B”H
Friday, 4 Kislev 5784 November 17, 2023
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
Шаббат Шалом! 465 Patricia Ave, Toronto, Ontario M2R 2N1 647.518.8770
Light Candles
4:32 PM
ОТРЫВКИ ИЗ БЕСЕД РЕБЕ
Shabbat Ends
Читайте на стр. 1, 4-5
5:36 PM
JNY - The Centre for Jewish Life in North York! Синагога Школы Община Shul - Synagogue Hebrew Day School Kids Club & Hebrew School Bar/Bat Mitzvah Teen Programs Classes & Lectures Family Programs Women’s Programs Kosher Konnect Jewish Life Cycle Camps Book Store Publications Our Rabbis: Rabbi Yisroel Karpilovsky Rabbi Zalman Shuchat Editor: Yefim Khaikin
JNY Publications Sponsor:
Chevra Kadisha 2401 Steeles Ave. W (416)663-9060 www.benjamins.ca
www.JewishNorthYork.org Info@JewishNorthYork.org
На «большом пиру», устроенном Авраамом, присутствовали все могущественные люди того поколения, в том числе великан Ог, властелин Башана. Из Мидраша мы узнаем, как Ог издевался над весельем Авраама, говоря, что «мизинцем может раздавить сына Авраама». Всевышний тогда сказал: «Клянусь, что ты увидишь тысячи тысяч его потомков и в конце концов от них погибнешь». Продолжение на стр. 4
Kinus Hashluchim 5784 for Shluchim in Israel This year, many Chabad emissaries from Israel did not travel to New York for the International Conference of Chabad Emissaries (Kinus Hashluchim) due to the ongoing war. Instead, they remained with their communities, providing support and guidance during these challenging times. Pictured here is a special gathering held in Israel, where Chabad rabbis, some directly from their service in Gaza and still in uniform, came together in solidarity and commitment to their mission. В этом году многие посланники Хабада из Израиля не поехали в Нью-Йорк на Международную конференцию посланников Ребе. (Кинус Хашлухим) из-за продолжающейся войны. Вместо этого они остались со своими общинами, оказывая поддержку и руководство в эти непростые времена. На фотографии запечатлен специальный сбор, проведенный в Израиле, где раввины Хабада, некоторые прямо из своей службы в Газе и все еще в форме и с оружием, собрались вместе в знак солидарности и приверженности своей миссии.
Why Isaac’s Wells Lasted, and Abraham’s Did Not One of the most popular English language Chassidic songs in the early 80s, sung by Mordechai Ben David, speaks of a Jew who visits the Western Wall for the very first time on a Shabbat evening. It describes the scene: The Western Wall on Friday night, his first time ever there Strapped into his knapsack with his long and curly hair He stood there for a while, then broke out with a smile Emotion overwhelming joy with tears. The men were dancing there, their hearts so full of love They sang such happy tunes to thank the One above For showing them the way, for giving them the day To rest, rejoice with peace of mind, to pray. Continues on a page 5
www.ggfreightservices.com 416-999-4849
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
Обращение Раввина
Услышав, о чем они спорят, рабби Шмуэль позвал слугу — простого, неграмотного еврея по имени Бенцион — и в присутствии сыновей спросил его: — Ты ел сегодня? — Да, ел. — Хорошо ел? – продолжал рабби Шмуэль. — Что значит «хорошо»? Мне хватило — и слава Б-гу, — ответил Бенцион.
Яаков в одежде Эйсава Глава Торы «Толдот», читаемая на этой неделе, рассказывает о событиях, связанных с рождением Яакова, продажей Эйсавом первородства и благословением Ицхака. Когда Ицхак захотел дать своему первенцу Эйсаву последнее благословение, Яаков в полной мере осознал далеко идущие последствия этого благословения для того, кто его получит, а также для его потомков и наследников. Одевшись в одежду Эйсава, он хитростью убедил своего отца Ицхака, что он и есть Эйсав, и получил его благословение. Из этого эпизода мы можем извлечь жизненно важный урок и наставление, как себя вести в повседневных делах. Наше отношение к еде, питью и другим материальным делам должно нести в себе элемент «хитрости» и «обмана». Хотя еврей, как любой человек, ест, пьет, занимается делами и т.д., он должен рассматривать эти виды деятельности как «одежду Эйсава». Когда он надевает ее — он похож на Эйсава. Когда еврей ест или занят делами, его еврейство не очевидно. Но под прикрытием любой повседневной деятельности (это и есть «одежда Эйсава») живет Яаков — суть еврейства. Подлинное намерение еврея — это служение Б-гу посредством даже самых обычных дел: еды, торговли и т.д. Внешние физические действия ни в коей мере не являются его целью! Есть известный рассказ о том, как знаменитый праведный рабби Шмуэль из Любавичей разрешил спор двух своих сыновей. Суть спора: отличаются ли друг от друга «обычные телесные повседневные дела» еврея и иноверца. 2
своих плотских удовольствиях — пределе их мечтаний». Повседневные заботы соблюдающего Тору еврея есть некая «хитрость», «одежды Эйсава», ибо в глубине души он желает совершенно другого, – не плотские удовольствия Эйсава. Рабби Исроэль и Хеня Карпиловский
От президента общины
— Для чего ты ешь? — спросил Ребе. — Чтобы жить. — А для чего ты живешь? — спросил, наконец, Ребе. — Чтобы я мог быть хорошим евреем и исполнять Волю Б-га, — Бенцион вздохнул, произнеся последние слова. Рабби Шмуэль поблагодарил его и попросил прислать Ивана — русского дворника, хорошо знающего идиш. Когда тот пришел, Ребе задал ему те же самые вопросы: — Ты сегодня ел? — Да. — Хорошо ел? — Да. — А для чего ты ешь? — Чтобы жить. — А зачем ты хочешь жить? – спросил, наконец, рабби Шмуэль. — Да чтобы пить водку и закусывать, – ответил Иван. Рабби Шмуэль отпустил Ивана и обратился к сыновьям: «Теперь вы видите, что еврей по самой своей природе ест, чтобы жить, и живет, чтобы быть хорошим евреем и делать угодное Б-гу. И при этом еще тяжело вздыхает: «Искренне ли я живу только для Б-га?» Другие живут, чтобы выпить водку и закусить, с восторгом думая о
Dear Community Members, In light of recent events in Israel and around the world, we’ve witnessed a heartening trend of more and more people embracing mitzvot. Our community has been receiving an increased number of requests for assistance in putting up mezuzot, tefillin and other mitzvot. It is in times like these that our community truly shines, as we come together to support one another in times of need and celebrate our collective achievements. Through these shared experiences, we not only strengthen our bonds but also continue to grow as individuals and as a united community. During these challenging times, let us draw inspiration from our Torah and the unity of our community. Together, we can overcome any obstacle and continue to serve Hashem with dedication and devotion. I kindly ask you to remind your friends that we are always here to assist with putting up mezuzot, helping with tefillin, koshering kitchens, organizing bar mitzvahs, weddings, and more. Thank you for being an integral part of our community, and may the upcoming week bring you blessings, peace, and opportunities for spiritual growth. Shabbat Shalom, Alex Rodov, Community President
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
От редактора «И молил Ицхак Г-спода напротив жены своей, ибо она бесплодна, и принял его молитву Б-г, и зачала Ривка, его жена. И толкались дети в ее утробе, и сказала она: Если так, зачем же я?...» Есть семьи, где появление детей это скорее беспокойство для родителей, не всегда уместное, в их личных жизнях, карьере. Но в конце концов, семья без детей - что это за семья! Есть семьи, где появление детей - как возмездие за свои неудачи, и их будущее планируется до президентских кресел или побед в международных конкурсах. А есть семьи, которые просто хотят большую семью. Но не многие задаются вопросом, зачем нам дети? Разумеется, я не имею в виду тех, кто как дежурный офицер выполняет повеление «плодитесь и размножайтесь», это не про них. Если бы мы жили в странах с неустойчивой экономикой, дети были бы нашими пенсионными фондами. Мы бы не только кормили их, чтобы они выжили, но и обучали прибыльным профессиям, чтобы они могли поддерживать нас и свои семьи. И, что также важно, мы бы внушали им, в том числе физически, так называемую “выученную беспомощность”, чтобы они не представляли своей жизни без нас, родственников, деревни или страны: а то могли бы уехать за границу без нашего благословения. Но мы живем в постиндустриальном обществе. В этом обществе пожилые люди, как правило, не замерзают на улице и не умирают от голода. Зато они чаще завершают жизнь в пустоте четырех стен, поддерживаемые передовой медициной, в состоянии прогрессирующей потери памяти. Не остается сомнений, что структура семьи и роли ее членов претерпели глубокие изменения на протяжении истории: ценность родителей в передаче основных знаний и опыта
стремится к нулю. Да, существуют прекрасные дорогие пансионы, колледжи и университеты. Но они не всегда рядом и часто в другом городе. И даже при современном техническом уровне коммуникаций поддержание общения не так просто. Мы все видим, куда направлена эта динамика. Конечно, мы все еще люди и нуждаемся в связях и принадлежности к чему-то общему. Тенденция к уменьшению размеров семей, зачастую разобщающая, фрагментарная природа современной жизни ( не будем забывать о хищных компьютерах и наушниках!) испытывает на прочность глубокие отношения внутри семьи. Но в темные и мрачные дни, где родителям искать утешение и поддержку? Если мы не можем передать детям хотя бы свой чувственный опыт - учитывая, что они черпают практические знания из других источников, - то кто мы для них и кто они для нас? Искреннее и, я настаиваю на этом, эмоциональное отношение к прошлому, его наследию и традициям способно вызвать отклик в юной душе, связывая с вечными ценностями, которые формировали наши семейные отношения на протяжении поколений. Однако что такое настоящее продолжение? Просто копирование прошлого? Но люди не совершенны, и предыдущее поколение, вероятно, совершало ошибки или грешило, как говорится, “время было такое”. Даже малейшая фальш в наших наставлениях вызывает у молодежи острое отторжение и фатальное отчуждение. Поэтому вместе с детьми нам приходится взрослеть и самим, если мы хотим сохранить себя в них. А значит, ради сочувственного преодоления трудностей современной жизни мы вынуждены рационально смотреть на прошлое наших отцов, их триумфы и неудачи, так же как и на себя. В конечном итоге, воспитание семейных связей заключается в установлении хрупкого баланса между сохранением нашего культурного наследия и адаптацией к развивающемуся обществу. Без вовлечения в то, что поддерживало наш народ на протяжении всей истории, нет шансов преодолеть современные вызовы. Нет полного счастья и процветания
без сплетения нитей прошлого и настоящего, без чувства единства и устойчивости, без солидарности поколений. И это единственное, что спасает от одиночества “на отдельной жилплощади”... В главе Торы «Толдот» рассказывается история единокровных близнецов Иакова и Эйсава, чьи различия уже заметны с их появлением на свет. Но даже если кажется, будто их характеры, а значит - и судьбы, были предопределены с рождения, на самом деле это не так и никогда не так. История их конфликта и разрыва поднимает вечные вопросы о семейных отношениях и наследии. О мире в семье. Как найти баланс между сохранением традиций и уважением к индивидуальности каждого члена семьи? Ведь именно через подобные узы передается прочность и понимание между поколениями. Yefim Khaikin
КАЛЕНДАРЬ «ДЕНЬ ЗА ДНЕМ» А‑ЙОМ ЙОМ
5 Кислева
[Написано в Торе («Берейшит» 28:12), где рассказывается о сне Яакова:] «И вот лестница поставленная на землю…». Молитва — это лестница, связующая душу с Б-гом. Несмотря на то, что она «стоит на земле», ибо молитва начинается лишь с признания [Всевышнего], «вершина ее достигает Небес»: [она приводит человека к] полному самоаннулированию и отсутствию собственного существования. Однако приходят к этому через постижение Всевышнего, которое предшествует [молитве «18 благословений»] в разделе «Стихи пения», благо слов ениях перед чтением «Слушай» и в чтении «Слушай».
3
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
ОТРЫВКИ ИЗ БЕСЕД РЕБЕ Этот конфликт является выражением пути еврейского народа. Он проявляется именно в сути того, что выражает уникальность еврея: день обрезания, когда устанавливается бесконечная связь еврея с Б-гом, и день Бар-Мицвы, когда он получает доброе начало. Перед ним стоит весь мир, который говорит ему: «Я могу уничтожить тебя одним мизинцем».
УГОЛ
Ог, могущественный великан - и Авраам, которого Тора именует иври, «стоящим по ту сторону реки»... Одинокий, единственный, кто знает Творца, он стоит на одном берегу, а на другом - весь мир, погрязший в идолопоклонстве. Есть ли надежда, что Авраам может выстоять против всего мира?
Идущий по этому пути Авраам удостаивается обещания Б-га, что тысячи тысяч его потомков будут идти по этому же пути и в конце концов враги падут от их рук. Вот чему научил Авраам Ицхака, и именно благодаря этому заслужил Ицхак
«порождения» - продолжения дел своего отца. Урок, который нам следует извлечь из этого, очевиден. Мы тоже видим перед собой мир, в котором господствует зло. Мир этот выглядит не менее страшным, чем великан Ог, угрожающий младенцу Ицхаку. Необходимо помнить, что «деяния отцов - знак сыновьям». Нам в наследство досталась сила Авраама. У нас есть потенциал, позволяющий нам продолжать свой путь, путь Торы и заповедей, ведущий к полному освобождению этого мира от сил зла.
Трудные решения ЗРЕНИЯ
В главе Торы “Толдот” рассказывается история, на века подмочившая репутацию нашего праотца Якова. Когда Ицхак хочет благословить своего первенца Эсава, Яков маскируется под старшего брата и такой вот хитростью заполучает благословения. Тора рассказывает, что так поступить его надоумила родная мать, Ривка. Яков же, которого сама Тора называет «человеком бесхитростным», казалось бы, протестует: а вдруг в глазах отца он будет выглядеть, как обманщик, и вместо благословения схлопочет проклятие? Но мать его, переубеждая, успокаивает: «На мне будет твое проклятие». Во-первых, падение проклятия на мать – странный аргумент для любящего сына. Во-вторых, что значит «как обманщик»? Тот, кто совершает обман, он не как обманщик, а обманщик и есть!
4
Тем не менее Авраам бесстрашно распространяет знания о существовании Творца, «Б-га мира». Именно «Б-га мира», а не «Б-га над миром». Мир не является чем-то самостоятельным, существующим вне Творца, будучи лишь созданным и управляемым Им. Мир - это и есть Творец, все существование мира - есть лишь проявление Его силы, и «нет ничего, кроме Него».
Но дело все в том, что Якову, который, согласно Каббале, олицетворяет качество Истины, известна эта самая истина: благословения должен получить именно он, продолжающий духовную миссию отца, а не сошедший с праведного пути брат, способный, заполучив суперсилу благословений, учинить мировую катастрофу. Но вот то, что в глазах отца это может показаться обманом, Якова смущает. Мать же откровенно предупреждает его, что недопонимание отца – это не единственная проблема, что будут еще и другие последствия. Слово עלי («на мне») является аббревиатурой, состоящей из первых букв имен Эсав, Лаван, Йсеф. Расплатой за то, что ты сделаешь, будет ненависть Эсава, мучения от Лавана и страдания из-за Йосефа. Но ты все равно должен это сделать… Эта драматическая история несет важный урок. Знание истины побуждает нас принимать определенные
решения и совершать определенные поступки. И когда ты знаешь, что правильно, то, невзирая и на неблагоприятное общественное мнение, и на неотвратимые последствия непопулярных решений, надо делать то, что ты делать должен. Р-н Эли Коган
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
Why Isaac’s Wells Lasted, and Abraham’s Did Not If you’ve ever been to the Wall on a Friday night, you know what this is about. There’s a sense of ecstatic love for G‑d that rolls around that open-air plaza, with Jews of every stripe (some of them literally wearing stripes), their faces beaming with the sanctity and purity of incoming Shabbat. People are swaying in one corner, some are dancing, others are blessing fragrant spices and leaves, while others are deep in study or thought. The love and joy is so tangible, it’s contagious. It is a beautiful scene. Re-Dug Forever Curiously, the portion of Vayera tells us about Abraham’s efforts to dig wells, and a major part of the narrative about Isaac’s life in the portion of Toldot details his excavation projects. One prominent detail in the story of these wells is that the Philistine neighbors weren’t excited about the idea. This cantankerous bunch stuffed up Abraham’s wells not once, twice, but three times. And all the wells that his father’s servants had dug in the days of Abraham his father, the Philistines stopped them up and filled them with earth. It wasn’t until a generation later that Isaac was able to excavate the wells his father had dug and successfully keep them up and running. But why? How did Isaac succeed where his father did not? What was his secret? Abraham the Extrovert; Isaac the Introvert The Kabbalists taught that our forefathers weren’t isolated figures in history with great storylines, rather they were archetypes that serve as a source of inspiration, instruction, and empowerment for all time. More specifically, each of the three forefathers typified something unique, a particular “brand” that was thereafter permanently imprinted into the Jewish DNA. What are the “brands” of Abraham and Isaac?
Abraham is the archetype of chesed, commonly translated as “kindness/ love.” Isaac, by contrast, is the archetype of gevurah, commonly translated as “restraint/discipline.” The true “source” of these traits is as they exist in the supernal image of G‑d Himself, and from there, they are represented in the human condition. So G‑d’s supernal trait of chesed is embodied in Abraham, whereas His supernal trait of gevurah is embodied in Isaac. Now, as anyone with a beating heart will know, kindness and love are very different from discipline and restraint. In fact, they’re essentially opposites. To be kind and loving is to open your heart, to reach out and give freely. A loving person is typically extroverted, always seeking to bring more people into his or her embrace. Discipline and restraint couldn’t be more different. It’s when you’re feeling personal and introverted, discriminate and discerning, hesitant to share with others and eager to percolate within yourself. True to his extrovert nature, Abraham’s love was unbridled and unrestrained. His love was so passionate and indiscriminate, it was contagious and highly attractive. It explains why he had a huge following. It’s also why he was always moving around, sharing awareness of G‑d: He was in love with the G‑d he had discovered, and he “needed” others to experience the same joy. Isaac was the polar opposite. He was just as passionate as his father, but from a place of discipline, restraint, and awe. That was his nature, and it manifested in his relationship with G‑d and his relationships with others. Isaac’s approach was more internal, cerebral, and deliberate. Of course, Isaac’s path isn’t nearly as popular as Abraham’s, and Isaac didn’t have a huge following. Unlike his father, he didn’t really budge from his home, preferring to stay in one place and deal with a more selective audience who took
things seriously. That’s not to say that Isaac rejected his father’s approach. He just interpreted it in different terms. He took that passion and love for G‑d, the world, and humanity and filtered it into something he felt was “real.” That’s why Abraham and Isaac both dug wells: They engaged in the activity of exposing water—which represents life, energy, and goodness—beneath everything. Abraham’s approach was far broader, whereas Isaac’s was more deliberate, but it was the same pursuit: to dig beneath the surface and find goodness. Sustainability Now here’s the question: Which is more sustainable? Whose approach lasts longer? Surprisingly, Isaac’s! Unrestrained love and passion seem great at first blush, but are so easily corrupted. Just ask anyone who was around during the 60s. That’s the trick with that elusive and marvelous thing we call “love”: it needs discipline. Love needs work. Love needs guidance, boundaries, respect, and a lot of selflessness. If it’s free-wheeling and happy-go-lucky with no boundaries, it very quickly becomes hedonistic, selfserving, and perverse. So many young, starry-eyed youth think that love is some magic potion you drink and miraculously works forever. But it doesn’t work that way. Maybe for a month, a year, or two. But certainly not forever. Abraham’s wells were very exciting, but eventually, they got stuffed up. Isaac’s deliberate restraint is what defines love, puts parameters and guidelines to that love—and makes it last forever. So love, love freely, and most of all … love wisely. By Aharon Loschak 5
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot ב"ה
Issue #5
PARSHAS CHAYEI-SARAH
TNS - TORAH NEWS SERVICE
פרשת חיי שרה Price: 1 Shekel
The Parsha Post
Kids Corner
HISTORIC LAND PURCHASE
Following a stressful negotiation, Rabbi Avraham Avinu has purchased the historic Machpeilah cave from Efron, a local greedy landowner. The well-known rabbi has announced that he will use the land to bury his late wife, Sarah, in the double-decker cave, which he calls Me’oras HaMachpeilah.
The 400-Shekel deal was publicly witnessed and recorded for all eternity. “My gosh!” commented the TNS business correspondent, Mr. Buzz Ness, “I can’t believe the rabbi would spend so much money on a piece of land!”
WATER RISES TO MEET GIRL
A miraculous phenomenon has been reported in the city of Charan, in the Aram Naharayim district. The sensational event occurred when young Rivkah Besuelavitch approached the well to draw water for a random traveler and his 10 camels. Charananites were astounded. “I’ve never seen anything like it,” commented Mrs. Mindy Mindingmyownbusiness. “The water rose up from the well all by itself, filling her bucket again and again. And again. And again. And again, etc. etc. etc. And then she schlepped all those heavy water buckets to the thirsty camels, all by herself! Incredible!”
SUPER SPEEDY TRIP!
Normally, the journey from Canaan to Charan takes weeks, yet Eliezer, servant of Rabbi Avraham, arrived in Charan just a short time after leaving Canaan. “It was HaShem’s doing,” claimed Mr. Eliezer Damesek, who made the journey with his 10 fully-laden camels. “I must find a suitable wife here in Charan for my master’s son back in Canaan. He is no youngster. The clock is ticking and it’s now or never!” As TNS goes to press, it appears that Mr. Damesek has successfully carried out his match-making mission, and marriage negotiations are underway.
ly good Need some real t rid of POISON to ge s (or guests)? unwanted pest
Buy BBBB
Besuel’s Bitter Bottle of Badness May result in unpleasant experiences such as hiccupping, itching, yawning, burping, or dreadful death.
Void where prohibited by law.
SHAZAK.COM - Shazak Parsha Out of Egypt Queen of Persia Miracle Lights
Q.
6
What do you call a plastic king? A:
a ruler!
Q.
What makes a chess player happy? A: Taking off a Knight!
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
Jewish flavors 101 Cooking with Masha Dear cooks!
This is another soup and meat combo for you to enjoy!
In a large soup pot, fry the onion until becomes translucent, about 5 minutes. Add chopped garlic, carrot and celery. Fry for another few minutes. Fill the pot 2/3 full with water or vegetable broth and bring to a boil. Lower the temperature to medium low. Add celery root, zucchini, shredded cabbage and cauliflower florets, if using. Cook for 20 minutes until the vegetables soften. Add frozen peas and cook for an additional 3-5 minutes. Add any or all of the additional ingredients and turn off the flame. Let stand for another 5-10 minutes. Serve hot. Chicken tabaka
Cabbage soup 1 onion, diced 2 carrots, grated or chopped 2 celery stalks, chopped 2 garlic cloves, diced small 1 celery root, diced into 1 cm squares (if you don’t have celery root, substitute with 2 medium to large potatoes) 1 zucchini, diced 2 cups shredded green cabbage 3 cups of frozen green peas
1 Cornish hen 1 tbsp apple cider vinegar 3 garlic cloves, smashed 1 tsp ground coriander ½ tsp paprika 1 tsp adjika spice (substitute with ¼ tsp, or to taste of chili powder) ½ tsp salt Oil for frying
Note: you can purchase Trader Joe’s kosher adjika spice on Amazon Spatchcock the chicken and make it as flat as possible by breaking a few joints (hopefully chicken’s). Mix all the spices, vinegar and garlic together and rub all over the chicken including under the skin. Let it sit in the fridge for a few hours or overnight. When you are ready to fry the chicken, warm up 2 heavy duty pans, preferably cast iron pans. Or a pan and heavy lid. Pour a little bit of oil and place the chicken into the pan. Place another warmed up pan or lid on top of the chicken and fry for 10 minutes on each side. Check from time to time to make sure the chicken does not burn. Enjoy! Until next week and happy cooking!
Masha Rodov
Optional, but highly recommended ingredients: 6 cauliflower florets, chopped ½ cup of chopped fresh herbs such as cilantro, dill and parsley (use frozen cubes if that’s more convenient) 1 tablespoon of green pesto 1-2 tablespoons of light miso paste ¼ cup nutritional yeast
7
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
Любопытно, однако
Из чего сделаны люди Она сказала, что прибыла с личным посланием от хасидского ребе, рабби Менахема-Мендла Шнеерсона из Нью-Йорка. – Ребе попросил меня передать, – сказала она, – чтобы вы не сдавались. Вы должны быть сильным. Не позволяйте насмешникам помешать вам. Вы добьетесь успеха, и Ваша работа совершит прорыв в психологии.
Из чего сделаны люди Вена, 1960-й год. Виктор Франкл, всемирно известный писатель и психиатр, был готов бросить всё, что у него было: исследования, клиническую практику, даже семью – и бежать в Австралию. Переживший невообразимые ужасы Холокоста, вынесший из пепла Освенцима смелую новаторскую теорию психологии человека, он больше не мог выносить, что коллеги постоянно насмехаются над делом всей его жизни. Взгляд Франкла на человеческую природу в некоторых ключевых областях отличался от “партийной линии” школы Фрейда, которая после войны доминировала в области психологии, что делало его самого и его работу неизменной мишенью для публичных научных насмешек. Именно оскорбление его глубочайших убеждений относительно внутреннего мира человека было последней каплей. Он cумел пережить телесные муки от рук нацистов, но больше не мог выносить духовные унижения со стороны коллег. Именно тогда в дверь его дома в Вене постучалась Маргарита Козенн-Хайес (1909-2000 г.), известная оперная певица, происходившая из династии вижницких хасидов. 8
Услышав эти обнадеживающие слова, пришедшие издалека, доктор Франкл расплакался. Он совсем было пал духом, и уже заполнял документы для иммиграции в Австралию, он сдался – но пришедшие от Ребе слова ободрения возвратили его к жизни. Вернув самообладание, доктор Франкл стал решительно продолжать дело своей жизни. И он довел его до конца. После этой судьбоносной встречи доктор Франкл удвоил свои усилия по распространению своих уникальных идей и терапевтических подходов к исцелению человеческой психики. Вскоре его труд “Человек в поисках смысла” был переведен на английский язык, что немедленно вызвало широкий интерес к его творчеству и мировоззрению, и интерес этот не уменьшается и по сей день. Одна лишь эта книга была переведена на двадцать восемь языков и разошлась тиражом более десяти миллионов экземпляров, породив целый жанр книг по психологической самопомощи, а также логотерапию – уникальную философию Франкла и метод психологического здоровья и исцеления. Мы знаем, что Виктор Франкл стал одним из самых влиятельных мыслителей ХХ века; пройдя через ад Холокоста, он, тем не менее, нашел в себе силы выдвинуть вдохновляющую идею о человеческой психике, в корне отличавшуюся от общепринятых норм того времени. Но почему Ребе так беспокоился о докторе Франкле и особенно о судьбе его работы? В то время было много психологов, – так что же такого было в понимании Франклом человеческой психики, что
Ребе обратил на это внимание и оказал поддержку? Для ответа на этот вопрос мы должны глубже посмотреть на основы самого психоанализа. В 1920-е годы Виктор Франкл был близким учеником Зигмунда Фрейда. Франкл был последователем и преданным адептом радикальных теорий и практик Фрейда с момента появления теории психоанализа. Однако со временем их взгляды на форму и сущность человеческой природы стали расходиться. Фрейд считал, что человеческая сущность определяется – и запутывается – в нескончаемом стремлении уравновесить противоборствующие желания и стремления, сознательное и подсознательное. Франкл, напротив, подчеркивал способность души преодолевать ограничения своей сущности через поиск более глубокого смысла и проявления добросердечия. Этот фундаментальное расхождение во взглядах со временем только расширялось. Зигмунд Фрейд, скончавшийся в 1939 году, не увидел абсолютной бесчеловечности Холокоста. Можно только гадать, как бы это изменило его выводы о психической природе человека. Виктор Франкл прошел через Освенцим. Он видел ужасы концлагерной жизни; он пил гнилую воду и чувствовал запах разлагающихся трупов, но он также стал свидетелем чудесных проявлений самоотверженности и заботы. “Если бы Фрейд побывал в концентрационном лагере, – писал Франкл, – он бы изменил свою позицию. Помимо основных естественных побуждений и инстинктов, он бы столкнулся с человеческой способностью преодолевать собственные ограничения. Мы, узники концлагерей, помним людей, которые ходили по баракам, утешая других, отдавая свой последний кусок хлеба. Их, возможно, было немного, но они были
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot достаточным доказательством, что у человека можно отнять все, кроме одного, последнего остатка человеческой свободы – выбора собственной позиции в любых обстоятельствах, выбора своего собственного пути”. 1
Этот уровень нашего существования в первую очередь обусловлен “стремлением обрести смысл своей жизни”. Отсюда и название его знаменитой книги: “Человек в поисках смысла”.
Именно в плавильном тигле того жуткого концентрационного лагеря выплавились идеи в отношении базовых реалий человеческой психологии, которые Франкл интуитивно ощущал ранее. И когда война закончилась, доктор Франкл не смог избежать неминуемого столкновения с основополагающими принципами своего бывшего наставника и преданными последователями его учения.
Это фундаментальное расхождение во мнениях между Фрейдом и Франклом относительно того, что лежит в основе человеческой психики, прекрасно отражено в беседе Ребе с известным профессором, который сетовал на извращенную человеческую природу:
Основной вопрос заключается в том, существует ли за всем этим главная, целостная духовная сущность – душа. Нас определяют случайные компоненты, из которых состоит наша конкретная личность – или в нас есть нечто более глубокое и бесконечное, к чему мы можем получить доступ и что мы можем пробудить, чтобы преодолеть наши собственные ограничения? Конфликт Фрейда и Франкла коренится в самом сердце вопроса о сути человеческой личности. Они, каждый по-своему, стремились раскрыть то, что скрывается в глубинах нашей психики под теми масками, которые мы показываем миру. Они оба хотели понять, что действительно определяет поведение человека, – кто мы на самом деле? И, что еще важнее – кем мы можем быть? Отвечая на эти вопросы, Фрейд и Франкл утверждали, что существует многослойная структура человеческого сознания. То есть, у каждого человека есть несколько уровней осознания, включая, конечно, подсознательные области психики, которые оказывают изначальное влияние на наше поведение и выражают себя загадочными способами через сны и оговорки. Доктор Франкл полагал, что под различными побуждениями, как своекорыстными, так и социально приемлемыми, есть нечто более глубокое – внутренняя сущность, душа, которая преодолевает и включает в себя сложные элементы психики и разума.
– В своей жизни я встречал разных людей и заметил, что вначале они могут казаться милыми и очаровательными. Они могут проявить заботу о вас, интересоваться вашей жизнью и даже заявлять, что любят вас! Но если копнуть чуть глубже – и для одних придется копнуть глубже, чем для других – то по своей сути все люди абсолютно одинаковы: эгоистичные, высокомерные и самовлюбленные. Почему природа человечества такова? Ребе ответил аллегорией: – Когда идешь по улице, все выглядит элегантно и привлекательно: высокие цветущие деревья, роскошные дома, асфальтированные дороги и дорогие машины. Но если взять лопату и начать копать, то обнаружится земля и грязь, – ничего похожего на прекрасный, но “обманчивый” мир на поверхности. До этого момента профессор согласно кивал головой. – Но если не сдаваться и продолжать копать глубже, – закончил Ребе, – то в конечном итоге можно обнаружить полезные ископаемые и алмазы. Ребе признавал, что психическая реальность, которая лежит под внешней поверхностью человеческой личности, зачастую гораздо менее привлекательна. Тем не менее, Ребе также подчеркивал, что под всей этой “землей и грязью” есть нечто более глубокое, нечто прекрасное и священное – душа. Возможно, именно поэтому Ребе так заинтересовался доктором Франклом и его работой. Взгляд Франкла
на человеческую психику был очень близок к хасидскому пониманию: у нас под поверхностью личности есть душа. Это душа формирует истинную суть нашего бытия и соединяет нас с другими душами и с Высшей силой. Активизация этой ключевой точки внутри нас и есть то, что позволяет нам превозмогать нашу низменную природу и стать силой добра в этом мире. Впоследствии, после того послания доктору Франклу, Ребе с восхищением писал о его подходе: Очевидно, что некоторые врачи помогали своим пациентам и излечивали их, особенно с тех пор, как один профессор (т.е. Франкл) нашел в своей душе смелость заявить вопреки мнению знаменитого основоположника психоанализа (т.е. Фрейда), что вера в Б-га и религиозность в целом, придающие жизни смысл и т. д., являются одним из наиболее эффективных способов излечения”.2 Кроме того, Ребе поддерживал и рекомендовал его подход,3 – в частности, советуя другим ученым и психологам изучать труды Франкла, чтобы увидеть связь между психологическими воззрениями и учением хасидизма.4 Хотя доктор Франкл редко принимал публичное участие в работе еврейского сообщества, он постоянно, до последних дней своей жизни поддерживал деятельность Хабада в Вене. Из этих историй можно сделать вывод, что, невзирая на неоспоримое влияние идей Фрейда в области психологии, Ребе был близок подход доктора Франкла к лечению и к побуждению человека к большей человечности. Ребе соглашался с Франклом в том, что в каждом человеке заложен потенциал, значительно выходящий за рамки его собственного тела и собственного эго. Пробуждая внутреннее ощущение высшего смысла, человек может выбраться из трясины навязчивых эгоцентричных идей и по-настоящему приблизиться к святости. Р-н Мендл Калменсон
9
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot
Хасидская история «Исполнение заповеди гостеприимства важнее, чем зримое проявление Б-жественного присутствия». Трактат «Шабес», Вавилонский Талмуд В одной из деревень неподалеку от местечка Косов жил еврей-арендатор по имени Шмерл. Дела свои вел он честно, нравом отличался добрым и уживчивым, поэтому и с помещиком, и с крестьянами был в сердечных отношениях. Однажды поздним вечером в дверь его дома постучали. Шмерл тихонько подошел к маленькому оконцу и осторожно посмотрел, что за гостей принесло в такую пору. На крыльце стояла группка хасидов, направлявшихся к своему Ребе, реб Хаиму из Косова. Шел дождь, хасиды основательно перепачкались в дорожной грязи, и Шмерлу не захотелось впускать их в дом, устраивать на ночлег. Он вернулся в постель, накрылся с головой теплой периной и заснул. Хасиды потоптались на крыльце еще минут десять и пошли своей дорогой. Тащиться в темноте под дождем, спотыкаясь о разъезженные колесами телег рытвины, выдирая сапоги из жирно чмокающей грязи, не из самых больших удовольствий на свете. Хасиды попали в Косов только к утру и сразу отправились в синагогу на молитву. После молитвы подошли поздороваться с ребе. Взглянув на их бледные после бессонной ночи лица, ребе Хаим попросил: – Расскажите, как добирались. – Добирались, в общем, нормально. Вот только вчера произошел неприятный случай. И хасиды рассказали ребе Хаиму о Шмерле. –Ну-ну, – покачал головой ребе Хаим, – ну-ну. Задержитесь в Косове на недельку. Думаю, вы еще увидитесь со Шмерлом. И действительно спустя несколько 10
Верь, что можно исправить дней Шмерл появился в приемной у ребе Хаима. Вид у него был словно после бессонной ночи: бледное, вытянувшееся лицо с темными кругами под глазами. – Ребе, – он почти плакал, – помогите, Ребе. Свалилась на меня беда, непонятно, за что и откуда. – Успокойся и рассказывай по порядку, – велел ребе Хаим. – Три дня назад ко мне внезапно прискакал слуга помещика и привез письмо. Без всякого объяснения, без повода, без причины помещик приказал мне через три месяца передать аренду другому и оставить его деревню. Я бросился в усадьбу, но меня не приняли. Попробовал заслать ходатаев, так он даже говорить с ними не захотел. Подскажите Ребе, что делать, как беду отвести. – Честно говоря, большой беды я тут не вижу, – ответил ребе Хаим. – Мне никогда не нравилось твое пребывание в деревне. Молишься ты без миньяна, Тору по субботам не слушаешь, в микву не ходишь. Сын твой, Шайке, всем известный вундеркинд, учится неизвестно где и водится с деревенскими мальчишками. – Это не так, Ребе, – вскинулся Шмерл. – Я послал его в хейдер за двадцать верст от дома. Каждое утро ребенка везут на телеге туда, а вечером возвращают обратно. Бедный мальчик учит Гемару прямо в телеге. А уж во что мне обходятся эти поездки…
выполнение заповеди гостеприимства. Если путник-еврей мог найти в отдаленной деревне кошерную еду, теплый дом и радушного хозяина, Всевышний прощал тебе молитву без миньяна. Ведь сказано: исполнение заповеди гостеприимства важнее, чем зримое проявление Б-жественного присутствия. Однако, как мне рассказывали, в последнее время у тебя возникли некие проблемы с выполнением этой заповеди. Шмерл потупился. Перепачканные грязью хасиды на темном крыльце встали перед его глазами. – Если ты сам испортил, – утешающим тоном произнес ребе Хаим, – то можешь сам исправить. Возвращайся в деревню и помни, о чем мы с тобой сейчас говорили. Шмерл кивнул и молча вышел из комнаты. Через неделю ребе Хаим пригласил к себе тех самых хасидов, с которых начался наш рассказ. Они давно собирались возвращаться домой, но, памятуя о просьбе Ребе, тянули с отъездом. – Загляните по пути к Шмерлу, – попросил ребе Хаим. – А когда через два месяца снова пойдете ко мне, опять загляните. Хасиды переглянулись. Честно говоря, они собирались вернуться в Косов месяцев через пять, не раньше, но если Ребе говорит, он не говорит просто так.
– Вот и сэкономишь, – жестко сказал ребе Хаим. – Переедешь в местечко и будешь, как все нормальные евреи, ходить три раза в день на миньян.
У Шмерла они оказались под вечер. Увидев подходивших к дому хасидов, хозяин вышел на крыльцо и широко распахнул дверь.
– А на что я буду кормить семью? – вскричал Шмерл. – В деревне было плохо, я согласен, но там я не думал о куске хлеба.
– Входите, входите, – гостеприимно улыбаясь повторял Шмерл, – сейчас самовар поставим, а жена как раз кугл в печь посадила.
– Единственное, что хоть как-то оправдывало твое пребывание в деревне, – сказал ребе Хаим, – было
После обильного ужина, хозяин, любезно беседовавший с гостями, вдруг поднялся и вышел из дому.
Weekly Bulletin “Shabbat Shalom!” • Issue N996 • Toldot Спустя двадцать минут он вернулся с увесистым тюком свежего сена на плечах. – И спать вам будет мягче,– сказал он, проводя хасидов в комнату, – и запах приятней. Его сын Шайке, мальчик лет десяти-двенадцати, тем временем собрал старую солому, лежавшую на полу комнаты.
В комнате стояли несколько новеньких кроватей, застеленных свежими простынями. Топорщились крепко накрахмаленные пододеяльники, туго натянутые на ватные одела, высокие белоснежные подушки венчали изголовье каждой кровати, словно корона голову царя. – Шайке только что постелил свежее белье, – сказал Шмерл. – Мы желаем вам спокойной ночи.
– Почему ты не попросил кого-нибудь из крестьян? – спросил один из хасидов. – За несколько монеток он бы завалил тебя сеном.
На следующий день, встретившись с Ребе, хасиды рассказали ему об удивительной перемене, случившейся со Шмерлом.
– Как? – удивился Шмерл. – Чтобы я своими руками отдал крестьянину заслугу исполнения заповеди гостеприимства да еще деньги ему заплатил?
–Теперь я спокоен за этого еврея, – улыбнулся ребе Хаим, пригладив длинную белоснежную бороду. – Сказано, если ты делаешь шаг навстречу Всевышнему, Он приближается к тебе на три.
Спустя два месяца, выполняя просьбу Ребе, хасиды снова направились в Косов. Шмерл встретил их, как старых знакомых. Беседа затянулась допоздна. Поднялась метель, порывистый ветер сердито стучал в печную вьюшку. Хасиды с интересом ожидали, когда же хозяин отправится за сеном. – Шайке! – позвал сына Шмерл. – Покажи гостям, что нового мы выучили из законов о заповеди гостеприимства. Сын Шмерла отличался необыкновенной памятью и способностью к изучению Торы. Ребе из Косова не зря назвал его вундеркиндом. Хасиды ожидали, что мальчик расскажет им какую-нибудь малоизвестную подробность исполнения заповеди или перескажет спор из Талмуда, в котором мудрецы обсуждают тему гостеприимства. Но Шайке молча скрылся в комнате для гостей. Прошло минут двадцать. Хозяин прочитал застольную молитву, гости омыли руки и готовы были укладываться спать, но Шмерл медлил, не приглашая их войти в комнату. Наконец оттуда вышел Шайке. – Отец, все готово. – Пойдемте, – произнес Шмерл, указывая на распахнутую дверь.
До окончания срока аренды оставалось несколько дней. Пора было сдавать дела и укладывать вещи, но Шмерл, точно заведенный, повторял про себя слова, услышанные от Ребе: если ты сам испортил, то можешь сам исправить. Рано утром, проводив сына в хейдер, Шмерл принялся приводить в порядок разные финансовые документы. Он стоял в своей комнатке за конторкой и раскладывал бумаги, когда раздался сильный стук в дверь. – Письмо от помещика, – прокричал нарочный. – Срочное письмо от помещика. Дрожащими руками надрывал Шмерл конверт. Возможно, рассерженный помещик требует немедленно убираться из деревни. А может статься, он не доволен последним денежным отчетом. Грозный вид посыльного беспокоил Шмерла, но содержание письма оказалось настолько неожиданным, что он непроизвольно привалился спиной к столбику крыльца. – Шмерл, – писал помещик. – Три месяца назад мне донесли, будто ты присваиваешь крупные суммы из причитающихся мне денег. Поэтому я и решил тебя уволить. Но недавно ко мне во сне явился старик с длиной белоснежной бородой. Наверное, это был Илья-пророк или кто-то из
других святых угодников, потому, что вокруг его головы сиял нимб. – Сначала проверь еврея, – посоветовал мне святой угодник. Я отрядил секретную проверку, и вчера мне сообщили, что такой ясности в делах и кристальной честности членам комиссии еще не доводилось видеть. Поэтому я хочу доверить тебе вести дела всех своих имений и сделать генеральным арендатором. Спустя неделю Шмерл переехал в Косов и купил большой дом неподалеку от Ребе. Иешаягу пошел учиться в ешиву, а Шмерл три раза в день молился в миньяне и по субботам, сидя в первом ряду синагоги, внимательно слушал чтение Торы. Его большой новый дом был всегда открыт для гостей и рассказы о щедрости, с которой он выполнял заповедь гостеприимства, передавали в Косове еще много лет после его смерти.
ВСПОМИНАЯ ЭРЕНБУРГА Послевоенный вспомнится мне год, И тот писатель, прежде знаменитый, Что на две части разделил народ: Антифашисты и антисемиты. И в наши дни, на нынешней планете, Где позабыты горестные были, Нацисты никуда не делись эти, А просто географию сменили. Нет Гитлера сегодня и в помине, Но времена по- прежнему жестоки, Мечты его в реальность и поныне На Ближнем претворяются Востоке. И в новом веке нам покоя нету, И в новом веке нету в мире счастья, И поделён опять народ планеты На две, как и всегда неравных, части. И снова совершаются убийства, И снова Холокосту дверь открыта. Всё меньше на Земле антифашистов, Всё больше на Земле антисемитов. Александр Городницкий 27.10.2023 11
B"H
In honor of Chodesh Kislev Please join us for a Pre- Chanukah Ladies Night Out
8 Lights For 8 Nights Help our brothers & sisters in Israel by making the world a better place one mitzvah at a time Mrs. Aydla Wechter
Sunday • November 19 • 8 pm JNY • 465 Patricia Ave
Chocolate Making Workshop
Learn how to prepare your own delicious chocolate truffles just in time to gift or enjoy on Chanukah Presented by Noir Deluxe
Chocolate & Wine Tasting COST: $20 RSVP www.JewishNorthYork.org