Issuu on Google+


Савва Ямщиков – один из сильных мира сего в лучшем смыс ле этого слова. Он имел несомненное влияние на события куль турной жизни России, с ним считались, и к его мнению прислу шивались. Широкие связи помогали ему в его неравной борьбе. В какомто смысле он был титаном отечественной культуры, ус певавшим в одиночку делать то, что обычно бывает под силу коллективным усилиям тысяч людей. С. 4


ОТ РЕДАКТОРА

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ! Вновь рад приветствовать вас. Надеюсь, что этот номер будет вам так же небезынтересен, как и предыдущие. Наши авторы сделали все возможное, чтобы держать руку на пульсе проблем современной духовной жизни. По возможности, обратите внимание на интервью под названием «Победный бой игумена Амвросия». Пока есть такие люди на Руси, мы непобедимы. А ведь нам тоже ничего не мешает стать такими же, как отец Амвросий, – директор детского приюта «Никита» в деревне Бывалино ПавлоПосадского района Подмосковья. По духу, по жертвенности, по мужеству и по активной жизненной позиции. Ничего, кроме вбитой советской властью социальной апатии и извечной фобии «как бы чего не вышло», то есть позорного страха выйти в люди и заговорить с ними на языке принципа и правды, . А между тем в обществе начался новый виток дискуссий вокруг преподавания «Основ православной культуры». Опять слышны крики об отделении Церкви от государства, эмоциональные утверждения о том, что углубленное изучение религии будет только разжигать межконфессиональную рознь. Почему? Да потому, что чем больше входишь в веру, тем больше убеждаешься в ее истинности и одновременно – в ложности всех прочих вероисповеданий. И в результате усиливается вражда и ненависть. Так говорят люди, которые либо открыто стоят на позиции вражды к религии, либо, по меньшей мере, вообще ничего ней не знают и судят о вере политически конъюнктурно и крайне примитивно. Когда человек углубляется в христианство, он узнает, что Бог есть Любовь. И где, скажите, здесь повод для агрессии в отношении других конфессий? Кричат: «а инквизиция, а охота на ведьм?!» Простите, но все это было на вашем любимом Западе – вот западных коллег и спрашивайте, что там да как. А на Руси ничего подобного никогда не было. Не будет у населения сдерживающего религиозного начала – все рано или поздно потонет в разгуле криминала и насилия. Комуто очень хочется , чтобы было именно так? А так будет, и все это своими глазами видят. Человек без нравственного начала деградирует, а нравственность поддерживается только осознанным страхом Божиим, единственным непререкаемым Авторитетом свыше. Кнут же и пряник рано или поздно становятся бессильны. Однако доброхоты упорно отказывают религии и Богу в праве на реабилитацию в сфере образования. Согласитесь, совсем страшно звучит этот упорный отказ, на зоологическом раннесовдеповском накале. Всетаки правы те, кто говорит – времена возвращаются. Но бояться этого не стоит. Как сказано в Евангелии от Иоанна, «раб не больше своего господина, а ученик – учителя». Наш же Учитель и Господин – Христос. А Его гнали. Значит, будут гнать и нас. Но претерпевший до конца спасен будет. А что значит терпеть? Молчать в тряпочку и потакать? Нет – стоять за правду и исповедовать истину во Христе. Поднимать общественную нравственность. И пусть нам помогают в этом представители всех мировых религий . Раньше, в царской России это у всех както очень хорошо получалось. Без всяких там межконфессиональных осложнений. Предлагаем в этом контексте вашему вниманию статью «Вперед, к Домострою!».


«У меня никогда не было сомнений насчет того, что я православный. Я родился и жил в этом. С годами понял, что есть догмы, которые надо принимать не рассуждая. Как отца и мать. Мы же не рассуждаем по этому поводу, а принимаем родителей как данность. И полностью им доверяем. Просто никого ближе них нет. А над всеми нами – Господь Бог. Потому как Он – Отец всего. И поэтому Церковь всегда была моим миром». Генеральный директор ПТО «Марьина Роща» Управления ГИБДД УВД г. Москвы Владимир ВОРОТНИКОВ С. 34 – 41


Духовно-светское культурно-просветительское издание

Основан в январе 2007 года Выходит один раз в два месяца Наблюдательный совет – председатель совета директоров группы компаний «Сатори» А.В. Гусаров, президент корпорации «Эконика» А.А. Илиопуло, президент ОТП Банка А. А. Коровин, руководитель инвестиционной группы М.М. Хури

Учредитель журнала Александр Нотин Главный редактор протоиерей Михаил Ходанов Заместитель главного редактора Арсений Замостьянов Литературный редактор Василий Ирзабеков Дизайн и верстка Алексей Молодцов Корректура Ольга Глаголева Редакционный совет: А. И. Нотин (председатель) – руководитель группы компаний «Монолит», кандидат исторических наук; К.М. Долгов – доктор философских наук, профессор, главный научный сотрудник Института философии РАН, заведующий кафедрой философии, политологии и культуры Дипломатической академии МИД РФ, заслуженный деятель науки РФ; А. А. Замостьянов – кандидат филологических наук, редактор журнала «Народное образование», литератор; А. И. Зотов – Чрезвычайный и Полномочный Посол РФ; В. А. Мальцев – ректор ВолгоВятской академии государственной службы при Президенте РФ; игумен Петр (Пиголь) – главный редактор церковноисторического альманаха «К Свету», заместитель председателя отдела религиозного образования и катехизации Московского патриархата; В. Г. Распутин – писатель; М. А. Ходанов – протоиерей, член Союза писателей России, С. В. Ямщиков – доктор искусствоведения, председатель Ассоциации реставраторов России Адрес редакции: 117571, проспект Вернадского, 86Б, стр.1 Тел./факс: 8(495) 788–93–47, 788–93–48 email: info@pereprava.org Формат 60х88 1/8, объем 9,0 п. л. Отпечатано в ИП «Пушкарев» 127550,г. Москва, ул. Прянишникова, д.8А. Журнал «Шестое чувство» зарегистрирован Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия 19 января 2007 года. ПИ № ФС77– 26929 При перепечатке материалов ссылка на журнал «Шестое чувство» обязательна. Рукописи не рецензируются и не возвращаются. Редакция не несет ответственности за представленную рекламу. Журнал издается на благотворительной и безгонорарной основе Взгляды, изложенные в некоторых публикациях, могут не совпадать с точкой зрения редакции журнала

© А.И. Нотин, 2009

1. От редактора Переправа 4. Мы расстаемся временно... (светлой памяти Саввы Васильевича Ямщикова) 8. А. Нотин. Селигер2009: дежавю Индекс благородства 16. Победный бой игумена Амвросия. Интервью записал и обработал В. Ирзабеков Экология души 28. А. Замостьянов. Широкие врата снобизма 34. Штрафовать нельзя помиловать. Беседа с генеральным директором ПТО «Марьина Роща» ГУП «Городская служба технического контроля» Управления ГИБДД ГУВД г. Москвы, подполковником милиции В. Воротниковым. Материал подготовили прот. М. Ходанов и В. Ирзабеков 42. Прот. Сергий Булгаков. Благочестие с прибытком? (из книги «Два Града») На злобу дня 48. В. Пестерев. Россия виновата?.. (продолжение) 56. О. Глаголева. Вперед, к «Домострою»! Наши партнеры 60. А. Бычкова. Проект «Галилея» работает Мир дальнего зарубежья 62. Т. Малеевская (Попкова). «Боги» Олимпа Вечная память! 72. Прот. М. Ходанов. Она шла к Тебе, Господи!

«…Движение «Переправа», ставящее целью постепенное подведение социально активных, но еще не верующих наших соотечественников к порогу духовного выбора и веры, является востребованным и актуальным… Желаю движению добиться успеха в воспитании у своих будущих слушателей осознанного и ответственного отношения к миру духовному. Надеюсь, что журнал «Шестое чувство» как орган «Переправы» станет связующим звеном между православной традицией России и деятельностью «Переправы», гарантом ее теоретической основательности и богоугодной направленности». Патриарх Московский и всея Руси АЛЕКСИЙ II 2007 год

Журнал «Шестое чувство» рекомендован к распространению на приходах Русской православной церкви отделом религиозного образования и катехизации Московского патриархата


Переправа

МЫ

РАССТАЕМСЯВРЕМЕННО... Савва Васильевич Ямщиков… С ним нас связала наша любимая многост радальная Россия. Для него, как и для нас, она была неотделима от православия и его великих святынь – храмов и икон. Их возрождению и прославлению он посвятил всю свою жизнь. Савва Ямщиков был широким человеком. Он напоминал собой – как по образу жизни, так и внешне – известных меценатов и людей искусст ва царского времени. Ему был характерен нео бычайно широкий диапазон деятельности. Во круг него всегда было много людей – друзей, кол лег по профессии, видных гостей всех рангов, а также посетителей, просящих у него помощи и поддержки от произвола чиновников от культуры. Всеблагий Господь дал покойному множество талантов – и практически ни один из них он не зарыл в землю. Савва Васильевич обладал поис тине редким исповедническим даром – он всегда называл вещи своими именами. Все, кто нано сил, по его мнению, вред русской культуре, предавались им публичности с полной опреде ленностью, пофамильно и с непременным опи санием всей их подноготной. Поэтому врагов у него было немало. О��нако друзей было, несо мненно, гораздо больше. Савва Ямщиков – один из сильных мира се го в лучшем смысле этого слова. Он имел несо мненное влияние на события культурной жизни России, с ним считались, и к его мнению при слушивались. Широкие связи помогали ему в его неравной борьбе. В какомто смысле он был титаном отечественной культуры, успевав шим в одиночку делать то, что обычно бывает под силу коллективным усилиям тысяч людей. Савва Васильевич, как человек и христиа нин, останется в нашей памяти одним из тех, кто воплощал в себе голос народной совести. Он никогда не пресмыкался перед властью, не лебезил, не угодничал, но отличался завидным духом свободы и независимости. Со всеми он говорил на равных. Простой человек, в общении с ним – и это очень показательно – никогда не чувствовал себя обделенным или униженным невниманием. Савва во всех людях видел образ Божий. Как говорится, грех ненавидел, а чело века любил. Он был прекрасным психологом и великолепным рассказчиком. Его широчайшая осведомленность о людях и событиях своей эпохи нашли отражение в его многочисленных произведениях и выступлениях в СМИ. Там он

4

предстает перед нами как талантливый писа тель и публицисттрибун, обладавший необык новенно сильным и проникновенным словом Порой Савве Ямщикову была присуща рез кость в суждениях, но всегда – уместно и по су ществу. И только в отношении совсем уже оди озных личностей. Незадолго до своей кончины он остро пере жил смерть великой русской балерины Екате рины Максимовой, с которой давно дружил. Но не прошло и месяца, как он ушел вслед за ней. Там они, конечно, увидят друг друга и уте шатся. Ведь для христиан за чертой временной смерти начинается жизнь нестареемая, то есть вечно юная и безболезненная. Хочется верить, что Савва Ямщиков, который долгие годы не проводил ни одной минуты напрасно, но тру дился Богу и ближним, успешно пройдет, мило стью Божией и молитвами Церкви, все мытар ства и грядущий Суд. «Мне есть, что спеть, представ перед Всевышним, Мне есть, чем оправдаться перед Ним» Так говорил когдато о себе другой великий труженик и исповедник на ниве русской культу ры Владимир Высоцкий. Его слова полностью приложимы к Савве Ямщикову, выдающемуся человеку, нашему яркому современнику, верно му сыну России. Савва Ямщиков входил в редакционный со вет журнала «Шестое чувство», регулярно пре доставлял авторские материалы для публика ций. Его смерть – огромная и невосполнимая потеря для нашего молодого журнала. Несмот ря на свою колоссальную занятость, Савва Ва сильевич открыл для нас, работников «Шестого чувства», свое большое сердце и уделял нам постоянное внимание. За последние три года мы практически ежедневно общались с ним и находили для себя в этом великую пользу и уте шение, получая эксклюзивную горячую инфор мацию из первых рук и, в свою очередь, делясь с ним сокровенным и наболевшим. Себя он никогда не жалел. Лечился только тогда, когда здоровье становилось уже совсем проблемным. Последний раз мы звонили ему в больницу на мобильный за три дня до смерти. – Молитесь за меня, я в реанимации – с тру дом проговорил он.


Переправа

5


Переправа ходить на этого прекрасного и исключительно сильного духом русского человека, жившего последние годы со стимулятором в сердце, с трудом передвигавшегося и вместе с тем – не вероятно энергичного, деятельного и плодо творного. Вечная ему память у Всемилостивого Бога! Президент АНО «Переправа» Александр НОТИН, главный редактор журнала «Шестое чувство», протоиерей Михаил ХОДАНОВ, литературный редактор и церковный писатель Василий ИРЗАБЕКОВ, писатель Владимир ПЕСТЕРЕВ Безмерна скорбь по Савве Ямщикову.

И мы молились, как могли. Молимся и сей час – об упокоении раба Божиего Саввы. Он отошел, призванный Богом в нужный день и час – сильным человеком, несокрушимым бой цом с ненавистниками России, настоящим хри стианином, любящим Бога и ближних. Его смерть опечалило тысячи людей. Но эту печаль следует переложить на теплое молит венное поминовение. Ведь тоска с печалью убивают, а светлая молитва созидает, в том чис ле и душу того, за кого ее, эту молитву, возно сят. Будем же просить Бога, который есть Любовь, чтобы Он простил нашему старшему брату во Христе Савве все его прегрешения, вольные и невольные, памятуя о том, что «несть человек, иже жив будет и не согрешит». Всем нам когдато надлежит пойти вслед за ним. И невольно думаешь – а что скажем там мы? Дай нам, Господи, сил хотя бы на йоту по

6

Талантливый, страстный, бескомпромиссный борец и защитник культуры Пскова, Новгорода, всей России. Но шел по жизни отважно спасая наследие великой страны, ее памятники, ее ис( кусство, ее иконы, ее веру. Особенно болел за Псков, призывая людей беречь замечательный город, как мировую ценность Русской культу( ры, ее творцам посвятил проникновенные кни( ги и выступления. Савва оставил великий завет любить прошлое и настоящее России, обере( гать их от равнодушия, невежества, забвения и духовной разрухи. Пример Саввы, как набатный колокол зовет нас хранить и защищать культур( ное достояние. Вечная благодарность и глубокая печаль по верному сыну России. Академик РАН А. КИРПИЧНИКОВ


Переправа

ОСИРОТЕЛИ... При виде Саввы Васильевича, при мыслях о нем мне всегда приходили в голову две строки Державина – поэта, которого Сав ва Васильевич так любил: В сердечной простоте беседовать о Боге И истину царям с улыбкой говорить… Да это же про нашего Савву Васильевича написано! Прямоду шие, сердечная простота, сочетание страстности и смирения. В последние дни он не переставал повторять как Левша: «У англи чан ружья кирпичом не чистят: пусть чтобы и у нас не чистили, а то, храни Бог войны, они стрелять не годятся!». Об этом послед нее открытое письмо министру культуры – против предательства и предательского разгильдяйства. Подвижник, боец, тащивший вперед десяток воловьих упряжек – во имя России, во имя культуры… Простите за высокопарность, но… Глядя на него, мы понимали, какое поаптечному точное со держание стоит за патетикой высоких слов. Прощайте, Савва Васильевич! Человек удивительного зрения и единственного в своем роде опыта. Мы осиротели и каждый день будем спотыкаться о вопросы, на которые ответить мог бы только он. Мы и теперь будем не только молиться о нем, но и учиться у Саввы Васильевича. Ему по духу близки масштабы титанов XVIII века – людей дея тельных, разом государственных и народных, просветителей и ху дожников. Поэтому, начав с Державина, хочется закончить стиха ми Майкова о Ломоносове: И отблеск твой горит и ныне На лучших русских именах!.. И долго будет гореть. Литератор Арсений ЗАМОСТЬЯНОВ

7


Переправа

СЕЛИГЕР2009:ДЕЖАВЮ (заметки православного журналиста)

П

оследний перегон от Осташкова до Нило вой пустыни. Рывок перед финишем. По зади четыреста километров, отделяющих шумную Москву от одного из красивейших озер России – Селигера. Еще один поворот … и серд це невольно замирает: над кромкой соснового бора торжественно и недвижно парят два белых воздушных шара. (Не для красоты парят, а чтобы обозначить место здешней вертолетной пло щадки). Еще пару сотен метров, и вот знакомый шлагбаум перед въездом в лагерь – третий КПП, опекаемый постовым милиционером и плотным охранником в черном. Дальше, выше по склону – полотняные белые шатры и немалых размеров сцена, закрывающая опушку леса, там, если приглядеться, среди деревьев виднеются уже первые палатки и сизоватый дымок костров. Слава Богу, добрались! Я не был здесь два года. Не скажу, чтобы сильно скучал, но все же было приятно узнать от своих спутников – двух бывших комиссаров «На ших» Сергея и Макса (у обоих за плечами по «че тыре» Селигера), что пропущенный мною форум 2008 года выдался «тусклым и вялым». Пристрастный личный досмотр на входе. Бей джик гостя (ясно же написано – «Гость форума»!) не спасает. Более того, мне объясняют, что еже ли, значит, гость, паче чаяния, пожелает выйти за периметр, обратно впущен не будет – только в сопровождении ответственного за него функцио нераорганизатора. Это такие юные начальники высшего и среднего звена, у которых почти нео граниченная власть и свобода передвижения; кстати, бейджики у них не красного, как у меня, грешного, а достойного зеленого цвета.

8

Я шел за Катей, моим сопровождающим и ангеломхранителем на ближайшие четыре дня, и старался сформулировать первые, самые ост рые и верные ощущения, главные отличия нынешнего Селигера от того, прежнего, двух летней давности. Есть! Вот оно! По краям сцены, перед которой проходят утренние и ве черние построениялинейки селигерского леги она, вывешены два одинаковых по размеру пор трета Медведева и Путина, а не один путинский. Под каждым портретом – цитаты, подтверждаю щие неусыпность заботы двуединой власти о человеке вообще и талантливой молодежи, в ча стности. Дальше в лес, в самом десятитысяч ном палаточном городке фотографий и выска зываний Д.А. Медведева гораздо больше, чем премьерских, и, если из всего обилия этих аги ток выбрать главную, лейтмотивную, «оконча тельную», то, бесспорно, это разящий призыв президента: «Учись или до свиданья!» Еще отличие: Селигер утратил (и, похоже, навсегда) эксклюзивный «нашинский» полито крас, а с ним «нашинскую» преторианскую вы правку – те родимые пятна старого форума, ко торые вызывали у всех, кроме его творца и бес сменного опекуна гна Суркова, острое чувство изжоги. В Год молодежи «наших» на Селигере почти не заметно – не то, чтобы их совсем не было – наоборот, по визуальным прикидкам мо их спутниковветеранов, их не менее четверти от общей численности лагеря (то есть около двух тысяч человек). Просто «наших» не видно: ни тебе эпатажных лозунгов и громких, на зло бу дня антилимоновских (антикасьяновских, антикаспаровских и т.д.) «кричалок», ни полуво енной дисциплины, ни характерных ярко крас ных футболок. Даже обязательные когдато трехкилометровые предрассветные пробежки для всех без исключения селигерцев мужеско го пола сегодня стали факультативными, а по тому сразу потеряли популярность. Одним словом, «Наши» (и их суровый дух) растворились, рассеялись в сутолоке новой се лигерской жизни, нового «тренда», который иде ологам Администрации Президента представля ется, очевидно, более актуальным и стратегиче ски выигрышным. Причин такого крутого пово рота дел несколько. За последние два года заметно ослабла «оранжевая» угроза. «Вертикаль» власти успеш но отстроилась и даже успела раздвоиться, оп позиция подавлена или приручена, Ходорков


Переправа ский сидит, а гг. Каспаров и К° никого уже не впе чатляют (разве что президента США Хусейна Б. Абаму, да и то скорее шахматными, нежели по литическими победами). В лучшие времена «Наши» могли единовре менно отмобилизовать до семидесяти тысяч «штыков», готовых (слава Богу, проверять не при шлось!) по первому зову выйти на улицу и грудью встретить «оранжевую» заразу. Но в те благосло венные годы и финансирование было иным – обильным и наличным, и энтузиазм не в пример выше. Не то что ныне. В последний период де нежная река обмелела, движение какоето время еще катилось по инерции на тонких струйках мелких купюр и голом энтузиазме одиночек, но в итоге совсем зачахло. Некоторое оживление приунывшим «нашим» сулит нынешний Год моло дежи: деньги вроде бы опять потекли…. Но вот долго ли продлится этот «ренессанс»? Нужны ли недешевые «наши» сегодняшнему финансово изрядно поиздержавшемуся Кремлю? Далее. Политически невнятный характер Се лигера2009 выражает стремление федерально го центра сохранить отработанный (и чего скры

ния, карьера, патриотизм… что еще?), укреп ления вертикальных (Росмолодежь – регионы) и горизонтальных межрегиональных связей. Хотя в стандартной помпезности Селигера без труда угадываются привычные черты «потем кинской деревни» (Россия и мир, хоть ты тресни, должны видеть красоту, организованность и силу нашей молодежи на фоне нашей замечательной природы!), значение этого действа для всех, кто скольконибудь озабочен будущим страны, пере оценить невозможно. Это как ВДНХ: комуто за стит глаза, а комуто их открывает. Ктото в Селигере видит только смотр жиз нерадостной российской молодежи, и ставит очередную галочку для отчета. Ктото и сквозь завесу парадности («мы бодры, веселы…») си лится разглядеть, почувствовать, уловить под линные настроения нашей молодежи: ее страхи и искания, сомнения и жажду деятельности, уяз вимость и вызов. Сам по себе Селигер с его идейной схолас тикой, организованной «движухой» и тотальной «правильностью» объективной картины этих на строений не дает – не в этом его цель. Цель –

вать, удачный) формат общероссийского Сели герского сбора, но уже с новым наполнением. Характерно, что набор участников нынешнего форума впервые в его истории велся не только по критериям политической лояльности, но и «широким неводом» – через Интернет. В этом явно просматривается высочайшее повеление наладить диалог не просто с узкой группой «на емников», а с возможно более широкой, хотя и разноликой по интересам и взглядам, молодеж ной средой. Отпустить, так сказать вожжи, уме рить «председательскую железу», приглядеться, подумать, поэкспериментировать. Похоже, нынешний Селигер смоделирован именно как полигон для отработки механизмов такого диалога, определения «точек сопряже ния» молодежных верхов и низов, поиска уни версальных целевых стимулов (музыка, зна

всетаки спектакль. Получить искомое истинное можно только через прямое общение с ребята ми – лучше по душам и у костра. Правильно говорят: не хочешь заниматься молодежью – она займется тобой. Не важно, кому уделяется мало внимания: в узком ли смысле собственным детям, или в широком – подрастающему поколению в целом. Ясно од но: оставленная на произвол судьбы юная поросль рано или поздно, повзрослев и зама терев в уличных боях на выживание, встретит своих старших обидчиков в тех же подворотнях или ювенальных судах. Вопрос в том, как заниматься с ребятами – на уровне кожи или на уровне души? Селигер – это на уровне кожи. Духовного здесь почти ничего нет. Акцент сделан на фор мальное знание, формальную культуру, фор

9


Переправа мальный порядок. Но в этом, надо признать, ор ганизаторы преуспели. Жизнь многотысячного палаточного городка с его неисчислимыми заботами (уборка, отхо ды, инженерное обеспечение всех видов, охра на, расписание и проч. и проч.) – все устроено идеально. Браво! Гудят незаметные глазу ди зельные генераторы, электрический ток ис правно поступает в сотни розеточных блоков, аккуратно привязанных к приземистым сели герским соснам – под их кронами часами про сиживают «чижики», уткнувшись в свои ноутбу ки. Это новое, этого не было в прежние годы. Как не было и плазменных широкоформатных экранов, заботливо подвешенных на недосягае мой для шаловливых детских рук высоту и укры тых от непогоды пластиковыми козырьками.

Из огромного брезентового амбара, при влекшего мой взор в первый день, распределя ются штатные продукты (основное меню – овощ ной суп, макароны пофлотски, чай и какао, ос тальное на усмотрение и кошелек самих ребят), одеяла, спальники, стулья и вообще всякая вся чина. Очередей не видел. Все происходит дело вито и сноровисто, по какомуто тайному, мне, во всяком случае, не ведомому порядку. По всем тропам и главной магистральной, длиною в добрый километр дощатой дороге ла геря дюжие парни, пыхтя от натуги, на руках пе ретаскивают синие пластиковые емкости с водой. Их товарищи, группами по трипять чело век, перекатывают для последующей распилов ки и рубки на дрова массивные бревна. Тут и там визжат бензопилы и стучат топоры. Ктото само забвенно прыгает на батуте, ктото «режется» в

10

пляжный волейбол или «качается» на силовых тренажерах, расставленных прямо на песке. Пляж тоже не пустует: лодки и байдарки, каноэ и катамараны, многоместные «бананы» и яхты под присмотром строгих инструкторов и только при наличии спасательных жилетов выдаются груп пам нетерпеливых селигерцев и тут же с визгом употребляются по назначению. Купаться можно, но только в пределах огра ниченной буйками зоны безопасности, и только по утрам (до девяти) и вечерам (после двадца ти). Исключений не делается даже, увы, гостям, которые, как мне показалось, вообще негласно отнесены селигерским тайным вече к касте ли шенцев – туда нельзя, сюда нельзя! Спасибо, хоть по утрам на зарядку не будят! О чистоте. Чистота у нас в стране встречается только в двух местах: в квартирах и на дачных участках. А тут целый молодежный город… и бе зупречно чист! Ни бумажки тебе, ни фантика! Ни разу не видел, чтобы ктото специально уби рал территорию. (Пардон, видел, но нечто другое – дежурную санобработку биотуалетов). Похоже, порядок здесь не достигается героическими уси лиями, а просто поддерживается. Негласно и коллективно. А это уже культура, это, если хотите, уже традиция. Быть может, парутройку лет тому назад она, эта традиция, прижилась в здешнем сосновом раю, покорила души юных проказников и установила ту сознательную гармонию и ра дость целомудрия, которой так недостает совре менной России. Хороший урок для ребят! Низкий поклон организаторам этого дива! Типичный пример: в один из дней нашего пре бывания на Селигере глава Росмолодежи и, со ответственно, всего форума Василий Якименко, чья походная резиденция расположилась по со седству с нашим гостевым биваком, проходя по тропе к пляжу и любуясь рассветом, заметил брошенную кемто пустую банку изпод пива. Во общето произошли сразу три ужасные, никогда прежде на Селигере не виданные вещи: Василия не узнали какието юнцы из «новеньких» (вот она, оборотная сторона демократии и политической неразборчивости!); далее, пустая банка вызыва юще осквернила девственную чистоту природы; И, наконец, она была – о ужас! – изпод пива, в то время как на Селигере установлен строжайший сухой закон, и нарушителей карали нещадно. Тем же днем, на вечернем построении, воз мущенный и уязвленный Василий в сердцах бросил в многотысячную толпу: – Кто из вас утром оставил пустую банку на берегу? – Я, я, я …, – многоголосым и шутливым эхом откликнулось море голов. – Чтоб у тебя, негодяй, руки отсохли! – руба нул сгоряча Вася, и тут же осекся. Шум начал стихать. Повеяло холодом. В воз духе повисла секундная пауза. Надо отдать


Переправа должное командирской смекалке вождя «На ших» и всей российской молодежи. Не позволяя толпе осмыслить происшедшее, он быстро за глянул в какието свои шпаргалки и поставлен ным голосом выпалил следующую сентенцию: – Кто из вас, охламонов, прибил гвоздем к дереву объявление около «тропы альпиниста» (это такой участок леса, отведенный под альпи нистские тренировки, – один из самых посеща емых в лагере)? На этот раз «аудитория» предпочла благора зумно промолчать. – Себе в голову лучше бы вбил! – выпалил Василий, и толпа облегченно и одобрительно за ревела, засвистела, загоготала. Инцидент был исчерпан. Сотнями децибел из могучих колонок грохнула рокмузыка. Голо

Не знаю уж, что в Кремле понимают под на учной ориентированностью, только настоящей наукой на форуме, конечно, и не пахнет. Скорее, речь идет о популяризации науки, пробуждении у молодых интереса к знаниям, углублении их представлений о различных сферах жизни, од ним словом, научнопросветительской деятель ности в широком смысле слова.

вы в такт ей задвигались, над некоторыми взмыли девушкинаездницы. Пошла импрови зированная дискотека. Селигерские будни вер нулись в свое привычное русло – искрящее, ра достное, бездумное. А что же наука? Судя по общей тональности лозунгов, а также доверительному признанию двух высоколобых интеллектуалов из соседней гостевой палатки (один из Общественной пала ты, а другой, по его словам, из команды «само го Глеба Павловского»), ей, науке, в селигер ском проекте отведено самое что ни на есть по четное место. – Знаете, Александр, – понизив голос, сооб щил мне один из моих новых конфидантов, – Глеб от «Наших» устал, поэтому Селигер больше не «заточен» на политику, он стал более научно ориентированным.

правлениям. Я застал вторую по счету, на кото рую собрались юные приверженцы информаци онной и предпринимательской деятельности. К сожалению, мне не довелось увидеть, как и кем в этом году будет представлено православ ное направление – оно войдет в тематику следу ющей смены. Но и то, что довелось посмотреть, показательно. Учебы, тренинги и лекции действительно за полняют весь световой день. Праздности нет и в помине, вернее, для нее здесь почти не оста ется времени и места. Весь безбрежный, изре занный ложбинками и прогалинками, утыкан ный разноцветными палатками, тентами и кост рищами с котелками, перетянутый крепежными веревками, задымленный неугасающими кост рами лагерь буквально, как грибами, усеян куч ками вольно сидящих и стоящих ребят обоего

Каждая из пяти смен на нынешнем Селигере (всего на Селигере2009 пройдет пять смен, каждая по семь дней, плюс два дня на «пере сменок» – отъезд старых и заезд новых селигер цев со всех уголков страны, установка палаток, отладка быта и проч. Не меняется только базо вая инфраструктура и команда управленцевор ганизаторов) посвящена двум конкретным на

11


Переправа пола с тетрадками и книжками, внимающих до кладчикам и чтото живо обсуждающих. Всюду чертится, рисуется, слушается. По лесному радио постоянно звучат объяв ления о проходящих и предстоящих лекциях за езжих гостей – бизнесменов и политиков, фи лософов и писателей, ученых и преподавате лей вузов: «В восемнадцать нольноль в пави льоне Ломоносова состоится семинар на тему: «Дизайн проектов». Приглашаются все желаю щие и свободные от других занятий». И струйки «чижиков» начинаю стекаться к одному из деся ти больших шатров, названных именами вели ких русских людей; каждый установлен прямо на траве, оборудован усилителем и, если пове зет, стулом для лектора. Слушатели без излиш них церемоний рассаживаются или укладыва ются прямо на траве – благо дни стоят жаркие. Насколько я успел понять, стержневая идея Селигера09 – вложить в юные головы как можно

больше профессиональных знаний и начальных навыков в избранной ими (сообразно направле нию) сфере деятельности. О дифференцирован ном подходе здесь, по понятным причинам, ни кто и не мечтал, но гигабайты информации в мо лодые головы действительно удалось вложить, и, будем надеяться, не безрезультатно. Молодежные бизнеспроекты на Селигере тоже рассматривались. Сменато – предприни мательская. На разных уровнях прозвучало не мало обещаний относительно их грядущего фи нансирования банками и таинственными част ными инвесторами. Один из моих новых знако мых, организатор по имени Илья, по секрету рассказал, что неназванный олигарх «стоимос тью полтора миллиарда долларов» (в этом мес те Илья даже зажмурился от восторга) отобрал для себя два десятка проектов и обещал после Селигера пригласить их авторов к себе в Моск

12

ву «на пятьдесят седьмой этаж своего небо скреба!» (подозреваю, что речь шла о хозяине MIRAX Групп гне Полонском, но я не стал расст раивать моего юного визави: по некоторым при знакам, корпорация переживает не лучшие вре мена, и едва ли способна тратить деньги на не профильные проекты). О глобальном кризисе, поразившем одно бокую и хилую российскую экономику в самое сердце, на Селигере, по моим наблюдениям, никто и не вспоминал – словно его, кризиса, нет и в помине, и нас не ожидает очередная осенняя «встряска». Психологически понять можно: июльская благодать, россыпи инвестиционных ожида ний, полет души – причем здесь какойто кри зис! А, может быть, имело бы смысл обсудить с молодежью истоки этого суда Божьего (так пе реводится с греческого слово «кризис»), изу


Переправа чить его корни, в том числе и нравственные, по искать пути выхода? Недочетов в работе «своих» двух направле ний я заметил три. Все серьезные. Прежде всего – полное отсутствие на фору ме темы производительного труда. Изучается все: психология продаж и управление сознани ем, информатика, основы финансового анали за, маркетинг, франчайзинг, брендинг, рибрен динг, бизнеспланирование… и еще тысячи ве щей. Но ощущение такое, что молодежь наме ренно знакомят только со вторичными, сервис ными технологиями, учат обращению с уже го товыми товарами и услугами. А вот откуда бе рутся эти товары, кто их изготавливает, выра щивает, придумывает – об этом ни слова. На де ревьях они, что ли, растут? Возможно, руководство Росмолодежи видит миссию национальной элиты в управлении про дуктами чужого разума и чужих рук. Но тогда ос тается открытым вопрос: кто же будет (и будет ли?) восстанавливать и модернизировать наше разрушенное и расшатанное лжеперестройкой хозяйство? Неужели мы и впредь намерены жить за счет импорта, обрекая самих себя и на ших детей на унизительную зависимость от «трубы», конъюнктуры мировых рынков, стои мости доллара и трудолюбия китайцев? Вторая проблема – усиливающийся напор на молодежное сознание «субкультуры» постмо дерна. Селигерская «движуха» противостоять этому не в силах, хотя бы потому, что никакой реальной альтернативы этой напасти, кроме красоты родной природы, не предлагает. А это го явно не достаточно. Вот и проникает, вот и просачивается ядовитая духовная плесень в святая святых общероссийского слета «на пле чах» его юных участников. Идол вседозволенности, развлечений и на слаждений царит и здесь, но не столь вызываю ще нагло, как в мегаполисах: на время ему по ставлены условные барьеры в виде распорядка, периметра и уже упомянутого «духа чистоты». Да и как, чем ему противостоять, если Сели гер для подавляющего большинства его участни ков длится семь дней, а СМИ и Интернет, словно духовные киллеры, системно обрабатывают умы и души денно и нощно, открыто пропагандируя пороки, алчность и безделье, разрушая самые основы естественных чаяний молодых: новатор ство, героику, дерзновение, бескорыстность, ис кренность, любовь, наконец. Грозно звучит Еван гельское предупреждение: искушению должно прийти в мир, но горе тому, через кого оно при дет! Задумались бы, несчастные, пока не поздно! Возможно, это предвзятость, но даже в ис крометной селигерской «движухе» мне почудил ся отпечаток расслабленности и равнодушия – печать века сего. И дело не только в забвении те мы труда. Тихо и пустынно в инновационных па

вильонах форума, куда из любопытства я загля дывал, и не раз. Стоят, пылятся на столах проек ты промышленных роботов, лазеров и ориги нальных автомоделей, разработанных в Моло дежном конструкторском бюро МАМИ. По логи ке «научной ориентированности» форума здесь бы и бурлить центру селигерской вселенной, центру творчества и новаторства. Увы! Уныл и безлюден ведущий сюда стилизованный «Мост инноваций». Молодые парочки, спеша на запись очередного токшоу в расположенный непода леку палаточный телецентр, равнодушно прохо дят мимо этого моста. Не замечают они даже за тейливо сцепленных «змейкой» просмоленных бочек, ведущих к грубо сколоченной имитации нефтяной вышки с надписью «На Запад», и сим волизирующих, надо полагать, нашу националь ную трагедию – позорную зависимость России от экспорта углеводородов. Ничье внимание не задерживает оригинальная выдумка: символи ческое кладбище русских изобретений, в разные времена уведенных из России. На простых дере вянных крестах таблички с фамилиями Сикор ского, Горохова, Попова... Факты – упрямая штука: не влечет к себе на учная карьера юные пылкие сердца. И в целом понятно, почему. С одной стороны, на зарплату ученого, учителя, врача, инженера, рабочего и прочих «лузеров» семьи не прокормить. А с дру гой – так ли уж пылки сердца? Если националь ные СМИ (полне, заметим, послушные Кремлю) идеалом юношества провозглашают образ же лудочно удовлетворенного, безмозглого и по ловозрелого гамадрила из Дома2, если из оте чественного воспитания и образования забота ми чиновников из Минобразования напрочь изъят и образ Божий (строгая нравственность), и питание духовное (человечность), вправе ли мы спрашивать с них, молодых, почему в их ду шах слабеет тяга к созиданию и подвигу? Выра зимся еще жестче: если власть вольно или не вольно формирует сознание молодого поколе ния на базе ценностей цыганского табора, не пилит ли она сук, на котором сидит? Ведь оби татели табора не будут строить, развивать и за щищать страну. Не будут, потому что не умеют и не хотят. Их призвание – петь, плясать, воро вать, гадать и беспорядочно блудить. Проблема третья – космополитизм. Форум был и попрежнему остается местом не только языческим, но и, не побоюсь этого слова, не вполне русским. Лидерству и профессионализ му здесь учат, а вот широко заявленному пат риотизму – едва ли. Да и откуда ему, патриотиз му, взяться, если учебный процесс пестрит аме риканизмами, песни – все до одной иностран ные, а цели и смыслы – заимствованные, мел кие, корыстные и суетные. Селигер, будто странная птица, несущая в се бе пятьдесят тысяч русских душптенцов, бьется

13


Переправа в силках сурковской эклектики и упорного слепо го (слепого ли?) подражания Западу. Куда это ве дет? Ясно, что не вперед. В силу неумолимых за конов конкуренции даже ослабленный кризисом Запад никогда не позволит России возродить бы лую силу и стать. «Извини, старик, ничего лично го…» Плетясь же в хвосте деградирующей циви лизации, мы добровольно обрекаем себя на веч ный удел сырьевого придатка, рынка сбыта чу жой продукции и поставщика бесценных русских мозгов для нужд чужого развития. Конечно, мож но надеяться, что изпод хвоста выпадет чегони будь ценное… Только вряд ли. * * * Отправляясь на Селигер, представители «Переправы» (православного духовносветско го просветительского движения, ставящего своей целью духовное возрождение русской молодежи на базе святоотеческого опыта и идей – см. www.pereprava. org) хотели обсудить хотя бы с малой частью его обитателей вопро сы, оставленные за скобками официальной программы форума. Какой должна быть страте гия национального выживания и развития, если глобальный кризис в пух и прах разметал все до одной мировые идеологии и все «измы»? Есть ли у России шанс вырваться из исторической западни? Какова миссия русской молодежи, и в чем ее великое преимущество перед сверстни ками за рубежом? Говорили о наболевшем: о страхах и неуве ренности молодых людей перед напором агрес сивного и безжалостного внешнего мира; о ду ховном невежестве (незнании себя) и духовной беспризорности; о таинственной тяге русской души к Богу и великих сынах Святой Руси; о «втором принятии» русскими Христа и новой философии жизни по законам любви; о губи тельности атеизма и назревании ненасильст венной революции духа. Вывод: России нужен рывок в будущее – стремительный, мощный, неподвластный воле ее «заклятых друзей», где бы они ни находились. Этот маневр невозможен в рамках окончатель но дискредитировавших и исчерпавших себя парадигм рациональноматериалистического сознания. Его сфера – территория духа, непод властная миру страстей. Отсюда сверхзадача, стоящая перед нашей молодежью: отбросить все сомнения и предрассудки, осваивать эту территорию будущего с помощью великого, да рованного нам свыше ресурса – знаний и опыта величайших авторитетов и учителей Церкви – Святых Отцов православия. Идеи этих духовид цев и подвижников из глубины веков освещают нам путь, призывая к трезвению, покаянию и служению Богу и России. Встречи и беседы на Селигере еще раз под твердили: русская молодежь, как воздуха, жаж

14

дет духовной пищи, и даже ее кажущаяся при верженность постмодерну – не более, чем ори гинальный «прикид». В молодежи жива Русь, чувствуется Русь: и неистощимыми своими не драми, и прикровенной тягой к чистоте и свято сти, и глубоко сокрытым (даже под напускной бесшабашностью и развязностью) природным целомудрием, и неодолимым духовным имму нитетом перед лицом заумных иностранных словечек, всех этих «маркетингов», «тренингов» и «кастингов», заполонивших все доступные эфиры. Русская молодежь резвится и гуляет среди этой «новизны», легко усваивая и без тру да манипулируя чужеродными терминами, но, похоже, не подпуская их близко к сердцу. Общая для них русскость спряталась, затаилась до по ры в душевной глубине, но, нетнет, и она вдруг явит себя – в мимолетной робости и неуверен ности жеста, легкой ироничной улыбке, задум чивом взгляде, невысказанном сомнении. Следовательно, проблема не в них, а в нас. Не враг силен – мы слабы. Мы, старшие, сами пали жертвой вселенского обмана, поверили «измам», не помним родства и Бога. Чего же спрашивать с ребят, выросших в атмосфере во инствующего неоязычества? Нам и исправлять положение. Православное миссионерство рас полагает сегодня всем необходимым инстру ментарием для того, чтобы вырвать подрастаю щее поколение из болота неверия, уберечь его от гибели в скотстве. Мы должны осознать: если Господь попустил (по нашему же неотступному желанию и злой воле) возникновение столь глу бокого и трагического разрыва, такой дисгар монии личности и в нас самих, и в наших детях, то Он же, вне всяких сомнений, предопределил пути и средства одоления этой беды. Нужно показать молодым, что христианская вера нисколько не мешает жизненному успеху. В открытом диалоге с молодежью православные бизнесмены, политики, ученые должны на собст венном примере, с применением интеллектуаль ной и чувственной аргументации доказать, что только соединение с Богом, только победа над своим «ветхим человеком» (с его куцыми страха ми, иллюзиями и одиночеством) делают нас сво бодными, сильными, успешными и бесстрашны ми – ибо если с нами Бог, кого убоимся?! Русская молодежь, в отличие от своих запад ных сверстников пока еще духовно жива (мысль не моя – ее высказал Мюнхенский митрополит РПЗЦ Марк), еще трепетно восприимчива к спа сительному учению Христа. Она несет в себе зерна нового русского сознания, новой филосо фии жизни, альтернативной «лживому и лукаво му» миру сему – потомуто так активны у нас са танисты всех мастей, так вызывающе отврати тельны и сильны пороки и социальные недуги. Идет незримый бой, и поле боя – душа чело веческая. «Селигеры» в их нынешнем формате


Переправа

здесь ни при чем. Они в стороне от передовой. Пикники на обочине. Балы фей на лесной опуш ке. Пройдут семь дней праздника, и все «чижи ки» вернуться в свои Питеры и Таганроги, Во логды и Магаданы. Вернутся, чтобы лицом к ли цу встретить реальную, а не придуманную жизнь, окружающую и теснящую «Селигер» со всех сторон. Впрочем, дело даже не в идеях. Нашей моло дежи предстоит строить новую Россию – Рос сию правды и любви. Для этого не нужно выду мывать какуюто абстрактную национальную идею, тем паче, бездарно прикрывать величие и сложность этой задачи играми в тщедушный ра циональный прогресс. Суть новой философии – в сочетании новейших достижений технологи ческой цивилизации с высочайшими проявле ниями человеческого духа, который есть лю бовь, и только любовь, и ничего, кроме любви. Новая Россия будет созидаться на принци пах разумной достаточности, умеренности, це ломудрия и любви ко всему сущему. На едине нии с природой, а не насилии над ней – ибо в ос леплении и алчности истязаем и губим сами се бя. На отказе от гнилой основы мировой эконо мики – ссудного процента в его злейшей и урод ливой ростовщической версии. На подчинении науки, культуры и политики императивам здоро вого духа.На возрождении традиций великого русского образования и воспитания, главным в которых испокон века было формирование Че ловека, а не бездушного робота с компьютером в квадратной башке. На всем том, что откроет нам Бог по мере восстановления безрассудно утраченной нами связи (религии) с Ним. Так и

только так новый русский верующий человек сможет приостановить энтропию зла, грозящую погубить мир. Ктото возразит: мол, «Переправа» была чу жой на селигерском «празднике жизни», гово рила тихо и достигала ушей микроскопически малой части 10тысячного селигерского насе ления. Не в этом дело! Свою задачу она выпол нила. В духовном измерении свои законы и со отношения. Свет побеждает тьму, и тьме не да но одолеть его. Пусть наши слова не всеми были услышаны и поняты (мы не идеалисты – в России слишком слаба традиция семейного духовного воспита ния и, напротив, сильна языческая среда!), но ктото услышал, и ктото понял. Ибо всем пра вит Бог, и Ему решать, в каком чутком русском сердце надлежит взойти животворящим семе нам истины во Христе. Россия жива! У нас еще есть порох в порохов ницах, нам еще хватает молодой удали, задора, талантов и веры в будущее! Мы еще на плаву, и тот, кто, быть может, в отчаянии махнул на все ру кой, или другой, втайне потирающий руки, пусть знают, что корни наши целы, и они в свой срок, чудесным образом дадут могучие ростки. Пита ясь неизбывной и непостижимой для заносчиво го западного ума энергией русского духа, сфор мированного тысячелетней христианской верой, ростки эти сокрушат любые заговоры и планы, возвратят униженную и поруганную страну в ло но созидательного покаяния – гаранта будущего спокойствия, достоинства и процветания. Александр НОТИН

15


Индекс благородства

ПОБЕДНЫЙ БОЙ ИГУМЕНА

АМВРОСИЯ

ДВАДЦАТЬ ПЕРВОЕ ИЮНЯ ...Я мирно дремал после обеда, ничего не по( дозревая, когда в деревню вошли немцы. Про( сыпаться не хотелось, но уже сквозь сон слы( шал, как они врубили на всю округу свои бравур( ные марши. А воображение рисовало хорошо знакомые по военным фильмам одну страшную сцену за другой: вот они сбивают прикладами алое знамя над сельсоветом, нагло водружая свой нацистский, со зловещей паучьей свасти( кой, а кто(то уже сгоняет под автоматные очере( ди на площадь народ. Сейчас выведут и поста( вят перед толпой односельчан коммунистов и колхозных активистов, зачитают на ломанном русском приказ, чтобы в следующую минуту вздернуть их на наспех сколоченной виселице… И все(таки надо было просыпаться, потому как от войны теперь никуда не денешься. Как перепуганы и подавлены эти, ставшие сразу дорогими и близкими мне, чужие люди. Только вот (странное дело) я, в отличие от них, отчего( то твердо знаю, что наши победят этого врага…

16

Уже в следующую минуту в дверной проем, завешенный одним только тюлем, заглянул мо( лоденький русский (ура!) солдат и смущенно извинился за громкую музыку. И тогда я, встряхнув последние остатки дремы, оконча( тельно все припомнил и вздохнул с неподдель( ным облегчением: все так, сегодня, как и договаривались, ни свет ни заря я объявился в деревне Бывалино, а игумен Амвросий (Шев( чук), когда я «домучил» его, накормил гостя обедом и отправил отдыхать после простран( ного интервью. На календаре, что рядом с моей койкой, зна( чится 21 июня, а потому здесь полным ходом идут последние приготовления к масштабному действу. Признаться честно, я в этом гостепри( имном приходе сегодня не совсем кстати. А по( тому и к открытой веранде перед кельей насто( ятеля, где происходила наша беседа и где сложены сейчас большими ровными кучками плащ(палатки, автоматы, воинское обмундиро( вание и еще много чего, то и дело подходят организаторы и участники предстоящего сра( жения. Осталось менее суток до того момента, когда все приглашенные поучаствовать в Ночи памяти и скорби соберутся за час до полуночи у Поклонного Креста на реке Дрезне, что за лаге( рем «Никита». Попив у костра традиционного чая с дымком и посмотрев выступления художе( ственной самодеятельности, они будут с зами( ранием сердца следить за тем, как фашисты подойдут к реке и завяжется кровопролитный бой, случится война... КОРНИ ДРЕВА, ИЛИ СЫН ЗА ОТЦА… – Знаете, батюшка, мудрая моя бабушка любила повторять, что даже травинка расN тет на корнях. В детстве я не осознавал соN кровенного смысла этой поговорки, и тольN ко с годами… Представьте, мы направляN емся к могучему дубу, до него добрые два десятка метров, но, даже не поднимая гоN ловы, осознаем, что нас ожидает встреча с исполином, потому как по лицу земли, как варикозные вены, проступают корни, того и гляди не споткнись. Скажут, на то он и дуб. Но даже трепетная былинка, которую мы не видим и которая питается соками той же земли, тоже не может не иметь корней. Вот


Индекс благородства и ответьте мне, пожалуйста, из какихNтаких корней произрос нынешний игумен АмвроN сий (Шевчук), настоятель храма ВеликомуN ченика Никиты, создатель и духовник детского корпуса «Никита», что в деревне Бывалино ПавловоNПосадского района Московской области? – Все мои предки приехали из Рязани. Дед по отцу был красноармейцем, потом стал ВО ХРовцем на ГРЭС имени Классона (сейчас это

случился перелом шейки бедра и он полз в сту жу, потому как вдобавок был тучен, какоето на рушение функции щитовидной железы. Так его и подобрали полузамерзшего, с переломом. Ничем помочь не могли, не было тогда еще ны нешних новейших технологий. До пролежней долежал, умирал тяжело. А вот служить он на чал в 1953 году. Причем, алтарничал в том хра ме, где потом был алтарником наш нынешний владыка Ювеналий (Поярков).

город Электрогорск), строил ее немецкий спе циалист. И даже во время войны немцы сбрасы вали с самолетов издевательские листовки, в которых говорилось о том, что, мол, не бойтесь, эта станция будет работать исправно, ее пост роил наш немец, Рихард Классон. Она была на особом счету у немцев, они не бомбили ее во время Великой Отечественной войны. Так дед и был там по военной линии. А мамины предки были простые крестьяне, дед занимался гужевым транспортом, подвозом на фронт. Их было две сестры и два брата, мама была третьим ребенком в семье. Два ее млад ших брата, отец Димитрий и отец Феодор, были священниками, служили в храмах Ярославской и Московской епархий. Оба отошли к Богу протои ереями. Причем, смерть обоих была трагична. В 70е годы отец Димитрий был жестоко избит в автобусе неизвестными. Ему проломили голову, очень долго он лежал в неврологии, бредил. Бред этот был удивительный: он сам себя отпе вал. Помню, к нему не пускали, а мы лазали под окошком и все это слышали – его стоны, молит вы. Пока он лежал в больнице, некоторые из пер сонала – врачи и медсестры – уверовали. Вот мама нашего отца Андрея – врач, так ее сердца это тоже коснулось. Что же касается отца Феодора, то его нашли по дороге в храм (оба они служили в разное время в одном и том же храме) зимой. У него

– А что это за храм, он сохранился? – Да, это храм Рождества Пресвятой Бого родицы в Саурово, в двадцати километрах от нас, а если по прямой, то и вовсе шесть, все тот же ПавловоПосадский район. У отца Димитрия есть сын, иерей Димитрий, служит сейчас в Павловском Посаде, в Филимонове. У него ше стеро детей. Служит почти ежедневно, очень ревностный батюшка. А у отца Феодора два сына. Старший, Влади слав, дожив до комсомольского возраста, уже (как это ни странно) в 70е годы отказался от от ца. Заявил, что ты, мол, веришь в Бога, а я – в Дарвина. А отец его был с юмором, он и отве тил: «Знаешь, я видел твою бабушку, она совсем не была похожа на обезьяну». Он и пошел тогда по комсомольской линии, рванул в институт марксизмаленинизма, написал очень серьез ную работу об итальянских «красных бригадах», а за границу его и не выпустили! Вот и получает ся, как не изменяй папе с мамой, а все равно – «поповское наследие». Не получилось у него ни какой карьеры, так и остался с носом. Сейчас преподает гдето в ОреховоЗуево. Второй его сын стал священником, сейчас игумен Серафим. Служит в том же храме Рожде ства Пресвятой Богородицы по сию пору. Прав да, болеет панкреатитом, большие проблемы со здоровьем. Окончил семинарию, Духовную Ака демию, был келейником митрополита Крутицко

17


Индекс благородства пользоваться его винтовкой. А что может винтов ка против танка?! Много не навоюешь. В общем, писал он, мы, наверное, не вернемся. Был чело веком опытным, понимал многое... У бабушки росло два сына. Правда, была еще девочка, но она умерла, когда он еще служил на финской. Бабушка хотела устроить сыновей в Суворовское училище, уже документы, свиде тельства подготовили. А потом из военкомата блатные какието перебили. Собственно, это было во все времена… Отец же мой алтарничал в одном храме: по могал топить, записки читать, возил священни ка на лошади на требы. Так вот потихонечкупо тихонечку все около батюшек да около батюшек… Потом поступил в Московскую се минарию, уже в конце 50х. А еще служил в ар мии на Дальнем Востоке. Голосистым мой батя был, помимо того, что механик в летных вой

го и Коломенского Ювеналия. Это по маминой линии. А по папиной… У отца был один брат, он и сейчас еще жив, протодиакон Евгений. Да Вы его знаете, он слу жил у нас сегодня в храме. А вот дед, «вохра», воевал и на румынской, и на финской, был в Бессарабии во время ее оккупации. Они с ба бушкой очень друг друга любили. Будучи опыт ным военным и человеком умным, смышленым, он знал все законы военной жизни, в том числе умел обходить военную цензуру. У него, как представителя командного состава, была в то время возможность отправлять на родину не большие посылки с фронта. Он и слал жене письма, в которых писал очень простые вещи: мол, живздоров, чтобы не «утруждать» воен ную цензуру, которая вымарывала многое, о чем он, конечно же, догадывался. А в посылки он вшивал обычно клочочки бумаги, в которых и была истинная правда. Так, бабушка рассказы вала, что когда пришло известие о том, что он пал смертью храбрых под Малоярославцем, она оплакивала его, после чего пришла послед няя посылка. И уже оплакав мужа, она, держа в руках присланную любимым сорочку, вспомни ла, что просмотрела не все швы. И когда вскры ла, то обнаружила его последнее послание. В нем говорилось, что фашистов полно, прут немеряно, на танках, а воевать не с чем, прихо дится даже ждать, пока убьют соседа, чтобы вос

18

сках, пел очень хорошо, борьбой занимался. Он альбом привез оттуда, очень интересный. После женился на моей маме... НЕМНОГО ИСТОРИИ В начале XVII века по реке Дрозне несколько раз чудесным образом являлась икона велико мученика Никиты, и всякий раз в этих местах на чинали бить целебные ключи, а потом возводили храмы. Так в 1717 году возник и этот храм в селе Бывалино ПавловоПосадского района Москов ской области. В 1937м его закрыли, а священ ников расстреляли. В 1991 году храм возвратили Церкви. Святой воин и великомученик Никита традиционно почитается покровителем русского воинства, а также тех, кто занимается делами милосердия и попечением о детяхсиротах…


Индекс благородства * * * …Ровно в 03.30 неподалеку от села в безза( ботное июньское ночное небо взвилась зеле( ная ракета, и фашистская техника стройно дви( нулась, дойдя до поворота реки. Здесь враги стали спешно рассаживаться по машинам и под аккомпанемент бессмертной музыки Дми( трия Шостаковича, что рвалась сейчас из мощ( ных динамиков, началось движение к шлагбау( му. Не прошло и пяти минут, как они достигли своей первой цели. Кто(то из пехоты поднял шлагбаум, и она двинулась вперед под прикры( тием техники, подпевая лихой немецкой песен( ке. Видать по всему, война обещала быть для них скорой и необременительной…

МАТЬ ОТЦА ИГУМЕНА – Мама моя – дочь священника, окончила в советское время педучилище, была воспита тельницей в детском саду. В 1967 году ушла с этой работы, потому как нас у нее к этому вре мени было уже пятеро. После рукоположения отец лет десять слу жил диаконом в Кабанове, в храме Великомуче ника Никиты, что в ОреховоЗуевском районе. После того, как там старенький настоятель отец Павел Фелицин скончался, кажется, в 70м го ду, он подал прошение на рукоположение, и его перевели в Казанский храм во Фрязеве. Там он послужил лет четырнадцать, затем в Солнечно горске, в громадном двухэтажном храме. Там ведь были фашисты. Я своими глазами видел кольцо, которым при отхождении был прикован

к колокольне пулеметчик фашистский, чтобы бился до последнего. Храм этот отстоит от го рода, за стекольным заводом. Там какойто старец жил, беседка еще сохранилась... Потом был собор в селе Воскресенском под Ногин ском (оно же Богородское). Умер папа от удара. А через пять лет не стало мамы. Один из младших братьев, Григорий, тру дится здесь у меня по всем строительным ра ботам. Другой младший брат живет в Орехово Зуево. Еще две сестры: у одной двое детей, у другой – трое. Маша, старшая, – матушка. Муж ее, отец Димитрий Иванов, служит настоятелем в храме Димитрия Ростовского в Очакове, в Москве. Дядька мой в Вешняках служил очень долго, позже перевелся в Московскую епар хию, потому как старенький уже, а на дорогу только в один конец уходило четыре часа. Это единственный на сегодняшний день в нашем роду, в семье Шевчуков, человек старше меня. Вот и зять мой, муж дочери брата Гриши, лет пять служит диаконом во Владимирской епар хии. Возможно, скоро переведется в Москов скую епархию. Вот какая наша семья, вот какие наши корни. Гигантское значение в моей жизни всегда имела моя мама. Образ ее мыслей, ее поведе ние, характер и поступки. Кроме всего того, что она была матушкой священника не в самые «шоколадные» годы бытования православия в Советском Союзе, она смогла родить и воспи тать пятерых детей. И кроме того, подняла на ноги ещё четверых двоюродных наших сестёр, мама которых – Екатерина – долгое время была снедаема раковым недугом, в связи с чем де вочки (наши погодки) практически по несколь ко месяцев в году жили у нас. А дом наш, как и положено, вела матушка. И в нём, согласно христианской традиции, всегда было много «каликов перехожих», болящих ин валидов, какихто бабусечек, монашенок и про чих представителей, как хотелось бы властям, Руси уходящей. Благодаря маминым старани ям, они находили у нас ночлег, трапезу, заботу и внимание, порой юридическую консультацию. В связи с тем, что государство представля ло православных как людей, выживших из ума и психически неполноценных, в те поры основ ным средством борьбы с «опиумом для народа» были психиатрические больницы, дома преста релых и умалишённых. Поэтому мы с детства знали, что в ОреховоЗуевской психиатричес кой больнице под названием «Третья будка» содержат какогото старенького игумена, а в Андреевской психиатричке доживает свой век бывшая послушница монастыря. Благодаря маминым трудам организовыва лись посылки, гостинцы, консультации врачей, адвокатская помощь, уход, борьба с пролежня ми, покупка дефицитных лекарств и много чего

19


Индекс благородства ещё. Она могла долго и внимательно выслуши вать любого пришедшего, нуждающегося чело века, обстоятельно вникнуть в его проблемы и, разобравшись в них, найти верное решение, которое было бы спасительно для верующего и приемлемо для власть предержащих. Мамины житейские уроки многое дали мне. И сейчас я продолжаю её дело.

20

«ПАКИ И ПАКИ…» …Без десяти минут четыре, в полной тиши( не, фашисты подтянулись(таки к острову. Тех( ника при этом прошла за вышку с прожектором, танк же остался напротив мостков. В следую( щее мгновение враги прошли по ним и заняли боевую позицию вдоль берега...

* * * …В 03.58 немцы неслышно заняли позицию. В 4.00 все в той же ненарушимой тишине они сняли нашего часового, молоденького русского паренька, после чего выпустили в небо красную ракету, и сразу же, грубо вспоров тишину, гром( ко и противно завыла сирена. Уже через пару минут фашисты напали на нашу заставу, захва( тив в плен двух русских солдат. Скинув красный флаг, они спешно водрузили собственный и уронили оба пограничных столба. После чего связали обоих пленных и посадили их возле за( бора, выставив часового… Перекрывая звуки боя, из динамиков властно звучит знакомый до боли, до мурашек по коже, голос Левитана с та( ким печально знакомым текстом…

* * * – Батюшка, как вы сами давеча поведаN ли, вовсе не факт, что если отец – священN ник, то по его стопам обязательно последуN ет сын, случается и наоборот. Так почему у вас вызрело это решение? – Я никогда над этой темой не задумывался. Опять же, всякая высказанная мысль есть ложь, записанная же – ложь двойная. Так что давайте чтонибудь «соврем»... – Ну, тогда чтоб красиво... – С детства мы играли в службу, наряжа лись, кадили… Мы не знали, что значит «паки и паки», но это было нашей любимой фразой. Мы думали, что это означало следующее: привя зать пачку печенья к бечевке и ходить с ней, «кадить», вроде как «паки и паки» и получа лось… Разговоров специальных на эту тему не велось, все это было в крови. И потом, у меня были замечательные учителя истории. Царст вия Небесного Анатолию Матвеевичу!.. Я имел доступ к тем книгам, которые многим были недоступны. И дома такие книги находи лись, и в семинарии мог заказать, а еще по просить у семинаристов, батюшек, псаломщи ков книги из их домашних библиотек. Я дружил с людьми, у которых были хорошие советские библиотеки. – Вы, батюшка, если выражаться поNсоN временному, имели доступ к альтернативN ным источникам информации. – Да, слава Богу! Знаете, я читал книги, кото рым не было цены. Причем в буквальном смыс ле этого слова. Вот у всех нынешних книг сзади проставлена цена, у этих же цены на задней сто роне обложки попросту не было. Я читал книги, у которых не было даже тиража, или же было указано: «книги для депутатов XXV (к примеру) съезда КПСС»… такие вот специздания. Меня очень любила наша библиотекарь, пожилая, ум нейшая женщина, которая пускала меня в отдел, где книги выдавали только учителям. Я ведь на меревался всерьез заниматься историей...

КУЗНИЦА КАДРОВ ДЛЯ МАТЕРИNЦЕРКВИ – Так почему всеNтаки священство? – В 10м классе, в 1981 году, я завел тет радь, в которой обозначил себе жизненные приоритеты: что изучать, как делать, куда съез дить, кого прочитать, с кем познакомиться, в какие фонды попасть… Внушительный пере чень. Правда, там не было никаких заграничных тем, а только наши, российские. – Но ведь в то время, простите, не было «модным» быть священником, ходить в церковь. – Более того, это было клеймо. Итак, подхо дил к концу 10й класс… – Однокашники строят дерзкие планы, никакой «перестройкой» и не пахнет… – Дада… Жив «дорогой» Леонид Ильич… В 9м классе у меня был очень большой стресс, как ураган пронесся. Незадолго до этого мы по хоронили дядьку, протоиерея Феодора, потом протоиерея Димитрия, а тут началось время приема в комсомол. Был, если помните, ленин ский зачет. Это когда комсомол пытались (при последних вздохах советской власти) реаними ровать, был призыв читать Ленина «начисто», что он, дескать, был чист и несколько оболган. Опять стали гордо носить комсомольский значок… Ктото ведь заботился о продлении жизни со ветского государства. Так вот каждый вступаю щий в комсомол, если помните (как не по мнить?!), должен был сдать ленинский зачет, книжка еще такая была. Когда подошло время этой самой писанины, я посоветовался дома с отцом и матерью, и мы решили, чтобы мне его не писать, посмотрим что будет. И вот пришли ком сомольская наша «вождица», завуч по внекласс ной работе, раздали всем листочки (муторное у меня об этом воспоминание), а я им: «Ничего пи сать не буду!» И сразу как сто солнц зажглось во круг меня! Они такие радостные были: идеологи ческий враг – вот он, живьем!.. Как сирены у пат рульных автомобилей зажглись: бимбимбим!


Индекс благородства ...Бегут со всех сторон… Все, вот она – идеоло гическая диверсия! А у нас сбоку школы было по мещение (постройкато довоенная, стены почти в метр толщиной), «комитет ЛКСМ» назывался. И меня – в этот бункер. И там часа тричетыре прорабатывали: что я белогвардеец, кулацкий прихвостень… Представляете, в 1979 году слу шать такую ахинею! На мне все это проэкспери ментировали, тем более, что школа наша была двухсменная, от Академии Наук. Вызвали, есте ственно, родителей. Пошла мама. Ну, она давно

Тем более, что мама была тогда матерьюге роиней, и у нее была медаль, красная книжечка имелась. Она могла бы эту тему поднять, и тог да все стало бы гораздо серьезнее. Больше ни кого из наших не трогали... А школато наша, как я уже сказал, была экспериментальная, от Академии Наук РФ (!), она специально занима лась атеистическим воспитанием. Там ведь вы матывали души, выковывая человека новой коммунистической формации, но воспитали… игумена Серафима, игумена Алексия, игумена

к этому готовилась, знала, за кого замуж выхо дила, в какой семье рожала. Не сказать, что книжки там какието читала, а только Богом вну шенная и Богом же вооруженная, заступничест вом Царицы Небесной. Спасителю молилась, Николаю Угоднику всегда… Так вот она и объяс нила им всю ошибочность их поведения, всю антиконституционность. Ну, класс мой – это мой класс, они меня под держали. Дело в том, что одноклассники мои поддержали бы любого, кто против… Даже если бы я пьяный там пришел, или по крыше бегал, или б всю эту школу взорвал… Они поддержали бы меня полюбому. А потому, когда я стоял возле этого бункера, то весь наш класс, прохо дя мимо меня, показывал рукой вот так! Это был мой класс, мои ребята, мои друзья!.. В общем всё, отстали. А потом вся осталь ная наша семья: два брата и две сестры сказа ли, что если, не дай Бог, будут еще давить на те му комсомола, то будут разговаривать уже… короче, «если будут заниматься грабежом, то познакомятся со сторожемежом»… с которым, понятно, никто не хотел знакомиться.

Амвросия, протоиерея Димитрия, протоиерея Александра, да дьяконов… Столько духовенст ва! Да ни одна школа не может похвастать та ким количеством клириков, только лицей ка койнибудь православный! * * * …В 04.05 наша разведка, в хрупкой тишине, осторожно сняла немецкого часового, и уже че( рез две минуты последовала ответная атака, в результате которой русские освободили заста( ву и восстановили на прежнем месте попран( ный пограничный столб. На общем построении наградили отличившихся воинов. Кто(то тем временем перевязывал раненных, а из динами( ков, отравляя радость от удачно проведенного боя, доносился истеричный голос бесноватого фюрера… НЕМНОГО ИСТОРИИ Святой великомученик Никита родился в стране готфов на берегах Дуная. Уверовав во Христа, он принял Святое Крещение от готфско го епископа Феофила, участника I Вселенского

21


Индекс благородства Собора. Однако распространению святой веры противились готфыязычники, что и привело к междоусобной брани. После победы Фритигер на, возглавившего войско христиан и нанесшего поражение язычнику Афанариху, святая Христо ва вера стала успешно распространяться среди народа. Епископ Ульфил, сменивший владыку Феофила, создал готфскую азбуку и перевел на этот язык множество священных книг. Немало потрудился на поприще распрост ранения веры и святой Никита, вдохновенным словом и делами приведя ко Христу многих язычников. Однако Афанариху удалосьтаки оправиться после поражения и вернуться в страну, восста новив свое прежнее могущество… * * * ЛЮДИ В БЕЛОМ – Но ведь вам при таком раскладе была заказана дорожка к высшему образованию! – А я и не хотел в вуз! Для себя решил, что изучать историю с помощью скальпеля марк сизмаленинизма не хочется. Я знал, что полу чу гораздо больше, имея прямой доступ к ис точникам подлинной информации, а это были люди, которые сидели за веру, были в тюрьмах и лагерях. Они както жили вокруг храмов, куч ковались, вживую рассказывали мне о том, как их топили, как сажали. Я был еще маленьким, но слышал все это, удивлялся. Так что я не гнал ся за «высшим», но тут дело вот еще в чем. Я еще учился в 9м классе, когда среди моих друзей уже были протодиакон Георгий Фирсов, будущий игумен Иоанн (Фирсов), много семи наристов. И стала появляться мысль, что для дальнейшего правильного жизненного выбора необходимо посоветоваться с кемто духонос ным. Тогда появилась тема старчества: отец Иоанн (Крестьянкин) стал появляться на слуху, игумен Савва (Остапенко), отошедший к Богу, кажется, в 81м году… Да, наша семья всегда интересовалась схиигуменом Саввой, и сейчас печатаются его книги, фильм снимали. В 10м классе мне посоветовали, чтобы я шел в медицинское училище, потому как все равно «светила» армия. А поскольку я пошел в школу до семи лет, то и время, стало быть, те рять было незачем. Лучше уж получить специ альность, тем более, что она – с военным уклоном. Много времени, говорили мне, не по теряешь, а получишь спецификацию военного фельдшера, медика, и если пойдешь в армию, то это всегда пригодится. Вон, ктото идет в ав тошколу, ктото в радиошколу… И я поступил в медучилище в ОрехоЗуево, где и отучился около трех лет, получив среднее специальное образование. Почти все мои ребя та, военные фельдшера, пошли в армию: ктото

22

и в Афганистан (тогда уже готовился вывод войск). Но и оттуда люди возвращались, посту пали к нам в училище. Так я узнал, как сходят с ума от наркотиков, как трясутся, играют на не видимых пианино, все эти наркотические «глю ки» видел в общежитии. Почти всех, кто учился со мной, я перевен чал у своего отца, ночные венчания такие рань ше были. Бывало, часа в четыре утра какието партийные лидеры и комсомольские работники венчаются в храме. Представьте: едут четыре черные «Волги», потом «Волги» из другого рай она приезжают, а им: «вам надо пока в лесу по стоять, потому как сейчас Иван Иваныч уедет, чтобы он вас не видел, он сейчас свою дочь венчает, потом уже вы будете венчаться...». Тайно венчались, тайно, тайно. А крестин было – море! Сколько отец дома крестил! Бывало, домой приходишь, видишь, – множество шуб висит в прихожей, Дверь дернешь, а она – на крючочке. Понятно, пошел гулять: значит, папа крестит, не заходи, не мешайся. А потом ктото там в местной газете «Знамя Ленина» пишет насчет атеистической работы, а отец: «Чего это он пишет, когда я у него мать вчера отпевал, и жена его в храм ко мне ходит?» Вот она – двойная мораль. Но ведь это не удив ляло нисколько, это было нормально! Это даже не ставили тем людям в упрек. Так надо жить, говорили, это была данность. Это сейчас мы можем обвинять когото. Слава Богу, что они находили в себе какието силы, что дети их вен чались, что причащали своих умирающих мам и отпевали. Слава Богу! Короче, я отучился и сразу же пошли комис сии предармейские. Дали воинский билет, где было сказано, что я никуда не годен по сердцу. Так я отработал пять лет в детской больнице, в детских садах, школах. Три года было обяза тельной отработки, а два года по любви еще ос тался, кадров ведь всегда не хватало... «А ВЫ С ТАЗАМИ ХОДИЛИ?» – Не хочется выглядеть навязчивым, но я так и не услышал еще ответа на свой даN вешний вопрос… – Постараюсь. Итак, приближался конец 80х годов, страну вовсю раскачивают. А у меня к тому времени был большой опыт. Отец Дими трий, которого убили в автобусе, онто боль шим духовным авторитетом пользовался во всех храмах, куда его посылали. Что называет ся, поднимал народ, будоражил, вел за собой. Люди к нему тянулись, ктото даже считал его старцем. Надо было из развалин восстанавли вать храмы, вот народ за ним и валил. А былото это в 70е годы, когда храм восстановить было нереально. Так на него поклепы делали, что он де украл Евангелие, крест.


Индекс благородства В храме в Заозерье был староста с интерес ной фамилий Зимородок, который, когда дядю уводили и приводили, проверял на нем все, да же сапоги ощупывал, голенища, мял галифе. Все делал, чтобы «опустить» его пониже. Народ же рассказывает, что когда остались после службы, чтобы проводить дорогого батюшку (я не могу об этом свидетельствовать, но так гласит предание народное), два креста – на ко локольне и на четверике – развернулись в обратную сторону. На следующий день они вер нулись в свое обычное положение… Его послали тогда в Татаринцево, в Озерский край, это надо до Москвы ехать два часа, да по

И все мы, и я, и брат мой… Нас считали су масшедшими, а мы все в храме, в храме, вместе, вместе: бетон месить, катать, красить, долбить, пилить, таскать, рубить, жечь, резать, грузить… Любая работа – вместе, и с Богом! Это высшим счастьем было! Вечером падали в сеновал, а ктото успевал еще полночи «пробеситься» (что называлось – «охранять храм»): это когда молодежь православная бегает вокруг храма, чтото рассказывает друг другу, истории какие то... Это было настолько замечательное время нашей жизни… Память об этом я сюда и принес, молодежь наша здесь не прижата, не придавле на, она может сказать свое «я», свое «фи»…

Москве час, потом до Озер вниз парочку, а уже оттуда до Татаринцева автобус… ходит – не хо дит. Если священника наказывали, то церковная власть (она всегда поступала мудро) посылала его в дальний угол, но обязательно через Москву. Вот будешь себя плохо вести или активничать, на тебе: до Москвы два часа, еще час по Москве… Причем с бородой, а борода тогда… Сразу тебя за бороду, в шляпе, с портфелем издевательства какието, крестный путь форменный, чтобы дой ти до службы. Опять же надо гдето ночевать, а тебе ехать шестьсемь часов до храма. Тебе, про стите, гдето в туалет сходить надо... Это было такое тяжелое наказание! Никого не надо карать, просто переведи его подальше – и все! Так вот они этот храм в Саурове отделали. А было это еще в 70е предолимпийские годы. Время было очень интересное, опять же вопро сы старчества тогда поднимались. Молодежь интересная была вокруг батюшек, и все миряне да прихожане. А тут еще борьба с комсомолом за свою личную свободу. Все это тогда скомпо новалось для меня и слилось воедино.

– Я не мог не обратить на это внимания сразу же. И что же, вы это какNто поощряете? – Нет, я в этом участвую. Получаю за это, ко нечно, но бывает, когдато надо и получить за чтото. А потом, – кто меня смирит? Вчера мне она (кивает в сторону одной из матушек, прохо дящей мимо нас) сделала втык, чтобы я не орал на всех. Погоревал, конечно (притворно взды хает), но потом легче стало... Так о чем это мы?.. Да, и вот через это воз рождение, как же это было здорово, как мудро управил Господь с этой перестройкой! Ведь храмы уже разорялись, и возникли, тем самым, площадки, чтобы на них стекалась молодежь, воцерковлялась. Заряжались друг от друга и от батюшек (если батюшка – хорошее зарядное устройство), и из этих площадок рождались по том другие, а еще священники, писатели, рес тавраторы, иконописцы, артисты, кто угодно... и просто православные прихожане. Короче говоря, если бы случилась перест ройка, а храмы стояли как до 17го года, то не было бы у нас такого всплеска. Потребовалось

23


Индекс благородства напряжение и духовных, и физических сил. А так не было бы у нас десятой части того, что мы ви дим сегодня! Если бы не было этих трудов на восстановление порушенных нами же святынь. Потому что мы настолько там все похорошему «ломались», ведь это же было общее дело, когда человек объединен с Богом! Оно так сплачивает! Вот, спрашивают, как команде ребят подру житься? Да сыграйте в футбол, и через два часа все будет! А здесь сразу видно: кто сачкует, кто не сачкует, кто рвет жилы, а кто не рвет, кто мо лится искренне, кто постится, а кто не очень… И отсев, отсев… И тянутся, тянутся. Вот девуш ка, юная совсем, хрупкая, соломинка, а она так трудится! А что же я, здоровый мужик?! И я буду работать! Что, она может, а я нет? И я буду! Тут у нас Ногинский собор Богоявленский открылся, родина Патриарха Пимена (Извеко ва), туда я и подался. Там как раз был иеромо нах Адриан (Старина), который сейчас в раско ле (крыша маленько поехала у человека). А тогда там было такое скопище народа! Но гинск, Электросталь, Павловский Посад, все ехали сюда потрудиться… И было тогда такое выражение на службе: «А вы с тазами ходили?» Это сейчас говорят: «С тарелочкой пройдите!» Потому как люди шли с тазами и набирали полный таз пожертвова ний. По часу стояли в очереди, чтобы записать пожертвования свои, а не просто сорокоуст или еще чтото. Кровные деньги накопленные вез ли, чтобы отдать храму, даже простояв для это го целый час! Столько там всего было! Ну, и я туда приехал помогать, а так как у ме ня уже был громадный опыт, то не прошло и не дели, как отец Адриан понял, с кем имеет дело, и начал поднимать меня все выше, выше… только вот в каком смысле: «А вот тебе еще де сять лопат, вот еще два бульдозера!» Я ведь, ес ли честно, всегда был на лидерских позициях. Это еще со школы повелось: неформальный лидер православной веры – это такой укор! Помню, в праздники советские Ленина нести некому, кроме как «идейным врагам». Всегда был в этом вот активистском треугольнике... – И все же – как оформилось решение посвятить себя Церкви? – На самом деле все было очень просто. В монастыре, что в Павловском Посаде, срочно был нужен священник. Надо? В атаку! Я назову Вам имена: это архимандрит Сергий (Шагаев), настоятель отец Андрей, «птенцы гнезда Сер гиева», в Тихвинском храме Ногинска игумен Николай (Грошев)… Атмосфера какогото уди вительного братства, быть причислены к нему – это была такая радость! Я, как могу, всегда стремлюсь воссоздать ту атмосферу у себя в приходе. – Ну, со священством, слава Богу, разъN яснилось. А подвиг монашества?

24

– Да в томто и дело, что не было никакого подвига! Никакой рассудочности выбора (не вмени в похвальбу, Господи!). Рукоположи ли меня на Михайлов день. Это надо было ви деть: «снаряжали» всем миром, все на мне бы ло чужое… А храм наш, великомученика Ники ты, открывал протоиерей Михаил (Сырчин), бывший секретарь Святейшего Патриарха Мос ковского и всея Руси Пимена. Свою первую ли тургию я отслужил здесь в 1991 году. Помню, это была родительская перед Казанской… * * * …При последних выкриках Гитлера немцы, кажется, очухались от внезапного нападения красных. Кто(то прокричал свое поганое «хайль!» едва слышно, укрывшись в высокой траве. Следом, осмелев, повторили выкрик чуть приподнявшись. Пока не встали в полный рост, традиционно выбросив в третьем, во всю глот( ку, «хайль!» правую руку. Немедленно прогрохо( тал громкий залп из тяжелого танкового орудия. Враги вновь овладевают заставой, злобно по( валив пограничный столб, поджигая окрестные дома, злобно круша все кругом себя… грохот боя перекрывают слова Сталина из обращения к советскому народу, да еще нарастающие зву( ки песни «Вставай, страна огромная!»... НЕМНОГО ИСТОРИИ: Оставаясь язычником, Афанарих продолжал ненавидеть христиан и преследовать их. Имен но тогда, в 372 году, и скончался святой Никита, будучи подвергнут многим пыткам и брошен в огонь. Друг святого, христианин Мариан, ночью отыскал его тело, не поврежденное огнем и озаренное чудным светом. Он перенес его и предал погребению в Киликии. Впоследствии святые мощи великомученика были перенесе ны в Константинополь… НОВЫЙ ЦЕРКОВНЫЙ ФОРМАТ – А как вообще возникла эта идея собрать здесь брошенных детей? И что возникло в результате: приют, детский дом, или, как Вы называете, детский корпус? Я, к примеру, даже видел кадры из документального фильма, где матушка Василия играет с ребяN тами в футбол. Это так здорово! Может, еще и поэтому все они называют ее мамой. У вас так поNсемейному тепло, уютно… – Мы создали новый формат церковного слу жения – «Бывалино» (широко по(детски улыбает( ся). Это, если хотите, «брэнд», как принято ныне выражаться… Верато не в бревнах, а в ребрах. А начиналось все двенадцать лет назад с матери Капитолины (Людмилы), матери Василии (Татиа ны), да десяти местных бабушек. Воскресная школа возникла сразу. Через год – уже детская литургия. С летней площадкой помогло местное


Индекс благородства производство. К нам даже сельские батюшки присылали своих детей. Както давно еще поня ли, что надо менять ориентиры на «гаврошей». Так возник детский корпус «Никита». – В ваших праздниках неизменно участN вуют казаки. Вот и сегодня, на закрытии лаN геря, я видел казачьих офицеров. – Причем, заметьте, не ряженые. Вообще, если порассуждать, какие в Москве казаки?! Где здесь проходит граница? Вот стрельцы – это совсем другое дело. Взять того же Валерия Евгеньевича Шамбарова. Историк, краевед, ав тор двадцати книг, в том числе «Белогвардей щины», варианта учебника «История России». Через болезни и страдания пришел к Богу… – А сколько ребят сегодня в приходе? – «Никитят» сегодня тридцать. Можно, на верное, и поболее, но тогда это будет напоми нать колонию. А хочется, чтобы пусть и боль шая, но – семья. – И что, все эти дети – сироты? – В томто и дело, что нет. К примеру, пяте рым деткам Канатникова (здесь их ласково кли чут «канатиками») попросту негде жить. Мак симка Хлебосолов – негритенок. Его маму про сто выбросили из общежития, а папа сгинул. У нее еще этого мальчонку пытались заграбас тать для какогото грязного бизнеса. У хорошей девочки Лены Лебедевой мама – «редиска». А вот у Сашеньки Гулина и Женечки Барановой нет никого. Брошенные дети... – Я запомнил, что на радостный праздN ник, IV Международный фестиваль кузнечN ного ремесла, только к Лене Яковлеву приN ехала бабушка… – Да… – Кто вам помогает? – Слава Богу, помогают. Вот, к примеру, Леше Басову Юрий Лужков выделил квартиру. Она, и в самом деле, хорошая, да еще пригла сили посмотреть. С любовью отнеслись, не так, как к трем другим ребятам, от которых попрос ту отделались какимто «бомжатником», по иному это назвать просто невозможно. Детито у нас отовсюду – это и Смоленск, и Тверь, и Пермь. И, конечно же, Москва. КУЗНИЦА СЧАСТЬЯ – Я, батюшка, нетNнет, да и вспомню соN бытия в приходе почти двухлетней давносN ти, когда всем вам пришлось ой как нелегN ко. Какой цинизм: когда эти малютки ютились по подвалам, вокзалам, коллектоN рам, когда их морили голодом, терзали, растлевали, никто из власти предержащих этого, кажется, не замечал. А тут вздыбиN лась местная прокуратура – отыскали какоеNто «несоответствие санитарным норN мам» (да и о какихNтаких нормах может идN ти речь, когда тот же Ванюшка два месяца

подряд ел днем и ночью, и все никак не мог насытиться!). Выходит, раньше было полN ное соответствие. Помнится, совершенно реальной была даже угроза вмешательства ОМОНа, дабы отобрать у вас детей, чтобы следом «раскидать» малышей по детским домам. Как ребятки тогда цеплялись за вас, за матушек, молили не отдавать их! Это стало испытанием не из простых. Хочется в который раз сказать слова благодарности всем, знакомым и не очень, людям, кто поN могал чем мог в те тяжелые дни. А еще раN ботникам СМИ, давшим по телевидению и в печати замечательные неравнодушные реN портажи «с фронта». Поругивать людей этой профессии давно уже стало общим местом, так давайте же сделаем счастлиN вое исключение из этого правила. – Это правда, вмешательство журналистов сыграло решающую роль в том противостоянии. – Скажите, батюшка, эти дети отличаютN ся от других, подрастающих в обычных сеN мьях. И если да, то чем? – Эти дети, увы, много знают, многое видели такого, чего в их нежном возрасте знать и ви деть никак нельзя. А потому их день нужно спланировать так, словно в нем двадцать во семь часов. – Удивительно, но «никитята», как вы их любовно называете, хоть и живут – слава Богу! – внутри церковной ограды со служN бами, молитвами и постами, но производят впечатление раскрепощенных, очень счастN ливых радостных детей. Никакой зашоренN ности, замкнутости, как может подумать ктоNто. Как это вам удается? – Мы стараемся дать детям все то, что дала бы им любящая православная бабушка, кото рой у них нет. – Среди заповедей Христовых есть одN на, о которой, как мне кажется, в миру говоN рят сегодня реже других. Возможно, это происходит оттого, что попирается она поN всеместно. Причем, нередко людьми, наверняка считающими себя весьма благоN пристойными. Не миновала сия горькая чаN ша и Вашего покорного слугу. Я о пятой заповеди. Как удается преодолеть этот неN простой барьер в сознании тех, кто чаще всего безжалостно, порой не раз, предан своими родителями? – Что касается родителей (глубоко вздыха ет), то мы часто говорим детям: «Знаешь, мама много работает. Она просила нас, чтобы мы о тебе позаботились...». – И как же складываются судьбы «никиN тят» по достижении ими совершеннолетия? – Наши ребятки учатся в институтах, кадет ских корпусах, служат по контракту в десантных войсках. Один уже стал священником.

25


Индекс благородства * * * НЕМНОГО ИСТОРИИ 26 ноября 2006 года Частица святых мощей великомученика Никиты была торжественно пе ренесена из монастыря Высокие Дечаны (Сербия) в храм имени святого в деревню Бы валино ПавловоПосадского района Москов ской области. * * * – Все собираюсь спросить: а как вообще возникла идея проводить международные фестивали кузнечного ремесла? – Я и моя семья в постоянном поиске: что сделать для народа и деток? Они ведь учатся не только в общеобразовательных школах, но и в музыкальной, художественной. А еще у нас есть конный клуб, четыре лошади… Вот так же ког дато надумали заниматься древним кузнеч ным ремеслом. А сердцем этого дела стал наш Игорь Чижов, к нему вся Россия едет учиться мастерству. – Меня поразило, что на последнем фесN тивале среди прочих стран поднимали и флаг далекой от нас Панамы. Это как приN кажете понимать? – А так, что посол Панамы в России, как ока залось, коллекционирует изображения ДонКи хота, такое у него увлечение. Это и привело его в Бывалино, к нашим мастерамкузнецам, на фестиваль. Дипломату пришлись по душе наши дети, наше дело, которое он отчасти и спонси рует, стал «бывалинским». Вот такая история с «далекой Панамой»...

* * * …Сразу после залпа легендарных «Катюш» наши солдаты колыхнулись первой, еще несме( лой, волной атаки, но она была сразу же отбита врагом. Вторую атаку постигла та же участь. Но вот послышался топот конницы, за которой с криками «Ура!» пошла в очередную атаку пехота. Она и предрешила исход боя, потому как немцы бросились отступать по мосткам, но было уже поздно. Конница взяла фрицев в кольцо возле самого вражеского танка. Вот и механик(води( тель полез из люка с поднятыми вверх руками. А над полем сражения звучит «Если завтра война», победно перекрывая тяжелое уханье боя. В 04.23, под звуки марша «День Победы» наши заново восстанавливают снесенный нем( цами пограничный столб и, сбросив фашист( ский флаг, водружают советский. В это же время другие наши воины зачищают остров, выведя врага на другой берег Дрезны...

26

* * * Одна из трудностей, которая стояла перед автором в написании этого материала, заключа лась еще и в том, чтобы по возможности сохра нить неповторимый, живой и красочный язык отца Амвросия, деятельного и мудрого деревен ского батюшки, увлекательные рассказы которо го можно слушать бесконечно. Однако, пора и честь знать. Тем паче, что за время нашей встре чи собеседник мой не раз и не два под разными благовидными предлогами удалялся ненадолго (на самом деле для того, чтобы принять лекарст ва). Оно и понятно, такое ревностное служение не проходит бесследно для физического здоро вья. Враг, как и всегда, не дремлет… Уже возвращаясь домой, сидя за рулем ав томобиля и заново прокручивая в памяти этот удивительный большой день я вспоминал, как этот большой и сильный человек во все время нашей беседы часто называл «никитят» ласко выми именами. А маленького Ванечку так даже Успенчиком, потому как родился в этот празд ник, родителей же своих неизменно – папа и мама. Все тут правда, наверное, надо очень лю бить людей, подаривших тебе жизнь, сохранив


Индекс благородства и в зрелые годы эту кристальную детскую чис тоту, которую так чает видеть в нас Спаситель, изрекший некогда: «Если не будете таковыми, не войдете в Царствие Небесное», чтобы так же сильно полюбить чужих детей, которые, как из вестно, никогда не бывают чужими. Только вот для большинства из нас это просто красивая фраза, а для него и тех, кто рядом с ним все эти годы, – его соратников и сотрудников (только вслушаемся, какие это удивительные, какие точные русские слова) – единственно возмож ные способ и содержание жизни. ИЗ ОФИЦИАЛЬНОЙ СПРАВКИ Негосударственное учреждение социально го обслуживания «Детский корпус «НИКИТА» является специализированным социальнореа билитационным и воспитательным учреждени ем для несовершеннолетних, нуждающихся в социальной реабилитации. Учредителем явля ется местная православная религиозная орга низация прихода церкви Святого Великомуче ника Никиты деревни Бывалино. Учреждение создано для осуществления со циального обслуживания детей и подростков, оказавшихся в трудной жизненной ситуации и нуждающихся в связи с этим в оказании соци альной, психологической, медицинской, педа гогической, юридической, материальной и иной помощи, социальной реабилитации и социаль ной адаптации. Учреждение осуществляет социальную и материальную поддержку, соци альную адаптацию, социальнопедагогическую реабилитацию, обеспечивает духовное и нрав ственное развитие, содействие профилактике безнадзорности и беспризорности, правонару шений и антиобщественных действий несовер шеннолетних, иных видов десоциализации детей и подростков, а также выявление и устра нение причин и условий, способствующих это му. Учреждение также ставит своей задачей воспитание своих подопечных в духе граждан ственности, идеалов государственности и люб ви к Родине, экологической ответственности... * * * Случилось так, что в прошлом году я высту пил с инициативой организовать творческую встречу самодеятельных коллективов двух пра вославных приютов – для девочек из Стефано Махрицкого женского монастыря изпод Алек сандрова Владимирской епархии и московского «Павлин», что для мальчиков. К ним присоедини лись ребята из военномузыкального училища. Просто во всех трех местах мне довелось неод нократно побывать с лекциями о русском языке и я невольно подружился с этими ребятами. Праздник удался на славу. Еще бы, все они за мечательно поют и пляшут, занимаются музыкой и участвуют в художественной самодеятельнос

ти, изучают иностранные языки, нарядно одеты, летом бывают на море, ездят за границу... Пришедшая на праздник Ирина Яковлевна Медведева, профессор, известный детский психолог, прощаясь, сказала мне: «В каком странном мире мы живем. Многие дети, чтобы получить все эти блага, эту полноценную жизнь, должны оказаться в приюте…» А напоследок… помните сюжет из русских сказок, когда молодец останавливается у камня, на котором высечено: «Направо пойдешь…» Так вот, если у вас появилось желание приехать сюда и увидеть все собственными глазами, запомните, что ежегодно 28 сентября, в день памяти святого великомученика Никиты, здесь настоящее пра здничное гуляние. И будьте готовы к тому, что сказка встретит вас �� самого порога – аккурат су против ворот в обитель возвышается деревян ный столб, к которому приколочено множество указателей – это и Святая Земля, и Бари, и Свя тоТроицкая Сергиева лавра… Словом, куда ни пойдешь, – всюду святость найдешь. А еще у входа стоят огромные, выкованные собственными кузнецами символические весы, которые символизируют противостояние добра и зла в нашем мире. Каждый может подойти и положить камень на чашу добра, что, возможно, символизирует еще одного усыновленного, ос частливленного ребенка. Здесь попрежнему упорно верят в то, что когданибудь эта чаша перевесит окончательно. ЛЕТОПИСЬ РАДОСТИ: На днях я получил от отца Амвросия эсэмэс ку, в которой батюшка сообщал, что ребята из ансамбля «Никита» с матушкой Василией (Канатниковой) привезли из Республики Болга рия золотую статуэтку, заняв первое место на фестивале среди трехсот других коллективов. * * * …в 04.27 под звуки песни из кинофильма «Офицеры» наша конница под конвоем увела немцев за шлагбаум и послышалась команда строиться на панихиду, после чего позвучало за( ключительное слово… В 04.30 началась панихи( да по убиенным воинам такой далекой, такой недавней войны. Так победно завершилась еще одна, не пер вая и уж точно не последняя битва в жизни этого воистину воина Христова – игумена Ам вросия (Шевчука) и его большой, дружной и лю бящей Бога и людей, семьи. Ведь победа – это то, что приходит по беде, после беды. Помоги им, Господи! Материал подготовил Фазиль ИРЗАБЕКОВ, в святом Крещении Василий

27


Экология души

ШИРОКИЕ ВРАТА

СНОБИЗМА Они глумятся над тобою, Они, о, Родина, корят Тебя твоею простотою, Убогим видом черных хат... Так сын, спокойный и нахальный, Стыдится матери своей ( Усталой, робкой и печальной Средь городских его друзей, Глядит с улыбкой состраданья На ту, кто сотни верст брела И для него, ко дню свиданья, Последний грошик берегла. И.А.Бунин, 1891

П

резрение к ближнему это не доблесть. Банально? В наш век индивидуализма, увы, приходится раскачивать колокол этой прописной истины – и бить, бить, как по случаю пожара. Снобизм сегодня лезет во все щели – как тополиный пух в начале московско го лета. Снобистский вирус поразил тысячи моло дых людей в обеих столицах. И он разрастает ся, отвоевывает пространство – город за горо дом, версту за верстой. Снобизм считается личной слабостью человека – кто без греха? Но страшно, когда снобизм становится про граммой, знаменем целого поколения. Постсо ветского поколения. Ведь раньше нельзя было «отрываться от народа», такие стремления осуждались, одергивались, пресекались. Уста новки пореформенного времени, напротив, предлагают «оторваться по полной». Когдато в Итонском университете снобами называли честолюбивых молодых людей, стре мившихся во всем походить на исконных арис тократов. Они аристократическим вкусам, манерам, образу жизни – и, конечно, готовы бы ли понеофитски перещеголять отпрысков древних фамилий. Перещеголять в надменнос ти, в презрении к простолюдинам. Со временем смысл этого понятия расширился. Современ ным снобам вовсе не обязательно стремиться в высший свет из низов. Среди них есть и пред ставители почтенных династий, и элитарии нового призыва. Главное – самовлюбленная надменность, злая ирония по отношению

28

к ближним. И народофобия, которая в наших краях неминуемо перерастает в агрессивное западничество, когда «с умилением глядят на заграничные наклейки». Русский сноб чаще все го убегает от реальности, эстетизируя мир вы школенного сервиса, джинсов и Голливуда. Есть и другой маршрут – увлечение «Россией, кото рую мы потеряли», белым мифом. Презрение к русскому мужику для таких снобов не менее ха рактерно, чем для западников. Они идеализиру ют Россию небывалую, Россию для аристокра тов, щеголяют старой орфографией (с ятями!), а от соприкосновения с реальностью скисают. Страх и раздражение вызывает у них система ценностей, в которой было принято настави тельно поучать детишек: «Я – последняя буква в алфавите!» Сноб – это всегда и прежде всего воинствующий индивидуалист. Страстная любовь к себе и ненависть к дру гим умеет маскироваться. Прельщая нас, сно бизм находит к каждому особый ключик, и не следует ждать от него топорной работы. Можно стать снобом, гордясь крепкими кулаками, мож но – на почве джинсов, а можно – на почве Хай деггера. Уравнение снобизма – «Я выше их». Иногда гордыня распространяется на группу людей, противопоставляющих себя презренно му большинству. Такой снобизм мы наблюдаем в этике сектантов. Главный мотив – «как хороши мы и как плохи они», «ад – это другие», чужие отвратительны, к ним сноб при случае будет безжалостен. Основа существования и самоут верждения – нелюбовь к ближнему. Это страш но, что, говоря о Евангелии, они тут же могут перейти на спесивые речи против «быдла». Уж колхозов почти не осталось на Руси, а слово «колхозник» ясновельможные москвичи произносят чаще, чем прежде – как ругательст во, как определение «лузера», неотесанного невежи. Нужно побольше синонимов, потому что доказывать свое превосходство перед ближними приходится часто, на разные лады. Такое поветрие – похуже свиного гриппа. У презираемого большинства много псевдо нимов: плебеи, лохи, слобода, пролетариат, чернь, совки, наконец, быдло – наиболее силь ное и презрительное выражение. На моей памяти первым блеснул словцом «быдлкласс» психолог Асмолов, поломавший


Экология души немало горшков на ниве народного (в про шлом!) просвещения. Вертлявый профессор, не задумываясь, вворачивал каламбур куда ни по падя. Как не покрасоваться каламбуром? Себя то он относит к избранным меж званых, к элите. Одна журналистка, пишущая о вечеринках и утренниках высшего света Москвы и ближнего Подмосковья, предложила детей быдлкласса ликвидировать в газовых камерах. Действи тельно, когда повсюду под ногами крутится чу

как в нищем 1993 году на телевидении появи лась программа «для новых русских» под назва нием «Комильфо». С тех пор светские новости с собачьих свадеб и обзоры «клубной жизни» «випперсон» стали ежедневным порционным блюдом наших наиболее популярных СМИ. Стараниями асмоловых разрушена система, которая не мытьем, так катаньем воспитывала человека созидающего. Не стало всеобуча, упра зднен закон о тунеядстве, появились миллион

мазый пролетариат, трудновато творить репор тажи в духе тех, что читывали у СалтыковаЩед рина те самые генералы, которых кормил му жик: «Вчера у почтенного начальника нашей древней столицы был парадный обед. Стол сер вирован был на сто персон с роскошью изуми тельною. Дары всех стран назначили себе как бы рандеву на этом волшебном празднике. Тут была и «шекснинска стерлядь золотая», и пито мец лесов кавказских, – фазан, и, столь редкая в нашем севере в феврале месяце земляника...» Эта щедринская сатира давно перестала быть антикварной, она злободневна с тех пор,

щики и неимущие. В этих условиях и возникли у нас миллионы отверженных с малолетства. И теперь любимец богов, певец индивидуализма Асмолов высокомерно взирает на агрессивных обитателей «дна», которые чумазыми лицами портят глянцевую картинку жизни обобравшей их элите… Смущают вальдорфских маленьких принцев хамоватыми манерами! Асмоловы игра ют с острыми предметами. И когда начнется кро вавая смута – не вините, пожалуйста, новых большевиков. Вините самонадеянность элиты, которой и в просвещении, и в идеологии нужны пирожные, а не насущный черный хлеб.

29


Экология души Снобы пестуют в себе эстетическую утон ченность – амбициозную, но бесплодную. Они ведь, как правило, ставят себя не только выше народа, но и выше дела. Агрессия по от ношению к массовой «безвкусице» заменяет для них созидание. Агрессия, взгляд свысока, ленивое менторство – для сноба это высшие ценности, других и не надобно. Современных снобов нередко увлекает гит леровская идеология. У них своя мифология Великой Отечественной – и никаких симпатий к Красной армии. Им эстетически чужд русский мужик, который гнал до логова и в логове за травил «барона фон дер Пшика». Они тщатся быть европейским меньшинством в «азиопе». Как Чаадаев, как падре Печерин, как профессор Преображенский. Профессор Преображенский стал (думаю, вопреки замыслу Булгакова) образцом презри тельного отношения к «простолюдинам», к бра тьям… Главная добродетель косметолога Преображенского – что он «не любит пролета риата» и равнодушен к судьбам детей Герма нии. Зато любит и умеет выпитьзакусить, пристрастен к опере и комфорту. Снобы апло дируют! Ведь каждый из них априори мнит себя выдающимся профессионалом и прирожден ным аристократом. «Надменные потомки» сами себе придумывают высокородных предков, са ми себе и верят. Идиллия! А как приятно снобировать ученостью! Толь ко необходимо найти жертву для публичного макания в грязь. С видом торжествующего ин квизитора, приобщенного к высшим истинам, знаток исправляет ударение: звонИт, кило мЕтр… Насколько невежественнее того, кто до пускает орфоэпические ошибки, выглядит этот аристарх. Мне встречались люди, не дружившие с ор фоэпией, но знавшие твердо, что такое муд рость и благородство. А среди кичливых снобов с гладкой речью чтото не попадалось надеж ных и благородных людей. Навык правильно ставить ударения, как и привычка к московско му произношению звуков «г» и «в» – чепуха на постном масле, но жрецы высокомерия стара ются придать этому смысл священнодействия. Ведь они эту науку превзошли, а чернь все еще путается в падежах и ударениях. Вот и силятся «великодушные» поклонники профессора Пре ображенского подчеркнуть эту классовую раз ницу. Мы стоим на высшей ступени развития! Мы правила орфоэпии впитали с молоком кор милицы! – получается у них немного суетливо, но на молодых такие фортели производят впе чатление. Изящные манеры нередко очень удачно драпируют человеческую никчемность. Ритуальный язык официальных речей только кажется пустым невыразительным канцеляри

30

том. По косолапым движениям языкового офи циоза иногда можно угадать поступь эпохи. Вот, например, обращение «дорогие товарищи» во шло в употребление при Л.И.Брежневе, а при первых большевиках в ремарках вместо утвер дившихся чуть позже «бурных, продолжитель ных аплодисментов» любили писать более те атрально, пореволюционному: «Овация». В 70е годы в речах пожилых вождей вдруг стали появляться слова, которые Глеб Жеглов презрительно называл «поповскими»: «мило сердие» и даже «духовность». А если прошер стить речи наших государственных мужей за последние двадцать лет, сразу бросится в гла за, как боялись они слова, которое со времен Николая I и графа Уварова не исчезало из поли тического лексикона – это слово «народ». Главная фигура умолчания нашего времени – народ. Можно насмехаться над званиями «народ ный артист», «народный художник», «народный рационализатор», поскольку к регалиям вооб ще не стоит относиться слишком пристрастно, чтобы не впасть в чванство. Но за нашей «табе лью о рангах» стоит не худшая этика. У япон цев – «Национальное достояние», у англичан – антикварные рыцарские звания, а у нас – при знание народа как высшая награда. Откуда взялась нынешняя карикатурноари стократическая система заносчивых ценнос тей? Как будто вернулись времена Бертрана де Борна, который с рыцарских высот взирал на простолюдинов: Мужики что злы и грубы, На дворянство точат зубы, Только нищими мне любы! Любо видеть мне народ Голодающим, раздетым, Страждущим, необогретым!.. Чтоб крестьяне не жирели, Чтоб лишения терпели,( Надобно из года в год Всех держать их в черном теле…

Критиксноб из «Вестника Европы» когдато отозвался на публикацию «Руслана и Людми лы»: «Позвольте спросить: если бы в Москов ское благородное собрание какнибудь втерся (предполагаю невозможное возможным) гость с бородою, в армяке, в лаптях и закричал бы зычным голосом: здорово, ребята! Неужели бы стали таким проказником любоваться?» Зажи мали нос от мужицкого духа. И – по словам Есе нина – «продал власть аристократ промышлен никам и банкирам». Среди последних водились снобы особого сорта. Непреклонные! «Познакомился с Рябушинским. Убежден ный «буржуазист». Все сделают буржуа. Проле тарии – должны быть рабами. Если кто мятеж ничает – убивать. Крестьяне жгут усадьбы?


Экология души Перестреляйте тех, которые нападают, и сожги те сами, а не с помощью казаков, десять дере вень кругом. И мужики поймут, что у вас есть право на землю...» – это записал в своем днев нике Валерий Брюсов. А вот наш современник откликается из чер ного 1992 года. Тогда миллионы людей в рас павшемся СССР стали нищими, лишились ра боты, здоровья, а то и крова. Блистательный брокер Андрей Инце прокомментировал ситуа цию: «Социальные контрасты естественны. Нужно распрощаться с мыслью, что жизнь мо жет быть иной. Это ложная мысль, великое за блуждение. Люди равны только в бане, потому что они все – голые. А в жизни теперь придется комуто довольствоваться черным хлебом, а комуто – ананасами и рябчиками». Совсем другое отношение к долгу предста вителя элиты предлагает Гаврила Державин, больше думавший об обязанностях, чем о при вилегиях дворянства: И впрямь, коль самолюбья лесть Не обуяла б ум надменный,( Что наше благородство, честь, Как не изящности душевны? Я князь – коль мой сияет дух; Владелец – коль страстьми владею; Болярин – коль за всех болею, Царю, закону, церкви друг.

Наверное, это утопическая установка. Но высокий идеал необходим для достижения даже самых скромных успехов. В свое время тележурналист Евгений Кисе лев горделиво изрек: «Мы – не Качканарский ГОК!» То есть можно закрывать заводы, уволь нять офицеров, сокращать научные институты, но журналистика, четвертая власть – это свято. Кто доказал, что стезя журналиста выше по ие рархии, важнее, прекраснее, чем профессия слесаря или горного инженера? Вот теорема Пуанкаре, я слышал, доказана Григорием Пе рельманом. А максима Киселева все еще оста ется демагогическим чванством, не более. Но носы уже задраны у сотен молодых львов, воспитанных на демократичных телевизионных зрелищах. Мы все, между прочим, уже лет тридцать столуемся за счет геологов, горных инженеров и нефтяников. Они больше других имеют право задирать нос. Но громче звонят пустые бочки. И снобизм аплодирует им. В каждом из нас жи вет сноб, который радуется, когда гордыня в этом мире оказывается выше здравого смысла. Многим запомнилась останкинская встреча с академиком Лихачевым, который в 1986м вы ступил перед «многомиллионной телевизион ной аудиторией». Некоторые максимы Лихачева сегодня звучат неубедительно, время их отме нило. Например: «Интеллигентным человеком притвориться нельзя» – и это звучало почти как

«нельзя притвориться святым». Но были в том монологе академика и очень проницательные оценки. Вот, например, одно воспоминание из детства: «Есть такой школьный термин, очень хороший – «задаваться». Вот этого не было. Это считалось неприличным. Но очень часто вне школы было невыносимо презрение аристокра тов к простой публике. Это я очень хорошо по мню, это было очень неприятно. И вы заметьте, что Достоевский очень не любит аристократию. И Толстой не любит аристократию... Сейчас та кого неравенства, такого взгляда на других свысока, каким умели некоторые и правоведы, и лицеисты отбрасывать от себя «не свое» обще ство, сейчас этого нет. Но боюсь, что в некото рых наших школах начинает развиваться у учащихся какоето хвастовство своими родите лями, поездками в иностранные государства своих родителей, разговорами, что они оттуда привезли, и так далее. Появляется какоето чув ство новой аристократии, это очень плохо. С этим надо бороться решительно, как это было в гимназии Карла Мая. Там учащиеся не имели права подъезжать к гимназии на своих маши

31


Экология души нах. Сыну Митьки Рубинштейна приходилось оставлять свою машину по крайней мере за два квартала до нашей школы». Лев Николаевич Толстой, которого упомянул Лихачев, отлупил снобизм как никто другой – потому что отлупил его в себе самом. «на людей comme il faut и на comme il ne faut pas (комиль фо и некомильфо – А.З.). Второй род подразде лялся еще на людей собственно не comme il faut

и простой народ. Людей comme il faut я уважал и считал достойными иметь со мной равные от ношения; вторых – притворялся, что презираю, но, в сущности, ненавидел их, питая к ним ка което оскорбленное чувство личности; третьи для меня не существовали – я их презирал со вершенно. Мое comme il faut состояло, первое и главное, в отличном французском языке и особенно в выговоре. Человек, дурно выгова ривавший пофранцузски, тотчас же возбуждал во мне чувство ненависти. «Для чего же ты хо чешь говорить как мы, когда не умеешь?» – с ядовитой насмешкой спрашивал я его мыслен но. Второе условие comme il faut были ногти –

32

длинные, отчищенные и чистые; третье было уменье кланяться, танцевать и разговаривать; четвертое, и очень важное, было равнодушие ко всему и постоянное выражение некоторой изящной, презрительной скуки. Кроме того, у меня были общие признаки, по которым я, не говоря с человеком, решал, к какому разряду он принадлежит. Главным из этих признаков, кроме убранства комнаты, печатки, почерка, экипажа, были ноги. Отношение сапог к панта лонам тотчас решало в моих глазах положение человека. Сапоги без каблука с угловатым нос ком и концы панталон узкие, без штрипок, – это был простой; сапог с узким круглым носком и каблуком и панталоны узкие внизу, со штрипка ми, облегающие ногу, или широкие, со штрип ками, как балдахин стоящие над носком, – это был человек mauvais genre (говоря порусски – дурного тона – А.З.)». Презрение к «серому большинству» – это поза, прельщающая многих. Трудно избежать такого искушения – особенно людям успеш ным. Но в последние годы это совсем не вели колепное презрение, увы, стало основным занятием нашей интеллигенции. Уголек пре зрения – единственная продукция, которую на ша просвещенная (и продвинутая! – это очень важный эпитет) прослойка выдает нагора. В ненависти к серому большинству они – Ста хановы и Наполеоны. Никакого приложения к ненависти новейший интеллигентский кодекс не требует. Достаточно быть изящным синьо ром из общества и ненавидеть. Современный интеллигент не обязан никого просвещать, он намерен презирать – и только. Читаем недавнее рассуждение отца Георгия Митрофанова о генерале Власове: «Трагедия Власова заключалась в том, что предателем он действительно был, но не в 1942 году, а в 1917 м, когда будучи еще совсем молодым челове ком, он сделал свой выбор, пойдя служить в Красную Армию. А в годы Второй мировой вой ны, он попытался перестать быть предателем той России, которую он предал в годы войны гражданской, повернув свое оружие против Сталина». Помимо того, что исторические факты подо браны здесь по правилам «хитрого покера», помимо того, что эти заявления многих из нас оскорбляют и порождают смуту, очень важно, что поверивший новой легенде про генерала Власова почти наверняка «подсядет» на тяже лый наркотик – на иглу снобизма. Потому что поддержать эту концепцию можно только, если уж очень хочется возвыситься над «серой мас сой», над общепринятыми нормами, выстра данными народной судьбой. Если сладостно оказаться в рядах избранного меньшинства сверхчеловеков, презрительно взирающих на многомиллионное быдло, освистывающих госу


Экология души дарственные святыни нескольких поколений. Именно гордыню мы видим в подтексте ради кального антисоветизма – запоздалого и бес смысленного через двадцать лет после падения советской системы. Через столько лет – оно, ко нечно, безопасно. Широкие врата… «Фарисей ство всегда соединено с внутренним превозно шением над ближними и придирчивым судом над их действительными и кажущимися недо статками», – не нами сказано. Строго судить от цов и дедов, когда мы погрузились во власть коммерции, когда мы воюем и воруем – это ли не фарисейство? Или на дедов будем сваливать ответственность за наши грехи? Что ж, это впол не великодушно, в стиле булгаковского пласти ческого хирурга. Под камуфляжем рассуждений о морали, увы, действует закон мафии: мертвые отвечают за все. Только с духовным смыслом покаяния этот закон несовместим. Снобы охотно поддержат идею крестового похода против прошлого. Ненависть к «совкам» дается им легко. Здесь не приходится трудить ся ни душе, ни совести: ветер дует в паруса снобизма, и благополучные сверхчеловеки три умфально въезжают в широкие врата… Многие готовы семь верст бежать, чтобы лишний раз плюнуть в «советский» чугунок. Отомстили! Уконтрапупили! На хромой козе объехали гроз ную эпоху… В подтексте лютого антисоветизма – нена висть к гегемонуслесарю, твоему соседу, кото рый в юности получал получку, а ты – стипендию. Да и потом ты, гордец, несмотря на диплом, не мог возвыситься над ним так, как это было воз можно на цивилизованном Западе. Но уж в девя ностые годы ты всласть отомстил гегемону! И в цехах, где когдато труд облагораживал, теперь устраивают торжище. Спекуляция, ростовщиче ство, проституция бьют в глаза с рекламных пла катов – зато в этом бульоне сваривается не «быдло», ведь у многих отполированы ногти, дети учат иностранные языки, и все горделиво презирают совок… Советская реальность затра гивает их самолюбие. Как же, я, с большой буквы – Я! – и должен был сидеть на политинформаци ях с этими безликими, чужими, «почему я, такой нежный, должен все это видеть?». И ради их мстительной ненависти мы должны отдать на по ругание святыни Великой Отечественной – то, что возвышает души? Самоупоение, увы, нередко побеждало в гибнущем мире, но никогда оно не торжество вало в сердце христианина. Когда нам предла гают закрепить отрицание прошлого всенарод ным покаянием – становится страшновато. То, что они называют покаянием, больше похо же на себялюбивый реванш. Покаяние, кото рым откармливается собственное тщеславие, укрепляется снобизм. Покаяние, как очеред ное, на глазах у фотокамер, подтверждение

своего превосходства над дедами. Покаяние хотят превратить в сеанс чванства, в инстру мент себялюбия! Стыдиться за Сталина и Дзер жинского – больно легкая и пофарисейски приятная работа. Себялюбия не спрячешь. Оно в походке, в мимике, в каждом слове, в ле нивой ухмылке всезнающего, не сомневающе гося в своей правоте гуру. Который, если судит деятелей прошлого, то не страдает, а просто глумится над ними. «Ах, какой ясегодняшний чистенький, что могу покаяться за позавчераш них грязненьких!». И – взгляд свысока, в кото ром не смирение, а заносчивость. Неужели эти фальшивые бриллианты нас прельстят? Арсений ЗАМОСТЬЯНОВ Комментарий Некоторые выводы этой статья являются личной точкой зрения автора. Понятно, на кого он в основном обращает свой справедливый пафос. Однако мы уже не раз писали о коммунистическом эксперименте в России («Апология встряски».»Порознь нам не спастись» и т.д.). и указывали на то, что именно его онтологическое богоборческое начало привело к многомиллионному геноциду христианского на( селения России. Об этом многие почемуто предпочитают сегодня скромно молчать. Мол, «кто старое помянет – тому глаз вон». Что ж, а кто его забудет, тому – два. Равноду шие и нежелание во всем по совести разобраться — вер ный спутник того же снобизма. Еще легче сказать – да все виноваты, никого не надо обличать, мы вообще ничего не знаем. Но если «мы не знаем» (или не хотим знать), то зна ют расстрельные рвы и убиенные чекистами православные люди, которые вопиют у престола Божия: «Господи, доко ле?!» Так что «по делам их узнаете их». И зловещий ВЧК Дзержинского, и сталинский марксизм, и гитлеровN ский фашизм – явления совершенно одного порядка, ибо все они пропитаны жертвенной кровью измордоN ванных народов. Тем не менее, фашизм осужден, а вот коммунизм – до сих пор по какимто хитрым причинам жи вет и здравствует. И обрастает новыми апологетами. Поче му? Лучший в мире балет, первый советский спутник, ледо кол «Ленин» и ядерный щит? Но Римская империя при Не роне тоже была самым сильным государством мира. И сгнила заживо, разложилась изнутри на почве поклоне ния ложным фетишам силы и власти. То же произошло и в СССР. Поэтому всегда важен дух. От Христа он или от Кали гулы. Все понастоящему хорошее и доброе при Советской власти делалось только силою остаточного христианского начала, еще не не до конца вытравленного дзержинскими и свердловыми из души народной. А так коммунизи, что, ме( нее кровав? Как говорят на Востоке – кто знает, знает... А что до генерала Власова, то нисколько не оправдывая его предательства, хочется уточнить, что и Власова, и его ар мию, окруженную немцами, Генералиссимус бросил на произвол судьбы, на верную смерть в «котле» без всякого снабжения и боеприпасов. Помирайте, фантики (виноват, «винтики»), не до вас... Простите, Арсений. Главный редактор, протоиерей Михаил ХОДАНОВ

33


Экология души

ШТРАФОВАТЬ НЕЛЬЗЯ ПОМИЛОВАТЬ ческих жизней. Тут нужно иметь действиN тельно стальные нервы, чтобы выдержать бурлящий водоворот дорожных страстей. И вместе с тем работник ГАИ – такой же чеN ловек, как и мы. И у него есть своя непроN стая внутренняя жизнь. О ней и о многом другом нам (а именно: протоиерею МихаиN лу Ходанову и литературному редактору журнала «Шестое чувство», церковному пиN сателю Василию Ирзабекову) удалось погоN ворить с генеральным директором ПТО «Марьина Роща» Управления ГИБДД УВД г. Москвы, подполковником милиции ВладиN миром Николаевичем Воротниковым.

ГАИ – весьма живое и емкое понятие в РосN сии. По отношению к госавтоинспектору равнодушных нет. Его уважают, ктоNто боN ится, подавляющее большинство стараютN ся объехать стороной. Но вместе с тем в критические ситуации мы обращаемся именно к «гаишникам», потому что знаем – они помогут. Иногда складывается впечатN ление, что милиционеры на дорогах сделаN ны из какогоNто особого сплава – невозмуN тимоNнеумолимые, вежливые, подтянутые, в некотором роде «сверхлюди». Это так и не так. Да, на дорожной милиции – огромная ответственность за десятки тысяч человеN

34

* * * Ирзабеков – Идея этого интервью возникN ла у меня в первый же день нашего с вами знакомства. И мне так радостно оттого, что иногда то, что задумываешь, всеNтаки сбыN вается. При этом я осознавал, что в беседе этой обязательно должен присутствовать еще и священник, что милостью Божией и происходит. В момент вашего знакомства с отцом Михаилом прозвучало слово «талант». Признаюсь, много лет оно не давало мне поN коя. КогдаNто прочел у Короленко одноименN ный рассказ, в котором речь о некоем провинциальном актере, героеNлюбовнике, который был убедителен на сцене так, что все буквально рыдали, а вот в обычной жизN ни был заурядным пошляком. И вот на вопрос, что же тогда есть талант, один из присутствующих ответил: «Талант, господа, это драгоценный груз, который иногда бываN ет взвален на спину осла». Вы даже не ожидаете, Владимир НикоN лаевич, какой вопрос я вам сейчас задам. Итак, вы человек, связанный с автотрансN портом, впрочем, как и все участвующие в этом разговоре. Правда, каждый поNразноN му. Ответьте, пожалуйста, а можно быть таN лантливым водителем? И если да, то каков он – талантливый шофер, и чем отличается от бесталанного? Воротников – Каждому из нас Господь дал свой талант. Важно вовремя его раскрыть, раз вить, реализовать во благо другим. Талантли вый водитель – это тот, который на дороге ви


Экология души дит и понимает других и умеет, оценивая обста новку, позволить другим управлять автомаши нами спокойно. И. – Но позвольте, если человек спосоN бен, как Вы говорите, в каждый момент доN рожного движения понимать других, значит, и в обыденной жизни он тоже должен быть таким же. Потому как нельзя в жизни быть, грубо говоря, тем, кто плевать хотел на всех людей, а потом сел за руль и преобразился. Это вообще, как мне кажется, неотделимо от личности конкретного человека. В. – В принципе на сегодняшний день люди у нас ездят так же, как живут. Если человек едет на иномарке, то по отношению к человеку, еду щему на российском автомобиле, как правило, чувствует себя выше. А тот, кто едет на очень дорогой иномарке, считает, что ему вообще все должны уступать дорогу. И.– Он надмевается над всеми… В. – Да, считает, что все ему должны усту пать по его статусу. И не понимает, что все мы по сути одинаковы – все, кто сидят за рулем. И. – КогдаNто были дорогие экипажи… В. – Имущественное разделение существо вало всегда. И. – Согласен. Но никогда по причине аварий не гибло такое огромное число люN дей. Уже президент страны активно вмешиN вается в эту ситуацию. В. – Каждый год, согласно статистике, на дороге гибнет население небольшого города. За последние дни сводки вообще пугающие. Много катастроф связано с пьянством за ру лем. Причем, самые страшные аварии связаны с выездами на встречную полосу. В ответ ужес точаются наказания, штрафы. Чтото в связи с этим меняется. Я за рулем – очень давно. И поражаюсь то му, как молодые люди, у которых нет чувства от ветственности, та же девочка, которая за рулем всего три месяца, спокойно выезжают на поло су встречного движения. Тогда как я, проездив столько за свою жизнь, всегда ухожу вправо, зная, что там движение происходит всегда луч ше. А ведь молодежь не понимает, что там, на «встречке», второго раза не бывает… Лобовые столкновения – самые опасные. Ходанов – Сейчас зашла речь о талантN ливых водителях. КакойNто процент таких людей есть. Но и они, бывает, тоже нарушаN ют, всякое случается. Насколько реально в сегодняшней ситуации применять наряду с правилами и законом какиеNто христианN ские начала в отношении к водителям? КогN да они этого достойны? И когда всеNтаки нужно действовать по закону? Бывает так, что милость Божия превозноN сится над судом. Несколько лет назад мой сын, студент ГИТИСа, будущий художник

сцены, проезжая по улице Свободы, ненаN роком повернул направо там, где этот повоN рот запрещен. Как говорится, бес попутал. Спокойненько съехал по грунтовой дороге вдоль парка к берегу МосквыNреки и распоN ложился там с мольбертом. Только занес кисть, чтобы нанести мазок на холст, как вдруг к нему с сиреной подъежает огромный мигающий патрульный «Форд». «Ваши докуN ментики!.. Так, Михалыч, почему нарушаем? Тут съезд разрешен только ветеранам войны в День победы!» «Ой, простите меня, я не знал». «А что делаешь здесь, рисуешь?» «Да, я бедный студент, учусь на художника, пожалуйста, не берите с меня штраф, я больN ше не буду!» Тут инспектор поглядел на его машину: «А ее ты тоже,того... нарисовал? ХаNхаNха!! Ладно, в следующий раз не наруN шай!» И с миром уехали. Поняли, что человек ненарочно проштрафился. Вот и получается: нарушил человек праN вило, но работник ГАИ, разобравшись с ним и поняв, кто он такой и почему он это сдеN лал, в результате либо его прощает, либо несколько смягчает наказание. Как вы отN носитесь к такой постановке вопрос? В. – Я с вами согласен. Но есть люди, кото рые нарушают правила преднамеренно, осознанно. И. – Лихачи? В. – Да, примерно так. Преднамеренно вы пил водки и после этого сел за руль. Это явно преднамеренное нарушение закона, и этому оправдания нет. Но если возникла ситуация, когда слева выскочила машина, и я, предвидя, что могу совершить аварию, ушел влево, пере сек двойную осевую – это совершенно другое. Но чаще человек совершает такие сознатель ные нарушения, за которые нужно наказывать, пусть даже если они и не привели к аварийной ситуации... Как например, в следующем случае: небольшое пространство перед железной до рогой, куда люди нарочно выезжают слева и справа. Хотя если бы они соблюдали правила, всем, и им в том числе, было бы лучше. Вот чем мне нравится заграница – там ты чувствуешь себя за рулем проще и легче. Пото му что люди четко соблюдают правила дорож ного движения, и ты в этом потоке (а не так, здесь, когда я смотрю на то, что слева и справа, сзади и впереди меня, да еще слежу, чтобы сверху ничего не упало) совершенно спокоен, зная, куда и как ехать. И. – Знаете, лет тридцать назад в нашем доме возник спор между моим школьным товарищем, офицером, проходящем служN бу в ГДР, и другом моего отца, профессиоN нальным водителем с многолетним стаN жем. Мой друг восторгался немецкими воN дителями, их высокой культурой поведения

35


Экология души на дороге, дисциплиной (не в пример наN шим), а его оппонент возмущался качестN вом наших дорог, говоря о том, что нашим водителям памятники при жизни надо ставить, глядя на те ужасные дороги, по коN торым им приходится ездить. Так о чем всеN таки идет речь? Их культура обоснована тем, что, как вы давеча выразились, они не опасаются, что чтоNто свалится на них сверN ху во время дорожного движения, что ровN ная без рытвин дорога, или тут нечто иное? В. – Все в совокупности. И качество дорог, и жесткое соблюдение правил дорожного движе ния, и уважение законов и взаимоуважение. Там ведь к пешеходам относятся не так, как у нас. Я противник того, что у нас время от времени поднимаются по отдельности вопросы – что должны пешеходы делать, а что водители. Долж но быть четкое разграничение: вот пространство водителя, а вот пространство пешехода. И будь те любезны, водители, если есть тротуар, кото рый не рассчитан вообще для автомобилей своей закладкой, подушкой прочности. Это для пешеходов сделано, и если есть пешеходный пе реход, то только они должны по нему ходить, это их жизненное пространство. Не должны машины стоять на тротуарах! Никто из родителей не дол жен бояться, что их ребенок идет по тротуару и на него может наехать машина. Создали партию водителей. Но почему тогда у нас нет партии пе шеходов?! Ведь они намного многочисленнее и должны както защищать свои права и интересы. Я, к примеру, часто еду по Мичуринскому. Там машины выезжают на тротуары, а навстречу идут люди, так они их разгребают по сторонам… И. – По утрам, Владимир Николаевич, то же самое можно видеть и на Рязанке, и на Волгоградке. Особенно по утрам зимой, когда мамы отводят полусонных детей в школы и детские сады, а им в этой темноте приходится буквально уворачиваться от тяN желых и наглых, простите, джипов. В. – За это должно быть очень жесткое наказание! И. – Тогда почему их не наказывают? МаN ло сотрудников ДПС и за всеми, получаетN ся, не уследишь? В. – Причина еще и в том, что за последние годы значительно выросло количество транс порта в Москве. Автомобилей стало невероятно много. Причины этого бума понятны: достаток, кредиты, желание всех людей ездить на автомо биле. А еще очень много неподготовленных или очень плохо подготовленных водителей… И. – Тех, что купили права… В. – Вот этого я никогда говорить не буду. Вот когда куплю права, тогда и скажу… И. – Но вы же знаете, о чем я говорю. В. – Знаю. Такое есть, но это, скорее, исключение.

36

И. – Хочу уточнить. Это, чаще всего, приN езжие из наших бывших республик. Вот гоN ворят, что надо больше всего опасаться на дороге женщин и солдат. Что касается меня лично, то я, по опыту, более всего опасаюсь старых помятых дешевых машин, за тониN рованными стеклами которых сидят «дети гор». Они, поNмоему, вообще имеют очень приблизительное представление о правиN лах дорожного движения. И ездят так, как считают нужным. Да ему и не жалко эту расN коряку, если он ее, к примеру, стукнет. В. – Он приобрел ее за двести долларов, и задача состоит в том, чтобы заработать на ней как можно больше денег. К тому же на Кавказе несколько иной менталитет у водителей. Помню, как в советских анекдотах рассказыва ли о том. как там едут на красный, куда хотят, как хотят, помните? И когда я приехал в Батуми, там, и в самом деле, так и водили. Х. – У меня параллельный вопрос. ЦерN ковь принципиально позитивно относится к представителям власти, даже если это десN потия, потому как она все же лучше, чем анархия. Анархия – это конец. Из этого выN текает почтительное, искреннее отношение к милиции, дэпээсникам. Я замечал, что не раз и не два отношение сотрудников ДПС к представителям Церкви тоже положительN нее, им прощают больше и охотнее, чем другим водителям. И я с этим тоже не раз сталкивался поневоле. ЧтоNто не так сделал, тебя засекают и говорят: «Ну что, Алексеич (глядя в документы), мы же здесь стоим, не вас ждем, а барсеточников лоN вим. а вы тут на встречку едете». Я, каюсь, не увидел, не разглядел знак. А ведь это большое нарушение, возможно, лишение на полгода. Но мы пообщались, они вошли в ситуацию, почему так произошло. И не стали портить жизнь... Ну, как батюшке без машины, когда я за городом служу? ОтниN мут у меня права на полгода, и что я делать буду?! Понимаю, что виноват, но вот расN крыл перед ними все карты: так, мол, и так. Все, простили. Написали, правда, за грязN ный номер, ничего и платить не надо... Или вот такой вопрос: едет батюшка после службы на требы, причастить больного. И он при этом причастился Тела и Крови Христовой. Для работников – это запах спирта. Формально говоря, пьяный за руN лем. Если человек проявит принцип, то как ему объяснить, что это такое? Ведь каждоN му не скажешь это? В. – Вопервых, это зависит от человека. А вовторых, количество алкоголя мизерное и проверка не покажет опьянение, просто запах. Х. – Но ведь, потребляя Святые Дары, выпивают чашу…


Экология души И. – У нас в храме на это случай диакон даже брал соответствующую бумагу от наN стоятеля… Х. – Но бумага эта недействительна, конечно… И. – А что прикажете делать? В. – Все в конечном счете зависит от людей. Если они относятся с пониманием, то проблем не будет. Помню, интересную вещь сказал при мне архиепископ ОреховоЗуевский Алексий. А там, где присутствую я, все разговоры, в ко нечном итоге, сворачиваются к вопросам ДПС. И ктото, как водится, жалуется, что такойся кой его остановил. А владыка и говорит: «Вы зря так говорите насчет инспектора. Он ведь поставлен на этом посту Самим Господом. И еще неизвестно, если бы он Вас сейчас не ос тановил, что бы с Вами случилось через 500 ме тров». И мне, как работнику этой системы, ста ло так понятно то, что мы людям часто объяс нить не можем. А знаете, какова средняя про должительность жизни сотрудника ДПС? В 70 80 годы это было порядка 53 лет! И. – Да вы что?! В. – Да, в этих условиях, дыша выхлопом на дороге, в погодунепогоду… Ставился еще тог да вопрос о выдаче молока за вредность, но так этот вопрос и не решили… Это ужасно, конечно. Поэтому когда говорят один только негатив… Лично я знаю многих достойных ребят, которые работают в ГАИ, противостоя всем дорожным натискам и умея с честью выходить из самых сложных ситуаций. За что я очень уважаю эту службу, хотя дураки попадаются везде. Основ ная масса – это действительно замечательные ребята: и как работают, и как к людям относятся. К кому первому бегут за помощью? К инспекто ру ГАИ – его видно, он на посту, а их катастрофи чески не хватает. У нас количество транспорта увеличилось к несколько раз, а людей, обслужи вающих территории, стало еще меньше. Х. – Мне часто везло на хороших инспекN торов, и если, бывало, нарушал, то говориN ли: «Ладно, впредь будьте повнимательнее. Свечку поставьте за нас!» В. – К священнослужителям у сотрудников ГАИ всегда было особое отношение. Потому как есть понимание того, что есть такая вещь – служ ба. И у них, и у нас. Это когда не спрашивают, когда, во сколько и сколько работать. Это нас роднит. Хочу еще отметить, что люди стали спо койнее, раньше были более взвинчены, к проб кам терпимее стали относиться… И. – В Америке даже стреляют в пробках… В. – У нас тоже постреливают. Но ситуация такова, что народ становится более цивилизо ванным на дорогах. Лучше ездить стали, опыта стало больше. Посудите сами, сколько времени нужно для оформления даже легкого происше

ствия, какойто мелкой аварии? И тогда движе ние перекрывается в один момент, и туда подъ ехать просто невозможно. Ведь раньше была постовая служба, довольнотаки мощная. Х. – Скажите, когда Господь коснулся вас, когда вы пришли к Богу? Это произошN ло, когда вы уже носили форму, или до того? В. – Моя покойная бабушка была глубоко ве рующим человеком. Воспитала четверых своих детей, а еще четверых чужих. Дедушка – то за белых, то за красных. А закончил начальником санитарного поезда. Но сказались его много

численные ранения, и она поднимала всех од на. На все праздничные службы ездила в Сер гиев Посад. В детстве именно она водила меня в церковь. Человек она была сильный, умный, всех ребят выучила, девочек выдала замуж, и считала себя счастливым человеком, хотя в са мом конце жизни у нее был очень маленький домик, чистый и аккуратненький. И когда я при езжал к ней, она говорила: «Какая же я счастли вая, все у меня есть!» Я относился к ней как к святой, и именно на ее примере я пришел… Нет, не то слово, я не пришел... Когдато, совсем маленьким, я про сто пошел в храм, потому как меня крестили сразу по рождении. Хотя в то время (был 1949 год) это сильно осуждалось. А потому в вопро сах веры у меня и сомнений не могло быть. Место, где я родился, было условным пересе чением судеб народа – это ведь граница с Лит вой, Польшей и Белоруссией. Есть такой город Лида, у нас во всех фильмах, когда показывают тех же «лесных братьев», всевозможных банди тов послевоенного времени, польскую армию

37


Экология души Краеву, армию Людову, – все это происходило здесь, в Западной Белоруссии. Знаете, у меня никогда не было сомнений насчет того, что я православный. Я родился и жил в этом. С годами понял, что есть догмы, ко торые надо принимать не рассуждая. Как отца и мать. Мы же не рассуждаем по этому поводу, а принимаем родителей как данность. И полно стью им доверяем. Просто никого ближе них нет. А над всеми нами – Господь Бог. Потому как Он – Отец всего. И поэтому Церковь всегда бы ла моим миром. Х. – Вы в течение своей жизни отношеN ние к Богу не скрывали, конечно? Я имею в виду советское время. В. – Знаете, я не поднимал этого вопроса. Скрывать не скрывал, но и не выпячивал, не афи шировал. Когда родился мой ребенок, он был еще маленький, и я повел его в храм. Он воспри нял Церковь очень хорошо. Я ведь часто бывал очень занят по службе, а потом приходишь до мой, а он мне: «Папа, а мы с тобой давно в церк ви не были!» И вот здесь я, совершенно не заду мываясь, заводил машину, и мы ехали в храм. И. – Как говорится, устами ребенка… В. – Конечно. Потому как, если ребенок ска зал, то все . И вот работа – не работа, заходили в церковь, ставили свечки… Х. – У вас есть своя внутренняя духовная жизнь, и по вашему лицу это сразу видно. Я говорю как священик. И полагаю, что здесь, на рабочем месте, тоже знают о ваN шем менталитете. Помогает ваше христиN анское начало в такой сложной работе, как ваша? Или всеNтаки мешает? В. – Знаете, даже иноверцы уважают твою ве ру, когда она твердая. Но никто не уважает без божников. С кем не приходилось общаться, я всегда говорю, кто я, и люди неизменно с уваже нием относятся моей вере. Подчеркиваю, люди совершенно иных национальностей и вер. Везде и всегда говорю, что я – русский и православный. Х. – Беседуя с родителями, я часто слыN шал, что ходить в храм в советское время было небезопасно, за это преследовали. А здесь я слышу совсем иное. Сколько люN дей, столько и судеб, оказывается, и обобN щать ничего не нужно. В. – Я всегда был очень русский человек. И мне всегда было интересно, а что же это та кое – русские? Обычно я задаю своей голове какуюлибо задачу. а потом этот «вц» раз – и вы дает мне информацию! Так и тут. И пришло вре мя, когда я понял, что это нация блаженных. Я встречал людей и в Сибири, и в Забайкалье… и что интересно: у каждого своя философия, у каждого свой мир, и когда человек о том же начинает рассказывать – это так интересно! Х. – Понятие «русский» – это все же поN нятие религиозное. Как и «еврей». Это две

38

нации, которые очень похожи в этом плане, только вот идут в разные стороны... В. – Как ни парадоксально, но это так. Х. – Русские очень остро чувствуют свою мессианскую суть. И свое несоответствие ей. Как у Высоцкого: «Все не так…» Либо в грех еще больший, либо к покаянию. И тогда начинается преображение. И сегодня мы живем на таком этапе, когда можно опусN титься еще ниже, но разложение среди молодежи уже наступило страшное. Да и гоN воря о вещах социальных, тут тоже все плоN хо. Все поговаривают о глобализации, о третьей мировой войне. И мы знаем, что это уже никакие не сказки, что все это явь. А поN топит она нас или нет – это как Господь решит. Но если у нашего народа все будет продолжаться в том же духе, если не настуN пит благого изменения под воздействием любви ко Христу, то конец неизбежен. Смысла а богопротивной жизни нет. В. – Это естественно, без Бога не до порога. А потом у нас то же телевидение очень плохо ра ботает, даже в обратную сторону. Когда взрос лые люди, те же мои ровесники, выходят и гово рят о молодежи, что, мол, подрастут и все сами поймут, то это совершенно упадническая тео рия. Даже кошка ходит и бережно подталкивает своего котенка: иди сюда, делай это, приносит ему мышь. Она его учит. И время до восемнадца ти лет – это период формирования человека, где мы должны брать его за руку, показывать и учить. А потом просто не догонишь! Не дано уже… И. – Напрашивается аналогия с тем, как ты посадил саженец, а он такой маленький, хрупкий, но ты позволяешь, чтобы его полиN вали не только водой, но и ядом. Дескать, выN живет – выживет… Так ведь он и не вырастет! Х. – Что касается ТВ, то наше время – это время потребительства и некоего развлечеN ния. Усиленно же развлекают народ именно тогда, когда хотят увести его от чегоNто суN щественного. А это – глобализация, насильN ственное объединение пространств. А этот лозунг: «Не дадим разбазаривания природN ного богатства по национальны квартирам!» вплоть до войны! Каково?! Понятно, что все это делается ради пресловутого золотого миллиарда. В России некогда сложилась очень похожая ситуация, когда всякого рода беззаконие, насилие, страх, и безбожие привели жизнь к тупику бессмысленностм. Большинство народа пошло за богоборцаN ми. Вот Господь и попустил тогда эту ВтоN рую Мировую войну, чтобы через нее – эту жесткую и страшную реалию – вернуть чеN ловека в сознание. В покаяние перед Богом и благое исправление. Потому и немецкая нация, и итальянцы оказались втянутыми в эту войну, ибо и они все тоже шли по безумN


Экология души ному пути обожествления своей арийской крови, расизма. Америка же, Англлия и Франция омывали в боях против фашизма язвы своего дикого капитала. В общем, все народы согрешили, и Бог, не желая погибели духовно ослепшего человечества, попустил ему для очищения единствен возможный путь – великую скорбь. Сейчас, судя по всеN му, история может повториться. В. – Согласен. И чтобы этого не случилось, нужно безотлагательно становиться на путь соблюдения библейских и евангельских запове дей. Это единственное средство избежать гло бальной катастрофы. И. – Хочу вернуться в вашу профессиоN нальную сферу. вы какNто сказали мне о том, что можно побороть этот бич современN ного города – многочасовые автомобильN ные пробки. И как? В. – Вопервых, правильная организация движения. Есть у нас научноисследовательские институты, работающие еще со времен совет ской власти. Но мы, почемуто не пользуемся их опытом, рекомендациями, обоснованными и с расчетами. Все время комуто подражаем. Есть студенты, которые пишут курсовые работы. Дайте им сложные перекрестки, живое, а не формальное дело, и тогда они защитят курсовой проект, который будет полезен и им, и стране. Ведь лучшие головы – это молодые, свежие... И – Нестандартное, или, как принято гоN ворить сейчас, креативное мышление… В – Можно и так сказать. А еще у нас в старых районах Москвы очень мало строится дорог. Рост протяженности автодорог идет, как прави ло, за счет новых районов. У нас Садовое кольцо, третье, а нужно соединять другие участки, те, что близки к окружной дороге. Нужно выпрямлять дороги, делать их одной ширины, без этих буты лочных мест, где транспорт попросту застревает. Идет, скажем, шесть полос, а потом три… И. – Плюс ко всему за последнее десятиN летие резко увеличилось число гипермарN кетов по МКАД, на подъезде к которым идет активная перестройка машин, что тоже заN медляет движение. В. – Конечно. А еще в Москве стало мало ма газинов шаговой доступности. А потому человек садится в машину и едет в этот самый гиперсу пер… Вообще это неправильно, что центр Моск вы стал одним большим офисом, эдаким Сити. Почему бы не раскидать изначально все эти офисы по окраинам, на первых этажах домов? Тогда не пришлось бы всем стремиться в центр. Народ работал бы неподалеку от дома – и дело с концом! Нужно больше строить кольцевых ли ний того же метро, потому как наземный обще ственный транспорт плохо справляется с возросшей нагрузкой. Ведь если человек живет у кольцевой дороги, то ему приходится на метро

39


Экология души

40

ехать в центр, а потом возвращаться обратно, чтобы попасть в район города, который отстоит от его дома, скажем, на пять километров. Гораздо меньше народа ездило бы на автомо билях, это точно. И. – Идея перехватывающих парковок не оправдала себя? В. – Нет места для их строительства, очень дорогая земля. За такие деньги парковка лю дям попросту невыгодна. У нас почемуто счи

Бульварное кольцо и видишь: справа стоят ма шины и слева. А там три ряда, можно было бы вполне бесперебойно двигаться. Потом подача сигнала о дальнейшем изменении движения должна включаться заблаговременно, как это было в старых правилах: 50 метров в городах и 150 в загородной местности. А не так, как кому то заблагорассудится. А еще недопустимо, чтобы машины стояли на газонах. Ведь это не только красота, это еще и легкие большого города. Надо взимать за это огромный штраф, а еще деньги на восстанов ление этого газона. У нас ведь дома поднима ются все выше, а солнца – все меньше. Может, и придем когданибудь к партии пешеходов… И. – У нашего журнала много читательN ниц, а потому – как вы относитесь к женщиN нам за рулем?

тается, что если 50 человек ездят на «Бентли», то и все остальные могут платить так же, как они. Лично я знаю много людей, которые при обрели машину только изза того, что вот была такая голубая мечта. И когда вам говорят, что дешевый гараж будет стоить порядка 300 тысяч рублей, то для многих – это огромные деньги. Х. – Как вы с христианской точки зрения смотрите на дальнейшее развитие отношеN ний между водителями и сотрудниками ДПС в нравственном плане? Куда оно пойдет – в позитив или все еще более осложнится? В. – Знаете, я думаю, что в позитив. Господь все управит (улыбается). Совершенно четко. Жизнь – это такая система, которая в зависи мости от ситуации и перестраивается, и уст раивается. Главное – не нужно менять правила игры. Нравственные. И. – Но вы изменили бы чтоNнибудь в правилах дорожного движения? В. – Да. И первое, что я бы изменил – это до роги у нас строятся для стоянок, а не для езды. Водители сами должны думать о том, куда ехать, и где оставлять машину. Если все едут в центр, полагая при этом, что для всех должны быть места, следует категорически запретить стоянку в левых рядах. У нас въезжаешь на

В. – У меня есть знакомые женщины, кото рые водят машину очень хорошо, это три чело века. Проблема в том, что за руль село очень много молодых женщин, которые отдают ско рее дань моде, нежели правилам движения. В одной руке у 75% телефон, а из этих 75% у од ной трети в другой руке еще и тоненькая сига ретка. А чем управлятьто тогда?! И. – Добавлю, что вот это зеркальце, оно совсем не для того, чтобы время от времеN ни поправлять прическу… В. – Когдато был лозунг: «Все женщины – на трактора!» Теперь, похоже, на машины. Знаете, есть такой опасный возраст водителя, который три года за рулем. И когда считают, что все уже постигли и всех умнее, и вот тутто все и случа ется. Я категорически запретил бы курение за рулем. И потом, неужели они сами не понима ют, сидя в этой газовой камере, что такое жен щина, пропахшая табаком? Какому мужчине, простите, она будет интересна?! Както я здо рово испугался за одну молодую особу. Она го ворила по телефону, а голова ее опускалась все ниже и ниже, чуть не под торпеду. Куда же мне тогда деваться, подумал я. И. – По количеству погибших на дорогах – это самая настоящая необъявленная война,


Экология души судя по сводкам. КогдаNто я определил для себя, что это, во многом, несоблюдение заN поведей Божиих. В частности, слов Христа: «Просящему у тебя дай». Господь не уточняN ет, что именно. Вот едет рядом человек и наN стойчиво просит уступить ему дорогу. ВозN можно, сильно спешит кудаNто, опаздывает. Как редко уступаем мы дорогу. А казалось бы, уступи, дай просящему у тебя дорогу. И что значат для тебя эти три секунды? Так нет, гордыня. Отсутствие любви на дороге лично для меня – причина многих бед. В. – Да. Но в последнее время стали усту пать гораздо больше. А как приятно самому, когда ты сделал чтото хорошее, доброе... И. – Признаюсь как на духу, мне так приN ятно, такая теплая волна пробегает по сердцу, когда вот уступил дорогу, а тебе взмахнули благодарно рукой или же мигнуN ли светом! Как украшает нашу жизнь люN бовь к ближнему! В. – Другое дело, что пешеходам стали чаще уступать, а они нередко дичатся. Не хотят идти, относятся недоверчиво. Не привыкли пока… Но мы приняли радикальные меры, и люди стали понимать. Почему ты не можешь по «зебре» пе рейти в магазин напротив только изза того, что машины ездят? Х. – Вот уже семнадцать лет как я свяN щенник и с болью воспринимаю любое отN клонение от нормы, просто какойNто негаN тив. Особенно если видишь эти непрестанN ные оргии. Также и ситуация в большой поN литике, на мировом уровне. Все это не только тоску нагоняет, но и большие проN блемы ставит. Какой же дефицит людей нормальных там, наверху: в Думе, в правиN тельстве, министерстве финансов. Но вот знакомишься ближе с некоторыми и поN иному предстает человек. Тот же замминиN стра финансов Сторчак, о котором писал наш журнал. Многие СМИ утвержэдали, что он виновен во всех тяжких, а у нас сложиN лось впечатление, что человек делает свое положенное дело со страхом Божиим. А теN перь вот и с вами встретились... Короче, везде есть приличные люди. В. – Знаете, я с надеждой вспоминаю слова из Священного Писания о том, что если на Зем ле останется хоть один праведник, то ради него будет продолжаться жизнь. Удивительная стра на Россия, причем я беру не только русских как национальность, а понятие «русский» как со стояние души. И сколько же у нас подвижни ков – они восстанавливают церкви, берут на воспитание чужих детей, лечат наркоманов... Х. – Их, может, мало, но они – закваска. В. – А что вы хотите? Семьдесят пять лет стреляли, выжигали. Сегодня для церкви, для прихода найти человека – проблема. Чтобы он

наставлял нас, потому как нас мало осталось то. Генофонд подвергся серьезному испыта нию, уничтожали лучших. Причем не только русских. Просто русских – больше всех. И. – По русским прошлись как танком… В. – …а вопреки всему – надо же… Х. – Зерно должно упасть на взрыхленN ную, готовую принять его почву, услышать их призывы. Вот когда дойдут до ручки и поймут, что так больше нельзя, тогда, возN можно и отреагируют адекватно. А то вот говоришь сейчас правильные вещи, а кто их слушает? В. – Но нельзя не чувствовать, как чтото ме няется. Церквей стало больше, молодежь стала посещать службы... Х. – Обстоятельства стали жесткими, и они подталкивают людей к выводам… В. – Молодежь ходит в церковь для того, что бы задать себе и получить ответы на самые главные вопросы жизни: кто я есть? А какой я и для чего живу? А потом они берут в руки те са мые нужные книги и начинают читать, и находят там для себя ответы… ведь в этих Святых Книгах расписан весь путь человека: как себя держать, как жить, кому верить, кому не верить, куда ид ти, кого спросить. Там все написано.

41


Экология души

БЛАГОЧЕСТИЕ

С ПРИБЫТКОМ?

П

ри обсуждении способов христианского участия в экономической и социальной политике естественно возбуждается и та кой вопрос: не следует ли стремиться к созданию обособленного, христианского или церковнооб щинного хозяйства? Не может ли существовать особого церковного социализма, непосредст венно церковного хозяйства? Мы с полным убеж дением и со всей энергией на этот чрезвычайно важный вопрос отвечаем отрицательно. Может ли Церковь как союз веры, молитвы и любви органически ввести в свою жизнь хо зяйство? Тогда почему и не государство, не по лицию? Ведь в Евангелии указана только одна религиозная норма относительно хозяйства, имеющая силу для общения душ в момент их религиозного осенения и реального соприкос новения в Церкви: не заботьтесь, что вам есть и пить и во что одеваться, взгляните на птиц не бесных и на полевые лилии. Господь и Сам ел и пил во время Своей земной жизни, среди Его учеников был даже казначей (хотя на судьбе последнего и подтвердилась вся опасность хо зяйственного соблазна), но это оставалось только внешним фактом жизни Его и апосто

42

лов, и Господь не давал завета общине Своих последователей устроить хотя пример комму нистической секты ессеев. Он не только не хотел связать Церковь с ка койлибо организацией хозяйства, но вырази тельно и решительно расторгнул эту связь так же, как расторгнул союз Церкви с государст вом, хотя одинаково не отвергал ни того, ни другого в качестве условий жизни. Мы отрицаем поэтому в самой идее церков ные хозяйственные общины, которых мы не зна ем и в первые века христианства, и так учит об этом и ап. Павел, требовавший, чтобы каждый оставался в том звании, в котором был призван (1Кор. 7, 2), рабов оставлявший попрежнему рабами, а господ – господами. Идея делать вступление в христианство средством освобож дения от рабства или вступления в социалисти ческую фаланстеру была совершенно чужда апостолу, предостерегавшему Тимофея против людей, «чуждых истине, которые думают, будто благочестие служит для прибытка» (1Тим. 6, 5). Мы знаем, как загрязнились ряды христиан, ког да после эдикта Константина Великого обраще ние в христианство стало средством делать карьеру. Поэтомуто мы так отрицательно отно симся к идее различных религиознохозяйст венных скитов, будет ли это толстовская колония или неплюевское «братство», опираю щееся на солидный экономический базис в ви де земельных и денежных пожертвований своего «блюстителя», или, что то же, богатый монастырь, изнемогающий духовно от своих богатств, или, наконец, разные сектантские социалистические коммуны, которые основыва лись в Америке. Благодаря соединению благо честия и «прибытка», такие начинания носят в себе начало своего разложения. Идея такого церковного социализма на фо не общего господства капиталистического строя не только религиозно ложна, но и проти воречит требованиям человеколюбия и практи чески приводит к церковному эгоизму. В самом деле, представим себе, что такой фаланстер существует, стало быть, он имеет достаточно средств, чтобы безбедно содержать трудящую ся общину. В ее пределах будет осуществлено то драгоценное преимущество, которого не


Экология души знает человечество при господстве капитализ ма, – право на труд. У ворот такой общины, ко нечно, неизбежно будет толпиться целая армия бедного, голодного безработного люда, кото рый будет просить не милостыни, но работы, не подачки, но внимания и любви к себе. Как же останется поступить таким общи нам? Разве с нас спросится о помощи только христианину, а не всякому человеку, в ней нуждающемуся? Нет, такое обособление

считать такие ассоциации заслуживающими поощрения, то странно делать условием вступ ления в них религиозные убеждения. Одна ложь не преминет вызвать в скором времени и дру гую – обман и лицемерие, «благочестие ради прибытка». Следует устранить возможное недоразуме ние. Мы вовсе не отрицаем необходимости иму щественных прав за церковным союзом, за Церковью как юридическим лицом. Церковный

прямо противоречит духу христианства. Христиане должны стремиться к усовершенст вованию социального строя для всех, но не со здавать привилегий для избранных. Наконец, такая мысль совершенно несостоятельна и с деловой, политикоэкономической точки зре ния, по крайней мере, для нашей эпохи народного или даже мирового хозяйства, ста вящего во взаимную экономическую зависи мость благодаря сети обмена все культурное человечество, – само Провидение сделало неосуществимым план отъединения в экономи ческой жизни. При существовании народного и международного разделения труда и товар ного обмена в христианском фаланстере мож но организовать на кооперативных началах несколько отраслей производства, но они должны находиться в меновых отношениях со всем остальным капиталистическим миром. Производительные кооперации и с чисто экономической точки зрения вызывают против себя справедливые возражения по той именно причине, что ими вгоняется кпин в рабочий класс, создается привилегированная группа как бы мелких капиталистов; но даже если и

союз есть внешняя, так сказать, земная сторона Церкви: для отправления культа, содержания клира, школ и для удовлетворения некоторых материальных нужд он нуждается в средствах, как в них нуждается любое общество или союз. Можно спорить о том, больше или меньше эти средства, как они добываются, но это уже не ка сается принципиального разрешения вопроса, которое может быть только утвердительное. В этой необходимости иметь церковные имущества для церковного союза заключается источник постоянного соблазна превратить средство в цель, отождествить действительные интересы Церкви с имущественными интереса ми церковного союза (каким бы образом ни со здавались его имущества, из государственных или частных пожертвований). Этим создается возможность постоянного уклона к клерикализ му, и относительно этой опасности всегда надо быть настороже. Но на этом вопросе мы не предполагаем сейчас останавливаться. Изложенный взгляд противоречит тому воз зрению, будто истинная любовь христианская необходимо приводит к «общению имуществ» и уничтожению всякой «собственности», словом,

43


Экология души

44

к непосредственному коммунизму, руководя щий пример чего дает практика первой Иеруса лимской общины, о которой в «Деяниях апосто лов» рассказано следующее: «Все же верую( щие были вместе и имели все общее. И прода( вали имения и всякую собственность, и разде( ляли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2, 44–45). Некоторые видят здесь вооб ще норму экономического строя для христиан ской общины. Однако, вдумываясь вниматель но в содержание этого места, мы должны прий ти к заключению, что именно хозяйственной нормы тут не содержится и что здесь описан

общине? Очевидно, мы имеем здесь чисто по требительский коммунизм, предполагающий общность не производства, но потребления и, кроме того, подразумевающий обычный ход хозяйства вне общины (ибо продажа имений предполагает покупателей, а покупка предметов потребления – товарный рынок). У нас нет точных данных о том, насколько про должительным и распространенным было суще ствование такого потребительского коммуниз ма. Несомненно, что уже в посланиях ап. Павла его нет: там идет речь о взаимной поддержке Церквей сборами, о благотворительности.

исключительный праздник в истории христиан ства, а то, что естественно в праздник, не впол не применимо в будние дни. Значение нормы имеет, конечно, то чувство любви, которое ярко пылало в этой общине и при данных обстоятельствах имело экономиче ским последствием описанную форму общения имуществ. Но самая эта форма не представля ет собой чеголибо абсолютного. Приглядыва ясь к ней ближе, мы видим, что в данном случае отнюдь не вводится какойлибо новый порядок или хозяйственный строй, а тем более новая организация производства. Напротив, пови димому, в это время христианская община какой бы то ни было хозяйственной деятельно стью вовсе и не занималась, «постоянно» нахо дясь «в учении апостолов, в общении и прелом лении хлеба и в молитвах». Здесь происходила не организация, а ликви дация хозяйства – какое же иное значение име ла «продажа имений и частной собственности» в целях выручки денег, отдаваемых на прожиток

И коммунические мнения, встречаемые у отцов Церкви, не идут дальше такого потреби тельского коммунизма, сводящегося к отсутст вию всяких учреждений и ставящего чистофи лантропические задачи взаимного дележа в це лях общего потребления. Например, св. Иоанн Златоуст в известном толковании на цитиро ванное в тексте место Деяний апостольских го ворит: «Пусть все продадут все, что имеют, и принесут в середину. Чтобы кормить их (бедных) каждый день, много ли было бы нуж( но? При общем содержании и за общим столом, конечно, не потребовалось бы больших издержек» (Творения св. Иоанна Златоустого. Т. IX. Кн. I. Изд. СПб. Духовной академии. С.118–124). Экономическая мысль отца Церкви не идет дальше непосредственного благотворения бедным и потребительского коммунизма в этих целях (как и в Деяниях апостольских). Экономи ческие проблемы социализма как организации производства остаются ему чужды…


Экология души ХРИСТИАНСТВО И «НЕСПРАВЕДЛИВЫЕ» ФОРМАЦИИ Отрицая данный общественный строй, раб ство, крепостничество, капитализм, в самых его основаниях, возможно, однако, допускать его относительную историческую необходимость в том смысле, что в данный момент его непосред ственно нельзя устранить, не подвергая опасно сти самого существования общества. Это – точ ка зрения так называемой реальной политики, которая при широте задач умеет находить гра ницу их осуществимости в данный момент. Этой трезвости противоположен утопизм, который, как у Л. Толстого, призывает личным подвигом победить в себе не только индивиду альные, но и социальные исторические язвы, например, сразу достигнуть социальнопра ведной жизни опрощением, или же который «революционным» (в узком и специфическом смысле) путем хочет сразу совершить прыжок из одной исторической эпохи в другую, вырвать у истории недоношенный плод, насильно раз вернуть еще нераспустившийся бутон. История, как и природа, имеет свои, не на ми установленные законы и, подобно тому как в медицине, если хочешь оказать действитель ную помощь, а не ворожить и знахарствовать, нужно считаться со свойствами человеческого организма, определяемыми наукой, так и в со циальной политике необходимо считаться с пределами эластичности социальной ткани, чтобы не совершить ее разрыва или полома скелета во имя стремления придать социально му телу новую форму… Если же мы, хотя и в виде компромисса, ми римся с относительной необходимостью данно го строя, признаваемого ненормальным и не должным, если мы, по доброй воле или нехотя, признаем его неизбежным условием историче ской жизни в данный момент, мы не можем от нестись к нему только внешним образом, как к постороннему для нас факту. Участвуя в нем, мы должны в известной степени принять его и на свою совесть и видеть в нем тоже арену добра и зла, как бы ни преломлялись они в данной исто рической среде. Мы должны установить и здесь христианские обязанности, потому что, пока мы живы, мы не можем только пассивно мириться с социальной средой, которую и сами создаем и поддерживаем, мы призываемся к активному участию в социальном делании с полным созна нием ответственности, прав и обязанностей. Поэтому, хотя бы мы отрицали принципиаль но рабство, но, живя в век рабства, можем допу скать, что существуют хорошие и плохие рабы или рабовладельцы, как и теперь мы знаем, что бывают хорошие и дурные капиталисты, добро совестные и недобросовестные рабочие. Мало того, возможно именно христианское отноше ние к своим обязанностям во «всяком звании»

(кроме таких, конечно, которые вообще не могут быть оправдываемы для христианина, напри мер, профессия палача); в том смысле можно было говорить и о христианских обязанностях раба и рабовладельца, по крайней мере, о них говорил апостол Павел, можно говорить и о хри стианских обязанностях рабочего и капиталис та. Слова апостола Павла относительно обязан ностей рабов и богачей и рабовладельцев могут быть с соответственными изменениями прило жены и к нашей капиталистической эпохе. В таком отношении иные усмотрят «оппорту низм». Таким именем охотно клеймят у нас чуж

дое задора и крикливости указание не только взаимных прав, но и обязанностей. По существу дела такая ирония, конечно, лишена всякого ос нования. Есть коренная разница в отношении к человеку в ходячем радикализме и христианст ве. Христианство не разделяет и не может раз делить господствующего детерминизма, со гласно которому человек всецело определяется внешними условиями жизни, общественными ли формами или производственными отноше ниями, так что собственно вменяемой и свобод ной человеческой личности нет, а есть только равнодействующая этих внешних влияний! По учению же христианства, есть в челове ческой душе нечто, притом самое существен ное в ней, в чем он определяется не внешними условиями жизни, а только самим собой, своим собственным свободным волеопределением. И если человек связан законом причинности в своем эмпирическом самоопределении, в проявлении своей воли вне себя, то в этом ос новном волеопределении он свободен, и без

45


Экология души предположения этой свободы теряли бы всякий смысл все основные учения христианства о спасении, о вере и любви. И в этом смысле спасение души остается личным делом, которого один не может выпол нить за другого и которое не зависит от внеш них форм. Христианство, как и всякая, впрочем, религия, неизбежно требует личного подвига, есть личное, интимное дело, в этом – присущий ему неустранимый индивидуализм, который восполняется, но отнюдь не уничтожается хри стианской общественностью и церковностью. Насколько индивидуальная душа в своем лич ном переживании поворачивается к Богу, как

Высшему Благу и Всеобщему Отцу, и встреча ется при этом с такими же переживаниями дру гих индивидуальных душ, причем сливается с ними в этом переживании, в этой общей вере, молитве и любви, она тем самым оказывается в Церкви, в которой присутствует и всех реально соединяет Христос. Для подобного союза и для такого общения нет непреодолимых волею препятствий, а также нет и непроницаемых перегородок, создаваемых различиями социального положения. Социаль ные перегородки, оставаясь в своей историчес кой косности и неподвижности, преодолеваются изнутри; и раб, и рабовладелец, рабочий и капи талист получают способность смотреть поверх этих внешних и в этом смысле случайных ограни чений друг другу в душу и видеть в ней отблеск сияния неба и общую жажду Бога. Христианин уступает неизбежности, от него независящей невозможности сдвинуть гору со циального строя единоличным усилием, но, не

46

отказываясь от этого как от задачи историчес кого развития, он не может, однако, религиоз ной жизни и религиозного общения ставить в зависимость от фактов внешней необходимос ти и дожидаться для этого наступления соци ального и правового равенства всех людей. Христос основал Церковь, не дожидаясь этого времени, значит, эти перегородки не могут пре пятствовать церковному общению. Обыкновенно люди материалистического мировоззрения говорят, что надо сначала раз решить социальный вопрос, устранить соци альные перегородки, а пока не мешать этому серьезному и важному делу такими пустяками, как религия; когда все это будет устроено, тог да, наряду с другими развлечениями, можно допустить и религию. Но, конечно, так можно рассуждать только людям, уверовавшим в ма терию и стихию мира как высшие силы, по крайней мере – в теории. Апостольская же проповедь гласила: «Каж( дый оставайся в том звании, в котором призван. Рабом ли ты призван, не смущайся; но если и можешь сделаться свободным, то лучшим вос( пользуйся. Ибо раб, призванный в Господе, есть свободный раб Господа; равно и призванный свободным есть раб Христов» (1 Кор. 7, 20–22). Для христианской свободы не служат нео долимым препятствием никакие цепи рабства, и никакая внешняя свобода не дает еще сама по себе свободы внутренней, христианской. Вступление в христианство создает всеобщее усыновление Богу, при котором не различаются ни пол, ни происхождение, ни социальные по ложения: «Ибо все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса; все вы, во Христа крестившие( ся, во Христа облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужес( кого пола, ни женского: ибо все вы одно во Хри( сте Иисусе» {Гал. 3, 26–28). Противопоставляя таким образом внешнее и внутреннее, мы не хотим, однако, уничтожить всякую связь между ними. Конечно, христиан ский рабовладелец неизбежно должен был утрачивать черты сладострастия власти и жесто кости, которым так легко развиться в его поло жении. Вообще каждый получает силу успешнее бороться с теми своеобразными искушениями, которые свойственны его внешнему положению: капиталист – с духовным соблазном богатства, власти и роскоши, пролетарий – с духовным со блазном бедности, зависти и озлобления, правитель – с соблазном произвола и властолю бивого деспотизма, и т. д. Побеждая в меру сил эти соблазны и иску шения, стараясь отнестись к своему «званию» и положению как к служению, видя в нем для се бя прежде всего обязанности, а не права, он получает способность похристиански прохо дить это служение, а в число своих задач и обя


Экология души занностей вводит и дальнейшее преобразова ние самого социального строя в духе справед ливости и свободы. Это возвращает нас опять к вопросу о хрис тианском отношении к собственности или богат ству. Собственность, как и богатство, в данном случае может иметь двоякое значение: этичес кое или религиозное и социальноэкономичес кое (вопрос об юридической квалификации собственности мы оставляем здесь в стороне). Под собственностью в первом смысле разу меется не право собственности и не объект ее, но чувство собственности – привязанность к ней, жадность, любостяжание, своеобразно проявляющийся здесь эгоизм, отделяющий че ловека и от других людей, и от Бога, духовный плен у собственного имущества. Победа над собственностью в этом смысле может быть не экономическая, а только нравственная, она должна совершиться в тайниках души, в незри мых переживаниях совести. Можно (хотя и трудно) иметь обширную соб ственность и быть от нее духовно свободным, обладать весьма слабо развитым чувством соб ственности, и, наоборот, можно (и чрезвычайно легко) быть бедняком, не имеющим почти ника кой собственности и сгорающим от чувства лю бостяжания, жадности и зависти к имущим. Возможно, что такое чувство не только не будет побеждено приобретением собственности (ес ли этот бедняк почемулибо вдруг разбогате ет), но будет еще больше распаляться, как страсть к золоту у «Скупого рыцаря», так что единственная реальная над ним победа может быть совершена не извне, но изнутри. Ввиду возможности такого несовпадения между чувством собственности и ее наличнос тью можно себе представить развитие и даже обострение этого чувства и при социалистичес ком строе, при котором права собственности в точном смысле уже не существует, и остается только право пользования на предметы потреб ления: и такое право дает достаточный простор для этого чувства эгоистического самоутверж дения, и в этом смысле никакая внешняя рефор ма, хотя бы и социалистическая, неспособна устранить себялюбивое чувство собственности. Именно этото чувство собственности, духовный яд ее, сладострастие мамона, и осуждается бес поворотно христианством как коренным обра зом противоречащее основной заповеди любви. Что же касается собственности в объектив ном смысле, то есть исторического факта собст венности, то он может иметь различное значение и находится в связи не только с организацией потребления, но и организацией производитель ного труда, производства, вообще в связи с эко номической организацией данного общества. Значение собственности определяется именно характером этой организации, напри

мер, одно значение собственность имеет при капитализме, другое – в мелком крестьянском или ремесленном хозяйстве, третье – в рабо владельческом и т. д. Raison d'etre данной фор мы собственности определяется относитель ной исторической необходимостью и целесо образностью данной формы производства, од ной из подробностей которой она и является. В этом смысле вопрос о собственности не есть отдельный, самостоятельный вопрос, он разрешается в связи с общим вопросом о данной форме производства. Собственность капиталис та на фабрику означает не то, что он владеет ею как предметом личного потребления, например платьем, пищей, жилищем, но что он, владея ею, заведует данной отраслью общественного про изводства. Если надлежащим образом понять значение собственности в этом смысле, то она есть столько же право, сколько и обязанность, с ней связана важная и ответственная функция. Вопрос об освобождении от такой собствен ности совсем не разрешается так просто, как от носительно предметов потребления, где про стой отказ собственника в пользу других и по требительский коммунизм совершенно исчер пывает все затруднения. До тех пор, пока изве стный экономический строй, в данном случае ка питализм, остается непоколебленным и пред ставляет общее условие исторического сущест вования, такая собственность налагает перед обществом весьма серьезные и ответственные обязанности на того, кому она досталась. И та кую собственность можно (хотя, конечно, и труд но) иметь и без особенного развития собствен нических чувств, «классовых интересов», гос подство которых, хотя фактически по слабости человеческой и составляет общее правило, но не представляет предела, его же не прейдеши. И христианство, с его историзмом, открыва ющим поле для реальной политики, не может требовать немедленного и фактического отказа от такого рода собственности, потому что это означало бы требование немедленного введе ния социалистического производства. Тот капи талист, который был бы в своем «звании» про никнут действительно христианским духом, мог бы в своей личной жизни и потребностях оста ваться каким угодно аскетом и бессребрени ком, отдавая другим все свои доходы или даже затрачивая их целиком на дело социализма (та кие примеры бывали), но он не имел бы права освободить себя от ответственности за судьбу и благо своих рабочих, продав свою «собствен ность» какомунибудь кулаку хотя бы с целью раздать эти деньги «нищим». Богатство в соци альном смысле, социальная мощь и власть, обя зывает ее носителей, как и всякая власть. Протоиерей Сергий БУЛГАКОВ

47


На злобу дня

РОССИЯ

ВИНОВАТА?..

Продолжение (начало см. «Шестое чувство», 2009, №1 и 2)

Как хорошо и как приятно жить братьям вместе Пс. 132, 1 На холмах Грузии лежит ночная мгла… А.С. Пушкин Мы продолжаем печатать заметки мосN ковского писателя Владимира Пестерева о Грузии. Это поистине бесценные свидетельN ства о подлинных взаимоотношениях русN ского и грузинского народов на протяжении всей истории их существования, меткие быN товые зарисовки, глубокие размышление о том, что происходит между Россией и ГруN зией в настоящее время и почему искусстN венно всеваются семена розни между двумя братскими православными народами. * * * Представлять Нодара Владимировича Дум бадзе людям, которые интересуются литерату рой, нет нужды, и тем не менее… Лауреата Ле нинской премии, премии имени Шота Руставе ли ктото подзабыл, а ктото и не читал вовсе. Он написал великолепные произведения, во шедшие в «Золотой фонд» нашей отечествен ной литературы. Я не случайно выделил слово «отечественной», потому что к ней отношу все, что было написано и издано в нашей многона циональной стране. «Я, бабушка, Илико и Илла рион», «Закон вечности», «Я вижу солнце», «Бе лые флаги», «Не бойся, мама» – это не совсем полный список произведений, которыми мы зачитывались, одалживая друг у друга потре панные книжки выдающегося грузинского писателя. Двое из моих знакомых русских лите раторов назвали его «самым любимым». И это справедливо и замечательно. Будучи в Амери ке, в Библиотеке Конгресса США он обнаружил шестнадцать своих книг. Отсюда следует, что при жизни его произведения получили между народную известность. Я познакомился с ним у соседа – Зураба Ан тоновича. Их связывала давняя дружба и похо жее детство. Родителей и того и другого в 37м году арестовали и осудили. Неизвестно за что! Не знаю, как Нодара Владимировича, но ма ленького Зураба Антоновича спрятали соседи, вырастили, и не только вырастили, но и дали высшее образование. Его матушка, милая, ин теллигентная пожилая женщина, вернулась из

48

ссылки при Хрущеве. Невзирая на пережитое, она относилась к людям подоброму и снисхо дительно. Почувствовав приближение смерти, она позвонила сыну и попросила срочно отпро ситься с работы. Она лежала на тахте и смотрела в окно. Уви дев сына, глазами указала на краешек тахты, взяла его руки в свои и стала гладить. Потом стала наставлять тихим голосом. О чем они го ворили, я не знаю. Знаю лишь то, что она отвер нулась к стене и тихо отошла. Похристиански! Нодар Владимирович мне сразу очень по нравился. Он ходил в сванской шапочке, был чрезвычайно остроумен. Узнав, что я учусь в Москве, в МГУ, на факультете журналистики, внимательно оглядел меня. – Журналистом хочешь стать? – спросил он насмешливо. – Нет, – ответил я, и он приподнял левую бровь. – Я хочу быть писателем… Он весело засмеялся, потом стал серьез ным и проговорил, словно про себя: «Вообще, ты затеял серьезное дело. Писательский труд – дело не простое, и не всегда благодарное». Он предложил мне сыграть в шахматы, я стал отнекиваться, ссылаясь на то, что совер шенно не умею… – Писатель обязан играть в шахматы, – ска зал он убедительно, – это развивает логичес кое мышление. Я сделал первый ход королевской пешкой. – О, – воскликнул он, – а ты, оказывается, играешь лучше меня. Мы с ним беседовали несколько раз, в разное время, и очень жаль, что я легкомыс ленно не записывал наши разговоры. Помню лишь общий смысл того, что он мне говорил о писательском труде: сродни монашескому подвигу, требует отрешенности и полной внутренней независимости… Эту мысль я много позднее сформулировал для себя более определенно: надо жить и рабо тать в состоянии независимости, простоты, ве ликодушия и веры; писатель – это образ жизни. Эту мысль можно развивать и дальше. Нодар Владимирович лишь продолжил рассуждения на эту тему древних и не очень древних фило софов: стоиков, эпикурейцев, киников и даже перипатетиков… в пересказе Сенеки.


На злобу дня – Это великое счастье, – говорил он, – быть писателем. Представляешь, ты – единственный в своем роде, и весь мир перед тобой, такой, каким ты видишь его, и каким принимаешь. Впрочем, существует еще одна проблема, и за ключается она в том, – сделав паузу, добавил он, – что мир не всегда тебя принимает таким, какой ты есть на самом деле. Я много читал и перечитывал Нодара Дум бадзе, и не только его, но и о нем. А память – штука странная: порой она запоминает что, но не запоминает где и когда! К сожалению, я могу лишь передать смысл его слов, общий фон наших бесед. Хочется добавить от себя, что слово может означать чтото, а, может, и подразумевать. Под словом «мир» Нодар Владимирович подразумевал очень сложное понятие, которое раньше писали так: «мiр»! Мир – географическое понятие, и мiр – понятие духовное. Убрали одну букву из русского алфа вита, и язык обеднел. – Чтобы писать, – говорил он, – надо непре менно научиться добиваться безмятежности духа… Хорошо ему было советовать. Нодар Влади мирович, ушел из жизни после сердечного при ступа. Так что о «безмятежности духа» всем нам приходится только мечтать. Однажды, на одном из его «вечеров» в Моск ве, у него спросили, как он определяет понятие «интеллигент»? И он, не задумываясь, ответил: «Я был ребенком, и когда приходил в гости в один дом, то его хозяин – пожилой, весьма по чтенный человек, вставал при моем появлении!» Комментарий напрашивается сам собой: вот бы наши политики усвоили эту непритяза тельную привычку… *** Но вернемся к поездке в Соединенные Шта ты Америки, которую ему предсказала цыганка. Он вспоминал, как шофер такси в Новом Ор леане заметил, что пассажир не оченьто похож на русского. – Я грузин, – с гордостью заявил Нодар Владимирович. – Ну и как к вам русские относятся? – Как к грузинам, – ответил писатель. Нодар Владимирович – гуриец, из Чохатаур ского района. Замечательное место на Земле – Гурия, а гурийцы – очень древний народ. Антич ный герой Ясон приплыл на корабле Арго за золотым руно именно в Гурию. И помогла ему добыть его гурийка Медея. Грозная была дама. Неловко приводить анекдот, но не могу удер жаться. Одного ужасного преступника судили, и долго решали: каким способом лишить жиз ни. Предлагалось четвертовать, повесить, от рубить голову. Но один предложил заменить казнь женитьбой на гурийке.

– Что ты, – всплеснули судьи руками, – это негуманно. Жалко, человек всетаки… Я ни в коем случае не хочу обидеть гурийских женщин, я просто привел образец грузинского национального юмора. А гурийские женщины – красивые, светловолосые и зеленоглазые. Гля дишь на них и вспоминаешь «Иллиаду» Гомера. Я не буду делать никаких комментариев, бу ду приводить эпизоды его поездки в Штаты, его

Нодар Думбадзе

впечатления об этой стране. Были интересные встречи с людьми, подчеркнуто дипломатичес кие дискуссии с американскими писателями. И были встречи с соотечественниками, радост ные и незабываемые. В Вашингтоне его прини мал замечательный советский журналист Мэлор Стуруа. Был на встрече и молодой гру зин, «красивый и любезный сотрудник дипло матического корпуса Темур Аласания». Супруга Мэлора приготовила национальные грузинские блюда, за столом произносились грузинские тосты за Грузию, за родных, друзей и близких, за грузинский язык, за стихи, любовь, женщин и мир во всем мире. Надо сказать, что тост «За мiр во всем мире» в Грузии – традиционный и обязательный. Мда, за мiр во всем мире… Интересно, как интерпретирует этот тост грузин Саакашвили? А знаете ли вы, что имя Мэлор – аббревиату ра: Маркс, Энгельс, Ленин, Октябрьская рево люция. У известного журналиста есть сын – тоже журналист, только телевизионный. Зовут Андрей Мэлорович. Физиономия у него, кстати, на удивление славянская. И Стуруа – отец и сын, и Аласания – все они «несчастные грузи ны», оккупированные когдато русскими. Я бы еще привел здесь и такие имена, как Джугаш

49


На злобу дня вили, Орджоникидзе, Енукидзе, Берия, а также Героя Советского Союза – Леселидзе, нашего выдающегося современника, блистательного хирурга – кардиолога Лео Бокерия и знамени того художника и скульптора Зураба Церетели, президента Российской Академии художеств, между прочим. Я еще бы мог привести массу имен, но взял те, которые «оказались под ру кой». Не знаю, как мне определять Булата Шал вовича Окуджаву. Папа у него был аджарец, а мама армянка. В последние годы жизни Окуджава занял ультрарадикальные позиции по отношению к истории своей страны, и к драматическим событиям постперестроечного периода. Он был одним из немногих литераторов, кто подписал «расстрельное письмо», призывая власть в октябре 1993 года подавить оппози цию в крови. В интервью газете «Подмоско вье» писатель признался: «Я смотрел расстрел Белого дома как финал увлекательного детек тива – с наслаждением». Либералы и демокра ты – они такие!.. Наверное, за это ему постави ли памятник на Старом Арбате. Он считал себя дитем Арбата и задолго до событий у Белого дома написал известную песню: «Мы за ценой не постоим…» Особо хочу остановиться на личности вы дающегося русского полководца, героя суво ровских походов и Отечественной войны 1812 года, генерала от инфантерии, князя Петра Ивановича Багратиона. Он родился в городе Кизляре. В итальянском и швейцарском похо дах Суворова в 1799 году командовал авангар дами русских войск. В войне против Франции 1805 года отличился в бою при Шенграбене. Искусно руководил арьегардом русских войск в бою за ПрейсишЭйлау против армии Наполе она. В войне со Швецией 1808 – 09 годов, ко мандуя дивизией, одержал победы при Там мерфорсе и Або; в марте 1809 года во главе ко лонны русских войск совершил поход по льду на Аландские острова, а затем в Швецию. В том же году успешно сражался против турецких войск во главе Молдавской армии. В период Отечественной войны 1812 года командовал 2 й Западной армией. В Бородинском сражении руководил войсками левого крыла русских войск; при многократном отражении француз ских атак на Семеновских флешах (названных затем Багратионовыми) был смертельно ранен. И знаете, о чем я подумал? Окуджаве памятник стоит, не мешало бы и Багратиону поставить, давно пора. О чем думает Зураб Це ретели? Ждет, пока Александр Рукавишников сделает это для него? * * * Юмор Нодара Владимировича был поисти не неподражаем. Он рассказывал о том, как

*

50

в Новом Орлеане купил сорочку с надписью на английском языке. За пять долларов. Три дня он щеголял в этой сорочке по городу, не обра щая внимания на детей, которые показывали на него пальцем. Кончилось тем, что его остано вил полицейский, достал наручники и потребо вал документы. Нодар Владимирович достал дипломатический паспорт и обреченно протя нул стражу порядка руки. Оказывается, на спине грузинского писателя было написано: «Преступник № 522–7999 бежал из Бурбонской тюрьмы, будьте осторожны». Я бы и не вспомнил об этом эпизоде, если бы со мной не случилась похожая история. Од на уважаемая дама из Китая привезла мне спортивную майку с красивым иероглифом на груди. Ничего не подозревая, носил ее, пока на

Тверской улице, возле «Националя» не повстре чал группу китайцев. Они остолбенело устави лись на майку, потом стали смеяться, показы вать на меня пальцами. Я решил объясниться с переводчиком, но он замахал руками и убежал. В другой раз я плыл на теплоходе «Констан тин Симонов», совершавшим «круиз» по нашим северным рекам. Поездка с большим размахом была организована Союзом кинематографис тов, ее участниками были писатели, журналис ты, деятели науки, культуры и искусств из разных стран. Именно в этой майке я однажды пришел на завтрак. Все было как обычно, но за соседним столиком оказался китаец. Он взял двумя пальцами чашку с кофе, сделал глоток и случайно поглядел на меня. Его лицо искази лось, он внезапно взвизгнул и фыркнул, да так, что кофе обрызгал всех его соседей. Позже я спросил его, что смешного в иероглифе на моей майке. Он опять стал хохотать, потом из винился и сказал, что надпись практически непереводима… Майка лежит на бельевой полке в моем шкафу, и я мечтаю когданибудь перевести на


На злобу дня

писанное на ней. Что имела в виду дама из Ки тая, когда дарила мне эту майку? Но я отвлекся. В Голливуде в честь советских писателей был устроен банкет. Тамада – президент амери канского туристического общества поднял бокал. – Дамы и господа, – сказал он. – Этот тост я хочу предложить за самую самую прекрасную половину человечества! – Господин президент, вы, случайно, не Со ветский Союз имеете в виду? – громко поинтере совался Нодар Владимирович. Все засмеялись и вынуждены были выпить за Советский Союз. Во время пребывания в Америке советской писательской делегации в 1978 году произош ла неприятная история. Сотрудник нашего представительства в ООН, некто Шевченко, продался американской разведке. Ктото спро сил Нодара Владимировича: – Мистер Думбад зе, вы очень переживаете изза того, что Шев ченко остался у нас? – Если бы эт�� был Тарас Шевченко, я бы очень переживал, а тут… Чем больше таких по

донков, как Шевченко, останется у вас, тем для нас лучше. – Однако, то, что он остался в Америке, должно быть, дорого вам обошлось? – Право, не знаю, пока что ему платят аме риканские налогоплательщики, а мне лично это ни копейки не стоило, – парировал представи тель страны Советов. Кстати, о Тарасе Шевченко. В Тбилиси рас сказывали один забавный анекдот. При Хруще ве, как это принято у нас, развенчав «культ личности Сталина», стали в спешном порядке сносить его памятники. Однако, практичные ук раинцы решили не разрушать до конца величе ственное сооружение, а распилили его, убрали торс и оставили ноги. А сверху приделали пояс ную скульптуру Тараса Григорьевича. И ночью разгневанный украинский поэт явился одному партийному функционеру и прочел следующие строки: Люди ж, мои люди, Шо ж вы наробили? На грузинску задницу Хохла посадыли…

51


На злобу дня за кокаколой. Увидев советского писателя, дети, освиставшие наш корабль, тем не менее, уступили ему очередь. Грузин есть грузин. Он купил им всем знаменитый американский напиток. Сначала они наотрез отказывались, но, узнав, что он – «советский миллионер, и у него денег куры не клюют», весело засмеялись и приняли угощение… Один американский мальчик спросил: – А, правда, что в Советском Союзе учителя бьют детей? – А как же! – отвечал Думбадзе. – За что же их бьют? – Вот за такие глупые вопросы, – сказал Но дар Владимирович и шлепнул мальчика по мяг кому месту. Дети окончательно развеселились. – Вам понравился СанФранциско? – спро сила его одна девчушка. – Не понравился, – с напускной серьезнос тью заявил он. – Почему? – Целый день бродил по городу, и никто со мной ни разу не поздоровался. У детей его ответ вызвал еще больший смех.

Неприлично? Согласен. Но это же народ ное творчество. И очень отдаленно, ассо циативно рисующее сегодняшнее политичес кое «содружество» грузинского и украинского руководства… Нодар Владимирович прекрасно ориенти ровался и в русской литературе, и в американ ской. Он «вырос» на книгах БичерСтоу, Марка Твена, Фолкнера, Уитмена, О.Генри, Хемингуэя, Колдуэлла, Стейнбека, Сарояна и… Он очень любил Пушкина и Лермонтова, Гоголя и Чехова. Думбадзе сам об этом говорил. Он был чрезвы чайно образованным человеком и недоумевал по поводу того, что американцы в массе своей не знают свою литературу, Сейчас это, к вели кому сожалению, наблюдается и у нас. После того, как и мы стали капиталистической стра ной. Нодара больно задевало то, что тогдашнее американское руководство ничего не жалели для того, чтобы вместе с прочими добродете лями культивировать в детях если не ненависть, то, по крайней мере, чувство превосходства по отношению к нашей стране или страха перед ней. Этим вопросам отводилось немало места в большой и обширной программе. Группа писателей на маленьком катере со вершала прогулку по Санфранцисскому зали ву. Боцман объявил в рупор: приближается советский корабль «Максим Горький». Когда он проходил мимо, находившиеся американские ребятишки освистали его. Немного погодя Нодар Владимирович спус тился в буфет. Человек десять тех самых ребя тишек тоже оказались там – стояли в очереди

52


На злобу дня – А вы, правда, хотите захватить Америку? – спросил один любознательный мальчуган. – Не скрою от вас, хотим! – признался Нодар Владимирович. – Зачем? – насторожились они. – Вы всех убеждаете в том, что Америка – самая красивая и самая богатая страна, как тут удержаться?! – А зачем вы хотите нас захватить? – в свою очередь спросил писатель. – Мы? Мы вовсе не хотим, – отвечал мальчу ган, смутившись. – Вот и, слава Богу, мы тем более не хо тим, – объявил Нодар Владимирович и протя нул руку американскому мальчику. И они дали слово придерживаться этого по ложения и впредь. (А, вдруг, на этом катере присутствовал юный Барак Обама? Вот было бы здорово!) – Смотри, уговор дороже денег! – Уговор дороже денег, – подтвердил друже любный мальчик. Так в мае 1978 года в порту СанФранциско Нодар Владимирович Думбадзе заключил с

подрастающим поколением Америки договор о взаимном ненападении. С мальчиком, задавав шим «неудобные вопросы», советский писатель на прощанье даже расцеловался. Это может подтвердить Ясен Николаевич Засурский – президент факультета журналистики МГУ, он тоже плавал на этом катере по СанФранцис скому заливу. Тридцать с лишним лет прошло с тех пор. Многое изменилось. Будучи в Америке Нодар Владимирович болезненно ощущал расовую

дискриминацию. На самой верхней ступени этой расовой дискриминации он определял амери канцев англосаксонского происхождения. В са мом низу – индейцев, пуэрториканцев и негров. Ох, уж это англоамериканское ощущение собственного превосходства! Я всегда вспоми наю Даниэля Дэфо. Истосковавшийся по чело веческому общению, его Робинзон Крузо, так мечтавший обрести товарища по несчастью, тем не менее, объявил «дикарю», что его имя будет «Пятница», так как в этот день недели он спас ему жизнь. И тут же научил его произно сить слово «господин». Ибо в ином качестве он себя и не представлял. Иными словами ему на необитаемом острове не хватало слуги. Интересно, когда эти самые англосаксы так бесцеремонно определили себя, как расу господ? Тридцать лет назад у грузинского писателя Нодара Думбадзе сложилось впечатление, что Америка напоминает уставленную черными и белыми фигурами гигантскую шахматную дос ку. «Играют белые и черные. Партия протекает с явным преимуществом белых, но турнир очень напряженный, сложный и длительный…» А что сейчас? Президентом США стал Барак Обама. Это что, ничья? Или черные берут ини циативу в свои руки? Весьма иронично писатель отзывался о пре словутой американской свободе слова. Она на поминала ему облаченную в пышные одежды средневековую испанскую даму, с которой, прежде чем раздеть ее, надо снять штук девять нижних юбок. Впрочем, с этой задачей на об ширной писательской встрече умело справи лась американка, госпожа Джойс Кэррол Оутс. «Одним умелым движением руки она сорвала все девять юбок «с этой прелестной особы». – Господа, в Америке свобода слова сущест вует лишь для тех, у кого есть деньги, – сказала она. Лично я не вижу в этом ответе ничего ориги нального. Привычно удивляет одно: И эти са мые американцы, которые три десятка лет назад сталкивались с таким понятием, как ра совая дискриминация, все эти три десятка лет навязывают всем и вся свой образ жизни и свое понимание свободы и демократии? Парадокс, да и только!.. Свои впечатления о поездке в Америку Но дар Владимирович Думбадзе опубликовал в журнале «Литературная Грузия» в 1979 году, в очерке «Возвращение Одиссея». Грузию он изящным образом сравнивал с Пенелопой. За мечательный, надо заметить, был журнал. В нем печатали и Марину Цветаеву, и Анну Ахматову, и… Печатали и Тициана Табидзе, од ного из немногих, кто не отвернулся публично от опального Пастернака, когда тот путешест вовал по Грузии.

53


На злобу дня Воспоминания о Грузии и Тбилиси улыбают ся мне, они подернуты флером изысканной пе чали и неизбывной грусти. Одно воспоминание тащит за собой другое. Список «несчастных грузин», оккупированных злодеями русскими, дополняют два замечательных композитора – Сулхан Цинцадзе и Вано Мурадели. Ректор тбилисской консерватории Сулхан Цинцадзе был прост в обращении, естестве нен, а эти качества, как я давнымдавно заме тил, признак истинного духовного аристокра тизма. Он со своей супругой Лианой приходили в гости к моей матушке. Композитор очень любил вишневое варенье, которое ежегодно варилось у нас «на зиму» в большом медном ту рецком тазу. На столе шумел самовар, к сожа лению, электрический, чай заваривался грузинский, настоящий, собранный в окрестно стях деревни Лыхны, в Западной Грузии – «вручную». О чем говорилось за столом, я со вершенно не помню, потому что поюношески безнадежно был влюблен в Лиану, всего лет на семь старше меня. Она была пианисткой. Отец у нее был еврей, а мама грузинка – известная спортсменка, заслуженный мастер спорта. Я не знаю, догадывалась ли она о моем чув стве, и, если догадывалась, то вела себя есте ственно и деликатно. * * * Надо сказать, что Тбилиси был не совсем гру зинским городом, он был многолик и разнообра зен и по своим архитектурным особенностям, и по составу населения. Помню, к моему прадеду– Алексею Захаровичу Мамонтову заходил его старинный друг – Михаил Иосифович Рабино вич – известный как великолепный зубной врач. Я както появился у прадеда, а они сидят за столом и пьют чай с коньяком. Меня пригласи ли принять участие в беседе, поставили передо мной чашку чая и… хрустальную рюмку с тремя каплями коньяка. Прадед меня, в девятилетнем возрасте подчеркнуто считал мужчиной. Из разговора я понял, что после чаепития они собирались кудато вместе отлучиться. – Помнится, до известных печальных собы тий у вас, Алексей Захарович, кажется, был ав томобиль? – спросил Михаил Иосифович. Прадедушка несколько растерялся и поста вил чашку на блюдце. Помолчал. – Был, – ответил он. – И где ж этот автомобиль сейчас? К прадедушке вернулось, присущее ему чув ство юмора. – Да видите ли, уважаемый Михаил Иосифо вич, заглянул ко мне както комиссар с маузером и в кожаной тужурке, и попросил «покататься»… – Мда, и что ж? – Так случилось, что он до сих пор на нем и катается, фамилия комиссара была – Минкин.

54

– Еврей? – переспросил Михаил Иосифович Рабинович. – Наверное, – пожал плечами прадед. – И чего это евреи так азартно бросились ус траивать «мировую революцию»! – в свою очередь, пожал плечами старый стоматолог. – Вечно затеют чтонибудь и, как правило, на свою голову. Это давно известно, но угомонить ся никак не могут. Потрясающий народ, читаешь его историю, диву даешься, оторопь берет… Гдето дома у меня хранится фотография, надо бы разыскать ее. Прадедушке лет сорок пять, но он строен и весело улыбается. Он в ко жаной куртке, кожаном картузе, на околышке которого красуются замечательные очки, такие многофигурные. И рядом с ним автомобиль – «Форзон». Бабушка рассказывала мне замечательную историю. В 1918–1920 годах в Грузии, да и не только в ней, вспыхнула эпидемия «испанки», особой разновидности вирусного гриппа. Анти биотики тогда, как известно, еще не успели изо брести, и люди умирали в огромном количестве. Дошла она и до русских деревень в Закавказье. И ктото надоумил: от «испанки» – единственное средство – армянский коньяк. В русских дерев нях спиртное не продавалось. Алексей Захаро вич запряг в бричку резвых коней и помчался в ближайший город. Он нагрузил полную бричку бутылками со спасительным напитком, привез в деревню и стал разливать – мужчинам по стака ну, женщинам по стаканчику, детям по столъовой ложке. Люди, прежде чем выпить, истово моли лись. И случилось чудо – «испанка» отступила. Эту историю я слышал не только от бабушки. Я с грустью думаю о том, что мой прадедушка мог позволить себе купить «на карманные день ги» бричку коньяка. Тут, порой, на бутылку не на скребешь, а он!.. А он не разбирался, кого поит коньяком – русских, грузин, армян, турок или курдов. Он спасал людей. Прадед очень любил лошадей и основал конный завод, на котором выращивали «ахалте кинок» – совершенно изумительных лошадей. Удивительно преданные животные. Помните у Лермонтова, Карагез – это был ахалтекинец. Они, скорее, «напарники», чем лошади. Во вре мя схватки двух конных бойцов ахалтекинцы копытами и зубами стараются нанести вред противнику хозяина и его лошади. Этот завод существовал и в советское вре мя. Мальчиком лет восьми меня привезли на этот завод. И один древний старик – курд, с дореволюционных времен работавший коню хом, узнав, кто я, пытался поцеловать мою руку. Я, естественно, растерялся… * * * А знаете, почему грузины называют свой го род Тбилиси, а «русские оккупанты» называли


На злобу дня Тифлисом? Дело в том, что 1500 с лишним лет назад великий грузинский царь Вахтанг Горга сал охотился в окрестностях древней столицы Мцхета и подстрелил сокола. Птица упала в ру чей. Царь сошел с коня, чтобы подобрать ее и обнаружил, что источник горячий. «Уй, тбили», – сказал он. И вскоре решил именно рядом с эти ми, бьющими из под земли серными горячими источниками основать новую столицу, которая стала называться Тбилиси. Возможно, он лелеял далеко идущий замы сел, сделать город международным курортом. В Тбилиси позднее построили прекрасные «серные бани», очень целебные. В десятилет нем возрасте я посещал их и на традиционный вопрос: ну как ты себя чувствуешь после проце дуры, не задумываясь, отвечал: помолодел лет на двадцать! В Тбилиси было много лис, я это хорошо по мню. Мы, дети, искали лисьи норы, а они, как правило, имеют несколько выходов, запихива ли в одну из них сухую траву и старые газеты, и поджигали. Вскоре из какойнибудь норы вы скакивала рыжая красавица и шустро скрыва лась, сверкая огненным хвостом. Когда в Тбилиси вошли русские войска сре ди поголовья лис, населявших окрестности го рода, почемуто вспыхнула эпидемия лисьего тифа. «Тиф лисий», – говорили русские, и так и стали называть город Тифлисом, по привычке, до «печальных событий». А к чему я это расска зываю? Да, так, интересно… * * * Пишу и сталкиваюсь с очень существенной проблемой. Я совершенно не могу соблюсти хо тя бы какуюнибудь композицию. Собираю лишь разноцветные камушки воспоминаний, а моза ичную картину предоставляю составить своим читателям, надеюсь, доброжелательным. У меня были соседи, мои сверстники – Гу рам и Гиви. Папугрузина звали Гедеван, а ма муармянку Маро. Имя Гедеван, наверное, про исходит от библейского Гедеон. Он был очень непоседливым, в его комнате на стене висел ледоруб с медной табличкой. Это был «наград ной ледоруб» за какойто замечательный по двиг во время сложного восхождения. Еще у них была замечательная бабушка очень преклонного возраста. Она ходила в на циональном грузинском костюме, и все время на когото кричала, воспитывала. Если она ви дела меня в одних сатиновых трусах, без сороч ки, она пронзительным голосом советовала мне немедленно одеться. Больше всего доста валось ее внукам, но они к ее «увещеваниям» относились достаточно равнодушно. Иногда мы объединялись, прыгали вокруг старушки и дразнили ее: «Бабо, квертхи додо!» Это перево дится, как «бабушка, снеси яичко». Бабушка вы

ходила из себя и кричала нам: «У, шен мама дзахли!» А это уже звучало и вовсе смешно: «твой отец собака!» Братья возражали ей – «наш папа – твой сын, и он не может быть соба кой!» А поскольку «шен» звучало в единствен ном числе, я это замечание на свой счет никак не воспринимал. Вообщето мы были друзьями, но дня не проходило, чтобы мы не подрались. Причин для вражды не было, просто в моих соседях кипела горячая кавказская кровь. Я никогда не любил выяснений отношений, тем более в уличных по тасовках, но избежать их не было никакой воз можности. Иначе прослывешь непроходимым трусом. Я выходил на улицу в сорочке, отгла женной бабушкой, встречал Гурама. Сердце мое сжималось в недобром предчувствии – у него дурное настроение. Ритуал вызова на поединок происходил следующим образом: он плевал на средний и указательный палец и пытался ими провести по моей щеке. Это сносить было нельзя. Я размахивался и… Гурам был моим сверстником, но, как многие кавказские мальчики очень рано развивался. К двенадцати годам у него стали пробиваться усы и вообще, он был килограммов на десять тяже лее меня. Мои «удары» для него мало что значи ли. Тем более что в наш поединок включался Гиви, бросался в ноги, пытаясь опрокинуть на землю. Бедная моя сорочка! Но очень скоро я обнаружил, что Гурам не переносит двух вещей: удушающего приема и самого незначительного удара в нос. У него мгновенно начинала течь кровь. А мой нос был на редкость терпеливым. По нему можно было колотить изо всех сил, он распухал, вульгарно краснел и хлюпал, но кровь из него не шла никогда. Избитый и истерзанный, я научился зажи мать его шею между плечевым и локтевым сус тавом, и он становился беспомощным, как яг ненок. «Проси прощения», – требовал я, и он покорно выкрикивал все, что я ему рекомендо вал. Я доходил до того, что просил его признать меня самым лучшим в мире мальчиком, самым сильным и самым красивым. Он сдавленным голосом подтверждал это. Но стоило мне отпустить его, как все начи налось сначала. И только тогда я догадался за девать его крупный армянский нос (в маму па рень пошел) и тут же отскакивать… Полнокровный был парень. Но как это хоро шо известно, кровь из носа «противника» озна чала полную мою победу. У меня все тело ныло и страдало, но честь моя была соблюдена. И не один раз. Но откровенно говоря, победителем я себя не чувствовал... Владимир ПЕСТЕРЕВ

55


На злобу дня

ВПЕРЕД, К «ДОМОСТРОЮ»! Другими словами, «Домострой» – это энцик лопедия русской жизни XVI века. В ней наряду с частными советами – к примеру, как солить ры жики или содержать посуду в чистоте – даны и более серьезные рекомендации: как устроить свой дом так, чтобы в него было «как в рай вой ти»; как обустроить свои взаимоотношения со всеми членами семьи и многое другое. Единого мнения о том, кто является автором этой книги, до сих пор нет. Предполагают, что им мог быть сподвижник и духовный наставник молодого царя Ивана IV, будущего Грозного, протопоп Сильвестр (уж больно узнаваемы многие из приведенных наставлений – не иначе как почерпнутые из Закона Божиего и других Священных книг). До нашего времени сохранилось около сорока списков (экземпляров) этого произве дения. Перелистаем же некоторые страницы «Домостроя», чтобы составить свое собствен ное мнение о незаслуженно отвергнутой и по забытой книге. Подивимся мудрости наших предков.

С

егодня мы многое подвергаем переос мыслению и «реабилитируем» то, что еще совсем недавно было принято критиковать и бесповоротно отвергать, зачас тую даже не читая того или иного произведе ния, будь оно трижды талантливым или даже гениальным, а только слепо веря на слово «авторитетам». Так случилось и с памятником средневеко вой русской литературы XVI века, надолго став шим синонимом «темного царства». Эта точка зрения, совершенно не отвечающая истинному содержанию этой уникальной книги, в которой, прежде всего, сконцентрир��вано духовное ми( роощущение своего времени, господствовала в нашем обществе и вдалбливалась в наши го ловы многие и многие десятилетия. Речь идет о произведении, полное название которого таково: «Книга, называемая Домост рой, содержащая полезные сведения, поучение и наставление всякому христианину – мужу и жене, и детям, и слугам, и служанкам». И оно говоритт само за себя.

56

ОСНОВА ОСНОВ В известный с незапамятных времен девиз «В здоровом теле – здоровый дух» сама жизнь внесла поправку. Сплошь и рядом, особенно в последнее время, когда непременным показателем благополучия стало увлечение фитнесом, дайвингом и тому подобными ново модными спортивными занятиями, мы видим физически здоровых, с отменной мускулатурой молодых (и не очень молодых) людей. Тело их, безусловно, здорово, и это по большому счету, хорошо. Но, простите, куда же подевался тот самый «здоровый дух»? Неуважение к окру жающим, а зачастую откровенное хамство, нескрываемая демонстрация своего превос ходства над малыми мира сего, непристойная брань, половая агрессия – вот далеко не полный перечень «нравственных качеств этих «здоровячков». Несостоятельность этого девиза настолько очевидна, что хочется его подкорректировать и написать примерно так: «Здоровое тело бла годаря здоровому духу». Именно духовнонрав ственное воспитание человека должно быть положено во главу угла.


На злобу дня Гражданам далекого XVI века не надо было «выдумывать велосипед» – вся тогдашняя жизнь была подчинена религиознонравствен ным законам. Выделю в слове «подчинена» его корень – чин, то есть порядок. И уточню: имен но религиознонравственные законы упорядо чивали всю жизнь русского общества, а ее стержнем была жизнь религиозная. Именно по этому первые главы «Домостроя» наставляют в том, «Как христианам веровать во Святую Трои цу и Пречистую Богородицу, и в Крест Христов, и святым небесным бесплотным силам, и всем святым…» (гл. 2); «Как любить Бога всею душою и близких своих, и страх Божий иметь, и по мнить о смертном часе» (гл. 4) и т.п. Как просты и одновременно емки и глубоки приведенные в них наставления: «…возлюби Господа Бога твоего всею душою своей…, и стремись все свои дела и привычки, и нравы соразмерять с Заповедями Его, и при этом воз люби всякого близкого человека, по образу Бо жию созданного…, живи добрыми делами, в чи стоте и покаянии…» (гл. 4). Жизнь патриархальной русской семьи бук вально сплеталась с жизнью Церкви: это и обязательное участие всех в церковных бого служениях, празднествах и таинствах; и благо честивые домашние обряды; и паломничества по святым местам, и т.п. В «Домострое» можно было найти рекомен дации, «Как святителей почитать, также и свя щенников и монахов» (гл. 5); «Как посещать в монастырях и в больницах, и в темницах, и вся кого в скорби» (гл. 6); «Как в Церкви мужу и же не молиться, чистоту хранить и никакого зла не творить» (гл. 13). Не для нас ли, сегодняшних, эти полутыся челетней(!) давности наказы: «…милостыню, что просят, по силе своей возможности пода вай, и вглядись в беду их и скорбь, и в нужды их, и, насколько возможно, им помогай, и всех, кто в скорби и бедности, и нуждающегося, и нище го не презирай…» (гл. 6); «…в Церкви ни с кем не беседовать, стоять в молчании, слушать, не оглядываясь; ни к стене не прислоняться, ни к столбу…, не переступать с ноги на ногу...; не выходить до конца службы из Церкви, придти же к самому началу» (гл. 13). В каждом доме «красный» угол непременно отводился для икон. К благоговейному отноше нию к родовым святыням призывал и «Домострой» А к святым образам прикасать ся лишь с чистой совестью,.. Чистая совесть. Постоянно обращается «Домострой» к этой нравственной категории, о которой мы сегодня предпочитаем и не вспоминать, а если невзначай и упомянем в разговоре, то уж непременно с насмешливым оттенком – как о чемто архаичном, вымершем

и даже почти неприличном в наше демократи ческое времечко! А ведь, действительно, какая малость: живи себе, человек, по чести, по совести, и тогда жизнь вокруг тебя непременно преобразится. Жить же по совести учили с детства – по Закону Божиему да «Домострою». И знал с младых ног тей каждый русский человек тринадцать «не»: «не красть, не блудить, не лгать, не клеветать, не завидовать, не обижать, не наушничать, на чужое не посягать, не осуждать, не бражничать, не высмеивать, не помнить зла, ни на кого не гневаться» (гл. 21). Да и следующие рекомендации можно со всей определенностью назвать «жизненным кредо» тогдашнего жителя России. Жаль, что не нынешнего… «Тем, кто старше тебя, честь воз давай и кланяйся; средних как братьев почитай; немощных и скорбных утешь любовью, а млад ших как детей возлюби – никакому созданию Божию не будь лиходеем. Славы земной ни в чем не желай;…всякую скорбь и притеснение с благодарностью претерпи; если обидят – не мсти, если хулят – молись; не воздавай злом за зло; согрешающих не осуждай, вспомни и о своих грехах...» (гл. 7). ГЛАВА ДОМА Во все времена основой любого государст ва была семья, недаром ее именовали «ячей кой» общества. Вот только почему «была»? Об ратимся к неумолимой статистике: в настоящее время в России из десяти пар, состоящих в официальном браке, восемь (!) распадаются (по всем возрастным группам). Среди пар, так сказать, гражданских «разбегаются» более 60%. Столь удручающая картина свидетельст вует об одном – о крахе института семьи в на шей стране. Причин тому множество. Вот лишь некото рые из них: 1. То самое пресловутое «равноправие», которого в браке быть не может, что называет ся, по определению. Ибо, хотим мы того или нет, Самим Всевышним установлено главенст во мужчины и подчиненность ему женщины: «…не хорошо быть человеку одному; сотво( рим ему помощника, соответственного ему» (Быт. 2, 18). 2. Поощряемый чуть ли не с пеленок инди видуализм – начальная степень эгоизма. По словам известного православного педагога и писателя, священника Александра Ельчанинова (1881–1934): «Индивидуализм… создает в бра ке особые трудности. …самое, казалось бы, простое, но и самое трудное – решимость за нять каждому свое место: жене – смиренно стать на второе, мужу – взять тяжесть и ответ ственность быть главой».

57


На злобу дня 3. Беспардонно насаждаемая почти всеми СМИ погоня за всевозможными удовольствия ми как главной целью человеческой жизни. В полном соответствии с «мечтой» Алена Дал леса: «Из литературы и искусства мы постепен но вытравим их социальную сущность, все бу дет изображать и прославлять самые низмен ные человеческие чувства. Надо создать и вдалбливать в сознание культ секса, культ на силия, садизма и предательства…» А потому зомбированный сильный пол (по большей части), забывая, а то и вовсе игнори руя свои семейные обязанности, стремится лишь к этому самому «запретному плоду» – ну нет никаких сил, как хочется попробовать чего нибудь еще «погорячее»! Хотя даже монаху Епифанию из Афин, дав шему обет безбрачия (как, впрочем, и любой другой инок), ясно как дважды два, что «неже натый человек имеет права и обязанности. Ког да он женится, тогда у него становится прав меньше, а гораздо больше обязанностей. Но когда появятся дети, тогда у него совсем нет прав, а только одни обязанности» (из книги «Поучения старцев»). При таком вопиющем положении дел на из вечные русские вопросы: «Что делать?» и «Как быть?», думается, есть лишь один ответ: немед ленное духовнонравственное оздоровление общества. Во времена «Домостроя» все было проще: каждый с детства разумел свое место в обще стве, свои права и обязанности. А сам патриар хальный уклад жизни в полном соответствии с Божиими установлениями отводил именно мужчине главенствующую роль: он – первое ли цо в семье, глава своей жене, хозяин дома, им ведется и держится семья. Муж – господин, значит, он первый отвечает перед Богом и людьми за все, что делается в его маленьком «царствегосударстве», в том числе и за жену: «Следует мужьям поучать жен своих с любовью и примерным наставлени ем…» (гл. 29); «…а увидит муж, что у жены непорядок… или не так все, как в этой книге из ложено, умел бы свою жену наставлять да учить полезным советом. Если она понимает – тогда уж так все и делать, и любить ее, и хвалить, но если жена науке такой и наставлению не следу ет, должен муж жену свою наказывать и вра зумлять наедине страхом, а наказав, простить и попенять, и с любовью наставить и поучить, но при этом ни мужу на жену не гневаться, ни жене на мужа – всегда жить в любви и согласии» (гл. 38) (уточню: в XVI веке слово «наказать» означа ло «учить», «наставлять»). Специально выделила здесь слово «лю бовь». Вот такто, ни много, ни мало: то самое пресловутое «темное царство», оказывается, строилось и держалось на любви и согласии!

58

Во всяком случае, именно к этому призывал «Домострой». Другой вопрос – слышали ли его тогдашние мужья? ЕМУ ПОМОЩНИЦА Много позже, в веке XIX, один из великих русских классиков, много чего повидавший на своем веку: принимавший участие в боевых действиях; завсегдатай великосветских сало нов, волочившийся за многими дамами, а пото му прекрасно разбиравшийся в мужской и жен ской психике; отец большого семейства, при знавал, что вот как разто любить (выделено мной. – О.Г.) большинство мужчин и не умеет. Наверное, подрастеряли они это прекрасное качество в бесконечных многовековых битвах… «Мужчины не могут делать того высшего, лучшего и наиболее приближающего человека к Богу дела – дела любви, дела полного отдания себя тому, кого любишь, которое так хорошо и естественно делали, делают и будут делать хо рошие женщины. Без женщинврачей, телег рафисток, адвокатов, ученых, сочинительниц мы обойдемся, но без матерей. помощниц, по друг, утешительниц, любящих в мужчине все то лучшее, что в нем есть, и незаметным внушени ем вызывающих и поддерживающих в нем все это лучшее, – без таких женщин плохо было бы жить на свете» – писал Лев Николаевич Толстой (это о нем речь). «Домострой» тоже не обошел своим внима нием прекрасную половину человечества, по святив немало страниц ее обязанностям: «Мас терицы хорошие жены – доход и сбереженье всему…» (гл. 30); «Как всякое платье кроить…» (гл. 31); «Как всякий порядок домашний содер жать» (гл. 32); «Каждый день жене мужа обо всем спрашивать и советоваться обо всем…» (гл. 34); «Женам наказ о пьянстве и о хмельном питье…» (гл. 36). За прошедшие пятьсот лет ни чуточки не ус тарела, а наоборот – и сейчас до глубины души трогает небольшая главка, буквально прони занная любовью к женщине. Для того времени называется она потрясающе: «Похвала женам». Вчитайтесь в эти дивные отрывочки: «Если дарует Бог жену добрую, получше камня драго ценного; такая из выгоды не оставит, всегда хорошую жизнь устроит своему мужу; милость обращает на убогого и плоды трудов подает нищим – не беспокоится о доме муж ее. …хоро шая жена радует мужа своего и наполнит ми ром лета его; хорошая жена да будет благою наградой тем, кто боится Бога, ибо жена делает мужа своего добродетельней… Жена добрая и трудолюбивая, и молчаливая – венец своему мужу…» (гл. 20). Вот вам и «темное царство», и бесправно унизительное положение женщинырабыни… Много ли вы припомните столь возвышенно


На злобу дня теплых слов, адресованных «его помощнице? Вот тото и оно! Одна констатация: «жена дела ет мужа своего добродетельней» чего стоит! Хотя, наверное, того самого «темного» и тогда хватало, но ведь речьто идет всетаки об образце для подражания, о, так сказать, иде альных отношениях. Но, помилуйте, какой же идеал в том, чтобы быть верной и преданной мужу, содержать дом в порядке, воспитывать детей? Ведь это же нормальные семейные от ношения в нравственноздоровом обществе. Не в этом ли, последнем, видели свою глав ную задачу тогдашние государственные мужи, коль скоро предложили своим согражданам именно такой образец для подражания? В отли чие от наших сегодняшних – превративших практически в одночасье наше отечество в «пе ревернутое королевство», где в открытую «пра вят бал» бесстыдство, воровство, обман, за висть, корысть… Где такие качества, как поря дочность, любовь, преданность, верность, че стность считаются пережитками прошлого. Где большинство наших школьниц (будущих мам!) мечтают лишь о «красивой жизни», а потому стремятся повыгоднее себя продать – стать со держанками «богатеньких Буратино», моделя ми, стриптизершами, проститутками. Страшно представить, каких детей воспита ют и какие качества передадут следующему по колению эти «милые девчушки», ежели решатся на «главное женское дело». Не зря ведь народ ная мудрость подмечает: «Яблоко от яблони не далеко падает!» ИХ СМЕНА Во все времена людей не могло не волно вать, кто придет им на смену, кого они оставят на земле после себя. Поэтомуто издревле де ло воспитания подрастающего поколения счи талось одним из наиважнейших. Как писал в начале XX века епископ Николь ский и Уссурийский Павел (Ивановский): «Доб рое воспитание есть самое ценное, самое вели кое сокровище, которое могут и должны дать родители своим детям. Если мы преклоняемся перед великими художниками и славим их за то, что они дали нам прекрасные картины или изва яния, то сколь большего уважения заслуживают те родители, которые дали Церкви, обществу и государству добрых и полезных сынов». Естественно, что «Домострой» не обошел стороной эту тему. Более того, судя по тому, что и начинается, и заканчивается он, по сути, практически одними и теми же текстами (раз нящимися лишь объемом): «Наставление отца сыну» (гл. 1) и «Послание и наставление от отца к сыну» (гл. 64), этому аспекту в XVI веке прида вали весьма серьезное значение. Да подругому и быть не должно! Ведь вос питание – это, по большому счету, то, чем ты

«напитаешь» свое чадо: чему научишь, какие черты характера заложишь, с каким нравствен ным багажом «выпустишь» в самостоятельную жизнь. Краеугольным же камнем воспитания тогда была нравственность! Рекомендации воспитательные приведены в «Домострое» сразу же после наставлений ду ховных – что свидетельствует о том, как ответ ственно относились тогда к этому вопросу. Объединенные в четыре главы, они учат, «Как детей своих воспитать в поучении и страхе Божьем» (гл. 15); «Как дочерей воспитать и с приданным замуж выдать» (гл.16); «Как детей учить и страхом спасать» (гл. 17); «Как детям от ца и мать любить и беречь, и повиноваться им, и утешать их во всем» (гл. 18). Право же, совсем нелишне и нам взять на вооружение такие актуальные наказы: «А пош лет Бог кому детей – сыновей или дочерей, то заботиться о чадах своих отцу и матери, обеспечить их и воспитать в добром поучении; учить страху Божию и вежливости и всякому по рядку, а затем… их учить рукоделию…; любить их и беречь, но и страхом спасать, наказывая и поучая, а осудив, побить. Наказывай детей в юности – упокоят тебя в старости твоей. И бе речь и блюсти чистоту телесную и от всякого греха отцам чад своих как зеницу ока и как свою душу» (гл. 15). «Воспитай дитя в запретах и найдешь в нем покой и благословение… И не дай ему воли в юности, но сокруши ему ребра, пока он растет, и тогда, возмужав, не провинится перед тобой и не станет тебе досадой, и болезнью души…» (гл. 17). «Если же кто осуждает или оскорбляет своих родителей, или клянет их, или ругает, тот перед Богом грешен и проклят людьми; кто бьет отца и мать, пусть отлучат от церкви… и пусть умрет он лютою смертью… Если же оскудеют разу мом в старости отец или мать, не бесчестите их, не укоряйте, и тогда почтут вас и ваши дети; не забывайте труда отца и матери, которые о вас заботились и печалились о вас, покойте старость их и о них заботьтесь, как они о вас…» (гл. 18). И ведь, действительно, все чрезвычайно просто: заботься о детях, люби и оберегай их, воспитывай в вере в Бога и на добрых приме рах, приучай к вежливости, порядку и рукоде лию, наказывай за провинности. Но в этой гени альной простоте – непременный залог успеха, свидетельством чему служит многотрудная, но и многославная пятисотлетняя жизнь России после «Домостроя». Так что стоит прислушаться к «хорошо забы тому старому» и не выплескивать вместе с во дой и ребенка. Ольга ГЛАГОЛЕВА

59


Наши партнеры

ПРОЕКТ «ГАЛИЛЕЯ»

РАБОТАЕТ

П

родолжаются поездки молодежных групп между отделениями ИППО на Святой Земле и Российскими регионами, посвя щенные изучению Русской Палестины. Еще зи мой на заседании международной секции ИППО в МИДе было предложено развивать мо лодежные обмены не только между Москвой и Галилеей, но подключить к молодежной про грамме и отделения ИППО в регионах России и на Святой Земле. На днях завершился очередной этап проекта «Галилея». В Москве и Нижнем Новгороде при нимали израильских арабов, учащихся в школе в КфарЯсифе, небольшом поселке около Акко. Напомним, что начался проект «Галилея» в 2008 году, инициаторами его стали активные деятели ИППО в Галилее и Москве. Успех первых поездок показал перспективность начинания, желающие участвовать в организации образовательных поездок для молодежи откликнулись на наше приглашение в Нижнем Новгороде, туда мы и по везли наших гостей этим летом. В первые дни своего пребывания в России ребята из КфарЯсифа познакомились с самым центром Москвы, погуляли по Александровско му саду, Красной Площади, любовались Охот ным рядом и парком Репина, мостами через Москвареку. Первое потрясение было от кра соты русских храмов, обилия фонтанов, цветов, светловолосых красавиц и роскошных автомо билей в городе.

60

После была организована дивная экскурсия в МарфоМариинскую обитель, основанную ве ликой княгиней Елизаветой Федоровной, кото рую православные арабы знают по монастырю Марии Магдалины в Иерусалиме, где покоятся мощи преподобномученицы. В МарфоМари инской обители удалось побывать в восстановленных покоях великой княгини, принявшей монашеский постриг после траги ческой гибели мужа, великого князя Сергея Александровича, первого Председателя ИППО Так как наша программа посвящена дея тельности ИППО, то в рассказах о жизни святой преподобномученицы уделялось внимание ее председательству в ИППО, просветительской деятельности. Школьникам из КфарЯсифа особенно близка эта тема, поскольку именно в их арабском поселке была построена первая из 114ти русских школ на Святой Земле. Не раз уже в своих статьях мы упоминали, как берегут память о те�� школах в Палестине, хранят тетра ди дедов и бабушек, учившихся в тех школах, как ждут возвращения мягкого русского слова. Не раз руководитель группы говорил, что рус ское влияние на палестинские земли – это не крестовые походы, это завоевание культурой, которую несла Россия в арабские деревни че рез школы ИППО. Возможно, что впервые со времени восста новления МарфоМариинской обители прозву чали перед иконами величания святой Елизаве те на арабском и русском языках. Знакомство с личностью Елизаветы Федо ровны всегда трогает сердце. Очень приятно, что для ребят теперь ожила история строитель ства школы в КфарЯсифе, история Иеруса лимского монастыря, стала понятна связь между Москвой и Иерусалимом на примере жизни русской святой. Чтобы проследить связь между религиоз ным миропониманием и светским мы отправи лись в Третьяковскую галерею. Там ребята увидели не только картины Нестерова, распи сывавшего храм в МарфоМариинской обите ли, но и Иванова, Поленова, Ге и многих других художников, писавших полотна в Палестине. Узнаваемы как на фотографии были виды Тиве риатского озера, веток оливы, камней в пусты не, где ходил Христос с учениками. Там же наши гости увидели и русские пейза жи, с которыми им предстояло ближе познако


Наши партнеры миться на следующий день сначала из окна поезда Москва – Нижний Новгород, а затем из окна автобуса, который вез нас в молодежный лагерь «Витязей». Конечно, надо особенно остановиться на пре бывании в Нижнем Новгороде. Это невиданной красоты город на месте слияния Оки и Волги. Экскурсовод показал все городские достопри мечательности. Переводчикарабист, препода ватель факультета международных отношений Нижегородского Университета Е. Сухова ответи ла на все волновавшие вопросы, в дискуссиях время пролетело незаметно. Как ни грустно, но надо было покидать этот гостеприимный город и ехать в лагерь, где дети могли бы пообщаться со сверстниками из России, отдохнуть от экскур сий и насладиться русской природой. «Витязи» возникли в 20е годы прошлого ве ка. Эта организация была создана во Франции русскими эмигрантами с целью сохранения на циональной идентичности русской молодежи на чужбине. За ХХ век «Витязи» появились не только по всей Европе, но и в Новом Свете. Че рез лагерь «Витязей» прошли в своем детстве и отрочестве очень многие яркие деятели Русско го Зарубежья, ученые, священники, писатели и политики. С 90х годов «Витязи» стали организо вывать лагеря на территории самой России, так как вопрос о сохранении своей культурной иден тичности стал актуальным уже на Родине. В первый же вечер по прибытии в лагерь «Витязей» нам затопили русскую баню и показа ли пруды, где можно купаться. Сразу нырнуть ри скнули только самые отважные, остальных уже в следующие дни невозможно было вытащить из воды даже на обед . А теперь в письмах из Пале стины ребята вспоминают парилку и непонятные березовые веники, которые так вкусно пахнут. На обед палестинцев сложно было собрать еще и изза непривычной полевой кухни. Многие так и не привыкли к русскому супу и крупе. Надо сказать, что «Витязи» живут в спартанских усло виях: и спят в палатках, и готовят сами, но своим гостям организовали все самое лучшее – теплый дом, шашлык у костра и, конечно, много совмест ного времени для игр, песен, прогулок, хотя рас писание в лагере строгое и все придерживаются заведенных правил. Благо, эти правила работают уже почти 100 лет: начинается все с молитвы, ни каких грубых слов, день в трудах. Попечительством радушного и гостеприим ного организатора молодежного лагеря – отца Михаила Резина – нам была предоставлена возможность посетить великие русские святы ни. Все желающие ездили в чудесный град на реке Оке Муром; в Мордовию, в Санаксары – обитель, прославленную святым Федором Ушаковым – и, конечно, жемчужину земли Рус ской, удел Пресвятой Богородицы Дивеево с источниками Серафима Саровского. После та

кого паломничества по российским монасты рям многие палестинцы сказали, что, оказыва ется, Святая Земля – это и Россия. Некоторые на арабском языке писали стихи о русском поле, называли Россию страной яб лок и родников. Многое было подмечено, ска зано много добрых слов: что, несмотря подчас на скромность быта, русские люди тянутся к ве ре, радуются возможности прикоснуться к свя тыни. И святые хранят Русьматушку. Когда мы шли по канавке Серафима Саровского, один из палестинских ребят мне сказал, что у него ощу щение, будто он в раю. Ту же фразу я слышала от руководителя арабской группы, когда, вер нувшись в Москву, мы гуляли в парке вокруг Храма Христа Спасителя. Благодаря участию в нашем проекте палом нической службы «Радонеж» и лично помощи ее руководителя Ю.А. Минулина, давнего члена ИППО, нашим гостям удалось побывать в древ нем городе Подмосковья, в Коломне, узнать о страницах истории Московского княжества, о татаромонгольском иге, Дмитрии Донском, Иване Грозном, Смутном времени, истории ХХ века. Бывший вместе с нами в поездке жур налиствостоковед рассказал о тех местах, по которым мы проезжали, на родном для ребят языке. Очень приятно, что члены ИППО встречаются в паломнических поездках и так живо интересуются молодежной програм мой ИППО. Отдохнув на природе, насладившись тишиной древних монастырей, восстановленных в послед ние десятилетия, мы вернулись домой и должны были готовиться к расставанию, подводить итоги поездки, вспоминая встречи, впечатления. Конечно, наше расставание, как сказано у Есенина, «обещает встречу впереди». Уже гото вится группа из «Витязей» для посещения Святой Земли. Кроме того, нашим проектом за интересовался Посол Сирии в Москве господин Хассан Рише. Открывается возможность рас ширения молодежного обмена в рамках моло дежной программы ИППО, готовятся поездки в Сирию, где Императорским Палестинским об ществом было построено большинство русских школ в 1882–1914 годах. Также проявляют большой интерес к молодежной программе члены ИППО в Вифлееме, на Западном берегу реки Иордан. Готовятся группы для поездки в Вифлеем от молодежной организации при мос ковском храме святого Марона, пустынника Си рийского, от Университета имени Лобачевско го в Нижнем Новгороде. Всем, кто принимал нас – искренняя благодарность. Организатор проекта Анна БЫЧКОВА, член ИППО, руководитель ММЦ «Диалог Будущего»

61


Мир дальнего зарубежья

«БОГИ» ОЛИМПА В

далекой античной древности, гласит гре ческое предание, – в такой далекой, что, сквозь пыль тысячелетий и рассмотреть то невозможно, – Посейдон и Афина, поспорили о первенстве. Доказывая свои права, Посейдон ударил посохом о землю, и зажурчал в том мес те родник. Но стоило Афине лишь только при коснуться сухой веткой к земле, как ее ветка тотчас же расцвела и превратилась в чудесное оливковое дерево – самое первое оливковое дерево античной Эллады. За это в честь дивной богини Афины главный город Эллады стал назы ваться «Афинами». Кто мог подумать, что боги Олимпа благос клонно улыбнутся нам с Колей и позволят встретиться лицом к лицу со своей легендар ной горой! Причем не один раз, а два. Так слу чилось, что обе наши рабочие поездки в Гре цию выпали в течение какихто четырех меся цев: первая – в 20х числах ноября 2005 года, когда мы провели в Греции полтора месяца. И вторая поездка состоялась в начале мая 2006 года, сразу же после Пасхи. . * * * Олимп, Афины, Эллада! За бортом самолета остался берег Турции, вот уже позади цепь гре ческих островов и синева Средиземного и Эгейского морей; мы начали снижаться. От од ной мысли, что, еще немного – и мы с Колей

62

(моим мужем) увидим колыбель европейской цивилизации – все, о чем только читали в кни гах, захватывало дух. И то, что православная Греция – источник православия на Руси, усили вало очарование. Но слава Богу, что при этом наш самолет сумел благополучно приземлить ся, не зацепив брюхом или крылом ни одну из гор: в жизни своей не видела на столь малень ком пространстве такое нагромождение скал. Первое, что встретило нас в Афинах, это холод и дождь. И греки. Куда ни повернешь ся – везде греки. И говорят так, что не пой мешь. Однако, настоящее испытание было еще впереди... В афинском аэропорту нас поджидал моло денький шофер от той фирмы, куда Коля на правлялся работать – он приехал за нами на ма шине из города с удивительно симпатичным названием «Лариса» (Larisa – одно «s», с ударе нием на первом слоге). Он проделал от Ларисы до Афин четырехчасовой путь. Ждал нас недол го, всего минут десять, и за это время успел, как он сообщил нам на слабом английском, «проглотить чашку кофе». И вот теперь ему предстояло ехать обратно в Ларису, то есть, еще четыре часа, чтобы доставить нас на место нашего поселения, в гостиницу. Пронестись по городу, выжимая всего какихто 100–120 км в час, для шофера оказа лось сущим пустяком. Дальше стало еще инте


Мир дальнего зарубежья ресней: как только мы пересекли черту Афин, стрелка спидометра начала показывать 160. Я сидела сзади и потому хорошо видела, что делал водитель. Но вот со свистом ветра мы вылетели на большую дорогу. А дороги в Гре ции, как мы успели заметить, скверные, узкие, с выбоинами. Между тем шофер продолжал на бирать скорость: вот она уже превысила 180 км в час, а к середине пути – и все 200. Чувствовалось, как в Коле закипала законо послушная ярость, – он и без спидометра ви дел, с какой скоростью мы ехали. Но молчал. Пожалуй, мне тоже не следовало говорить что либо водителю: еще возьмет да и высадит нас гденибудь посреди Греции! А тут еще, как на грех, лицо шофера, да и вся фигура его явно свидетельствовали о крайнем переутом

ный сквер. Однако, прежде чем предаваться любопытству, не мешало бы сначала хоть воды выпить. Но вот тут начались новые, уже непред виденные испытания: из греческих кранов шла только теплая вода! Или горячая. – Что же вы, мадам, посоветуете делать, когда ОЧЕНЬ хочется пить? – осторожно обра тилась я к молоденькой гречанке за админист раторским прилавком.

лении. Впрочем, скоро он и сам признался, что очень устал. Неудивительно, что по мере продвижения на север страны мы с Колей почти не замечали, как по обеим сторонам дороги менялась приро да, как мелькали «привидения» незаконченных греческих построек. Только в памяти то и дело всплывала русская поговорка: «Гром не гря нет – мужик не перекрестится». Действитель но, в такие минуты всех святых вспомнишь. Вот так и получилось, что мы с Колей тогда же, в ма шине, не сговариваясь, дали себе слово: когда придет время покидать Грецию (конечно, если еще будем живы!), этот лунатик больше нас в аэропорт не повезет! Потому как для умира ния – хоть это и грустно – хочется выбрать бо лее достойную смерть, чем вот этак поидиот ски разбиться на скверных греческих дорогах. Не знаю, каким чудом, но мы всетаки оста лись живы: целых и невредимых шофер при мчал нас во второй половине дня в Ларису. Ос тановился в самом центре города, возле гости ницы «Астория», выгрузил наши вещи и сказал, что вернется утром следующего дня, чтобы за брать Колю на работу. И – оставил нас отды хать. И, слава Тебе, Господи, исчез...

Склонив с достоинством головку с черными, как воронье крыло, блестящими волосами, гре чаночка жеманно объяснила поанглийски, что «in Greece» все делается на особый манер; что в этой стране люди обычно употребляют кофе или вино; что, между прочим, есть киоски и су пермаркеты, где все это можно достать; и кро ме того, всегда можно взять горячую воду из под крана и поставить ее в холодильник, и ждать, когда она остынет. Но уж если ОЧЕНЬ хо чется пить, то лакей всегда может принести бу тылку минеральной воды прямо в номер. «Room service», – изящно пояснила чернявочка, при крывая яркосиние с чуть заметными блестка ми веки. Очень не хотелось дать ей понять, что мне пока страшновато – вот так, сразу, вдруг – от правиться на греческую улицу в поисках питьевой воды. Пришлось великодушно позво лить лакею принести нам воду в номер. Утеша ло тайное сознание, что, наученная когдато горьким опытом в Испании, я теперь всегда во жу с собой крошечный нагревательный прибор и запас кофе – так, на первый случай, и потому теперьто уж «обездоленной» не останусь. Но ей, гречаночке, незачем об этом знать. Ни чего, придет время, и я не только до супермар кета доберусь! Дайте только срок... Чтобы набраться храбрости, мы с Колей вы шли на балкон и стали «знакомиться» с городом

* * * Наш номер оказался на четвертом этаже. Балкон выходил прямо в шумный, многолюд

63


Мир дальнего зарубежья с высоты четвертого этажа. Уезжая, шофер ска зал, что с балконов «Астории» видно гору Олимп. Если это действительно так, то лучшего нельзя было и пожелать, ради этого даже горя чую воду стоило потерпеть! Но увы, погода сто яла пасмурная, все небо заволокло, и вдали ни чего нельзя было разглядеть. Зато внизу, как на ладони, раскинулся сквер. Днем он, конечно, выглядел неприглядно: в Греции сейчас зима, деревья облетели – вон, дворник не спеша ме тет груды сухой листвы. Но зато от того, что де ревья стоят голые, видно далеко вокруг: видно, что сквер и боковые улицы заполнены бесчис ленными ресторанами; куда ни посмотришь, везде под навесами ютятся кофейни; столики и кресла, покрытые чехлами, даже зимой не уби рают – так круглый год, и день, и ночь они оста ются на улице. Интересно, какая здесь жизнь летом? Говорят, с наступлением теплых дней греки почти что живут в своих излюбленных ка фе под открытым небом. Темнело. Всюду начинали зажигаться фона ри. А вечером, когда над Ларисой опустилась гу стая синева, сквер и узенькие боковые улицы, и даже все промежуточные переулочки, не говоря уж о кафе, – все это превратилось в море огней. Миллионами мелких светящихся точек оказа лись обвитыми фонарные столбы, ветки голых деревьев; бесчисленными огнями были усеяны вечнозеленые кусты; живая пыль огоньков мер цала снаружи подъездов, в витринах магазинов. Не что иное, как могучее русское любопыт ство заставило нас с Колей осмелеть в этот вечер. Запахнув покрепче теплые куртки, мы отправились гулять. Для начала прошли до са мого конца нашей улицы. И вдруг обнаружили, что там, совсем близко от нас, проводятся рас копки древнего амфитеатра. Вот тебе и Лариса! К счастью, на таблице возле заграждения был текст на английском. Из него мы узнали, что власти города хотят этот амфитеатр восстано вить и использовать как настоящий театр. Тут мы уже совсем осмелели: исследуя город уже вдоль и поперек, случайно увидели высоко на горе церковь святого Ахилия. Конечно же, мы приоткрыли массивную дверь и вошли в искря щийся полумрак великолепного храма. Была суббота, и по времени – немногим больше шести. Можно было полагать, что идет всенощная, но скоро выяснилось, что служба закончилась, и народ разошелся по домам. А те немногие, что не спеша начали собираться в притворе и на паперти церкви – с букетами цве тов и большими нарядными коробками в руках, со свечами метровой длины, к которым были привязаны огромные банты, – все эти люди бы ли разодеты, как на Голливудскую... свадьбу. Каково же было наше удивление, когда оказа лось, что мы действительно, сами того не подо зревая, нечаянно попали на свадьбу!

64

– In Greece, – серьезно объяснила молодая женщина в притворе, – свадьбы бывают ТОЛЬ КО по субботам! – и набросила на небольшой столик для подарков кружевную скатерть. Вот тебе и раз! Тысячу лет назад греки на учили русских, что в субботу, как и под большие праздники, церковь не венчает; даже в Русском Зарубежье этого не делают. А тут... Вспомни лось, что в Брисбене греки жаловались на сво их соотечественников: «В Греции греки пере стали быть греками!» Между тем площадь перед храмом продол жала заполняться автомобилями, отовсюду

подходил разодетый народ. Мы знали, что греческая церковь давно перешла на новый ка лендарь и теперь Рождество в этой стране пра зднуют покатолически, 25 декабря. Знали так же, что Греция вошла в Евросоюз. Но зачем же торговать своей верой ради мнимых, призрач ных благ какогото искусственновыдуманного «союза»? На другое утро, как только Коля уехал на ра боту, я достала laptop – «Моську» то есть, и села за работу над очередным двадцать пятым но мером своего журнала. Для «развития речи» включила греческий телевизор. У Чехова есть рассказ «Человек в футляре», где учитель сло весности утверждает, что греческий язык «звуч ный», вот я и решила проверить. Но потратив на исследование полдня, пришла к заключению: какая там «звучность», греки говорят слишком быстро, точно из автомата палят! К счастью, не все каналы по телевизору работали в нашей комнате. Понять надо: на тех каналах, которые действовали, шли конкурсы песен, националь ных танцев – соблазн, то есть. Этак я бы своей работы никогда не сделала. А что касается гре


Мир дальнего зарубежья

ческих танцев, они довольно монотонны. То ли дело лихая «русская»! Зато пляшут здесь все: зрителей нет, есть только участники... Неслышными шагами подошла ко мне в пол день храбрость, взяла тихонько за плечи, повернула прочь от компьютера и решительно вывела из гостиницы на улицу... «покорять» Грецию. Сначала предстояло исследовать Super market, затем – все магазины. Здесь, как и в Ав стралии, Рождество начинают праздновать за ранее и потому наверняка найдется, на что по смотреть. Но разве можно, попав в другую ста ну, не начать сейчас же с любопытством при сматриваться к людям на улице? В самом деле, нельзя не обратить внимания на то, как греки держатся: у них замечательная осанка. В отличие от своих соотечественников, живущих в Австралии, здесь, на родной земле, почти все потомки древней Эллады высокие, широкоплечие; большинство – с чистыми, бла городными чертами лица. Стоят и ходят они, вы соко подняв голову. Во всем их облике сквозит поразительное спокойствие, уверенность в се

бе и врожденное чувство собственного досто инства. Что и говорить, греки держатся, можно сказать, «поцарски», но при всем при этом в них не чувствуется ни тени заносчивости. Вмес те с тем изысканными манерами и излишней любезностью они тоже не блещут: прохожие мо гут нечаянно тебя толкнуть, задеть, но чутьчто не извиняются, как это делают австралийцы; «спасибо» здесь тоже без особой на то нужды не говорят. В магазине кассир почти что «хватает» у покупателя деньги, и сдачу ему, простите... про сто «сует» в руки. Но то, что в греках есть поло жительного, то этого у них и вправду не отнять: они действительно приветливы, дружелюбны и услужливы настолько, что, когда сами не могут договориться на улице с иностранцем, им ниче го не стоит остановить прохожего или «пой мать» и привести на помощь когонибудь из соседней лавочки... и так второго, третьего, по ка не смогут объяснить или продать «несчастно му» то, что ему требуется. Потекли безмятежные дни, работа и неиз менные прогулки. Лариса – древний город, в те чение 67 тысячелетий здесь не прекращали

65


Мир дальнего зарубежья обитать люди. И потому ничего нет удивительно го, что, исследуя Ларису, я, кроме уже упомяну того амфитеатра, очень скоро нашла раскопки местного Акрополя и древних стен не то рынка, не то какихто укреплений. Говорят, что еще с не запамятных пор Лариса была крупным сельско хозяйственным центром. Даже теперь в ее окре стностях – поля, фермы и снова поля, и потому живут в этих краях главным образом богатые фермеры. То, что эти фермеры ОЧЕНЬ богаты, видно по всему: туристы, как правило, в Ларису не приезжают, и ассортимент, качество товара и цены в магазинах расчитаны только на местных потребителей. Это подтверждают и продавцы (поанглийски, конечно), с удовольствием пока зывая лучшие марки европейской посуды, изыс канной обуви, мебели, одежды. Впрочем, за об разцами одежды далеко ходить не надо: доста точно взглянуть на прихожан в церкви... И еще нельзя пройти мимо церковных па пертей и ступеней магазинов, где часами про сиживают нищие, – разница между богатыми и бедными разящая. Но бывают и такие, вроде старичка на углу... спокойный, гордый, покачи вась от слабости на ветру, он каждое утро продавал с крохотной сковороденки жареные каштаны. Иногда ему прохожие кидали монету, но каштаны почти никто не брал. Проходя мимо, я почемуто не могла отвести от него глаз. И по том долго оглядывалась. А вскоре старик исчез. С тех пор, выходя на балкон, я часто смотрела в ту сторону, где он стоял... Както утром я услышала из своей комнаты колокольный звон и сейчас же распахнула стек лянную дверь: кажется, трезвонили в той самой церкви, где мы с Колей успели побывать. Впро чем, в той стороне, по крайней мере, три храма. Над сквером еще висел сырой туман, но уже смеющиеся лучи солнца, словно дразня, про никали сквозь белую пелену и заливали мело дичными серебряными раскатами землю внизу. И вдруг меня резанула мысль: «Греки... го ворят, что у них от православия остался один лишь звон! А всетаки, какие они счастливые: живут на своей православной земле!» Впервые в жизни меня потрясло сознание острого оди ночества эмигранта. Ведь родиласьто я в эмиграции... Это было так неожиданно и так сильно, что никак нельзя было разобрать, отче го туман вместо того, чтобы рассеяться, начал снова окутывать все вокруг и падать каплями кудато вниз, где должен быть сквер... С тех пор, заслышав утренний колокол, я всегда выходила на балкон. Солнце, пробива ясь сквозь тучи, заливало землю радостным светом; умиротворяющий серебряный звон, словно благословляя, волной перекатывался с облаков на вершины облетевших деревьев, на головы прохожих, на озябшую траву внизу. Сквер понемногу просыпался и оживал...

66

* * * Порядком осмелев , я уже не боялась загля дывать в самые отдаленные уголки города, и даже хорошенько заблудилась разокдругой, заглядевшись на витрины. А уж витрины в Лари се... Ради них стоило сбиться с пути! До «нового» греческого Рождества остава лось совсем немного времени, поэтому вполне уместно дать себе волю и немного рассказать о витринах города: один раз в год каждый имеет право совершенно безнаказанно «впадать в детство», тем более, что ни одна из витрин не уступает самой хорошей художественной гале рее. Так, среди массы всевозможных рождест венских украшений, здесь собраны настоящие произведения искусства со всех уголков мира – Италии, Турции, Китая, Франции, Германии. С той лишь разницей, что за красивую круглую цифру, стоящую рядом со значком «Euro», посе титель или, как его бишь, покупатель, может приобрести все, что его душе угодно. Как видно, греки еще не привыкли обра щаться с новыми деньгами и потому часто запрашивают высокие, ничем не оправданные цены – «бешеные», говоря на языке рядового обывателя. И всетаки простой смертный к это му быстро привыкает, потому что по всему го роду, куда ни повернешься, всюду огнями све тятся елки, шары, картины, посуда, хрусталь, подушки; и опять елки, бесконечные ДедыМо розы, настольные лампы, люстры, подвески и разноцветные банкисклянки, куда не каждый из нас догадается затолкать крохотные, мигаю щие всеми цветами радуги, лампочки. И не бе да, что для случайного гостя (меня) все вокруг, как в немом кино: пусть нарядные греки дело вито снуют, проходят озабоченно мимо, пусть говорят на своем родном языке, а таинствен ный, мерцающий мир за стеклянной стеной все равно влечет к себе неудержимо! Только не стерпимоскучные, лишенные творческой жил ки люди, с которыми так тяжело и неуютно жить на свете, могут называть эту сторону жизни «мещанством». Сами мещане по духу, эти горь кие эгоисты забывают, что красота вселяет в душу человека мир, располагает его к творче ству и, делая человека добрее, заставляет де литься этой добротой с другими. Жаль только, что греки, уступая требованиям Евросоюза, на чинают все больше и больше отходить от своих традиций. Но... знаки «Euro», американские рекламы и музыка, и богатая модная толпа де ловито проходит мимо... * * * Через неделю после нашего приезда, Коли ны хозяева на фабрике, молодые греки Никос и Мария, предложили свозить нас на своей ма шине в монастырь, который находится в горах Метеора. Поджидая своих новых друзей, мы


Мир дальнего зарубежья вышли утром на балкон. И вдруг опять качнулся и покатился мелодичнопротяжный серебря ный звон, и снова болью отозвался в груди. Все время, пока мы ехали, шел дождь. Хо лод усиливался, потом поднялся ветер. Места ми на мокрой, скверной дороге изза тумана не видно было поворотов. Но управлял Никос очень хорошо. К счастью и Никос, и Мария, достаточно владели английским, так что всю дорогу мы разговаривали – об истории, о куль туре Греции, вообще о жизни. Вдруг Никос, этот добрый малый, серьезно принялся рассуждать о том, что «в Греции слишком много церквей и слишком много мо настырей». – И всетаки вы, греки, счастливые: живете у себя на родине, на своей исконной земле! – вы рвалось у меня. – Конечно, все это так, – закивали наши зна комые, – но ведь, это все обычно... привычно... Вдруг я вспомнила, что над нашей гостини цей, прямо над головой, каждое утро с гулким грохотом пролетают самолеты. Никос объяс нил, что рядом с Ларисой находится турецкая граница, а потому и самый большой в Греции военный аэропорт. Раньше туда прилетали так же самолеты гражданской авиации, но гречес кое правительство решило, что Ларисе это не выгодно и теперь все местные и международ ные рейсы приземляются в Афинах. Но аэро порт – аэропортом, а граница остается грани цей. И турецкие самолеты, как на грех, постоян но ее нарушают, как бы «ненамеренно» заходят в воздушную зону Греции. Изза этого нередко происходят крушения, только разбиваются по чемуто чаще всего именно греческие летчики... На личных началах у греков с турками в большинстве случаев – мир, они ничего против них не имеют. Но память о том, как они в тече ние 400 лет страдали изза турков – свежа. К тому же история имеет нехорошую привычку повторяться. По этой причине греческие бом бардировщики совершают вдоль своей грани цы «утреннюю прогулку», неустанно следят за поведением вероломных соседей. – Что ж, свою родину надо охранять. А что до «привычного и обычного», – я повернулась к Марии, – надо сначала все свое потерять. Так, как наши предки потеряли когдато Россию. Только тогда люди могут научиться ценить и лю бить свое, родное... Мария притихла и задумалась. Изза густо го тумана не было видно дороги, приходилось два раза останавливаться. И всетаки мы суме ли рассмотреть, что коегде по обочинам изви листой горной дороги лежал снег – грубый, мерзлый, но снег! Я обрадовалась ему, точно Снегурочка родному брату, и заразила весель ем греков. Мы тешились как дети и, конечно же, в снегу фотографировались. Когда подъехали к

Метеора, не сразу догадались, что перед нами в молочной пелене тумана скрываются отвес ные скалы. Даже представить себе трудно такое: в са мом деле, на ровном месте скалы поднимались почти что вертикально! И вершины, теряясь в тучах, казалось, упирались прямо в небо... – А где же монахи? – обескураженно развел руками Никос. – Когда я, восьмилетним маль чишкой, приходил сюда с матерью, то монахи выходили нас встречать. Кофе горячим поили. А теперь вот – никого, никого! Бедный Никос, он и сейчас походил на простодушного, обиженного ребенка. – Так ведь в старое время благочестивые люди приходили в монастырь молиться, за наставлением, за утешением... А теперь зева китуристы одним своим видом оскорбляют святые места... Мария вздохнула и посмотрела на свои но ги: она была в брюках. Никос тоже сокрушенно покачал головой – конечно, он понимал, что все это так, и он рад бы, но... Они с Марией прочно поселились в мире бизнеса. – И всетаки они могли бы к нам выйти! – Так ведь не монахи миру, но мир им навя зывает «туризм». Что же им еще остается делать? Хорошо, что в долине покачивался и плот ной пеленой застилал все вокруг молочнобе лый туман, иначе могла бы закружиться голова, когда мы наощупь поднимались по отвесной ка менной лестнице к облакам. О том, что рано или поздно придется спускаться обратно, рань ше времени старались не думать. На вершине горы мы вышли на маленькую площадку, что возле храма, и ахнули: туман ус пел немного рассеяться и перед нашими глаза ми открылся потрясающий вид. Но монахов и здесь нигде не было видно, слышалось только их пение. Стараясь не шуметь, мы пошли осма тривать монастырь. Когдато первые монахи, уйдя от мирской жизни, поднимали на вершину вот этой самой скалы продукты и... самих себя в корзине... Осталась даже лебедка и картина, изображаю щая этот процесс. Мы обошли все, куда только можно было заглянуть – древний храм, трапезную, старую кухню, подошли даже к маленькой каморке, где покоятся черепа прежде усопших иноков. Поразило следующее: все, что находится на территории монастыря, было создано монаха ми без какойлибо посторонней помощи, мож но сказать, их потом и кровью... Мария в монастыре была задумчивой. Долго стояла в древнем храме возле иконы и все спрашивала: как не позволить бизнесу отодви нуть двухлетнего сынишку на второй план? Как воспитывать его, оберегая от зла?

67


Мир дальнего зарубежья Спускаться вниз оказалось не так страшно, как это вначале казалось. Во всяком случае, бо яться не было времени. Туман почти рассеялся и мы, спускаясь по крутизне, ахая от восторга, едва успевали фотографировать. Внизу, у под ножья скалы, мы в последний раз взглянули на монастырь под небом. Свинцовая туча, что си дела на самой вершине, умчалась вслед за вет ром. Мы тоже попрощались с Метеорой... * * * Вот уже полторы недели, как мы дышим воз духом древней Эллады. Снега нигде еще нет, но с каждым днем становится все холоднее и хо лоднее. Все это время боги Олимпа так ни разу и не выглянули, прячась за свинцовой тучей, что насела на сумрачную гору. Понять надо: они – существа нежные, а на дворе – декабрь. И толь ко изредка, обычно в полдень, когда на землю проливались лучи случайно выглянувшего солнца, из сизой дали едва приметно начинали выступать очертания легендарного Олимпа. Однажды утром окрестности Ларисы залил туман – такой густой и белый, что в нескольких шагах ничего не было видно. Глядя с балкона вниз, невозможно было разглядеть наш сквер. Не иначе как Посейдон решил Афине досадить, отомстить ей за «первенство», вот и разлил над городом жбан молока! Похоже, что это предпо ложение рассмешило не только девушек в ад министрации, но и богов Олимпа: ведь они, бо ги, создания деликатные, скучать не любят. По этому туман покачался над Ларисой часокдру гой и, делать нечего – пришлось ему раство риться, уйти в область древних преданий... За ночь еще сильней похолодало. Но, как видно, олимпийские боги бывают и в добром расположении духа, потому что на следующее наутро, едва забрезжил рассвет, Олимп – вели чавый, покрытый снегом Олимп! – предстал перед миром во всей своей ослепительной кра соте! Даже не выходя на балкон, ни с чем не сравнимый Олимп был виден из нашего, во всю стену широкого окна. Казалось, что сверкаю щая алмазом гора находится прямо напротив гостиницы, и здания вокруг сквера, точно из вежливости слегка расступились как раз в том месте, чтобы не мешать гостям наслаждаться необыкновенным зрелищем. С тех пор мы постоянно видели очертания снежных вершин. А когда изза далеких свинцо вых туч выглядывало солнце, гордый Олимп выделался на фоне сизого неба особенно рель ефно, и к вечеру переливался всеми цветами радуги... После памятной поездки в Метеора мы рас храбрились настолько, что решили сами посе тить Салоники. И вот ранним утром, вооружив шись картой и мешком пряников, мы явились на станцию. Простив благодушно кассиру его

68

невежество, коекак растолковали (поанглий ски, конечно), что нам нужны билеты на поезд, причем в Салоники, а не куданибудь. Потом, боясь уехать не в ту сторону, растерянно вышли на перрон. Постояли с обеих сторон пути: мало ли что... Но когда поезд подкатил, мы, как быва лые греки, быстро и благополучно погрузились в вагон! Вот тото и оно, что «быстро»: малей шее промедление в толпе, особенно когда пы таешься вскарабкаться на очень узкие и очень высокие ступеньки вагона, да еще с чемода ном, и все – транспорт уйдет... Зато в вагоне можно было насладиться путе шествием сполна: мимо окон проносились по селки, аккуратные церкви, станции, мелькали горы и ущелья, где, вероятно, когдато слага лись греческие мифы. Поезд с грохотом нырял в тоннели, взлетал на мосты, мирно глядящие в речку, несся вдоль полей и мимо незакончен ных, типично греческих «домовпривидений». Затем опять начинали мелькать деревушки, по селки, симпатичные церкви, пролетали разва лины какихто древних каменных сооружений, потом чтото вроде крепостей, стерегущих мос ты и тоннели, и снова поля, поля... Чем дальше поезд продвигался на север, тем больше меня лась местность и природа Греции: появилось больше равнин. Несмотря на зиму, раститель ность стала богаче, зеленее. * * * Город Салоники встретил нас дождем и про низывающим, ледяным ветром. Выйдя из зда ния вокзала, мы растерянно оглянулись, еще не зная в точности, куда сначала направить свой путь. Мой зонтик предназначался на двоих (Коля поленился взять свой), поэтому нельзя было дать ветру сломать единственный зонт раньше времени. Затею осматривать город пешком пришлось оставить. Каково же было наше удивление, когда, сев в такси, мы обнаружили там пассажиров: мать и дочь... из России! Что творится! Так, сидя с ни ми бок о бок, мы поехали по городу; ничего не подозревая, мать с дочерью щебетали о пустя ках, а мы с Колей тихонько посмеивались и хра нили гробовое молчание, только раз обрати лись к водителю поанглийски и попросили его довезти нас до церкви Святого Димитрия Солунского. Перед поездкой в Салоники друзьягреки с гордостью напомнили нам, что этот город по своей величине и культурному значению – второй после Афин и, кроме того, первый меж дународный порт Греции. И что для них, совре менных, молодых греков, исключительно важно, Салоники – центр развития всей северной Гре ции. Между тем Салоники – нечто большее: множество славных имен связано с этим горо дом, Хочется упомянуть хотя бы некоторые.


Мир дальнего зарубежья После смерти царя и полководца Александ ра Великого в 323 году до н.э., на престол Маке донии взошел Кассандр. Новый царь был женат на сестре Александра. Учитывая выгодное гео политическое положение местности на берегу Термического залива, царь Кассандр объеди нил в 315 году до н.э. находящиеся там 26 не больших поселенийгородков и основал город. И дал городу имя своей царственной супруги – Фессалоники. А потом быстро растущий город узнал взлеты и падения, героические победы и жестокие поражения, порабощения и снова взлеты; были кельты, персы, были римляне... Но уже в 279 году, отразив небывалое по силе нападение кельтов, главный торговый порт Ма кедонии – Салоники – стал также надежным во енным оплотом. В период римского владычества город раз вивался уже стремительно, а ко времени прав ления императора Августа (около 27 года до н.э.) вступил в полосу расцвета и стал культур ным центром всего Балканского полуострова. Салоники знавали поистине великие дни. Так, в 58 году до н.э. этот город посетил римский ора тор Цицерон. В Салониках довелось принимать победителейримлян в гражданской войне – Антония и Октавиана. За это Салоники удостои лись звания «Свободного города»... Да всего и не перечислить. Но все это – ничто по сравнению с тем, что в 50 году нашей эры в Салоники пришел Апостол Павел, который принес на землю древней Эл лады новую веру – христианство... * * * Зимний дождь устало волочился по городу, с трудом догоняя такси, невпопад хлестал в ок на, мешая разглядывать окрестности, и время от времени размазывал на ветровом стекле «античную» пыль веков, точно из последних сил оберегал историю любимого незаурядного го рода от праздного любопытства посторонних глаз. Действительно, история Салоник насчи тывает покрайней мере свыше двух тысяч не прерывных, бурных, полных горя войн и тяжких испытаний лет, особенно когда в 1430 году тур ки захватили город. Однако раскопки, которые проводятся в городских окрестностях, указыва ют на то, что район этот был населен еще пять тысяч лет назад. И все же попадая в Салоники впервые, лучше всего начинать знакомство с городом именно с церкви святого Димитрия Солунского. Но не просто потому, что этот храм был построен еще в IVм веке нашей эры... Такси подъехало и остановилось возле длинной лестницы, которая тянулась и огибала под прямым углом большую площадь, выходя сразу на две улицы. К этому времени дождь почти прекратился. Оставшись одни, мы подня лись по ступенькам и замерли: в конце площа

ди стоял храм, величественный, из красного кирпича. Так вот она какая, церковь Святого Димитрия Солунского! Как много здесь связано с историей... Гдето в начале IVго века принял мучениче скую кончину покровитель и защитник города Салоники святой Димитрий Солунский, и вот, в его честь назван храм; здесь покоятся его мо щи. Но гдето до 629 года старый храм сгорел в большом пожаре, и жители Салоник в течение пяти лет отстроили его заново. Любят греки своего святого, и его храм стал местом покло нения. С именем святого Димитрия связан еще тот факт, что вечером 26 октября 1912 года – а именно, в день его памяти – греческая армия освободила Салоники от турецкого ига и глав нокомандующий Хассан Таксин Паша подписал протокол о передаче города греческим влас тям, и на следующий день над Министерством был поднят греческий национальный флаг. Внутри храма царил полумрак, среди мер цания лампад – благостная, умиротворяющая тишина. Здесь находятся мощи не только свя того Димитрия, но и других святых. Но описы вать это – не дело простых смертных. Только стоит заметить, что, если бы не скамьи резного дерева, все показалось бы бесконечно знако мым, близким, ну прямо как в России. Еще бы! Невольно вспомнилось, какое впечатление произвели греческие храмы на послов князя Владимира, и потом на него самого. И тогда стало понятно, почему из всех религий они вы брали именно православие. Нет, невозможно объяснить такое простыми смертными словами, но было здесь чтото, что и сам храм, а затем и Салоники стали для нас чемто близким и уютным, как если бы мы были у себя дома, как если бы это были живые души, и мы давно друг друга знали... Так мы провели в храме Святого Димитрия Солунского часа два: обошли все святыни, за глянули во все уголки. Затем, наперекор припу стившим дождю и ветру, прячась под одним зонтиком, отправились «покорять» Салоники... Удивительно, что, не зная города, в Салони ках легко ориентироваться. Выйдя из церкви, мы пересекли главную дорогу и собрались идти вниз, к набережной. И вдруг увидели впереди какието раскопки. Я задрожала: Господи, да это же история, сама древность! Никакой дождь не мог помешать мне обойти вокруг целый квартал раскопок. Прячась под зонтом, я сделала несколько фотографий. Признаться, мы с Колей знали о том, что в Салониках есть такое место – Римский форум (древняя Агора), но вот что мы стояли рядом с ним и на него смотрели – догадались не сразу. Спроситьто, кроме греков, некого. Поэтому, насмотревшись всласть на таинственные кам ни и коридоры в ямах, мы пошли дальше,

69


Мир дальнего зарубежья по направлению к морю, в поисках «настояще го» Римского форума... Так, перейдя небольшую улицу, потом боль шую широкую площадь, мы вышли на главную дорогу и – к набережной. Для порядка, время от времени спрашивали у прохожих, как найти «Римский форум», но греки ничего не могли по нять. Оставалась полицейская будка. Но блюс титель греческого закона тоже не мог помочь, хотя и выглянул к нам из своего убежища. Я ахнула, заметив у него в будке обогреватель: нежный народ, ничего не скажешь! Между тем блюститель порядка усиленно махал рукой в ту самую сторону, откуда мы только что пришли, и твердил: «форум, форум»... Ну что ж, «форум» так «форум». Только те перь «форуму» придется подождать: вечером в церкви Святого Димитрия – всенощная, вот тогда и пройдем еще раз сторонкой древности. А пока... Но в эту самую минуту я увидела, что у этого полицейского в будке – икона! Трудно сказать, сколько километров под дождем мы с Колей прошли в тот день. Во всяком случае – всю набережную. Давно уже позади осталась знаменитая «Белая Башня» – «Левкос Пиргос» (бывшая тюрьма), которая относится к древним крепостным стенам. Гдето впереди, далеко далеко среди деревьев, блестело золото купо лов. Как мы скоро узнали, это была церковь Святых Кирилла и Мефодия. Но вот и она дале ко позади. А потом – боковые улицы и переулки, и опять набережная. Уставшие и промокшие, мы были очень довольны собой. К вечеру дождь перестал. Мы опять верну лись в церковь Святого Димитрия, еще раз ос мотрели старинные уголки храма, подошли в мощам святых, потом остались на всенощную. На обратном пути, прощаясь с милым, симпа тичным городом, снова постояли возле раско пок. Только теперь мы уже знали, что это «Рим ский форум». Вечером он был весь освещен прожекторами и казался еще интересней. В Ларису мы возвращались с последним поездом... * * * Както утром над гостиницей, прямо над са мой головой, опять завыл и прокатился знако мый грохот. Я мигом распахнула дверь на бал кон: так и есть, вот он – бомбардировщик! Каж дое утро, в одно и то же время он проносится в этих краях, но только сегодня удалось его не много рассмотреть. С нашего четвертого этажа хорошо видно, как самолет, минуя сквер, дела ет над зданием неподалеку вираж – боком, почти что вертикально – потом еще и еще. Наконец, издав очередную дозу воющего роко та, взмывает ввысь и – исчезает. Когда все стихло, откудато из холодной Олимпийской дали донесся колокольный звон.

70

Впрочем, какой там Олимп! Церквей в округе много, звонить могут в любой. Просто мы ста ли по воскресеньям наведываться к святому Ахилию, – вероятно, оттого, что с балкона так и кажется, будто храм находится рядом с завет ной горой. Надо сказать, что поют в греческой церкви монотонно, на греческий манер, и поет не хор,

а священник, и только изредка ктото вроде ре гента ему подпевает. Временами поет вся цер ковь, и тогда народ встает. И вдруг – однадве фразы – я узнаю знакомые молитвы! Однако, что греха таить: насмотревшись всласть на уб ранство храма, глаза сами так и переходят на лица молящихся... Народу в церкви всегда много, всех возрас тов; и все, особенно женщины, исключительно хорошо одеты. Поражает, что в церкви очень много военных, среди них – летчики, моряки, даже полиция, и все они в форме. Так же, как и остальные прихожане, военные подходят к ико нам, набожно крестятся, ставят свечи. Только сразу бросается в глаза, что греки – почти все, без исключения – крестятся этак наискось, точ но пыль с себя стряхивают. Или: торжественно крестясь указанным выше образом, в эту же са мую минуту поворачиваются к соседу и с прият ной улыбкой чтото ему говорят. А ведь это кощунство... Невольно думается, что князь Вла димир, увидев современных греков, осадил бы не только Корсунь... А тут еще, как на грех, мы с Колей напрочь забыли, что в греческой церкви давно живут по новому календарю, и пропустили Николин день: здесь видители, все отпраздновали 6 декабря,


Мир дальнего зарубежья

и 19го числа ни в одной церкви службы не бы ло. Жаль. Такое чувство, будто у тебя кусочек жизни обманом отняли. Неужели действительно у греков от право славия остался один «колокольный звон»? Может ли быть такое? Во всяком случае очень скоро пришлось убедиться, что в Ларисе по крайней мере не так уж мало людей откровенно неверующих. И не только потому, что они сами открыто признаются в неверии. Это видно по тому, что они делают и чего – не делают; по то му, что они говорят (поанглийски, конечно), как одеваются, как относятся к своим святыням. Поначалу нас поражало и подкупало то, что у греков почти везде иконы – в фойе нашей гос тиницы, в столовой, в магазинах, ресторанах и офисах, куда приходилось заглядывать, в киос ках, в будках полицейских, и даже в зале жеоез нодорожной станции, Кстати, там не только обилие икон, но и часовня есть. Перед отходом поезда там всегда можно поставить свечи. Но, как видно, грекам свойственны разящие противоречия... или же у них подход к религии утилитарный... чтобы не сказать больше. Ведь что творится в «супермаркетах», в подарочных и прочих магазинах – в один ряд с кухонной утварью, безделушками и прочей мишурой, а то

с чемнибудь и похуже стоят иконы. Продаются то есть. И люди, закупая продукты, деловито сбрасывают товар к себе в одну общую корзин ку – трусы поверх пакета с колбасой, туда же летит пара носков, мешочек лука, туалетная бу мага, козий сыр, икона... Потом, придя домой, выкладывают покупки на стол, а всю упаковку, в том числе и от иконы, тут же отправляют в му сорный бак. У нас же, русских, упаковку икон полагается сжигать. Но бывает и такое, что не поддается никакой критике: греки, увлекаясь крестами, украшают ими что попало. Так в витрине одного магазина с одеждой я увидела женский манекен, на кото рый были надеты изящные джинсы. Манекен стоял спиной к улице, то есть к прохожим; кур точка у пояса была кокетливо приподнята так, чтобы на джинсах (на самом, простите, седали ще!) был виден вышитый золотом большой крест. И это – греки, от которых на Русь пришла когдато вера православная! Я стояла, остолбе нев. Потом подозвала Колю. – Когдато Москву называли Третьим Ри мом. Поистине, четвертому не бывать... Тамара МАЛЕЕВСКАЯ (Попкова), Австралия, Брисбен

71


Вечная память!

ОНА ШЛА К ТЕБЕ,

ГОСПОДИ!

C

Тамарой Ивановной, которая без мало го три года была корректором журнала «Шестое чувство», я познакомился во семь лет назад, когда работал в журнале «Мар ка» одноименного Издатцентра Министерства РФ по связи и информатизации. Похожая по своему складу на актрису Алису Фрейндлих, живая и подвижная, она всегда отличалась вы соким профессионализмом, необычайной че стностью, прямотой и цельностью характера. Одна из ее особенностей – доскональность. Те вопросы, которые ее интересовали, она хотела во что бы то ни стало решить до конца, до по следней точки. Так корректорские навыки от разились в ее жизни: нигде не должно быть ни каких ошибок и недосказанностей. В прошлом в ее жизни случилась страшная трагедия – на улице какието выродки убили ее единственного сына Диму, чудесного мальчика с такой же чистой, как и у мамы, душой. С тех пор внутри Тамары произошел какойто над лом. И только религия дала ей спасительное ощущение того, что Бог все устрояет во благо – и даже жестокие вещи, творимые людьми, об ращает на добро. Об этом и о многих других насущных богословских вопросах мы подолгу беседовали с ней у нее дома за чашкой чая, когда я привозил ей очередной сверстанный журнал на корректуру. Тамара Ивановна относилась ко мне с сер дечным теплом и лаской, как к своему сыну, во шла в мои проблемы, стала понастоящему родным человеком. Со своей стороны я всегда старался быть ей полезным как священник. Признаюсь,

72

что подчас мне было весьма нелегко ответить на вопросы человека, отличавшегося, как я уже сказал, необыкновенной пытливостью. И, тем не менее, Тамара Ивановна большинст во моих объяснений принимала и постепен но воцерковлялась. Стала ходить в храм во имя иконы Влахернской Божией Матери, что в Кузьминках, там исповедовалась и прича щатлась. Жизненное настроение ее стало выравниваться и малопомалу обретать покой в Боге. И вдруг оказалось, что она неизлечимо больна. Тамара Ивановна испытала подлин ный ужас. Недуг некоторое время тлел, а по том стал развивался как ураган, и в течение месяца она отошла ко Господу. Не сумела Та мара Ивановна перед смертью до конца при нять только одно – почему люди тихие, скром ные и порядочные нередко обречены на по жизненное страдание. Ей, представителю русской интеллигенции, это традиционно ка залось вопиющей несправедливостью. И действительно, как же так? Если Бог есть Любовь, то почему он попускает страдания и боль людям, никому не сделавшим зла? Я знал на него ответ – Бог, видя наше серд це, лучше знает, что лично нам необходимо для спасения – радость или боль. Но говорить все это неподготовленному и страдающему от тяжких болей человеку, одинокой хрупкой жен щине, потерявшей сына и самоотверженно ухаживавшей за престарелой (и пережившей ее) матерью, было сложно, очень сложно. Во время литии перед вырытой могилой гроб с телом Тамары Ивановны был открыт. Она лежала в нем тихо, вся освещенная солн цем, вдруг ставшая похожей на маленькую де вочку, и выражение ее лица, хранившего в уголках губ печать предсмертных мук, было по детски обиженным… И все же смерть она приняла достойно и со смирением. А в Новом Завете сказано: претер певший до конца спасен будет. Упокой, Господи, ее душу с миром! Она шла к Тебе и любила Тебя. И укрепи ее девяносто четырехлетнюю мать мужественно, похристи ански перенести ее тяжкое горе… Главный редактор, протоиерей Михаил ХОДАНОВ


«БОГИ» ОЛИМПА С. 62–71

ПОМЯНИТЕ СВОИХ БЛИЗКИХ! Вы можете в электронном виде подать записки о здравии и об упокоении в монастырь Спаса Нерукотворного пустынь на сайте www.proskomidiya.ru


Наш подписной индекс в каталоге Роспечати: 36726

Любаша из детского приюта «НИКИТА» деревни Бывалино ПавлоПосадского района Подмосковья С. 16–27


Журнал "Шестое чувство" №5. 2009