Issuu on Google+

Дмитрий Туманов

Жанры периодической печати Учебное пособие и хрестоматия СОДЕРЖАНИЕ Слагаемые мастерства журналиста Сбор информации: техника и технология Основы журналистских жанров Информационные жанры: заметка (Ардер А. Откуда есть пошла «Чуча») информационная корреспонденция (Федосов А. Дети цезия) информационный отчет (Депардье – поклонник Достоевского) информационное интервью (Стюарт М. Покажите мне единорога!) блиц-опрос (ЛГ. Три самых омерзительных персонажа русской литературы) репортаж (Махкамова У. Канонизированный флотоводец) Аналитические жанры: аналитический отчет (Шемшученко В. Блеск и нищета «Петербургского аккорда») аналитическая корреспонденция (Грицай Р. Скульптура апостола в Феодосии чуть не стала «скульптурой раздора») аналитическое интервью (Щеглова И. Владимир Филин: Природа народной поддержки Уго Чавеса и Владимира Путина одинаковая – высокие цены на нефть) аналитический опрос (Кинякин А. Курс дня. Неразрешимая задача) беседа (Ратькина Т. И все мы вереницей идем за Синей птицей) комментарий (Султанов А. Европейский суд по правам человека на защите основ демократического общества – свободы совести Михайлов Р. Заказуха по-русски) рецензия (Чулков Г. Memento mori Андреев Л. Неосторожные мысли Минкин А. Нежная душа) статья (Горький М. О «маленьких» людях и о великой их работе Андреев Л. Москва. Мелочи жизни) журналистское расследование (Ливанов Б. «Паровоз» из Маковоза) обозрение (АНН. Обзор международных событий) обзор СМИ (Виноградская Н. Ротация по-европейски: Устинов и Чайка поменялись местами Богомолов Ю. Кино, которое нас выбирает) прогноз (Минаев С., Вардуль Н. Экономический прогноз) версия (АЖуР. Цена жизни Крюков С. Сезон убийств) эксперимент (Устинов Г. Журналист меняет профессию Чернова О., Перова А. Учебный взрыв) письмо (Горький М. С кем вы, «мастера культуры»? Савинков Б. Почему я признал Советскую власть? Минкин А. Письмо президенту) исповедь (Фонвизин Д. Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях) аналитический пресс-релиз (Права человека в России) Художественно-публицистические жанры: очерк (Горький М. В.И.Ленин Горький М. В Америке Гиляровский В. Трущебные люди) фельетон (Андреев Л. Всероссийское вранье Андреев Л. О российском интеллигенте Дружников Ю. Зачем нервировать Пушкина?)


памфлет (Арцыбашев М. Эмигрантская вобла Ларни М. Мистер Макклоун Ларни М. Чистая раса) пародия («Самиздат» Шендерович В. День Сурка) эпиграмма (Гафт В. Эпиграммы Проханов А. Политические эпиграммы) публицистическая сказка (Быков Д. Новые русские сказки) публицистический рассказ (Андроников И. Первый раз на эстраде) сатирический комментарий (Чашка кофе с Виктором Шендеровичем) житейская история (Барнашева Ю. История болезни) проповедь (Толстой Л. Не могу молчать) эссе (Анненский И. Речь, произнесенная в царскосельской гимназии 2 июля 1899 года Чаадаев П. Философические письма Ортега-и-Гассет Х. Эссе на эстетические темы в форме предисловия)

Слагаемые мастерства журналиста Сбор информации: техника и технология 1. Структура творческого процесса В развитии профессионализма можно выделить три ступени. Первая – обученность – сводится к механическому воспроизводству уже известных приемов и операций в уже известных условиях. Вторая – умелость – учитывает возможность использовать известные приемы и операции в неизвестных, новых условиях. Третья – мастерство – такая, при которой новизна складывается из новизны предмета творчества, новизны условий творчества и новизны средств, используемых для осуществления цели. Профессионализм как раз предполагает жесткую социальную ответственность за качество продукта творчества, потому основывается на осознанном освоении секретов и профессиональном развитии за счет освоения новых знаний. Журналист постоянно стремится к индивидуальной специфичности своих материалов. Но при этом он опирается на строго научные достижения и накопленный предыдущими поколениями опыт. Это справедливо по отношению ко всем разновидностям журналистского творчества: и газетчик, и радиожурналист, и телевизионный журналист проходят схожие этапы творческого процесса, опираясь на одинаковую методологическую основу. Все профессионалы-журналисты проходят один и тот же путь выработки журналистской информации и объективации ее в знаковый информационный продукт. В структуре творческого процесса любого журналиста, в методах и приемах его деятельности, в нормах и правилах, которыми он руководствуется, есть обобщенные, типические черты. Однако в реальной творческой практике типическое в способе деятельности журналиста органично переплетено индивидуализированными чертами. Опора на личностные качества, сформированные изменяющимся обществом, придает способу деятельности журналиста специфику времени. Специфика новейшей, постмодернистской трактовки языкового сознания состоит уже не столько в его текстуализации, сколько в нарративизации, то есть в способности человека описать себя и свой жизненный опыт в виде связного повествования, выстроенного по законам жанровой организации текста. Таким образом, здесь выявляются две тесно связанные друг с другом проблемы: языкового характера личности и повествовательного модуса человеческой жизни как специфической для человеческого сознания модели оформления жизненного опыта.


Американский исследователь Ф.Джеймсон утверждает, что психика человека и его чувства восприятия в значительно большей степени являются результатом социально-исторического, нежели биологического развития. Процесс превращения абстрактных понятий в якобы реально существующие феномены, приписывание им субстанциональности, в результате которой они начинают мыслиться как нечто материальное рассматривается как неизбежное следствие общего развития, в ходе которого происходит расщепление первоначального синкретизма, – таков итог процесса потери человеком ощущения своей целостности.1 Отражение нынешнего состояния мира в системе средств массовой коммуникации значительно осложнено тем, что сам журналист испытывает на себе все социо-исторические процессы и как субъект, и как объект воздействия всей системы средств массовой коммуникации. Сам творческий процесс проходит в несколько этапов.2 На первом человек вообще не может правильно строить свои действия в довольно простой предметной ситуации, если задача сформулирована в словесной форме. На втором такое построение возможно, но лишь путем манипуляции реальными вещами, предметами-оригиналами, а не их моделями. На третьем появляется возможность манипулировать представлениями вещей, хотя еще не удается в достаточной мере подчинять эти манипуляции требованиям задачи. На четвертом такое подчинение оказывается возможным, однако задачи решаются лишь в итоге проб и ошибок. На пятом данная форма поведения достигает полного развития: человек анализирует структуру задачи, строит план ее решения и однозначно подчиняет этому плану свои последующие действия. Классификации фаз творческого процесса, в свою очередь, можно обозначить так: первая фаза (сознательная работа) – подготовка – особое деятельное состояние, являющееся предпосылкой для интуитивного проблеска новой идеи; вторая фаза (бессознательная работа) – созревание – осмысление проблемы и инкубация направляющей идеи; третья фаза (переход бессознательного в сознательное) – вдохновение – в сферу сознания поступает идея решения вначале в виде гипотезы, принципа, замысла; четвертая фаза (сознательная работа) – развитие идеи, ее окончательное оформление и реализация. Так что же такое принцип, лежащий в основе творческой деятельности? Принцип – основополагающее первоначало, основное положение, исходный пункт размышления. Принцип на практике находит свое воплощение в методе. Метод – путь, способ исследования, изложения, система правил и приемов подхода к изучению явлений. В отличие от принципов методы подвижны и изменчивы. Разная степень обобщенности, присущая методам деятельности журналиста в разных проблемных ситуациях, порождает диапазон различий в способе его деятельности. Выделяются пять уровней, характеризующих степень обобщенности применяемых методов. Первый – философский уровень: всеобщий метод, применяющий мировоззренческие принципы к процессу познания, творчества, практики, диалектикоматериалистическая и историко-материалистическая методология. Второй уровень – общенаучные методы познания, модифицируемые в журналистике в соответствии с ее социальными функциями, такими как наблюдение, эксперимент, анализ, синтез, индукция, дедукция, обобщение, аналогия, сравнение и другие. Третий уровень – специально-научные методы, применяемые в журналистике, например – социологический опрос, психологическое наблюдение, статистическое обобщение, экономический анализ и так далее. Четвертый уровень составляют междисциплинарные методы, являющие собой синтез научных методов и способов художественного отображения действительности.


Наконец, пятый уровень включает в себя конкретную методику и творческий прием, адекватные особенностям данной проблемной ситуации, замыслу произведения и позволяющие добиться максимальной эффективности при воздействии на аудиторию. Все это составляет определение техники и технологии при сборе, обработке и интерпретации материала. Термин "техника" употребляется для совокупной характеристики навыков и приемов, используемых в определенной сфере деятельности человека. Технология – совокупность методов получения, обработки и получения конечного результата деятельности человека. Таким образом, изучение техники и технологии журналистского творчества невозможно без подробного анализа приемов и методов. Выделяют следующие факторы, определяющие формирование методов: а) стадиальность творческого процесса; б) комплексность задач, решаемых журналистом на пути к результату творчества; в) структура информационной среды; г) законы познания, восприятия и переработки информации; д) законы общения.3 Таким образом, методы журналистского творчества можно разделить на две крупные подгруппы: методы познания действительности и методы предъявления в тексте элементов выразительных средств. Группа методов познавательной деятельности, в свою очередь, значительно влияет на группу методов, связанных с порождением текста. В сознании русской творческой интеллигенции, противостоявшей духовному насилию, сложилась четкая оппозиция "художественность/идеологичность", где первая призвана охватить собой все царство эстетических и общечеловеческих ценностей, отстаиваемых в борьбе со второй, которая их лишь только искажает и обесценивает, сводя их к царству внеэстетического, к сфере вненормального и антигуманного. Разрушение этого стереотипа, закрепившего за идеологическими формами творческой деятельности все звенья системы средств массовой коммуникации, – необходимое условие для эффективного развития и функционирования журналистики, нацеленной на информативность, прежде всего. Журналист в новом качестве, как ученый-исследователь, анализирует картину мира, вычленяя необходимые для аргументации фрагменты из множества фактов. При таком понимании его творческой деятельности на первый план выходят следующие принципиальные функции: обобщение, регуляция познания, конкретизация требований к познанию. Типология методов сбора информации четко делится на два раздела: традиционные и нетрадиционные методы получения информации. В числе нетрадиционных все большее место занимают методы пограничных наук, позволяющих журналисту с большей научной достоверностью отражать картину мира. Идеологизация творческой деятельности в такой ситуации сводится к представлению наибольшего диапазона системы политических, правовых, нравственных, религиозных, эстетических и философских взглядов и идей, в которых осознаются и оцениваются отношения людей к действительности. Плюрализм подачи информации ведет и к плюрализму в отборе техники и технологии журналистского творчества, принципов и методов познания картины мира. Рядом с материалистической позицией выступает и идеалистическое представление о мире, в совокупности с первой оно и создает новое информационное поле, формирующее общество новейшего времени. Однако научный подход к отбору фактов и их дальнейшему изучению попрежнему носит типический характер. Здесь мы опять вспомним о методологических принципах, лежащих в основе процесса познания. Это – принцип материального единства мира; принцип универсальности развития; принцип детерминизма; принцип


историзма; принцип объективности; принцип инвариантности; принцип соответствия; принцип дополнительности; принцип наблюдаемости; принцип редукции; системноструктурный принцип. Принцип детерминизма устанавливает, что внешние причины непосредственно определяют эффект своего воздействия, независимо от собственных свойств явления, на которое это воздействие оказывается, и всякое действие есть взаимодействие, внешние причины действуют через посредство внутренних условий. Принцип историзма конкретизирует общий закон диалектики, трактующий развитие как всеобщее свойство материи, зачастую выступая как принцип социальноисторической обусловленности сознания, личности и деятельности. Принцип объективности включает в свое содержание признание объекта познания независимо от субъекта, принципиальную познаваемость этого объекта, наличие соответствующих логических средств познания и возможность активного воздействия на объект исследования на основе полученных знаний. Принцип инвариантности означает свойство оставаться неизменным при какихлибо изменениях, преобразованиях и связан с законами сохранения вещей, свойств и отношений. Принцип соответствия зиждется на преемственности знаний между этапами преобразования информации. Принцип дополнительности используется для воспроизведения целостности явления, когда сводятся воедино формально несводимые симметричные парные категории. Принцип наблюдаемости определяет строение новых знаний на основе наблюдаемых явлений. Принцип редукции означает сведение одних качественных состояний объектов к другим с целью объяснения неизвестного посредством сопоставления с хорошо изученным. Системно-структурный принцип строится на понимании любого явления как системы, имеющей свои элементы. Система принципов исследования явления складывается в методологическую основу. Именно методология определяет, в какой мере собранные факты могут служить реальным и надежным основанием объективного знания. В ней реализуется эвристическая (поисковая) функция исследования. Журналист отбирает из множества фактов только те, которые объективно воссоздают реальную картину мира. Процедура такого исследовательского отбора содержит последовательность всех операций, общую систему действий и способов организации изучения явления. Для того, чтобы событие могло стать новостью для всех, фактом, достойным внимания журналиста, оно должно содержать в себе ощутимую своевременность информирования, содержать определенную конфликтность и эффект "эмоционального толчка", быть в тесной связи с так называемыми "общечеловеческими" темами, всегда цепляющими внимание: жизнь-смерть, любовь-ненависть, здоровье-болезнь, детиродители и так далее. 2. Стадиальность журналистского творчества Творческий процесс начинается с постановки задачи: определения темы. Причем, чем больший запас ассоциативных связей заложен в памяти журналиста, тем ярче, интереснее, богаче станет палитра тем, предложенных ему самим обществом. Психическая жизнь разворачивается одновременно на двух уровнях – осознаваемом (представление, понятие, образ, память, фантазия и так далее) и неосознаваемом (ощущение, восприятие, влечение, интуиция, установка). Диалектическая взаимосвязь этих уровней – одна из ключевых проблем теории творчества.


После формулировки проблемы, которая и станет темой будущего материала, определяются цель и задачи журналистского исследования, уточняются и интерпретируются основные понятия, проводится предварительный системный анализ и выстраиваются рабочие гипотезы. В журналистской практике все это часто решается на бессознательном уровне и входит в подготовительный процесс. Наметив тему, журналист пытается отыскать неординарный подход к ее решению и потому тщательнейшим образом изучает все, написанное по этой теме ранее, анализирует документы, созданные за последний период, выстраивает гипотезу дальнейшего развития событий. И только после этого приступает к непосредственному исследованию события. Формирование целостной концепции, объединяющей в себе конкретное знание ситуации, понимание ее существа, ее общую оценку, как интенсивная мыслительная работа журналиста, вне всякого сомнения, опирается на совокупность знаний и умений, становится возможностью проявления мастерства. Определение проблемной ситуации в этом смысле становится исходным пунктом журналистского исследования. В гносеологическом смысле проблемная ситуация – это противоречие между знанием о потребностях и незнанием путей достижения этих потребностей. Выявление возникающего конфликта, его актуальности для большей аудитории – это и есть формулировка проблемы и выбор темы журналистского исследования. Причем, следует иметь ввиду, что конфликт – нормальное явление общественной жизни, и стремление урегулировать конфликт часто лежит в основе общения. Система средств массовой коммуникации отражает эту форму выражения противоречия в разножанровых материалах. Следовательно, журналисту необходимо выявить как природу конфликта, так и его источники, чтобы правильно выбрать тему и поставить перед собой цель. Цель исследования ориентирует на его конечный результат, а задачи формулируют вопросы, на которые должен быть получен ответ в ходе самого исследования. Зона конфликта определит значимость и масштабность предпринимаемого журналистом исследования. Это та область, в которой реализуется конфликтное взаимодействие. При большем охвате участников конфликтной ситуации журналист использует большее число методов сбора инфо��мации, что, в свою очередь, отражается на выборе жанра: информационного, аналитического, художественно-публицистического. Изучение явления следует начинать с выявления причины и повода конфликта. Они бывают объективными, где поводом служит сам ход развития событий, и субъективными, вызванными преднамеренными действиями, направленными на активизацию конфликта. Выявление граней конфликтной ситуации показывает смешанный характер причин и повода, где внешние факторы стимулируют развитие внутренних. Рассматривая конфликт как ситуацию конкуренции, в которой стороны осознают несовместимость позиций или состояний, отметим положительную его сторону: диалектическое развитие общества в целом. Журналист должен иметь это ввиду уже на первичной стадии творческого процесса. В конечном итоге, именно от этого понимания зависят постановка задач, выбор методов и приемов их решения. Каждый конфликт сводится к отношениям двух элементов. Если в конфликте участвует несколько групп, их коалиция восстанавливает биполярность. Одной из главных задач становится персонификация проблемы, определение источников информации и главных участников ситуации. Журналист должен помочь конфликтующим осознать побудительные мотивы и показать пути решения. Этому послужат метод наблюдения, метод опроса, метод анализа документов, метод экспертной оценки, метод социометрии и ряд других, формирующих содержание журналистского произведения. Под содержанием понимается идейно упорядоченная совокупность элементов, образующих произведение и характеризующих его внутренние черты, сущностные


свойства. Основными элементами содержания выступают: фактологические – объективированное знание о конкретных событиях или явлениях жизни; аксиологические – выражение оценки события или явления; идейно-концептуальные – целостное воспроизводство действительности. Идея – ведущая мысль произведения – играет доминирующую, конструктивную роль, обеспечивая взаимосвязь всех элементов содержания, вбирая в себя как обобщенное знание о предмете, так и оценочную его интерпретацию. Причем, оценочная интерпретация может быть скрытой, проявляться в отборе фактов для показа или стилистико-языковом оформлении, но присутствует обязательно даже в информационных жанрах. Определение правил и норм, регулирующих профессиональное поведение, при этом занимает одно из важнейших мест в структуре творческого процесса журналиста. Это и юридические законодательные акты, и этический кодекс, и личностные ценностные установки. Совокупность этих правил и норм формирует мировоззренческую основу журналистского творчества и в конечном итоге определяет выбор методов и приемов сбора информации, ее знакового оформления. Д.Рэндалл, редактор лондонской газеты "Обсервер", в своей книге "Универсальный журналист" отмечает: "Качество и характер газетной журналистики определяются целым набором ценностей журналиста, владельца газеты или тех, кто ее контролирует, ценностями господствующей журналистской культуры, а также теми, которые все приписывают читателям".4 В числе главных задач журналиста такие: а) отыскивать и публиковать информацию вместо слухов и измышлений, – то есть необходима достоверность; б) сопротивляться правительственному или иному контролю, – объективность; в) тщательно расследовать, – документальная подтвержденность; г) держать зеркало у лица общества, показывая его достоинства и пороки, развенчивая лелеемые им мифы, – показ динамики и среза общественных мнений. Все это можно наложить на те методы познания действительности, которые чаще всего использует журналистика: а) проработка документов; б) беседа; в) наблюдение; г) конкретно-прикладные социологические исследования. Личностная журналистская культура и культура издания, в котором журналист работает, диктует возможности использования этих методов в собственных интересах. В начале 1980-х годов редактор "Нью-Йорк Дейли Пост", чтобы заполнить первую полосу, попросил репортеров собрать подробности всех мельчайших преступлений, совершенных в городе, и свел их воедино в леденящей кровь статье "Безумие на наших улицах". Культура этого издания потребовала от журналиста при соблюдении достоверности и документальности иной качественной интерпретации отобранных фактов и их оценки. Условия деятельности журналиста принято делить на две группы. Первая – предметная – включает микроклиматические обстоятельства. Вторая – социальная – объединяет нормативно-законодательные и психологические факторы. Характерная особенность предметных условий заключается в том, что они предельно разнобразны, начиная от обыденно-бытовых и заканчивая такими, когда деятельность протекает в необычных условиях. Их устойчивый признак состоит в отсутствии устойчивости. Социальные условия журналистского творчества так же отличаются предельным разнообразием и очень высокой динамичностью, но круг требований в данном случае сопряжен с объектами журналистского творчества: людьми и предметами исследуемой


проблемы. Нормативно-законодательные, профессионально-этические, психологические условия труда и составляют вторую группу условий деятельности журналиста. Функция этих блоков профессиональной деятельности состоит в том, чтобы ориентировать журналиста в каждом конкретном случае на сознательное самоуправление и ориентацию в выборе необходимых методов творчества. Здесь и поведение по отношению к людям, которые выступают как источник информации, и к тем, которые выступают как объект познания и отображения, и по отношению к читателям, и по отношению к коллегам. Необходимо помнить, что журналист обязан быть тактичным и корректным при получении сведений. Одной из крупнейших и частых дилемм в повседневной работе журналиста можно сформулировать в трех словах: не для печати. Источники информации, стремясь обезопасить себя, закрывают свое имя или переданные ими данные для публикации. Здесь вступает в силу главный принцип работы журналиста: всякая информация должна быть перепроверена и подтверждена ссылками на источник. Получив конфиденциальные сведения, журналист обязан найти им подтверждение в официальных открытых источниках. Работа с источниками – важный этап в творческой деятельности журналиста. Источниками могут служить официальные документы, личные документы, свидетели происшедшего, компетентные лица, заинтересованные организации, средства массовой коммуникации. Основное исследование – это, прежде всего, бесспорная фактическая информация, добровольно данная тем, кто имеет право давать ее. Однако в качестве информатора могут выступить и так называемые подозрительные источники: слухи и сплетни. Определив мотивы их появления и выяснив обратную сторону истории, журналист может создать сенсационный материал, раскрывающий либо умышленно замалчиваемые факты, либо подводное течение, порождающее эти слухи и сплетни. Для знакового оформления такого рода исследования существует специальный жанр – журналистское расследование. Для его аргументированности необходимо получение документального подтверждения всех услышанных журналистом слухов и сплетен. 3. Методы познавательной деятельности журналиста Здесь особо важны знание о свободном доступе к информации и убежденность в том, что работа над статьей – честный поиск правды. В этом журналисту призваны помочь методы познавательной деятельности. Они включают в себя две микрогруппы: традиционные для журналистики и нетрадиционные – методы социологии, психологии, этики и социальной психологии или методы других конкретных наук. Традиционные методы получения сведений – это проработка документов, беседа и наблюдение. Нетрадиционные методы сбора информации: опрос, фокус-группа, статистика, контент-анализ и эксперимент. Документом принято называть любой материальный носитель записи с зафиксированной на нем информацией для передачи во времени и пространстве. Задача, которую решает журналист, обращаясь к документу, состоит в том, чтобы получить необходимые ему сведения: политические, идеолого-этические, исторические, статистические, производственные, несущие определенные характеристики и описания людей и событий и тому подобные. Обращение к документам начинается с их поиска. Здесь журналисту требуется высокий уровень библиографической, документоведческой грамотности. Ценность документальных источников и необходимость их использования имеют объективные предпосылки. Во-первых, потому, что потоки документальной информации пронизывают все сферы жизнедеятельности современного общества. Во-вторых, информация, содержащаяся в документах, иногда дублирует данные, полученные


другими методами, и тогда она служит средством взаимопроверки и контроля их надежности. Виды документов классифицируются по многим основаниям. В зависимости от технических средств фиксации информации документы делятся на письменные (включая и рукописные, и печатные), иконографические (видео, кино, фото, картины, гравюры и тому подобное), фонетические (радио, магнитофон, грампластинки). В зависимости от авторства это могут быть официальные документы и документы личного происхождения. В связи с мотивацией создания документов выделяют спровоцированные (созданные по чьей-либо инициативе) и неспровоцированные (созданные по инициативе их автора). Необходимый и достаточный круг документальных источников определяется проблемой, предметом и задачами, поставленными журналистом при разработке темы. Традиционным методом анализа содержания документа является обычное "понимающее" восприятие знакового текста. Исходная задача при его освоении – извлечение заключенных в нем данных. Метод традиционного анализа в значительной степени основан на интуиции исследователя, его умении понятийного чтения, прослушивания или просматривания материалов. И практически всегда журналисту бывает недостаточно простой грамоты восприятия знакового текста. Следующий момент освоения документа – интерпретация сведений. Здесь журналист использует неформализованные методы, основанные на общих логических операциях анализа и синтеза, сравнения, определения, оценивания и осмысления. Оценке подлежит все: степень достоверности документа, степень надежности сообщаемых данных, цель и намерение составителя документа, степень и качество осуществления этой цели, сами сообщаемые данные. В ходе проработки документа необходима фиксация извлекаемых из него данных, которая становится новым специфическим документом – профессиональными записями журналиста. При определенных условиях они могут стать новым источником информации в дальнейших исследованиях проблемы. Поэтому, когда ведутся такие записи, в них следует отмечать точное название фиксируемого документа, ссылка на его автора, дату и место создания. Журналист обязательно указывает классификацию документа, место его хранения и архивные номера, общее количество страниц и номера тех из них, на которые он ссылается. Каждое извлечение из документа сопровождается точными библиографическими описаниями. Собственные выводы журналиста, сделанные по ходу изучения документа, отмечаются особо. Если возникает сомнение в подлинности документа, журналист использует методы специального анализа: тщательно исследуются форма, бумага, шрифт, язык и тому подобное. В особо затрудненных случаях разыскиваются копии документа и его прямые или косвенные подтверждения в других документах. Львиную долю сведений, в том числе и подтверждение документов, журналист получает в беседе – непосредственном речевом общении с лицами, имеющими то или иное отношение к изучаемой ситуации. Беседа отличается от интервью прежде всего тем, что все, участвующие в беседе, равноправны в изложении собственного мнения или формулировке вопросов. Беседа как метод познавательной деятельности журналиста такой вид организованного речевого общения, который предполагает отчетливое осознание журналистом стоящих перед ним задач и выработку тактики, соответствующей условиям общения. Надлежит получить пять групп данных: факты, мнения, объяснения, прогнозы, речевые приметы собеседника. Если учесть сложность, возникающую из-за ряда психологических причин, станет ясно, что выработка тактики беседы приобретает огромное значение для журналиста. Еще задолго до начала беседы журналисту надлежит уяснить, какие ожидаются результаты. Для этого необходима предварительная подготовка, сбор информации как о предмете беседы, так и о предполагающихся собеседниках. Задавая простые вопросы и


добиваясь на них простых ответов, журналист получает доступ к ключевой информации. В ходе беседы необходимы постоянное уточнение имен и должностей собеседников и упоминаемых ими лиц, а также фиксация телефонных номеров и адресов. Не бойтесь выглядеть дураком: просите разъяснений при каждом удобном случае, – лучше перебрать информации, чем ее недобрать. При этом все вопросы должны быть направлены на получение информации, а не мнений или впечатлений, выраженных расхожими речевыми штампами. Особые разновидности беседы – беседа по телефону и беседа в письмах. В первом случае она носит "обслуживающий" характер: знакомство, договоренность о встрече, получение справки, уточнение данных и тому подобное. Во втором случае она имеет смысл лишь в случае значительной территориальной разобщенности с предполагаемыми собеседниками. Третий традиционный для журналистики путь получения сведений – наблюдение. Этот метод познавательной деятельности предполагает непосредственное участие журналиста в изучаемой ситуации. Главное преимущество этого метода в том, что он позволяет фиксировать события и элементы человеческого поведения в момент их проявления. Здесь появляется возможность собирать данные независимо не только от умения предполагаемых собеседников говорить, но и от их желания говорить. Получая информацию из первых рук, журналист классифицирует виды наблюдения в зависимости от элементов контроля при наблюдении (контролируемое и неконтролируемое), в зависимости от положения наблюдателя относительно наблюдаемого объекта (включенное и невключенное), по степени формализованности наблюдения (структурированное и неструктурированное), по степени подготовки (систематизированное и несистематизированное), по временным характеристикам (длительное и оперативное), по позиции наблюдателя (открытые и скрытые), по способу получения сведений (прямое и косвенное), по числу наблюдателей (коллективное и индивидуальное). Предметом журналистского наблюдения становятся сам человек, его внешность, характер, речевые характеристики, поведение, реакция на ту или иную актуальную ситуацию, разнообразные аспекты взаимоотношения и взаимодействия личности и коллектива, характер общения, уровень культуры общения, средства общения (жестикуляция, мимика, слово, речь), форма и содержание высказываний, предметновещественная среда. Не менее важно в этом ряду и наблюдение за наблюдателем, фиксация собственных ощущений журналиста, чаще всего применяющаяся при использовании метода "маски", когда исследователь вливается в коллектив исследуемых на равных правах, скрыв свою истинную профессию. Контролируемое наблюдение ставит своей задачей сбор первичной информации для создания более точной картины и проверки тех или иных гипотез. Контроль осуществляется путем увеличения числа наблюдателей и сравнения результатов их наблюдения или через проведению серии наблюдений за одним и тем же объектом. Включенное наблюдение означает, что члены исследуемой группы не знают, что за ними наблюдают. Журналист является активным и, как правило, рядовым участником событий. К нему примыкает скрытое наблюдение, при котором позиция журналиста временно не обнародуется. Структурированным является такое наблюдение, при котором исследователь заранее определяет, какие из элементов исследуемого процесса или ситуации имеют наибольшее значение для его работы, и сосредотачивает внимание только на них. При этом журналист еще не сформулировал основные выводы, к которым должен прийти в ходе исследования. Систематизированные наблюдения предполагают заранее составленный план, в котором отмечаются предметы и точки наблюдения, необходимый характер сведений и


уровни наблюдения. Они проводятся лишь в том случае, когда журналист четко определил для себя цель, тему и предмет исследования. В зависимости от задач текущего момента и намеченных целей журналист может вести длительное наблюдение за объектом исследования. Оперативное наблюдение, напротив, всегда ограничено временем и местом. Длительное наблюдение является источником множества интересных тем, помогает избежать поверхности, раскрывает перед журналистом глубинные слои социальной жизни, способствует созданию аналитических и художественно-публицистических произведений. Прямое наблюдение предполагает непосредственный контакт журналиста с объектами реальной действительности. Косвенное – наблюдение не самого исследуемого явления или процесса, а его проявления через другие многочисленные социальные факты. При коллективном наблюдении один объект исследования рассматривается разными журналистами с разных точек наблюдения, а может быть и зрения. Таким методом создаются рейдовые материалы или репортажи с массовых мероприятий. Немаловажно научиться фиксировать информацию, полученную в ходе наблюдений. Для этого журналист отрабатывает систему записи "опорных" деталей, по которым можно восстановить весь ход событий. Кроме традиционных методов получения сведений, журналист в своей практической работе использует методы смежных наук. Метод опроса имеет несколько разновидностей. "Корреспондентский способ" состоит в рассылке вопросников тем лицам, которые располагают необходимой исследователю информацией. Второй разновидностью служит раздаточное анкетирование, когда необходимые анкетные опросники заполняются непосредственно в присутствии исследователя. Третья разновидность – запись ответов опрашиваемых самим исследователем. И, наконец, особое место занимает анкета, с помощью которой выясн��ется мнение по различным социальным вопросам. Все эти разновидности в той или иной мере присутствуют в журналистской работе. Приобретая свои специфические особенности, опрос подразделяется здесь на очный (интервьюирование) и заочный (анкетирование). Прежде всего это массовое интервьюирование – метод получения данных о состоянии общественного сознания, общественного мнения, общественной практики с помощью устного опроса многих лиц. Затем анкетирование – метод получения данных о состоянии общественного сознания, общественного мнения, общественной практики с помощью заочного опроса. Фокус-группа – метод группового интервью – находит свое применение в таких видах публицистической деятельности, как шоу В.В.Познера. Здесь опрос многих лиц идет одновременно, поскольку все заинтересованные в решении исследуемой проблемы ограничены местом и временем; влияя друг на друга, участники фокус-группы имеют возможность корректировать или комментировать свою точку зрения в отличие от массового интервьюирования. Основной элемент сходства между фокус-группами и включенным наблюдением состоит в том, что оба метода дают возможность непосредственно наблюдать процессы социального взаимодействия, а преимущество фокус-групп состоит в том, что предмет этих взаимодействий заранее известен, и весь процесс обсуждения сконцентрирован именно на нем. Современная журналистика имеет значительный опыт использования в своих исследованиях различного вида источников статистической информации. Система информации в статистике подразделяется на два основные вида – оперативная и сводная информация. К оперативной относятся статистика естественного движения населения, ведомственная статистика и так далее. Ко второму виду статистических источников относится сводная информация, публикуемая в специальных изданиях. Объем информации, представленной статистикой, очень велик, однако здесь слабее отражена социальная информация по сравнению с экономической. Поэтому чаще всего


статистические данные требуются журналистам при создании серьезных аналитических материалов на экономическую тематику. При этом журналист имеет возможность сам создавать статистический документ особого рода. Ответы, полученные от респондентов в ходе опросов и проведения фокус-группы, детализирующие сведения о социально-классовом и демографическом составе населения, этическом и эстетическом мировоззрении, отношении к тому или иному событию социальной, экономической или политической жизни, образуют совершенно новый раздел социальной статистики. Наибольшую ценность они приобретают в том случае, если полученные данные анализировать в комплексе и в соотнесении с другими источниками. Это дает возможность журналисту наиболее глубоко рассмотреть поднятую проблему. Контент-анализ позволяет получить выводы путем анализа содержания текста о состояниях и свойствах социальной действительности. Подобная техника может применяться не только к анализу документов, но и при изучении ответов на открытые вопросы, задаваемые при проведении обследования. Существует два типа контентанализа: качественный, рассматривающий лишь наличие элемента содержания, и количественный, учитывающий частоту встречаемости. Для журналистики объектами исследований становятся тексты газет, передачи радио и телевидения, редакционные документы, письма граждан, служащие источником информации и каналом выражения общественного мнения, тексты неформализованных интервью. Эксперимент – метод получения сведений о состоянии того или иного объекта действительности с помощью выявления его реакции на экспериментальный фактор. Журналист моделирует ситуацию, провоцируя исследуемых на определенные действия, в ходе выполнения которых он наблюдает за динамикой развития событий. Целью всякого эксперимента является проверка гипотез о причинной связи между явлениями, а потому его результаты применимы в качестве критерия истины. Но для достижения такой силы доказательств журналист должен быть уверен, что им учтены все факторы, влияющие на развитие данной ситуации, и исключено появление в ходе эксперимента абсолютно новых для нее, искажающих чистоту эксперимента. Кроме перечисленных, журналист обращается и к другим методам конкретных наук, таким как экономический анализ, культурологический анализ, эстетический анализ, правоведческий анализ и так далее. Сравнительно новые для журналистики, эти нетрадиционные методы освоены ею далеко не одинаково, а потому часты ошибки, низводящие получаемые результаты. Отсюда вытекает принцип дополнительности в использовании методов получения сведений, который предполагает обязательное комбинирование всех методов с учетом особенности задач и условий журналистского исследования. Для того, чтобы на практике эффективно использовать все эти методы, журналисту требуется немало умений и навыков для выяснения и фиксации требуемых фактов. Профессиональное общение журналиста немыслимо без технического оборудования и немалой духовной культуры. Прежде всего вспомним о технической оснащенности. Журналист обязан иметь при себе достаточный запас ручек, на случай, если какая-либо из них подведет в нужный момент, и как минимум пару блокнотов: для записи официальных бесед и для фиксации неофициальной информации. Диктофон фиксирует ход беседы при непосредственном контакте с собеседником, но не имеет возможности фиксировать мысли журналиста, возникающие по ходу беседы, поэтому блокнот остается непременным атрибутом журналиста всегда, – он помогает при переработке поступающей информации. Содержанием общения является взаимное познание, взаимоотношение и взаимодействие. Творческая природа профессионального общения журналиста явственно обнаруживается в умении ставить содержательные и небанальные вопросы.


Сущность же стадии порождения теста в интерпретации накопленной информации и подтверждении выстроенной журналистом рабочей гипотезы. Формирование гипотезы – заключительная часть теоретической подготовки исследования. Она – отправная точка изучения проблемы с позиций структуры или характера связей между компонентами. Существуют определенные правила выдвижения и проверки гипотез. Во-первых, гипотеза должна находиться в согласии или, по крайней мере, быть совместимой со всеми фактами, которых она касается. Во-вторых, из многих противостоящих друг другу гипотез предпочтительнее та, которая единообразно объясняет большее число уже установленных фактов. Далее, при выдвижении гипотез необходимо сознавать вероятностный характер ее выводов. И самое главное, – гипотеза должна быть легко проверяемой. Таким образом, рабочая гипотеза, основанная на предварительно собранной информации, получает свое подтверждение или опровержение в ходе проведенного журналистом исследования. Теперь можно приступать к формированию собственно публицистического текста. Первая практическая задача состоит в том, чтобы так закодировать информацию, чтобы читатель адекватно раскодировал ее. Наиболее сложной является кодировка и раскодировка смысла, ценностных категорий. Журналист приступает к конкретизации идеи материала. Язык знаковых символов и ассоциативных связей должен быть доступен широкой читательской аудитории, иначе цель журналиста не будет достигнута. В журналистике принято выделять следующие познавательные уровни: обыденные факты и факты науки. Последние, в свою очередь, подразделяются на эмпирические – результат первичной систематизации и обобщения полученных данных, теоретические – результат абстрагирующего мышления, и факты-образы – результат художественного осмысления действительности. Характеристики целостного восприятия текста имеют название архитектоника. Композиционные приемы обеспечивают прямое ее соответствие доминирующим элементам содержания: а) предметные приемы – построение материала отражает последовательность и субординацию событий и фактов; б) методические приемы – воспроизведение структуры авторского рассуждения; в) эссеистские приемы – сопоставление авторских ассоциаций, сравнений, аналогий. Итак, журналист, пройдя все фазы творческого процесса, – от интуитивного проблеска идеи, сначала в виде гипотезы, до ее окончательного оформления, от сбора журналистской информации до объективации ее в знаковый информационный продукт, – реализует накопленные предыдущими поколениями технику и технологию и выступает как ученый-исследователь социума. Примечания 1. См.: Джеймсон Ф. Политическое подсознание: Нарратив как социальносимволический акт / на англ.яз. – Итака, 1981. 2. См.: Пономарев Я.А. Знание, мышление и умственное развитие. – М., 1967; Пономарев Я.А. Психология творчества. – М., 1976. 3. См.: Лазутина Г.В. Технология и методика журналистского творчества. – М.: Изд-во МГУ, 1988. 4. Рэндалл Д. Универсальный журналист. – Великий Новгород; Санкт-Петербург, 1999. – С.16.


Литература Балин В.Д. Теория и методология психологического исследования. – Л.: Изд-во ЛГУ, 1989. Горохов В.М. Слагаемые мастерства. – М.: Мысль, 1982. Кашинская Л.В. Метод наблюдения в журналистике. – М.: Изд-во МГУ, 1987. Лазутина Г.В. Технология и методика журналистского творчества. – М.: Изд-во МГУ, 1988. Методы журналистского творчества. – М.: Изд-во МГУ, 1983. Методы сбора информации в социологических исследованиях: В 2-х кн. – М.: Наука, 1990. Пономарев Я.А. Психология творчества. – М., 1976. Почепцов Г.Г. Теория и практика коммуникации. – М.: Центр, 1998. Психология творчества: общая, дифференциальная, прикладная. – М.: Наука, 1990. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. – М.: Педагогика, 1976. Рэндалл Д. Универсальный журналист. – Великий Новгород; Санкт-Петербург, 1999. Фомичева И.Д. Методика конкретных социологических исследований и печать. – М.: Изд-во МГУ, 1980. Шумилина Т.В. Методы сбора информации в журналистике. – М.: Изд-во МГУ, 1983.

Основы журналистских жанров 1. Жанровое многообразие публицистики Жанр в переводе с французского означает – род, вид. Это исторически сложившаяся литературно-публицистическая форма, обладающая определенными устойчивыми признаками, многообразие которой в искусстве обусловлено тем, что его произведения отражают различные стороны действительности, имеют различные задачи и назначение. Характер жанра определяется не только характером явлений, но и отношением к ним автора и задачей, которую тот перед собой ставит: поэтическое или прозаическое повествование, прославление или разоблачение и прочие. Это определяет основные жанры художественной литературы. В изобразительных искусствах основные жанры непосредственно определяются предметом изображения: портрет или пейзаж, историческое или бытовое и другие. В музыке определяющим является конкретное назначение данного вида произведения: песня или танец, концерт или романс и так далее. Жанр в журналистике – одна из форм отражения объекта, жизненной ситуации, факта, одна из форм воплощения определенной идеи, мысли. При этом творческая личность в рамках определенного жанра всегда накладывает на публицистический материал свою неповторимую индивидуальность. Формирование жанров было вызвано практической потребностью. Когда в начале XVIII века появилась первая русская печатная газета "Ведомости", то ее назначение – сообщать самые свежие новости – определило и жанровое ее своеобразие – информационность. Некоторые из материалов сообщали известия в краткой форме (заметка), другие содержали развернутое описание произошедшего (отчет) или более эмоционально передавали наиболее важные детали события (репортаж). Аналитических материалов в "Ведомостях" еще не было, – они сформировались из более поздней потребности разобраться в причинах происходящего.


Круг общественных проблем, оказывая влияние на формирование жанрового многообразия публицистических материалов, диктует и перемены в уже сложившихся жанрах. Жанры не стоят на месте, они постоянно развиваются и обогащаются. Обращаясь к тем или иным конкретным фактам, явлениям, ситуациям общественной жизни, публицистика вырабатывает специфические формы отражения социальных конфликтов, опирающиеся на конкретные исторические условия, но при этом сохраняющие известную устойчивость и преемственность. Так, например, фельетоны Ф.В.Булгарина и фельетоны М.М.Зощенко хоть и носят различную социальноадресную направленность, но при всем их конкретном историческом различии принадлежат к одному жанру. Жанр всегда представляет собой органическое единство содержания и формы, где приоритет всегда принадлежит содержанию, идее. Содержание, фактическое документальное наполнение в журналистике главное. Но оно, в свою очередь, определяет проблему и характер, форму и объем публицистического выступления. И поэтому каждую публикацию следует рассматривать в единстве специфических свойств его содержания и формы. Но чтобы правильно понять сложившуюся сейчас жанровую систему печати надо знать и историю формирования средств массовой коммуникации, и причины, заставлявшие их развиваться именно так, а не иначе. Основными причинами, вызывающими жанровую дифференциацию журналистского творчества, являются, во-первых, многообразие объектов действительности, отражаемых журналистикой, во-вторых, основные типы объектов, втретьих, многообразие реальных конкретных ситуаций, характеризующих объекты действительности, в-четвертых, основные типы ситуаций, составляющих предметную область журналистики и, наконец, многообразие предметно-объектных характеристик отражаемой действительности. В современной науке жанры принято классифицировать по ряду признаков. Прежде всего, по предмету познания и отображению объекта публицистом. Вторым признаком выделяют конкретное назначение материала. Третий признак связан с широтой освещения действительности и масштабами выводов и сообщений. Немаловажное значение в классификационных признаках занимает и определение характера литературно-стилистических средств, используемых в материале. И, наконец, размеры материала на газетной полосе. Для того чтобы не ошибиться в определении жанра, нужно обратиться ко всем этим признакам в совокупности, а не рассматривать каждый из них в отдельности. Если все публицистические материалы разобрать по этим признакам, то можно выделить три основных родовых группы. Первые, информационные, объединяет между собой событийный повод для выступления. Они, как правило, оперируют простой, первичной информацией и идут по горячим следам события. Поэтому главная их цель – оперативно сообщить о факте, событии, явлении. В числе определяющих признаков информационных жанров, прежде всего, выделяется новизна. Аналитические представляют собой глубокое исследование жизни и всесторонний анализ фактов. При создании этих материалов журналист проводит анализ-синтез социальной действительности, расчленяя исследуемое явление на составные части, подробно изучая их, отделяя существенное от несущественного, главное от второстепенного, а затем делая выводы, обобщения и рекомендации. Художественно-публицистическим жанрам свойственны образность, типизация, эмоциональная выразительность и насыщенность литературно-художественными изобразительными средствами, языковыми и стилистическими особенностями. В них конкретный, документальный факт как бы отходит на второй план, для автора важнее умение подняться над явлением, над фактом.


Таким образом, мы можем сказать, что информационные материалы – констатируют, аналитические – осмысливают и обобщают, художественнопублицистические – типизируют реально-документальную действительность. В последнее время усиливается тенденция к смешению, к взаимопроникновению жанров. И потому некоторые исследователи делают ошибки, выделяя как новые жанры те, которые объединили в себе черты двух или более уже давно известных. Жанр – категория сравнительно устойчивая, не теряющая своих формообразующих качеств на протяжении веков. Наполняясь новым, актуальным содержанием, жанр приобретает новые черты, но формальные, жанрообразующие признаки серьезных преобразований не претерпевают. Но со временем новые видовые образования могут все-таки выкристализовываться в отдельные жанры. Среди таких, например, – жанр эссе. Он рожден интересом рассмотреть морально-этические, историко-политические и эстетические проблемы через персонификацию, через конкретную личность. Поэтому этот жанр – личностный, позволяющий наиболее полно высказать и обосновать авторское мнение, воплотить в нем личные чувства и личные эмоции. Ему одновременно присущи и философско-аналитический взгляд на предмет, и художественная типизация образа. Теория жанров отличается чрезвычайной сложностью, многоаспектностью, однако журналисту-практику важно разбираться в специфике видов и жанров публицистики, ведь только активное использование всей палитры жанрового многообразия и позволяет ему ярче проявить свое мастерство. 2. Новостная журналистика Когда говорят о журналистике информационной (новостной), то ее своеобразие видят прежде всего в оперативности сообщений о новых событиях. Журналистинформатор стремится первым донести до читателя те сведения, которые определяются как "новость прессы". Вспомним, что новость – это творчески преобразованные факты с расчетом на их восприятие аудиторией, то есть так соорганизованные, чтобы неожиданное, сенсационное сочеталось со значимым, помогающим в социальной ориентации. Наряду с этим гносеологическим понятием существует и онтологическое понятие новости, где она определяется как нечто, что интересно большей части сообщества и что было неизвестно ей прежде. Здесь прежде всего важны ощутимая своевременность происшествий или высказанных мнений, их явная близость аудитории, драматизм, выход на общечеловеческую тематику и экстраординарность. Это, в конечном итоге, и служит для журналиста принципом отбора новостей. Поэтому он обязан заранее планировать или хотя бы предвидеть результаты своей деятельности по отбору «новости для прессы». Чтобы можно было верно судить о событии, журналист стремится ответить на шесть главных вопросов: что именно произошло, кто, где, когда, как и по как��й причине совершил действие или оказался в плену обстоятельств. Эти традиционные вопросы сформулировал еще в I веке римский оратор Марк Фабий Квинтилиан. И до сих пор журналисты всего мира пользуются этой простой, но очень емкой информационной формулой. Целью обращения к аудитории с новостными материалами могут быть: оповещение о произошедшем или готовящемся факте, событии, явлении, ориентирование в социальной и политической обстановке, включение читателя в активную жизнь общества, побуждение его к коррекции своих мыслей и поступков. В отечественной науке выделяются следующие основные виды новостей: событие, происшествие, мероприятие, итоги деятельности, планирование. Западные исследователи предлагают иную дифференциацию. Они выделяют семь категорий: новость, несущая определенное значение-смысл – социальный, экономический,


политический, человеческий; новость-«драма»; новость-«сюрприз»; новость о личности; скандальная новость, в том числе и криминальная; новость о масштабном событии; близость события к потребителю новости. Основное место в системе публицистических жанров западными теоретиками журналистики нынче отводится сообщениям информационного характера, а сама система массовой информации понимается прежде всего как средство распространения новостей, а не идей. Комментарий, а уж тем более полемика и публицистика для современной системы средств массовой коммуникации в странах, где пресса складывалась как источник коммерческой информации остаются незатребованными. Так происходило в Голландии, Великобритании, США, Канаде, Австралии... В других же странах, где победе капитализма предшествовала длительная политическая борьба, журналистика превращалась в поле литературно-политической полемики. Поэтому Италия, Испания, Германия, Франция, Россия и ряд других восточно-европейских стран считают приоритетными в развитии интеллектуальные издания, опирающиеся на аналитическую журналистику. Так сложились два направления в перспективном развитии средств массовой коммуникации. Ярко выраженное сегодня стремление к американизации прессы сказывается прежде всего на развитии новостной журналистики. "Новость прессы" – особый литературный продукт, который пользуется огромным спросом в постиндустриальном обществе, где информация становится главным товаром. Если в индустриальном обществе завершающегося века основными ценностями были труд и капитал, то в информационном обществе начинающегося века ими становятся информация и знания. Кстати, теоретики информационного общества утверждают, что уже не частная или общественная собственность будет определять структуру общества, – новые классы сформируются, по их мнению, на основе знания и определенного уровня образования. Информационная функция средств массовой коммуникации включает в себя четыре обязательных компонента: во-первых, нахождение информации о событиях и условиях жизни непосредственного окружения, общества, мира в целом, во-вторых, удовлетворение общих интересов и любознательности, в-третьих, информационное обеспечение инновационных процессов, обучение и самообразование и, в-четвертых, поиск советов, необходимой информации для принятия решений. В связи с этим роль информационной журналистики, исполняющей все эти функции, значительно возрастает. Ведь в последнее время количество поступающей к человеку информации настолько велико, что он уже не в силах самостоятельно разобраться в ней, определить критерии истинности и принять верное решение. Ведь в доидустриальной среде основную информационную нагрузку нес личный контакт с другим человеком. Позднее сформировалась книжная культура, где печатные средства массовой коммуникации преобладали до недавнего времени. В постиндустриальном обществе все большее значение приобретает экранная культура, создаваемая на основе аудиовизуальной техники. Отныне производство, хранение, передача и потребление информации производится на принципиально иной технологической основе, приводящей к децентрализации коммуникационных каналов. Доступность и разнообразие информации, получаемой по современным каналам массовой коммуникации, приводят, с одной стороны, к значительной однородности культурно-информационного пространства, а с другой – к огромному разнообразию этой информации, из которой человек может выбирать то, что отвечает его ориентациям. Если общество будущего действительно таково, то роль журналиста в нем будет сведена к простому ретранслятору фактов: передача информации без какихлибо комментариев. Но с другой стороны, журналист рисует перед своей аудиторией определенную картину мира, отбирая и выстраивая в определенной последовательности факты. В этом


смысле новостная журналистика несет в себе и воспитательную функцию, ориентируя человека не только в выборе духовных ценностей, но и формируя в его сознании смысл жизни. Причем человеку, жизнь которого связана с однообразной работой, подчинением бюрократии, социальной изоляцией и низким уровнем солидарности средства массовой коммуникации предлагают картины мира, далеко не во всем согласующиеся с его реальным жизненным миром. И это, как ни парадоксально, помогает ему расслабиться и отвлечься от своих каждодневных проблем. Но возникает и огромная опасность, связанная с идеей нового мирового информационного господства. Мировая система массовых коммуникаций зависима от капитала и технической оснащенности. Распространение новостей на планете находится под контролем американских информационных агентств. Все события освещаются под углом зрения, выгодном лишь США. Кроме того, осуществляется контроль и за развитием коммуникационных сетей в развивающихся странах. По сути, речь идет об одностороннем "экспорте" всего того, что связано с массовой коммуникацией. Вот почему в 1980 году ЮНЕСКО была принята резолюция, поддерживающая определенные меры по регулированию потоков новостей и различной культурной продукции, распространяющихся через национальные границы. США не согласились с этой резолюцией и вышли из состава ЮНЕСКО. Не акцентируя внимание на том, что журналист так или иначе формирует общественное мнение через подбор фактов, американские исследователи печати считают вопиющей нелепостью присутствие открытого выражения взглядов в новостной журналистике: многие учебники по США и Великобритании настаивают на том, что в новостях должна быть только информация, а комментарии – основа аналитических материалов. Право на собственное мнение имеют лишь специальные или зарубежные корреспонденты, дающие по ходу дела ремарки. Читатель, по твердой убежденности сторонников чистой информационной журналистики, желает знать, что увидел и что обнаружил журналист, а не то, как и почему это произошло. На самом же деле, информационные тексты только выигрывают от использования элементов анализа и компонентов публицистики. Скажем, если при сообщении новости журналист покажет причинно-следственную зависимость или сообщит о новых толкованиях и взглядах, то сможет достигнуть эффекта, получившего название сенсация интерпретации. Для этого журналист должен вести дневник новостей, отмечающий развитие событий. Журналистика новостей, выделяя из потока событий наиболее значимые или наиболее яркие факты, создает материалы, сильные прежде всего эффектом "самоочевидности факта". Но информационная журналистика – это вовсе не "фотографирование" событий. Это кропотливый труд, отнимающий у журналиста немало времени и сил. Строгий анализ происходящих в мире событий позволяет правильно и своевременно отобрать из множества фактов те, которые становятся "новостью прессы". Среди главных требований, предъявляемых к этому виду товара, – оперативность, краткость, компактность и точность. Западные исследователи выделяют больший ряд факторов, определяющих факт как новость: частота повторяемости, масштабность, ясность смысла, адаптированность ( ), согласованность с ожиданиями аудитории, сенсационность, динамизм (непрерывное развитие некогда начавшегося события), комбинированность (сочетание серьезности и развлекательности), причастность к событиям ведущих государств мира, отражение жизни «звезд» политики или культуры, персонификация (жизнь личности или тех, кто персонифицирует определенное социальное или политическое явление), ожидаемая негативность последствий события, – только так журналист может заинтересовать своим сообщением аудиторию. Первые шесть из названных факторов считаются наиболее важными в современной новостной журналистике.


Распространение электронных средств вновь приводит мир к состоянию племенного общества – "общества уха", – где доминирующим средством передачи информации была речь. Глобальная коммуникационная сеть подобна центральной нервной системе человека, передающей краткую оперативную информацию. В этом новом мире, прежде всего за счет стремительного сжатия пространства, времени и информации, человек получает возможность одновременно соучаствовать в событиях, происходящих на огромном расстоянии друг от друга. Он как мозг получает информацию и выбирает единственно приемлемый вариант поведения. И от того, насколько ответственно к своей роли отнесется журналист, наполняющий "мозг" достоверными сведениями, зависит развитие общества в целом. В постиндустриальном обществе информационная журналистика прочно занимает свою нишу, позволяя журналисту обрести новый социальный статус. Основными жанровыми моделями новостной журналистики сегодня считаются заметка, информационная корреспонденция, информационный отчет, информационное интервью, блиц-опрос, репортаж, некролог. Каждая из этих моделей, отвечая основным жанрообразующим признакам новостной журналистики, имеет специфические черты, заключающиеся в умении представлять новость через обмен репликами, показывать наглядные особенности происшедшего, воссоздавать события или прояснять ситуацию. 3. Проблемно-аналитические жанры Аналитическая журналистика составляет основное содержание качественной прессы. Тщательно сопоставляя между собой факты, журналисты-аналитики трактуют "новость прессы", комментируют ее и даже пытаются дать прогнозы на будущее. Образно говоря, аналитическая журналистика уподобляется мозгу, координирующему деятельность всех жизненно важных органов. Понятно, что работающему в этом виде журналистики необходимы аналитический склад ума, умение не только фиксировать очевидное, но и определять связи между явлениями, безбоязненно принимать на себя ответственность за решения. Предметом аналитической журналистики выступают актуальные общественные явления, события, процессы, ситуации и связанные с ними теоретические и практические проблемы общественного развития. Чтобы во всем этом разобраться, журналисту приходится уточнять причины и условия развития событий, определять скрытые мотивы и намерения действующих в той или иной ситуации, оценивать правильность выбора средств и путей развития ситуации, обоснованности точек зрения и идей. Само собой разумеется, что такие материалы имеют большой объем: невозможно в двух абзацах раскрыть сущность происходящего. Ведь если в информационной журналистике важен факт, то в аналитической – мысль, порожденная фактами, и эмоции автора, порожденные этой мыслью. Вот и появляются аналитические материалы по большей части в журналах, а не в газетах, например. Исследуя мир, как настоящий ученый, журналист-аналитик пытается сориентировать читателя в общественной жизни, помочь ему определить свою жизненную позицию. А для этого он показывает все события с точки зрения той роли, которую эти события могут сыграть в жизни читателя. Например, насколько факты, предметы, явления удовлетворяют разнообразные потребности человека. Рассмотрим как аналитическая журналистика может помочь удовлетворить некоторые из них. Во-первых, потребностью может быть получение удовольствия от процесса самого труда. Когда человек любит свою работу, то качество производимой продукции во много раз возрастает. Объяснить человеку, в чем прелесть труда, помочь ему понять и полюбить его можно только показав роль и место конкретного человека в общей социальной жизни. Во-вторых, – результат деятельности. Журналист-аналитик, убедительно показывающий, что создаваемый продукт или усвоенные знания принесут в


дальнейшем свои плоды, помогает создать в обществе потребность в результатах труда. Например, если вы знаете, какие выгоды вам принесет учеба, то приобретение конкретных знаний станет вашей потребностью. Допустим, вы будете пропускать занятия, не совсем поймете, что такое аналитическая журналистики и чем анализ отличается от информации, то, например, никогда не сможете стать журналистоммеждународником. В-третьих, – вознаграждение за деятельность. Таким вознаграждением могут стать заработная плата или повышение по должности, слава или профессионализм. А может быть и радость близкого вам человека. В-четвертых, – избежание наказания. Помните анекдот о поощрениях и наказаниях? В какой-то школе наказывали тем, что били, а поощряли тем, что не били. Вряд ли найдется много таких людей, которым бы нравилось, когда их наказывают. И потому избежание наказания – весьма важная потребность. Если журналист покажет, к какому тяжелому наказанию может привести невыполнение обязанности, то это будет весьма убедительным аргументом для того, чтобы исполнить свой долг. Скажем, если человек будет уклоняться от службы в армии, ему будет грозить тюремное заключение. В-пятых, – высокие цели, которым служат процесс или результат деятельности. К высоким целям можно отнести и построение истинно демократического общества, и устранение болезнетворных бацилл, и достижение личного счастья. Примером такого аналитического показа взаимосвязи малого и высокого может служить хорошо известное всем стихотворение о гвозде, которого не оказалось в кузнице, чтобы подковать коня полководца: в результате было проиграно сражение, враг вошел в город, жители были уничтожены. Ради спасения всей страны кузнец и должен был вовремя выковать гвоздик. Поскольку человеку не всегда известны реальные причинно-следственные связи средств и целей, то ему трудно по достоинству оценить то, что он сейчас делает. Аналитическое выступление в средствах массовой коммуникации способно развеять сомнения в нужности и значимости конкретных фактов, событий, явлений. Тематически можно выделить дюжину разновидностей журналистского анализа: политический, исторический, экономический, социологический, психологический, экологический, юридический, военный, спортивный, нравственный, искусствоведческий, художественный. Но независимо от того, какой конкретно теме посвящено журналистское исследование, оно анализирует либо отдельные актуальные события (например, военный конфликт в Косово), либо процессы, протекающие в обществе (демократизация), либо ситуации, сложившиеся в определенный момент (рост курса доллара). Как правило, тематические аналитические материалы публикуются в специальных изданиях, например, политический анализ – в журналах "Открытая политика", "Российская Федерация", телепередачах "Итоги", "Зеркало", военный – в "Военно-историческом журнале", искусствоведческий – в журналах "Театр" или "Искусство кино" и телепрограмме "Театр плюс ТВ"... Но это не значит, что в других изданиях не могут появиться аналитические материалы: скажем, газеты "Красная звезда" и "Литературная газета" охотно печатают на своих страницах нравственный анализ современного общества. Для того, чтобы этот вид журналистики был интересен читателям, очень важен показ логической цепочки развития событий с возможным прогнозом на будущее. Что было, каково положение сейчас, что необходимо предпринять, что будет, если мы не предпримем этих шагов, что принесет пользу, а что вред, – приблизительно так строит свои рассуждения журналист-аналитик. Конечно же, для достоверности выводов журналисту нужна помощь компетентных специалистов. Но их комментарии в большинстве случаев остаются за пределами аналитического материала, послужив лишь толчком к размышлениям по поводу выявленных фактов.


В последнее время аналитическая журналистика стала активно развиваться. Подумайте, что интереснее: лично опросить свидетелей происходившего, получить информацию из первых рук, собрать собственное досье фактов, а потом сопоставить все, обнаруженное вами, и создать собственную версию событий, или приглашать комментаторов, специалистов по какой-либо проблеме и брать у них интервью. Журналист без посторонней помощи пытается осознать произошедшее и интерпретировать факты. Или выстроить факты и собственные размышления вслух в такой последовательности, чтобы аудитория сама сделала нужные журналисту выводы. Такая специфика аналитической журналистики дает возможность журналисту изображать не столько реальную, сколько вымышленную страну. И это вовсе не обман. Расчет здесь такой: представление об образе жизни рано или поздно сформирует и саму жизнь. Иными словами, аналитическая журналистика моделирует образ мысли аудитории. Это моделирование можно назвать и манипуляцией, поскольку журналист получает возможность вызвать определенную реакцию на свой материал, заранее спрогнозировать действия и, в конечном итоге, управлять ситуацией. Поэтому аналитическая журналистика очень опасное оружие в руках неумелых журналистов. Роль аналитической журналистики значительно возрастает в условиях, когда средства массовой коммуникации выполняют определенные обязательства перед обществом: материалы, соответствующие высоким профессиональным стандартам информативности, точности, объективности и сбалансированности, не должны прямо или косвенно способствовать проявлению насилия, общественным беспорядкам, оскорблению меньшинств. Журналист становится ученым-исследователем, не имеющим права на ошибку: он несет ответственность за то, каким мир предстанет завтра. 4. Художественная публицистика Полнота создаваемых образов, яркость конкретных деталей сюжета и композиции, психологизм часто демонстрируют стремление авто��а к художественной типизации. «Фоновые» функции развернутых деталей, выразительных черт характера, сюжетно-бытовых живописных сцен вырастают до самостоятельных единиц отражения действительности, сочетаясь со стремлением автора использовать образное мышление и образно-экспрессивную лексику. Эти признаки позволяют исследователям вычленить группу художественно-публицистических жанров, в которых образы проявляют не просто индивидуальные особенности человека, а черты, характерные для наших современников в целом. Художественная публицистика как бы стоит на стыке собственно художественной литературы и научной, социально-политической прозы. Поскольку художественный метод отражения действительности заключается в безграничном применении авторской фантазии, вымысла, которые дают необходимую для творца свободу создания художественного образа и выявления через него правды жизни в целом, то в журналистике используются лишь некоторые его элементы, связанные, прежде всего, типизацией образа, образно-экспрессивной лексикой, применением условностей при реконструкции событий. Публицистика ограничивает создаваемый образ правдой факта, заменяя вымысел домыслом, содержащим в себе авторские допущения, смоделированные на основе реальных фактов. Принято вычленять три жанровые подгруппы художественной публицистики: очерковая публицистика, сатирическая публицистика, философская публицистика. Они различаются, прежде всего, по способу отображения действительности. Сущность очерковой журналистики во многом предопределена синтезом репортажного, нагляднообразного, и исследовательского, аналитического, начал. Доминирование одного из них, в свою очередь, предопределяет преимущественно-художественную или преимущественно-теоретическую концепцию отображения предмета. Сатирическая


публицистика нацелена на осмеяние определенных человеческих пороков. Характер публицистического осмеяния действительности создает определенные жанровые подвиды сатирической публицистики: добродушный смех – порождает юмор, а смех обличительный – сатиру. И, наконец, философская публицистика являет собой попытку актуализации общественно значимого социально-политического или культурного феномена как повода для отражения в журналистике его содержательных характеристик, важных для осознания момента, и личностно-персонифицированных раздумий о закономерности его развития. Одним из предметов отражения художественной публицистики становится человеческая индивидуальность. Через призму человеческой индивидуальности, возведенной до образно-символьного прочтения, публицист может рассмотреть любое проявление действительности, ситуативно выражающееся в актуальной проблеме. Типизируя личность, создавая образно-символьное прочтение реальных фактов, событий, явлений, художественная публицистика выходит на новый уровень авторского обобщения действительности. Документализация художественной литературы пока еще стала предметом специального изучения теоретиков журналистики. И все же это совсем не новое в отечественной публицистике явление не раз уже становилось предметом споров в литературоведческих трудах. Безусловно, эта группа публицистических жанров сродни жанрам биографической прозы, основанных, также как и литературнохудожественные, на монтаже документов личного происхождения и глубоко личностной их интерпретации. Предметом анализа публициста становится внутренний мир, система ценностей, привычек, установок человека, его мировоззрение и восприятие окружающей действительности. Через глубоко личностные ощущения, через внутренний мир журналист пытается показать напряженность ситуации, сложившейся во внешнем мире. Автор исследует пристрастия человека, необычные возможности личности, высокие профессиональные качества героя, его физиологические особенности, примеры служения нравственным ценностям, преданности идеалам или человеческие пороки. Ни в коем случае журналисту не следует выдвигать на первый план одно лишь желание представить героя перед аудиторией во всей наготе своего внутреннего мира, – главная его цель в том, чтобы заявить о своей нравственной позиции, о своем понимании добра и зла через оценку личности героя. Как созидающая личность журналист противится абсолютной идентификации индивида с обществом, поддерживает его эмоциональный отказ «следовать вместе со всеми» и желание развивать собственные творческие потенции. Ибо реальная основа понятия «внутренней свободы» как раз и обозначает личное пространство, в котором человек имеет возможность оставаться самим собой. В индустриальную эпоху технологическая реальность вторгается в это личное пространство и сводит его на «нет». С помощью аналитической журналистики читатель получает возможность попытаться разобраться в происходящем, в процессах внутреннего и внешнего мира, что помогает ему снять эмоциональное напряжение, избежать стрессов, вызванных непомерной нагрузкой на нервную систему. Все это журналист иллюстрирует примерами из жизни героя, приоткрывая занавес над интимнейшими ее сторонами. Понятно, что искренность и фактическая достоверность такого материала могут быть определены только ее автором. Только он имеет право окончательно решить вопрос о разумной достаточности материала, в данном случае – о воплощении смысла событий в цельном образе внутреннего мира, души героя. В конечном итоге перед читателем предстает теоретизированная фантазия, отличительными признаками которой становятся относительная недосказанность, фрагментарность, принцип монтажа, стилевой синкретизм. Система доказательств, если таковая присутствует, конструируется из цитат, чье авторство определено


поколенческой, мировоззренческой принадлежностью героя, а весь внешний мир рассматривается исключительно через призму его внутренних переживаний. Основными жанровыми моделями художественной публицистики, отражающей человеческую индивидуальность, справедливо полагаются очерк (портретный, путевой или проблемный), публицистический рассказ, житейская история, легенда, исповедь. Часто предметом отражения художественной публицистики становятся нелепости жизни, находящие воплощение в комическом отображении действительности. В основе комического лежит противоречие между новым и старым, нарождающимся и отмирающим. Комическая ситуация вовсе не исключает резкого осуждения тех явлений, которые вызывают смех, выявляя несоответствие между тем, чем должна быть жизнь по мнению публициста, и ее случайной, нелепой или недостойной формой проявления. Вопрос о комическом в числе других вопросов эстетики еще в древности привлек к себе внимание философов. Так еще в IV веке до нашей эры Аристотель указывал на внутреннюю несообразность как причину комического характера явлений и определял комедию как воспроизведение худших людей. В сатирической публицистике наблюдаются все оттенки и разновидности комического: юмор, ирония, сарказм, сатира. Юмор – наиболее жизнеутверждающая и сложная по оттенкам форма комического. В нем серьезное высказывается с усмешкой, в незначительном и даже ничтожном всегда просматривается важное и глубокое. Юмористический смех лишь подчеркивает несовершенство отражаемого жизненного явления. Ирония – более резкая, чем юмор, отрицательная оценка предмета или явления через его осмеяние в иносказательной форме – придает художественнопублицистическому изображению особую окраску, своеобразно раскрывая неудовлетворенность автора окружающим миром. Это – художественный принцип, из которого исходит публицист, стремящийся с особой остротой подчеркнуть всю серьезность, порой даже трагичность положений и ситуаций. Сарказм – еще более едкая, язвительная, обличающая, горькая насмешка. В отличие от иронии, сарказм использует прямую форму насмешки, внешне соответствующую ее сути: если сущность иронии в иносказании, в тонком намеке, то в сарказме главное – крайняя степень эмоционального отношения, высокий пафос отрицания, переходящий в гневное негодование. Сатира – наиболее беспощадно осмеивающий несовершенство мира и человеческие пороки вид комического. Она не оставляет надежды на исправление критикуемых жизненных явлений. Отличительные признаки сатиры – подчеркнутая тенденциозность, сознательное заострение жизненных проблем, смелое нарушение пропорций в изображаемых явлениях. Поэтому сатирический образ всегда условен, герой для автора – прежде всего носитель опасного общественного зла. Основные модели сатирических жанров художественной публицистики, использующих эти приемы комического отражения действительности – фельетон, памфлет, пародия, эпиграмма, эпитафия, анекдот, шутка, афоризм, публицистическая сказка, сатирический комментарий. Целями обращения к аудитории с юмористическими и сатирическими произведениями могут служить поддержание жизненного тонуса, обогащение эмоциональных реакций, психологический тренинг, побуждение к искоренению зла и активизация влияния на социальные процессы. Стре��ление человека к истине, создание абстракций высших уровней и объединение их в различные концептуальные схемы находит свое воплощение в художественно-публицистическом творчестве. Понимание, как длительный и сложный процесс, включающий в себя интерпретацию, реинтерпретацию, конвергенцию, дивергенцию, конверсию и ряд других операций, формирует предмет отражения философской публицистики – личностно-персонифицированные раздумья о закономерности развития общества.


Содержанием этой жанровой подгруппы становятся размышления о смысле бытия, о развитии общества, о жизни и смерти, о познании истины, о добре и зле, обсуждающиеся в рамках особой духовной деятельности, которую со времен античности принято называть философией, и выражающие глубоко личное индивидуальное знание о бытии, отличающееся критическо-творческим отношением к миру и прежней системе взглядов на мир. Будучи аналитической по сути, философская публицистика не ставит перед собой цель проанализировать актуальную проблему, требующую неотложного решения. Ее интересы сосредоточены на глобальных проблемах общественного бытия, которые не могут быть решены одномоментно. Ведущей здесь стала разработка бытия триады "человек, человечество, человечность" – поистине глобальная проблема настоящего и будущего. И рассматривается она, прежде всего, через нравственные категории, моральный уровень современного общества. Поэтому к этой жанровой подгруппе чаще всего обращаются философы, культурологи, искусствоведы, историки, – одним словом, специалисты в области общественных наук. Глубина проникновения в материал и широта освещения действительности целиком зависят от способности публициста воспринимать духовные ценности общества, от уровня его научного мировоззрения, включающего в себя научную картину мира, обобщенные итоги достижений человеческого познания, принципы взаимоотношения человека с естественной и искусственной средой обитания. Публицист афиширует свой субъективизм, стремление постигнуть глобальность происходящего, показать социально-психологический срез общества. И в этой всеохватности ядром, своеобразной линзой преломления фактов становится сам автор материала. Никакие силы не могут заставить читателя продолжить чтение, как только он поймет, что его собственный интеллект превышает интеллект публициста. Восприятие духовных ценностей носит творческий характер. Каждый по-своему осмысливает, интерпретирует воссозданные автором образы и чувства. Любой человек переживает духовные ценности через призму собственного опыта, но это всегда творческая работа души и ума человека. Философская публицистика становится особым видом деятельности двух взаимосвязанных творческих личностей – автора и читателя. Уровень образования и общей культуры каждой из этих двух личностей непосредственно влияет на возникновение специфического диалога, одновременного духовного потребления и духовного творчества. Цели обращения к аудитории с философско-просветительскими текстами многообразны. Здесь и прояснение существа явления, и расширение поля социальной активности читателя, и побуждение к воссозданию ассоциативного ряда и сопоставлению интерпретаций, и интеллектуальное, эмоциональное, нравственное обогащение. Исследователи выделяют среди основных жанровых моделей философской публицистики философско-публицистическую сказку, публицистический рассказ, проповедь и эссе. В последнее время усиливается тенденция к смешению, к взаимопроникновению жанров. И потому некоторые исследователи делают ошибки, выделяя как новые жанры те, которые объединили в себе черты двух или более уже давно известных. Жанр – категория сравнительно устойчивая, не теряющая своих формообразующих качеств на протяжении веков. Наполняясь новым, актуальным содержанием, жанр приобретает новые черты, но формальные, жанрообразующие признаки серьезных преобразований не претерпевают. Со временем некоторые новые видовые образования могут выкристаллизовываться в отдельные жанры. Среди таких, например, – уже упоминавшийся нами жанр эссе. Он рожден интересом рассмотреть морально-этические, историко-политические и эстетические проблемы через персонификацию, через конкретную личность. Поэтому


этот жанр – личностный, позволяющий наиболее полно высказать и обосновать авторское мнение, воплотить в нем личные чувства и личные эмоции. Ему одновременно присущи и философско-аналитический взгляд на предмет, и художественная типизация образа. Теория жанров отличается чрезвычайной сложностью, многоаспектностью, однако журналисту-практику важно разбираться в специфике видов и жанров публицистики, ведь только активное использование всей палитры жанрового многообразия и позволяет ему ярче проявить свое мастерство. Литература Бекасов Д.Г. Корреспонденция, статья – жанры публицистики. – М.: Изд-во МГУ, 1972. Беневоленская Т.А. Композиция газетного очерка. – М.: Изд-во МГУ, 1973. Беневоленская Т.А. О языке и стиле газетного очерка. – М.: Изд-во МГУ, 1973. Газетные жанры. – М., 1976. Гребенина А.М. Обзор печати: Некоторые проблемы теории жанра. – М.: Изд-во МГУ, 1980. Жанры международной журналистики. – М.: Изд-во МГИМО, 1995. Журбина Е.И. Теория и практика художественно-публицистических жанров. Очерк. Фельетон. – М.: Мысль, 1969. Информационные жанры периодической печати. – Казань: КГУ, 1995. Колосов Г.В. Критерии деления публицистики на жанры // Журналистика: Вып.5/7. – Алма-Ата, 1975. Колосов Г.В. Поэтика очерка. – М.: Изд-во МГУ, 1977. Кожинов В.К. К проблеме литературных родов и жанров // Теория литературы. – М., 1964. Пельт В.Д. Взаимодействие жанров – средство повышения эффективности печати // Слово во имя дела: Актуальные проблемы советской журналистики. – Баку: Азернешр, 1985. Пельт В.Д. Дифференциация жанров газетной публицистики. – М.: Изд-во МГУ, 1984. Пельт В.Д. Жанры советской газеты. – М.: Изд-во МГУ, 1987. Пельт В.Д. Информация в газете. – М.: Изд-во МГУ, 1980. Прохоров Е.П. Обзор печати. – М., 1963. Прохоров Е.П. Публицистическое обозрение. – М.: Изд-во МГУ, 1963. Прохоров Е.П. Эпистолярная публицистика. – М.: Изд-во МГУ, 1966. Симкин Я.Р. Сатирическая публицистика. – Ростов-н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1976. Стрельцов Б.В. Основы публицистики. Жанры. – Мн.: Университетское, 1990. Тертычный А.А. Аналитическая журналистика: познавательно-психологический подход. – М.: Гендальф, 1998. Тертычный А.А. Жанры периодической печати. – М., 2000. Ученова В.В. Метод и жанр: Методы журналистского творчества. – М., 1984. Ученова В.В. Творческие горизонты журналистики: К проблеме профессиональных методов. – М., 1986. Черепахов М.С. Заметка и корреспонденция. – М.: Изд-во МГУ, 1954. Черепахов М.С. Проблемы теории публицистики. – М., 1973. Шостак М.И. Журналист и его произведение. – М.: Гендальф, 1998. Шумилина Т.В. Не могли бы вы рассказать?.. – М.: Изд-во МГУ, 1976.

Информационные жанры


Андрей Ардер

Откуда есть пошла «Чуча» Музей кино проводит летний фестиваль музыкального фильма В залах кинотеатра «Салют» на улице Кедрова (метро «Академическая») начался показ симпатичного цикла фильмов, где значительную роль играет музыка. Открылся он чаплинскими «Огнями большого города» и балетом «Ромео и Джульетта» с участием Галины Улановой. В субботу в 18.30 зрителей ждет культовый фильм «Серенада Солнечной долины» 1941 года, благодаря которому прославился у нас джаз-оркестр Гленна Миллера. И потом, надо же знать, откуда есть пошла «Чуча» в этом мире! И дальше июль пойдет нескучно: Антонио Гадес в «Кармен» Карлоса Сауры (12), Пласидо Доминго и Тереза Стратас в «Травиате» Франко Дзеффирелли (13), неувядаемые «В джазе только девушки» Билли Уайлдера (15). В цикл вошли также наши фильмы «Под крышами Монмартра» по Кальману (19) и «Мы из джаза» (20); великий мюзикл «Моя прекрасная леди» с Одри Хепберн (22), «Шербурские зонтики» с Катрин Денев (26), «Волшебство «Куин» в Будапеште (27) и «Кабаре» (29). Музей кино всегда славился своими экстраординарными программами, и придет еще время, когда у него будет много залов, наперебой предлагающих один фильм лучше другого. Других таких кинотеатров в России, а может, и мире, просто нет.

Александр Федосов

Дети цезия Почему 70 тысяч детей, проживающих в зараженных радиацией районах Брянщины, брошены на произвол судьбы? У 7-летней Ани Лаврухиной из села Добродеевка недавно родился братик. Девочка не понимает, что значит слово "фенилкетонурия", произносимое мамой в разговоре со взрослыми, но они с братиком уже не раз побывали у врачей. Наталья Лаврухина в недоумении: "Доктор сказал, что это наследственное заболевание, но у меня в роду ничего подобного не было". Медики установили, что тяжелое поражение нервной системы, или фенилкетонурия, возникает в результате мутации гена. В Добродеевке уровень радиации высок, но медицина не торопится с ответом на то, какие болезни подстегнул Чернобыль. Единственное, что официально уже почти признали, это рост заболеваний щитовидной железы. У 3-летней Насти Покрашенко обнаружили опухоль в брюшной полости. После двух операций, которые сделали московские врачи, она пережила временную парализацию. Мать девочки Галина Покрашенко в отчаянии. Врачи говорят, чт�� им нельзя оставаться в родной деревне Ширяевке, которая входит в зону отселения. Но куда податься студентке с больным ребенком на руках? Где брать деньги на лечение, если одна операция обошлась в 150 тысяч рублей? Новое "чернобыльское законодательство" освободило государство от нужды помнить о последствиях той страшной катастрофы. Дети цезия остались заложниками зоны. По словам председателя Новозыбковского горсовета Михаила Трофимова, уровень радиации снова начал расти. С чего бы? Асфальт, который укладывали после аварии на ЧАЭС, уже износился, а поля не удобряют так, как рекомендовали ученые.


– Две трети доз наши жители получают за счет употребления зараженных продуктов. Молоко из многих хозяйств "светится", а его пьют дети. И вот получается, что у наших ребятишек уровень заболеваемости в 2,5 раза выше, чем в целом по стране. У взрослых – в 2 раза выше. Теперь вот правительство хочет вообще вывести Новозыбков из зоны отселения. Дескать, у вас плотность радиации снизилась до 12,4 кюри. Но даже 12 кюри – это уровень, превышающий дочернобыльский в десятки раз, – и об этом будто забыли. Представитель Роспотребнадзора Вячеслав Пархоменко, ссылаясь на исследования немецких специалистов, подсчитал, что в самых неблагоприятных условиях живут около 2 процентов жителей чернобыльской зоны. Из их организмов нужно выводить радиацию, но самое главное – им нельзя употреблять зараженные продукты. Особенно детям. Главный врач Климовской районной больницы Анатолий Галькевич уже не может не возмущаться выводами высоколобых профессоров из питерских и других медицинских институтов: – Они подсчитали что, если питаться чистыми продуктами и вносить в почву нужные удобрения, радиация будет снижаться. Но проверили – цезия еще больше. Сказал об этом в Минздраве, а они удивились. Не верят, что мы не получаем чистые продукты, как было сразу после катастрофы. Бедность не позволяет питаться хорошо. Контроль на пищевом рынке ослаблен, санитарные учреждения в радиационных районах закрыли, хотя мы сопротивлялись. А попробуй из Климова в Новозыбков каждый день повози пробы продуктов. Минздрав, правительство ушли от обследования жителей зоны. Вводят новые методики, из-за чего мы не можем сравнить получаемые данные с теми, что зафиксированы 20 лет назад. Москва денег на оборудование не дает, все тянет на себе только область. Хотя не мы взрывали атомную станцию. Замечаем рост раковых заболеваний кожи – это уже беспокоит больше, чем щитовидка. По данным депутата областной Думы Раисы Желдак, в юго-западных районах Брянской области 5 – 8 процентов детей рождаются инвалидами. По сравнению с дочернобыльским временем частота патологий выросла в 16 раз! – Наши ребята 20 лет назад получили сильнейший гормональный удар. Теперь на первые места выходят врожденные патологии органов, психические расстройства и неврологические заболевания. На загрязненных территориях живут более 70 тысяч детей. Раньше почти всех их удавалось оздоравливать летом. Но 122-й закон все изменил. В прошлом году только каждый пятый ребенок летом смог выехать за пределы области. А ребят 16-18 лет вообще забыли. Скажите, что это за национальный проект, который не позволяет на 3 недели вывезти детей за пределы радиационных районов? Если радиация не выводится, она накапливается в костях. И девочкам, и мальчикам грозит бесплодие! Во все колокола надо бить! С 1992 года ни в одном детском саду Новозыбковского района не проводилась дезактивация территории. А там есть места, где плотность загрязнения равна 200 кюри. При этом правительство закрыло программу "Дети Чернобыля". – Настала пора не просить, а требовать, – убеждена председатель экологического комитета Брянской областной Думы Людмила Комогорцева. – Ко мне стекается вся информация об ужасах зоны. Волосы встают дыбом. Сегодня стоит задача проверить накопление доз у 300 тысяч брянских детей. Им нужны препараты, выводящие радиацию из организма. На эти цели правительство должно тратить не копейки, а миллиарды.

Депардье – поклонник Достоевского Сегодня в кинотеатре «Октябрь» состоялась одна из главных пресс-конференций XXVIII ММКФ. На вопросы журналистов отвечал почетный гость кинофестиваля известный французский актер Жерар Депардье. На церемонии закрытия ему будет


вручена премия «За покорение вершин актерского мастерства и верность принципам школы К.С. Станиславского". Как признался актер, впервые фамилию Станиславского он услышал в 1965 году, когда начал работать в театре. Вообще, сам Депардье не придерживается какой-то одной актерской школы, но Станиславский сыграл в его карьере особую роль. По словам французского актера, метод Станиславского для него это умение передавать эмоции. И именно эмоции знаменитого русского театрального классика помогли Депардье понять и полюбить творчество такого писателя, как Ф. М. Достоевский. Французского актера несколько расстраивает тот факт, что в России, как и во всем мире, больше любят Толстого, а не Достоевского. Сам он с удовольствием сыграл бы в экранизации «Братьев Карамазовых» роль Митеньки Карамазова. Причем Депардье прекрасно понимает, что снять художественный фильм по роману Достоевского практически невозможно. Понятно, что продолжительность такой картины должна быть около 6 часов, а это требует колоссальных денежных вложений, на которые ни один продюсер не пойдет. В этих обстоятельствах французский актер готов согласиться даже на участие в многосерийной телевизионной версии, осуществить которую гораздо реальнее.Интересно, что когда Депардье был моложе, его больше привлекал образ Алеши Карамазова. Этот герой нравился ему своей чистотой, одухотворенностью, верой в людей. Теперь же актеру стал ближе Дмитрий Карамазов – необузданной жаждой жизни и размахом своих желаний. Ведь, Депардье считает смыслом собственного существования саму жизнь. Ему нравится общаться с представителями всех культур, всех религий и всех национальностей. И каждый новый день актер не перестает удивляться тому, как прекрасна жизнь во всех ее проявлениях. А вот вопросы политики Жерара Депардье совершенно не волнуют. Он предпочитает роль стороннего наблюдателя. Актер очень любит женщин, хорошо поесть и… футбол.

Маргарита Стюарт

Покажите мне единорога! В ЮАР более 9000 частных заповедников-ферм, в которых можно и охотиться, и просто наблюдать за животными и дикой природой. Здесь обитают 29 разных видов антилоп, а также все представители так называемой «большой пятерки» – слон, африканский буйвол, носорог, лев и леопард. Но как приблизиться ко льву и не быть съеденным? Почему опасно фотографироваться с бегемотом? Об этом корреспонденту «АиФ. Европа» рассказал Брюс ЛИТТЛ, владелец одного из южноафриканских частных заповедников. Не говорите льву «кис-кис» Охота и туризм в Африке – дело, конечно, не из самых безопасных, но риска здесь все же не больше, чем находиться в качестве пешехода на дорогах Стамбула или автоводителя в Лондоне. Для охотника важно знать повадки того животного, на которого он собирается охотиться. Например, буйвол будет убегать от вас по кругу. А так как бегает он все равно быстрее, то в один не самый прекрасный момент может оказаться прямо у вас за спиной. Вы себе не представляете, сколько вполне опытных охотников пострадало из-за элементарного незнания психологии животных. Для туристов существуют свои рекомендации. С одной стороны, животные, конечно, уже привыкли к виду машин с людьми и не воспринимают их как прямую угрозу, но ручными они от этого не стали и общаться не горят желанием. К сожалению, далеко


не все это понимают. Не надо «кис-кискать» льву или пытаться пожать лапу бабуину. Это к хорошему не приведет. Кстати, львы не самые опасные животные в саванне. Есть определенные приемы, позволяющие приблизиться к ним и наблюдать, не подвергая себя опасности. Самое главное – соблюдать дистанцию и не вторгаться на его территорию. Слонов лучше всего наблюдать вблизи водопоя. Выбрать дерево потолще, погуще и повыше, залезть на него – и можно любоваться на слонов в свое удовольствие. Но важно помнить, что у слонов превосходное обоняние, и лучше, чтобы они вас не учуяли. А вот чтобы приблизиться к жирафам, придется лечь на землю и катиться к ним, как сосиска. Таким способом можно подобраться почти к самым их ногам. С четырехметровой высоты вы будете казаться настолько маленьким, что жирафу даже связываться с вами не захочется. Но, несмотря на свою репутацию мирных животных, жирафы вовсе не так уж безобидны. Если разозлить, лягнет так, что мало не покажется. Ударом копыта жираф может и льва в нокаут отправить. Кстати, только те львы отваживаются охотиться на жирафов, которые на этом, так сказать, специализируются. Осторожно – злой бегемот! Очень опасным животным считается гиппопотам. На его совести самое большое количество трагических случаев в Африке. Люди непосвященные даже представить себе не могут, насколько этот толстяк может быть проворным. Поэтому приближаются к нему безо всяких предосторожностей – ну, лежит там что-то колодой… Подходят почти вплотную и начинают фотографировать. Нельзя этого дел��ть! Также нельзя становиться между бегемотом и водой и бегемотом и его семейством. Единственное спасение от прущего на вас гиппопотама – прятаться в густых кустах, туда он не полезет. А вот кому совсем нельзя доверять – это крокодилу. Это, наверное, единственное животное на земле, которое не поддается ни приручению, ни вообще каким-либо нежным чувствам. Крокодил весь окружающий мир воспринимает как потенциальную еду. Его желудок способен переварить даже железо. Кроме того, если любой другой хищник нападает только тогда, когда голоден, то крокодил атакует вне зависимости от полноты желудка. Они вообще сразу ничего не едят, а оставляют добычу под водой, пока она не дойдет до нужной кондиции. Так что уложить подвернувшуюся жертву «про запас» для крокодила – это святое. Кстати, у леопарда почти такая же способность выживать, как и у крокодила. Он может есть все что угодно – от муравьев до полусгнившего мяса и овощей. Это потрясающее животное. Я видел своими глазами, как самец затаскивал на дерево молодого жирафа. А жираф уже при рождении весит больше ста килограмм. Как-то я подвез группу туристов к львиному прайду как раз в то время, когда самец оделял своей любовью львиц. Я счел, что они больше увлечены друг другом и на людей вряд ли обратят внимание. Но ошибся. Льву вскоре наскучили ласки его жен, и он, желая показать, что на сегодня сеанс любви закончен, отошел от них и улегся в тени нашей машины, привалившись к правому заднему колесу. Полтора часа я со своими позеленевшими от страха туристами сидел, боясь шелохнуться, пока лев не ушел восвояси. Африканская галантность Бывает немало забавных случаев, связанных с различиями в африканской и европейской культурах. Например, в Африке спрашивать женщину о возрасте считается очень даже приличным, а уж сказать, что женщина выглядит старше своих лет, – это верх воспитанности. Когда я вожу группы туристов, часто со мной отправляется ассистент – местный житель. Я не раз ему объяснял, что не надо


интересоваться возрастом туристок и уж тем более делать им на этот счет комплименты. Как-то среди туристов были отец с дочерью. Девушка была очень хорошенькой, и мой помощник не выдержал. Сначала чернокожий кавалер поинтересовался, чем занимается ее муж, а когда услышал в ответ, что это отец, не преминул радостно отметить, что она, дескать, выглядит старше своего папы. Мне потом еще долго пришлось уверять бедную девочку, что ей всего лишь сделали комплимент. Пожелания туристов, надо сказать, тоже не раз ставили меня в тупик. Если самая частая просьба – показать «большую пятерку», то самая странная и при этом далеко не самая редкая – это показать… ЕДИНОРОГА! Помощники и вредители Я люблю природу и диких животных, вырос среди них и рассматриваю легальную охоту исключительно как средство для поддержания природного баланса. Ну что толку, если в той или иной провинции разведется слишком много, например, слонов? Они просто уничтожат все вокруг и нанесут вред другим обитателям саванны. А вот браконьерство, которое в Африке цветет пышным цветом, – это дело другое. Я верю, что правительство делает что может, но ни средств, ни людей для этого не хватает. Уж очень обширные и специфические здесь территории. Но тех, кого поймали на браконьерстве, ждут нешуточные штрафы, вплоть до заключения под стражу. Если человек без наличия соответствующей лицензии охотился на носорога, находящегося под охраной государства, то несколько лет за решеткой обеспечены. Но не только браконьеры наносят ущерб. Посмотрите, что, сделали промышленники с озером Виктория! Я считаю что, если деятельность человека нанесла вред дикой природе, к ней и относиться надо как к вредительской. И таких бизнесменов надо заставлять самих восстанавливать баланс природы за их же счет, а не выделять средства из государственной казны. Туристы, приезжая в Африку, прежде всего хотят красивой экзотической сказки, которую мы им и показываем. То, что они видят, весьма далеко от нашей реальной жизни здесь. Мало кто из туристов готов хоть на несколько дней поменяться местами с жителем африканской саванны или даже города. По большому счету, европейцы до сих пор воспринимают Африку как колонию, даже если и бывшую. Сейчас очень модно устраивать всяческие акции «в помощь Африке». То, что Африканскому континенту поддержка очень нужна, – это бесспорно. Проблема только в том, что очень часто материальная помощь из Европы или Америки не доходит до тех, кто в ней действительно нуждается. Поэтому правы те организации и компании, которые очень пристально отслеживают, куда и на что были потрачены их средства. Самая прямая польза – от посещения африканских деревень врачами и учителями. Эти люди действительно самоотверженно трудятся в непривычных для них условиях. Поп– и кинозвезды тоже немало делают для нашего континента. Хотя порой бывает обидно, когда некоторые из них не столько помогают, сколько поднимают вокруг этого шум, делая себе рекламу. Настоящее сострадание и помощь никогда громкими не бывают.

Литературная Газета

Три самых омерзительных персонажа русской литературы Антон Ракитин: 1. Шигалев из "Бесов"; 2. Смердяков из "Братьев Карамазовых"; 3. Мишка Кошевой из "Тихого Дона". Ольга Чернорицкая:


По настоящему мерзостны те персонажи, коих авторы хотели сделать подлинными героями. Самые омерзительные персонажи русской литературы – это Павлик Морозов, и вообще все положительные герои советской детской литературы, в том числе типично-дворовые персонажи, ненавидящие отличников, выскочек и задавал. Anna: 1. Смердяков (Братья Карамазовы); 2. Петр Верховенский (Бесы); 3. Лужин (Преступление и Наказание). Агафонов: Три самых мерзких героя в русской литературе – Печорин, Базаров и Павка Корчагин. Существует мнение и о Фандорине, но вопрос, литература ли это вообще. Лейла: 1. Горн из набоковской "Камеры обскуры"; 2. Петр Верховенский из "Бесов"; 3. Шариков из "Собачьего сердца". Жанна Пестова: Мерзость персонажей простительна. Они нужны для выражения определенной идеи, отражения действительности. В любом случае, их образы несут смысловую нагрузку. Мерзость авторов, считающих себя писателями, преступна. Она портит вкус читателей, вызывает отвращение к литературе, к чтению. Марианна Шихарбеева: Время, Человек и Нечистый. Особливо когда их же в радужных цветах рисуют.

Ульяна Махкамова

Канонизированный флотоводец Столица вспоминала Федора Ушакова Сначала бульвар Адмирала Ушакова хотели назвать Депутатской аллеей. Теперь там стоит памятник выдающемуся флотоводцу, причисленному к лику святых, а в Тушинском парке в его честь построят часовню. В Москве «праведного воина Отечества» Федора Ушакова вспоминают на ежегодном торжестве, которое проходит в Южном Бутове. Вчера праздник состоялся при настоящей «морской» погоде – дождь поливал как из ведра, а ветер трепал зонты, как паруса. Но собравшиеся не испугались: несмотря на этот осенний шторм, Андреевский флаг был поднят под звуки образцового оркестра Военно-морского флота России. Священство Андреевского Благочиния во главе с протоиереем Анатолием Кожей отслужило молебен. – У нас до сих пор чтят память этого легендарного человека, – сказал контрадмирал Николай Зеленин, заместитель директора Российского государственного военного историко-культурного центра. – По всей России люди продолжают интересоваться его подвигами и видеть в нем пример для всех нас. Помнят своего земляка и на родине адмирала – на Ярославской земле – на волжском берегу установлен памятный крест-якорь. А в Москве создан филиал Центра духовно-патриотического воспитания имени святого праведного воина Феодора Ушакова. На празднестве вместе со всеми мокли под суровым дождем ребята из клуба юных моряков «Ушаковец», кадетских классов и подразделений МЧС, военнопатриотического клуба «Поиск». И хотя теперь есть даже программа воспитания патриотизма, лучше, чем обращение к истории своей страны, ничего быть не может.


Одним из гостей стал председатель Союза писателей России Валерий Ганичев, который много лет занимался фундаментальными исследованиями жизни адмирала и в свое время обратил на это внимание Освященного Архиерейского Собора, вследствие чего в 2004 году было принято решение о канонизации Федора Ушакова. – Когда десять лет назад я передал Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II свои исследования о праведной жизни флотоводца, он сказал, что теперь наш военный флот обретет своего небесного покровителя. Сейчас Ушаков явлен России. Молитвенно он побуждает нас преодолевать распри и подвигает следовать его мужеству и вере, – сказал Валерий Ганичев. В скором времени в столице на территории Тушинского парка будет построен Музей военно-морского флота России, там же будет возведена небольшая часовня праведного воина Федора Ушакова.

Аналитические жанры Владимир Шемшученко

Блеск и нищета «Петербургского аккорда» Пятый по счету фестиваль бардовской песни, проводимый один раз в два года в Санкт-Петербурге, собрал под свои знамена победителей региональных фестивалей со всей России, а также довольно большое число представителей из ближнего и дальнего зарубежья. Это неудивительно. Ведь Ленинград был первым городом в СССР, где туристская, самодеятельная песня была легализована. На первых многотысячных слетах считали за честь появиться Анчаров, Высоцкий, Визбор, Галич, Ким, Окуджава, да и ленинградская плеяда авторов им ничем не уступала. Городницкий, Клячкин, Кукин, Дольский, Генкин, Тальковский, Яшунская, Вихорев, Полоскин и многие другие навсегда вписаны в славную историю бардовского движения. Сейчас, когда можно говорить все, а петь и подавно, авторская песня болеет теми же болезнями, что и вся наша культура. Самобытные, индивидуальные, лишенные подражательства песни, свойственные лучшим петербургским авторам, стали агрессивно вытесняться массовой культурой, некими усредненными текстами и не менее усредненной музыкой коммерческого свойства. И вот уже оргкомитет пятого «Петербургского аккорда» счел возможным обойтись без петербургских авторов, сделав исключение лишь для Александра Дольского и Юрия Кукина. Мотив подобного непатриотического отношения к хозяевам фестиваля прост, как три аккорда, – нет денег. Которые почему-то нашлись для приглашения большой группы московских авторов-исполнителей. По замыслу организаторов, эти люди должны были обеспечить аншлаги в зрительных залах, а своими же собственными решено было пренебречь, видимо, как не соответствующими высокому художественному уровню варягов. В итоге огромные залы оказались заполненными не более чем на треть, а оргкомитет фестиваля выступил в роли некой турфирмы, которая организовала выезд московской тусовки на берега Невы за счет санкт-петербургских налогоплательщиков, ибо средства на проведение фестиваля выделяет и Комитет по культуре СанктПетербурга. Питерцам наглядно продемонстрировали, что деньги и степень раскрученности в наше время успешно заменяют талант, но концентрация бездушия в песнях высокооплаченных гостей и выбранных ими лауреатов и дипломантов была настолько вопиющей, что зрители с заключительного концерта уходили рядами, свистя и улюлюкая. Особенное возмущение у публики вызвало выступление новоиспеченного лауреата в конкурсе авторов Вадима Певзнера из США, который в шутовской одежде и дурацком колпаке завершал концерт лауреатов, распевая песни по бумажке,


взобравшись при этом на стремянку. Решил, скорее всего, что эпидемия «Аншлага» и «Фабрики звезд» выкосила нас тут всех полностью. Я – неисправимый идеалист. Мне казалось, что приглашенные барды должны были возмутиться таким наплевательским отношением к санкт-петербургским коллегам, с которыми многие из гостей знакомы не один десяток лет. Ничуть не бывало. Москвичи даже согласились вести концерт на открытии фестиваля; оказалось, что петь «Возьмемся за руки, друзья» – это хорошо, а табачок все-таки врозь. Да, организовать и провести фестиваль, тем более такой масштабный, очень хлопотно и сложно. Да, легко злопыхательски искать недостатки, вместо того чтобы хранить, помогать, делать все, чтобы фестиваль жил. Все верно. Но не менее верно и то, что поговорка «лес рубят – щепки летят» в данном контексте весьма уместна. Очень жаль, что оргкомитет фестиваля «Петербургский аккорд» предстал в роли анекдотического лесоруба, который раньше работал в Сахаре. Грустно, господа.

Роман Грицай

Скульптура апостола в Феодосии чуть не стала «скульптурой раздора» Скульптура Андрея Первозванного с крестом за спиной в Феодосии вдруг превратилась в «скульптуру раздора» между разными религиозными конфессиями, пока не заняла свое место у православного собора. Но первоначально установленный постамент для этого памятника с православным крестом так и стоит на перекрестке трех дорог, вызывая споры и яростное неприятие его мусульманами, которые требуют убрать крест, чему не менее яростно противятся православные крымчане. Крест вместо мечети О том, что феодосийские власти решили установить памятник апостолу Андрею Первозванному, впервые стало известно осенью прошлого года. Намерения градоначальства объяснялись тем, что именно этот православный святой принес христианскую веру на Русь и, по преданиям, его просветительский поход начался именно от Феодосии. Памятник разработал местный скульптор Валерий Замеховский. В его исполнении апостол ростом почти в три с половиной метра в правой руке держит раскрытый на середине толстенный том Евангелие, а левую прижал к груди. За его плечами – четырехметровый дубовый крест. Осенью прошлого года мэр Феодосии Владимир Шайдеров рассказал, что эту фигуру планируют установить в Морском саду (одном из самых крупных скверов Феодосии), а авторы проекта сообщили, что при этом сад собираются облагородить. В этой зеленой полосе, неподалеку от Феодосийского порта, давно завязли в паутине бюсты матросов-героев времен Великой Отечественной войны, пришла в негодность не используемая летняя эстрада, не осталось лавочек для отдыха... Проект одобрила общественность Феодосии, но, как выяснилось, не вся. Мусульманская община обратилась в местный исполком с протестом. Она напомнила, что некогда на территории Морсада находилась мечеть Султана Селима, построенная турками и некоторое время причисленная к восьмому чуду света. Особенно возмутило протестующих то, что на месте мусульманской святыни должен появиться крест. Кстати, мечеть Султана Селима – интересное архитектурное сооружение, было разрушено по приказу российского царя, а на ее месте был воздвигнут храм Александра Невского.


После обретения Украиной независимости мечеть Султана Селима включили в перечень памятников, которые собираются реконструировать. Однако финансирования до сих пор нет. Как нет пока ни точного указания месторасположения мечети, ни технической документации. Во всяком случае, документы до сих пор не представлены в исполком. Городские власти решили не накалять страсти и напомнили мусульманской общине, что будущее месторасположение памятника апостолу еще не утверждено. И пообещали, что пожелания крымских татар будут учтены. Очень тонкий мир Конфликт забылся до весны нынешнего года. В мае мусульмане узнали, что волевым решением феодосийского мэра памятник Андрею Первозванному собрались устанавливать на пересечении трех дорог, по одной из которых большинство жителей и гостей города въезжают в Феодосию. Ко дню установки на этом месте рабочие подготовили постамент, но водрузить памятник так и не смогли – их остановил пикет крымских татар. Пикетчики буквально цеплялись за кран, не давая работать. Глава межрегионального меджлиса, недавно избранный депутатом Верховной Рады Крыма, Смаил Теминдаров заявил, что установка памятника – незаконна! «Есть постановление кабинета министров и есть местное соглашение о том, что решение, связанное с установкой религиозных памятников, принимают все конфессии, – объяснил Теминдаров. – Но власти все решили тайно. Заместитель головы Феодосии Куртиев Эдем Джаферович не знал, что есть какое-то решение, заведующий отделом межнациональных отношений не знал, мусульманская община не знала. И что удивительно: наша община поехала к православной общине – и там не в курсе дела». По его словам, не был оформлен отвод земли под монумент, нет разрешения на строительство. Кроме того, раздражение у мусульман вызвала дата: открытие памятника было назначено на 13 мая, а 18 мая исполнялось 62 года со дня депортации крымских татар с территории полуострова. «Почему именно накануне 18 мая? – задается вопросом глава меджлиса. – Очень много вопросов. Многие считают, что это была провокация». Депутат уточнил, что пикет не стоит рассматривать, как попытку спровоцировать межнациональный конфликт или сорвать курортный сезон. «Сегодня мир очень тонкий и крымские татары, как никто, знают, как легко его разрушить», – отметил Теминдаров. Закон и толерантность В дни крымско-татарского пикетирования мэр Феодосии находился за границей. Его заместитель Анатолий Крицкий обещал пикетчикам: постамент и крест демонтируют. Но выполнить обещание не спешил. Крымские татары довольно эмоционально предлагали свою помощь. В конце концов, с постамента содрали гранитную облицовку и сняли с него дубовый крест… В своих требованиях пикетчики опирались на протест феодосийского прокурора Владимира Дромашко, вынесенный им 10 мая. В нем сообщалось, что решение Феодосийского исполкома № 311 «О разрешении установки памятника Андрея Первозванного» незаконно и подлежит отмене. В. Дромашко обосновал это отсутствием конкурса на лучшее проектное предложение о памятнике, отсутствием документов по отводу земли и на строительство, а также согласования с конфессиями. Однако, как пояснял чуть позже управляющий делами Феодосийского исполкома Виктор Болотский, все согласования и разрешения были. И он предоставлял всем желающим пакет документов.


Сразу же занял жесткую позицию вернувшийся в город мэр Шайдеров. Он заявил, что право устанавливать памятники на территории громады принадлежит самой громаде. И что закон должен быть единым для всех и власть не имеет права проявлять слабость. «Если мы сегодня позволим одной нации вандаль��ичать, завтра на этот путь встанет другая», – сказал В. Шайдеров и попросил руководителей силовых ведомств проследить, чтобы никто не мешал установке памятника. Власти также собрали и межконфессиональный совет, чтобы выслушать различные мнения. Мусульмане напомнили: есть люди, утверждающие, что в место предполагаемого памятника в годы войны попала бомба и там захоронены погибшие люди. Мусульманам не понравилось, что не исполняется решение исполкома о согласовании между конфессиями при установке культовых знаков. «Мы сидим у дверей вашего зама Крицкого, чтобы обсудить этот вопрос, а он в это время отдает приказ устанавливать памятник, – рассказал Аджи Ридван, имам мечети Муфти-Джами. – Это ли не лицемерие?» Имам объяснил, что мусульмане не против установки памятника. Но они не хотят, чтобы святые люди были камнем преткновения. И предложил: раз есть легенда о пребывании Андрея Первозванного в Феодосии, то лучше установить скульптуру на Карантине (старый город Феодосии – прим. авт.) в окружении православных храмов. Высказывались и представители других конфессий. Лютеране горячо поддержали идею руководства города. В защиту памятника апостолу выступил и отец Еремия, представляющий армянскую церковь. «Давайте сделаем этот памятник памятником единения, и все придем на его открытие, – не сдавался городской голова. – В этом будет больше мудрости, чем злости». «Может действительно стоит поменять место?» – не сдавались и мусульмане». «Золотой компромисс» В конце мая на сессии городского совета Шайдеров сообщил о том, что к ситуации вокруг установки памятника апостолу проявили внимание депутаты парламента Крыма и представитель президента Украины в Крыму. А также о том, что место размещения скульптуры апостола все-таки поменяли, пояснив, что в результате переговоров с региональными лидерами мусульман появилась идея установить Андрея в сквере возле Казанского собора, на месте памятного знака «чернобыльцам» (вместо этого знака мэр обещал установить памятник жертвам чернобыльской трагедии в другом сквере – прим. авт.). «Я считаю, что мы нашли «золотой компромисс», – сказал мэр. – Даю слово, что в течение месяца памятник апостолу будет стоять возле Казанского собора». «Мы не против памятника. Мы живем здесь все вместе, это не принципиальный вопрос, мы не характер свой показываем, – в двух словах объяснил депутатам имам Эюп-Ага. – Просто в таком месте не очень хорошо устанавливать памятник». Согласился с этим и атаман феодосийского казачества, депутат городского совета Борис Степанов. «Православные обычно в таких случаях крестятся, это будет отвлекать их внимание от дороги», – отметил атаман. Также он попросил крымско-татарских лидеров не привлекать к решению городских проблем людей из Старого Крыма, Изюмовки, Журавок. Его поддержал другой депутат Григорий Горбатенко и попросил некоторых представителей татарского народа вести себя во время митингов и пикетов более сдержано. Со всем этим лидеры согласились, а депутаты проголосовали за установку скульптуры апостола возле Казанского собора.


«Дай Бог вам здоровья», – остался доволен результатами Эюп-Ага. Чаша единения Скульптуру установили в десятых числах июня, а 28 июня памятник торжественно открыли. Но остался один вопрос: что делать с прежним постаментом на перекрестке дорог? После пикетирования постамент вновь был облицован изображением креста и освящен православными священниками. Неожиданной охраной этому действию стал слет казаков в мае. «Здесь мы установим чашу единения, дружбы и взаимопонимания, – высказал чаяния Шайдеров. – И ее освятят представители всех религий». Один из депутатов Феодосийского городского совета предложил на чаше выгравировать и христианский крест, и мусульманский полумесяц. Но и эту идею мусульмане не одобрили. Они требуют, чтобы гравировку (крест) все-таки убрали, а на постаменте установили какую-нибудь нейтральную скульптуру.

Владимир Филин: Природа народной поддержки Уго Чавеса и Владимира Путина одинаковая – высокие цены на нефть Что происходит сейчас в далекой от нас Южной Америке? На этот и другие вопросы в интервью Ирине Шегловой отвечает политолог Владимир Филин. – В Боливии, Аргентине, Венесуэле, Эквадоре, Перу к власти приходят деятели, проводящие социалистическую политику в распределении собственности, финансов и социальных благ. Бразилию, например, сейчас возглавляет президент, названный в СМИ президентом социалистической ориентации – Луиш Лулу. В Венесуэле при Уго Чавесе жизнь людей улучшилась. В то же время Венесуэла и Боливия остаются странами с очень большой долей частной собственности. В Венесуэле уровень жизни богатых граждан выше, чем в Лондоне или Париже. Притом, что Чавес не инициирует никаких преследований людей по признаку наличия у них собственности. Можно ли сделать вывод, что в настоящее время на американском континенте идет процесс формирования государств, где проводится смешанная экономическая политика, политика с элементами социализма по китайскому варианту? – Занимаясь бизнесом в Южной Америке, я достаточно хорошо знаю ситуация в Бразилии и Колумбии, несколько хуже – в Боливии и Венесуэле. В других странах я тоже иногда бываю. На мой взгляд, страны Южной Америки нуждаются в дифференцированной оценке. Я разделил бы их на две группы. Первая – это Аргентина, Чили, Уругвай, отчасти Бразилия. Вторая группа – Венесуэла, Колумбия, Эквадор, Перу и Боливия и, может быть, Парагвай. Страны первой группы во многих отношениях напоминают Южную Европу 1520-летней давности. Не только чисто внешне, но и по действующей экономической и политической динамике. В этих странах левые и левоцентристские силы, находящиеся у власти, весьма мало отличаются от испанских, португальских, французских или греческих социалистов, или, например, от Романо Проди. В том смысле, что с их приходом никаких социальных революций не произошло, резких поворотов во внешней политике тоже не происходит. Взять Бразилию. С одной стороны, в этой стране, особенно на востоке и северовостоке, страшная нищета, очень высокий уровень преступности и коррупции.


Иллюстрацией этих проблем стал недавний криминальный мятеж в Сан-Паулу, который я мог наблюдать своими собственными глазами. Но, с другой стороны, Бразилия, в первую очередь ее юг, юго-восток и Амазония, – это очень динамично развивающаяся страна. При этом динамика базируется не на экспорте природных ресурсов, как у нас или в соседних странах, а на инвестициях и внедрении передовых технологий в обрабатывающую промышленность и сельское хозяйство. Так, буквально за несколько лет южные штаты Бразилии заняли лидирующие позиции в мире по производству и экспорту мяса птицы, свинины и говядины. Или, например, многого стоит решение энергетических проблем за счет производства этанола из сахарного тростника. Более того, в Бразилии успешно развивают ядерную энергетику, биотехнологии, авиационную и космическую отрасли. Причем эта страна охотно импортирует и адаптирует высокие технологии из-за рубежа, включая бывший СССР. Экономический подъем Бразилии в значительной степени обусловлен политической стабильностью и предсказуемостью. Действительно, президент Лулу считается левым. Однако в октябре предстоят выборы и, возможно, новым главой государство станет нынешний мэр Рио-де-Жанейро – правоцентрист. Однако на деловой климат это вряд ли сколько-нибудь серьезно повлияет. Не повлияет это и на внешнюю политику Бразилии, кстати, вполне самостоятельную, но не конфронтационную в отношении США. Венесуэла – это совсем другой случай. Высокие мировые цены на нефть позволяют президенту Уго Чавесу финансировать социальные программы, образование, здравоохранение, позволяют вести активную внешнюю политику. Но что станет со страной, когда времена дорогой нефти закончатся? Здесь я, честно говоря, пессимист. Ведь кроме нефтянки в Венесуэле практически ничего больше всерьез не развивается. – Боливия имеет большие запасы нефти, олова, золота, серебра, т.е. страна очень богатая. До сих пор здесь хозяйничали многонациональные и транснациональные корпорации. При этом 18% доходов шло Боливии, а 82% прибыли уходило этим корпорациям. Сейчас Президент Боливии Эво Моралес подписал декрет о национализации боливийской нефти и газа. Однако известно, что за последние 30-40 лет это уже третья попытка национализации. Все они, в конце концов, сменяются периодом приватизации публичной собственности. Значит ли это, что и в данном случае речь идет об очередном переделе латиноамериканских энергетических ресурсов и иной собственности между отдельными течениями «золотого миллиарда»? – Видимо, да. Я глубоко уважаю президента Боливии, лично знаю многих в нынешнем руководстве этой страны. Это заслуженные, достойные люди. Но они не могут не считаться с реальностью. А реальность такова, что страна живет за счет экспорта газа в Бразилию и Аргентину, других полезных ископаемых на внешний рынок, а также кокаина. Поэтому смысл происходящего в Боливии следует искать не столько в декларируемых лозунгах, сколько в том, какие элитные группы будут контролировать финансовые потоки от экспорта. В этой связи не могу не обратить внимание на то, что недавний декрет Эво Моралеса по газодобыче больше всего затронул компании из Бразилии, Аргентины и Западной Европы, а не из США. Нам в Сан-Паулу это обидно, но в то же время это весьма показательно. – Как Вы объясните сравнительно спокойную реакцию США на то, что происходит у них под боком? Теперь кроме Кубы они получили кольцо стран с недружественными режимами. Складывается впечатление, что США больше интересует контроль над территориями СССР, чем политический и экономический контроль над Латинской Америкой.


– А чем недружественные режимы могут реально угрожать интересам США? По кому больше всего ударили шаги руководства Боливии в газовой сфере, я только что сказал. Венесуэла, несмотря на жесткую критику администрации Буша и угрозы прекратить экспорт нефти, безукоризненно выполняет все свои договорные обязательства в этой области и является одним из крупнейших экспортеров «черного золота» в Соединенные Штаты. Кроме того, Уго Чавес ведь не всегда был врагом США. При демократической администрации Клинтона у него были весьма сносные отношения с Вашингтоном. Или такой момент. На недавнем референдуме о доверии Чавесу группа международных наблюдателей не обнаружила нарушений. В отличие, кстати, от последних президентских выборов на Украине и Белоруссии. Между тем, возглавлял этих наблюдателей в Венесуэле никто иной, как бывший президент США, видный деятель Демократической партии Джимми Картер. С чего это вдруг такая объективность у американских демократов? И куда она в таком случае девается на просторах бывшего СССР? Итак, у нас остается социалистическая (в отличие от Венесуэлы и Боливии) Куба, подвергнутая многолетней блокаде. Здесь, как мне кажется, американцы ждут ухода Фиделя Кастро в расчете на то, что его преемники рано или поздно изменят политический курс, наведут мосты с кубинской диаспорой в Майами, начнут своего рода «перестройку» с понятными нам перспективами. – Реалистичен ли курс усиления общественного сектора в экономике в условиях мощного либерального окружения? Имеют ли латиноамериканские страны реальные механизмы для развития национально ориентированной экономики? К примеру, если речь идет о продаже нефти, необходима развитая инфраструктура, налаженная разведка нефтезапасов, достаточное количество заинтересованных потребителей природных ресурсов? Удастся ли странам, проводящим независимую политику избежать изоляции? Какова здесь может быть роль России, Китая, Индии? – Из всех стран Южной Америки я вижу наибольшие перспективы у Бразилии – это целый континент. За Бразилией следуют Аргентина (плюс Уругвай) и Чили. Другие южноамериканские страны, на мой взгляд, в долгосрочной перспективе ждет стагнация. В Венесуэле, видимо, все закончится, как только упадут мировые цены на нефть. Что касается роли Китая (Россия и Индия серьезной роли в регионе не играют), то мне кажется, Пекин, действуя из-за кулис, не прочь разыграть карту латиноамериканских левых в своей все больше набирающей силу конфронтации с Вашингтоном. И, кроме того, Южная Америка, особенно тихоокеанские страны, – это рынок сбыта для китайской промышленной продукции. – 10-13 мая в Вене проходил саммит «Европа – Латинская Америка». Каков смысл саммита для обеих сторон? – Я вижу тут два основных момента. Во-первых, такой мощный политический и экономический центр силы, как Евросоюз весьма заинтересован развивать сотрудничество с новым самостоятельным, но все еще формирующимся центром силы в лице стран, расположенных в южном конусе Южной Америки, во главе с Бразилией. А, во-вторых, европейцам хочется лучше понять, какие дальнейшие шаги в сырьевой сфере собираются предпринять Боливия и Венесуэла, что еще можно ожидать от Чавеса и Моралеса. – Если говорить о радикальном левом курсе и свободе, какова судьба оппозиционных партий, средств массовой информации в странах Латинской Америки, вступивших на путь независимости? Какие слои общества поддерживают новые правительства? – В тех странах Южной Америки, которые я более или менее знаю, нигде кроме Колумбии, где вот уже более 40 лет идет гражданская война, серьезных проблем со


свободой слова и правами оппозиционеров нет. Что же касается поддержки властей населением, то здесь такая ситуация. Благодаря высоким мировым ценам на сырье, левые правительства Венесуэлы и, видимо, в скором времени и Боливии в состоянии профинансировать широкий перечень социальных программ. Это склоняет на их сторону беднейшие слои населения, обеспечивает народную популярность. С другой стороны, эти правительства, безусловно, находят деятельную поддержку у тех элитных групп, которые благодаря «левому повороту» оседлали финансовые потоки над экспортом и бюджетными программами. Практически это то же самое, что происходит сейчас у нас в России при Владимире Путине. – Ситуация в Латинской Америке и в России во многом схожи. И у нас демократизация сопровождается массовым обнищанием, а интегрирование в мировую экономику привело к разрушению экономики национальной. Однако граждане России продолжают поддерживать политику правительства. Чем объяснить инертность российского народа, регулярно голосующего за отдачу публичной собственности в частные руки: отсутствием политической культуры? Низким уровнем интеллекта? Внушаемостью со стороны СМИ? Низким уровнем жизни, (не до политики, выжить бы!)? Природным пофигизмом? – Я еще раз хочу подчеркнуть, что сейчас, после того, как Владимир Путин национализировал ЮКОС и «Сибнефть», объявил о четырех национальных проектах, стал сравнивать США с «товарищем волком», современные Россия и Венесуэла – это почти что близнецы-братья. Природа народной поддержки Чавеса и Путина практически одинаковая – высокие мировые цены на нефть. Но когда нефтяная халява закончится, и нас, и левых латиноамериканцев ждут очень не простые времена.

Андрей Кинякин

Курс дня. Неразрешимая задача Ситуация на российском валютном рынке в начале недели вернулась на круги своя. После трехдневного снижения курс доллара возобновил свой рост, прибавив 11 копеек и достигнув отметки 28,69 рублей. Российский рынок акций, напротив, демонстрирует уверенную стабильность. В начале нынешней недели он продолжает двигаться к отметкам исторического максимума, еще на шаг приблизившись к заветной цели. Значение его основного индикатора – индекса РТС к 15:00 составило 776,3 пункта. Однако далеко не рост на рынке акций интересует большинство наших сограждан. Большее значение для них имеет продолжающийся рост цен, который в последнее время превращается в неразрешимую задачу для правительства. Такой вывод следует из проведенного в середине июля аналитического опроса Левадой-центром. В ходе него было опрошено более 1,5 тыс. россиян, которым был задан вопрос, на решении каких задач должна в первую очередь быть сосредоточена деятельность российского правительства. Абсолютное большинство респондентов (47%) высказались за то, что чиновникам стоит прежде всего обеспечить снижение уровня цен. Этот ответ по своей популярности обошел даже такие насущные российские проблемы, как борьба с коррупцией и укрепление правопорядка, за которые высказались 38% и 32% опрошенных соответственно. И желание российских граждан того, чтобы правительство в качестве первоочередной задачи избрало именно борьбу с ростом потребительских цен вполне закономерно, учитывая тот факт, что в последние годы инфляция в стране растет опережающими темпами. Только в минувшем году, согласно данным официальной


статистики, она увеличилась на 11,7%, в то время, как реальные доходы россиян (с поправкой на инфляцию), согласно ей же, выросли всего на 8,4%. Таким образом, рост потребительских цен намного превысил увеличение доходов наших сограждан, большинство из которых так и не смогло разобраться, почему при том, что правительство постоянно индексирует зарплаты (у бюджетников) и пенсии растущие доходы просто-таки растворяются в воздухе, а цены тем временем неизбежно продолжают расти? Ответ на этот вопрос весьма тривиален. Потому, что правительство продолжает увеличивать зарплаты и пенсии. Казалось бы, что может быть в этом плохого? Тем более на фоне продолжающегося увеличения поступлений государства от экспорта нефти, газа, металлов и прочего сырья? Но оказывается, может. С одной стороны, если эта индексация заработных плат и пенсий происходит в связи с тем, что экономика стабильно растет, объем промышленного производства увеличивается, что, в свою очередь, создает предпосылки для роста доходов населения как в номинальном, так и реальном выражении, что является закономерным следствием этого процесса. Но совсем другое дело, когда, рост зарплат и доходов происходит не на фоне роста экономики, увеличения товарного выпуска, а благодаря тому, что в экономике находится слишком много денежных средств. Именно последнее в последние два года является реальностью в нашей стране, где, несмотря на галопирующий рост мировых цен на нефть, темпы роста ВВП в уже второй год неуклонно снижаются, а объем промышленного производства сокращается. Вливание в экономику огромной массы необеспеченных денег (а именно так и происходит благодаря индексации пенсий и зарплат) разгоняет инфляцию, которая и "съедает" доходы населения. При этом в нынешнем году эта тенденция заметно усилилась не только в связи со ставшей уже печально знаменитой реформой монетизации льгот, которая потребовала неоправданно огромных финансовых средств, но и планируемой передачей из Стабфонда 91 млрд руб. для покрытия образовавшегося в будущем году дефицита бюджета Пенсионного фонда. Все это свидетельствует о том, что бюджетная дисциплина в нашем государстве заметно ослабла, что лишний раз подчеркивает несостоятельность правительства при решении одной из наиболее важных макроэкономических задач – удержание инфляции на низком уровне. В течение этого года инфляционный прогноз столь часто пересматривался, что это уже порядком набило оскомину. При этом, несмотря на все слова, особых дел пока не видно. Вместо этого правительственные чиновники занимаются тем, что перекладывают друг на друга ответственность за разгон инфляции (как это было с мясными квотами Минсельхоза), а также, образно говоря, "ждут у моря погоды" в виде дефляции в третьем квартале текущего года. А ведь могут и не дождаться. Ведь в прошлом году, несмотря на все прогнозы, не дождались. И в этом прогноз не особо благоприятный. В частности, по данным Минэкономразвития, рост потребительских цен в первую декаду июля составил 0,4%, что даже несколько опережает темпы роста потребительских цен в минувшем году, когда за июль они выросли на 0,9%. И, несмотря на то, что в МЭРТе прогнозируют ее на уровне ниже 1%, это скорее похоже на хорошую мину при плохой игре. Особенно на фоне того, как другие правительственные чиновники в то же время говорят об увеличении темпов инфляции. Так, в конце минувшей недели с подобным заявлением выступил министр финансов А. Кудрин, по мнению которого в этом году не удастся уложиться в бюджетный параметр по инфляции 8-10% годовых, а вместо этого рост потребительских цен составит 11%. При этом глава Минфина высказал твердую уверенность в том, что к 2008 году правительству удастся выйти на показатель 4-5,5% годовых (ранее назывались 2,5-3%). Однако, если правительственные чиновники, как и сейчас, будет щедрой рукой повышать пенсии и зарплаты, при этом увеличивая


расходы бюджета, а также "раскупоривая" Стабфонд и другие внебюджетные фонды, маловероятно, что мы придем к этому и к 2020 году. Для того, чтобы действительно снизить инфляцию, необходимо прежде всего наращивать промышленное производство и увеличивать товарный выпуск, для чего нужны значительные инвестиции. Именно цель по привлечению как можно большего объема инвестиций должна стать первоочередной для правительства. Причем для этого потребуется намного больше усилий, чем простое досрочное погашение внешних долгов и повышение инвестиционного рейтинга со стороны рейтинговых агентств. Необходимо создать привлекательную инвестиционную среду, куда мог бы устремиться капитал, который пока все больше стремится за границу. Это позволит не только увеличить темпы роста экономики и в перспективе достичь удвоения ВВП, но и существенно уменьшить инфляционное давление. Только так и никак иначе. В противном случае борьба с инфляцией будет по-прежнему оставаться неразрешимой задачей, а население гадать, почему, несмотря на постоянное увеличение зарплат и пенсий, на них все меньше можно купить.

Татьяна Ратькина

И все мы вереницей идем за Синей птицей Свое особенное значение первые дни каждой осени имеют в жизни, пожалуй, двух человеческих “общностей”: учащихся средней школы и театральных деятелей. Сборы трупп и открытия новых сезонов нередко совпадают с Днем знаний или непосредственно примыкают к нему. А значит, мы имеем сегодня все основания к тому, чтобы объединить тему школы с темой кулис и вернуться к разговору о детском театре и театре для детей, который уже поднимался на страницах нашей газеты в начале июня (ЛГ, № 23 – 24, 2003). Необходим ли сегодня специализированный детский театр или достаточно того, что театры для взрослых будут включать в свой репертуар постановки для детей? В чем особенность детских спектаклей? Должны ли они в первую очередь выполнять просветительскую, воспитательную функцию? Обо всем этом мы предложили подумать и поразмышлять известным деятелям нашей сцены, в результате чего получился своеобразный заочный “круглый стол”. И еще одно примечательное вводное обстоятельство. В первых же фразах своего выступления патриарх российской режиссуры Борис Покровский вспомнил о Наталье Сац. А именно в день выхода этого номера газеты – 27 августа 2003 года – исполняется 100 лет со дня рождения этой уникальной женщины, одного из замечательных мастеров, стоявших у истоков создания отечественного детского театра как такового. Так что поводов к тому, чтобы этот разговор состоялся сегодня, хоть отбавляй… Борис ПОКРОВСКИЙ, художественный руководитель и главный режиссер Камерного музыкального театра. Детский театр обязательно нужен! Такой, как театр Наталии Сац, – в его основе лежала очень мудрая идея. Татьяна АУГШКАП, актриса Театра им. Маяковского. Ну, конечно, детские театры нужны, просто необходимы. Театры для детей – это так замечательно! Борис МОРОЗОВ, главный режиссер Театра Российской армии. Разумеется, детские театры нужны – такие, как ТЮЗ, Музыкальный театр им. Н.И. Сац, Театр кукол им. С.В. Образцова. Марк РОЗОВСКИЙ, художественный руководитель Театра “У Никитских ворот”. Необходимо и то, и другое. Специализированные детские театры существуют во всех цивилизованных странах мира, а у нас они стали исчезать. И это плодит


дикарей в нашем обществе. Что касается театров для взрослых, то их, конечно, никто не может обязать включать в репертуар спектакли для детей. Но я думаю, что все серьезные художники на определенном этапе творческой деятельности обращаются к детской тематике, пытаются обогатить репертуар театров, в которых работают, за счет спектаклей для детей. И это прекрасно. Но детский спектакль всегда спектакль целенаправленный. В нем важно учитывать особенности детской психологии, детского восприятия. Это обязательно должны иметь в виду все, кто работает с детьми и для детей. Валерий БЕЛЯКОВИЧ, художественный руководитель Театра на ЮгоЗападе. Я думаю, обычные театры должны взять на себя функцию специализированных детских театров. Особые драматические театры для детей, так называемые ТЮЗы, просто не нужны. Недаром Генриетта Яновская в своем театре отказалась от этой идеи. Детские театры, как правило, немного ущемленные. Постановки в них не отличаются высоким качеством, игра актеров порой недостаточно профессиональна. Театры для взрослых могут ставить детские спектакли на более высоком уровне. Марк РОЗОВСКИЙ. В наше время “взрослые” театры зачастую включают в репертуар постановки для детей и для того, чтобы за счет них поправить свое материальное положение. Это хорошо, если детский спектакль получается удачным, качественным, интересным. Если же для “взрослого” театра детский спектакль чисто коммерческая затея, цель которой набрать побольше детей и родителей в зал и потом играть спустя рукава низкокачественный спектакль, то это просто ужасно. Ребенок любит в театре Театр. Ему хочется игры ума и фантазии, которая дышит правдой. Ребенок приемлет любой разгул формы, любую заумь и абсурд, если поверит в их естество. Ребенок жаждет действия, конфликта, трюков и эффектов – зрелища, одним словом. Он не терпит скуки! Он свободен и непосредственен в своем восприятии искусства. Борис МОРОЗОВ. Для детей нужно играть так же, как для взрослых, только еще лучше. Эта фраза, наверное, кажется сейчас банальной и избитой, но от этого она не становится менее верной и важной. Конечно, детский театр выполняет просветительскую, воспитательную функцию. Но ведь это функция любого театра. В спектаклях для детей на первый план выдвигается другое. Они прежде всего должны познакомить ребенка с театром, дать ощущение живой сопричастности театральному миру, научить любить его. Я часто говорю своим артистам, занятым в постановках для детей: у каждого из нас был первый поход в театр! Вспомните его, вспомните свои ощущения от знакомства с театром, задумайтесь над тем, как сильно повлиял первый увиденный вами спектакль на ваше отношение к театру, на вашу судьбу. От того, как театр войдет в душу маленького человека, зависит очень многое. Особенно сейчас, когда дети постоянно видят насилие и кровь по телевизору, когда они не отрываясь сидят за компьютером. В таких условиях каждый детский спектакль – это борьба за театрального зрителя. Борис ПОКРОВСКИЙ. Каждый театр просто обязан ставить спектакли для детей. Я до сих пор помню, как в детстве родители водили меня в Большой, Малый театр, в Театр Станиславского, во МХАТ на удивительную “Синюю птицу”. Уже само присутствие в этих помещениях приносит радость, облагораживает и воспитывает. Детей ни в коем случае нельзя лишать этого. Валерий БЕЛЯКОВИЧ. Ник��кой принципиальной разницы между детскими и взрослыми спектаклями нет. Конечно, то, что для детей нужно играть так же, как для взрослых, только немного лучше, общеизвестно. И функции детского спектакля ничем не отличаются от функций любой театральной постановки. Театр должен выполнять эстетическую, воспитательную функцию и т. д. Татьяна АУГШКАП. Хотя бы один-два детских спектакля должны быть в каждом театре обязательно. Когда в Театре Маяковского ставили новый спектакль для


детей “Тайна старого шкафа” (я была продюсером этого проекта), то задействованные в этой постановке люди стремились просто создать красивую семейную сказку. Сказку, от которой получат удовольствие и дети, и их родители. Нам хотелось, чтобы дети и родители сблизились, чтобы у них появились общие приятные впечатления, чтобы им было что вспомнить, обсудить. Думаю, это главное в детском спектакле. Что касается актеров, то им с детьми приятно работать. На детском спектакле они могут побаловаться, поимпровизировать в свое удовольствие. Борис ПОКРОВСКИЙ. Детский театр должен быть особенным, своеобразным. И дело тут не только в репертуаре. Речь идет о воспитании целого поколения приличных людей, которые не грабят и не убивают друг друга. Моральный уровень нашей страны сейчас очень низок, и изменить это может только повышение уровня культуры. Нужно знать русские сказки, басни, произведения Гоголя, Пушкина, нужно знать историю нашей страны. Именно детский театр и должен знакомить маленького человека со всем этим, показывать ему сокровища культуры. И не просто показывать. Театр должен заразить детей удовольствием от восприятия культуры. Они не должны смотреть спектакль издали, отстраненно. Ребенка нужно увлечь. В нашем театре есть спектакль “Сергей Сергеевич Прокофьев – детям”, на нем детям рассказывают о великом композиторе, о его музыке, и они фактически принимают участие во всем происходящем на сцене. Только при таком соучастии детям будет приятно воспринимать культуру. А вместе с культурой они воспримут и совесть. Им будет стыдно драться с девчонками, употреблять наркотики, убивать. Они просто не смогут заниматься всем этим. К этому и должен стремиться детский театр, детский спектакль. Константин РАЙКИН, художественный руководитель театра “Сатирикон”. Культура и дети, а следовательно, и театр и дети – вопрос крайней важности. Высказывая свое мнение на эту тему, хочу разделить детскую аудиторию на две возрастные категории, потому что считаю это принципиально важным. Если речь идет о детях среднего и старшего школьного возраста (от 12 до 17 лет), то почти в каждом театре существует большой репертуар, который могут и должны смотреть эти дети. Приведу пример “Сатирикона” – “Ромео и Джульетта”, “Квартет”, “Кьоджинские перепалки”, “Шантеклер”. Сколько себя помню, я, как и многие из нас, всегда ходил на хорошие взрослые спектакли в хорошие театры. Это часть биографии любого культурного ребенка. Я имею в виду городского жителя, у которого есть возможность посещать театры. Вторая наша забота – это маленькие дети, и дошкольники, и младший школьный возраст. И, конечно, здесь нужны специальные детские спектакли. Это необходимо, но необходимость эта приходит в противоречие с материальным положением театров. При сегодняшнем финансировании муниципальных театров и театров федерального подчинения (недавно введен налог с прибыли, и театры имеют еще меньше денег) выпустить и играть хороший детский спектакль практически невозможно. По двум причинам: спектакль должен быть ярким, зрелищным, костюмным, праздничным – это всегда дорого; цены на билеты должны быть низкими. Детский спектакль стал крайне невыгодным. Нельзя упрекать театры за то, что они не любят детей. Мы их любим, но мы должны сегодня выжить. А государство, заботясь о своих маленьких гражданах, должно подумать о специальном финансировании детского репертуара. Только так можно решить эту проблему. Марк РОЗОВСКИЙ. Важность просветительской и воспитательной функции детского театра активно декларировалась в советский период. Сейчас дети ушли от советских идеологем, не выносят прямолинейной агитки. Деятели искусства, к счастью, отказались от всего этого. Но это не значит, что воспитательная функция детских спектаклей утратила свою важность. Просто воспитание идет другим путем, оно связано с искусством: с игрой фантазии, с импровизацией – со всем тем, что так любят дети, на что они охотно откликаются. Догматическая театральная поделка советских


времен сейчас недопустима. Зато появилась другая крайность – спектакли-слепки с клипово-мультипликационной первоосновы. Они тоже, как правило, имеют только внешние признаки искусства и лишены его основной характеристики – человечности. Только если в спектакле присутствует истинная человечность, глубина, психологизм, ребенок, который насмотрелся клипов и мультиков, придя в зрительный зал, окажется во власти живого театра, актера. Но такие случаи, увы, очень редки. Сейчас мы также сталкиваемся с этаким опережением детского сознания – под лозунгом “наши дети – интеллектуалы”, “наши дети – продвинутые” происходит вредное предложение театров типа “пусть смотрят взрослые спектакли”! Но “Гамлет” в 5-м классе – нонсенс! Детям надо вернуть детское. Именно потому, что они шныряют по Интернету, не зная Андерсена, – на наших глазах и с нашим участием вырастают маленькие идиоты. Зло и добро в их бессознании спутаны, их обкраденное детство очень быстро становится основой дальнейшего пустотного существования. И это приводит к духовной катастрофе в масштабах страны. Опыта серьезного воздействия театрального искусства на детей мы сейчас почти не встречаем. Мир взрослых вообще часто остается глухим к детскому миру. А он требует пристального внимания. Сердце ребенка грандиозно по масштабам своих переживаний, оно полно страстей не менее глубоких и всеобъемлющих, чем страсти героев шекспировских пьес. Взрослые порой просто не могут постичь этого. А дети не могут сами разобраться в своих переживаниях, в своих проблемах. Отсюда детские самоубийства, которые так часто происходят в нашей стране в последнее время. Отсюда рост детской преступности. От духовной неразвитости, от пустоты, которая их окружает, дети хватаются за оружие. За эти страшные, но отнюдь не случайные трагедии придется рано или поздно отвечать родителям, взрослым, всему обществу. Борис ПОКРОВСКИЙ. Мне рассказывали, что сейчас в театрах ребята иногда даже пьянствуют – под креслами после спектаклей находят пустые бутылки. Так вот со сцены и должны идти идеи, которые отучат детей от всего этого. Школа, к сожалению, с этой задачей справиться не может. Тем большая ответственность ложится на детские театры, на спектакли для детей. Театр должен увлекать людей к хорошей, чистой жизни. В наше время это особенно важно. А между тем мы видим, что детские театры закрываются или перестраиваются на юношескую аудиторию по чисто материальным причинам: с детей ведь нельзя взять большие деньги за билеты. Думаю, что на эту проблему должно обратить внимание государство, в частности, Министерство культуры. Забота о воспитании, просвещении молодого поколения – его прямая обязанность. Марк РОЗОВСКИЙ. Театр вполне способен предотвратить катастрофу, сгладить противоречия в детской душе. О том, как достичь этого, отлично сказал К.С. Станиславский, который принес в Художественный театр идею “Синей птицы” – одного из лучших спектаклей для детей, который с огромным успехом идет на сцене уже почти 100 лет. Рассказывая своим актерам, каким он хочет видеть этот спектакль, Станиславский говорил: “Наша задача – передать непередаваемое”. Если это “непередаваемое”: тайна искусства, символов, поэтика, даже мистика – придет в душу ребенка, захватит ее, взволнует, возвысит, то в детской душе просто не останется места для насилия и агрессии. Борис МОРОЗОВ. Ставить или нет детские спектакли – этот вопрос каждый театр решает самостоятельно. Но я все-таки считаю, что детские спектакли необходимы везде. В любом театре нужны спектакли для детей, причем желательно, чтобы постановки были рассчитаны на разные возрастные группы. В нашем театре есть спектакли для самых маленьких – например, музыкальный спектакль “Доктор Айболит”; ребята постарше приходят на такие постановки, как “Удивительный волшебник страны Оз”. Кстати, в новом сезоне я приглашаю всех маленьких зрителей в театр Российской армии.


Константин РАЙКИН. Несколько соображений по поводу организации посещений театров (и музеев, и выставок). С моей точки зрения, коллективные, так называемые целевые, посещения никогда не приносят пользы. Так же и целевые спектакли никогда не бывают хорошими. Этому есть объяснение: драматургия внутренних отношений, которая существует в коллективе, всегда пересиливает драматургию на сцене и мешает восприятию спектакля. То же происходит и с другими видами искусства. Неоднократно я наблюдал чудовищную картину коллективных посещений Русского музея в Петербурге, Третьяковской галереи или Пушкинского музея. Дети во главе с экскурсово��ом проносятся по залам, даже не меняя тона и темы разговора, начатого на улице. В их сознании ничего не остается. Лучше всего, когда дети посещают театры и музеи небольшими группами в несколько человек или в одиночку по собственным интересам, или с родителями. Тогда это посещение никогда не будет бессмысленным, для галочки в реестре “мероприятий” Татьяна АУГШКАП. К сожалению, сегодня у родителей часто остается мало времени на общение с детьми. Я это по себе знаю. Я актриса, мой муж тоже актер. Естественно, всяких забот, дел всегда много. Заниматься с сыном у нас просто нет времени. Мы и видим-то его только рано утром да вечером перед сном. А театр дает возможность общения. Мой сын на спектакли ходит с большим удовольствием. Вот сейчас хочет посмотреть постановки по мотивам произведений Гоголя. Так через театр и с классикой нашей литературы познакомится. Это, кстати, тоже немаловажно. Сейчас дети читают мало: компьютер, интернет их от книг уводят. Да к тому же они в книгах и не все поймут. А в детском спектакле все проще, доступнее, в нем все рассчитано на детскую психологию, на детское восприятие. Театр эмоционально заряжает. В нем все интересно, живо, в нем есть непосредственное общение с актером, есть совершенно особая атмосфера. Для детишек 5 – 6 лет это очень важно. Ирина МИЛЕНИНА, художественный руководитель московского “Сказочного театра”. Я думаю, что детские спектакли в театрах для взрослых не нужны (МХАТ и Малый театр, может быть, исключение). Чисто детский театр, как правило, работает для детей лучше. Ведь в нем работают люди, которые всю свою жизнь решили посвятить детям. А “взрослые” актеры, которые мечтают сыграть Шекспира или Чехова, играют на детских спектаклях – спектаклях “для горшечников”, как они их называют между собой, – спустя рукава. Поэтому и детские спектакли в театрах для взрослых часто бывают низкого уровня. В специализированных детских театрах все совсем не так. Здесь обычно актеры на спектакле выкладываются полностью. Я всегда говорю актерам нашего театра перед началом представления: играйте так, как будто вы вышли на сцену в последний раз, как будто это ваш последний спектакль. Это, конечно, трудно, но зато мы чувствуем ответную реакцию зала, всегда очень благожелательную. Дети – самая благодарная аудитория. Детский театр должен прежде всего разбудить детскую душу. Это главное. Когда пробуждается душа, то и просвещение приходит.

Европейский суд по правам человека на защите основ демократического общества – свободы совести Сайентологической церкви города Нижнекамска обратилась в Европейский суд по правам человека в связи отказом государственных органов РФ в ее регистрации. Ситуацию комментирует один из инициаторов этого иска юрист Айдар СУЛТАНОВ. Саентологическая церковь города Нижнекамска, была учреждена в 1999 году. И после учреждения и утверждения устава в том же году документы были сданы на государственную регистрацию. Длительное время по поводу регистрации


государственными органами никаких действий не предпринимались. Затем спустя 4 месяца документы были преданы на государственную религиоведческую экспертизу в Совет по делам религий. Но экспертиза не была произведена и в сентябре 2001 регистрационная палата отказала церкви в регистрации в связи отсутствием государственной религиоведческой экспертизы. Фактически возложив ответственность на церковь за бездействие государства. Конечно же, такой отказ был немедленно обжалован, но пришлось дважды отменять решение суда первой инстанции, прежде чем было вынесено правосудное решение. Но вступившее в законную силу решение не было исполнено в связи с изменением в законодательстве и передаче полномочий по регистрации другим государственным органам, которые обжаловали вступившее в законную силу решение в надзор и решение было отменено 27 ноября 2002 года и дело вернулось в суд первой инстанции. А 28 ноября 2002 была проведена государственная религиоведческая экспертиза: «Перед экспертами поставлены следующие вопросы: 1. Является ли «Саентологическая церковь города Нижнекамска» религиозной организацией, подпадающей под непосредственное действие Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях». 2. Достоверны ли представленные сведения относительно основ вероучения и соответствующей ему практики местной религиозной организации «Саентологическая церковь города Нижнекамска». На основании изучения уставных и вероучительных документов многочисленных изданий Саентологической церкви, личных бесед с представителями Саентологической церкви, Экспертный Совет пришел к следующим выводам: Саентологическая Церковь основана в 1954 г. в Калифорнии, США. Основателем организации был Лафайет Рональд Хаббард. Штаб-квартира находится в г. Лос-Анджелесе (США). В настоящее время Церковь действует более чем в 100 странах мира, объединяя около 2 тысяч общин и миссий. В России первая церковь зарегистрирована 25 января 1994 года… Церковь Саентологии, по собственному признанию, не имеет четкого догмата относительно Бога. Одна из особенностей саентологии как религии заключается в том, что она не требует от своих членов отказа от их религиозных традиций. «Прихожанин не обязан отказываться от своей веры, церкви, синагоги, храма, мечети и др. Саентология уважает другие вероисповедания. (См.п.4.2. Устава МРО «Саентологическая церковь города Нижнекамска»). Свобода совести – действительно является основой демократического общества. В конституционном праве свобода совести понимается как отношение человека к религии, как его самоопределение по отношению к ней. В большом толковом словаре совесть определена, как «чувство моральной ответственности за свое поведение; нравственные принципы, взгляды, убеждения». Слово совесть образовано путем создания кальки с греческого оригинала, буквально значившего «совместное познание». Так и было создано слово «со-весть» – узнавание вместе, совместное получения знания (ведания). Можно понимать свободу совести, как свободу на самоопределение личности, иметь нравственные принципы, взгляды и действовать в соответствии со своими убеждениями, получать знания и распространять их. Поскольку моральные нормы в большинстве своем содержатся в религиозных учениях, свобода совести включает в себя свободу вероисповеданий. Таким образом, свобода совести включает в себя право на обучение религии. Это право на обучение в двух видах: как право изучения религии (как правило это изучение религиозных трудов, ознакомление с религиозными обрядами, применение духовных практик с целью духовного совершенствования и др. действий которые, как правило направлены на повышение моральной ответственности, причем не только за свое поведение) и как право действовать с целью передачи религиозных убеждений другим лицам, ознакомление с религиозными положениями с целью помощи другим лицам осознать «путь к спасению», для чего живет человек, кто он – человек, его место в мироздании и другие религиозные вопросы.


Верующие почти каждой конфессии заявляют, что именно их религия дает правильные ответы на вопросы жизни и мироздания, что, исповедуя только их религию, можно достичь своих целей. И это не удивительно, поскольку человек, познав то, что помогло ему, хочет также помочь другим и хочет их уберечь от ошибок и заблуждений. Конечно же, данное желание не может быть осуждаемо, но именно сам человек должен делать свой выбор. И надо отметить, что еще в ХХ веке начали распространяться две противоположные тенденции: рост нетерпимости и рост толерантности. И развитие человечества в конечном итоге зависит именно от того, какая из тенденций одержит победу. Нетерпимость основана на непризнании за другими людьми возможности иметь мнение, взгляд, убеждение отличное от их собственного. И лица проявляющие нетерпимость, фактически отказывают другим в способности разумно мыслить и действовать. Нетерпимость – это отрицание свободы совести для других. Толерантность имеет в своей основе уважение к личности, и ее право на самоопределение. Идеи толерантности содержатся в общепризнанных принципах международного права, которые в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции РФ, являются частью правовой системы Российской Федерации: Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства (статья 1 Всеобщей декларации прав человека). Различные религии по разному относятся и к вопросам самоопределения и свободы совести. Одной из наиболее толерантных религий современности является Сайентология. Предшественница Сайентологии – Дианетика объявила,что ее целью является человек, действующий на основе селф-детерменизма . То есть, человек действующий на основе собственного решения, собственного выбора, самоопределения. На мой взгляд, это именно то, что может помочь изменить окружающий мир, благодаря тому, что люди будут самосовершенствоваться. Людей нельзя изменить просто запретив им что-то делать или приказать им стать честными и порядочн��ми. «…Хорошая вещь закон, но не лучше философии. Закон принуждает не совершать преступлений, философия учит этому. Насколько хуже делать что-нибудь по принуждению, чем добровольно, настолько закон хуже философии. Поэтому занимайтесь философией, а не политикой. Лучше когда люди учатся поступать по справедливости, чем принуждаются не совершать преступлений…» – утверждал Кратет во второй половине третьего века до нашей эры. Даже те, кто придерживается крайне настороженных взглядов в отношении реализации свободы совести, вынуждены признать это. В частности Генеральный прокурор РФ В.В.Устинов в январе 2005 заявил: «Самая разветвленная правовая и карательная система не сможет удержать человека от преступления, если он готов преступить нравственный закон. Жалкой предстает судьба государства, в котором законопослушание диктуется одним лишь страхом перед уголовным наказанием». Таким образом, развитие духовности является надлежащим ответом на вызовы настоящего времени современному обществу. Для этого нужно всего лишь обеспечивать реализацию свободу совести. Церковь Сайентологии последовательно выступает за признание прав человека и за религиозную свободу. В Кредо Церкви Сайентологии, самой быстро развивающейся религии в мире, записано: «Мы в нашей Церкви верим, что: Все люди любой расы, любого цвета кожи и любого вероисповедания изначально имеют равные права; Все люди имеют неотъемлемое право исповедовать любую религию и придерживаться ее обычаев; Все люди имеют имеют неотъемлемое право жить так, как они считают нужным; Все люди имеют неотъемлемое право защищать себя; Все люди имеют неотъемлемое право создавать, выбирать, поддерживать любые организации, церкви и


правительства и помогать им; Все люди имеют неотъемлемое право свободно думать, свободно говорить, свободно писать свои мнения, а также высказываться по поводу мнений других людей или выражать свое несогласие с ними…» Саентологическим организациям не один раз пришлось отстаивать право на свободу совести и религиозные убеждения. Ответ на вопрос – почему Церковь Саентологии занимает неизменно твердую позицию в деле отстаивании свободы совести – можно найти в книге одного из корифеев российской юридической науки профессора И.А.Покровского: «…Духовные интересы составляют самое содержание, самую сущность человеческой личности – то, что дает ей ощущение ее подлинного «я» и от чего она не может отказаться, не переставая быть самой собою. Вот почему религиозные и нравственные убеждения способны бросить маленькую горсть людей, даже одного единственного человека, на самую решительную борьбу с огромным обществом, со всемогущим государством. Вот почему самый вопрос о неотъемлемых правах личности был поставлен впервые именно в этой области. Раз государственное или общественное вмешательство грозит сломать в человеке его самое ценное, грозит убить самую его духовную сущность, нет ничего удивительного, если он примет решение или отстоять себя, или погибнуть. Чем более растет человеческое самоосознание, тем более растет и ценность духовной свободы. Борьба личности за свои права является, таким образом, в этой области борьбой за свободное целепологание, за нравственную свободу. Человек хочет свободно искать Бога и его правды, ибо только свободно признанный Бог есть Бог; принудительно навязанным может быть только идол». Надо отметить, что прецеденты получаемые Церковью Саентологии при защите религиозной свободы оказывают огромное влияние. Джанссен Ван Рей, ранее занимавший пост председателя Комитета Европарламента по законодательству на открытии в Брюсселе Офиса по правам человека Церкви Саентологии дал следующую оценку деятельности Церкви Саентологии: «После более 100 положительных решений суда, поддерживающих свободу вероисповеданий в различных Европейских странах, я честно могу сказать, что свобода верования жива в Европе в большей части благодаря саентологам». Жалоба Сайентологической церкви города Нижнекамска была зарегистрирована Европейским судом по правам человека за номером 32782/03 в октябре 2003 года. В сентябре 2004 Европейский суд по правам человека направил жалобу для дачи объяснений российским властям. Российские власти в своих возражениях просили Европейский суд по правам человека признать жалобу неприемлемой. В марте 2005 Саентологическая церковь города Нижнекамска довела до Европейского суда по правам человека свою позицию по возражениям российских властей и уведомила о продолжающемся уклонении от регистрации церкви уже вновь образованным Главным управлением Федеральной регистрационной службы по РТ. Европейский суд по правам человека 9 июня 2005, рассмотрев объяснения российских властей и возражения Церкви, принял решение о приемлемости жалобы. Между тем многие положения Федерального Российского закона «О свободе совести и религиозных объединениях» вступают в противоречие с принципами, установленными Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод и, соответственно, могут быть опротестованы гражданами при подаче жалоб в Европейский суд по правам человека, как ведущие на практике к дискриминации некоторых конфессий. Возможно, Постановление Европейского суда по правам человека, вынесенное по существу вышеупомянутой жалобы позволит исключить из закона дискриминационные нормы и позволит создать условия для реализации права на свободу совести для каждого гражданина России, что будет способствовать дальнейшему прогрессу демократического общества.


Роман Михайлов

Заказуха по-русски Безнадежная судьба резонансных убийств в новой России все чаще заставляет отчаиваться ищущих возмездия. Что же до профессионалов, всякий раз отряженных на раскрытие почти безнадежных Дел, то последние все больше кивают на специфические сложности расследования. Ситуацию согласился прокомментировать один из самых авторитетных специалистов в оперативно-розыскной деятельности – главный научный сотрудник НИИ уголовно-исполнительной системы, Заслуженный деятель науки Константин ГОРЯИНОВ. – Чем заказное убийство в России отличается от заказа в Европе или США? – Заказные убийства появились в период, который сегодня мы называем диким капитализмом, но ни в одной стране мира, переживавшей подобное, не было настолько массового кровопролития. Людей убивали направо и налево. Сегодня, когда, так сказать, центровая часть преступников стремится к легализации, а то и приходит во власть, заказных убийств на порядок меньше. Хотя в части исполнения заказа сама организация устранения стала более сложной для расследования. Как правило, для того чтобы уличить заказчика в организации преступления, в длинной цепочке есть только одно показание, причем исходит оно от исполнителя. В некоторых случаях цепочка так называемых посредников состоит из пяти-шести звеньев. Что делает полное раскрытие почти невозможным. – Почти, или невозможным? – Раскрываем даже очень сложный случай. Чаще проблемой cтановится даже не ведение следствия, а его продолжение. На каком-то этапе, в основном, при расследовании громких убийств, когда выход на заказчика становится реальным, следствие может остановиться по независящим от него причинам. – Заказчики оказываются далеко наверху? – Мне сложно судить однозначно, но если и не сами заказчики, то кто-то, активно участвующий в процессах, которые создали почву для убийства. Хотя возможно, что раскрытие оказывается неугодным и из-за выхода на поверхность какойто третьей информации. Можно только догадываться. Но в некоторых случаях огласка очевидных версий почему-то невыгодна, даже если политические мотивы убийства вовсе исключены. Я, например, убежден, что в деле Старовойтовой имел место грабеж, хотя заяви об этом официальное следствие, поднимется шумиха, мол, скрывают виновных. Хотя давления и не было, а убийство громкое. И, кстати сказать, заказные убийства сегодня вполне можно разделить на те, которые раскрываются массово, и те, которые очень трудно будет раскрыть, в том числе и из-за давления. – Телефонное право – это чисто российское явление? – Не заблуждайтесь. Может быть, несколько тоньше, не столь явно, другими способами некоторые дела останавливаются так же, как и у нас. За границей, вероятно, все более отлажено, но следствие, а точнее истина, часто используется скорее как джинн, которого можно с той или иной целью выпустить из бутылки или придержать в ней. – Всегда было интересно, в каких выражениях может быть высказано требование умерить пыл? – Есть масса способов, от «ухода» на заслуженный отдых, до перевода на другое дело или ссылки на другой, отдаленный участок работы. И даже предположение начальства о том, что «давно Вам пора на заслуженный отдых», верю, способно повлиять на следствие.


– Но тогда, может быть, стоит выделить эту самую элитную заказуху как отдельный вид преступления, и создать группу, защищенную от вмешательства, хотя бы неофициального, высших чинов. Что-то же можно придумать. – Да все методики есть, желания нет сделать следствие по громким делам более свободным. Так что м��жно, разве что, ждать каких-то изменений в будущем. Сегодня же самое страшное то, что чем порядочнее и настойчивее следователь, тем жестче ему противодействуют именно по громким делам. И уходят профессионалы чаще всего изза резонансных дел. – Вы имеете в виду дело Холодова и уход из прокуратуры следователя Бакина? – Смерть Холодова, с которым мне даже пришлось общаться, для меня большая загадка. И те следы, которые настойчиво ведут к Павлу Грачеву, лично меня не убеждают в вине последнего. На мой взгляд, заказчик может оказаться сильно в стороне от Грачева и тех военных, которые изготовили злосчастный «дипломат». – Но тогда получается, что комбинация более чем профессиональна, а ведь даже самые авторитетные наши спецслужбы все реже работают так. – Еще раз повторю, что дело Холодова для меня большая загадка. И поэтому предположения могут быть самые разные, но любое из них бездоказательно. Любое странное убийство оставляет поле для предположений. – И остается навсегда нераскрытым? – В следственной практике такое возможно, но, скорее, из-за упущенного времени. Так как это происходит сегодня вокруг печально известного ЮКОСа. Участвовать в рынке, и в такое время, а потом делать вид, что весь криминал не связан, собственно, с руководством, только и можно для того, чтобы избежать ответственности, зная, что все давно быльем поросло. – Не могу не спросить о версиях, смущающих лично меня. Например, несчастный случай с Артемом Боровиком. Если предположить, что случай в этом несчастье отсутствовал, получится, что устраненные в результате авиакатастрофы стали жертвами очень чистой, продуманной операции. После которой и расследования холдинга Боровика долгое время оставались больше историческими, нежели злободневными. Особенно, если учесть, что одна из программ, вышедшая незадолго до победы Владимира Путина на выборах, не только пыталась ответить на вопрос, кто же наш новый президент, но и обещала к этому вопросу вернуться. Ваш комментарий. – Если какая-то связь в этих событиях и существует, то, опять же, она вряд ли доказуема. А предполагать можно до бесконечности. Опять появляются загадки, как и в деле Дмитрия Холодова. В одном согласен, после смерти Боровика интересных телевизионных расследований стало гораздо меньше. – Заказные убийства, фактически, делятся на два вида. Скажем, «элитарные» и, скорее даже, «бытовые». Последние, наверное, и возникли на волне моды на первые. Недавно по телевидению прошел сюжет о жене, заказавшей собственного мужа за тысячу рублей, по суду получившей условный срок и затем помирившейся с мужем. Так вот, получается, что чем ближе заказ к элитарному качеству, тем сложнее поймать виновного. А для раскрытия бытового заказа достаточно подставить мнимого киллера, и дело в шляпе? – Поверьте мне, профессионализма хватает. Раскрываются, пожалуй, все заказные преступления, кроме тех, по которым не дают работать. Если один бандит или, скажем, предприниматель чего-то не поделил с другим, то раскрыть заказ и доказать вину исполнителя и даже заказчика не так сложно, как если все факты на руках, а дело буксует.


– Это-то и смущает. Ведь на громкое дело кадров, сил, средств, техники не жалеют. Значит, государство и тратит деньги на раскрытие, и косвенно сдерживает сыщиков? – И финансирование сегодня достаточное, и техника есть. А что до научных и прикладных наработок в помощь оперативникам, то мы уже давно впереди планеты всей. – Почему же тогда наука оказывается так далеко от практики? Не хватает квалифицированных кадров? Ведь на моей памяти дознавателей брали со средним образованием, а вскоре они, не зная профессии, становились и операми и следователями. – И такое было. Вы сейчас затронули очень больную для меня тему. Сегодня даже студенты более двадцати вузов, что есть в системе МВД, не считая юрфаков прочих университетов, почти не интересуются прикладными основами профессии, розыскной деятельностью, работой на месте происшествия. Теория куда интереснее. Да и работать из вузов сегодня идут больше в банки и адвокатские конторы. На первый взгляд, понятно, материальный стимул там выше. Но ведь и в адвокатуру студент идет не для того, чтобы суд принимал с его помощью справедливое решение, а для того чтобы заработать на ошибках следствия. Такая вот культура. Поэтому-то обычному отделу милиции выбирать особенно не приходится. – Каков психологический портрет отечественного киллера? – Возможно, кому-то покажется это невероятным, но психологически любой из наемников всегда человек сломленный. Способность к убийству поддерживается в нем лишь тем, что граница «не убий» давно перейдена, и ничто уже не сдерживает. Абсолютное большинство наемников и потенциальных киллеров повидали по нескольку горячих точек и оказались ненужными на гражданке. Так что, портрет скорее социальный, нежели психологический. И хотя спрос на заказные убийства стал меньше, «кадров» для исполнения воли заказчика меньше не становится. Но, поверьте мне, ни один киллер себе коттедж не построил. Рано или поздно любого из них устраняют как ненужного свидетеля. Даже если он дорого стоит. – Можно ли доверять участившимся сообщениям о существовании и даже арестах целых киллерских банд? – Таких банд просто нет. Само преступление таково, что исполнитель подбирается очень индивидуально и адресно. Банда со своими сложными внутренними связями и большим количеством участников гораздо менее надежна, чем персональный «контракт» с несколькими посредниками. – Как вы относитесь к условным срокам за тяжкие преступления? Причем преступления, где сам срок довольно внушительный? – Что уж там до убийств. До сих пор в памяти семь условных лет для бывшего министра вспоминаются как бельмо на глазу у всей системы, такого не бывает и не должно быть. А в остальном приходится руководствоваться такими прозаическими поводами, как нехватка мест для содержания преступников. Судье сегодня может достаться от своих же коллег – за слишком большое количество обвинительных приговоров. По новому законодательству за преступление средней тяжести заключенный может быть освобожден, отсидев только половину срока. Отбывшие же после выхода лишаются всякой опеки – нет инспекций по работе с условно-досрочно освободившимися, и милиции они не нужны. – В каких цифрах исчисляются годы через которые станет известна правда о самых громких заказных убийствах в России? – Скажу только, что когда-нибудь это обязательно случится, а дела можно будет закрыть и сдать в архив, установив истину и понять почему в России убивают.

Георгий Чулков


Memento mori Там стыдно будет унывать И предаваться грусти праздной, Где пахарь любит сокращать Напевом труд однообразный. Некрасов Александр Блок в докладе своем "Интеллигенция и народ", прочитанном сначала в "Религиозно философском обществе", а потом в "Литературном", раскрывает рознь между двумя на чалами современной русской жизни и делает мрачные предсказания: на культурных людей надвигается "грудь коренника" той бешеной тройки, которая мчится из глубины наших диких полей. Поэт, по видимому, предчувствует, что правда, живая и стихийная, на стороне народа, но он отказывается делать какие либо определенные выводы из этого утверждения и ограничивается тремя вопросами: во-первых, переходима ли черта между интеллигенцией и народом? во вторых, если нет, остается ли какое-нибудь спасение для культуры, кроме Победоносцевской инерции? и, в третьих, если да, то как найти пути к народному сердцу? С историко-социологической точки зрения я не стану рас сматривать доклад Блока: жизнь слишком усложнилась, многообразные культурные течения и грубые материальные интересы давно уже раздробили страну на определенные классы и группы, и нет возможности отвлеченно рассуждать по поводу такой произвольной границы, которую проводит Александр Блок. Но с иной жизненно практической точки зрения рассуждать о докладе Блока возможно и должно. Впрочем, возражая своим оппонентам, Александр Блок сделал одну уступку, которая отчасти изменяет самую постановку темы об интеллигенции и народе; Блок признал, что рознь существует не между всей интеллигенцией и народом, а лишь между известной "частью" интеллигенции и той стихийной Русью, Где все пути и все распутья Живой клюкой измождены, И вихрь, свистящий в голых прутьях, Поет преданья старины ... Такая постановка темы изменяет в известной мере и ее сущность, потому что часть интеллигенции, конечно, не связана с той Русью, которая "и во сне необычайна", – но возможно ли утверждать pars pro toto? Блок по праву мог бы сказать про себя: И сам не понял, не измерил, Кому я песни посвятил ... Воистину интеллигенцию нашу нельзя мерить той мерою, которую приложил к ней поэт. "Я, – говорит Блок, – как интеллигент, влюблен в индивидуализм, эстетику и отчаяние". Какое чудовищное непонимание духа нашей интеллигенции! Неужели не ясно, что все три темы, влюбившие в себя поэта, – "индивидуализм, эстетика и отчаяние" – все эти темы являются предметом ненависти нашего интеллигента? Неужели Блок не понимает, что влюбленность в эти темы есть край нее декадентство? И неужели не очевидно, что декадентство полярно по отношению к интеллигенции? Интеллигенция, со времен Белинского утверждавшая идею общественности и народолюбия, со времен Писарева провозгласившая парадоксальное "разрушение эстетики" и, наконец, в лице своих революционеров, объявившая войну апатии и косному отчаянию, – что общего имеет эта интеллигенция с тем орхидейным интеллигентом, который расцветает в декадентской оранжерее?


Образ двойника заслонил Блоку образ интеллигенции, и печать смерти на лице этого двойника Блок принял за печальный знак гибели всего нашего общества. Но напрасно Блок волнуется за судьбу всех этих юношей и девушек, которые рассеяны теперь среди народа – всех этих учителей, врачей, статистиков, газетных работников, пропагандистов, агитаторов, – все они органически связаны с народом. Они умеют и жить с народом и умирать за народ. Правда, порой между грамотным и неграмотным русским человеком бывают недоразумения, но ведь не очевидно ли, что дух народа не может определяться его темнотой? Нация – по существу – не изменит своей природы, если страна не будет голодной и невежественной. И, надеюсь, Александр Блок не имел в виду этой чисто внешней розни, какая возникает порой в русской действительности между косным обывателем, кто бы ни был он – мужик, мещанин, помещик, и вольнолюбивым и подвижным искателем нового жизненного уклада. Однако, если мы устраним все эти недоразумения и обратимся к самым корням доклада Александра Блока, мы увидим, что они глубоко внедрились в жизненную правду. В чем же эта правда? О каком расколе, о каком разделении и розни идет здесь речь? Я думаю, что рознь действительно существует, но существует она между декадентами, с одной стороны, и народной стихи ей – с другой. Я разумею под декадентами не только литераторов и – пожалуй даже – менее всего их, а тех случайных, почти всегда талантливых, но погибающих "лириков жизни", которые возникают перед нами время от времени, как живой укор за идеи крайнего индивидуализма, идеи, взлелеянные Фридрихом Ницше, Бодлэром и Оскаром Уайльдом. Но при чем же тут русская интеллигенция? Она – повторяю – неповинна в грехах наших ницшеанцев, бодлэрианцев – детей европейской культуры конца века. Я вовсе не склонен умалять значения существующей розни, хотя и не думаю, подобно Блоку, что болезнь крайнего индивидуализма прогрессирует в русском обществе. Вряд ли это так. Но тем не менее, независимо от того, мало или много среди нас таких отщепенцев, трагизм этой розни остается пока неразрешенным. И этот разлад декадентов с народом (пусть их мало среди нас) значителен и глубоко интересен, потому что психология такого оторвавшегося от народной стихии человека – зловещий симптом не для русской интеллигенции, которая еще девственна и стихийна, как и народ наш, а для личности вообще. Тема, поставленная Блоком, тема универсальная, а не национальная. Декадентство переживает кризис. Блок не первый указал на это. И Вячеслав Иванов, и Д.С.Мережковский писали об этом. И мне приходилось писать о кризисе декадентства. Memento mori воистину прозвучало как пророчество. Но для кого? Только не для русской интеллигенции. Ведь смерть угрожает тем, кто не с народом, кто отказался от народной правды, т. е. от жизни, т. е. признал первую часть формулы "неприятия мира" и не признал второй ее части – того "слепительного да", о котором пел нам поэт. Но наша интеллигенция не знает еще горьких противоречий. Иван Карамазов, искусившийся в противоречиях, в сущности, вовсе не интеллигент: это, быть может, первый декадент наш. Интеллигенция, несмотря на весь атеизм свой, по природе своей вовсе не мятежна: она строительница жизни народной, она гуманистична, ей только некогда думать об "имени" Бога, но вся она морально безупречна, а религиозно богопокорна. Бунт карамазовский не предстал перед ней как тема реальная. Нет, явно, что Блок "валит" обвинение "с больной головы на здоровую". И я предлагаю формулировать тему о "неблагополучии" нашем по-иному, а именно: "Декадентство и народ". Тогда интеллигенция отойдет почти целиком к


народу, а с декадентами останется кучка "лириков жизни" и, пожалуй, некоторые самоубийцы, о которых упомянул Блок. Поэт был несправедлив к нашей интеллигенции: он слишком умалил ее добродетели и, с другой стороны, слишком польстил ей, предположив, что она стоит на той высокой ступени культуры, откуда видны последние противоречия нашей жизни и где у слабых кружится голова над раскрывшейся бездной. Интеллигенция наша не забирается на высоты: она у земли и с землей. И благо ей. У Глеба Успенского есть очерк: "Овца без стада". В этом очерке фигурирует "балашевский барин", который непрестанно печалуется о народе и вечно к нему стремится, но из его хождения в народ ничего не выходит. "Мешает мне мое в высшей степени ложное положение, положение барина ... – признается он, – заметьте, что я говорю – мешает положение не интеллигентного человека, просто барина"... Я боюсь, что Блок попал в это "ложное положение", как выражается герой Глеба Успенского. И это вовсе не значит, что у Блока нет связи с народом, с Россией. Охотно верю, что такая связь имеется, но не там она, где думает Блок. Любовь к народу и родной стране вовсе не требует тех самообличений, которыми так увлекся поэт, – и того хождения в народ, которым занялся "балашевский барин". И все мы, русские грамотные люди, праведные и грешные, баре и разночинцы, не менее, чем неграмотные русские люди, любим Россию целомудренной и таинственной любовью. Все мы – сама Россия. Но иные из нас – немногие, декаденты – погибают, несмотря на глубокую и молчаливую любовь свою к родине. Этого отрицать я не стану. Но гибель этих немногих декадентов определяется особой причиной – неумением преодолеть крайний индивидуализм, найти путь к общественности, но этот разрыв между личностью и общественностью вне категорий интеллигенции и народа.

Леонид Андреев

Неосторожные мысли О М. Горьком Самая резкая и самая глубокая черта, более того: основание художественной индивидуальности Горького – это его деспотизм. Повелитель, властелин, деспот, не терпящий ни в ком противоречий, даже в себе самом. Если Горький противоречит Горькому, то он просто прикрывает его шапкой; и пусть под шапкой две головы – снаружи полное единство. Почти невозможно представить этого художника с его огромным дарованием – без жезла, без посоха учительского, иногда просто без дубинки. Он из тех проповедников мира и любви, которые невнимательных слушателей отечески бьют книгой по голове; это ничего, что переплет тяжел и углы железные. Если и прошибется непрочная голова, то в этом повинна она же, а не пламенеющий учитель. Как великий деспот, он воин и завоеватель: всегда он завоевывает, всегда покоряет, и иные отношения между людьми ему органически неприятны. И оттого в его художественном царстве нет мира, и оттого там вечное bellum omnium contra omnes* . Все дерутся, а потом приходит он сам, крайне взбешенный этой дракой, и сразу всех завоевывает: смолкают все голоса и крики, и только его властительный голос не спеша доколачивает еще барахтающихся. Это называется – конец романа. Любопытно проследить эту странную борьбу художника-деспота с образами, им же самим созданными. С талантом, изумительным по свежести и непосредственной силе, языком – по богатству, быть может, единственным во всей русской литературе – он в начале каждого романа (хотя бы «Детства») любовно, внимательно и нежно вырисовывает каждого из своих воителей и воительниц. Скульптура плохая, Горький не


скульптор, но живопись очаровательна по силе, богатству и яркости красок: живет каждый и каждая, мощно проявляются во всем своеобразии своей индивидуальности. Свой характер и свой язык у всякого в этом еще не завоеванном царстве; и лишь изредка, как напоминание о власти единого, как предчувствие предстоящего разгрома – горьковский афоризм в неподходящих устах. Но уже скоро Горькому становится тесно и обидно в этой толпе своемыслящих. Все говорят, а он что же? Так он и будет молчать? Сам их сотворил, а сам молчи и слушай? И подобно Хроносу, пожирающему своих детей, одного за другим, помаленьку проглатывает и Горький своих героев. Делается это таким способом, что на две-три фразы, сказанные героем от себя и действительно своим голосом, Горький заставляет их произнести еще одну, горьковскую фразу – как бы от своего имени. Пропорция небольшая, и так как делается это постепенно и количество горьковских фраз увеличивается не сразу, то и читатель привыкает к отраве, как Митридат к яду. Читает и думает, что это все прежние, и того не замечает, что от прежних осталась одна рачья скорлупа, яростно начиняема Горьким его собственным содержанием и собственными державными мыслями, как и поучениями. И наступает момент, когда в романе наместо живых образов живых людей появляются целлулоидовые раскрашенные куколки с полой сердцевиной, почти невесомые и уже совсем мертвые. Говорят они еще больше, чем вначале, но это уже не их голос, а голос искусного чревовещателя Горького, оставшегося, наконец, полным и единственным победителем на поле этой необыкновенной битвы. Один он говорит и невозбранно утверждает, что и требовалось, в сущности, с самого начала. Слились все лица и характеры, столь резко очерченные на первых страницах, уже и не разберешь по речи, кто мужчина, а кто женщина, и для всех установлена одна обязательная психология – самого Горького. Так хочу, так приказываю. Проник в печать недоуменный вопрос, – по-видимому, читательский: неужели Горький в «Детстве» так хорошо запомнил все речи бабушки, деда и других? Приводит как подлинные. И на том основании, что запомнить так нельзя, осудили художника как бы за некоторую ложь. Это – недоразумение. Конечно, запомнить нельзя, и никто не запоминает, и Толстой не по памяти и не по стенографической записи воссоздавал рассказ своего Карла Ивановича; больше того: будь это действительно запомнено и записано, оно не имело бы никакого художественного значения. И здесь Горький – особенно в речах бабки, до конца сохранивший некоторую самостоятельность, – действовал как истинный художник, одаренный воображением памяти, а не подлинной, лишенной творческой силы, ненужной памятью фактов. И не в этом худое, а в том, что сам художник, неудержимо стремясь к власти, портит свое чудесное создание. И не в том худое, что учит миру и любви – учить надо, а в том, что невнимательных и несогласных бьет тяжелой книжкой по голове... Метод неправильный и с духом учения не вполне согласный! ___________ * война всех против всех (лат.).

Александр Минкин

Нежная душа Не отчаивайтесь, мои дорогие, выход есть! Посвящается двум гениям русского театра. Памяти Анатолия Эфроса, который поставил “Вишневый сад” на Таганке в 1975 году. Памяти Владимира Высоцкого, который играл Лопахина.


ФИРС. Способ тогда знали. РАНЕВСКАЯ. Где же теперь этот способ? ФИРС. Забыли. Никто не помнит. Действующие лица Раневская Любовь Андреевна, помещица. Аня, ее дочь, 17 лет. Варя, ее приемная дочь, 24 лет. Гаев Леонид Андреевич, брат Раневской. Лопахин Ермолай Алексеевич, купец. Трофимов Петр Сергеевич, студент. Симеонов-Пищик, помещик. Шарлотта Ивановна, гувернантка. Епиходов Семен, конторщик. Дуняша, горничная. Фирс, лакей, старик 87 лет. Яша, молодой лакей. Размер имеет значение “Вишневый сад” – пьеса старая, ей 102 года. А о чем она – никто не знает. Некоторые помнят, что поместье дворянки Раневской продается за долги, а купец Лопахин учит, как выкрутиться, – надо нарезать землю на участки и сдать в аренду под дачи. А велико ли поместье? Спрашиваю знакомых, спрашиваю актеров, играющих “Вишневый сад”, и режиссеров, поставивших пьесу. Ответ один – “не знаю”. – Понятно, что не знаешь. Но ты прикинь. Спрошенный кряхтит, мычит, потом неуверенно: – Гектара два, наверное? – Нет. Поместье Раневской – больше тысячи ста гектаров. – Не может быть! Ты откуда это взял? – Это в пьесе написано. ЛОПАХИН. Если вишневый сад и землю по реке разбить на дачные участки и отдавать в аренду под дачи, то вы будете иметь самое малое 25 тысяч в год дохода. Вы будете брать с дачников самое малое по 25 рублей в год за десятину. Ручаюсь чем угодно – у вас до осени не останется ни одного свободного клочка, все разберут. Это значит – тысяча десятин. А десятина – это 1,1 гектара. Кроме сада и “земли по реке” у них еще сотни десятин леса. Казалось бы, что за беда, если режиссеры ошибаются в тысячу раз. Но тут не просто арифметика. Тут переход количества в качество. Это такой простор, что не видишь края. Точнее: все, что видишь кругом, – твое. Все – до горизонта. Если у тебя тысяча гектаров – видишь Россию. Если у тебя несколько соток – видишь забор. Бедняк видит забор в десяти метрах от своего домика. Богач – в ста метрах от своего особняка. Со второго этажа своего особняка он видит много заборов. Режиссер Р., который не только поставил “Вишневый сад”, но и книгу об этой пьесе написал, – сказал: “Два гектара”. Режиссер П. (замечательный, тонкий) сказал: “Полтора”. Тысяча гектаров – это иное ощущение жизни. Это твой безграничный простор, беспредельная ширь. С чем сравнить? У бедняка – душевая кабинка, у богача –


джакузи. А есть – открытое море, океан. Разве важно, сколько там квадратных километров? Важно – что берегов не видно. …Почему Раневская и ее брат не действуют по такому простому, такому выгодному плану Лопахина? Почему не соглашаются? Кто играет – что это они из лени, кто – по глупости, по их неспособности (мол, дворяне – отживающий класс) жить в реальном мире, а не в своих фантазиях. Но для них бескрайний простор – реальность, а заборы – отвратительная фантазия. Если режиссер не видит огромного поместья, то и актеры не сыграют, и зрители не поймут. Наш привычный пейзаж – стены домов, заборы, рекламные щиты. Ведь никто не подумал, что будет дальше. Если сдать тысячу участков – возникнет тысяча дач. Дачники – народ семейный. Рядом с вами поселятся четыре-пять тысяч человек. С субботы на воскресенье к ним с ночевкой приедут семьи друзей. Всего, значит, у вас под носом окажется десять-двенадцать тысяч человек – песни, пьяные крики, плач детей, визг купающихся девиц, – ад. ЧЕХОВ – НЕМИРОВИЧУ-ДАНЧЕНКО 22 августа 1903. Ялта Декораций никаких особенных не потребуется. Только во втором акте вы дадите мне настоящее зеленое поле и дорогу и необычайную для сцены даль. Идешь – поля, луга, перелески – бескрайние просторы! Душу наполняют высокие чувства. Кто ходил, кто ездил по России – знает этот восторг. Но это – если вид открывается на километры. Если идешь меж высокими заборами (поверху колючая проволока), то чувства низкие: досада, гнев. Заборы выше, чувства ниже. ЛОПАХИН. Господи, ты дал нам громадные леса, необъятные поля, глубочайшие горизонты, и, живя тут, мы сами должны бы по-настоящему быть великанами... Не сбылось. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 28 августа 1891. Богимово Я смотрел несколько имений. Маленькие есть, а больших, которые годились бы для Вас, нет. Маленькие есть – в полторы, три и пять тысяч. За полторы тысячи – 40 десятин, громадный пруд и домик с парком. У нас 15 соток считается большим участком. Для Чехова 44 гектара – маленький. (Обратите внимание на цены: 4400 соток, пруд, дом, парк – за полторы тысячи рублей.) Под нами по-прежнему Среднерусская возвышенность. Но какая же она стала низменная. ЛОПАХИН. До сих пор в деревне были только господа и мужики, а теперь появились еще дачники. Все города, даже самые небольшие, окружены теперь дачами. И можно сказать, дачник лет через двадцать размножится до необычайности. Сбылось. Стена высоченная, а за ней клочок в 6—12 соток, воронья слободка, теснота. Раньше на таком клочке стоял дощатый домик и оставалось сравнительно много места для редиски. А теперь на таком клочке ставят бетонного трехэтажного урода. Вместо окон бойницы, между стеной и забором пройдешь разве что боком.


Пейзажи уничтожены. Вчера едешь – по обеим сторонам шоссе бескрайние поля, леса, луга, холмы. Сегодня – по обе стороны взметнулись пятиметровые заборы. Едешь как в туннеле. Пятиметровый – все равно что стометровый: земля исчезает. Тебе оставлено только небо над колючей проволокой. Кто-то хапнул землю, а у нас пропала Родина. Пропал тот вид, который формирует личность больше, чем знамя и гимн. Театральные вольности Кроме огромной территории, которую никто не заметил, в “Вишневом саде” есть две тайны. Они не разгаданы до сих пор. ...Для тех, кто забыл сюжет. Первый год ХХ века. Из Парижа возвращается в свое поместье дворянка Раневская. Здесь живут ее брат и ее две дочери – Аня и Варя (приемыш). Все имение продается с аукциона за долги. Друг семьи – купец Лопахин вроде бы пытался научить хозяев, как выкрутиться из долгов, но они его не послушали. Тогда Лопахин неожиданно для всех купил сам. А Петя Трофимов – 30-летний вечный студент, нищий, бездомный, Анин ухажер. Петя считает своим долгом резать правдуматку всем прямо в глаза. Он так самоутверждается… Вишневый сад продан, все уезжают кто куда; напоследок забивают престарелого Фирса. Не бейсбольными битами, конечно, а гвоздями; заколачивают двери, ставни; забитый в опустевшем доме, он просто умрет от голода. Какие же тайны в старой пьесе? За 100 лет ее поставили тысячи театров; все давно разобрано по косточкам. И все же тайны есть! – не сомневайтесь, читатель, доказательства будут предъявлены. Тайны!.. А что такое настоящие тайны? Например, была ли Раневская любовницей Лопахина? Или – сколько ей лет?.. Такая правда жизни (которую обсуждают сплетницы на лавочках) всецело в руках режиссера и актеров. По-ученому называется трактовка. Но чаще всего это грубость, сальность, пошлость, ужимки или та простота, что хуже воровства. Вот помещица Раневская осталась наедине с вечным студентом. РАНЕВСКАЯ. Я могу сейчас крикнуть… могу глупость сделать. Спасите меня, Петя. Она молит о душевном сочувствии, об утешении. Но, не меняя ни слова – только мимикой, интонацией, телодвижениями, – легко показать, что она просит утолить ее похоть. Актрисе достаточно задрать юбку или просто притянуть Петю к себе. Театр – грубое, старое площадное искусство, по-русски – позор. Приключения тела гораздо зрелищнее, чем душевная работа, и играть их в миллион раз проще. *** Сколько лет героине? В пьесе не сказано, но обычно Раневскую играют “от 50ти”. Случается, роль исполняет прославленная актриса за 70 (ребенком она видела Станиславского!). Великую старуху выводят на сцену под руки. Публика встречает живую (полуживую) легенду аплодисментами. Знаменитый литовский режиссер Някрошюс дал эту роль Максаковой. Ее Раневской под 60 (на Западе так выглядят женщины за 80). Но Някрошюс придумал для Раневской не только возраст, но и диагноз. Она еле ходит, еле говорит, а главное – ничего не помнит. И зритель сразу понимает: ага! русскую барыню Раневскую в Париже хватил удар (по-нашему – инсульт). Гениальная находка блестяще оправдывает многие реплики I акта.


ЛОПАХИН. Любовь Андреевна прожила за границей пять лет. Узнает ли она меня? Странно. Неужели Лопахин так изменился за 5 лет? Почему он сомневается, “узнает ли”? Но если у Раневской инсульт – тогда понятно. Оправдались и первые слова Ани и Раневской. АНЯ. Ты, мама, помнишь, какая это комната? РАНЕВСКАЯ (радостно, сквозь слезы). Детская! Вопрос дурацкий. Раневская родилась и всю жизнь прожила в этом доме, росла в этой детской, потом здесь росла дочь Аня, потом – сын Гриша, утонувший в 7 лет. Но если Раневская безумна – тогда оправдан и вопрос дочери, и с трудом, со слезами, найденный ответ, и радость больной, что смогла вспомнить. Если б тут пьеса и кончилась – браво, Някрошюс! Но через 10 минут Гаев скажет о своей сестре с неприличной откровенностью. ГАЕВ. Она порочна. Это чувствуется в ее малейшем движении. Пардон, во всех движениях Раневской-Максаковой мы видим паралич, а не порочность. Да, конечно, режиссер имеет право на любую трактовку. Но слишком круто поворачивать нельзя. Пьеса, потеряв логику, разрушается, как поезд, сошедший с рельсов. И смотреть становится неинтересно. Бессмыслица скучна. Особенности трактовки могут быть связаны и с возрастом, и с полом, и с ориентацией режиссера, и даже с национальностью. Всемирно знаменитый немец, режиссер Петер Штайн, поставил “Три сестры”, имел оглушительный успех. Москвичи с любопытством смотрели, как сторож земской управы Ферапонт приносит барину на дом (в кабинет) бумаги на подпись. Зима, поэтому старик входит в ушанке, в тулупе, в валенках. На шапке и на плечах снег. Интуристы в восторге – Россия! А что сторож не может войти к барину в шапке и тулупе, что старика раздели бы и разули на дальних подступах (в прихожей, в людской) – этого немец не знает. Он не знает, что русский, православный, автоматически снимает шапку, входя в комнаты, даже если не к барину, а в избу. Но Штайн хотел показать ледяную Россию (вечный кошмар Европы). Если бы “Три сестры” поставили в немецком цирке, заснеженный Ферапонт в кабинет барина въехал бы на медведе. В богатом цирке – на белом медведе. Чехов не символист, не декадент. У него есть подтекст, но нет подмен. Когда Варя говорит Трофимову: “Петя, вот они, ваши калоши. (Со слезами.) И какие они у вас грязные, старые”, – подтекст, конечно, есть: “Как вы мне надоели! Как я несчастна!” Но подмены – типа кокетливого: “Можете взять ваши калоши, а если хотите – можете взять и меня” – этого нет. И быть не может. А если так сыграют (что не исключено), то образ Вари будет уничтожен. И ради чего? – ради того, чтобы несколько подростков гоготнули в последнем ряду? Трактовкам есть предел. Против прямых смыслов, прямых указаний текста не попрешь. Вот в “Трех сестрах” жена Андрея беспокоится: НАТАША. Мне кажется, Бобик нездоров. У Бобика нос холодный. Можно, конечно, дать ей в руки болонку по имени Бобик. Но если в пьесе точно указано, что Бобик – ребенок Андрея и Наташи, то: а) Бобик – не собачка; б) Наташа – не замаскированный мужчина; не трансвестит. …Так сколько же лет Раневской? В пьесе не сказано, но ответ прост. Чехов писал роль для Ольги Книппер, своей жены, подгонял под ее данные и дарование. Он знал все ее повадки, знал как женщину и как актрису, шил в точности по мерке, чтобы сидело “в облипочку”. Пьесу закончил осенью 1903-го. Ольге Книппер было 35 лет. Значит, Раневской столько же; замуж выскочила рано (в 18 уже родила Аню, возраст


дочери указан – 17). Она, как говорит ее брат, порочна. Лопахин, ожидая, волнуется помужски. Чехов очень хотел, чтоб и пьеса, и жена имели успех. Взрослые дети старят родителей. Чем моложе будет выглядеть Аня, тем лучше для Ольги Книппер. Драматург изо всех сил пытался по почте распределять роли. ЧЕХОВ – НЕМИРОВИЧУ-ДАНЧЕНКО 2 сентября 1903. Ялта Пьесу назову комедией. Роль матери возьмет Ольга, а кто будет играть дочку 17 лет, девочку, молодую и тоненькую, не берусь решать. ЧЕХОВ – ОЛЬГЕ КНИППЕР 14 октября 1903. Ялта Любовь Андреевну играть будешь ты. Аню должна играть непременно молоденькая актриса. ЧЕХОВ – НЕМИРОВИЧУ-ДАНЧЕНКО 2 ноября 1903. Ялта Аню может играть кто угодно, хотя бы совсем неизвестная актриса, лишь бы была молода, и походила на девочку, и говорила бы молодым, звонким голосом. Не вышло. Станиславский дал Аню своей жене, Марье Петровне, которой в это время было 37. Сценическая Аня стала на два года старше мамы. А Чехов и в следующих письмах настаивал: Аня все равно кто – лишь бы юная. Корсет и грим не спасают. Голос и пластика в 37 не те, что в 17. Раневская хороша собой, волнует. Лопахин торопливо объясняется ей: ЛОПАХИН. Вы все такая же великолепная. Ваш брат говорит про меня, что я хам, я кулак, но это мне решительно все равно. Хотелось бы только, чтобы вы мне верили по-прежнему, чтобы ваши удивительные, трогательные глаза глядели на меня, как прежде. Боже милосердный! Мой отец был крепостным у вашего деда и отца, но вы сделали для меня когда-то так много, что я забыл все и люблю вас, как родную... больше, чем родную. Такое страстное объяснение, да еще в присутствии ее брата и слуг. Как Лопахин повел бы себя, будь они наедине? Что-то между ними было. Что значит “забыл все и люблю вас больше, чем родную”? “Забыл все” звучит как “простил все”. Что он простил? Крепостное право? или измену? Ведь она в Париже жила с любовником, это все знают, даже Аня. Раневская – молодая, страстная женщина. И реплика Лопахина “узнает ли она меня?” – не ее инсульт, а его страх: как она на него посмотрит? есть ли надежда на возобновление волнующих отношений? Или он нацелился заграбастать поместье? Петя и волк В “Вишневом саде” есть две тайны, неразгаданные до сих пор. Первая тайна – почему Петя Трофимов решительно и полностью изменил свое мнение о Лопахине? Вот их диалог. ЛОПАХИН. Позвольте вас спросить, как вы обо мне понимаете? ТРОФИМОВ. Я, Ермолай Алексеич, так понимаю: вы богатый человек, будете скоро миллионером. Вот как в смысле обмена веществ нужен хищный зверь, который съедает все, что попадается ему на пути, так и ты нужен. (Все смеются.)


Это очень грубо. Похоже на хамство. Да еще в присутствии дам. В присутствии Раневской, которую Лопахин боготворит. Да еще этот переход с “вы” на “ты” для демонстрации откровенного презрения. И не просто хищником и зверем назвал, но и про обмен веществ добавил, желудочно-кишечный тракт подтянул. Хищный зверь – то есть санитар леса. Хорошо не сказал “червь” или “навозный жук”, которые тоже нужны для обмена веществ. А через три месяца: ТРОФИМОВ (Лопахину). У тебя тонкие, нежные пальцы, как у артиста, у тебя тонкая, нежная душа... Это “ты” – совершенно иное, восхищенное. Оба раза Трофимов абсолютно искренен. Петя не лицемер, он высказывается прямо и гордится своей прямотой. Можно было бы заподозрить, что он льстит миллионеру с какой-то целью. Но Петя денег не просит. Лопахин, услышав про нежную душу, сразу растаял; предлагает деньги и даже навязывает. Петя отказывается решительно и упрямо. ЛОПАХИН. Возьми у меня денег на дорогу. Предлагаю тебе взаймы, потому что могу. Зачем же нос драть? Я мужик... попросту. (Вынимает бумажник.) ТРОФИМОВ. Дай мне хоть двести тысяч, не возьму. “Хищный зверь” – не комплимент, это очень обидно и никому понравиться не может. Даже банкиру, даже бандиту. Ибо зверство, хищничество не считаются положительными качествами и теперь, тем более сто лет назад. “Хищный зверь” полностью исключает “нежную душу”. Менялся ли Лопахин? Нет, мы этого не видим. Его характер совершенно не меняется с начала до конца. Значит, изменился взгляд Пети. Да как радикально – на 180 градусов! А Чехов? Может быть, автор изменил мнение о персонаже? А за автором потянулись и герои? Взгляд Чехова на Лопахина измениться не может. Ибо Лопахин существует в мозгу Чехова. То есть Чехов знает о нем все. Знает с самого начала. Знает до начала. А Петя – узнает Лопахина постепенно, на этом пути может заблуждаться, обманываться. А мы? Наглядный пример разницы между знанием автора, зрителя и персонажа: Отелло не знает, что Яго – негодяй и клеветник. Отелло с ужасом поймет это только в финале, когда уже поздно (уже задушил жену). Знай он с самого начала – не было бы доверия, предательства, не было бы пьесы. Шекспир знает о Яго все до начала. Зритель узнает суть Яго очень быстро – так быстро, как того хочет Шекспир. Автору нужна реакция и персонажей, и зрителей: ах, вот оно что! Ах, вот он какой! Бывает, нарочно рисуют жуткого злодея, а под конец – глядь – он всеобщий благодетель. *** Лопахин – купец, нувориш (богач в первом поколении). Все прикидывался другом семьи, подкидывал помаленьку... РАНЕВСКАЯ. Ермолай Алексеич, дадите мне еще вза��мы! ЛОПАХИН. Слушаю. ...а потом – прав Петя – хищник взял верх, улучил момент и – хапнул; все оторопели. РАНЕВСКАЯ. Кто купил? ЛОПАХИН. Я купил! Эй, музыканты, играйте! Я желаю вас слушать! Приходите все смотреть, как Ермолай Лопахин хватит топором по вишневому


саду, как упадут на землю деревья! Настроим мы дач, и наши внуки и правнуки увидят тут новую жизнь! Музыка, играй отчетливо! Пускай все, как я желаю! За все могу заплатить! Вишневый сад мой! Мой! Правильно Гаев брезгливо говорит о Лопахине: “Хам”. (Странно, что Эфрос на роль хама-купца взял Поэта – Высоцкого – грубияна с тончайшей, звенящей душой.) Лопахин простодушно признается: ЛОПАХИН (горничной Дуняше). Читал вот книгу и ничего не понял. Читал и заснул... (Гаеву и Раневской). Мой папаша был мужик, идиот, ничего не понимал... В сущности, и я такой же болван и идиот. Ничему не обучался. Нередко богач говорит о книгах с презрением, свысока. Бравирует: “читал и не понял” – звучит так: мол, чепуха все это. Лопахин – хищник! Сперва, конечно, изображал заботу, сопереживал, а потом раскрыл себя – хапнул и в угаре куражился: приходите, мол, поглядеть, как хвачу топором по вишневому саду. Тонкая душа? А Варя (приемная дочь Раневской)? Он же был общепризнанный жених, подал надежду и – обманул, не женился, а перед тем, не исключено, что попользовался, – вон она, плачет... Тонкая душа? Нет – зверь, хищник, самец. Может, в нем и было что-то хорошее, но потом инстинкт, рвач взяли верх. Ишь как орет: “Вишневый сад мой! Мой!” *** Что же случилось? Почему Петя так круто развернулся? Ни в одном спектакле не была разгадана эта тайна. А может, режиссеры и не видели тут никакой тайны. Большинству главное – создать атмосфэру, тут не до логики. Уже догадавшись, позвонил Смелянскому – крупнейшему теоретику, знатоку театральной истории, завлиту Художественного театра: – Что случилось с Петей? Почему сперва “хищник”, а потом “нежная душа”? – Это, понимаешь, резкое усложнение образа. “Усложнение образа” – выражение роскошное, литературотеатроведческое, но ничего не объясняющее. Зачем усложнять Петю в последнюю минуту? Финал не ему посвящен. Уже конец, сейчас разъедутся навсегда, никакого развития это уже иметь не будет; заставить нас переоценить все, что было до сих пор, – невозможно, остались секунды. Поэзия эгоизма Вторая тайна – почему Раневская забирает себе все деньги (чтобы промотать их в Париже), а никто – ни брат, ни дочери – не протестуют, оставаясь нищими и бездомными? ...Когда вплотную подступили торги, богатая “ярославская бабушка-графиня” прислала 15 тысяч, чтобы выкупить имение на имя Ани, но этих денег не хватило бы и на уплату процентов. Купил Лопахин. Бабушкины деньги остались целы. И вот финал: хозяева уезжают, вещи собраны, через 5 минут забьют Фирса. РАНЕВСКАЯ (Ане). Девочка моя... Я уезжаю в Париж, буду жить там (с любовником-негодяем. – А.М.) на те деньги, которые прислала твоя ярославская бабушка на покупку имения – да здравствует бабушка! – А денег этих хватит ненадолго. АНЯ. Ты, мама, вернешься скоро, скоро, не правда ли? (Целует матери руки.) Это круто! Ане не три года, ей 17. Она уже знает что почем. Деньги бабушка прислала ей, любимой внучке (Раневскую богатая графиня не любит). А мамочка


забирает все подчистую и – в Париж к хахалю. Оставляет в России брата и дочерей без единой копейки. Аня – если уж о себе говорить совестно – могла бы сказать: “Мама, а как же дядя?” Гаев – если уж о себе говорить совестно – мог бы сказать сестре: “Люба, а как же Аня?” Нет, ничего такого не происходит. Никто не возмущается, хотя это грабеж средь бела дня. А дочь даже целует руки мамочке. Как понять их покорность? Варя – приемная дочь, ее права меньше. Но она не молчала, когда дело касалось всего лишь пяти рублей. РАНЕВСКАЯ. Серебра нет... Все равно, вот вам золотой... ПРОХОЖИЙ. Чувствительно вам благодарен! ВАРЯ. Я уйду... Ах, мамочка, дома людям есть нечего, а вы ему отдали золотой. Варя публично упрекнула мамочку, когда та подала нищему слишком много. А про 15 тысяч молчит. И как понять Раневскую? – это же какой-то чудовищный, запредельный эгоизм, бессердечие. Впрочем, ее высокие чувства существуют рядом с десертом. РАНЕВСКАЯ. Видит бог, я люблю родину, люблю нежно, я не могла смотреть из вагона, все плакала. (Сквозь слезы.) Однако же надо пить кофе. *** Когда вдруг эти тайны разгадались, то первым делом пришли сомнения: не может быть, чтобы раньше никто этого не заметил. Неужели все режиссеры мира, включая таких гениев, как Станиславский, Эфрос... Не может быть! Неужели тончайший, волшебный Эфрос не увидел? Но если б он увидел, то это было бы в его спектакле. А значит, мы бы это увидели на сцене. Но этого не было. Или было, а я просмотрел, проглядел, не понял? Эфрос не увидел?! Он так много видел, что из театра я летел домой проверить: неужели такое написано у Чехова?! Да, написано. Не видел, не понимал, пока Эфрос не открыл мне глаза. И многим, многим. Его спектакль “Вишневый сад” перевернул мнение об актерах Таганки. Кто-то считал их марионетками Любимова, а тут они раскрылись как тончайшие мастера психологического театра. Так стало невтерпеж, что узнать захотелось немедленно. Была полночь. Эфрос на том свете. Высоцкий (игравший Лопахина в спектакле Эфроса) на том свете. Кому позвонить? Демидовой! Она у Эфроса гениально играла Раневскую. Время позднее, последний раз мы разговаривали лет 10 назад. Поймет ли, кто звонит? Разгневается ли на полночный звонок или подумает, что сумасшедший?.. Время шло, становилось все позднее, все неприличнее (вдобавок отчество вылетело из головы), а подождать до завтра – невозможно. Эх, была не была: – Алла, здравствуйте, извините, ради бога, за поздний звонок. – Да, Саша. Что случилось? – Я насчет “Вишневого сада”. Вы у Эфроса играли Раневскую и... Но если сейчас неудобно, может быть, я завтра... – О “Вишневом саде” я готова говорить до утра. Я сказал про 15 тысяч, про бабушку, про дочерей и брата, которые остаются без копейки, и спросил: “Как вы могли забрать все деньги и уехать в Париж? Такой эгоизм! И почему они стерпели?” Демидова ответила не задумываясь: – Ах, Саша, но это же поэтический театр! В голосе звучал упрек. Слышно было, что она огорчена таким низменным и примитивным отношением к “Вишневому саду”. Или это отношение Раневской, не знающей цены деньгам.


*** Поэтический театр? Но вся пьеса – бесконечные разговоры о деньгах, долгах, процентах. АНЯ. ...ни копейки... лакеям на чай дает по рублю... заплатили проценты? ВАРЯ. В августе будут продавать имение... Выдать бы тебя за богатого. ЛОПАХИН. Вишневый сад продается за долги. На 22 августа назначены торги... Если сдадите участки под дачи – будете иметь 25 тысяч в год дохода... По 25 рублей за десятину. ПИЩИК. Одолжите мне 240 рублей. По закладной платить нечем. ГАЕВ. Сад продадут за долги... Хорошо бы выдать Аню за богатого... Хорошо бы занять под вексель. РАНЕВСКАЯ. Варя из экономии кормит всех одним горохом... Муж мой страшно пил... На несчастье я полюбила другого, сошлась... Дачу возле Ментоны я продала. Он обобрал меня, бросил, сошелся с другой... Дворянка могла бы сказать “ограбил”, но “обобрал”, “сошлась” – совсем не поэтично. ПИЩИК. Послезавтра 310 рублей платить... РАНЕВСКАЯ. Бабушка прислала 15 тысяч. ВАРЯ. Хоть бы 100 рублей – ушла бы, куда глаза глядят. ПИЩИК. 180 рубликов займите мне. ГАЕВ (Раневской). Ты отдала им кошелек, Люба! Так нельзя! ПИЩИК. Лошадь – хороший зверь, лошадь продать можно. Для него и лошадь – только деньги. ЛОПАХИН. 8 рублей бутылка. ПИЩИК. Получи 400 рублей... За мной остается 840. ЛОПАХИН. Я теперь заработал 40 тысяч... Боюсь утомить. Если выписать все реплики о деньгах и процентах – никакого места не хватит. *** Главная тема “Вишневого сада” – грозно надвигающаяся продажа имения. И катастрофа – продано! Десятью годами раньше Чехов написал “Дядю Ваню”. Там всего лишь слова о предполагаемой продаже имения вызвали безобразный, безобразно-натуральный скандал, оскорбления, вопли, рыдания, истерики, даже прямую попытку убить профессора за намерение продать. Дядя Ваня стреляет – дважды! – в профессора. И дважды промахивается. А в поэтическом театре всегда попадают и – наповал. (Бедный Ленский.) ...Чехов – практикующий врач, и часто – в бедной, нищей среде. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 27 октября 1892. Мелихово За это лето я так насобачился лечить поносы, рвоты и всякие холерины, что даже сам прихожу в восторг: утром начну, а к вечеру уж готово – больной жрать просит. Врач знает, как устроен человек и что действует на его поведение. Потому что на поведение влияют не только высокие мысли, но и низкие болезни (например, кровавый понос). Перед доктором не стесняются. Перед доктором обнажаются (во всех смыслах и ракурсах). Ему не надо выдумывать; он насмотрелся и наслушался.


ЧЕХОВ – РОССОЛИМО 11 октября 1899. Ялта Занятия медицинскими науками имели серьезные влияния на мою литературную деятельность; обогатили меня знаниями, истинную цену которых для меня, как для писателя, может понять только тот, кто сам врач… Благодаря близости к медицине, мне удалось избегнуть многих ошибок. Знакомство с естественными науками всегда держало меня настороже, и я старался, где было возможно, соображаться с научными данными, а где невозможно – предпочитал не писать вовсе. *** Поэтический театр – что это? Порхающий лиризм, лунные ванны, несуразные чувства, кудри, отсутствие бытовой логики, лютики вместо логики? Если докапываться до логики – хрупкая поэзия не выдержит. Не надо доискиваться, иначе получится бытовой театр. Тем более, если великие не нашли – значит, и не надо. Поэтический? Разве Чехов писал высокую трагедию? Патетическую драму? Нет, “Вишневый сад” – комедия. Чехов настаивал: комедия с элементами фарса. И опасался (в письмах), что Немирович-Данченко рассердится на фарсовость. Так Сальери сердился на легкомыслие Моцарта: “Ты, Моцарт, Бог и сам того не знаешь” – то есть как воробей начирикал, сам не понимая что. “Вишневый сад” – пьеса бытовая. Чего бояться? Бытовая – не значит мелкая. Быт трагичен. Большинство умирает не на амбразуре, не на дуэли, не на “Варяге”, даже не на сцене – в быту. Блок – да, поэтический театр. Потому-то его нигде и не ставят. А Чехов – мясо! ЧЕХОВ – ЛЕЙКИНУ 27 июня 1884. Воскресенск Вскрывал я вместе с уездным врачом на поле, на проселочной дороге. Покойник “не тутошний”, и мужики, на земле которых было найдено тело, Христом Богом, со слезами молили нас, чтоб мы не вскрывали в их деревне… Убитый – фабричный. Шел он из тухловского трактира с бочонком водки. Тухловский трактирщик, не имеющий права продажи на вынос, дабы стушевать улики, украл у мертвеца бочонок… Вы возмущаетесь осмотром кормилиц. А осмотр проституток? Если медицинской полиции можно, не оскорбляя личности торгующего, свидетельствовать яблоки и окороки, то почему же нельзя оглядеть и товар кормилиц или проституток? Кто боится оскорбить, тот пусть не покупает. “Деньги?! – фи!” Нет, не “фи”. Чехов в письмах постоянно тревожится о деньгах, просит денег, скрупулезно подсчитывает: почем квартира, сколько за строчку, проценты, долги, цены. (Многие письма Пушкина полны тех же мучений; не поэтичны; долги душили.) ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 24 июля 1891. Богимово Спасибо за пятачковую прибавку. Увы, ей не поправить моих дел. Чтобы вынырнуть из пучины грошовых забот и мелких страхов, для меня остался только один способ – безнравственный. Жениться на богатой. А так как это невозможно, то я махнул на свои дела рукой.


И в покупке-продаже имений он тоже профессионал. Несколько раз покупал, долго искал, приценивался, торговался. Покупал-то не на шальные – на заработанные. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 18 декабря 1893. (За 10 лет до премьеры “Вишневого сада”.) При покупке имения я остался должен бывшему владельцу три тысячи и выдал ему закладную на сию сумму. В ноябре я получил письмо: если уплачу по закладной теперь, то мне уступят 700 р. Предложение выгодное. Во-первых, имение стоит не 13 тысяч, а 12 300, а во-вторых, процентов не платить. Усматривая “поэзию” там, где ее нет, театр облегчает себе жизнь. – Почему так поступает героиня? – А черт ее знает! Это, видите ли, поэтический театр. А “Маленькие трагедии”? “Скупой рыцарь” – разве не поэтический театр? А там все говорят только о деньгах, считают деньги, травят и убивают за деньги. “Моцарт и Сальери” – признанный шедевр поэзии. А там травят и убивают из зависти – поэтическое ли это чувство? Как играть зависть поэтически? Как дымку, розовый туман? Завывая, как плохая Баба Яга на детском утреннике? Чехов не считал, что занимается поэтическим театром. Он крайне заботился о логике образов. И очень трезво (как могут только врачи) смотрел на современников – на все классы и прослойки. Называть его пьесы поэтическими – значит прямо заявлять: Чехов не понимал, что делал. Бессознательный гений; или, как говорит Сальери о Моцарте, – гуляка праздный. Времена и нравы В центре Москвы женщина (с виду нерусская, с акцентом) призналась: – У меня нет настоящего паспорта. Она сказала это громко; и не на допросе в милиции, не спьяну, не прося милостыню (хотя вряд ли лицо чужой национальности разжалобит москвича сообщением, что живет по фальшивым документам). Слышали многие. Самое любопытное, что эта грустная тетка с несуразным именем Шарлотта почему-то была совершенно уверена, что никто не донесет. И что за глупую свою откровенность не окажется она через 10 минут в “воронке”, где придется откупаться деньгами, а может, и еще чем-то (если ее сочтут достаточно симпатичной). И, действительно, никто не донес, хотя слышали ее несколько сотен человек. Шарлотта с фальшивым паспортом съездила в Париж – из России (из тюрьмы народов, из полицейского государства) во Францию и обратно. Шарлотта – на сцене; там только что кончился XIX век. Мы – в зале; у нас начался двадцать первый. В Москве сразу в четырех театрах “Вишневые сады”. Порой совпадают два-три в один вечер. Зачем нам они? ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 1 августа 1892 года. Мелихово ...зачем лгать народу? Зачем уверять его, что он прав в своем невежестве и что его грубые предрассудки – святая истина? Неужели прекрасное будущее может искупить эту подлую ложь? Будь я политиком, никогда бы я не решился позорить свое настоящее ради будущего, хотя бы мне за золотник* подлой лжи обещали сто пудов блаженства. Мы стали другими. Жизнь иная, время иное, быт, воспитание, отношение к детям, к женщинам, к старикам. Все стало по-Яшиному: грубо, по-лакейски.


ФИРС. В прежнее время, лет сорок-пятьдесят назад, вишню сушили, мочили, мариновали, варенье варили... И, бывало, сушеную вишню возами отправляли в Москву и в Харьков. Денег было! И сушеная вишня тогда была мягкая, сочная, сладкая, душистая... Способ тогда знали... ЯША (87-летнему Фирсу). Надоел ты, дед. Хоть бы ты поскорее подох. Господи! это какой же должен быть сад, чтоб сушеную (!) отправлять возами… *** Прежде люди разговаривали, вечерами читали вслух, играли домашние спектакли... Теперь – смотрят, как в телевизоре (фальшивя и халтуря) болтают другие. Пушкин ехал один из Москвы в Петербург, в Одессу, на Кавказ, в Оренбург по следам Пугачева... Сядь он в “Красную стрелу” – к нему немедленно подсел бы шоумен, ньюсмейкер, продюсер Хлестаков: – Александр Сергеич! Ну как, брат? Пушкин ехал один. Мало того – он думал, больше делать ему было нечего; не со спиной же ямщика говорить. Попутчики, радио и ТВ не оставляют возможности думать. Чехов часть дороги на Сахалин проделал с попутчиками-поручиками и очень страдал от пустых разговоров (жаловался в письмах). …Персонажи “Вишневого сада” – дворяне, купцы... Для Чехова это были друзья, знакомые – окружающая среда. Потом ее не стало. Дворян и купцов не стало 88 лет назад. Их отменили. В пьесе дворяне есть, а в жизни нет. Какие же они будут на сцене? Выдуманные. Все равно как рыбки играли бы спектакль о птичках. Рассуждали бы о полетах, шевеля жабрами. У Булгакова в “Театральном романе” молодой драматург рассматривает в фойе Художественного театра портреты основоположников, корифеев, артистов… Вдруг с изумлением натыкается на портрет генерала. – А это кто? – Генерал-майор Клавдий Александрович Комаровский-Эшаппар де Бионкур, командир лейб-гвардии уланского Его Величества полка. – Какие же роли он играл? – Царей, полководцев и камердинеров в богатых домах… Ну, натурально, манеры у нас, сами понимаете. А он все насквозь знал, даме ли платок, налить ли вина, по-французски говорил идеально, лучше французов. “Манеры у нас, сами понимаете...” Разговор происходит в 1920-х, но генерал поступил в театр при царе. Даже тогда надо было показывать актерам, как подают платок аристократы. Сегодня, зайдя в наш театр (большой ли, маленький ли), русские бояре не узнали бы себя. Так Иван Грозный не узнал себя в трусливом управдоме. Ведь и мы не узнаем себя (русских, советских) в тупых неуклюжих идиотах из голливудских фильмов. Почти сто лет не было дворян, купцов. Они остались в учебниках, в раз и навсегда утвержденном школьном лубке. Купец – жадный, жестокий, грубый самодур Дикой (душевные движения ему неведомы, брак по любви отвергает). Дворянка – жеманная, лицемерная, глупая, пустая кукла. Купцов и дворян не стало, а лакеи остались. И обо всех судили по себе – полакейски. Эти лакеи, желая угодить новым господам (тоже лакеям), изображали уничтоженных (отмененных) глумливо, пошло, карикатурно. И от этих трактовок – а с 1930-х они уже вбивались с детсада – не был свободен никто. И купец в советском театре всегда был Дикой и никогда Третьяков (чья галерея).


До сих пор пользуемся: Боткинская больница, Морозовская (и много еще) построены купцами для бедных , а не VIP-клубы и фитнес-центры. Не всякий царь столько построил для людей. Советская власть кончилась в 1991-м. Вернулся капитализм. А дворяне и купцы? Они же не ждали за кулисами команды “на сцену!”. Они умерли. И культура их умерла. Язык остался почти русский. Но понятия... Само слово “понятия” 100 лет назад относилось к чести и справедливости, а теперь к грабежу и убийству. 30 лет назад Юрий Лотман написал “Комментарий к “Евгению Онегину” – пособие для учителя”. В начале сказано: “Объяснять то, что читателю и так понятно, означает, во-первых, бесполезно увеличивать объем книги, а во-вторых, оскорблять читателя уничижительным представлением о его литературном кругозоре. Взрослому человеку и специалисту читать объяснения, рассчитанные на школьника 5-го класса, бесполезно и обидно”. Предупредив, что понятное объяснять не будет, Лотман продолжает: “Большая группа лексически непонятных современному читателю слов в “Евгении Онегине” относится к предметам и явлениям быта как вещественного (бытовые предметы, одежда, еда, вино и пр.), так и нравственного (понятия чести)”. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 9 декабря 1890 года. Москва Хорош Божий свет. Одно только не хорошо: мы. Как мало в нас справедливости и смирения, как дурно понимаем мы патриотизм! Мы, говорят в газетах, любим нашу великую родину, но в чем выражается эта любовь? Вместо знаний – нахальство и самомнение паче меры, вместо труда – лень и свинство, справедливости нет, понятие о чести не идет дальше “чести мундира”, мундира, который служит обыденным украшением наших скамей для подсудимых. (“оборотни”. – А.М.) Работать надо, а все остальное к черту. Главное – надо быть справедливым, а остальное все приложится. Значит, еще (или уже) в 1975 году приходилось объяснять учителям , что такое ментик, Клико и честь. За те же годы загрязнилась вода в Москве-реке, рыбки изменились до неузнаваемости, до ужаса: когти, клыки, слепые глаза... А мы, что ли, те же? А, может, мы все-таки те же?.. ...Потом маятник качнулся – начали поэтизировать дворянство. Все дамы XIX века стали женами декабристов. Все мужчины – Андреями Болконскими. Кого ж это Пушкин называл “светской чернью”, “светской сволочью”? Кто проигрывал в карты рабов? Кто травил крестьянских детей собаками, содержал гаремы? Кто довел мужичков до такой злобы, что, поймав белого офицера, вместо того чтобы гуманно шлепнуть**, они сажали его на кол? Внутренний, порой не осознанный протест советского человека против идеологии порождал восхищение дворянами. Точно по Окуджаве: …Следом дуэлянты, флигель-адъютанты. Блещут эполеты. Все они красавцы, все они таланты, Все они поэты. Не все. В 1826-м, когда пятеро декабристов были повешены, а 121 – угнан на каторгу, в России было 435 тысяч дворян мужескаго пола. Герои и поэты составляли три сотых процента (0,03%) аристократии. Не станем считать их долю в народном море.


Чехов не поэтизировал современников. Ни дворян, ни народ, ни интеллигенцию, ни братьев по перу. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 3 марта 1892 года. Москва Что за ужас иметь дело со лгунами! Продавец художник (Чехов покупал у него имение. – А.М.) лжет, лжет, лжет без надобности, глупо – в результате ежедневные разочарования. Каждую минуту ожидаешь новых обманов, отсюда раздражение. Привыкли писать и говорить, что только купцы обмеривают да обвешивают, а поглядели бы на дворян! Глядеть гнусно. Это не люди, а обыкновенные кулаки, даже хуже кулаков, ибо мужик-кулак берет и работает, а мой художник берет и только жрет да бранится с прислугой. Можете себе представить, с самого лета лошади не видели ни одного зерна овса, ни клочка сена, а жрут одну только солому, хотя работают за десятерых. Корова не дает молока, потому что голодна. Жена и любовница живут под одной крышей. Дети грязны и оборваны. Вонь от кошек. Клопы и громадные тараканы. Художник делает вид, что предан мне всей душой, и в то же время учит мужиков обманывать меня. Вообще чепуха и пошлость. Гадко, что вся эта голодная и грязная сволочь думает, что и я так же дрожу над копейкой, как она, и что я тоже не прочь надуть. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 27 декабря 1889 года. Москва Современные лучшие писатели, которых я люблю, служат злу, так как разрушают. Одни из них… (грубые слова. – А.М.) Другие же… (грубые слова. – А.М.) Непресыщенные телом, но уж пресыщенные духом, изощряют свою фантазию до зеленых чертиков. Компрометируют в глазах толпы науку, третируют с высоты писательского величия совесть, свободу, любовь, честь, нравственность, вселяя в толпу уверенность, что все то, что сдерживает в ней зверя и отличает ее от собаки и что добыто путем вековой борьбы с природою, легко может быть дискредитировано. Неужели подобные авторы заставляют искать лучшего, заставляют думать и признавать, что скверное действительно скверно? Нет, в России они помогают дьяволу размножать слизняков и мокриц, которых мы называем интеллигентами. Вялая, апатичная, ленивофилософствующая, холодная интеллигенция, которая не патриотична, уныла, бесцветна, которая брюзжит и охотно отрицает ВСЕ, так как для ленивого мозга легче отрицать, чем утверждать; которая не женится и отказывается воспитывать детей и т.д. И все это в силу того, что жизнь не имеет смысла, что у женщин… (грубое слово. – А.М.) и что деньги – зло. Где вырождение и апатия, там половое извращение, холодный разврат, выкидыши, ранняя старость, брюзжащая молодость, там падение искусств, равнодушие к науке, там НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ во всей своей форме. Общество, которое не верует в Бога, но боится примет и черта, не смеет и заикаться о том, что оно знакомо с справедливостью. В “Вишневом саде” ветхий Фирс мечтательно вспоминает крепостное право, отмененное 40 лет назад. ЧЕХОВ – ЛЕОНТЬЕВУ 22 марта 1890 года. Москва Понять, что Вы имеете в виду какую-либо мудреную, высшую нравственность, я не могу, так как нет ни низших, ни высших, ни средних нравственностей, а есть только одна, а именно та, которая дала нам во время оно


Иисуса Христа и которая теперь мне, Вам мешает красть, оскорблять, лгать и проч. ФИРС. Перед несчастьем тоже было... ЛОПАХИН. Перед каким несчастьем? ФИРС. Перед волей. Тогда я не согласился на волю, остался при господах... И помню, все рады, а чему рады, и сами не знают… А теперь все враздробь, не поймешь ничего. Типичный советский человек – горюет о порядке, о временах Брежнева, Сталина, печалится об упадке. ФИРС. Прежде у нас на балах танцевали генералы, бароны, адмиралы, а теперь посылаем за почтовым чиновником и начальником станции, да и те не в охотку идут. ЯША. Надоел ты, дед. Хоть бы ты поскорее подох. Да, раньше пойти в гости к профессору было почетно. А деликатесы в его семье никого не удивляли. И добиться успеха (тем более восторга) банка икры не могла. Потом 70 лет учили, что есть два класса: рабочие и крестьяне (колхозники), а интеллигенция – прослойка. Что интеллигенция крайне малочисленна – спору нет. Но почему она – прослойка между рабочим и колхозницей, понять нельзя. Доставать сервелат профессура (прослойка) не умела. Пока выдавали – хорошо. Перестали выдавать – в холодильнике стало пусто. И блатная блондинка за углом ошеломляет профессорскую семью палкой сервелата, куском грудинки – плодами обвеса, обсчета. Теперь деликатесы уже не дефицит. Теперь эти способные блондинки и блондины вышли из-за угла. Они умели в советское время решать свои гастрономические проблемы. Оказалось – в новых условиях, – что точно так же можно устроить и карьеру, вплоть до Кремля. Долго жили при социализме. Отвыкли от капитализма. Зато сейчас все прежнее – долги, торги, проценты, векселя – ожило. Огромный слой людей оказался готов к новой жизни. ТРОФИМОВ. Я свободный человек. Я силен и горд. Человечество идет к высшей правде, к высшему счастью, какое только возможно на земле, и я в первых рядах! ЛОПАХИН. Дойдешь? ТРОФИМОВ. Дойду… или укажу другим путь, как дойти. АНЯ (радостно). Прощай, старая жизнь! ТРОФИМОВ (радостно). Здравствуй, новая жизнь!.. Молодые убегают, взявшись за руки, спустя минуту забивают Фирса. Гаев и Раневская плачут от безысходности. Молодость позади, работать не умеют, мир их рушится буквально (Лопахин приказал снести старый дом)... Но другие – они молоды, здоровы, образованны. Почему безысходность и бедность, почему не могут содержать имение? Не могут работать? Мир изменился, квартплата выросла, учителям платят мало, инженеры не нужны. Жизнь вытесняет их. Куда? Принято говорить “на обочину”. Но мы же понимаем, что если жизнь вытесняет кого-то – она вытесняет в смерть , в могилу. Не каждый может приспособиться, не каждый способен стать челноком или охранником. Вымирают читатели. Лучшие в мире читатели умерли: 25 миллионов за 25 лет. Остальные забыли (“никто не помнит”), что можно было жить иначе: читать другие книги, смотреть другие фильмы. Под нами все та же Среднерусская возвышенность. Но какая она стала низменная.


Территория не решает. Выселенный с Арбата Окуджава прошелся как-то по бывшей своей улице и увидал, что все здесь по-прежнему. Кроме людей. Здесь так же полыхают густые краски зим, Но ходят оккупанты в мой зоомагазин! Хозяйская походка, надменные уста. Ах, флора там все та же, да фауна не та! Оккупанты, фауна – это не о немцах. И не о советских, не о русских и даже не о новых русских. Это стихи 1982-го. Это о номенклатуре, она – не люди. Территория та же, а людей – нет. Не хотят жить по-новому …Май. (I акт.) Вишня в цвету. Раневская вернулась из Парижа. Семья разорена. ЛОПАХИН. Не беспокойтесь, моя дорогая, выход есть! Если вишневый сад и землю по реке разбить на дачные участки – вы будете иметь самое малое двадцать пять тысяч в год дохода. Вы будете брать с дачников самое малое по двадцать пять рублей в год за десятину, я ручаюсь чем угодно, у вас до осени не останется ни одного свободного клочка, все разберут. Местоположение чудесное, река глубокая. Только нужно cнести этот дом, который уже никуда не годится, вырубить старый вишневый сад. РАНЕВСКАЯ. Вырубить?! Милый мой, простите, вы ничего не понимаете. Сад для них – живой. Срубить – как отрубить руку. Деревья для них – часть жизни, часть тела, часть души. Потому им мерещится: РАНЕВСКАЯ. Посмотрите, покойная мама в белом платье идет по саду... Нет, мне показалось, там в конце аллеи дерево, покрытое белыми цветами. Как же это вырубить? Как можно согласиться, что все это стало ненужным. И сад не нужен, и люди не нужны – наступает время молодых людоедов. …Июль.(II акт.) Катастрофа приближается. ЛОПАХИН. Вам говорят русским языком, имение ваше продается, а вы точно не понимаете. РАНЕВСКАЯ. Что же нам делать? Научите, что? ЛОПАХИН. Я вас каждый день учу. И вишневый сад и землю необходимо отдать в аренду под дачи; поскорее – аукцион на носу! Поймите! Раз окончательно решите, чтобы были дачи, так денег вам дадут сколько угодно, и вы тогда спасены. РАНЕВСКАЯ. Дачи и дачники – это так пошло, простите. ГАЕВ. Совершенно с тобой согласен. ЛОПАХИН. Я или зарыдаю, или закричу, или в обморок упаду. Не могу! Вы меня замучили! (Гаеву.) Баба вы! Невозможно “резать на участки” (даже не зная, что будут пятиметровые заборы, что вместо Родины из окна будет видна стена с колючей проволокой). ЧЕХОВ – СТАНИСЛАВСКОМУ 23 ноября 1903. Ялта Дорогой Константин Сергеевич, в это время (в июле. – А.М.) коростель уже не кричит, лягушки тоже умолкают к этому времени. Кричит только иволга. Станиславский ужасно хотел создать атмосферу. А Чехов – чтобы было как в жизни. *** Характеры в “Вишневом саде” выношены. Не столько как плод беременности, сколько как старый пиджак. Они б/у.


Раневская – без мужа, порочная (отзыв родного брата!), живет с любовником на глазах у брата и взрослой дочери... Восемью годами раньше появилась Аркадина в “Чайке” – без мужа, живет с любовником на глазах у брата и взрослого сына. Петя режет правду-матку, а за 15 лет до него доктор в “Иванове” занимается тем же. Пищик – забавный и печальный сосед с глупой фамилией. И Вафля в “Дяде Ване” – забавный и печальный сосед; никто не помнит, что его зовут Илья Ильич. А еще раньше в пьесе “Леший” тоже был Илья Ильич по прозвищу Вафля. Вот финал “Дяди Вани”: СОНЯ. Мы, дядя Ваня, будем жить… Будем трудиться для других... и Бог сжалится над нами, и мы с тобою, дядя, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой – и отдохнем. Я верую, дядя, верую горячо, страстно... (Становится перед ним на колени и кладет голову на его руки.) Мы отдохнем! Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим все небо в алмазах, мы увидим, как все зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир... Я верую, верую... Бедный, бедный дядя Ваня, ты плачешь... (Сквозь слезы.) Ты не знал в своей жизни радостей, но погоди, дядя Ваня, погоди... Вот “Вишневый сад”: АНЯ. Мама!.. Мама, ты плачешь? Милая, добрая, хорошая моя мама, моя прекрасная, я люблю тебя... я благословляю тебя. Вишневый сад продан, его уже нет, это правда, правда, но не плачь, мама, у тебя осталась жизнь впереди, осталась твоя хорошая, чистая душа... Пойдем со мной, пойдем, милая, отсюда, пойдем!.. Мы насадим новый сад, ты увидишь его, поймешь, и радость, тихая, глубокая радость опустится на твою душу, как солнце в вечерний час, и ты улыбнешься, мама! Пойдем, милая! Пойдем!.. Я буду работать, тебе помогать. Мы, мама, будем вместе читать разные книги... Не правда ли? (Целует руки.) Мы будем читать в осенние вечера, прочтем много книг, и перед нами откроется новый, чудесный мир... Для полноты сходства добавим, что Соню в “Дяде Ване” и Аню в “Вишневом саде” играла одна и та же актриса – жена Станиславского. В “Дяде Ване” главную героиню мучает больной муж. ЕЛЕНА АНДРЕЕВНА (мужу). Ты меня замучил! (Через пять минут, дяде Ване.) Я замучилась с ним. Любовь Андреевну Раневскую в “Вишневом саде” мучает больной любовник. РАНЕВСКАЯ. Больной измучил меня. У них даже отчество совпадает; отец (автор) у них один. Для полноты сходства добавим, что обеих героинь играла одна и та же актриса – жена Чехова, очень больного человека, и притом писателя и врача, который в состоянии наблюдать собственные мучения и мучения близких. Наблюдать как бы со стороны – как материал для работы. Они (“вишневые”) и писались на уже разношенных актеров, которые триумфально сыграли “Чайку”, “Дядю Ваню”, “Три сестры”, – и Чехов уже наизусть знал все их ужимки, приемы, интонации, таланты. И когда писал “Вишневый сад” – писал для МХТ и видел, заранее видел, как Станиславский, Качалов, Москвин, Книппер будут играть. (Увы, его распределение не сбылось. Только Раневскую, как и хотел автор, сыграла его жена Ольга Книппер, и Петю – Качалов. Остальные роли были розданы прямо против воли создателя. Страдания автора трудно вообразить. Хотите за молодого черноусого красавца, а выдают вас за дряхлого старика.) ЧЕХОВ – МИХАИЛУ ЧЕХОВУ


4 февраля 1897. Мелихово Заливай искусал Шарика, последний не выдержал и издох. Продается семнадцатилетняя девушка Спектакль начинается. Появляются Лопахин и Дуняша, потом к ним присоединяется Епиходов, пустые разговоры о погоде, ахи, охи; наконец входят: Раневская, Аня, Гаев, Варя, Шарлотта, Пищик, Фирс, Яша и опять о погоде, опять болтовня ни о чем. ЕПИХОДОВ. Не могу одобрить нашего климата. Наш климат не может способствовать в самый раз. ШАРЛОТТА. Моя собачка и орехи кушает. ПИЩИК. Вы подумайте! Плачут, ахают, смеются, пьют кофе, жалуются на скрипучие сапоги, и только через 20 минут сценического времени (а это очень много) мы узнаем, какая туча над ними сгустилась, – узнаем главную тему. Сперва как увертюра возникает речь о деньгах, о расходах. И начинает эту пошлую тему Аня – самая юная, нежная, восторженная, наивная. Но оказывается, она замечает все: и мелкие мамины траты, и кто что заказывает в станционных буфетах. АНЯ (Варе, о матери). Дачу свою около Ментоны она уже продала, у нее ничего не осталось, ничего. У меня тоже не осталось ни копейки, едва доехали. И мама не понимает! Сядем на вокзале обедать, и она требует самое дорогое и на чай лакеям дает по рублю. Шарлотта тоже. Яша тоже требует себе порцию, просто ужасно. “Мама не понимает!” – это значит, что Аня и в Париже, и по дороге из Парижа не раз пыталась маму образумить. А та “не понимала”. Аня не повторяет чужие слова, не копирует ни маму, ни дядю. Это она сама соображает. Жизнь нищей дворянки горька, будущее туманно. И это их счастье, что туманно; им и в страшном сне не снится, что с ними через несколько лет сделают братцыматросики, что будет со всей их породой. *** Девочки – вот кто нам, зрителям, сообщает главную тему пьесы. До этого – никто ни полслова, ни полнамека. Боялись сказать. Так деликатные люди боятся говорить о здоровье смертельно больного. АНЯ. Ну что, как? Заплатили проценты? ВАРЯ. Где там. АНЯ. Боже мой, Боже мой... ВАРЯ. В августе будут продавать имение. В старом русском театре или в голливудском кино здесь грянул бы удар грома. Только тут от них, от детей, мы узнаем главное: имение – вишневый сад – выставлено на торги, уходит за долги. Аня и Варя, эти девушки (дети!) с ужасом смотрят в будущее. А спасение – в богатом муже: или Лопахин – для Вари, или вообще неизвестно кто – для Ани; лишь бы богатый. АНЯ (о Лопахине). Варя, он сделал предложение? ВАРЯ. Я так думаю, ничего у нас не выйдет... Хожу я душечка и все мечтаю. Выдать бы тебя за богатого человека. И это поэтическая мечта? Поэтическая жизнь? У девочек одинаковые житейские мечты: чтобы сестра вышла за богатого – спасла сад (жизнь) от продажи. Романтик Гаев, о котором все помнят (если помнят) только высокопарную речь про “многоуважаемый шкаф”, тоже мечтает спасти имение:


ГАЕВ (Ане и Варе). Я думаю, напрягаю мозги... Хорошо бы получить от кого-нибудь наследство, хорошо бы выдать нашу Аню за очень богатого человека... Как похожа мечта Гаева на мечту Вари. Значит, это обсуждается в семье: продажа Ани. И она – согласна. А разве не понимает, чем придется платить? Чуть позже: ГАЕВ (о Раневской). Она вышла за недворянина и вела себя нельзя сказать, чтобы очень добродетельно. Я ее очень люблю, но, надо сознаться, она порочна. Это чувствуется в ее малейшем движении… АНЯ. Милый дядя, тебе надо молчать. Что ты говорил только что про мою маму, про свою сестру? ГАЕВ. Да, да... Это ужасно! Боже мой! Боже, спаси меня!.. Кажется, вот можно будет устроить заем под векселя, чтобы заплатить проценты в банк. (Ане) Твоя мама поговорит с Лопахиным; он, конечно, ей не откажет... (многоточие Чехова. – А.М.) Честью моей, чем хочешь клянусь, имение не будет продано! АНЯ (со счастливым выражением лица). Какой ты хороший, дядя, какой умный! Я теперь покойна! Я счастлива! Это, знаете ли... назвал сестру порочной и тут же спланировал: пусть порочная сестра “поговорит” с Лопахиным – он, конечно, ей не откажет, м-да... и поклялся честью. И дочке эта идея очень понравилась. *** Девочки все понимают. Девочки не склонны молчать. Почему же в финале они молчат, когда Раневская решила их ограбить, оставить без гроша? РАНЕВСКАЯ. Я уезжаю в Париж, буду жить там на те деньги, которые прислала ярославская бабушка на покупку имения – да здравствует бабушка! И все смолчали?! И Гаев не воскликнул смущенно: “Люба! А как же Аня?!” И Аня не ахнула: “Мама! А как же дядя?!” Такие вежливые? Но даже из-за пяти рублей был скандал – Варя кричала: “Уйду, людям есть нечего!” Ай-ай-ай. Аристократ, провозглашает гордые идеалы, со слезами на глазах говорит о добре и справедливости, а готов продать любимую племянницу какому попало богачу, а сестру послать к тому, кого в лицо называет хамом… Аристократка забирает все деньги (которые принадлежат ее дочери) и – в Париж, к любовнику. Если аристократы такие, тогда уж лучше хам Лопахин. Включаем свет! Помните тайну: кто Лопахин – хищный зверь или нежная душа? Когда Петя прав и когда ошибается? Либо прав сперва, когда говорит “зверь”, а потом Лопахин его обманул, прикинулся нежной душой. Либо… Взгляд Пети может быть ошибочен. Взгляд Чехова – с гарантией верный. Следовательно, Петя прав, когда совпадает с Чеховым. Если Чехов считает Лопахина хищником, то Петя прав сперва. Если ж допустить, что Чехов считает купца “нежной душой”... Вот Лопахин приперся – купил вишневый сад, обмыл и (выпивший) додумался куражиться перед хозяйкой. Бывшей хозяйкой. РАНЕВСКАЯ. Кто купил? ЛОПАХИН. Я купил!.. Пришли мы на торги, там уже Дериганов (богач. – А.М.). У Леонида Андреича (у Гаева. – А.М.) было только пятнадцать тысяч, а Дериганов сверх долга сразу надавал тридцать. Вижу, дело такое, я схватился с ним, надавал сорок. Он сорок пять. Я пятьдесят пять. Он, значит, по пяти надбавляет, я по десяти... Ну, кончилось. Сверх долга я надавал девяносто, осталось за мной. Вишневый сад теперь мой! Мой! Если бы мой отец и дед встали


из гробов и посмотрели, как их Ермолай, битый, малограмотный Ермолай, который зимой босиком бегал, как этот самый Ермолай купил имение, прекраснее которого ничего нет на свете! Дальше он будет требовать музыки, грозить топором, безобразно орать: “За все могу заплатить!” – и за этим пьяным купеческим торжеством никто не заметит, что он им сказал. Он купил имение на аукционе и “сверх долга надавал девяносто тысяч”. Долг заберет себе банк, где имение было заложено. Все, что сверх долга, – получат владельцы. Он подарил им девяносто тысяч. (За полторы тысячи можно купить 40 гектаров с домом и прудом.) Они, подавленные горем, не услышали. Петя – услышал. И понял. И внутренне ахнул. Хищник уж точно нашел бы способ не переплачивать. Дал бы в долг под проценты и забрал бы потом имение за неуплату. Он искренне хотел им помочь. Три месяца повторял: “Радуйтесь, выход есть! – нарежьте сад на участки, отдайте под дачи...” И денег куча, и постоянный доход. Нет, они не смогли. И тогда он помог им против их воли. ФИРС. Способ тогда знали. РАНЕВСКАЯ. Где ж теперь этот способ? ФИРС. Забыли. Никто не помнит. Забыли, что есть доброта, деликатность... Лопахин не может сунуть денег Раневской. Он дает иначе. Если б не он, богач Дериганов купил бы задешево. Играют кулака: вот, мол, алчность победила в нем человека. Нет, человек непобедим. ЛОПАХИН. Я купил! Сверх долга надавал девяносто тысяч! Не удержался, похвастался; и ждал, что они обрадуются. Ждал всеобщего восторга. В спектаклях это место, эта реплика выглядит репликой дурака. Люди все потеряли и почему-то должны кричать “ура”. Но если бы зрителю стало ясно, что им, нищим (“людям есть нечего”), свалилось богатство (больше трех миллионов долларов по-нынешнему) – тогда понятно, чему они должны радоваться. Но они молчат. Сказать “спасибо” за 90 тысяч – мало. Чем платить? Натурой? Восклицать, что будут вечно обязаны? Да ему в тягость, если они будут считать себя обязанными. Сад им дороже денег. Старая жизнь дороже денег. Они теперь богаты, но – не рады. Нет, спасиба он от них не дождется. РАНЕВСКАЯ. Я в Париж, буду жить там на те пятнадцать тысяч, что прислала бабушка. То есть не на лопахинские. То есть не буду содержать одного любовника на деньги другого. Если про 90 тысяч не услышать, если не понять, кому они достанутся, тогда, выходит, Раневская оставляет своих близких нищенствовать. Это уж какая-то сверхстерва, а не просто эгоистка. Нет, у них остается 90 тысяч, и ей будет куда вернуться. И жить можно, и Аню в университет (в Лозанну), и Варе на приданое, и Гаеву на бильярд. Они Лопахину даже спасибо не сказали. Усадьба – все, деньги – ничто. Только Петя пробормотал комплимент нежной душе. Да и что они могли сказать? “Спасибо, что подарили девяносто тысяч”? Неловко. И они не сказали. И режиссеры не услышали.


Что он предлагает дачи, а Раневская и Гаев “не понимают”, – это прямо написано. А что Лопахин подарил капитал – не написано. Режиссеры в этом месте оказались так же глухи, как Гаев и Раневская. Даже Эфрос этого не заметил, никто не заметил. Деньги были не важны для советского человека, советского режиссера. А немцам, французам этого не понять. Если и заметят – не поверят; решат, что плохой перевод. ЧЕХОВ – О.Л.КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ 24 октября 1903 года. Ялта Дусик мой, лошадка, для чего переводить мою пьесу на французский язык? Ведь это дико, французы ничего не поймут из Ермолая, из продажи имения и только будут скучать. А у нас сейчас все прежнее – долги, торги, проценты, векселя – ожило. Выселение за долги – теперь это опять понятно. И передел собственности – это теперь живая жизнь, главная тема, национальная идея. Тайна Лопахина А кто главный герой “Вишневого сада”? Чаще всего отвечают: Раневская. Но главный герой – Лопахин. Пятый номер в списке действующих лиц. Но первая реплика – его! С него начинается пьеса. ЛОПАХИН. Любовь Андреевна прожила за границей пять лет. Не знаю, какая она теперь стала... Хороший она человек. Легкий, простой человек. Помню, когда я был мальчонком лет пятнадцати, отец мой покойный ударил меня по лицу кулаком, кровь пошла из носу... он выпивши был. Любовь Андреевна, как сейчас помню, еще молоденькая, такая худенькая, подвела меня к рукомойнику. “Не плачь, говорит, мужичок, до свадьбы заживет...” Это он перед господской горничной откровенничает. Сильно надо разволноваться… Проще не бывает. В 15 лет он влюбился в Раневскую, когда она ему морду мыла, в кровь разбитую отцом. Ей было немногим больше двадцати. Он запомнил ее слова “не плачь, мужичок”. Они сидят у него в мозгу – “как сейчас помню” – так у каждого из нас в памяти (в душе) отпечатаны ярчайшие мгновения жизни, странные, иногда стыдные, иногда пустяковые, но почему-то невероятно важные (раз уж помним до смерти) – чей-то взгляд, чья-то фраза, чье-то прикосновение. Теперь этот босоногий подросток разбогател, а господа разорились. И вот он слышит, как она страдает. РАНЕВСКАЯ. Пощадите меня. Ведь я родилась здесь, здесь жили мои отец и мать, мой дед. Я люблю этот дом, без вишневого сада я не понимаю своей жизни, и если уж так нужно продавать, то продавайте и меня вместе с садом... Он слышал, как она говорит “продавайте и меня вместе с садом”, и понял (ошибочно!), что можно купить сад вместе с ней, что она придача к даче. Ан нет. Фауна не та. Всякий раз, как он приставал со своим планом, господа морщились. ЛОПАХИН. Не беспокойтесь, моя дорогая, выход есть. Если вишневый сад и землю по реке разбить на дачные участки и отдавать потом в аренду под дачи, то вы будете иметь самое малое двадцать пять тысяч в год дохода. ГАЕВ. Извините, какая чепуха! ЛОПАХИН. Вы будете брать с дачников самое малое по двадцать пять рублей в год за десятину… Поздравляю! Только нужно вырубить старый вишневый сад...


РАНЕВСКАЯ. Вырубить?! Милый мой, простите, вы ничего не понимаете. Если во всей губернии есть что-нибудь интересное, даже замечательное, так это только наш вишневый сад. ЛОПАХИН. Замечательного в этом саду только то, что он очень большой. Вишня родится раз в два года, да и ту девать некуда, никто не покупает. Она – о душе, он – о рентабельности, о капитализации. Они говорят на разных языках. А он этого не понимает, настаивает; два месяца подряд настаивает: ЛОПАХИН. Я вас каждый день учу. Каждый день я говорю все одно и то же. И вишневый сад, и землю необходимо отдать в аренду под дачи. Денег вам дадут сколько угодно, и вы тогда спасены. РАНЕВСКАЯ. Дачи и дачники – это так пошло, простите. Каждый раз господа добавляют “простите”, “извините”, но сути это не меняет. Они деликатны, не хотят оскорбить, не говорят в лицо “пошляк”, а говорят, что идея его пошлая, дачи – пошлость. В их глазах он пошляк, моветон. Душа у него есть, и, может, побольше господской. Но светскости нет, он не так себя ведет. И в университетах не учился. Не знает даже слова пошлость. Пошлый – общеизвестный и надокучивший, неприличный, почитаемый грубым, простым, низким, подлым; вульгарный, тривиальный. Словарь Даля. *** А потом он купил и ликовал, слепец. РАНЕВСКАЯ. Кто купил? ЛОПАХИН. Я купил. Пауза. Любовь Андреевна угнетена; она упала бы, если бы не стояла возле кресла и стола. Варя снимает с пояса ключи, бросает их на пол, посреди гостиной, и уходит. Это ремарка автора. “Пауза” – пишет Чехов. Лопахин молчит, ждет небось криков “ура”. “Раневская угнетена”, – пишет Чехов. Но Лопахин не заметил или решил, что она еще не поняла, как все прекрасно складывается. Сейчас он ей объяснит. ЛОПАХИН. Я купил! Погодите, господа, сделайте милость, у меня в голове помутилось, говорить не могу... (Смеется.) Пришли мы на торги, там уже Дериганов. У Леонида Андреича было только пятнадцать тысяч, а Дериганов сверх долга сразу надавал тридцать. Вижу, дело такое, я схват��лся с ним, надавал сорок. Он сорок пять. Я пятьдесят пять. Он, значит, по пяти надбавляет, я по десяти... Ну, кончилось. Сверх долга я надавал девяносто, осталось за мной. Вишневый сад теперь мой! Мой! (Хохочет.) Боже мой, господи, вишневый сад мой! Скажите мне, что я пьян, не в своем уме, что все это мне представляется... Я купил имение, прекрасней которого ничего нет на свете. (Поднимает ключи, ласково улыбаясь.) ...Ну, да все равно. Прервем его монолог. Вот то место, где он понял ее состояние. …В “Трех сестрах”, где старшая осталась в девах, средняя не любит и не уважает мужа, у младшей убит жених, а у доброго доктора больная умерла по его вине, и он ушел в запой, – в пьесе этой двадцать с лишним раз персонажи произносят “все равно”... Хороший писатель старается даже дважды не повторить одно выражение. А если десятки – значит, это не случайно. Эта фраза у Чехова означает отказ от борьбы. Лягушка больше не хочет барахтаться. Вот и Лопахин… – не может счастливый человек в высшей стадии восторга сказать “ну, да все равно”. Это он наконец увидел, что она угнетена. И понял: не купил.


Да он и прежде не верил мечте, боялся, что это иллюзия, самообольщение; и вот убедился. Ну а раз так – вырублю и сожгу. ЛОПАХИН. Эй, музыканты, играйте, я желаю вас слушать! Приходите все смотреть, как Ермолай Лопахин хватит топором по вишневому саду, как упадут на землю деревья! Настроим мы дач, и наши внуки и правнуки увидят тут новую жизнь... Музыка, играй! Пошлость? Я вам покажу пошлость! Он и дом забьет, и сад вырубит. Но если прекраснее этого имения нет на свете – зачем ломать дом? зачем рубить сад? *** Когда догадался про Лопахина (про нежную душу), подтверждение нашлось немедленно – у самого главного, у непререкаемого авторитета. Если бы Чехов писал хищника, жлоба, то не предназначал бы роль Станиславскому – утонченному барину, мягкому, вальяжному красавцу. ПЕТЯ. У тебя тонкие, нежные пальцы, как у артиста. У тебя тонкая, нежная душа! Это о Лопахине не Петя говорит. Это Чехов. Ибо писал роль, видя мысленно Станиславского; писал на Станиславского; изо всех сил уговаривал его сыграть и очень огорчался, что Станиславский взял роль Гаева. Возможно, Станиславский (в миру – купец Алексеев, мануфактурщик) просто постеснялся, побоялся выходить перед публикой в роли купца – слишком автобиографично было бы, слишком откровенно. ЧЕХОВ – ОЛЬГЕ КНИППЕР 14 октября 1903. Ялта Итак, пьеса послана... Лопахин – Станиславский. ЧЕХОВ – ОЛЬГЕ КНИППЕР 28 октября 1903. Ялта Купца должен играть только Конст. Серг. (Станиславский. – А.М.). Ведь это не купец в пошлом смысле этого слова, надо сие понимать. ЧЕХОВ – ОЛЬГЕ КНИППЕР 30 октября 1903. Ялта Роль Лопахина центральная. Если она не удастся, то, значит, и пьеса вся провалится. Лопахина надо играть не крикуну; не надо, чтобы это непременно был купец. Это мягкий человек. *** Все толкают его взять Варю. И Варя согласна. И Петя дразнит Варю “мадам Лопахина”. И все решено. Их сводят, оставляют наедине… Но снова и снова он не делает предложения. Обещает, но не делает. Он хочет Раневскую. Он для Раневской готов на все. Она открытым текстом предлагает ему Варю. РАНЕВСКАЯ. Ермолай Алексеич, я мечтала выдать ее за вас, да и по всему видно было, что вы женитесь. Она вас любит, вам она по душе, почему это вы точно сторонитесь друг друга. Не понимаю! ЛОПАХИН. Я сам тоже не понимаю, признаться. Как-то странно все... Если есть еще время, то я хоть сейчас готов... Покончим сразу – и баста, а без вас я, чувствую, не сделаю предложения. Покончим сразу – так в омут или на плаху.


РАНЕВСКАЯ. И превосходно. Ведь одна минута нужна только. Я сейчас позову... (В дверь.) Варя, оставь все, поди сюда. Иди! (Уходит.) ЛОПАХИН (один). Да... Пауза, входит Варя, долго осматривает вещи. ЛОПАХИН. Что вы ищете? ВАРЯ. Сама уложила и не помню. Пауза. ЛОПАХИН. Вы куда же теперь, Варвара Михайловна? ВАРЯ. Я? К Рагулиным... в экономки... ЛОПАХИН. Вот и кончилась жизнь в этом доме... ВАРЯ (оглядывая вещи). Где же это... Или, может, я в сундук уложила... Да, жизнь в этом доме кончилась... ЛОПАХИН. В прошлом году об эту пору уже снег шел, если припомните, а теперь тихо, солнечно. Только что вот холодно... Градуса три мороза. Звучит как издевка. Позвал объясняться, поманил и – о погоде. Варя поняла. ВАРЯ. Я не поглядела. (Пауза.) Да и разбит у нас градусник... Пауза. Голос в дверь со двора: “Ермолай Алексеич!..” ЛОПАХИН (точно давно ждал этого зова). Сию минуту! (Быстро уходит.) Варя, сидя на полу, положив голову на узел с платьем, тихо рыдает. Не сумел. Обещал и – не смог. Лопахин денег дать готов, и так, чтобы не смутить, не заставить руки целовать. А жениться – нет. Не любит. А подарить себя – это слишком. У него на Варю не... как бы это повежливее сказать... у него к Варе нет тяги. И она его не любит. Она знает, что он – ее шанс. Из нищеты, приживалки, экономки – в хозяйку, в богатство. Он – ее спасение, а не любовь. У нее, как и у него, нет тяги. И оба они согласны в теории, что надо жениться, “так будет лучше”, а на практике – не получается. Пока Раневская уговаривает его сделать предложение, он согласен. Но как только Лопахин видит Варю – так понимает, что не хочет ее. Что это не венец, а хомут. *** ЛОПАХИН. ...не плачь, говорит, мужичок... Отец мой, правда, мужик был, а я вот в белой жилетке, желтых башмаках. Со свиным рылом в калашный ряд. Только вот богатый, денег много, а ежели подумать и разобраться, то мужик мужиком... (Перелистывает книгу.) Читал вот книгу и ничего не понял. Читал и заснул... Мой папаша был мужик, идиот, ничего не понимал, меня не учил, а только бил спьяна и все палкой. В сущности, и я такой же болван и идиот. Ничему не обучался, почерк у меня скверный, пишу я так, что от людей совестно, как свинья. Это говорит о себе персонаж. У Чехова о нем другое мнение. Уж автор лучше знает, кто есть кто. ЧЕХОВ – СТАНИСЛАВСКОМУ 30 октября 1903. Ялта Когда я писал Лопахина, то думалось мне, что это Ваша роль. Лопахин, правда, купец, но порядочный человек во всех смыслах, держаться он должен вполне благопристойно, интеллигентно, не мелко, без фокусов. Эта роль центральная в пьесе, вышла бы у вас блестяще. Центральная – то есть все решает. Но произнести “читал и ничего не понял”, сказать о себе “идиот”, “со свиным рылом в калашный ряд” – это Станиславскому было невмоготу.


Когда Лопахин говорит о себе “я идиот” и т.п. – это самоуничижение паче гордости. Он слышит, как Гаев за глаза и чуть ли не в глаза говорит о нем “хам”, а оскорбиться не может. Оскорбиться – значит рассориться, хлопнуть дверью. Нет, уйти он не может, здесь слишком многое ему слишком дорого. И тогда он говорит о себе так уничижительно, ставит себя так низко, что любое оскорбление пролетает выше, свистит над головой. *** ГАЕВ. Когда-то мы с тобой, сестра, спали вот в этой самой комнате, а теперь мне уже пятьдесят один год, как это ни странно... ЛОПАХИН. Да, время идет. ГАЕВ. Кого? ЛОПАХИН. Время, говорю, идет. ГАЕВ. А здесь пачулями пахнет. Это Лопахин пытался вступить в разговор. Дважды попытался. Не вышло. Аристократ не отвечает, не возражает по существу, он демонстративно и оскорбительно “не слышит”. А после второй попытки аристократ принюхивается и морщит нос. Признаться, всю жизнь думал, что “пачулями пахнет” – означает “плохо пахнет”. Чем? – портянками? ржавой селедкой? – в общем, какой-то нищей, немытой прокисшей дрянью. В прошлом декабре в подземном переходе под Арбатской площадью увидел в киоске бесчисленные дешевые богатства – очень подходящие для новогодних подарков, в том числе ароматные палочки: подожжешь – будет запах, благовонное курение, восточные ароматы. Вот корица, вот лаванда, и вдруг латинскими буквами “patchouli” – господи! Пришел домой, полез в словарь, там написано: тропическое растение, эфирное масло, сильно пахнущие духи. Что мне было 40 лет назад посмотреть. А Лопахин-то, оказывается, надушился! Не портянками пахнет от него, а парикмахерской. В советское время сказали бы: “Шипром”. Он надушился, у него надежды, он хочет произвести хорошее впечатление, да-а-а… ЧЕХОВ – НЕМИРОВИЧУ 2 ноября 1903. Ялта Если бы он (Станиславский) взял Лопахина... Ведь если Лопахин будет бледен, то пропадут и роль и пьеса. Он все еще надеется, интригует, просит. Потом, расставшись с надеждой, что главная роль будет сыграна верно, начинает от отчаянья заботиться о деталях. ЧЕХОВ – О.Л.КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ 27 ноября 1903. Ялта Дусик, собачка нужна в 1-м акте мохнатая, маленькая, полудохлая, с кислыми глазами, а Шнап не годится. Поэтический театр! *** Пьеса идет два часа. А в жизни проходит все лето. В ожидании торгов как-то жили, ели, пили, пели, бал успели дать. А после торгов паковались – это дело долгое: книги, сервизы... За эти дни они обсудили будущее. И когда Раневская говорит о своей жизни в Париже на пятнадцать тысяч (да здравствует бабушка!), никто не удивляется и не возмущается, именно потому, что и отъезд, и деньги – все обсуждено сто раз, как все в этой семье обсуждается по сто раз.


Единственный экспромт (тоже, быть может, обсужденный и спланированный дамами) – внезапная, хоть и не первая, попытка принудить Лопахина сделать предложение. И только его отказ вызывает яркую реакцию (Варя рыдает). Все остальное – без страстей, без споров, ибо давно решено. Они Л��пахину, подарившему капитал, даже спасибо не сказали. Усадьба – все, деньги – ничто. Только Петя пробормотал комплимент нежной душе. …На сцене в IV (последнем) акте тихо, спокойно. Даже старый Фирс, надоевший лакею, умирает без криков, без речей, тихо – будто засыпает. Трудно понять, как может быть такой финал – без кинжалов, объятий, проклятий, без стрельбы и без свадебного марша. Только вот публика почему-то плачет. ОЛЬГА КНИППЕР – ЧЕХОВУ 19 октября 1903. Москва Какой вчера был треволнительный день, дорогой мой, любимый мой! Уже третьего дня я поджидала пьесу и волновалась, что не получила. Наконец вчера утром, еще в постели, мне ее принесли. С каким трепетом я ее брала и развертывала – ты себе представить не можешь. Перекрестилась трижды. Так и не встала с постели, пока не проглотила ее всю. В 4-м акте зарыдала. Телеграмма. СТАНИСЛАВСКИЙ – ЧЕХОВУ 21 октября 1903. Москва Чтение пьесы труппе состоялось. Исключительный, блестящий успех. Слушатели захвачены с первого акта. Каждая тонкость оценена. Плакали в последнем акте. СТАНИСЛАВСКИЙ – ЧЕХОВУ 22 октября 1903. Москва Боюсь, что все это слишком тонко для публики. Тем не менее успех будет огромный… Я боялся, что при вторичном чтении пьеса на захватит меня. Куда тут!! Я плакал, как женщина; хотел, но не мог сдержаться.

Тайны Чехова Главный герой – конечно, Лопахин. Этому полное подтверждение в письмах автора к Немировичу, Станиславскому, Книппер. Чехов умолял, интриговал – готов был на все, лишь бы купца играл Станиславский. А кто здесь Чехов? Петя-революционер? ПЕТЯ. Человечество идет к высшей правде, к высшему счастью, какое только возможно на земле, и я в первых рядах! ЛОПАХИН. Дойдешь? ПЕТЯ. Дойду… или укажу другим путь, как дойти. Нет, это скорее Ленин. Чехов на вождя не похож. А может, Чехов – Гаев? Бездельник, проевший состояние на леденцах? Нет, конечно. Чехов – работяга. Может, тут его вовсе нет? Автор почти всегда есть, но мы не всегда его видим, не всегда опознаем. Авторы иногда нарочно прячутся. Онегин – Пушкин? В какой-то степени. Коля Ростов – Толстой? В большой степени. Мастер – Булгаков, безусловно. Лопахин – Станиславский? Нет, еще больше! – это Чехов. Ему, конечно, ужасно хотелось, чтобы его сыграл Сам. Он (Антон Павлович) торговал в лавочке и хочет доказать, что это ничего не значит; и Станиславскому (который сам из купцов) пишет о Лопахине: “Лопахин, правда, купец, но порядочный и мягкий человек во всех смыслах, держаться он должен вполне благопристойно, интеллигентно”. Это


написано абсолютно серьезно, без юмора, без подтекста. Это авторское указание артисту, прямой авторский взгляд на героя. На себя? Лопахин больше, чем главный герой. Это Чехов. Слишком много совпадений. Сын и внук рабов. Битый отцом. Покупатель имения. *** Первая реплика “Вишневого сада” – его, Лопахина. С него начинается. А он начинает с себя: ЛОПАХИН. Когда я был мальчонком лет пятнадцати, отец мой покойный – он тогда здесь на деревне в лавке торговал – ударил меня по лицу кулаком, кровь пошла из носу... он выпивши был. Лопахин начинает с самого важного. Не с денег! С интимного, с того, что мучит всю жизнь. Лопахин об отцовских побоях рассказывает горничной Гаева. Зачем? Трудно представить, чтобы олигарх делился с чужой прислугой воспоминаниями, как его отец бил. С рассказа об отцовских побоях, с этой невозможной, мучительной интимности начинается пьеса. И никакого влияния на развитие событий этот факт не окажет. Это ружье не выстрелит. Зачем сказал? И кому?! Гордиться тут нечем. Сочувствия у служанки он не ищет. Это вырвалось неизвестно зачем. Вырвалось, потому что сидит в душе всю жизнь. В I акте: ЛОПАХИН. Отец ударил меня по лицу кулаком, кровь пошла из носу. Во II акте: ЛОПАХИН. Мой папаша был мужик, идиот, ничего не понимал, меня не учил, а только бил спьяна, и все палкой. В III акте: ЛОПАХИН (себе). Если бы посмотрели, как Ермолай, битый, малограмотный Ермолай, который зимой босиком бегал, купил имение… Догадавшись о Лопахине, стал искать подтверждений. Нашлось больше, чем мог предположить. Старший брат Чехова в своих “Воспоминаниях” пишет о частых побоях: “Покойный Антон Павлович прошел из-под палки эту беспощадную школу целиком и вспоминал о ней с горечью всю свою жизнь. Ребенком он был несчастный человек”. Лопахин трижды говорит о побоях – в первом, втором и в третьем актах. Чехов – мастер прозы, гений короткого (кратчайшего) рассказа, знал цену каждому слову, лишних слов не писал. Он не стал бы попусту три раза повторять одно и то же. Но каждый раз, когда Лопахин волнуется, теряет контроль над собой, из него лезет рассказ о детских мучениях. Если б Чехов писал о каком-то выдуманном купце Лопахине – вроде песни про купца Калашникова – ничего личного, лубок: белы груди, черны очи, бурушкакосматушка, силушка богатырская... Если б Лопахин был выдуман – разбитый нос был бы просто некой деталью, условно-шаблонное тяжелое детство. Но если это о себе – то нет более жгучего воспоминания, чем родительские побои. С этого, самого жгучего, чего о себе никто не рассказывает (а уж ненавидящий публичность Чехов – тем более), – с этого он начинает свою последнюю (предсмертную) пьесу. С себя! С того, что не может быть высказано публично, но и забыто быть не может, и покою не дает. И вот – хоть через персонаж скажу! Но это значит, что персонаж этот – я.


ЧЕХОВ – Ал.П.ЧЕХОВУ (брату) 2 января 1889. Москва Деспотизм и ложь сгубили молодость матери. Деспотизм и ложь исковеркали наше детство до такой степени, что тошно и страшно вспоминать. Вспомни те ужас и отвращение, какие мы чувствовали, когда отец… *** Лопахин не хочет жениться на Варе. Обещал и – не смог. Возможно, он упрямо избегает брака, потому что в детстве досыта нагляделся на семейную жизнь. В пьесах Чехова – ни одной счастливой семьи. Ни одного счастливого брака. В “Чайке” Аркадина живет с любовником. А он, попользовавшись юной Ниной, бросает ее и возвращается к Аркадиной; впрочем, как говорит Треплев, он “как-то ухитрялся и тут и там”. Маша, преодолев отвращение, выходит за учителя, но не любит ни мужа, ни ребенка от этого мужа. И мать Маши не любит своего мужа, хочет жить с доктором, пусть бы и во грехе. В “Иванове” герой не любит жену. А когда та умерла от чахотки, собрался было жениться на молодой, да застрелился перед самым венчанием; невеста уже в церкви ждала. А родители невесты, не скрывая, презирают друг друга. В “Дяде Ване” Елена Андреевна не любит мужа, готова изменить, оба несчастны, он мучает ее капризами. В “Трех сестрах” Андрей женится на Наташе по страсти, но очень скоро начинает сбегать из дому и напиваться, и говорит гениальную фразу: “Жениться не нужно, потому что скучно”. А полковник Вершинин, командир артиллерийской бригады – замечательный, умный, добрый, – доведен семейной жизнью до того, что входит в дом любовницы со словами: “Жена опять отравилась”. Она у него регулярно кончает с собой после безобразных скандалов. И это для него уже перестало быть стыдной тайной, он говорит об этом открыто. И героиня предсмертной пьесы не стесняется родных и прислуги: РАНЕВСКАЯ. Я вышла замуж за человека, который делал одни только долги. Муж мой умер от шампанского – он страшно пил, и, на несчастье, я полюбила другого, сошлась, и как раз в это время – это было первое наказание, удар прямо в голову – вот тут, на реке. утонул мой мальчик, и я уехала за границу, совсем уехала, чтобы никогда не возвращаться, не видеть этой реки… Я закрыла глаза, бежала, себя не помня, а он за мной... безжалостно, грубо. И там он обобрал меня, бросил, сошелся с другой, я пробовала отравиться... Так глупо, так стыдно... И мужчины в его пьесах тоже несчастны. Герой “Трех сестер”, женатый полковник, полюбил замужнюю и жалуется ей: ВЕРШИНИН. Если послушать здешнего интеллигента, штатского или военного, то с женой он замучился, с домом замучился, с имением замучился... Русскому человеку в высшей степени свойственен возвышенный образ мыслей, но скажите: почему он с детьми замучился, с женой замучился? А почему жена и дети с ним замучились? …У меня дочь больна немножко, а когда болеют мои девочки, то мною овладевает тревога, меня мучает совесть за то, что у них такая мать. О, если бы вы видели ее сегодня! Что за ничтожество! Мы начали браниться с семи часов утра, а в девять я хлопнул дверью и ушел. Умный, добрый, несчастный полковник Вершинин знает, что он не один такой. Умный, добрый, несчастный (мечтал стать профессором или музыкантом, а стал чиновником) Андрей знает, что он не один такой. И каким-то образом свою мучительную жизнь они передают будущим поколениям. АНДРЕЙ. Отчего мы, едва начавши жить, становимся скучны, серы, неинтересны, ленивы, равнодушны, бесполезны, несчастны... Только едят, пьют,


спят, потом умирают... родятся другие, и тоже едят, пьют, спят и, чтобы не отупеть от скуки, разнообразят жизнь свою гадкой сплетней, водкой, картами, сутяжничеством, и жены обманывают мужей, а мужья лгут, делают вид, что ничего не видят, ничего не слышат, и неотразимо пошлое влияние гнетет детей, и искра божия гаснет в них, и они становятся такими же жалкими, похожими друг на друга мертвецами, как их отцы и матери... *** Это проблемы не персонажа. Это глубокие личные проблемы автора. Он – врач, и в каждой пьесе у него врач. В “Дяде Ване” – доктор Астров. АСТРОВ. Видишь, я пьян. Обыкновенно я напиваюсь так один раз в месяц. В таком состоянии становлюсь нахальным и наглым до крайности. Я берусь за самые трудные операции и делаю их прекрасно… И верю, что приношу человечеству громадную пользу… (Закрывает рукой глаза и вздрагивает.) В великом посту у меня больной умер под хлороформом. Под наркозом. Значит – во время операции. Значит – под ножом. Значит, очень может быть, виноват. И уж точно – чувствует себя виноватым. Напившись – восхищается собой, своим мастерством. Это почти мания величия: “верю, что приношу человечеству громадную пользу”. И вдруг чувство вины бьет его с такой силой, что он вздрагивает. В “Трех сестрах” – доктор Чебутыкин, у него запой. ЧЕБУТЫКИН (угрюмо). Черт бы всех побрал... подрал... Думают, я доктор, умею лечить всякие болезни, а я не знаю решительно ничего, все позабыл, что знал, ничего не помню, решительно ничего. В прошлую среду лечил женщину – умерла; и я виноват, что она умерла. Да... В голове пусто, на душе холодно. Может быть, я и не человек, а только делаю вид; может быть, я и не существую вовсе. (Плачет.) О, если бы не существовать! …Говорят, “Шекспир! Вольтер!..” – я не читал, совсем не читал, а на лице своем показал, будто читал. И другие тоже, как я. Пошлость! Низость! И та женщина, что уморил в среду, вспомнилась... и все вспомнилось, и стало на душе криво, гадко, мерзко... пошел, запил... Почему в пьесах доктора Чехова врачей мучает одна и та же вина? ...Только в “Вишневом саде” нет врача. Потому что в этой пьесе роль Чехова взял Лопахин. Чехов – работяга. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 9 декабря 1890. Москва Хорош Божий свет. Одно только не хорошо: мы. Работать надо, а все остальное к черту. Главное – надо быть справедливым, а остальное все приложится. И Лопахин – работяга. ЛОПАХИН. Я встаю в пятом часу утра, работаю с утра до вечера, и я вижу, какие кругом люди. Надо только начать делать что-нибудь, чтобы понять, как мало честных, порядочных людей... Когда я работаю подолгу, без устали, тогда мысли полегче, и кажется, будто мне тоже известно, для чего я существую. А сколько, брат, в России людей, которые существуют неизвестно для чего. Работа, справедливость – очень важно. Но гораздо важнее другое. ЧЕХОВ – ЭРТЕЛЮ 11 марта 1893. Мой дед и отец были крепостными у Черткова, отца того самого Черткова...


Через десять лет точно эти самые слова скажет о себе Лопахин. ЛОПАХИН (Раневской). Мой отец был крепостным у вашего деда и отца... Я купил имение, где дед и отец были рабами... *** ФИРС. Сушеную вишню возами отправляли в Москву и Харьков. Это на север и на юг, если из Мелихова. А откуда взялся Лопахин? Лопатины в России есть, много. А Лопахин хоть и звучит совершенно по-русски… Чехов мечтал об усадьбе долго. Помещиком стал (за 10 лет до “Вишневого сада”), купив Мелихово; одного лесу 160 десятин! Отец и дед были рабами, а он – купил имение! (По грандиозности переворота это, пожалуй, сильнее, чем из советского аспиранта – в олигархи.) И было бы неудивительно, если бы купец в предсмертной пьесе звался бы Мелиховым. Но это было бы слишком откровенно, слишком напоказ. Поместье он купил на реке Лопасня, и станция железной дороги рядом – Лопасня (ныне город Чехов). И река для него была очень важна – больше всего на свете он любил удить рыбу. Лопасня – Лопасин, но это не очень благозвучно, с присвистом. И получился Лопахин. Он сделал себе псевдоним из своей реки. *** ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 25 ноября 1892. Мелихово Поднимите подол нашей музе, и Вы увидите там плоское место. Вспомните, что писатели, которых мы называем вечными и которые пьянят нас, имеют один общий и весьма важный признак: они куда-то идут и вас зовут туда же. И вы чувствуете всем своим существом, что у них есть какая-то цель. Лучшие из них реальны и пишут жизнь такою, какая она есть. Но от того, что каждая строчка пропитана, как соком, сознанием цели, вы, кроме жизни, какая есть, чувствуете еще ту жизнь, какая должна быть, и это пленяет вас. А мы? Мы пишем жизнь такою, какая она есть, а дальше – ни тпррру ни ну... У нас нет ни ближайших, ни отдаленных целей, и в нашей душе хоть шаром покати. Политики у нас нет, в революцию мы не верим, Бога нет, привидений не боимся... Кто ничего не хочет, ни на что не надеется и ничего не боится, тот не может быть художником... Я не брошусь, как Гаршин, в пролет лестницы, но и не стану обольщать себя надеждами на лучшее будущее. Не я виноват в своей болезни, и не мне лечить себя, ибо болезнь сия, надо полагать, имеет свои скрытые от нас хорошие цели и послана недаром... Что это: оптимизм? пессимизм? Это – вера, что испытания нам посланы недаром. Мы заслужили. И кажется, еще немного, и мы узнаем, зачем мы живем, зачем страдаем. Если бы знать, если бы знать! – тогда есть смысл в страданиях. Легче, если знаешь ради чего. А иначе – просто мучаешься, как собака, сбитая машиной. Она лежит на асфальте переломанная, не скулит, плачет, и никто не останавливается, чтобы помочь. *** А почему ж “комедия”? Может, это потому, что автор, пока писал, много смеялся. Ведь он писал на своих друзей, знакомых. Он предвкушал, какие штуки будут откалывать знаменитые артисты. Летом (за год до смерти) Чехов еще позволял себе


развлечься, давал знаменитому артисту Художественного театра медицинские рекомендации. ЧЕХОВ – ВИШНЕВСКОМУ 10 июня 1903. Наро-Фоминское Милый Александр Леонидович, Вы уже по опыту знаете, как вредны для вас возбуждения, те самые, которые Вы описываете в Вашем письме; разве Вы забыли, как два года назад перед каждым спектаклем во время грима трое рабочих должны были затягивать Вам веревкой половые органы, чтобы во время спектакля не лопнули брюки и не случился скандал? А может быть, “комедия” – это привет Пушкину, который трагедию “Борис Годунов” назвал “Комедией о настоящей беде Московскому царству”. И “Вишневый сад” – комедия о настоящей беде Московскому царству. Или – о предстоящей беде. ...Чехов прощается. Сейчас опустится занавес. Имение продано. Персонажи уезжают – исчезают в иной мир. Во всяком случае, мы больше их не увидим. А последний, вроде бы оставшийся – его бросили как собаку – умирает без помощи, без участия, без духовного напутствия – в одиночестве. Умирает – то есть перестает быть человеком. И сцена пуста, ибо на ней нет ни души. А тело, если и видно, – то это не более живой предмет, чем многоуважаемый шкаф. Возможно, что это единственная в мире пьеса, где в финале пусто. И от них, от того мира, который был так прекрасен, не осталось ничего. ...После премьеры прожил полгода. И уже сто с лишним лет весь мир – французы, итальянцы, немцы, англичане, японцы, американцы, венгры, поляки, чехи, прибалты, грузины (товарищ Сталин перечислил бы здесь сто национальностей) – весь мир ставит эти пьесы потому что они полны тайн. Хотя русским школьникам они кажутся ужасно скучными. *** Автор умер в 1904-м, потом две-три революции (1905 и 1917), потом 1937, 1941… Место, где мы живем, по-прежнему называется Среднерусская возвышенность, но все чаще кажется, что это низменность. Ах, флора там все та же, Да фауна не та. P.S. “Вишневый сад” – пьеса старая, а никто не знает, о чем. А она без всяких подтекстов – прямо и открыто: о вишневом саде, о том, как Лопахин (Чехов) его купил. Предсмертная. О себе. ЧЕХОВ – СУВОРИНУ 28 февраля 1892. Москва Третьего дня я был в имении, которое покупаю. Впечатление ничего себе. Дорога от станции до имения все время идет лесом. Дом новый, крепкий... Мой кабинет прекрасно освещен сплошными итальянскими окнами... Сад и парк хороши. Покупать имение скучно. Это раздражающая пошлость. Все время я делал глупости и среди пошляков чувствовал себя непрактическим дураком, который берется не за свое дело. Я рыскал по всякого рода паразитным учреждениям и платил вдвое больше, чем рассчитывал (земельные комитеты, архитектурнопланировочные управления, взятки – как это все знакомо. – А.М.).


Формальности по покупке обошлись мне дороже тысячи рублей. Продающий мне имение, шалый человек, из страха, что я могу отлынуть, все время лгал мне и в крупном и в мелочах, так что каждый день я делал открытия. Имение его оказалось все в долгах, и я должен был платить эти долги… Слава Богу, за квартиру и за дрова уже не платить. Лесу у меня 160 десятин, и дров хватит. Через все жалобы звенит счастье: я купил! Одного лесу 175 гектаров! ________________________ * Четыре грамма. ** Шлепнуть – расстрелять без суда и следствия.

Максим Горький

О «маленьких» людях и о великой их работе В теплых водах Индийского и Тихого океанов есть острова, созданные работой ничтожно мелких животных – коралловых полипов. Эти животные начинают свою деятельность иногда с большой глубины, работают десятки тысяч лет, погибают миллиардами единиц, а масса их, продолжая начатое дело, выводит работу свою на поверхность океана, и мощные волны его не могут размыть, разрушить труд ничтожно маленьких существ, безруких, безглазых, но, может быть, как-то, по-своему, разумных. О крепость скал, слепленных работой этих существ из плоти своей, разбиваются железные корабли.Культурную жизнь на земле начали строить маленькие люди тогда, когда они были, наверное, немногим умнее коралловых полипов. Кроме жизни, которой природа наградила нас вместе со зверями, птицами, рыбами, насекомыми, вместе с волками и крысами, соловьями и лягушками, ершами и змеями, пчелами и вшами, – кроме жизни, природа ничего не дала нам, – мы сами взяли и берем у нее все, что нам необходимо. Маленькие люди, мы, в древности, питались корнями растений, древесной корой, червяками. Хлеб, сахар и все, чем питаемся мы теперь, найдено, отнято и обработано нами без помощи природы, силою нашего разума. «Великие» люди родились не в одно время с «маленькими», – они выросли после, на труде маленьких. Великие люди – это те, у которых лучше, глубже, острее развиты способности наблюдения, сравнения и домысла – догадки, «сметки». Это люди, которые умеют воплощать свои наблюдения над явлениями природы и социальной жизни «маленьких» в руководящие идеи, в формы научных теорий, законов науки и произведений искусства. Почему люди, имеющие одну и ту же природу, непрерывно враждуют между собой? – спрашивал более чем 2000 лет до наших дней «мудрец» древнего Рима Цицерон. Как случилось, что масса «маленьких» людей раскололась на рабов и господ, на хозяев и рабочих – на два класса, интересы которых совершенно непримиримы? О том, как это случилось, рассказали рабочим всего мира двое поистине великих людей, которые прекрасно изучили трудную жизнь «маленьких», – это Карл Маркс и Владимир Ленин. До них на протяжении двух тысяч лет сотни церковных писателей и моралистов, наблюдая ужасы жизни трудового народа, проповедовали и все еще проповедуют богатым – необходимость милосердия, бедным – необходимость кротости и терпения, обличали и все еще обличают пороки тех и других. Но, как мы знаем, проповеди милосердия, кротости, терпения не сделали и не делают жизнь рабочих людей легче и не уменьшают пороков, не увеличивают «добродетели».


Маркс был тот первый и настоящий великий человек, который научно и неопровержимо установил, что причина всех несчастий рабочего класса и всего зла жизни – классовое общество, экономическое неравенство, частная собственность и что для рабочего класса выход к свободе только один – уничтожение классового строя, частной собственности и установка жизни на началах коммунизма. Ленин – величайший вождь, который решительно встал во главе «маленьких» рабочих людей всего мира, решительно позвал их на борьбу за свободу. Следуя его призыву, рабочие России взяли в свои руки, в свою волю власть над своей страной. Этот первый опыт строения рабочими и крестьянами государства для себя имеет мировое воспитательное значение для трудящихся всей земли. Вероятно, многие из рабочих скажут: «Все это мы слышали тысячу раз». От повторений правда не портится. Одно дело – выслушать, другое – понять и почувствовать. Людей, которым знакомо все то, что здесь говорится, не так много для страны с населением в 150 миллионов. Таких товарищей, которые, не щадя себя, героически делают великое дело строения социалистического государства, – еще меньше. Капиталистический строй преступен тем, что, безжалостно растрачивая рабочую силу на защиту своей власти, заставляя рабочих производить пушки и ружья, из которых собственники в любой момент могут уничтожить тысячи и тысячи тех же рабочих, миллионеры, миллиардеры и прочие «великие» грабители мира сделали труд подневольным, рабским, заразили «маленьких» людей равнодушием к труду, лишили труд радости, убили в нем личное творческое начало. История культуры рассказывает нам, что в средние века ремесленные коллективы каменщиков, плотников, резчиков по дереву, гончаров умели строить здания и делать вещи изумительной красоты, еще не превзойденной художникамиодиночками. Таковы средневековые соборы Европы, таковы вещи, наполняющие музеи Запада и Союза Советов. Рассматривая эти вещи, чувствуешь, что они были сделаны с величайшей любовью к труду. «Маленькие» люди были великими мастерами – вот что говорят нам остатки старины в музеях и величественные храмы в старинных городах Европы. Человек по натуре своей – художник. Он всюду, так или иначе, стремится вносить в свою жизнь красоту. Он хочет перестать быть животным, которое только ест, пьет и довольно бессмысленно, полумеханически, производит детей. Он уже создал вокруг себя вторую природу, ту, которая зовется культурой. Человек – художник, в этом убеждает нас созданное «маленькими» людьми словесное народное творчество: мифы, сказки, легенды, суеверия, песни, пословицы и т.д. Все это – творчество «маленьких» людей, и во всем этом заложено неисчерпаемо много прекрасной, хотя в большинстве уже устаревшей мудрости, в этом сжат трудовой опыт бесчисленных поколений. Капиталистический строй убил в «маленьких» людях способности художников и творцов, этот строй не давал талантам ни места, ни возможности развернуться, расцвести. Но вот, как только рабочие и крестьяне сбросили с хребтов своих гнет собственников, – тотчас оказалось, что «маленькие» люди, люди будничного, «мелкого» труда могут быть вождями армий, организаторами героических отрядов партизан, талантливыми администраторами, директорами фабрик, изобретателями, поэтами, литераторами. Усвоенная нами от буржуазии проклятая привычка искать в человеке прежде всего отрицательных качеств не позволяет нам правильно оценить этот взрыв творческих сил в Союзе Советов. Мы забываем, что живем только одиннадцать лет, и не знаем, как чудовищно много сделано нами за эти годы. Наше невежество, наша социальная малограмотность ослепляет нас, и мы слишком плохо умеем наблюдать и сравнивать. Наше мышление отравлено злыми предрассудками


мещанства, – предрассудками, которые для мещанина очень выгодны. Мещане всегда играли и теперь играют на понижение действительной цены рабочего человека. Мещанин ищет в человеке прежде всего дурных сторон, – они полезны мещанству – оно «морально» оправдывает ими свою власть над людьми труда. Трудовой народ для буржуазии – стадо идиотов, негодяев. Убивая в «маленьких» людях любовь к труду, «великие» мещане убивали в них и сознание человеческого достоинства, сознание значительности «маленьких» в мире. На протяжении тысяч лет «великие» моралисты-пророки, «отцы церкви», писатели усердно занимались тем, что, обличая порочность рабочей массы, недостатки людей, умалчивали о главной причине пороков и о достоинствах трудового народа, о значении его честного великого труда. Нас моралисты убеждают только в том, что, если человеку изо дня в день твердить, что он плох, – это не делает его лучше, чем он есть. Людей учили: вы – негодяи, вы – дрянь; старайтесь быть лучше. Но им не давали права изменять действительность к лучшему. Было практически выгодно внушать людям, что они – негодяи. Ведь если это так – значит, они сами и виноваты в том, что их жизнь так тяжела, так отвратительна. «Маленьких» людей пытались убедить, что они ничтожны, бездарны, глупы и что все «хорошее», созданное на земле, создается не ими, а силой «великих». Впервые за всю историю человечества рабочие и крестьяне России, завоевав власть над своею страной, завоевали себе право изменять действительность сообразно своим интересам, право строить государство на основе экономического равенства, – государство, в котором не должно быть бездельников, лентяев, паразитов, хищников и проповедников морали, угнетающей человека. Власть, установленная трудовым народом Союза Советов, – есть подлинная власть рабочих и крестьян; у этой власти нет личных интересов, она – действительно орган воли трудового народа и воплощение его разума. Если она иногда ошибается, это нельзя ставить ей в вину, потому что она делает дело, какого никто и никогда не делал. Ей негде и не на чем учиться тому, как практически преодолеть воспитанный веками пагубный инстинкт собственности в десятках миллионов людей, как поставить на ноги эту массу неграмотных и полуграмотных, зараженных анархическим недоверием ко всякой власти и в то же время издавна привыкших, чтоб вопросы жизни ее решала власть. Но, несмотря на все это, Союз Советов экономически крепнет и развивается как государство социалистическое. Пред рабоче-крестьянской властью стоит огромная задача, которую никто до нее не решался поставить, – это задача воодушевить, зажечь всю массу рабочего народа сознанием, что только единодушный, честный, упорный, героический труд откроет рабочим и крестьянам широкий путь к справедливости, равенству, свободе, счастью. В коротких словах это значит: перевоспитать полтораста миллионов людей, воспитанных в подневольном труде и еще не понимающих иного счастья, кроме счастья мелкого собственника. Это задача необыкновенной трудности, а разрешают ее люди – в большинстве – от станка и от сохи. Прибавьте сюда ненависть капиталистов всего мира против Союза Советов, – ненависть, которая не брезгует никакими мерзостями для того, чтоб помешать делу создания социалистического государства, – делу, которое не может не вызвать подражания у рабочих и крестьян всей земли. Не словом, а – делом, деянием создано на земле все то, чем люди имеют право гордиться, все то, что привело нас на высоту, которую мы заняли и где нас видит весь трудящихся. В мире еще не было того уважения к труду, той высокой оценки его, которую он заслуживает. Хищники и паразиты прекрасно понимают значение труда, их «кормильца и поильца», хотя восхваляют его только в легком деле накапливания денег.


На почве высокой оценки труда и уважения к трудящимся нам дана возможность создать свою, новую мораль. Труд и наука – выше этих двух сил нет ничего на земле. Друг и соратник Маркса – Энгельс прекрасно и верно сказал: «Чем беспощадней и свободнее становится наука, тем больше приходит она в согласие с интересами и стремлениями рабочих». Окончательная победа рабочего класса – в теснейшем соединении его великого труда с трудом, направленным к той же цели, работников науки, – единственных людей, которые вместе с «маленькими» героями честной, героический, бескорыстной трудовой жизни имеют право на титул великих людей нашего мира. В нашей огромной стране с каждым годом развивается небывалая работа разума и воли. Трудовой народ взялся за дело, какое до него никто не начинал, – он учится управлять своей страной сам, без «хозяев», он строит в своей стране новое государство – государство для себя. Рабочие и крестьяне должны точно знать, как идет эта работа, какие результаты дает она в деревнях и на фабриках, в каждом районе и округе, в каждой области и республике Союза Советов. Знать это – не легко, работы – много, она становится все более разнообразной, а интерес к жизни и поле зрения у большинства рабочих и крестьян уродливо ограничены, уши и глаза у них искусственно замазаны различным лживым, стареньким дрянцом, поэтому все новое, непривычное люди плохо слышат, плохо видят, плохо понимают. Есть много «маленьких» людей, которые все еще думают, что упорный, великий их труд поглощается, исчезает так же, как исчезал, поглощался до Октябрьской революции, при старом порядке, когда крестьяне и рабочие обогащали помещиков и фабрикантов, расширяя их «собственность» до чудовищных размеров, а сами, несмотря на каторжный свой труд, оставались в нищете, жили бесправными рабами, как пленники в чужой стране. Многие из «маленьких» людей все еще не уверены, что они живут у себя дома, работают только на себя, что, кроме рабочих да крестьян, других хозяев в Союзе Советов – нет и что какую бы мелкую работу ни делал человек, он делает ее для себя. Но «маленьким» людям пора уже знать, что всякий их труд возвращается им же и только им в форме тех достижений, о которых рассказывает этот журнал устами рабселькоров, агрономов, техников и работников науки. Эти достижения обогащают не кого-либо иного, а именно трудовой народ нашей страны и только его. Именно на труде рабочих и крестьян в Стране Советов создаются научные учреждения, задача которых – сделать землю более урожайной, найти и разработать для этого достаточное количество различных удобрений, улучшить породы скота, развить для деревни более выгодные культуры, уничтожить вредителей хлеба, облегчить работу крестьянина введением в его хозяйство наибольшего количества машин, научить его работать коллективно, дать деревне все, от чего труд крестьянства становится мощнее, выгодней. Также и работа на заводах, фабриках, в шахтах и всюду становится легче, продуктивней, для детей трудового народа создаются школы, университеты, рабфаки, – делается все, чтоб добиться одного: чтоб рабоче-крестьянская масса поняла – власть над страною должна принадлежать только ей, ей она и принадлежит. Власть эту рабочие и крестьяне могут навсегда закрепить за собою только «орудием всех орудий» – трудовой рукою своей и только разумом, освобожденным от всего, что внушено ему «хозяевами», – разумом, единственным творцом всех чудес на земле. Оттого, что большинство рабочих и крестьян все еще недостаточно ясно понимает разрешающую всю подлую и скверную путаницу старины силу труда своего, не видит, как и во что преобразует рабоче-крестьянская власть его «мелкий»,


будничный труд, – от этого у многих «маленьких» людей воскресает вредное тяготение к старинке и, между прочим, к богу, якобы единственному подлинному «хозяину» земли и даже будто бы «создателю» ее. Крестьяне, обученные земными хозяевами «на обухе рожь молотить» и вообще не плохие хозяйственники, не могут все еще понять, что владыка небесный – хозяин «из рук вон» плохой. Сотни лет церковь усердно вбивала в головы рабочего народа, что бог – всемогущ, что в нем «воплощен высший разум» и что все создано именно этим премудрым разумом. Но ведь и для малого ребенка ясно, что это сказка. Не будем говорить о том, что бог, создавший людей будто бы «по образу и подобию своему», создал их разноцветными: белых европейцев, черных негров, желтых китайцев, красных индейцев Америки, что все люди, говоря на разных языках, не понимают друг друга, да и самого бога понимают различно, а это различие понимания возбуждает среди людей взаимную вражду, кровопролитие, погромы и грабежи. Все это как-будто не очень мудро и совсем не «хозяйственно». Но еще более ясно будет нам, что бог – плохой творец и «хозяин», если мы поставим пред собою несколько простых и вполне законных вопросов, например: Почему бог создал землю не из одного чернозема, а из мало плодородных супесей, суглинков, зачем созданы болота, солончаки и бесплодные песчаные пустыни? Почему нужно, чтоб в одной стране вырастал только мох, а в другой круглый год земля родит крестьянину хлеб, овощи, плоды? Зачем созданы комары, вши, клопы, мухи, овода, мыши, суслики и всякие другие вредители, пожирающие десятки тысяч тонн зерна? Зачем создано такое обилие сорных, вредных трав, которые зря истощают соки земли? Зачем каменный уголь спрятан глубоко в землю? И вообще – зачем жизнь и труд существ, созданных будто бы «по образу и подобию» разумнейшего, многомилостивого и доброго существа, – зачем их труд так отягчен, а сами они так неразумны, завистливы, жадны, жестоки? Таких простых и совершенно законных вопросов можно поставить не одну сотню. И на все эти вопросы есть только один ответ: не в боге разум, а – в человеке. Бог выдуман – и плохо выдуман! – для того, чтоб укрепить власть человека над людьми, и нужен он только человеку-хозяину, а рабочему народу он – явный враг. Все истинно мудрое – просто и понятно. Владимир Ленин, человек простых и потому великих мыслей, сказал: «Религия – дурман для народа». Вот это – простая, ясная мысль, правду ее утверждает вся жизнь трудового народа, вся история постепенного порабощения хозяевами его воли и разума. Эта мысль должна освободить разум крестьян и рабочих от вредного влияния учения церкви, должна внушить рабочему народу сознание его внутренней свободы, его права быть единственным владыкой и устроителем земли, полным хозяином всех продуктов своего труда. «Рабочий народ должен овладеть наукой», – многократно повторял Ленин, зная, что наука – высшая, наиболее продуктивная форма труда и что трудовой народ, вооруженный знанием, быстро достигнет своей цели – создать государство равных, без «хозяев», без хищников и паразитов; это государство свободных, здоровых людей уже строится. Ленин – первый человек, который почувствовал и понял, что слова «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» – это командный крик всей истории трудового народа, понял, что, если рабочие и крестьяне всей земли не хотят выродиться и погибнуть под гнетом непосильного труда, нищеты, болезней, бесправия, – они должны взять власть над землею и всеми богатствами ее в свои крепкие, умные руки. Вот что следовало бы написать на всех монументах Ленина.


Трудно знать все, что сделано, что делается и как делается в нашей огромной, богатейшей стране. Но необходимо, чтоб это знали все грамотные крестьяне и рабочие, чтоб это знал каждый из них и чтоб этим знанием своего творчества они делились с неграмотными. Знание достижений в деле строительства рабоче-крестьянского государства особенно важно и поучительно, потому что оно покажет рабочим и крестьянам рост их силы, размах работы. Это будет самопознанием трудового народа, так же необходимым, как самокритика, направленная к познанию его ошибок и пороков. Это самопознание должно убедить «маленьких» мастеров великого и нового дела в том, что они вполне способны делать его и что их труд – не пропадает зря, не идет на откармливание паразитов, а, все возрастая, обогащает страну, и близко время, когда результаты этого труда облегчат жизнь рабоче-крестьянской массы. Рабочие и крестьяне должны знать и верить, что «наука и труд – все перетрут», все цепи прошлого, все, чем «хозяева» тысячи лет оглушали и ослепляли рабочий народ.

Леонид Андреев

Москва. Мелочи жизни 1. Я возвращался с одним знакомым из театра, где только что закончился последний акт драмы Ростана «Сирано де Бержерак». Ночь была прекрасная, теплая; на Тверской, освещенной словно днем, кишела толпа, но не дневная, та, что бежит по своему делу, а ночная толпа, наполовину состоящая из полупьяных людей, на другую половину – из проституток. Печально было смотреть на эту привычную действительность, когда перед глазами носился еще облик рыцаря и поэта, в ушах еще звучали наивно благородные излияния чистой, непродажной и верной любви. – Романтизм! – ворчал мой знакомый, возвращаясь к разговору о виденной драме.– На кой черт преподносят мне этого выдуманного героя, в котором ни на грош нет трезвой правды и жизни? Сотню негодяев избил! Дерется, а сам стихи сочиняет! Икать уже перед смертью начал, а сам к своей Роксане тащится и дневник происшествий за неделю передает. А любит-то, любит-то как! Гимназисты и те уже теперь так не любят, да и любил ли кто-нибудь так глупо? Постеснялся, видите ли, истину об этом красавчике рассказать и женщину самым идиотским образом счастья лишил. Герой! – Чего же вы хотите? – спросил я. – Правды! – резко ответил мой спутник.– Лучше одного живого негодяя мне покажите, нежели сотню выдуманных героев. – А это вас не удовлетворяет? – спросил я, указывая на одного в достаточной степени живого, хотя и пьяного, негодяя, нагло пристававшего к какой-то женщине.– Однако не вмешаться ли нам? – Не наше дело,– равнодушно ответил собеседник.– А насчет этого живого мерзавца вы зря мне острите. Мы не о жизни говорим, а о сцене. Давай мне на сцене отражение действительной жизни с ее страданиями и радостями, а не... – Вы так любите действительность? – Я люблю правду. Старый, отчаянно старый разговор. Так спорили между собой наши отцы, тот же спор услышим мы и среди наших детей. И правы будут, пожалуй, и те и другие, ибо правда жизни есть то, чего мы хотим от нее.


Почему в эту кроткую, тихую ночь все, что видели мои глаза: улица, залитая электрическим светом, наглые лихачи, кричащие, смеющиеся и взаимно продающиеся люди казались мне какой-то невероятной, дикой и смертельно ужасной ложью, а выдуманный, несуществующий театральный Сирано, на глазах публики снявший свой роковой нос, – единственной правдой жизни? Я знаю, что теперь нет поэтов, которые во время боя сочиняют стихи, правда, их часто бьют, но уже после того, как они сочинили. Я знаю, что поэты никогда не бросают на сцену кошелька, если только это не открытая сцена Омона или «Яра», и кошелек при этом никогда не бывает последним: хорошему поэту редакция никогда не откажет в авансе. Я знаю, что поэты никогда не бывают так голодны, как Сирано, и так умеренны, как он, и если целуют руки у прислужниц, то только у своих и притом в отсутствие жены. Знаю я, наконец, что поэты никогда не говорят правды в лицо сильным мира сего, и если их бьют, как и Сирано, по голове, то только за неправду. И любят люди не так, как любил Сирано,– я знаю и это. Они не гонят со сцены наглого актера, осмелившегося любострастно взглянуть на их возлюбленную, а или спокойно отдают ему свое сокровище, или, быть может, и гадят, но только из-за угла, а потом скопом набрасываются на него и бьют. Если женщина их не любит, они не устраивают счастье ее с своим противником, но или обвиняют его в краже портсигара, или убивают: ее, соперника, даже себя; наконец, пишут анонимные письма и доносы. Не умалчивают они и о недостатках своего соперника: если он умен, доказывают его глупость, если он дурак, изображают его безнадежным идиотом. Иногда поэты и пишут для дураков любовные письма, но не дешевле, чем за рюмку водки – большую десятикопеечную. Никто, наконец, не пользуется красноречием для любви: его продают в суде, в книге, на кафедре, возлюбленную же молча обнимают и целуют: она сама и догадывается, что это значит. Умирать же так, как умер Сирано, не только никто не умирает, посчитает за неприличие. Во-первых, умирают всегда дома, а не идут для этого в гости. Умирать начинают не за полчаса до смерти, а лет за тридцать по меньшей мере. Последнее, что перестало жить в Сирано, было его великое сердце – у настоящих людей оно умирает первым, так как и мало, и худосочно, да и излишне, говоря по правде. Страдая от боли, о боли именно и кричат, и если рассказывают анекдоты, как Сирано, то в непременной связи с собственным геморроем. Умирая, наконец, не вызывают на бой самое грозную смерть, а просят послать скорее за доктором, и если поднимают руку, то вооруженную не непобедимой шпагой, а пером, чтобы подписать завещание. Все это я знаю, знаю вполне достаточно для того, чтобы жить, любить и умереть как настоящему человеку. Но почему я не верю во все это и правдой считаю то, чего никогда не бывает? Почему для меня убедительнее всех социологических трактатов и грошовой психологической мудрости эта неестественная смерть Сирано? Сейчас, в эту минуту, я вижу его, предательски лишенного жизни, но не мужества, вижу его встречающим эту всем страшную, бессмысленную смерть на ногах, как подобает мужчине, более гордый, чем сама эта царица подземного царства, встречает он ее. Колеблются старые ноги, дрожит рука, уже стиснутая железным объятием смерти, но шпага, орошенная черной кровью негодяев, сверкает победным светом и до последнего движения не изменяет великому сердцу, которому изменило все: счастье, любовь и сама жизнь. Дорогу гасконским дворянам! 2. По поводу одного помещенного в нашей газете рассказа послышались голоса в защиту человеческой природы, будто бы оклеветанной автором. Есть возражения против художественной стороны рассказа: указывают, быть может, справедливо на его искусственность, манерность, видимое желание сгустить ощущение ужаса, наконец, на


слабую психологическую разработку конца,– этой стороны вещи касаться не стану, не чувствую себя компетентным. Но по поводу того, что самый рассказ есть не что иное, как гнусная клевета на человечество, я позволю себе высказать несколько соображений. Вопрос хотя не злободневный, в строгом смысле этого слова, но не чуждый современности. Правда, из области общественных дел и интересов мне придется до известной степени выйти и совершить экскурсию в область морали. Но это уже не в первый раз и, думаю, не в последний. И не без причины. По некоторым условиям своей деятельности и по свойствам среды, с которой приходится иметь дело, журналист, газетный обозреватель в частности, очень часто попадает в плачевное положение человека, который думает, быть может, умно, а пишет о другом, и пишет и скучно и скверно. Все мысли его, например, направлены на македонский вопрос; во сне он видит македонский вопрос, наяву он терзается македонским вопросом, с знакомыми и друзьями он толкует о македонском вопросе, а как только сел он за письменный стол, из-под пера его выливается пламенная статья о г. Собинове, отравившемся омарами, о поклонниках г. Собинова, жаждущих его исцеления, о новых условиях вознаграждения, требуемых г. Собиновым, концерте, который дал г. Собинов, о другом концерте, которого г. Собинов не дал, о третьем концерте, который г. Собинов даст или не даст, это как Бог ему на душу положит, о четвертом концерте... Не отрицая связи испорченных омаров с божественным голосом г. Собинова и всей душой переживая ужас, который почувствовала вся Россия при страшной вести о трагической покупке, я затрудняюсь, однако, причислить этот прискорбный инцидент к числу тех наболевших вопросов нашей общественности, разработка которых давала бы публицисту чувство исполненного долга. Равным образом, как ни велик и ни многообразен г. Демчинский, дальнейшая эксплуатация скрытых в нем общественных богатств представляется мне излишней и бесплодной. Не стану перечислять той сотни обглоданных костей, которые ежедневно выбрасываются московской жизнью в добычу голодной газетной братии, еще раз ею обгладываются, закапываются в землю на черный день, выкапываются и снова обгладываются – при визге и драке всей стаи. Факт тот, что омары и г. Собинов преобладают – и, уклоняясь от консервных излияний, обозреватель волей-неволей затрагивает и разрабатывает темы общественно-морального и чисто морального характера. Всякий газетный обозреватель, весело попрыгивающий с Демчинского на Собинова и на том и другом оставляющий свои следы, или тяжеловесный Катон, похожий на человека в пароксизме зубной боли, – но в основе всегда моралист. Есть и еще одна причина, выдвигающая на первый план моральные темы,– причина, отчасти уже отмеченная г. Бердяевым в его статье «Борьба за идеализм», но к ней, ввиду ее важности, как-нибудь потом. Возвращаюсь к вопросу о человеке-звере. Можно быть идеалистом, верить в человека и конечное торжество добра – и с полным отрицанием относиться к тому современному двуногому существу без перьев, которое овладело только внешними формами культуры, а по существу в значительной доле своих инстинктов и побуждений осталось животным. Как в лесу всякое дерево растет и развивается по-своему, так и в том сложном, что есть человечество, каждая особь развивается на свою мерку: то вершиной поднимается она горделиво над лесом и смотрит в небо, то, искривленная, стелется по земле. Трудно, да и невозможно вывести среднее, когда в одном конце лестницы находится полинезийский людоед, а в другом – Гладстон. Но есть обширная группа людей, более или менее сходных друг с другом и близких по своим душевным свойствам,– людей, созданных одной и той же культурой. Один у них Бог, одни представления о добре и зле, одни взгляды на жизнь и смерть, одни и слова на языке: прогресс, гуманность, любовь, деньги. Это – люди по преимуществу, как они думают о себе, это результат многовековой культуры, то


положительное и высшее, чего она достигла. Ниже этой массы – миллиарды, выше ее – единицы. Это то, что называется культурным человечеством. И эти люди горды и довольны собой. Колоссальный материальный и умственный прогресс, которого они являются творцами, дает им право с открытым презрением смотреть на низших, а тех одиноких, верхних, зачислять в свои ряды и называть братьями по духу и крови. Каждый день, подстригая ногти, они думают, что перестали быть зверьми,– и тысячи самых горьких, повседневных разочарований не в состоянии открыть им глаза. К одному они присмотрелись и не замечают его; другое на минуту взволнует их душу своей возмутительностью и зверством и, в сознании человечности переживаемого чувства, даст странное и обманчивое утешение. Я уверен, что бесконечно возмутительная англо-бурская «война» тысячи людей подняла в их мнении о себе – они ведь испытали благородные чувства негодования и гнева! В этом наивном самодовольстве культурных людей, в их незнании границ собственного я (а точнее, по ницшевской терминологии, своего «сам») – я вижу опасность и препятствия к дальнейшему развитию и очеловечению их несовершенной природы. Человек собой довольный – человек конченый, и если у вас тонкое обоняние, в его присутствии вы услышите запах разлагающегося трупа. Чтобы идти вперед, чаще оглядывайтесь назад, ибо иначе вы забудете, откуда вы вышли и куда нужно вам идти. Если бы кто-нибудь мог подняться в бесконечную высь, одним орлиным взором окинуть все человечество, чутким слухом уловить его многоголосную речь – он, быть может, с негодованием выбросил бы из нашего языка самое слово «человек». Мягко журчащие речи о гуманности, божественные голоса гг. Собиновых, сладкие звуки песен и молитв исчезли бы для него в отчаянном вопле насилуемых, голодных, избиваемых. Он увидел бы культурных французов, совершающих ужасные варварства в Западной Африке, этом море, куда тысячью ручьев вливается гнусность и бесчеловечная злоба. Он увидел бы занятие тем же делом высококультурных англичан и немцев – да куда бы он ни обратил свой взгляд, всюду он увидел бы зверя, или откровенно жестокого, или бессознательно хищного и свирепого и еще более отвратительного в этой кроткой и тупой бессознательности. Можно ли оклеветать тех, на совести которых лежит хотя бы одна только англобурская или китайская война? Они ссылаются, что между ними были пророки,– но разве они не избивали своих пророков! К характеристике тех, которые обиделись за человеческую природу: они не заметили проституток. Они ужаснулись тому, что культурный юноша насилует беззащитную и уже оскорбленную девушку, и сказали: это неправда, этого быть не может. А проституток они не заметили. Дело, видите ли, в том, что проституток очень вообще много. Дело, видите ли, в том, что проституция есть нечто обычное, узаконенное и в небольших размерах допускаемое для самых благонравных юношей и старцев. Изнасиловать оскорбленную девушку – это до того скверно, что даже невозможно, а пойти и купить ту же девушку, также тысячекратно оскорбленную, также беспомощную и несчастную, – это до того возможно, что даже и не скверно. – Человек-зверь! Человек-зверь! – кричат про какого-нибудь насильника, и ужасаются, и обижаются – и спокойно идут в дома терпимости в полной уверенности, что совершают чисто человеческий, а не зверский акт. Я не скажу, что всякий, хоть раз купивший женщину, совершил насилие, и когда он уверяет, что он не зверь, я не верю ему, а думаю: вот зверь, но только глупый. В том-то и ужас нашей лживой и обманчивой жизни, что зверя мы не замечаем, а когда он заворчит и заворочается, принимаем его голос за лай комнатной собачонки – и ведем ее гулять или даем добродушно кусочек сахару: на, милая, скушай и успокойся. А когда в один скверный день избалованный зверь разорвет свою цепочку, вырвется на свободу и растерзает нас самих и наших ближних – мы изумляемся до столбняка и не верим: да мыслимо ли, чтобы сын мог убить мать и сестер? Да не сумасшедший ли он? Да


мыслимо ли, чтобы образованный и интеллигентный юноша мог изнасиловать оскорбленную беззащитную девушку? Не гнусная ли это выдумка? Есть прекрасный роман-сатира Уэллса «Остров доктора Моро». Там некий гениальный доктор задумал хирургическим путем очеловечить диких зверей, и это до известной степени удалось ему. Получились странные существа, с обликом и речью человека, с инстинктами и природой зверя. Хором, качаясь в такт, поют они данные им доктором заветы: «мы люди! мы не должны драть кору с деревьев, не ходить на четвереньках, не втягивать воду губами» – поют, гипнотизируют себя, даже верят, что они люди, а внутри рычит все тот же зверь и при малейшей оплошности вырывается на свободу. Есть там люди – тигры, но при всей их свирепости есть нечто худшее: люди – свиньи... Культурное человечество уже высоко поднялось над этими творениями доктора Моро – но еще выше, еще выше должно стремиться оно! Пусть ваша любовь будет так же чиста, как и ваши речи о ней,– перестаньте травить человека и немилосердно травите зверя. Путь впереди намечен людьми-героями. По их следам, орошенным их мученической кровью, их слезами, их потом, должны идти люди – и тогда не страшен будет зверь. Ведь все звери боятся света.

Борис Ливанов

«Паровоз» из Маковоза «А часовню тоже я?» О задержании предполагаемого лидера «братской ОПГ» Олега Маковоза широкой общественности впервые стало известно именно из газет. Это была настоящая сенсация – если верить публикациям некоторых СМИ, Маковоз со товарищи в течение нескольких лет планомерно отстреливал членов самых крупных преступных сообществ Петербурга. Руководство питерской милиции не спешило подтверждать то, о чем писали и продолжают писать все питерские и некоторые федеральные СМИ. Но и не опровергало... Если верить этим публикациям, из нераскрытых резонансных для Питера убийств остаются разве что убийства на почве национальной розни, да еще убийство вице-губернатора Петербурга Михаила Маневича. Однако через некоторое время после первых публикаций появилась информация о том, что во время обысков у задержанных по «делу Маковоза» найдены весьма специфичные боеприпасы, подобные тем, что, были использованы при убийстве чиновника. Говоря простым языком, правоохранительные органы «примеряют» на задержанных еще и убийство Маневича. При первом впечатлении просто поражаешься наглости и жестокости «братских»! Но стоит слегка задуматься, и начинаешь сомневаться. А на ум приходит известное высказывание героя не менее известного фильма: «А часовню тоже я?» Далеко не полный список жертв «братской» ОПГ выглядит следующим образом: 1995 г., покушения на одного из предполагаемых лидеров «тамбовского» преступного сообщества Валерия Дедовских; 29.03.2000 г., убийство Павла Касаева, «казанская» ОПГ; 14.06.2000 г., убийство Яна Гуревского, «тамбовское» ОПС; 08.08.2000 г., покушение (с использованием гранатомета РПГ!) на Александра Ефимова (Фима-Банщик), «тамбовское» ОПС; 14.05.2001 г., убийство «на выезде» – в городе Альметьевск — начальника СБ «Татнефть» Александра Калягина (считался близким к «казанскому» ОПС);


25.05.2003 г., опять «выезд» — в Москве убивают одного из самых значимых в криминальном мире Северо-Запада авторитетного предпринимателя Константина Яковлева (Костя-Могила); 10.07.2003 г., убийство Романа Равилова (Рома Маршал), которого считали правой рукой Кости-Могилы и который во время похорон обещал отомстить за убийство шефа. Ведь что получается? Маковоз и «Ко» совершенно безнаказанно убивали авторитетных людей самых крупных криминальных кланов Петербурга, а все остальные представители криминальных структур спокойно смотрели на все эти безобразия и даже не пытались отомстить? Как-то это не очень вяжется с традициями того мира. Конец империи Несмотря на отказ официальных представителей правоохранительных органов предоставить информацию по этому делу, нам удалось кое-что узнать. Основной фигурант по делу о «братской» ОПГ Олег Маковоз был арестован 10 марта 2004 года. Однако его аресту предшествовали некоторые события. Сразу после смерти одного из «столпов» криминального мира Петербурга Кости-Могилы в некогда спаянной и казавшейся единой «империи» начались брожения. Фигуры, которая могла бы заменить убитого «авторитета», среди окружения Константина Карольевича не нашлось. «Империя» стала разваливаться. Зазвучали неизменные в таких случаях выстрелы и взрывы. Однако появились и те, кто не относился к окружению бывшего «императора», но под шумок решил урвать себе кусок от чужого пирога, Причем, не только у бывших подданных Кости-Могилы. Ведь баланс сил и сложившиеся расклады в Петербурге сильно нарушились, и в этой мутной воде можно было выловить неплохую рыбку. Одним из тех, кто решил половить бизнес-рыбку, по некоторым данным, стал Роман Цепов. Сперва ныне покойный «серый кардинал» вроде бы поучаствовал в разделе имущества Руслана Коляка. Вполне возможно, что и еще где-то успел прокрутиться. С его-то возможностями и связями в ГУВД и ФСО! По словам «главного киллера» всех времен и народов Олега ��аковоза, Цепов наведывался к нему летом 2003 года и весьма настойчиво предлагал «партнерство». Попросту говоря, крышу. Маковоз поставлял в Финляндию лес из Сибири, а также был связан с фармакологическим бизнесом, являясь учредителем одного из химических заводов. Олег Маковоз О задержании предполагаемого лидера «братской ОПГ» Олега Маковоза широкой общественности впервые стало известно из газет. Если верить публикациям некоторых СМИ, Маковоз со товарищи в течение нескольких лет планомерно отстреливал членов самых крупных преступных сообществ Петербурга. Руководство питерской милиции не спешило подтверждать то, о чем писали и продолжают писать все питерские и некоторые федеральные СМИ. Но и не опровергало... В результате, если верить этим публикациям, из нераскрытых и резонансных для Питера убийств остаются разве что убийства на почве национальной розни, и убийство вице-губернатора Петербурга Михаила Маневича. Однако через некоторое время появилась информация о том, что во время обысков у задержанных по «делу Маковоза» найдены весьма специфичные боеприпасы, подобные тем, что были использованы при убийстве чиновника. Криминальные расклады


Здесь стоит вспомнить кое-что из новейшей истории «бандитского Петербурга». На заре становления бизнеса и времени накопления первоначального капитала в Питере существовало довольно много команд, претендовавших на свою долю петербургского пирога. Казанские, пермские, тамбовские, мурманские (по названиям городов), малышевские, кирпичевские (по фамилиям лидеров), акуловские, ефимовские, группировка Маленького (по кличкам лидеров) – это далеко не полный перечень питерских группировок. Но в результате криминальных войн и деятельности правоохранительных органов в городе осталось две наиболее значимые силы: «тамбовские» и «могиловские». Лидером «тамбовских» некоторые представители правоохранительных органов считали Владимира Барсукова (Кумарина). Сам Владимир Сергеевич (он числился вице-президентом Петербургской топливной кампании, а в настоящее время оставил эту должность и занимается лишь общественной деятельностью), во всяком случае, официально, всегда отрицал всякую связь с какими бы то ни было преступными сообществами. Ну а лидером «могиловских», соответственно, считался Константин Яковлев. В конце 90-х в Питере довольно часто гремели выстрелы и взрывы. Наши источники утверждают, что шла война за влияние в городе между «тамбовскими» и «могиловскими». И с той, и с другой стороны погибло довольно много народу. В тот же период пострадал и Владимир Барсуков (Кумарин). В результате покушения он едва остался жив, но лишился руки. В конце концов, лидеры обоих сообществ встретились за столом переговоров, и война (во всяком случае, настолько явная) прекратилась. По нашим данным, бизнес в Петербурге и окрестностях был поделен. С тех пор и стало считаться, что если исконный бизнес «тамбовских» – топливо, то у окружения Кости-Могилы такой «фишкой» стал фармацевтический бизнес. Само собой, оба сообщества не ограничивались только этими направлениями деятельности, но речь сейчас не о том. «Крышовая» идея Олег Маковоз сообщил нашему корреспонденту, что когда он занялся фармбизнесом, с «могиловскими» у него сложились вполне ровные отношения. К тому времени, в конце 90-х, бывшие бандиты (кто выжил или не сел на нары в процессе накопления первоначального капитала) стали более гибкими. А потому с ними стало возможно договориться. У Маковоза была собственная охранная фирма «Илтис», созданная в 1996 году для охраны лесного бизнеса. Так что крыша ему не требовалась. Особой конкуренции на рынке госзаказов и эксклюзивных поставок лекарств в Петербург Маковоз не составлял. На чужой каравай рот не разевал, но и свой бизнес держал крепко. И его оставили в покое, война была никому из авторитетов не нужна. Со смертью Кости-Могилы баланс сил нарушился. В новой действительности у некоторых серьезных людей появилась возможность значительно расширить собственное влияние на бизнес Петербурга, подминая под себя тех, у кого не было солидной крыши над головой. Скорее всего, Роман Цепов тоже решил расширить свой бизнес. И с этой своей «идеей» он и пришел к Маковозу. «Главный киллер» Петербурга с предложениями Цепова не согласился. И тогда «серый кардинал», по словам Олега Маковоза, пригрозил ему проблемами с правоохранительными органами. Но в то время Маковоз уже работал в управлении Госстроя, собирался баллотироваться в Госдуму, а потому не придал словам визитера должного внимания. Как оказалось, зря. Позже, уже из материалов по расследованию деятельности подозреваемого Маковоза и еще нескольких лиц, которых следствие считает членами «братской» ОПГ, выяснится, что за Маковозом пустили наружку. По некоторым данным, наружное наблюдение было установлено личным распоряжением начальника криминальной милиции ГУВД Санкт-Петербурга и Ленобласти Владислава Пиотровского.


Валерий Ледовских (Бабуин) 0дин из основных лидеров «тамбовского» ОПС. По данным РУОПа, он уроженец, Тамбовской области и стоял у истоков создания местного «сообщества». Впервые «тамбовцы» заявили о себе в 1989 году, когда поставили под свой контроль вещевой рынок около станции метро «Удельная» и начали собирать дань с местных спекулянтов. В настоящее время «тамбовцы», по некоторым данным контролируют большую часть топливного рынка, строительный бизнес, сеть аптек, внешнеторговые организации и .многое другое. По оценкам экспертов, на долю «тамбовского» ОПС и близких к нему коммерсантов приходится до 40% всего бизнеса в Петербурге, Рустам (Роман) Равилов Был известен в криминальных кругах как Рома Маршал. Бывший член казанской ОПГ. В Петербурге считался авторитетом так называемого «синего движения». Имел отношение к нефтяному бизнесу, был одним из немногих равноправных партнеров Кости-Могилы. Был генеральным директором фирмы ТИНГС («Татинвестнефтегазстрой»). Ментовские перетасовки Год назад по Петербургу ходили даже не слухи, а уверенные заявления сотрудников правоохранительных органов о том, что Пиотровского в кресло начкрима посадил именно Роман Цепов. К тому времени он, видимо, действительно приобрел такой вес, что мог «назначать» на высшие должности в силовых ведомствах Петербурга своих людей. Известен, к примеру, такой случай. Весной 2003 года тогдашнему начальнику криминальной милиции Александру Смирнову позвонили из МВД и сообщили, что подписан приказ о присвоении ему звания генерал-майора милиции. Дело было в пятницу вечером, но слух моментально разнесся по городу, и все выходные Сан Саныча (как в Кулуарах его называют подчиненные) поздравляли с новым званием. Однако в понедельник Смирнову опять звонят из Москвы и сообщают, что новое звание придержано. Мол, пройдет празднование 300-летия Петербурга без эксцессов, тогда и получишь генерала. Празднование прошло, потом ушел с поста губернатор Владимир Яковлев, а потом... предложили уйти и Смирнову. Сан Саныч сейчас занимает должность федерального инспектора по Петербургу. И много позже информация о той давней истории (с отменой приказа о присвоении звания генерала) стала просачиваться в некоторые слои питерского общества. Оказалось, что пока Александр Смирнов выслушивал поздравления, некоторые люди времени зря не теряли. По слухам, Цепов и нынешний начальник ГУВД Михаил Ваничкин приложили гигантские усилия, дабы приказ о присвоении звания был аннулирован. Видимо, Роман Цепов уже весной 2003 года вынашивал планы продвижения на один из ключевых постов в ГУВД своего человека. Ну а Ваничкин мог посчитать, что пользующийся заслуженным авторитетом среди сыщиков Александр Смирнов может претендовать на его место. Так это или нет, но сейчас мы видим то, что видим. Смирнова из милиции «ушли», а на его месте угнездился Владислав Пиотровский. «Вам гранатомет нужен?» Именно Пиотровский, по словам наших источников, санкционировал слежку за Маковозом. И в процессе этой слежки сотрудники милиции выяснили, что они не


единственные, кто интересуется его передвижениями. О «коллегах» было доложено «наверх», а оттуда, по некоторым данным, была спущена команда: «Не вмешиваться!» Результат невмешательства стал известен 14 октября 2003 года. На Северном проспекте Петербурга автомобиль Маковоза был расстрелян из автоматов. Оба его охранника получили ранения. Сам Маковоз, обладающий хорошей реакцией, — он мастер спорта по дзю-до, – сумел пригнуться и спрятаться под «торпеду» автомобиля. А затем выполз из машины, стараясь не попасть на линию огня, и убежал. Впрочем, через несколько месяцев СМИ, учредителем которых являлся Роман Цепов, заявили, что Маковоза в машине не было. Мол, он сам на себя организовал покушение. Но даже в тех материалах дела, которые нам прокомментировали источники в правоохранительных органах, нет никаких доказательств этой версии. Впрочем, там нет доказательств, еще много чему... А адвокаты заявляют, что в квартире Маковоза, куда он бросился сразу после покушения, висит кожаная куртка. И якобы на спине этой куртки ясно видны следы от пуль, которые, не задев самого Маковоза, исполосовали его куртку. Как ни странно, эта куртка следствие не заинтересовала. Оно и понятно – ведь наличие этих следов не укладывается в такую стройную версию об имитации покушения и всех последовавших событий. Но это не единственная странность, которую допускают правоохранительные органы в деле. Во-первых, по неподтвержденным правоохранительными органами данным, во время слежки за Маковозом (а заодно и за «коллегами») сотрудники милиции установили тех, кто «работал» параллельно с ними. А затем поставили на прослушку телефоны «коллег». И вот незадолго до покушения на Маковоза прослушка выдала некий разговор, примерно, следующего содержания: – Ну и долго вы там будете возиться? Вам что, гранатомет нужен? – Да успокойся, скоро уже... Как нетрудно догадаться, на одном конце мобильного «провода» были «топтуны». А на втором... женщина. Жена некоего Дениса Долгушина. Мы еще раз заметим, что данная информация не подтверждается правоохранительными органами. И, конечно, у нас нет копий уголовного дела. Хотя имя Долгушина нам знакомо, но о нем чуть позже. А пока хотелось бы сказать еще об одной странности в этом деле. По информации от адвокатов, сотрудники милиции, осуществлявшие слежку за Маковозом, 14 октября 2003 года находились в непосредственной близости от совершения преступления. И если принять это на веру, то получается, что органы, призванные предотвращать и охранять нас от любых преступлений, спокойно наблюдали, как некие люди достали автоматы и прямо на улице изрешетили автомобиль? Константин Яковлев (Костя-Могила) При жизни вице-президент Санкт-Петербургской духовной академии, кандидат в мастера спорта по вольной борьбе. Подрабатывал каскадером на разных киностудиях СССР. Поданным правоохранительных органов, в конце 80-х организовал свою группировку. В 1993 году один из его приближенных, Игорь Кувалда, организовал на Константина Яковлева покушение, чтобы самому занять его место. Убийство не удалось, а Кувалда через короткое время был расстрелян возле своего джипа. С 1994 года Яковлев активно легализовывал свою деятельность. Известно, что из всех петербургских «авторитетов» наиболее теплые отношения у Кости-Могилы складывались с воровским миром и особенно – с московским вором в законе «дедом Хасаном». Яковлев имел серьезные интересы в банковском и телевизионном бизнесе Петербурга, После убийства Михаила Маневича в ряде СМИ появилась информация о причастности к преступлению Кости-Могилы, однако подтверждений этому у


правоохранительных органов не нашлось. Яковлев являлся учредителем 000 «Бит» – торговля компьютерной техникой, одним из учредителей 000 «Компания. МСА» – с 1997 года специализируется на оптово-розничной торговле, торговой фирмы АОЗТ «Сириус-С», фирмы 000 «Бриз» – с 1995 года занимается лесозаготовительными работами (у Яковлева было 10 процентов акций), издательско-рекламного агентства «Рим», созданного в 1997 году, 000. «Драйвер», учрежденного еще в 1991 году, созданного в 1998 году 000 «Велес». По некоторой информации, Костя-Могила контролировал Ленинградский порт, также с его именем был связан скандал с мэром Таллинна. По сведениям эстонских СМИ, через чиновников в администрации Таллинна Могила приобрел в середине 90-х годов около 35% акций Таллиннского порта. Александр Ефимов (Фима-банщик) Приехал в Петербург из Тамбова в середине 80-х. Работал гардеробщиком, постом банщиком в бане № 25 (отсюда и кличка). Тогда же организовал собственную бригаду и собирал дань на рынке Девяткино. К 1994 году команда Фимы-Банщика влилась в «тамбовское» преступное сообщество. Ефимов организовываете собственное охранное предприятие «Скорпион», которое к середине 90-х осуществляло охрану 88 предприятий. В 1996 году он выставил свою кандидатуру на пост главы администрации Красногвардейского района – того самого, в котором чувствовал себя, по мнению некоторых экспертов, наиболее свободно. Но им заинтересовался РУОП. Ефимова усчитали организатором покушения на директора «Ленрыбпрома» Эдуарда Сергеева: в 1996 году была взорвана машина предпринимателя, а незадолго до этого Фима-Банщик требовал у Сергеева передать ему 25% акций предприятия. Сергеев обращается в РУОП, и Фима-Банщик ударяется в бега. Через год его арестовывают в Ялте и передают России. В 1999 году суд приговаривает Ефимова к 5 годам лишения свободы за вымогательство. Но в начале 2000 года он освободился условно-досрочно. Цена свободы Исполнители покушения на автомобиль Маковоза были задержаны в течение суток. Завидная оперативность! Но если допустить, что места проживания будущих киллеров были заранее установлены, не так уж и удивительно. А дальше дела завернулись совсем неожиданно. 10 марта 2004 года, спустя почти пять месяцев после задержания неудачливых киллеров, арестовывают Маковоза. Какое-то время об этом задержании ни слуху, ни духу. Но в конце весны 2004 года Петербург просто ошарашивают известием о том, что правоохранительные органы раскрыли все наиболее резонансные убийства последних лет. И даже задержали бандитов, державших в страхе весь криминальный мир Питера; Причем, по странной закономерности, самыми информированными в этом деле оказались все те же СМИ, которые финансировал Роман Цепов. Именно эти СМИ и обнародовали «список киллера», обвинив Маковоза в большинстве громких убийств последних лет. Но на чем основаны, эти обвинения? Оказалось, на показаниях одного из подозреваемых в деятельности «братской» ОПГ. А разговорчивым оказался тот самый Денис Долгушин, жена которого, по нашим сведениям, так живо интересовалась, когда будет убит Олег Маковоз. Долгушин, как нам стало известно, подробно рассказал, как провел последние минуты своей жизни Павел Касаев, которого, поясним, правоохранительные органы причисляли к «казанскому» преступному сообществу. В больших «авторитетах» он не ходил, но и рядовым бригадиром не был. Имел собственную делянку, с которой кормился. В основном, его интересы крутились вокруг поставок нефтепродуктов на Северо-Запад. А еще известно, что Касаев в последние месяцы своей жизни вынашивал


планы о расширении «делянки» путем захвата чужого бизнеса. Долгушин не смог объяснить, зачем же нужно было убивать Касаева именно Маковозу, который нефтьюто и не занимался. Но милицию, видимо, мотивы интересуют мало... Рассказал же Денис о том, как Маковоз дал ему пистолет, как они пришли в квартиру Касаева, как тот спокойно открыл им дверь, одетый в одни трусы, как прошли на кухню... Ну а потом, как следует из показаний Долгушина, Маковоз достал пистолет и выстрелил в Касаева. Свидетель даже вспомнил, что капли крови попали на холодильник. По словам Долгушина, Маковоз не предупредил его о том, что он планирует делать в квартире Касаева. А с собой взял, дабы «повязать кровью» и намертво связать с деятельностью группировки. А еще Долгушин, как следует из его показаний, по заданию Маковоза в апреле 2000 года похитил и «прессовал» Гейдара Иманова. И тот, опасаясь за свою жизнь, переписал принадлежавшие ему акции Корниловского фарфорового завода другим лицам (назвать, кому именно передавались акции, Долгушин не смог). Во время «уговоров» к Иманову применялись пытки. В частности, соратник Маковоза (по словам Долгушина) Авдеев перекусывал пассатижами пальцы бизнесмена. Иманов в присутствии нотариуса подписал все документы. После чего бизнесмена и его шофера отпустили. На основании этих показаний был арестован Маковоз и еще ряд лиц. А вот сам Долгушин, по его же собственным словам, принимавший участие в убийстве, похищении человека, вымогательстве, а осенью 2003-го организовавший покушение, был... освобожден под подписку о невыезде. Вот уж где удивительное рядом! Ян Гуревский 1967 г. р. Из благополучной семьи (мать – экономист, отец – строитель), спортсмен, призер школьных олимпиад по математике. Учился в мореходке, у после армии начал заниматься бизнесом. Стал фигурантом одного из первых в Петербурге дел по оргпреступности, разрабатываемых ОРБ. Был приговорен в 1992-м Калининским райсудом по ст. 145 (вымогательство 300 рублей с виновника ДТП) и 148 (грабеж) к четырем годам лишения свободы. Вины своей Гуревский не признал, освободившись условно-досрочно через 2,5 года, писал вместе с адвокатами одну за другой надзорные жалобы. Даже обретя авторитет в криминальном мире, он не желал смириться со своей судимостью, хоть та была давно погашена. Вплоть до самой гибели продолжал добиваться пересмотра дела и своего полного оправдания за отсутствием состава преступления. В «тамбовском» сообществе Ян Гуревский, по нашей информации, специализировался на вопросах безопасности, был координатором программ по ликвидации физических лиц. Эта «должность» перешла к нему после смерти Степы Ульяновского. Эти «вредные» цифры статистики Во всем этом имеется еще один немаловажный вопрос: если «дело Маковоза» организовал Роман Цепов, то после его смерти оно должно было развалиться. Во всяком случае, именно такой ход событий подсказывает логика. Но оно не развалилось, а, наоборот, набирает обороты, выплескивающиеся на некоторые газетные полосы все новыми подробностями о деятельности «братской» ОПГ. Ну и кому же теперь выгодно поддерживать общественный интерес к этому делу? Если внимательно проанализировать статистику деятельности ГУВД Петербурга и области за последний год, то сам собой напрашивается вывод, что громкое дело необходимо Владиславу Пиотровскому. И ему, скорее всего, неважно, доживет ли до суда хоть что-то из того, в чем обвиняют близкие к начкриму ГУВД СМИ предполагаемых членов «братской» ОПГ. Главное, чтобы это «дело» просуществовало хотя бы еще несколько месяцев. До тех пор, пока не закончится реорганизация МВД.


Потому что показатели работы питерской милиции за время нахождения на посту начальника криминальной милиции Пиотровского весьма сильно упали. И этому есть объяснения. Одним из первых деяний господина Пиотровского в качестве начкрима стала реорганизация УБОПа. Целью этой встряски, как нам стало известно, было лишь одно – уйти из ГУВД Игоря Гусева, начальника 7-го, «лидерского» отдела УБОПа, разрабатывавшего главарей ОПГ. В результате помимо самого Гусева без работы остались и многие его подчиненные. Причиной опалы начальника отдела (на счету которого были раскрытия весьма громких уголовных дел в отношении питерских «авторитетов»), стало то, что Гусев, по нашим данным, посмел взять в разработку Романа Цепова. Впрочем, не только его. «Странные» связи главного сыщика Питера Как следует из материалов дела, некоторое время назад рассматривавшегося в Городском суде Петербурга, Седьмой отдел питерского УБОПа разрабатывал некоего Юрия Гамилко (в определенных кругах известного, как Юра Всеволожский). В процессе разработки была установлена и прослушка телефонов «объекта». И она совершенно неожиданно выплеснула в эфир имена Романа Цепова и Владислава Пиотровского. Во время разговоров с компаньонами Юрий Гамилко, знавший о «хвосте», несколько раз заявлял, что вопрос о развале его уголовного дела решен с Пиотровским. А один раз Юра Всеволожский долгое время выяснял у некоего абонента, куда ему везти доски, предназначенные для... загородного дома Пиотровского. Владислава Пиотровского даже допрашивали по этому поводу. Но он заявил, что никогда не слышал ни о загородном доме, ни о досках, а с Юрой Всеволожским вообще не был знаком. Однако этот случай – не единственный, когда имя Пиотровского упоминается в связи с «темными» личностями. Так, на суде по обвинению Юрия Шутова (депутат Законодательного собрания Петербурга, обвиняется в создании банды, в заказных убийствах, разбойных нападениях, вымогательстве и т. д.) недавно был допрошен свидетель – бывший сотрудник РУБОП. Свидетель рассказал, что по одному из эпизодов деятельности «банды Шутова» он занимался расследованием заявления питерского предпринимателя Алексеева. По словам бизнесмена, у него в конце 1998-го силой забрали джип. За некий несуществующий долг. А вернуть пообещали после передачи некоторого количества американских долларов. Так как из показаний заявителя следовало, что на него «наехала» организованная преступная группировка, делом занялся РУБОП. После нескольких телефонных переговоров с вымогателями была назначена встреча у гостиницы «Пулковская» для передачи денег. Приехавшего вымогателя задержали. А во время допроса выяснилось, что задержанный является прапорщиком милиции и... личным водителем начальника Управления уголовного розыска. ГУВД Петербурга и Ленобласти (в то время) Владислава Пиотровского. Начальник приехал незамедлительно. В процессе предварительного расследования участие милиционера в деятельности вымогателей из уголовного дела исчезло, хотя сам эпизод остался. Но все эти сомнительные связи старшего офицера милиции не помешали ему стать вторым человеком в городском управлении внутренних дел. И, как мы уже упоминали, в первую очередь, новый начкрим ГУВД нанес удар по УБОПу, который в то время был одним из лучших в стране. В результате реорганизации Игорь Гусев был выведен за штат, а затем и вовсе уволен. Вслед за ним из УБОПа уволилось еще несколько десятков офицеров. Что не могло не сказаться на работе подразделения. На сегодняшний день питерский УБОП,


бывший когда-то одним из тех подразделений МВД, которое Москва ставила в пример другим регионам, стал по показателям работы одним из худших в стране. Создание «громкого дела» Скорее всего, до Пиотровского, наконец, дошло, что за развал работы УБОПа его не похвалят. Да и вообще криминальной милиции похвастаться особо нечем, а ведь отчетный период все ближе к завершению... Впрочем, около месяца назад Владислав Пиотровский громогласно заявил о раскрытии убийства 9-летней таджикской девочки. В феврале прошлого года преступление, носившее признаки убийства на почве национальной розни, наделало в Петербурге много шума. Под особый контроль расследование убийства таджикской девочки взяли полпред президента в СЗФО Илья Клебанов и губернатор Питера Валентина Матвиенко. И вот, наконец, Пиотровский заявляет, что убийство раскрыто, и виновные задержаны. По нашей же информации, на настоящий момент задержаны лишь подозреваемые в причастности к преступлению. И они отнюдь не спешат признаваться в том, что участвовали в убийстве. О «раскрытии» не знают и в прокуратуре Петербурга. А по словам нашего источника, сотрудника 18-го (экстремистского) отдела питерского УБОПа «наработки имеются, но до раскрытия там как до Китая...» в известной позе. И очень хочется спросить, когда будет раскрыто убийство правозащитника и специалиста по экстремизму Николая Гиренко? Так и остаются «глухарями» убийства вьетнамского студента, афганского врача, сына ливийского дипломата, убийство целой семьи из трех человек летом нынешнего года в Красногвардейском районе Петербурга и еще масса других преступлений, менее общественно значимых. В этих условиях, да еще накануне реорганизации всей структуры МВД, Владиславу Пиотровскому, чтобы иметь шанс занять хоть какой-нибудь пост в новой правоохранительной структуре, сверхнеобходимо какое-то громкое дело. Именно им и стало задержание «братской» ОПГ. Владислав Пиотровский Владислав Пиотровский занял пост начальника криминальной милиции северной столицы после ухода с должности Александра Смирнова – пользующегося среди сыщиков заслуженным авторитетом профессионала. Год назад по Петербургу ходили даже не слухи, а уверенные заявления сотрудников правоохранительных органов о том, что Пиотровского в кресло начкрима посадил именно Роман Цепов. Именно Пиотровский, по словам наших источников, санкционировал слежку за Маковозом.

Агентство национальных новостей

Обзор международных событий с 30 июня по 6 июля 2006 года МОСКВА, 7 июля (АНН). Главные события международной жизни на прошлой неделе, касающиеся интересов России, происходили в основном рамках двухсторонних переговоров и международных форумов. Религиозные деятели, в отличие от политиков-атеистов, сориентированы на компромиссы.


Совет ООН по правам человека одобрил Декларацию о правах коренных народов. Против Декларации проголосовали Россия и Канада: РФ впервые в истории ООН отвергла международные документы о соблюдении прав и достоинства коренных, в том числе малочисленных народов. Декларацию о правах коренных народов, переговоры по которой длились более 11 лет, поддержали 30 государств-членов Совета; Канада и Россия проголосовали против этого документа и 12 воздержались. Декларация ООН о правах коренных народов охватывает широкий круг государственной ответственности за права человека и основные свободы, касающиеся коренных народов, включая право на сохранение и развитие своего культурного своеобразия и особой идентичности, право на владение, пользование традиционными землями и природными ресурсами. Декларация провозглашает также незыблемость прав, касающихся религии, языка, образования, информации и прав на беспрепяственное участие в политической, экономической и социальной жизни общества и страны, где живут коренные народы. По мнению аналитиков, Россия и Канада опасаются зарубежного вмешательства в исследования прав коренных и малочисленных народов Севера, давно нарушаемых экспортно-сырьевые компаниями. По многочисленным сообщениям, особенно страдают от эксплуатации недр и других разнообразных ресурсов эскимосы, ненцы и финно-угорцы, причем по темпам их вымирания Россия с 1990-х годов занимает 1-е место в мире. Даже отсутствие обязательной силы у Декларации по правам коренных народов может вызвать международное разбирательство. Например, в Страсбургском суде уже рассматривались или приняты к рассмотрению иски отдельных групп российских финно-угров и эскимосов к России и российскому бизнесу в связи с постоянными нарушениями социально-экономических и культурно-гуманитарных прав этих этносов. РФ и Канада фактически подтвердили свою политику дальнейшего ограничения прав коренных малочисленных народов, в том числе в рамках ликвидации национально-автономных администраций. Одновременно в Москве завершился первый в истории Всемирный саммит религиозных лидеров, инициированный Российской Православной Церковью, в котором участвовали религиозные деятели разных конфессий из 40 стран. Они обсуждали, главным образом, проблемы борьбы с экстремизмом. Было подчеркнута недопустимость того, что террористы зачастую оправдывают свои действия религиозными соображениями. Религия, как отмечалось на форуме, должна служить основой мирного диалога между цивилизациями. Такая позиция подробно изложена в итоговом Послании Всемирного саммита религиозных лидеров. Документ будет передан главам государств "Большой восьмерки", которые на будущей неделе встретятся в Санкт-Петербурге. В завершение форума митрополит Смоленский и Калиниградский Кирилл поблагодарил руководителей религиозных общин, принявших участие в работе саммита, приславших делегации и направивших приветствия в адрес его участников. По его словам, "саммит оказался представительным международным форумом, идеи которого имеют поистине всемирную поддержку". А Предстоятель Русской Православой Церкви Алексий II в своем заключительном слове отметил, что "представители различных религий были единодушны в неприятии противостояния, нетерпимости, жестокости и терроризма. Наш долг и призвание напоминать обществу о непреходящих духовных ценностях, исповедуемых мировыми религиями. Каждый из религиозных деятелей говорит об этом, обращаясь в проповедях к своей пастве, но когда о духовных ценностях говорят


они вместе, к их посланию должны прислушаться и общество, и государственные руководители, и верующие. Надеюсь, что наш призыв дойдет до умов и сердец людей". Экономико-политические "дуэли". Вопросы сотрудничества в нефтегазовой сфере обсудили в Ашхабаде председатель правления ОАО "Газпром" Алексей Миллер и президент Туркменистана Сапармурат Ниязов. Стороны в полном объеме выполнят свои обязательства по прежним контрактам на поставку туркменского природного газа. Пока действует контракт на закупку "Газпромом" 30 млрд кубометров газа в Туркмении в 2006 году по $65 за 1 тыс кубометров. На встрече обсуждались и условия поставки газа в 2007 году в рамках долгосрочного контракта и возможность покупки дополнительных объемов газа в текущем году. Туркменская сторона предложила "Газпрому" приобрести "новый" газ по цене $100 за 1 тыс кубометров, но "Газпром" отказался, и переговоры были прерваны. РФ приобретает туркменский газ по рекордно низкой цене потому, что пока нет среднеазиатских газопроводов в обход России. Но, как уже сообщало АНН, в ближайшие годы с помощью ЕС и США начнется строительство Транскаспийского газопровода для экспортных поставок среднеазиатского и азербайджанского газа в обход России. Поэтому Ашхабад начинает повышать цены, а его примеру наверняка последуют Узбекистан и Казахстан. Удорожание же туркменского газа скажется не только на газоснабжении Украины, но и на российской энергетике, ибо почти треть ее спроса на газ давно обеспечивается дешевым среднеазиатским газом. А в российской электроэнергетике – впервые за последние 20 лет – вводятся (с июня) ограничения на потребление газа, в том числе изза неизбежного подорожания туркменского газа. Вскоре начнется строительство газопровода из Туркмении в Китай, который будет платить Туркмении минимум по $75 за тысячу кубометров. К этой артерии планируется подсоединить в перспективе узбекистанский газ, а сам этот газопровод – продлить на Корейский полуостров и, через Желтое море, в Японию, что будет конкурировать с аналогичными проектами России. Эти факторы тоже позволяют Туркмении настаивать на удорожании ее газа. В Ашхабаде считают, что "рыночные принципы" РФ пока распространяет только на свои энергопродукты, отказывая в рыночном равноправии другим их производителямэкспортерам. Беспрецедентное заявление Евросоюза и руководства Финляндии – страныпредседателя ЕС с 1 июля о возможности свободной торговли с Россией после ее вступления в ВТО укрепило российские позиции на переговорах с США по вступлению в эту организацию. Если ЕС заинтересован во вступлении России в ВТО и в "евророссийской" зоне свободной торговли (что обусловлено и торговыми противоречиями ЕС с США), то Вашингтон явно затягивает переговоры с РФ. "Россия может отказаться от выполнения своих обязательств перед ВТО, если не будет принята в нее", – подчеркнул Владимир Путин на встрече с представителями Международной торговой палаты. Единственной страной, с которой Россия не договорилась о вступлении в ВТО, остаются Соединенные Штаты, напомнил президент РФ. Если по каким-то причинам не удастся достичь договоренности, Москва снимет с себя обязательства по договоренностям, которые она не только приняла, но и исполняет, даже не являясь членом ВТО, – заявил Владимир Путин. Отвечая на вопрос председателя Международной торговой палаты – Всемирной организации бизнеса Маркуса Валленберга о принимаемых Россией мерах по борьбе с нарушением прав интеллектуальной собственности, Владимир Путин, в частности, сказал, что в России принят ряд законов по защите интеллектуальной собственности. Вопрос в том, чтобы все они должным образом исполнялись внутри страны. Но


проблемы в сфере интеллектуальной собственности, по мнению Путина, касаются не только России, но и других стран, прежде всего с развивающейся экономикой. Эти проблемы будут рассматриваться на саммите "Большой восьмерки" в СанктПетербурге. Комментируя утверждения Валленберга, что Россия якобы субсидирует свой АПК, Владимир Путин отметил, что РФ не оказывает поддержку экспорту своей аграрной продукции. Субсидии на продукцию сельскохозяйственного производства в России равны нулю, и та политика, которую проводят другие страны, субсидируя свой аграрный сектор, не способствует выравниванию экономик, особенно развивающихся. По данным ООН, нынешний совокупный уровень прямых и косвенных субсидий "западному" АПК, включая его экспортный потенциал, минимум в 12 раз больше, чем в нынешней России. Хотя ВТО предписало с 2006 года прекратить такое субсидирование. Руководство упомянутой палаты фактически претворяет рекомендации США по условиям вступления России в ВТО, что и отражается в "ремарках" Валленберга. В то же время США на переговорах добиваются прямого доступа к российскому энергосырью, его транспортировке, а также проникновения иностранных, прежде всего американских банков в Россию. Однако "пророссийские" намерения ЕС позволяют России активно маневрировать и ужесточать свою позицию по ключевым условиям участия в ВТО. Углубление американо-европейских торговых противоречий обозначилось и на форуме ЕС-США в Вене, а изложенная там позиция Евросоюза, по имеющейся информации, совпадает с позицией РФ по многим аспектам мировой торговли и государственного субсидирования национальной экономики.

Наталья Виноградская

Ротация по-европейски: Устинов и Чайка поменялись местами Всего через два часа после известия об утверждении на пост генерального прокурора Ю. Чайки информационные агентства обнародовали указ В. Путина о назначении В. Устинова главой Министерства юстиции. Так образом, чиновников просто поменяли местами. Журналистов воодушевил ход мысли президента. Они с воодушевлением принялись размышлять, что будет, если местами поменяются Греф с Кудриным, Зурабов с Фурсенко, Иванов с Медведевым, а также вспоминали несложные законы арифметики и басни Крылова. По слухам, Юрия Чайка проведет в Генпрокуратуре серьезные кадровые чистки: ведомство покинут наиболее одиозные руководители, в частности заместитель генпрокурора В. Колесников. В то же время некоторые аналитики ротацию кадров оценивают положительно, отмечая, что назначение В. Устинова означает курс на реформирование отечественного Минюста по германскому образцу, где прокуратура является одним из департаментов Минюста. При этом возможное встраивание прокуратуры в Минюст должно положительным образом повлиять на всю правоохранительную систему. Подчеркивается, что с приходом Устинова Министерство юстиции обретет политический вес, перестав быть бумажной конторой. Именно Минюст должен обеспечивать единое конституционное и законодательное пространство страны – от муниципального до федерального уровня. Первый канал, интерпретируя главную новость недели в программе "Воскресное время", подчеркивает, что во внутренней политике России приживается принятый повсеместно в Европе принцип ротации глав силовых ведомств. Начало было положено рокировками на региональном уровне, где в последнее время перемещение чиновников


из прокуратуры, таможни или налоговой службы по горизонтали давно уже стали обычным делом. Теперь настал черед федеральных структур. Эксперты не отказываются от версии, что снятие Устинова с должности генпрокурора направлено на ослабление силовой группировки. Эксперт Центра Карнеги Николай Петров в беседе с корреспондентом Ren-TV Анной Нельсон высказал предположение, что с уходом Устинова деятельность Генпрокуратуры несколько изменится и будет восстановлен баланс сил между основными группами влияния. Нужно отметить, что аналитики не были готовы к такому решению кадровой коллизии. "Путин окончательно запутал политиков и политологов, – отмечает ведущая программы "Неделя" Марианна Максимовская. – После отставки прокурора все было решили, что Устинов в опале и вот теперь-то можно говорить о проваленных им делах, вроде "Гранда" и "Трех китов", но не тут-то было. Путин не просто назначил Чайку на место Устинова, но еще и Устинова отправил на место Чайки – возглавлять Минюст". Как иронично замечает Максимовская, политологи вспомнили подзабытое слово из ельцинского лексикона – "рокировка", а политики путинского призыва начали хвалить мудрое решение президента. "Есть искус сказать, как раньше говорили, рокировочка. На самом деле, я думаю, это взвешенное, правильное решение, – заявил спикер Совета Федерации Сергей Миронов. – Когда Владимира Устинова президент отправил в отставку, вы помните, что в тот же день я сказал, что претензий к Устинову нет, высокий профессионал. Возможно, у него были свои взгляды на работу Генпрокуратуры, но никаких претензий и вопросов к нему не было и нет. Поэтому я считаю, что абсолютно нормальное предложение президента". Логичной считает перестановку "Чайка-Устинов" и глава комитета по конституционному законодательству Юрий Шарандин. "Безусловно, взаимодействие Генпрокуратуры и Минюста – вещь в подавляющем большинстве случаев определяющая направление, по которому будет развиваться юриспруденция Российской Федерации, – отметил депутат в эфире "Эха Москвы". – Я имею в виду реальную защиту прав человека, реальную борьбу с преступностью, и реальный авторитет российской юриспруденции на европейском и мировом пространстве". Критики режима резонно отмечают, что от перемены мест слагаемых сумма не меняется. "Теперь тот, который сажал, будет надзирать, потому что Минюст руководит тюрьмами, а тот, кто надзирал, теперь будет сажать, – так прокомментировал рокировку Ren-TV депутат Госдумы Владимир Рыжков. – Комизм ситуации усиливается тем, что неделю после отставки Устинова нам всем рассказывали, как разложилась Генпрокуратура при Устинове. Теперь, неделю спустя, оказалось, что все это совсем не так, что Устинов – большой молодец, что он честнейший чиновник и за это получил должность министра юстиции. Какой-то просто театр абсурда". Впрочем, уже появилась одна серьезная версия о том, почему все-таки Путин решил поменять местами Чайку и Устинова. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов уверен, что операция "преемник" уже началась, и Кремлю нужен свой человек на прокурорской должности. "Во-первых, Устинов очень много знает. Нельзя списывать такого человека из команды. Во-вторых, нельзя делать его жестким противником. В-третьих, посадив на Минюст, где он должен соблюдать закон и обслуживать, он становится еще более зависимым, чем на предыдущей должности", – заявил Зюганов в эфире Ren-TV. Телеканал также попросил озвучить свою позицию в отношении нового кадрового назначения Вячеслава Новикова, единственного сенатора, проголосовавшего против кандидатуры Юрия Чайки. "Меня очень сильно не устраивает та процедура, по которой все это происходит. Все это как-то достаточно спонтанно, без серьезного обсуждения. Очень многие говорят о коррупции, и вопрос был в следующем: есть ли конкретный план? К сожалению, я ответа на этот вопрос не получил", – признался сенатор.


Тем не менее, назначение Юрия Чайки генпрокурором прошло предсказуемо гладко. Как отмечает НТВ, те самые сенаторы, которые задавали главе Минюста острые вопросы, присоединились к общему хору голосов "за". Особенно понравилось парламентариям, что пресса заранее не смогла предугадать, кто будет следующим генпрокурором. Корреспондент НТВ Сергей Морозов замечает, что и сами члены Совета Федерации не блистали догадливостью: "Совсем недавно они с таким единодушием голосовали за генпрокурора Устинова". По мнению Морозова, Юрий Чайка пока демонстрирует непоследовательность. В своем первом выступлении он заявил, что он за эволюцию, а не за революцию, однако тут же предложил довольно радикальные меры. "Не первый год продолжается дискуссия о разделении функции расследования, необходимости выделения следствия из прокуратуры и создании самостоятельного следственного ведомства. Несомненно, стратегический и концептуальный путь развития заключается именно в таком подходе. Хотя уверен, что при любой модели прокуратура должна остаться субъектом следствия", – цитирует Юрия Чайку НТВ. Новый генпрокурор сделал особый акцент на правозащитной роли своего ведомства. По мнению Чайки, надзорные функции Генпрокуратуры должны свестись к правозащите. Сенаторы, а позже и журналисты пытались выяснить будут ли громкие коррупционные дела, которые обещал прежний прокурор, но Юрий Чайка жал понять, что обещания Устинова его ни к чему не обязывают. Оценивать деятельность Устинова он не берется. Но в ближайшее время намерен провести проверку деятельности генпрокуратуры. Ведущий программы "Постскриптум" Алексей Пушков считает ротацию кадров симптоматичной: "О чем говорят эти перестановки? На мой взгляд, они показывают, прежде всего, что перед нами совсем не тот Путин, каким мы его знали по первому сроку. Посмотрите: когда гадали, кто именно станет преемником Устинова на посту генпрокурора, то перебирали имена тех, кто лично хорошо знаком с Путиным, кто принадлежит к его питерской команде, кто давно засветился на политической авансцене. Но все догадки оказались пустышкой. Почему? Возможно, ответ таков: отныне кадровая политика президента основывается на новых принципах". По мнению обозревателя ТВЦ, начиная с 2005 года, Владимир Путин в своей кадровой политике стал выходить за пределы привычного питерского круга. Сначала он назначил полпредом на Дальнем Востоке мэра Казани Камиля Исхакова. Затем главой администрации стал тюменец Сергей Собянин, генпрокурором назначен Юрий Чайка, также не имеющий к питерцам никакого отношения. "О чем это говорит? – вопрошает Пушков. – Либо о том, что питерский кадровый резерв президента истощился, либо, и это куда более вероятно, о том, что Владимир Путин чувствует себя все более уверенно и может позволить себе делать выбор не только из фигур своего ближнего круга. При этом, судя по всему, президент постоянно следит за тем, чтобы сохранить равновесие и не дать отдельным фигурам играть по другим правилам, чем хочет он сам. И главным критерием для Путина, похоже, становится эффективность и функциональность его назначенцев". Вместе с тем, представителей кадровой обоймы должны отличать высокая степень лояльности и наличие взвешенной политической позиции. По мнению политолога, Путину вряд ли понравилось высказывание Владимира Устинова на одном из заседаний коллегии Генеральной прокуратуры: "Если обществом утрачено понятие греха и стыда, то порядок в нем может поддерживаться только полицейский". "Из этого и некоторых других высказываний генерального прокурора могло создаться ощущение, что он стал видеть в Генеральной прокуратуре карающую длань сил добра. И такой эмоциональный подход вполне мог озадачить и насторожить президента, – резюмирует Алексей Пушков. – По имеющейся информации, у бывшего генпрокурора были также четкие представления о том, кто должен, а кто не должен


стать преемником. Наконец, Устинов, после того как он организовал акции в "Транснефти", столь определенно пообещал новые громкие уголовные дела, что не на шутку напугал всю бизнес-элиту страны. В отличие от Устинова, крайне осторожный Юрий Чайка не претендует ни на роль политика, ни на роль публичного борца с коррупцией. Для Путина такой чиновник на месте генпрокурора более приемлем, чем пассионарный борец со злом".

Юрий Богомолов

Кино, которое нас выбирает В этом сезоне федеральные каналы расщедрились на демонстрацию лучшего из того, что есть в современном кино. Это касается и зарубежной, и еще в большей степени отечественной кинопродукции По ходу сезона мы увидели по телевизору практически все стоящие российские киноновинки: «Солнце», «Космос как предчувствие», «Гарпастум», «9 рота», «Прогулка», «Требуется няня», «Попса», «Коктебель», «Статский советник», «Жмурки»… То, что ТВ проявляет интерес к кино, неудивительно. Так было всегда. Но прежде оно увлекалось голливудскими блокбастерами и старыми советскими лентами. Теперь спешит приобрести и показать новейшее отечественное кино. И не просто спешит, но бьется за право «первой брачной ночи». Конкуренция между каналами в этом сегменте репертуара приобрела неожиданно резкий характер. Примечательна с этой стороны история появления на наших телеэкранах фильма Алексея Учителя «Космос как предчувствие». Едва картина получила главный приз на ММКФ, как за нее развернулась короткая, но острая схватка между двумя основными федеральными каналами. Верх взяла «Россия». Видимо, предложила компании-производителю более выгодные условия. Но, как потом выяснилось, Первый не сдался и, воспользовавшись лазейкой в контракте, показал ленту все-таки первым. Показал не как фильм, а как его телеверсию. Вспыхнул скандал. Действия Первого создатели «Космоса» квалифицировали как пиратскую акцию, грозили арбитражным судом. Потом все как-то рассосалось. Но стало понятно, что современное отечественное кино приобре��о товарный вид. Это раз. Два: оно имеет определенную духовную ценность, которая, как оказалось, котируется на так называемом репутационном рынке (есть и такой). Мы видим признаки того, что едва ли не каждый уважающий себя телеканал желал бы гордиться качественным кинопоказом, хотя бы и в ущерб своим сиюминутным коммерческим интересам. И даже такое сугубо легкомысленное телезаведение, как СТС, которое именует себя «Первым развлекательным», не только показало изысканный во всех отношениях фильм Александра Сокурова «Солнце», но и поучаствовало в его производстве. Более того, этот же канал, приобретя сочинский фестиваль «Кинотавр», возложил на себя, таким образом, обязанность раскрутки и пиара всего наиболее ценного, что сегодня производится нашей киноиндустрией. Вопрос культурного престижа стал актуальным. Это отрадно. Другое дело, что на тех же каналах слишком много видеомусора и слишком мало работы для ума. Распространена, впрочем, и конспирологическая версия объяснения кинобума в нашем эфире. Суть ее в следующем. Государство выставило свободу слова из телестудий в дверь, а она (свобода) стараниями отдельных интеллектуалов вернулась в наши дома через окно художественного кинематографа. И сам художественный кинематограф – такой дедушка (или дядюшка?) Эзоп, изъясняющийся с нами исключительно посредством иносказаний.


Однако серьезная кинобеллетристика явилась на телеэкран не в порядке компенсации за сузившиеся возможности Немцова, Хакамады, Явлинского, Харитонова, Рагозина, Новодворской говорить свою правду. Она явилась сама по себе. Она пришла бы к нам и в том случае, если бы в эфире остались «Свобода слова» и «Основной инстинкт», а к ним еще присоединилось бы, допустим, ток-шоу «Лимонка». Просто у публицистики и беллетристики разный уровень разговора о действительности, разная степень глубины проникновения в нее. С такими иносказаниями, как «Гарпастум» или «Космос как предчувствие», «9 рота», интересно потолковать «за жизнь», за недалекое прошлое, за далекое будущее. С ними охота поспорить, но не так, как это происходило в студии Первого канала, когда обсуждался «Гарпастум». Телеведущую заинтересовал вопрос, каково артистке Чулпан Хаматовой было сниматься в эротической сцене. Для ответа на такой вопрос есть другие передачи. С «Космосом» можно побеседовать о том, что такое «совок» и что для него вечность. И что он для вечности. Советский человек – это, как выясняется из фильма Алексея Учителя и Александра Миндадзе, очень породистый человек: результат почти вековой селекции, осуществленной в процессе дружного сотрудничества коммунистической мифологии и компетентных органов. У Евгения Миронова, исполнителя главной роли, в глазах – сияющее простодушие. Как у князя Мышкина (Даром что артист до этого сыграл князя Мышкина.) У него в сердце – ищущая выхода страсть. (Как у Рогожина?) У него в жилах – воля и самоотречение. (Как у Павки Корчагина?) Советское подсознание калибра 57-го года – и в самом деле гремучая смесь космизма и недалекости. Для него все тогда было космосом: заграница, личная жизнь, минувшая война, секс, джаз, мечты, радиоприемник «Спидола»… На фоне такого понимания прошлого что есть митинговые выкрики госпожи Новодворской о рабской природе «совка»? «9 роту», едва она появилась, сразу поспешили оприходовать по ведомству патриотического воспитания юношества. Это с одной стороны. С другой… Фильм Федора Бондарчука – это, в сущности, лицензионное «Шоу выживания»; у нас оно называется «Последний герой». Люди из толпы, участвуя в нем, надеются сорвать хороший денежный куш, ну и плюс паблисити, плюс острые ощущения. А вот звезды срываются на «необитаемый остров» или устремляются в «сердце Африки» от слишком хорошей жизни. Обожравшись пирожных и икры, хочется пожевать черную корку с сырой крупой… Хочется чего-нибудь сермяжно-кирзового. Уставшим от правильной цивилизованной буржуазности хочется стихии и непредсказуемости. Уставшим от самих себя хочется побыть зулусом, Тарзаном, Робинзоном… Или, на худой конец, условным афганцем. А уставшим от тусовок, гламура и глянца клипмейкерам захотелось настоящей крупномасштабной блокбастерной работы. А после случая с солдатом Андреем Сычевым как-то по-другому смотришь эпохальное произведение Федора Бондарчука. Смотришь и видишь истоки современной беспримерно жестокой дедовщины. В картине она едва ли не самый эффективный, чудодейственный способ воспитания новобранца. К тому же легализованный, героизированный, морально оправданный. Избить салагу до бесчувствия, в порядке назидания – святое дело, священная обязанность бывалого прапора?.. Надо было умудриться увидеть в этой картине апологию Российской армии, а не ее тяжелый диагноз. Тем не менее топ-менеджеры Первого канала сочли возможным поставить «9 роту» в праздничный вечер под флагом патриотического воспитания поколения младого, незнакомого…


Нам кажется, что это мы сами выбираем фильмы для общения, спора, дружбы, товарищества. На самом деле фильмы нас выбирают. Или не выбирают. Окончившийся только что «Кинотавр» продемонстрировал новые достижения российского кинематографа. Можно быть заранее уверенным, что уже в следующем сезоне будут показаны по ТВ и «Мне не больно», и «Связь», и «Изображая жертву», и «Остров» – все те картины, о которых сегодня спорят критики.

Сергей Минаев, Николай Вардуль

Экономический прогноз Наступил август, и «Власть», как всегда, предлагает свой прогноз на начавшийся месяц. Эксперты ответят на следующие вопросы: что случится в июне с курсом доллара к рублю? как изменятся потребительские цены в России? что будет с мировыми ценами на нефть? как изменится курс евро к доллару? Но для начала оценим главное экономическое событие июля. Главным экономическим событием июля стал повторный провал официального плана по борьбе с инфляцией. Казалось бы, выглядит совершенно невероятно: как можно уже к середине года провалить не только первоначальный, но и подкорректированный годовой план? Зачем тогда вообще что-либо планировать? Но невероятное свершилось. Когда власти планировали на этот год 7,5-8,5%, они, конечно, допускали, что антиинфляционный план может и не быть выполнен, как не был выполнен 10-процентный план в прошлом году или 14-процентный два года назад. Собственно, если не удается удержать инфляцию даже на уровне 10%, странно планировать 7,5%. Однако выхода не оставалось – нужно же ставить перед собой амбициозные цели. Может, цены устрашатся такой решимости? И в любом случае запланированное снижение инфляции должно было свидетельствовать о проведении в России жесткой финансовой политики, а это нравится западным кредиторам и инвесторам. Надежда явно была на то, что если план и не будет выполнен, то очевидным невыполнение станет только в самом конце года, а до этого можно будет бороться и надеяться. Но действительность превзошла все ожидания. Уже в марте стало ясно, что никаких 8,5% за год не получится (о 7,5% можно было, естественно, сразу забыть). Собственно, уже не получилось, потому что как раз в июле эта отметка и была преодолена. С весны власти в качестве нового плана сначала неофициально, а потом и вполне официально утвердили 10%. Президент Владимир Путин в беседе с министром экономического развития и торговли Германом Грефом даже дал прямое указание не разговаривать о достижимости 10%, а просто взять и обеспечить выполнение этого плана. И вот в июле даже самим властям стало очевидно, что и 10% не получится. Министр финансов Алексей Кудрин заявил: «Скорее всего, инфляция в 2005 году будет в коридоре 10-11%. Мы ожидаем, что в этом коридоре сложится инфляция». Теперь даже непонятно, что считать новым планом. Видимо, 11%. Просто потому, что в прошлом году было 11,7%, а нужно стремиться к тому, чтобы инфляция хоть немного снижалась. Несмотря на двукратный провал плана этого года, решительности власти не теряют. Как заявил Кудрин, «пока мы не достигли минимального уровня инфляции, который был зафиксирован в 1997 году. Главный экзамен на ближайшие три года – это снижение инфляции. Наша задача не только снизить инфляцию до менее 11%, но довести ее до 4-5,5% в 2008 году». Непонятно только, как это сделать, потому что у российских властей даже после повторного провала антиинфляционного плана нет объяснения, почему, собственно, все планы проваливаются, иными словами – почему инфляция в этом году оказывается не


ниже, а может даже оказаться выше прошлогодней. Конечно, что-то говорится насчет чрезмерного роста регулируемых тарифов. Но если дело в тарифах, почему их рост не был учтен? По-видимому, считалось, что остальные инфляционные факторы будут проявлять себя в меньшей мере и это компенсирует тарифы. Но каковы эти факторы? Как раз в июле глава американской ФРС Алан Гринспен делал очередной полугодовой доклад конгрессу, в котором остановился на проблемах инфляции в США. В своей традиционно витиеватой речи он сказал: «Базовая инфляция ускорилась в первом квартале. Растущие цены на энергоносители и другие сырьевые товары продолжили толкать вверх издержки производства, и мы имеем свидетельства, что возросла возможность фирм диктовать цены потребителям, поэтому они могли переложить на этих потребителей свои увеличившиеся издержки». В общем, инфляция в США ускорилась из-за нефтяных цен и ценовой власти американских производителей на внутреннем рынке. В дальнейшем, подчеркнул глава ФРС, нефтяные цены расти перестанут, и это очень поможет сокращению инфляции, так что к концу 2005 года она окажется значительно меньше, чем в 2004 году. В качестве антиинфляционного фактора он также назвал укрепление доллара, которое ведет к снижению импортных цен на потребительском рынке и, соответственно, заставляет и американских производителей не слишком зарываться. Заметим, что раньше, когда доллар падал, Гринспен указывал, что инфляция ускорилась из-за роста импортных цен и все той же ценовой власти американских производителей, которая при подорожании импортных товаров делала возможным повышение цен и на товары отечественного производства. Таким образом, в конечном итоге за инфляцией в любом случае стоит ценовая власть производителей (выражающаяся, в частности, в повышении прибыльности компаний). И именно с ней Гринспен предполагает бороться с помощью повышения процентных ставок: мол, граждане при подорожавшем кредите начнут разумнее тратить деньги, и борьба за потребителей помешает производителям повышать цены. При этом инфляция в США не чета российской – уж не больше 3%. Что в таком случае говорить о ценовой власти российских производителей? Она, по-видимому, в несколько раз больше, чем у их американских коллег. И российские чиновники просто не знают, как с этой ценовой властью бороться, потому что на процентные ставки цены в России уж явно не реагируют. Разве что потребители возьмут и откажутся покупать дорожающие товары. 1. Что будет с курсом рубля? Июль оказался на редкость благоприятным месяцем для доллара на российском валютном рынке. Уже 4 июля он впервые с октября 2004 года превысил отметку в 28,8 руб. 5 июля за него давали уже 28,83 руб., за три дня курс вырос на 20 коп. Поводом стало то, что на мировом рынке евро упал ниже считающейся психологически важной отметки в $1,2. Участники рынка отметили, что ЦБ никак падению рубля не препятствовал и даже сам покупал доллары по 28,8 руб. Аналитики начали рассуждать о том, что если с подешевением евро в мире дело так пойдет и дальше, то Россия увидит доллар по 29 руб. Правда, в дальнейшем евро несколько выправился – а вместе с ним и рубль. Но все равно 26 июля доллар стоил очень прилично– 28,68 руб. Вопрос, конечно, в том, как относятся к ослаблению национальной валюты российские власти, которые до этого не скрывали, что укрепление рубля рассматривают как антиинфляционный фактор, способствующий подешевению импортных, а вместе с ними и российских товаров (и в этом отношении рассуждали примерно так же, как и глава американской ФРС Алан Гринспен). В июле выяснилось, что и сейчас теория осталась прежней. Во всяком случае, глава ЦБ Сергей Игнатьев на заседании Госдумы заявил, что в случае резкого укрепления рубля «инфляция действительно сошла бы на нет, но можно было бы не говорить об удвоении ВВП». Иными словами, с ослаблением


рубля приходится мириться в интересах экономического роста. Но контроля над ситуацией власти не теряют, и, по словам главы ЦБ, «при наших валютных резервах» резкое падение рубля «полностью исключено». Разумеется, участники валютного рынка на обвал рубля и не рассчитывают, но в доллар снова поверили. Граждане тоже не очень расстроены подорожанием доллара, потому что уже устали от положения, когда в стране дешевеют все деньги: рубли из-за инфляции, а доллар – из-за курсовой политики. Наш прогноз: в августе доллар в России останется относительно сильным и будет стоить дороже 28,5 руб. 2. Что будет с российскими ценами? Окончательные инфляционные итоги июля, как обычно, еще неизвестны, но власти уже объявили, что за первые 11 дней месяца цены выросли на 0,4%, так что по итогам июля инфляция может приблизиться к 1%. Учитывая, что за первое полугодие цены уже выросли на 8%, за семь месяцев может получиться чуть ли не 9%. Неудивительно, что именно в июле были официально похоронены надежды показать за год 10%. Какие уж тут надежды, когда до конца года осталось пять месяцев и чуть больше 1%. Впрочем, теперь официальным ориентиром являются 11%. Совершенно непонятно, как их достичь. Видимо, надежды по-прежнему возлагаются на дефляцию, скажем, в августе и на нулевой рост цен в сентябре-октябре. Теоретически такое, естественно, возможно – если власти щедро посчитают влияние сезонного подешевения овощей и фруктов на общий уровень цен в стране. Однако плодоовощная дефляция и нулевой рост цен бывают в России далеко не каждый год. В прошлом году, скажем, в августе было 0,5%, в сентябре – 0,4%, а в октябре – 1,3%. Если в этом году прошлогодняя ситуация всего лишь повторится, то уже в октябре будет провален и план в 11%. Уж не будем говорить о том, что пока инфляционная ситуация в этом году значительно хуже, чем в прошлом. Наш прогноз: власти сделают все, чтобы в августе, хотя бы по статистике, цены не выросли или вообще упали, но вряд ли это получится. 3. Что будет с мировыми ценами на нефть? Июль оказался очередным рекордным месяцем для нефтяных цен. Правда, лондонские теракты 7 июля сначала вызвали обвал – Brent немедленно упала на $4,18, до $55,67 за баррель, а легкая американская WTI – на $3,90, до $57,38. Трейдеры были в панике, потому что в очередной раз ожидали краха мировой экономики под ударами террористов – а в рухнувшей экономике спроса на нефть не будет. Но быстро одумались и перешли к привычной игре на повышение – уже через неделю цены на американскую нефть взлетели до рекордных $62. Потому что в условиях неопределенности, связанной с терроризмом и антитеррористическими операциями, вполне возможен топливный кризис из-за серьезного перебоя в поставках. А глава ФРС Алан Гринспен в своем докладе перед конгрессом особо остановился на долгосрочных перспективах нефтяных цен: «Игроки на рынке сейчас не видят перспектив значительного снижения цен в ближайшие годы. Мировой спрос на энергоносители явно останется большим, и участники рынка проявляют очевидное беспокойство по поводу возможных перебоев с поставками из различных нефтедобывающих регионов». Он также дал понять, что наращивание производства в ближайшие годы требует очень значительных инвестиций, а их непонятно как осуществить, потому что многие нефтедобывающие страны либо ограничивают иностранные инвестиции, либо иностранные инвесторы сами не хотят туда идти из-за политического риска.


Наш прогноз: вызванная терактами неопределенность в мировых нефтепоставках в августе сохранится, так что за баррель Brent будут давать больше $55. 4. Что будет с курсом евро к доллару? Июль начался с падения евро до $1,186 – самого низкого уровня с мая 2004 года. Спекулянты забыли о грандиозном внешнеторговом дефиците США и помнили только о том, что ФРС подняла процентную ставку до 3,25% годовых. Они решили, что уже в обозримом будущем ставка будет поднята до 4% и, таким образом, в два раза превысит существующую в еврозоне. Соответственно, долларовые активы будут в два раза более доходными, чем активы в евро. Преодоление психологически важного рубежа в $1,20 произвело на всех такое впечатление, что ожидался штурм рубежа в $1,175 – самого низкого уровня, достигнутого в 2004 году. Штурма, однако, не последовало, и 12 июля за евро давали уже $1,22. Формальным поводом служило ожидание данных об американском внешнеторговом дефиците (который должен был оказаться больше ранее прогнозируемого), а также решение ОАЭ перевести часть своих золотовалютных резервов из долларов в другие валюты. Впрочем, никто особенно не скрывал, что главной причиной является желание многочисленных спекулянтов, играющих на повышение доллара, зафиксировать прибыль от предыдущего падения единой европейской валюты. К концу месяца в евро все в очередной раз разочаровались, и 26 июля за него снова давали меньше $1,20. Судьбе единой европейской валюты явно не помогали бюджетные проблемы европейских стран: у Италии, например, дефицит в этом году составит 4,3% ВВП, а у Португалии вообще превысит 6%. И министры финансов еврозоны ничего с этими нарушителями норматива в 3% ВВП (принятого как раз для стабилизации евро) сделать не могут, лишь дают им время исправиться – до 2007 года. Наш прогноз: евро в августе будет слабым, но окажется дороже $1,16

Агентство журналистских расследований

Цена жизни Новая версия причин убийства Вероники Черкасовой Прошло полтора года после гибели известной журналистки Вероники Черкасовой. Следствие за это время не продвинулось вперед ни на шаг. Все попытки "повесить" убийство на сына погибшей Антона провалились, хотя 16-летнего парня не раз пытались запугать. В отличие от следователей, за прошедший год журналисты Творческой мастерской «Агентство журналистских расследований» сумели добыть новые факты, которые указывают на то, что убийство Вероники могло быть связано с ее профессиональной деятельностью. У нас появилась еще одна версия возможных причин убийства. Если она верна, то цена жизни белорусской журналистки составила ни много ни мало около 32 миллионов долларов. Черный день календаря 20 октября 2004 года вошел в историю Беларуси как день, когда в нашей стране журналистов стали не только похищать, но и убивать. Убивать жестоко и без оглядки на последствия. В этот день в редакции газеты "Салiдарнасць" готовился в печать очередной номер. Ника сдала свой материал накануне, но все же планировала заехать на работу. В редакции она так и не появилась. К вечеру сотрудники газеты, обеспокоенные тем, что мобильный и домашний телефоны Ники не отвечают, связались с ее подругой, которая, в свою очередь, позвонила родителям Черкасовой. В 22.20 отчим журналистки Владимир Мелешко и ее сын Антон открыли дверь квартиры Вероники и увидели жуткую картину.


Независимые СМИ не единожды пытались доказать, что убийство журналистки вряд ли связано с бытовыми разборками. Основные доводы такие: Согласно данным МВД, раскрываемость бытовых убийств в стране составляет более 99%, поскольку сам характер совершения подобного преступления способствует тому, что убийца не успевает подумать о сокрытии следов своих деяний. При участии в таком преступлении подростка, обладающего минимумом жизненного опыта и не имеющего ни малейшего представления о работе органов правопорядка, раскрытие убийства становится и вовсе пустячным делом. В то же время преступник, лишивший жизни Веронику, не оставил ни одного следа, который мог бы его идентифицировать. Он инсценировал бытовую ссору, нанеся жертве 43 ножевых ранения и уже после убийства разбрызгав кровь по стенам – об этом однозначно говорят опытные эксперты-криминалисты. Преступник незаметно прошел мимо десятка людей, постоянно снующих утром в доме №28, и даже наложил на глаза следователей темную повязку, через которую те до сих пор не видят иной версии происшедшего, кроме бытовой. Причины и следствия Год назад в ходе поиска причин, приведших к столь печальным событиям, журналистами была выдвинута такая версия: Незадолго до гибели Вероника встречалась с бывшим сотрудником скандально известного "Инфобанка", имевшего непосредственное отношение к обслуживанию белорусско-иракских контрактов. Этот человек попросил Нику собрать для него все публикации на тему работы банка в Ираке. То есть, можно было предположить, что журналистку убрали, опасаясь некоего разоблачительного материала с ее стороны, который она могла готовить совместно с бывшим сотрудником "Инфобанка". Между тем ни редактору газеты "Салiдарнасць", ни другим коллегам Вероники, ни ее близким не было известно, что она собиралась готовить такую публикацию. К тому же подобные журналистские расследования вообще не были ее жанром. Именно поэтому мы не остановились на одной единственной версии и, исходя из того факта, что убийство было совершено нагло, но профессионально, принялись анализировать все публикации Ники. Вскоре из сотен статей, очерков и интервью был выделен материал, проработка которого и информация о дальнейшей судьбе его героев показали, что в октябре Вероника Черкасова, вероятно, даже сама того не сознавая, попала на самый горячий край борьбы между двумя клановыми группировками страны. Вмешательство прессы, на которое рассчитывала одна из сторон, грозило другой стороне потерей около 16 миллионов долларов немедленно и еще приблизительно такой же потерей в недалеком будущем. Публикация не только создала реальную угрозу потери этих денег, но и могла серьезно пошатнуть позиции одного из кланов, который медленно, но уверенно брал верх. Речь идет о войне, которая развернулась вокруг контроля над гомельским заводом по производству вин (в настоящее время принадлежащему ООО "BST ltd") и находящемуся в стадии банкротства. Лакомый кусок Производство вин было организовано в Гомеле в начале 90-х годов белоруссковенгерским совместным предприятием "Вебер Майи". В то время страна ощущала острый дефицит такой продукции, поэтому СП "Вебер Майи" довольно быстро стало приносить очень высокие доходы. В условиях зарождающейся рыночной экономики (тогда первый белорусский президент еще не успел прервать роды) высокоприбыльное производство сразу же стало объектом вожделения весьма сомнительных структур. Это было время, когда находящаяся на перекрестке Европы Беларусь представляла собой весьма лакомый кусок для российского криминала, который желал закрепиться на выгодной территории любой ценой и отсюда вести свои дела. Поэтому


упитанная, быстро обрастающая шерстью белорусско-венгерская овечка в лице СП "Вебер Майи" просуществовала недолго – до 1996 года, когда его купило ООО "ПКП "BST ltd" (впоследствии ООО "BST ltd"). Официально, то есть по бумагам, покупка производства вин у СП прошла по всем правилам. Но в Гомеле ни для кого не секрет, что на самом деле имел место силовой захват предприятия. Основную роль здесь сыграли белорусские спецслужбы, где один из владельцев BST имел родственника. Для захвата предприятия в отношении директора СП "Вебер Майи" была проведена операция по уличению в получении взятки в размере 400 долларов. Угодившая за решетку женщина пыталась объяснить своим гонителям, что 400 долларов ей и на мелкие расходы мало, и она бы никогда не стала марать руки, но над ней только посмеивались. У СП "Вебер Майи" было четыре учредителя, без согласия которых продать производство, казалось, было невозможно. Но на самом деле от директора зависело очень многое. Поэтому нет ничего удивительного, что через весьма непродолжительное время после освобождения директора и прекращения в отношении ее уголовного дела винодельческий завод стал принадлежать ООО "BST Ltd". Полтора года после этого предприятие процветало. Виноматериал поступал сначала из Украины и Молдовы, а затем – из Македонии и Испании. Не будем говорить о качестве производимых вин, но брэнд BST в те времена значил в Беларуси очень многое. Единственное, что несколько портило идиллию, так это те сомнительные связи компании: со спецслужбами и представителем криминального мира Гомеля, известным гомельским авторитетом по кличке Кабан. Впрочем, в то время в городе все бизнесструктуры находились под «покровительством» не одной, так другой криминальной группировки. Коррупция в правоохранительных органах Гомеля разрослась так широко, что миновать «крышу» братков не было никакой возможности. Первое убийство В 1997 году у BST начались неприятности. Представители российского криминала выставили директору предприятия Игорю Герасименко, который также являлся одним из его владельцев, солидный счет. Из чего он проистекал, известно, наверное, только самому Герасименко. Но из данного факта можно предположить, что бизнес компании изначально создавался на деньгах российского криминала, который, наверное, просто потребовал свои дивиденды. У Герасименко свободных денег в это время не было – последние средства он вложил в поставку крупной партии виноматериалов. Поскольку перед братками за BST отвечал Кабан, то требование об уплате долга автоматически легло и на него. Речь шла приблизительно о миллионе долларов. И это была не шутка, что стало понятно, когда в октябре 1997 года машина Кабана была расстреляна киллерами из автоматов Калашникова. Сегодня обвинения в убийстве криминального авторитета предъявлены членам известной банды Морозова. Однако оперативные данные говорят, что «морозовцы» просто воспользовались заказом россиян, чтобы заодно подмять под себя и BST. Спецслужбы, обеспечивавшие до поры до времени безопасность BST, предусмотрительно предпочли в это дело не влезать. После убийства Кабана Герасименко уезжает за границу. Он скрывается там несколько месяцев, пока не гасится конфликт с российским криминалом. Помощь в этом была оказана со стороны нового хищника белорусского бизнеса, крупнейшего продовольственного трейдера ЗАО "Евроопт". Бесплатный сыр В первой половине 1998 года на финансового директора ООО "BST ltd" Александра Соловьева, на котором после бегства Герасименко осталось все производство, вышли с деловым предложением владельцы ЗАО "Евроопт" Сергей Литвин и Владимир Василько. Они предложили погасить все долги и дать денег на


развитие производства. Столь своевременное предложение помощи, которая затем обернулась для BST потерей винного производства, дает основание предположить, что наезд российского криминала на Герасименко и на Кабана был изначально инициирован Литвиным и Василько. Они, кстати, никогда и не скрывали своих тесных связей с российским криминалом, хвастаясь в доверительных беседах, что за ними стоит солнцевская братва. Предложенную помощь BST приняло практически сразу. Она позволяла не только снять напряженность во взаимоотношениях с российским криминалом, но также существенно развить производство, а затем при содействии ЗАО "Евроопт" выйти на необъятный российский рынок. В августе 1998 года между BST и ирландской оффшорной компанией "Овермарс лимитед", которая является одной из подставных структур "Евроопта", был подписан договор о совместной деятельности по розливу вина. От имени ирландской компании выступал юрист ООО "Евроторг" (дочернее предприятие ЗАО "Евроопт") Александр Минов, от имени ООО "BST ltd" – Александр Солов��ев. После подписания договора на счет BST от ирландской компании поступили 300 тыс. долларов, которые сразу же были направлены на закупку оборудования и виноматериалов. Еще более миллиона долларов компания получила наличными по другим каналам, после чего Герасименко смог вернуться в Беларусь. Как показали дальнейшие события, оказанная помощь была всего лишь сыром в мышеловке. К тому времени "Евроопт" вынашивал планы по организации в Беларуси собственного производства вин (в дальнейшем оно было создано под маркой "Амбассадор") и сильный конкурент на рынке ему был абсолютно не нужен. Его следовало либо прибрать к рукам, либо уничтожить. Первым шагом к воплощению этого плана стала реализация вин BST через торговую сеть "Евроопта", что было одним из условий "помощи". Через реализацию продукции BST С.Литвин и В.Василько получили в свои руки рычаги, позволяющие им контролировать объем оборотных средств компании и тем самым держать ее за горло. Весной 1999 года С.Литвин и В.Василько предъявили Герасименко ультиматум: либо они входят на 50% в долю винодельческого завода, либо просто разорят его. Герасименко категорически отказался идти на сделку, и BST была объявлена война, которая, по имеющимся данным, стоила жизни еще трем людям, в том числе и журналистке Веронике Черкасовой. Расстановка сил Прежде чем приступить к описанию боевых действий, которые идут и по сей день, следует рассказать о расстановке сил двух клановых группировок. BST прикрывало Управление КГБ по Гомельской области, где работал сын одного из владельцев фирмы. Это было сильное прикрытие, оно обеспечивало надежную защиту интересов завода, но лишь до той поры, пока не нашлось более могущественных чиновников. К началу военных действий расстановка сил была явно не в пользу BST, если бы они это поняли, то, наверняка, сразу же пошли бы на мировую. Но в то время мало кому было известно, кто стоит за «Еврооптом». Помимо российского криминала, готового в случае необходимости выполнить и грязную работу, «Евроопт» надежно прикрывали и несколько крупных чиновников во властных структурах Беларуси. Основную силу составляли трое: Владимир Коноплев, Леонид Глуховский и Александр Шпилевский. Все трое были на тот момент депутатами и все трое еженедельно ездили в «Евроопт» попариться в сауне. Они не скрывали своих связей с бизнесменами. Сергей Литвин даже был помощником у Леонида Глуховского, который на тот момент не только депутатствовал, но и занимал должность заместителя министра внутренних дел и председателя Следственного комитета МВД. Кроме того, Глуховский являлся


полномочным представителем президента в Гомельской области, а Коноплев – ближайшим соратником и самым доверенным лицом главы государства. Александр Шпилевский в то время не столько покровительствовал «Евроопту», сколько сам пользовался его покровительством. Он начал «отдавать долги» лишь в 2004 году, став председателем Государственного таможенного комитета. Отдельно от этой троицы следует отметить Виктора Каменкова, который тогда занимал пост первого заместителя Высшего хозяйственного суда. В отличие от трех первых лиц, он своих связей с «Еврооптом» не светил. Но именно он сыграл во всей истории ключевую роль. Можно однозначно утверждать, что не будь Каменкова, дело изначально могло принять совершенно иной оборот. И сегодня именно председатель ВХС В.Каменков является основным щитом «Евроопта» и держит под контролем ситуацию с винодельческим предприятием. Война: начало После отказа продать Литвину долю в BST у предприятия начались неприятности. В июле 1999 года от Минова как представителя "Овермарс лимитед" поступило письмо о расторжении договора о совместной деятельности. У BST на тот момент были четыре владельца: И.Герасименко, А.Соловьев, А.Козловский и В.Бернатович. В августе 1999 года А.Соловьев, А.Козловский и В.Бернатович все дружно принимают решение об освобождении И.Герасименко от должности генерального директора компании. Есть информация, что за несколько дней до этого они все вместе имели длительную доверительную беседу с Василько. Правда, отставка Герасименко не спасла положения. После расторжения договора с "Овермарс лимитед" со стороны ООО "Евроторг" в Хозяйственный суд г.Минска поступает исковое заявление о неисполнении BST ltd денежных обязательств по товарообменному контракту. К иску тут же присоединяется "Овермарс лимитед". Согласно договору ООО BST ltd с "Овермарс лимитед", "ирландская" компания выделила 385 тыс. долларов на закупку оборудования. Деньги должны были возвращаться в течение восьми лет с выгодными для кредитора процентами. Но в суд "ирландцы" выставили требование не на 385 тыс., а на 1,185 млн. долларов и потребовали, чтобы деньги были возращены немедленно. Возможно, в зачет пошли и те деньги, которые Литвин и Василько выделили BST в обход официальной бухгалтерии. Сумма требований "Овермарс лимитед" много раз менялась (до 1,8 млн долларов), но в конце концов была признана судом в размере 789,18 тыс. долларов. После выставления требований судья Хозяйственного суда Андрей Плотников назначил экспертизу финансово-хозяйственной деятельности ООО BST ltd, которую было поручено сделать ЗАО "Малиос консалт". Здесь следует сделать маленькое отступление. Согласно ст.8 Закона РБ "Об экономической несостоятельности и банкротстве" от 30 мая 1991 года, "основанием для возбуждения производства по делу об экономической несостоятельности является: неспособность субъекта хозяйствования своевременно оплатить предъявленные финансовые документы; превышение стоимости долговых обязательств над стоимостью имущества субъекта хозяйствования; признание субъектом хозяйствования своей экономической несостоятельности. Официально ЗАО «Малиос консалт» в своей экспертизе не определял стоимость имущества ООО BST ltd. Представители компании и сегодня уверяют, что не определяли стоимость предприятия. Но есть и другие данные. Ряд свидетелей указывают, что в их присутствии судья Плотников озвучил стоимость предприятия всего лишь в 400 тыс. долларов как результат экспертной оценки, которую сделало ЗАО "Малиос консалт". То, что данная оценка имела место говорит и тот факт, что в решении Хозяйственного суда от 30 декабря 1999 года записано, что ответчик заявил требование: вписать данную


сумму в протокол заседания, на что судья Плотников ответил, что суд не имеет секретаря, поэтому протокол судебного заседания не ведется. Чтобы картина совсем была ясна скажем, что за год до этого Консультативной компании «Системное бизнес-консультирование» было поручено сделать оценку винодельческого завода. Но компания не имела лицензии на осуществление такого вида деятельности, поэтому привлекла в качестве субподрядчика тот же "Малиос консалт". В результате оценки общая стоимость имущества винодельческого завода составила 8,18 млн долларов. Из них: стоимость объектов недвижимости – 5,72 млн долларов, машин, производственного и офисного оборудования, хозяйственного инвентаря – 2,007 млн долларов, технологий производства – 453,29 тыс. долларов. Иными словами, получается, что всего за год ЗАО "Малиос консалт" снизило свою же собственную оценку завода более чем в 20 (!) раз. Исследовав обстоятельства дела, Хозяйственный суд г.Минска признал ООО BST ltd экономически несостоятельным и для проведения санации ввел внешнее управление. Высший Хозяйственный суд утвердил решение суда первой инстанции. Более того, Соловьев, Бернатович и Козловский в дополнение к решению суда признали задолженность, подписав соответствующий документ. Список кредиторов содержал 47 субъектов хозяйствования, которым ООО BST ltd якобы оказался должен более 8 млн долларов. Через три года из этого списка остались лишь четверо, а задолженность снизилась приблизительно на 5 млн долларов. Представители ЗАО «Малиос консалт» преподносят эти цифры, как факт их успешного управления предприятием. Однако реально были погашены лишь штрафные санкции Комитета государственного контроля на сумму около 500 тыс. долларов, да 174 630 долларов получил "Овермарс лимитед". Вся остальная задолженность была списана на том основании, что кредиторы не предъявили своих требований. Надо понимать так, что этих кредиторов в реальности просто не существовало, поскольку вряд ли во всем мире можно найти дураков, которые откажутся от 4,3 млн долларов. Даже сегодня никто не может найти никаких концов, на основании каких финансовых документов утверждался список кредиторов, что послужило одним из оснований для возбуждения уголовного дела в отношении генерального директора ЗАО «Малиос консалт» по подозрению в преднамеренном банкротстве винодельческого предприятия. Новые силы Но вернемся в 1999 год. Не все были согласны с решениями хозяйственных судов и действиями Соловьева, Бернатовича и Козловского. Бывший генеральный директор ООО BST ltd и Герасименко писал письма в Высший хозяйственный суд, прокуратуру, Совет безопасности. Еще раньше, до признания ООО BST ltd экономически несостоятельным, в конфликт были втянуты новые силы – журналисты. После ряда публикаций в поддержку то одной, то другой стороны, то судьи Плотникова, в "Белорусской деловой газете" № 690 от 17 декабря 1999 года появилась статья "Война за винное производство", авторами которой были Вероника Черкасова и Ирина Маковецкая. Статья представляла из себя несколько интервью. Ирина Маковецкая разговаривала с директором ООО BST ltd Александром Соловьевым, а Вероника Черкасова – с противоположной стороной: директором Минского ООО "Евроторг" Иваном Гайко и представителем ООО "Евроторг", директором юридической фирмы "Агентство правовой информации" Еленой Тонкачевой. Самое удивительное, что журналистки тоже были вытянуты на баррикады, причем, по разные стороны. Как сегодня показывает развитие событий, Ирину Маковецкую понять еще можно было: ей было предоставлено много документов, говорящих о том, что предприятие намеренно вели к банкротству. Но вот почему ярой сторонницей "Евроопта" вдруг стала всегда


рассудительная и сдержанная Вероника Черкасова? Какие документы ей могли показать, чтобы она встала на сторону "Евроопта"? "Мы с ней договорились так: она мне пришлет текст своего интервью, чтобы Соловьев уже предметно отвечал на возражения, – вспоминает Ирина Маковецкая. – И в ее тексте были целые фразы, переписанные из ранее опубликованной статьи в защиту судьи Андрея Плотникова. И там же, если я правильно помню, были некоторые фразы про качество вина BST, еще про что-то, вроде о сути их спора. Меня поразило, что Вероника буквально переписала некоторые моменты из другой статьи, вместо того, чтобы самой вникнуть в суть конфликта. Еще в тексте были моменты, которые она просто перевирала, хотя в документах все было иначе. Я ей позвонила и спросила, что же она делает. Она разозлилась, мы с ней поссорились и больше вообще не общались". Кто знает Нику, тот согласится, что подобное поведение было ей несвойственно. По мнению И.Маковецкой, Черкасова могла злиться, так как ее могли заставить что-то написать против воли. Однако, как нам удалось выяснить, вместе с интервью Веронике Черкасовой тогда была представлена компрометирующая BST информация: о лоббировании интересов завода спецслужбами, фактически криминальном захвате винодельческого предприятия у СП "Вебер Майи" и испанском кредите под гарантии правительства Беларуси, деньги из которого, по предположению ряда лиц, исчезли в неизвестном направлении. В интервью Ника эту информацию не использовала, но, вероятно, эта информация убедила журналистку, что руководство и учредители BST – настоящие бандиты и верить им нельзя ни на грош. Санация Более трех лет ЗАО "Малиос консалт" проводило санацию BST. В настоящее время по деятельности внешнего управления BST расследуется уголовное дело, а генеральный директор ЗАО "Малиос консалт" Александр Ковалев взят под стражу. Вместе с ним арестован и директор ООО BST ltd Александр Соловьев. Им инкриминируется три состава преступлений: незаконная предпринимательская деятельность, преднамеренное банкротство винодельческого завода и хищения путем злоупотребления служебным положением. Обвинение пока предъявлено только по факту незаконной предпринимательской деятельности. Однако основная работа ведется следствием по двум другим статьям Уголовного кодекса Беларуси. Поэтому стоит рассказать, что стало поводом для возбуждения по ним уголовных дел. Если говорить о реальном положении дел на BST, то до назначения ЗАО "Малиос консалт" внешним управляющим предприятие имело только текущие долги перед бюджетом, а спустя всего три года они достигли астрономической суммы – 5,7 млрд рублей. В свое оправдание представители ЗАО "Малиос консалт" говорят, что такое было решение суда – начислять, но не платить налоги. Это правда, хотя опять же непонятно, почему суд принял такое решение, так как по закону это было вовсе не обязательно. Кроме того, известны факты, когда задолженность по налоговым платежам искусственно создавалась: на BST, находящееся в стадии санации, вопреки закону переводилась бюджетная задолженность других предприятий. Есть еще и более существенные факты. Так, на момент назначения нового внешнего управляющего, которое произошло 11 декабря 2003 года, кредиторская задолженность ООО BST ltd составляла 11,9 млрд рублей, а дебиторская – 5,7 млрд рублей. Это данные сводного баланса, составленного самим ЗАО "Малиос консалт". При этом надо учесть, что 5,6 млрд рублей дебиторской задолженности представляли из себя безнадежный долг: винодельческий завод в течение нескольких лет поставлял свою продукцию в адрес предприятий, которые, как потом выяснилось, либо вовсе не осуществляли хозяйственную деятельность, либо находились в стадии банкротства. Понятно, что расчет за поставленную продукцию с их стороны практически не производился.


Помимо того, что продукция завода уходила неизвестно куда и без оплаты, в период с 1999 по 2003 годы предприятие еще, судя по документам, и работало с убытком. Происходило это из-за необоснованного завышения цен на закупку сырья, которое иногда поставлялось по ценам в несколько раз выше, чем те, которые действовали в тот момент на рынке, или в необоснованно завышенных объемах. Иногда оплата производилась, а сырье вовсе не поставлялось. Здесь представители ЗАО "Малиос консалт" оправдываются тем, что в самом начале внешнего управления подписали должностные инструкции, согласно которым руководство предприятием было отдано замдиректору (финдиректору) А.Соловьеву, замдиректору по производству Ф.Пекеру, а позже – управляющему заводом А.Козловскому. Мол, именно они несут ответственность за обеспечение функционирования предприятия, в том числе за поставки сырья и отпуск продукции. Кто за что несет ответственность, решит, конечно же, суд. Но ради объективности скажем, что согласно закону, временный управляющий (в данном случае – ЗАО "Малиос консалт") обязан "обеспечивать сохранность имущества должника и принимать меры по его защите". Если же предприятию будет нанесен ущерб, то "управляющий обязан за счет своего имущества возместить кредиторам или должнику имущественный ущерб, причиненный по вине управляющего". Впрочем, спустя три года после начала санации Хозяйственный суд г.Минска поручил ЗАО "Малиос консалт" провести оценку имущества ООО BST ltd, которая составила 2,5 млн долларов. Перед этим судом была назначена проверка деятельности внешнего управляющего предприятием. Это было поручено провести Департаменту по санации и банкротству Минэкономики, который, в свою очередь, перепоручил проведение проверки… ЗАО "Малиос Консалт". Как и следовало ожидать, серьезных нарушений выявлено не было. Третья сила. Пропавшая 10 апреля 2000 года с подачи трех из четырех владельцев завода заместителем директора по производству был назначен Феликс Пекер, а с 14 февраля 2003 года он стал также и.о. управляющего заводом. Это был хитрый и очень умный человек. Наблюдая изнутри за войной BST и "Евроопта", он решил воспользоваться ситуацией и захватить предприятие. Замысел Пекера почти удался, однако он не до конца представлял, с кем имеет дело. А когда понял, было уже поздно. 25 июня 2003 года судья Хозяйственного суда г.Минска Андрей Плотников вынес решение об утверждении мирового соглашения. Его суть заключалась в том, что завод переходит в собственность ИП "Виконт". В свою очередь учредитель иностранного предприятия – австралийская компания "Веллингтон проперти" брала на себя обязательство погасить всю кредиторскую задолженность винодельческого завода. От имени ИП "Виконт" в мировом соглашении выступал некто Тайников, от "Веллингтон проперти" – Барташ. Однако реально за этими людьми стоял Ф.Пекер. Его расчет был достаточно прост: поскольку должником становилась австралийская компания, то требования кредиторов рассматривались бы в австралийском суде, где необоснованные претензии просто бы не прошли. А Ф.Пекер имел на руках доказательства, что основные претензии были как раз необоснованными. Но ИП "Виконт" не успело даже вступить во владение приобретенной собственностью, как в отношении самого Ф.Пекера было возбуждено уголовное дело по подозрению в хищении в особо крупном размере. На завод пришли сотрудники Управления КГБ по Гомельской области, которые вместе с представителями КГК и налоговой инспекции изъяли все бухгалтерские и технологические документы винзавода и его печать, после чего опечатали производственные и складские помещения, то есть полностью парализировали деятельность предприятия. Причем силовики даже не скрывали, в интересах кого действовали, так как явились на завод


вместе с И.Герасименко и В.Горелько, который называл себя не иначе, как директором ООО BST ltd. Пекер пробовал сопротивляться и даже организовал появление в ряде СМИ негативной информации о действиях силовиков, но его быстро приструнили, если не сказать – убрали. В третьем квартале 2003 года КГБ получило санкцию прокуратуры на арест Ф.Пекера, но данная процедура состоялась лишь условно. К Ф.Пекеру явились чекисты, зачитали санкцию прокурора и предложили сделать выбор. Пекер пообещал, что прекратит борьбу за предприятие, но, отпущенный под честное слово, сразу же стал принимать контрмеры против произвола сотрудников КГБ. И через некоторое время Феликс Пекер исчез, так и не успев отстоять свои интересы. Ему совершенно незачем было куда-то бежать, просто достаточно было уйти с ринга, и его бы оставили в покое. Поэтому можно предположить, что его убрали. С 2003 года о Ф.Пекере никто ничего больше не слышал. Одно время в Минске появилась информация, что он проживает в Москве, но первая же проверка показала, что это "утка". Осенью 2005 года по заявлению супруги Ф.Пекера суд официально признал его без вести пропавшим. "То, что Пекера убрали с самыми печальными последствиями, я уже почти верю", – говорит Ирина Маковецкая, которая из журналистов в то время имела самый тесный контакт с пропавшим. – Даже не знаю, как я сама тогда сумела живой из этого выпутаться. Я хорошо помню, как Пекер прорабатывал тему фиктивности "Овермарс лимитед". Он послал в Ирландию гонца к директору, который якобы подписывал доверенность Минову, а этот директор "спустил" на гонца полицию. В общем, поездка была еще та. Потом выяснилось, что этот директор перестал быть директором, и "Овермарс лимитед" возглавила домохозяйка из Замбии. Феликс сказал тогда: "Ну, так любого дядю Васю можно сделать директором "Овермарса", а тот за деньги хоть кота своим представителем назовет". И тут я предложила: "А давай сделаем представителем меня. Лучшего доказательства продажности этой должности и придумать нельзя". Феликс сразу оживился, стал фантазировать, что это будет показательно, что деньги, которые якобы BST должен "Овермарс лимитед", можно будет перечислить на счет какого-нибудь детского дома в качестве спонсорской помощи. Феликс рассуждал, что когда вся эта компания, которая добивается банкротства BST, начнет возвращать свои деньги, отбирая их у детского дома, то на ситуацию обязательно обратят внимание те, кому следует. И справедливость восторжествует. Я сделала копию своего паспорта, и человек поехал к директору "Овермарс лимитед". Но через пару дней Феликс мне позвонил и сказал, что идея хорошая, но очень рискованная. "Тебя за такие деньги запросто пристрелят", – сказал он. Я хорохорилась, уговаривала его попробовать, но он отказался и сказал, что уже дал отбой". Своевременная смерть Когда чекистская "крыша" BST оказалась бессильна перед напором "Евроопта", война на этом не закончилась. На стыке 2001-го и 2002 годов прежнее руководство BST вновь активизировалось и начало "сливать" силовикам информацию против "Евроопта". В ответ Управление по борьбе с экономическими преступлениями МВД начинает копать под испанские контракты BST. Это были те самые контракты, по которым в свое время Вероника Черкасова получила компромат. Суть его сводилась к следующему: В октябре 1997 года между ОАО "Белвнешэкономбанк" и испанским банком "Сабадель" было подписано соглашение, в соответствии с которым в апреле 1998 года Беларуси была официально открыта кредитная линия в размере 25 млн долларов США. Кредиты обеспечивались под гарантии правительства Беларуси и предоставлялись для финансирования коммерческих контрактов по поставкам в страну испанских товаров и услуг. Одним из первых кредитополучателей стал винодельческий завод BST, который решил за счет этих средств обеспечить поставку на предприятие элитных испанских


виноматериалов. По предположению ряда лиц, приблизительно около 500 тыс. долларов из испанского кредита (для 1998 года довольно внушительная сумма) были незаконно перечислены на зарубежный счет одного из учредителей BST, то есть попросту похищены. Усилия УБЭП МВД по этому делу, впрочем, не увенчались успехом, поскольку совершенно неожиданно, но весьма своевременно кончает жизнь самоубийством бухгалтер, сопровождавший эти контракты. Одновременно со смертью женщины исчезает и ряд важных документов, что поставило жирный крест на всех усилиях УБЭП МВД. Впрочем, это только прокуратура официально признала, что женщина погибла, самостоятельно выбросившись с балкона своей квартиры на 9-м этаже. На самом же деле в обоих конфликтующих лагерях ни для кого не является секретом, что ей помогли спрыгнуть. Называют даже имя конкретного исполнителя. Но данная информация странным образом либо не дошла до сотрудников прокуратуры, либо они ее просто проигнорировали. Ответный удар В сентябре 2003 года Департамент финансовых расследований (ДФР) КГК возбуждает уголовное дело в отношении должностных лиц ЗАО "Евроопт" по фактам незаконных поставок в Беларусь продовольственных товаров. С.Литвин и В.Василько убегают в Польшу и начинают там кампанию по противодействию финансовой милиции. Но они делают один серьезный просчет. Имея серьезную поддержку ближайших соратников президента, вместо того, чтобы сделать основную ставку на их помощь, Литвин и Василько придают делу политическую окраску и начинают активно встречаться в Польше с представителями белорусской оппозиции с целью получить политическое убежище. Этим необдуманным шагом они собственными руками нейтрализуют свою "крышу" и полностью развязывают руки финансовой милиции. Летом 2005 года ДФР КГК закончил расследование обстоятельств поставок "Еврооптом" сахара-сырца в Беларусь. Финансовая милиция подготовила для главы государства доклад с подробным изложением результатов расследования. Расследование уголовного дела в отношении "Евроопта" делало их весьма уязвимыми, чем опять же не преминули воспользоваться бывшие хозяева BST и их новые покровители, появившиеся теперь в среде Комитета государственного контроля. Одновременно с завершением расследования по сахару ДФР КГК начинает новые оперативные мероприятия, на этот раз – по доведению до банкротства винодельческого завода BST. Октябрь 2004. Еще одна своевременная смерть Новые обстоятельства, всплывшие в момент рассмотрения президентом вопроса по сахару, влекли для "Евроопта" новые серьезные неприятности, вплоть до потери прибыльного производства, которое, по приблизительным подсчетам, приносило в год около 2,5 млн долларов чистого дохода. Чтобы не терять «золотую жилу», "Евроопт" предпринимает очередную попытку поднять тему испанских контрактов и тем самым перевести стрелки на бывших руководителей BST. Именно тогда заинтересованные лица вспомнили о Веронике Черкасовой, которая единственная из всех журналистов, освещавших передел собственности на BST, владела информацией по испанским контрактам и даже некоторыми копиями пропавших во время смерти бухгалтера документов. По информации, которую удалось выудить в ближайшем окружении "Евроопта", на встречу с Черкасовой было решено послать Александра Соловьева. Во-первых, это был красивый и импозантный мужчина, что при встрече с красивой и умной женщиной было немаловажным обстоятельством. Во-вторых, Соловьев в 1999 году яро защищал


BST и в октябре 2004 года представлял из себя прекрасный пример кающегося грешника, что придавало звучавшей из его уст информации дополнительную достоверность. Самому Соловьеву в этой ситуации бояться было нечего, так как ему от кредитов не перепало ничего, а все деньги были переведены на счет другого учредителя. Правда, несмотря на то, что данная информация получила весьма устойчивое распространение в обоих лагерях, конкретных доказательств махинаций по испанскому кредиту ни у кого до сих пор нет и, надо полагать, теперь уже никогда не появится. К сожалению, с достоверностью установить, состоялась ли встреча Черкасовой с Соловьевым, не удалось. По одним свидетельствам, встреча произошла, и во время ее Ника пообещала еще раз внимательно изучить ситуацию, а затем решить вопрос о публикации материалов. По другим свидетельствам, Вероника была убита до встречи с представителем "Евроопта". Сам Соловьев в настоящее время находится под стражей и недоступен для опроса. Но в обоих конфликтующих лагерях мнение о том, что Вероника была убита именно в связи с намерением предать огласке обстоятельства хищения денег по испанским кредитам получило устойчивое распространение. Уж очень вовремя произошла трагедия. Важно также отметить, что, по мнению ряда лиц, Вероника была единственной журналисткой, которая на то время владела наиболее полной информацией о двух лагерях. Не исключено, что к моменту своей гибели она уже понимала, что BST и "Евроопт" один другого стоят. Поэтому она вполне могла, не вставая на сторону какого-либо лагеря, разгромить оба, а заодно и их "крыши". Она лишь не владела информацией о жертвах винной войны, иначе поостереглась бы в нее вмешиваться. Кровавая история Обстоятельства гибели Вероники Черкасовой очень хорошо проецируются на своевременную смерть бухгалтера, о которой говорилось выше. И там, и тут никто ничего не видел, а сотрудники прокуратуры, словно слепцы, не замечают или не хотят замечать очевидных вещей, имеющих, как нам кажется, существенное значение для установления истины. Наконец, самое существенное. Свидетели, с которыми нам удалось переговорить в обоих конфликтующих лагерях, однозначно говорят, что публикация Вероники имела бы весьма негативные последствия для BST. Ведь кредит выдавался под гарантии правительства Беларуси, а президент всегда был весьма щепетилен в таких вопросах. В этой ситуации, если бы перед главой государства встал выбор, какую разработку поддержать, он наверняка встал бы на сторону "Евроопта", у которого к тому же имелись весьма влиятельные покровители в парламенте, Государственном таможенном комитете, МВД и Высшем хозяйственном суде. После этого "Евроопт" мог рассчитывать не только на прекращение дела по обстоятельствам банкротства винодельческого предприятия, но и на существенное снижение, если не на списание, "штрафа" и по сахарной теме, о которой мы рассказывали выше. А так все пошло своим чередом. По информации, которую Литвин и Василько рассказывают в изгнании, в августе 2005 года они перечислили более 8 млн долларов в погашение нанесенного ими ущерба в бюджет страны и еще столько же – на счет лица, имеющего свой "государственный" бюджет. В январе 2006 года генеральному директору "Малиос консалт" Александру Ковалеву и директору ООО BST ltd Александру Соловьеву были предъявлены обвинения в незаконной предпринимательской деятельности. Финансовая милиция также расследует уголовные дела по доведению винодельческого завода до банкротства и хищениях в особо крупном размере. По предварительной информации, речь идет о потерях на сумму около 8 млн долларов.


Впрочем, если криминал в действиях должностных лиц подтвердится, то дело, вероятнее всего, закончится так же, как и предыдущее. То есть президент определит сумму нанесенного ущерба, которую нужно будет перечислить в бюджет, и размер "штрафа" с перечислением на известный счет. Только на этот раз все будет по закону, так как Александр Лукашенко в конце 2005 года сам наделил себя такими полномочиями. Завод же, вероятно, будет отдан Герасименко. Этот вариант, конечно же, не устраивает Литвина и Василько. По имеющейся информации, после президентских выборов они рассчитывают вернуться в Беларусь и поправить свои дела. Но начатое расследование этому явно не будет способствовать. Как удалось нам выяснить, уже сегодня у Департамента финансовых расследований есть достаточно доказательств, которые свидетельствуют, что А.Соловьев и А.Ковалев действовали по указанию владельцев "Евроопта". Фактически перед арестованными стоял достаточно простой выбор: либо делать, что велят, либо разделить судьбу описанных выше пропавших и убитых лиц. Они выбрали первое. Однако сегодня А.Соловьев и А.Ковалев стали весьма опасными для "Евроопта" свидетелями. Именно поэтому заинтересованные лица предпринимают серьезные меры, чтобы вытащить их из Следственного изолятора. Не исключен и вариант более серьезного развития событий, поскольку ставки слишком высоки. Понятно, что о судьбе Вероники Черкасовой и других убитых и пропавших в этой войне людях никто вспоминать не будет. Впрочем, не аксиома, что война вообще закончится. Ведь несмотря ни на что ВХС Беларуси упорно продолжает процедуру банкротства предприятия, словно пытается спрятать все концы в воду.

Сергей Крюков

Сезон убийств Ведущий Первого марта 2004 года в девятую годовщину убийства известного тележурналиста Владислава Листьева Генеральная прокуратура Российской Федерации заявила, что расследование одного из самых «громких» преступлений минувшего столетия в России продолжается и будет проводиться до его раскрытия. «Следствие по этому делу не прекращалось ни на одну минуту», подчеркнул представитель Генпрокуратуры. По его словам, «для раскрытия этого преступления проводится весь комплекс следственно-оперативных мероприятий», однако это не является убедительным доказательством того, что мы узнаем имена убийц и заказчиков. Владислава Листьева застрелили первого марта,1995 года в подъезде его дома в Москве. Преступникам, как водится, удалось скрыться. В этой истории много темных пятен. Прошло девять с лишним лет, а версий и новых смертей становится все больше. В начале декабря текущего года появились утверждения, что редактора журнала «Форбс» Пола Хлебникова «заказали» за попытку расследовать убийство Листьева и написать об этом книгу. Убедительных доказательств в пользу версии нет, но в любом случае можно утверждать, что тайна мотивов и лиц, причастных к гибели удачливого тележурналиста, потянет за собой еще не одну смерть рискнувших и рискующих прикоснуться к этой загадке. А версий было и остается много. По свежим следам правоохранительные органы отрабатывали линию Бориса Абрамовича Березовского. Несмотря на то, что он в то время занимал в стране очень высокий пост, в его офисе произвели обыск, а самого вызывали на допрос. Причастность Березовского к этому делу рисовалась из следующих обстоятельств. За год до убийства возникла идея создания «народного телевидения». Именно благодаря Березовскому в ноябре Президент издал указ о создании ОРТ.


Партнеры по рекламному бизнесу Борис Березовский и владелец компании «Премьер СВ» Сергей Лисовский к 1995 году полностью властвовали на первой телевизионной кнопке и имели солидный куш от рекламы. Руководство канала во главе с Владиславом Листьевым намерено было с первого апреля наложить мораторий на рекламу в эфире ОРТ. Березовский как никто другой понимал, какими будут его убытки от реализации такого решения. Убийцы в подъезде дома Листьева предотвратили возможные потери Бориса Абрамовича, и подозревать его в связи с этим делом у следствия были все основания. Однако, как водится, Березовский вышел сухим из воды, хотя по-прежнему многие считают его главным виновником и заказчиком смерти Листьева. Сам Борис Абрамович перешел в наступление, и на третью годовщину убийства обвинил в причастности к организации этого преступления бывших руководителей ФСБ РФ и Службы безопасности Президента Михаила Барсукова и Александра Коржакова. По мнению Березовского, спецслужбы организовали убийство, а затем попытались свалить всю вину на него. Следствие, продолжающееся больше девяти лет, по-прежнему отрабатывает основную версию, связанную с переделом рекламного рынка. Однако у тех, кто занимался делом Листьева, есть свой взгляд и свои версии. Анатолий Лысенко, более 20-ти лет, проработавший в редакции программ для молодежи и юношества центрального телевидения, стоявший у истоков «Взгляда», считает, что смерть Листьева была связана только с его бизнесом. По мнению Лысенко, никакой опасности ни для телевизионного, ни для рекламного бизнеса Листьев не представлял. Не тот уровень. Власть тогда была у этих людей, и они могли посадить на место Владислава другого человека. И совершенно необязательно для этого было нанимать убийц. Лысенко считает, что, скорее всего, Листьев походя обидел кого-то из партнеров, среди которых было много криминальных лиц. За что и пострадал. В этой среде разборки быстрые. «Никто так и не узнает, кто убил Влада. Хотя уверен, что воровской мир знает», заключает Анатолий Лысенко свою мысль. Есть еще несколько версий, они могут показаться абсурдными, но если прочувствовать ситуацию, которая сложилась в тот период на ОРТ, то можно смело утверждать, что все они имеют право на жизнь. Скажем, такая. Листьев, ставший генеральным директором телеканала, придерживался своей точки зрения на кадровый вопрос. Он решил скопом уволить всех, чтобы набрать новый штат. Почему бы не предположить, что его заказал кто-то из обиженных. В то время был бум заказных убийств, и найти киллера всего за тысячу долларов было совсем несложно. У многих руководителей высшего и среднего звена, попадавших под сокращение, такие деньги были. Еще одна версия взятка. За участие в передачах первого канала многие готовы были отдать крупные суммы. Сам Листьев денег не брал. Взятки тогда давали через посредников, которые обещали решить проблему. И кто-то из посредников вполне мог подставить Листьева под удар. Взять деньги, пообещать, неудачу свалить на Листьева. Заказчики такого не прощали. Листьеву могли банально отомстить за несуществующую взятку. Возможно, параллельно устранили и посредника, но так как это была мелкая сошка, его смерть осталась незамеченной. Вот лишь несколько версий, в числе которых мы не рассматриваем заинтересованность в убийстве Листьева его жены Альбины (было и такое мнение), которая после смерти мужа стала владелицей крупного пакета акций и позже очень выгодно объединила его с пакетом Разбаша. Уж очень не хочется верить в такую подлость со стороны человека, который, по сути дела, вытащил Листьева из запоя и сделал из него кумира для миллионов телезрителей. Газетчик


Дмитрия Холодова убила мина-ловушка. 17 октября 1994 года, получив в Камере хранения Казанского вокзала портфель «дипломат», в котором «источник информации» обещал передать интересующие Холодова материалы, Дмитрий принес его в редакцию «Московского комсомольца». При попытке открыть «дипломат» произошел взрыв. Как установили эксперты, «смерть наступила из-за сильнейшего травматического шока и моментального обескровливания организма. Каждая из этих травм сама по себе была несовместима с жизнью». «Скорая» приехала только через 40 минут, еще через 20 Холодов умер. В убийстве 27-летнего журналиста прокуратура обвинила шестерых человек: бывшего начальника отдела разведки ВДВ Павла Поповских, командира спецотряда 45го полка ВДВ Владимира Морозова, двух ��го заместителей Александра Сороку и Константина Мирзаянца, заместителя руководителя охранного предприятия «Росс» Александра Капунцова и предпринимателя Константина Барковского. По версии следствия, организовал убийство Поповских «из карьеристских побуждений». Дмитрий до последнего момента доверял своим информаторам и не подозревал, что его давно «вели» бойцы спецотряда ВДВ. Мощность взрыва специалисты оценили в 200 граммов тротила. Как позже разъяснила ФСБ, взрыватель в дипломате был настроен «на вскрытие». В «Московском комсомольце» Дмитрий Холодов разрабатывал тему злоупотреблений в армии, в частности, в Западной группе войск и, видимо, слишком глубоко заглянул в Тайны людей в погонах. Летом судья Московского окружного военного суда генерал Сердюков оправдал всех обвиняемых за недоказанностью их вины. Генеральная прокуратура не согласна с этим и уже обжаловала приговор. Как водится, в деле Холодова многое непонятно, так что и версий гибели журналиста немало. Причем, даже не называя исполнителей, Многие исследователи выдвигают весьма любопытные гипотезы, в которых, пытаясь найти заинтересованных лиц, в числе последних называют даже шефа редакции «МК» Павла Гусева, предполагая, что такая смерть помогла пиарить «комсомолец» в трудные времена начала девяностых, когда в жесткой борьбе на рынке СМИ выживали лишь сильнейшие или нашедшие неординарный ход в тактике рекламы своего издания. Оставляя на совести авторов этой идеи их измышления, мы все же отметим, что такая версия тоже бытовала. Однако, по утверждению основной массы исследователей, Холодов все же стал жертвой людей в погонах. Причем, Павел Грачев, тогдашний министр обороны страны, не отрицает, что на одном из оперативных совещаний дал задание разобраться со строптивым журналистом, который затронул не только честь министерства, но и лично сына Павла Грачева, в результате чего тот лишился военной карьеры. В любом случае дело Дмитрия Холодова дает основания предполагать: власти сами создавали военизированные подразделения для специальных операций, способные действовать вне закона. В СМИ так же проходила информация, что к смерти Холодова были причастны офицеры бригады, расквартированной в Сокольниках. Для решения трудных вопросов нетрадиционными способами ее сформировали из офицеров ГУОПа, подразделения наружного наблюдения милиции Московской области и военнослужащих 45-го полка. Шифрованное название группы – «Профсоюз». По мнению некоторых сотрудников, причастных к расследованию ряда громких нераскрытых убийств, эти преступления могли быть совершены именно членами «Профсоюза». В частности, неудачная попытка убийства бывшего заместителя министра финансов Вавилова. Еще одна существенная подробность, которая заставляет взглянуть на группу совершенно по-иному. По утверждению источников, знакомых с уголовным делом, группа рассматривала несколько объектов для убийства. Главной целью был избран


журналист, по возрасту намного старше Димы. Но в то время он уехал в зарубежную командировку. Если эта информация верна, то получается, что у группы была иная цель – убить не конкретного журналиста за его конкретные публикации. Они должны были убить любого журналиста. С какой целью? Запугать «распоясавшиеся» СМИ? Депутат Депутата Госдумы Галину Старовойтову застрелили в Санкт-Петербурге в подъезде ее родного дома 20 ноября 1998 года. Вместе с ней пострадал ее помощник Руслан Линьков, он получил тяжелое ранение. Галина Старовойтова возглавляла партию «Демократическая Россия». Ее убийство произошло за несколько дней до выборов в Законодательное собрание Северной столицы. По факту гибели Старовойтовой прокуратура Петербурга возбудила уголовное дело по статье 277 Уголовного Кодекса РФ («Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля»). На скамье подсудимых по обвинению в убийстве находятся Юрий Колчин (на момент совершения преступления сотрудник Главного разведывательного управления), Игорь Лелявин, Виталий Акишин, Игорь Краснов, Алексей Воронин, Юрий Ионов все уроженцы города Дятьково Брянской области. В розыске находятся Сергей Мусин, Олег Федосов, Игорь Богданов и еще два человека. Вячеслав Лелявин, прежде проходивший по делу в качестве свидетеля, был арестован в ходе судебного следствия. В Бельгии взяли еще одного обвиняемого Павла Стехновского. В отношении двух последних дело выделено в отдельное производство. Заказчик убийства пока не установлен, и скорее всего, установлен не будет. Традиции тайн заказных убийств у нас в стране незыблемы. На проходящем в Санкт-Петербурге судебном процессе по делу был объявлен перерыв до 17 января. Его инициаторами выступили адвокаты обвиняемых, которые не смогли представить в суд новых свидетелей, подтверждающих невиновность их подзащитных. Дело затягивается, и в нем по-прежнему много вопросов. Никто не может внятно объяснить, за что убили депутата. Версия о мести Владимира Жириновского, партию которого Старовойтова регулярно критиковала на заседаниях Госдумы, критики не выдержала. Показания в суде давал сам Владимир Вольфович, он считает, что в суд нужно вызвать и представителей левых партий: Селезнева и Зюганова. По мнению Жириновского, причина убийства Старовойтовой в работе комиссии по Итогам приватизации, начавшей свою деятельность как раз в том году, и возглавляемой небезызвестным Юрием Шутовым. У Старовойтовой, считает Владимир Вольфович, могли быть свои корыстные мотивы. А значит, мотивы убийства коммерческие. Жириновский обвиняет левые силы, не сбрасывая со счетов участие в деле самого Линькова, который, по мнению Жириновского, не должен был остаться в живых. Нужно отметить, что Линькова обвиняют и адвокаты обвиняемой, усматривая в его показаниях лишь часть истины. Отчасти их утверждения подтверждает следствие. Показания Руслана Линькова путанные, и не всегда их можно принимать на веру. Как, скажем, утверждение, что он разглядел нападавших во время вспышек выстрелов. Но в любом случае нас ждет продолжение суда, который может закончиться самым неожиданным образом. Генерал «Трагическая нелепость прервала вчера одну из самых громких, политических биографий в современной России. В ночь с четверга на пятницу на своей подмосковной даче выстрелом из собственного пистолета убит депутат Государственной думы генерал Лев Рохлин. Всю жизнь у него было много врагов. Признание жены Рохлина – Тамары в убийстве своего мужа свидетельствует и о глубокой семейной трагедии


генерала. В связи с гибелью появились сообщения о том, что в последнее время Рохлин злоупотреблял алкоголем. Однако совершенно точно известно, что незадолго до смерти он вообще не пил или пил символически – больное сердце и старые раны не позволяли ему этого». «Независимая газета», 4 июля 1998 г. Убийство генерала на собственной даче вначале приписали его супруге, которую застали практически в невменяемом состоянии. В пользу версии говорили и отпечатки ее пальцев на пистолете, его нашли за окном комнаты, где застрелили генерала. По некоторым сведениям, в последние дни перед гибелью Рохлина супруги часто ссорились. Но говорить о бытовой версии убийства очень трудно по нескольким причинам. Смерть генерала была выгодна многим. Лев Рохлин занимал должность председателя Всероссийского Движений в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки (ДПА). Его все знали как инициатора и главного сторонника импичмента президенту Борису Ельцину. Кроме того, генерал бесстрашно обличал Павла Грачева и его окружение в развязывании чеченской бойни и должностных злоупотреблениях. Нельзя не отметить и «коммерческую» версию убийства. Стараниями недоброжелателей и сам генерал не остался в стороне от обвинений в «нетрудовых доходах». Известно, что по инициативе Рохлина в Волгограде было создано добровольное общество «Воины и офицеры запаса». Он не значился ни среди его учредителей, ни среди членов, однако ни одно решение не принималось без его ведома. При обществе существовали четыре коммерческие структуры охранное бюро «Сатурн2», магазин, ресторан и фирма «Терминал». С этими коммерческими структурами связан ряд скандалов. В частности, известно, Что в декабре 1995 года на заводе «Красный Октябрь» в Волгограде и предприятии АО «Волгоградводстрой» охрану несли не обозначенные в контракте охранники «Сатурна», а солдаты срочной службы и военнослужащие-контрактники развед-бата «Скорпион». Направлял их туда командир корпуса, а деньги за охрану – более пятидесяти миллионов рублей были перечислены «Воинам и офицерам запаса». Известно, что в начале чеченской кампании авиация федеральных ВВС уничтожила 150 дудаевских самолетов. Рохлин сформировал специальный батальон для разделки и вывоза самолетов в Волгоград с целью приобретения на вырученные деньги жилья для военнослужащих и их семей. При проведении этой нехитрой операции бесследно исчезло более 70 килограммов золотосодержащего лома. За год до гибели Лев Рохлин дал пресс-конференцию, на которой заявил журналистам, что некие силы из президентского окружен��я хотят его дискредитировать и даже физически уничтожить. Кроме того, не стоит сбрасывать со счетов и чеченскую версию. Не поддержала бытовую версию и дочь генерала Елена, которая в интервью для телевидения заявила: Тамара Рохлина сказала ей, что под угрозой физического уничтожения семьи была вынуждена взять вину на себя. Она также сказала дочери, что следствие навязывает ей свою версию, оказывая давление. Версию об убийстве Льва Рохлина специалистами своего дела подтверждает странная находка недалеко от Клокова в лесу у деревни Фоминское Кострище. Здесь милиционеры в день убийства нашли три сильно обгоревших трупа. Опознать тела не удалось, но медэксперты установили, что все погибшие мужчины крепкого телосложения, им было от 25 до 30 лет. Не исключено, что в лесу заказчики расправились с убийцами генерала. Депутат Сергей Бабурин высказал свое предположение, что убийство Рохлина было спланировано за границей.


Сам Рохлин не раз говорил друзьям, что его «ведут» спецслужбы. Узкому кругу известно, что у него был серьезный компромат на чинов Главного разведуправления Минобороны. Говорят, что он знал, кто именно и почему заказал убийство Дмитрия Холодова. Символично, что мы вновь вернулись к имени журналиста «МК». Видимо, вокруг всех этих дел действуют один закон и одна закономерность. Убийц, скорее всего, не найдут. Заказчики, точно, останутся в тени. Слишком много всего здесь намешано с участием «высокого уровня». И, как ни странно это может прозвучать, мы постепенно привыкаем к новым сообщениям об очередном заказном убийстве и не склонны верить в эффективность нашего правосудия.

Геннадий Устинов

Журналист меняет профессию Из предыстории вопроса В уже далеком 2001 году, занимаясь журналистским расследованием убийства Георгия Гонгадзе, я встретился с высокопоставленным офицером МВД Украины. Как раз в это время милицейское руководство трубило о задержанном органами «убийце» другого журналиста – Александрова, и как раз в это время Россия обратилась к Украине с просьбой принять участие в деле поимки сбежавших опасных рецидивистов, направляющихся в сторону Молдавии. С этим офицером мы были знакомы давно, и потому он без обиняков жаловался, что никаких рецидивистов его подчиненные не собираются разыскивать, потому что вот задержали якобы убийцу Александрова, а на самом деле это не убийца, а настоящих убийц и заказчиков преступления они знают поименно, как знают поименно убийц и заказчиков Гонгадзе… В тот день он рассказал многое «не для прессы». Видимо, накипело. Его исповедь была очередным доказательством в правильности выбранного мною направления журналистского расследования. Однажды мне позвонил молодой человек, представившийся Михаилом. Сказал, что прочитал мой сайт, сообщающий об оказании услуг – журналистских расследований, – и что у него есть для меня интересный материал. Встречу назначил на левом берегу Киева. Однако, когда я приехал в назначенный час, в оговоренном месте Михаила не оказалось. «Подъезжай на заправку на Радужном, увидишь «девятку» с включенными аварийными огнями!», – позвонил он мне. Детективный сюжет закрутился. «Девятка» отчаянно сигнализировала об аварии. Михаил в мою машину сесть категорически отказался, пригласил в свою. Неподалеку на заправке держал нас в пределах видимости «Фольксваген» с сильно затонированными стеклами. – Мы прочитали твой сайт, – начал Михаил, – и сначала подумали, что это «ментовская» «подстава». Но, изучив тебя, пришли к выводу, что мы можем сотрудничать. И стал рассказывать о сотрудничестве, предварительно сказав, что на самом деле его зовут Сергей. Оказалось, что возможности Сергея и его компаньонов просто безграничны. – Ты можешь выставить одновременно восемь экипажей наружного наблюдения? Прямо сейчас? – вопрошал Сергей. Я не мог выставить ни одного, потому что был журналистом в единственном числе. – А мы можем! В ту первую встречу я узнал, что Сергей может также: прослушать телефонный звонок абонента «Киевстара», профессионально проследить за любым гражданином,


сделать разрешение на ношение огнестрельного, в том числе и нарезного, оружия, зайти в любую тюрьму, зону, СИЗО Украины, качественно исполнить банальный запрос из любой базы данных относительно интересующего лица… Самое главное в его саморекламе было то, что «мы можем любого человека вывезти или привезти в любую точку стран СНГ и Европы». Подобные «услуги», особенно последняя, в принципе невозможны без покровительства спецслужб. Уже в конце беседы, когда мы предварительно договорились о сотрудничестве на взаимовыгодных условиях, Сергей предупредил меня, чтобы я не записывал госномер его «девятки», потому что этот номер не настоящий. Продолжавший бесцельно стоять на заправке темностекольный «Фольксваген» убедил меня, что Сергей не блефует. На том и расстались. Сергей позвонил через неделю. В подтверждение своей компетентности рассказал, кому и когда я звонил по «киевстаровскому» телефону, не забыв упомянуть о содержании разговоров. Финальный аккорд его звонка: – Твоя знакомая, адвокат Оксана, звонила своей подруге, собиралась в ресторан. Обсуждала мужиков! Этим он меня совсем обезоружил. Эти ребята были действительно серьезны! Начали работать с мелочей. Сергей действительно добывал информацию, постоянно менял места нашей встречи. Уже чуть-чуть доверяя мне, привозил своего, как он называл, напарника. Напарник знакомиться со мной не торопился, сидел в затонированной же «девятке» Сергея, а тот носил ему в машину кофе. Видимо, достаточно изучив меня, однажды его напарник решил выйти из тени. «Павел, – представился он. – Сотрудник департамента управления внутренней безопасности МВД Украины». «Данила», – представил его Сергей. И было непонятно, такая фамилия у Павла, или кличка. Да это уже было неважно. Важно стало наблюдать, как работает этот дуэт. Насколько огромны возможности этого «творческого» коллектива, насколько защищен добропорядочный гражданин страны – судить читателю из следующих историй. История первая Упомянутая выше адвокат Оксана взялась защищать интересы Валерия Стрижакова, подозреваемого в мошенничестве и содержащегося под стражей в Лукьяновском следственном изоляторе. В ходе досудебного разбирательства она вдруг поняла, что на беде господина Стрижакова можно заработать куда больше адвокатского гонорара. Для достижения этой скромной цели нужно было совсем немного: освободить подзащитного из СИЗО. Но для освобождения его опять-таки нужны были деньги, и немалые. Сам Стрижаков упорно не хотел говорить, где зарыл заветную баночку с денежками – только по предварительным подсчетам Оксаны, он обманул доверчивых предпринимателей на два миллиона долларов США. Платить за освобождение Стрижакова Оксане никто из его знакомых и родственников не хотел. Тут, как нельзя кстати, на ее горизонте появляется Сергей. Сергей знает ее заочно. При первой же встрече он рассказывает Оксане о содержании ее переговоров по «Киевстару». Она в шоке. Но Сергей ей нужен. Молча проглотив обиду, она ставит ему задание: пройти в Лукьяновское СИЗО и побеседовать там со Стрижаковым на предмет освобождения того с последующим сотрудничеством. Сергей блестяще справился с задачей. Всего за 400 долларов США, он прошел в СИЗО, переговорил со Стрижаковым. Уже внутри, обедая после длительной беседы в местной, для персонала изолятора, столовой, он осознает, что прошел в это режимное учреждение, не сдав свой любимый пистолет марки «ТТ».


«Конечно, 400 долларов – это дорого, – сетовала адвокат Оксана. – Но зато Сергей создал мне в СИЗО имидж всемогущего юриста». «На Стрижакове можно ставить крест, – объявил Сергей после посещения. – Денег у него нет». Не Сергей ли помог уйти в мир иной «оборотню» Гончарову? История вторая После прихода в МВД министра Луценко Павел Данила занервничал, потому что его непосредственное руководство предложило ему без шума написать рапорт об увольнении. Но куда податься бедному оперу, если до пенсии не хватает двух лет выслуги. Добрые люди подсказали Даниле: иди в отпуск, а потом через госпиталь оформи инвалидность. Кто посмеет уволить инвалида! Павел совету внял. Для начала отправился в отпуск. Но, чтобы не сидеть дома без дела, решил заработать денег. Вместе с Сергеем Бодыревым они едут в Донецк. Там они встречаются с местным подполковником СБУ и с его помощью улаживают уголовное дело одного киевского клиента. Их гонорар – 4.000 долларов. Но у Паши есть еще дельце – надо вывести в разряд свидетеля местного «гопстопника». За него он получил в качестве аванса 2.000 долларов, и эти деньги расфасованы по его карманам, причем чистый заработок Данилы – 1.500 «баксов». Серега об этом заработке не знает. Паша, имея серьезное милицейское удостоверение, идет напрямую к начальнику Киевского райотдела г. Донецка. По пути он сочиняет историю о том, что-де его отдел взял в разработку «гопстопника», и потому он интересуется им. Местное милицейское начальство в недоумении: отчего вдруг Киев интересуется их подопечным? Они звонят в столицу, – там подтверждают наличие у них в отделе сотрудника Дан��лы. «Ну так подскажите нам, где он прячется, ведь он числится в розыске», – просят донецкие сыскари Павла. В ответ он бормочет, что еще не наступило время, а когда настанет час, он с удовольствием выдаст беглеца. Ну не мог Данила признаться, что несколько минут назад получил здесь, в Донецке, от «гопстопника» 2.000 долларов, а для местной милиции отложил 200 долларов! Выйдя из райотдела, радуясь, что избежал провала, Данила тут же отчитал своего подопечного за неверную информацию. Жалко было расставаться с деньгами! Но делать нечего. Взял у «гопстопника» лишь 300 гривен «на бензин». По возвращении в столицу Данила тут же изложил мне свой план дальнейшего действия. Суть его в следующем. Так как «гопстопник» находится в розыске, а паспорт его изъят, ему нужен новый паспорт. Чистый бланк у Данилы есть. Он делает разбойнику новый паспорт, а я должен установить место, где он проживает в Киеве. После этого Паша выслеживает «гопстопника»: «У меня есть знакомые «беркутята», готовые на все, проверенные в деле. Они берут разбойника у подъезда дома, и он или откупается, или они везут его в милицию. Деньги, за исключением гонорара «беркутятам», делим пополам», – предложил он. Ох и тяжко было отказаться от столь заманчивого предложения! Тем более, что донецкие милиционеры были не так просты, как думалось Даниле. Через некоторое время они приехали в Киев и направились прямиком к начальнику Данилы, рассказав ему об его похождениях на Донбассе. Начальник Данилы оказался принципиальным. В присутствии гостей накричал на Пашу, пообещав им примерно наказать подчиненного. Едва они ушли, Данила обиженно сказал шефу: «Ты вроде не понимаешь! Ну попросили люди помочь!». Шеф понял. Инцидент на этом был исчерпан. Паша был пока в отпуске.


История третья Офис моего товарища ограбили. Было помещение на сигнализации, и вневедомственная охрана приехала в положенное время, но за эти-то три минуты воры успели:  взломать несколько дверей, две из которых были выведены на пульт охраны;  вынести мобильные телефоны в количестве 240 штук;  спрятать эти телефоны возле контейнеров с мусором;  установить в ограбленном помещении «жучок», чтобы слушать, о чем говорят прибывшие милиционеры. Итак, вневедомственная охрана прибыла. В нарушение инструкций, зашла в помещение без хозяев офиса, и, по утверждению слушавших ее воров, под шумок забрала остальные 110 телефонов. Товарищ написал заявление в милицию. Так как одновременно в двух районах было несколько похожих ограблений, опер Голосеевского райотдела Олег, опер Печерского райотдела Максим рьяно взялись за поиск преступников. Имеющиеся в моем распоряжении Серега Болдырев и Паша Данила заявили, что им раскрыть это преступление – пара пустяков. Главное – хорошее вознаграждение со стороны хозяина. Дуэт быстро вошел в контакт с официальными лицами. Серега и Паша взялись за прослушивание и запись телефонных переговоров подозреваемых. Мой товарищ, видя доброжелательное к ним отношение со стороны действующих милиционеровоперов, нисколько не сомневался в их отношении к силовым структурам. Более того, именно они зачастую руководили процессом дознания. Для начала квинтет (а кроме двух оперов и Сереги с Пашей был некто Андрей, Серегин друг, технарь, сидевший в департаменте внутренней безопасности (ДВБ) на «прослушке») потребовал от потерпевшей стороны достойного финансирования. Этот финансовый поток обошелся моему товарищу в итоге в сумму в 4.000 долларов. Сюда, кроме всего прочего, вошли:  покупка Сергеем на рынке в городе Житомире специальной антенны для технического отдела ДВБ, ибо без этой антенны установить преступников никак нельзя, стоимостью 450 долларов;  материальная помощь Андрею в связи со смертью его отца в размере 300 долларов;  материальная помощь лично Сергею в размере 100 долларов;  обеспечение сыскарей транспортом, бензином, едой – на протяжении нескольких месяцев;  опер Голосеевского райотдела Олег получил деньги для закупки 200 литров бензина для службы наружного наблюдения. Кроме указанных выше затрат, мой товарищ пообещал, что в случае возврата украденного, 50% возвращенного он отдаст служивым в качестве премии. Подкормленные служивые ретиво взялись за дело. И вскоре процесс пошел. И дело было так. У одного из реализаторов мобильных телефонов на рынке Киева появились ворованные аппараты. Конечно, он тут же указал на поставщика Юру Микитенко. Микитенко задержали в Печерском районе. Серега позвонил ему якобы от знакомого («вычисленного» с помощью прослушивания телефонов): мол, приезжай, помоги завести автомобиль, а то аккумулятор сел. Юра откликнулся на призыв, приехал в указанное место. Едва он подъехал, опера Печерского райуправления, а также примкнувшие к ним Болдырев Сергей и Данила Паша, все в гражданской одежде, бросились к машине с воплями. Перепуганный Микитенко включил заднюю скорость и на огромной скорости рванул от неизвестных. Один из оперов успел прыгнуть на капот ускользавшей машины и


держался в отчаянии за «дворники», пока автомобиль несся задним ходом несколько сот метров. Машину все же заблокировали. Подбежавший Сергей открыл беспорядочную стрельбу резиновыми пулями по стеклам автомобиля, разбив их. Ошеломленного Юру Микитенко вытащили и бросили на землю. Из толпы многочисленных прохожих отделилась старушка, посочувствовавшая милиционерам. Задержание удалось. Первое объяснение Микитенко, почему он стал удирать, было: думал, что вы какие-то бандиты. Объяснению в Печерском райотделе не вняли. В течение двух суток Юра Микитенко ощутил на своей шкуре все то, что сейчас стыдливо называется пытками в сталинских и гитлеровских застенках. Особенно смаковал увиденное Сергей, с подробностями рассказывая адвокату Оксане, как из Микитенко «делали искусственного «петуха»». Наибольшую активность проявлял прокатившийся на капоте Юриного автомобиля опер. К концу вторых суток Микитенко сломался. Рассказал, кто ему дал телефоны на реализацию. У доблестных стражей порядка оставались сутки, предусмотренные законом для содержания под стражей задержанного. Паша Данила, Сергей Болдырев и опер Олег совещались, что нужно делать дальше. Им ясно было то, что Микитенко придется выпускать, – ну взял парень товар на реализацию, а доказательств в его причастности к краже нет. Наверняка, названные Микитенко люди давно избавились от краденых вещей, если таковые были вообще. И на вечернем совещании Паша, как старший по должности, высказался так: – Придется, Серега, тебе расстаться с любимым «ТТ». Его мы подбросим в гараж одному из названных Микитенко. От такого вещдока ему не отвертеться. Далее. Надо вставить «личинку» замка в дверь, разбить ее отверткой или ломиком, и эту отвертку или ломик тоже подбросить в квартиру или гараж подозреваемому. Эксперта я беру на себя. Нужное заключение будет. Со старшим товарищем все согласились. Тем временем Серега, Паша и Андрей прослушивали все телефонные разговоры как поставщика, так и сотрудников офиса. И недаром в определенных кругах кличка Сереги была «Охотник»: азарт прослушивания вдохновлял его на игры с подопечными: он звонил их женам, шантажировал их загадочными фразами, оставаясь безнаказанным: номер его мобильного телефона, как и положено сверхсекретному агенту, не определялся. И Серега выжимал из своих возможностей максимум выгод. Для начала он «забил стрелку» соратникам Юры Микитенко. Совсем как в известном детективном сериале: встретился с ними за городом и «по фене» «намурчал» им, что их сотоварищ сидит в Печерском райотделе, что просил передать, чтобы ему помогли. За это Сереге истребовал с соратников Юры 300 долларов. Больше всего его поразило то, что один из слушавших безоговорочно вытащил «толстенный «пресс» «баксов»» и отсчитал ему положенный гонорар. Вооруженный Паша Данила прикрывал Серегу, сидя неподалеку в кустах, ибо по всем приметам приехавшие на «стрелку» «братки» были вооружены. Продолжение истории третьей Работа над установлением личностей, названных Юрой Микитенко, велась Максимом из Печерского РУ и Олегом из райуправления Голосеевского. Паша и Серега стали почему-то терять интерес к проблемам моего товарища. «Нам пока нечего сказать ему», – заверял меня Паша при наших встречах. Да и не до того ему было сейчас. С утра и до обеда он проходил медицинскую комиссию в госпитале МВД на предмет получения инвалидности, а после обеда допоздна сидел в родном отделе ДВБ – по его


словам, в связи с приходом нового руководства МВД, уничтожали и приводили в порядок секретные документы. – Слышал, как Луценко на Майдане кричал, что взять правительственные учреждения ему просто, «как два пальца об асфальт»? – спросил меня Паша. И, получив утвердительный ответ, продолжил: – Да мы ему хоть всю руку!.. Прошло немного времени, и Паша стал проситься ко мне на работу. Оказалось, что его вызывают в Генеральную прокуратуру. – Зачем? – не понял я. – Так я же в «наружке» служу, и это моего шефа объявили в розыск, а второго арестовали. По делу Гонгадзе. Так мы сейчас всем отделом договариваемся, чтобы в Генеральной прокуратуре говорить одно и то же. Думаю, меня уволят… Круг замкнулся. Передо мной стоял, возможно, один из участников похищения журналиста. Но еще неясно было, как можно украсть человека среди бела дня, да еще чтобы он не сопротивлялся. Вскоре Паша и Серега своим примером показали, как это делается. Я продолжал надоедать дуэту своими вопросами относительно расследования кражи у моего товарища. Мы с Пашей поменялись местами: ему нужна была работа, и он стал более откровенным со мной. Единственная его просьба была: не говорить о наших взаимоотношениях Сереге. Итак, они все просчитали. Насобирали компрометирующих материалов на указанных Юрой Микитенко людей, имевших криминальное прошлое, да и настоящее не такое уж безупречное. Организовали за ними слежку, прослушивали их телефоны, записывали SMS-сообщения. Зачем им было возвращать моему товарищу деньги, когда всю сумму можно было забрать себе! «Ласковое телятко двух маток сосет!», – откровенно заявил опер Олег. Паша был менее откровенен, увлеченно рассказывая о том, что сотрудники Печерского уголовного розыска не могут найти воров, потому что они находятся в бегах. – И вообще, пусть твой товарищ забудет и о краже, и о преступниках! Дело гиблое! – уверял Данила. Но мы уже знали, что события развивались следующим образом. Паша Данила и Серега Болдырев обратились к одному из коронованных воров в законе за помощью. Избитый и изнасилованный Юра Микитенко еще в Печерском райуправлении указал на Валерия Грубича и своего брата, Максима Микитенко. И сорганизованная бригада, состоящая из сотрудников милиции, спецслужб и бандитов начала действовать. Сначала поехали в пригород Киева к выпущенному на свободу Юре Микитенко. Увидев на улице своих мучителей, тот бросился бежать и попал под машину. Тогда Данила и Болдырев два дня следили за передвижениями Грубича. На третий день, едва Валерий вышел из дома, Паша и еще один бандит блокировали Грубича. Паша сунул ему под нос удостоверение милиционера. Пока удрученный Валера соображал, что происходит, ему надели наручники, и тут же подрулил Болдырев на своей «девятке». Грубича вбросили в машину, натянули на глаза, чтобы никого не видел, спортивную шапку, и вывезли за город, в поле. Везли, не опасаясь, что остановит милиция: служебные удостоверения Данилы и Болдырева обеспечивали им полнейшую свободу передвижений. Серега по привычке записывал на диктофон ход переговоров между Грубичем и противоборствующей ему стороной. Для начала Валера получил несколько ударов в живот. Угрозы убить и уговоры продолжались в течение нескольких часов. В итоге стороны достигли консенсуса: Валера и его товарищи отдают «браткам», как ему представились Серега, Паша и компания, 66.000 долларов. Или, если захотят, чтобы «братки» закрыли их прошлые грешки с «ментами», – 80.000 долларов. Эта компания явно не мелочилась. А уже сегодня вечером Валера должен был отдать «браткам» первые 10.000 долларов.


Вечером Паша и Серега подъехали к назначенному месту, подошли под окна квартиры, где проживал Грубич, и тот с балкона (чтобы вновь не попадать в их лапы), выбросил им перевязанную пачку зеленых банкнот. Серега, поймавший эти деньги, пока шел через двор к машине, вытянул 1.000 «баксов». Уже в автомобиле, пересчитывая деньги, позвонил Грубичу и попенял ему на непорядочность. «Но не поднимать же шум из-за тысячи долларов», – сгладил ситуацию Паша. Как потом рассказывал мне Данила, в тот момент они больше всего боялись, как бы Грубич не пожаловался в милицию, и как бы их не арестовали при получении денег. Но обошлось. И Данила с Болдыревым лично отвезли бандитам половину из заработанного, то есть 4.500 долларов. А потом решили заработать сами. И взялись за Максима Микитенко. Из прослушивания его переговоров, переговоров его жены, Болдырев узнал, что она летает стюардессой на международных авиалиниях. Коронкой Сереги является подбрасывание ничего не подозревающим людям наркотиков (в скобках замечу, что он не гнушается и поджогом автомобилей неугодных; лично мне он хвастался, что одному недругу поджигал автомобили аж три раза!) – он даже адвоката Оксану шантажировал возможным развитием аналогичной ситуации. Для начала сказали, что подбросят Максимовой жене несколько пакетиков героина. – Ты веришь, что мы это сделаем? – спросил Сергей. – От вас всего можно ждать! – откровенно ответил Максим. И дуэт назначил Максиму привезти через несколько дней 5.000 долларов. Встречались в кафе на улице Леонтовича. Их страховали Пашины «беркутята». Удостоверившись, что Микитенко привез деньги, Серега отрепетированно посмотрел на Пашу: – Полномочия имеем? – Имеем! – подтвердил Данила. – Раз уж ты привез деньги и не прячешься, 6.000 долларов тебе прощаем. Они могли прощать, потому что за якобы недоданную 1.000 долларов взяли с Грубича 2.000 штрафа, забыв сказать об этом штрафе подельникам-«браткам». Хотя те и дали им, по наивности, указанные выше полномочия. Потом встречались на Харьковском массиве. Потом еще раз там же. В итоге, кроме упомянутых 9.000 долларов, Паша и Серега получили еще 40.000 долларов. Куда они их дели? По словам Паши, 10.000 долларов отдали Максиму из Печерского райуправления. Потому что после второй отдачи денег Максимом Микитенко, Паша сказал: – Завтра у тебя и твоих соратников будет обыск. На следующий день у них троих действительно были обыски. Естественно, ничего не нашли. Но формальность милиционерами была соблюдена. Остальные деньги потратили: – ремонт квартиры Сереге, потому что до этого он несколько лет не в силах был сделать мало-мальский марафет жилья; – постройку гаража Сереге; – слегка изменили внешний вид Серегиной «девятки», потому что опасаются мести со стороны вывезенного на ней в поле Грубича, а живут они с ним в одном микрорайоне; – прибарахлились. Паша уже присмотрелся к новенькой «десятке». Гениальная формула Я в ходе журналистского расследования встречался со всеми действующими лицами этой истории. Однажды я сидел в кафе вместе с Валерой Грубичем и Максимом Микитенко. Внезапно позвонил Паша Данила, с просьбой о встрече. Я вышел на улицу.


Когда я вернулся в кафе, Максим сказал, что сегодня ровно в 12.00 он передал этому бандиту очередные 4.000 долларов как плату за спокойствие своей семьи. На мое замечание, что он не бандит, а милиционер, Микитенко изрек фразу, достойную Нобелевской премии: – Как только «менты» перестанут брать взятки, я прекращу воровать!!! P.S. Паша Данила продолжает служить в ДВБ. Моему пострадавшему товарищу, высказавшемуся относительно непорядочности «ментов», он ответил, что и рад бы вернуть деньги, но вмешался в процесс я со своим журналистским расследованием, и потому, чтобы замять проблему с начальством и остаться на службе, ему пришлось заплатить руководству из возвращенной ворами суммы сначала 10.000 долларов, а потом еще 5.000 долларов. Серега Болдырев, узнав, что Максим Микитенко общается со мной, по телефону сказал ему: – Ты подписал себе смертный приговор! А при встрече показал Микитенко удостоверение сотрудника СБУ, оформленное по всем правилам этой организации.

Ольга Чернова, Анна Перова

Учебный взрыв "Проверка бдительности" спецслужб после целой серии сентябрьских терактов превратилась в один из излюбленных способов журналистского расследования. Вот и корреспонденты Наталья Желдак из Владивостока и Галина Симкина из Краснодара не сговариваясь вышли на улицы своих городов, переодевшись "шахидками". Обе были задержаны. Однако если во Владивостоке инцидент был исчерпан довольно быстро, то в Краснодаре вчера разгорелся настоящий скандал. "Могла возникнуть реальная опасность для жизни девушки" Организовать маленькую провокацию с использованием образа шахидки придумала молодая сотрудница телекомпании "ТНТ-Владивосток", студентка 2-го курса факультета журналистики Дальневосточного университета Анна Шкарина. Инициатива девушки пришлась по душе руководству телекомпании, которое разрешило проведение съемок. По замыслу организаторов, сюжет, предназначенный для популярной рубрики «Инструкция по применению», должен был наглядно продемонстрировать гражданам, как следует вести себя при встрече с настоящим террористом. Сняться в роли шахидки Шкарина предложила своей сокурснице Наталье Желдак, которая по просьбе телевизионщиков облачилась в темные юбку и водолазку и повязала голову черным платком. Первоначально провести смелый эксперимент хотели прямо возле здания администрации Приморского края, которое находится под круглосуточной охраной. Однако в последний момент журналисты решили не рисковать и выбрали для своих опытов одну из самых людных площадей города. Там съемочная группа появилась около 10 утра. Наталья Желдак под прицелом телекамеры направилась в сторону автобусной остановки. Буквально через минуту на пульт Приморского УФСБ поступил анонимный звонок – кто-то из бдительных горожан воспользовался мобильным телефоном и сообщил чекистам о подозрительной женщине. Еще через пять минут на руках студентки защелкнулись наручники – сотрудники в штатском заломили "шахидке" руки и повели ее к машине. Вместе с Натальей повязали и всю съемочную группу – всего на допрос в УФСБ были


препровождены 10 человек. Через полтора часа все журналисты были отпущены, однако кассету с записью сюжета им возвращать отказались. Сотрудники УФСБ по Приморскому краю оценили действия журналистов как непрофессиональные и способные привести к незапланированным последствиям. "Жалко эту молоденькую студентку. Если бы ее действия были похожи на то, что она действительно собирается совершить теракт, могла возникнуть реальная опасность для жизни девушки", – сказал ГАЗЕТЕ один из сотрудников УФСБ по Приморскому краю. Несмотря на то что формально действия Натальи Желдак подпадают под статью "хулиганство", уголовное дело против нее возбуждать не стали. По всей видимости, "шахидка" отделается штрафом в 5 тысяч рублей. "Все это – недоразумение" Ранним утром 4 октября на площади перед краснодарским аэровокзалом вышла из такси женщина в черном: длинная юбка, кожаная куртка, платок. В руках она несла две сумки. Не успела неизвестная сделать и нескольких шагов, как на нее налетели крепкие ребята в камуфляже, заломили руки и поволокли в отделение милиции. «Я журналистка!» – пыталась объяснить задержанная, но никто ее не слушал. В отделении УВД на транспорте выяснилось, что подозрительная особа – действительно корреспондент краевой газеты «Кубанские новости» Галина Симкина. Она утверждала, что собиралась по личным делам ехать в Москву, однако в протоколе милиционеры зафиксировали, что в сумке Симкиной были найдены следы тротила и чертежи взрывного устройства. Главный редактор газеты «Кубанские новости» Вячеслав Смеюха сразу же заявил, что ни о каком журналистском расследовании речь не шла и редакционного задания по «проверке бдительности» Симкина не получала. Сама журналистка также отрицает замысел нарядиться шахидкой. «Просто мне нравится черный цвет, – объясняет Галина, – дразнить милицию я не собиралась. Все это – недоразумение». Однако милиционеры придерживаются другой версии. Начальник криминального отдела УВД на транспорте Лев Агоникян рассказал ГАЗЕТЕ, что его сотрудники получили оперативную информацию о намеченной журналистской «проверке бдительности» (об этом рассказал таксист, подвозивший Симкину к зданию аэропорта) и действовали строго по инструкции. При этом объяснить, каким образом в сумке журналистки были обнаружены следы тротила, Агоникян не взялся. Возможно, полагает он, аппаратура, на которой производилась экспертиза, дала сбой, отреагировав на лак для ногтей или какое-то другое химическое вещество. Так или иначе, но допрос Симкиной продолжался 8 часов. После этого девушку отпустили домой, предупредив, "что разбирательство еще не закончено".

Максим Горький

С кем вы, «мастера культуры»? Ответ американским корреспондентам Вы пишете: «Вас, наверное, очень удивит это послание незнакомых вам людей из-за океана». Нет, ваше письмо не удивило меня, такие письма приходят не редко, и вы ошибаетесь, называя ваше послание «оригинальным» – за последние два-три года тревожные крики интеллигентов стали обычными. Это естественно: работа интеллигенции всегда сводилась – главным образом – к делу украшения бытия буржуазии, к делу утешения богатых в пошлых горестях их жизни. Нянька капиталистов – интеллигенция, – в большинстве своем, занималась тем, что усердно штопала белыми нитками давно изношенное, грязноватое, обильно испачканное кровью трудового народа философское


и церковное облачение буржуазии. Она продолжает заниматься этим трудным, но не очень похвальным и совершенно бесплодным делом и в наши дни, обнаруживая почти пророческое предвидение событий. Так, например, раньше чем империалисты Японии приступили к разделу Китая, немец Шпенглер в книге «Человек и техника» заговорил о том, что европейцы совершили в XIX веке крупнейшую ошибку, передав свои знания, свой технический опыт «цветным расам» Шпенглера поддерживает в этом ваш – американский – историк Генрик Ван-Лон, он тоже признает вооружение черно– и желтокожего человечества опытом европейской культуры одной из «семи роковых исторических ошибок», совершенных европейской буржуазией. И вот мы видим, что ошибку эту хотят исправить: капиталисты Европы и Америки снабжают японцев и китайцев деньгами и оружием, помогать им истреблять друг друга, и в то же время посылают на Восток свои флоты для того, чтобы в момент, наиболее удобный для них, показав японскому империализму свой мощно бронированный кулак, приступить, вместе с храбрым зайцем, к дележу шкуры убитого медведя. Лично мне думается, что медведь не будет убит, потому что Шпенглеры, ВанЛоны и подобные им утешители буржуазии, очень много рассуждая об опасностях, грозящих европейско-американской «культуре» кое о чем забывают упомянуть. Забывают они о том, что индусы, китайцы, японцы, негры не являются чем-то социально монолитным, однообразным, но расслоено на классы. Забывают и о том, что против яда своекорыстной мысли мещан Европы и Америки выработано и оздоравливающе действует противоядие учения Маркса—Ленина. Впрочем, возможно, что они об этом и не забывают, но только тактически умалчивают и что их тревожные крики о гибели европейской культуры объясняются их сознанием бессилия яда и силою противоядия. Вопиющих о гибели цивилизации становится все больше, крики их звучат все более громко. Месяца три тому назад во Франции публично кричал о непрочности цивилизации бывший министр Кайо. Он кричал: Мир переживает трагедию изобилия и недоверия. Разве не трагедия, что приходится жечь пшеницу и топить мешки с кофе, когда миллионам людей не хватает пищи. Что касается недоверия – оно причинило уже достаточно зла. Оно вызвало войну и продиктовало мирные договоры, которые могут быть исправлены только тогда, когда исчезнет это недоверие. Если не удастся восстановить доверие, вся цивилизация будет поставлена под угрозу, так как у народов может появиться искушение опровергнуть экономический строй, которому они приписывают все бедствия. Для того, чтоб говорить о возможности доверия среди хищников, которые в наши дни так откровенно показывают друг другу свои когти и зубы, – для этого нужно быть или отчаянным лицемером, или же человеком крайне наивным. А если под «народом» разумеется рабочий народ, то всякий честный человек должен бы признать, что рабочие совершенно справедливо «приписывают»идиотизму капиталистического строя бедствия, которыми строй этот награждает их за труд создания ценностей. Пролетарии все более отчетливо видят, что современная буржуазная действительность с ужасающей точностью оправдывает слова Маркса – Энгельса, сказанные ими в «Манифесте Коммунистической партии»: Буржуазия не способна к господству, потому что она не может обеспечить своему рабу даже рабское существование, потому что она вынуждена довести его до такого состояния, в котором она должна кормить его, вместо того, чтобы существовать на его счет. Общество не может более жить под ее властью: другими словами, жизнь буржуазии несовместима с жизнью общества. Кайо – один из сотни тех старичков, которые продолжают доказывать, что из буржуазный идиотизм – это мудрость, данная человечеству навсегда, что лучше ее


человечество никогда ничего не выдумает, дальше ее – не пойдет, выше – не поднимется. И еще не так давно утешители буржуазии, доказывая хозяйственную мудрость свою и прочность ее, опирались на свою науку. Теперь они исключают науку из своей подловатой игры. 23 февраля в Париже тот же Кайо, следуя за Шпенглером, говорил пред лицом бывших министров, вроде Павла Милюкова, и вообще бывших людей: Техника создает безработицу во многих случаях, превращает заработок увольняемых рабочих в излишки дивиденда акционеров. Наука «без совести», не согретая «совестью» идет в ущерб людям. Люди должны взнуздать науку. Современный кризис – поражение человеческого разума. Для науки нет иногда большего несчастья, как великий человек. Он выставляет теоретические положения, имеющие смысл и значение для данного времени, когда эти положения выдвигаются. Они справедливы, как, положим, у Карла Маркса, для 1848 или 1870 годов и совершенно неверны в 1932 году. Если бы Маркс был теперь жив – он писал бы иначе. Этими словами буржуа признает, что разум его класса обессилен, обанкротился. Он советует «взнуздать науку» забыв о том, сколько она дала силы его классу для укрепления власти над миром трудящихся. «Взнуздать науку» – что это значит? Запретить ей свободу исследования? Когда-то буржуазия весьма храбро и успешно боролась против посягательств церкви на свободу науки. В наши дни буржуазная философия постепенно становится тем, чем была она в наиболее мрачные годы средневековья – служанкой теологии. Кайо прав, говоря, что Европе угрожает возвращение к варварству, предсказанное Марксом, учение которого ему неизвестно. Да, совершенно неоспоримо, что буржуазия Европы и Америки, хозяйка мира, становится с каждым годом все более невежественной, интеллектуально слабосильной, варварской и уже сама – в лице вашем – понимает это. Мысль о возможности возвращения к эпохе варварства – самая «модная»мысль современной буржуазии. Шпенглеры, Кайо и по��обные им «мыслители»отражают настроение тысяч мещан. Это тревожное настроение вызвано предчувствием классовой гибели – фактом роста во всем мире революционного правосознания рабочих масс. Буржуазия не хотела бы верить в процесс культурно-революционного развития трудового народа, но – она его видит, чувствует. Процесс этот всесторонне и прекрасно оправдан. Он является логически неизбежным развитием всего трудового опыта человечества, опыта, о котором поучительно рассказывают историки буржуазии. Но так как история – тоже наука, ее тоже нужно «взнуздать» или – того проще – забыть, что она существует. Забыть историю советует французский поэт академик Поль Валери в книге «Обозрение современности». Он совершенно серьезно обвиняет в бедствиях народов именно историю, он говорит, что, напоминая о прошлом, история вызывает бесплодные мечты и лишает людей покоя. Люди – это, конечно, буржуазия. П. Валери, вероятно, не способен заметить на земле иных людей. Вот что говорит он об истории, которой буржуазия еще так недавно гордилась и которую весьма искусно писала: История – самый опасный из всех продуктов, вырабатываемых в химической лаборатории нашего ума. Она побуждает к мечтаниям, она опьяняет народы, она порождает у них ложные воспоминания, преувеличивает их рефлексы, растравляет старые их раны, лишает их покоя и ввергает их в мании – величия или преследования. В своей должности утешителя он, как видите, весьма радикален. Он знает: буржуазия хочет жить спокойно, ради спокойной жизни она считает себя вправе уничтожать десятки миллионов людей. Она, разумеется, легко может уничтожить несколько десятков тысяч книг, – как все на свете, библиотеки тоже в ее руках. История мешает спокойной жизни? Долой историю! Изъять из обращения все труды по истории. Не преподавать ее в школах. Объявить изучение прошлого делом социально опасным и даже преступным. Людей, склонных к занятиям историей, признать ненормальными и сослать на необитаемые острова.


Главное – покой! Именно об этом заботятся все утешители буржуазии. Но для осуществления покоя необходимо, как говорит Кайо, взаимное доверие в среде национально-капиталистических хищников, а для того, чтоб установить доверие, нужно, чтоб двери в чужой дом– например, в Китай– были широко открыты для грабежа пред всеми хищниками и лавочниками Европы, а лавочники и хищники Японии хотят закрыть двери чужого дома для всех, кроме себя; они делают это на том основании, что Китай – ближе к ним, чем к Европе, и для них грабить китайцев – удобнее, чем индусов, которых привыкли грабить «джентльмены» Англии. На почве соревнования в грабеже возникают противоречия, угрожающие тревогами новой всемирной бойни. А кроме того, по словам парижского журналиста Гренгуара, «для Европы потеряна Российская империя как нормальный и здоровый рынок». Гренгуар видит в этом «источник зла» и вместе со многими другими журналистами, политиками, епископами, лордами, авантюристами и мошенниками настаивает на необходимости общеевропейской интервенции в Союз Советов. Затем – в Европе все растет безработица, растет и революционное правосознание пролетариата. В конце концов, для установления «покоя» – очень мало возможностей и даже – как будто – совсем нет места. Но я – не оптимист и, зная, что цинизм буржуазии безграничен, допускаю одну возможность, посредством которой буржуазия может попробовать очистить себе место для спокойной жизни. На эту возможность намекнул 19 февраля расистский депутат Бергер в Кельне, он сказал в своей речи: Если после прихода Гитлера к власти, французы попытаются оккупировать германскую территорию, мы перережем всех евреев. Осведомившись о сделанном Бергером заявлении, прусское правительство запретило ему дальнейшие публичные выступления. Запрещение вызвало возмущение в гитлеровском лагере. Одна расистская газета пишет: Бергер не может быть обвинен в призыве к незаконным действиям: мы перережем евреев на основании закона, который будет проведен после нашего прихода к власти. Эти заявления не следует рассматривать как шутку, как немецкий «виц»: европейская буржуазия, в ее современном настроении, вполне способна «провести закон» не только о поголовном истреблении евреев, а об истреблении всех, мыслящих несогласно с нею, и прежде всего об уничтожении всех, несогласно с ее бесчеловечными интересами действующих. Заключенные в этот «порочный круг» интеллигенты-утешители постепенно теряют свое мастерство утешать и уже сами нуждаются в утешении. Они обращаются за ним даже к людям, которые принципиально не подают милостыни, ибо – милостыня утверждает право нищенства. Талант «красивой лжи» основной их талант, уже не может, не в силах прикрывать грязный цинизм буржуазной действительности. Некоторые из них начинают чувствовать, что развлекать и утешать людей, утомленных грабежом мира, обеспокоенных все более резким сопротивлением пролетариата их подлым целям, – людей, у которых безумная жажда наживы приняла характер буйного помешательства и формы социально-разрушительные, – утешать и развлекать этих людей становится делом не только бесплодным, но уже и опасным для самих утешителей. Можно бы указать и на преступность утешения огорченных разбойников и убийц, но я знаю, что это никого не тронет, ибо это – «мораль» то есть нечто исключенное из жизни за ненадобностью. Гораздо существенней указать на тот факт, что в современной действительности интеллигент-утешитель становится тем «третьим», бытие которого отвергается логикой. Когда он, выходец из буржуазии, – пролетарий по своему социальному положению, он как будто понимает унизительный драматизм своей службы классу, осужденному на гибель и вполне заслужившему гибель, как заслуживает ее


профессиональный бандит и убийца. Начинает понимать, потому что буржуазия перестает нуждаться в его услугах. Он все более часто слышит, как люди его группы, угождая буржуазии, кричат о перепроизводстве интеллигенции. Он видит, что буржуазия охотней обращается за «утешением» не к философам и «мыслителям», а к шарлатанам, предсказывающим будущее. Газеты Европы испещрены объявлениями хиромантов, астрологов, сочиняющих гороскопы, факиров, ясновидящих, графологов, спиритов и прочих фокусников, еще более невежественных, чем сама буржуазия. Фотография и кино убивают искусство живописи, художники чтоб не умереть с голода, меняют свои картины на картофель, на хлеб, на поношенную одежду мещанства. В одной из газет Парижа напечатана такая веселая заметка: Нужда среди берлинских художников велика, и просвета не видно. Идут речи об организации самопомощи художников, но какую самопомощь могут организовать друг для друга люди, лишенные заработков и каких бы то ни было перспектив на заработки? Поэтому в художественных кругах Берлина с восторгом встречена оригинальная идея художницы Аннот-Якоби, она предлагает товарообмен. Пусть торговцы углем снабжают художников топливом в обмен на статуи и картины. Времена переменятся, и углеторговцы не пожалеют о произведенных ими в порядке товарообмена сделках. Пусть зубные врачи лечат художников. Хорошая картина никогда не будет лишней в приемной зубного врача. Мясники, молочники должны воспользоваться случаем и сделать доброе дело и в то же время без затраты наличности приобрести настоящие художественные вещи. Для развития и применения на практике идеи Аннот-Якоби образовалось в Берлине особое бюро. Сообщая об этом товарообмене, газета не говорит, что он существует и в Париже. Кинематограф постепенно уничтожает высокое искусство театра. О разлагающем влиянии буржуазного кино не стоит говорить, это совершенно ясно. Использовав все темы сентиментализма, он начинает демонстрировать физические уродства: В Голливудской студии Метро-Гольдвин-Майер собралась оригинальная труппа для работы над фильмом «Причуды». В ее составе – Ку-Ку, девушка-птица, имеющая большое сходство с аистом; П. Робинзон, человеческий скелет; Марта, родившаяся с одной рукой, искусная мастерица вязать кружева ногами. Доставлены в студию Шильце, прозванная «голова-шпилька» женщина с нормальным телом, но с необыкновенно маленькой головой, похожей на шпильку; Ольга – женщина с мужской окладистой бородой; Жозефина-Жозеф, наполовину женщина, наполовину мужчина; сиамские сестры-близнецы Гильтон, карлики, лилипуты. Барнай, Поссарт, Монэ-Сюлли и другие артисты этого рода – не нужны, их заменяют Фэрбенксы, Гарольд-Ллойды и прочие фокусники во главе с однообразно сентиментальным и унылым Чарли Чаплином, как же как музыку классиков заменяет джаз, а Стендаля, Бальзака, Диккенса, Флобера – различные Уоллесы, люди, которые умеют рассказывать о том, как полицейский сыщик, охраняя собственность крупных грабителей и организаторов массовых убийств, ловит маленьких воров и убийц. В области искусства буржуазию вполне удовлетворяет коллекционирование почтовых марок и трамвайных билетов, а в лучшем случае коллекционируют подделки картин старинных мастеров. В области науки буржуазию интересуют приемы и методы наиболее удобной, дешевой эксплуатации ф��зических сил рабочего класса; наука для буржуазии существует настолько, насколько она способна служить целям его обогащения, регулировать деятельность его желудочно-кишечной сферы и поднимать его половую энергию развратника. Пониманию буржуазии недоступны основные задачи науки: интеллектуальное развитие, физическое оздоровление человечества, истощенного гнетом капитализма, превращение инертной материи в энергию, разгадка


техники строения л роста человеческого организма – все это для современного буржуа так же мало интересно, как для дикаря Центральной Африки. Видя все это, некоторые интеллигенты начинают понимать, что «творчество культуры» – которое они считали своим делом, результатом своей «свободной мысли» и «независимой воли» – уже не их дело и что культура не является внутренней необходимостью капиталистического мира. События в Китае напомнили им о гибели университета и библиотеки Лувена в 1914 году, вчерашний день рассказал о разрушении японскими пушками в Шанхае университета Тунцзи, морского колледжа, школы по рыболовству, национального университета, медицинского колледжа, сельскохозяйственного и инженерного колледжа, рабочего университета. Этот акт варварства не возмущает никого, так же как никого не возмущает сокращение ассигновок на культурные учреждения и вместе с этим непрерывный рост вооружений. Но, разумеется, лишь некоторая и незначительная часть европейскоамериканской интеллигенции чувствует неизбежность своего подчинения «закону исключенного третьего» и задумывается о том – куда идти? По привычке – с буржуазией, против пролетариата, или же по чести – с пролетариатом, против буржуазии? Большинство же интеллигентов продолжает довольствоваться службой капитализму – хозяину, который, хорошо видя моральную гибкость своего слуги и утешителя, видя бессилие и бесплодность его примиренческой работы, начинает откровенно презирать слугу и утешителя своего и уже сомневается в необходимости бытия такого слуги. Мне часто приходилось получать письма специалистов по утешению мещанства, приведу здесь одно из них, полученное от гр. Свена Элъверстада: Многоуважаемый г. Горький. Ужасная растерянность, граничащая с отчаянием, царит теперь во всем свете, вызванная страшным экономическим кризисом, который потрясает все страны мира. Эта мировая трагедия толкнула меня начать на столбцах самой распространенной норвежской газеты «Tidens Tagn» pяд статей, которые имеют своей целью поднять дух и разжечь надежды миллионов жертв ужасной катастрофы. Преследуя эту цель, я нашел нужным обратиться к представителям литературы, искусства, науки и политики с просьбой сообщить их мнение по поводу трагического положения народов в последние два года. Перед каждым гражданином любого государства встает задача: умереть под тяжестью ударов жестокой судьбы или продолжать бороться, надеясь на счастливое разрешение кризиса. Эта надежда на благополучный выход их создавшегося мрачного положения необходима каждому, и в каждом она блеснет ярким пламенем при чтении оптимистического мнения, высказанного человеком, к слову которого все привыкли прислушиваться. Поэтому я разрешаю себе просить вас прислать мне ваше суждение о теперешнем положении, это суждение может быть не длиннее трех, четырех строчек, но оно, несомненно, спасет многих и многих от отчаяния и даст им силу смело глядеть навстречу будущему. С почтением Свен Эльверстад. Людей, подобных автору этого письма, людей, которые еще не утратили наивной веры в целебную силу «двух, трех строчек» в силу фразу, – таких людей еще немало. Вера их так наивна, что едва ли искренна. Две, три фразы или двести, триста фраз не оживят дряхлый мир буржуазии. Во всех парламентах мира и в Лиге Наций ежедневно произносятся тысячи фраз, никого не утешая, не успокаивая, не внушая никому надежд на возможность удержать стихийный рост кризиса буржуазной цивилизации. По городам разъезжают бывшие министры и другие бездельники, уговаривая мещанство «взнуздать», «дисциплинировать» науку. Болтовню этих людей немедленно подхватывают журналисты – люди, для которых «все равно, все наскучило давно» – и один из таких, Эмиль Людвиг, в серьезной газете «Дейли экспресс» советует


«прогнать специалистов в шею». Всю эту пошлую чепуху мелкое мещанство слушает, читает и делает из чепухи свои выводы. И если европейское мещанство признает необходимым закрыть университеты, – в этом не будет ничего удивительного. Кстати; оно может сослаться на такой факт – в Германии ежегодно освобождается 6000 служебных вакансий, требующих университетского диплома, а вузы Германии выпускают до 40 тысяч универсантов. Вы, граждане Д. Смитс и Т. Моррисон, ошибочно приписываете буржуазной литературе и журналистике значение организатора культурных мнений, – этот «организатор» – паразитное растение, которое пытается прикрыть грязный хаос действительности, но прикрывает его менее удачно, чем, например, плющ и сорные травы прикрывают грязь и мусор развалин. Вы, граждане, плохо знаете, каково культурное значение вашей прессы, которая единогласно утверждает, что «американец прежде всего – американец» и только после этого человек. В свою очередь пресса расистов Германии учит, что расист прежде всего – ариец, а затем уже – врач, геолог, философ; журналисты Франции доказывают, что француз прежде всего – победитель и поэтому должен быть вооружен сильнее всех других, – речь идет, конечно, не о вооружении мозга, а только о кулаке. Не будет преувеличением, если сказать, что пресса Европы и Америки усердно и почти исключительно занимается делом понижения культурного уровня своих читателей, – уровня и без ее помощи низкого. Обслуживая интересы капиталистов, своих работодателей, искусно умея раздуть муху до размеров слона, журналисты не ставят своей целью укрощение свиньи, хотя, конечно, видят, что свинья обезумела и бесится. Вы пишите: «В Европе мы с глубокой горечью почувствовали, что европейцы ненавидят нас». Это очень «субъективное субъективизм, позволив вам заметить некую частность, скрыл от вас общее: вы не заметили, что вся буржуазия Европы живет в атмосфере взаимной ненависти. Ограбленные немцы ненавидят Францию, которая, задыхаясь от золотого ожирения, ненавидит англичан, так же как итальянцы – французов, а вся буржуазия единодушно ненавидит Союз Советов. 300 миллионов индусов живут ненавистью к английским лордам и лавочникам, 450 миллионов китайцев ненавидят японцев и всех европейцев, которые, привыкнув грабить Китай, тоже готовы возненавидеть Японию за то, что она право грабить китайцев считает своим исключительным правом. Эта ненависть всех ко всем, разрастаясь, становится все гуще, острее, она вспухает среди буржуазии, как гнойный нарыв, и, конечно, прорвется, и, возможно, снова потекут реки лучшей, самой здоровой крови народов всей земли. Кроме миллионов наиболее здоровых людей, война уничтожит огромное количество ценностей и сырья, из коего они создаются, а все это поведет к обнищанию человечества здоровьем, металлами, топливом. Само собой разумеется, что война не уничтожит ненависти между национальными группами буржуазии. Вы считаете себя «в силах служить общечеловеческой культуре» и «обязанными защищать ее от снижения к варварству». Это – очень хорошо. Но поставьте пред собою простой вопрос: что вы можете сделать сегодня и завтра для защиты этой культуры, которая – кстати сказать – еще никогда не была «общечеловеческой» и не может быть таковой при наличии национально-капиталистических государственных организаций, совершенно безответственных пред трудовым народом, натравливающих народы друг на друга? Так вот: спросите себя, что вы можете противопоставить разрушающим культуру фактам безработицы, истощению рабочего класса голодом, росту детской проституции? Понятно ли вам, что истощение масс значит – истощение почвы, из которой возрастает культура? Вам, наверное, известно, что так называемый «культурный слой» всегда был производным от массы. Это вы должны бы хорошо


знать, ибо у американцев есть привычка хвастаться тем, что в США мальчики – торговцы газетами – возвышаются до карьеры президентов. Напоминая об этом, я хочу отметить только ловкость мальчиков, но не таланты президентов, – о талантах последних мне ничего не известно. Есть и еще вопрос, над которым вам следовало бы подумать: полагаете ли вы, что 450 миллионов китайцев можно превратить в рабов европейско-американского капитала, в то время как 300 миллионов индусов уже начинают понимать, что для них роль рабов Англии вовсе не предопределена Богами? Сообразите: несколько десятков тысяч хищников и авантюристов желают вечно и спокойно жить за счет силы миллиарда трудящихся. Это – нормально? Это – было, это – есть, но хватит ли у вас храбрости утверждать, что это и должно быть так, как оно есть? Чума тоже была почти нормальным явлением средних веков, но чума почти исчезла, и теперь роль ее на земле исполняет буржуазия, она отравляет весь цветной мир, прививая ему глубочайшую ненависть и презрение ко всей белой расе. Не думается ли вам, защитники культуры, что капитализм провоцирует расовые войны? Упрекая меня в том, что я «проповедую ненависть», вы советуете мне «пропагандировать любовь». Вы, должно быть, считаете меня способным внушать рабочим: возлюбите капиталистов, ибо они пожирают силы ваши, возлюбите их, ибо они бесплодно уничтожают сокровища земли вашей, возлюбите людей, которые тратят ваше железо на постройку орудий, уничтожающих вас, возлюбите негодяев, по воле которых дети ваши издыхают от голода, возлюбите уничтожающих вас ради покоя и сытости своей, возлюбите капиталиста, ибо церковь его держит вас во тьме невежества. Нечто подобное проповедуется Евангелием, и, вспомнив об этом, вы говорите о «христианстве» как «рычаге культуры». Вы очень опоздали – о культурном влиянии «учения о любви и кротости» честные люди давно уже не говорят. Неловко и невозможно говорить об этом влиянии в наши дни, когда христианская буржуазия у себя дома и в колониях внушает кротость и заставляет рабов любить ее посредством применения «огня и меча» с большей энергией, чем она всегда применяла огонь и меч. В наши дни меч заменен, как вам известно, пулеметами, бомбами и даже «гласом божиим с небес». Одна из парижских газет сообщает: В войне с афридиями англичане додумались до приема, приносящего им огромную пользу. Группа повстанцев укрылась на какой-нибудь площадке среди недоступных гор. Вдруг над ними на большой высоте появляется аэроплан. Афридии хватаются за ружья. Но аэроплан не сбрасывает бомб. Вместо бомб с него сыплются слова. Голос с неба уговаривает повстанцев на родном их языке сложить оружие, прекратить бессмысленное состязание с английской империей. Было немало случаев, когда, потрясенные голосом с неба, повстанцы действительно прекращали борьбу. Опыты с голосом Бога были повторены и в Милане, где, в день годовщины основания фашистской милиции, весь город услышал глас божий, произнесший краткое похвальное слово фашизму. Миланцы, имевшие случай слышать генерала Бальбо, узнали в голосе с неба его бархатный баритон. Итак – найден простой способ доказать бытие Бога и утилизировать глас его для порабощения дикарей. Можно ожидать, что Бог заговорит над Сан-Франциско или Вашингтоном на английском языке с японским акцентом. Вы ставите в пример мне «великих людей, учителей церкви». Очень смешно, что вы говорите об этом серьезно. Не будем говорить о том, как, из чего и зачем сделаны великие люди церкви. Но раньше чем опираться на этих людей, вам следовало испытать их прочность. В суждении о «деле церкви» вы обнаружите тот «американский идеализм», который может произрастать лишь на почве глубокого невежества. В данном случае, по отношению к истории христианской церкви, невежество ваше может быть объяснено тем, что жители США не испытали на своей шкуре, что такое церковь как организация насилия над разумом и совестью людей, не испытали с той силой, с


какой это испытано населением Европы. Вам следовало бы познакомиться с кровавыми драками на вселенских соборах, с изуверством, честолюбием и своекорыстием «великих учителей церкви». Вам особенно много дала бы мошенническая история собора в Эфесе. Вам следовало бы прочитать что-нибудь по истории ересей, ознакомиться с истреблением «еретиков» в первые века христианства, еврейскими погромами, истреблением альбигойцев, таборитов и вообще с кровавой политикой церкви Христовой. Интересна для малограмотных история инквизиции, но, конечно, не в изложении вашего земляка Вашингтона Ли, – изложении, одобренном цензурой Ватикана, организатора инквизиции. Вполне допустимо, что, ознакомясь со всем этим, вы убедились бы, что отцы церкви ревностно работали по укреплению власти меньшинства над большинством и если они боролись с ересями, так это потому, что ереси зарождались в массе трудового народа, который инстинктивно чувствовал ложь церковников, – они проповедовали религию для рабов, – религию, которая господами никогда не принималась иначе, как по недоразумению или из страха пред рабами. Ваш историк Ван-Лон в статье о «великих исторических ошибках» утверждает, что церковь должна была бороться не за учение Евангелия, а против него; он говорит: Величайшую ошибку в свое время сделал Тит, разрушив Иерусалим. Изгнанные из Палестины, евреи рассеялись по всему миру. В основанных ими общинах созревало и крепло христианство, бывшее для Римской империи не менее пагубным, чем идеи Марка и Ленина для капиталистических государств. Так оно и было, и есть: христианская церковь боролась против наивного коммунизма евангелия, к этому и сводится ее «история». Что делает церковь в наши дни? Она, конечно, прежде всего – молится. Епископы Йоркский и Кентерберийский – тот самый, который проповедовал нечто вроде «крестового похода» против Союза Советов, – эти два епископа сочинили новую молитву, в которой английское лицемерие прекрасно соединяется с английским юмором. Это очень длинное сочинение построено по форме молитвы «Отче наш» Епископы так взывают к Богу: Что касается политики нашего правительства по восстановлению кредита и благополучия – да будет воля твоя. Что касается всего того, что предпринимается для устроения будущего управления Индией, – да будет воля твоя. Что касается предстоящей конференции по разоружению и всего того, что предпринимается к утверждению мира всего мира, – да будет воля твоя. Что касается восстановления торговли, доверия к кредиту и взаимного благожелательства – хлеб наш насущный даждь нам днесь. О сотрудничестве всех классов по работе на общее благо – хлеб наш насущный даждь нам днесь. Если мы оказались повинными в национальной гордыне и находили более удовлетворения в господстве над другими, нежели в оказании им помощи по мере сил наших, – остави нам долги наши. Если мы проявили себялюбие в ведении наших дел и ставили наши интересы и интересы нашего класса выше интересов других – остави нам долги наши. Вот типичная молитва испуганных лавочников! На протяжении ее они раз десять просят Бога «оставить» им «долги» их, но ни одного раза не говорят о том, что готовы и могут перестать делать долги. И только в одном случае просят у Бога «прощения»: За то, что мы предались национальному высокомерию, находя удовлетворение во власти над другими, а не в умении служить им, – прости нас, господи. Прости нам этот грех, но – мы не можем отказаться грешить, – вот что говорят они. Но большинством английских попов это прошение о прощении было отвергнуто – вероятно, они нашли его неудобным и унизительным для себя. Молитву эту должны были «вознести» к престолу английского Бога 2 января в Лондоне, в соборе Павла. Священникам, которым молитва не нравится, епископ Кентерберийский разрешил не читать ее.


Итак, вот до каких пошлых и глупых комедий доросла христианская церковь и вот как забавно попы снизили Бога своего до положения старшего лавочника и участника во всех коммерческих делах лучших лавочников Европы. Но было бы несправедливо говорить только об английских попах, забывая, что итальянскими организован Банк святого духа, а во Франции, в городе Мюллюезе, 15 февраля, как сообщает парижская газета русских эмигрантов,– По распоряжению судебных властей арестованы заведующий и приказчик книжного магазина католического издательства «Юнион» во главе которого стоит аббат Эжи. В книжном магазине продавались порнографические фотографии и книги, ввозимые из Германии. «Товар» конфискован. По содержанию некоторые книги не только порнографические, но обливали грязью и религию. Фактов такого рода – сотни, и все они утверждают одно и то же: церковь, служанка воспитателя и хозяина своего – капитализма, заражена всеми болезнями, которые разрушают его. И если допустить, что когда-то буржуазия «считалась с моральным авторитетом церкви» так нужно признать, что это был авторитет «полиции духа» авторитет одной из организаций, служивших для угнетения трудового народа. Церковь «утешала»? Не отрицаю. Но утешение это – один из приемов угашения разума. Нет, проповедь любви бедного к богатому, рабочего к хозяину – не мое ремесло. Я не способен утешать. Я слишком давно и хорошо знаю, что весь мир живет в атмосфере ненависти, я вижу, что она становится все гуще, активней, благотворней. Вам, «гуманистам, которые хотят быть практиками» пора понять, что в мире действуют две ненависти: одна возникла среди хищников на почве их конкуренции между собой, а также из чувства страха пред будущим, которое грозит хищникам неизбежной гибелью; другая – ненависть пролетариата – возникает из его отвращения к действительности и все более ярко освещается его сознанием права на власть. В той силе, до которой обе эти ненависти доразвились, ничто и никто не может примирить их, и ничто, кроме неизбежного, боевого столкновения их физических, классовых носителей, ничто, кроме победы пролетариев, не освободит мир от ненависти. Вы пишите: «Как многие, мы тоже думаем, что в стране вашей диктатура рабочих приводит к насилию над крестьянством». Я советую вам: попробуйте думать как не многие, как те, – пока еще не многие, – интеллигенты, которые уже начинают понимать, что ��чение Маркса и Ленина – это вершина, которой достигла честно исследующая социальные явления научная мысль, и что только с высоты этого учения ясно виден прямой путь к социальной справедливости, к новым формам культуры. Сделайте некоторое усилие над собой и забудьте – хотя бы на время – ваше родство с классом, вся история которого была и есть история непрерывного физического и духовного насилия над массами трудового человечества, – над рабочими и крестьянами. Сделайте это усилие, и вы поймете, что ваш класс – ваш враг. Карл Маркс – очень мудрый человек, и не следует думать, что он явился в мир, как Минерва – из головы Юпитера, нет, его учение является таким же гениальным завершением научного опыта, каким явились в свое время теории Ньютона и Дарвина. Ленин – проще Маркса и как учитель не менее мудр. Класс, которому вы служите, они покажут вам сначала в его силе и славе, покажут, как приемами бесчеловечного насилия он создавал и создал удобную для него «культуру» на крови, на лицемерии и на лжи, затем покажут процесс загнивания этой культуры, а дальнейшее, современное гниение ее – вы сами видите: ведь именно этот процесс и внушает вам тревоги, выраженные вами в письме ко мне. Поговорим о «насилии». Диктатура пролетариата – явление временное, она необходима для того, чтоб перевоспитать, превратить десятки миллионов бывших рабов природы и буржуазного государства – в одного и единственного хозяина их страны и всех ее сокровищ. Диктатура пролетариата перестанет быть необходимостью после того, как весь трудовой народ, все крестьянство будет поставлено в одинаковые социально-экономические условия и пред каждой единицей явится возможность


работать по способностям, получать по потребностям. «Насилие» как вы и «многие» понимают его, – недоразумение, но чаще этого оно – ложь и клевета на рабочий класс Союза Советов и на его партию. Понятие «насилия» прилагается к социальному процессу, происходящему в Союзе Советов, врагами рабочего класса в целях опорочить его культурную работу – работу по возрождению его страны и организации в ней новых форм хозяйства. На мой взгляд, можно говорить о принуждении, которое вовсе не есть насилие, ибо, обучая детей грамоте, вы ведь не насилуете их? Рабочий класс Союза Советов и его партия преподают крестьянству социально-политическую грамоту. Вы, интеллигенты, точно так же принуждены чем-то или кем-то почувствовать драматизм вашей жизни «между молотом и наковальней», вам тоже кто-то внушает начала социально-политической грамоты, и этот кто-то, разумеется, – не я. Во всех странах крестьянство – миллионы мелких собственников – служит почвой для роста хищников и паразитов; капитализм, во всем его безобразии, вырос на этой почве. Все силы, все способности и таланты крестьянина поглощаются его заботами о своем нищенском хозяйстве. Культурный идиотизм мелкого собственника совершенно равен таковому же идиотизму миллионера; вы, интеллигенты, должны бы хорошо видеть и чувствовать это. В России до Октябрьской революции крестьянство жило в бытовых условиях XVII века, это – факт, который не осмелятся отрицать даже русские эмигранты, озлобление которых на Советскую власть приняло уже комически чудовищный характер. Крестьянство не должно существовать в качестве полудиких людей четвертого сорта, в качестве пищи для ловкого мужика, для помещика, для капиталиста, не должно существовать в условиях каторжного труда на мелкораздробленной, истощенной земле, не способной прокормить ее нищего собственника, безграмотного, лишенного возможности удобрить землю, работать машинами, развивать агрикультуру. Крестьянство не должно оправдывать мрачную теорию Мальтуса, в основе которой, на мой взгляд, скрыто изуверство церковной мысли. Если крестьянство, в массе, еще не способно понять действительность и унизительность своего положения – рабочий класс обязан внушить ему это сознание даже и путем принуждения. Но в этом, однако, нет надобности, ибо крестьянин Союза Советов, отстрадавший мучения бойни 1914 – 1918 годов, разбуженный Октябрьской революцией, уже не слеп и умеет практически мыслить. Его снабжают машинами, удобрением, пред ним открыты пути во все школы, ежегодно тысячи крестьянских детей выходят в жизнь инженерами, агрономами, врачами. Крестьянство понимает, что рабочий класс в лице его партии стремится к тому, чтоб создать в Союзе Советов одного хозяина, у которого 160 миллионов голов и 320 миллионов рук, а это – главное, что надобно понять. Крестьянство видит, что все, что делается в его стране, – делается для всех, а не для небольшой группы богатых людей; крестьянство видит, что в Союзе Советов делается только полезное для него и что двадцать шесть «научно-исследовательских институтов» страны работают для обогащения плодоносности его земли, для облегчения его труда. Крестьянин хочет жить не в грязных деревнях, как он жил века, а в агрогородах, где есть хорошие школы и ясли для его детей, театры, клубы, библиотеки, кинематографы для него. В крестьянстве растет жажда знаний и вкус к жизни культурной. Если б крестьянин не понимал всего этого – работа в Союзе Советов не достигла бы в пятнадцать лет грандиозных результатов, которые достигнуты соединенной энергией рабочих и крестьян. В буржуазных государствах рабочий народ – механическая сила, в массе своей лишенная сознания культурного значения своего труда. У вас хозяйствуют тресты, организации хищников национальных сил, паразиты трудового народа. Враждуя между собою, играя деньгами, стремясь разорить друг друга, они устраивают мошеннические биржевые драмы, – и вот, наконец, их анархизм привел страну к небывалому кризису.


Миллионы рабочих пухнут с голода, бесплодно растрачивается здоровье народа, катастрофически растет детская смертность, растут самоубийства – истощается основная почва культуры, ее живая человеческая энергия. И, несмотря на это, ваш сенат отклонил законопроект Лафоллет-Костигана об ассигновании 375 миллионов долларов на непосредственную помощь безработным, а «Нью-Йорк америкен» публикует следующие данные о произведенных в Нью-Йорке выселениях безработных и их семей из квартир за невзнос платы: в течение 1930 года – 153731 случай выселения, а в 1931 году – 198738. В течение января с. г. в Нью-Йорке ежедневно выселяются из квартир сотни семей безработных. В Союзе Советов хозяйствуют и законодательствуют рабочие и та часть крестьянства, которая доросла до сознания необходимости уничтожения частной собственности на землю, социализации и машинизации труда на полях, доросла до сознания необходимости психологически переродиться в таких же работников, какими являются работники фабрик и заводов, то есть быть подлинными и единственными хозяевами страны. Количество крестьян-коллективистов и коммунистов непрерывно растет. Оно будет расти все быстрее, по мере того, как новое поколение будет изживать наследие крепостного права и суеверия векового рабского быта. Законы в Союзе Советов создаются внизу, в недрах трудовой массы, они вытекают из условий ее жизнедеятельности. Советская власть и партия формулируют и утверждают как закон только то, что созревает в процессах труда рабочих и крестьян, – труда, основная цель которого – создать общество равных. Партия – диктатор, насколько она является организующим центром, нервно-мозговой системой рабочей массы; цель партии – превратить в кратчайший срок наибольшее количество физической энергии в энергию интеллектуальную, чтобы дать простор и свободу развитию талантов и способностей каждой единицы и всей массы населения. Буржуазное государство, ставя ставку на индивидуализм, усердно воспитывает молодежь в духе своих интересов и традиций. Это, разумеется, естественно. Однако мы видим, что в среде молодежи именно буржуазного общества чаще всего возникали и возникают идеи и теории анархизма, а это уже неестественно и указывает на ненормальное, нездоровое состояние среды, в которой люди, задыхаясь, начинают мечтать о полном разрушении общества в интересах неограниченной свободы личности. Вы знаете, что наша молодежь не только мечтает, но и соответственно действует, – пресса Европы все чаще сообщает о «шалостях» буржуазной молодежи вашей и своей, – о шалостях, которые имеют характер преступлений. Преступления эти вызываются не материальной нуждой, а «скукой жизни» любопытством, поисками «сильных» ощущений, и в основе всех таких преступлений лежит крайне низкая оценка личности и ее жизни. Вовлекая в свою среду наиболее талантливых выходцев из рабочих и крестьян, заставляя их служить своим интересам, буржуазия хвастается «свободой» с которой человек может достичь «некоторого личного благосостояния» – удобного логовища, уютной норы. Но вы, конечно, не станете отрицать, что в вашем обществе тысячи талантливых людей погибают на путях к пошлому благополучию, будучи не в силах преодолеть препятствия, которые ставят перед ними бытовые условия буржуазной жизни. Литература Европы и Америки полна описаниями бесплодной гибели даровитых людей. История буржуазии – это история ее духовного обнищания. Какими талантами может гордиться она в наше время? Нечем ей гордиться, кроме различных Гитлеров, кроме пигмеев, больных манией величия. Народы Союза Советов вступают в эпоху Возрождения. Октябрьская революция вызвала к жизнедеятельности десятки тысяч талантливых людей, но их все еще мало для осуществления целей, которые поставил перед собой рабочий класс. В Союзе Советов нет безработных и всюду, во всех областях приложения человеческой энергии не хватает сил, хотя они растут быстро, как никогда и нигде не росли.


Вы, интеллигенты, «мастера культуры» должны бы понять, что рабочий класс, взяв в свои руки политическую власть, откроет перед вами широчайшие возможности культурного творчества. Посмотрите, какой суровый урок дала история русским интеллигентам: они не пошли со своим рабочим народом и вот – разлагаются в бессильной злобе, гниют в эмиграции. Скоро они все поголовно вымрут, оставив память о себе как о предателях. Буржуазия враждебна культуре и уже не может не быть враждебной ей, – вот правда, которую утверждает буржуазная действительность, практика капиталистических государств. Буржуазия отвергла проект Союза Советов о всеобщем разоружении, и одного этого вполне достаточно, чтобы сказать: капиталисты – люди социально опасные, они подготовляют новую всемирную бойню. Они держат Союз Советов в напряженном состоянии обороны, заставляя рабочий класс тратить огромное количество драгоценного времени и материалов на выработку орудий защиты против капиталистов, которые организуются, чтобы напасть на Союз Советов, сделать огромную страну своей колонией, своим рынком. На самозащиту против капиталистов Европы народы Союза Советов тратят огромное количество сил и средств, которые можно бы употребить с бесспорной пользой на дело культурного возрождения человечества, ибо процесс строительства в Союзе Советов имеет общечеловеческое значение. В гнилой, обезумевшей от ненависти и от страха пред будущим среде буржуазии все более рождается идиотов, которые совершенно не понимают смысла того, что они кричат. Один из них обращается к «господам правителям и дипломатам Европы» с таким воззванием: «В настоящий момент силы желтой расы должны быть использованы Европой как средство для сокрушения III Интернационала». Весьма допустимо, что этот идиот выболтал мечты и намерения некоторых подобных ему «господ дипломатов и правителей». Весьма возможно, что уже есть «господа», которые серьезно думают о том, о чем заорал идиот. Европой и Америкой правят безответственные «господа». События в Индии, Китае, Индокитае вполне могут способствовать росту расовой ненависти к европейцам и вообще к «белым». Это будет третья ненависть, и вам, гуманисты, следует подумать: нужна ли она для вас, для детей ваших. И насколько полезна для вас проповедь «расовой чистоты», то есть проповедь опять-таки расовой ненависти в Германии? Вот, например: Вождь гитлеровцев в Тюрингии Заукель предписал национал-социалистической группе Веймара протестовать против присутствия в Веймаре на предстоящем торжественном праздновании столетия со дня смерти Гете – Гергарда Гауптмана, Томаса Манна, Вальтера фон Моло и профессора Сорбонны Генри Лихтенберже. Заукель ставит в вину указанным лицам их неарийское происхождение. А также пора вам решить вопрос: с кем вы, «мастера культуры»? С чернорабочей силой культуры за создание новых форм жизни или вы против этой силы, за сохранение касты безответственных хищников, – касты, которая загнила с головы и продолжает действовать уже только по инерции?

Борис Савинков

Почему я признал Советскую власть? Почему я признал Советскую власть?.. Одни объясняют мое признание "неискренностью", другие "авантюризмом", третьи желанием спасти свою жизнь... Эти соображения были мне чужды. Правда заключается в следующем. Я боролся с большевиками с октября 1917 г. Мне пришлось быть в первом бою, у Пулкова1 и в последнем, у Мозыря2. Мне пришлось участвовать в белом движении, а также в зеленом3. Мне пришлось заниматься подпольной работой и подготовлять


покушения. Исчерпав все средства борьбы, я понял, что побежден. Но признать себя побежденным еще не значит признать Советскую власть. Я признал эту власть. Какие были к тому причины? После октябрьского переворота многие думали, что обязанность каждого русского бороться с большевиками. Почему? Потому что большевики разогнали Учредительное собрание4; потому что они заключили мир5, потому что, свергнув Временное правительство, они расчистили дорогу для монархистов; потому что, расстреливая, убивая и "грабя награбленное", они проявили неслыханную жестокость. На белой стороне честность, верность России, порядок и уважение к закону, на красной – измена, буйство, обман и пренебрежение к элементарным правам человека. Так и я думал тогда. Кто верит теперь в Учредительное собрание? Кто осуждает заключенный большевиками мир? Кто думает, что октябрьский переворот расчистил дорогу царю? Кто не знает, что расстреливали, убивали и грабили не только большевики, но и мы? Наконец, кому же не ясно, что мы не были "рыцарями в белых одеждах", – что мы виноваты именно в том, в чем обвиняли большевиков? Сказанное выше не требует доказательств. И если бы дело шло только об этих, второстепенных, причинах, мы, конечно, давно бы сложили оружие и признали Советскую власть. Но мы русские. Мы любим Россию, т. е. русский народ. Мы спрашиваем, с кем же этот народ? Не захватчики ли власти большевики? Не разоряют ли они родину? Не приносят ли они в жертву Россию Коммунистическому Интернационалу? И где завоеванная Февральской революцией свобода6? На три последних вопроса ответить нетрудно. Возьмите цифры. Сравните посевную площадь за 1916, 1922 и 1923 гг. Сравните продукцию угля, нефти, металлургии и хлопчатой бумаги за 1922 и первую половину 1924 г. Сравните производительность труда, товарооборот, заработную плату и транспорт за тот же период времени. Сравните, конечно, на основании проверенных данных. К каким выводам вы придете? Да, Россия разорена войной и величайшей из революций. Да, чтобы поднять ее благосостояние, необходима напряженная и длительная работа. Но большевики уже приступили к этой работе, и страна поддержала их. Лучший пример – Донбасс. Почему же предполагать, что белые работали бы быстрее? Мы ведь знаем, как "восстанавливались" Юг и Сибирь. Нет, возлагать надежды на белых, на эмиграцию, все равно что тешить себя легендой – легендой о полном финансовом и экономическом банкротстве большевиков. Главные затруднения уже позади. Власть, которая выдержала блокаду, гражданскую войну и поволжский голод – жизнеспособная и крепкая власть. Власть, которая создала армию, разрешила сложнейший национальный вопрос и защищает русские интересы в Европе – русская, заслуживающая доверия власть. О разорении страны уже не может быть речи. Речь идет о восстановлении ее. Признаем нашу ошибку. Или мы можем мыслить современное государство только с помещиками и крупной буржуазией? Или нам снова нужны варяги, чтобы "править и володеть" Россией... "править на фабриках и "володеть" в лесах и полях? Я не коммунист, но и не защитник имущих классов. Я думаю о России, и только о ней. При царе Россия была сильна, – и стала жандармом Европы 7. Советская власть, укрепившись, объединила в равноправный союз народы бывшей Российской империи. Она стремится к усилению и процветанию СССР. Пусть во имя Коммунистического Интернационала. Значит ли это, что Россия приносится ему в жертву? Нет, это значит, что в глазах миллионов русских людей вчерашний жандарм, Россия, станет завтра освободительницей народов. Для меня достаточно восстановления ее. Но меня спросят: как же восстанавливать без свободы? Я на это отвечу: а, если бы белые победили, разве бы не было диктатуры? Я предпочитаю диктатуру рабочего класса диктатуре ничему не научившихся генералов. Рабочий класс кровно связан с крестьянством. А генералы? С "третьим" и "пятым" снопом. Мы это видели на примерах.


Все это общеизвестно. Общеизвестно в России, но гораздо менее известно за рубежом. Эмиграция живет испугом – воспоминанием о расстрелах и нищете. Испуг – советчик плохой. Как забыть о революционном развале? Как поверить в государственное строительство рабочего класса, в строительство без на мель выброшенной буржуазии? Ведь, по эмигрантскому мнению, восстанавливать государство значит вернуться к капитализму... Но, даже поверив в творческие силы народа, неизбежно ли признать Советскую власть? Не всякое правительство идет навстречу народу, еще реже оно неразрывно спаяно с ним. И при царе народ создавал и производил. И при царе очень медленно, но поднималось благосостояние страны. Однако царь был врагом. Он был, в частности, врагом и моим. Его власть я не признавал никогда и признать бы не мог. А Советской власти я подчинился. Подчинился не потому, что большевики восстанавливают Россию, и не потому, что Россия – одно, а Коммунистический Интернационал – другое, и не потому, что диктатура рабочего класса, конечно, лучше диктатуры буржуазии. Еще раз, почему? Я сказал, что признать себя побежденным еще не значит признать Сов��тскую власть. Если бы был побежден только я, если бы был разгромлен только "Союз защиты Родины и свободы8", я был бы вынужден прийти к заключению, что лично я неспособен к борьбе. Но мы все побеждены Советской властью. Побеждены и белые, и зеленые, и беспартийные, и эсеры, и кадеты, и меньшевики. Побеждены и в Москве, и в Белоруссии, и на Украине, и в Сибири, и на Кавказе. Побеждены в боях, в подпольной работе, в тайных заговорах и в открытых восстаниях. Побеждены не только физически – насильственной эмиграцией, но и душевно – сомнением в нашей еще вчера непререкаемой правоте. Перед каждым из нас встает один и тот же вопрос: где причина наших бедствий и поражений? В тылах? Но и у красных были тылы. В воровстве, в грабежах, в убийствах? Но и у красных вначале были грабительство и разбой. В бездарности, в неразумии? Но ведь не боги горшки обжигают... На нашей стороне был "цвет" военных людей, и "цвет" ученого мира, и "цвет" общественности, и "цвет" дипломатии. По крайней мере, мы искренно думали так. Однако красный командир из рабочих победил стратегов Генерального штаба. Однако крестьянин, член РКП, лучше понял смысл совершающихся событий, чем заслуженные и прославленные профессора. Однако рядовой партийный работник ближе подошел к трудовому народу, чем патентованные народолюбцы. Однако советские дипломаты оказались сильнее и тверже многоопытных российских послов. Прошло семь лет. Мы распылены. Мы живые трупы. А Советская власть крепнет с часу на час. Больше года назад, за границей, я задумался над этим явлением. Больше года назад я сказал себе, что причина его должна быть простой и глубокой. Признаем снова нашу ошибку. Мы верили в октябре и потом долгих семь лет, что большевики – захватчики власти, что благодаря безволию Временного правительства горсть отважных людей овладела Москвой и что жизни им – один день. Мы верили, что русский народ, рабочие и крестьяне, с нами – с интеллигентской или, как принято говорить, мелкобуржуазною демократией. В этой вере было оправдание нашей борьбы... Что же? Не испугаемся правды. Пора оставить миф о белом яблоке с красною оболочкой. Яблоко красно внутри. Старое умерло. Народилась новая жизнь. Тому свидетельство миллион комсомольцев. Рабочие и крестьяне поддерживают свою, рабочую и крестьянскую, Советскую власть. Воля народа – закон. Это завещали Радищев 9 и Пестель10, Перовская11 и Егор Сазонов. Прав или не прав мой народ, я – только покорный его слуга. Ему служу и ему подчиняюсь. И каждый, кто любит Россию, не может иначе рассуждать. Когда при царе я ждал казни, я был спокоен. Я знал – я послужил, как умел, народу: народ со мной и против царя. Когда теперь я ожидал неминуемого расстрела, меня тревожили те же сомнения, что и год назад, за границей: а что, если русские рабочие и крестьяне меня не поймут? А что, если я для них враг, враг России? А что,


если, борясь против красных, я, в невольном грехе, боролся с кем? С моим, родным мне, народом. С этой мыслью тяжело умирать. С этой мыслью тяжело жить. И именно потому, что народ не с нами, а с Советскою властью, и именно потому, что я, русский, знаю только один закон – волю русских крестьян и рабочих, я говорю так, чтобы слышали все: довольно крови и слез; довольно ошибок в заблуждений; кто любит русский народ, тот должен подчиниться ему и безоговорочно признать Советскую власть. Есть еще одно обстоятельство. Оно повелительно диктует признание Советской власти. Я говорю о связи с иностранными государствами. Кто борется, тот в зависимости от иностранцев – от англичан, французов, японцев, поляков. Бороться без базы нельзя. Бороться без денег нельзя. Бороться без оружия нельзя. Пусть нет писаных обязательств. Все равно. Кто борется, тот в железных тисках – в тисках финансовых, военных, даже шпионских. Иными словами, на границе измены. Ведь никто не верит в бескорыстие иностранцев. Ведь каждый знает, что Россия снится им как замаскированная колония, самостоятельное государство, конечно, но работающее не для себя, а для них. И русский народ – народ-бунтовщик – в их глазах не более, как рабочая сила. А эмигранты? А те, кто не борется, кто мирно живет за границей? Разве они не парии? Разве они не работают батраками, не служат в африканских войсках, не просят милостыни, не голодают? Разве "гордый взор иноплеменный" видит в них чтолибо иное кроме досадных и незваных частей из низшей, из невольничьей расы? Так неужели лучше униженно влачиться в изгнанье, чем признать Советскую, т. е. русскую власть? Ну а если ее не признать? За кем идти? О монархистах я, конечно, не говорю. Вольному воля. Пусть ссорятся из-за отставных "претендентов". Я говорю только о тех, кто искренно любит трудовую Россию. Неужели достойно "объединяться" в эмигрантские союзы и лиги, ждать, когда "призовут", повторять, как Иванушкадурачок, легенды и мифы, и верить, что по щучьему велению будет свергнута Советская власть? Мы все знаем, что эмиграция болото. Для "низов" – болото горя и нищеты. Для "верхов" – болото праздности, честолюбия и ребяческой веры, что Россию нужно "спасать". Россия уже спасена. Ее спасли рабочие и крестьяне, спасли своей сознательностью, своим трудом, своей твердостью, своей готовностью к жертвам. Не будем смешивать Россию с эмигрантскими партиями. Не будем смешивать ее с помощниками и буржуазией. Россия – серп и молот, фабричные трубы и необозримые, распаханные и засеянные поля. Но если бы даже Россия гибла, эмигрантскими разговорами ее не спасешь. Многое для меня было ясно еще за границей. Но только здесь в России, убедившись собственными глазами, что нельзя и не надо бороться, я окончательно отрешился от своего заблуждения. И я знаю, что я не один. Не я один, в глубине души, признал Советскую власть. Но я сказал это вслух, а другие молчат. Я зову их нарушить молчание. Ошибки были тяжкие, но невольные. Невольные, ибо слишком сильная буря свищет в России, во всей Европе. Минует год, или два, или десять лет, и те, кто сохранит "душу живу", все равно пойдут по намеченному пути. Пойдут и доверятся русскому трудовому народу" И скажут: Мы любили Россию и потому признаем Советскую власть. Борис Савинков. Сентябрь 1924 Внутренняя тюрьма. ПРИМЕЧАНИЯ 1. "Мне пришлось быть в первом бою, у Пулкова" – речь идет об антисоветском походе на Петроград генерала Краснова в конце октября 1917 г., в котором участвовал


Б. В. Савинков. 31 октября красные перешли в наступление в районе Пулковских высот и нанесли поражение войскам ген. Краснова. 2. Бои у Мозыря происходили в 1920 г, во время советско-польской войны, развязанной буржуазно-помещичьей Польшей против Советской России. В них участвовали представители "белого движения", бежавшие от арестов после антисоветских вооруженных выступлений в 1918-1919 гг. в Рыбинске, Ярославле, Муроме и др. городах, белые офицеры из организованного Б. В. Савинковым "Союза защиты Родины и свободы". После поражения под Мозырем эти отряды были интернированы польским правительством. 3. "Зеленое движение" – вооруженные отряды уклонявшихся от воинской службы и прятавшихся в лесах и горах белогвардейцев, бежавших в Польшу и оттуда совершавших набеги на советскую территорию в Витебскую, Минскую и Псковскую губернии. Эти отряды включали в себя остатки так называемой "русской народной армии" Б. В. Савинкова. 5 июня 1921 г. на съезде "Народного союза защиты Родины и свободы" были разработаны цели и задачи этого "зеленого движения" – вооруженные налеты, грабежи, убийства советских работников, еврейские погромы и шпионаж в пользу польской и французской военных миссий. Руководило "зеленым движением" информационное бюро в Варшаве, возглавляемое Савинковым. "Зеленое движение" было ликвидировано Красной Армией в 1924 г., а 43 "савинковца" предстали перед советским судом. 4. Учредительное собрание – представительное учреждение, избранное на основе общего избирательного права для установления формы правления и выработки конституции. Было избрано в ноябре – декабре 1917 г., собралось 5 января 1918 г. В. И. Ленин считал Учредительное собрание в условиях буржуазной республики "высшей формой демократизма" (Ленин В. И. Полн. собр. соч. т. 35, с. 162). При выборах в Учредительное собрание большевики получили 24% голосов; преобладали эсеры (40,4%). Председателем Учредительного собрания был эсер В. М. Чернов. Учредительное собрание отказалось обсуждать предложенную Я. М. Свердловым от имени ВЦИК "Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа", не признало декреты Советской власти. Большевистская фракция покинула заседание, заявив, что Учредительное собрание представляет "вчерашний день революции". Вслед за большевиками ушли левые эсеры и представители некоторых других групп. Продолжавшееся около 13 часов заседание Учредительного собрания было закрыто в пятом часу утра по требованию караула. В ночь с 6 на 7 января ВЦИК принял декрет о роспуске Учредительного собрания. 5. "...заключили мир..." – речь идет о Брестских мирных переговорах, которые были начаты 20 ноября 1917 г. между советским правительством и представителями германской коалиции. 22 ноября 1917 г. был подписан договор о прекращении военных действий, а 15 декабря 1917 г. было подписано перемирие между Советской Россией, с одной стороны, и Германией, Австро-Венгрией, Турцией и Болгарией – с другой. Брестские мирные переговоры предшествовали заключению Брестского мира, подписанного 3 марта 1918 г. и ратифицированного Чрезвычайным четвертым Всероссийским съездом Советов 15 марта 1918 г. 13 ноября 1918 г. в связи с революцией в Германии Брестский мир был аннулирован постановлением ВЦИК, 6. "...завоеванная Февральской революцией свобода..." – речь идет о Февральской революции 1917 г. в России. 7. "...стала жандармом Европы..." – выражение, которое было, употреблено Г. В. Плехановым (Плеханов Г. Б. Соч. т. 12, с 326), повторено В. И. Лениным (Ленин В. И. Полн. собр. соч. т. 19, с. 52) для характеристики роли русского царизма в Европе в середине XIX в. 8. "Союз защиты Родины и свободы" – контрреволюционная организация офицеров, возникшая в марте 1918 г. в Москве (с отделениями в Казани, Ярославле и


др. городах). Возглавлялась Б. В. Савинковым. Цель "Союза" – организация восстаний для свержения, Советской власти. В июле 1918 г. "Союз" поднял антисоветский, мятеж в Ярославле, Рыбинске, Муроме, Елатьме. После подавления восстания деятельность "Союза" прекратилась. 9. Радищев Александр Николаевич (1749-1802) – русский революционный мыслитель, писатель и поэт. В своих произведениях обосновывал необходимость народной революции, разбуженной "вольным словом". Был осужден Екатериной II на смертную казнь, которая была заменена ссылкой в Сибирь. 10. Пестель Павел Иванович (1793-1826) – декабрист, полковник, создатель проекта социально-экономического и политического преобразования в России – программа "Русская правда". Она была принята в качестве политической программы Южного общества декабристов. В 1825 г. вел переговоры с польскими революционерами о совместных революционных действиях. Арестован 13 декабря 1825 г. в Тульчине, повешен в числе пяти декабристов в Петропавловском крепости. 11. Перовская Софья Михайловна (1853-1881) – русская революционерка, член исполнительного комитета "Народной воли". Содержала конспиративные квартиры, вела пропаганду среди рабочих. Была арестована, сидела в Петропавловской крепости, судилась по Процессу 193-х ("хождение в народ"), но была оправдана. Участвовала в вооруженной попытке освободить осужденного но процессу И. Н. Мышкина, арестована, отправлена в ссылку, по дороге бежала" Участвовала в подготовке покушения на Александра II под Москвой, (1879), в Одессе (1880), в Петербурге (1 марта 1881 г.) Арестована 10 марта 1881 г. по процессу первомартовцев, приговорена к повешению. С. М. Перовская – первая женщина в России, казненная по политическому делу.

Александр Минкин

Письмо президенту Уважаемый Владимир Владимирович! Вступая в должность (давно это было), вы сказали: “В России президент отвечает за все!” Это на самом деле так. И неважно, были ли это искренние слова или всего лишь предвыборный слоган (агитка). Но, похоже, рядом с вами нет никого, кто решился бы задать неприятный вопрос: "отвечаю за все" – перед кем? Перед народом? Перед Богом? Перед собственной совестью? Перед народом – конечно, нет. При нашей системе выборов (пропаганда, подсчет), при нашей управляемой демократии кто-то за нас решает: сколько пришло, сколько было “за”. И в 2008-м только вы будете решать: уйти или остаться. Как остались Назарбаев, Каримов, Лукашенко, Туркменбаши. Перед Богом – это если не только верите (чего знать никто не может), но и соблюдаете заповеди (что для политика почти исключено). Перед своей совестью ну, это самое простое. Взрослые люди (особенно родом из СССР и уж тем более с такой непростой биографией) удивительно умеют договариваться с собственной совестью. А раз так, если нет высшей инстанции, которая может (и вправе) требовать к ответу, то "ответственность" – пустой звук. Любимое выражение "правых": "Мы никогда не боялись брать на себя ответственность!" Напрасно они этим гордятся, ибо ответственность для них никогда не наступала. Несмотря на все преступления. А раз ответственность не наступает – чего ж ее бояться? Иногда мы видим изображение ответственности.


После убийства Кадырова вы слетали в Чечню. Теперь, после трагедии в Назрани, слетали в Ингушетию. Эти полеты – большой риск, может быть, даже недопустимый для президента России. Эти полеты – демонстрация большой личной храбрости. Но что это дает? Делу – ничего. Под страшной тайной и с суперохраной летать по своей стране, заменять личной храбростью политику... Лучше бы ваши подчиненные доставили в Москву живого Басаева. Именно живого, ведь он так много знает о наших политиках, бизнесменах... *** Считается, что журналист должен обращаться к читателям, к общественному мнению. Но у нас особенная страна – читатели есть, а общественного мнения нет. Точнее, оно у нас маленькое и больное: до крайности раздраженное, но тихое, ругается только на кухне, в курилке... Читатели покупают газету, читают – то есть делают что-то реальное (измеряемое в рублях, минутах, экземплярах). А общественное мнение? Покажите его реальное действие. Все утверждали, что “Намедни” – лучшая телепередача. По воскресеньям ее только в Москве смотрел миллион человек. И не плохой миллион – не бомжи, не проститутки... Миллион политически грамотных, высокосознательных, умных, образованных. И даже эти сознательные не вышли на улицу в защиту “Намедни”. Ни один. Да, их не призывали на митинг, не обещали бесплатный рок-концерт и кепочку. Но нормальный гражданин должен выходить сам. Как в Праге заступаться за ТВ вышел каждый третий горожанин (в Москве это получилось бы три миллиона). Как в Лондоне больше миллиона вышли против войны в Ираке (отнюдь не по призыву Хусейна). Как в Москве – в августе 1991-го люди сами пошли защищать свои убеждения. Против танков! Ведь никто не знал, будет армия стрелять или нет. Но вышло так, что самые искренние и честные, защищая свои убеждения, обеспечили свое скорое разорение. Власть, за которую они рискнули жизнью, обернулась к ним своею азиатской... Искренним, смелым и честным надолго отбили охоту чего-то там защищать. А у неискренних и нечестных такой охоты и раньше не было. Вот и настала тишина. *** Некоторые обращаются к Генеральному прокурору. Но если даже вы, Владимир Владимирович, не можете иногда до него дозвониться, то, конечно, для журналиста это просто исключено. Кроме того, Генеральный прокурор не избирается народом. Значит, ответственности (даже теоретической) перед нами не несет. А раз так – то и взывать бесполезно. К депутатам? Моих депутатов в Думе нет. Но если бы и были... Дума, уважаемый Владимир Владимирович, это теперь такая... Не буду говорить грубые слова "банда", "шайка" – тем более что банды и шайки хотя и зло, но обладающее некоторой свободой воли: они сами решают, кого грабить-убивать. Дума – это, скажем ласково, изюм в шоколаде. Владелец может сам его есть, может угощать, может хранить в шкафу. Но решения принимать изюм не может, а если его еще и шоколадом облепить... *** Итак, что-либо делать (в государственном масштабе), что-либо решать можете лишь вы, Владимир Владимирович.


И российскому журналисту, чтобы чего-то добиться, приходится обращаться именно и только к вам. Послать письмо по почте? Вы лучше меня знаете, что оно не дойдет. То есть дойдет в лучшем случае до старшего помощника младшего дворника. И мы получим официальный ответ: "Спасибо, ваше мнение будет учтено". "Учтено" – это что? Записано в книгу учета и сдано в архив? Письмо, напечатанное в газете, конечно, не обязывает вас к ответу. Ну а вдруг... Ведь нам лично ничего от вас не надо. А раз так – диалог наш будет важен для страны. Когда к вам приходят воротилы, это называется “диалог бизнеса и власти”. Но это неправильное название. Ни допрос подозреваемого, ни прошение о помиловании не называются диалогом. Акулы-олигархи стремятся в Кремль лишь затем, чтобы узнать: арестуют ли их? отнимут ли бизнес и деньги? Это не диалог. Это разведка, причем ползком, извиваясь. С подчиненными тоже не поговоришь по-человечески. Они зависимы, заняты внутривидовой борьбой... не будем продолжать эту мысль, потому что свое окружение вы хорошо знаете. *** Это первое письмо такое длинное, потому что нам хотелось как можно понятнее объяснить, почему мы решили вам писать. Следующие письма, обещаем, будут короткими и простыми; один-два вопроса, не более. Вот, например. Вами обещано удвоение ВВП. Означает ли это, что через семьвосемь лет каждый станет жить вдвое лучше, чем сейчас? Если так, то выходит, что пенсионер, получающий сто долларов (так удобнее считать), будет получать двести. А министр, получающий сейчас три тысячи долларов, будет получать шесть. Сейчас разница между пенсионером и министром 2900 долларов в месяц. А будет – 5800. Людям, Владимир Владимирович, очень интересно, что вы об этом на самом деле думаете.

Денис Фонвизин

Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях Беззакония моя аз познах и греха моего не покрых. Вступление Славный французский писатель Жан-Жак Руссо издал в свет «Признания», в коих открывает он все дела и помышления свои от самого младенчества, – словом, написал свою исповедь и думает, что сей книги его как не было примера, так не будет и подражателей. Я хочу, говорит Руссо, показать человека во всей истине природы, изобразив одного себя. Вот какой подвиг имел Руссо в своих признаниях. Но я, приближаясь к пятидесяти летам жизни моей, прешед, следственно, половину жизненного поприща и одержим будучи трудною болезнию, нахожу, что едва ли остается мне время на покаяние, и для того да не будет в признаниях моих никакого другого подвига, кроме раскаяния христианского: чистосердечно открою тайны сердца моего и беззакония моя аз возвещу. Нет намерения моего ни оправдывать себя, ниже


лукавыми словами прикрывать развращение свое: господи! не уклони сердца моего в словеси лукавствия и сохрани во мне любовь к истине, юже вселил еси в душу мою. Но как апостол глаголет: исповедуйте убо друг другу согрешения, разумеется ваши, а не чужие, то я почитаю за долг не открывать имени тех, кои были оруди