Page 1

«Пусть современная драматургия будет в Театре, а не на улице

№2 (5) март 2011

(Обращение)»

Д. Карабут, зритель

10

ежемесячное издание Центра драматургии и режиссуры Алексея Казанцева и Михаила Рощина

2002 Четыре премьеры Лаборатория на беговой Интервью с Игорем Селиным Об Олеге Лоевском Вам слово Золотая маска

2 3 4 6 8 10 11 www.cdr.theatre.ru (495)945-32-45


2

от редакции Мы продолжаем планомерно изучать тему театральной лаборатории. Очередной выпуск «Реплики», помимо наблюдения за творческими процессами внутри ЦДР, обращает свой взор в сторону деятельности Олега Лоевского. О его деятельности и роли в формировании современного театра в России — на стр. 6–7. В Центре драматургии и режиссуры в разгаре лабораторная работа. Столкновения и споры в худсовете театра, основанные на расхождении художественных взглядов, привели к значительным изменениям в программе теперь не «Байконура», а «Театральных лабораторий на Беговой». О том, как проходит первая лаборатория — на стр. 4–5. Тем временем стартовал фестиваль «Золотая Маска», где Центр представлен спектаклем Марата Гацалова «Приход тела». О любопытных тенденциях фестиваля этого года — на последней полосе номера. «Реплика» продолжает вести летопись (перед вами история уже 2002 года), следить за готовящимися премьерами, публиковать ваши отзывы, и теперь объявляет конкурс на лучшую рецензию. Возможно, шестой номер выйдет с вашей статьей — подробнее о конкурсе читайте на стр. 10.

уже история

реплика №2 (5) март 2011

2002 год После премьеры «Пластилина» Кирилла Серебренникова можно было ожидать либо нового, равного по масштабу, события, либо застоя. Застой убедил бы театральную общественность, что успех дебютанта Серебренникова — случайность. Но в марте 2002 года в Центре драматургии и режиссуры прошла премьера спектакля «Облом off». Пьеса Михаила Угарова «Смерть Ильи Ильича» была написана еще при жизни Олега Ефремова для МХАТа, но так и не была там поставлена. И вот, в 2002 году, Угаров решает сам дать сценичскую жизнь собственной пьесе. Так произошел его дебют в роли режиссера — «Облом off» в ЦДР. И вот... «Режиссерский дебют известного драматурга Михаила Угарова оказался на редкость профессиональным.» (Коммерсант, 12 марта 2002) «После его «Облом off» все разговоры о кризисе современной драмы пора прекращать...» (Ведомости, 13 мая 2002) Эдуард Бояков: «Угаров — это как раз тот уровень свободы, когда человек не испытывает никаких комплексов перед тем, чтобы заново переписать классический роман Гончарова.» (Вечерний Петербург, 1 марта 2003)

На «Новой драме» 2003 года пьеса Михаила Угарова была признана лучшей, а постановка получила награду «Гвоздь сезона», как лучший спектакль года, и приз зрительских симпатий «Золотой Маски». От нового спектакля Центра драматургии и режиссуры ждали чего-то радикально-экстремистского, а получили нечто совсем неожиданное. Без пафоса, никакой жести, обилие здорового юмора и ласкающей слух первоклассной литературы. Небольшой оркестрик на балконе. Ироничный, расслабленный и живой мир. В небольшой зал Центра Высоцкого стали выстраиваться длинные очереди. Анатолий Белый (Штольц), Владимир Панков (слуга Захар), Артем Смола (доктор), Владимир Скворцов (Обломов) — разрушили все возникающие стереотипы об актерском подходе к современной драматургии. Оказалось, «новую драму» можно открыть ключом раннего МХАТа. В чем-то эта история напомнила первые годы «Современника». Герои Угарова существуют вне конкретного времени. Лениво-ироничная «обломовская» философия способствовала раскрытию извечных тем великой Азиопы. Обломов — «настоящий человек», каких нет. Большой ребенок, наивный и безответственный, отчасти даже юродивый. И «слишком здоровый». А Штольц Белого, в чем-то всегда уверенный, с прямым пробором — это мы с вами. И самое главное — среди них нет плохих и хороших. До сих пор многие считают, что «Облом off» — лучший спектакль за всю историю Центра. Кто-то таковым называет «Пластилин». Сходятся на том, что в 2002 году ЦДР переживал свой первый, и пока самый яркий расцвет.


январь—февраль

Четыре премьеры С начала 2011 года в Центре было выпущено уже четыре новых спектакля. «Дураки», «Ночь Феникса», «Класс Бенто Бончева» и «Сны Евгении». В одном случае два молодых режиссера предлагают свои версии современной прозы, а в двух других случаях аксакалы ЦДР обращаются к современной пьесе. Обо всем по порядку. Напомним, «Класс Бенто Бончева» — пьеса Максима Курочкина — поставлена Михаилом Угаровым. Зрительный зал рассекает сцена так, что на протяжении всего действия зрители видят друг друга напротив. Такой прием, заявленный с самого начала, не позволяет забыть — мы в театре. Декораций как таковых нет — есть незначительное количество реквизита и художественный свет (сценография — Мария Утробина, художник по свету — Алексей Наумов), сложная партитура которого ведет весь спектакль. Текст пьесы выдвинут режиссером на первый план. Один из зрителей после просмотра этого спектакля темпераментно выражал свое возмущение по поводу того, что театр считает возможным появляться актерам на сцене обнаженными. После долгой и пылкой беседы с работником Центра Ольгой Митиной о том,

Выход в город: к театру ЦД и Р С января этого года на станции метро «Беговая» наконец-то на табличке «ВЫХОД В ГОРОД» появилось название нашего театра. Правда, несколько в искаженном виде — «ЦД и Р». Этого указателя администрация театра добивалась долгое время, и вот, благодаря Бузанову Дмитрию Владимировичу, ответственному за это мероприятие, старания дали свой плод. Теперь точно никто не заблудится, по дороге в ЦДР.

новости

для чего и зачем был поставлен «Класс Бенто Бончева», критически настроенный зритель не только изменил точку зрения на спектакль, но признался, что теперь хочет чаще посещать театр. Оказалось, что он пришел в театр впервые в жизни. «Сны Евгении» — первая постановка пьесы Алексея Казанцева в Центре драматургии и режиссуры. Режиссер Владимир Агеев вместе с художником Мариной Филатовой создали особое пространство сюрреалистического СССР, где, как и в пьесе, реальность и сон практически не отличимы друг от друга. Снаружи гротекс и абсурд, а внутри драма. Актеры поют и декламируют, но карнавальный гротеск только усиливает чувство беспомощности «одного в поле». Густонаселенный персонажами текст Алексея Казанцева режиссер уплотнил от двадцати до десяти. Подтвердилось в очердной раз: сложность текста для Владимира Агеева — источник вдохновения, а драматургия Алексея Казанцева — явление уникальное, сугубо театральное, и, пока что не раскрытое театром в полной мере. «Дураки» — спектакль по роману Саши Соколова «Школа для дураков», режиссерский дебют Стаса Булова. Роман этот, вне всяких сомнений, — удачный выбор для дебюта. В рамках ярко-игрового жанра, балаганного, возникают общечеловеческие темы — это почти трагифарс. Любопытно участие в работе над спектаклем Егора Дружинина, — востребованного в массовой культуре хореографа. Виктория Звягина выпустила свой новый спектакль в ЦДР — «Ночь Феникса» по рассказам Юрия Буйды и Татьяны Толстой. Есть такая легенда: каждому в жизни дана одна ночь — «Ночь Феникса», когда мертвое может сделаться живым, возродиться, получить вторую жизнь. И вот, трясущиеся, причитающие старики и старухи превращаются в молодых людей — мы видим три истории любви, молодости, три жизни. Почти никаких театральных эффектов (не считая работы с пространством зрительного зала) — в центре внимания актер. Узнаваемая гитисовская режиссура (Виктория Звягина выпустилась из мастерской Л.Е. Хейфеца) деликатными штрихами создает необходимую здесь атмосферу, тишину, то звенящую, то поющую. Прозвучало то, что сегодня называют «новой искренностью».

«Реплика» тут, «Реплика» там Теперь газету «Реплика» можно найти, помимо мест проведения спектаклей Центра (Центр Высоцкого, «Сцена на Боговой» и Театр.DOC), в Галерее «Арт агентство Колония» (на территории завода «Красный Октябрь») и на дизайн-заводе «Флакон» (ул. Большая Новодмитровская, 36/4). Если у вас есть идеи, где еще наша газета прийдется кстати — пишите на cdr.press@gmail.com.

3


в центре

4

реплика №2 (5) март 2011

«Мастерская на Беговой» #1: РАС П И С А Н И Е первой лаборатории 28 февраля 15:00 — вс треча с док тором Вольфом Иро, руководителем к ульт урных программ Немецкого к ульт урного центра им. Гете 1, 2, 3 марта — репетиционные дни 4 марта показы эскизов спектаклей 20:00 — К И Р И Л Л В Ы Т О П Т О В 5 марта показы эскизов спектаклей 16:00 — Л Е РА С У Р КО В А 18:00 — ТА Л ГАТ Б АТА Л О В 20:00 — В Е РА П О П О В А

Участие Немецкого культурного центра имени Гете Первая лаборатория поддержана Немецким культурным центром им. Гете. 28 февраля, в день открытия мастерской, ЦДР посетил Вольф Иро, заменивший Михаэла Бергердинга, у которого возникли сложности с приездом. Доктор Вольф Иро — закончил филологичекий факультет университета Кембриджа, потом получил высшую степень образования (М.А) в университете Оксфорда, защитился в Мюнхене (тема: Исаак Бабель). Параллельно с аспирантурой поступил в драматическую школу во Франкурфурте, учился режиссуре, но в определенный момент был поставлен перед выбором между режиссурой и диссертацией. Выбор был сделан в пользу диссертации. Дискуссия касалась процессов в современном немецком театре по сравнению с русским. Дискуссия оказалась более чем оживленной, смотрите видео в интернете. Центр драматургии и режиссуры выражает искреннюю благодарность Немецкому культурному центру им. Гете за поддержку в осуществлении проекта «Мастерская на Беговой».

«Современная драматургия» 28 ФЕВРАЛЯ — 5 МАРТА 2011 Центр драматургии и режиссуры А. Казанцева и М. Рощина представляет проект

«МАСТЕРСКАЯ НА БЕГОВОЙ» Идея долгосрочного проекта, включающего цикл театральных лабораторий, появилась внутри художественного совета ЦДР как насущная необходимость дальнейшего развития Центра. Инициатором и руководителем проекта стал режиссер Марат Гацалов (член худсовета ЦДР, художественный руководитель Прокопьевского драматического театра). Каждая лаборатория будет охватывать определенный период развития российской и мировой драматургии. Она будет давать не только простор для авторского эксперимента участников, но и включать образовательный компонент, создавая пространство для встречи молодых режиссеров с признанными профессионалами российского и мирового театра. В этом — главное отличие данного проекта от многих других. Кроме того, участники «Мастерской на Беговой» смогут обсуждать свои работы и советоваться с наставником, который также будет у каждой лаборатории. Первая лаборатория поддержана Немецким культурным центром им. Гете. В связи с тем, что первоначально заявленная тема лаборатории «Современная классика» потребовала больше времени на подготовку, чем предполагалось, руководство ЦДР решило перенести мастерскую с этой темой на начало следующего сезона, а в этот раз все-таки остановиться на «Современной драматургии». Структура и концепция лаборатории не поменялась: между четырьмя режиссерами-конкурсантами распределяются четыре пьесы, на три дня им предоставляется пространство театра под репетиции, четвертый и пятый дни отводятся для публичных показов получившихся эскизов спектаклей. В ходе обсуждений определяется победитель. Он получает право на полноценную постановку спектакля в Центре драматургии и режиссуры. Для этой лаборатории были отобраны следующие пьесы: «Смешанные чувства» Натальи Ворожбит, «Малые деньги» Сиркку Петлола, «Сухие завтраки» Вячеслава Дурненкова и «Развалины» Юрия Клавдиева.


в центре

5

Лера С у ркова: Выпускница актерского факультета Школы-Студии МХАТ (Мастерская Олега Табакова), мастерских документального и игрового кино Школы кино и телевидения, Высших курсов сценаристов и режиссеров (мастерская В. Хотиненко, П. Финна, В. Фенченко). Режиссерские работы в театре: «Алконовеллы» в Театр.DOC; «Мы не рабы–2010» (совместный проект «Новой пьесы» и Театра.DOC); «Монотеист» в рамках фестиваля «Золотая Маска» ; «Золотой дракон» в рамках фестиваля «Территория» и многие другие проекты по современной драматургии. В этом году Лера Суркова проводит серию читок в рамках фестиваля «Золотая Маска».

Вера Попова: В 2004 закончила Рязанский институт культуры и искусств, дипломный спектакль — «Степной волк» по одноименному роману Германа Гессе. В 2010 г. закончила режиссерский факультет РАТИ-ГИТИС, мастерская С.В. Женовача. В 2008 участвовала а лаборатории «Пространство режиссуры» в г. Пермь. Во время учебы работала над отрывками: А.Н. Островский «Бешеные деньги», В. Шекспир «Гамлет», Л.Н. Толстой «Анна Каренина», «Альберт» и т.д. Как актриса участвовала в спектаклях курса: «Страх и трепет» по пьесе Оли Мухиной «Летит», «Семь невозвратных потерь» по рассказам И. Бунина, по пьесам А. Островского «Снегурочка» и «В чужом пиру похмелье». Дипломный спектакль — «Пять вечеров» по пьесе А. Володина в Ачинском Драматическом Театре.

Та лгат Бата лов: Окончил Ташкентский театральный институт, факультет режиссуры кино и телевидения. Работал в театре Ильхом. Был режиссером видео-ряда спектакля «Орестея», режиссер Марк Вайль. Уехал из Ташкента после того как его видео-арт «Ab incunabulis», участвовавший в Ташкентском биеннале современного искусства, закрыли для зрителя, объяснив, тем что он не соответствует нормам морали, принятым в Узбекистане. В настоящее время живет в Москве. Учится во ВГИКе на сценарном факультете (мастерская Р. Ибрагимбекова). Играет в спектаклях «Час Восемнадцать» (реж.Михаил Угаров), «Заполярная правда» (реж.Георг Жено), «Зажги мой огонь» (реж. Юрий Муравицкий). В Театре.DOC ставит спектакль «Шум» по пьесе Екатерины Бондаренко.

К ири л л Вытоптов: Самый титулованный участник «Мастерских». Выпускник культурологического факультета ЧГАКИ и режиссерского факультета РАТИ-ГИТИС. Так же участник театрального коллектива Liquid Theatre. Шесть постановок в ГИТИСе, две — в театре «Современник». Награды: Международная театральная универсиада «UniFesT», 2006 год — лучший режиссёр, лучший спектакль («Три сестры» ); Третий международный конкурс «Режиссёр и пространство» — лауреат «За движение к сути»; 2008 — первый международный конкурс студенческих отрывков «Первая встреча с автором» («Станционный смотритель»); 2009 — второй международный конкурс студенческих отрывков «Режиссер и проза» — «За режиссерское сочинение и поэтическое осмысление автора» («Станционный смотритель»).

«Пьесу я знаю уже давно. Я лично знакома с Наталией Ворожбит, она мне присылала текст задолго до этой лаборатории просто так. Изначально это сценарий, и он мне очень нравится. Когда я увидела „Смешанные чувства“ в списке предложенных пьес, было сразу понятно, что я выберу именно ее — так сложилось. Но остальные пьесы тоже очень достойны. Я бы не отказалась от работы ни над одной из них. Основная сложность пьесы в ее кинематографичности — множество мест действия, скачут сцены, много мелких деталей. Будем пытаться адаптировать этот текст для сцены.»

«Мне позвонили и сказали, что есть такая пьеса, спросили согласна ли я. Я прочитала, мне она очень понравилась. Пьеса финского драматурга Сиркку Пелтола, называется „Малые деньги“. Это невозможно объяснить, но очень цепляет эта история. Это, наверно, то, что мне сейчас близко. Цепляет именно на эмоциональном уровне, не рациональном. Пока я стараюсь думать больше над тем, что, а не над тем, как.»

«Я выбрал „Сухие завтраки“ Дурненкова-старшего. Это такая пост-финансово-кризисная пьеса о человеке, который был всю жизнь менеджером по продажам. Вдруг, когда он остался без работы, он понял, что основную часть его жизни составляла работа, а все прочее было для него пустотой. Там есть разные персонажи, каждый из которых время финансового кризиса переживает по-своему. Главному — очень плохо, тяжело. Мне кажется это интересное звено общества, к тому же, кризис коснулся лично меня — я был „сокращен“.»

«Я выбрал пьесу Юрия Клавдиева „Развалины“. Пьеса о военном времени. Мне понравилась она тем, что есть в ней идейное столкновение внутри. Женщине с тремя детьми приходится есть человеческое мясо для того, чтобы выжить. У нее есть, скажем так, оппонент — профессор, у которого тоже маленькая дочка. Он не может принять этой ситуации, даже несмотря на то, что нужно выживать, несмотря на то, что его дочь тоже на грани погибели. И, невзирая на пугающий антураж пьесы, мне понравилось как раз наличие двух ярких позиций, которые сталкиваются. Здесь есть и конфликт, и настоящая энергия, которую можно исследовать. Именно она для меня является самой главной.»


6

интервью

реплика №2 (5) март 2011

«Никогда фальшивый бриллиант не станет настоящим» Игорь Селин готовит премьеру спектакля «Ближний город» в ЦДР. Первые показы пройдут 14 и 15 марта. Это первая постановка пьесы современного литовского драматурга Мариуса Ивашкявичуса в России. Из публикуемой беседы с петербургским режиссером вы не узнаете подробностей о новом спектакле. Вы так же не узнаете о сюжете пьесы. Подобная информация, по мнению Селина, не имеет особого значения. И он прав. —Вы Вы знакомы лично с Марусом Ивашкявичусом. Насколько это знакомство влияет на вас при работе над спектаклем? —Не Не знаю. Ведь я работаю с конкретным материалом, а не с автором лично. —Принципиально Принципиально для Вас литовская это драматургия или польская, или американская? —Нет. Нет. Главное, чтобы она была хорошая. —А А что такое «хорошая» ? —Хорошая Хорошая драматургия это та, в которой есть тема. Если она соприкасается с сегодняшним временем и звучит актуально, значит это не просто хорошая, а очень хорошая драматургия. —А плохая? —Никогда Никогда об этом не думал. Если мне не интересно, для меня это плохая драматургия. Если не цепляет за живое, не высекается живая эмоция, не находит отклика в душе, — такая драматургия для меня не интересна.


интервью

7

Тема человека важна всегда, во все времена —Какая тема в «Ближнем городе» соприкасается с сегодняшним временем?

театр ищет другой язык, ищет как по-другомувоплощать ту же самую историю человеческой страсти.

—Тема человека. Она важна всегда, во все времена. Не важно — современная это драматургия или классика. Человеческая жизнь, человеческое одиночество, человеческая страсть, человеческое безумие — это всегда любопытно. Мне кажется, Ивашкявичус делает это просто мастерски, поскольку он находит новый язык для драматургии, что очень важно. Он не просто пересказывает сюжет, а находит образную структуру и выражает ее. И тема человека — звучит!

—Контекст сегодня ощутимо влияет на зрителя. Может ли он быть для зрителя важнее, чем человеческие страсти?

—А в чем новый язык и образная система Ивашкявичуса? —Это все же теория, я не теоретик, понимаете. Ну вот, например, есть сюжет, который пересказан: «Пришел Вася к Маше. Купил цветы, подарил их Маше. Маша цветы не взяла. Он пошел и застрелился из-за этого», это банально. А можно создать образную структуру, как писал Чехов, «люди пьют чай, а в это время рушатся их судьбы» — есть история на поверхности, а внутри происходят метаморфозы — это, мне кажется, любопытно. —Прошел век с момента рождения этих слов Чехова. Что-нибудь изменилось? —Пока существует театр, а он существует уже довольно продолжительное время, можно говорить только о смене исторических костюмов. Человеческое чувство неизменно. Почему классика современна, почему она звучит сегодня, если ты правильно в нее попадаешь — человеческие страсти, переживания, боли, радости — они остаются неизменны. Меняется только костюм. —А зритель меняется? —Зритель, безусловно, меняется. Он становится более критичным. Но история Ромео и Джульетты волнует его и сегодня. История двух любящих сердец понятна как зрителю шекспировской эпохи, так и зрителю XXI века.Потому что там рассказано о человеческом чувстве. Понятно, что нельзя сегодня играть, как во времена Шекспира — была иная образная структура, иной театральный язык. Сегодня

—Естественно, контекст сегодня очень важен. Но если в этот контекст не будут погружены человеческие эмоции, получится абстрактная графомания. —Под влиянием контекста стало почти невозможно отличить графоманию от произведения искусства. —Вы правы. Но я думаю, что отличить все равно можно. —«В будущем каждый будет поэт» — с этим прогнозом вы согласны? В том смысле, что графомании будет присвоен ранг искусства. —Я не знаю. Если каждый действительно будет поэтом — это прекрасно. Все зависит от того, как ты к этому относишься. Можно и графоманию назвать высоким искусством. Но , по большому «гамбургскому счету», все равно, графомания всегда будет графоманией, а искусство — искусством. В современном контексте, действительно, графомания часто выдает себя за искусство. Происходит подмена. И это страшно. —Почему страшно? —Ну а как же? Когда вам дают подделку, а не подлинную вещь, и говорят, что она подлинная. И вы начинаете в это верить. —Может быть, благодаря этой вере, она станет настоящей? —Никогда фальшивый бриллиант не станет настоящим, как бы сильно вы в это ни верили. Можно тешить себя иллюзией, что это действительно настоящая вещь, но суть от этого не меняется. Фальшивка никогда не станет подлинником. Можно сколько угодно уверять себя, что белый цвет на самом деле — черный, но суть от этого не изменится. Это вопрос веры и отношения к тому, что происходит, но «белый» всегда останется «белым», а «черный» — «черным».


8

в центре

реплика №2 (5) март 2011

О директоре всероссийского театрального фестиваля «Реальный театр», отборщике «Золотой Маски» и организаторе множества театральныхлабораторий расспросила его коллег Камила Мамадназарбекова

Олег Лоевский не пишет статей Продолжая освещать тему театральных лабораторий, рассказывать о людях, которые активно внедряют в театральный процесс формат именно лабораторий, мы на этот раз останавливаемся на деятельности Олега Лоевского, театроведа из Екатеринбурга, который, не покладая рук, прививает опыт профессионального погружения в современную пьесу на необъятных просторах российского театра.

М а рат Га ц а лов , режиссер:

М а ри я Р е вя к и н а , директор национальной театральной премии — фестиваля «Золотая Маска»: Это единственный человек, который точно знает, что происходит в регионах. Он успевает бывать в самых разных, даже очень маленьких городах, селениях, этакий Фигаро театральной провинции — позвонишь ему, а он то где-нибудь в Кудымкаре, то где-нибудь в Архангельске. При этом он совершенно ясно понимает необходимость наличия того или иного спектакля в программе того или иного фестиваля, правильно оценивает появление нового режиссерского или актерского дарования. Знание и ум, накопленный за всю жизнь, позволяют ему очень четко отличать хорошее от плохого. Трудно недооценивать его как коллегу. Он подвижник российского театра и человек, который всегда трезво смотрит на ситуацию. При этом поддерживает все самое хорошее, что появляется.

Я познакомился с Олегом Лоевским, когда он пригласил меня на лабораторию по современной драматургии в Южно-Сахалинск, это было чуть больше года назад. Мне досталась пьеса «Приход тела» братьев Пресняковых, никто не хотел ее брать, а мне она очень понравилась. Еще я познакомился там с Вячеславом Кокориным — одним из лучших преподавателей, которых мне доводилось встречать, он просто потрясающий дядечка. Там хорошая компания собралась, были еще такие молодые питерские режиссеры Андрей Корионов и Дмитрий Егоров. Вообще это было какое-то счастье, мы все с удовольствием вспоминаем эту поездку — прикольный такой театр, молодая клевая труппа — все было как-то волшебно. Мы приехали туда на неделю, я работал с пьесой 4 дня в очень жестком режиме. Театр отдавался полностью 4-м режиссерам, все актеры все были распределены, работа шла 24 часа в сутки. Причем результатом были не просто читки, но почти спектакли. Разница вот в чем: в читке нужно представить пьесу, чтобы как можно меньше было режиссерской интерпретации, чтобы она не мешала, а здесь важно было именно режиссерское высказывание. Лаборатория как метод очень клевая фишка, потому что она ставит тебя в экстремальную ситуацию. Сейчас в центре Казанцева мы планируем делать несколько лабораторий в год, и Лоевский в этом смысле наш пример.


в центре

П а ве л Р уд н е в , театральный критик: Работать в театре и питаться одной Москвой — значит заранее обрекать себя на фанаберию и столичные залихватские манеры. Российский театр, он другой. Он дает правильный взгляд на театр, который, как только в Москве задержишься ненадолго, искажается. У Олега сложная, богатая жизнь, полная случайностей и закономерностей. Он гуру, наставник молодых. Не пишет он статей и никогда не писал. И вообще тексты даже в мейл набирает одним пальцем, всем говорит: писем я не пишу, вы мне в скайп наговаривайте. Это вообще, на мой взгляд, самый трудный жанр театральной критики — устная рецензия. Перед лицом труппы, перед лицом постановщика час говорить о недостатках и достоинствах их работы. Как правило, сразу после спектакля. Как правило, сразу после ночных самолетов в Сибирь, заменяющих тебе домашнюю постель. Самый ответственный жанр и самый востребованный в провинции. Скажу даже честно, откровенно: там и только там ты чувствуешь себя по-настоящему востребованным. Вот уж действительно, где критика нужна. Многие театры годами, десятилетиями живут в глубинке вообще без всякой экспертной оценки. Олег умеет главное — он умеет соединить спрос и предложение, он умеет соединить человека с человеком, драматурга с режиссером, режиссера с актером. Он всегда знает, как помочь. Он мастер устного жанра. Когда он начинает говорить, это чистый златоуст. Он говорит, может быть, даже не столько о предмете (хотя и о предмете все равно), сколько о философии театра. Он заряжает трагическим оптимизмом. Из грязи и бессмысленности, из безденежья и бесперспективности, которыми полны театры России, он пытается вывести тебя к духовным основам профессии, дать ей метафизическое объяснение. Если уж полюбил театр больше жизни, сделай его лучше. Его речи очень вдохновенны и жестоки, они зовут расстаться с иллюзиями, уничтожить в себе гордыню и самоуверенность и продолжать работать. У него дар апостола — я вам совершенно серьезно говорю. При всей его жуткой иронии, от которой чувствуешь себя некомфортно. Среди его открытий сотни имен от братьев Пресняковых до Мартина Макдонаха, но дело в другом. Вот чем лично мне Олег бесконечно дорог, чему я у него учусь. Он умеет общаться на разных ступенях культуры. Ему одинаково интересны топистеблишмент столичных театров и любительский театр из Красноярского края, звезды мировой режиссуры и никому не известный режиссерик, который от смущения весь в заусенциях ходит и в оборванных штанах от нищеты. Он умеет общаться со всеми абсолютно ровно. И это не ложный демократизм: Лоевский исходит из того мнения, что культура равномерно распределяется на всех социальных этажах, и если «внизу» не будет гуммоса, унавоженной почвы, то и «верха» не прорастут.

Феномен творческого сообщества Вечером 23 февраля собрались порядка сорока человек на «Остановке на Беговой» (дискуссионный форум ЦДР), чтобы понять: что такое творческое сообщество, есть ли в нем необходимость и каковы отличия творческой деятельности в коллективе от индивидуального творчества. Вели встречу критик Григорий Заславский и художник-искусствовед Ксения Перетрухина. В начале встречи Ксения заявила, что будет совмещать дискуссию с мытьем полов — такого рода перформанс должен быть подчеркнуть ее позицию: она — апологет совместного творчества. И действительно, один из участников дискуссии взялся ей помогать. Художник Яков Каждан говорил о разнице результатов совместного творчества и индивидуального: результаты часто зависят о конкретных индивидуальностей, иногда коллективное творчество может пойти во вред, иногда наоборот — сформировать творческую единицу. Драматург Михаил Дурненков, одев корону и взобравшись на лестницу, произнес проникновенную речь о том, что именно присутствие в сообществе интересных и близких ему людей помогает ему каждый раз убедиться, что он не сошел с ума: «Моя жизнь в сообществе — мой камертон нормативности. (пауза) Я сейчас вдруг увидел себя со стороны». Михаил Угаров повернул ход дискуссии: «Работая в сообществе, работаешь с донорами, но и с вампирами». Затем, при участии восьми добровольцев, провел актерский тренинг: лежа рядом друг с другом на спинах, участники по очереди расслабленно перекатывались один на другого, ненадолго задерживаясь на каждом, потом делились впечатлениями о температуре тел друг друга, о сердцебиении и комфорте. Угаров заявил, что такие тренинги должны проводить постоянно все участники какого-либо спектакля — не только актеры, но и художники, осветители и т.д. Именно так коллектив может стать сообществом, а не набором людей. Так проходила эта «Остановка», организованная Григорием Заславским и Георгом Жено.

Я ро с л а ва Пул и нови ч , драматург: Олег очень талантливый человек. Нельзя даже сказать, что он критик, скорее вдохновитель, источник театральной инициативы, это такая отдельная профессия «Олег Лоевский». Как я с ним познакомилась? Я работала на киностудии, а он был моим начальником. Долгое время я даже боялась его. Однажды он подошел ко мне и не сказал, что мою пьесу «Наташина мечта» хотят поставить в Саратове. Она была тогда не закончена, нужно было дописать вторую часть. Она никак не получалась, и я тянула эту историю. Олег позвал меня к себе в кабинет и очень спокойно серьезным тоном объяснил, что я должна делать. Без нажима, без надрыва, без лишних слов — он очень помог мне тогда.

9


10

вам слово Если вы хотите, чтобы ваша реплика о том или ином спектакле Центра была опубликована, пишите: cdr.press@gmail.com. Вы можете написать целую рецензию, и, если она окажется лучшей из присланных, вы получите 2 билета на любой спектакль ЦДР.

«Н А

реплика №2 (5) март 2011

Линда:

На сцене на Беговой еще не была, а вот несколько спектаклей, поставленных в центре Высоцкого — видела. Это театр поиска, приятно, что в выборе пьес для постановки есть очень четкая позиция. (afisha.ru)

СОЛНЕЧНОЙ С ТОРОНЕ »

Игорь

(аниматор-актер (скоморох, дед мороз и т.д.)): «В целом спектакль отражает довольно точно некоторый пласт жизни молодежи, и это хорошо. Смотреть приятно.

М а рьям:

«Именно после этого спектакля у меня появилось желание играть, играть в театре.»

«Д УРАКИ» Fer r sru:

Мы вчера были на «Дураках». Очень люблю Сашу Соколова, поэтому шла с подозрением. Всё-таки вытащить его из вербальной плоскости — та еще задача. Но ребята вполне себе справились. Я бы не назвала эту постановку гениальной, далеко не все у них прозвучало, чего хотелось бы, но она мне очень понравилась и мы купили билеты на Сны и на Феникс и пошли порекомендовали всем друзьям. (afisha.ru)

«СТРА Х И ОТ ЧА ЯНИЕ ТРЕ ТЬЕГО РЕЙХ А » («М Е ЛОВОЙ КРЕС Т ») Никол а й:

«Периодически чувствовал себя не в своей тарелке. Во время всего действия создавалось напряжение, которое, казалось, к концу спектакля взорвет зал. Очень сильно!»

«К ЛАСС Б ЕНТО Б ОНЧЕВА » Verun-sh at un:

Что ж. Спектакль весьма своеобразен. Пожалуй, после классического «Берега Утопии» эту постановку многие могут не отнести к театральной. Однако я скажу, что это и есть театр. Только современный. Мир меняется, помимо новых технологий людской разум терпит значительные изменения. И то, что в Советское время считалось позорным, сейчас абсолютно нормально. И даже более того, относится к классу искусства. Действие происходит в будущем (ну или, пожалуй, в параллельной реальности, так как в спектакле указания на какой-то конкретный год не было). Это время, когда люди отрицают все эмоции. Они знают об их существовании, но не признают их и не испытывают. Мир абсолютного равнодушия. Потом все меняется в момент, когда открывается племя индейцев, которые испытывают эмоции. И люди осознают, что равнодушным быть не модно. Это однообразно и скучно. Основной вопрос несмотря ни на что — любовь. После спектакля хочется очень много думать. И он запоминается. И не только потому, что он современный. А потому, что все-таки он наполнен определенным эмоциональным контентом. Игра артистов хороша. Уже видела многих из них в Доке (в феврале второй раз пойду туда на «Жизнь удалась», очень он мне понравился уж!). (livejournal.com)

«С НЫ Е ВГЕНИИ» a r likin:

Когда-то Герасимов, защищая Хржановского на худсовете, сказал: «да, сюрреализм — но это же социалистический сюрреализм!» Пьеса Казанцева, написанная в 1988 году — образец, видимо, все-таки «социалистического сюрреализма», и через сновидческую фантасмагорию то и дело пробиваются, отражаясь в сюрреалистических образах, приметы реалий быта того времени: очереди за всем подряд, продуктовый дефицит и т.п. Агеева, понятно, реалии быта, к тому же ставшего историческим фактом, всегда интересуют в наименьшей степени, его увлекает не реальность, отраженная в кривом зеркале, но сама «технология» или, если угодно, природа отражения. <...> В «Снах Евгении» заложены и литературные аллюзии, и не только пушкинские, что на поверхности — персонажи агеевского спектакля вдруг начинают говорить чеховскими репликами (что, впрочем, тоже по нынешним меркам не откровение). Сама драматургическая структура устроена таким образом, что как бы «бытовой» план сюжета <...> не менее фантасмагоричен, чем собственно сны, а точнее, кошмары. У Агеева в начале первого действия Евгения возвышается над родней и гостями за столом, за счет «кринолина» в два человеческих роста. Актеры (фактически агеевская «труппа» : Усов, Смола, Багдасаров, Лапшина) не ходят и не говорят — они танцуют, используя движения как фольклорные, так и балетные, и поют, либо декламируют. Быт таким образом растворяется в мороке без остатка, и зрелище со стороны начинает походить на шаманское камлание, благо в начале Александр Усов выходит в спортивном костюмчике и лыжной шапочке с огромным бубном.

В л а д ис л а в:

Ой, ну это просто праздник какой-то. Не мог даже представить, что о наших проблемах, и сиюминутных и эпохальных, можно рассказать так умно и в то же время так ненавязчиво и смешно. В центре пьесы конфликт между возвышенными мечтами и бытовым примитивом. Этот конфликт, где обе стороны считают себя обиженными и, соответственно, правыми, как раз и подчиняет себе все повествование, вовлекая все новых участников со своими собственными заморочками. <...> Евгения Анны Сениной — это что-то невообразимо легкое и романтичное, что-то давно потерянное и забытое, то, без чего трудно жить, но чему нет места в нашей жизни... Конечно, пусть и доступный, но это все-таки авангард. Тут все иллюзорно, хрупко, как бы не всерьез. Это не руководство к действию, а всего лишь пища для воображения. То есть приглашение расслабиться, подумать, и, самое главное, помечтать. (afisha.ru)


и еще

11

«Новая Пьеса»

на «Золотой Маске» В этом году программа фестиваля «Золотая Маска» заметно расширилась и несколько поменялась по структуре. Главное событие — проект «Польский театр в Москве». Главная особенность — множество дискуссий и спецпрограмм. Главная тенденция — обилие спектаклей по современным текстам. Из 34 спектаклей внеконкурсной программы, 22 поставлены по новым текстам. Прежде соотношение было совсем иным, спектакль по современному тексту был скорее исключением. Генеральный директор «Золотой Маски» в интервью газете фестиваля отмечает: Мария Ревякина: «Вырос интерес к современной драматургии, к современным темам. В театрах, в том числе региональных — омском, красноярском, саратовском (и, кстати, стран Балтии) — стало появляться множество спектаклей по текстам современных авторов». Отдельной главой «Маски Плюс» уже второй год станет программа «Новая Пьеса». Это и читки новых пьес, и спектакли, и дискуссии, и мастер-классы — главным образом в пространстве Центра им. Мейерхольда и «Открытой сцены» на Поварской. Этот мини-фестиваль внутри «Золотой Маски» уже начался — 3 и 4 марта прошли показы спектакля Римаса Туминаса «Mistres (Мастер)» по пьесе Мариуса Ивашкявичуса, поставленного в Малом театре Вильнюса. 18 марта в 14:00 на Поварской состоится важная для развития и изучения современной драматургии дискуссия: «Теория и практика новой драмы». Анонс гласит: «Организаторы круглого стола стремятся ввести в общий культурный обиход базовые понятия и термины, выработанные в среде театроведов и литературоведов, развеять заблуждения практиков о новой драме, мешающие ее развитию, и попробовать дать прогнозы на будущее». Дискуссия будет состоять из двух частей: теоретической и практической. Первую проведут ведущие специалисты по исследованию современных текстов, вторую — драматурги, режиссеры и критики. Обширная программа «Новой Пьесы» (полное расписание и подробная информация есть на сайте фестиваля www.goldenmask.ru) завершится «Конкурсом Конкурсов» 20 марта в 15:00 на Поварской. По итогам множества фестивалей современной драматургии составлен шорт-лист конкурса: 1. «Язычники», Анна Яблонская (Одесса) 2. «Легкий способ бросить курить», Михаил Дурненков (Москва) 3. «Бесконечный апрель» Ярослава Пулинович (Екатеринбург) 4. «Пыльный день», Саша Денисова (Москва) 5. «Памятник», Владимир Жеребцов (Башкирия) 6. «Слышишь?», Мария Зелинская (Ростов-на-Дону) 7. «Бедные в космосе», Максим Курочкин (Москва) ЦДР во внеконкурсной программе «Золотой Маски» представлен работой Марата Гацалова «Приход тела» по пьесе братьев Пресняковых. В рамках фестиваля он пройдет в родных стенах «Сцены на Беговой» (18 и 19 марта в ЦДР). Марат Гацалов так же выдвинут в номинации «лучшая работа режиссера» за спектакль «Экспонаты» по пьесе Вячеслава Дурненкова, поставленный им в Прокопьевском драматическом театре, где с недавнего времени он занимает должность художественного руководителя. Спектакль-акция Михаила Угарова «Час Восемнадцать» (Театр.DOC) участвует в самом неоднозначном и интересном конкурсе — «Эксперимент» (будет показан 28 и 29 марта, 9 и 10 апреля).


В ЦДР в марте: МАС ТЕРСК А Я

НА

4, пятница, 20:00

БЕГОВОЙ

5, суббота, 16:00, 18:00, 20:00 ОЩУЩЕНИЕ БЛ И Ж Н И Й

14, понедельник, 19:00

БОРОДЫ

20:00

ГОРОД

С КО Л Ь З Я Щ А Я Л Ю Ч Е

15, вторник, 19:00

СНЫ ЕВГЕНИИ

16, среда, 19:00 16 17, четверг, 19:00

ПРИХОД

18, пятница, 20:00

ТЕЛА

19, суббота, 20:00 Я— премьера!

Сцена на Беговой

20, воскресенье, 20:00

П УЛ Е М Е Т Ч И К

С М Е Р Т Ь ТА Р Е Л К И Н А

21, понедельник, 19:00

ЖИЗНЬ

22, вторник, 20:00

УД А Л А С Ь

Центр В. Высоцкого ТЕАТР.DOC

03 23, среда, 20:00

К ЛАСС БЕНТО БОНЧЕВА С Т РА Х И О Т Ч А Я Н И Е ТР Е Т Ь Е Г О (М Е Л О В О Й К Р Е С Т) ЖЕНЩИНА

РЕЙХ А

ИЗ ЕГО ПРОШЛОЙ ЖИЗНИ

20:30 24, пятница, 20:00

ХЛАМ

25, пятница, 20:00

ДА

26, суббота, 20:00

Я ХОЧУ Д А

Н АТА Ш И Н А

М Е Ч ТА

27, воскресенье, 20:00

ДВОЕ

28, понедельник, 20:00

Д У РА К И

29, воскресенье, 19:00 30, среда, 20:00

НА

СОЛНЕЧНОЙ С ТОР ОНЕ

31, четверг, 20:00

Над номером работали: ответственный редактор художник

Ян Вавилонян Ольга Галахова Александра Фёдорова cdr.press@gmail.com

Партнеры:

Replica#5  

Center of dramaturgy & direction magazine illustration&design 2011