… 7. Как видно из представленных документов и в соответствии с выводом, сделанным в п.2 мотивировочной части этого решения, Истец заключил с Третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, договор поручения, в котором Истец взял на себя обязательства перед Третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, выполнять описанные в договоре и приложениях к нему юридически значимые действия от имени и за счёт этого Третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, а последний — оплатить деятельность Истца и компенсировать все его затраты. Таким образом, Истец в указанном в этом пункте мотивировочной части этого решения договоре выступил в качестве поверенного, а Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора — доверителя (ст. 971 ГК РФ). 8. Как видно из представленных доказательств, названных в п.п. 3-6 описательной части этого решения, между Истцом и Ответчиком был заключён договор, в соответствии с которым Ответчик должен был взять на себя обязательства, которые имел Истец по договору поручительства, где он является поверенным. В соответствии со ст. 976 ГК РФ в этом случае Ответчик становится заместителем в договоре поручительства, который был заключён между Истцом и Третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора. У заместителя, как это видно из ст. 976 ГК РФ появляются все те обязанности, которые имеет перед своим доверителем поверенный. Это означает, что в смысле общего регулирования в гражданском кодексе РФ выбор заместителя есть выбор субъекта для смены должника в обязательстве, возникшем из договора поручительства у поверенного, то есть как общими регулятивными нормами эти отношения должны были бы регулироваться нормами ст.ст. 391, 392 ГК РФ. Однако, в пп. 2 и 3 ст. 976 ГК РФ в качестве особенных регулятивных правил изложены правила, касающиеся именно выбора заместителя и смены заместителем поверенного в его долговом обязательстве, вытекающем из договора поручения. По толковательному правилу lex specialis derogat generali во всех случаях, когда особенные правила пп. 2 и 3 ст. 976 ГК РФ противоречат общим нормам ст.ст. 391 и 392 ГК РФ, подлежат применению именно нормы особенные, то есть п.п. 2 и 3 ст. 976 ГК РФ. 9. … 10. Возражение Ответчика, сводящееся к тому, что он не может считаться связанным отношениями договора поручения, поскольку согласно ст. 391 ГК РФ поверенный должен выполнять действия от имени доверителя, а сам Ответчик не является поверенным Третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку не заключал с последним никакого договора, суд отклоняет. Выбор заместителя не является самостоятельной сделкой, поскольку само существо этой сделки явно связано с иной сделкой: выбор заместителя меняет сторону в обязательстве, возникающем из договора поручения. Однако сама по себе перемена субъекта в обязательстве не делает обязательство иным, а равно и не изменяет и договор, из которого возникает то обязательство, в котором произошла перемена субъекта. То, что для перевода долга (долговых обязательств) поверенного в договоре поручительства на иное лицо — заместителя применяются особенные, а не общие, не оказывает влияния ни на квалификацию выбора заместителя как вида перевода долга, ни на квалификацию сделки, в которой такой перевод долга произведён, даже если это перевод долга особенного характера. Между Ответчиком и Третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, установились таким оразом именно отношения поверенного и доверителя. Обязательства Истца в этом случае перед Ответчиком оказываются урегулированными п.п.2 и 3 ст. 976 ГК РФ и носят явно факультативный по отношению к обязательствами ответчика перед третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, характер.
Issuu converts static files into: and more. Sign up and create your flipbook.