Issuu on Google+

Определение 15 июля 2011 года город Новосибирск, Российская Федерация Третейский суд ad hoc в составе председательствующего Шмакова В.П., судей Расковой М.И. и Лободы С.Р. при рассмотрении дела по иску ОАО «Порцелан» к ЗАО «Кинешматафт» о взыскании неустойки за несвоевременное исполнение обязательства, возникшего из договора, при участии представителя истца Коваля М.О. и ответчика Дрематенко И.И. принял к рассмотрению и разрешению ходатайство истца, в котором тот просил приобщить к делу в качестве доказательства перечисленные в ходатайстве документы. Рассмотрев указанное выше ходатайство в контексте идущего гражданского судебного процесса, и выяснив мнение сторон этого процесса, суд установил следующее: В указанном выше процессе на стадии предварительных заявлений и ходатайств до начала рассмотрения дела по существу представитель истца заявил ходатайство о приобщении к материалам по делу двадцати пяти текстов на бумажных носителях на русском языке. Этот представитель пояснил, что в силу того, что неустойка взыскивается только при наличии вины должника по обязательству в неисполнении долгового обязательства, то он желает указанными текстами доказать наличие такой вины. На вопрос суда что ещё доказывают эти документы, представитель истца ответил, что ничего более, но только вину ответчика в неисполнении ответчиком его обязательства. Представитель ответчика, изучив предлагаемые представителем истца тексты, оспорил их достоверность и на основании такого оспаривания возражал против их приобщения к материалам дела. Суд указанные тексты не изучал. Заслушав точки зрения представителей сторон, которые они сочли необходимым высказать, и после совещания в совещательной комнате суд выносит своё суждение на основании следующих мотивов: 1. Суд отклоняет возражение представителя ответчика против удовлетворения ходатайства представителя истца поскольку вопрос о достоверности представленных доказательств может быть вообще разрешён судом только в том случае, когда указанные доказательства являются уже частью материалов по делу, то есть когда они по тем или иным причинам к нему приобщены. Таким образом недостоверность доказательства может быть основанием либо для исключения такого доказательства, либо для его оценки, но не может играть никакой роли при принятии решения по вопросу приобщения чего бы то ни было к материалам по делу в качестве доказательства. Иное означало бы, что в процессе установления достоверности доказательства суд изучал бы доказательства за пределами материалов по делу, что нарушает принцип незаинтересованности суда и принцип диспозитивности судебного процесса, то есть противоречит ст. 18 ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации», так как поиск доказательств из окружающего материалы по делу мира есть исключительная прерогатива сторон и участников гражданского судебного процесса; суд такого права совершенно лишён и разрешает дело только на основании его материалов.


2. Из пункта 1 мотивировочной части этого определения следует, что суд должен рассматривать заявленное ходатайство ex ipso sui вне всякой связи с возражением представителя ответчика. 3. В соответствии со ст. 401 ГК РФ обязанность доказать отсутствие вины должника при неисполнении обязательства лежит на должнике. В том случае, когда должник не доказал отсутствие вины. У него возникает ответственность. Вместе с тем суд отмечает, что в соответствии со ст. 330 ГК РФ необходимым условием для взыскания неустойки является не вина должника как таковая. А наличие у него ответственности за неисполнение обязательства. Ошибочно было бы отождествлять понятия вины за неисполнение обязательства и ответственности за такое неисполнение, поскольку в ряде случаев ответственность может возникать и в отсутствие вины или её доказанности. 4. Как видно из заявленного иска, истец требует взыскать с ответчика именно неустойку. Предполагая, что ответчик не исполнил его, ответчика обязательство. Ответчик при этом оспаривает не свою виновность в неисполнении обязательства, а, как это видно из его отзыва, наличие самого обязательства в спорной части. Следовательно, суд должен сделать вывод, что на текущей стадии гражданского судебного процесса ответчик не высказывал возражений против утверждения истца о его, ответчика, виновности или ответственности за неисполнение обязательства. Возражения ответчика сводились к иным основаниям. 5. По общему правилу гражданского судебного процесса каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснованием своих требований и возражений. При этом не подлежат доказыванию обстоятельства, которые должны согласно законодательству судом предполагаться. Суд обращает внимание, что хотя правила ГПК РФ или АПК РФ не распространяются на рассмотрение дел в третейских судах, однако правила о предположении ответственности должника за неисполнение последним обязательства, а равно и о связанности взыскания неустойки не с виной, а с ответственностью должника лежат не в указанных процессуальных кодексах, а составляют часть корпуса материального права Российской Федерации, находясь в ГК РФ, специфичную именно в России, в отличие, например, от аналогичного правила в ГК Украины, где взыскание неустойки связано не с наличием ответственности, а с наличием именно вины. 6. Поскольку на текущей стадии процесса вина ответчика как должника в предполагаемом истцом обязательстве должна именно предполагаться, то доказательства такой вины могут быть приняты судом только в том случае, когда они составляют возражение, например, против доводов ответчика об отсутствии такой вины. Но, как видно из имеющихся на момент рассмотрения ходатайства материалов по делу, такого возражения ответчика не имеется и, следовательно, и истцу не на что возражать, доказывая предлагаемыми документами свои, истца, возражения против возражений ответчика. Исходя из указанного, суд определил: в удовлетворении ходатайства истца о приобщении к делу в качестве доказательства вины ответчика текстов на бумажных носителях в стадии заявлений и ходатайств до начала рассмотрения дела по существу отказать.


Определение об отказе в приобщении доказательств