Issuu on Google+

В Барнауле восемь галерей, в которых красота спасает мир. Где можно приобщиться к прекрасному, выпить кофе или выспаться

Каждый пятый житель Сибири искренне думает, что его национальность — сибиряк, каждый третий с этим согласится, если предложить такой вариант, а каждый второй — неизбывно чокает

Открыв сборник стихов Бродского, ты становишься не тем, кем был прежде. Ты твердишь, что судьба — игра, разговариваешь дольником и куришь, вдыхая гнилье залива, отлива, прилива, ближайшей свалки

Стр. 4

Стр. 5

Стр. 8

Выпуск 005

Иллюстрация: Мария Колкер

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul

Орган факультета журналистики Алтайского государственного университета


2 ГОСТ

#homosoveticus #траваудома #иленинтакоймолодой

ФИГ 005

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul

Судьба СССР. Непрожитая Текст: Андрей Ирышков

О хипстерах, о подвигах, о славе

Д

ож дь в городе. В с умерка х. Вздымают лавины автомобили. Что держит этих людей вместе, этих людей за цветными стёклышками в оранжевых тёплых фланельках? В кухнях, жирком пахнущих, в кофейнях изящных, тирамису, аквапланирование… Ах! Включился зелёный человечек. Gehen Sie bitte. Что держит вместе этих людей? Почему эта дама на порше-гайане суровым подбородком a la Dolf Lundgren не впивается в икроножную сладость джихад-такситса на лада-седане? Неизвестно мне. Каннибализм — это неизбежная молодость этого мира. Неужто боится дама испортить свежевыпеченный ботокс? Неужто погружена в созерцание сингулярности хтонической сердцевины своей безутешной жизни? Нет ответа. Скажите мне, какая политическая воля может держать этих людей вместе? Путин? Патриарх? Мелочь надо отдавать бедным, потому — не напоминайте мне о своих борцах с коррупцией за велосипедные дорожки… Я знаю, кто-то, что-то — впереди! В ближайшем будущем, за поворотом, за горизонтом… Но кто — сейчас? ЧТО? Ожидание в пустоте? …Скоро — Олимпиада. Факел несут сквозь пространства. Обозначая во тьме — координату будущего. Вся страна прилипла к сериалу «потухнет-непотухнет-взорвётся». Липко, хорошо, едино и тепло, переждать бурю, высушить сапоги перед атакой. Атака будет по солнцу, по сухому полю. 1936-2013. Здесь — энигма. Здесь то, что заставит забыть слово Muenchen.И вспомнить мишкин прищур — 1980! …Что, что держит людей этих вместе?! Может быть, обязанность перед предками? Столько наделали! Оглядываясь вокруг, негодуя и разлипаясь, не ведая — тревожно и бессмысленно — наш герой, трудовой, деланно-мужественный, идёт навстречу «проблемам со сметой» — памятуя о Дежнёве. О Покрышкине, Чкалове и Сергии Радонежском? Да. Так прошлое, настоящее и будущее переплетается. И хлёстким бичом континентальным бьёт по серым белкам лондонских парков, вводя их в бешенство, заставляя кусать напропалую лисиц и бладхаундов, чтобы те, в свою очередь, добрались до горл бильдербергских нежных. Внезапно — в такси — голос меланхоличного, тоскующего по несбывшемуся Дельфина: Мы обязательно встретимся, слышишь меня...? Прости... Там, куда я ухожу...Весна... Я знаю, ты сможешь меня найти... И золото век, и миф о вечном возвращении — всё здесь, всё ежедневно напоминает о себе, всё прорывает, про-

резает псевдореальность коллективного наркотического сна консумеризма во имя Новой Коллективности. Напоминает о Судьбе. Судьба. Всех держит здесь Судьба, выкованная тысячелетием, закалённая в водах ледяных походов и огне Царицына, явленная миру в 1917 году. Высказанная величайшим советским дэнди — Маяковским. Нарисованная сумасшедшим чернецом Малевичем. Избыточным Дейнекой. Здесь — тайна стиля. Стиля будущего и настоящего. Стиля, определяющего источники энергии и саму суть нашей — мировой — жизни. Эта судьба получила даже не имя, но — аббревиатуру: мраморные СССР. Гранитные. Стальные. …Вглядываясь в заботу ежедневную современного мальчика-девочки. Всматриваясь в нелепую попытку прилипнуть аквариумным сомиком к «стилю 80-х». Хипстерское ничтожество рассматривая как самоумаление аскетическое (трепетное в своей завышенности самооценки). Я вижу Ожидание с большой буквы. Я вижу ожидание великого проекта, великого смысла. И я вижу неизбежность обращения к Золотому веку — СССР. Неизбежность. Минующую хлипкие «преграды» олдскульных антисоветчиков, давно похороненных под слоем собственной пыли. Неизбежность, предчувствованную в каждый момент бытия лишь могучим Прохановым. Ещё один шаг, молодые, и вы окажетесь в ВЛКСМ. Со своими значками и галстуками, стройотрядами и местными, нашими и идущими. «Мой адрес не дом и не улица!» — эту тоску радостную спели ВИА накануне внезапной катастрофы. Сейчас из небесных сфер возвращается этот «перестук вагонных колёс». Не надо печалиться, вся жизнь впереди, надейся и жди. Твой адрес весь мир и по ту сторону Луны, хипстер. Вслушайся и оглянись на себя. Ты совок. Ты плоть от плоти этой страны, этой мечты, этого репрессивного механизма и разинской спонтанности. Ты не спрячешься и ты виноват. Твоя бабушка настигнет тебя в лапшибаре и схватит, прищемит твой нежный зад железными коготками, отточенными в Ордена Ленина Инсититуте Изучения Марксизма-Ленинизма. Твой дедушка прищурился в тебе и потянулся подпевать Шнуру. У вас одна гармонь и одна гармония. Даже если ты не можешь найти альтернативу слову «фандрайзинг», ты всё равно комсомолка. У тебя бешеный профиль и дикость в стиле. Ты всё оживляешь, даже мёртворождённые лекала запада. Там, на западе — страна мёртвых. Окончательно мертвых живых. Здесь — спляшут мертвецы. Спляшут все мертвецы. И ты. Спляшешь. Судьба СССР. Непрожитая.


ЛИТЕРАТУРОЦЕНТРИЗМ

#этоонэдичка #этоядимочка #интеллигенцияинарод

ФИГ 005

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul

Последний воин русской литературы Текст: Дмитрий Мухачев, дикоросс и автодидакт

С

ложно было не обратить внимание, что милые интеллигенты в массе своей его не любят. Морщился от противной фамилии доктор серьезных наук, ведущий авторской телепрограммы брезгливо говорил «он гопник и всегда был гопником». Зато люди попроще не то чтобы восторгались — он был у них на слуху, в их домах попадались его книги, изданные под конец перестройки, в речах проскакивала его фамилия, не кажущаяся противной работникам рынков и рядовым бюджетникам. Развлечения с большим негром вслух не обсуждались, хотя послушать было бы адски любопытно. Тяжкое признание — в вопросе Лимонова я долгое время был солидарен с милыми интеллигентами. Я имел диплом классического филолога, с трогательной скрупулезностью прочел всего Селина, знал о Миллере и Буковски, и Лимонов мне виделся довольно унылым их подражателем, да еще и с политическим привкусом. Француз Селин (действительно гигант, что уж там) казался мне куда менее поверхностным, и к тому же везде и всегда выставлял себя самым жалким, что вызывало чисто человеческую симпатию. По контрасту с французским мизантропом, Лимонов о собственном величии говорил всякий раз, когда давал интервью, и всякий раз, читая их, хотелось улыбаться. Все эти исполненные самолюбования предисловия, подписанные «Э.Савенко», и беззастенчивая манера видеть себя в одном ряду с Чеховым, Есениным и кем угодно настраивали на глумливый лад. Грязному реализму ставят в заслугу предельную искренность — а Лимонов выглядел человеком неискренним и довольно глуповатым, прости Господи. Уже когда он на первых страницах дебютного романа кричал «а на х.. вы меня вызвали, выманили меня из России» в голове возникала закономерная реплика: чем думал-то, когда ехал? Разумеется, тогда еще не озвучивалась версия, что КГБ поставило его перед выбором: работать на них или эми-

грировать (как Бродского), все читали его тексты и думали, что он принял это решение сам. В этом же романе, и поныне самом знаменитом, он напрямую называет себя одним из крупнейших современных русских поэтов. Сказать о самом себе «я поэт» уже некомильфо, а в таком виде и вовсе выглядит мегаломанией. Ну и его любовь к Хлебникову и история о попадании из харьковской богемы в московскую наводили на какието мысли...увидел юноша в деревне картины Поллока, решил, что может так же и поехал блистать. Примеры эти можно приводить до бесконечности. О боже, да любой благонамеренный человек скажет вам, что Лимонов — сумасшедший нарцисс и сексуальный маньяк, о чем речь, зачем пересказывать штампы. Мы живем во времена, когда благонамеренные люди правят всем. Они давно уже медленно, но верно стирают любые границы между талантом и бездарностью, мужчиной и женщиной. О н и не до л ю б л и в а ю т естественные, природные иерархии (зато социальные — боготворят) и от д у ши ненавидят все великое, да хоть бы и мало-мальски значительное. И Лимонов почувствовал нас т у п лен ие этой стерильно белой, тошнотворной, приторной реальности еще тогда, в конце семидесятых годов, когда создавал тексты, очень высокое качество

которых — вопрос не дискуссионный, хотя да же «Дневник неудачника», произведение, близкое к гениальности, встало бы наверное в итоге на ту же пыльную полку с Аксеновым и Соколовым, если бы Лимонов не прожил такую жизнь. Тогда, в перестроечные времена, на гребне волны оказались десятки литературных имен, но Лимонов всегда считал своими соперниками только Солженицына и Бродского. Это тоже казалось странным — эпатажный беллетрист против светочей с мировым именем — но теперь понятно, что это был выбор планки. И она оказалась взята — сравниться в масштабе личности в современной России с Эдуардом Лимоновым не может никто. Потеряв сначала Родину, а через какое-то время и любимую женщину, он до кончиков пальцев возненавидел глянцевый мир больших возможностей и свежих овощей, так как понял, что в его основе лежит унижение беззащитных, диктатура ничтожеств над талантливыми людьми. И всю остальную жизнь вел себя так, чтобы насолить этому миру как можно больше. Он воевал в Югославии на стороне сербов, он в 2000-х открыто жил со школьницей, да что там говорить, если сразу после возвращения в Советский Союз он написал роман «Иностранец в смутное время», где от-

крыто раскритиковал демократизацию русского общества (как позже выяснилось — его опасения были не напрасны). В своих политических взглядах (с которыми, разумеется, можно и даже нужно спорить и не соглашаться) он был последователен как никто, еще в «Эдичке» он высказывался против Сахарова и Солженцына и описывал свои походы на троцкистские собрания. А еще он разрушил все русские литературные табу, и после него стало можно говорить на сотню тем, ранее обходимых вниманием. Лимонов подарил нам новую оптику, сосредоточенную почти исключительно на вещах, ранее табуированных — это касается отнюдь не только секса, но в первую очередь негативных чувств, из которых состоит жизнь и про которые так неловко говорить вслух. Именно поэтому человек с улицы симпатизирует ему больше, чем среднестатический интеллигент. Его сверстники-писатели были в большинстве своем выходцами из семей с достатком, а кто-то, как Саша Соколов, вообще был потомком советского номенклатурщика. Лимонов — сын военного, это само по себе ничего не значит, но на фоне его витальной прозы, тексты, например, Аксенова (там тоже много про секс) смотрятся немного жалко. Воцарившемуся на земле бескровному пластмассовому раю Лимонов противопоставляет античных героев, европейских литературных титанов 18-19 веков, великих маргиналов 20-го века — чуть ли не всю историю человечества. Его библиография вот-вот дойдет до отметки 50 книг. Он сравнялся с Солженицыным и Бродским, имея в активе только одно желание это сделать, а история НБП может напомнить еще об одном русском писателе, создавшем великое учение, привлекшее тысячи последователей. И сейчас, когда страной командуют бездари, а люди мельчают с каждым днем, наступило самое время подробно перечитать Лимонова и вдохновиться его силой.

3


4 ВОПРОСЫ ФИЛОСОФИИ

#мифотворчество #i’msiberian #настьмы

щением моих мыслей. А так как я часто думаю о политике, то таких картинок стало слишком много и через полгода после создания первой работы уже стало непонятно, о чем вообще шла речь. Все политические фигуры, которые в прямо или переносном смысле насиловал Лыков, через какой-то промежуток времени исчезали, поэтому шутки быстро устаревали. Потом вообще стало ясно, что политики в России нету, шутить над тем, чего не существует, нет смысла, и политизированный Лыков в итоге сошел на нет, — рассказывал об истории создания своего ключевого персонажа художник. — Прошло три года и так называемый «сибирский сепаратизм» превратился из флуда нескольких граждан в интернете в мейнстрим, про это не говорит и не пишет только ленивый. Вот тут и пришлось откопать Лыкова и снова пустить в дело. Непредвиденно и случайно Еременко свои работы делает в стиле комиксов. Сам он говорит, что все это — для простоты, чтобы все понимали идею фразы, а визуальный ряд не сильно отвлекал на себя внимание.

как Вопросы национальной и территориальной идентичности Текст: Зарема Заудинова

К

аждый пятый житель Сибири совершенно искренне думает, что его национальность — сибиряк, каждый третий с этим согласится, если предложить такой вариант, а каждый второй — неизбывно чокает.

Москва, ты чо Сибирскому сепаратизму вот уже несколько сотен лет. За эти годы он из революционного движения превратился в мирную, но настойчивую декларацию самобытности региона. Глашатаями сибирского сепаратизма принято считать Николая Ядринцева и Григория Потанина, которые в XIX веке впервые заговорили о самобытности региона и существовании такой национальности, как «сибиряк». Оба были недовольны тем, что Сибирь — политическая и экономическая колония России, ратовали за автономность региона. Основали «Общество независимости Сибири», за что в 1865 году попали под суд. Потанин три года просидел в Омском

остроге, потом был отправлен отбывать наказание в финскую крепость Свеаборг, ибо наказывать ссылкой в Сибирь областников было все же как-то глупо. Ядринцева же сослали в Архангельскую область. В революционном и безумном 1917 году в Томске и вовсе приняли постановление «Об автономном устройстве Сибири», но, несмотря на это, Советская власть и здесь взяла свое, никакой сибирской автономности не получилось. Сегодня художники, музыканты, писатели и журналисты формируют такой привлекательный образ Сибири, что даже молодым и целеустремленным не хочется бежать в столицы. Писатель Михаил Тарковский сбегает из Москвы в тайгу с сундуком книг, а группа сибирских художников гастролирует по миру с выставкой «Соединенные штаты Сибири». Заглавная работа СШС — флаг этих самых штатов — ироническая интерпретация Дамира Муратова «Флага» американской иконы поп-арта Джаспера Джонса. Недавно в Барнауле прошла выставка «Тотальная Сибирь» новосибирской арт-группы «УЕ» (Ушаков, Еременко).

Это еще один художественный проект, посвященный сибирскому мифу. Что это было и почему о нем заговорили со всей серьезностью, вплоть до обвинения в сепаратизме, можно попытаться понять через призму «Тотальной Сибири». На открытии организаторы замахнулись на грандиозное шоу с этнической сибирской музыкой от «Буготака», фильмом Александра Бакаева «Сибирское царство. Скрытая история» и, собственно, презентацией самих работ. Обещали еще настоящего шамана, но тот, увы, либо не дошел, либо испугался многолюдности. Константин Еременко и Юрий Ушаков или просто «УЕ» в сибирском мифе нашли себе не только дело и тезис, но и форму, в которую его облачили.

Факелы (не)горят

А вот Юрий Ушаков в своих графических работах изобрел практическое руководство по применению факелов в быту, пиаре и картине мира. Он так же, как и Еременко, вскрывает мифы, как банки с консервированным временем и гиперболизирует события, доводя до смешного с намеком на возвышенное. В этой самой картине ничего, кроме граблей, платков и полей распаханных, в общем-то, и нет. Грузовик с огромной надписью «Кока-кола» смотрится тут не то чтобы дико и невразумительно, а скорее абсурдно. — Иду я в мастерскую, а тут дорогу всю перегородили — огонь олимпийский несут. В основном собрались детишки из школ и учительницы. Взрослых было мало. Тут меня охватила Лыков где-то рядом гордость за страну, решил я останоЦентральный персонаж выставки — бы- виться и посмотреть, как все произойлинный красный партизан Лыков и рус- дет. Проехали сначала разные машины ское тотемное животное Чебурашка, как с мигалками и постными лицами. Жду называет их сам Еременко, создатель и дальше. С той стороны, откуда понесут огонь, приближается музыка и появотец этих образов. — В 2007-м году, когда было модно ляется грузовик «Кока-колы» с орущими колонками. Незаводить ЖЖ, я тоже его сколько молодых людей завел, но не знал, о чем курсируют постоянно от т уда писать, поэтом у машины к народу и разнарисовал левой пяткой дают баночки с колой. И картинк у с на дписью Неинтересный факт тут ожидаемое чувство «Былинный Сибирский гордости за страну резко партизан-сепаратист ЛыГруппа «Тотальной Сибири» есть пропало и появилось неков отрезает бензопилой даже на Одноклассниках. Хотя приятное чувство стыда. часть головы косматому казалось бы. За страну, за президенгеологу за исполнение та, за олимпиаду и за возле костра песенк и обманутый народ. Для «Милая моя, солнышко чего напиток раздавали лесное». Каза лось бы, понимаю — народ и так бред и уродливо, но это настроен отрицательсразу стало хитом. После но к этой олимпиа де, такого резонанса я наа тут перед огнем дали чал рисовать картинки с баночку газировки амеЛыковым регулярно. Он риканской, вроде как на стал визуальным вопло-


Вопросы философии

момент сбили негатив у людей и как бы в желудке уже есть что-то в виде кокаколы, получается, ты сытый и кричать ничего против не хочется, они же тебе дали, значит, ты уже должен — психологический ход такой. А дальше подавали олимпийский огонь. Бежит спортсмен с факелом, и с кока-кольной отрыжкой народ кричит «ура». Смешно и плакать хочется. Правительство даже российский лимонад к олимпиаде сделать не может, рекламируем Америку. Нужна ли нам такая олимпиада? Обидно за стариков, которые с копейки на копейку перебиваются и сидят днями в очередях в поликлиниках, если они есть там, где они живут. Народ у нас нищенствует, а страна миллиарды на кураж тратит. Мне это напоминает пир во время чумы. Когда бежал спортсмен, его охраняли молодые люди в чёрных олимпийских костюмах, держа ��лимпийца в центре круга и нервно приседая и вглядываясь в толпу зрителей. В стране почти не осталось производства, а мы факел в космос запускаем, деревни вымерли, народ живет только тем, что вырастит сам, как древние люди, а мы на дно Байкала факел спускаем. Да и факел не простой, а десятки раз гаснущий. Сдается мне, газ китайский в факелах, не качественный. Чуть позже у меня и родились идеи сделать несколько работ, посвящённых олимпиаде. Ну и отнесся я к ним с юмором. Мы же, сибиряки, хоть и суровый народ, но не злой. Вот с точки зрения сибиряка я и выразился про олимпиаду в работах.

Тотальное продвижение Сибирскую самоидентификацию уже успели назвать и сепаратизмом, и банальным пиаром. Александр Бакаев, режиссер фильма «Сибирь. Скрытое царство», рассказал, что все не так:

ФИГ 005

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul

предчувствие — Многие думают, что наши сегодняшние действия — это некий всплеск затаенного сибирского патриотизма или, и того хуже, попытка обратить на себя внимание Москвы. На самом деле все проще: мы самодостаточны, наша идентичность представляет собой цельный образ, которому можно следовать и которым можно гордиться и являть его миру, при необходимости общения с окраинными в отношении территории Сибири племенами, в качестве определяющих штрихов личности сибиряка. Приоритетным является осознание каждым сибиряком его идентичности. И, в частности, сибиряки должны узнать свою историю, свое прошлое, взаимосвязь с этой землей, с этими территориями. Как только ты понимаешь, что твоя идентичность имеет глубокие корни, основывается на богатой истории и, что немаловажно, ее принимает огромное число людей, твое сознание меняется. Поэтому проект синкретичен и объединяет в себе разные подходы к пробуждению сибирской идентичности. Это наш манифест миру внутри сибиряков и вселенной вовне нас. «Тотальная Сибирь», как и ментально созвучный ему проект «Соединенные штаты Сибири» — это формирование новой мифологии, которая создается на десакрализованных обломках истории и культуры. Причем этот новый, сибирский миф самоценен, его никто не насаждает квадратно-гнездовым способом.

Красота спасет бренд Когда режиссер из Петербурга рассекает по Барнаулу в куртке «Соединенные штаты Сибири», становится совсем очевидно, что Сибирь — это уже бренд. ФиГ сделал подборку тех, кто занимается продвижением СФО, несмотря на его сомнительные очертания.

I’m Siberian (imsiberian.com) Сеть магазинчиков с фирменными товарами I’m Siberian есть в Новосибирске, Томске, Омске, Междуреченске, Новокузнецке, Красноярске, Тюмени и Барнауле. Ребята делают суровые деревянные чехлы на айфоны, а также блокноты, футболки, варежки и даже фирменные сибирские презервативы.

Siburbia (siburbia.ru) Об этом проекте можно рассказывать очень долго, поэтому мы просто процитируем, что говорят о себе его создатели. Siburbia — сибирский интернет-журнал, который рассказывает о той Сибири, в которой мы живём, и о той, в которой хотим жить. Жизнь сибирских городов давно заслуживает того, чтобы говорить о ней без ложной провинциальной скромности. Siburbia работает на будущее, в котором люди говорят: «Я хочу жить в Сибири, потому что там классно».

Bednotown Factory (vk.com/bednotownfactory) Магазинчик создателя легендарного флага СШС омского художника Дамира Муратова. Футболки, сумки и толстовки с флагом СШС и много прочих эксклюзивных радостей. Об истории сибирского областничества и его главных идеологах читайте в следующем спецвыпуске ФиГа «Наука и всё».

5


6 Монмартр Текст: Вата Иванова

К

огда-нибудь мы обязательно вырастем и завесим дыру на обоях чем-нибудь под цвет дивана. Возможно, это будет работа барнаульского художника. Но для начала надо разобраться в местном и не очень искусстве. В Барнауле есть 8 галерей, где красота регулярно спасает мир и ведется постоянная битва за разумное, доброе, вечное и зрителей.

Галерея «Кармин» Крупнейшая частная галерея Барнаула. Оптовый поставщик традиционного алтайского искусства. Приют зрелых женщин с тонким эстетическим вкусом и шумных групп студентов, изучающих мировую художественную культуру. Стратегия: не позволить огрубевшим горожанам окончательно заблудиться в современной живописи и сойти с ума. Если вы уже забыли, как могут профессиональные художники с помощью холста и масла создать эффект присутствия на природе — вам пора на интенсивную терапию от галереи «Кармин». Тактика: консервативность во всем. В тихих просторных залах вас встречает одна, вторая, третья и четвертая смотрительницы. Перед картинами останавливаешься ради того, чтобы в очередной раз отметить: «О, нет, она как настоящая». Яблоки на натюрмортах почти съедобные, от снежных вершин в зале становится холоднее. Главное — суметь убить в себе привитую в школе рефлекторную зевоту при виде подобной обстановки. Успешный маневр: основатель галереи Сергей Гранатович Хачатурян был из тех меценатов, в существование которых верится с трудом. Но он правда был и активно поощрял сибирских художников-реалистов. Из самых ценных работ его коллекции была сформирована одна из главных выставок галереи. Теплая и умиротворяющая, как бабушкин плед.

Галерея «Универсум» Уже 13 лет активно насаждает духовность в АлтГУ. Тишина больше не живет в библиотеке, которая переквалифицировалась в ларек для распечатки текстов. Так что если вдруг посреди пар вас настигнет панический страх перед толпой студентов, идите в Универсум. Стратегия: культурно просвещать учащихся и дать возможность самореализоваться студентам-искусствоведам (хоть где-нибудь). Никаких скандальных, мрачных или пессимистичных выставок: только небо, только ветер, только радость. Тактика: нашу неграмотность в сфере изобразительного искусства галерея берет измором. Экспозицию часто меняют, а руководит процессом, пожалуй, самый влия-

тэги тэги тэги тэги


#некудапойти #картинамаслом #массоваяэлитарность

монмартр

Галереи Барнаула: где можно приобщиться к прекрасному, выпить кофе или выспаться

тельный искусствовед Барнаула Тамара Михайловна Степанская. Успешные маневры: если картины вас уже не впечатляют, стоит попробовать декоративно-прикладное искусство. Последняя выставка галереи посвящена именно ему: алтайские мастера делают облепиху из камня, птиц из дерева и людей из глины (ну, это сам Б-г велел).

Галерея «Sol'» П о н ач а л у г р е м е л а н а весь город как место, где будет выставляться по-настоящему современное и актуальное искусство, воспринималась как модная площадка для променада местной богемы. За время работы лишилась одного из двух залов, который нынче стал фотостудией. Да и былого пафоса тоже лишилась. Стратегия: постоянно меняется. Актуального искусства в городе не хватило для поддержки первоначального запала, в какой-то момент галерея будто перестала существовать. Нынче активно сотрудничает с молодыми художниками разного калибра. Не брезгует даже свадебными фотографами. Тактика: собирать тусовку, дополнять выставки тематическими мероприятиями, поить зрителей чаем и кормить печеньками. «Sol'» создает атмосферу легкой небрежности, и виной тому не только неоштукатуренные стены. С другой стороны, это одно из немногих мест, где не кажешься себе маленьким человеком перед большим искусством. Успешные маневры: скандальная выставка новосибирца Дениса Ефремова. Разного рода непотребства сопровождали копии известных живописных шедевров. В какой-то момент выставку просто закрыли, была это просьба сверху или рекламный ход — уже не разберешься. Через некоторое время галерея анонсировала открытие выставки всего на несколько часов: неплохая игра со зрительским любопытством.

Галерея «Турина Гора» Небольшое выставочное пространство со входом и выходом через сувенирную лавку. Настолько небольшое, что часть выставки висит в уборной. Стратегия: провести много маленьких выставок и продать много дорогих картин. В общем, все как у людей. Галерея известна своей авторской керамикой, и каждая выставка на любую тему

сопровождается новыми странными вазами местного производства. Тактика: «Турина гора» — одна из первых галерей города с огромной выставочной историей. Есть несколько художников, которых галерея выставляет регулярно. Среди них пестрая Евгения Октябрь, выдающая по партии французских зарисовок почти каждый год. Успешный маневр: про уборную выше было совершенно серьезно. Уникальное место, где у вас есть возможность по-настоящему уединиться с искусством.

Галерея «Бандероль» Во-первых, это место проведения мастер-классов, лекций, тренингов, игр, а во-вторых — выставочная площадка. Место, где все будто нарочно отвлекает от самих картин. Стратегия: непрямых действий. Выставки висят подолгу и подаются вприкуску к различным мероприятиям. Как только становится скучно, можно отвернуть голову от очередного лектора и посмотреть, наконец, на картины. Тактика: создание приюта для всех бесхозных хобби-клубов Барнаула. Здесь можно встретить любителей кино, чая, науки и настольных игр. В общем, если вам в жизни все еще хоть что-то интересно, вы в Бандероли уже были. Успешный маневр: выставка Ивана Дмитриева «Контролируемая агрессия». Экспонаты представляли собой картонные листы, по которым краска была разбрызгана небольшим взрывом. Сам процесс создания работ был продемонстрирован на открытии: в стеклянном кубе взрывалась емкость с краской. Запах дыма взбодрил сонную галерею, как и визжащие от неожиданных взрывов девушки.

Галерея Щетининых То место наряду с галереей «Турина гора», мимо которого студенты АлтГУ проходят сотни раз, перемещаясь между корпусами «С» и «Д». Стратегия: собрать и распространить картины алтайских членов Союза художников. Благая цель, профессиональные работы и часто пустующий зал. Тактика: галерее не нужна тактика, она просто делает свою работу вот уже 20 лет. Выставки проводятся в основном тематические, экспозиция меняется нечасто. Да это и не важно: там потрясающие огромные окна от пола до потолка, прийти можно хотя бы ради них. Успешный маневр: сохранение лавки продажи материалов для художников недалеко от места дислокации факультета искусств.

Галерея «Республика ИЗО» Обширное выставочное пространство, готовое поддержать любую достойную того художественную инициативу.

ФИГ 005

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul

Судя по недавней выставке молодых художников Барнаула «Собрание», достойных и инициативных у нас дефицит. Стратегия: сокрушение невежества. Галерея наступает по всем фронтам: популяризует классическое, наивное, молодое, зрелое, реалистическое, абстрактное искусство Барнаула и не только. Плюс это одно из немногих мест, где можно увидеть нечто под названием «инсталляция» и «перформанс». Тактика: открытый диалог. Искусствовед Алена Воеводина и сам Вадим Климов в трудную минуту помогут вам сформировать собственное мнение о выставке. Открытия сопровождаются фуршетом, что весьма располагает к общению с незнакомыми людьми. Успешный маневр: удачное расположение галереи. Без шуток — просто так, блуждая по улицам, туда не заглянешь, а значит, поедешь нарочно и к выставкам отнесешься с должным вниманием. С другой стороны, гипермаркет, куда приезжают озабоченные обустройством дома, выгодное место: картина может стать последним штрихом к затянувшемуся ремонту.

Галерея «Проспект» Три этажа торгового центра занимают элитные бутики. Галерея — тоже бутик, только продаются в нем картины. Единожды на выставке «I» работы уже висели с ценником. Это, конечно, практикуется, но в специализированных лавочках: цифра отвлекает. В итоге ты только и думаешь, стоит картина того или нет. Стратегия: создать и удержать моду на произведения современного искусства. Будьте осторожны! Ходят слухи, что после посещения «Проспекта» ктото стал ходить на все выставки в городе, а некоторые посетители жалуются на желание заняться художественной фотографией. Острая форма — превращение в коллекционера и мецената. Тактика: проведение очень стильных выставок. Для этого у галереи есть все: отлично оборудованный зал, размещение в центре города и возможность повесить огромный баннер выставки в половину ТЦ, на зависть остальным. Успешные маневры: с одной стороны, галерея стала приютом для выставок самых неизвестных работ Сальвадора Дали и Пабло Пикассо. Но эти проекты заодно прокатились и по самым отдаленным российским галереям. Другое дело, что недавно Николай Зайков, невероятный барнаульский художник-график, выбрал галерею для проведения своей персональной выставки. Вот это событие — уникально, и потому заслуживает большого внимания.

7


8 ЧИТАТЬ НЕ ВРЕДНО

ФИГ 005

#книги #библиотеки #анечкапросиласнятьмаечки

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul

Ваша авторская колонка Здесь вы можете написать все, что хотите. И оставить себе.

причин не читать стихи Иосифа Бродского Текст: Анна Негреева

1

Бродский вызывает привыкание. Мой юный друг! Помни, что открыв любой сборник стихов означенного автора, ты становишься уже не тем, кем был прежде. Ты уже твердишь, что судьба — игра, разговариваешь дольником и куришь, вдыхая гнилье залива, отлива, прилива, ближайшей свалки.

2

4 5

3

6

Бродского читают все. Даже твоя глупая знакомая знает, что ниоткуда с любовью, надцатого мартобря. Знакомая поумнее говорит, что поскорее бы уже зима, а, занесла бы все это, ну. В общем, несчастный Иосиф Александрович — любимый поэт твоих интеллектуальных подружек. Чтение стихов Бродского вызывает странное желание самому написать что-нибудь эдакое. Стихами. Возможно, даже чем-то непонятным, но в рифму. И чтобы про то, как она бросила. Уверяю тебя, начинающий поэт, таких, как ты, полон интернет, все пишут «под Бродского», с анжамбеманами (кстати, ты посмотрел значение этого слова в словарике?) и жуткими амбициями. Чем чуднее анжамбеманы, тем больше амбиций. Чем несчастнее любовь, тем

ФИЛЬКИНА

005

больше проблем с ритмом. И не надо оправдываться тем, что у Бродского неровный ритм. Он, в отличие от вас, господа пишущие, хотя бы знал, что делал.

Орган факультета журналистики Алтайского госуниверситета.

Снобизм. Да, от чтения хорошей литературы вырабатывается снобизм. Это очень смешно.

Печаль. Чтение стихов Бродского вызывает грусть, печаль, тоску, уныние, экзистенциальные проблемы. Впрочем, такие же проблемы вызывает чтение Достоевского, Марселя Пруста и Сартра. Желание переехать в Петербург. Это, знаете ли, весьма логично: меж Пестеля и Маяковской, потом,

Если вы прочли этот текст, и вас ничего не отпугнуло, если вы все еще прижимаете к своей юной груди потрепанный библиотечный сборничек «Часть речи», то вы на верном пути. И да прибудет с вами ваша юность. До чего она прекрасна.

Лиговка шумит, хлопки сентябрьских парадных…

7

Резкое изменение музыкального вкуса. Вчера слушали ВИА «Сплин», а сегодня, впечатленные, Генри Перселла. И, главное, не можете понять: то ли Перселл хорош, то ли вы Бродского любите так, что и Перселла готовы стерпеть.

8

Чтение Бродского вызывает вольнодумство. Согласитесь, сейчас это карается законом. Я про вольнодумство, а не про чтение. Чтение пока не карается, все нормально, запасайтесь книжками.

9

Возможно, вам захочется поступить на филфак. А там…и Пруст, и Камю, и Бунин, и те самые экзистенциальные проблемы. И синтаксис вдобавок.

10

Ваши сверстники могут вас не понять. Дескать, раньше был норма льный человек, а т у т и снобом стал, и Перселла своего слушает. Не переживайте, у Бродского тоже это было.

Учредитель: факультет журналистики АлтГУ. Редактор: Зарема Заудинова. Редакция: Жанна Заковряшина, Анна Негреева. Дизайнер: Михаил Хозяйкин. vk.com/fig_barnaul · twitter.com/fig_barnaul · metagramota@gmail.com


Специалист по семиотике советской культуры, кандидат филологических наук, доцент кафедры русской и зарубежной литературы Ольга Александровна Скубач рассказала «ФиГ» о том, как одевались в СССР.

Как одевались в эпоху войн и революций

Спецпроект газеты «Филькина грамота»

Кожа, в которой я живу


II наука и всё

#вопросысоветскогофеминизма #курткавкартинемира #свойчужой

Подготовила Анна Негреева

К

онечно, одежда — это один из самых семиотизированных аспектов человеческой жизни и, в принципе, об одежде любого периода можно написать целую монографию. Говоря о двадцатом веке, стоит отметить, что существовала и особая специфика поведения, отражающаяся в манере одеваться. Особенно характерна она для 20-х и 30-х годов — времени формирования нового, советского человека.

Двадцатые: кожа нового человека Если говорить о том, что было после 1917-го года, то радикальная переделка мира очень сильно трансформировала внешний вид человека. Что касается одежды, общим местом в культуре начала 1920-х стали знаменитые кожаные куртки. Впрочем, кожаными были не только куртки, настоящие советские функционеры полностью облачались в кожу: кожаная тужурка, кожаные брюки, кожаные сапоги и кожаная фуражка. Естественно, идеальным цветом был черный: черная куртка стала основным знаком представителя власти в новом мире. Искусство и литература откликнулись на эту примету времени весьма охотно: скажем, в романе «Как закалялась сталь » Николая Островского Корчагин и Рита Устинович пытаются попасть на переполненный поезд, который осаждают агрессивно обороняющиеся лавочники. Корчагин берет у Риты кожаную куртку, которая «лучше любого мандата», и оказывается, что именно эта одежда открывает любые двери. Мода на кожу была связана с вполне очевидными причинами: кожа — плотный материал, который может, до известной степени, защитить от сабельного или ножевого ранения, поэтому это, в первую очередь, военная одежда. Популярность она приобрела в годы Гражданской войны 1917-1923 гг., а потом стала атрибутом мирной жизни. В то же время есть сугубо семиотический аспект, связанный с использованием кожи. Увлечение кожей, как и увлечение мехами, соотносится с сексуальными предпочтениями человека. В то время как мех, благодаря знаменитому роману Леопольда фон Захер-Мазоха «Венера в мехах» (1870), стал в культуре конца XIX — начала ХХ вв. устойчиво ассоциироваться с мазохизмом (имя автора, собственно, и дало название явлению), кожаная одежда, исторически связанная с войной, насилием и наказаниями (кожаные кирасы, конская упряжь, плети и т.п.), была соотнесена с садистической сексуальной ориентацией. В 20-е годы эти ассоциации сохраняются: понятно, что комиссары в кожаных куртках осуществляют садистическую модель поведения, широко распространяя ее на социальную сферу. С другой стороны, кожа — это естественное покрытие тела, поэтому человек, одетый в кожу, — обнажен в семиотическом смысле. Тема наготы широко реализована в культуре 20-х гг.; не случайно одним из ключевых текстов десятилетия стал роман Б. Пильняка «Голый год». Нагота заставляет воспринимать человека не только беззащитным, но и абсолютно откровенным — голому нечего скрывать. Таким образом, кожаная одежда в сознании современников рифмуется с абсолютной искренностью. В то же время, человек революционной эпохи получает удивительную возможность произвольно «менять кожу», изменяться, мимикрировать: один из классических романов раннего соцреализма, написанный Бруно Ясенским, называется «Человек меняет кожу»; у Алексея Толстого в повести «Гадюка» главная героиня несколько раз перерождается, а вместе с тем по-змеиному меняет и свое облачение. Словом, советскому человеку не подходит гумилёвская максима «Только змеи сбрасывают кожи, / Мы меняем души, не тела». Советский человек, надо полагать, способен менять и то, и другое.

Б. Лавренёв в рассказе «Сорок первый» описывает почти анекдотическую ситуацию: когда в Средней Азии во время войны с басмачами кончилась черная краска, у местного населения изъяли разноцветные анилиновые красители, которыми окрашивались шали. Так у большевиков появились куртки лимонного, пурпурного, бирюзового цвета. Комиссары, в сущности, выглядели как райские птицы с пламенеющим оперением. Конечно, не факт, что на самом деле для окрашивания кожи использовали лимонный и бирюзовый цвета, но желтый и коричневый точно применяли. Понятно, что черный цвет был эталонным, но были и такие любопытные отступления от правил. Второй значимый момент, касавшийся одежды 20-х, касался гендерных проблем. Одним из самых главных вопросов революционных лет был женский вопрос: понятно, что женщина хотела быть равной мужчине, и закономерно, что это стремление определило формы поведения и повлияло на выбор одежды. Новая женщина выглядит именно как мужчина: она коротко стрижена, курит, говорит хриплым голосом, хорошо стреляет из нагана, одевается в брюки, куртку, тужурку, носит кожаный портфель. Стиль унисекс здесь, конечно, торжествует. Культура перестает замечать разницу между мужской одеждой и женской. Любопытным образом мужественность женщин приводит к женственности мужчин. Эта тема сознательно не рефлектируется и не декларируется, однако в обществе срабатывает баланс: если женщина начинает вести себя как мужчина, то мужчина время от времени копирует женщину. Тема переодевания в женское платье является одной из ключевых в том же романе Островского «Как закалялась сталь»: Корчагин в самые

Иллюстрация Марии Колкер.

Список литературы для чтения 1. Кирсанова Р. М. Розовая ксандрейка и драдедамовый платок. М., 1989. 2. Кирсанова Р. Нагота и одежда: К проблеме телесности в европейской культуре // Ступени. Философский журнал. Л., 1991. №1. С. 47-65. 3. Кирсанова Р. Костюм в русской художественной культуре 18 — первой половины 20 века. Опыт энциклопедии. М., 1995. 4. Вайнштейн Ольга. Мужчина моей мечты — этюды по истории тела // Иностранная литература. 2003. №6. С. 253-278. 5. Дашкова Т. Визуальная репрезентация женского тела в советской массовой культуре 30-х годов // Логос. 1999. №11-12. С. 131-155. 6. Лурия А.Р. К психоанализу костюма // Овчаренко В.И., Лейбин В.М. Антология российского психоанализа: в 2-х т. Т. 1. М., 1999.

Фотография Александра Родченко.


наука и всё

сложные моменты переодевается в женскую одежду, в сущности, это его спасает. Несомненно, такой обмен гендерными атрибутами связан с перераспределением, в том числе, сексуальных ролей. В принципе, тенденция смены функций женщины на садистские, а мужчины — на мазохистские характерна для раннесоветской эпохи. Двадцатые годы — это вообще время радикальных экспериментов во всех сферах жизни, и одежда, конечно, демонстрирует радикализм эпохи.

Тридцатые: unitedcolorsofUSSR Тридцатые годы — это уже совсем другая эпоха, здесь происходит реабилитация многих традиционных аспектов повседневной жизни. В это время реанимируется классическая семейная модель отношений мужчины и женщины, женщина мыслится уже не только как товарищ, но и как жена и мать (усложнение процедуры развода, запрещение абортов — тренды тридцатых годов). Социальная политика государства направлена на популяризацию традиционной семейной модели. Отчасти на ситуацию повлиял сам Сталин, демонстрировавший заметный консерватизм в отношении «женского вопроса». Соответственно, гендерные стандарты возвращаются и в одежду. В тридцатые годы женщина уже не носит брюки, ее одежда — это платье либо блузка и юбка, и платок. Брюки исчезают из женского гардероба примерно до 60-х годов. Даже военная женская форма 1940-х предполагала ношение юбки, — кроме, конечно, особых ситуаций, связанных с прагматикой войны. Что касается повседневной обуви, — в первой половине 1930-х это, как правило, сапоги: обувная индустрия в Советском Союзе заметно отставала от легкой промышленности, хотя и эта последняя отличалась скудным ассортиментом. Туфли мыслились как выходная, не повседневная обувь; они не всегда и имелись в женском гардеробе. Еще в начале 1930-х в Москве можно было встретить человека в лаптях. Однако начиная с середины десятилетия на волне нового консерватизма в советскую жизнь начинает возвращаться европейская мода. Ключевая роль здесь принадлежит, пожалуй, Любови Орловой — главной примадонне советского кинематографа 1930-1940-х гг. Орлова ездила за границу, любила Париж, имела возможность одеваться в бутиках и, в сущности, возвращала моду на женский костюм-двойку, созданный Коко Шанель. В тридцатые годы европейская женская мода дрейфует в сторону большей женственности, что предполагает четкий силуэт, подчеркнутую талию, акцент на

ФИГ 005

бедрах. Именно этому стандарту соответствует классический образ Любови Орловой: стрижка с превосходной укладкой (в отличие от стриженых героинь 1920-х), продуманный макияж и изысканный парижский костюм (приталенный жакет, узкая юбка, туфли-лодочки на высоком каблуке). Кроме того, Орлова инициировала возвращение французской парфюмерии. В целом, советская женская мода начинает ориентироваться на Европу, хотя, конечно, эти тенденции касаются только небольшого круга элиты — актрис и жен партийных функционеров, имевших возможность следовать парижским веяниям. Разумеется, что у большинства обитателей Советского Союза таких возможностей не было совершенно. Иностранцы, в 30-е побывавшие в Москве, дружно отмечали скудость, убогость одежды советского человека. Андре Жид в книге «Возвращение из СССР» писал: «Все друг на друга похожи. Нигде результаты социального нивелирования не заметны до такой степени, как на московских улицах, — словно в бесклассовом обществе у всех одинаковые нужды. Я, может быть, преувеличиваю, но не слишком. В одежде исключительное однообразие. Несомненно, то же самое обнаружилось бы и в умах, если бы это можно было увидеть»; более лояльный Советам Лион Фейхтвангер пытается смягчить свое же ощущение: «тому, кто видит Москву впервые, одежда кажется довольно неприглядной» («Москва 1937»). Думается, ни второй, ни третий, ни последующие взгляды не способны скрасить это первое и, несомненно, верное впечатление. В то время как столичные города СССР отстраивались, приобретая все более чистый и нарядный, в целом — европейский облик, их жители имели вид совершенно не европейский. Убожество фасонов усугублялось еще и скудостью цвета: одежда носилась максимально долго, ее штопали, стирали плохим мылом, а чаще — щелоком, отчего она выглядела блеклой, некрасивой. Контраст с внешним обликом европейца был, конечно, разительным. Даже обыкновенная — по меркам иностранца — рабочая одежда выглядит с советской точки зрения верхом пижонства. Один из «челюскинцев», Эрнст Кренкель, вспоминает: «"Челюскин" прибыл в Ленинград с гарантийным механиком (есть и такая должность) - плотным и немногословным датчанином. Механик носил комбинезон, вызвавший своей неземной красотой завистливые взгляды тех, кто был одет в непрезентабельную москвошвеевскую робу». Можно представить, как выглядела эта «москвошвеевская роба», если ее обладатели сумели разглядеть «неземную красоту» в обыкновенном датском рабочем комбинезоне.

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul

Рабфак идет, вид с натуры. Несмотря на «канцелярiю», фото середины 1920-х — телефоны-автоматы появились только тогда.

Любовь Ор­ ло­ва, икона стиля. Платье — как бы не сама Шанель. Конец 1930-х гг.

Нагишом дамы явно выглядят лучше.

Фотографии Александра Родченко 1920-30-х гг.

Нежелание включиться в общий советский культурный код было свойственно многим, но наиболее ярко воплотил его Михаил Булгаков. Во время серых одеяний он носил белые рубашки, идеально отглаженные костюмы, галстук-бабочку и лакированные штиблеты. Кроме того, Булгаков был обладателем шубы образца XVII века (мех у таких шуб был внутри, а фетр – снаружи).

III


IV наука и всё

#вопросысоветскогофеминизма #курткавкартинемира #свойчужой

ФИГ 005

Мода 1960-х: от станка и до П��рижа

О

ттепель повлек ла за собой заметные перемены во всех сферах жизни советского человека, затронув, в числе прочего, и его внешний облик. В 1960-х гг. журнал «Работница» публикует модные фасоны, в которых без труда распознается когдато считавшееся тлетворным влияние Европы. В первую очередь перед Западом капитулирует

женская мода, однако к концу десятилетия вредоносные бациллы прежде чуждого образа жизни проникают и в гардероб советского м у ж чины: элегантные костюмы и ненавистные сталинской эпохе галстуки прочно входят в обиход горожанина. Маленькой революцией второй половины 1960-х гг. можно считать появление такого понятия как детская мода.

Однако вплоть до конца десятилетия выглядеть модно и изысканно могли себе позволить немногие. На долю рядового обывателя оставалась проверенная десятилетиями индустриализации непритязательна я рабочая одежда. Впрочем, советская диалектика с легкостью преподносит вынужденное как добровольное: та же «Работница» в 1960-х с завидной

регулярностью печатает на своих страницах портреты эталонных «тружениц села» и заводчанок, чьи косынки, ватники и спецовк и не просто причудливо контрастируют с модным лоском картинок на последних страницах журнала, но и воскрешают в памяти современников Большой стиль совсем недавно ушедшей в прошлое сталинской эпохи.

vk.com/fig_barnaul twitter.com/fig_barnaul


Филькина грамота 005