Issuu

B”H Friday, 12 Iyar, 5782 May 13, 2022 Issue N935

Emor

Шаббат Шалом! Weekly Bulletin •

Зажигание свечей

8:16 PM Shabbat Ends

9:25 PM

www.JewishNorthYork.org ~ Еврейский центр Норс Йорка

ОТРЫВКИ ИЗ БЕСЕД РЕБЕ

Говорить о евреях только хорошие вещи! читайте на стр. 4

A Year After Meron Tragedy on Lag BaOmer, Tears Will Mingle With Joyful Song Во всём происходящим вокруг нас очень легко потерять ориентиры. Единственный ответ этому - продолжить делать то, что уже начали, и взять на себя новые мицвот. В этом издании Шаббат Шалом предлагаются 3 новые мицвот в честь памяти Меира: 1. Мицва Центр, 2. Сефер Тора, 3. Проект Ликутей Сихот и Вечер Хаврута. Пусть Хашем поможет нам выполнить ту мицву, которая приведет Мошиаха! Rabbi Кarpilovsky, Alex Rodov, Yefim Khaikin

JNY Publications Sponsor:

Chevra Kadisha 2401 Steeles Ave. W (416)663-9060 www.benjamins.ca

One year after 45 participants lost their lives in the midst of the traditional all-night Lag BaOmer religious celebration near the hallowed resting place of revered second-century sage Rabbi Shimon ben Yochai, hundreds of thousands of celebrants are expected to once again flock on Wednesday, May 18 to Meron in northern Israel, for the joyous holiday. New security and crowdcontrol measures are in place this year, and the celebration has been reshaped and reorganized to ensure safety. While memories of last year will be present in every element of the pilgrimage, special emphasis will be placed on celebration and rejoicing in G‑d’s everlasting kindness.

This is couched in the history of the holiday itself, which marks the passing of Rabbi Shimon, author of the Zohar, the foundational text of the Kabbalah. Hours before his passing in approximately 160 C.E., he informed his students that his soul was soon going to leave its body and celebrate together with its Maker. As such, he requested that instead of being saddened that his students mark the day with great joy and holy rejoicing. And it is with this example in mind that the celebrations will be held this year, a joyful tribute to those lost on this day. On Lag BaOmer eve last year, as thousands moved

As hundreds of thousands of celebrants are expected to once again flock on Wednesday, May 18 to Meron, Israel on Lag BaOmer, major construction work is taking place at the Tomb of Rabbi Shimon bar Yochai to ensure their safety following the tragedy one year ago that claimed 45 lives. (Credit: David Cohen/Flash90)

Editor: Yefim Khaikin

JNY Shul, Schools Services, Programs and Classes for all ages in Russian and English. There’s something for everyone! 465 Patricia Ave Toronto, Ontario M2R 2N1

647.518.8770

Our Rabbis: Rabbi Yisroel Karpilovsky Rabbi Zalman Shuchat

through narrow walkways and alleyways at around 1 a.m., momentum and pressure builtup through a stone passageway and turned into an unstoppable current propelling people down a staircase at the base of the passage where, according to some reports, the surge was met by blockades set up by authorities. Continues on a page 4

www.ggfreightservices.com 416-999-4849

Обращение Раввина

Целостность должна быть во всем На этой неделе мы изучаем главу «Эмор». Она включает в себя множество различных законов. Начинает с законов о необходимой физической целостности священнослужителя в Храме, затем о целостности всех органов жертвенных животных, и запрете приносить в жертву животных младше недели и приносить в один день животное мать и его детеныша — т.е. необходимость моральной целостности.

От президента общины

Затем даётся заповедь об исчислении Омера и отмечания каждого из праздников своим специальным служением, заповедь о зажигании Храмового Светильника и заканчивает законами о наказании за убийство и причинение ущерба. Общее содержание этой главы намекает нам на необходимость осознания целостности всего общества и мироздания — от частного к общему. Целостность должна быть во всем — от тела священнослужителя, до порядка служения. Если в теле священнослужителя в Храме не хватает даже незначительного органа — он не имеет права приступать к Служению. Если в организме животного есть малейший недостаток — оно не пригодно к возношению. Без целостности всех деталей — Храмовый Светильник не может освещать мир.

На этой неделе мы работаем над качеством «тифэрэт», центральной сфире средней линии в каббале. Все дни этой недели мы развиваем способность находить точки соприкосновения и сводить крайности. По воле самого Творца — с нами в мире живут люди с разными характерами и мнениями, и у Вселенной есть необходимость в каждом, иначе она не была бы такой как она есть. Подобно тому, как тело священнослужителя и жертвенного животного должно быть целостным, чтобы удостоиться Служения — так и все человечество может быть сосудом для Б-жественности лишь когда мы все осознаем необходимость друг в друге. Рабби Исроэль и Хеня Карпиловский

Это имеет прямое отношение и к отсчету Омера, заповеданному в этой главе. Как известно, каждый день мы работаем над различными качествами характера, чтобы ко дню Дарования Торы, Шавуот — подготовить каждый уголок своей души для восприятия Целостной Торы.

The price to order a memorial plaque for your loved one is $770.

With prayers for Moshiach when all will finally be reunited. Alex Rodov Community President

Special Limited Time Opportunity: $500: As long as the order is placed by Lag Baomer - Thursday, May 19 - the price is $500.

JNY Karpilovsky, 1 Memorial Board.cdr Wednesday, April 6, 2022 10:01:20 AM Color profile: Disabled Composite

Free:

Dear Community Member, JNY has recently ordered a new Memorial Board.

All those that had memorial plaques at our previous location - 18 Rockford Rd. - you can order plaques free of charge, as long as the order is placed by Lag Baomer - Thursday, May 19. May all the neshamos of our loved ones be good advocates for their families and the entire Jewish nation. 24.00"

От редактора

Вряд ли кочевники о чем-то размышляли, когда циклонные увлажнения, вызванные активностью солнца, восстановили травянистые степи от Монголии до Крыма. Просто они заметили, что Великая степь стала пригодной для скотоводства. Они двинулись на Запад, как на танках, если бы через каждые десять километров была бензоколонка. Дошли до Балтики и Адриатики, создали Орду. А через несколько веков иссушение выселило их в суровые нагорья

Тибета, на берега многоводной Волги и в оазисы Туркестана. Империя развалилась. Без единого поражения проиграл Наполеон войну в России в год небывалого похолодания. После отречения неурожай вздул цены на хлеб и вернул императора с Эльбы, и те же дожди отложили на четыре часа битву при Ватерлоо. Со времен предугадываний разлива Нила пытался человек отнять власть у жрецов. Сейчас их заменили жрецы науки. Но все так же замирают биржевые маклеры, а госпитальная инфекция порождает штаммы, не восприимчивые к пенициллину. Одна скважина выбрасывает воду, другая рядом - нефть. Кто-то не успевает на самолет, рейс которого будет последним. Супер компьютер вычисляет поштучно поток нейтронов, но как написал еврейский поэт: "Кто нам скажет наперед что нас в этой жизни ждет?" В недельной главе читаем: "Шесть лет засевай поле твое и шесть лет обрезывай виноградник твой и собирай плоды... В седьмой же год суббота покоя да будет для земли, суббота Б-жья." Господи Всемогущий, а кормиться-то чем?

Да, логика "на плоскости" подсказывает, что по малости своей человек должен, как мышонок, добывать и прятать поглубже. И ничего в жизни кроме зернышек, читай - денюшек, нет. И чем больше накопил, тем безопаснее тебе среди лисиц и сов. Однако защита от воров не спасает от инфляции, "владельцев заводов и пароходов" преследует угроза банкротства или перепроизводства. Тора разрывает цепочку "страх - обладание - новый страх". Она подымает еврея над плоскостью, указывая на полную его зависимость от Создателя: "Я пошлю вам благословение Мое в шестой год, и он произведет урожай на три года". Не надо искать смысл и выгоду ограниченным человеческим сознанием. Не надо верить в чудо. Надо верить во Всевышнего. Желаем Вам Шаббат Шалом! Yefim Khaikin

Pictures of the week: Thursday Chavrusa Night 3

A Year After Meron Tragedy on Lag BaOmer, Tears Will Mingle With Joyful Song With no way to stop the momentum, dozens were tragically trampled. The word hit just as Lag BaOmer events were starting in North America, throwing a pallor over the joyous atmosphere. Celebrations that then continued in a fashion described in the Zohar itself, with “joy lodged in one side of the heart and trembling in the other.” An Annual Transformation in Meron With a year-round population of approximately 1,000, the tiny mountain town is annually transformed during a 36-hour period into a magnet for hundreds of thousands who flock from across the country and around the world to pray at the hallowed resting place of the Talmudic sage and mystic.

Rabbi Shimon was the first to publicly teach the mystical dimension of the Torah known as the Kabbalah, and is the author of the foundational text of Kabbalah, the Zohar. Every year on the anniversary of his passing—18 Iyar on the Jewish calendar, also known as Lag BaOmer—thousands trek to Rabbi Shimon’s mountaintop grave to pray around the clock, study his mystical teachings and light bonfires— representing the light of Torah that Rabbi Shimon ben Yochai brought into the world. Lag BaOmer is the 33rd day of the Omer counting period that begins on the second day of Passover and culminates with the holiday of Shavuot, following day 49.

The events in Meron are marked with festive music and dancing with dozens of simultaneous events running past dawn and through the day. Leading rabbis light bonfires surrounded by thousands of singing and dancing members of their community on bleachers and scaffoldings. Last year was not the first time that tragedy marred the celebrations in Meron; in 1911, a roof collapsed on revelers and nine people died, ranging from an 8-year-old to a 65-year-old, but this was one of the worst civil disasters in recent history. As in times past, the Jewish nation will once again honor those lost and turn inward to find the fortitude and faith to celebrate.

ОТРЫВКИ ИЗ БЕСЕД РЕБЕ Говорить о евреях только хорошие вещи!

«Эмор» — так называется наша недельная глава. Слово «Эмор» означает — «Скажи». Тора предписывает это всем евреям. Но что нужно сказать? Сказано в комментариях на Тору, что все высказывания Всевышнего называются «Духовно чистые», так как все они сбываются. Этим Всевышний отличается от обычного правителя, который может пообещать что-либо, а потом не выполнить. Всевышний — это сама истина, поэтому все, что Он сказал — сбывается. Все евреи связаны со Всевышним, поэтому и высказывания евреев сбываются! Необходимо всегда стараться уберечь свои уста, чтобы, не приведи Г-сподь, не сказать что-либо плохое про другого еврея! 4

Ребе Король Мошиах объясняет, что наша недельная глава призывает нас говорить о евреях только хорошие вещи! Как пишет РАМБАМ: «Есть заповедь любить каждого еврея, поэтому о евреях говорят только хорошо». По РАМБАМу мудрец это тот, кто «говорит о ближнем только хорошее и никогда его не упрекает и не ругает». Из этого мы учим, что каждый еврей обязан говорить о других евреях только хорошее и никогда не упрекать других. Даже если мы видим, что другой еврей поступает не хорошо, надо всегда стараться найти оправдание этим поступкам. Надо попытаться разобраться, почему другой еврей так поступил и никогда не говорить о нём плохо. Как слова Всевышнего святы и всегда сбываются, также всегда сбывается

все то хорошее, что один еврей говорит о другом. Само доброе высказывание о другом человеке пробуждает в нем хорошие черты, которые иногда бывают спрятаны глубоко в сердце, и это дает еврею силу и желание поступать только хорошо, как о нем говорят! Наша недельная глава читается в то время, когда мы ведём исчисление Омера. В этот период мы придерживаемся определённых законов траура в память о 24000 учеников рабби Акивы, которые умерли только из-за того, что не испытывали уважение друг к другу и возможно даже плохо высказывались один о другом. Этот период — исчисление Омера — напоминает нам о том, что надо говорить только хорошее. «Эмор» — «Скажи». Скажи хорошее о другом еврее!

I knew a guy who started out in law school and then went off to rabbinical college instead. “I’d rather preach than practice,” he quipped. Every informed parent knows that we cannot expect our children to simply do as we say; they must see us in action. Kids have incredible antennae and the uncanny ability to pick up even the slightest inconsistency, so if parents preach what they themselves aren’t practicing, their sermon is doomed to failure. Right at the beginning of this week’s Torah reading, Emor, we come across a phrase that seems somewhat superfluous. “And G‑d said to Moses, ‘Say to the Priests, the sons of Aaron: You shall say to them not to allow themselves to become impure.” Why repeat the word “say”? Rashi explains this seeming redundancy as follows: “Say to the priests that they, in turn, shall say it to their children.” i.e., Tell the adult Kohanim that they must warn the younger ones to stay away from impurities. As ministers in the Holy Temple, the Kohanim were privileged to have been granted a higher degree of sanctity. Privilege always comes with responsibility, and one of their responsibilities was to maintain a rigorous level of purity. It is a lesson not only to members of the priestly tribe, but to all of us. Every parent and teacher has the duty to educate the younger generation accordingly. We are forever telling our kids, “Be a mensch!” But the only way our child will be a mensch is if we are a mensch. It has long been my personal view that the qualities that make us a mensch

It Can't Be Taught, Only Caught! are, in fact, learned more at home than at school, shul, or even at yeshivah. Parents are the primary instructors when it comes to values, ethics, and what we call menschlichkeit. We may learn Torah and math at school, but values, decency, dignity and, in general, how to be a mensch are learned at home. I remember once overhearing my parents discussing how to deal with a particular individual who had wronged them badly. One of the many life lessons they taught me, almost unconsciously,

was that they refused to stoop to his level of inappropriate behavior. Just because someone else behaved badly, why should they? It was a profound lesson to a teenager finding his way in life, and I learned it from their behavior more than from any instructions given to me. The same Yiddishkeit.

applies

teaching

“Go to Shul!” doesn’t work. “Come to Shul,” or “Let’s go to Shul,” has a much better chance of success. In real estate, they say that the three most important components of any property are “location, location, location.” And in education they say the three most effective tools are “example, example, example.”

Children who see parents and teachers acting on their own life lessons are far more likely to follow in their footsteps. Otherwise, no matter how loudly we shout or how eloquently we may speak, our words remain hollow. Children who experience a family code of honor, decency, honesty, or a genuine commitment to Jewish life, will very likely feel guided by those same values in their own lives. I once heard a good analogy from Rabbi Nota Schiller, one of the founders of Ohr Somayach, in Jerusalem. He said one of the big fast-food chains in the United States had apparently come up with an invention which would help their business model significantly. It was a synthetic potato. Their most popular side dish on the menu was, of course, French fries. With this new synthetic potato, they could cut costs and increase profits considerably. This synthetic potato was nothing short of remarkable. It looked like a potato, tasted like a potato, smelled like a potato, and made great French fries the same as any real potato. The only problem with the synthetic potato was that if you planted it in the ground, no new potatoes would grow. It did not regenerate. The same applies to education. Only authenticity works and regenerates. Everything else will fail, sooner or later. It is up to us to be successful role models who practice what we preach and educate by example. By Yossy Goldman Chabad.org

Jewish flavors 101 Cooking with Masha

Everyone has their preferences. Every restaurant that serves middle eastern cuisine has their own secret hummus recipe that they will never share with you. You have to play with ingredients to see what you and your family like best. You can cook chickpeas yourselves or use canned. No judging. Here is our favourite recipe and some variations too. Chickpeas

Dear cooks! In our day and age it is easier than ever not to cook at all at home. Every supermarket is loaded with ready made foods that you can bring home and not worry about standing next to the stove. In a city like ours, with a large Jewish observant community, there are myriads of kosher ready made options too. A whole Shabbos meal can be made without you lifting a finger! Challah, dips, salads, fish, soup, meat, dessert! You name it, they’ve got it! Russian, Chinese, Mediterranean, Middle Eastern, gluten-free, soy-free, whatever-free cuisine you desire! So many varieties! It will cost you a pretty penny but it is there for your convenience. Although costly, it’s nice to have such an option in case you need it. That being said, there are certain things that I really cannot eat if it is store bought. One of them is hummus. Can’t stand it. Thank goodness, it is really easy to make at home. And there are so many variations of it, that you will never get bored from doing the same thing over and over. Especially now, in the late spring, when we anticipate the local produce harvest, I sometimes prefer hummus with fresh veggies to a plate of cookies. No worries, I will finish those cookies later. Nothing will go to waste. Rather, it will go to my waist…. Anyway, let’s talk about hummus! 6

If you are cooking the chickpeas yourself, keep in mind the following information. Dry chickpeas should be soaked before cooking for at least 12 hours. The most convenient time to do this is overnight. The ratio I use for soaking is 1 cup of chickpeas to 4 cups of water with a pinch of baking soda. After at least 12 hour soak, rinse the chickpeas and place them in a pot with water and a pinch of baking soda. Water should cover the beans by an inch and a half. Bring to a boil and lower the temperature to a medium low. Cook for an hour to one and a half hours until they become really soft. Make sure not to overcook them to the point when they completely fall apart, otherwise you will end up with a watery and flavourless hummus. Another option is to cook the beans in an Instant Pot if you are a proud owner of such. Simply soak the beans as described above and follow the machine directions. When the chickpeas are done, let them cool. Drain and reserve the liquid (called Aquafaba) for other uses. Basic Hummus 1 cup of dried chickpeas, cooked as directed above Or 1 15oz can of chickpeas, drain and reserve the liquid ¹/³ cup (or more if the mixture is too thick) of reserved or cooking

chickpea liquid or iced water 3 cloves of fresh garlic 2 tbsp of lemon juice ¹/³ cup of tahini 2-3 tbsp of olive oil ½ tsp of cumin ½ tsp of salt or to taste Blend all the ingredients using a food processor or a blender until smooth. Taste and adjust the seasoning if needed. Keep in a fridge for about a week. Garnishes drizzle some olive oil and sprinkle some paprika on top ½ cup tahini sauce 1 tbsp of chopped fresh parsley or cilantro 1 cup of cooked chickpeas 1 cup of warm fried mushrooms with onions 1 cup of cooked ground beef (warm) with spices and fried onions if you want to turn your hummus into a full meal Keep in mind that you can mix and match all the above options Variations -Golden hummus ½ tsp ground turmeric ½ tsp grated ginger Add to the rest of basic hummus ingredients while blending. -Roasted butternut hummus ½ cup or a bit more of roasted butternut squash purée I usually make it when I have some leftover roasted squash or yam in my fridge. Add to the rest of basic hummus ingredients while blending. -Roasted beet hummus Use ½ cup of cut up roasted beets. Add to the rest of basic hummus ingredients while blending. -White bean hummus Use the same amount of White beans instead of chickpeas (15 oz

can). Add 1 tsp of lemon zest and blend everything together. -Roasted jalapeño hummus 2-3 Roasted jalapeños 4 cloves of Roasted garlic ½ avocado ½ cup chopped cilantro Preheat the oven to 425F. Roast jalapeños and garlic cloves for 15-18 minutes. Remove the peppers while still hot and wrap tightly in a piece of foil. Let cool and remove the skin and seeds. Blend the rest of the basic ingredients with roasted garlic and 1 jalapeño. If not spicy enough, blend in another jalapeño or two. Serve the hummus of your choice with fresh pita, tortilla chips and fresh or grilled vegetables. Enjoy! Until next week and happy cooking!!

Masha Rodov

Из истории ХАБАДа 14 Ияра, 5662 года: второе заключение Ребе РАЯЦ Ребе РАЯЦ (рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон, 6-й любавичский ребе), бывший в ту пору руководителем йешивы «Томхей-Тмимим», был арестован по доносу, гласившему, что в йешиве содержатся студенты, за взятку уклоняющиеся от службы в армии. Ребе РАЯЦ так пишет в своем дневнике: — Во вторник, в 8 часов вечера, явился полицейский, а с ним вместе — человек, одетый в гражданскую одежду, и пригласили меня проследовать в полицию. Я: «Я потомственный почетный гражданин, обладающий особыми правами. Возможно ли не беспокоить меня по ночам? Завтра утром в 9 или в 10 я зайду». Человек [в гражданском] пристально посмотрел на меня и сказал: «Хорошо, приходите завтра в 10. Но кто поручится, что Вы не сбежите ночью?» Я (в шутку): «Шнеерсоны не трусы, чтобы бегать, и у них нет причин, чтобы убегать». На завтрашний день к назначенному сроку я явился в полицию, увидел разгневанное лицо служащего и понял, что это новый донос. Меня провели в комнату, где находилось трое человек. Главный: «Сколько людей Вы освободили от службы в армии? Какую сумму взяток Вы даете сотрудникам полиции, чтобы они покрывали Ваши преступления против закона?» Я: «Разве закон позволяет говорить таким тоном с человеком чистым даже от тени преступления, которого царь возвысил и дал ему его соб-

ственной рукой подписанный знак отличия „Потомственный почетный гражданин“? Неужели „нет суда и нет судьи“?» Тот человек был обеспокоен моими словами и сказал: «Вы арестованы до тех пор, пока не будет проведено расследование». Он позвонил в колокольчик, и явился полицейский, которому он приказал препроводить меня в тюремную камеру, и [отдал распоряжение], чтобы один из полицейских встал на страже у двери. Сидеть [в камере] мне было неприятно, но никакого страха я не чувствовал. К вечеру я был вызван в кабинет сотрудников следственного отдела, где мне сказали: «Расследование еще не завершено. Однако, по причине того, что следствие на протяжении дня не обнаружило материала, свидетельствующего против Вас, — Вы свободны и можете отправляться к себе домой. Если потребуется, Вас вызовут». Я: «Я уверен, что следствие ни завтра, ни послезавтра не даст материалов против меня, поскольку я чист от всякого греха, а [все] это — лишь пустые наветы». Когда я пришел домой, отец мой вышел мне навстречу с лицом, искрящимся от смеха, и сказал: «Шалом! Как ты себя чувствовал в тюрьме? Что поделывал?» Мне стало хорошо, и я ответил: «Только беспокоился, не стали бы Вы волноваться за меня. И еще, расстраивался по поводу пустой траты времени». 23 Ияра явился полицейский и принес уведомление из полиции, [гласящее], что Ребе РАЯЦ чист от всякой вины, и против него нет никаких обвинительных доводов. 7

Шалом Байт Мир в Доме

Bad Parenting Days morning, you wouldn't be so frazzled would you? See? This isn't your fault after all. It's your spouse's fault for letting you down and not partnering properly!

Everyone has those days — days that you wish you could just do all over again. Sometimes, it starts first thing in the morning. You get out of bed in a bad mood (having slept way too little the previous night, what with all the interruptions from the little ones). And yet, whether you have the energy for it or not, "the show must go on." You've got to get the kids out the door on time, cleaned, dressed, fed and all the rest. Of course, they're fighting and balking and dawdling – not helping at all and in fact, making it harder for you. Is it any wonder that you just start screaming? Your nerve endings feel fried, and it's not even 8:30 a.m.

The shifting of blame helps for a few minutes, but then it's back to feeling bad. Now the inner critic reminds you that you are both a bad parent and a bad spouse. You can't be nice to anyone. You're starting to feel depressed and exhausted, and hopeless. Your "yelling diet" has been no more successful than any other diet you've ever tried. On for a few days and then off again. It's just too hard. Welcome to Parenting

So you get them out the door, but then the bad feelings start. "What kind of parent am I? What's wrong with me? They're only children, after all. I know I'm destroying them with my temper. OK, it's their fault for not listening, but still – this can't be good. I never wanted to be a screamer like my parents and look what's happening to me!"

You are not alone. Parenting brings out the best – and the worst – in everyone. No matter how much we love our children, we will find ourselves saying and doing things that we later regret. We're only human, after all. Sometimes we are so tired, we can't even think straight, let alone solve a difficult parenting problem. Sometimes the state of our health interferes with our better judgment, or the state of our finances or the state of our marriage. In other words, stress, separate and apart from parenting issues, wears us down, eventually spilling over to the way we parent. These are not excuses for bad behavior – there is no justifiable reason to treat our kids poorly. They are, however, contributing factors. They help explain why we succumb to our "yetzer hara" – our evil inclination. Stress weakens us, making it harder for us to resist the dark forces lurking inside.

The inner critic pounds away, convincing you that you are a complete parenting failure. In the midst of the brow-beating, your spouse telephones for a friendly check-in; you respond unkindly. Your mood is foul. It pours over into your marriage. After all, if your spouse would help more in the

Indeed, one of the biggest challenges in our parenting endeavors is to gain the upper hand. We have to learn how to keep our voices down or even keep our mouths closed in moments of intense parenting pressure. When we're racing against the clock, when too many children want too many things

Guilt

from us all in the same moment, when everything seems to be going wrong, we have to learn how to stay cool, calm and in control. We have to master and gain control over ourselves, before we can expect to gain control over our household. But it is a learning process. It takes time. G‑d knows that it is a struggle and He is there to help us with it. When our parenting challenges are over, there will be other challenges that will provoke us. But by then, we can hope to have learned quite a bit about our own evil inclination and hopefully, we will have managed to outsmart it on many an occasion. Parenting is a super-highway to spiritual growth, offering as it does, so many occasions to do battle with our darker impulses. Bad parenting days are all part of it. They are the ones that can prompt us to confront on inner demons, eradicate them and soar upward. Yes, we regret our bad days, but we can also recognize them as our teachers. They show us where our weaknesses are still lurking inside. They give us the opportunity to correct our flaws and move forward. Used properly (in a process of selfexamination, prayer and correction), they help us not only become better parents, but better people as well. So, thank you, Bad Parenting Days. By Sarah Chana Radcliffe

‫ב"ה‬

Issue #31

PARSHAS EMOR

‫פרשת אמור‬

TNS - TORAH NEWS SERVICE

Price: 1 Shekel

The Parsha Post

A body has been found in the southern section of Zion Forest. It was discovered and then buried by Mr. Kalman Cohen, who was taking a shortcut to work. When asked to describe the horrific scene, Mr. Cohen said: “I was shocked, dismayed, and totally startled when I stumbled upon this body. I SCREAMED AND SCREAMED at the top of my lungs, ‘HELLO, ANYONE? CAN YOU HEAR ME? I FOUND A DEAD YOU-KNOW-WHAT!’ but lo and behold, there was no one around! Being a Kohen, the Torah forbids me from touching a dead body, but this poor, unfortunate, abandoned body, is an exception to the rule. Our great Rabbis call this situation a “Mes Mitzva” – it’s a Mitzva to help this Mes, dead person, and I am fortunate to have helped bring this person to his final rest.”

CUTE KID CREATES KIDDUSH HASHEM Young, charming Batya Applebaum recently caused a sensation when she returned extra money she had received after she purchased a bag of apples.

“That was really sweet of her to walk back into the store and give me the extra $1.30 I gave her,” exclaimed Mr. Walter Melon, owner of Fresh Fruit Farms. “I was so impressed when Batya explained to me the concept of Kiddush HaShem. When she does the right thing, it reflects well on her, her people and even her G-d. I like that!”

New Holiday Calendar ANNOUNCED

The long-awaited Jewish Holiday Calendar has been released by G-d Inc. via Moses Communications. “These are the holidays of HaShem,” announced Moshe Rabbeinu, official Divine representative. In addition to restrictions on work, Moshe instructed how each holiday is to be celebrated with specific animal offerings in the Holy Temple.

“ Pesach begins the cycle of holidays in the Spring; Shavuos comes 50 days later; Rosh Hashanah is followed by Yom Kippur and Sukkos, all in the same month; And let’s not forget

Shabbos every week.”

PUBLIC SERVICE ANNOUNCEMENT

Rambam, Rabbi Moshe ben Maimon, chief rabbi of Cairo, Egypt, issued an urgent call to all Jews throughout the world: When a person eats and drinks in celebration of the holidays, he is obligated to feed strangers, orphans, widows, and others who are needy and poor. But a person who locks the gates of his courtyard and eats and drinks only with his children and his wife, without feeding the poor and the embittered – this is not called rejoicing of a Mitzvah, it’s called rejoicing of his stomach! MISHNEH TORAH, LAWS OF YOM TOV, CHAPTER 6, HALACHA 18

CAIRO KOSHER MART JAM PACKED!

Kids Corner

UNKNOWN STRANGER BROUGHT TO REST

The aisles of Cairo Kosher Mart were jammed with shoppers, wheeling overflowing carts of groceries through the store. The shoppers were preparing for the upcoming Jewish holiday of Shavuos. Wine, challah, fish, meat, shawarma, falafel, pita bread, shishkabob, baba-ghanoush, and many other fine delicacies were disappearing from the shelves at record speed. “We are stocking up so that we will have plenty of delicious food for our guests,” said Rachamim ibn Daoud, as he struggled to push his overflowing cart down the crowded aisles. “My wife saw the Rambam’s call to action, so she keeps on inviting more guests. Naturally, I’m the one she sends to Cairo Kosher to buy more food. This is going to be a Yom Tov to remember!”

Never Miss a Holiday Again...

AILE MOADAY INC.

is proud to announce a wide array of JEWISH HOLIDAY CALENDARS IN SIZES, STYLES, AND FORMATS FOR EVERY TASTE AND EVERY BUDGET.

ORDER YOURS TODAY. IT’S ABOUT TIME!

A Shazak Project - Shazak Parsha  Out of Egypt  Queen of Persia  Miracle Lights

Краткое содержание главы "Эмор" Ваикра (Левиты) 21:1-24:23 В начале главы "Эмор" излагаются законы, касающиеся коэнов (священников), Коэн-Гадоля (Первосвященника) и храмовой службы. Коэн должен избегать ритуальной нечистоты от контакта с мертвым телом, за исключением случая кончины кого-то из ближайших родственников. Коэн не может жениться на разведенной или на женщине с нечистым прошлым; Коэн-Гадоль может жениться только на девственнице. Коэн с физическим изъяном не может служить в Храме. Увечное животное не может быть принесено в жертву. Новорожденный теленок, ягненок или козленок должен оста-

ваться с матерью как минимум семь дней, прежде чем его можно приносить в жертву. Запрещено приносить в жертву животное и его детеныша в один и тот же день. Во второй части главы перечисляются Дни Священного Собрания - праздники еврейского календаря: еженедельный Шаббат; день принесения пасхальной жертвы - 14-е Нисана; семидневный праздник Песах, начинающийся 15-го Нисана; приношение Омера - меры ячменя нового урожая - на второй день Песаха и начинающийся с этого отсчет 49-ти дней, завершающийся на 50-й день праздником Шавуот; день "памяти трубления в шофар 1-го Тишрея; день поста 10-го Тишрея; семидневный праздник Суккот, начинающийся

15-го Тишрея, в течение которого предписывается жить в "шалашах" и каждый день брать вместе "четыре вида растений"; наступающий на 8-й день после начала Суккот праздник Шмини-Ацерет. Затем говорится о зажигании храмовой Меноры и о "личном" хлебе, каждую неделю раскладываемом на золотом столе в Святилище. В заключение главы рассказывается об инциденте с наказанием человека за богохульство, а также о законах наказания за убийство, причинение увечья и нанесения ущерба имуществу.

Песах шени или Второй Песах Тогда они пришли к Моше и спросили его, как им быть, ведь им тоже хотелось принести пасхальные жертвы. Именно тогда Всевышний постановил, что те, кто не могли принести пасхальную жертву вовремя, по причине «нечистоты» или из-за того, что находились слишком далеко от Храма, должны сделать жертвоприношение месяцем позже, 14 Ияра, и есть жертву с мацой и горькими травами. Четырнадцатого Ияра называется «Песах шени», или «Второй Песах». Впервые Второй Песах появился на второй год после выхода народа Израиля из Египта. Когда подошел Песах, некоторые мужчины были «нечисты», потому что они несли останки Йосефа из Египта в Землю Обетованную. Они не имели права приносить пасхальные жертвы с остальными людьми в должное время.

Все можно исправить! Важным уроком этого дня является то, что ничего не потеряно и Всевышний дает нам еще один шанс выполнить наш долг. Что бы ни случилось, еврей остается евреем и всегда может наверстать упущенное. В хасидском календаре «Сегодня — день» за 14 Ияра Ребе объяснят суть второго Песаха:

«Все пропало!» — невозможная ситуация. Даже для того, кто был осквернен, для того, кто «был в далекой дороге» и даже сознательно поставил себя в ситуацию, в которой не мог принести пасхальную жертву вовремя — и не принес ее по своей воле, — все равно, все можно исправить. Во второй Песах можно работать, но в этот день не читают «таханун». Согласно обычаю, днем 14 Ияра, а также на его исходе — в ночь на 15 Ияра едят мацу. Важно отметить, что указание о том, что всегда есть возможность все исправить, актуально для всего года, хотя принято напоминать об этом во второй Песах.

УГОЛ

ЗРЕНИЯ

Письмо «Игрот Кодеш» 16 Сивана 5712 г. (том 6, стр. 121): — Я поразился прочитав в Вашем выступлении, приведенном в письме, такие слова: «Сейчас мы пришли с Б-жьей помощью к началу освобождения…» …Мое удивление вызвано тем, что Вы переписали эти слова в письме как нечто само собой разумеющееся. И не ощущаете и не чувствуете, как в этих словах есть нечто, скрывающее нашу веру, не дай Б-г… И так как Вы находитесь в Святой Земле и видите ситуацию на месте, когда свет принимают за тьму, а тьму за свет и т.д., но после всего этого говорите, что это начало освобождения и провозглашаете об этом в полный голос?! Письмо «Игрот Кодеш» 14 Кислева 5715 г. (том 10, стр. 142): — Я видел ту главу книги, которая говорит о событиях последних лет в основном о Святой Земле и называет это «начало Освобо-

Можно ли сказать: «начало Освобождения» об отношении к событиям 1948 года? ждения» («итхальта де-Геула»)... Я пользуюсь случаем и призываю автора прекратить говорить таким образом. Так как, на мой взгляд, этим (он) отталкивает Освобождение, не дай Б-г. Беседа главы «Шлах» (Сиван 5730 г.): — Когда хотели добавить имя Всевышнего в декларацию о независимости, они отказались сделать это и написали слова «Скала Израиля». И смысл этих слов двоякий: можно подумать, что это идет речь о Всевышнем, а можно — что это нечто другое. А ведь это «шитуф»*! * «шитуф» (досл.: «совмещение»): человек верит во Всевышнего и, одновременно, не дай Б-г, в идола. Беседа главы «Эмор» (19 Ияра 5734 г.): — Утверждают, что есть «независимость» — что это свобода и возможность делать все, что захотят.

Почему Лаг ба-Омер, а не Лаг ла-Омер? Во всех еврейских общинах принято называть этот праздничный день «Лаг ба-Омер», несмотря на то, что в другие дни отчета Омера мы произносим число дней с приставкой «ла» (например: «18 дней ла-Омер», как написано в тексте молитвы, который составил Алтер Ребе). Ребе объяснил («Ликутей Сихот» том 7, стр. 337) причину этого, так как сказано в книгах «польского» хасидизма, что числовой эквивалент (гиматрия) слов «Лаг ба-Омер» (без буквы

«вав») равен гиматрии имени Моше. И Ребе также отмечает, что РАШБИ «был искрой от Моше», и «он поднялся до того света, который получил Моше в тот момент, когда он поднялся получить Вторые Скрижали», как сказано об этом в книге «Долина Короля» и в других местах.

Но мы видим ясно, что никогда еще не была такой ситуации, когда была зависимость от неевреев такая как сейчас. И к этому положению привели те, кто утверждает, что они независимы из-за их поведения бежать за неевреями — и теперь полностью зависят от неевреев. И не могут вести себя по другому, а только так, как хочет нееврей. Беседа Лаг ба-Омер (5738 г.): — И это они называют «независимость» — в то время как это изгнание больше чем то, в котором находился бедный еврей в маленькой русской или польской деревне. Тот еврей трепетал перед перед гоем, тем более перед «начальником» — по крайней мере этому была причина ибо если вздумалось бы гою дать ему по лицу, то не нашлось бы никого, кто бы его остановил. Но сейчас приглашают гоя чтобы он пришел к евреям и стал хозяином...

КАЛЕНДАРЬ «ДЕНЬ ЗА ДНЕМ» А‑ЙОМ ЙОМ

18 Ияра Лаг-Баомер* был одним из особо праздничных дней для Мителер Ребе. Вместе с хасидами он уходил в этот день на природу, и, хотя он не омывал руки на хлеб, выпивал немного водки, которую вообще-то ему нельзя было пить по причинам здоровья. В этот день происходило много чудес, особенно для бездетных пар, - и весь год люди ждали Лаг-Баомер.

Лаг ба-Омер: история и обычаи праздника Название дня и его значение Этот день (18 Ияра) называется Лаг ба-Омер, потому что он 33-й в счете «омера» (33 — числовое значение еврейских букв «ламед» (30) и «гимел» (3), сочетание букв «Ламед» и «Гимел» образует слово «ЛаГ»). «Омер» длится 49 дней от второго дня Песаха до праздника Шавуот. В Песах определялся урожай зерновых культур, отпущенный миру на предстоящий год (Мишна «Рош а-Шана», гл. 1). Поэтому во второй день Песаха в Храм приносили в виде пожертвования сноп ячменя нового урожая — «омер», который сжинали в ночь на 16 Нисана. Зерно обмолачивали, провеивали и затем из него брали необходимое количество для обряда возношения, который проводился на следующее утро.

и что все они умерли от эпидемии в период между Песахом и Шавуотом в наказание за неуважительное отношение друг к другу. Мор длился тридцать три дня. Смерть учеников рабби Акивы, гигантов духа, нанесла тяжелейший урон еврейскому народу, создала реальную угрозу забвения Торы. Поэтому в этот период, в первые 33 дня счета «омера» между Песахом и Шавуотом, евреи всего мира соблюдают ряд траурных обычаев: не стригутся, не проводят веселые застолья и свадебные церемонии. Хотя по поводу точных дат траура мнения расходятся и существуют разные традиции, принято считать, что именно в Лаг ба-Омер прекратился мор и поэтому в этот день траурные обычаи повсеместно отменяются.

Согласно традиции, манна, которую евреи ели в пустыне после Исхода из Египта, начала выпадать в Лаг ба-Омер.

Существует еще одно объяснение традиции праздновать Лаг ба-Омер. Одним из лучших учеников рабби Акивы был рабби Шимон бар Йохай (РАШБИ). Согласно традиции, РАШБИ умер в Лаг ба-Омер. Но почему мы празднуем годовщину его смерти? На это есть несколько традиционных ответов. Из Каббалы (еврейского мистического учения) мы знаем, что именно в Лаг ба-Омер, день своей смерти, рабби Шимон получил разрешение Свыше открыть тайную часть Торы, полученную Моше-рабейну на горе Синай.

В период римской оккупации Эрец Исраэль евреи подвергались жестокому обращению. Римляне обложили их непосильными налогами и под страхом смерти запрещали изучать Тору. Но, несмотря на преследования, изучение Торы продолжалось. Одним из величайших учителей того времени был рабби Акива. Вместе со своими отважными учениками он продолжал занятия. В Талмуде рассказывается, что у рабби Акивы было 24 тысячи учеников,

Другая традиция утверждает, что на Лаг ба-Омер выпадает годовщина женитьбы РАШБИ, и есть также мнение, что в этот день, несмотря на запрет римских властей, он впервые получил звание раввина от рабби Акивы, а спустя несколько лет — от рабби Йеуды бен Бавы. Тем самым Устная Тора была спасена от забвения. Традиционно считается, что душа умершего праведника возносится на Небеса. Поэтому его уход из жизни принято отмечать песня-

По окончании возношения хлеб нового урожая любых злаков позволялось употреблять в пищу. Даже теперь в отсутствии Храма зерно нового урожая по-прежнему нельзя употреблять до истечения 16 нисана. Истоки традиции

ми, танцами и молитвами. Кульминацией празднования Лаг ба-Омер является многолюдное паломничество к могиле РАШБИ, расположенной на горе Мерон вблизи города Цфата на севере Израиля. Даты и время Хотя в отсутствии Храма приношения омера давно прекратились, мы по-прежнему обязаны считать дни омера. Счет начинается со второго вечера Песаха и продолжается до праздника Шавуот. Счетом омера завершают вечернюю молитву «маарив». Вначале произносят благословение «аль сфират а-омер» («Благословен Всевышний, освятивший нас Своими заповедями и повелевший нам считать омер»), а затем говорят: «Сегодня отсчитываем один день омера», «Сегодня отсчитываем восемь дней, то есть одну неделю и один день омера» и т.п. Традиции Лаг ба-Омера ЗАЖИГАНИЕ КОСТРОВ В настоящее время это самый распространенный обычай Лаг ба-Омера. По всему Израилю зажигают большие костры. Стар и млад собираются вокруг них, танцуют и поют. Традиция зажигания костров берет свое начало в каббалистической книге «Зоар» («Сияние»). Когда Рашби умер, его дом наполнился неземным светом в заслугу его глубоких познаний в Торе и открытию ее глубоких тайн, ибо Тора уподобляется свету, как сказано: «Ибо заповедь — это свеча, а Тора — свет». ПРАЗДНОВАНИЯ У ГРОБНИЦЫ РАББИ ШИМОНА БАР ЙОХАЯ (РАШБИ) НА ГОРЕ МЕРОН В день Лаг ба-Омер у могилы Рашби в Мероне собираются десятки тысяч человек. Там зажигают большой

костер, и присутствующие бросают в него разные предметы, в том числе записки с текстами молитв и личных просьб и пожеланий. У костра поют песни в честь Лаг ба-Омер и в память о рабби Шимоне. Музыка и танцы продолжаются всю ночь. «ОПШЕРНИШ» — ПЕРВАЯ СТРИЖКА МАЛЬЧИКОВ Этот обычай зародился среди учеников Ари (раввина-каббалиста Ицхака Лурии), жившего в Цфате. Мальчиков, которым исполнилось три года, ведут на их первую стрижку. Эта церемония обставлена пением и танцами. Гостей угощают вином и печеньем. СТРЕЛЬБА ИЗ ЛУКА В Лаг ба-Омер школьники выезжают на природу целыми классами в сопровождении учителей. Мальчики готовят лук и стрелы, а затем устраивают соревнования по стрельбе из лука и веселые эстафеты. В каббалистической традиции лук, «кешет», тесно связан с образом РАШБИ. «Кешет» означает также радугу, которая стала символом примирения человека и Б-га после Всемирного потопа, когда Всевышний обещал больше не уничтожать людей, как бы они ни грешили, и дал им талисман — радугу. Когда радуга появляется на небе, это значит, что люди плохо ведут себя и заслуживают сурового наказания, но Б-г помнит Свое обещание. Мудрецы говорят, что при жизни рабби Шимона радуга ни разу не появлялась. Его праведность была столь велика, что ее хватало для искупления грехов всего поколения. Поэтому современникам РАШБИ не требовался знак Б-жественного милосердия в виде радуги.

Израиля есть и другие святые места, где евреи собираются в период «сфиры», 49-дневного счета омера между Песахом и Шавуотом.

14 ияра в Тверии у гробницы и синагоги рабби Меира Бааль а-Нес (р. Меира-чудотворца) устраивают празднества наподобие Лаг ба-Омера в Мероне. Существует давняя традиция восходить на гору Мерон и совершать паломничество к знаменитой пещере, где похоронены выдающиеся мудрецы Израиля периода Второго Храма Гилель и Шамай с десятками их учеников.

склонов горы находится пещера, в которой, согласно традиции, жил и преподавал Тору пророк Элияу. Существует множество историй о больных людях, которые приходили в пещеру Элияу, молились там, каялись в грехах и в результате обретали чудесное исцеление. Многие жители Иерусалима проводят ночь Лаг ба-Омера у могилы Шимона Цадика, первосвященника и великого знатока Торы, жившего в ранний период существования Второго Храма. По инициативе Любавичского Ребе во всем мире устраиваются детские парады и пикники.

Лаг ба-Омер празднуют и на горе Кармель, у подножия которой раскинулся город Хайфа. На одном из

Посещение святых мест в период счета омера При упоминании Лаг ба-Омера 99 человек из ста назовут вам, в первую очередь, могилу рабби Шимона бар Йохая на горе Мерон. Но в стране 13

Хасидская история

КОЛЕСО СУДЬБЫ

«Бедняки не переведутся на земле. Удача подобна спице колеса, то поднимается, то опускается».

жать в карманах, чтобы время от времени вытаскивать из рукавиц теплые ладони и согревать мерзнувшие уши.

Вавилонский Талмуд, трактат «Шабат»

Верста за верстой тянулся большак. Ни деревни, ни хутора, лишь бескрайнее снежное поле и черные стволы ветел. Только под вечер, окоченевший и выбившийся из сил, Менахем-Мендл увидел большой дом у перекрестка дорог, а над ним – зеленую елку. Придорожный трактир, убежище для путников! В сельской местности никогда не вешали вывески с надписями «Питейный дом» или «Трактир», а просто ставили елку над крыльцом.

Ребе Файвиш из Збаража (евреи называли это местечко Збриза) остановился на несколько дней в городке Сколе. Его ученик Менахем-Мендл, будущий ребе из Косова, узнав, что ребе пробудет в Сколе до субботы, отправился на встречу с учителем. В ту пору Менахем-Мендл жил в небольшом местечке, в нескольких десятках верст от Сколе, выполняя скрытую духовную работу. Какую – мы не знаем. Ребе Файвиш отправил его подальше от людских глаз, и добрых, и недобрых. Принято думать, будто сглазить хорошее дело может только недобрый взгляд. Это не совсем так. Многие тонкие процессы нарушаются просто оттого, что попадают в зону человеческого внимания. Есть плоды, которые должны созревать в тишине и одиночестве. И хоть Менахем-Мендл жил по-нищенски, будущий ребе вовсе не тяготился полуголодным существованием, а скорее был рад, что заботы этого мира не мешают ему полностью погрузиться в жизнь духа. Ранним утром в четверг он вышел из своего местечка на дорогу, ведущую в Сколе, и бодрым шагом двинулся в путь. Солнце рассыпало мириады бриллиантиков по бесконечным снежным лужайкам, в которые превратились окрестные поля. Их блеск слепил глаза, и Менахем-Мендл переводил взгляд на старые ветлы вдоль большака. Но обындевевшие ветки тоже сверкали, как тысячи маленьких зеркал. Ноги скользили по хрустевшему снегу, успевшему за ночь крепко замести следы полозьев, а руки приходилось дер14

Из трубы вился приветливый дымок, обещающий теплый очаг и ужин, но двор перед домом был пуст. Ни лошадей, запряженных в сани и меланхолично похрустывающих зерном в мешках, прицепленных на морды, ни веселой толкотни готовящихся к отъезду путников. Пусто и голо. Менахем-Мендл прибавил шагу, и вскоре заснеженные ступеньки крыльца заскрипели под его ногами. Он вошел вовнутрь и на несколько секунд блаженно замер, погрузившись в тепло. Потом защипало в носу, заболели отвердевшие от мороза щеки, на глазах выступили слезы. Прошло минут пять, пока он пришел в себя и начал осматриваться. В большой опрятной комнате не было ни одного человека. Чистый пол, чистые столы с чистыми лавками возле них, мезуза на косяке двери. Значит, хозяева евреи, и можно рассчитывать на ужин. На стойке против входа стоял бочонок с краном, на нем висели медные мерки для вина. Что-то наподобие больших кружек с длинными ручками, мерой в штоф, полуштоф, косушку и шкалик. На стене за стойкой во всю ширину комнаты тянулась полка, уставленная четырехугольными полуштофами с крепкими напитками. Красного цве-

та – с наливками, желтого и зеленого – с настойками. Ерофеич, перцовка, полыновка, малиновка, рябиновка и грубый ром, отдающий почтовым сургучом. К гостю вышел хозяин, еврей с окладистой бородой и грустным взглядом широко посаженных глаз, запрятанных под кустистыми седыми бровями. – Послушайте, любезнейший, да вы левое ухо отморозили! – воскликнул он, разглядывая гостя. Тот прикоснулся рукой к уху. – И впрямь отморозил... – Давайте-ка снегу,– хозяин проворно выскочил на крыльцо и принес полную горсть. Менахем-Мендл растер ухо и левую щеку. Их точно огнем опалило, но дышать стало легче. – Можно у вас заночевать? – спросил он хозяина заведения. – Заночевать можно, – ответил тот. – А вот с ужином уж не обессудьте, помочь ничем не могу. Самим есть нечего. Сегодня утром дети закончили последний хлеб. Что будет завтра – понятия не имею. Он передернул плечами и тяжело вздохнул. – А чай у вас есть? – спросил Менахем-Мендл. – Кипятком могу напоить, самовар недавно закипел. Но чай тоже вышел… – Хорошо, и за кипяток спасибо. А хлеб у меня свой. Менахем-Мендл достал из котомки горбушку задубевшего на холоде черного хлеба. Омыл руки, с трудом откусил кусочек. Трактирщик принес ему полную кружку кипятка и сам сел рядом.

– Видите, как пусто у нас, – грустно произнес он. – Никто не заглядывает, знают, что еды никакой. А пить без закуски – он указал подбородком на стойку с напитками,– кому захочется. – Что-нибудь случилось? – осторожно поинтересовался Менахем-Мендл. – Летом проложили новую дорогу. Короче нашей и куда более гладкую. Постепенно все стали пользоваться ею. Осенью по старой памяти еще ктото проезжал, а как наступила зима – вообще ни одного человека. – Так зачем вы здесь сидите? – удивился Менахем-Мендл. – Перебирайтесь на другое место.

На мерцающей нетронутой голубизне свежего снега синели петлистые стежки заячьих следов. Тишина сковала поля, звенело в ушах от стеклянной пустоты воздуха. Спустя полчаса сзади послышался скрип полозьев и фырканье лошадей. Менахем-Мендл обернулся. По дороге двигался возок, он был еще довольно далеко, но звуки в морозном безмолвии неслись задолго перед ним.

– Поверьте, что прошу эти деньги не для себя. Они нужны, чтобы помочь еврею, попавшему в беду. И чтобы помочь вам.

Приблизившись, возок остановился. Богато одетый пассажир, укрытый дохой из медвежьего меха, обратился к путнику на идиш.

– Кто знает, – загадочно ответил Менахем-Мендл, – что готовит нам завтрашний день. Удача, как колесо, сегодня ты наверху, а через месяц…

– Куда держит путь уважаемый раввин?

Эти слова вошли в сердце богача, точно дротики. Он вытащил кошелек, отсчитал двадцать золотых и передал Менахем-Мендлу.

– Я должен пану за аренду постоялого двора. Его не волнует: есть посетители или нет, денежки вынь да положь. Сумей я расплатится –завтра бы бежал без оглядки. Но денег нет и не предвидится. Через неделю последний срок, – он снова тяжело вздохнул. – Если пан не получит свое, он бросит меня и всю семью в колодец, подземную тюрьму. В нем и летом зуб на зуб не попадает от холода, а в такой мороз мы не доживем до утра. Бедные мои дети, – он смахнул набежавшую слезу, встал и вышел из комнаты.

Менахем-Мендл никогда не видел этого человека и тот, в свою очередь, тоже не знал, кто стоит перед ним. Но ошибиться было невозможно: одухотворенное лицо Менахем-Мендла многое говорило внимательному наблюдателю. А богач, судя по вопросу, принадлежал именно к таковым.

Горе хозяина постоялого двора не дало Менахем-Мендлу заснуть. Всю ночь он мерил шагами комнату, и лишь только в темных обледеневших окнах начала брезжить голубизна, собрался в дорогу.

Менахем-Мендл помолчал несколько мгновений, словно прислушиваясь к чему-то, а потом решительно произнес:

– Милостивый Г-сподь не оставит вас, – благословил он трактирщика, вышедшего проститься. – Даст Б-г, все будет хорошо. Тот лишь горько усмехнулся. На дворе порошило. Чистые хлопья, спускаясь с неба, кружились в воздухе, словно желая прикрыть своей белизной черноту и безнадежность земной жизни. Менахем-Мендл надвинул поглубже шапку, прикрыл уши и вышел на большак.

– Я иду в Сколе, навестить ребе Файвиша из Збриза. – Нам по пути, садитесь, – рука в кожаной перчатке откинула доху.

– Хорошо, я поеду с вами. Но только в том случае, если вы дадите мне двадцать золотых. – Двадцать золотых, – рассмеялся богач. – Мало того, что я предлагаю бесплатно подвезти вас в такой мороз, вы еще просите за это денег?! Менахем-Мендл не ответил. богач помолчал несколько секунд и продолжил. – Ладно, так и быть. Святое дело дать пожертвование такому еврею, как вы. Но только не двадцать золотых. Это слишком большая сумма даже для меня.

– Помочь мне, – снова рассмеялся богач. – Слава Б-гу, я не нуждаюсь ни в чьей помощи. И, кроме того, какая польза, кроме выполнения заповеди, может заключаться в пожертвовании двадцати золотых?!

– Прикажите кучеру повернуть возок, – воскликнул тот, принимая деньги. – Нам нужно вернуться к постоялому двору на перекрестке. Там вы убедитесь, какое большое дело сделали, пожертвовав такую сумму. Возок развернулся, взъерошив полозьями девственный снег, Менахем-Мендл уселся под теплую доху, и заскрипели полозья. Спустя десять минут путники оказались на постоялом дворе. Хозяин никак не мог взять в толк, что происходит. Он то пересчитывал полученные золотые, то поднимал на гостей глаза, наполненные слезами, то пытался что-то произнести, но от избытка чувств не мог выговорить ни слова и только хватал воздух широко раскрытым ртом. – Обещаю вам, – сказал ему Менахем-Мендл, – начиная с этого дня все, за что вы будете браться, станет приносить удачу. Богач растроганно смотрел на трактирщика. По дороге он узнал о долге и колодце и теперь думал что, пожалуй, нашел не самое худшее применение своим деньгам.

– Заповедь приводит к заповеди, – обратился к нему Менахем-Мендл. – Пошлите кучера в ближайшее село, пусть привезет для детей хлеба и другой еды. А мы пока встанем на утреннюю молитву.

– Как тебя зовут? – спросил ребе Файвиш богача, когда путники вошли в боковую комнатку синагоги, в которой он принимал посетителей.

Кучер привез целый мешок булок, глиняный горшочек с маслом, картошку, мороженого гуся. Глядя на сияющие глаза детей трактирщика, богач снова растрогался.

– Хорошее имя. И дела делаешь хорошие. В заслугу сегодняшнего доброго дела жизнь еще обернется к тебе доброй стороной. Расскажи-ка, сынок, – обратился он к Менахем-Мендлу, – во всех подробностях.

Косовская община содержала приют для еврейских нищих. В нем скитальцы могли переночевать в тепле, помыться, получить тарелку супа, кусок хлеба и немного денег на дорогу. Придя в Косов, Цви-Гирш сразу направился в этот приют и на следующий день с самого утра собрался на рынок, просить милостыню.

Ученик принялся рассказывать, а ребе внимательно слушал, одобрительно кивая.

– Пойдем лучше к ребе, – предложил ему один из нищих. – Он подает нашему брату больше, чем чванные богачи.

– Славно, славно, – произнес он, когда Менахем-Мендл завершил повествование. – Но объяснил ли ты трактирщику, как ему надлежит вести себя в будущем?

Когда нищие вошли в комнату ребе Менахем-Мендла, Цви-Гиршу показалось, будто его лицо ему знакомо. Но когда и при каких обстоятельствах он видел этого человека, никак не удавалось припомнить. А вот ребе сразу узнал бывшего богача. Дав второму нищему приличное пожертвование, он выпроводил его из комнаты и сказал Цви-Гиршу:

После завтрака наступила пора прощаться. В который раз выслушав слова благодарности, богач вышел на крыльцо и, крепко потянувшись, с удовольствием вдохнул морозный воздух. Водка, выпитая за завтраком, приятно согревала. Оставшись наедине с трактирщиком, Менахем-Мендл притянул к себе его голову и прошептал в самое ухо: – Знай, что ты будешь подниматься все выше и выше, и наживешь большое богатство, а богач, подаривший тебе сегодня двадцать золотых, опускаться все ниже и ниже, пока не дойдет до полной нищеты. Через много лет вы снова встретитесь, не забудь же отплатить добром за добро. Застоявшиеся лошади резво потащили возок. Прошло всего несколько часов, и путники добрались до Сколе. Во дворе синагоги, где принимал посетителей ребе Файвиш, было не протолкнуться. Попасть на прием до начала субботы не представлялось возможным. Но ребе ощутил появление ученика и приказал служке: – Дай дорогу исполнившим мицву. – Кого ребе имеет в виду? – осторожно осведомился служка. – Отыщи во дворе Менахем-Мендла со спутником и приведи ко мне. Служка хорошо знал одного из лучших учеников ребе и легко отыскал его в толпе. 16

– Цви-Гирш, – ответил богач.

– Объяснил. И он согласился. Ребе сказал еще несколько ласковых слов Цви-Гиршу, похвалил Менахем-Мендла и отпустил их готовиться к субботе. На следующей неделе все разъехались: реб продолжил свой путь, Менахем-Мендл вернулся в уединенное местечко, а Цви-Гирш, счастливый и довольный, отправился по делам в Данциг. Прошло несколько лет. Время не благоволило богачу: любое дело, за которое он брался, заканчивалось неудачей. В конце концов, он полностью разорился и был вынужден побираться, скитаясь от местечка к местечку. Менахем-Мендл прославился, как ребе из Косова, а трактирщик необычайно разбогател. Как-то раз дорога привела Цви-Гирша в Косов. Он уже позабыл, что когда-то разъезжал в роскошной карете, привык протягивать руку за милостыней и смирился со своей участью. Иногда он вспоминал про обещание ребе Файвиша, но прошлое казалось ему чудесным, давно прошедшим сном. Боль ушла вместе с надеждой, оста-

лось только безрадостное существование, и он влачил его, как влачит свою тачку прикованный к ней каторжник.

– Не отчаивайся. Я напишу письмо моему старому другу, очень состоятельному человеку. Он даст тебе много денег, и ты снова преуспеешь в торговле. Цви-Гирш не верил своим ушам. С какой стати ребе так печется о его судьбе? Но тот уселся за стол, быстро нацарапал несколько строк на листке бумаги, положил его в конверт, запечатал, написал адрес и подал Цви-Гиршу. – Заслуга доброго поступка встала на твою защиту. Тот ничего не понял, но не стал выяснять, что имеет в виду ребе, а немедленно отправился по указанному адресу. Есть предложения, от которых не отказываются. «Ребе перепутал меня с кем-то, – думал Цви-Гирш, меся ногами дорожную грязь. – Но я не вор и не фармазонщик, если повезет и удастся раскрутиться на полученные деньги, честное слово, верну все до последнего гроша!»

Путь оказался неблизким и ЦвиГирш добрался до бывшего трактирщика спустя две долгих недели. Разумеется, он не узнал его, ведь с того дня, как он отсчитал незнакомцу на дороге двадцать золотых, прошло больше пятнадцати лет. Трактирщик тоже не узнал бывшего богача. Да и кто бы смог распознать его в опустившемся, изможденном от голода и невзгод нищем оборванце.

– От ребе из Косова? – слуга моментально переменил тон.– Так бы сразу и сказал!

Когда Цви-Гирш постучал в двери трехэтажного особняка на центральной улице, он был уверен, что его не пустят дальше прихожей. Поначалу все выглядело именно таким образом:

– Отлично! – воскликнул хозяин, кладя его на стол. Похоже, содержимое письма его нисколько не интересовало. – Сегодня ночью я видел во сне ребе Менахем-Мендла, и он предупредил меня о вашем прибытии. Пришло время – так сказал ребе – воздать добром за добро. Вы помните несчастного трактирщика, которого много лет назад спасли от лютой смерти? И не только его одного, но и всю его семью!

– За милостыней, пожалуйста, на задний двор, – вежливо, но весьма твердо объяснил слуга, приоткрывший дверь ровно на треть. – И не сейчас. Под вечер. Очередь не забудь занять. – Я принес письмо от ребе из Косова.

Он широко распахнул дверь и тут же провел Цви-Гирша на второй этаж, в кабинет хозяина. При виде нищего тот поднялся из-за стола. – Вот письмо, – пробормотал ЦвиГирш, протягивая конверт.

Цви-Гирш недоуменно покачал головой. – Вы дали мне двадцать золотых, целых двадцать золотых, я расплатился с паном, купил партию зерна и начал торговлю. Всем, что у меня сейчас есть, я обязан тому щедрому пожертвованию. Завтра же утром мы вместе поедем в Косов, и ребе решит, какую часть своего капитала я должен вернуть вам. На следующий день они отправились в Косов. Что решил ребе, мы не знаем. Известно лишь одно: ЦвиГирш получил очень большую сумму, и ребе благословил его на долгую жизнь. Удача снова обратила к нему улыбающееся лицо, колесо повернулось, и Цви-Гирш разбогател. До глубокой старости он прожил в Косове, прославившись как щедрый и отзывчивый благотворитель.

Есть ли индейку после свадьбы?

ВОПРОС: Я происхожу из семьи р. Йешаяу Горовица (автора книги «Две Скрижали Завета», сокращенно ШЛО) и у нас есть обычай не есть индейку. Сейчас я вышла замуж за человека, в чьей семье нет этого обычая, и я хочу знать, должна ли я продолжать избегать употребления индейки или нет? Нужно ли мне делать освобождение от обета? Моя семья определенно не происходит по мужской линии от р. Горовица, если это имеет значение. ОТВЕТ: Действительно, не все потомки р. Йешаяу Горовица приняли этот обычай. Но те, кто это сделал, должны продолжать придерживаться его. Многие потомки р. Горовица следуют этому обычаю, хотя они и не происходят от него по мужской линии. Это доказывает, что данный обычай сохранялся даже при вступлении в брак с теми, у кого не было этого обычая (хотя обычно женщины следуют обычаю мужа). Рав Йосеф-Ишая Бройн Член раввинского суда Кроун-Хайтс.

Шутка недели... @ Сегодня в кафе увидел человека. Без планшета, без ноутбука, без смартфона. Сидел и пил кофе.Псих какойто. @ Адаму было одиноко и скучно в Раю.И сказал ему Б-г: ’’Я приведу тебе Еву’’ Так появилась поговорка: не приведи Г-сподь! @ Если вам что-то не по силам, не по зубам и не по карману, пусть это будет вам по барабану. @ Я всегда хотел людям отвечать добром… Но жизнь научила отвечать взаимностью.

@ Папа , а как разговаривает змея? Папа смотрит на тёщу: -И что мы молчим, Фира Моисеевна? Ребёнок интересуется! @ После семейного скандала Роза Марковна так холодно посмотрела на мужа, что тот простудился. @ Продвинутый одесский пятиклассник Фима свободно разговаривает на русском, украинском, английском и других уроках тоже. @ Милый, мне приснилось что ты мне подарил кольцо с бриллиантом! -Спи дальше и носи с удовольствием.

@ Моисей никак не мог принять ванну так как вода постоянно расступалась и откуда-то сбегались евреи. @ -Любимая, я был не прав. Давай помиримся. -Ладно.Подожди, не ешь.Я приготовлю что-то другое. @ Он дарил ей всякие средства для ухода, но она не уходила. @ Мужчины часто обещают перевернуть горы ради женщин. Кто-нибудь видел перевёрнутую гору? @ Сколько о себе не рассказывай, всё равно за спиной расскажут интереснее.