Page 1


в каждом

чело в каждом

искус


искусстве

овек человеке

сство


от редактора

Бесконечная чреда будней, суток, каникул, зарплат, болезней, авансов и диарей. С работы - домой, из дома - на работу. Эти странные перемешения похожи на путешествия по загробной жизни: ни тебе просветления, ни конца, ни света. Если смотреть на мир и на самих себя, свою жизнь в таких тонах, то кажется, что лучшее на что способен человек - утром и вечером чистить зубы. Может показаться, что радоваться и восхищаться в этом мире соверешенно не чем. И так тоже можно жить. Правда, жить без страсти, без мечты, без восхищения - странное и не вполне приятное приключение. Другое дело, смотреть на любого из нас, как на фрактал, если угодно. Каждый из нас не является целым, но и не является частью. Мы - самодостаточны и беспомощны одновременно. Лучшее, что мы

можем: показаться в своей беспомощности и преуспеть в самодостаточности. Другое дело, когда ты идешь с работы (да, не с самой приятной и любимой) или готовишь ужин (возможно, не в домике у самой границы леса и не из крутонов), чувствуя при этом, осозновая лишь краешком своей сути, такую мысль: Во всем есть искусство. Журнал "Human" - это восхищение человечеством. Восхищение тем, что создано и тем, что будет создано. На страницах издания вы найдете не только работы авторов, но и несколько слов авторов о самих себе, своем творчестве и жизни.


фаз кузиев


содержание: Аня Кур самоучка с отличной родословной Кот Демельмейстер мессия поколения шоппинга Say No поэт-загадка Сергей Золотусский умер, не став знаменитым


ANI KUR Аня Кур (ANI KUR) - художник-самоучка. Родилась в многодетной семье художников-ремесленников. Начала рисовать как только взяла в руки карандаш. В детстве любила наблюдать и учиться у своих родных. В школьные годы среди сверстников получила непонимание и, поэтому, была изгоем в классе. Именно это сложное время она считает началом своего настоящего творческого пути. "Я нашла понимание в рисовании и музыке"- говорит Аня. После школы поступала в МГХПА им. С.Г.Строгонова на графический дизайн, в МГУП на рекламу, в МГГУ имени М.А.Шолохова на дизайн. Не поступила никуда. Аня Кур ассоциируется у многих с портретиками, которые художник рисует незнакомым людям бесплатно и на заказ. Это яркие, характерные, узнаваемые портреты, выполненные акварелью с добавлением компьютерных эффектов. Художник создаёт портреты людей, передавая глубину их внутреннего мира. Сама Аня говорит: "В каждом человеке свой уникальный неповторимый мир, который я пытаюсь передать на лист бумаги, вложив в работу частицу своей души".


BLACK HOLE

DESIGN


BLACK HOLE

Одежда. Основная идея BLACK HOLE design - это смысловая нагрузка посредством дизайна. Это философия, которая трансформируется на плоскость материй. Шелк, шерсть, кожа. Объекты. Визуальный мир, который является частью моих вопросов в прикладном дизайне. Дерево, камень, металл. Игра. Искусство как ниша по части глобальных проблем. Звуки, текст, слова.


интервью

Кот Демельмейстер -black hole design-

HUMAN: Я вижу как сложно ты преподносишь свои работы и мысли. В связи с этим, как назвать сам род деятельности? Одним "дизайнер" ведь не отделаешься? КОТ: Дизайнер, ремесленник.... потому как работа непосредственно связана с ручной обработкой тканей, применением особенных средств воздействия на материалы (кислот, красителей...). HUMAN: Как ты пришла к этому? Чем занималась раньше? КОТ: С раннего детства я мечтала закончить художественную школу, пойти по стопам искусных мастеров ручного труда и основать свой бренд по производству аутентичной одежды, которая бы отображала не модные тенденции и меняла почерк из сезона в сезон, а следовала своей линии, выбранной изначально. Но все сложилось иначе. Родители настояли на том, чтобы выбирала профессию "посерьезнее". Закончила школу, поступила на отделение социологии и пиара, но продолжала шить у портных и учиться кроить. Все основы впитывала самостоятельно, посещала курсы и мастер-классы по самым разнообразным творческим направлениям (фотография, живопись, гончарное мастерство, даже занятия с химиком не прошли зря), и основала свой бренд BLACK HOLE design. Читала много литературы по дизайну, работала у дизайнеров в подмастерье, а так же в качестве мастера по костюмам для театра ИЛИ (созданного одним из актеров из известного театра ДАХ). Были выставки и выступления в разных ипостасях: как актер, костюмер, художник, дизайнер... так сформировался вкус и свой узнаваемый почерк. Кроме этого работала как режиссер и с другом снимали короткометражки и рекламу, где так же использовала свои костюмы. Со временем отказалась от масштабного афиширования своей деятельности и на два года взяла

паузу, чтобы разобраться чего действительно хочу. Так начала писать прозу и стала работать журналистом. Этот переломный период совпал со смертью Отца, что оставило свой след на дальнейшей работе. Как журналиста, так и дизайнера. Не смотря на то, что сезонные коллекции я перестала делать, заказы все-равно поступали, в том числе и на свадебные платья. Так круг знакомых расширялся, потому как нет ничего лучше "сарафанного радио", и моя одежда стала покупаться в других странах: Россия, Германия, Дания.

Родители настояли на том, чтобы выбирала профессию "посерьезнее". Закончила школу, поступила на отделение социологии и пиара, но продолжала шить у портных и учиться кроить. HUMAN: И сколько лет уже black hole? КОТ: Официально, с 2010 существует. Впервые, о нем заговорили на украинском фестивале "I LOVE KIEV". На нем была представлена дебютная коллекция "WE". HUMAN: Знаю, недавно был тур с коллекцией. Довольна? КОТ: Я ездила по Европе с коллекцией, чтобы знакомиться с владельцами концепт-сторов, которые могут быть заинтересованы в сотрудничестве с BLACK HOLE design. Это были встречи, которые не планировались заранее, и все происходило естественным путем. Я бродила по улочкам Антверпена, заходила в любопытные пространства, где хотела бы видеть свою одежду на кронштейнах, и знакомилась. Иногда в процессе осмотра вещей, которые там продаются, со мной знакомились сами. Так появилось немалое число


новых приятелей, причем как байеров и владельцев магазинов, так и самых разнообразных деятелей, которые в то время там находились. Теперь активно поддерживаю связь с бельгийским парфюмером, продукция которого продается по всему миру, в том числе и Киеве, с Louison Libertin. Он работает с органическими материалами, что нас очень сблизило. Так же был Берлин, Милан, Амстердам и Париж. Но мое сердце по-прежнему принадлежит холод-

Активно поддерживаю связь с бельгийским парфюмером, продукция которого продается по всему миру, в том числе и Киеве, с Louison Libertin. Он работает с органическими материалами, что нас очень сблизило. ной и мрачной Скандинавии, с ее бесконечными северными просторами и упоительной красотой, которая оставляет след на каждой из моих коллекций. Да. Меня волнует ситуация, которая нынче складывается с природой. Или даже не так. Меня волнует сама природа и ее законы, которые активно нарушает человек своей деятельностью. Именно поэтому море, песок, ветер, горы, льды, деревья и камни - для меня главный источник вдохновения. Но на этом я не останавливаюсь. Если в самом начале работы в дизайн сфере, я использовала исключительно новые материалы, в том числе и пробовала работать с органическими материалами (ткани, красители, упаковка), то сейчас в 70% создаваемых мною вещей я использую вторичный материал. Не обхожу стороной блошиные рынки и винтажные магазины, где можно приобрести вещи с историей. Так практически каждый предмет одежды с куском истории, как я люблю говорить. Это дает платформу не только для расширения поля деятельности, как создание одежды, так и инсталляций из вторичной одежды, так и дает возможность показать людям, что все в этом мире взаимосвязано, влечет за собой последствия и оставляет отпечаток на земле. Стоит думать о каждом шаге, о том, что мы делаем, кому это нужно

и что останется в итоге. HUMAN: Скажи, пожалуйста, почему-таки Black Hole? В том, что ты сейчас говоришь очень много боли и тоски. Может, есть связь? КОТ: Потому что это действительно черная дыра, из которой все появилось (родилось, началось), и которая затягивает, оставляет шрам и желание менять все происходящее вокруг. Это странно, но даже люди, которые появляются в моей жизни, находятся в каком-то поиске себя, желании обрести перемены и обрести внутренний диалог с сердцем. Все взаимосвязано, и ничто не проходит бесследно. Это очень важно понимать каждой клеточкой своего тела. Каждая мысль, которой мы даем шанс "заговорить" в нашей голове, обретает форму и рождает плод, наполненный болью, страстью и вопросами. Это искусство. Поэтому мне сложно сказать, что я лишь дизайнер, который шьет одежду и поставляет ее в магазины. Это не цель. Это ответвление, которое случилось. HUMAN: А есть ли цель? Ну там, миллион долларов, машины, квартиры?

Да, без финансовой стороны сложно, приходится напрягать извилины и искать гармонию между внутренним желанием чистоты и внешним миром конфликта. КОТ: Как сказал один значимый для меня человек, я хочу создавать и делиться пока есть силы и желания. Да, без финансовой стороны сложно, приходится напрягать извилины и искать гармонию между внутренним желанием чистоты и внешним миром конфликта. Но я по-прежнему хочу жить на стыке гор и моря. Я написала об этом текст кстати. Минутку... Для меня очень важна сторона пользы. Она и движимый рычаг для всего созданного мною ныне, и тормозная жидкость, которая будоражит кровь и заставляет делать шаг назад.


Я очень долго искала себя посредством разных вещей, пока не уяснила один важный момент: не важно какой путь ты выберешь, цель - одна. Моя цель в обретении гармонии посредством работы руками и таким образом помощи тем, кто находится на стыке и нуждается в поддержке.

собранной в одном месте, а так же, где желающие могли бы проводить время за чтением моих книг, над которыми так же работаю, и лакомиться вкусной домашней едой (что-то вроде домашнего ресторана, в этом плане мне безумно нравится итальянские семейные траттории с особой атмосферой, дела которых передаются из покоHUMAN: Если я правильно понял: идея black ления в поколение), слушать музыку, по вечерам hole (твоя идея) в том, чтобы этой самой болью приходить на прекрасные душевные фильмы и и слмнениями, помочь тем же сомневающимся собираться по субботам на квартирниках. Да, в и испытывающим боль? Т.е., любой твой слукаком-то плане мне близок по духу образ жизни шатель (если угодно) - это и есть кит, которого хиппи, людей, которые не стремятся изменить ты хочешь спасти? Не упростил? мир, но которые это делают. При этом, как ни парадоксально это бы звучало, КОТ: Раньше я любила пингвинов, теперь я дейтак же важна уединенность, отречение, возможствительно люблю китов. Поэтому, наверное, не ность быть одной. спасти, а дать возможность задуматься при помо- То есть горы и море. Где только я и чистый возщи моих действий и созданных вещей. дух. Все-таки не совсем верно говорить, что вокруг Вот как-то так. меня только боль и ею же пропитана ткань, из Возможно ли будет все это совместить воедино, которой я шью платья. покажет время.

Люди это случайные зрители, которые приходят и уходят, и в данный момент я учусь отпускать. Это мой план, чтобы не привязываться, но при это любить всем сердцем тех, кто действительно важен. Эта боль создается внешне, проникает внутрь, трансформируется в нечто новое благодаря времени, людям, разговорам, мыслям, действиям, работе и рождает новое семя. Мне бы хотелось называть это чистотой. Мне бы так действительно хотелось. Люди это случайные зрители, которые приходят и уходят, и в данный момент я учусь отпускать. Это мой план, чтобы не привязываться, но при это любить всем сердцем тех, кто действительно важен. Вот. HUMAN: Есть у тебя мечты относительно работы? КОТ: Если детально (а я знаю, что надо четко формулировать свои желания), то я хочу свое пространство, в котором бы жила я, мои друзья, моя семья, люди, которым важно быть вместе, при этом там было бы место, где продавались бы мои вещи, и чтобы они не "бегали" по всему миру, потому что дизайнеров так много, и так важно сохранить себя и быть организованной и

HUMAN: Спасибо. Правда, спасибо. А книги когда сможем увидеть? КОТ: Ну я работаю сейчас над одной такой. Это будет целый альбом. С фотографиями, иллюстрациями, текстами, историями. Хочу такую книгу, которая была бы не просто прочитанной и поставленной на полку, а которую бы хотелось постоянно листать, смотреть, и находить что-то новое. Книга как хороший фильм, с возможностью увидеть и довообразить. Поэтому очень важно не спешить и делать все постепенно. Чтобы каждое слово было выстраданным и пережитым, чтобы каждая история лилась из сердца, и чтобы каждая глава начиналась со слов любви. Всему свое время. Главное слушать себя. *** Мы еще долго говорили «спасибо» в разных вариациях и я, от чего-то воодушевленный, лег спать.


желания Кота Демельмейстера Хочу в Гренландию, Аляску, Исландию, Камбоджу, Кубу, Узбекистан и Бали. Хочу кота Мейн-куна и собаку Ньюфаундленда. Хочу любимого мужа, двух сыновей и маленькую дочку. Дом возле гор и моря, с видом на вулкан. Чтобы свой сад с фруктовыми деревьями и чистейшие овощи с огорода. Овечек хочу, чтобы делать своими руками сыр из молока и прясти из шерсти свитера. Хочу проигрыватель и пластинки, чтобы только лучший звук. Хочу старенький фольксваген фургончик, чтобы семьей путешествовать. Хочу маленький ресторан, где буду готовить свою еду и сладости. Хочу маленькую мастерскую, где буду делать вещи ручной работы и отправлять в другие страны. Хочу, чтобы меня не знали в лицо, но чтобы уважали за труд, который делаю. Хочу раз в год отправляться в экспедицию и спасать китов. Хочу сортировать мусор и производить новые полезные объекты. Хочу купаться голышом и играть на сопилке. Хочу смотреть кино в уличных кинотеатрах с теплой рукой в своей руке. Хочу свежевыжатый сок из манго и сладкие арбузы на обед. Хочу ходить на концерты Сигур Рос, Бьорк и чтобы А-Ха спели еще разок. Хочу сделать уникальный снимок и продать его за миллион (чего угодно) и отдать деньги на благотворительность деткам. Хочу карабкаться по Гималаям и печь хлеб в алтайских печах. Хочу выращивать розы и варить варенье из лепестков. Хочу персональную выставку с мужем в МОМА в Нью-Йорке. Хочу книгу на двоих и с дурацкими именами. Хочу делать семейные фотографии и отправлять всем друзьям и знакомым по всему миру на новый год. Хочу обнять дельфина. Хочу взглянуть в глаза осьминогу, потому что хочу. Хочу, чтобы Мама жила долго. Хочу построить маленький домик на дереве для детей. Хочу отрастить волосы и плести косы, носить платья в пол и мазать запястья душистым маслом иланг-иланга и сандалом. Хочу щекотать лицо бородой любимого человека. Хочу хрустящую белую постель и морозный воздух на щеках. Хочу резиновые сапоги, палатку и отправляться летом на музыкальные фестивали в палаточные городки. Хочу научиться кататься на сноуборде. Хочу сломать правую руку, обрисовать гипс любовными словами, и научиться писать левой рукой. Хочу ходить в гости к Далай Ламе и приглашать на обед Джулию Робертс. Хочу улыбаться как Мона Лиза и смеяться как Зак Галифианакис. Хочу камин и много внуков. Хочу, чтобы люди жили дольше и стали чуточку счастливее. Хочу, чтобы в Индии научились бороться с мусором. Хочу, чтобы животные стали жить в лесу, а не на столах. Хочу умываться в источниках и пить воду из рек. Хочу быть любимой, потому что знаю, что могу. Хочу быть здесь подольше, потому что Земля удивительная планета, с благостными намерениями от Бога и добром от человеческих сердец.


BLACK HOLE


BLACK HOLE


HUMAN: Скажи, для начала, как к тебе лучше обращаться? Т.е., имя, как я понял, ты скрываешь в сети? Say No: Антон. Не скрываю особо. Кто спрашивает, тому отвечаю. HUMAN: Расскажи, как пришел в литературу? Say No: Начал писать лет в 16, нополучалось довольно плохо. Потом был перерыв. В прошлом году был создан Say No.Но он задумывался как музыкальный проект. В последнее время стало много чего происходить и я опять начал писать.

HUMAN: Получается, что пишешь – когда много чего происходит? Say No: Когда пишешь, даешь выход эмоциям, переживаниям. От этого легче, в какой-то степени. HUMAN: Ну, а сверхцели в литературе есть? Амбиции? Нобелевка, Букер? Say No: Хочется поэтических вечеров. А в плане каких-то наград–нет.

HUMAN: А как ты относишься к литературе (да и любому творчеству) как способу заработка? Или, это должно быть после завода/стройки/ службы? Say No: Мне кажется это нормально. Если это будет после стройки/завода/службы будет ниже качество. HUMAN: А сам ты, на данный момент, чем в несвободное от литературы время занимаешься? Say No: Учусь в университете.

HUMAN: Что ты читаешь и смотришь? Кого-то из поэтов, может,можешь выделить? Живых, мертвых. Say No: Редко что-то смотрю. Времени не так много. Читаю Мураками "Подземка". Из поэтов, самый любимый Тальков. Он певцом был. Своя группа была. У него стихи очень сильные. Много современных поэтов нравится. Мне кажется, неправду говорят, что литература в упадке сейчас. HUMAN: Как близкие относятся к твоему творчеству? Родные, друзья - поддерживают?


поэт.

say no

Say No: Они не знают об этом. Пока что.

HUMAN: Есть музыкальные проекты?

HUMAN: У тебя довольно много подписчиков, лайков там разных.И что, не подмывало похвастаться? И еще, мне просто чтобы прояснить: это твой профиль (Say No) или есть отдельный (Антон ...)?

Say No: Нет. Say No должен был таким стать.

HUMAN: Получается, потребность дистанцироваться отсобственного творчества есть? Say No: Есть потребность отдыха от большого количества людей. HUMAN: В твоем положении есть приемущества: ты можешь быть максимально откровенным. Пробовал уже издаваться? Say No: Сборник моих стихов нет. А так: я номинирован на"поэт года". Они выпускают книги с работами номинантов. Вот там будет пара моих стихов. Это будет первая публикация моих стихов. HUMAN: Поздравляю, в таком случае! Чем увлекаешься помимо литературы? Университет, понятно, но есть ли что-то еще? Say No: Музыка. Чуть-чуть.

Say No: Послушайте The Retuses, Обе Две, Талькова, Alai Oli. Почитайте мои стихи. HUMAN: Спасибо!

Послушайте The Retuses, Обе Две, Талькова, Alai Oli. Почитайте мои стихи.

Say No: Есть отдельный. А в рассказах друзьям и знакомым - нет необходимости.

HUMAN: Что порекомендуешь почитать, послушать всем нам(человечеству)?


Сергей Золотусс

умер,

2 мая 1955 года родился Серёжа Золотусский. В райцентре Аксубаево Татарской АССР, его мама гостила там у своих родителей, ожидая ребёнка. Приехала она из Хабаровска, где они с мужем, работали учителями русского языка и литературы. Затем (после рождения сына) оба перешли в журналистику: отец, Игорь Золотусский - литературный критик, мама - Татьяна Поликарпова, прозаик. Первое признание Сергея как поэта произошло в пионерском лагере"Артек" (в 12 лет). Тогда, в 1967 году, ещё не утихали споры о Сталине, о репрессиях. Серёжа, у которого оба деда были репрессированы, смело спорил с грузинскими ребятами по поводу Сталина. Они вроде как хотели разрешить спор силовыми методами, но потом сказали: «Мы не будем тебя бить, потому что ты - хороший поэт». Между родителями Сергея происходит размолвка, и в 1969 году, как раз в это время семья переезжает в Москву, они разводятся. Серёже в то время ещё нет 14-ти лет. В Москве он учится, поступает на географический факультет Московского областного педагогического института им. Н.К. Крупской, и заканчивает его, после чего решает следовать своему призванию поэта – постигать жизнь. Чтобы иметь время для написания стихов, Сергей выбирает работы с графиком «сутки через двое»: техником-смотритель, грузчик, инкассатор, проводник, педагог-организатор, контролер рынка, оператор котельной, охранники и, наконец, журналист - сначала в журнале «Социальная защита», затем в газете «Московский комсомолец». Он пишет стихи, занимается боксом (поэт-боксёр!). В 80-х годах подборки его стихов выходят

в журналах «Новый мир», «Дружба народов», «Юность»,«Огонёк». Также результатом его трудов в 1991 году становится сборник "Обоженное дерево" в коллективной книге с другими молодыми авторами. С 2000 по 2002 годы, он ведёт спортивную рубрику «Один на один» в желтушном журнале "Вот так!" издательства "Бурда". В последствии из материалов этой рубрики его мама составит книгу "Создай себя сам, или как стать настоящим мужчиной". О времени "перестройки" - в предисловии к книге "Соучастники и двойники" Сергей написал: "Пришли 90-ые годы, литература стала сугубо частным делом ее производителей. Такого еще не было: поэт в России - больше не поэт... Для меня это была та еще ломка (как,безусловно, и для большинства собратьев по перу). Я перестал сочинять, но долгое молчание мертвило душу, превращая меня в зомби..." В 2002 году Сергей формирует для издания свою книгу стихов "Соучастники и двойники". "И теперь я знаю, почему я все-таки пишу снова - как бы в никуда. Потому что мной была осознана истина: каждая душа живет только по тем законам, по которым она создана». 10 июня 2002 года Сергей трагически уходит из жизни. Посмертно на средства семьи изданы его книги стихов «Соучастники и двойники» в 2002 году. А в 2008 итоговая книга стихов «Слово» (М., «Права человека», 2008), также книга прозы "Создай себя сам, или как стать настоящим мужчиной". Изд. Астрель - АСТ, М., в 2007. Впоследствии состоялись вечера памяти Сергея Золотусского в Москве,Ярославле, Казани, Владимире.


текст Вадим Майданов

ский

, не став знаменитым

*** Я выходил из проходной, Окончив труд, не то что рад - Я был свободен, шел домой. Спокойно шел - я был женат. А дома ждал накрытый стол (Звенели вилки о стекло), По телевизору - футбол, А ночью - женское тепло.

Казалось, я несом рекой, Рекою дней, ночей и лет, Казалось, вот он, тот покой Желанный... если счастья нет. Но как-то рано поутру С пути я обернулся вспять, Мне захотелось на ветру Подумать или постоять. ...Рвануло воздухом, взнесло, Застыли на губах слова... Я думал - шапку сорвало, А покатилась - голова... ***

Создан сайт, посвящённый ему и его книге "Соучастники идвойники". Олег Хлебников, бывший до 1991 года завлитом "Огонька", ныне заместитель главного редактора "Новой Газеты" пишет : "Борис Рыжий, Сергей Золотусский да Денис Новиков, пропавший без вестей где-то в наркотической Голландии, — они и были неформальными лидерами поколения next, азначит, надеждой современной русской поэзии. Потому что не занимались эпатажем, не следовали моде писать «под Бродского», не силились казаться сложнее (как многие из постмодернистов) или проще (как концептуалисты) себя. У каждого —своя интонация, своя непридуманная боль, движущая сила настоящих стихов.". Я лично согласен с грузинскими мальчиками и Олегом Хлебниковым: Сергей- замечательный самобытный поэт, и мне крайне жаль, что он погиб и теперь нельзя с ним запросто поговорить. Но, слава Бродскому Богу, есть люди, которые заботятся о том,чтобы его рукописи стали книгами и память о поэте сохранялась и становилась всё шире среди живущих. Эти люди - прежде всего его мама - Татьяна Поликарпова и немногие другие, кто о нём написал посмертные статьи, благодаря которым я смогу знать о Сергее Золотусском больше, чем просто даты его жизни и смерти. ... ах! да! Сергей Игоревич Золотусский (родился 5 мая 1955 года - умер 10 июня2002 г.) (Хорошее начало для странички в Википедии?!) и всё!..


в о з в р а щ е н и е

И зияющей Упали пропали Нет, зачем Я я Держит Как землю, бесконечное поля Плещется в Только крыла ...А там, миг пылкая

я

появлюсь

я в

летчик мое

мои

в мне сливочной

радостно и грудь

бы

по

где еще

с

уже нагой парение вставшую

мне вот и дороге нежность

в чужой мотора облачной

не свите

в белое

видеть речные новой простор хватило

меня так

к

бездонной синеве. погоны, траве. воитель, песня! поднебесье! оперение... это: косо, лето, плесы! силой великий... сердцу крика! дому, подбили, знакома пыли!


...В снег упал вниз лицом, выплавляя посмертную Только жизнь спасена вместо пули ударила Вместо крови моей, кто-то жидкую алую Из посудины выплеснул и не дает Это поле, березы обычное русское Драматический холод и ангельский в небе Но последнее нынче не так завершается Я теперь невредимым на ноги нетвердые Я гляжу, как меня незнакомые люди И не знаю, куда ухожу, и лица на мне Вот и все. Но душа остается на гибельном Я зачем-то еще бутафорский держу

маску.. плеть, краску умереть. место; вокал... действо: встал. уводят, нет... взводе, пистолет.


На

первом

плане падает снег,

На

втором

плане падает снег,

На

третьем

плане падает снег

Сквозь

себя

И

и

в

я

себе

не

самом. знаю,

сколько можно стоять, И

я

не

знаю,

сколько можно смотреть, Сколько

можно

ждать

и сколько терпеть И думать о том же ... О том, Что вот здесь для полета не нужен разбег: Лишь закроешь глаза, и над кожею век Все отчетливей видишь, без фальши: На

первом

плане уходит любовь,

На

втором

плане уходит любовь,

И

на

третьем, и дальше, и дальше...


октябрь

Переносьякоснувшись,путинедаетпаутина, Какподводнаятеньтитаническойдвижимойльдины, Ираздвинулсязанавес,сразупространстворасширив, Страхотсутствиядушутомитвэтомсинемэфире, Гдекончаетсязвукнавсегда,безследа,безответа, Подногами-слюда-нетебялисживаютсосвета! Этознаюия,чтогадатьпокрылуипокрику! Навесахбытияднииночиздесьравновелики, Инельзянамназад(нивысжатыирощитамголы), Говорить-невпопад,ведьубийственнытежеглаголы! Словнокосточкой-щелк!-насстобою Испишутсосчета, Икакбудтоневпрокнампошелисторическийопыт, Колоннадастволовнасведетисжимаеталлею, Мынеслышимшагов,потомучтосвои-тяжелее. Можетбыть,оттогоиторжественнапоступьмотива? Впереди-ничего,ночеканназатоперспектива, СнамивремянаВы...Впрыснутвлегкиехолодаморфий, Поворотголовысразумраморнымделаетпрофиль.


Ю р и й

Е ф р е м о в


л а п л а н д с к а я

к р о в ь

Иду по петляющей тропинке в сосновом лесу. Полной грудью вдыхаю чистый свежий воздух бора, пропахший хвоей и смолой. Толстые корни деревьев паутиной опутывают тонкий слой земли на основании из камня. Между деревьев то здесь, то там торчат большие валуны, а в некоторых местах земли нет и вовсе. Там мох и лишайник покрывают камень мягким ковром. Тропа бежит, огибая стволы сосен и куски скал, которые, кажется, хаотично разбросаны вокруг. Иду медленно, за спиной рюкзак, а в руках посох вытесанный из крепкой палки. Тихо. Вокруг ни души. Иногда нужно просто побыть одному наедине с собой и суровой красотой севера. В такие моменты суета отступает, само время отходит на задний план, остаются только бесконечные мысли и прохладный ветер, пахнущий мхом, болотом и лесным разнотравьем. В такие моменты понимаю, что лучший собеседник – сам я. Увлеченье делом, шумное веселье в компании, – все кажется примитивным в сравнении с безмолвным единением с природой. Точно в этом и есть сама жизнь, полная, без навязываний, пустой болтовни и чужих мнений, столь же самоуверенных, сколь и неважных. Воздух становится чуть солёнее, а ветер обдает водяной пылью – чувствуется близость Белого моря. Остановлюсь отдохнуть и, присев на небольшой камень, буду собирать ягоды. Черника, голубика, брусника растут в таком количестве, что можно не сходя с места набрать целую корзину. Отдохнув, снова отправляюсь в путь. Рюкзак за спиной, посох в руке – можно идти дальше. Тропинка возьмет чуть вверх и, сделав петлю, развернется и снова пойдет к низу. На самой верхней ее точке, проходящей по скале, можно далеко вокруг увидеть окрестности. Вдаль, насколько хватает глаз, бескрайний лес. Высокие корабельные сосны как мачты уходят ввысь. Их широкие стволы покрыты светло-коричневой, местами бежевой и рыжеватой в свете солнца корой. Около корней дерево окаймляет мох, который здесь повсюду. Среди сосен серыми пятнами видны скалы. Их однообразная серость, разнообразие форм и размеров действуют успокаивающе после вычурной броскости ярких красок города.


К чему все эти крики о себе, безумная суета и бешенство красок. Здешняя природа проста и восхитительно красива. Невдалеке от тропы расположился огромный муравейник. Он вырос рядом со стволом дерева, но теперь со всех сторон поглотил его основание. Вокруг нет той беззаботности, что проявляется в природе средних широт. Все стремится только к одному - выжить в суровых условиях севера. Несколько коротких месяцев здесь тепло и можно гулять или ходить в походы. Зима будет очень холодной, а сильный ветер с моря заставит все живое перебраться ближе к югу или уснуть до весны. Только сосны – невозмутимые как камень, на котором они растут, стоят года напролет, и ветер, не умолкая, шумит в их высоких кронах. Вот она – истинная красота. В кажущейся скудности, в сдержанности красок и видов, в суровых чертах окружающего, в твердости серого камня, в холоде воды, бьющей о скалы. Здесь ничего не отвлекает от раздумий. Тонкие линии, спокойствие шума ветра, статичность каменных глыб делают ландшафт утонченно-прекрасным. Мох под ногами пышен и мягок, что можно лечь, раскинув руки и смотреть ввысь. Взгляд упадет под ноги на кроваво-красное пятно на камне. Этот камень называют эвдиалит. Старый дед, встретившийся мне по дороге, рассказал легенду, рассказанную ему его дедом об этом камне. Это было давно - давно, когда меня ещё не было. Нашли на нашу землю чужие люди, сказывали - шветы, а мы лопь были, как лопь, - голая, без оружия, даже без дробников, и ножи-то не у всех были. Да и драться мы не хотели. Но шветы стали отбирать быков и важенок, заняли наши рыбьи места, понастроили загонов и лемм - некуда стало лопи деться. И вот собрались мы и пошли настоящей войной - кто с дробником, кто просто с ножом, пошли все на шветов, а швет был сильный и не боялся лопи. Направо ударит - так не было десяти наших, и каплями крови забрызганы все горы, тундры да хибины; налево ударит - так снова не было десяти наших, и снова капли крови лопской разбрызгались по тундрам. Но осерчали наши старики, как увидели, что швет стал крошить


их, пособирались с силами и все сразу обложили со всех сторон швета; он туда, сюда - никуда ему прохода нет, так он и застыл на скале, что над озером висит. Ты, когда будешь на Сейтъявре, сам увидишь великана Куйву, - это и есть тот швет, что наши саами распластали на камне, наши старики, когда войной на него пошли. Так он там и остался, Куйва проклятый, а наши старики снова завладели быками и важенками, снова сели на рыбьи места и стали промышлять. Только вот окаменевшие капли саамской крови остались в тундрах, много их пролили наши старики, пока Куйву осилили. Теперь часто в горах находят красный камень - эвдиалит, это и есть саамская кровь. Услышав эту легенду, взглянув деду в глаза, на обветренное лицо, на руки в мозолях, увидел всю суровость местной жизни. Ту непреклонность, которую не сломить, ту борьбу, которая не утихает и невольно проникся безграничным уважением к старому сааму. Наши заботы, проблемы, суета кажутся нелепыми и пошло-самонадеянными в сравнении с местной суровостью жизни. Та грань увиденной силы борьбы за жизнь, еще долго будет поддерживать меня своим примером. Не раз буду снова прокручивать в голове картины увиденного, когда карусель пустых людей и неважных событий комом встанет поперек горла. Со мной навсегда останутся только воспоминания, легенда, рассказанная стариком, и эвдиалит – лапландская кровь на камне.


всякое ис есть подр прир


скусство ражание роде

Human  

(lamente4)

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you