Barents Newsletter

BARENTS БAPЕНЦ

Newsletter on Occupational Health and Safety Бюллетень по охране и гигиене труда

2015 18 1 Vol. No. Том №

Arctic work

Работа в Поддержание Арктике на здоровья рабочих места

BARENTS БAPЕНЦ

Newsletter on Occupational Health and Safety

2015 18 1 Vol. Том

No. №

Бюллетень по охране и гигиене труда

Publisher • Издатель Finnish Institute of Occupational Health Финский институт профессионального здоровья Topeliuksenkatu 41 a A FI-00250 Helsinki, Finland Editor in Chief • Главный редактор Suvi Lehtinen • Суви Лехтинен Editor • Редактор выпуска Mirkka Salmensaari • Миркка Салменсаари Layout • Макетирование Guassi Oy Translations • Перевод Anatoly Vinogradov • Анатолий Виноградов The responsibility for opinions, expressed in signed articles, studies and other contributions rests solely with the authors, and publication does not constitute an endorsement by the Finnish Institute of Occupational Health, or the financial supporters of the Newsletter, of the opinions expressed in them. Ответственность за суждения и оценки, выраженные в публикуемых статьях, как и за точность и надежность приводимых сведений лежит исключительно на авторах; публикация статей не является свидетельством того, что издатель – Финский институт профессионального здоровья – разделяет мнения их авторов.

The electronic version of the Barents Newsletter on Occupational Health and Safety on the Internet can be accessed at the following address: http://www.ttl.fi/BarentsNewsletter.

Contents • Содержание

3

Editorial by Guy Ryder International Labour Organization

4

от редакции, Гай Райдер Международная организация труда (МОТ)

6

Work in Arctic open-pit mines: Thermal responses and cold protection Hannu Rintamäki, Kirsi Jussila, Sirkka Rissanen, Juha Oksa and Satu Mänttäri, Finland

8

Работа в Арктических карьерах: термальные ответные реакции и защита от холода Ханну Ринтамяки, Кирси Юссила, Сиркка Риссанен, Юха Окса и Сату Мянттяри Финляндия

11 Occupational health and safety in Alaska Jennifer Lincoln, Joanna Watson, Mary O’Connor, Devin Lucas, Christy Forrester, Ted Teske, Krystal Mason, Chelsea Woodward, Grant King, USA 14 Охрана труда на Аляске Дженифер Линкольн, Джоанна Уотсон, Мэри О’Коннор, Девин Лукас, Кристи Форрестер, Тед Теске, Кристал Мейсон, Челси Вудворд и Грант Кинг, США 17 Combined exposure to vibration and cold Lage Burström, Tohr Nilsson, Jens Wahlström, Sweden

Электронная версия Баренц Бюллетеня по охране и гигиене труда размещена в Интернете на сайте со свободным доступом: http://www.ttl.fi/BarentsNewsletter.

19 Сочетанное воздействие вибрации и холода Лейдж Барстрём, Тор Нильссон, Йенс Вальстрём, Швеция

Printed publication • Печатная публикация ISSN 1455-8459

20 Training challenges in the Barents region’s mining industry Airi Paloste and Ahti Rönkkö, Finland

On-line publication • Электронная версия ISSN 1458-5952 Photograph on the cover page • Фото на обложке Thinkstock / Plamen Petrov

21 Проблемы подготовки кадров для горной промышленности Баренц региона Айри Палосте, Ахти Рёнккё, Финляндия 23 Growth in the North Investigation group from Norway, Sweden and Finland

The Barents Newsletter is financially supported in 2015 by the International Labour Organization (ILO) as well as Ministry for Foreign Affairs of Finland. В 2015 году издание Баренц Бюллетеня по ОГТ получило финансовую поддержку со стороны Международной организации труда (МОТ) и Министерства иностранных дел Финляндии

©

2015

24 Развитие Севера Интернациональная исследовательская группа Норвегии, Финляндии и Швеции 25 OCCSET seminar discusses OSH in Finland and the Russian Federation Mirkka Salmensaari and Timo Saarainen, Finland 26 Семинар OCCSET по организации охраны труда в Финляндии и России Миркка Салменсаари, Тимо Сааринен, Финляндия

PHOTO © International Labour Organization/M. Crozet

Guy Ryder International Labour Organization (ILO)

T

he ILO’s primary goal is to promote opportunities for women and men to obtain decent and productive work in conditions of freedom, equity, security and dignity. In this formulation of decent work in the context of ILO action, the protection of workers against work-related sickness, disease and injury, as embodied in the Preamble to the Constitution of the ILO, is an essential element of security and continues to be a high priority for the ILO. The health and safety of the world’s workforce periodically attracts the attention of the national and international media. Industrial disasters, especially those resulting in multiple fatalities, make global headlines. But the reality is that throughout the world, many thousands of people die from their work activities every day, and numerous fatalities are unreported or ignored. Globally, an estimated 2.3 million workers die every year from occupational accidents and work-related diseases. In addition, many millions of workers suffer non-fatal injuries and illnesses.

Over the years, the ILO has multiplied the number of tools and activities in the area of occupational safety and health (OSH) in which it is engaged in order to carry out its mission. The promotion of standards in the field of OSH is thus a fundamental task, and an indispensable complement to the process of developing them.

At the First Session of the International Labour Conference in 1919, the ILO adopted the White Phosphorous Recommendation 1919 (No. 6). This instrument invited ILO member States to ratify the Berne Convention of 1906.

This is one of the earliest international conventions on occupational safety and health and it was aimed at banning the use of white phosphorous. Since the mid-nineteenth century white phosphorous was widely used in the match-making industry, however it caused matchmakers – mostly children – to contract the dreaded, disfiguring “phossy jaw”.

What compounded the tragedies caused by this occupational hazard was that they were avoidable. Another non-

hazardous form of phosphorus, red phosphorus, worked just as well for making matches. However, the abundance of cheap labour and the absence of industrial health regulations made a shift in production patterns slow. It took legal compulsion, along with international action, to eventually eliminate the problem. This example illustrates the issues that are still today at the heart of ILO work and of the decent work paradigm in terms of worker protection, economic constraints and the role of regulatory mechanisms in maintaining compliance with ethical principles, rights and obligations.

Since the turn of the twentieth century when the first legal relationships between exposure to hazards and the world of work were being established, OSH has grown into a multifaceted discipline. This discipline has implications not only for human lives, enterprise development and national efforts to increase productivity and alleviate poverty, but also for the human environment. It is also recognized today as an essential component in the global efforts to develop production and consumption patterns which are sustainable and which respect the global environment in the face of increasing demographic pressures.

Taking this into account, and to further reinforce the work undertaken by the Labour Administration, Labour Inspection and Occupational Safety and Health Branch (LABADMIN/OSH), the ILOs focal point for OSH, I am pleased to announce that one of the new five ILO “flagship programmes” will be focussed to tackle the challenges in this field. The flagship programme “OSH Global Action for Prevention” is built on numerous ILO instruments in the field of OSH and responds to an urgent need to step up action in this area of work at country level.

Complementing the work of LABADMIN/OSH, the flagship programme will design and deliver country-specific strategic interventions to: l improve national regulatory frameworks on OSH and strengthen capacity to develop and implement compliance strategies and inspection practices;

enhance national institutional capacities to acquire and use OSH knowledge and information to develop effective prevention policies, strategies, systems and programmes; l encourage and facilitate consultation, collaboration and cooperation in OSH between governments, employers and workers through effective dialogue; l strengthen national employment injury compensation legislation and administrations to interact with OSH systems and programmes through integrated functions, where appropriate, and economic incentives for investment in prevention and compliance.

The programme will respond to multiple challenges in a structured and integrated manner making use of the ILO’s multidisciplinary expertise, working at the global, regional and national levels, building on existing initiatives and networks and bringing together the key stakeholders in an inclusive approach to improve the working conditions of workers, as well as promoting a preventative safety culture for all.

I would also like to take this opportunity to thank the government of Finland for its continued support to the ILO efforts in the field of OSH, including support to this flagship programme. Being a global leader in the field of OSH, Finland’s continued support is highly valued and greatly appreciated by the ILO. Hence, I welcome you to join the ILO in taking action to building a worldwide culture of prevention, a world that has zero tolerance for work-related hazards that result in injuries, disease and death. l

Mr. Guy Ryder Director General International Labour Organization Copyright © 2015 International Labour Organization Reproduced with permission

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18 :3

3

PHOTO © International Labour Organization/M. Crozet

П

ервостепенная задача МОТ – создание для всех женщин и мужчин в мире возможности получить достойную и плодотворную работу в условиях свободы, равенства, безопасности и сохранения личного достоинства. В общем контексте действий МОТ понятие «достойной занятости» включает в себя и защиту работников от заболеваний, связанных с трудовой деятельностью, увечий и травм. Это положение было изначально включено в преамбулу Конституции МОТ как важный элемент безопасности труда и до сих пор остается одним из высших приоритетов МОТ. Здоровье и безопасность мировых трудовых ресурсов периодически привлекает внимание общественности. В национальных или международных средствах массовой информации сообщения о промышленных авариях и катастрофах, особенно о тех, что сопровождаются многочисленными человеческими жертвами, моментально выносятся в заголовки новостей. И в то же время никто не задумывается, что в реальной жизни каждый день тысячи людей умирают при выполнении своих трудовых обязанностей, но эти многочисленные случаи смертности на производстве попросту игнорируются и не отражаются в официальной отчетности. По оценкам МОТ, вследствие несчастных случаев на производстве или от заболеваний, связанных с трудовой деятельностью, ежегодно в мире умирает около 2,3 миллионов работников. В дополнение к этому миллионы работников страдают от несмертельных травм и болезней. Ради достижения поставленной цели МОТ за годы своей дея-

4

Гай Райдер Международная организация труда (МОТ) тельности создала и претворила в жизнь множество средств и способов укрепления безопасности и гигиены труда (ОГТ). Действенными мерами в этой сфере деятельности является выработка нормативных требований к ОГТ и неустанное и настойчивое внедрение их в практику. На первой сессии Международной конференции по труду в 1919 году МОТ приняла «Рекомендации по белому фосфору» (№6). С помощью этого МОТ мотивировала страны, входящие в Организацию, ускорить ратификацию Бернской конвенции 1906 года, которая в то время была одной из самых ранних международных конвенций в области ОГТ. Kонвенция была нацелена на полный запрет применения опасного для здоровья химиката – белого фосфора, который со средины XIX века повсеместно использовался в производстве спичек, несмотря на то, что вовлекаемые в спичечную индустрию работники, большинство из которых составляли подростки, обрекались на ужасное, обезображивающее их заболевание - фосфорный некроз кости нижней челюсти. Парадоксальность ситуации состояла в том, что трагедий, обусловленных рассматриваемым вредным профессиональным фактором, можно было бы избежать, поскольку для производства спичек уже в то время была создана альтернативная безопасная рецептура зажигательной смеси на основе красного фосфора. Однако, позитивные изменения в спичечной индустрии тормозились из-за избытка дешевой рабочей силы и отсутствия законодательного регулирования охраны здоровья в промышленности. Чтобы раз и навсегда искоренить про-

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18 :4–5

блему применения белого фосфора в дополнение к правовому принуждению потребовалось предпринять и специальные акции, продемонстрировавшие международную солидарность в этом вопросе. Приведенный пример иллюстрирует суть тех подходов, которые и сегодня остаются стержневыми в деятельности МОТ как в процессе воплощения в жизнь парадигмы «достойной работы», основанной на представлении о необходимости защиты здоровья трудящихся, так и в разработке экономических ограничений и стимулов с учетом роли, которую играют регуляторные механизмы в гармонизации этических принципов, прав и обязанностей. Принципиальное изменение в организации охраны труда наметилось в начале ХХ века, когда были приняты первые законодательные акты, регулирующие отношения между экспозицией к вредным производственным фактором и трудовой деятельностью. За прошедший период ОГТ разрослась в комплексную многогранную дисциплину, достижения которой используются не только при решении разнообразных частных проблем человеческой жизни, развития предприятий, осуществления государственных мероприятий по повышению продуктивности труда и снижению уровня бедности, но также оказывает влияние на формирование гуманистической среды в целом. ОГТ воспринимается сегодня как важный компонент общемировых усилий по формированию стабильной системы производства и потребления, учитывающей глобальные экологические проблемы, возникающие вследствие растущего демографического давления на

среду обитания. Принимая все вышеизложенное во внимание и стремясь повысить эффективность деятельности департаментов МОТ, отвечающих за развитие ОГТ – Трудовой Администрации, Трудовой Инспекции и Охраны труда и профессионального здоровья (LABADMIN/OSH), я с удовлетворением объявляю, что одна из пяти новых «флагманских программ» будет сфокусирована на решении актуальных проблем именно в сфере охраны труда. Это программа «Глобальные действия по ОГТ для профилактики», которая построена на основе многочисленных инструментов МОТ, созданных для работы в сфере ОГТ и отвечающих актуальным потребностям в подъеме на новый уровень мероприятий по охране труда, осуществляемых в масштабах отдельных государств. В сочетании с повседневной работой подразделений LABADMIN/OSH флагманская программа обеспечит подготовку и организацию стратегических интервенций по следующим направлениям: l совершенствование национальных регуляторных правовых механизмов управления охраной труда и укрепление потенциала для развития и внедрения соответствующих стратегий и инспекционных практик; l усиление национального институционального потенциала для расширения возможностей получать и использовать современные знания и передовой опыт в сфере ОГТ для формирования эффективных профилактических стратегий, систем и программ; l стимулирование и облегчение проведения консультаций и сотрудничества между государственными органами, работодателями и работниками путем налаживания эффективного социального диалога; l улучшение национальной правовой основы и укрепление системы управления компенсационными выплатами работникам, пострадавшим от производственного травматизма, налаживание, где это возможно, взаимодействия между органами охраны труда и организаторами целевых программ по ОГТ путем интеграции oпределенных функций и экономического поощрения

инвестиций в профилактические мероприятия и налаживание контроля за выполнением правовых норм. Новая программа позволит дать системные и интегральные ответы на множество проблем современной трудовой жизни, привлекая для этого комплексные экспертные возможности МОТ, действуя на глобальном, национальном и региональном уровнях, опираясь на действующие в настоящее время инициативные группы и информационные сети и объединяя усилия всех ключевых заинтересованных сторон в рамках инклюзивного подхода к улучшению условий труда работников и поддержке культуры предотвращения опасности для всех. Я хотел бы воспользоваться предоставившейся возможностью, чтобы выразить признательность правительству Финляндии за его многолетнюю поддержку действий МОТ в сфере ОГТ, включая содействие реализации новой флагманской программы. Финляндия является мировым лидером в области охраны и гигиены труда, и поэтому постоянная поддержка с ее стороны высоко ценится и приветствуется руководством МОТ. В заключение я призываю всех читателей присоединиться к действиям МОТ по формированию общемировой культуры профилактики, по созданию мира с нулевой толерантностью в отношении связанных с трудом вредных факторов, приводящих к травматизму, болезням и преждевременной смерти тружеников.

Г-н Гай Райдер Генеральный директор Международная организация труда

Basic Occupational Health Services (BOHS) The publication introduces a four-step approach on how to develop occupational health services for employees.

BOHS is essential service for the protection of people’s health at work, for promotion of health, well-being and work ability, as well as for prevention of ill-health and accidents. The English version of the publication is available on the website of the Finnish Institute of Occupational Health. www.ttl.fi/en/publications/ electronic_publications

Основные службы гигиены труда The printed Russian version can be ordered for free from: mirkka.salmensaari@ttl.fi

Текст оригинала © 2015 Международная организация труда Переводной текст © 2015 Финский институт профессионального здоровья Перевод осуществлен с разрешения МОТ МОТ не несет ответственности за качество и точность перевода.

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:4–5

5

Work in Arctic open-pit mines:

Thermal responses and cold protection

Hannu Rintamäki, Kirsi Jussila, Sirkka Rissanen, Juha Oksa and Satu Mänttäri Finland PHOTO BY © FIOH

three basic factors affecting human heat balance in the cold are environmental cold strain (especially low temperature and wind), thermal insulation of clothing, and physical activity (metabolic heat production).

The severity of the cold environment can be quantified by the ambient temperature itself, by the wind chill index and by IREQ (Insulation Required, ISO 11079). IREQ expresses how much thermal insulation is needed when ambient temperature, wind and physical activity is known. In addition to clothing, sustaining body heat balance in the cold usually also requires physical activity.

Questionnaire and measurement data Preparing the blasting in a cold and windy open-pit mine. Подготовка к взрывной отбойке руды в открытом карьере в холодную и ветреную погоду.

Background

Cooling is not good for humans

The Barents region is currently the most important mining area in Europe. New mines are constantly being opened in several locations, and old mines are being expanded or reopened. Several factors may be hazardous to miners’ health in the Arctic: cold climate, other physical exposures (vibration, noise, heavy physical work), accidents caused by darkness and slippery surfaces, and airborne exposures from industrial processes and vehicles.

The MineHealth project (www.

MineHealth.eu, supported by Kolarctic ENPI CBC) was conducted by Swedish, Norwegian, Russian and Finnish research organizations in 2012–2014, to study and improve the long-term sustainability of the well-being, health and work ability of mining industry workers.

A sufficient body heat balance is essential for human well-being, performance and health. Cooling causes thermal discomfort and impairs manual, neuromuscular and psychomotor performance, which in turn increases the risk of accidents. Peripheral body parts such as the hands, feet and cold-exposed parts of the head are most susceptible to suffering from cold. Cooling aggravates existing health problems and causes musculoskeletal illnesses.

Humans need a fairly high temperature in their microclimate, i.e. the closest thermal environment, which is underneath clothing. The optimal temperature of the microclimate is 27 °C at rest, and decreases as physical activity increases.

According to the international definition, cold work starts at 10 °C, at which hands begin to cool in light physical work. The

6

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:6–8

A questionnaire study was carried out in five mines: Aitik Boliden in Gällivare, Sweden; Sibelco Nordic in Stjernoya, Norway; Vostochni and Kirovskij, Russia; and FQM Kevitsa in Sodankylä, Finland.

The measurements of the thermal responses (skin and core temperatures, heat loss and thermal sensations) and the thermal insulation of clothing were carried out in the Aitik, Kevitsa and Sibelco mines.

How do miners feel in the cold?

Altogether 1323 responses were received from the five mines. In all four countries, the workers made very few complaints about the cold at ambient temperatures above -10 °C. However, below this temperature, cold problems increased. Figure 1 shows that at -10…

-20°C the predominant thermal sensation at whole body level was “cold” for 13% of workers. In the case of fingers, 25% of workers felt that their fingers were cold most of the time: this is a rather high number. The reason for finger cooling can be anatomical (heat loss from a large surface area compared to heat production from a small mass of muscles), circulatory (constricted circulation in the

cold) or task-related (working with bare hands or with insufficient thermal protection). In addition, handling a mobile phone or smoking may cool the fingers.

How cool are miners?

The measurements (n=37) showed that skin temperatures decreased linearly along with ambient temperature. In contrast, the core temperature (the temperature of the internal body parts) was higher at lower ambient temperatures, suggesting that the miners were physically more active in the bitter cold than in the mild cold.

When outside, finger temperatures decreased on average from 33°C to 14°C. It took about 30 minutes to reach the minimum, after which the fingers usually became a few degrees warmer.

After coming back indoors, fingers rewarmed in about 20 minutes. Toes and feet cooled down more slowly than fingers when outdoors, but also needed a longer recovery time; approximately 30 minutes. One positive observation was that feet and toes tended to get warmer during the working day.

Heat loss, measured by heat flow discs from different body parts, was on average 290 W (160 W/m²). This meets the measured average heat production (ca. 300 W) during work. The highest heat flow (250 W/m²) was measured at the calf, showing that more thermal insulation or its adjustability is needed at this body site.

Using personal protective equipment in the Arctic is difficult In the Arctic environment, in addition to cold protective clothing, miners

Whole body All countries

Russia

Norway

Finland

Sweden 0

10

20

30

40

50

60

%

How do miners protect themselves against the cold?

Working in Arctic open-pit mines requires protection against extreme cold temperatures and high wind speed.

Workload fluctuates between light and heavy, and sweating occasionally causes moisture accumulation in clothing.

Clothes must be frequently washed if work environments contain dust, oil and moisture.

A questionnaire study evaluating miners’ cold experiences and the use of clothing in different ambient conditions was carried out in three different openpit mines in Finland, Sweden and Russia (n=1104). The study showed that clothing was selected on the basis of cold exposure time, workload, environmental conditions, and individual sensitivity to cold. If wind and external moisture were experienced as problematic, workers reported using higher clothing insulation, as they also did if the thermal sensation of the whole body, fingers or toes was cold. In contrast, lower clothing insula-

tion by 18–30%. The use and washing of the clothing decreased thermal insulation by about 20%.

The open-pit miners selected their winter clothing on the basis of occupational, environmental and individual factors. Generally, their existing cold protective clothing provided sufficient protection in current ambient conditions. However, lower body thermal protection needs improving, the adjustability of clothing according to workload and ambient conditions should be developed, and training on optimum protective methods must be provided.

tion was reported if workers often sweat at work. In addition, insulation was higher than the average value among those who reported having cold-related symptoms or pains.

Measurements were carried out in two different open-pit mines in Northern Finland and Sweden to determine thermal insulation and users’ experiences at work. The thermal protective properties of clothing ensembles from different open-pit mines were compared by controlled laboratory measurements, using a thermal manikin. The measurements revealed that clothing was not properly adjusted according to ambient temperature (-3…-12 °C), that the clothing’s thermal insulation between the torso and the legs was not in balance, and that the clothing often felt wet, mostly due to sweating.

Wind lowered effective thermal insula-

Cold

Neutral

Cool

Warm or hot

Fingers All countries

Russia

Norway

Finland

Sweden 0

10

20

30

40

50

60

% Cold

Cool

Neutral

Warm or hot

Figure 1. General (whole body) thermal sensations and the thermal sensations of fingers at -10…-20°C (n=1323).

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18 :6–8

7

need to also use helmets, hearing protection, eye protection, and occasionally respiratory protection, and the compatibility of protective equipment is important. Communication may also become difficult with full protection, and darkness can make it even more challenging.

Respiratory protection in the cold is a particular problem, because exhaled moisture tends to freeze in masks, which makes them uncomfortable and may raise breathing resistance to a level at which the use of a mask is impossible. The use of a powered air respirator is one possible solution.

However, a continuous high air flow cools the face to an uncomfortable level, and may also irritate the eyes. Moreover, heating of the incoming air would consume so much energy that, for example, heating by electricity would require keeping a great deal of spare batteries in the field. Using an inner face mask under the face piece of the respirator is one solution, but still requires development.

Работа в Арктических карьерах: термальные ответные реакции и защита от холода Ханну Ринтамяки, Кирси Юссила, Сиркка Риссанен, Юха Окса и Сату Мянттяри Финляндия PHOTO BY © FIOH

What did we learn?

The MineHealth project produced information on the present situation of work in Arctic open-pit mines and provided solutions to some problems. The results show that adequate cold protection through clothing, physical activity, auxiliary heaters, shelters, the selection of suitable tools, the improvement of working habits, and the use of efficient recovery periods can improve well-being, even in demanding work environments.

Preparing the blasting in a dark, cold and windy open-pit mine. Подготовка к взрывной отбойке в открытом карьере в условиях полярной ночи при морозе и ветре

Введение Literature

ISO 11079:2007. Ergonomics of the thermal environment -- Determination and interpretation of cold stress when using required clothing insulation (IREQ) and local cooling effects. International Organization for Standardization, Geneva.

Contact information Hannu Rintamäki, Kirsi Jussila, Sirkka Rissanen, Juha Oksa and Satu Mänttäri Finnish Institute of Occupational Health Aapistie 1, FI-90220 Oulu FINLAND Email: hannu.rintamaki@ttl.fi

8

В настоящее время Баренц регион превратился в важнейшую горнопромышленную область Европы. Новые рудники открываются один за другим в разных районах, а старые разработки расширяются или возобновляются. Негативное влияние на здоровье горняков в Арктике могут оказать следующие факторы: холодный климат; экспозиция к вредному физическому воздействию (вибрация, шум, тяжелые нагрузки); несчастные случаи, обусловленные действиями в темноте или на скользкой поверхности; работа в воздушной среде, загрязненной выхлопными газами машин или продуктами разложения взрывчатых веществ. Проект «MineHealth» (www.

MineHealth.eu), получивший финансовую поддержку програм-

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18 :6–8

мы ЕС «Kolarctic ENPI CBC», был выполнен в 2012-2014 г.г. интернациональным коллективом научно-исследовательских центров Норвегии, России, Финляндии и Швеции. Задачей проекта была оценка состояния и разработка мер по долгосрочному устойчивому поддержанию благополучия, здоровья и трудоспособности горняков, работающих в арктическом секторе горной промышленности.

Холодовое воздействие неблагоприятно для людей Удовлетворительный тепловой баланс тела является существенным условием хорошего самочувствия, работоспособности и здоровья людей. Охлаждение тела вызывает термальный дискомфорт и ухудшает мануальную, нейромышечную и психомоторную деятельность, что в

свою очередь увеличивает риск несчастных случаев на производстве. Периферические части тела (кисти рук, стопы ног, незащищенные от холода участки головы) наиболее чувствительны и потому в наибольшей мере страдают от холодового воздействия. Охлаждение обостряет все существующие недуги и провоцирует заболевания скелетномышечной системы. Для теплового комфорта человеку необходимо поддерживать достаточно высокую температуру своего микроклимата, т.е. ближайшего термального окружения, локализованного под одеждой. Оптимальной температурой микроклимата считается 27°С в покое, а по мере увеличения физической активности эту температуру следует понижать. Согласно общепринятым международным определениям, работа на холоде начинается, когда температура микроклиматической оболочки опускается до 10°С, поскольку с этого уровня кисти рук становятся холодными даже при выполнении легкой физической работы. Тепловой баланс человеческого тела при работе на холоде определяется взаимодействием трех базовых факторов: внешнего холодового напряжения (особенно низких температур и ветра), термоизоляционных свойств одежды и физической активности (метаболической теплогенерации). Суровость внешнего холодового окружения может быть количественно охарактеризована с помощью таких показателей, как амбиентная температура (температура обтекающего тело воздуха), индекс ветрового охлаждения и индекс необходимой изоляции IREQ (по стандарту ISO 11079). IREQ в числовой форме показывает, какой уровень термоизоляции требуется для нейтрализации термального дискомфорта при заданных значениях амбиентной температуры, скорости ветра и степени физической активности. Для поддержания стабильного теплового баланса тела на холоде человеку обычно требуется не только защитная одежда, но и проявление физической активности в дополнение к ней.

Анкетные и инструментальные данные Анкетные опросы горняков, работающих на добычных карьерах, были проведены в пяти горнорудных ком-

паниях Северной Европы: : Айтик Булиден в пос. Гелливара (губерния Норботтен, Швеция); Сибелко Нордик в пос. Стернойя (губерния Финнмарк, Норвегия); АО Апатит рудники Восточный и Кировский в Хибинском горном массиве (Мурманская область, Россия); рудник Кевитца в пос. Соданкюля (провинция Лапландия, Финляндия). Измерения ответной термальной реакции на холодовое воздействие (температура кожи, внутренняя температура, теплопотери, теплоощущение) и оценка термоизоляционных свойств рабочей одежды горняков проводились на рудниках Кевитца, Айтик и Сибелко.

Как ощущают себя горняки на холоде? На вопросы анкет ответили 1323 работника пяти рудников. Во всех четырех странах рабочие очень редко жаловались на дискомфорт при значениях амбиентной температуры воздуха выше -10°С. Однако ниже этого уровня проблемы с восприятием холода быстро возрастали. Как показано на рис. 1, в диапазоне от -10 до -20°С преобладающая оценка теплоощущения в теле в целом по пятибалльной шкале соответствовала уровню «холодно» (13% ответов). При оценке теплоощущения в пальцах рук 25% рабочих отметили, что их пальцы были холодными («замерзшими») большую часть времени работы на морозе – это очень высокий показатель. Причины повышенного охлаждения пальцев могут быть анатомическими (теплопотери с относительно большой поверхности превышают теплогенерацию в малой мышечной массе пальцев), циркуляторными (ограниченная циркуляция крови при охлаждении) или операционно-зависимыми (выполнение трудовых операций оголенными руками или использование недостаточно эффективных термоизоляционных материалов для защиты рук). К этому можно добавить, что к повышенному охлаждению пальцев может привести пользование мобильным телефоном и курение на морозе.

Как горняки реагируют на охлаждение? Инструментальные измерения (37 замеров) показали, что температура кожи линейно понижается по мере падения амбиентной температуры.

В противоположность этому, внутренняя температура (температура внутренних частей тела) была выше при пониженных значениях амбиентной температуры. Высказано предположение, что при сильных морозах горняки проявляют большую физическую активность по сравнению с умеренно холодными условиями. При работе на холоде вне помещений температура пальцев рук у обследованных горняков понижалась в среднем с 33 до 14°С. Требовалось около 30 минут для достижения минимума, после чего обычно пальцы становились на несколько градусов теплее. После возвращения в теплое помещение пальцы рук разогревались до нормальной температуры примерно за 20 минут. Пальцы ног и ступни при работе вне помещений охлаждались медленнее, чем пальцы рук, но и восстанавливали нормальную температуру в помещении несколько дольше – через 30 минут. В качестве позитивного итога наблюдений можно отметить, что пальцы ног и ступни горняков, работающих в открытых карьерах, проявляли тенденцию оставаться теплыми в течение всего рабочего дня. Теплопотери, измеренные на различных участках тела с помощью дисковых тепломеров, составляли в среднем 290 Вт (160 Вт/м2). Это соответствует среднему уровню теплогенерации, измеренной в период работы (300 Вт). Самый высокий тепловой поток был зарегистрирован в районе икр (250 Вт/м2), что указывает на необходимость усиления термоизоляции или более тщательной подгонки защитной одежды в этой части тела.

Как горняки могут защититься от холода? Горнякам, работающим в карьерах Арктической зоны, необходима защита от холодового воздействия при экстремально низких температурах воздуха и сильном ветре. Рабочие нагрузки в течение смены варьируют от легких до тяжелых, поэтому временами происходит перегрев тела, вызывающий потовыделение с аккумуляцией влаги в одежде. Рабочую одежду необходимо чаще стирать, поскольку производственная среда обычно загрязнена пылью, масляной и водяной взвесью. Для изучения опыта горняков

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:9–11

9

по использованию защитной рабочей одежды при различных амбиентных температурах был проведен анкетный опрос 1104 горнорабочих на трех карьерах в России, Финляндии и Швеции. Анализ полученных данных показал, что подбор подходящей одежды осуществляется с учетом времени работы на холоде, нагрузки, метеоусловий и индивидуальной чувствительности к холоду. В ветреную и сырую погоду рабочие выбирали более теплую одежду, дополнительное утепление применялось и в тех случаях, когда по теплоощущениям отмечалось,что мерзнет все тело или пальцы рук и ног. В противоположность этому, те рабочие, что часто потеют в процессе работы, предпочитали более легкую одежду. Отмечено также, что все, кто испытывает на холоде симптомы дискомфорта или боли, предпочитали утепляться существенно выше среднего уровня. Инструментальные замеры теплоизоляционных свойств защитной одежды, используемой горняками при работе в карьерах, были выполнены на двух горнорудных предприятиях Северной Финляндии и Швеции. Типовые комплекты рабочей одежды подвергались сравнению по результатам контрольных лабораторных исследований с применением тепловых манекенов. Измерения показали, что рабочая одежда не в полной мере обеспечивала защиту тела от холодового воздействия при амбиентных температурах от -3 до -12°С, в защитных комплектах неудовлетворительно сбалансирована термоизоляция торса и ног, одежда часто становится влажной вследствие впитывания пота. Ветер снижает эффективность термоизоляции на 18-30%. Стирка и повторное использование рабочей одежды снижает ее теплозащитные свойства примерно на 20%. Горнорабочие при работе в открытых карьерах подбирают зимнюю одежду, исходя из своего опыта, погодных условий и индивидуальных особенностей. В целом, используемые в настоящее время зимние комплекты рабочей одежды обеспечивают удовлетворительную защиту при нормальных для данной местности амбиентных условиях. Тем не менее, по итогам исследований рекомендовано уси-

10

лить теплозащиту нижней части тела, улучшить методику подбора соответствующую защитной одежду с учетом тяжести выполняемых работ и амбиентных условий. Целесообразно регулярно проводить тренинги по оптимальным методам защиты от холода при работах на открытом воздухе.

Использование индивидуальных защитных средств в Арктике затруднено Помимо теплозащитной одежды горняки должны иметь возможность применять в арктических условиях такие традиционные индивидуальные защитные средства как шлемы, наушники, очки, нередко им требуются также респираторы, поэтому проблема совместимости этих средств с условиями труда

приобретает в Заполярье особую значимость. Проблема усугубляется ограничением возможностей для коммуникации в процессе труда с применением полного набора индивидуальных защитных средств, особенно в долгие периоды темноты в длящейся несколько месяцев полярной ночи. Защита дыхательных путей на холоде – это особая проблема, поскольку выдыхаемая влага имеет тенденцию намерзать на защитной маске, что быстро делает ее неудобной, а при сильном обмерзании сопротивление дыханию становится столь высоким, что дальнейшее применение маски попросту невозможно. Одним из возможных технических решений проблемы является применение респираторов с принудительным обдувом.

Все тело Все страны

Россия

Норвегия

Финляндия

Швеция 0

10

20

30

40

50

60

% Замерзшее

Перегретое

Нормальной температуры

Застывшее

Пальцы Все страны

Россия

Норвегия

Финляндия

Швеция 0

Замерзшее

10

20

Застывшее

30

%

40

50

Нормальной температуры

60

Перегретое

Рис. 1. Результаты опроса горнорабочих арктических карьеров о теплоощущениях при работе на холоде в диапазоне температур от -10 до -20 °C. Верхняя диаграмма – ощущения во всем теле; нижняя - ощущения в пальцах рук

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18 :9–11

Однако в этом случае усиленный поток воздуха охлаждает лицо до дискомфортного уровня и может вызывать раздражение глаз. Кроме того, подогрев нагнетаемого в респиратор воздуха требует большого расхода энергии, так что для обеспечения мобильного электропитания потребуется создавать в рабочих зонах карьеров крупные склады батарей. Альтернативным решением может в будущем стать применение респираторов с внутренней лицевой маской, но пока они еще требуют доработки.

Occupational health and safety in Alaska

Чему научил нас проект?

USA

Проект «MineHealth» дал информацию о реальном положении дел с охраной труда в горнопромышленных карьерах Арктической зоны и позволил наметить ряд перспективных решений актуальных проблем. Итоги исследований показывают, что благополучие горняков, работающих на открытом воздухе в экстремальных климатических условиях Арктики, можно обеспечить и укрепить путем оптимизации способов защиты от холода с помощью соответствующей защитной одежды, физической активности, дополнительных нагревателей, обустройства помещений для обогрева, правильного подбора технических средств для рабочих операций, улучшения производственных обстановок и включения в распорядок рабочих смен специальных восстановительных периодов для поддержания теплового баланса тела на комфортном уровне.

Литература

ISO 11079:2007. Эргономика тепловой среды - Определение и интерпретация холодового стресса с использованием индекса требуемого теплозащитного уровня одежды (IREQ) и с учетом локальных эффектов охлаждения. – Международная организация по стандартизации, Женева, 2007.

Информация для контактов: Ханну Ринтамяки Финский институт профессионального здоровья Ул. Аапистие, 1 г. Оулу FI-90220 Финлядия Email: hannu.rintamaki@ttl.fi

Jennifer Lincoln, Joanna Watson, Mary O’Connor, Devin Lucas, Christy Forrester, Ted Teske, Krystal Mason, Chelsea Woodward, Grant King

T

he National Institute for Occupational Safety and Health (NIOSH) established the Alaska Pacific Office (APO) in 1991 to focus on Alaska’s unique occupational safety hazards, which were leading to an extremely high work-related fatality rate. During the 1980s, Alaska had the highest workrelated fatality rate of any state in the US, at 34.8 deaths per 100 000 workers.

This was more than seven times the US average at that time, which was 5 deaths per 100 000 workers (1). NIOSH APO provided a scientific assessment of occupational hazards, identifying the highest risk industries and the workers most at risk of fatality. These workers included commercial pilots and commercial fishermen. Once the highest priority problems were identified and potential solutions developed with the help of good data, NIOSH APO worked with industry and government partners to develop and implement interventions. These actions contributed to a substantial reduction in worker fatalities in Alaska, and by 2012, the worker fatality rate in Alaska had fallen by 75%. However, although reducing the rate to 8.9 deaths per 100 000 (2) was a significant achievement, there is still room for improvement, as the Alaska rate remains more than 2.5 times the current overall US rate of 3.4 deaths per 100 000 workers (3).

The worldwide commercial fishing industry is extremely important; its workers provide food for millions of people, and make a substantial economic contribution. In 2012, a total of 9.6 billion pounds of seafood was harvested in the US, worth $5.1 billion (4). Commercial fishing is also generally identified as the most dangerous occupation worldwide, with an estimated 24 000 workrelated deaths per year according to the Food and Agriculture Organization (5).

A poster from the NIOSH man overboard safety initiative Live to be Salty, find out more a www.livetobesalty.org. Плакат НИОГТ, использованный в профилактической инициативе по повышению безопасности труда палубных команд «Живи, пока не просолишься!», размещен в свободном доступе на сайте www. livetobesalty.org .

The work-related fatality rate of commercial fishing workers in the US is 23 times that of all workers (6). As in many countries, this is the highest fatality rate of any occupation.

Shortly after its establishment, NIOSH APO developed a surveillance system to collect as much information as possible on all commercial fishing fatalities in Alaska. This data clearly showed that almost all (86%) of the fatalities in this industry are a result of drowning

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:11–13

11

Air transportation is an important industry in Alaska. These tourists are taking a walk on a glacier during a flight-seeing excursion.

PHOTO BY Ted Teske

Авиаперевозки занимают важное место в экономике Аляски. На снимке: высадка группы туристов на ледник в рамках программы воздушной экскурсии.

– due to vessel disasters or falls overboard – and that wearing personal floatation devices (PFDs) saves lives (1).

Although the risk of drowning is high, most deckhands do not wear PFDs while working on deck, and regulatory agencies currently have no mandates in the US that require workers to wear PFDs. To better understand why deckhands choose not to wear PFDs, and to determine the factors that might make them more likely to do so, NIOSH conducted a study in Alaska involving extensive collaboration with a variety of stakeholders (fishermen, vessel owners, fishing organizations, training organizations, PFD manufacturers, and the US Coast Guard) to examine the predictors of PFD use. Results indicated low PFD use among workers, as they considered them an entanglement hazard or interfered with their work (7). In addition, different types of PFD were considered suitable for different types of work carried out by fishermen of different fleets (8). This information was disseminated throughout the fishing industry in the US, encouraging workers to wear PFDs that have features which alleviate their concerns regarding comfort and their ability to work. NIOSH also recommended that manufacturers engage workers in the design and promotion of new PFDs

12

that are comfortable and do not restrict movement.

To promote the use of PFDs, NIOSH scientists have developed a health communication intervention, Live to be Salty, (www.livetobesalty.org) using a character named Angus Iversen.

Angus is a successful, wise and experienced fisherman who learned his lessons the hard way; now he is a “no nonsense” person in a PFD. Angus started appearing on the docks around Alaska in May of 2014, and since then, NIOSH has been working closely with gear vendors, safety training groups, and fishing companies to put Angus’ face, and safety messages, on every bulletin board and in every wheel house on the coast of the northwestern US. NIOSH targeted Angus’ messages at three specific fisheries: Bristol Bay gillnetting, Bering Sea crab, and Oregon/Washington Dungeness crab. NIOSH researchers are evaluating fishermen’s thoughts about Angus and their retention of Angus’ message, and hope that a character like him may be able to address other safety issues that fishermen face also elsewhere in the US. NIOSH APO has also focused on preventing hazards in the aviation industry. Alaska is critically dependent on air transportation, as over 80% of its communities are not connected by roads.

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:11–13

Commuter and air taxi operators serve as the main link to much of Alaska, transporting people, food, cargo and mail to more than 250 communities located off the road system (9). During the 1990s, the high number of crashes among air taxis and commuter aircraft led to focused prevention efforts and substantial improvements in aviation safety.

A NIOSH led partnership (the Alaska Interagency Aviation Safety Initiative) comprising government agencies, nongovernmental agencies and the Alaska aviation industry developed and implemented several safety interventions targeted at commercial air carriers. As a result, the number of air taxi and commuter aircraft crashes decreased by 53% from 1990–1999 to 2000–2009 (10).

As part of the initiative, a survey was conducted in 2000–2001 among air carriers and pilots in Alaska (11). This survey provided useful information on the estimates of the professional Alaskan pilot workforce, flight activity, perceptions of risk, activities and practices of air carriers and pilots, and information on risk factors. The survey also collected pilots’ recommendations for hazard prevention strategies and provided a baseline in order to assess and evaluate the effectiveness and overall impact of the safety interventions, many of which have

now become established components of the aviation system infrastructure. For example, the weather cameras that were installed in mountain passes and remote airstrips have become an integral part of flight planning. The cameras have been so effective that the National Transportation Safety Board has recommended that the Federal Aviation Administration explore the possibility of installing them in Hawaii and the mountainous regions of the contiguous US (9). The findings of the survey are widely used within the aviation industry in Alaska to guide safety policies and procedures, and the NIOSH Aviation Safety Program also continues to develop interventions based on these findings. For example, survey responses identified pilot fatigue as a significant concern. Extremes of daylight and darkness, living away from home and multiple short leg daily flight schedules increase the incidence of fatigue among Alaskan pilots. A fatigue prevention training video, which is currently in production, will be provided to companies and pilots later in 2015.

Alaska’s unique dependence on aviation requires that NIOSH continue to work to improve not only the safety of pilots, but also the safety of workers that use air travel as part of their jobs, or travel to their work locations by aircraft.

After 25 years of successfully reducing workplace fatalities, NIOSH scientists have now started looking at the non-fatal injuries and illnesses suffered by Alaskan workers. According to the US Bureau of Labor Statistics’ 2010 Survey of Occupational Injuries and Illnesses, Alaska has the 5th highest rate of non-fatal occupational injury and illness of the 42 states for which data are available. It is estimated that workers in Alaska suffer 4.5 injuries and illnesses per 100 000 workers, compared to 3.8 among all US workers, and that the rates of non-fatal occupational injuries and illnesses among Alaskans are higher than those among all US workers in twelve out of thirteen reported industry sectors (12). Several of the industries identified as being at a high risk of work-related fatalities are strongly represented in the Alaskan workforce, for example Air Transportation, Seafood Canning, and Marine Cargo Handling. The health burden, medical costs, and cost of work loss resulting from non-fatal occupational injury and illness are substantial. During 2000–2013, the State of Alaska Department of Labor and Workforce Development received over 320 000 reports of

occupational injury or illness, and more than $3 billion was paid out in Workers’ Compensation benefits (13).

Since the establishment of NIOSH APO, Alaska has experienced a significant decline in work-related fatalities.

This demonstrates the success of a focused, epidemiological approach to reducing hazards in high-risk occupations such as commercial fishing and commercial aviation. By focusing on hazards leading to workplace injuries and illnesses, NIOSH can continue to be successful in protecting workers in Alaska.

References 1.

2.

3.

4.

5.

6.

Lincoln JM, O’Connor MB, Retzer KD, Hill RD, Teske TD, Woodward CC, Lucas DL, Somervell PD, Burton JT, Mode NA, Husberg BJ, Conway GA. Occupational fatalities in Alaska: two decades of progress, 1990–1999 and 2000–2009. J Saf Res 2013; 44(Special Issue):105–10.

Bureau of Labor Statistics, U.S. Department of Labor. 2012 Census of Fatal Occupational Injuries Fatal Work Injury Rates Alaska. Accessed February 23rd, 2015. Available at: http://www.bls. gov/iif/oshwc/cfoi/rate2012ak.pdf Bureau of Labor Statistics, U.S. Department of Labor. Fatal occupational injuries, total hours worked, and rates of fatal occupational injuries by selected worker characteristics, occupations, and industries, civilian workers, 2012. Accessed February 23rd, 2015.

Available at: http://www.bls.gov/iif/oshwc/cfoi/cfoi_rates_2012hb.pdf National Marine Fisheries Service Office of Science and Technology. Fisheries of the United States 2012. Silver Spring, MD: National Marine Fisheries Service, 2013. (Current Fishery Statistics No. 2012) Available at: http://www. st.nmfs.noaa.gov/commercial-fisheries/ fus/fus12/ Food and Agriculture Organization of the United Nations. The State of World Fisheries and Aquaculture 2000. Rome, Italy: Food and Agriculture Organization of the United Nations, 2000. Available at: http://www.fao.org/docrep/003/ x8002e/x8002e00.htm Bureau of Labor Statistics, U.S. Department of Labor. Fatal occupational injuries, total hours worked, and rates of fatal occupational injuries by selected worker characteristics, occupations, and industries, civilian workers, 2013.

Accessed February 23rd 2015. Available at: http://www.bls.gov/iif/oshwc/cfoi/ cfoi_rates_2013hb.pdf

7.

8.

9.

10.

11.

12.

13.

Lucas DL, Lincoln JM, Carozza SE, Bovbjerg VE, Kincl LD, Teske TD, Somervell PD, Anderson PJ. Predictors of personal flotation device (PFD) use among workers in the Alaska commercial fishing industry. Saf Sci 2013 Mar; 53:177–85.

Lucas DL, Lincoln JM, Somervell PD, Teske TD. Worker satisfaction with personal flotation devices (PFDs) in the fishing industry: Evaluations in actual use. Appl Ergon 2012; 43:747–52.

Alaska Department of Transportation & Public Facilities. Alaska Airports and Aviation 2013 Annual Report. Accessed November 13th, 2014 Available at: http://dot.alaska.gov/documents/ aviation/2013Annual_Report.pdf Mode N, O’Connor M, Conway G, Hill R. A Multifaceted Public Health Approach to Statewide Aviation Safety.

American Journal of Industrial Medicine 2012; 55:176–86.

NIOSH. Survey and Analysis of Air Transportation Safety Among Air Carrier Operators and Pilots in Alaska. 2006.

Publication No. 2007–102. Available at: http://www.cdc.gov/niosh/docs/2007102/pdfs/2007-102.pdf Bureau of Labor Statistics, U.S. Department of Labor, Survey of Occupational Injuries and Illnesses in Cooperation with Participating State Agencies. Incidence Rates per 100 Full-time Workers for Total Nonfatal Occupational Injuries and Illnesses by Industry Sector, Alaska and All United States, 2011. Accessed November 13th 2014. Available at: http://laborstats. alaska.gov/injfatal/injury/INCIDENCEgraph.pdf Division of Workers’ Compensation, Alaska Department of Labor and Workforce Development. Annual Reports of Insurance Distributions. Accessed February 23rd 2015. Available at: http://labor.state.ak.us/wc/ar.htm

Contact information Jennifer M. Lincoln PhD, CSP Director, Alaska Pacific Office National Institute for Occupational Safety and Health USA Email: jlincoln@cdc.gov Co-authors: Joanna Watson, Mary O’Connor, Devin Lucas, Christy Forrester, Ted Teske, Krystal Mason, Chelsea Woodward, Grant King Alaska Pacific Office, NIOSH, USA

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:11–13

13

Охрана труда на Аляске Дженифер Линкольн, Джоанна Уотсон, Мэри О’Коннор, Девин Лукас, Кристи Форрестер, Тед Теске, Кристал Мейсон, Челси Вудворд и Грант Кинг США

Н

ациональный институт охраны и гигиены труда (НИОГТ) США основал Аляскинско-Тихоокеанский отдел (АТО) в 1991 году, чтобы целенаправленно исследовать уникальные факторы риска для профессиональной безопасности, влияние которых приводит к экстремально высоким показателям смертности, связанной с работой. В 80-е годы ХХ века Аляска имела самые высокие показатели связанной с работой смертности среди всех штатов США, достигавшие значения 34,8 смертных случаев на 100 000 работающих [1]. АТО НИОГТ провел научный анализ и прогнозную оценку опасных факторов, идентифицировал наиболее опасные отрасли промышленности, определил профессиональные группы работающих в условиях наибольшего риска инцидентов с фатальным исходом. В группе повышенного риска оказались пилоты коммерческой авиации и рыбаки-промысловики. После того как приоритетные проблемы были выявлены и возможные пути их решения были намечены на основе достоверных и надежных данных, АТО НИОГТ совместно с партнерами из промышленной сферы и администрации штата приступил к разработке и внедрению профилактических мер. Активные действия привели к существенному снижению смертности среди работающего населения Аляски, в результате чего уже в 2012 году индекс производственной смертности в штате понизился на 75%. Несмотря на то, что снижение индекса до значения 8,9 смертных случаев на 100 000 работающих [2] можно было бы признать большим достижением, у АТО остается еще нереализованная перспектива для дальнейшего улучшения ситуации, поскольку

14

PHOTO BY Ted Teske

Commercial fishermen were interviewed by NIOSH to evaluate flotation gear they can work in. Рыбак-промысловик, опробовавший плавучий рабочий комбинезон для палубных команд, созданный в НИОГТ.

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18 :14–16

в сегодняшнем состоянии индекс производственной смертности более чем в 2,5 раза превышает текущий средний уровень по США – 3.4 смертных случая на 100 000 работающих [3]. Промысловое рыболовство во всем мире является очень важной отраслью экономики: оно обеспечивает продуктами питания миллионы людей и вносит существенный вклад в валовый национальный продукт. В США по данным за 2012 год было выловлено 9,6 миллиардов фунтов морепродуктов общей стоимостью 5,1 миллиарда долларов [4]. Промысловое рыболовство принято считать одним из наиболее рискованных профессиональных видов занятости в мире, и эта оценка подтверждается статистическим данными Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (FAO) , по оценке которой число смертельных случаев в этой отрасли доходит до 24 000 в год [5]. В США показатель связанной с работой смертности в промысловом рыболовстве в 23 раза выше, чем в среднем по всем остальным секторам экономики [6]. Как и во многих других странах, профессия рыбака является наиболее рискованной и имеет наиболее высокий индекс смертности среди всех других профессий. Вскоре после своего создания АТО НИОГТ разработало мониторинговую систему для сбора максимально возможной информации о всех смертельных случаях в секторе промыслового рыболовства Аляски. Собранные данные убедительно показали, что подавляющее большинство (86%) смертельных случаев в этой отрасли связано с утоплением в результате аварий судов или падения за борт, и что ношение персональных спасательных средств (ПСС) реально спасает жизни людей [1]. Несмотря на высокий риск утопления, большинство членов палубных команд во время работы на палубе не одевают спасательные жилеты или защитные «плавучие» комбинезоны, а государственные надзорные органы в США не наделены правом требовать от работников рыболовной отрасли ношения ПСС. Чтобы лучше понять причины стойкого нежелания палубных команд носить ПСЖ и выявить факторы, которые смогли изменить их

отношение к этому в лучшую сторону, НИОГТ провел на Аляске целенаправленные прогнозные исследования перспектив использования ПСС. Эти работы получили поддержку широкого круга заинтересованных организаций и рыбацкого сообщества (сами рыбаки, владельцы судов, рыбацкие профсоюзы, учебные заведения, производители ПСС и Береговая охрана США). Результаты опроса рыбаков показали, что игнорирование ПСС обусловлено бытующим в их среде стойким убеждением, что ПСС мешают выполнению трудовых операций и создают угрозу запутаться в их амуниции или зацепиться за что-нибудь на палубе [7]. В то же время выяснилось, что существует несколько типов ПСС, специально адаптированных к различным условиям работы рыбаков на разных рыболовных флотах [8]. Эта информация была распространена по всей рыболовной отрасли США, чтобы привлечь внимание ее работников к возможности выбрать для себя подходящий тип ПСС с такими свойствами, которые могут ослабить их опасения в том, что спасательные средства создают дискомфорт и снижают их работоспособность. НИОГТ рекомендовал производителям спасательных средств шире вовлекать рыбаков в процессы конструирования и дизайна новых типов ПСС, более комфортабельных и не стесняющих движения. С целью пропаганды использования ПСС, ученые из НИОГТ разработали и применили своего рода коммуникационную интервенцию под названием «Живи, пока не просолишься !» (www.livetobesalty.org), в которой главным героем является вымышленный персонаж Агнус Иверсен. Агнус представляется как успешный, мудрый и опытный рыбак, которого многому научил его нелегкий жизненный путь; именно поэтому он не выглядит «сумасбродом», одевая ПСС. Плакаты с фотографиями Агнуса стали появляться в доках Аляски в мае 2014, а затем, когда НИОГТ установила тесные контакты с продавцами рыболовных снастей, специалистами по обучению технике безопасности и рыболовецкими компаниями, портреты Агнуса и призывы к соблюдению требований безопасности были размещены во всех бортовых журналах и в каждой руле-

вой рубке на северо-западном побережье США. Специальные обращения от имени Агнуса НИОГТ направила в три морехозяйственные компании: «Бристол Бей», занимающуюся промыслом морского гребешка, и в краболовные компании «Беринговое Море» и «Орегон/ Вашингтонский Дангенесс». В настоящее время исследователи из НИОГТ пытаются проанализировать, что думают работники этих компаний об Агнусе и как долго они держат в памяти его советы. Есть надежда, что вымышленные герои, подобные Агнусу, могут выступить в роли «советчиков» и в отношении других проблем безопасности, с которыми рыбаки и краболовы сталкиваются в других районах США. Вторым приоритетным направлением в деятельности АТО НИОГТ является профилактика рисков в авиации. Жизнь на Аляске критически зависит от воздушных перевозок, поскольку более 80% населенных пунктов не связаны между собой автомобильными дорогами. Операторы местных авиалиний и «воздушного такси» служат главным связующим звеном для большей части Аляски, обеспечивая транспортировку людей, продуктов питания, грузов и почты более чем в 250 поселений, недоступных для автомобильного транспорта [9]. В 1990-е годы многочисленные аварии воздушных судов привели к тому, что проблема обеспечения безопасности авиации оказалась в фокусе всеобщего внимания и потребовала разработки неотложных профилактических мер. НИОГТ возглавил некоммерческое партнерство (Аляскинское межведомственное агентство инициатив в области авиационной безопасности), в состав которого вошли государственные и общественные организации, а также представители авиационных предприятий Аляски. Общими усилиями были разработан и осуществлен ряд комплексных мероприятий (интервенций), нацеленных на повышение безопасности воздушных перевозок. В результате принятых мер количество аварий воздушных такси и самолетов местных авиалиний в период 2000-2009 гг. снизилось на 53% по сравнению с 1990-1999 гг. [10]. Среди реализованных инициатив особое место занимает обсле-

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:14–16

15

дование воздушных перевозчиков и пилотов Аляски, проведенное в 2000-2001 гг. [11]. Оно дало возможность получить ценную информацию о квалификационном уровне профессиональных пилотов, их летной нагрузке, восприятии риска, об опыте организации полетов, накопленном компаниями-перевозчиками и пилотами, а также о характере риск-факторов в специфических условиях Аляски. В ходе обследования были собраны и проанализированы рекомендации пилотов по стратегиям предотвращения рисков. Это обеспечило основу для прогноза и оценки эффективности и общего влияния на воздушные перевозки первых профилактических интервенций, многие из которых к настоящему времени превратились в базовые компоненты инфраструктуры всей авиационной системы штата. К примеру, телекамеры для наблюдения за погодой, установленные на горных перевалах и удаленных посадочных площадках, стали интегральной частью современной системы планирования полетов. Погодные камеры оказались настолько эффективными, что Национальное бюро безопасности на транспорте рекомендовало Федеральной авиационной администрации изучить возможность установки аналогичного оборудования на Гавайях и в горных местностях, прилегающих к границам США [9]. Результаты исследований широко используются в авиации Аляски в качестве методических руководств по формированию политики и выработке конкретных мер по повышению безопасности воздушных перевозок. НИОГТ в рамках долгосрочной «Программы авиационной безопасности» продолжает разрабатывать новые профилактические мероприятия, опирающиеся на итоги комплексного обследования отрасли в 2001 году. К примеру, анализ ответов на анкетные вопросы показал, что причины усталости пилотов заслуживают более тщательного изучения. Выяснилось, что экстремальная длительность светового дня летом и темного периода в полярную ночь наряду с длительным пребыванием вне дома и напряженным расписанием ежедневных многочисленных коротких полетов-«подскоков» увеличивает частоту случаев предельного утомления и изнурения у пи-

16

Float plane pilot operating out of South East Alaska.

PHOTO BY Ted Teske

Пилот гидросамолета, обслуживающий Юго-восточную Аляску

лотов Аляски. Для профилактики утомляемости в НИОГТ создан тренинговый видеофильм, который в настоящее время тиражируется и к концу 2015 года будет предложен аляскинским авиакомпаниям и сообществу пилотов. Уникальная зависимость населения Аляски от местного авиатранспорта требует от НИОГТ расширения работ по безопасности авиации с вовлечением в круг целевого контингента не только пилотов местных авиакомпаний, но и пассажиров, для которых авиаперелеты служат неотъемлемым компонентом их работы или же средством доставки от места проживания к месту работы. После 25 лет успешной деятельности по снижению производственной смертности, ученые НИОГТ в настоящее время приступили к исследованию проблем нефатального травматизма и заболеваемости, которым подвергаются труженики Аляски. По данным Бюро трудовой статистики США в 2010 году Аляска занимала пятое место среди 42 обследованных штатов по величине индекса нефатального травматизма и заболеваемости, связанных с производством: 4.5 случаев на 100 000 работающих при среднем по стране уровне 3.8. Анализ ситуации по отраслям промышленности показывает, что на Аляске показатели хуже всех остальных штатов в 12 из 13 отраслей, по которым доступны статистические данные [12]. В экономике Аляски большое место занимает ряд отраслей, для которых характерны наиболее высокие уровни риска производственных инцидентов со смертельным исходом – к примеру, воздушный транспорт, производство консервированных морепродуктов, обра-

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18 :14–16

ботка морских грузов. Финансовые убытки, обусловленные нарушениями здоровья, расходами на лечение и потерями рабочего времени в следствие нефатальных несчастных случаев и заболеваний на производстве весьма значительны. С 2000 по 2013 год Департамент труда и развития трудовых сил Аляски получил более 320 000 извещений о производственных травмах и заболеваниях, по которым пострадавшим работникам было выплачено более 3 миллиардов долларов компенсаций [13]. С момента создания АТО НИОГТ в штате Аляска наблюдается неуклонное и значительное снижение уровня смертности, связанной с производством. Это свидетельствует об успешности практикуемого НИОГТ целенаправленного эпидемиологического подхода к снижению опасности высокорисковых профессий такого типа как промысловое рыболовство и коммерческая авиация. Фокусируя внимание на опасных факторах, приводящих к травмам или заболеваниям на рабочих местах, НИОГТ продолжает добиваться успеха в охране труда и здоровья тружеников Аляски. Библиографию см. в ангоязычной версии на с.13

Информация для контактов: Информация для контактов: Др. Дженифер М. Линкольн Директор Аляскинско-Тихоокеанского отдела Национальный институт охраны и гигиены труда США Email: jlincoln@cdc.gov

Combined exposure to vibration and cold Lage Burström, Tohr Nilsson, Jens Wahlström Sweden PHOTO BY Lage Burström

Exposure to hand-arm vibration from hand-held power tools Экспозиция к локальной вибрации верхних конечностей при пользовании ручным инструментом вращательного действия

M

any workers experience vibration in their work. For example, workers in mechanical workshops use hand tools and forest workers drive all-terrain vehicles that create vibration. Hand tool operators experience vibration in their hands and arms, and all-terrain vehicle operators in their whole body. Thus occupational exposure to vibration is classified into two

main categories: hand-arm vibration and whole-body vibration. In the Barents region, workers are also exposed to cold at their workplaces. Cold may act as a trigger or be a confounder to vibration and cause various symptoms and diseases.

Hand-arm vibration (HAV) Extensive, prolonged exposure to manual work involving the use of vibrating

power tools can lead to a number of pathological health effects, primarily in the peripheral neurological, vascular and musculoskeletal systems (1, 2). The major health hazards reported include a disorder of the peripheral microcirculation (Raynaud’s phenomenon), and neurological disorders in the peripheral nervous system, either in the form of nerve entrapment in various locations, or as a peripheral nerve effect in the form of diffusely distributed neuropathy.

The musculoskeletal system may also be influenced by vibration, resulting in impaired sensory-motor function, or adverse effects on joints or bones, which causes pain. The resulting symptom complex is now collectively summarized and internationally acknowledged as the hand-arm-vibration syndrome or HAVS. The most common and prevalent manifestation of HAVS is the difficulty to withstand cold (2). Cold can interfere with the vascular system through the increased reactivity of the regulatory mechanisms controlling the peripheral blood flow or through altered cold perception. The effect on the peripheral blood flow is traditionally called vibration-induced “white fingers” (VWF): after prolonged exposure, workers using hand-held vibrating machines may experience episodic attacks of clearly demarked finger blanching in response to exposure to body cooling from cold and cooling conditions. The prevalence of VWF among HAV-exposed workers is lower in tropical or subtropical areas and higher in temperate zones (3). There is also a gradient within the temperate zone, and the risk of white fingers in the northern part of Sweden is almost twice as high as that in the south (3).

Workers who have been exposed to HAV or cold may experience increased sensitivity to cold without noticing white fingers. This “cold sensitivity” or “cold intolerance” may be due to either neurosensory or vascular dysfunctions (4).

Manifestations of neurological dysfunction, in addition to reduced or absent sensibility, include symptoms of pain

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:17–18

17

or unpleasant experiences of cold. Severe and abnormal cold sensitivity is frequently reported by patients diagnosed with HAVS (5).

Whole body vibration (WBV) Occupational exposure to WBV has long been acknowledged as a risk factor for low back pain (LBP) and sciatica. Sciatica is manifested by symptoms of pain, numbness, or tingling in the entire distribution of the sciatic nerve, radiating from the lower back distally to the lower part of the legs (6). A systematic literature review and meta-analysis showed that workers who are exposed to WBV are at a higher risk of both LBP and sciatica than those in non-whole body vibration exposed groups. The pooled estimates of the risk are approximately two-fold (6).

Work in cold environments seems to be a risk factor that increases musculoskeletal symptoms (7-8). A study of self-reported complaints found that the risk of WBV was 40% higher in the northern part of Sweden than in the south (9).

The mechanisms for the association between cold exposure and musculoskeletal complaints are not so clear. One possible underlying mechanism is that working in cold conditions results in a higher muscular load (10). Another is the effect of cold on the peripheral circulation and blood redistribution. Moreover, cold may influence the risk of musculoskeletal complaints either directly, through effects on body tissue metabolism, or indirectly, through personal protective equipment, falls due to icy, slippery floors, and so on.

Conclusion Scientific evidence suggests that occupational exposure to HAV and WBV, combined with co-existing cold exposure causes a higher risk of diseases than work in a warmer environment. This highlights the necessity to carefully introduce statutory control measures for the combined exposure of vibration and cold at workplaces in the Barents region.

References 1. Lawson I, Burke F, McGeoch K, Nilsson T, Proud G. Hand-arm vibration syndrome. In: Baxter P, Aw T, Cockcroft A, Durrington P, Harrington J, editors.

Hunters Diseases of Occupations. 10th ed. London: Hodder Arnold; 2010. p.

489–512.

2. Pelmear PL, Wasserman DE. Hand-arm vibration. A comprehensive guide for

18

occupational professionals. Second ed.

Beverly Farms, MA: OEM Press; 1998.

3. Burström L, Järvholm B, Nilsson T, Wahlström J. White fingers, cold environment, and vibration – exposure among Swedish construction workers.

Scandinavian Journal of Work, Environment & Health 2010 Jun 22;36(6):509– 13.

4. Nilsson T. Manifestation of hand-arm vibration syndrome. Abstract book of the 3rd Barents Occupational Health Workshop Oct 2012, Oulu, p 28–38.

5. Carlsson IK, Rosén B, Dahlin LB. Self-reported cold sensitivity in normal subjects and in patients with traumatic hand injuries or hand-arm vibration syndrome. BMC Musculoskelet Disord 2010 May 12;11:89.

6. Burström L, Nilsson T, Wahlström J. Whole-body vibration and the risk of low back pain and sciatica: a systematic review and meta-analysis. Int Arch Occup Environ Health 2014 Aug 21. [Epub ahead of print] 7. Burström L, Järvholm B, Nilsson T, Wahlström J. Back and neck pain due to working in a cold environment: a crosssectional study of male construction workers. Int Arch Occup Environ Health 2013 Oct;86(7):809–13.

8. Hildebrandt VH, Bongers PM, van Dijk FJ, Kemper HC, Dul J. The influence of climatic factors on non-specific back and neck-shoulder disease. Ergonomics 2002;45(1):32–48.

9. Burström L, Björ B, Järvholm B, Nilsson T, Wahlström J. Lower back pain and the effect of exposure to cold environment and whole-body vibration.

Proceedings of the Fourth American Conference on Human Vibration June 13-15, 2012, Hartford, Connecticut, USA, p 67–8.

10. Oksa J, Ducharme MB, Rintamäki H. Combined effect of repetitive work and cold on muscle function and fatigue. J Appl Physiol 2002;92(1):354–61.

Contact information Lage Burström, PhD, Ass Prof, Department of Public Health & Clinical Medicine, Occupational and Environmental Medicine, Umeå University, Umeå, Sweden; lage.burstrom@umu.se Tohr Nilsson, MD, PhD, Ass Prof, Department of Occupational and Environmental Medicine, Sundsvall Hospital, Sundsvall, Sweden; tohr.nilsson@lvn.se Jens Wahlström, PhD, Ass Prof, Department of Occupational and Environmental Medicine, University Hospital of Northern Sweden, Umeå, Sweden; jens.wahlstrom@vll.se

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:17–18

Лейдж Барстрём, Тор Нильссон, Йенс Вальстрём Швеция

М

ножество рабочих подвергаются в процессе труда воздействию вибрации. К примеру, рабочие механических мастерских испытывают вибрацию при применении ручных инструментов вращательного или ударного действия, а лесорубы подвергаются общей вибрации при управлении вездеходами и тракторами. У операторов ручного инструмента вибрация воздействует локально на верхние конечности (кисти рук, предплечье и плечо), а у водителей внедорожников тряске подвергается все тело. Соответственно, профессиональную экспозицию к вибрации принято разделять на две главные категории: локальная вибрация верхних конечностей и общая вибрация тела. В Баренц регионе рабочие наряду с вибрацией зачастую подвергаются холодовому воздействию на своих рабочих местах. Холод может действовать как триггер, «включающий» болезненные симптомы, или же как фактор, оказывающий сочетанное с вибрацией влияние на развитие патологии.

Вибрация верхних конечностей (ВВК) При выполнении ручного труда широкое применение в течение длительного времени вибрирующих инструментов вращательного или ударного действия может вызвать разнообразные патологические изменения, затрагивающие в первую очередь периферическую нервную систему, сосуды и опорнодвигательный аппарат [1, 2]. В перечне важнейших симптомов патогенеза отмечаются нарушения микроциркуляции (синдром Рейно), расстройства периферической нервной системы в форме локального захвата или защемления нервов в различных участках рук или же в виде диффузной сенсорной полиневропатии. В скелетно-мышечной системе под воздействием вибрации тоже могут произойти патологические изменения, приводящие в итоге к ослаблению сенсорно-моторных функций или повреж-

Сочетанное воздействие вибрации и холода PHOTO BY Lage Burström

Exposure to whole-body vibration from vehicles Экспозиция к общей вибрации при езде на карьерном самосвале

дению связок и костей с появлением болевых ощущений. В общем виде весь этот комплекс болезненных проявлений принято называть вибрационным синдромом (или синдромом вибрационной болезни) верхних конечностей (СВВК). Наиболее распространенным побочным следствием СВВК является плохая переносимость холода [2]. Холод воздействует на состояние кровеносной системы путем повышения реактивности регуляторных механизмов, контролирующих периферический ток крови, или через изменение восприятия холода. Ослабление периферического тока крови традиционно принято называть вибрационно-обусловленным эффектом «белых пальцев» (ВБП): при длительной работе с вибрирующими ручными инструментами рабочие могут испытывать эпизодические кратковременные, но ясно выраженные приступы побеления пальцев рук даже при слабом охлаждении тела в целом. Распространенность ВБП среди рабочих, подвергающихся ВВК, незначительна в тропических и

субтропических областях и существенно возрастает в зоне умеренного климата [3]. В пределах последней наблюдается градиентное распределение риска: к примеру, в Северной Швеции частота проявления ВБП вдове выше, чем на юге страны [3]. Рабочие, подвергающиеся одновременному воздействию ВВК и холода, могут ощущать повышение чувствительности к холодовому воздействию даже в тех случаях, когда эффект «белых пальцев» ими не замечается. Повышенная «чувствительность к холоду» или «потеря толерантности к холоду» может быть вызвана расстройствами нейросенсорной и/или сосудистой систем [4]. Признаками нарушений нервной системы служат, в совокупности со снижением или полной потерей чувствительности, проявления болевых ощущений или дискомфорта при холодовом воздействии. В анамнезах рабочих, страдающих от СВВК, часто отмечается очень сильная или аномальная чувствительность к холоду [5].

Общая вибрация тела (ОВТ) Профессиональная экспозиция к ОВТ давно признана одним из ведущих факторов риска проявления болей в пояснице и ишиаса (воспаления седалищного нерва). Симптомами ишиаса служат боли, онемение или покалывание вдоль всего седалищного нерва – от поясницы до кончиков ног [6]. Аналитический обзор и обобщение литературных данных показали, что у рабочих, подвергающихся ОВТ, уровень риска пострадать от ишиаса и пояснично-крестцового радикулита вдвое выше, чем у тех профессиональных групп, которые не сталкиваются с общей вибрацией [6]. Существуют предположения, что работа на холоде служит дополнительным риск-фактором, усиливающим действие тех факторов, что связаны с расстройствами опорнодвигательного аппарата [7, 8]. Анализ жалоб, поступающих от рабочих в Швеции, показал, что риск подвергнуться ОВТ в северных провинциях страны на 40% выше, чем в южных районах [9]. Механизм взаимосвязи между

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:18–20

19

экспозицией к холоду и жалобами на нарушения в опорно-двигательном аппарате пока не совсем ясен. Одним из возможных объяснений может служить то обстоятельство, что работа на холоде вызывает повышенную нагрузку на мышцы [10]. Другим фактором может служить влияние холода на циркуляцию и распределение крови в периферических сосудах. Кроме того, влияние холода на возникновение нарушений в опорно-двигательном аппарате может быть не прямо связано с изменением метаболизма в тканях тела, а обусловлено косвенными следствиями такого рода, как несовершенство защитной одежды, падения на обледеневших или скользких поверхностях и т.п.

Заключение Результаты научных исследований дают основания полагать, что профессиональная экспозиция к ВВК и ОВТ в условиях холода повышает риск заболеваемости по сравнению с условиями труда в теплых производственных обстановках. Это заключение высвечивает необходимость принятия на законодательном уровне мер по усилению контроля сочетанного воздействия холода и вибрации на рабочих местах в Баренц регионе. Библиографию см. в англоязычной версии на стр.18

Информация для контактов: Информация для контактов: Др. Лейдж Барстрём Доцент кафедры здравоохранения и клинической медицины Факультет медицины труда и окружающей среды Университет Умео г. Умео, Швеция E-mail: lage.burstrom@umu.se Др. Тор Нильссон Доцент кафедры здравоохранения и клинической медицины Сундсвальский госпиталь г. Сундсвал, Швеция E-mail: tohr.nilsson@lvn.se Др. Йенс Вальстрём Доцент кафедры здравоохранения и клинической медицины Университетский госпиталь Северной Швеции г. Умео, Швеция E-mail: jens.wahlstrom@vll.se

20

Training challenges in the Barents region’s mining industry Airi Paloste and Ahti Rönkkö Finland

T

he Lapland University of Applied Sciences (LUAS) participated in a three-year (2012–2014) EU Kolarctic project called Sustainability of miners’ well-being, health and work ability in the Barents region (MineHealth). LUAS’ task was to produce training material on the basis of the project’s topics and results. The main topics of the project were cold and its influence on vibration, airborne exposure, and ergonomics in open-pit mining. LUAS also conducted a socioeconomic study in four participating countries (Finland, Norway, Russia and Sweden) concerning the influence of the mining industry on the community and on individuals.

The aim of the training is to produce a competent workforce to face the challenging circumstances in High North mining. This can lead to higher productivity and a better financial situation for companies, an improved environment, better occupational safety and health, and greater socioeconomic well-being for families and their surroundings. Both employer and employees benefit.

Training methods vary depending

on the mining site and type, and on the students and trainers available. The age, basic skills, language skills, cultural background, and gender issues of the students and trainers must be taken into account. Of course, competence levels and possible special permits needed for mining, blasting, lifting, and hauling also regulate the methods and contents of the training.

Special emphasis should be placed on contractors and subcontractors that have common workplaces. In contractor training, the duties and responsibilities agreed upon between the mining company and contractor must be carefully taken into consideration.

How the training is organized also varies. Depending on the duties and tasks in the company, the training may take place in vocational colleges and universities of applied sciences. Apprenticeship training is now increasingly popular in the mining industry. New distance learning methods are also becoming more common, especially in remote areas.

Up-to-date training of various mining partners can greatly support both a

PHOTO BY © minehealth.fi

The participants of the closing meeting in Umeå, November 2014. Участники заключительного рабочего совещания в Умео, (ноябрь 2014 года).

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:18–20

Проблемы подготовки кадров для горной промышленности Баренц региона Айри Палосте, Ахти Рёнккё Финляндия The material produced by LUAS can be found at: www.minehealth.fi and the Guidebook at: http://urn.fi/URN:ISBN:978-952-316-033-0 The official website of the project is: www.minehealth.eu

company’s and an individual’s success.

The sustainability of miners’ well-being, health and work ability in the Barents region is a common challenge, as our project title confirms.

Mining is a conjuncture-sensitive industry, which utilizes the latest technology and automation. This sets a challenge: the training organizers, training material and trainers must be ready, when new labour is needed. This can only happen through good co-operation between training units and mining companies.

The goal of MineHealth was the long-term sustainability of the wellbeing, health and work ability of workers in the mining industry. This will be achieved by increasing knowledge on how to cope with the environment and how to adopt preventive measures for working in the mining industry in the Barents region.

The scope of the MineHealth project was wide. Its partners were: Umeå University, Sweden; the Finnish Institute of Occupational Health, Finland; Lapland University of Applied Sciences Finland; Northwest Public Health Research Center, Russia; and the University of North Norway.

Contact information Airi Paloste, PhD, Educ.

Ahti Rönkkö, MSc Lapland University of Applied Sciences Meripuistokatu Box 505 FI–94100 Kemi FINLAND Email: airi.paloste@lapinamk.fi

Л

апландский университет прикладных наук (ЛУПН) в 2012-2014 годах в рамках программы ЕС «КОЛАРКТИК» принимал участие в осуществлении трехлетнего проекта «Устойчивое развитие благополучия, здоровья и трудоспособности горняков в Баренц регионе» (MineHealth). В задачу ЛУПН входила разработка учебных материалов по приоритетным направлениям исследований с учетом полученных в ходе проектов результатов. Основное внимание было уделено изучению влияния холода на воздействие вибрации, на выполнение работ на открытом воздухе и на эргономику при проведении горных работ в добычных карьерах. ЛУПН провел также социоэкономические исследования в горнопромышленных районах четырех стран-участников Баренц региона (Финляндии, Норвегии, Швеции и России) с целью оценки воздействия горной промышленности на коммунальные сообщества в целом и на благополучие отдельных жителей в частности. В рамках проекта главной задачей учебного процесса было принято считать создание в регионе квалифицированной и компетентной рабочей силы, способной справиться с теми сложными проблемами и вызовами, с которыми приходиться сталкиваться при развитии горного дела на Крайнем Севере. Решение этой задачи, по замыслу инициаторов расширения горнопромышленного сектора, должно привести к общему повышению производительности труда, укреплению финансового положения компаний, улучшению экологической ситуации в регионе, развитию охраны и гигиены труда, повышению благосостояния в семьях горняков и в окружающих их коммунальных сообществах. Выгоду от этого получа-

ют и работодатели, и наемные работники. Методы подготовки кадров варьируют в зависимости от конкретных запросов горных предприятий разного типа и местоположения, а также от наличного контингента студентов и преподавателей. В этом вопросе следует принимать во внимание множество таких факторов, как возраст, базовое образование, владение иностранными языками, культурные обычаи и гендерные проблемы студентов и преподавателей. Естественно, на методы и содержание учебных занятий накладывают свой отпечаток специальные требования в отношении компетенции лиц, допускаемых к выполнению рабочих операций с повышенным риском - проходка горных выработок, взрывные работы, транспортировка и подъем горных масс и оборудования и т.п. При формировании программ начального обучения по одной и той же специальности следует уделить особое внимание различиям в требованиях к объему и содержанию знаний у новичков, только собирающихся начинать свою трудовую карьеру в горной промышленности, и у работников, уже заключивших контракты с горнодобывающими компаниями. Во втором случае обязанности и ответственность работника уже четко определены и согласованы при подписании контракта, и это надо тщательно учесть в индивидуальной программе обучаемого контингента. Организация переподготовки специалистов с повышением их квалификации также имеет свои особенности и отличия. В зависимости от характера решаемых на производстве задач и выполняемых производственных обязанностей для переподготовки подбирается учебное заведение соответ-

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:21–22

21

ствующего уровня - профессиональное училище, технический колледж или университет прикладных наук. В последние годы в горной промышленности возросла популярность профессионального обучения и переподготовки без отрыва от производства. Входят в практику также и новые методы дистанционного обучения, особенно в удаленных и труднодоступных районах Заполярья. Целевая переподготовка специалистов по заявкам горных компаний-партнеров ЛУПН активно поддерживается руководством горной отрасли и пользуется большим успехом у инженерно-технического персонала. Устойчивое развитие благосостояния, здоровья и трудоспособности горняков в Баренц регионе воспринимается как общая проблема для всего общества, что подтверждает и выбор названия нашего проекта. Горное дело представляет собой отрасль промышленности, весьма чувствительную к конкуренции, и поэтому стремящуюся всемерно использовать новейшие достижения в технологии и автоматизации производства. Для учебных заведений это создает определенные вы-

зовы: организаторы переподготовки кадров, учебные материалы и курсы, квалификация преподавателей и наставников должны соответствовать постоянно обновляющимся требованиям трудовой жизни. Единственный способ достичь такого соответствия – поддержание постоянного тесного взаимодействия между учебными центрами и горными предприятиями. Целью проекта MineHealth было изыскание возможностей для долговременной стабилизации благополучия тружеников горной промышленности Баренц региона. Проведенные исследования показали, что для решения этой задачи необходимо углубить знания о способах поддержании равновесия между горными предприятиями и окружающей природной средой, а также о том, как адаптировать известные методы профилактики рисков к специфическим условиям Заполярного региона. В реализации проекта принимали участие ведущие эксперты из Университета Умео ( Швеция), Финского института профессионального здоровья и Лапландского университета прикладных наук (Финляндия), Северо-западного

исследовательского центра общественного здравоохранения (Россия) и Арктического университета в Тромсе ( Норвегия). Свободный доступ к материалам , отражающим итоги работ по проекту, открыт в сети Интернет на вебсайтах www.minehealth.fi и www.minehealth.eu. Методическое руководство по подготовке кадров в условиях Баренц региона выложено на сайте http://urn.fi/URN:ISBN:978-952-316-033-0.

Информация для контактов: Айри Палосте, доктор философии Ахти Рёнккё, магистр Лапландский университет прикладных наук Ул. Мерипюсто, п.я. 505 FI–94100 Кеми, Финляндия Email: airi.paloste@lapinamk.fi

Winter traveller’s guide Winter Traveller’s Guide

The guide will help you prepare for travel in the Nordic winter.

It provides information on the special features of the winter and the weather, and the best ways to enjoy them. You may read the booklet on the website of FIOH:

www.ttl.fi/en/publications/electronic_publications 22

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:21–22

Growth in the north Investigation group proposes four drivers of growth

e PHOTO BY thinkstock / Tomas sereda

A

n investigation group from Finland, Norway and Sweden has made suggestions regarding how to promote Nordic growth. The group was convened by the Prime Ministers of Finland, Norway and Sweden in April 2014, and its aim was to determine the possibilities for co-operation in economic, environmental and societal frameworks.

The group proposed co-operation among industries such as liquefied natural gas, green mining, tourism, and expertise regarding the arctic climate. Four tools were listed for reaching the group’s goals: common regulatory systems, joint expertise and labour reserves, a joint long-term traffic and infrastructure plan, and a common standpoint on arctic issues.

As practical means for furthering cooperation, the group proposed harmonizing education, for example. At present, a Finnish electrician, for instance, has to go through up to six months of additional training before being qualified in the Norwegian labour market.

The investigation group agreed that tourism should focus on specific customer groups instead of trying to offer everything to everybody. The group would like to see Finnish, Norwegian and Swedish Lapland marketed to tourists as “The Scandinavian Arctic”: a joint, rather than separate, brand.

The group also suggested improving co-operation between the three countries’ public services and employment office activities in the border regions.

For the prevention of environmental risks, the group would establish a joint arctic maritime centre of expertise.

The investigation group was led by Anne Husebekk, Rector, University of Tromsø, Norway Email: anne.husebekk@uit.no Magdalena Andersson, Governor, Västerbotten, Sweden Email: magdalena.andersson@lansstyrelsen.se Risto E.J. Penttilä, General Manager, Chamber of Commerce, Finland Email: risto.penttila@chamber.fi Abridgment from Finland’s Council of State Office publication series 1/2015

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:23

23

Развитие Севера Исследовательская группа предлагает четыре драйвера роста

PHOTO BY thinkstock / Nikolay Tsuguliev

С

пециальная исследовательская группа экспертов под руководством премьер-министров Норвегии, Финляндии и Швеции разработала предложения по развитию Севера. Группа была организована в апреле 2014 года и перед ней была поставлена задача выявить и оценить перспективы расширения кооперации северных регионов в вопросах экономики, охраны природы и социальной политики. Группа предложила в качестве приоритетных направлений взаимодействия в экономике производство сжиженного природного газа (СПГ), экологически безопасное («зеленое») горное дело, туризм и осуществление мероприятий по адаптации экономики региона к изменениям климата в Арктике. Для достижения поставленных целей рекомендовано использовать четыре механизма взаимодействия: создание общей регуляторной системы; объединение экспертных и трудовых ресурсов; совместное долгосрочное планирование развития транспортных коммуникаций и инфраструктуры; выработка общей

24

точки зрения на арктические проблемы. В качестве практической меры по укреплению будущей кооперации группа предложила гармонизировать образование и профессиональную подготовку инженернотехнических кадров. В настоящее время, к примеру, финские электрики должны пройти шестимесячный курс переподготовки прежде, чем они получат право выйти на рынок труда в Норвегии. Исследовательская группа согласилась с концепцией развития «ориентированного туризма», позволяющей сфокусировать усилия отрасли на удовлетворении интересов специфических групп потребителей вместо того, чтобы пытаться предлагать все и всем. Такой целевой группой могли бы стать люди, желающие познакомиться с природой и жизнью трех частей Лапландии - Финской, Норвежской и Шведской, представляемых как единый туристический продукт под брендом «Скандинавская Арктика: единение лучше, чем сепаратизм». Группа предложила укрепить

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:24

взаимодействие сервисных служб и бюро по трудоустройству в приграничных районах трех скандинавских стран. Для предотвращения экологических рисков рекомендовано учредить объединенный экспертный центр морехозяйственной деятельности в Арктике. Руководителями национальных «команд» в составе Исследовательской группы были: Анне Хусебек, ректор Арктического университета в Тромсе, Норвегия Email: anne.husebekk@uit.no Магдалена Андерссон, Губернатор провинции Вестерботтен, Швеция Email: magdalena.andersson@lansstyrelsen.se Ристо Пенттиля, Генеральный менеджер Торговой палаты, Финляндия Email: risto.penttila@chamber.fi Реферат публикации, изданной в серии 1/2015 материалов Государственного Совета Финляндии

OCCSET seminar discusses OSH in Finland and the Russian Federation Mirkka Salmensaari and Timo Saarainen Finland

A

two-day seminar was held in Lappeenranta to discuss the similarities in and differences between Russian and Finnish occupational safety and health (OSH) systems. The seminar focused on occupational health care systems and the registration of occupational diseases. It was part of the OCCSET project, the aim of which is to study the situation of OSH in Finnish-owned companies, and to further enhance workers’ health and well-being in the St. Petersburg region.

The Russian party was represented by specialists from the North-Western State Medical University, named after I.I. Mechnikov: Professor Alexander Meltcer, Vice-Rector on Preventive Medicine; Professor Valerii Chashchin, Head of the Centre for Epidemiology and Hygiene; and Dr. Natalie Zinserling, Head of Department for International affairs. Prof. Meltcer presented the federal governmental occupational health care system in Russia, in which the health and safety of workplaces is monitored by Rospodrebnadzor, a governmental body for consumer protection and well-being.

Professor Valerii Chashchin stated in his presentation: – Generally, the Russian constitution clearly defines the provision of health care. All responsibilities are carefully defined.

Workers in, for example, hazardous environments, the military forces, and transport have different health checks in the Russian Federation. Immigrants, however, are not part of the system.

Occupational health service co-operation The participants also visited a local metal industry company, to see wellorganized co-operation between occupational health services, occupational safety, and the company management in practice. The workers of the company were encouraged to find safety and health issues and report them in order for further action to be taken.

PHOTO BY Mirkka Salmensaari

Prof. Alexander Meltcer describes the federal governmental occupational health care system in Russia to the participants of the OCCSET seminar in Lappeenranta, Finland. Профессор Александр Мельцер представил участникам семинара OCCSET в Лапеенранте, Финляндия, обзор российской государственной системы охраны профессионального здоровья.

The different parties of the OSH system had regular meetings, and practical development measures were followed up. The company showed high standards in health and safety issues.

Business-approaches Planning international entry modes for the occupational service providers were also discussed in the seminar. In case of financial considerations the following topics were discussed: 1. Subsidy and the required time factor and where finances are based on estimates.

2. Merger & acquisition and the time factor and where the finances are based on foreign direct investments.

3. Partnership where the earning mechanisms are based on provisions.

4. Joint Venture where the earnings are shared earnings and the finances are based on foreign direct investments. Also, when these alternative entry modes were discussed, they all are specific with their risk probabilities and impacts, which need to be further analysed in the OCCSET project.

The seminar was organized by the Saimaa University for Applied Sciences. It was attended by OCCSET project members also from the Lappeenranta University of Technology and the Finnish Institute of Occupational Health.

Contact information Mirkka Salmensaari Information Officer Finnish Institute of Occupational Health P.O. Box 18, 00391 Helsinki, Finland Email: mirkka.salmensaari@ttl.fi Timo Saarainen Senior Lecturer Saimaa University for Applied Sciences Skinnarilankatu 36, 53850 Lappeenranta Finland Email: timo.saarainen@saimia.fi

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:25

25

На семинаре OCCSET обсуждались вопросы организации системы охраны труда в Финляндии и России Миркка Салменсаари, Тимо Сааринен Финляндия

В

январе 2015 года в Лаппеенранте прошёл двухдневный семинар, посвящённый системе профессионального здравоохранения и регистрации профессиональных заболеваний. На семинаре обсуждались сходства и различия между подходами к организации охраны труда в России и Финляндии. Семинар был организован в рамках проекта OCCSET. Целью проекта является изучение современного состояния гигиены труда, профессионального здоровья и благосостояния работников финских компаний в Санкт Петербурге и выработка мер по их улучшению. Российскую делегацию составляли специалисты Северо-Западного Государственного Медицинского Университета им. И.И. Мечникова: зав. каф. профилактической медицины и охраны здоровья профессор А. В. Мельцер; зав. каф. гигиены труда и радиационной гигиены, профессор В. П. Чащин; и заведующая отделом международных отношений, к.м.н. Н.В. Цинзерлинг. Профессор Мельцер представил доклад об организации системы профессионального здравоохранения в Российской Федерации на федеральном уровне и рассказал о роли Роспотребнадзорагосударственного органа по защите прав потребителей, и контролю за условиями труда. Профессор Чащин подчеркнул в своём докладе, что Конституция РФ предполагает чёткое описание составляющих медицинской помощи и подробное описание обязанностей ответственных сторон. В частности, работники опасных производств, транспорта а также военнослужащие проходят различные медицинские осмотры. Трудовые мигранты, однако, не попадают под систему медицинского контроля.

26

Сотрудничество в сфере охраны и гигиены труда С целью ознакомления с финской практикой организации охраны труда участники семинара посетили производственную компанию в Лаппеенранте. Гостям было подремонтировано взаимодействие между службами охраны и гигиены труда и руководством компании. Работники компании заинтересованы в том, чтобы имеющиеся недостатки в охране труда были выявлены и меры по их устранению приняты. Участники системы охраны труда проводят регулярные встречи с целью выработки надёжных индикаторов для отслеживания прогресса. Компания таким образом демонстрирует высокие показатели в сфере организации охраны труда.

Бизнес-подходы На семинаре также обсуждались возможности выхода на российский рынок иностранных поставщиков услуг в сфере профессионального здравоохранения. В частности, были подняты следующие вопросы: 1. Организация дочерней компании-необходимое время и финансовые затраты 2. Слияние и поглощение-покупка имеющиеся компании, требуемое время для выхода на рынок и финансовые затраты 3. Партнёрство, финансовые механизмы, предоставление услуг 4. Совместная компания, где прибыль делится между партнёрами Каждая модель имеет свои риски и перспективы, которые нуждаются в дальнейшем анализе. Семинар был организован Сайменским университетом прикладных наук. Кроме того с финской стороны участвовали представители Лапеенрантского технологического университета и представители Института Гигиены Труда Финляндии.

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:26

PHOTO BY Mirkka Salmensaari

Prof Valerii Chashchin (left) gave insight into health check system in Russian Federation. Профессор Валерий Чащин (слева) осветил особенности действующей в Российской Федерации системы медицинской статистики

Информация для контактов: Миркка Салменсаари Специалист по связям с общественностью Институт Гигиены Труда Финляндии а/я 18, 00391 Хельсинки Финляндия Email: mirkka.salmensaari@ttl.fi Тимо Сааринен Старший преподаватель Сайменский университет прикладных наук Скиннариланкату 36, 53850 Лаппеенранта, Финляндия Email: timo.saarainen@saimia.fi

2nd International Conference

Local and Global Arctic 24–26 Nov 2015 Rovaniemi

www.rovaniemiprocess.fi/en#.VNxZRXlWFaR Organizers: University of Lapland, Arctic Centre, Suomen Arktinen Seura, Rovaniemi Partners: Regional Council of Lapland, Jenny ja Antti Wihuri Foundation The second international conference “In the Spirit of the Rovaniemi Process: Local and Global Arctic” will bring together decision-makers, scholars, artists, designers and students to address these questions and discuss the Arctic in global, regional and local perspectives.

In a setting of these networks, the key questions for Arctic governance include: How the local perspective is, or should be, seen in global and international context in the Arctic? Does Arctic international co-operation truly support sustainable development at a local level? How do local perspectives and values translate to regional and global context? Finally, how do the structures of Arctic regional co-operation fit between global and local forces that shape Arctic realities?

Registration opens: March 2015 Deadline of submission of abstracts: 31 March 2015 Notification of acceptance of abstracts to oral or poster presentations: 15 May 2015 Draft programme of the conference: August 2015 Final programme available online (pdf version): November 2015 Conference website: www.rovaniemiprocess.fi A The European Union and the Arctic – Paula Kankaanpää, Arctic Centre, University of Lapland B Arctic Transportation Infrastructure and Services: Regulation, Public-private Partnerships, Weather and Climate Information – Tero Vauraste, Arctia Shipping and Petteri Taalas, Finnish Meteorological Institute C

Natural Resources in the Arctic – Jukka Similä, University of Lapland, Virpi Alenius, Natural Resources Institute Finland and Vesa Nykänen, Geological Survey of Finland

D

Geopolitics of the Global Arctic by the Thematic Network on Geopolitics and Security – Lassi Heininen, University of Lapland and Matthias Finger, Ecole Polytechnique Fédérale de Lausanne (EPFL)

E

Arctic Urbanization, Urban Politics and Sustainable Development – Monica Tennberg, Arctic Centre, University of Lapland and Aileen Espiritu, the Barents Institute, University of Tromso

F

Arctic Cities and Design – Satu Miettinen, University of Lapland and Päivi Tahkokallio, Tahkokallio Design+ Ltd.

G

Contemporary Art and Northern Heritage - Art as Innovation – Timo Jokela and Glen Coutts, University of Lapland

H

Arctic Indigenous Peoples Livelihoods and Languages – Liisa Holmberg, Sámi Education Institute

I

Work and Well-Being in the Arctic – Hannu Rintamäki, Finnish Institute of Occupational Health

J

Indigenous Tourism in the Arctic Region – Opportunities and Challenges – Johan Edelheim and Daniela Tommasini, Multidimensional Tourism Institute

The 13th European Seminar on Personal Protective Equipment (PPE) 26–28 January 2016, Saariselkä, Finland The main themes of the seminar are n new PPE regulation and its implementation n Europe 2050 and need for PPE n use of PPE in practice Email: ppeseminar@ttl.fi n http://www.ttl.fi/partner/ppe2016/

Barents Newsletter on Occupational Health and Safety 2015;18:27

27

Barents Newsletter in 2015

Editorial Board • Редакционный совет

The themes for the Newsletter to be published in 2015 will be:

Valeri Chashchin, Prof.

Centre of Occupational Health, St. Petersburg, Russian Federation

2/2015 Training of OH personnel 3/2015 Networks of OH&S

Vladimir Masloboev, Dr. Sci. (Techn.)

Kola Science Centre, Russian Federation Juri Lupandin, Prof.

Petrozavodsk State University, Russian Federation

All manuscripts addressing the above themes and other topics in the field of occupational health and safety are welcome. If you plan to submit a manuscript, kindly contact the Editorial Office in advance (Email: suvi.lehtinen@ttl.fi). Readers may also send proposals on potential authors and articles.

The Barents Newsletter does not publish original scientific articles that have not been through the peer-review process. Баренц Бюллетень в 2015 году Тематика выпусков: 2/2015 Переподготовка персонала служб ОГТ 3/2015 Сетевое взаимодействие в системе ОГТ

Редакция открыта для приема рукописей по указанным выше темам, а также по иным актуальным направлениям охраны труда и профессионального здоровья. Всех, кто намерен прислать свои материалы для публикации, просим заблаговременно связаться с Редакцией (контактный адрес электронной почты: suvi.lehtinen@ttl.fi ). Читатели могут также присылать свои предложения по приглашению потенциальных авторов и подбору тематики статей. Баренц Бюллетень не принимает к публикации оригинальные научные статьи, не проходившие процедуру рецензирования.

Evgeny R. Boyko, Prof.

Institute of Physiology, Ural Division Russian Academy of Sciences Russian Federation Anatoly Vinogradov, Ph.D, Secretary General, Kola Science Centre, Russian Federation Randi Eidsmo Reinertsen, Research Director, Prof.

SINTEF Health Research, Norway Hannu Rintamäki, Research Professor Finnish Institute of Occupational Health, Finland Liina Saar, Chief Specialist Health Board, Estonia Ivars Vanadzins, Ph.D Riga Stradins University, Latvia Raimonda Eicinaite-Lingiene Institute of Hygiene, Lithuania Piotr Sakowski, MPH Nofer Institute of Occupational Medicine, Poland Collaborative organizations Организации соучредители Finnish Institute of Occupational Health Institute of Sanitary-Epidemiologic Research, Petrozavodsk Institute of Physiology, Russian Academy of Sciences, Archangelsk Kola Science Centre, Russian Academy of Sciences Kola Research Laboratory of Occupational Health National Institute of Occupational Health, Oslo, Norway North-West Public Health Centre, St. Petersburg St. Petersburg Scientific Research Institute of Labour and Occupational Diseases State University of Petrozavodsk SINTEF Health Research, Norway Norwegian University of Science and Technology, Trondheim, Norway