Issuu on Google+


над выпуском работали

№5 2012

Альманах «Двери». О театральной жизни культурной молодежи. главный редактор редакторы

авторы (в порядке появления материала в номере)

Алёна Иванюшенко Катерина Карпицкая Алексей Стрельников Владимир Галак

бильдредактор

Алексей Жданович

верстка

Никита Сидоренко

Нина Шулякова Никита Сидоренко Катя Ажгирей Кирилл Мажай Алёна Иванюшенко Катерина Карпицкая Алексей Стрельников Владимир Галак Татьяна Дячок Франсуа Марронье Лена Горбачик Кристина Смольская Любовь Дёмкина

иллюстратор

Юлия Новикова

фотографы

Мари Якимович Роман Стрига Алексей Жданович Евгения Алефиренко Наталья Леванова

переводчики

Алексей Стрельников Надежда Лукьянцева Владимир Галак

корректоры

Обложка Юлии Новиковой

org@dverifest.org www.dverifest.org www.dverifest.lj.ru

Лена Горбачик Даша Тихонова Лиля Шмуратко


Слово редактора Недавно меня учили играть в шахматы. Это интереснейшее занятие, весь масштаб которого абсолютно не укладывается в голове. Ты делаешь шаг и, если вдруг он оказывается удачным и сильным, это такая радость. «Двери» можно упрекать в «воде», в пустозвонстве, даже в том, что мы не знаем, о чем пишем. Но покажите человека, который знает все. Покажите критика, у которого нет оппонента. Возможно, и есть такой индивидуум, но он немой, только в этом случае с ним не спорят. Мы, к слову, не именуем себя критическим изданием, или новым словом в  какой-то абстрактной сфере, не претендуем на абсолютную истинность. Мы живем, как и вы. Кому-то трудно поверить, но мы действительно искренне любим, верим и хотим говорить, шептать или кричать. У каждого из нас разные голоса и нам хочется обсуждать ими то, что вокруг. Недавно мне явилось откровение через слова русского журналиста Сергея Мостовщикова, который высказал Ленте.ру интереснейшее мнение. «…Я за разнообразие мира. Я знаю, что тот, кто говорит, что я знаю, как все изменить, и вообще хочет менять что-либо и делает изменения целью своей жизни, этот человек крадет у разнообразия мир, потому что в этом мире есть все, что нужно. Ничего менять не требуется. Нужно позволить ему дать быть самим собой». Я не вижу здесь расхождение с аналогией о шахматной игре, в которой якобы всегда есть кто-то по ту сторону доски, или с конкретными делами «Дверей», театров, театральных людей. Мне очень хочется, чтобы мы понимали как важно то, что у нас есть, как громадно и интересно это. Мне хочется, чтобы виделись чудеса в том, что САДом пишутся пьесы, что театром «Вкубе» играются спектакли, что талантливые фотографы смотрят спектакли исключительно через объективы... У нас есть силы что-то изменить. Но и сейчас у нас обязательно должны быть силы дышать полной грудью. Вдыхать и выдыхать, чувствовать именно сегодня. В Википедии написано, что первая часть шахматной игры называется дебют и длится она первые 10-15 ходов. Мы представляем вам пятый номер альманаха «Двери». Присоединяйтесь, нас ждет интереснейшая партия. Алёна Иванюшенко

Альманах «Двери» №5

[3]


Одна страсть на двоих Аня и Таня Романовские, актрисы студенческого экспериментального театра artvoyage о театре и себе фото романа стриги

с. 60


Импульс театра «ИнЖест», или что было «…После» Впечатление и комментарии зрителей. фото мари якимович

с. 80


АДЕКВАТНОСТЬ «вКубе» За кулисами театра, чья постановка «25-й кадр» была признана лучшим любительским спектаклем 2011 года по версии сайта «Театральная Беларусь» фото мари якимович

с. 68


Почему же у нас так мало театров? Лень, разобщенность, недостаток денег? В чем главная проблема? Давайте попробуем разобраться. Текст Нины Шуляковой Слева: Рондстудия, спектакль «Такой-то», фото Сергея Протосовицкого На следующем развороте: Зорька, выступление на капустнике «Дверей», фото Романа Стриги


Начнем, как полагается по статусу, с профессионалов. Надо признать, что слабое их место в  том, что наши государственные театры-мастодонты больше тяготеют к классическим постановкам и редко идут на эксперименты. И  дело не в  том, что спектакли плохие — как раз наоборот  — по большей части хорошие спектакли. Но они уже устарели. Немного. Лет на 30 минимум. Возможно, эта страсть (или, скорее, привычка) искать материал для постановки в рассказах минувших лет существует потому, что в истории белорусского театра много пробелов. В  то время как европейский театр шагал по ступенькам вверх, мы лихо перескочили сразу половину пролета — и сюрреализм, и  экзистенциализм, и модернизм, и театр авангарда. Арто, Беккет, Олби... Наш театр не знал европейских новаций. У нас были Колос, Зарецкий и Гартны. Но ведь и у нас были эксперименты! Был плавающий театр Огинского в Слониме — единственный в своем роде и  притягивающий даже монархов. Был театр эротики «Стальной оргазм» со своей провокационной эстетикой голого тела. Был «Бум-Бам-Лит» и  первые в  Беларуси перфомансы с гробами, кровью, стоянием на руках и другими шок-приемами, привлекательные и отталкивающие одновременно. Но все это как-то не прижилось. И сейчас вместо того, чтобы исследовать новые

[12]

Альманах «Двери» №5. 2012

имена, почему-то мы топчемся на любимой и хорошей, но уже исхоженной вдоль и поперек дорожке классических произведений. Исследовать нехоженые тропы наши театры по большей части не решаются. Даже среди любительских театров часто придерживаются мнения, что «лучше учиться на русской классике». Что уж говорить о профессиональных, где есть устоявшийся репертуар, есть ставка. Зачем им идти на неоправданный риск? Государство финансирует, ну и бог с ним. С другой стороны, опираясь на тот же западный опыт, можно выделить еще одну черту, которая для запада — тенденция, а  для нас — редкость. Государство там вкладывает деньги в  эксперименты. В молодых драматургов, режиссеров и постановщиков. Например, в Лондоне существует экспериментальная студия «CamdenPeoplesTheatre», которую, к слову, финансирует не кто-то там, а сам премьер-министр Великобритании. Так вот, эта студия создана как театральная лаборатория. Провокационная, неожиданная, бурлящая. И  даже если не все ноу-хау воспринимаются публикой на ура, процесс поиска необычных ходов, способов подачи текста, режиссуры, декораций идет. Идеи приходят и реализуются. И если вдруг на туманном Альбионе родится гений с сумасшедшей идеей в голове — он точно будет знать, куда ему идти.


На всю Беларусь же мы имеем малый зал РТБД cо сценой три на три метра и несколько залов, где эксперименты проходят нерегулярно. Сравниваем. Ну, и еще одно характерное для нас обстоятельство — замкнутость и нежелание театров идти на контакт. Вот вам маленький примерчик. Совсем недавно мы решили провести небольшое социологическое исследование. Проводили опрос. Из 47-ми любительских театров, которые вступили в «Двери», нам ответили только 11. Дальше — больше. На читки Студии альтернативной драмы в ЦБД не пришел ни один профессиональный критик. На мастер-класс по драматургии Ивана Вырыпаева в Минске пришло только четыре драматурга. На презентацию видеоблога из Германии пришли представители только двух театров (3 человека). И «Двери» открыты. «Двери» всегда открыты. Только мы не можем каждого силком вести к порогу — театрам нужно самим сделать первый шаг. Надо просто понять в полной мере, как это важно — делиться опытом. Смотреть на Запад, на Восток, друг на друга, насыщаться и творить. Общаться. Ведь нестандартных идей уйма! Есть, например, театр в Польше  — «Лазня», где играют вместе с актерами рядовые горожане. Они говорят о важных для них вещах,

а спектакль — полная импровизация — может идти четыре часа и больше. Потому что для этого театра главное — процесс и социальный подтекст. Есть театр в  Тель-Авиве «ТеатроКомпьютер», где сюжет развивается в зависимости от интерактивного голосования зрителей прямо во время просмотра. Да что далеко ходить — у нас в Беларуси огромное количество талантливых людей, удивительных театров, благородных целей, чокнутых, в самом лучшем смысле этого слова, проектов. Есть у нас театр «Зорька» со своими шаманскими мистериями и изломанными трансовыми танцами. Есть театр «FairyWay», который занимается благотворительностью. Есть «Свободный театр» с  их стремлением продвигать современную белорусскую драматургию. Есть «ИнЖест», «вКубе» и... Только давайте говорить друг с другом! Давайте делиться. Если мы хотим что-то менять в театральной жизни Беларуси, надо что-то делать. Надо громко заявлять о себе. Может тогда будет и  финансирование, и грандиозные проекты. И мировое признание. Но стопроцентно не будет ничего, если сидеть в своих четырех стенах и создавать театр исключительно для себя. Для вас — театральные фестивали. Для вас — движение. Где чертовски важен диалог и энтузиазм каждого. Альманах «Двери» №5

[13]


в центре внимания


Читки «одинаковоразных» авторов

Текст Алены Иванюшенко Фотографии Мари Якимович

В конце зимы на малой сцене Театра белорусской драматургии прошла серия читок пьес современных авторов «Одинаковоразные». Студия Альтернативной Драмы (САД) вместе с Центром белорусской режиссуры и драматургии провели показ повторно (первые чтения были в декабре 2011 года). И не напрасно: зритель зрительствовал даже на полу, ��азговоры после показов разговаривались длинные и непростые. Вопросов в эти пять вечеров было больше, чем ответов. Какие-то задавались и проговаривались напрямую, какие-то так и оставались висеть в  воздухе. Бросилось в глаза (в первую очередь людям, работающим над проектом) отсутствие в зале профессиональных театральных критиков. Разъяснили бы они что-то важное или нет — вопрос открытый, может быть, потребность в объяснении удовлетворить невозможно в принципе. Но ведь пытаться в любом случае стоит, спрос есть и большой.


в центре внимания: читки

«одинаковоразных»

авторов

«Злая девушка»

Вопрос о «чернушности» и непонятной понятности Вопрос содержания очевиден и возникает первым. Возникает потому, что на зрительских обсуждениях после спектакля разговоры шли именно об этом, долго и упорно. Тексты, которые показали на малой сцене РТБД, непривычны, нетипичны для театра… Однако привычны и типичны для улиц, подъездов, канала «НТВ», что уж тут. Обобщать не хочется, пьесы действительно разные, по содержанию, языку, форме… Но «чернушность» витала в воздухе постоянно и везде. Что интересно, у зрителей она трансформировалась в  слово «отвращение» во время обсуждения весьма спокойного текста Павла Пряжко «Злая девушка». Драматурги ввели в ступор некоторых зрителей тем, что не вывели для них доступной морали, не рассказали, как выходить из показанных ситуаций. Однако, вероятно, их цель была не спасительной или миссионерской… Если обозвать все происходящее на сцене «новой драмой» (условно, сами авторы не разделяют на 100 % свою причастность к этому течению), то ключевой для понимания пьес может оказаться концепция русского критика Павла Руднева — «фетиш правды». Болезненные, страшные, жестокие точки на текстах  —

[16]

Альманах «Двери» №5. 2012

это человеческая грубость, маты просто так, слова ни о чем, смерти, которые «вдруг». В этих пьесах есть документальность и настоящесть. Они существуют в нарочито «диктофонных» текстах Пряжко и Красовского. Они, не столь заметные на фоне других ярких деталей, но присутствуют у Рассолько. Они, очевидные по-своему, прослеживаются в действиях героев Анцелевича и Богославского. Авторы пьес действительно оперируют словом «искренность». Не думаю, что стоит пенять на «чернуху», «жесть», «мат» и «обыденность», которые живут в пьесах. Опять же Павел Руднев резюмировал в одном из интервью: «Разложение, если оно присутствует, то в первую очередь в жизни, а только уже потом в искусстве». А когда кто-то хочет назвать такие пьесы «откровенно скучными», стоит подумать, что здесь определяющее слово — первое. Вопрос о читках Эти читки стали не частью подготовительной работы над спектаклем, а особой формой жизни текста на сцене. Недоспектакль и перепьеса? Без негативного смысла — Да. Поэтому и оценивать так трудно, поэтому и координатор разговоров Александр Марченко на попытку одного из зрителей сравнить игру двух актерских составов сразу замешкался («Ну, это же читка…»).


Отсюда озадаченность… Мы, сидевшие в зале и не читавшие (как следовало бы по правилам идеального театрального зрителя) пьесу заранее, не могли придираться к тексту: вдруг чтото не дослышали и недопоняли. Актерскую игру при этом тоже как-то неправильно оценивать, ведь главное на читках — презентация драматургического текста. Очень многое зависит в такой «быстрой» работе от любви актеров и режиссера к пьесе. Откровенно говоря, читка не самый лучший способ представить материал зрителю, потому что она — рабочий момент. А в любом рабочем процессе возможны ошибки. Например, недостаточную душевную работу актера (не путать с актерской работой, талантом и харизмой) зритель может воспринять как недостаток пьесы. Удивительно хороший пример — это читка пьесы «Любовь людей». Очень жаль, но нехороший пример, как мне показалось, — это читка «Злой девушки». Если в первом случае актеры откровенно показывали, как они переживают из-за «жести», творящейся в тексте, то во втором случае актеры откровенно говорили о том, что пьесы не поняли. В декабре актриса Наталья Слащева (Злая девушка) удивительно отстояла права героев на свое существование. К сожалению, та искренность актрисы не закрыла собой другие недоуменные лица.

Интересно, что по реакции зала из пяти текстов выбилась именно пьеса Павла Пряжко. Я повторюсь, но очевидный нонсенс: слово «отвращение» прозвучало о пьесе, в которой не было побоев, убийств, явной матерщины и алкоголизма, присущим в разной степени другим. Текст с людьми (не героями), с разговорами, как у всех, с эффектом подсмотренной жизни, так свойственным драматургии Пряжко, «не зашел» зрителям. Вопрос о «разности» Пьесу, живущую в столе автора и на страницах интернета или нескольких сборников, вряд ли можно назвать пьесой. Драматургический текст — это литература живая, прыгающая, бегающая, разговаривающая с актерами-режиссерами и зрителями. Все пять авторов, представленные на читках, разные, но одинаково не ставящиеся в белорусских театрах. А значит, не происходит главной, важной коммуникации со зрителем. Виктор Красовский вдруг неожиданно пошутил, выпалив слово: «Универсальноненужные». «Одинаковоразные» авторы говорят о своих пьесах как об «альтернативной», а не «новой» драме. Может быть, в реалиях белорусского театра эта подчеркнутая вариативность (что важно, не оппозиционность) очень к месту. «Злая девушка»

В этом году на драматургическом «Конкурсе Конкурсов» при «Золотой Маске» пьеса Павла Пряжко «Злая девушка» получила гран-при, а пьеса Дмитрия Богославского «Любовь людей» стала победителем интернет-голосования.

Альманах «Двери» №5

[17]


в центре внимания: читки

«одинаковоразных»

авторов

«Бывает»

Студия альтернативной драмы, видимо, для этого и создавалась, чтобы всколыхнуть гладь белорусского театра. САД организовал (мужской род тут уместней) читки пробным шагом. Как сказали драматурги, «поставили сами себя». Дальше они хотят привлекать других авторов, планируют спектакль и серию новых читок. Дмитрий Богославский: «У нас непаханое театральное поле, сейчас нет документального, свидетельского театра... Мы живем спокойно, а так не должно быть. Почти во всех театрах есть малые сцены, но момент лабораторий в них почему-то не происходит. Это глупо, площадка простаивает, используется только как репетиционная... Эксперимент должен быть постоянно, чтобы театры, режиссеры и актеры не застаивались. Одна из целей читок — вызвать интерес у театральных людей, у профессионалов». Насколько получилась коммуникация с театральными профессионалами, покажет время. Другая цель: разговор со зрителем — кажется, состоялась. Удивительно, но в основном нетеатральная публика, публика, которая, может быть, была на подобном мероприятии впервые, живо откликалась, обсуждала и задавала вопросы. Драматургию, которая была представлена на читках, оценивать непросто. Для нее должны быть какие-то особые критерии, которых я, например, не

[18]

Альманах «Двери» №5. 2012

знаю. Можно восхищаться правдивостью текстов и действий или говорить, что это примитивно, можно восхищаться смелостью и адекватностью времени, а можно оспаривать художественность. В конце концов можно и даже нужно говорить, например, что это скучно, а может быть, страшно, а, может быть, скучно, а оттого и страшно. Если мы хотим сидеть на информационной диете, то можем продолжать ходить в театр за духовностью и отдыхом. Если мы хотим увидеть свет в темноте, отдых в поиске ответов, то пора принимать и  альтернативные театральные постановки. Сдвиги невелики, но они есть. Может быть, вскоре белорусский театральный сад расцветет и даст свои плоды.

Фотографии пьес «Любовь людей», «Хроника Хроника», «Панк умер» из архива центра белорусской режиссуры и драматургии.


Дмитрий Богославский «Любовь людей» (режиссер М. Исаева) «Бывает» Пьеса, которая видится в темных, тяжелых цветах. Страшный муж пропадает. Слабая (слабая ли?) жена пытается вздохнуть легко. Но не получается. И герои зависают в пограничном, межсезонном состоянии. Новая любовь, старая любовь. Любовь ли, любови ли? Сергей Анцелевич «Хроника Хроника» (режиссер Д. Богославский) Герои ходят, бродят по улицам-общественным транспортам-лавочкам-МакДональдсам и, кажется, бродят. Они прячутся за шутками, иногда умными цитатами, за алкоголем. Но ощущение тягостности все равно остается. Тягостности от завтрашнего «нехорошо», вызванного не только алкоголем… Павел Рассолько «Бывает» (режиссер С. Анцелевич) Сюжет пьесы состоит из детективной части и грустной (уже не) любовной истории двух молодых людей. Герой — иностранец в стране с чужим (выдуманным) языком. Удивительно то, что самое важное все равно ясно и то, как живо понимаешь героя, которому неловко в «чужой ситуации». Виктор Красовский «Панк умер» (режиссер В. Красовский) Пьеса про один из будних дней двух братьев. Хорошего или плохого среди них нет. Есть один, который пытается стать серьезным и взрослым, есть другой, который продолжает быть «панком». Дела, которые надо решать, работа, «денежные» планы, а между тем игра на гитаре, забытые шутки из детства. И что-то еще, неуловимое, важное… Павел Пряжко «Злая Девушка» (режиссер М. Леванова) Динамичная, подвижная и по-своему яркая пьеса. Место действия сменяется быстро, как в киносценарии. Пару фраз в ремарке — день прошел. Герои разговаривают в основном ни о чем: сколько брать в магазине тирамису, например. Тяжело понять, кто действительно злой, кто добрый. Тут можно улыбнуться и пожать плечами. Тексты пьес можно найти на сайте центра белорусской режиссуры и драматургии: www.cbdrr.org Альманах «Двери» №5

[19]


в центре внимания

Горячий

Берлин В конце февраля 2012 года три представителя театрального движения «Двери» посетили IX фестиваль независимых театров «100°». Посмотрели 26 из 130 постановок, приняли в одной из них активное участие, отсняли 297 минут видеоматериалов и попытались в этом во всем разобраться.


в центре внимания: театральный фестиваль

«100°»

В фестивале может принять участие любой независимый театр. Ограничений по уровню профессионализма, по тематике, по жанру — нет. Главные требования к театрам, принимающим участие в фестивале: 1. постановка должна длиться не более 60 минут; 2. язык постановки немецкий или английский.

Фестиваль проходит в 4 театральных зданиях — Sophiensaele и HAU 1, 2, 3 — на 10 сценах. Одновременно шло 5 спектаклей.

Цель фестиваля «100°»  — дать шанс молодым неизвестным театрам выступить на центральных театральных площадках Берлина, обменяться опытом

Многие театры использовали проектор, который транслировал либо подготовленную заранее видеозапись, либо проецировал «живую» картинку с видеокамеры, которая находилась на сцене.

[22]

Альманах «Двери» №5. 2012

Народное название фестиваля — «Длинные выходные независимого театра»


В этом году одна из самых популярных тем была тема свободы, поданная через осмысление на сцене «арабской весны»

Во многих постановках использовались документальные материалы: новостные сюжеты, документальная хроника, записи блогов и социальных сетей, воспоминания людей.

На многих постановках актеры уже присутствовали на сцене, когда в зрительный зал пускали публику: актеры либо стояли неподвижно в полутьме сцены и ждали пока рассядутся зрители, либо действие уже шло, пока зрители занимали свои места.

Подробнее о фестивале и постановках в нашем видеоблоге

Альманах «Двери» №5

[23]


в центре внимания

«Двери» побывали на VII Международном молодежном театральном фестивале «М.@rt.контакт». Мы похлопали (естественно, и в ладоши, и дверями), побродили по кулуарам, познакомились с кем-то, поулыбались кому-то... Всю весну читали умные и противоречивые мнения профессиональных критиков о  фестивале. Мы уверены, что как минимум просматривали их и вы. Мы же хотим предложить вам некоторые впечатления от фестиваля наших друзей и знакомых. Мнения субъективные (с восклицательным знаком), личные и абсолютно разные.

Фотографии Евгении Алефиренко Романа Стриги


в центре внимания: m.@rt.контакт

Олег Коц, участник фестиваля, актер театра им. М. Горького Я был в Могилеве на своих первых гастролях 9 лет назад, и  первое, что поразило: город не поменялся, даже на пешеходной улице, как и тогда, делали ремонт. И ветер, сильный ветер, опять же как 9 лет назад. Организация фестиваля   на высшем уровне, я прекрасно представляю, сколько нервов и  сил люди положили. Я искренне говорю, что организационно все супер: от проезда и гостиницы, до питания. К  сожалению, мы не смогли попасть ни на один спектакль. Кроме того буйства музыки и фантазии в  клубе «Куба». Которое все мы вспоминаем как очень яркое событие в жизни. Что касается нашего выступления — мы играли, как и в Минске, но реакция (смех и аплодисменты) были громче и чаще. Критика спектакля: я разочаровался во многих критиках. Такого непрофессионального суждения и выдачи своего личного субъективного мнения за театральную критику я еще не видел. Интересней было бы послушать зрителей, они так же разбирали бы «нравится-не нравится», не вдаваясь в подробности. Хотя, честно признаюсь, была сказана и правда, которая была принята к  сведению, и сейчас в  Минске мы стараемся благодаря ей сделать спектакль лучше... А вообще, я лично получил огромное удовольствие и как человек, и как актер. И спасибо вам за микрофон )

[26]

Альманах «Двери» №5. 2012

«Записки усталого романтика»


«Под водой над мыслями»

Актеры театра «Марабу» (Германия), участники фестиваля

Нам очень понравился фестиваль в Могилеве. Чувствовалось доброжелательное отношение. Особенно понравилось участвовать в обсуждении. У нас такое происходит нечасто. Мы знаем, что не все поняли наш спектакль. Для нас это неудивительно, ведь, как мы знаем, такого рода театра [основанного на личных историях] в Беларуси нет. Единственное замечание: было бы здорово иметь возможность посмотреть спектакли других участников фестиваля. А так для нас не было мест в зале.

Альманах «Двери» №5

[27]


в центре внимания: m.@rt.контакт

«Электрическое чаепитие»

Катя Ажгирей, зритель, актер театра «Мусташ» Если розовый цвет все еще ассоциируется у вас с  куклами барби и не совсем полным наличием ума у некоторых представителей Homo sapiens, то вы просто не видели выступления интерактивного театра KUD LJUD. Эти энергичные ребята из Словении напрочь рушат все стереотипы. И не только в ваших головах, но и на ваших улицах. Непредсказуемость. Пожалуй, это первое слово, которое ассоциируется у меня с актерами «Люда». Именно с этого слова и начинается их действие. А если быть еще чуточку точнее — взаимодействие. Взаимность и действие — это две параллельные, которые вопреки всем математическим законам у  KUD LJUD(а) пересекаются. Образуя общую точку под названием «интерактив». Позитивная энергетика — вот одна из главных основ конституции розовых пришельцев. Наши друзья из Любляны устроили в одном из Могилевских клубов «Электрическое чаепитие».

[28]

Альманах «Двери» №5. 2012

Атмосфера во время перформанса царила просто непередаваемая. Это сплетение в воздухе всеобщей эйфории, удивления, интереса, а  также детской, открытой радости и открытости для всего нового. Пришедшие зрители впитывали это волшебное настроение как губки. А уже полюбившиеся всем инопланетяне с радостью делились им: кто-то катался по лестнице и перилам, кто-то наблюдал за происходящим, стоя на барной стойке, кто-то наливал в чашки чай и угощал печеньем. Затем часть Людовцев выбежала на улицу, за исключением «колесиков», «ходуль» (так двух оставшихся в  клубе пришельцев успели прозвать зрители) и рыбки в ванной. Погода, кстати, была практически экстремальная: моросил дождь, солнца и вовсе не было, а отметка на термометре не поднималась в этот день выше 5 градусов. Однако это не остановило актеров. Розовый десант останавливал машины и автобусы, целовал лобовые стекла, взаимодействовал с прохожими. Думаю, эти полчаса надолго останутся в памяти у побывавших на электрическом чаепитии землян. Невероятно теплое настроение оставалось с нами еще несколько часов. И от розовой краски вовсе не хотелось отмываться, ведь не так часто можно оставить на себе кусочек другой планеты.


Света Семашко, зритель, актриса театра «вКубе» В Могилев в такую совсем не весеннюю погоду нас завлекли исключительно словенцы. Уличный театр покорил своим «вторжением» в Минск в прошлом году. В этом году как-то по-другому прошло, думаю, для актеров это было тоже необычно. Непривычно было уличному театру играть в помещении клуба. Мы так радовались, когда они пачкали нас розовой краской, и кому больше доставалось, те и казались более счастливыми. Но дело совсем не в краске. Они действительно настолько завлекают в свой инопланетный мир, хотя всего лишь так заинтересованно изучают наш. Словами трудно рассказать, просто они очень искренни, и на самом деле влюбляют в себя. Сразу можно заметить, как окружающие люди меняются. Ведь если вы играете с  кошкой, вот так, один на один, вы же не будете ее стесняться или переживать, что она о вас плохо подумает, когда вы дурачитесь или нелепо выглядите. Так и с ними, по ощущениям для меня это так. Мы становимся такими, какими хотим, немного свободнее, смелее, игривее, смешнее, все же счастливее. Очень хочу снова их увидеть. Альманах «Двери» №5

[29]


в центре внимания: m.@rt.контакт

Любовь Дёмкина, театральный критик Март-контакт 2012 порадовал жанровым разнообразием представленных постановок. Академические спектакли, мюзиклы сменялись перфомансами и все это за короткий промежуток времени. Избитое выражение, о качестве и количестве вполне применимо и к «Мартконтакту-2012». Однако на то он и фестиваль, чтобы демонстрировать весь спектр существующих подходов к обработке драматургии и зрительского внимания. На то он и «молодежный», чтобы опробовать свежесть восприятия, не боясь экспериментов. Лавина спектаклей — это своего рода тест на усидчивость. Разумеется, у каждого свои итоги фестиваля, свои фавориты и аутсайдеры, свои мысли и предложения. Лично для меня в очередной раз стал непонятен выбор списка жюри и критиков, определяющих лидеров и слабейшие звенья фестиваля. При всем моем уважении к мэтрам критической мысли старшей генерации, само гордое звание фестиваля — «молодежный» логично подразумевает под собой засилье молодых �� рядах тех, кто обсуждает, и тех, на кого, собственно, адресно рассчитан фестиваль. Такая ситуация в очередной раз заставила задуматься об отсутствии таковых в нашей стране. И специально созданное «молодежное общественное жюри», на мой взгляд, не спасало ситуацию. Все чаще возникало ощущение весеннего выгула детишек в песочнице под четким надзором старшего поколения, которые однозначно знают, что такое хорошо, а что такое плохо, и где те границы, за которые выползать из песка все-таки не безопасно. Опять же с точки зрения театра такой выбор объясним. Статус приглашенных экспертов, к которым прислушиваются, очевиден. Но на таком фоне почему-то все больше теряется смысл приставки «молодежный» и все сильнее очерчивается проблема то ли отсутствия молодых критиков, то ли важности и нужности их на фестивале.

[30]

Альманах «Двери» №5. 2012


«Хозяин кофейни»

Как бы то ни было, фестиваль состоялся. Определенной гордостью стал спектакль Е. Аверковой «Хозяин кофейни». Молодая драматургия вкупе со свежей режиссурой дали свои плоды. Сам факт постановки такой драматургии в государственном театре — уже событие, которое, к слову, отметили по достоинству. Да, там есть к чему придраться, есть свои червоточины. Но наличие такого спектакля в репертуаре белорусского театра для нашего сознания перевешивает все его недостатки. Искушенным новой драмой коллегам из России было сложно донести мысль о важности такого спектакля в нашем пространстве. «Спорная драматургия, невнятный текст» — такие неофициальные мнения можно было услышать в кулуарах театра. Но лично я бы наградила этот спектакль дипломом со скромной формулировкой: «Спасибо, что ты есть…». Свежий взгляд на современные проблемы в очередной раз продемонстрировал «Корняг-театр». «Спектакль №7» подкупает зрителя удачным совмещением пластики и драматического искусства (похожий текст значится и в дипломе, которым наградили его в этом году). Работы Евгения Корняга с каждым годом позволяют оптимистично задуматься о перспективности современной белорусской режиссуры и о многогранных возможностях наших молодых артистов. Спектакль, за который не стыдно. Работа, которая может смело носить звание: «И в пир, и в мир, и в добрые люди»

Самым эмоциональным же для меня стал спектакль «Сволочная любовь» Русского драматического театра Литвы. Любимое произведение Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом» приобрело новые, местами жесткие краски. Минимум декораций, максимум достойного литературного материала и яркой актерской игры. Взгляд артистов устремлен в зал, весь спектр эмоций от любви до ненависти был направлен прямо в цель, на зрителей. Тяжелая атмосфера захлестывала, выворачивала наизнанку. Словом, «бац-бац и…» кому-то мимо, а кому-то и в цель. Достойных спектаклей на «Март-контакте-2012» было достаточно. Были и неудачи, и откровенно посредственные работы, но это норма для любого фестиваля, как живого организма. Это была неделя массового смотра спектаклей, подпитки мозга, сбора информации к размышлению.

Альманах «Двери» №5

[31]


в центре внимания: m.@rt.контакт

Мастерская Мартина Грюнхайта

Мартин Грюнхайт, участник фестиваля, режиссер (Германия) Перевод с немецкого Надежда Лукьянцева и Алексей Стрельников Беларусь — осмелиться на другой театр? Говорить об опыте. На репетицию! Сцена — это НЕместо, искусственное место, где возможно все? Утопическое пространство свободы, у которого есть связь с Внешним (миром). Пространство мысли для определенного временного отрезка. Самоопределенное пространство. Пространство для веры в то, чего пока нет, но что произойдет. Веры в желание. В то, что я не могу сейчас сформулировать, но, когда я переживу это, у меня на мгновение появится чувство «мне дано видеть свою голову» (Г.Бюхнер «Леонс и Лена»), наконец, отдалиться от себя, и еще стать кем-то другим. Освободиться от одиночества. Я не один, нас не много, каждый есть/будет множеством. Мысль не ограничивается телом и наоборот (см. Спиноза). Я представляю, как все выглядит со стороны, когда я нахожусь здесь, внутри, смотря на сцену. Внутреннее также всегда отражает внешнее. Таким образом, зависит от него. А наоборот? Влияет ли внутреннее на внешнее? Что это за театральная практика, организационный принцип, которые позволяют воспринимать театр средством примирения. Театр мирит зрителя с реальностью. Это может выражаться по-другому. Не против или за, а только во взаимодействии. Третий путь, из содержания стать формой. Потому что где форма, там всегда есть содержание, и наоборот. Пространство мысли в театре определяет мое восприятие Внешнего. Самопоэтичная обратная связь.

[32]

Альманах «Двери» №5. 2012


Снаружи контролируемое место. Отдельные люди, идущие по улице. Нельзя хлопать. У них должна быть цель. Нет бесцельному, запутанному хаосу. Упорядоченное, спокойное Внешнее. То, которое прежде всего определяется транспортным шумом. Почему оно уступило пространство звука машинам? Сделать уличную оперу? Просто спеть. Аплодисментов не будет. На шоссе стоит большой рекламный щит о своей стране. Показана природа. Природа для себя. О большем речь не идет? Занятие с актерами. Семь молодых актеров и актрис. Явились на репетицию. Семь тел. Нет текста. Только сцена. И они сами. Для каждого из них есть множество возможностей. Что же произойдет? (Спрашиваю себя тоже) Как обращаться с этой свободой. Постсоветской? Появиться из толпы, помнить об ответственности, быть разным, не прямым повторением, не сдавать свои позиции (которые всегда зависят от ситуации), быть вариантным, различия, начало для чего-то нового? Не преднамеренно, не сильно. «Выращивайте ризомы! Проводите линию, а не точку! Будьте быстрыми, даже находясь на месте. Скорость превращает точку в линию. (…) Не слушайтесь Генерала в Вас. (…) Любите себя подобно осе и орхидее, коту и павиану» (Ж. Делез/Ф. Гваттари «Ризома») Открывать. Это произойдет.

Альманах «Двери» №5

[33]


в центре внимания: m.@rt.контакт

[34]

Как действовать? Как действовать на сцене. С желанием. Освобождать действие от информации, предоставленного, от Внешнего, только что интегрированного в меня. Мой перевод законов. Моя «личная» практика. Язык снова абстрагируется. Он и есть это. Только понимание того, что я могу понять, как я понимаю это, «моим» способом найти разницу между мной и тем, что сказано. Я тот, кто высказался, но всетаки не идентичен с высказанным. Одновременно мне нужно это Высказанное. Кто-то же должен его высказать. Я стал субъектом высказывания в отличие от высказывания (см. Деррида «Письмо и различие»). Открыть театр для восприятия через разницу между высказыванием и тем, кто высказывается. Между законом и желанием. Здесь имеется в виду ничто, и поэтому всё. действовать, думать. с самим собой, с другими людьми, со зрителями. не за или против. вместе. просто стать другим вместе изменить ситуацию.

Немые сцены, изображения, заглавия, находки, фрагменты свободной импровизации: 1. Ждать изменений 2. Жесты ожидания 3. Пара как наименьшая единица ожидания перемен 4. Рука, я подаю тебе руку, а ты? Зритель, чего ты ждешь? 5. Существует предел твоей любви! 6. Больше не ждать, меняй, меняй ситуацию. Сделать пространство видимым, слышимым. 7. Вон, из дома, пароли — изменить? Изменить пароли? Непостоянство паролей. Изменчивость. В начале было слово… (дополнение к себе) 8. Словом измени порядок. Порядок власти, порядок силы. Детская игра. 9. Запрещено? Со всем вон из дома. 10. Падает бумажный снег. Ничего страшного. Ни слова. Где твое слово. Где твой голос? Остался на бумаге, унесенной ветром? 11. От зрителя к актеру Альманах «Двери» №5. 2012


Вот одиннадцать заповедей, которые вышли из нас, актеров и меня, из импровизации, из немых картин. Которые с уходом с места представления стали недействительными? Только еще для зрителя. Которые не только переживали высказывание, но узнали каждый свою реальность. Нет больших художественных идей, зато есть собственное восприятие. Это то, что останется в конце. Театр восприятия — потому что зрители вместе обсуждают увиденное представление, при этом, однако, они могут говорить только о них и их реальности. Об их ассоциациях. И каждая ассоциация верна. И  в  общих разговорах об этом, в обмене, в словах, в  языке создается Множество. Много разных реальностей. Плюрализм, который снова на меня влияет. И я двигаюсь. В голове, в теле. Затем мы танцуем вместе на улице, или в театре, или просто в разговоре. Нет одной большой истории. Из многих маленьких, меньших, самых мелких рассказов получается большая сеть. Делаются связки. Создается сеть! Ключевые слова написаны. Найти значения. Во множественном числе! На сцене. В жизни, на улице. Архитектура строительства, которая окружает вас; вы изменяетесь. Она обращается к нам, а не природа. Не природа в человеке. Только сообщение. Не природа! Театр!

Альманах «Двери» №5

[35]


арт атмосфера

Loft cafe После закрытия для многих уже легендарного бара «Малако», его лавры в каком-то смысле перекочевали к «Лофту», вместе с публикой, тем более. И надо сказать, весьма удачно для последнего — из тени более популярного собрата вышел, конкуренции стало меньше, да и мероприятия стали проводиться все чаще. По своей сути, если не считать довольно недешевую кафешную часть, Лофт  — это концертная площадка небольшого размера. Настолько небольшого, что слово «концерт» автоматически заменяется понятием «вечеринка», которые здесь в большинстве своем танцевально-электронной направленности — хаус, диско, все дела. Бывают, конечно, и исключения: например, не так давно в их афише проскакивали рокенрольщики The Toobes или кинофестиваль One Short Film Fest. Кирилл Мажай www.loftcafe.by

Coffee On Это уютное кафе неподалеку от Института Культуры относится к тем немногочисленным местам, которые вечно напрашиваются, чтобы в них приходили снова и снова. И дело тут не только в хорошем кофе по адекватным ценам, бесплатном вай-фае и постоянных скидках и акциях. Атмосфера — вот что делает любое заведение по-настоящему привлекательным, и в данном случае она создается не только благодаря интерьеру. Например, по четвергам в Coffee On-e проходят вечерние кинопоказы, каждое последнее воскресенье месяца — «День всех вещей» или, попросту говоря, барахолка, иногда проходят выступления пианистов и блюзменов, да и просто «одноразовых» мероприятий хватает, вроде фанатской вечеринки перед концертом Алины Орловой или соревнования по настольным играм. В общем, придя однажды, явно захочется зайти еще раз. Кирилл Мажай www.coffeeon.by

[36]

Альманах «Двери» №5. 2012


Галерея TUT.BY Эта художественная галерея демократичная и открытая. Она довольно необычна в плане расположения: находится в офисе компании TUT.BY. Получается, что рядом с открытым художественным пространством работают люди. Это, по мнению кураторов проекта, дает своеобразие и особое звучание. Галерея ориентирована на некоммерческие проекты. Работают в ней добрые и отзывчивые люди, которые хотят открывать новые имена, показать современное белорусское искусство: живопись, фотографию, кино, театр. Один из ярких долгосрочных проектов — серия выставок живописи и фото «Travel ones». Кстати, именно в галерее TUT.BY прошла презентация IV альманаха «Двери» ;). Алена Иванюшенко www.tut.by

Арт-сядзіба Еще одно из мест Минск-сити, ратующее за культуру, искусство и свободу выражения. Правильнее будет сказать не еще одно, а одно из немногочисленных мест, где на метр квадратный помещения-коробки квартирного типа выпадает взрывоопасная концентрация людей, пассивно или активно задействованных в арт-тусовке. То, что «сядзіба» располагается в здании завода «Горизонт», придает ей еще больший колорит. Этакий оазис жизни среди металлических конструкций и каменных лабиринтов. Начиная с момента своего открытия в декабре 2011, команде креативщиков удается чуть ли не ежедневно организовывать что-нибудь интересное: литературные вечера, музыкальные песнопения, высадки в космос и фотовыставки. Несмотря на такие обороты и отклик аудитории, один из организаторов Павел Белоус отмечает, что состояние их до сих пор более чем подвешенное, как в материальном плане, так и в плане «кому-то обязательно не угодишь, могут и прикрыть». «Двери» на себе прочувствовали, каково это: сидеть на полу с друзьями в стенах, разрисованных Сидом Вишезом и ангелами, и условились исправить отсутствие в этих стенах театральных проектов. Катерина Карпицкая www.artsiadziba.by Альманах «Двери» №5

[37]


читка


Альманах «Двери» №5

[39]


читка: иван вырыпаев

Иван Вырыпаев — актер, режиссер, драматург. Окончил Иркутское театральное училище, отделение «Актер драматического театра». Лауреат многочисленных театральных премий. Был награжден специальным дипломом жюри фестиваля «Кинотавр» за фильм «Эйфория», получил приз «Кинотавра» за лучшую режиссуру в картине «Кислород». Пьесы: «Бытие №2», «Июль», «Город, где я», «Сны», «Бухарест 68», «Разговор с письмом», «Валентинов день», «Кислород», «Эйфория», «Объяснить», «Иллюзии». Многие его произведения переведены на польский, немецкий, болгарский, румынский, английский, французский языки. Спектакли по его пьесам с успехом идут в Польше, Германии, Чехии, Болгарии, Англии. Режиссер и сценарист фильмов: «Кислород», «Эйфория», «Ощущать», «Чистый свет». Сценарист: «Бумер. Фильм второй», «Бункер, или ученые под землей», «Лучшее время года».

Больше всего в людях я ценю умение любить. На меня как на человека больше всего повлияла встреча и потом жизнь с моей женой Каролиной Грушкой. Перед постановкой я чувствую некоторое беспокойство за то, сумею ли я объяснить актерам то, что мне хотелось бы сделать в этом спектакле. И не просто объяснить, но еще и заразить их своим замыслом, чтобы мой замысел стал их замыслом, потому что актер должен быть уверен, что это он все придумал, что это все его идеи. Только тогда все это заработает. Мои персонажи – это исполнители. Исполнители и есть главные герои всех без исключения моих пьес. Это пьесы про то, как их исполняют. Это пьесы про исполнение. Ничто в мире не закаляет, как трудности, неприятности и ограничения. Нас постоянно должен кто-то смирять. Нас должен смирять наш начальник, нас должен смирять злой милиционер, нас должен смирять вышедший из строя лифт, когда мы живем на восьмом этаже. Таким образом Господь и очищает нас, при помощи смирения. Когда у меня что-то долго не получается, я откладываю это дело и говорю: «Нужно еще подождать, еще не пришло время, чтобы я мог это сделать». Но если после какого-то перерыва у меня снова это не получается, то я скорее всего прихожу к выводу, что я делаю что-то не то. И, видимо, это нужно прекратить. И я прекращаю, хоть это и просто. Не сделать всегда труднее, чем сделать. Мой характер скорее похож на кусок туалетной бумаги, развевающейся на ветру.

[40]

Альманах «Двери» №5. 2012


Самое большое счастье – это любовь. Тут даже и говорить не о чем. Без любви нет смысла жить. Любовь же единственная реальность. Я, конечно, говорю не только о любви между мужчиной и женщиной. Часто люди забывают, что по-настоящему важно, а что нет. Это я сейчас себя имею в виду. Бывает так, что делаешь что-то и так увлекаешься, что вдруг потом только обнаруживаешь, что оказывается, то, что ты делаешь, это ведь совсем не важно, а то, что было важно, то ты уже перестал делать. Но весь вопрос: как понять что важно, а что нет? На это только Господь знает ответ. У него и нужно спрашивать. И находить этот ответ в своем сердце, в том месте, куда Бог кладет все свои ответы на все наши вопросы.

Энергия, которую автор несет зрителю, должна быть обязательно светлой и наполненной любовью к людям. Тем более, если хочешь сказать о чем-то неприятном. Без света и любви, только тьма. А зачем же нести тьму, ведь это же сущий ад? А зачем же нести ад? Когда говоришь о чем-то жестком, то нужно любить. Не можешь любить, значит, не говори о жестком. И о чем бы мы не говорили, что бы мы не делали – мы должны любить. Без любви нет жизни и искусство без любви – это мертвое искусство. Но трудно любить. Очень трудно. Много нужно над собой поработать, всю свою жизнь нужно учиться любить. Это самое сложное, что может быть. Когда мне было 12, я был просто идиот и все. А сейчас я идиот с большими принципами.

В женщинах меня восхищает женственность и умение дарить окружающему миру нежность и красоту. Любая женщина красива. Любая. Это не просто слова. Я уверен, что любая женщина красива, если только она сама в это поверит и разыщет эту красоту внутри. Красота женщины – это ее женское начало. Я не понимаю, почему многие думают, что я либерал и авангардист. Ведь на самом деле я жуткий консерватор и ярый противник либерализма. Самое страшное для драматурга – это когда твои пьесы не идут на сцене. Это все равно, что надеть ласты, акваланг, лечь на пол в своей комнате и изображать, что ты плаваешь в морской глубине. Жуткое состояние, когда написал пьесу, а она лежит в столе. Пьеса это не то, что на-

Альманах «Двери» №5

[41]


читка: иван вырыпаев

писано на бумаге, пьеса – это то, что говорят со сцены. Я думаю, что талант дан каждому человеку. Нужно только понять, в чем ты талантлив. Знаете, дарить людям улыбки по утрам это ведь большой талант. Сидеть на проходной завода и дарить всем, кто пришел на работу, улыбку. Это талант. Эпоха потребления принесла в театр потребность переменить способ коммуникации со зрительным залом. Спектакль – это организация внимания в зрительном зале и развитие впечатления. Это сказал учитель моего учителя, много лет назад, но только теперь это фраза стала просто требованием к театру. Люди постоянно врут сами себе. Мы мало себя знаем, и даже вообще не знаем. Мы даже не догадываемся, кто мы такие на самом деле. Мы все себе о самих нас придумали. Мой дом – это моя жена. Моя слабость в том, что я не умею четко излагать свои мысли. И еще у меня столько всяких недостатков, что невозможно их все перечислить. Но главный – это запутанность. Это вот просто моя беда. Моя любимая сказка – это сказка о Винни Пухе. Смешно и очень мудро.

Люди, которые верят в чудо, это люди мудрые. Если они по-настоящему верят, конечно. Деньги никогда не смогут стать вашими настоящими друзьями. Потому что или они заканчиваются, но тогда что это за друзья, которые заканчиваются? Или их так много, что не знаешь, что с ними делать, а тогда что это за друзья, которых чересчур много? Жизнь в Европе научила меня любить и ценить свою Родину. Я хочу, чтобы меня запомнили, как я того заслуживаю. Не больше и не меньше.

Боязнь чистого белого листа – это нормально. Это делает драматурга внимательным и ответственным. Мне кажется, что графомания сегодня — это даже не то, что мы пишем чужие слова, да еще неумело их применяем, а графомания – это когда за тем, что мы делаем, не стоит ничего подлинного, любой даже очень плохой спектакль, если он сделан искренне, гораздо лучше, чем хорошо поставленная пустота. От пустоты всегда делается как-то не по себе. Художник имеет право на ошибку, он даже имеет право ошибаться всю свою жизнь, но он не имеет право врать. Врать в искусстве не нужно. И главное, не нужно врать себе.

[42]

Альманах «Двери» №5. 2012


Современный театр выглядит как инфантильный сумасшедший дом. То снимают на сцене трусы и показывают зрителям свое «хозяйство», то кричат что есть силы, то что-то изображают. Мне кажется, что под современным театром сегодня понимают выражение признаков времени: плазменные экраны, видео инсталляции и т.д. А вообще-то современность – это способ коммуникаций. Современность – это способ разговора со зрителем. Не «что», а «как». Станиславский, Брехт, Брук — это люди сумевшие предложить способ разговора, подходящий под то время, в котором они творили. Мы же сегодня продол-

жаем создавать театр «за четвертой стеной», не понимая, что это вовсе никакая ни система Станиславского, а это его личный режиссерский прием. А система Станиславского – это, прежде всего, «действие» и «жизнь человеческого духа» и «я в предлагаемых обстоятельствах». Поэтому по-настоящему современного театра очень мало, сегодня театр болен и эта болезнь называется «тотальная несовременность». Для того чтобы я был доволен пьесой, она должна понравиться моей жене. Я воспринимаю любительский театр как точно такой же

театр. Для меня нет разницы, какой театр, мне важно, чтобы актеры не врали сами себе. Если бы я выбирал, что нужно сохранить для потомков из всех благ цивилизации, я бы выбрал русскую баню. Боюсь, что со временем ее заменят на сауну. А ведь настоящий банщик понимает, о чем я. Баня и сауна это вещи абсолютно разные. Я забываю обо всем на свете, когда я открываю входную дверь, а там моя жена. Свобода для меня – это Бог.

Альманах «Двери» №5

[43]


читка: иван вырыпаев

Иван Вырыпаев Иллюзии комедия Пьеса «Иллюзии» была написана в апреле 2011 года по заказу немецкого театра из города Кемниц. Именно поэтому (по праву заказчика) мировая премьера «Иллюзий» прошла в Германии 29 сентября 2011. Уже потом, днем позже — 30-го — в России, в театре «Практика» в Москве. Роли исполнили Каролина Грушка, Инна Сухорецкая, Александр Алябьев и Казимир Лиске. 7 марта состоялась премьера «Иллюзий» на сцене Новосибирского городского драматического театра под руководством Сергея Афанасьева. И это, безусловно, только начало для новой пьесы Ивана Вырыпаева, которую на сегодняшний день планируют ставить многие театры как в России, так и в Европе. Полный текст пьесы публикуется впервые. «И если смелы вы, то в иллюзорном виде Я покажу вам то, что слышал он и видел, Что в жизни испытал. И перед вами тут Воскреснет прошлое и существа пройдут, Не отличимые от созданных из плоти» (Пьер Корнель «Иллюзия») Действующие лица: Первая женщина — 30 лет. Вторая женщина — 30 лет. Первый мужчина — 35 лет. Второй мужчина — 35 лет. На сцену выходят сначала одна женщина, чуть позже другая, потом выходит один мужчина, чуть позже другой. Они вышли только для того, чтобы рассказать зрителям истории двух супружеских пар. ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. Здравствуйте. Я хочу рассказать вам об одной супружеской паре. Это были потрясающие люди. Они прожили вместе пятьдесят два года. Пятьдесят два года! Все время вместе. Это была очень наполненная жизнь. Полноценная жизнь! Очень красивая любовь. Ее звали Сандра, а его Денни. Когда Денни исполнилось восемьдесят два года, он сильно заболел, он слег в кровать и уже не вставал. И вот в один день, он почувствовал, что он сейчас умирает. Он позвал свою жену Сандру. Она села около его кровати. Денни взял ее за руку и стал ей говорить. Он успел ей сказать, все, что хотел. Все, что было нужно сказать.

[44]

Альманах «Двери» №5. 2012

Он сказал: — Сандра, я хочу тебя поблагодарить. Я хочу тебя поблагодарить. Пауза. — Я благодарен тебе за ту жизнь, которую я прожил. Благодаря тебе я прожил прекрасную, удивительную, наполненную жизнь. Это все только благодаря тебе. Сандра хотела возразить, но Денни попросил ее молчать. Ему было важно сказать все это. Сандра поняла, что Денни умирает, она сидела рядом и молчала. Она смотрела на него, чтобы успеть его в последний раз разглядеть. Чтобы его запомнить живым. Пауза. — Я благодарен тебе за то, что ты научила меня любви. Что из-за тебя я узнал, что это такое любовь, что это за сила. Что это не слова, не романтика, а это труд. Любовь это труд, это умение взять ответственность. Сандра, благодаря тебе, я понял, что такое ответственность. Это ведь самое главное быть ответственным за что-то. И быть благодарным. Быть благодарным и быть ответственным — вот и вся формула жизни. Ответственность и благодарность. Спасибо тебе, твоей любви, которая научила меня, что жизнь это — каждое мгновение внимательности к близкому человеку. Любя тебя, я учился вниманию. Я учился видеть другого человека. Любовь учит видеть другого, а не только себя. Я любил тебя и понимал, что мне нужно соответствовать этой любви, соответствовать тебе, тому как ты меня любишь, и я менялся. Мне пришлось меняться. Это такой дар, такое чудо, когда что-то заставляет тебя меняться. Когда ты делаешь усилия и меняешь себя. Ты пришел в этот мир одним, а уходишь другим. Значит, ты действительно жил. По-настоящему жил. И научить жить именно так, нас может только любовь. Ничто не способно нас выдернуть из ямы собственного эгоизма кроме любви. Любовь заставила меня поднять голову и посмотреть на себя со стороны, любовь заставила меня победить свою лень, свою трусость, свой страх. Все чего я добился в этой жизни, все это я сделал благодаря тебе, Сандра. Я видел, что меня любит такая женщина как ты и я хотел быть тем мужчиной, который достоин твоей любви, и я совершал поступки, во имя любви к тебе. И все, что мне удалось сделать для других людей, для мира, все это я сделал на энергии любви к тебе. Но и сама любовь к тебе в какой-то момент, она стала шире, чем просто любовь к женщине, она вдруг, вышла из границ и перекинулась на весь остальной мир. Любя тебя, я научился любить других людей. Сандра любовь, которую ты дарила мне все эти годы, пятьдесят


два года, Сандра! Эта любовь, наполнила смыслом не только мою жизнь, но и жизнь людей рядом с нами. Наших детей, наших друзей. Я видел, как мои друзья смотрели на нас и как им хотелось быть такими же как мы, как им хотелось любить так же как мы. И многие из-за этого поменяли свою жизнь. Твоя любовь, Сандра, она как мощный прожектор освещает все вокруг, все, что соприкасается с твоей любовью, все делается другим, все меняется, все преобразовывается, все расцветает. Я благодарю тебя, Сандра, за твою принципиальность, за твою бескомпромиссность. Спасибо тебе за все твои жесткие слова в мой адрес, спасибо за то, что все неприятные вещи ты говорила мне в лицо, спасибо за твердость. Я обижался на тебя, когда слышал что-то, что мне не нравилось, но я особенно благодарен тебе именно за это. Иногда я так злился на тебя, мне было так больно от твоих слов, но ты говорила мне правду, и именно это спасало меня от пропасти гордыни и себялюбия, в которую так часто падают люди. Ты была честной, ты говорила то, что чувствовала сердцем, и благодаря этому я смог избежать стольких бед. Сандра, ты ведь всю жизнь спасала меня от неприятностей, ты была моим настоящим учителем. Я так благодарен тебе, за ту жизнь, которую ты мне подарила. За наших прекрасных детей, которых ты вырастила. Это благодаря тебе они такие, чувственные, такие добрые люди. И главное, Сандра, главное, за что я хочу поблагодарить тебя, это за то, что ты рассказала мне о любви, что ты научила меня как нужно любить. Что ты объяснила мне, что это такое любовь. При первой же нашей встрече ты сказала, помнишь? Ты сказала, что настоящая любовь может быть только взаимной. Что настоящая любовь это когда любят двое. А если любит только один, то это уже не любовь. Я запомнил эти слова на всю жизнь. И потом каждую секунду жизни, я помнил, что любовь это двое, что значит, я ответственен за твою любовь. Это позволило мне избежать многих соблазнов. Это позволило мне не изменять тебе с другими женщинами. Ведь не секрет, что мужчины смотрят на других женщин, и я не исключения. Но когда я был уже на грани, того, чтобы изменить тебе, я вдруг, вспоминал твои слова, что любовь это взаимность, и тогда я понимал, что мой поступок это предательство не только моей, но и твоей любви. Я делал усилия и избегал измен тебе. Я так счастлив, что мы прожили вместе пятьдесят два года и что мы ни разу не изменили друг другу, и что нам нечего скрывать. И что я вот так вот умираю, такой вот прекрасной смертью. Спасибо, тебе за возможность вот так вот умереть. Это такое счастье иметь возможность в конце жизни произнести все эти слова, что я произнес. Это и есть полноценно прожитая жизнь, в любви, в созидании и в достойном уходе из этого мира. Спасибо тебе, моя

любимая, за все это, за всю мою жизнь и за мою прекрасную смерть. Прости, что я умираю первым, и что тебе некому будет сказать все, что я только что сказал тебе. Сандра умереть вперед это эгоизм моей стороны, но, увы, я ничего не могу сделать. Природа сильней наших желаний. Я бы хотел, быть с тобой в момент твоей смерти, сидеть вот так же рядом и смотреть на тебя. Уверен, что это очень тяжело. Я знаю, умереть самому легче, чем пережить смерть любимого. Прости, что это произошло именно со мной. Но когда ты будешь умирать, Сандра, то вспомни, эти мои слова перед своей смертью, и знай, я буду обязательно где-то рядом. Моя любовь будет с тобой. Я не верю в жизнь после смерти. Я знаю, что сегодня мой путь закончится и продолжение не наступит. Но я верю, и я знаю, Сандра, что любовь не умирает, она живет вечно, даже после нас, наша любовь будет жить. Я не могу это объяснить с научной точки зрения, но я чувствую, что это так. Я не верю в мистику, я говорю о простой, очень простой вещи. Любовь очень простая вещь, доступная единицам. Я прожил эту жизнь, чтобы узнать, — любовь есть. Любовь великая сила. Любовь побеждает смерть. Мне не страшно умирать. Я люблю тебя. И он умирает. И пауза. И Сандра сидит рядом и смотрит на своего мужа. И теперь его уже нет. И она встает и выходит из комнаты. И пауза. Пауза. И после смерти мужа, Сандра прожила всего лишь год, а потом заболела, слегла в кровать, и тоже в один из дней, она почувствовала, что вот сейчас она умрет. Тогда она попросила прийти друга ее мужа. Его звали Альберт. Альберт и Денни были самыми близкими друзьями, они дружили еще со школы. Они были неразлучны всю жизнь. Альберт был свидетелем на свадьбе Денни и Сандры. И когда Альберт вошел, то Сандра еще сильнее, чем за весь этот год, ощутила, что Денни больше нет. Она сказала: — Садись Альберт, я хочу сказать тебе несколько слов перед тем, как я сегодня умру. А я сегодня умру, я это знаю. И, слава богу, что это так. Альберт хотел возразить, но Сандра попросила его молчать. Ей было важно сказать ему все это. — Мы с тобой знакомы, Альберт, уже больше пятидесяти лет, ведь так? Ты друг моего мужа. Ты был свидетелем на нашей свадьбе. И знаешь, я хочу сказать тебе, что в тот самый день, когда я в первый раз в жизни увидела тебя, это было в день нашего знакомства с Денни. Я пришла навстречу к Денни, и там был ты. И вот с той самой минуты и до сегодняшнего дня, все

Альманах «Двери» №5

[45]


читка: иван вырыпаев

эти годы, эти пятьдесят три года и четыре месяца, все это время я любила только тебя Альберт. Как только я увидела тебя тогда там, рядом с Денни, я сразу же поняла, что вот тот человек, которого я буду любить всегда. Но ты был женат, я видела, что ты любишь свою жену. И тогда я вышла замуж за Денни, и прожила с ним все эти годы, и ты всегда был рядом, и  всегда, каждую секунду своей жизни любила тебя и сейчас люблю, и я только теперь, когда я умираю, я хочу сказать тебе об этом. Но это еще не все, Альберт. Пауза. Я хочу поблагодарить тебя, за то счастье, которое мне пришлось испытать, имея такую редкую возможность любить. Благодаря моей любви к тебе, я поняла, что значит, ничего не желать для себя, а только отдавать. Любовь к тебе научила меня, что отдавать гораздо важнее, чем требовать, что-то для себя. Я узнала, что любовь это отдача, что настоящая любовь ничего не требует, ни на что не претендует. Все эти годы, пятьдесят с лишним лет, я смотрела на тебя, и мое сердце было наполнено таким светлым прекрасным чувством. Конечно, я страдала от невозможности быть рядом с тобой. Мне всегда хотелось быть с тобой, мне хотелось близости, я думала об этом, думала, почти все время. Но думая о тебе, я ведь и была с тобой, я была в любви к тебе. И эта моя любовь к тебе переносилась на других людей, моя любовь к тебе переносилась на всех окружающих. Ее чувствовал мой муж Денни. Я никогда не обманывала его, потому что внутри меня была любовь, и часть этой любви я отдавала ему. Я отдавала ему часть любви к тебе. Я была с ним, очень честна. Потому что я любила, хотя и не его, но во мне была любовь, и он брал ее себе и был счастлив. В молодости я страдала особенно сильно, потому что я была уверена, что настоящая любовь может быть только взаимна, но потом я поняла, что у любви нет никаких правил и формулировок. Я поняла, что любовь это просто любовь, она может быть какой угодно и с кем угодно. Любовь эта такая сила, которая выходит из всех берегов и разрушает все преграды. Я любила тебя, без всякой надежды на взаимность и от этого моя любовь становилась еще сильнее. И я сама становилась сильнее. И я делалась мужественнее. Я становилась смелой. И я стала смелой. Любовь без всякой надежды на взаимность научила меня быть ответственной за свое чувство, научила меня беречь свое сердце. Я поняла, что любовь, это такая вещь которую трудно обрести, но очень легко потерять. И я стала беречь свою любовь. Спасибо тебе за то, что ты ни разу не дал мне возможности приблизиться к тебе, спасибо, что ты ни разу не посмотрел на меня как на женщину, но всегда смотрел только как жену

[46]

Альманах «Двери» №5. 2012

своего друга. Не знаю, смогла бы я удержаться, если бы представился случай близости с тобой. Но я понастоящему уважаю и ценю твою прекрасную жену Маргарит. Она удивительный тонкий человек и ты любишь ее и это прекрасно. И я рада, что мужчина, которого я люблю больше самой жизни, способен любить. Я знаю, ты способен любить, и это так прекрасно. Я желаю вам с Маргарит счастья. Желаю вам еще прожить вместе. Я благодарю тебя, за то, что ты встретился на моем пути, за то, что ты существуешь, за то, что ты есть. За возможность прожить жизнь в любви. За возможность узнать, что любовь это когда ты только отдаешь и ничего не требуешь себе взамен. Спасибо за то, что ты пришел, что выслушал меня, что дал мне возможность вот так вот, очень красиво и по-настоящему, по самому большому счету уйти из жизни. Я рада такой смерти. Мне повезло, что Денни умер первым, я смогла его проводить. Он умер очень красиво. И теперь я тоже умираю с ощущением не напрасно прожитой жизни. Мне не страшно умирать. Я прожила эту жизнь, чтобы узнать — любовь есть. Любовь это великая сила. Любовь побеждает смерть. Я люблю тебя. И потом она сказала: — Не нужно ничего говорить, Альберт. Я прошу тебя ничего мне не отвечать. Теперь ты просто уходи. Прощай. Мы больше никогда не увидимся. Передай привет Маргарит. Будьте счастливы. Прощайте. Вот, такая история. Пауза. ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. Теперь я хочу рассказать вам о другой супружеской паре. Они тоже прожили вместе больше пятидесяти лет. Его звали Альберт, а ее Маргарит. Им обоим было по восемьдесят четыре года, они были ровесниками. И вот, однажды, Альберт пришел домой откуда-то с прогулки, сел на стул посреди комнаты, позвал свою жену, чтобы она пришла и села напротив него в плетеное кресло, и когда она пришла и села напротив него в плетеное кресло. Он сказал: — Я хочу с тобой поговорить, Маргарит. Это очень важно. Мы с тобой ведь уже давно не разговаривали о важном, не так ли? — Мы с тобой, по-моему, вообще никогда не разговаривали о важном, — ответила ему Маргарит. Она была женщина с очень хорошим чувством юмора. — Это, безусловно, смешно, — сказал Альберт. И потом продолжил. — Я хочу сказать тебе, Маргарит, случилось так, что я полюбил другую женщину. Мне трудно говорить тебе об этом, но мы прожили вместе пятьдесят четыре года и я никогда серьезно не обманывал тебя. Я тебя очень


уважаю, ты мать моих детей… — И бабушка твоих внуков, — вставила Маргарит. Она была женщина с хорошим чувством юмора. — Да, да, это безусловно смешно, — отреагировал Альберт и потом продолжил, — Так вот. Я вынужден сказать тебе очень неприятную правду. Маргарит, я впервые в жизни понял, что такое любовь. Что такое настоящая любовь, та самая, которая описана в литературе, та любовь, о которой в юности все мечтают, и никто ее не находит, и тогда все соглашаются на то, что есть под боком. Не найдя настоящей любви, мы решаем, что ее вообще не существует, что это все литературный вымысел, и тогда мы женимся на том, кто рядом, кто реален, кто под рукой и потом живем с ним, или с ней всю жизнь, думая, что вот это и есть все, на что способно человечество, вот это и есть вся любовь, какая только может быть, но любовь на самом деле совсем другая. Она не такая, она не та. Она что-то совсем другое. Она есть, Маргарит. Просто нам с тобой не дано было испытать ее, и мы прожили друг с другом пятьдесят четыре года, думая, что то, что мы чувствуем друг к другу, это и есть любовь, но это все было не то. Не то чувство. Любовь совсем другая, она по-другому пахнет, у нее другие вибрации, она иного вкуса, иного цвета, я это понял только сегодня, Маргарит. Я смог узнать это только в конце жизни, но я счастлив, что хотя бы в конце жизни, со мной это случилось. Я счастлив, хоть мне и искренне жаль тебя Маргарит. Я не хочу выглядеть неблагодарным, ты подарила мне самые лучшие свои годы, да что там! Ты подарила мне всю свою жизнь, и я тебе безмерно благодарен, я очень ценю это, ты самый близкий человек в моей жизни, всегда была и навсегда останешься, но я никогда н�� любил тебя Маргарит и ты никогда не любила меня, я это тоже теперь понял, поверь, мы не любили друг друга той любовью, о которой все мечтают в юности и которая почти ни с кем не случается, а со мной вот случилась. Я счастлив, Маргарит. Я впервые в жизни полюбил. Но я полюбил другую женщину, прости. И сказав все это, Альберт умолк. И тут, естественно возникла некоторая пауза. Не слишком долгая. И потом Маргарит сказала: — Альберт, ты старый пердун, — вот сначала она сказала только это. ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Потому, что она была женщина с хорошим чувством юмора. ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. Да, она была женщина с хорошим чувством юмора. ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. И это при том, что у нее был рак! Когда ей исполнилось шестьдесят лет у нее обнаружили рак груди, ей сделали операцию, отрезали одну грудь и она… Шутка. У нее не было рака, и грудь ее была на месте. Она вообще почти ни чем не

болела. Она была очень здоровой женщиной с хорошим чувством юмора. ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. И вот, когда Альберт произносил свой монолог о любви, она слушала и одновременно думала, примерно так: «Господи, он же просто старый пердун, зачем я буду что-либо говорить, мало ли что он болтает. Он просто хочет позлить меня, вот и все. Зачем мне вообще реагировать на всю эту его чушь о любви. Мы оба уже почти что в могиле, зачем нам вообще что-либо выяснять и выворачивать белье на изнанку, теперь уже слишком поздно. Я лучше промолчу и не дам повода, этому старому дураку изображать здесь из себя юного любовника», — так она подумала. Но на самом деле, оказалось, что почему-то, вся эта, пафосная речь Альберта о любви, почему-то попала в Маргарит. И хотя она была женщина очень умная и с хорошим чувством юмора, но в этот момент, ум и юмор, почему-то отказали ей, и хотя она подумала, что не будет отвечать этому старому дураку, но сразу же после того как она подумала, что не будет отвечать, она взяла и ответила. Она сказала так: — Я только хочу сказать, тебе Альберт, что не нужно по себе судить о других. Если тебе в течении твоей жизни не суждено было узнать, что такое любовь, то, извини, это вовсе не значит, что и с другими произошло тоже самое. — «С другими», это ты имеешь в виду себя, так?, — сказал Альберт. — Да это я имею в виду себя, — ответила Маргарит. — Значит, ты хочешь сказать, что тебе удалось испытать настоящую любовь, так? — Да, я хочу сказать именно это. Тут, Альберт, подошел к ней, опустился рядом с ней на колени, закрыл лицо руками, посидел так несколько минут, потом открыл лицо, посмотрел на Маргарит и сказал: — Мне очень, жаль Маргарит. Но, увы, тебе только кажется, что ты меня любишь. Вернее, конечно, ты любишь меня, как и я тебя, но, Маргарит, прости, я говорю совсем о другой любви, о той любви, которую нам не удалось испытать. — Но, почему же ты снова говоришь за других, Альберт. Тебе не удалось, а другим может быть удалось. — Нет, Маргарит и «другим», то есть тебе, то же не удалось, потому что настоящая любовь может быть только взаимной и я понял это буквально только сегодня. Любовь может быть только взаимной, а если один человек любит другого, а тот его нет, то это не любовь. И первый тоже не любит по-настоящему, он только думает, что любит. Я узнал, это буквально сегодня на своем опыте. Я не хотел рассказывать тебе подробности, но раз дело зашло так далеко, то я расскажу. И прости меня, еще раз, за ту боль, которую я

Альманах «Двери» №5

[47]


читка: иван вырыпаев

тебе причиняю. — Прощаю, — сказала Маргарит, ведь она была женщина с хорошим чувством юмора. — Это смешно, — сказал Альберт и продолжил, — сегодня я был у Сандры. Она очень плохо себя чувствует, кажется, она умирает. И вот, я был у нее и она сказала, мне, что оказывается она всю жизнь, все эти годы любила меня. Понимаешь, не Денни, а меня! И это правда, зачем ей врать перед смертью. Да и по тому, как она это сказала, я понял, что она не врет. Всю жизнь она любила только меня, но не смела признаться мне, не смела изменить Денни, не смела разрушить его жизнь. И она сказала, что раньше, она думала, что настоящая любовь может быть только взаимной, но потом, любя меня, она поняла, что это не так, ведь она любила меня не взаимной любовью. И вот когда она это говорила, я слушал ее, и перед моими глазами проносилась вся моя жизнь, связанная с Сандрой и Денни. Я вспоминал Сандру, когда она была молодой, вспоминал, как мы приходили к ним каждую субботу, вспоминал все наши общие праздники, наши совместные поездки на море. Вспоминал Сандру, какая она была красавица, какая у нее была, походка, какие красивые руки, бедра, ее характер, ее умение быть скромной, и ее ум. Вспомнил, как она однажды заплакала, когда Денни поджарил улитку на гриле вместе с овощами. Помнишь, это же был твой день рождения? Я это вдруг, почему-то вспомнил. Слушая сегодня Сандру, я вспомнил, что она всегда нравилась мне, нравилась, но не больше. И вот эта мысль меня вдруг осенила «нравилась, но не больше». И вдруг, я понял, что именно сейчас я вдруг стою тут перед старухой, которая лежит в постели, стою и вдруг, чувствую, что я люблю ее понимаешь, более того, я вдруг, отчетливо понимаю, что я всегда любил ее, только это было где-то там, так глубоко, что невозможно было это разглядеть. Понимаешь, мне трудно тебе объяснить. Я не приобрел эту любовь сейчас. Она, эта любовь, оказывается, всегда была со мной. Просто я не видел ее, не давал ей проявиться, мой ум был вовлечен во чтото другое. Понимаешь, Маргарит, ничего нового не случилось. Просто я, вдруг, понял, что всегда любил только Сандру и это была настоящая любовь, потому что она была взаимной, и мы были созданы друг для друга, только я почему-то, не знал об этом, я находился в каком-то странном неведении. Я не знаю, почему так произошло, наверное, всему свое время. Созревший плод сам падает с ветки. Это жестокая игра судьбы, или стечение обстоятельств, я не знаю. Но главное, что я хочу сказать тебе, это то, что любовь не пришла ко мне сегодня, она была со мной всегда. Но проснулась она только сегодня. И еще, видишь ли, Сандра ошиблась, когда сказала, мне, что поняла, будто любовь может быть и не взаимной. Она просто не

[48]

Альманах «Двери» №5. 2012

знала, как и я сам, что я люблю ее. Ее любовь была взаимной, потому что я всегда любил ее. Настоящая любовь не может быть не взаимной. Поэтому, мне очень жаль, но, увы, Маргарит, мы с тобой никогда не любили друг друга. Понимаешь, не только я тебя, но и ты меня. Пауза. После этого, как всегда возникла небольшая пауза. И потом Маргарит сказала. — Я знала это. И я тоже считаю именно так. Я не хотела говорить тебе об этом в конце жизни, я думала, сейчас, когда нам по восемьдесят четыре года, то уже какая разница, что было раньше, тем более, то, что было раньше, то должно было пройти и уже не вернуться, но оказалось, что оно вернулось. Ты сам все вернул, Альберт. А раз так, то я скажу тебе то, что никогда не сказала бы, если бы ты не начал. Настоящая любовь может быть только взаимна, я это знаю. Все эти годы мы с Денни были любовниками. Мы встречались почти раз в неделю. А иногда и вместе ездили куда-нибудь, помнишь мои командировки в молодости, ты даже не замечал, что иногда они совпадали с отъездом твоего друга Денни. Бывали моменты, когда мы хотели признаться вам во всем и поменять наши жизни. Но мы же не знали, что Сандра любит тебя, а ты и сам не знал, что любишь Сандру. Мы же очень ценили вас, и мы не хотели рушить нашу дружбу. И мы не хотели причинять вам боль ради только собственного счастья. Мы решили принести нашу любовь в жертву обстоятельствам. Мы любили друг друга, мы страдали, но все-таки мы по-своему были счастливы. Когда Денни умирал, я даже не смогла прийти к нему, чтобы с ним проститься. Не смогла потому что не выдержала бы и Сандра бы все узнала. Мы с Денни заранее договорились, что когда один из нас будет умирать, то другой не придет… И тут, Маргарит не выдержала и расплакалась. Альберт сидел молча, не шелохнувшись. У него, наверное, был шок. Он ничего не говорил, он даже не пытался успокоить свою жену. Так они и сидели, Маргарит рыдала, а Альберт смотрел куда-то прямо перед собой. Два старых человека странно проживших свои жизни. Наконец, Маргарит успокоилась и сказала: — Если бы ты, Альберт, пораньше понял, что любишь Сандру, и сообщил бы мне об этом, то, может быть, мы все смогли бы поменять наши жизни и быть счастливы. Но, этого не случилось. Значит, так должно было быть. Любовь может быть только взаимна, я согласна, Альберт, и прости меня за эту жестокую откровенность. И пауза. ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Я хочу рассказать вам о Денни.


ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Да! Извини, что я тебя перебиваю, я только хочу сказать, это, очень важная деталь, я хочу только сказать, что Сандра и Денни были родными братом и сестрой. Мы забыли об этом рассказать. Они были братом и сестрой, но только у них были разные матери. Они были братом и сестрой по отцу, Денни был ребенок от первого брака его отца, он воспитывался с матерью и они с Сандрой познакомились, когда Денни было тридцать, а Сандре двадцать семь. И они сразу же влюбились друг в друга и решили пожениться. Естественно, вся их родня была против их брака и отец особенно. Но они ни кого не послушали, поженились и разорвали со всеми отношения, и даже со отцом. Отец их проклял и ни разу до самой своей смерти не навестил их. Вот! Вот, я только это хотел сказать, извини, что перебил. Продолжай. Пауза. ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Да и это, конечно, шутка, что они были братом и сестрой. Денни и Сандра не были братом и сестрой. Это шутка. ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Да. Так вот. Сейчас я расскажу историю о Денни. Дело в том, что Денни был таким человеком, который никогда, никогда не врал. Когда Денни было восемь лет, он однажды ночью не мог заснуть, и вдруг, он увидел странный свет за окном, маленький Денни подошел к окну и увидел в небе, висит огромный серебряный диск. Он увидел огромный инопланетный корабль. Это была большая летающая тарелка. Она святилась ослепительно прекрасным, самым прекрасным серебряным светом во вселенной. Это был такой поразительный серебряный свет, что казалось, от него исходил аромат. Тарелка не была сделана из металла или из другого знакомого материала. Тарелка напоминала сплюснутую луну. А точнее молодой месяц. Это было похоже на то, как если бы месяц распрямился и превратился в плоский диск. Весь этот диск состоял из серебряного, а точнее лунного света. Это был такой красивый лунный свет, как будто бы вселенной захотелось, чтобы у Денни по позвоночнику пробежал тонкой струйкой приятный, приятный, немного даже сладкий холодок. И у Денни по спине пробежал приятный и сладкий холодок. И вот восьмилетний мальчик стоял у окна и смотрел как завороженный на этот великолепный космический корабль. Денни был просто потрясен таким волшебным, самым прекрасным, самым красивым во всей вселенной серебряным светом. Он стоял и смотрел на потрясающее явление. И вот ему в голову пришла мысль, чтобы побежать и разбудить своих родителей. Но вдруг, он, почему-то, испугался. Он испугался, того, что когда родители проснуться, то корабль может уже исчезнуть и тогда родители, конечно, же не поверят ему, и тогда вся эта красота, которую

он видит, в одну секунду превратиться в фантазию маленького мальчика. И вдруг, Денни понял, что кому бы он теперь не рассказал о том, что он видел, никто ему не поверит. Никто. И что, то, что он сейчас видит, все это самое настоящее чудо, весь это самый лучший во вселенной серебряный свет все равно превратится в простое вранье. И тогда, Денни вдруг, понял, весь ужас происходящий на земле. Он понял, что из-за того, что люди часто врут друг другу, и именно из-за этого, из-за того, что люди постоянно говорят друг другу неправду, именно поэтому уже никто никому не верит. И вот эта простая мысль пришла ему в голову. И вот Денни глядя на самый прекрасный серебряный свет во вселенной, глядя на висевшую в небе летающую тарелку, тихо поклялся, что больше никогда, никогда, никому не будет врать. Никогда, никогда, чтобы не произошло. И Денни сдержал свою клятву. Он до самой смерти никогда не врал. Правда, если его не спрашивали, то он мог чего-то и не сказать, как например, в случае с космическим кораблем, о котором, он так тогда никому не и рассказал. И лишь один человек в мире знал эту историю. Этим человеком была Сандра. Потому что Денни ее очень сильно любил. ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Сейчас, я расскажу вам историю о Денни и Маргарит. Денни и Маргарит познакомились за год, до того как Денни встретил Сандру, потому что Маргарит стала женой лучшего друга Денни Альберта. И когда Денни и Маргарит познакомились, между ними сразу же установились очень тесные дружеские отношения. Альберт был поражен, как быстро его жена сошлась с его другом. Они стали самыми настоящими приятелями. Через год после этого Денни познакомился с Сандрой. Он принес Маргарит фотографию Сандры и спросил ее, — как она находит его новую девушку? На что Маргарит ответила, что девушка ей очень нравится, что у Денни хороший вкус. И потом, когда Денни решил сделать Сандре предложение, он снова пришел к Маргарит и спросил у нее, - что она думает, по поводу того, что он Денни хочет жениться на Сандре? И Маргарит ответила, — что это отличная идея, что она поздравляет Денни и желает ему и его избраннице счастья. Денни и Маргарит были самыми настоящими друзьями. Альберт поражался дружбе между его женой и Денни. — Я иногда не понимаю, Денни, — говорил Альберт,  — ты с кем больше дружишь со мной или с Маргарит? — Ты ревнуешь? — спрашивал Денни. — Очень. Я хочу, чтобы я был в твоей жизни единственным, — шутил Альберт — Прости, но у меня есть еще Сандра, так, что вас у меня как минимум трое, — шутил Денни. Пауза.

Альманах «Двери» №5

[49]


читка: иван вырыпаев

Однажды, когда Денни и Маргарит было уже по сорок лет. Они сидели на террасе в доме Денни и Сандры. Они были вдвоем. Сандра и Альберт находились гдето в саду. Денни и Маргарит сидели напротив за столом. Денни раскачивал ногой под столом. И вдруг, его нога неожиданно коснулась ноги Маргарит. Маргарит и Денни соприкоснулись ногами под столом. И тогда, Маргарит неожиданно спросила: — Скажи, Денни, а как ты думаешь, мы с тобой могли бы переспать? Или лучше я спрошу по-другому, — как ты думаешь, мы с тобой могли бы стать любовниками? Только я прошу тебя, ответь мне серьезно, потому что я не шучу. Денни посмотрел на Маргарит очень, очень странно. Очень, очень странно. Потом он положил свою руку на ее руку и сказал: — Нет, Маргарит, мы не можем быть любовниками, потому что я очень люблю свою жену и дорожу дружбой твоего мужа. Пауза. А то, что Маргарит сказала своему мужу Альберту, будто бы она и Денни были любовниками, так это Маргарит пошутила. Ведь, мы же знаем, что она была женщина с очень хорошим чувством юмора. Небольшой перерыв, чтобы попить воды. ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. А теперь я хочу рассказать вам об одном вечере. Однажды вечером, Денни и Сандра сидели в гостиной своего дома с выключенным светом, сидели в полной темноте и смотрели в окно на звезды. Дело было зимой, дети уехали в другой город к матери Денни на все рождественские каникулы. Денни и Сандра были вдвоем. Они сидели и смотрели на звезды. Стояла звездная ночь. И вдруг, Денни что-то почувствовал. Что-то особенное, что-то очень возвышенное. Ему вдруг, стало очень, очень хорошо, сидеть вот так вот рядом с любимым человеком и смотреть на звезды. И тогда он, вдруг, решил рассказать Сандре о том случае из детства, когда он увидел инопланетный корабль. И Денни рассказал Сандре эту историю о том, как он увидел светящийся корабль и о серебряном свете, который исходил от этого корабля и даже о том, как он решил больше никогда никому не врать. Пауза. И потом в конце своего рассказа, Денни как-то очень робко спросил у Сандры, надеюсь, ты мне веришь? Пауза.

[50]

Альманах «Двери» №5. 2012

И вот в эту самую секунду Сандра поняла, что жизнь состоит из каких-то таких мелких и разноцветных осколков. Что в жизни нет ничего целого, а только какие-то мелкие рваные куски, что нет одного сюжета, а есть только множество эпизодов, что нет ничего главного, а есть только мелочи и детали. И что эти детали никак не складываются во что-то целое, во чтото одно. Наверное, это невозможно объяснить словами, но Сандре, вдруг, показалось, что в том мире, в котором она живет, не хватает чего-то единого, чегото одного, того, что могло бы все это связать между собой. Она посмотрела на Денни и подумала, — вот черт, а ведь инопланетянам здесь совсем не место. Пауза. ВТОРОЙ МУЖЧИНА. А сейчас я хочу рассказать, вам об Альберте. Альберт был очень хорошим человеком. И сейчас вы сами поймете почему. Однажды ночью Альберт проснулся оттого, что в его окно, с улицы кто-то бросал маленькие камешки. Маргарит спала крепко и ничего не слышала. Альберт, встал, подошел к окну... Нет, там не было летающей тарелки, и камешки бросали не инопланетяне. Альберт выглянул в окно и увидел на улице своего друга Денни. Денни жестами показывал Альберту, чтобы тот спустился к нему. Альберт оделся и вышел на улицу. Этот разговор состоялся в августе 1974 года, Денни и Альберту было тогда по тридцать пять лет. — Что случилось, Денни?, — в недоумении спросил Альберт. — Альберт я должен сказать тебе что-то очень важное. Это касается всех нас. Я не могу спать. Я должен высказать тебе все, что у меня на душе. Выслушай меня. Альберт сказал, — ну конечно, Денни, — пойдем на нашу террасу, там можно вскипятить чайник и выпить чаю или кофе. И они пошли на террасу и там на этой террасе Денни произнес свой пылкий монолог: Он сказал: — Альберт мы с тобой друзья. Ты мой самый близкий друг. У меня нет никого ближе тебя, кроме Сандры. Я хочу кое в чем тебе признаться. Но только умоляю, выслушай меня и не перебивай. Это очень важно, чтобы ты не перебивал и выслушал, я не буду говорить долго. Вот послушай. Ты знаешь, что я очень сильно люблю свою жену Сандру. И это правда, так и есть. Я люблю ее больше всех людей на свете, а если честно, то я люблю гораздо больше своих детей. Сандра не только моя жена, она еще и мой друг. И я люблю ее не только, как мать моих детей, не только как своего друга, но еще и как красивую женщину. Ведь ты же не станешь отрицать, что Сандра очень красива? Альберт хотел подтвердить, но Денни не дал ему вста-


вить слово, он продолжал. — Сандра очень красивая женщина. И я все эти годы восхищаюсь ей. Я не пресытился ее красотой. Я не привык к ее красоте. Я каждый день смотрю на нее и снова и снова влюбляюсь в нее, как молодой мальчишка. Я люблю Сандру, я счастлив жить с ней. Нам с ней очень хорошо в постели. Я всем, всем доволен. Сандра мой идеал. Я хочу прожить с ней до самой смерти. Я никогда не изменял ей и не собираюсь этого сделать. Моя мечта дожить с ней до глубокой старости и умирая взять ее за руку и сказать ей самые важные, самые правдивые и самые трогательные слова, какие я только найду в своем сердце. — А почему ты думаешь, что ты умрешь первым?, — успел, спросить Альберт. — Я так не думаю. Я просто мечтаю об этом. Мечтаю не о том, чтобы умереть первым, а о том, чтобы иметь возможность в конце жизни сказать Сандре самые важные слова. Но дело не в этом. Альберт, я еще раз хочу повторить тебе, что Я люблю Сандру самой настоящей, самой подлинной, самой красивой любовью, какая только существует на земле... но... я умираю от сексуального желания, когда я смотрю на твою жену Маргарит. Секс с твоей женой сниться мне почти что каждую ночь. Я ничего не могу поделать. Это против моей воли. Когда я вижу Маргарит у меня внутри вдруг все переворачивается. У меня кружится голова, у меня даже стучат зубы. И это всегда так было с момента нашего первого знакомства, но тогда я решил, что смогу справиться с этим, и действительно потом у меня появилась Сандра и какое время я не думал о твоей жене. Но недавно все снова вернулось. А особенно сейчас летом, когда женщины ходят в этих проклятых легких платьях. Альберт я не знаю что это. Но это не просто влечение. Понимаешь, я ложусь, думая о Маргарит, она снится мне ночью, я просыпаюсь с мыслью о ней, и даже, прости, когда я занимаюсь любовью с Сандрой я пытаюсь не думать, но я думаю о Маргарит. Я просто схожу с ума. Я не могу слушать ее голос, я не могу находиться с ней рядом. Не могу видеть ее руки, не могу видеть какой она прекрасный добрый умный человек. Какое у нее потрясающее чувство юмора. Когда она рядом то весь мир воспринимается иначе. Господи, какое это счастье, что на свете есть такая женщина, как твоя жена Маргарит. Благодаря тому, что она есть, я верю, что этот мир не бессмыслица. Что в мире есть смысл и этот смысл привносит в мир именно Маргарит, ее улыбка, ее манера поведения. Один ее взгляд наполняет этот мир смыслом и красотой. Если есть Маргарит, значит есть красота, а если есть красота, значит, имеет смысл жить. Вот какие мысли меня одолевают, дружище. И признаюсь, что я очень, очень устал от этих мыслей. Я не знаю, что это? Альберт, скажи мне что это?

— Это любовь, дружище, — спокойно ответил Альберт. И тогда Денни упал на пол, свернулся калачиком, и зарыдал как маленький ребенок. — Я люблю свою жену Сандру, — мычал Денни сквозь слезы, — я знаю, что такое любовь, любовь может быть только взаимной. — Ты любишь Маргарит, — почему-то все так же очень спокойно говорил Альберт. — Нет, я не хочу, не хочу, это все не так, все не так, — продолжал выть Денни. И потом, когда Денни успокоился, сел на стул и выпил горячего чаю, Альберт снова, очень, очень спокойно сказал: — Ты любишь Маргарит, Денни. То, что ты описал, те чувства и ощущения, которые ты испытываешь, это все не что иное, как самые верные признаки любви. Ты любишь Маргарит, в этом нет сомнения, дружище. — Но, я же тебе говорю, что я люблю и хочу любить Сандру. Вот, если например, мне бы сейчас пришлось выбирать с кем мне жить, прости, что я так говорю, Альберт... — Ничего, ничего, дружище, — ответил Альберт. — Но это только пример, — продолжил Денни, — если бы вот мне пришлось выбирать, с кем быть с Сандрой или с Маргарит, то клянусь тебе, я ни секунды бы раздумывая, выбрал бы Сандру. Я не хочу жить с Маргарит. Я всем доволен, живя с Сандрой. Всем, понимаешь, абсолютно всем. И я не считаю, что Маргарит красивее или сексуальнее Сандры. Я всем, доволен. Я люблю Сандру, а не Маргарит. Но почему же я места себе не нахожу при одной только мысли о твоей жене, я не знаю. — А я знаю, — сказала Альберт, — да и ты, дружище знаешь. Давай не будем обманывать сами себя, ведь, сколько я тебя знаю, я не помню не одного случая, чтобы ты хоть раз соврал. — Что же это тогда такое любовь?, — очень наивно спросил Денни. — Это как раз именно то, что ты чувствуешь при виде моей жены, — очень мудро ответил Альберт. Эта сцена напоминала диалог сына и отца. Денни был похож на юношу, который пришел к своему мудрому отцу спросить, что такое любовь. А Альберт был как раз похож на спокойного мудрого отца, который знает, что приходит время и любовь стучится в юные сердца, и сейчас по старой семейной традиции отец в первый раз в жизни расскажет своему сыну о свойствах любви. — Но, как же тогда назвать то чувство, которое я испытываю к своей жене Сандре? — Судя по всему, тебе просто хорошо с ней живется, Денни, вот и все. И тут на веранду вошла Маргарит. Ее разбудили истошные вопли Денни, но, разумеется, Маргарит не

Альманах «Двери» №5

[51]


читка: иван вырыпаев

слышала, о чем он говорил. Поэтому она и пришла на террасу, чтобы выяснить, что тут происходит между двумя мужчинами в половине третьего ночи. — Доброй ночи, — сказала Маргарит, — извините, что вторгаюсь в ваш разговор, но... В этот момент, лицо Денни стало белым, как фарфоровая тарелка. Денни встал со стула, схватился руками за воздух, пошатнулся и упал на пол. Он потерял сознание. Пауза Альберт был очень хорошим человеком. Он естественно ни слова не сказал Маргарит о разговоре с Денни. Из-за чего ему, конечно, пришлось обмануть Маргарит, ему пришлось сказать, что у Денни сильный нервный срыв на почве того, что ему исполнилось тридцать пять, и что у Денни начался кризис среднего возраста, а такие кризисы у мужчин всегда проходят болезненно. Альберт обманул Маргарит, потому что он не был таким человеком как Денни, который никогда не врал. Альберт был обычным, очень хорошим человеком. Сразу после этого случая Денни и Сандра уехали в отпуск на три месяца. Они уехали в Австралию, потому что Денни, очень хотел уехать именно на другой материк. А когда через три месяца они вернулись, то Альберт и Денни продолжали дружить, как ни в чем не бывало. Вообще все вернулось на свои места. И обе эти прекрасные пары, продолжали вместе жить и вместе стареть. Небольшой перерыв, чтобы попить воды. ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. А вот очень смешная история о том, как однажды Альберт накурился конопли. Однажды, когда Альберту было уже сорок восемь лет, он решил попробовать покурить марихуаны. Так уж получилось, что один из его студентов предложил ему косячок. Я здесь не буду вдаваться в детали всего этого дела, не буду говорить о том, что это была за трава, откуда этот студент ее взял и почему он решил предложить марихуану своему профессору... вернее об этом я, пожалуй, расскажу. Этот студент предложил марихуану своему профессору, потому что на лекции, которую читал Альберт, речь зашла об использовании конопли при изготовлении корабельных канатов, оказывается большое количество корабельных канатов, делается именно из конопли. И вот рассказывая о корабельных канатах, Альберт проговорился, что сам он никогда не пробовал курить марихуану. Короче говоря, его студент решил в шутку предложить своему профессору покурить. И Альберт к полному удивлению студента, согласился. И не просто согласился, а

[52]

Альманах «Двери» №5. 2012

взял и покурил. Пауза. И вот когда он покурил, то буквально через несколько минут, он вдруг, почувствовал, что мир, который его окружает... Ну, как бы это сказать..? В общем, этот мир.. Короче говоря, он стал мягким. Альберт вытянул руки вперед и потрогал мир. Мир был мягким. Альберт стоял с вытянутыми вперед руками и вдруг, он разрыдался. — Вам нужна помощь, господин профессор?! — испуганно спросил студент. — Нет, — сквозь слезы ответил Альберт, — я в порядке, просто я кое-что понял про свойства этого мира. — И что же вы поняли, про свойства этого мира?, — еле сдерживаясь от смеха, спросил студент, ему было невыносимо смешно видеть накурившегося профессора. — Он мягкий, — странным голосом проговорил Альберт, — я всегда думал, что он твердый, а он очень мягкий и это просто поразительно и очень, очень печально. Печально именно то, что в обычном состоянии мы этого не замечаем и живем в твердом мире. И Альберт снова и снова трогал мир руками, поражаясь его мягкости. И все это продолжалось до тех пор, пока не закончилось действие марихуаны. А потом когда действие наркотика закончилось, и мир снова стал твердым, Альберт утер слезы, поблагодарил студента за оказанную услугу и пошел домой. Пока Альберт шел домой, мир вокруг него все твердел и твердел, так что когда Альберт ступил на крыльцо своего дома, мир уже был как каменная глыба. Альберт вошел в дом и, увидев Маргарит, сказал: — Дорогая, я тверд, как чугунный молот! Маргарит как всегда, пришлось сделать усилие, чтобы улыбнуться шутке мужа, хотя с другой стороны, она уже давно привыкла к тому, что у Альберта весьма своеобразное чувство юмора. ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. А сейчас я расскажу вам историю об исчезновении Маргарит. Однажды Альберт пришел домой очень поздно, в половине двенадцатого ночи. Он вошел в дом и через какое время он обнаружил, что его жены нет дома. Тогда он позвонил своему другу Денни и спросил, — не у них ли в гостях Маргарит. Но Денни ответил, что Маргарит у них нет, и что они с Сандрой уже спят. Тогда Альберт обзвонил нескольких своих знакомых, у которых, по его мнению, могла бы гостить Маргарит, но там ее не было. Тогда Альберт обзвонил всех дальних знакомых, у которых вряд ли бы могла гостить Маргарит, но он все-таки обзвонил их, чтобы убедиться, что ее там нет. Тогда он позвонил родителям Маргарит в


другой город, и перепугал их своим вопросом, — не у них ли Маргарит? Ее там естественно не было, но теперь и родители Маргарит подключились к поиску по телефону. Последним, что сделал Альберт, он стал обзванивать морги и больницы, и это заняло у него какое-то время. Я только хочу напомнить вам, что в том время мобильных телефонов еще не было, поэтому Альберт звонил с городского и подолгу ждал соединения. И вот, когда Альберт дозвонился до последней известной ему больницы и там ему ответили, что ни какая Маргарит к ним сегодня не поступала, и Альберт устало положил трубку, в эту самую минуту он услышал голос Маргарит из большого платяного шкафа, стоявшего у них в комнате. — Я здесь, Альберт, в платяном шкафу, но тебе нужно сделать кое-что важное, что бы выманить меня отсюда. Альберт, побледнел и чуть не потерял сознание. Справившись с собой, он бросился к шкафу, но оказалось, что шкаф заперт на ключ. — Как ты там оказалась Маргарит?!, — закричал в волнении Альберт. — Я в шкафу, — отвечала Маргарит торжественным голосом, ее интонация пугала Альберта, потому что из этой интонации следовало, что Маргарит сошла с ума. — Тебе нужно достать меня отсюда. Из этого мира. А чтобы это сделать ты должен петь. Ты должен спеть волшебное заклинание. — Как ты там оказалась, Маргарит, — закричал Альберт, — кто тебя запер?! — Я сама себя заперла, потому что, я хотела, чтобы ты поиграл со мной в эту игру, которую я тебе предлагаю. Прошу тебя, Альберт, не злись, а поиграй со мной. Это же игра, отнесись к этому как к игре. Тебе нужно выманить меня из этого шкафа, а для того, чтобы тебе выманить меня из шкафа, тебе нужно спеть мне волшебную песню. Придумай какую-нибудь волшебную песню и спой ее. Ну и дальше, конечно, последовала долгая сцена ссоры. Альберт кричал на Маргарит, он пытался сломать шкаф, но это же был старый дубовый шкаф, сломать его было невозможно, тем более Альберт был вне себя и не мог сосредоточиться. Конечно, в конце концов, Маргарит выбралась из шкафа без всякой волшебной песни. Она открыла защелки изнутри и двери распахнулись по сторонам. Альберт очень внимательно смотрел на Маргарит, он пытался понять, сошла ли она с ума, или что вообще тут, черт возьми, такое происходит в половине второго ночи??? Тогда Маргарит села на пол и вдруг сказала: — Не сердись. Я не сошла с ума. Мне просто захотелось поиграть, понимаешь? В жизни человека бывают такие минуты, назовем их «минуты странности», когда ему очень хочется просто поиграть.

— Значит, это была игра?, — спросил Альберт и посмотрел на Маргарит взглядом «полным боли и тоски». — Это были «минуты странности», — невозмутимо ответила Маргарит, — и знаешь, я просидела в этом шкафу несколько часов, а так и не захотела писать, странно устроена женщина, правда?, — пошутила Маргарит и улыбнулась, глядя на Альберта. Или, во всяком случае, попыталась улыбнуться. ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Я хочу рассказать вам историю про Денни и круглый камень. Когда Денни и Сандра были в Австралии, то однажды когда они шли, Денни увидел большой круглый камень, который лежал прямо у дороги. Это был обычный круглый камень размером с лошадиную голову. Денни и Сандра прошли по дороге мимо этого камня, но вдруг, Денни остановился. Он почувствовал какое-то сильное влечение к этому камню. Ему, вдруг, показалось, что между ним и этим камнем существует какая-то особенная связь. И Денни, вернулся назад к этому камню и сел на него. Он сел на камень и закрыл глаза. И так он сидел на этом камне с закрытыми глазами, какое-то время, пока не услышал голос Сандры. — С тобой все в порядке, Денни?, — спросила Сандра. — Да, — ответил Денни, не открывая глаз, — я просто должен посидеть на этот камне какое-то время, прости Сандра, но ты не могла бы меня подождать? — Да, конечно, Денни, я тебя подожду. Если тебе во чтобы то ни стало нужно посидеть на этом камне, то я, конечно, подожду столько, сколько нужно. И Сандра стала ходить возле Денни по кругу, а Денни все сидел и сидел на камне с закрытыми глазами. И вот, спустя час, после того, как Денни уселся на камень у дороги, Сандра, все-таки не выдержала и сказала: — Я все понимаю, Денни, тебе, наверное, очень нужно, посидеть на этом камне, не сомневаюсь, что у тебя есть на то, веские причины, но что делать мне? Я уже целый час хожу вокруг тебя кругами, что мне делать? — Искать свое место в этом мире, — ответил Денни. — Что, что мне делать?, — переспросила Сандра. — Искать свое место в этом мире, — повторил Дени,  — у каждого должно быть свое место, дерево растет на своем месте, и цветок растет на своем месте и птица летит по своей траектории. Вот и человек обязан найти свое место в этом мире. — Очень интересная теория, дорогой, — сказала Сандра, — ну, а ты? Ты, уже нашел свое место? — Да, — ответил Денни, — нашел, правда, совсем недавно, всего полчаса назад. Вот мое место, я на нем сижу. Вот мое место в этом мире. Сандра посмотрела на Денни. Денни снова закрыл глаза и опустил голову. И тогда Сандра, повернулась к нему спиной и пошла обратно. Туда, откуда они пришли. Она вернулась в

Альманах «Двери» №5

[53]


читка: иван вырыпаев

тот городок, где они остановились. Город назывался Северный Дарвин. И Сандра вернулась в отель, легла на кровать, закрыла лицо руками и разрыдалась. Она не могла найти себе места. Не могла найти себе подходящего места, где бы ей жить. Не могла найти места, где бы жить. ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. Я хочу рассказать вам историю про Сандру и розовую полосу. Однажды Денни и Сандра поехали в Австралию. И там они часто прогуливались по пыльным дорогам, сидели на круглых камнях и любовались великолепными пейзажами. И вот как-то раз, во время одной прогулки Сандра увидела вдали над горизонтом длинную розовую полосу. Эта длинная розовая полоса была похожа на девичью ленту, натянутую над верхушками холмов. — Смотри, Денни, — сказала Сандра, видишь ты вон ту розовую линию над горизонтом, как ты думаешь, это преломляются лучи вечернего солнца или это отражение чего-то розового от поверхности холмов? Возникла небольшая пауза. Денни внимательно посмотрел в сторону горизонта. Он рассматривал розовую линию с видом эксперта определяющего стоимость картины на аукционе. Прошло еще какое время и наконец Денни сказал: — Знаешь, Сандра, по-моему, тебе не следует так уж сильно драматизировать свою жизнь. Да жизнь грустна, да порой она лишена всякого смысла, да она лишена какого бы то ни было постоянства, но ведь у тебя есть я, а у меня есть ты. И это большая, большая удача, что мы есть друг у друга. Сандра посмотрела на Денни и улыбнулась. И дальше они шли молча, и каждый думал о своем. Сандра думала о розовой полосе над горизонтом. И потом она вдруг сказала: — Знаешь, Денни, у каждого в жизни должна быть такая вещь, на которую можно посмотреть в минуту отчаяния и успокоиться. И вот эта розовая линия над горизонтом, как раз может быть такой вещью. — Разве розовая линия над горизонтом, это вещь, Сандра?, — скептически спросил Денни. — Да, это вещь, — ответила Сандра. И Сандра с Денни продолжали идти по дороге, в сторону холмов, и они поднялись на холм, и увидели перед собой большую плоскую равнину. Вдалеке над линией горизонта висело солнце, от него во все стороны расходились розовые лучи. — Вот тебе истинная причина той розовой полосы, о которой ты спрашивала. Это закат солнца, — сказал Денни. И Сандра разревелась. И она рыдала сорок минут, и Денни не знал, как ей помочь. Он был сам был в отчаянии. Его сердце сжималось от боли за Сандру, но он не знал, что ему делать. Денни сел на землю, обхватил голову руками и стал смотреть вперед, в сторону гори-

[54]

Альманах «Двери» №5. 2012

зонта. Там над равниной была натянута розовая линия заката. Денни сидел и смотрел на розовую линию. И вдруг, он успокоился. Ему стало очень хорошо. Он обернулся и увидел, что Сандра тоже успокоилась. Она сидела за его спиной и тоже смотрела на розовую линию над горизонтом и ей тоже было хорошо. Пауза. ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. Ну, а вот, а сейчас пришло время рассказать, о том, как все это закончилось. ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Под выражением «все это закончилось», мы имеем в виду, что закончилось вообще все. ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. Да. И сейчас я расскажу вам о том, как умерла Сандра. Она умерла так. После того, как Маргарит сообщила своему мужу Альберту о том, что она всю жизнь была любовницей его лучшего друга Денни, а вы помните, что на самом деле это было не так, это была просто шутка, потому, что Маргарит была женщиной... Ну так, вот. Сообщение о том, что Денни и Маргарит якобы любили друг друга, подействовало на Альберта очень странным образом. Он нисколько не расстроился тому факту, что женщина, с которой он прожил пятьдесят два года, оказывается всю жизнь ему изменяла. Наоборот, Альберт очень обрадовался сообщению Маргарит, потому что теперь он окончательно и бесповоротно убедился, что любовь может быть только взаимна. И тогда, он решил пойти к Сандре и сказать ей перед смертью, что она ошиблась, думая, что любовь бывает и невзаимной, что он Альберт всегда любил ее и что, это значит, что их любовь была взаимной. Что настоящая любовь бывает только взаимной. Он хотел, чтобы Сандра умерла с этими мыслями, потому что это очень важно. И он отправился к Сандре и застал ее еще в живых, и он сказал ей о том, что он ее любит и всегда любил, и еще в качестве дополнительного примера он рассказал ей о Денни и Маргарит, так что перед тем как умереть Сандра узнала, что Денни ей всю жизнь изменял и оказывается, что все эти его трогательные слова, какие он произнес перед смертью все это было просто вранье. И что оказывается, Денни не был таким человеком, который никогда не врет. И этот его рассказ об инопланетянах это тоже всего лишь вымысел. И вот с этими мыслями Сандра умерла. ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. А сейчас я расскажу вам, о том, как умерла Маргарит. Мы все помним, что Альберт успел навестить Сандру перед смертью и рассказать ей много интересного. И вот, Альберт вышел от умирающей Сандры с ощущением выполненного долга и отправился домой. Подойдя к своему дому, он решил посидеть немного на террасе. И он прошел на


террасу, и посидел там немного в плетенном кресле. И вот сидя в плетеном кресле на террасе, он вспомнил, как почти пятьдесят лет назад здесь на этой самой террасе, Денни рассказывал ему о своей любви к Маргарит. И Альберт подумал, что вот, все-таки оказалось, что Денни обманывал его, ведь все-таки оказалось, что Денни был любовником его жены. Альберт ведь еще не знал, что Маргарит пошутила, он думал, что у Денни и Маргарит был роман. Но, при этом Альберт, почему-то не сердился на Денни. Он очень любил и уважал Денни. К тому же Альберт представил, как тяжело было Денни и Маргарит скрывать свою любовь, он представил, сколько им пришлось выстрадать из-за этого. Альберт был очень, очень хорошим человеком. Он сидел в плетеном кресле на террасе и вспоминал те слова, которые Денни говорил здесь пятьдесят лет назад. Он вспомнил, как Денни говорил о Маргарит. И он вспомнил Маргарит. И он вспомнил, какая она была красивая женщина. И он вспомнил ее молодую, вспомнил ее жесты, ее походку. Ее губы. Ее дыхание. Он вспомнил тело Маргарит, ее фигуру, вспомнил все ее линии и изгибы. Он вспомнил ее нежность. Ее ум. Маргарит была очень добрым, умным, тонким человеком. Когда она входила в комнату, все как будто освящалось ее красотой. Маргарит была очень простым человеком. Она не кокетничала, она говорила довольно просто и смотрела в глаза человеку, с которым разговаривала. Правда, она была остра на язык, иногда она любила над кем-нибудь подшутить, но ей все прощалось, потому что в Маргарит, всегда присутствовала любовь к людям. И Альберт подумал, что все-таки ему здорово повезло с женой, и что все-таки хорошо, что они с Маргарит вместе, и как прекрасно будет сейчас прийти домой, обнять Маргарит, прижаться к ее щеке своей щекой... И вдруг, Альберт, вскочил, его просто осенила пришедшая ему в голову мысль. Он вдруг, подумал: «Господи, что я наделал, я ведь люблю ее!» И тут Альберт понял, что вся эта его сегодняшняя любовь к Сандре, все это просто поздно нахлынувшая романтика престарелого дурака. Что ведь, он прожил с Маргарит пятьдесят четыре года, и был счастлив с ней. Что это ведь и была любовь. Что он всегда любил и любит Маргарит. Мать его детей. Прекрасного человека. Удивительную женщину. Это и есть любовь! Что же это еще?! — Я люблю ее, — прокричал Альберт. Он вдруг, понял, что слова Сандры просто пробудили в нем спавшие романтические чувства, слова Сандры пробудили в нем молодость. Это просто молодость вдруг, откликнулась в сердце восьмидесятилетнего старика. Конечно, он никогда не любил Сандру, даже тогда, когда восхищался ей после того, как она плакала из улитки. Он никогда не любил Сандру, а только иногда восхищался ею, а любил то он всегда только

Маргарит. И действительно было так! — Что же я делаю, старый я пердун?!, — воскликнул Альберт, — ведь я же люблю тебя, Маргарит. И он бросился к дому, чтобы поскорей увидеть Маргарит и упасть перед ней на колени и во всем признаться. Но вдруг, он на секунду остановился. Его остановила еще одна мысль, возникшая у него в голове, значит, любовь может быть и не взаимна? Ведь Маргарит, любила Денни? — Но ведь я люблю ее, — вдруг закричал Альберт, — но ведь я люблю ее, — закричал Альберт, — я люблю ее, — кричал Альберт, — к черту все концепции, я люблю тебя, — во весь голос прокричал Альберт и побежал к дому. — Я люблю тебя, Маргарит, — войдя в дом, прямо с порога прокричал Альберт. Короткая пауза. Дверь в спальню была закрыта, к двери канцелярскими кнопками был прикреплен кусок бумаги, на котором карандашом было написано: «Дорогой, прежде чем войти в эту комнату знай, я там повесилась. Маргарит» Альберт открыл дверь в комнату. Там на веревке, в петле висела Маргарит. Она уже умерла. Пауза. ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Сейчас я расскажу вам, что было дальше. Дальше было вот, что. Альберт вызвал полицию и врачей. Он не стал вынимать Маргарит из петли, думая, что так будет лучше для полиции, для расследования причин смерти. Хотя если честно, он просто боялся прикасаться к Маргарит. Что же касается расследования причин смерти, то эти причины слишком глубокие, чтобы они могли быть понятны следователю или доктору. Официальная причина смерти, как будет объявлено позже — самоубийство. На столе лежало предсмертное письмо Маргарит. Альберт взял письмо, вышел из дома, прошел на террасу, сел в плетенное кресло, открыл письмо и стал читать: «Дорогой Альберт. Я решила это сделать, потому что я окончательно перестала понимать, как тут все функционирует. Я не понимаю из чего тут все складывается, что из чего вытекает. Я не вижу причин, по которым все развивается. Я не нахожу закона. Я не нахожу постоянства. Должно же быть какое-то постоянство, Альберт? Ведь, должно же быть хоть какое-то постоянство в этом огромном переменчивом космосе, Альберт? Ведь должно же быть хоть какое-то постоянство, в этом переменчивом космосе, Альберт…?». И дальше, целый лист бумаги был исписан только это фразой. Видимо пока Альберт был у Сандры и рассказывал ей о своей любви и о том, что

Альманах «Двери» №5

[55]


читка: иван вырыпаев

Маргарит и Денни были любовниками, все это время Маргарит сидела за столом и писала: «Ведь должно же быть хоть какое-то постоянство в этом переменчивом космосе?». Весь лист с двух сторон был исписан только этой фразой. И в конце, листа было написано еще несколько строк вот они: «Любовь может быть и не взаимной, потому что я всю жизнь любила тебя Альберт. Я люблю тебя. Ты не виноват в моей смерти. В моей смерти виновато это проклятое непостоянство. Прости. Прощай». Пауза. ВТОРОЙ МУЖЧИНА. А теперь нам осталось узнать, как умер Альберт. После смерти Сандры и Маргарит Альберт прожил еще десять лет. Он умер, когда ему было девяносто четыре года. Он умер так. Поздно вечером Альберт сидел на террасе в своем плетеном кресле. Было уже темно, и Альберт смотрел на звезды. От старости он плохо видел, и все звездное небо, сливалось у него в одну мерцающую голубым светом кашу. И вот Альберт сидел и смотрел на эту мерцающую голубым светом кашу, и вдруг, он вспомнил последнюю фразу Маргарит о том, — что должно же быть хоть какое-то постоянство в этом переменчивом космосе? Альберт произнес эту фразу вслух, как будто задавая вопрос самому космосу, который был развернут перед ним в виде голубой мерцающей каши. — Ведь должно же быть хоть какое-то постоянство в этом переменчивом космосе?, — спросил у космоса Альберт. И в эту самую секунду его сердце остановилось. Вот, так умер Альберт. ВТОРАЯ ЖЕНЩИНА. И все это закончилось. ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА. До свидания. Мужчины и женщины, встают и уходят со сцены. ЗАНАВЕС

[56]

Альманах «Двери» №5. 2012


Одна Одна страсть страсть нанадвоих двоих и Таня Романовские,актрисы актрисы Аня иАня Таня Романовские, студенческого экспериментального студенческого экспериментального театра artvoyage театра artvoyage Фотографии Романа Стриги strigaroman.livejournal.com

Фотографии Романа Стриги strigaroman.livejournal.com


Аня

1 2 3 4 5 6 7

Моя сестра – самая лучшая.

В театре я больше всего люблю общую идею, которая делает нас всех единым целым. Мой театр сделал меня такой, какая я есть. Мой герой – Мама. Это тот человек, на которого я равняюсь, и буду делать это всегда. Быть или не быть? Конечно, быть, иначе зачем мы здесь? Я завидую маленьким детям, так как у них все еще впереди. Я хочу много-много путешествовать.


Таня

1 2 3 4 5 6 7

Моя сестра – моя вторая половинка. В театре я больше всего люблю труппу. Мой театр самый дорогой. Мой герой – это мой любимый молодой человек. Быть или не быть? Конечно же быть, да еще как быть. Я завидую… Нет, я не завидую и вам не советую. Я хочу, чтобы мои близкие были самыми счастливыми.


8 9 10 11 12 13 14

Когда я вижу нового человека, я ему улыбаюсь. Я никогда не летала на самолете

Я боюсь разочаровать своих друзей и близких. Я могу влюбиться в кого угодно. Я улыбаюсь, когда приходит весна и светит солнышко. Я верю в то, что все люди добрые, а их плохие поступки имеют оправдание. Если бы я была мужчиной, у меня было бы, наверное, меньше загонов.


8 9 10 11 12 13 14

Когда я вижу нового человека, первое, что меня интересует, это глаза, ведь «глаза ��� зеркало души». Я никогда не потеряю лучшего друга, ведь это моя сестра. Я боюсь насекомых.

В танце я могу выплеснуть все свои эмоции. Я улыбаюсь, когда... Да я всегда улыбаюсь. А мой смех мои друзья узнают издалека. Я верю, что добро побеждает зло.

Если бы я была мужчиной, почти ничего бы не изменилось. И вообще никогда не было желания стать мужчиной.


колонка алексея стрельникова

театральные глаголы

Как принято говорить о театре? Что в театре делают? В театре «бывают». Говорят: «Я вчера был в театре». Или еще «ходят»: «Мы ходили в театр с классом», —так можно услышать от дочери. Театр, таким образом, воспринимается как место, как здание. В то же время в Минске собственно театральных зданий немного, в большинстве своем они перестроены из кинозалов и актовых залов. Здание Купаловского театра строили как своеобразный городской ДК (зрительный зал специальными механизмами выравнивался со сценой и можно было устраивать балы, танцы). Или, например, акустику Русского театра многие объясняют тем, что в синагоге (из которой перестроили театр) звук должен идти от центра к краям. Может, это и правда, с акустикой там действительно проблемы.

Но театр ведь не «слушают»? Если вернуться к нашим глаголам, то спектакли «смотрят»: «Я еще не видел новой премьеры Гарцуева...» Это уже мое личное признание. В смотрении спектаклей в театре есть своя специфика. Не так, как смотрят телевизор или футбол — там всегда

[64]

Альманах «Двери» №5. 2012

есть акцент, точка, привлекающая внимание. Спектакли мы скорей рассматриваем, как картину. Следим за актерами. Воспринимаем реплики, реагируем. Это происходит, так не говорят, но на самом деле мы занимаемся в театральном зале именно этим. Восприятием. В силу собственных способностей чувствовать, и в силу способностей увлечь тех, кто взялся нас развлекать. В театре «развлекаются»? Так тоже не говорят. У нас даже не говорят, что ходят в театр за развлечениями. За развлечениями ходят в ночной клуб, казино, ресторан, на футбол. Хотя классик сказал, что театр должен сначала развлекать, а уже потом все остальное. И все же нет, определенно мы не ходим в театр развлекаться. Мы ходим за духовностью, так, во всяком случае, говорят о театре в  интервью серьезные люди. Хотя после спектакля мы говорим: «Мне спектакль понравился». Странно, да? Другие «духовные» места мы так не оцениваем. Не говорят же «мне понравилось» после службы в церкви или после лекции в университете. Оставим вопрос духовного удовольствия для другого раза. Заметим лишь, что противоречие тут есть. Мне не хватает глаголов активного залога, вот что. Есть такие идеи, что зрители — сотворцы спектакля, что они создают театр вместе с актерами. Актеры сами говорят об атмосфере зрительного зала. При этом они репетируют спектакли месяцами, а  у  зрителей атмосфера получается вдруг. В умных книжках театр описывается как общественное действие. Люди собираются в условленном месте в одно время. Вместе смотрят, реагируют, хлопают... Быть зрителем — значит «делать» театр.

Через два дня после презентации этого выпуска Альманаха я  буду сдавать свою магистерскую дессертацию на тему «Особенности развития современного любительского театра Беларуси в начале XXI века». Отучившись год в  магистратуре, театроведом я, конечно, не стал. Для этого нужно учиться 5 лет в академии, больше читать театроведческих трудов, смотреть больше спектаклей наших государственных театров. Но магистратура зря не прошла. Благодаря моему научному руководителю Галине Владимировне Алисейчик я смог посмотреть на любительские театры под другим

углом, успел поверить в них, разочароваться и снова поверить.

Результатом моего научного исследования станут новые проекты «Дверей», материал в  следующий номер альманаха и конфедератка магистра. Четырехуголка  — отличный пример рекламного зомбирования! Сколько наивных студентов поступило в магистратуру только

ради того, чтобы сфотографироваться в конфедератке!


колонка сигаль

Шаноўны Анатоль Вікенцевіч! Гэтую калонку я прысвячаю Вам, мой настаўнік. Дзякуй Вам за тое, што аднойчы падышлі да мяне ў  Акадэміі мастацтваў, даведаўшыся аб тым, што я граю ў аматарскім тэатры, і проста спыталіся, якія я  мовы ведаю і ці не жадаю пайсці да Вас у  магістратуру Акадэміі навук. З таго часу ў мяне з’явілася вялікая мэта ў жыцці. Дзякуючы Вам я шмат спазнаў, працягваю і  буду спазнаваць таямніцы гісторыі беларускага тэатра, яго слаўнае мінулае і сучаснасць. Вы заўсёды ставіліся да мяне з павагай і спачуваннем, цікавіліся поспехамі і маім жыццём увогуле. Анатоль Вікенцевіч, Вы мяне пазнаёмілі з неверагоднымі людзьмі. Нават пасля Вашага адыходу ў іншы свет Вы працягваеце пакідаць для меня прыемныя сюрпрызы. Вельмі сімвалічна выйшла, што мы з сябрамі без задняй думкі пачалі ствараць тэатральнае выданне, як колісь Вы, Анатоль Вікенцевіч, рабілі часопіс «Тэатральная творчасць». Канешне, наш лічбавы альманах не можа параўнацца з Вашым часопісам  — розныя фарматы і мэты, але з’явы ўсё адно блізкія. Толькі пасля Вашай смерці я пачаў адкрываць для сабе, колькі ж Вы на самой справе зрабілі дзеля тэатра і людзей. Сваю гісторыю мне распавёў дэкан тэа-

тральнага факультэта Беларускай дзяржаўнай акадэміі мастацтваў, прафесар, заслужаны артыст Рэспублікі Беларусь Уладзімір Андрэевіч Мішчанчук. Я нават і не ведаў, што гэта менавіта Вы прывялі яго ў 1964 годзе на пасаду загадчыка кафедры майстэрства акцёра і рэжысуры з пасады дырэктара тэатра ў Гародне. Насамрэч, гэта было вельмі рызыкоўнае рашэнне, бо, як казаў сам Уладзімір Андрэевіч, ён ў той час быў хлопцам з правінцыі, якога раптам прапанавалі на такую адказную сталічную пасаду. І Вы не памыліліся. За амаль чвэрць века Уладзімір Андрэевіч вырас да дэкана факультэта. Шмат чаго добрага аб Вас казалі прадстаўнікі Саюза пісьменнікаў, супрацоўнікі дзяржаўных органаў, адказных за культуру. Вельмі горача адгукнуўся заслужаны дзеяч культуры Рэспублікі Беларусь, доктар філасофскіх навук, прафесар Вадзім Аляксеевіч Салееў. Цікава было пачуць, як Вы жылі з ім разам у Гомелі на кватэры падчас выяздной тыднёвай сесіі ў гомельскі тэатр у  якасці крытыкаў. Вадзім Аляксеевіч казаў, што за гэты тыдзень ён з  Вамі вельмі моцна пасябраваў, што вы разам ночы праводзілі ў размовах аб жыцці, аб тэатры, аб вялікіх постацях з гісторыі айчыннага мастацтва. Вельмі шмат часу Вы аддалі тэатру і навуцы. Вынік — кнігі, якія сталі класічнымі для тэатральнай моладзі і якія доўга ніхто не зможа пераўзысці. І, што мне вельмі лягло да сэрца, высвятлілася, што Вы, Анатоль Вікенцевіч, вельмі цікавіліся аматарскім тэатральным рухам. У межах Вашых цікавасцяў былі школьны, студэнцкі, народны тэатры. На жаль, я не ведаў гэтага падчас нашай з Вамі працы, мая віна, што не паспеў запытацца. Вы былі выбітнай асобай, Анатоль Вікенцевіч, і ў той жа час вельмі сціплым і інтэлігентным.

Паходжаннем з простай сям’і з-пад Дзяржынску, Вы пайшлі за сваёй марай, ўпартай працай ажыццявілі яе і ўсё сваё жыццё дапамагалі іншым ажыццяўляць іх мары, нічога не патрабуючы ўзамен. Дзякуй, Анатоль Вікенцевіч, за штуршок да таго, чым я займаюся зараз і ад чаго атрымліваю асалоду. ем пра

Мы захаваВас светлую памяць.

анатоль вікенцевіч сабалеўскі

(27.05.1932–06.04. 2012). доктар мастацтвазнаўства, прафесар, тэатразнаўца, літаратуразнаўца, крытык, празаік. ганаровы доктар навук ташкенцкага

інстытута мастацтваў, акадэмік міжнароднай акадэміі навук аб прыродзе і грамадстве, лаўрэат

міжнароднай прэміі unity,

рэспубліканскай прэміі ім. к. крапівы.

аўтар больш за дзесятка кніг аб тэатры і дзеячах тэатра,

складальнік і рэдактар тэкстаў і каментароў «хрэстаматыі па

гісторыі тэатра і драматургіі» (у

4-х тамах), галоўны рэдактар энцыклапедыі «тэатральная беларусь» (у 2-х тамах). рэктар

беларускай дзяржаўнай акадэміі мастацтваў

(1984-1989).

Альманах «Двери» №5

[65]


за кулисами


Недалеко от станции метро Институт культуры в обычной многоэтажке есть квартира. Здесь пьют чаи, валяются ночи напролет на полу, придумывают, громко поют песни хором, смеются. Включают, когда стемнеет, свои синие огни на потолке. Здесь кот, который был Кубой, но оказался мальчиком и  его быстро переименовали в Кубика. Кот-бунтарь, бросающийся на все, что шевелится, и не сидящий на месте. Сюда сконцентрированно тащат двери, дорожные знаки, тележки из гипермаркетов, за которыми не уследили. Это основная база театра «Вкубе». Театра семейного типа. Текст Кати Карпицкой Фотографии Мари Якимович

также использованы фотографии Дмитрия Велесквича, Марины Пашковской и фото из архива театра.


за кулисами: театр

«вкубе»

4 ноября 2009 троих студентов Белорусского Государственного университета культуры и искусств Вадима Павловского, Дарью Кончиц и Веронику Оганисян свел вместе случай. В университете проводился стандартный конкурс студенческих талантов. Университет культуры величает его «PROявление». Себя показать и  на других посмотреть. С помощью предварительного кастинга режиссеров, вокалистов, хореографов и менеджеров формировали творческие группы. Веронике нужна была скидка по учебе, Даша отлично пела, Вадим пошел на кастинг по приколу — у каждого была своя мотивация. В одну группу их объединили по принципу «все немного того». Вероника: «4 ноября 2009 нас зачисляли в списки. В одной аудитории сидело человек пятьсот. И вот называют. Команда № 1: Вадим Павловский (ну, я его знала, в него много лет была влюблена моя подруга). Дарья Кончиц. Встает Да-

[68]

Альманах «Двери» №5. 2012

рья Кончиц, очень сомнительная личность. Потом называют меня. Я дико стеснялась, была обвешена гитарой, барабаном, портфель, сумка, еще что-то. Встала с грохотом. Мы вышли в коридор и познакомились». Две недели они готовили выступление в попытках создать хоть что-нибудь. Подключили друзей. Создали, да так, что после первого дня конкурса их исключили, лишили права выступать во второй день. Вероника: «Это был мой первый режиссерский опыт, а у ребят — актерский. Да, возможно на «Коробке с карандашами» мы немного переборщили: у нас все это закончилось скорой помощью для одного из актеров. Но мы до сих пор вспоминаем это выступление как одно из самых лучших». Где-то сверху кто-то включил кнопку «щедрость», и ребятам все же дали номинацию «НЕФОРМАТ». Они успели зарекомендовать себя как очень странный коллектив, хотя коллектива как такового еще не было.


Название придумывалось на ходу и спонтанно. Вскоре эта самая спонтанность станет внутренней традицией. От организаторов поступило требование: названию и слогану к 12-ти быть. Но не так-то просто было троим, пусть и мыслящим в одном русле, молодым людям прийти к окончательному варианту того, с каким названием поплывет их корабль. Они овощами лежали на диване и просто выбрасывали в воздух какие-то слова, которые через пару секунд забывались. А потом дело случая — кто-то сидел в интернете и обронил: «Классно на Кубе». Подумалось: а ведь действительно классно. И начали они эту Кубу и так вертеть, и этак. Всем зашло. Куб с его гранями и театр «вКубе», открывающий мир за гранями.

Несколько участников «вКубе» — ученики «инжестовской» школы Вячеслава Иноземцева. Именно занятия в «Инжесте» для многих открыли понятие «другого» театра, неакадемического. И с таким театром не захотелось расставаться. Все время, пока они просто ходили в «Инжест» на занятия, как в школу, а в своем театре уже делали и демонстрировали публике спектакли, все было направлено на то, чтобы максимально и в пластике, и в сценографии, и в темах не быть похожими на Вячеслава Иноземцева. Чтобы даже не было намека на кальку и трафаретность. Реплика: «Да у нас и пластики как таковой нет. Нет бурных пластических этюдов, есть просто владение телом». Альманах «Двери» №5

[69]


за кулисами: театр

«вкубе» К странному коллективу начали относиться настороженно. А объявленное творчество без границ загонять в рамки. Ребята согласились на более менее тихое-мирное выступление с их стороны, но особо не рассчитывали на то, что их-таки пустят выступить на втором «PROявлении». Пустили. Но будто ради того, чтобы просто посмеяться. Стилистически выверенный спектакль по песне «Декаданс» Агаты Кристи прямо на сцене как бы случайно был испорчен организаторами. Подводил звук, проектор пускал левые фотографии. Ребята сходились на том, что пора заканчивать «проявляться» и делать что-нибудь самим в удовольствие. Запустился процесс участия, где только возможно: фестивали, «халтуры», выставки и т.д.

Они планировали выступить только на «Проявлении», а вышло, что выступления как начались, так и не заканчиваются. Тут позовут выступить, там сами. После периода затишья и многочисленных уходов из коллектива было жаркое лето 2011. Люди попадали в «вКубе» через дружбу: с кем хорошо общались, того и брали. Исключение из этого товарищеского правила только, наверное, Сергей Кадров, который был сумасшедшим, да и мальчиков всегда не хватает. И Виолетта Никитик с Любой Клок, которые прежде, чем стать частью этой семьи, просто убирали после выступлений ребят сцену. Бывало, что для массовости брали и всех подряд, но такое редкость. В «вКубе» нет случайных людей. Как нет здесь и кастинга или какого-то еще мудреного отбора. Здесь никто не умеет садиться на шпагат и ходить на руках. Тут не водятся супергерои из «Человека-паука» и «Приключений Геракла». Главное — внутренний заряд и готовность рисковать. Реплика: «У нас близкие люди для души, с которыми мы и за театром постоянно общаемся. И стараемся вместе создавать творчество».

[70]

Альманах «Двери» №5. 2012


Тренируются «вКубе» по системе «солянки» — синтеза всего, что было услышано от театралов, увидено в видеороликах и получено из мастер-классов. На их взгляд, такая методика уже помогла достичь «средненького» уровня. Поэтому, если в коллектив приходит новичок, наполнение репетиции смешивается: часть повторения, часть новых упражнений. Реплика: «В целом — это вырванные кусочки. Плохо, когда занимаются чем-то одним. Например, акробатикой. Когда есть только акробатика либо только танцы, теряется актерское мастерство. Когда остается одно актерское мастерство, абсолютно теряется пластика. Одно время мы так долго практиковали танцы буто, что тело стало неспособно на резкие движения. Поэтому нужно совмещать разные по характеру действия тренинги».

Альманах «Двери» №5

[71]


за кулисами: театр

«вкубе»

Самая главная традиция «вКубе» — это готовиться к выступлению за ночь. Чтобы не было времени курить бамбук и образовывать любовные треугольники. Радикальные сроки на подготовку дисциплинируют и подстегивают. Особенно показательны в этом плане ранние репетиции над спекталем «25-й кадр». У них не было ни площадки для репетиций, ни квартиры. Было офисное помещение на Кунцевщине, от которого Веронике достались ключи. Они ждали, пока уборщица вымоет полы и уйдет и чудесным образом к 00-00 туда проникали. До пяти утра репетиция шла полным ходом. Отбой — и до восьми все спали один на одном под столами с аниматорскими костюмами лягушек, пиратов. Утром все разъезжались. Те времена вспоминаются как исключительно теплые. Реплика: «Энергии не хватало, и мы друг друга заставляли пить колу, смешанную с кофе. Было достаточно тяжело, каждый переживал такой момент: отпустите меня. Или: нет, нет, не ложись спать, делаем-делаем-делаем». Еще одна из традиций — менять содержание выступления практически перед самым выходом. Репетируют-репетируют, а потом выходят и импровизируют. Собственно, у «вКубе» и нет системы оттачивания спектакля вплоть до минуты. Каждый просто знает, что у него за образ, какие у него рамки, какая манера игры, и с этим работает.

[72]

Альманах «Двери» №5. 2012

Случается, что импровизировать приходится нехотя. Зрители очень активно и даже агрессивно вмешиваются в процесс, гнут свою линию и нужно выкручиваться. Как одно из таких «непредвиденностей» ребята вспоминают совместное с «Зорькой» выступление в клубе «Re:Public». Туда пришли только друзья и друзья друзей, но это не помешало тем, кто на сцене, и тем, кто по ту ее сторону, чуть ли не подраться. Перца этой истории придает коллектив «Зорька», который продолжал себе играть в своих черных пакетах на голове и не замечал, что все давно пошло не так, как, по идее, должно быть. А одна звезда из «Зорьки» и сама начала непредвиденно импровизировать: с кем не бывает, дрябнули лишнего. А еще «вКубе» никогда не показывают одну вещь более одного раза. Могут повторяться костюмы, декорации, образы, но не тема и общая концепция. Только спектакль «25-й кадр» они повторили, первый раз заявив о нем на фестивале «Двери», а второй раз уже через год в обновленном и дополненном виде на сцене Дворца искусств. Нужен же был, в самом деле, уже полноценный репертуарный спектакль, который бы смог их презентовать. Теперь такой есть. Реплика: «Когда тебя узнают только потому, что у тебя все выступления одинаковые — это очень плохо».


Если вы видели хотя бы парочку спектаклей «вКубе», то вполне могли лицезреть их в белых трусах и  майках. Бюджетный вариант — скажете? Просто голыми выступать нельзя, а хочется, поэтому используем хотя бы такой минимум — ответят они. А еще это унисекс и оптимально. В таком обмундировании можно играть и медсестричек, и коммунистов, и пионеров. Часто мелькающая на выступлениях красная краска, символизирующая кровь — просто очень кра-

сиво. Они никогда особо не загоняются вопросом «что это значит?». Возникновение такого вопроса в коллективе является признаком плохого тона. Они больше визуальщики, чем дотошные философы. Но в картинках, которыми они делятся из своей головы, философии от этого не меньше. Реплика: «Мы как минимум визуально красиво стараемся выстроить композицию. Чтобы если человек не понял глубины или устал от этой глубины, он хотя бы визуально воспринял какую-то картинку».

Альманах «Двери» №5

[73]


за кулисами: театр

«вкубе»

«вКубе» не ставят тексты, они ставят свои вопросы. Не то чтобы они садились за стол и выносили вопросы на обсуждение. Просто каждому что-то болит или зудит, и часто это «болит» и «зудит» одинаковое у большинства. Одно время они загонялись по Гагарину. Отчего бы не запустить его в Космос? А когда их стала преследовать морская тема, на сцене появились морячки-утопленницы. Каноны той режиссуры, что им проповедуют в Университете культуры, им скучны. И именно в своем театре они могут позволить себе нарушать правила. У нас в стране в принципе с новациями скучно. Свежим дыханием, наверное, может похвастаться только пластический театр. Кругом — непаханое поле для открытий. «вКубе» пытаются менять сложившуюся

[74]

Альманах «Двери» №5. 2012

ситуацию, экспериментируют над собой, над своим сознанием. Смешивают костюмы и краску, отсутствие костюмов, живую музыку и голос. Реплика: «Просто очень много плохого театра вокруг и от этого хочется оттолкнуться и развиваться в противоположном направлении. То, чем мы здесь занимаемся, в Европе — это нормальная практика. Там все пробуют и с телами, и с метафизикой, с теми же визуальными решениями. Очень часто в интернете натыкаешься на ролики с фишками, которые ты думаешь, что придумал, а их там уже активно используют тридцать лет и живут на этом. А очень хочется показывать это и здесь. Может, мы много на себя берем с такими заявлениями, но здесь есть люди, которые хотят это видеть. У нас театры в угнетенном состоянии. Хочется брать и показывать народу, что у нас есть много чего интересного».


Ребята признаются в том, что раньше они делали исключительно то, что нравилось только им. Сейчас ищут баланс. Если уверен, что придут «свои» люди, можно и покрепче что-нибудь сделать. А вот перед маленькими детьми, само собой, кровью плеваться не будешь. Проект, изначально провокационный, не теряет этой своей острой стороны. Их нередко не понимают и бросают вслед реплики типа «ой, что это

за уродцы?» или «я попала в секту». Такой далеко не мягкий и пушистый театр у многих вызывает реакцию отторжения. Но есть тот маленький процент людей, которые принимают даже самые крепкие «кубовые» дозы на ура. Реплика: «Люди мало думают. Все, что мы делаем, воспринимаемо, просто нужно подумать, а не ждать, что со сцены тебе все разложат по полочкам».

Альманах «Двери» №5

[75]


за кулисами: театр

«вкубе»

Как и любому самостоятельному театру, «вКубе» не хватает техники, реквизита. Очень часто от многого из того, что придумывается, приходится отказываться по материальным причинам. Душа, конечно, просит разгуляться, костюмов там крутых, техническое оборудование, но если нет этого, выкручиваются и еще как. Ребята признались по секрету в одном из своих грехов: присваивать себе то, что плохо лежит. Таким образом в один из поствыступленческих вечеров тележка из «Короны» обрела новых хозяев. И никакие там два милиционера не смогли этому помешать. Грамотный друг-юрист театра смог убедить людей в форме в том, что этим ребятам в гриме тележка нужна для благих целей. Все ради искусства, ни граммом меньше.

[76]

Альманах «Двери» №5. 2012

Они не привередливы и в плане площадок для выступлений. В природе, наверное, не существует такого места, куда бы не согласилась ступить нога «кубов». На одном выступлении в маленькой квартирке ванная и туалет заменили кулисы и ничего. Единственное, что может остановить «вКубе» — это отсутствие идей и блеска в глазах. Несмотря на общие перепады настроения, у них ведь есть фанатичный режиссер Вероника, голосистая Даша, сумасшедший Сергей, космонавт Катя, друг Света… Именно поэтому прекращение существования «вКубе» невозможно. Оно за гранью.


Альманах «Двери» №5

[77]


представления продолжаются

Импульс театра «ИнЖест», или что было «…После» По уже сложившейся традиции навещать добрых друзей движение «Двери» в один из морозных вечеров собрались в КЗ «Железнодорожников», чтобы увидеть уникальный спектакль «…После» пластического театра «ИнЖест». Его премьера состоялась 29 апреля 2006 года в минском ТЮЗе, а само рождение идеи приходится на апрель 2001 года, когда Вячеслав Иноземцев и Галина Еремина осуществили импровизационный перформанс на открытии «Арт-сессии» в Витебске. Название постановки «…После» наводило перед началом действа на размышления

о существовании той самой черты «после», пограничья между жизнью и неведомым

миром.

Однако человек живет непрерывно, развивается, совершает выбор, то есть границы может и не быть.

Текст: Таня Дячок Фотографии: Мари Якимович


пластический театр

«инжест» — «...после»

Пограничное состояние человека показывается режиссером в своеобразной пространственной организации действия: главной идеей, темой и персонажем «… После» становится пожарный занавес. Плоскость разделена на горизонтальную и вертикальную, что напоминает координатную ось, где встречаются категории места и времени. Занавес становится двухмерной сценой, на которой располагаются точки-люди. Тем, что сразу выделило спектакль, стало использование принципа провокации зрителя: в «…После» присутствует два варианта начала и четыре финала. Так, по ходу действия появлялись веселые разряженные школьницы с колокольчиками, которые вдруг показывали приемы карате, ведущий, будто сошедший с экрана гламурного телешоу, дедушка, подбирающий

[80]

Альманах «Двери» №5. 2012

ворох оставшейся одежды, артисты на ходулях и бородатый рыцарь с огромным мечом будто из средневековья. Реакция зрителей на все происходящее вокруг них варьировалась от улыбок и любопытства до недоумения и неприятия. Удивило начало спектакля, когда в темном зале послышались крики и стук в дверь: кто-то быстро бегал из одного конца помещения в другой. Эффект, который произвела эта сцена, был ошеломляющим, ведь темнота заставляет ощущать беспомощность, скованность, собственную уязвимость, одиночество, страх и даже панику. Артисты пытались открыть двери и выбежать из зала, который вдруг стал «клеткой». Через некоторое время можно было увидеть на сцене, как на полу из маленькой пульсирующей, буд-


то сердце, точки-искры, медленно растущей и превращающейся в движущийся комок тел «биомассы», отделился человек. Он еще не очень твердо стоял на ногах, зажег факел. Он выпрямился и с огнем, подобно Прометею, устремился дальше, освещая путь другим. Герой еще смутно всматривался в будущее, будто пытаясь осознать себя, будто предчувствуя обреченность на страдание и искупление. В постановке задействовано четыре основных актера, коим присвоен общий эпитет «Избранные». С появлением на поверхности занавеса светового пучка, его рождением и превращением в огромную по масштабам силу, Избранные вынуждены подчиняться неведомой силе, совершая против своей воли все, что требуется, под угрозой наказания. А некое существо, словно пи-

таясь от жизненной силы и страха Избранных, посылая электрические разряды и сталкивая их тела, только набирается сил и увеличивается в размерах. Отдавая приказы, «высшее существо» заставляет людей занять предназначенные места и осваивать их, пока не будет дана новая команда. Наблюдающего за страданием и безвольным подчинением человека неизвестной силе невольно охватывает ужас от того, что будто в зеркале он видит себя, ведь в жизни так часто встречаются отношения «власть — подчинение», «принуждение — безволие». Образ «высшего» существа вобрал в себя все, что может ограничить свободу действия человека, превратить его в безличную единицу. Тема жизни как игры очень ярко показана с приходом «ведущего», шоумена, разбрасывающего конфетти,

Альманах «Двери» №5

[81]


пластический театр

«инжест» — «...после»

который заменяет собой «высшее существо», однако, в сущности, ничего не меняет. Занавес превращается в импровизированный лабиринт, буквально начиненный кладами, ловушками и подстерегающими опасностями. Существуют правила и условия игры, уклоняться от которых невозможно, ведь человек уже включен в нее. Скорость нарастает до предела, и в один момент, комичный или нет, решать зрителю, система исчерпывает себя, выходит из строя, зацикливается. Символической является одна из основных завершающих сцен, когда погрузившийся во тьму зал освещают лишь отлетающие от тел Избранных огоньки «душ». В это мгновение возникает покой от того, что бешеная гонка окончена и настал момент истинного просветления, за которым находится совершенно

[82]

Альманах «Двери» №5. 2012

иной мир, не обремененный ничем, наполненный легкостью и светом. Действие не заканчивается даже на двух предложенных финалах. С пионерками герои истории и продолжают танец под музыку, по коридорам к сцене проходит шествие музыкантов, а публика вместо ожидаемых поклонов артистов остается один на один с собой. Границы, так умело продуманные и выстроенные, разрушены, реальность со сцены переходит в реальность зрительного зала. Остается чувство потерянности и беспомощности от столкновения с переполняющими эмоциями и мыслями. Удивление. Я. Но спектакль продолжается и после конца, с карнавалом, безумными танцами и шаманской музыкой вне зрительского зала...


Безусловно, не может существовать единой схемы восприятия и интерпретации спектакля «…После». Для каждого зрителя, пришедшего на постановку, она приобретает свое идейное наполнение. Но понятно одно: то, что несет смысл, проникает в глубины человеческого сознания, выявляя ранее не опознанные зародыши истины или же противоречия. Музыкальное, звуковое и световое решение спектакля, использование видеографики Матвея Сабурова создают целостную картину непрерывности человеческой жизни. Это форма соткана из, казалось бы, разных по оформлению и содержанию сцен и переходов между ними. Невероятная пластика и чувство ритма, рисунок движения тел актеров становятся языком, несущим в себе гораздо больше смыслов, нежели

язык сам по себе. Словно человек с факелом, огнем, переполняющим сердце, зритель вышагивает неторопливой поступью, наблюдая за действом, расшифровывая заложенные коды, невольно попадает в иное измерение, измерение, созданное принципиально особым, иным жестом. После спектакля мы поинтересовались у зрителей, каковы их впечатления от увиденного, и вот что мы узнали…

Альманах «Двери» №5

[83]


пластический театр

«инжест» — «...после»

Анна, студентка Меня больше всего поразили люди на ходулях, такие высокие… Было очень зрелищно и необычно видеть такое в театре. А еще сцена с огнем запомнилась. Василиса, почитатель театра «ИнЖест» Потрясающей спектакль. Я уже несколько лет являюсь поклонницей театра «ИнЖест» и посещаю все их спектакли. Я восхищаюсь тем, как они воплощают свои задумки.

[84]

Альманах «Двери» №5. 2012

Марина, студентка БГУ, филологический факультет: Это очень сложная, но, несомненно, потрясающая вещь. Пластика, техника отработаны просто блестяще. Как и  все действительно стоящие произведения искусства  — неоднозначно и рассчитано скорее на индивидуальные трактовки. Для меня это спектакль о сумбурной человеческой жизни — взгляд сверху; о  замкнутости этого мира, субъективной, обусловленной человеческой психологией, о предопределенности, о феномене власти, об игрушечности этого мира, об одиночестве, о стремлении вырваться и невозможности это сделать, о человеческих страданиях, о метаниях внутри замкнутого круга и  потребности человеческой натуры подчиняться. А еще местами это достаточно жесткая сатира.


Мария Якимович, студентка: Я плохо разбираюсь в театрах. Но мне кажется, спектаклю не хватало целостности. Не было никакого определенного стиля, все части/костюмы/герои были какие-то разрозненные. Бывает, что это хорошо смотрится, а здесь это вообще не вязалось в одно. Не знаю, понимают ли актеры сами, какой смысл они в это вкладывают.

Алёна Иванюшенко, студентка БГУ В этом спектакле меня больше всего поразили две вещи. Первая, это начало спектакля, сделанное с потуханием света и долгим зрительским ожиданием. Этот момент, может быть, скуки, может быть, предвкушения, может быть, еще чего-то, не важно, вдруг прерывается абсолютно естественными стуками в двери людей в обычной одежде, людей, которые сидели рядом с тобой. Секунды, когда невольно думаешь, что чтото случилось нетеатральное, чувствуешь страх или непонимание, а потом ощущаешь на эмоциональном уровне завязку спектакля… Нас обманули, ура! Вторая, эпизод с компьютерной игрой на пожарном щите, по которому бегают человечки. Это пугающее совмещение компьютерных технологий и жизни.

Альманах «Двери» №5

[85]


лекции ф. марронье


Ассоциативный ряд О проведении Всемирного конгресса университетских театров этим летом в Минске узнал от хорошей знакомой. Она сейчас работает режиссером студенческого театра одного из университетов Дижона. Встретившись с ней во время последнего уикенда, я для себя открыл существование не только подобного театрального форума мирового масштаба, но и Международной ассоциации университетских театров — AITA. Скажу прямо, эти известия меня взволновали, ведь я даже не предполагал, что студенческое непрофессиональное движение может быть централизовано на высокопрофессиональном уровне. Придя домой, я взялся за поиски ассоциации. Вскоре наше с ней знакомство состоялось: http:// aitu-iuta.org. Удивительно, но AITA существует не первый год — она была основана в уже далеком 1994 в Льеже (Бельгия). Задачи у ассоциации действительно достойны уважения. Через университетский театр планируется объединять народы, создавать культурные платформы обмена опытом, традициями. Знаете, мне очень импонирует этот космополитизм, потому что еще с детства я мечтал о мире во всем

мире, о том, чтобы Вавилонская башня была все же построена. Потом настала эпоха Вудстока, хиппи, моей молодости, когда эти грезы стали жизненным кредо. И теперь, окончательно повзрослев, я вижу, что моя детская мечта живет в виде целой организации, да еще занимающейся театральным движением. Разве это не прекрасно, друзья? Вернемся к нашим баранам. Сегодня ассоциация проводит свои фестивали во всех уголках мира, от Бразилии до Южной Кореи, от Зимбабве до России. Насколько я знаю, и ваш фестиваль университетских театров «Тэатральны куфар» тоже является одним из «ассоциативных». Размах действия действительно поражает. Но AITA — это не только фестивали. Это еще и мастер-классы, различные встречи и мероприятия. Плюс ко всему мне посчастливилось полистать один из сборников статей, который выпускается издательским центром ассоциации по результатам конференций и фестивалей. На мой взгляд, это очень серьезный подход к делу, ведь сочетание научного подхода и практической деятельности поможет дать наиболее разнообразные ответы на волнующие вопросы и решить задачи организации. Альманах «Двери» №5

[87]


лекции ф. марронье: театральные ассоциации

Членами AITA, как мне удалось выяснить, могут стать все желающие и готовые платить организационный взнос каждый год. После этого они имеют полное право принимать участие во всех мероприятиях и самим организовывать эти мероприятия под эгидой ассоциации. Сегодня руководство AITA и члены ее исполнительного комитета — это 25 человек изо всех уголков мира. Поистине рай для космополитов, утопический уголок на нашей планете. Правда, сам я еще не решил, присоединиться ли мне к этой компании, ведь мой кафе-театр вряд ли сможет вместить целый театральный фестиваль. Хотя для проведения конгресса наподобие этого он вполне сгодится. Пока готовил материал по AITA, неожиданно вы-

уровне. Они выпускают и ежемесячное печатное издание, посвященное федерации, и организовывают практические мероприятия. В общем, не отстают от европейских веяний в области любительского театра. Любопытной и довольно полезной мне показалась информация на их сайте, посвященная издательствам, выпускающим книги на театральную тематику. Хорошая подборка, разнообразная и потенциально полезная для начинающих и не только авторов. В тренде и немцы — BDAT — с англичанами — NODA. Анализ сайтов этих ассоциаций показывает, что их деятельность направлена, прежде всего, на поддержание традиций национальных театральных школ, а также на установление межкультурного диалога.

яснил, что подобные ассоциации существуют и в регионах. Так, во Франции есть своя Национальная федерация любительских театров (Fédération nationale des compagnies de théâtre amateur et d’animation (FNCTA)). Поддерживаемая Министерством культуры и информации Франции и Министерством образования, она в 2017 году отпразднует свой 110-й (!) день рождения! Оказывается, она чуть ли не в 10 раз старше AITA! Я думаю, французская федерация и послужила прототипом для создания льежской компании. Задачи FNCTA, ее методы и структура схожи с бельгийской ассоциацией. Но их главное различие состоит в том, что французы ориентированы на внутренних зрителя и актера, при этом давая последнему возможность показаться и на международной арене. Подробно писать не буду, обо всем вы сможете почитать на интернет-сайте. Не отстают в этом плане и бельгийские театралы. Благодаря их усилиям существует Национальная федерация драматических театров (����������������� Fédération nationale des compagnies dramatiques (FNCD)). Еще одна серьезная структура, поддерживаемая на королевском

Так я открыл для себя организованный «ассоциативный» мир европейского любительского театра. По сути, он представляет собой более чем вековое движение в сторону установления национальной идентичности вместе с попытками унификации движения с его зарубежными представителями. Я вижу в этом отличную платформу для создания единого культурного пространства для реализации потенциала молодежи — одного из наиболее уязвимых слоев общества. Недаром все ассоциации, о которых я написал, поддерживаются на высшем уровне и являются частью государственной молодежной политики, политики в области здравоохранения и культуры. Правда, ничего не слышал о чем-то подобном в странах бывшего СССР, но, думаю, мои друзья из альманаха «Двери» обязательно решат эту проблему.

[88]

Альманах «Двери» №5. 2012

С любовью, Ф. Марронье. Перевод с французского В. Галака


Постараюсь дополнить и без того объемный рассказ Франсуа. На просторах СНГ ассоциация любительских театров, подобная европейским аналогам, существует только в России и называется «Ассоциация студенческих театров России» (АСТР). Существует с 2008 года, ее структура ничем не отличается от других подобных организаций — есть свой председатель и исполнительный комитет. АСТР проводит как фестивали, так и творческие многодневные лаборатории и арт-сессии для отечественных и зарубежных коллективов и персоналий. Все это делается с целью налаживания международного сотрудничества, а также популяризации любительского театрального движения. Судя по активности сайта, можно сделать вывод о тесном сотрудничестве Ассоциации с Союзом театральных деятелей России. По этому поводу могу лишь выразить свои опасения в том, что такая кооперация может привести к поглощению АСТР Союзом. Это очень вероятный исход, учитывая тот факт, что в нашей традиции отношение к студенческому (читай, любительскому) театру носит пренебрежительный характер. И одной из главных задач подобной организации должна быть работа с общественным сознанием для перелома этой устоявшейся точки зрения. Ориентир нам в этом — AITA, FNCTA и иже с ними. Что же касается нашего любительского театра, то

здесь все очень неоднозначно. С одной стороны, проводятся фестивали различных масштабов и уровней, организовываются различные мероприятия в поддержку и развитие театрального движения. Тут можно упомянуть и акции, проводимые в рамках фестиваля «Тэатральны куфар», и ежегодный международный фестиваль детско-юношеских и молодежных театров «Параллельные миры» (г. Барановичи), ряд событий в рамках деятельности театрального движения «Двери», фестивали и смотры самодеятельности локального характера. Подобное обилие не может не радовать, у белорусского театрального любителя есть возможности для роста и развития. Другое дело, что нет единого координационного центра, который мог бы направлять линию развития молодежного движения, оказывать помощь там, где она действительно необходима, и оперативно откликаться на события в  этом уютном театральном мире. На мой взгляд, здесь мог бы подключиться и ряд Министерств и ведомств, заботящихся об осуществлении молодежной политики в стране, ведь через театр можно говорить и  о  здравоохранении, и о культурном развитии, и о социальной адаптации. В общем, я вижу в организованном любительском движении огромный потенциал. Надеюсь, не я один. В. Галак

IX Всемирный конгресс международной ассоциации университетских театров (AITU-IUTA) пройдет в Минске 2 – 6 июля 2012. Подробнее: http://www.theatre-fest.bsu.by/aitu/

Альманах «Двери» №5

[89]


интернет

Петербургский театральный журнал Печатный «ПТЖ» выходит с 1992 года. На сайт постепенно выкладывается архив «толстого» журнала. Это во-первых. Во-вторых, на сайте есть «блог» с последними новостями и еще несколько интересных проектов: • «пресса» (собрание ссылок на публикации театральной тематики разных СМИ); • «драматургия» (помощь в поиске пьес); • «отдел кадров» (помощь в «театральном сводничестве»). В-третьих, главный редактор журнала Марина Дмитревская в одном из своих редакторских слов както вывела такую особенность петербургских театральных критиков, как большой интерес к театру вне культурной столицы. Таким образом сайт «ПТЖ» дает интересный срез российской и не только театральной жизни.

www.ptj.spb.ru

[90]

Альманах «Двери» №5. 2012

МЕССИИТ Молодой сайт (начал функционировать в конце 2011 г.) довольно молодой организации (появилась в 2007 г.). Страшная аббревиатура «МЕССИИТ» (в оригинале с тремя «и») дешифруется как «Международный союз студенческих инициатив по инициации инертных театроведов». Цель союза — объединить разрозненных студентов-театроведов из разных городов России, Украины, Беларуси, Литвы и других стран. Для этого «МЕССИИИТ» устраивает конференции, проводит театроведческие акции и устраивает открытые показы эксклюзивных видеозаписей спектаклей. Может быть, сайт еще до краев не наполнен, но полюбопытствовать и подружиться с неинертными театралами любопытно.

www.messiit.ru


веб-лекторий

Жизнь и театр Антонена Арто

На знаменитом «прикладном» ресурсе «Теория и  практика» можно посмотреть видео-лекцию о  разработчике концепции «театра жестокости» Антонене Арто. «Театр жестокости» стал основой творчества многих крупных ре-

жиссеров второй половины XX века, таких как Ежи Гротовский и Питер Брук. Лектор Вадим Максимов, руководитель «Театральной лаборатории», единственного в России театра, развивающего идеи Арто.

О Жоэле Помра и современном театре

Художественный руководитель театра «Практика» Эдуард Бояков обсуждает со зрителями спектакль «Этот ребенок» французского драматурга и режиссера Жоэля Помра. Видео-лекцию

можно смотреть и без просмотра спектакля. Интересны реакции и вопросы зрителей, мысли об особенностях документального театра и современном театре в целом.

http://theoryandpractice. ru/videos/307-zhizn-i-teatrantonena-arto

http://www.snob.ru/selected/ entry/20391

Альманах «Двери» №5

[91]


диалог

« Мы нищие,

в этом вся беда »

*** Все рушится вокруг, А я по-прежнему возделываю свой сад. На взлете кончается жизнь. Вадим Яр

Вадим Алексеевич Салеев успевает быть отцом, философом, критиком, культурологом, профессором, вице-президентом и писателем одновременно. Он пишет хокку под псевдонимом Вадим Яр и относится к смерти по-философски: если я здесь есть, смерти нет. У него в запасе еще как минимум одна сверхзадача: выпускать в Беларуси элитарный журнал по искусству. И много ежедневных дел, бодро осуществлять которые ему помогают абхазская закалка, красное вино и правило, согласно которому любую потерю нужно стараться воспринимать как можно легче. «Двери» поговорили с Вадимом Алексеевичем про Гротовского, современную белорусскую драматургию, нищету и порнографию на сцене.

Текст: Катя Карпицкая Фотографии: Мари Якимович


диалог с вадимом салеевым

— Расскажите, как проходит день Вадима Алексеевича Салеева. — Совершенно разные дни бывают. Один из самых тяжелых и ужасных — это четверг. Я еду в Национальный институт образования из Серебрянки. В Институте меня встречает мой аспирант, с ним беседуем. Часто, как гром среди ясного неба, звонит телефон и  там что-то типа: «Вадим Алексеевич, у нас такое событие! Все журналисты и театральные критики на месте, а вас нет!». В общем, являюсь я на конференцию, и мы фундаментально в течение нескольких часов беседуем. Часто на премьеры выдвигаюсь после обеда, критикуем. И обижаться нечего. Я всегда говорю, если ты на сцену вылезаешь, то ты уже какой-то художник и с тебя спрашивают. И рожа твоя ничего не решает, а решает то, что ты демонстрируешь. В 17:30 я уже на кафедре исторического факультета БГУ читаю историю театра. Я на «мяжы» между наукой и культурой. У меня куча работ и в этом плане я несчастный человек, хотя именно поэтому в двадцать лет я был счастлив. Меня постоянно приглашают на дурацкое телевидение, где-то сниматься, что-то говорить. Вот у Курейчика в сериале снялся. У меня там один герой как у искусствоведа спрашивает: существует ли белорусское искусство? Я сдержанно ответил, если народ существует, то всегда существует и его искусство. Домой прихожу к девяти, утомляюсь. Если ты даже делаешь близкую тебе, интересную вещь, все же наступает момент, когда силы истощаются, «натхненне» уходит. И тогда ты должен себя заставлять делать. Так я учу своего сына, который все равно моим советам не следует, и если ему что-то неинтересно, он это бросает нафиг.

— Часто прямо во время спектакля вы открыто и громко выражаете свое «фи». Это вам позволительно как критику или зритель тоже может в любой момент заявить о своем недовольстве? — Зритель вряд ли может так сделать, наш зритель. Он у нас «сціплы» и скромный. Но есть отдельные индивиды, которые себе это позволяют не по праву. В 1977 г. вышла моя книга «Искусство и его оценка». Там говорится о том, что есть разные носители художественной оценки. Вот я — это ее элитарный носитель. Почему? Потому что я эстетик, критик, у меня почти 50 лет стажа. Поэтому я имею право на авторитарное мнение. — Каким должен быть критик? — В театральных отношениях много проблем сразу встает. Первая из них — ангажированный критик или нет. Если что-то сделано плохо, я об этом говорю. И могу на этой почве поссориться даже с самым своим близким другом, если он, например, написал плохую книгу. Это принцип, а своим принципам я никогда не изменяю, чего бы мне это не стоило. Я больше всего на свете ненавижу потребительское отношение. К чему бы то ни было, а тем паче к искусству. После фестиваля «Март-контакт» меня обвиняли в том, что я напал на Русский театр. Они привезли в Могилев «Записки усталого романтика» Михаила Задорнова. Некоторые актеры мне понравились, а вот спектакль нет, потому что он потребительский. Критик не должен быть ангажированным, он обязан быть объективным, одновременно хорошо, если он настроен доброжелательно, хотя бы первоначально, чтобы сразу не рубить художника. Критику нужно не бояться

« Если что-то сделано плохо, я об этом говорю. И могу на этой почве поссориться даже с самым своим близким другом, если он, например, написал плохую книгу. Это принцип, а своим принципам я никогда не изменяю, чего бы мне это не стоило » [94]

Альманах «Двери» №5. 2012

Салеев Вадим Алексеевич, доктор философских наук, профессор, культуролог, художественный критик, заслуженный деятель культуры Республики Беларусь, член-корреспондент Петровской академии наук и искусств, первый вице-президент Белорусской эстетической ассоциации. Родился в 1939 году в Ленинграде. В 1962 году окончил БГУ, а в 1970 — аспирантуру философского факультета МГУ. Автор более чем трехсот двадцати научных и научно-методических публикаций, в том числе тринадцати отдельных: «О художе��твенном вкусе» (1975), «Искусство и его оценка» (1977), «Современная эстетика Белоруссии» (1979), «Национальное самосознание и художественная культура» (1990), «Язык в национальной культуре» (1992), «Этнопедагогика и эстетическое развитие личности» (1994), «Искусство. Искусство и современность» (2006), «Основы эстетики» (2008) и др.


оценок. И если он сохраняет в себе такие принципиальные вещи, то это настоящий критик. Даже если он пришел на спектакль с пьянки. — У Брехта была идея разделения зрительного зала на маленькие зальчики для того, чтобы впечатление от спектакля было менее массовым, более индивидуальным. Насколько это действенно и действительно ли то, что рядом с тобой сидят люди с другими мнениями, может повлиять на твое конечное впечатление от спектакля? — Несомненно. Но у всех зрителей разный потенциал. Один видит простейшее. Другой — просто сюжет. Вот «Макбет», например. Короли-убийства-все заканчивается печально. Третий видит игру актеров. Счастлив художник и режиссер, который точно знает, к какому зрителю он аппелирует свою мысль. Это сразу добавляет ему веса. Настоящий художник ведь борется не за кассу, хотя в наши дни именно кассовые сборы — основной показатель успеха, к сожалению. Брехт прав, но гораздо более интересные идеи были у Гротовского, который начал втягивать зрителя в театральное действо. В своем «бедном» театре он ориентировался на активность зрителей, стремился под нее актеров подстроить. И все это выглядело очень ярко без особых музыкальных, сценографических и прочих аксессуаров.

— В интервью вы очень часто высказываетесь по поводу того, что есть у нас «замахи» на современные вещи, современную драматургию, но их все равно мало. А есть ли среди них удачные, на ваш взгляд, где режиссер замахнулся на современную тему и у него получилось? — Удачно получилась «Сталіца Эраўнд» Сары Токиной, идущая в РТБД. Молодой драматург, молодой режиссер и молодые актеры. Им удалось схватить тональность, атмосферу современности. Ощущение города, а там речь идет о Минске, замечательное присутствует. Или скажем про Катю Аверкову. У нее очень достойно вышел «Офис», хотя я до сих пор ей говорю, что последняя часть там не доработана до уровня всего спектакля. Нет мощной концовки. А ее «Хозяин кофейни» по Пряжко я подверг сильной критике. Хотя сам актер мне понравился, очень органичный, с длинными руками и ногами. Но не было цельности. Ну и текстовые фразы, которые он бросал в зал, противоречат нашей ментальности. Ты представь, если человек говорит: «Нафига нам Отечественная война?» Понятно, новейшая драматургия, Пряжко и все такое, но если ты хочешь это представить, надо найти очень изощренную форму. Ричарда Смольского, ярого сторонника классического театра, такое в корне возмущает. Главный театровед страны, знающий про театр с

Альманах «Двери» №5

[95]


диалог с вадимом салеевым

детства, может себе позволить выбирать. Меня менее возмущает, но в целом я просто фиксирую, что нет художественного эффекта. Если бы он был, то тогда бы все заткнулись. И это и драматург не сработал, и режиссер. — А что не срабатывает, когда мы имеем ситуацию: в России холят и лелеят наших драматургов, того же Пряжко, Богославского, а у нас их особо не замечают? — У серьезного критика нет времени на этих драматургов. Нет, я бы пришел, если бы там был молодой драматург, которого мне было бы интересно послушать и интересно посмотреть на то, как это все осуществляется. В искусстве нет ни молодости, ни возраста, ни старости, ни экспериментов, ни классики. В  искусстве либо есть произведение, либо его нет. Например, вот есть хокку. Бабах — сложилась и ритмика, и строчная система, и мысль. А если не вышло до конца — надо доработать. Видишь ли, солидные критики считают для себя позором даже «Тэатральны Куфар», потому что это любительские театры, на которые у наших элитных критиков нет ни времени, ни

« Сейчас кто любит учиться? Почти никто. А я люблю и до конца дней своих буду это делать » [96]

Альманах «Двери» №5. 2012

сил, ни желания. Это я еще хожу везде, потому что такая моя натура, любознательная по жизни. Это меня и спасло. Сейчас кто любит учиться? Почти никто. А я люблю и до конца дней своих буду это делать. Все кругом советуют и жаждут видеть у нас свободный европейский театр. Я спрашиваю, какой бы он был? Они отвечают: как у Халезина и его Свободного театра. Да я на такое ни разу не пойду смотреть, потому что я, как говорил великий классик: «Не верю!» Если бы это было высокохудожественно, мы бы давно об этом все знали, а там сугубо политические вещи. Но самое главное не это. Я не принимаю кальки с искусства, которое со стороны идет. Потому что я знаю наш театр, знаю его тенденции развития, знаю, что может быть приемлемо для нашего театра, а что нет. Поэтому советы при минимальном понимании театра меня раздражают. — Но эти же молодые драматурги рассылают свои тексты и в театры. Неужели все так плохо, что никто не рискует что-нибудь из этого поставить? — Попытаюсь объяснить ситуацию, которая у нас сейчас в режиссуре. Если это главный режиссер, и то он выбирает, что для него сейчас более близко, чтобы поставить. Если это простой режиссер, то главный ему предлагает несколько вариантов пьес, и он из них уже выбирает. Как ты думаешь, выберет ли он вообще пьесу ультраэкспериментальную, за которую он


не надеется получить что-то и которую он не видит в принципе? В России с этим проще. Там огромная страна, и каждый хочет как-то самовыразиться. Кроме того, это наша ментальность. Режиссер боится провалиться больше, чем рисковать. Ведь все это сказывается на репутации, и ошибку тебе очень долго не забудут. А другую пьесу попросту не дадут ставить, если спектакль не будет успешным. В этом фокус и  проклятие этой профессии. Вообще так всегда было. Булгаков это описал у себя. Как он ходил в МХАТ, как над ним издевались и никто не хотел его ставить. Это вечная проблема. Здесь нужно иметь единомышленников. Если режиссер будет «апантаны» идеей драматурга — тогда другой вопрос.

« Искусство должно подчеркивать достоинства человека. Какое же это достоинство, если ты будешь на сцене в чистой обнаженке и с тобой всякие манипуляции происходят? Мужчина и женщина дома могут даже извращениями заниматься, если им это обоим по душе. Это частная жизнь. А сцена — публичное дело »

— Существует мнение, что системе Станиславского нельзя научить, как вы на это смотрите? — Нет, это абсолютная неправда. Тонкостям системы Станиславского, как и тонкостям любой другой системы, сложно научить. Актер сам должен это прочувствовать и по-своему это выражать. Как, например, делал Михаил Чехов, великий русский актер, который в Америке открыл свою театральную школу. Азам же учить можно и нужно. В системе переживаний ты должен быть своим персонажем. Одно дело, когда ты молодая женщина и играешь себя. И совсем другое, когда ты играешь острохарактерный образ, отличный от твоей жизненной ситуации. Как его сыграешь?

Если это театр переживаний, то нужно сыграть достоверно, чтобы мы поверили в твою Матрену сорока трех лет от роду. — В Беларуси был плавучий театр, в 90-ых был театр эротики, много еще чего интересного было, но все это кануло в Лету. Почему так происходит? Нам не свойственна бережливость? — У нас и театры-студии были интересные в те же 90-ые годы. Мы не умеем беречь, но помимо этого мы нищие. Вот в чем дело. Театр-студия Талипова на площади Победы, частный театр в Гомеле — все они имели свое лицо и все закрылись, потерялись, их нет.

Альманах «Двери» №5

[97]


диалог с вадимом салеевым

Из того огромного студийного движения большое количество театров не сохранилось именно из-за финансовых трудностей. — Вы состоите в Комиссии по предотвращению пропаганды порнографии, насилия и жестокости. Должна ли правда жизни выноситься на сцену и нужно ли ее приукрашивать? Где находится грань между откровенной грязью и правдой? — Я вспоминаю 90-ые годы. Тогда ни один спектакль не шел, если на сцене не присутствовала голая актриса. Ну и что это в итоге дает? Все люди после тридцати лет, думаю, уже и так знают, что такое женщина в ее обнаженном виде. Слава богу, сейчас зритель наелся этой воинственной, агрессивной наготы. Если пофилософствовать, то можно жрать, пить, но разве это жизнь? Разве это интересно? А искусство должно подчеркивать, как говорил Толстой, достоинства человека. Какое же это достоинство, если ты будешь на сцене в чистой обнаженке и с тобой всякие манипуляции происходят? Мужчина и женщина дома могут даже извращениями заниматься, если им это обоим по душе. Это частная жизнь. А сцена — публичное дело. И я далеко не ханжа. Ведь режиссер обнаженку на сцену выносит не потому, что он захотел самым со-

[98]

Альманах «Двери» №5. 2012

кровенным поделиться, а потому, естественно, что это привлекает внимание. Мне лично такое неинтересно. Он может там хоть половые акты на сцену выставлять, у меня ничего, кроме внутреннего возражения, не появляется. Это мешает восприятию чего-то более широкого. Потому что человек в конечном итоге — духовное существо. Физика у всех примерно одинаковая, и все это видано еще во времена Евы и Адама. А вот характер мышления, тонкость психологических отношений, дух человеческий на сцене — это настоящее искусство.


лiт.аддзел

Беларускі тэатр: погляд знутры і звонку Падчас навучання  ў  Акадэміі мастацтваў на першым курсе трэба было здаваць гісторыю беларускага тэатра. Своеасаблівай «бібліяй» па гэтай тэме быў падручнік У.Няфёда і  чатырохтомнік А. Сабалеўскага. Калі паступала ў аспірантуру, выкарыстоўваліся мною гэтыя ж кнігі, і падчас фінальных кандыдацкіх экзаменаў заўважыла, што адказу на пытанне білета — «сучасны тэатр» там, вядома, не было… Нарэшце здарылася!

Цікава, калі пра беларускае мастацтва пішуць замежныя аўтары. Такі погляд збоку каштоўны неангажыраванасцю.

вец Арнольд Макмілін у выданні «Пісьменства ў халодным клімаце. Беларуская літаратура ад 70-х гг да нашых дзён» (2011) прадстаўляе свой погляд на сучасную беларускую драматургію. Цікава параўноўваць погляд айчынных і замежных тэатразнаўцаў. Пацвярджаецца простая ісціна аб тым, што варта шанаваць сваё яшчэ да таго, як яго ацэняць іншыя... Крысціна Смольская

Бэата Сівэк «Wolność ukrzyżowana» (2011) маладая аўтарка, не абцяжараная савецкай ідэалогіяй ды знаёмствам з аўтарамі, зрабіла каласальны аналіз беларускай драматургіі XX і XXI стст., а таксама і тэатра. Спадзяюся, кніжка будзе перакладзена на беларускую мову, бо яна таго, безумоўна, вартая.

«Беларусы. Тэатральнае мастацтва», выдадзенае Акадэміяй навук калектывам выбітных беларускіх тэатразнаўцаў  — Р. Смольскім, А. Савіцкай, А. Сабалеўскім, С. Лаўшуком, В. Ярмалінскай, Т. Гаробчанка. В. Iваноўскім, Н.Юўчанка ў 2012 годзе. Змяшчае ў сабе гісторыю беларускага тэатра ад каранёў да пачатку новага стагоддзя. Вокладка — пазітыўна-жоўценькая, а сама кніга напісана навукова-папулярнай мовай і змяшчае мноства малюнкаў. Атрымлівайце асалоду, спадарства!

Таксама і анельскі навукоАльманах «Двери» №5

[99]


школа зрителя


Театральный критик: профессия, призвание или диагноз? Как часто при упоминании профессии «театральный критик» в сознании людей, далеких от искусства, возникает романтический флёр, уносящий их в заоблачную высь своих представлений о человеке, который носит сие пафосное «звание». Каждый раз перед сном, просматривая свой диплом о высшем образовании, где черным по белому значится специальность

«театровед, театральный критик» невольно задумываешься о том, что же на самом деле несет в себе

этот «диагноз», как с этим правильно жить и развиваться?

Текст: Любовь Дёмкина


школа зрителя: театральный критик

Любовь Дёмкина Закончила Белорусскую академию искусств по специальности «Театроведение, театральная критика» и аспирантуру родной Альма-матер. В списке публикаций числится серия научных статей, посвященных теме режиссерского восприятия проблемы жанра в современном театральном процессе страны, а также публикации «облегченного характера» в нетленных изданиях «Культура» и «Мастацтва». В недалеком прошлом значатся: сотрудничество с интернетжурналом «pensne.na.by», работа в ТЮЗе в качестве ведущего литературного редактора, и участие в создании съемочного процесса телевизионного проекта «Города-герои» (ОНТ). На данном этапе относит себя к «вечно начинающим» театральным критикам свободного полета и жесткого фриланса.

В идеале… Бытует мнение, что в театральные критики «записываются» люди, у которых так или иначе не сложилось поступление на актерский факультет и, тем самым, они потом рьяно мстят своим обидчикам, доказывая свою состоятельность в великом мире искусства. Частично так и происходит, однако, как и в любом виде деятельности, нам всегда ценен конечный результат. Не так важно, какими путями человек попадает в профессию, время всегда проверяет на прочность, отсеивает всех лишних, оставляя, надеюсь, самых стойких самородков, достойных «творить» и фиксировать историю современного театра. Конечно, и  к театроведу, как к одному из важнейших звеньев развития театрального процесса, также применим извечный постулат К.С. Станиславского «Любить искусство в себе, а не себя в искусстве». Но тут уже на первый план выходят профессиональная этика и определенные человеческие характеристики, поскольку критические статьи — это все-таки субъективный взгляд на событие. Поэтому здесь особенно важна личность автора, к мнению которого будут прислушиваться, доверять, так как считают его профессионалом своей сферы. Профессиональный театральный критик — это человек прежде всего адекватный, высокообразованный, с  аналитическим складом ума, тонко чувствующий все современные веяния в искусстве, способный своим мнением влиять на развитие театрального процесса во всем его многообразии.

Умение конструктивно мыслить, сопоставлять факты, пожалуй, самые важные качества в данной сфере. Часто критиков сравнивают с зеркалом, которое отражает процессы, происходящие в театре. В идеале хотелось бы, чтобы зеркало это было ровным и без изъянов указывало на реальное положение вещей, помогало творцам Мельпомены держать себя в творческом тонусе. А такое явление нынче — исключительная редкость. Критиков как таковых не так много. Театры же сегодня ратуют за любой информационный повод в свой адрес, поэтому в прессе можно регулярно наблюдать статьи, которые зачастую фиксируют само событие, не вдаваясь в  основные законы постановки, технические требования к спектаклю, без глубокого умения анализировать процесс. Да и возможны ли глубокие рассуждения в формате газетных изданий? Поэтому на данном этапе идет четкое разделение театроведения, театральной критики и театральной журналистики. Журналистский взгляд на театр ни в коей мере не синоним нехватки солидных театроведческих знаний или отдаленности от глубины процесса. Это просто иная форма существования в информационном пространстве, которая продиктована временем. Хотя среди российских профессионалов и бытует мнение, что: «Критика окончательно разделилась на театральное репортерство и научное театроведение. Одни плохо образованны, но насмотрены. Другие — образованы, но не любят ходить в театр» (Н. Казьмина).

«Критика окончательно разделилась на театральное репортерство и научное театроведение. Одни плохо образованны, но насмотрены. Другие — образованны, но не любят ходить в театр» [102]

Альманах «Двери» №5. 2012


«Минус заключается в том, что на десятимиллионную страну у нас по-прежнему отсутствует хотя бы одно специализированное издание по вопросам театра»

На практике Молодая театральная критика в Беларуси — тема особая. Существует огромный зазор между взрослым поколением исследователей театра и  юными дарованиями, которые, как говорится, пока не прожили свою жизнь в искусстве, чтобы к их мнению всецело прислушивались. Авторитет критиков «старой закалки» (Т. Орлова, Р. Смольский, А. Соболевский, Т. Горобченко и др.) непоколебим. Однако как существовать молодому поколению, как правильно найти свой авторский стиль, наработать пресловутый опыт и не свернуть с намеченного пути? Издревле считается, что критик должен обладать тремя важными качествами: развитым вкусом, литературным талантом и опытом, накопленным в работе. Эти три качества могут встречаться и порознь, но лишь их совокупность обеспечит критику плодотворную деятельность. Разумеется, на первоначальном этапе не у  всех хватает определенной «насмотрености» материала. Когда не хватает знаний, на авансцену выходит интуиция, однако когда отсутствует вкус — это уже явный дефект, который впору скрыть только хорошей дозой самоуверенности. Но все это можно отнести к этапам становления молодого критика, на мнение которого в будущем будут опираться, ровняться и считать объективным. При условии, конечно, что все вышеперечисленные качества в нем распределены в равных пропорциях. Несомненно, статус театрального

критика сегодня невелик, не говоря уже о финансовой составляющей вопроса. Вот и получается, что после профессионального обучения только определенная часть театроведов-альтруистов уходит в глубокие научные исследования с перспективой преподавания и лаврами «исследователя театра». Остальная часть молодого поколения в основном превращается в «латентных критиков»: они как бы есть, но их на практике не видно. А театру сегодня как никогда необходимы активные, умные, думающие люди, способные поделиться свежим взглядом и идеями, дабы театр окончательно не закис в собственном соку. И тут возникает правомерный вопрос: как правильно вести диалог, кому он нужен сегодня: театру, зрителю или единичным критикам? Разумеется, диалог — это всегда дорога с двусторонним движением. Показательными являются случаи, когда в рамках фестивальных обсуждений спектаклей некоторые театральные труппы (зачастую московские) просто не воспринимают мнения даже маститых критиков. Они самодостаточны, эдакие «вещи в себе», существуют по своим пафосным законам, главный из которых — самоокупаемость и прибыль. Благо, наши театры пока не настолько развращены, в целом готовы к конструктивному диалогу, с трепетом ждут хвалебных статей о премьерах. У нас в стране не так много изданий с достойным тиражом, в которых бы в  полной мере могла развернуться театрове��ческая душа. Несколько разворотов в «Мастацтве», «Культуре» или рубрика в «ЛіМе» — вот, пожалуй, и весь ассортимент для проявления сво-

Пользователи живого журнала о белорусском театре: qoleg.livejournal.com Олег Чеченев, актер Минского областного театра из Молодечно — много театральных баек, актуальной информации. komonova.livejournal.com Татьяна Комонова, театральный критик — пишет редко, но подробно о спектаклях. shcher-ban.livejournal.com Владимир Щербань, режиссер «Свободного театра» — путевые и режиссерские заметки.

Альманах «Двери» №5

[103]


школа зрителя: театральный критик

Пользователи живого журнала о белорусском театре: atch-ramirez.livejournal.com Александр Чертков, программист и актер минского театра «artvoyage» — многочисленные заметки и впечатления о театральной жизни Минска. m_panin.livejournal.com Алексей Стрельников, театральный критик, один из координаторов движения «Двери» — заметки на околотеатральную тему по тегу «театр». nrudkovski.livejournal.com драматург Николай Рудковский — путевые и творческие заметки.

его творчества. Учитывая аудиторию, листающую данные издания, все-таки отмечаешь, что направленность статей исключительно узкопрофессиональна, главным адресатом являются создатели спектакля. И это не есть плохо. Минус заключается в том, что на десятимиллионную страну у нас по-прежнему отсутствует хотя бы одно специализированное издание по вопросам театра. Это сейчас интернет накрыл всех и всё, каждый без исключения может выражать свои суждения на страницах ЖЖ или личных блогах, а еще лет пять назад такой вид творчества казался немыслимым. Мечтой молодого, «со взором горящим» критика, было создание мега-журнала, газеты или хотя бы одной специализированной программы на телевидении. Время идет, а потребность в диалоге остается неизменной. Особо это ощущается со стороны молодых режиссеров и драматургов. Так, новая для нашего театрального пространства форма — читки современных пьес — предусматривает под собой вполне конкретное общение не только с публикой, но и с критикой в формате «глаза в глаза». Но каково разочарование молодых творцов, ког-

Диалог необходим, все об этом кричат, но как только появляется реальная потребность и возможность – в ответ молчание… [104]

Альманах «Двери» №5. 2012

да во время обсуждения ни один из так называемых критиков не удосуживается дать детальный анализ увиденного. Вот и получается ситуация из серии абсурд: диалог необходим, все об этом кричат, но как только появляется реальная потребность и возможность — в ответ молчание... Наверное, это происходит по причине того, что как для любого диалога одинаково важны и способность слышать, и умение говорить. Есть ли голос у современной критики? Есть ли уши у современной режиссуры? Вопросы из серии риторических, на которые со временем придется найти вполне конкретный ответ. И сказать его вслух. Как бы то ни было, появляются новые лица, новые драматурги, новый зритель и роль современного «летописца театра» при этом, несомненно, велика. Театральный критик — профессия штучная. Быть своеобразным бесстрашным посредником между театром и зрителем, между современностью и  историей — дело ответственное. Сегодня каждый имеет право на свое мнение, но не каждое мнение становится правым и к нему прислушиваются. Только профессиональный подход к выбранному пути позволит стать значимым в  профессии и  носить гордое звание театральный критик. Пафосно, но факт.


Фото-эксперимент Фотографы Мари Якимович и Роман Стрига провели интересный эксперимент, попросив белорусские театры поделиться вещами, с которыми они себя ассоциируют. Театры долго думали и страдали от эксперимента, но все-таки справились. «Двери» эксперимент оценили. А удался он или нет, решать уже вам.


Экспериментальный театр «EYE»

[[106106]] Альманах Альманах«Двери» «Двери» №5. №5.2012 2012


Альманах «Двери» №5

[107]


Студенческий Театр ФМО

[[108108]] Альманах Альманах«Двери» «Двери» №5. №5.2012 2012


Альманах «Двери» №5

[109]


Интерактивный уличный театр «Мусташ»

[110]

Альманах «Двери» №5. 2012


Альманах «Двери» №5

[111]


«Франкофонный Театр Шинкарева»

[112]

Альманах «Двери» №5. 2012


Альманах «Двери» №5

[113]


репертуарная политика

Постановки этой пьесы редки. Это «Царь Эдип», «Гамлет» и «Король Лир» в русской драматургии... Считается, что для нее нужно «созреть», важно иметь собственное высказывание. На мой взгляд, следовало бы ставить подобные тексты, как американцы ставят Шекспира — во всех школах и университетах, по любому поводу и просто без повода. Про этот текст написано большое количество литературы, но лучший способ понять то, что хотел сказать Пушкин про жизнь, про власть, про ощущение своей миссии и судьбы, это попробовать разыграть эти сцены. Можно в костюмах с нарисованными или приклеенными бородами, а можно без. Вот в чем настоящая ценность пушкинского текста: он зазвучит даже без богатых золото-мраморных декораций и парчово-жемчужных костюмов. Пьеса состоит из частей, каждая из которых относительно самостоятельна. Это позволит ставить не все эпическое полотно целиком, а отдельно, например, любовную сцену или сцену в келье, или сцену Годунова и сына. Очень интересно решил реплики народа известный театральный режиссер Владимир Мирзоев в своем недавнем фильме: актеры будто бы смотрели телевизор с политическими новостями, а на ремарке «народ безмолвствует» просто выключили его. Хотя присутствие народа-хора для этой пьесы было бы, безусловно, выгодным решением. Очень важная проблема состоит в том, что пьеса написана стихами. Стихи читать со сцены сложно. Особенно, если хочется выглядеть достоверным. Я бы рекомендовал парадоксальное: попробовать переписать стихотворный текст Пушкина прозой. Ведь, строго говоря, стихи сегодня все больше уходят из жизни, а стихи Пушкина, сверхактуальные и прогрессивные для своего времени, сегодня часто выглядят банальными... В общем, можно не бояться «играться» с этой пьесой. Пьеса жива на сцене, а Пушкин нам сегодня нужен живее всех живых.

[114]

Альманах «Двери» №5. 2012

Имя этого белорусского драматурга должно быть на слуху. Он много писал и ставил для студенческого театра БГУ. Надо сказать, одно из самых ярких явлений в современной литературе для театра — это ряд его последних текстов («Ана и ананас», «Бог щекотки» и данный текст «Дожить до премьеры»). Удачные читки его пьес, которые сделала режиссер Екатерина Аверкова, убедительно доказывают, что к ним достаточно подобрать ключ (в ее случае это музыка), и они начинают играть всеми цветами радуги. Почему именно «Дожить до премьеры»? Это пьеса о театре. Ставится спектакль о войне, актриса готовится к нему обстоятельно, хочет прожить все, что когдато пережили наши предки. В ней достаточно весело и забавно обыгрываются расхожие стереотипы об актерской профессии, о системе Станиславского. В пьесе много хорошего доброго юмора, который снимает пафос со сложной для современного искусства темы ВОВ. Не надо, однако, думать, что описываемое в пьесе — вымысел от начала и до конца. Владимир Свирский в недавнем скандальном, как оказалось, интервью, описывает, что при подготовке к фильму о партизанском житии («В тумане» по Василю Быкову) полтора месяца прожил в лесу и вырыл 28 могил. Это закон любой комедии. Смешно получается тогда, когда персонажи серьезны. Очень удачным был режиссерский эскиз Павла Харланчука по этой пьесе в рамках последнего «театра-онлайн». Серьезность и гиперболизация там противостояли друг другу, подчеркивали, открывали новые грани текста. А в хорошем тексте всегда можно найти много интересного. Важно искать.


В рамках небольшого текста трудно разобрать новую пьесу, особенно такую хорошую, как «Иллюзии». Скажу только одно: важно сохранить авторскую интонацию. Услышать этот голос Ивана Вырыпаева. Попробовать его воспроизвести. Теперь не про сам текст, а про то, что с ним можно сделать. Текст Вырыпаева сложный для постановки вообще. Но для профессиональных театров он сложен особенно, потому что в пьесе нет в привычном для нас виде характеров и конфликтов. Все действие передано нам в пересказе. Актерская техника, навыки переживания тут не то что бы излишни, они, скажем так, не сильно помогают. В «Иллюзиях» есть действующие лица, двое мужчин и две женщины, которые рассказывают (пересказывают) истории двух других супружеских пар, перебивая друг друга, споря друг с другом, противореча друг другу. В конце концов, автор просто дает возможность зрителю самому решить, какая из версий (конечных версий) рассказанных событий ему ближе и интересней. В Германии такой театр называют «шпрехтеатер» — «разговорный театр». И его очень легко сделать скучным, если исполнители совсем не владеют навыками рассказывать что-либо со сцены. Но спектакль будет однозначно плохим, если исполнители будут изображать такое рассказывание, а именно это чаще всего и происходит с актерами-профессионалами. Какие же профессиональные навыки нам все-таки понадобятся для реализации этой пьесы-доклада?.. С одной стороны, у нас есть Действие, можно даже выстроить мизансцены, попробовать разыграть отдельные диалоги «в лицах». Чтобы эти рассказы ни в коем случае не сливались в один монотонный монолог. Автор делит свою историю на четверых рассказчиков неслучайно. Мне представляется, что должны быть очень разные люди, очень разные манеры разговора. Условно говоря, мужчина-заика и женщина

с томным голосом а-ля Рената Литвинова. Впрочем, очень убедительными в русском театре получаются опыты с декламированием. Виктор Рыжаков, который много работает с Вырыпаевым, развивает именно такой театр, в котором текст не говорят, а выговаривают, проговаривают каждую гласную, так что возникает магия речи. Но это в определенном смысле творческий метод, в котором спектакль своего рода побочный продукт. Для такого креатива пьеса Вырыпаева подходит идеально. Я бы сказал, что в случае, если материал хочется сделать, но харАктерных актеров с выдающимися способностями в декламации у вас нет, пьесе можно попробовать визуальное решение. Визуализация в театре уже уходящий тренд, с другой стороны, именно сейчас доступны красивые эффекты. Хороший график, компьютер, проектор — и результат превзойдет ожидания людей, которые придут в любительский театр. Более того, может показаться, что без полноценного визуального решения или, на худой конец, музыки спектакль по пьесе будет выглядеть пресным. При том, что в пьесе фигурирует космический корабль, камень где-то в Австралии, т.е. есть такие пространственные и временные скачки, для которых не лишним было бы создать атмосферу. И последнее. Для разговорного театра, в котором основой является не диалог, а именно монологическая речь, очень важно уметь задать темпоритм. В данном случае имеется в виду даже не скорость рассказа в  каком-то конкретном эпизоде, а сочетаемость этих скоростей. Чтобы какой-то монолог звучал в быстром темпе, какой-то наоборот застывал, замедливался. Это интеллектуальная пьеса, в ней есть много мыслей, которые легко заболтать, проскочить, не заметив. Очень важно дать возможность зрителю прожить, прочувствовать слова автора, пускай в ущерб тому, что они будут произноситься «как в жизни». Алексей Стрельников

Альманах «Двери» №5

[115]


фотографы и иллюстраторы

Юлия Новикова

Мари Якимович

Евгения Алефиренко

+375 44 721-67-66

+375 29 744-34-14

ynov@tut.by

alefa87@mail.ru www.vk.com/id10744423

[116]

Роман Стрига

Альманах «Двери» №5. 2012

www.strigaroman.com

www.e_alefirenko. livejournal.com


использованные материалы

Непериодический электронный альманах «Двери» публикуется в интернете в  свободном доступе под лицензией AttributionShareAlike (by-sa)  — Лицензия «С указанием авторства — Копилефт».

Наталья Леванова

www.vk.com/id1793033

Эта лицензия позволяет другим перерабатывать, исправлять и развивать материалы даже в коммерческих целях при условии указания авторства и лицензирования производных работ на аналогичных условиях. Эта лицензия является копилефт лицензией. Все новые произведения, основанные на материале альманаха, будут иметь аналогичную лицензию, поэтому все производные будет разрешено изменять и использовать в коммерческих целях. Указанная лицензия распространяется только на авторские материалы альманаха и не распространяется на текст пьесы «Иллюзии» и следующий контент:

Альманах «Двери» №5

[117]


2012


Альманах «Двери» №5