Долго я шла, но не зная куда. Дошла я до леса. У лесу было тихо, зелено, весело везде пели птицы, перепрыгивая из куста на куст. Как бы радовались мною. Но ни что не веселило меня, мне всё было грустно, страшно. Долго бродила я лесом, а потом решила итти домой. Пришовши домой, я долго скрывалась. И скрывалась до тех пор, пока не пришла Красная Армия. И теперь она прогнала его проклятого далеко. И теперь мы день за дём ждём победы, за победой в нашей родной стране. А этому жадному, проклятому немцу желаем смерти.

-38-

Використані джерела: - Машинопис «Воспоминания о подпольной деятельности антифашистской организации села Орловка Куликовского района Черниговской области» Петра Коношевича - ДАЧО Р. 1376, оп. 1, спр.78 сочинения «Что я пережила во время немецкой оккупации» Фотографії на обкладинці: - Крестьянин указывает партизнам-разведчикам путь следования немецкого патруля. Фотограф: Михаил Трахман (1942) за frontalbum.ru - пам’ятник загиблим в квітневих подіях 1943 р. Фото упорядника (2010).

Загальна редактура та впорядкування: Потьомкін А.П. (Київ) Початкове оцифрування та набір «Воспоминаний» Зайцев(Заєць) Олександрі Іванович (Казань, РФ), Набір шкільних творів: Коценко Тетяна Василівна (Самара, РФ)

Ваші побажання, зауваження та пропозиції прохання надсилати на електронну пошту orlyvka@gmail.com