Issuu on Google+

анализ и прогноз

Финансовый кризис в России как путь реструктуризации банковского сектора В 2008 г. развивающийся российский банковский сектор оказался перед лицом одного из самых серьезных в истории глобальной экономики финансовых и экономических кризисов. Начавшийся в 2007 г. с ипотечного рынка США, кризис быстро распространился на ведущие мировые финансовые рынки. Ряд экономистов и финансистов, отражающих официальную позицию Кремля и Правительства РФ и близкие к ним по взглядам, высказывали тогда мнение, что Россия избежит влияния кризиса и только выиграет от него, оставшись «островком стабильности в бушующем океане». Е.В.Рыбин, кандидат экономических наук, главный специалист Департамента рисков ОАО Банк ВТБ

В начальный период кризиса действительно так все и было: фондовый рынок продолжал расти, а банки – нормально функционировать. Но прозвучали и первые тревожные «звонки» в виде роста инфляции (вероятно, экономический рост пытались искусственно подогреть излишней денежной массой). Крупные российские корпорации в условиях кризиса на мировых рынках оказались без постоянного источника пополнения средств, а значит развития, в виде проведения IPO и выпуска ADR (все планы размещений российских корпораций на мировых площадках, начиная с 2008 г., были свернуты из-за неудачной конъюнктуры рынка)1 , снизилась доступность синдицированных кредитов.

Почему мировой финансовый кризис не сразу проявил себя в России Во-первых, следует отметить, что кризис 1998 г. многому научил как российских банкиров, так и российского регулятора рынка. С этого времени и банковский сектор, и его регулирование претерпе-

ли серьезные изменения в лучшую сторону. Банк России всерьез, хотя и не всегда последовательно и планомерно, взялся за регулирование банковского сектора, его реструктуризацию, очищение от криминального бизнеса, предпринял меры по увеличению транспарентности отечественных банков, их акционеров и операций, созданию в них относительно современных форм контроля за рисками, соответствующих первым базельским соглашениям. В свою очередь российские банки, в условиях более жесткого регулирования и конкуренции со стороны иностранного финансового капитала начали внедрять услуги и процедуры, отвечающие современным понятиям о банковском бизнесе, уделять серьезное внимание корпоративному кредитованию, а позже – ритейловым операциям. Наши банки стали значительно стабильней, устойчивей к внешнему воздействию, получили в свое распоряжение более долгосрочные и стабильные пассивы (средства зарубежных кредиторов), стали лучше управляться, в том числе с позиций рискменеджмента.

1

В 2007 г. 40 российских компаний разместили свои ценные бумаги на общую сумму более 41 млрд долл., в текущем году она должна была достигнуть 45 млрд долл. (оценка аналитического департамента UniCredit ATON, из интервью Ю. Бушуевой газете «Ведомости», 27.10.2008.).

36

, Банковское дело №12 2008


анализ и прогноз Во-вторых, этому способствовали накопленные за счет сверхвысоких цен на нефть золотовалютные резервы Банка России и резервные фонды правительства. Это результат удачной конъюнктуры получаемых Россией рентных платежей от своих богатств. Когда цены на нефть высоки, эта рента повышается до уровня сверхприбыли и позволяет, не прикладывая заметных усилий для развития экономики, жить в условиях достатка и роста всех сфер экономики. Однако данная рента имеет и существенный недостаток – в период своего увеличения она стимулирует страну не развивать производство, наукоемкие и инновационные отрасли, а довольствоваться политикой «не навреди» и просто снимать сливки со сложившийся экономической ситуации. Повышение благосостояния происходит благодаря природным богатствам, а не усилиям нации – такое развитие не может быть эффективным2. Наконец, в-третьих, отсрочке проявлений финансового мирового кризиса способствовала сама его природа. Он зародился, в отличие от большинства своих предшественников, в развитых рыночных странах, поэтому его влияние на развивающиеся страны было отсрочено. Они получили своеобразный лаг для подготовки к кризису, который использовали с разной степенью эффективности. Но в радужных прогнозах правительства не было в достаточной мере учтено много факторов, а именно: 1. Мировой кризис оказался гораздо глубже и протяженней во времени, чем рассчитывали многие российские экономисты. 2. Зависимость российской экономики от иностранных инвестиций оказалась значительней, чем публично предполагало правительство. 3. Россия уже весьма серьезно вовлечена (пока больше в качестве сырьевого донора) в глобальную экономику и зависит от всех ее колебаний. 4. Угроза рецессии ведущих мировых экономик, естественно, привела к снижению цен на нефть – основной экспортный ресурс России (в течение нескольких месяцев со 147 до 60 долл.). 5. Чем глубже становился кризис на развитых рынках, тем больше был отток инвестиций с развивающихся рынков. Надежда на приток инвестиций в российскую экономику на фоне кризиса в развитых странах не оправдалась. Исследования показывают обратную связь между экономическими кризисами в развитых странах и притоком инвестиций на развивающиеся рынки. Психология инвесторов такова, что при повышении любых рисков инвестиции возвращаются на свою родину и занимают выжидательную позицию до переоценки рисков. В начале 2008 г. кризис на международных рынках только обострился. В России еще про-

должался рост фондового рынка. Однако банки уже столкнулись с ростом ставок по привлечению – синдицированные кредиты получали самые надежные из них, прежде всего, государственные, «иностранные», а также имеющие рейтинг Standard & Poor’s, Moody’s или Fitch – для остальных процент был слишком высок. Рост стоимости пассивов банков естественным образом привел к росту стоимости кредитов для реального сектора. В этих условиях еще можно было предпринять меры для ослабления воздействия кризиса, в частности: Временный запрет на спекулятивные операции на фондовом рынке. Он последовал, но гораздо позже, когда рынок уже рушился. Несомненно, это повлекло бы существенный отток спекулятивного капитала с фондового рынка и из страны, причем раньше, чем это произошло в действительности, и не было бы рекордов капитализации, установленных в мае. Но эти меры привели бы к постепенному, а не обвальному падению рынка, а самое существенное – часть спекулятивного капитала с высокой степенью вероятности перетекла бы с фондового рынка в банковскую сферу, а через нее – в реальный сектор экономики, обеспечив их необходимыми средствами. На практике «фондовому пузырю» позволили надуться еще больше, что сделало его «взрыв» более громким. Спекулятивный капитал, так или иначе, все равно ушел из страны. Однако рынок был не готов к этому, хотя в то время существовал реальный шанс подготовить временный вывод средств. Целевую, усиленную борьбу с инфляцией. Основные пути: изъятие лишней денежной массы, ограничение «политических» расходов бюджета (на поддержку правительственных партий и кандидатов на выборах, на политические проекты и т.д.), борьба с коррупцией, бюрократией и «теневым» сектором, изъятие сверхприбыли от экспорта природных ресурсов, которая тормозит реальный экономический рост и разгоняет инфляцию, усиленный контроль над ценообразованием со стороны Федеральной антимонопольной службы России. Банк России пытался вести борьбу с инфляцией, но существенных успехов не достиг. Улучшение инвестиционного климата, координация мер по ослаблению влияния кризиса с международными финансовыми организациями и финансовыми властями ведущих стран мира. Эти меры декларировались, но действия были обратными, направленными на ухудшение инвестиционного климата в экономике (дело «Мечела», политическое признание независимости Южной Осетии и Абхазии и т.д.). Значительное увеличение государственных инвестиций в экономику и банковскую сферу двумя путями:

2 Довольно популярная теория «ресурсного проклятия», согласно которой «существует отрицательное влияние структуры экономики (стран богатых полезными ископаемыми. – Авт.) на темпы экономического развития (не на уровень жизни)» (С.Гуриев, К.Сонин «Экономика «ресурсного проклятия», «Вопросы экономики». 2008. №4). См. также работы R.Auty, J.Sachs, A.Warner, X.Sala-i-Martin, О.Замулин, В.Тамбовцев и др.

, Банковское дело №12 2008

37


анализ и прогноз прямое кредитование инфраструктурных проектов в экономике и важных инновационных проектов через Банк развития; увеличение объемов целевых кредитов Банка России коммерческим банкам (с расширением списка допущенных к аукционам и с условием перетока значительной части кредитов в виде ссуд в реальную экономику, а не на фондовый рынок и рынок МБК). Летом ситуация на финансовом рынке США продолжала ухудшаться, и цены на нефть (с июля) стали стремительно падать. Однако несмотря на эти негативные внешние проявления Россия не только не предприняла превентивных мер по предупреждению кризиса, но и осложнила обстановку некоторыми резкими политическими заявлениями и действиями. Фондовый рынок начал свое снижение во вр��мя вывода капитала иностранными инвесторами и падения доходов нефтяных компаний. Лишь Банк России предпринимал реальные действия, направленные на поддержку банковской системы, предоставляя ей дополнительную ликвидность.

Обвал фондового рынка и усиление бегства капитала В сентябре банкротство ряда крупнейших институтов финансового рынка в США и обострение кризиса на финансовых рынках Европы спровоцировали обвал фондового рынка России и усугубили бегство капитала. Оно началось с августа на фоне резкого ухудшения инвестиционного климата, падения цен на нефть и угрозы рецессии мировой экономики. Наступила активная фаза финансового кризиса в России. Банковский сектор подошел к нему в ситуации влияния двух основных групп банков – подконтрольных государству и иностранному капиталу. Частный российский капитал примерно с 2004 г. терял свои позиции на рынке, не выдерживая конкуренции с заведомо экономически более сильными конкурентами. В условиях кризиса именно частные банки стали наиболее уязвимыми. Они ограничены или не имеют доступа к относительно дешевым государственным средствам, во многом потеряли возможность привлечения дешевых заемных средств с мировых финансовых рынков и не всегда охотно поддерживаются своими акционерами. Если крупные банки смогли учесть уроки прошедших кризисов и в достаточной мере диверсифицировать свои пассивы и кредитный портфель, то банкам средним, специализирующимся на рознице, и кэптивным значительно сложнее. Так, средние банки в России ограничены в возможности привлечения средств с международных рынков капитала и от государства и, как правило, не имеют акционера, способного поддержать их крупными ресурсами. В этих условиях многие из них увлекаются игрой на фондовом рынке и зависят от рынка МБК. За кэптивными банками, как правило, стоит более сильный акционер, способный до опреде-

38

ленной степени поддержать в трудной ситуации. Однако здесь есть и серьезный отрицательный момент – бизнес таких банков относительно слабо диверсифицирован и во многом зависит от экономического положения основного акционера. К тому же российские корпорации сами оказались столь отягчены долговым бременем, что скорее ждут помощи от своих финансовых институтов, чем способны помогать им сами. Банки, ориентированные на развитие самого прибыльного в России сегмента бизнеса – розничного кредитования, сильно зависят от иностранного заемного капитала. Так как депозиты юридических или физических лиц составляют незначительную долю их пассивов, то фактически они существуют на марже (и высокой!) от перекредитования населения средствами, привлеченными с международных рынков и полученными от выпуска ценных бумаг. При этом привлекались, как правило, короткие денежные ресурсы, которые потом перекредитовывались новыми займами (наиболее дешевая схема), а на российском ритейловом рынке эти средства ссужались на более длинные сроки (в том числе на ипотеку). Именно эти категории банков и стали наиболее уязвимыми в период кризиса. Заемные средства дорожали, пополнение пассивов уже с лета стало проблемой для многих банков не из первой сотни. Ситуацию усугубило падение фондового рынка, на котором банки пытались зарабатывать и который служил индикатором для популярного рынка РЕПО. Обвальное падение фондового рынка обострило и вскрыло проблемы с банковской ликвидностью. Первым следствием стал кризис на рынке операций РЕПО. Падение стоимости акций, заложенных под кредит, привело к тому, что заемщики должны были либо погашать кредиты, либо закладывать все больше и больше ценных бумаг. В качестве основных заемщиков на этом рынке выступали средние банки (одними из основных игроков были первые жертвы кризиса – «КИТ Финанс» и «Связь-банк»), которым трудно было получать ликвидность из иных источников. Многие из них активно проводили операции на фондовом рынке и с его падением терпели значительные убытки. Начался кризис неплатежей и доверия. Неплатежи по сделкам РЕПО повлекли за собой: во-первых,сброс заложенных под кредит акций, а, значит, дальнейший обвал котировок на фондовом рынке; во-вторых, кризис доверия, который привел к коллапсу рынка РЕПО и перекинулся с него на межбанковский рынок. Не только проблемным банкам, но и многим другим, незамеченным в неплатежах, стало трудно найти источник заемных средств. Только тогда правительство со всей серьезностью подошло к проблемам ликвидности у банков и поверило в кризис. Были предприняты и предпринимаются разумные и эффективные меры по поддержанию ликвидности в финансовой сфере и экономике в целом. Большинство из них абсолютно адекватны сложившейся ситуации. Одной из основных задач было предотвращение паники среди населения,

, Банковское дело №12 2008


анализ и прогноз которая усугубила бы кризис доверия и привела бы к массовому оттоку средств населения из банков. Это, в свою очередь, вызвало бы эффект домино и под угрозой банкротства оказались бы не только банки, относящиеся к потенциально проблемным группам, но и многие другие. Рынок фактически был бы поделен между государственным и иностранным капиталом, а кредитование реального сектора экономики целиком бы легло на плечи государства. Следующей задачей, которая также решается, является восстановление достаточного уровня ликвидности в банковской сфере и доверия в экономике. Если с задачей восстановления ликвидности и платежеспособности российских банков правительству на данный момент во многом удалось справиться, то задача обеспечения перетока этих средств далее, в реальную экономику, пока остается нерешенной. Кредитование реальной экономики в настоящее время осуществляется в основном напрямую госбанками и эти средства достаются крупнейшим холдингам, не попадая в сферу малого бизнеса, где кризис неплатежей сейчас проявляется наиболее остро. Однако есть и спорные решения, которые, по нашему мнению, способны лишь усугубить ситуацию на перспективу. В частности, решение закачать государственные деньги на фондовый рынок как через кредиты инвестиционным компаниям, так и путем выкупа акций государственных компаний. Эта мера поддерживает в первую очередь профессиональных участников рынка, давая возможность получить дополнительные прибыли. Дальнейшее падение фондового рынка является индикатором реальной оценки инвесторами стоимости российских компаний в данных экономических условиях и ведет к наказанию игроков, которые чересчур увлеклись игрой на рынке, не оценив все риски. По отношению к фондовому рынку государству предпочтительнее занять роль наблюдателя, не вмешиваясь напрямую в торги и не проводя интервенции. Иначе произойдет лишь быстрое уменьшение накопленных государственных резервов в пользу инсайдеров и профессиональных участников рынка. А допускать это нецелесообразно и опасно. Фондовый рынок сам должен переоценить риски и найти новое равновесие, любое внешнее вмешательство лишь отсрочит этот момент. Небесспорно и рефинансирование за счет средств бюджета корпоративного долга российских корпораций. Они – государственные и частные – чрезмерно закредитованы, причем в основном под залог собственных акций. В связи с падением биржевых индексов на всех основных биржевых площадках по этим залогам наступает margin call, т. е. заемщик должен дополнительно вносить денежные средства/дополнительные акции в залог или кредитор получает право реализовать его. С одной стороны, это очень серьезная угроза для наших корпораций, с которой им самостоятельно справится трудно. С другой – данная мера стимулирует российские компании и далее развиваться не путем повышения внутренней

, Банковское дело №12 2008

эффективности и рентабельности, а экстенсивно, за счет заемных средств, надеясь, как обычно, на помощь государства. Однако при неправильном применении могут навредить и в целом эффективные меры. Хотелось бы обратить особое внимание на следующие аспекты: необходимость максимальной гласности в определении банков, которые получат кредиты Банка России, и параметров этих кредитов. Иначе повысится коррупционная составляющая, появится соблазн выдать кредиты «своим» банкам. Государственные универсальные банки не должны быть звеном в распределении выделенных средств между другими коммерческими банками; жесткий контроль за целевым использованием банками (в том числе, Банком развития) государственных средств и кредитов. Они должны попадать в реальную экономику, а не на фондовой рынок; в случае перекредитования государством долгов госкомпаний возникает конфликт интересов, который необходимо срочно решать. Пока кризис сильнее сказывается на финансовом секторе. Падение российского фондового рынка на протяжении последних трех месяцев самое глубокое из произошедших в мире, что показывает его сильную зависимость от иностранных инвестиций, цен на энергоносители и металлы. И падение было бы еще сильнее, если бы не постоянные прекращения торгов. Однако подобная практика глубоко ошибочна и пригодна лишь для разового применения с целью сбить панику на рынке. При многократном использ��вании она усиливает панику по следующим причинам: нельзя менять правила по ходу игры, в противном случае с тобой никто не будет играть. Правила должны быть четкими, прозрачными и понятными для всех участников рынка; инвесторы не могут реализовать свои ценные бумаги на регулируемом рынке, т. е. ценные бумаги перестают быть ликвидным инструментом; инвесторы уходят с российских бирж на лондонскую биржу и на внебиржевой рынок. Наступивший финансовый кризис, благодаря указанным выше обстоятельствам, пока слабее сказывается на российских банках, чем на их коллегах из развитых стран. Но из-за относительной слабости экономики и ее финансовой составляющей, их зависимости от внешних рынков и иностранных инвестиций в случае просчетов власти он может затянуться на несколько лет, что приведет к рецессии или стагфляции всей экономики, которая уже остро ощущает недостаток инвестиций и заемных средств. Можно уверенно предсказать падение темпов экономического роста, начиная с этого года и, как минимум, в ближайшие два года с нарастающим отрицательным трендом. Падение производства станет следствием недостатка инвестиций в экономике и снижения платежеспособного спроса. Предпринятые Правительством РФ и Банком России меры еще больше усилят инфляцию, а зна-

• • •

• • •

39


чит, станут невыгодны сбережения. Национальная валюта снова обесценится в глазах населения и надолго отсрочит свои претензии на право быть мировой резервной валютой. Вероятно и падение уровня жизни, что, однако, вряд ли затронет стабильность существующей политической элиты, поскольку уровень жизни значительной части населения в стране итак весьма низок.

Какие возможности предоставляет кризис Данный кризис представляется хорошей, хоть и вынужденной, возможностью для дальнейшей реорганизации и укрепления российского банковского сектора. У нас чрезмерно много банков. На это указывают авторитетные международные консалтинговые и рейтинговые агентства и мировые финансовые институты. В частности, S&P давно обращает внимание как на то, что большинство российских банков подвержены опасности банкротства из-за слабой устойчивости к кризисам, так и на давно назревшие более радикальные меры по очищению рынка от псевдобанков (кэптивных банков и контор по отмыванию денег). Остается правильно выбрать вектор этой реорганизации. Банки в России по-прежнему испытывают трудности с ликвидностью и привлечением пассивов, а так как кризис затянется, то нас ждут еще много проблем. При этом есть основания полагать, что процедура внешнего управления и банкротства будет запущена лишь в отношении банков из второй-третьей сотни и ниже. В отношении банков первой сотни и крупных региональных банков это будет продажа бизнеса (по номинальной цене, как уже было сделано в целом ряде случаев) госбанкам и госкомпаниям, которые под гарантии и кредиты государства возьмут на себя все обязательства подобной структуры. В условиях кризиса это оправданная практика, применяемая во многих странах. Она позволит избежать паники среди населения и кризиса доверия среди банков. При этом последствия для экономики и уровня жизни населения, в любом случае, будут негативными: рост стоимости заемных средств, который без специальных мер по государственному кредитованию будет наиболее губителен для малого бизнеса, падение доходов, безработица. Минимизировать данные последствия можно, активнее кредитуя экономику через Банк развития, а также создав при нем специальные банки для кредитования малоимущего населения, ипотеки, среднего и малого бизнеса. Такая практика существует во многих странах мира, например, в Германии, где банк развития KfW Bankengruppe представляет собой группу банков развития с разными профилями деятельности3. Помимо покупки и санации со стороны государственных банков, следует ожидать резко-

го роста рынка слияний и поглощений после его падения в 2007 г., вызванного нехваткой средств у мировых банков. Российские частные банки будут стремиться к консолидации, чтобы выжить в условиях кризиса, создать себе запас прочности. Актуальными останутся процессы приобретения средних и крупных российских частных банков со стороны иностранного капитала. Причем они будут усиливаться по мере выхода крупнейших банковских институтов из кризиса. Все это грозит «вымыванием» в России слоя национальных частных банков. Ситуацию усугубит перетекание депозитов населения в более надежные в массовом сознании банки, находящиеся под контролем государственного или иностранного капитала (в августе наибольший прирост депозитов физических лиц продемонстрировали иностранные банки, хотя ранее в подобных случаях средства перетекали в первую очередь в Сбербанк России). Допускать такое вымывание частных банков нецелесообразно, поскольку контроль национального банковского рынка со стороны иностранного капитала несет в себе политические риски, а государственная форма управления коммерческими банками признана ведущими учеными и авторитетными международными финансовыми институтами неэффективной, тем более в столь коррупционной стране, какой сейчас является Россия. Оптимальным в данной ситуации представляется опыт США 1980-х гг.: санация проблемных частных банков, очищение их от долгов (специально созданной государственной структурой) и продажа с аукциона частному капиталу. При этом очищение от долгов должно проходить в предельно сжатые сроки, после чего кредитную организацию можно выставлять на аукцион и дальнейшую санацию проводить совместными усилиями государственного агентства (которое может, со своей стороны, давать беспроцентные кредиты на санацию победителю аукциона и помогать опытом) и победившим на аукционе коммерческим банком. Данная практика поможет ускорить процедуру санации, активнее вовлечь в нее частный капитал, избежать длительного нахождения проблемной кредитной организации на балансе государства. В целях дальнейшей реструктуризации банковского сектора следует уже сейчас объявить о поэтапном повышении минимального собственного капитала банка. Это продемонстрирует намерение государства поддерживать крупные, капитализированные банки, способные нести функции посредника между сбережениями и инвестициями. Подобные действия в совокупности с четкой экономической политикой и разумной, взвешенной политической позицией помогут российской банковской системе выйти из кризиса реорганизованной, окрепшей, способной реально поддерживать экономику и противостоять кризисам.

3 Подробнее Е.В.Рыбин, Н.А.Василенко «Банки развития: международный опыт и перспективы в России». «Деньги и кредит». 2008. №2.

40

, Банковское дело №12 2008


The financial crisis in Russia as a way of restructuring the banking sector