Page 1

Approximation 1. noun: likeness, approach, resemblance, semblance, correspondence: That’s a fair approximation of the way the next boss will be chosen. 2. noun: guess, estimate, conjecture, rough idea, estimation, guesswork, rough calculation, ballpark figure (informal), ballpark estimate (informal): That’s an approximation, but my guess is there’ll be a reasonable balance.


Operazione Ataman Wikipedia, l’enciclopedia libera L’Operazione Ataman fu l’occupazione del Friuli settentrionale da parte delle truppe cosacche inquadrate nella Wehrmacht, nel quadro del consolidamento della Zona d’operazioni del Litorale adriatico. Durante l’invasione dell’Uniove Sovietica, le forze armate tedesche ed italiane incorporarono alcune decine di migliaia di volontari cosacchi nella Wehrmacht, nelle Waffen-SS e nel Regio Esercito. Il 10 novembre 1943, quando l’Unione Sovietica aveva ormai riconquistato quasi tutto il proprio territorio, un proclama del Ministro dei territori occupati Alfred Rosenberg e del comandante della Wehrmacht Wilhelm Keitel assicurò ai soldati cosacchi che, sconfitta l’Urss, essi avrebbero goduto di ampie autonomie nei territori di provenienza, e temporaneamente in altre parti d’Europa, qual’ora gli eventi bellici avessero reso “temporaneamente” impossibile il rientro sulle loro terre. Per tutta l’estate del 1944 la zona dell’alto Friuli fu teatro di numerose operazioni partigiane, che culminarono il 26 settembre di quell’anno nella proclamazione della Repubblica partigiana della Carnia. Per tale motivo nel luglio del ‘44 il Comandante superiore delle SS e della polizia di Trieste, Odilo Globocnik, concordò l’insediamento delle truppe cosacche nella zona: fu l’inizio dell’Operazione Ataman, che nel giro di qualche settimana trasferì circa 22.000 cosacchi (9.000 soldati, 6.000 “vecchi”, 4.000 “familiari” e 3.000 “bambini”), oltre a 4.000 “caucasici” (2.000 soldati ed altrettanti familiari) a bordo di 50 treni merci militari.


Sconfitta la zona libera di Cardia ad opera delle forze Nazifasciste, i cosacchi iniziarono la costituzione della “Kosakenland in Norditalien” promessa dai tedeschi, replicando nei villaggi la loro organizzazione sociale, stili di vita e cerimonie religiose. Il comune di Verzegnis divenne la sede del capo supremo delle forze cosacche, l’atamano Pëtr Nikolaevič Krasnov, mentre alcuni paesi vennero ribattezzati con i nomi delle città russe (Alesso fu ribattezzata in Novočerkassk, Trasaghis in Novorossijsk, Cavazzo in Krasnodar). Con l’avanzata alleata in Italia, i Cosacchi della Carnia iniziarono la ritirata verso l’Austria, dove il 9 maggio si arresero alle truppe inglesi presso la città di Lienz.


Lienzer Kosakentragödie Wikipedia, Die freie Enziklopädie Als Lienzer Kosakentragödie bzw. Tragödie an der Drau werden Vorgänge im Frühling und Sommer 1945 bezeichnet, als militärischen Kosakenverbänden, die nach ihrer Kapitulation vor der britischen Armee bei Lienz in Osttirol lagerten, die Zwangsrepatriierung in die Sowjetunion drohte. Eine unbestimmte Anzahl von Soldaten und von Familienmitgliedern, die im Tross den Kosakenverbänden gefolgt waren und auf neue Siedlungsgebiete im Friaul gehofft hatten, starb durch Selbstmord, erweiterten Selbstmord und Gewaltanwendung durch britische Soldaten.

Vorgeschichte[Bearbeiten] Vor dem Zweiten Weltkrieg[Bearbeiten] Im Russischen Bürgerkrieg beteiligte sich ein großer Teil der Kosaken auf der Seite der zaristischen „Weißen“. Unter Lenin (1920) und danach Stalin wurde die Mehrheit der Kosaken daher kollektiv als „Anti-Bolschewiki“ verfolgt. Es gab aber auch Kosaken auf Seiten der Bolschewiken. Es hat viele Kosaken gegeben, die öfter die Seiten gewechselt haben.


Kosaken in der Wehrmacht[Bearbeiten] Wie während der Revolution fanden sich die Kosaken während des Krieges auf beiden Seiten wieder, wobei ein großer Teil aufgrund ihrer antibolschewistischen Einstellung offene Sympathien für das nationalsozialistische Deutschland hegte, welches sie als Bollwerk gegen Stalin betrachteten. Im Vorrücken der Wehrmacht glaubte man eine Möglichkeit zu erkennen, alte Rechte und Privilegien wieder zu erhalten bzw. die orthodoxe Religion wieder offen zelebrieren zu können. Deshalb bot ein Teil der Kosaken Hitler ihre Dienste an. Dieser schlug zunächst das Angebot aus, betrachtete er sie entsprechend der nationalsozialistischen Rassenideologie doch als „Untermenschen“. Die ersten Sicherungs- und Kavallerieformationen der Kosaken, die auf deutscher Seite eingesetzt wurden, entstanden im Herbst 1941 und dienten zunächst der Partisanenbekämpfung. Während der Sommeroffensive der Wehrmacht 1942 billigte Hitler den Einsatz von Kosakenverbänden nicht nur bei der Partisanenbekämpfung, sondern auch an der Front. Weil Bedenken bestanden, dass die Kosaken möglicherweise gegen ihre Landsleute nicht zuverlässig kämpfen würden, wurden später Kosakeneinheiten insbesondere in Jugoslawien eingesetzt. Die Beweglichkeit der berittenen Kosakenverbände und ihr Kampfesmut bewährten sich bei der Bekämpfung der Titopartisanen. Gleichzeitig kam die 1. Kosaken-Kavallerie-Division im jugoslawischen Aufstandsgebiet durch eine Vielzahl von Plünderungen, Vergewaltigungen und Erschießungen in Verruf.


Umsiedlung[Bearbeiten] Bedingt durch den Rückzug der Wehrmacht im Osten ab 1943 sahen sich auch die Familien der Kosaken gezwungen, ihre Heimat zu verlassen. Den KosakenStans unter ihren aus der Zarenzeit berühmten Anführern, wie den Atamanen und Generalen Krasnow, Kulakoff, Schkuro, dem Sultan Klytsch, oder Vasilieff und Domanow, wurden neue Siedlungsgebiete in der oberitalienischen Provinz Friaul, in der Gegend von Tolmezzo in Karnien, als ein neues "Kosakia", von der deutschen Reichsregierung zugewiesen. Im Sommer 1944 wurden in 50 Eisenbahnzügen etwa 35.000 Kosaken aus dem Osten evakuiert und in dieser Gegend angesiedelt. In Tolmezzo residierte ein Stab mit 2.800 Offizieren und 20.000 Soldaten, die zur Partisanenbekämpfung eingesetzt wurden. Auf einem in Virovitica (Kroatien) zusammengerufenen Allkosakenkongress wurde unter dem Vorsitz des Obersten Kononov am 29. März 1945 dort General Helmuth von Pannwitz, Kommandeur des XV KosakenKavallerie-Korps, zum Obersten Feldataman aller Kosakenheere gewählt und ihm die Funktion übertragen, die seinerzeit nur dem Zarewitsch vorbehalten war. Unter dem Druck italienischer Partisanenbewegungen und um sich mit den nach Österreich ausweichenden Kosakeneinheiten des Kosaken-KavallerieKorps zu vereinigen, flüchteten die Kosaken-Stans in riesigen Trecks mit Pferd und Wagen nach Norden in das Gebiet von Oberkärnten und Osttirol, wo sie vom Zusammenbruch des Deutschen Reichs eingeholt wurden. Gemäß einer Vereinbarung der Alliierten, Kriegsgefangene an ihre Herkunftsländer zu überstellen, wurden die Kosaken von den britischen Truppen an die Sowjetunion ausgeliefert und dort vielfach deportiert und zu Zwangsarbeit verurteilt. General Helmuth von Pannwitz wurde in der Sowjetunion zum Tode verurteilt und am 16. Januar 1947 in Moskau hingerichtet.


Die Kosaken in Lienz[Bearbeiten] Die bevorstehende Niederlage Deutschlands brachte die Kosaken als Kämpfer auf Seiten Deutschlands in arge Bedrängnis. Stalin betrachtete sie als Nazikollaborateure und Verräter und drohte ihnen mit dem Tod. Um nicht in Gefangenschaft der Roten Armee bzw. der Titoarmee zu gelangen, flüchteten die Kosaken-Stans Anfang Mai 1945 unter dem Kommando von General Domanov über den Plöckenpass, wo sie vom SS-Funktionär Odilo Globocnik empfangen und nach Kötschach-Mauthen geleitet wurden. Die Kosaken gelangten so in das Gebiet von Oberkärnten und Osttirol. In Lienz wurde das Hauptquartier aufgeschlagen und in den Wiesen und Wäldern rund um die Dolomitenstadt lagerten ca. 25.000 Männer, Frauen und Kinder, der Großteil von ihnen bestand aus Angehörigen der Kampfeinheiten. Dazu kamen noch mehr als 5.000 Pferde, die innerhalb kurzer Zeit die Wiesen kahl fraßen. Dies erklärt u.a. die zurückhaltende und angsterfüllte Aufnahme durch die Einheimischen, die sich durch die Anwesenheit der Kosaken oft bedroht fühlten. Entgegen anderslautenden Zusagen verluden die Briten, nachdem die Kosakenoffiziere bereits einige Tage zuvor durch eine fingierte Konferenz in Spittal an der Drau vom übrigen Stan getrennt worden waren, die Kosaken und Kaukasier gewaltsam auf LKW und Eisenbahnwaggons. Man berief sich auf den Vertrag von Jalta, in dem unter anderem die Rückführung aller Sowjetbürger in die Sowjetunion vereinbart worden war, die sich am Kriegsende in alliierter Gefangenschaft befanden (Zwangsrepatriierung). Die britische Regierung befürchtete, dass Stalin die beim Vormarsch durch die Sowjets befreiten britischen Kriegsgefangenen als Faustpfand zurückbehalten könnte, solange die Kosakeneinheiten nicht repatriiert worden wären.


Das Gleiche galt auch für zehntausende von jugoslawischen Bürgern und Soldaten beim Massaker von Bleiburg, die – vor allem in den Reihen der faschistischen kroatischen Ustascha-Verbände – auf deutscher Seite gestanden hatten. In den Lagern um Lienz und Oberdrauburg spielten sich im Zuge der Auslieferung erschütternde Szenen ab. Mütter sprangen mit ihren Kindern in selbstmörderischer Absicht in die hochwasserführende und eiskalte Drau. Männer erschossen oder erhängten sich. Die Ereignisse gingen als „Tragödie an der Drau“ in die Geschichte ein. Der Großteil der Kosaken und Kaukasier wurde in Judenburg den sowjetischen Truppen übergeben. Viele überlebten den Sommer 1945 nicht mehr. Andere nahmen sich aus Furcht vor Verfolgung durch die sowjetischen Organe das Leben bzw. töteten ihre Kinder und Verwandten oder überlebten die Transporte in die Gefangenenlager nicht. Offiziere wurden in der Regel nach kurzen Prozessen hingerichtet, General von Pannwitz wurde am 16. Januar 1947 in Moskau mit fünf weiteren Kosakengenerälen und Atamanen hingerichtet. Am 23. April 1996 erfolgte seine Rehabilitierung durch den russischen Generalstaatsanwalt, die jedoch schon am 28. Juni 2001 von der Obersten Militärstaatsanwaltschaft als Fehlurteil wieder rückgängig gemacht wurde. Heute wird vermutet, dass ein weiterer Grund für die Auslieferung der Kosaken die Rückführung der SSDivision „Galizien“ gewesen sein könnte, weil sich Churchill von deren Einsatz im aufkommenden Kalten Krieg Vorteile erwartet hatte.

Kosakenfriedhof in der Peggetz In Lienz erinnern heute der Kosakenfriedhof in der Peggetz und ein Gedenkstein für den General Helmuth von Pannwitz und das XV. Kosakenkavallerie-Korps in Tristach an das damalige tragische Geschehen. Jährlich finden dort Gedenkfeiern der Überlebenden und der Nachkommen statt. Mit einer Andeutung im James-Bond-Film


„GoldenEye“ fanden die Ereignisse von Lienz auch Eingang in die Populärkultur: Der Gegenspieler Bonds erklärt sich als Sohn eines Lienzer Kosaken (in der deutschsprachigen Version wird fälschlicherweise von „Linzer Kosaken“ gesprochen). Während die Auslieferung der Kosaken 1945 eine bedeutende Rolle im rechtsextremen Geschichtsdiskurs (Revisionismus) spielt, wird von anderer Seite kritisiert, dass in der Betonung der Opferrolle bewusst der Aspekt ausgeblendet werde, dass der Kampf der Kosaken an der Seite der deutschen Wehrmacht bedeutete, dass sie sich an Hitlers Vernichtungskrieg beteiligten. Ganz unabhängig von der Frage ihrer ursprünglichen Motivation, da sie aus Sicht Stalins seit der Oktoberrevolution als Feinde des sowjetischen Systems galten und von diesem in ihrer Mehrheit als Anti-Bolschewiki verfolgt wurden. Nach ihrer Darstellung hatten sie keine Wahl, als sich gemeinsam mit den Deutschen gegen Stalin zu wenden, obwohl in Wirklichkeit nur ein sehr kleiner Teil zu den deutschen Truppen überlief, während die überwiegende Mehrheit der Kosaken sich der Wehrmacht in den Verbänden der Roten Armee entgegenstellte.


Repatriation of Cossacks after the Second World War Wikipedia, the free encyclopedia The Repatriation of Cossacks after the Second World War refers to the forced repatriation to the USSR of the Cossacks and ethnic Russians and Ukrainians who were allies of Nazi Germany during the Second World War. The repatriations were agreed to in the Yalta Conference; most of the repatriated people were Soviet citizens, although some of them had left Russia before or soon after the end of the Russian Civil War, or to had been born abroad. Those Cossacks and Russians were described as fascists who had fought the Allies in service to the Axis powers, yet the repatriations included non-combatant civilians as well. The Cossacks who fought the Allies did not see their war service as treason to the Russian motherland, but as an episode in the Russian Revolution of 1917 — their continuing fight against the Communist Government in Moscow in particular, and against Bolshevism in general. In the history of the Cossack repatriations to the USSR, the British repatriation at Lienz, Austria, is the most recognized and studied.

Terminology[edit] Andrew Roberts has referred to these events as the Betrayal of the Cossacks. General Poliakov and Colonel Chereshneff referred to it as the Massacre of Cossacks at Lienz. Another term used is the Tragedy of the Drau.[citation needed] “Operation Keelhaul� is a specific repatriation operation whose name was later used to refer to the entirety of these events.


Background[edit] During the Russian Civil War (1917–23), thousands of Russians integral to the Volunteer Army and the White Movement fought the Bolshevik Red Army. Cossack Hosts (of which there were eleven at the start of the First World War, 1914–18) composed much of the White Movement, and so were the strongest counter-revolutionary force against the Bolshevik Government. During the Civil War Leon Trotsky imposed Decossackization on the Cossacks, leading to many, especially the Don Cossacks and the Kuban Cossacks, to escape Russia for the Balkans where they established the Russian All-Military Union, the ROVS. The Cossacks who remained in Russia endured more than a decade of continual repression, e.g. the portioning of the lands of the Terek, Ural, and Semirechye hosts, forced cultural assimilation (i.e. the Ukrainization of the Kuban Host, [citation needed] and repression of the Russian Orthodox Church), deportation, and, ultimately, the Soviet famine of 1932-1933. The repressions ceased and some privileges were restored after publication of And Quiet Flows the Don (1934) by Mikhail Sholokhov.


The Second World War[edit] On 22 June 1941, Nazi Germany launched Operation Barbarossa and attacked the USSR, thus bringing Russia into World War II. During the attack some ROVS, especially the Cossack émigré generals Pyotr Krasnov and Andrei Shkuro, asked Nazi Propaganda Minister Joseph Goebbels’s permission to fight beside Nazi Germany against Communist Russia. Goebbels welcomed their idea and by 1942 General Krasnov and General Shkuro had mustered a Cossack force — mostly from Red Army POWs captured by the Wehrmacht — who would be under the command of General Helmuth von Pannwitz. The Wehrmacht recognized the Cossacks as military units with their own uniforms and insignia; the 1st Cossack Division was established the next year. Although the Cossack units were formed to fight the Communists in Russia, by the time they formed, the Red Army had already recaptured most of the Nazi-occupied territory, so they were deployed to the Balkans to fight the Communist Yugoslav Partisans commanded by Josip Broz Tito. By the war’s end, the Cossack units had come under the command of the Waffen-SS.


Effect of Yalta and Tehran Conferences[edit] When the Allies progressed from central Italy to the Italian Alps, Italian partisans under General Contini ordered the Cossacks to leave Carnia and go north to Austria. There, on the river Drava, near Lienz, the British army imprisoned the Cossacks in a hastily established internment camp. For a few days, the British fed them, giving the Cossacks the impression that they understood their problem as political refugees. Meanwhile, the Red Army’s advance units approached to within a few miles east, rapidly advancing to meet the Allies. Most Cossacks believed that, under British protection, they were safe from repatriation to the USSR. On 28 May 1945, the British army transported 2,046 disarmed Cossack officers and generals — including the cavalry Generals Pyotr Krasnov, Andrei Shkuro, and Kelech-Giray — to a nearby Red Army-held town. There they were handed over to the Red Army commanding general, who ordered them tried for treason. Many Cossack leaders had never been citizens of the Soviet Union, having fled revolutionary Russia in 1920, hence they believed that they could not be guilty of treason. Nonetheless, some were executed immediately. The high-ranking officers were tried in Moscow, and then executed — most notably, General Pyotr Krasnov was hanged in a public square. General Helmuth von Pannwitz of the Wehrmacht, who was instrumental to the formation and leadership of the Cossacks taken from Nazi POW camps to fight the USSR, decided to share the Cossacks’ Soviet repatriation, and was executed for war crimes with five Cossack generals and atamans in Moscow in 1947. On 1 June 1945, the British placed 32,000 Cossacks (with their women and children) into trains and trucks, and delivered them to the Red Army for repatriation to the USSR;[citation needed] like repatriations occurred that year in the American occupation zones in Austria and


Germany. Most Cossacks were sent to the gulags in far northern Russia and in Siberia and many died; some, however, escaped and others lived until Nikita Khrushchev’s amnesty in the course of his de-Stalinization policies (see below). In total, some two million people were repatriated to the USSR at the end of the Second World War, but historians calculate that the number of repatriated Cossacks is 45,000-50,000; others calculate (without consensus) some 15,000–150,000.[citation needed]


Lienz[edit] On 28 May 1945, the British Army arrived at Camp Peggetz, in Lienz, where there were 2,479 Cossacks, including 2,201 officers and soldiers. They went to invite the Cossacks to an important conference with British officizals, informing them that they would return to Lienz by six o’clock that evening; some Cossacks worried, but the British reassured them that everything was in order. One British officer told the Cossacks: “I assure you, on my word of honour as a British officer, that you are just going to a conference”. By then, British–Cossack relationships were friendly to the extent that many on both sides had developed emotions for the other. The Lienz Cossack repatriation was exceptional, because the Cossacks forcefully resisted their British repatriation to the USSR; a Cossack noted: “The NKVD or the Gestapo would have slain us with truncheons, the British did it with their word of honor.” The first to commit suicide, by hanging, was the Cossack editor Evgenij Tarruski. The second was General Silkin, who shot himself. The Cossacks refused to board the trucks. British soldiers [armed] with pistols and clubs began using their clubs, aiming at the heads of the prisoners. They first dragged the men out of the crowd, and threw them into the trucks. The men jumped out. They beat them again, and threw them onto the floor of the trucks. Again, they jumped out. The British then hit them with rifle butts until they lay unconscious, and threw them, like sacks of potatoes, in the trucks. — Operation Keelhaul (1973), by Julius Epstein.


The British transported the Cossacks to a prison where the Soviets assumed their custody. In the town of Tristach, Austria, there is a memorial commemorating General Helmuth von Pannwitz and soldiers of the XV SS Cossack Cavalry Corps who were killed in action or died as POWs.

Western Allied motivations[edit] This section does not cite any references or sources. Please help improve this section by adding citations to reliable sources. Unsourced material may be challenged and removed. (October 2011) Technically, the Allies were not legally obliged to return all Cossacks, specifically those who did not qualify as Soviet citizens. The Yalta Agreement, moreover, did not authorize the use of force during repatriation operations. To this day, the question remains why the Allies conceded to Stalin’s will for illicit, unconditionally forced repatriation. Speculations as to why include the Allies’ desire to preserve the ethereal peace following World War II and to set stable grounds for future cooperation between the West and the USSR. Contributing to the pro-repatriation issue was the cause of “expediency.” During the war, Germany had allocated Allied POWs on the Eastern half, and Soviet POWs on the Western in order to frustrate escape attempts. Given the reciprocality, the enduring presumption was that the more quickly the Allies repatriated all Cossacks according to Stalin’s instructions, the more quickly Allied prisoners would be returned to their mother countries from the Soviet hands. Of greater pressure on the Allied administration was the USSR’s notorious volatility that could spontaneously kill all Allied POWs in its temporary possession. Therefore, the Allied decision to force rapid Soviet POW repatriation was not blatantly selfish, as they


did realize the sacrifice of involved—either save one’s compatriots from potential slaughter and mistreatment, or save foreigners from a virtually guaranteed massacre. Contrary to the long-held assumption that the Allies knew nothing of the fate of the repatriated Soviet POWs, governmental archives declassified during the period 1972-1978 reveal that the Allies were indeed knowledgeable that they were thrusting prisoners to their deaths. As British Foreign Secretary Anthony Eden remarked in September 1944, “the probability that if we do what the Soviet Government want and return all these prisoners to the Soviet Union, whether they are willing to return or no, we shall be sending some of them to their deaths.” In the face of a fatal dilemma, the fact that the Allies chose forcible repatriation suggests their greater hope for global peace and future peace as the Cold War slowly unfolded. Some British people may have taken the view that the Russians were entitled to execute any of their people caught wearing German uniform, since Britain had executed one of its people caught wearing German uniform, John Amery.


Cossacks Wikipedia, the free encyclopedia Cossacks (Ukrainian: козаки́, kozaky; Russian: казаки, kazaki), are a group of predominantly East Slavic people who became known as members of democratic, semi-military and semi-naval communities, predominantly located in Ukraine and in Southern Russia. They inhabited sparsely populated areas and islands in the lower Dnieper, Don, Terek, and Ural river basins, and played an important role in the historical development of both Russia and Ukraine. Today selfidentification as “Cossack” is an important part of the culture of peoples in modern Ukraine, Southern Russia, Volga, Ural, and Siberian regions, and the Russian Far East. Cossack societies exist throughout Russia, Ukraine, Belarus and worldwide. The origins of the first Cossacks are disputed, though the Constitution of Pylyp Orlyk claimed Khazar origin. The traditional post-imperial historiography dates the emergence of Cossacks to the 14th or to 15th centuries, when two connected groups emerged, the Zaporozhian Sich of the Dnieper and the Don Cossack Host. The Zaporozhian Sich were a vassal people of Poland-Lithuania during feudal times. Under increasing social and religious pressure from the Commonwealth, in the mid-17th century the Sich declared an independent Cossack Hetmanate, initiated by a rebellion under Bohdan Khmelnytsky. Afterwards, the Treaty of Pereyaslav brought most of the Ukrainian Cossack state under Russian rule. The Sich with its lands became an autonomous region under the Russian-Polish protectorate. The Don Cossack Host, which had been established by the 16th century, allied with the Tsardom of Russia. Together they began a systematic


conquest and colonisation of lands in order to secure the borders on the Volga, the whole of Siberia (see Yermak Timofeyevich), and the Yaik and the Terek rivers. Cossack communities had developed along the latter two rivers well before the arrival of the Don Cossacks. By the 18th century, Cossack hosts in the Russian Empire occupied effective buffer zones on its borders. The expansionist ambitions of the empire relied on ensuring the loyalty of Cossacks, which caused tension given their traditional exercise of freedom, democratic self-rule, and independence. Cossacks such as Stenka Razin, Kondraty Bulavin, Ivan Mazepa, Yemelyan Pugachev, led major anti-imperial wars and revolutions in the Empire in order to abolish slavery and odious bureaucracy and to maintain independence. The Empire responded by ruthless executions and tortures, the destruction of the western part of the Don Cossack Host during the Bulavin rebellion in 1707-1708, the destruction of Baturyn after Mazepa’s rebellion in 1708, and a formal dissolution of the Yaik Host and of Zaporozhian Sich in 1775, after Pugachev’s rebellion. By the end of the 18th century, Cossack nations had been transformed into a special military estate (Sosloviye), “a military class”. Similar to the knights of medieval western Europe in feudal times, the Cossacks came to military service having to obtain charger horses, arms and supplies, mostly at their own expense. The government provided firearms and supplies for battles. Cossack service was considered the most rigorous. Because of their military tradition, Cossack forces played an important role in Russia’s wars of the 18th - 20th centuries such as the Great Northern War, the Seven Years’ War, the Crimean War, Napoleonic Wars, Caucasus War, numerous Russo-Turkish Wars, and the First World War. In the late 19th and early 20th centuries, the Tsarist regime used Cossacks extensively to perform police service (for example, both


to prevent pogroms and to suppress the revolutionary movement, especially in 1905–7.) They also served as border guards on national and internal ethnic borders (as was the case in the Caucasus War). During the Russian Civil War, Don and Kuban Cossacks have been the first nations to declare open war against the Bolsheviks. By 1918, Cossacks declared the complete independence of their nations and formed the independent states, the Ukrainian State, the Don Republic, and the Kuban People’s Republic. The Cossack troops formed the effective core of the anti-Bolshevik White Army, and Cossack republics became centers for the Anti-Bolshevik White movement. With the victory of the Red Army, the Cossack lands were subjected to Decossackization and the man-made famine of 1932-33 (Holodomor). After the dissolution of the Soviet Union, the Cossacks have made a systematic return to Russia. Many took an active part in Post-Soviet conflicts and Yugoslav wars. In Russia’s 2010 Population Census, Cossacks have been recognized as an ethnicity. There are Cossack organizations in Russia, Kazakhstan, Ukraine, Poland and the USA.


Выдача казаков Cвободной энциклопедии Вы́дача казако́в в Ли́енце и Юденбу́рге — насильственная выдача англичанами и американцами Советскому Союзу по разным источникам от 45 до 60 тыс. казаков, воевавших на стороне Германии во время Второй мировой войны (преимущественно находились в составе частей Казачьего Стана и 15-го казачьего кавалерийского корпуса), а также беженцев (женщин, детей, стариков), ушедших с немцами с Терека, Кубани и Дона. Согласно договорённостям Ялтинской конференции, англоамериканские союзники обязалось выдать СССР после окончания войны всех перемещённых лиц, бывших гражданами СССР на 1939 год. Союзники перевыполнили свои обязательства, выдав и значительную часть эмигрантов первой волны, которые не были советскими гражданами. Основные события разворачивались в австрийском городе Лиенце, а также в Юденбурге и др. Акция сопровождалась большим количеством жертв.

События выдачи[править | править исходный текст] 2 мая 1945 года руководство Казачьего Стана объявило приказ о перемещении на территорию Австрии в Восточный Тироль с целью почётной капитуляции англичанам. Численность Стана в это время составляла по данным, приведённым М. Шкаровский со ссылкой на австрийских историков, 36 000, в том числе: 20 000


боеспособных штыков и сабель и 16 000 членов семей (также со ссылкой на итальянских учёных — «около 40 000 человек»). В ночь со 2 на 3 мая казаки начали переход через Альпы. У с. Оваро итальянские партизаны перегородили горную дорогу и потребовали сдачи всего транспорта и оружия. После короткого интенсивного боя казаки расчистили себе дорогу. Переходом руководили генералы П. Н. Краснов, Т. И. Доманов и В. Г. Науменко. 6 мая почти все казачьи части Стана в тяжёлых погодных условиях перешли обледенелый альпийский перевал Плекенпасс, пересекли итальянско-австрийскую границу и вышли в район Обердраубурга. 10 мая в Восточный Тироль пришли ещё 1400 казаков из резервного полка под командованием генерала А. Г. Шкуро. К этому времени Казачий Стан достиг г. Лиенца и расположился на берегах реки Дравы, штабы Краснова и Доманова разместились в гостинице Лиенца. 18 мая в долину Дравы пришли англичане и приняли капитуляцию. Казаки сдали почти всё оружие и были распределены в нескольких лагерях в окрестностях Лиенца. Первоначально 28 мая, обманом, под видом вызова на «конференцию», англичане изолировали от основной массы и выдали органам НКВД около 1500 офицеров и генералов. С семи часов утра 1 июня казаки собрались на равнине за оградой лагеря Пеггец вокруг полевого алтаря, где проводилось траурное богослужение. Когда настал момент причащения (причащали одновременно 18 священников), появились британские войска. Британские солдаты бросились на толпу сопротивлявшихся казаков, избивали и кололи штыками, пытаясь загнать в машины. Стреляя, действуя штыками, прикладами и дубинками, они разорвали заградительную цепь безоружных казачьих юнкеров. Избивая всех


без разбора, бойцов и беженцев, стариков и женщин, втаптывая в зем­лю маленьких детей, они стали отделять от толпы отдельные группы людей, хватать их и бросать в поданные грузовики. Выдача казаков продолжалась до середины июня 1945 года. К этому времени из окрестностей Лиенца в СССР было депортировано свыше 22,5 тыс. казаков и кавказцев, в том числе как минимум 3 тыс. старых эмигрантов. Более 4 тыс. человек бежало в леса и горы. Не менее тысячи погибли во время операции британских войск 1 июня. Помимо Лиенца из лагерей, расположенных в районе Фельдкирхен — Альтхофен, в советскую зону было вывезено около 30-35 тысяч казаков из состава 15-го казачьего корпуса, который с боями в полном порядке прорвался в Австрию из Югославии (по данным К. Александрова — более 20 тысяч человек). Всего английскими оккупационными властями, по данным немецкого историка Й. Хоффманна, из различных лагерей в Австрии было выдано около 60 тыс. казаков-военнослужащих и беженцев. М. Шкаровский приводит следующие цифры со ссылкой на архивные документы (в частности, на доклад начальника войск НКВД 3-го Украинского фронта Павлова от 15 июня 1945 года): с 28 мая по 7 июня советская сторона получила от англичан из Восточного Тироля 42 913 человек (38 496 мужчин и 4417 женщин и детей), из них 16 генералов, 1410 офицеров, 7 священников; в течение следующей недели англичане поймали в лесах 1356 убежавших из лагерей казаков, 934 из них 16 июня были переданы органам НКВД; отмечаются отдельные самоубийства и ликвидация НКВД на месте 59 человек как «предателей родины».


Предыстория[править | править исходный текст] Основная причина, почему многие казаки воевали на стороне Германии — политика геноцида казачьего народа, проводимая большевиками с 1919 года. Репрессированными признаются народы (нации, народности или этнические группы и иные исторически сложившиеся культурно— этнические общности людей, например казачество), в отношении которых по признакам национальной или иной принадлежности проводилась на государственном уровне политика клеветы и геноцида, сопровождавшаяся их насильственным переселением, упразднением национально—государственных образований, перекраиванием национально—территориальных границ, установлением режима террора и насилия в местах спецпоселения. — Ст. 2 Закона РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» См.: «Расказачивание», также: «Коллективизация в СССР», «Голод в СССР (1932—1933)». Событийная канва[править | править исходный текст] 1919 год Из Директивы ЦК РКП(б) «Ко всем ответственным товарищам, работающим в казачьих районах»: …Провести массовый террор против богатых казаков, истребляя их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью… …”Освобождая” казачьи земли для переселенцев, в станицах расстреливали в сутки по 30―60 человек. Только за 6 дней в станицах Казанской и Шумилинской расстреляно свыше 400


человек. В Вёшенской — 600. Так начиналось «расказачивание»… 1932 год …казак Самбуровской станицы Северо-Донского округа Бурухин, когда ночью пришли хлебозаготовители, «вышел на крыльцо в полной парадной казачьей форме, при медалях и крестах и сказал: „Не видать советской власти хлеба от честного казака“»… Восстание станицы Тихорецкой на Кубани, 1932 год …Повстанцы оказали отчаянное сопротивление. Каждая пядь земли защищалась ими с необычайным ожесточением… Несмотря на недостаток оружия, численное превосходство неприятеля, на большое число раненых и убитых и недостачу продовольствия и военных припасов, восставшие держались в общем 12 дней и только на тринадцатый день бой по всей линии прекратился… Расстреливали днём и ночью всех, против кого были малейшие подозрения в симпатии к восставшим. Не было пощады никому, ни детям, ни старикам, ни женщинам, ни даже тяжко больным… 1941 год …В первом же бою перешёл на сторону немцев. Сказал, что буду мстить за всех родных, пока я жив. И я мстил… 1942 год …Летом 1942 года пришли немцы с казаками. Стали формировать добровольческий казачий полк. Я первым в станице стал добровольцем 1-го казачьего полка (1-й взвод, 1-я сотня). Получил кобылу, седло и сбрую, шашку и карабин. Принял присягу на верность батюшке Тихому Дону… Отец и мать похвалили и гордились мною…


Статистические исходный текст]

данные[править

|

править

По состоянию на 1916 г. казаков Дона, Кубани и Терека было 3 млн. 117 тыс. (70,3 % от 4,4 млн казаков России), воевало из них 208 тыс. чел. (72,8 % служилых казаков России), 6,5 % от казачьего населения юга России: Донские казаки — 1 млн. 495 тыс. чел. (33,7 % российского казачества), воевало из них 100 тыс. чел. (35,0 % служилых казаков России); Кубанские казаки — 1 млн. 367 тыс. (30,8 %), воевало 90 тыс. чел. (31,5 %); Терские казаки — 255 тыс. чел. (5,8 %), воевало 18 тыс. чел. (6,3 %); Остальные войска — 1 млн. 274 тыс. чел. (29,7 %), воевало 77 тыс. чел. (27,2 %). К 1941 г. осталось 1 млн. 450 тыс. казаков (47 % от численности 1916 г.): Донских 680 тыс. (45 %); Кубанских 650 тыс. (48 %); Терских — 120 тыс. (47 %). После мобилизаций, репрессий и эвакуаций 1941—1942 гг., в оккупацию попало 1-1,05 млн казаков, 31-34 % от численности 1914 г., в том числе: Донских — 500—540 тыс., Кубанских — 440—480 тыс., Терских — 80-100 тыс. Вывезено в Германию, умерло и погибло 0,1-0,2 млн казаков. Отступило с немцами 0,28 млн казаков, или примерно 30-40 %. В 1-ю мировую войну воевало 6,5 % от казачьего населения юга России. Казаков на стороне 3-го рейха воевало примерно столько


же. Есть формальные основания на существование версии о гражданской войне казачества с СССР, проходившей внутри 2-й Мировой войны.[24] По данным С. М. Маркедонова, «через казачьи части на стороне Германии в период с октября 1941 по апрель 1945 гг. прошло около 80 000[25][* 5] человек, из которых, вероятно, только не более 15— 20 тысяч человек не были казаками по происхождению». Согласно исследованиям В. П. Махно — 150—160 тыс. человек (из них до 110—120 тыс. казаки и 40—50 тыс. не казаки). Конное подразделение 2-го Сибирского полка 1-й казачьей дивизии Вермахта. Югославия, 1943-44 гг. По данным, приведённым А. Цыганком, на январь 1943 года в германских вооружённых силах было сформировано 30 войсковых частей из казаков, от отдельных сотен до полков, общей численностью около 20 000 человек. По данным В. П. Махно, в 1944 году численность казачьих формирований достигла 100 тысяч: 15-й казачий кавалерийский корпус — 35—40 тыс.; в Казачьем Стане 25,3 тыс. (18,4 тыс. в боевых частях и 6,9 тыс. в частях обеспечения, нестроевые казаки и чиновники); Казачий резерв (Бригада Туркула, 5-й полк, батальон Краснова Н. Н.) — до 10 тыс.; в казачьих частях Вермахта, не переданных на формирование 1-й казачьей дивизии (развёрнутой позже в 15-й корпус) 5—7 тыс.; в частях Тодта — 16 тыс.; в частях СД и помощники ПВО 3—4 тыс.; потери казаков на стороне Германии за войну составили 50—55 тыс. человек. По данным К. М. Александрова потери убитыми по всем гражданам СССР, служившим на стороне Германии, — 250—300 тыс.


Судьба казаков[править | править исходный текст] После передачи советскому правительству казачьи генералы, ряд командиров и рядовых были казнены. Images.png Внешние изображения Image-silk.png Прошедшие Лиенц и дожившие до наших дней ветераны Казачьего Стана и 15-го корпуса. Слева направо: В. Г. Пивоваров, П. С. Богданов, Ю. Г. Болоцков, В. Н. Аксёнов. Основная масса выданных казаков (включая женщин) были отправлены в лагеря ГУЛаг, где значительная их часть погибла. Известно, в частности, о направлении казаков в лагеря Кемеровской области и Коми АССР с работой на шахтах. Подростки и женщины постепенно освобождались, часть казаков, в зависимости от материалов их следственных дел, а также лояльности поведения, переводилась на режим спецпоселения с той же работой. В 1955 году, по указу Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупационными властями в период Великой Отечественной войны» от 17 сентября, оставшиеся в живых в основном были амнистированы, жили, работали в СССР и помалкивали о своём боевом прошлом. Меня на работу нигде не принимали. Полгода прожил у родной тёти. Но к тому времени я был женат и имел двух сыновей. Пришлось возвращаться в Прокопьевск и ещё шесть лет работать на строительстве шахт… Я же помалкивал о своём прошлом. Потом перешёл работать в Батайск в Ростов-Дон-Водстрой на автокран, где и проработал 35 лет до самой пенсии. Суд над генералами[править | править исходный текст] Военная коллегия Верховного суда СССР объявила решение о казни Краснова П. Н., Краснова С. Н., Шкуро А. Г., Клыча С-Г., фон


Паннвица Г., обоснование: «…вели посредством сформированных ими белогвардейских отрядов вооружённую борьбу против Советского Союза и проводили активную шпионско-диверсионную и террористическую деятельность против СССР». Они были повешены в Лефортовской тюрьме 16 января 1947 года. По сведениям Франсуа де Ланнуа, суд над генералами начался 15 января 1947 года в 18 часов 25 минут и проводился в закрытом заседании, без присутствия прокурора и без участия защитников, представляющих интересы генералов. После трёх часов процесса в 21:25 заседание было закрыто и возобновлено 16 января 1947 года в 11:25. В 15:15 суд удалился, чтобы вынести приговор. Приговор был вынесен в 19:39 и был приведён в исполнение в 20:45 во внутреннем дворе тюрьмы.

Вопросы реабилитации[править исходный текст]

|

править

В 1996 году Главная военная прокуратура Российской Федерации посмертно реабилитировала генерала фон Паннвица на основании пункта «а» ст. 3 Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 года («Подлежат реабилитации лица, которые по политическим мотивам были: а) осуждены за государственные и иные преступления»). Установлено, что генерал-лейтенант фон Панвиц в период Великой Отечественной войны являлся гражданином Германии, военнослужащим немецкой армии и выполнял свои воинские обязанности. Данных о том, что фон Панвиц или подчинённые ему части допускали зверства и насилия в отношении мирного советского населения и пленных красноармейцев, в деле не имеется.


Через пять лет, в 2001 году, после публикации в одном из российских СМИ, с санкции главного военного прокурора решение пятилетней давности было отменено. 28 июня 2001 года управлением Главной военной прокуратуры было вынесено заключение, что фон Паннвиц за совершённые преступные деяния осуждён обоснованно и реабилитации не подлежит. Одновременно Главной военной прокуратурой было признано, что справка о реабилитации фон Паннвица не имеет юридической силы. С запросом о реабилитации других генералов обращались региональная общественная организация «Добровольческий корпус», журнал «Посев» и ряд частных лиц. В соответствии с заключением Главной военной прокуратуры об отказе в их реабилитации и определением Военной коллегии Верховного суда Российской Федерации от 25 декабря 1997 граждане Германии Краснов С. Н., Шкуро А. Г., Султан-Гирей Клыч, Краснов П. Н. и Доманов Т. И. признаны обоснованно осуждёнными и не подлежащими реабилитации. 17 января 2008 года депутат Государственной думы от партии «Единая Россия», атаман Всевеликого Войска Донского Виктор Водолацкий подписал приказ о создании рабочей группы по политической реабилитации атамана Краснова. По мнению заместителя войскового атамана по идеологической работе полковника Владимира Воронина, который входит в рабочую группу, Краснов не был предателем: Краснов был казнён за предательство родины, хотя не являлся ни гражданином России, ни Советского Союза и никого не предавал. Депутат Госдумы от «Справедливой России» Михаил Емельянов назвал инициативу казаков серьёзнейшей политической ошибкой, которая получит международный резонанс: «Казаки своими


заявлениями существенно ослабляют позиции нашей дипломатии». Депутат Госдумы из фракции КПРФ Николай Коломейцев заявил, что казаки «специально создают шумиху накануне региональных выборов» и пообещал, «что даже попытка реабилитации этого человека вызовет массовые протесты». 28 января 2008 года Совет атаманов Всевеликого Войска Донского принял решение, в котором отмечалось: …исторические факты свидетельствуют о том, что активный борец с большевиками в годы Гражданской войны, писатель и публицист П. Н. Краснов в годы Великой Отечественной войны сотрудничал с фашистской Германией <…> Придавая исключительную важность вышеизложенному, Совет атаманов решил: отказать в ходатайстве некоммерческому фонду «Казачье зарубежье» в решении вопроса о политической реабилитации П. Н. Краснова. Сам Виктор Водолацкий заявил: «…факт его сотрудничества с Гитлером в годы войны делает совершенно неприемлемой для нас идею его реабилитации». Имеется другая трактовка вопроса реабилитации лидеров Русского освободительного движения — в 1992 году Конституционный суд, разбирая дело КПСС, принял официальное постановление об отмене всех репрессивных приговоров, которые были вынесены партийными органами. В случае с Красновым, Паннвицом и их соратниками приговору Военной коллегии Верховного суда предшествовало постановление Политбюро ЦК ВКП(б); то есть принимал решение о вынесении смертного приговора Политбюро ЦК ВКП(б), а затем этот смертный приговор дублировался в заседании Военной коллегии Верховного суда. Исходя из этого, историк Кирилл Александров считает, что


реабилитация уже состоялась. При этом, казаки вряд ли нуждаются в реабилитации — после переворота 1917 года они как могли боролись с ненавистным им большевистским режимом и в своей массе не раскаялись в этом в последующем. (См.: воспоминания казаков в сборниках Н. С. Тимофеева.) Кроме того, поскольку Российская Федерация является правопреемницей СССР, реабилитация настоящих врагов советской власти от имени этой власти является абсурдом. По мнению Александрова, действительная реабилитация таких лиц станет возможна только тогда, когда в России будет дана юридическая оценка всем преступлениям, которые совершили большевики, начиная с 7 ноября 1917 года. В Москве на территории храма Всех Святых находится «Мемориал Примирения народов России и Германии, воевавших в мировых войнах». Мемориал создан по инициативе троих православных ветеранов Великой Отечественной войны, которых поддержало «Товарищество ветеранов 15 кавалерийского корпуса». На территории мемориала была установлена плита, со словами: «Воинам Русского общевоинского союза, Русского корпуса, Казачьего Стана, казакам 15-го кавалерийского корпуса, павшим за веру и отечество» и перечисляются: фон Паннвиц, Краснов, Шкуро, Клыч и др. 5 июня 2004 года состоялась траурная церемония и церковное поминовение атаманов и казаков 15-го казачьего кавалерийского корпуса и Казачьего Стана, членов их семей, насильственно выданных с 28 мая по 5 июня 1945 г. английским правительством советскому. Траурная служба была проведена в храме Всех святых. Церемония была приурочена к 59-летию насильственной выдачи казаков. Затем состоялся крестный ход от храма Всех Святых до православной часовни во имя Преображения Господня


на Всероссийском военном братском кладбище героев Первой мировой войны и жертв красного террора. 8 мая 2007 года, в преддверии Дня Победы, мраморная плита была разбита. По данному факту возбуждено уголовное дело по статье «Вандализм». По словам журналиста Ильи Васюнина «„Не для протокола“ сотрудники говорят прямо: „Унесли бы плиту — никаких проблем не было бы“». Настоятель храма протоиерей Василий Баурин заявил, что данная плита не имеет никакого отношения к храму Всех Святых: Мы сами были бы рады перенести эту плиту, поскольку не хотим участвовать ни в каких политических баталиях. Плита была установлена в конце прошлого столетия, но сейчас храм не имеет к ней никакого отношения. В станице Еланской Ростовской области, на территории Мемориального комплекса, установлен бронзовый памятник казнённому атаману Краснову и установлено четыре креста, посвящённых трагическим событиям в истории казачества, один из них посвящён Лиенцу. На кладбище казаков в Лиенце (нем. Kosakenfriedhof) в 29 массовых могилах похоронено около 300 погибших. Каждый год 1 июня Русской православной церковью заграницей (РПЦЗ) на кладбище проводится панихида.


Checklist Unless otherwise noted, all works are courtesy the

34

Hierarchs plan, 2014

35

Night view of Gemona, Osoppo #001, 2013

artists.

36

1

Triple Triangle Map

37

2

Unknown cossack

3

Unknown cossack

4

Unknown cossack

5

Unknown cossack

6

Unknown cossack

7

Unknown cossack

8

Unknown cossack

9

Unknown cossack

10

Unknown cossack

11

Unknown cossack

12

Unknown cossack

13

Unknown cossack (sly)

14

Operation Barbarossa and U-Boat joke

15

Cossacks

16

Pyramid (virtuosity), 2014

17

1943 Friulian newspaper

18

Artificial lake, Sauris #002, 2013

19

Dirty view (decadence), 2014

20

German reprisal (smoke on the village),

#012, 2013

Forni di Sotto #002, 2014 21

Gravel bed of a river by night, Sutrio

German reprisal, Forni di Sotto #001, 2014

22

(large) Untitled #3d, 2013

23

(small) A group of cossacks studies a map, no date, no place.

Private archive, Tolmezzo

24

A Cossack Western (Propaganda)

25

Staipô, Rigolato #001, 2012

26

Red rock, Sappada #001, 2013

27-28

Banned wood, Paluzza #003A/B, 2013

29

Malga Pramosio (the punisher’s field-glasses), Paluzza #002, 2013

30

Malga Pramosio, Paluzza #005, 2013

31-32

Malga Pramosio, Paluzza #001A/B, 2013

33

Cossack painting, Tolmezzo #004, 2013

Red cossacks in the Soviet Union (detail), Tumblt appropriation, 2014

38 39

1945 Friulian newspaper Carnia position, Googlemaps on Maverick OSX, 2014

40

The Stella d’Oro inn (residence of general Krasnov), Verzegnis #004, 2013

41-42

The residence of general Krasnov, Verzegnis #002A/B, 2013

43-44

Tagliamento river, Trasaghis #001A/B, 2013

45

Untitled (if a wood burns, the mountain remains), Tumblr appropriation, 2014

46

Vecia, Gemona #010, 2014

47

Motorbike trophy of Carnic Alps, Sauris #001, 2013

48

Ataman Domanov’s cossacks cross the Tagliamento river in october 1944

49

1943 Stereographic map (insert)

50

Parkour with horses, Tumblr appropriation, 2014

51

Untitled (Priola), Sutrio #002, 2013

52

Untitled, Arta Terme #003, 2013

53

Black Horse, Tolmezzo #006, 2013

54

Portrait of a Russian women, Tolmezzo #003, 2013

55

Cossack celebration in Cavazzo Carnico (1945), private archive

56

Model (insert)

57

Unknown men dressed like a cossack (recto)

58

Cossack doctor (recto)

59

Mrs. Taširov (recto)

60

Unknown men dressed like a cossack (verso)

61

Cossack doctor (verso)

62

Mrs. Taširov (verso)


63

Demonstration, 2011

64

Stalin meme, 2014

65

Daliso, Verzegnis #003, 2013

66

Illusion (wall paper), 2013

67

Cossack plate, Verzegnis #005, 2013

100

Church in Timau, Paluzza #011, 2013

68

Technical drawing of a cossack saddle

101-102

Cossack icons, Trasaghis #010A/B

98

Grandma’s armchair, Gemona #018, 2013

99

Ruins in the castle of Osoppo, Osoppo #002,2013

(detail)

103

Untitled, Cavazzo Carnico #001, 2013

69

Cossack saddle, Arta Terme #001, 2013

104

Bob, Tolmezzo #016, 2013

70

Planted spruce pine wood, Prato Carnico

105

Landslip, Rigolato #006, 2013

#002, 2013

106

Horses, man and a lion (hood), Verzegnis

71-72-73 Snowy mountain tops (Zoncolan), Sutrio

#006

#004A/B/C

107

Inverse Pyramid (ghost), 2014

74

Mount Zoncolan, Sutrio #020, 2013

108

Artificial lake, Verzegnis #001, 2013

75

Mount Zoncolan, Sutrio #021, 2013

109

Blanket, Rigolato #004, 2012

76

The Orange biker, Arta Terme #030,

110

Curiedi Party, 2010

2013

111

Hanging plane, Tolmezzo #004, 2013

77

Sawmill, Paularo #001, 2013

112

Untitled, Gemona #001, 2013

78

Hanging tree, Rigolato #002, 2012

113

Caucasian soldier’s headstone, Tolmezzo

79

Cover, Rigolato #003, 2012

80

Dead cossack, Tumlbr appropriation,

114

Silent billboard, Verzegnis #007, 2013

2014

115

Archive of Dr. Michele Gortani, Tolmezzo

#005, 2013

81

Untitled, Paluzza #004, 2013

82

Cossack boots, Arta Terme #001, 2013

116

White horse, Arta Terme #004, 2013

83

Night view of Bût valley, Sutrio #001,

117

Triple Triangle Map

2013 84

Sabina, Tolmezzo #003, 2013

85

Escape (hood), Tolmezzo #001, 2013

86

Tennis 2010_02_10 (94b), 2010

87

Abandoned disco (red woodpecker), Sutrio #003, 2013

88

Gesture #001, 2014

89

Orthodox priest and cossack students, three partisans, 2014

90

Untitled, Ovaro #001, 2013

91

1945 Friulian newspaper

92

White Toyota, Sutrio #023, 2013

93

Chainsaw, 2014

94

Untitled, Prato Carnico #001, 2013

95

Unknown girl (cossack?), private archive

96

Unknown boy (cossack?), private archive

97

Handmade mousetrap, Rigolato #005, 2012

#002, 2013


Thanks: Our families, Jessica, Silvia. Robert Adams, Luca Andreoni, Arcade Fire, Gabriele Basilico, Biblioteca Civica di Udine, Pio Cella, the staff of Center for Contemporary Culture Strozzina, Centro di Documentazione di Alesso, Cineteca del Friuli, Lancia Delta, Patrizia Deotto, Anna di Giusto, William Eggleston, Epic Meal Time, Daliso Fior, the Fuffy Squad, Angelo Floramo, Jason Fulford, Luigi Ghirri, Lillo&Greg, LINKE Lab (especially Gill Riprenditi), Muscle Glasses, Walter Guadagnini, Francesco Jodice, Thomas Mailaender, Sabina Mainardis, Micamera, Fabrizio Misson, Museo Carnico delle Arti Popolari Michele Gortani, Franziska Nori, Alessandro Ottenga, Saverio Pesapane, Randis Ranch, Scuderia Pepe Verde, Alec Soth, Spi, Stella d’Oro inn, Pieri Stefanutti, Adriana Stroili, Francesca Toppan, Turi DJ, Roberta Valtorta, The White Stripes, Mr. Woody, Francesco Zanot, the unknown orange biker. Approximation to the West © The Cool Couple for the images © Istituto Geografico Militare, Firenze (picture n. 49) © Fabrizio Misson for the images, (pictures n. 63, 86, 109) © Umberto Antonelli for the partisans’ portrait (picture n.89) Design by The Cool Couple with the unique support of La Zil


West 1. noun: one of the four cardinal points of the compass, 270° clockwise from north and 180° from east | Geog. The direction along a parallel towards the sunset, at 270° clockwise from north | Cards: Usually capital the player or position at the table corresponding to west on the compass; 2. adjective: situated in, moving towards, or facing the west | (Esp. of the wind): from the west; 3. adverb: in, to, or towards the west | Archaic (of the wind): from the west. 4. The W., the western part of the world contrasted historically and culturally with the East or Orient | the Occident (formerly): the non-Communist countries of Europe and America contrasted with the Communist states of the East | In the US: that part of the US lying approximately to the west of the Mississippi | In the US during the Colonial period: the region outside the 13 colonies, lying mainly to the west of the Alleghenies | In the ancient and medieval world: the Western Roman Empire and, later, the Holy Roman Empire. Word origin: Old English; related to Old Norse vestr, Sanskrit avástāt, Latin vesper, evening, Greek hésperos.

»Approximation to the West«  

The Cool Couple

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you