Приамгунье

Николай Попков

ПРИАМГУНЬЕ — ДЕНЬ ЗА ДНЕМ

«Гордиться славой своих предков не только можно, но и должно, не уважать оной есть постыдное малодушие». А. С. Пушкин

ПРЕДИСЛОВИЕ Сегодня вы держите в своих руках книгу «Приамгунье — день за днем», в которой воедино собраны материалы и документы о непростой истории земли приамгуньской. Это третья книга о Приамгунье («Приамгунье мое», «В отрогах Дуссе-Алиня»), продолжающая рассказ о далекой и красивейшей территории Хабаровского края. Земли приамгуньские раскинулись на несколько тысяч квадратных километров, на которых испокон веков жили коренные народы — негидальцы, эвенки. Велик вклад русских ученых, путешественников, землепроходцев, мореплавателей в мировую географическую науку. Многие исследования экспедиций, внесших огромный вклад в изучение земель приамгуньских, были под грифом «секретно» в силу политической обстановки тех времен — секретная Забайкальская экспедиция Н. Х. Агте (1849–1852) и др. Честь открытия главной водной артерии, реки Амур, принадлежит Василию Пояркову (1643) и Ерофею Павловичу Хабарову — основателю русского поселения на Амуре (1648–1651). Ход исследований земель приамгуньских был положен. Пешком, на лодках, собаках, оленях продвигались исследователи по земле Приамгунья: экпедиция А. Ф. Миддендорфа, Н. Х. Агте, Ф. Б. Шмидт, Л. Э. Шварц, Н. П. Аносов, А. И. Нерпин, В. В. Бух, Г. И. Невельской, Н. К. Бошняк, Н. М. Чихачев, Д. И. Орлов и многие, многие другие. Весомый вклад в освоение земель внесли крупные золотопромышленники: А. В. Каншин, Х. П. Тетюков, С. С. Шадрин, М. Д. Бутин, Н. П. Аносов, И. В. Ельцов, В. А. Левашов и др.

4

ПРИАМГУНЬЕ В ДРЕВНОСТИ Самые ранние следы деятельности человека на территории Приамгунья относятся к эпохи раннего палеолита. Ученые считают, что впервые человек появился на территории Приамгунья не менее 200 тысяч лет назад. К более позднему времени относится стоянка, расположенная в низовьях Амура в долине левого его притока — Амгуни, между поселками им. Полины Осипенко и Зазаево. Здесь обитали люди около 25–15 тысяч лет назад. Они умели изготовлять орудия труда из крупной речной гальки, у которой для работы обивались лишь края, а вся поверхность оставалась нетронутой. В это время люди уже умели добывать огонь. Древние обитатели края занимались охотой и рыбной ловлей, собирали съедобные растения, орехи, грибы, ягоды. Имея низкий уровень хозяйства и примитивные орудия труда, древний человек не смог бы выжить в одиночку. Постоянная забота о добывании пищи, необходимость защиты от хищных зверей и сооружение укрытий от холода заставляли древних людей жить коллективами. В эпоху палеолита население Приамурья и Приамгунья оставалось очень немногочисленным. Отдельные стоянки располагались по берегам рек и озер. Их обитатели находились на стадии материнского рода (матриархата), который существовал в Приамурье длительное время. В эпоху мезолита человек сделал несколько открытий: изобрел лук и стрелы, приручил собаку. Традиции обработки камня сохранились у людей, живших на территории 12–10 тысяч лет назад. Орудия изготовлялись из плоских галек, об5

работанных с одной стороны широкими массивными сколами. Эти изделия носят название тесловидно-скребловидных инструментов. Пользуясь обитыми каменными топорами, древние люди гораздо шире использовали богатство лесов и вод, строили убежища от дождя и холода, изготовляли различные охотничьи и рыболовецкие приспособления. Выдолбленные при помощи таких орудий лодки использовались для рыболовства. Для охоты употреблялись листовидной формы клинки, которые были универсальными орудиями: могли служить боевыми кинжалами и охотничьими ножами, использовались в качестве наконечников копий и дротиков, что позволило более эффективно вести охотничий промысел. Охота на диких животных играла ведущую роль в хозяйстве, сочеталась с рыболовством и собирательством дикоросов. Эпоха неолита — время больших перемен в жизни первобытных людей. Они научились шлифовать и полировать каменные орудия, делать из камня топоры, долота, то есть орудия для обработки дерева. В эпоху неолита совершенствовалась глиняная посуда, глиняные сосуды украшались орнаментом. В сосудах готовили и хранили пищу. Подлинным переворотом в истории человечества было освоение металла. Переход к нему был долгим, сложным. Первым металлом, использованным человеком, была медь. Но медь была очень мягкой и поэтому еще не вытеснила камень. Каменные орудия труда преобладали. Первым металлом, составившим конкуренцию камню, стала бронза — сплав меди с оловом и другими добавками. Глиняные сосуды этого периода были грубые, с сильно отогнутым наружу венчиком, украшенным по краю вдавлениями, а ниже — ногтевыми оттисками. Орнамент на стенках сосудов — в виде округлых или овальных вдавлений, нечетких оттисков гребенки.

6

В первой половине 1 тысячелетия н. э. на территории Хабаровского края появляются племена Мохэ. Это тунгусоязычные племена, древнейшие предки современных нанайцев, ульчей, орочей. Появившись на Амуре, они вытеснили в низовья реки коренное палеоазиатское население, а часть его ассимилировали. Мохесцы оставили многочисленные следы своего пребывания на территории края. В этот период железо полностью вытесняет камень. Из металла изготавливают орудия труда, оружие, украшения. Мохэсцы занимались земледелием и скотоводством, которые играли главную роль в хозяйстве. К VII в. у мохэсцев усиливается имущественное неравенство, начинается разложение родоплеменных отношений, что привело к образованию классового общества, а затем государства. В 698 году мохэские племена объединились, и образовалось независимое государство Бохай. Это было первое раннефеодальное государство древних тунгусо-маньчжурских племен Мохэ. Занятием населения было земледелие, скотоводство, охота. Появляются ремесленники. Высокого уровня достигли обработка металлов, оружейное, ткацкое, гончарное ремесла. Наиболее распространенной формой религии среди низших слоев общества являлся шаманизм, а феодальная знать начинала использовать буддизм. Могущество раннефеодального государства поддерживалось при помощи армии, но многочисленные народные выступления и военные действия в начале X в значительно подорвали основы государства. Уже не хватало сил на отражение внешней агрессии. Монгольские племена киданей создают свое государство Ляо и начинают войну с бохайцами. После ряда поражений в 926 году государство Бохай было разгромлено. В летописях VII в. начинают упоминаться чжурчжени — племена, которые тоже являлись предками современных тунгусоязычных народностей. Чжурчжени были не только 7

родственны мохэ, но и являлись их потомками и продолжателями культуры. Чжурчжении, или иначе их называли нюйчжэни, входили в состав Бохайского государства, а после разгрома его киданями началось объединение чжурчженей, что и привело к возникновению нового государства. Начиная с X–XI вв. известия о мохэ исчезают, и племена называют чжурчженскими. Чжурчжени строили свои поселки на берегах протоков реки. Жилища строили полуподземные, а летом жили в легких шалашах. В более позднее время они стали делать из дерева надземные дома, обращенные дверью на восток. Обогревались дома канами, которые устраивались вдоль стен, и на них хозяева отдыхали. Одевались чжурчжени в одежду из ткани и шкур. Хозяйство чжурчженей было комплексным, но главную роль играли земледелие и скотоводство. Просуществовав более ста лет (1115–1234) Золотая империя пала в 1234 году после тридцатилетней войны с монголами. Города и поселения чжурчженей были уничтожены, погибла часть населения, а многие были угнаны в неволю.

8

КОРЕННЫЕ НАРОДЫ ПРИАМГУНЬЯ До освоения бассейна реки Амгунь русскими и другими народами России на территории, которую занимает наш район, составляющей обширный край в 34 970 тысяч квадратных километров, веками жило местное население, предки нынешних нивхов, негидальцев, эвенков, нанайцев. В 1966 году школьники Михаил и Владимир Бочкарниковы на берегу Амгуни нашли наконечник стрелы, сделанный из кремнистого сланца. Находка была передана академику А. П. Окладникову. По определению специалистов-археологов наконечник относится к среднему каменному веку-мезолиту (8–4 тысячи лет до н. э.), это доказывает, что не менее 6 тысяч лет назад на берегу Амгуни были племена, занимающиеся охотой. Приамгунье имеет многовековую историю. В далеком прошлом в Приамгунье жили предки нивхов (гиляков). Но тунгусские племена, самые закаленные из кочевников тайги, постепенно оттесняли их в низовья Амгуни, Амура. На приамгуньских землях прочно обосновались предки негидальцев и эвенков, а в верховьях Амгуни и южнее — нанайцев. Негидальцы Негидальцы (Негедальцы, Нейдальцы, Нигидальцы, Нишдальцы, Негда, Ылканъ) — тунгусо-маньчжурский народ Приамгунья. В древнейших русских известиях называются лишь просто амгуньскими (Омутскими) тунгусами.

9

На языке эвенков негидальцы означают — береговой (негда), крайний (нгегида). Самоназвание негидальцев — здешний, местный (илкан бэйенин), амгуньский человек (амгуно- бэйенин). Исследователи предполагают, что негидальцы — это эвенки, которые расселились по Амгуни и смешались с народами Нижнего Амура. Наиболее ранние известия о населении реки Амгунь относятся к VII в. В 1682 году в устьях двух притоков Амгуни казаками были построены зимовья. Казаки сообщали о тунгусских пеших и оленьих родах. Подробное описание о жителях Амгуни и ее левого притока можно найти в описаниях А. Ф. Миддендорфа. Менее чем через 10 лет после Миддендорфа реку Амгунь посетили сподвижники Г. И. Невельского — Д. И. Орлов и Н. М. Чихачев, которые видели там стойбища негидальцев, говорящих «на том же языке, что и тунгусы». В 1855–1856 годах проводил исследования на Амгуни Л. Шренк, как и его предшественники, он нашел там лишь негидальцев. Исследователи XIX в. не фиксируют тунгусов на Амгуни. Нет и упоминания о численности жителей Амгуни. Впервые мы узнаем об этом от С. Патканова, опубликовавшего данные переписи 1897 года. В разделе «Селения и стойбища инородцев реки Амгунь» приводится численность негидальцев и тунгусов по стойбищам. Тунгусов он показывает выше Керби, начиная со стойбища Хоян и до Вели, но о тунгусах с реки Сонахи (левого притока реки Амгунь) не говорит. Интересно, что С. Патканов, суммируя «души», получает цифры: негидальцев 195 мужчин и 159 женщин; тунгусов — 61 мужчин и 44 женщин. Но простой похозяйственный подсчет дает несколько иную картину: негидальцев — 223 мужчин и 173 женщины, а тунгусов — 36 мужчин и 30 женщин. Это говорит о том, что среди негидальцев жили и тунгусы.

10

Освоение предками негидальцев бассейна реки Амгунь проходило в процессе перехода от кочевья к оседлости, что и не давало исследователям определить первоночальные места расселения, численность и родовые стойбища. С момента появления предков негидальцев на реке Амгунь они постепенно заселяли долину реки и ее притоки, выходили к берегам крупных и мелких озер. Амгунь связывала отдельные селения и родовые стойбища негидальцев и эвенков, располагавшихся подчас на сотни километров друг от друга. Каждый род имел свои охотничьи и рыбные угодья близ родового стойбища. Часто отдельные семьи селились поблизости от них и насчитывали от трех до пяти человек (Леконда, Михида, Кеурты). В более крупных селениях, насчитывавших до семидесяти человек, объединялись представители различных родов (Каменка, Дальжа, Гуга). Относительная изоляция коренного населения Амгуни прерывается в конце XIX в. с началом освоения золотоносных площадей Приамгунья. Так называемое «пришлое» население состояло в основном из русских, но были и китайцы, корейцы. Исследователями установлено, что все негидальское население на Амгуни в XVII в. делилось на девять родов (по другим данным — двенадцать): муктегирский, аюмканский, альчакульский, торомконский, чукчагирский, ньясекагирский, удданский, чемакогирский, тапкальский. Говорят на негидальском языке, имеющим два диалекта: низовской и верховской (по нижней и верхней Амгуни). Основной формой религиозного сознания негидальцев был шаманизм с остаточными включениями первобытных верований, из которых наиболее устойчивым является анимизм — вера в духов. Центральное место в отношении влияния на судьбу своего рода и каждого его членов отводилось духам трех стихий: 11

неба (бога), тайги (ус) и воды (му), среди которых главенствовал дух Небесной старухи (майин эвэкэ). Ей подчинялись духи — хозяева животного мира (дайами) и водного царства (маси), которые имели власть над духами гор, леса, реки, болота. Последние, в свою очередь, являлись хозяевами обитавших там других духов — животных, рыб, птиц. Почитаемые негидальцами духи олицетворяли в основном животный мир, представители которого — медведь, олень, гагара, сом — одновременно были объектами и промысла, и культа. Все негидальские божества по обычаю делались из дерева. Скульптурные изображения духов-хозяинов тайги (буйун буга) и воды (сангиту) вырезались из толстых стволов лиственницы и делались однажды раз и навсегда. Небесную старуху негидальцы не изображали, лишь на гладкой поверхности лиственницы на родовом мольбище можно было увидеть несколько лиц, вероятно символизирующих ее многочисленность или всевидение. Все остальные изображения духов (сангиви) были меньших размеров и менее рельефны: они олицетворяли потомство (хути) главных божеств. Представители женского пола изображались круглоголовыми, они имели брови, рот, щеки. Представительницы мужского пола имели остроконечную голову, где обозначался только рот и выделялась шея. Каждый негидальский род приносил хозяевам неба, тайги и воды жертвы один-два раза в год, обычно весной и осенью. Жертвенники (алачинки) были постоянными, несмотря на кочевой образ жизни негидальцев. Для устройства алачинки выбирали в тайге крупную лиственницу (тайо), гладко ее обтесывали и на уровне человеческого роста вырезали несколько лиц (дуугду). Тайо являлся центром алачинки. Рядом устанавливали два массивных чурбана — два примитивных скульптурных изображений главных божеств. Большую лиственницу как бы подпирали несколько других, но меньших 12

размеров, это были слуги высших духов. Рядом с тойо сооружались невысокие козлы (дулкухан) с настилом из березовых прутьев для угощения духов. К столу приставляли сэвеки — обструганные палки, обладавшие магической силой и олицетворявшие собой личного или семейного духа-покровителя. На столике раскладывали все то, что составляло провизию охотника. Принесенные охотничьи принадлежности (кроме ружей) складывали у подножья тойо. Религиозные воззрения негидальцев не исчерпывались ритуалом жертвоприношений и заклинаний. Существенным элементом в их представлениях были различные приметы, поверья, запреты (озяви), часть которых была связана с природными явлениями и направлена на их преодоление. Негидалец верил, что если в сильную жару он посвистит (призовет на помощь), то поднявшийся ветер принесет прохладу. Негидальцы были исконными рыбаками и охотниками. У низовской группы в хозяйстве преобладало рыболовство. У верховских негидальцев рыболовство и охота дополнялись оленеводством. Каждый негидалец-мужчина был рыбаком, охотником, хорошо владел различными инструментами, самостоятельно изготовлял различные ловушки, сети, жилые и хозяйственные постройки, нарты и лыжи, деревянную утварь. Кочевой и полукочевой жизненный уклад предпологал его зависимость от внешних условий и хозяйственной деятельности. Охотник-таежник, совершая краткий или длительный переход, вольно или невольно приобретал навыки переноски или перевозки вещей, добычи и снаряжения. Простейшим средством для переноски являлось заплечное приспособление в виде суковатой палки с развилкой и перекладиной внизу, к которым привязывалась поклажа, например, охотничья добыча. Существовал и другой способ переноски тяжести (тэву), для чего изготавливалась деревян13

ная рама с отверстиями в боковых планках, куда продевали веревку или вставляли толстые прутья. Поклажу (добычу) привязывали, и обычно такие носилки несли вдвоем, используя заплечные ремни. Использовали негидальцы также нарты для перевозки дров, воды, добытой дичи и домашней утвари. Женщина умела выделывать шкуры и кожи, шить из них одежду и обувь, украшать их затейливым тонким орнаментом, изготовлять утварь из бересты. Вышивая по ткани, меху, коже или ровдуге, негидальские женщины применяли разнообразные виды крашеных ниток, а также олений волос. В зависимости от основных видов ниток (крапивные, жильные, шелковые) менялась техника вышивки. Мастерицы пользовались прямым стежком, «косичкой», «елочкой», рельефным и петельным швом. Основу местной вышивки негидальцев составляют мотивы и символы растительного и животного происхождения. Хозяйка дома обеспечивала семью заготовленными впрок сушеными рыбой и мясом, съедобными и лекарственными растениями. Одежду и обувь негидальцы изготовляли из местных, а также привозных материалов. Из рыбьей, оленьей кожи, ровдуги, нерпичьих, оленьих, собачьих шкур, лосиных кож и камусов в прошлом шили шубы, куртки, ноговицы, обувь. Зимние жилые постройки низовских негидальцев не отличались от зимников их соседей — нивхов. Наиболее древним постоянным жилищем у негидальцев была полуземлянка, вытянутой прямоугольной формы, углубленной в землю до 50 сантиметров. Стены, выходящие наружу, сложены из наклонно поставленных тонких плах и увенчаны четырехскатной крышей. Два продольных и два поперечных бревна опирались на поставленные на углах четыре столба. На этих же бревнах покоился каркас крыши, состоящий из накатника и наваленной глины.

14

Дверь располагалась на узкой стороне. Освещалась полуземлянка тремя окнами, одно из которых находилось рядом с дверью, остальные на продольных сторонах. Внутри помещения очаг, но без трубы. Дым выходил в отверстие, проделанное в крыше. Малые стены полуземлянки забирались тальниковой решеткой и обмазывались глиной с примесью травы. Такие жилища использовались негидальцами до конца XIX в. Зимники у негидальцев строились каркасные, однокамерные, четырехугольные, прочные. Из толстых бревен постройки со стенами, возведенными с помощью пазовой техники, с двускатными крышами. Вход делали в продольной стороне дома, где отсутствовали теплые лежанки. Каны располагались по четырем сторонам жилища, и лишь около дверей часть стены была свободной. Они представляли собой очаг, обложенный каменными плитами и обмазанный глиной, сверху находились лежанки. Кроме постоянного зимовья негидальцы строили и временные промысловые сооружения полуцилиндрической формы, из 6–10 длинных тальниковых прутьев, установленных дугообразно на прямоугольной площадке на небольшом расстоянии друг от друга. Дуги скреплялись продольными шестами. Так получался каркас, на который накладывалось покрытие из берестяных полос (тисок). Бересту для шитья покрышек снимали большими полосами с деревьев в конце июня, тщательно скоблили ножом с наружной стороны, осторожно снимали верхний слой. После этого бересту сворачивали в трубки и кипятили в воде с пеплом или в слабом рыбном бульоне. После 4–5 часов варки береста (талу) становилась мягкой и эластичной как кожа.

15

Высота такого шалаша незначительная, до 140 сантиметров, но он вмещал от двух до пяти человек. Пользовались этим шалашом рыбаки во время массового хода красной рыбы или охотники, вышедшие на добычу копытных животных. Очаг устраивался за пределами шалаша. Свои жилища охотники устраивали в верховьях небольших речек, где водился пушной зверь. Здесь стояли недолго, по нескольку дней, пока охотники обходили весь район. Были и другие временные зимние постройки (утан-утэн), зимний конусообразный охотничий шалаш, который строился из толстых, плотно поставленных друг к другу круглых брусьев. При постройке сооружения сперва ставили пирамидально две пары основных опорных стоек, связанных попарно вверху врезанными в них горизонтальными шпонками, с парой таких же перекладин. Так вверху образовывалась четыреугольная рама, а весь остов постройки в форме усеченной пирамиды. Утэн был обычно не более 3–4,5 метров в диаметре при такой же высоте. На высоте полутора метров к стойкам крепили перекладину, на которой деревянными крюками подвешивали котлы. Временным жилищем охотников-негидальцев служил односкатный шалаш (калта), изготовленный из кольев и веток, пользовались им в основном в верховьях Амгуни. Теневые навесы (калтан) устраивали только на летних стойбищах (урикит), в небольших, хорошо продуваемых колках. На сучьях деревьев при помощи жердей и лапника делали настил высотой до трех метров, стены с двух сторон закрывали порослью лиственницы. Величина навеса зависела от количества оленей в стаде. У низовской группы негидальцев, хозяйственный уклад которых отличался от верховских, теневые навесы не использовали, так как оленей не держали. На местах рыболовного и охотничьего промыслов они сооружали временные 16

укрытия от дождя и ветра (нело). В землю вертикально вбивали две жердины с развилками на концах. На них клали перемычку, к которой приставляют в наклонном положении нескольких жердей. Полученный свод покрывали берестой или корой. Кроме промысловых построек негидальцы сооружали вспомогательные хозяйственные постройки на местах промысла или у реки, где производилась заготовка впрок рыбы. Важными сооружениями были амбары на сваях. Свайные постройки были нужны для сохранения продовольствия от зверей, грызунов, при неблагоприятных климатических условиях. Строили амбары двух типов — малые и большие. Малые имели четыре сваи, большие — шесть. На передней паре столбов сооружали терраску. На ее основании и задней паре столбов устраивали 5–6 венцов тонких бревен, срубленных в лапу. В передней части имелась дверь, прорезанная во всю длину сруба. Дверь делалась из досок, сбитых двумя планками, и подвешивалась на решетках. Двухскатная крыша амбара покрывалась сеном или корой. В амбаре хранили одежду, различную утварь, охотничьи принадлежности, выделанные шкуры. Другим типом свайного амбара был н, унэйэ такту. На помосте сооружали полуцилиндрический каркас, который был и крышей, и стенами. Для этого клали последовательно пару продольных и поперечных жердей. Продольные жерди клали ближе друг к другу, образуя свод. Полученный остов покрывался пластами коры. Вход в амбар делался в виде щелевого люка в помосте снизу. Входили в амбар по специальному бревну с зарубками. Рядом с постоянным жильем негидальцы устраивали двускатную коптильню (хенакта). Для ее сооружения расчищали площадку, в центре которой выкапывали круглую яму диаметром 70–80 сантиметров и глубиной 15–20 сантиметров.

17

Над ямой в виде двухскатной крыши устраивают из жердей каркас высотой до полутора метров. Его покрывают со всех сторон корой, за исключением входного отверстия, закрываемого брезентом или дощатой дверью. Внутри коптильни, в яме, разжигается костер, дающий достаточного количества тепла и много дыма. Под крышей коптильни, над костровой ямой, устраивают несколько горизонтальных жердей, на которые и развешивали для копчения продукты. Общественный строй негидальцев характеризовался сосуществованием родов и территориально-соседних общин. Роды были малочисленными. Род регулировал брачные отношения, объединял своих членов для совершения религиозных и семейных обрядов. Четко соблюдались обычаи взаимопомощи. Негидальские деревни часто распадались и столь же часто возникали вновь. Менялись их названия и места расположения. Сказывался еще подвижной образ жизни негидальцевохотников. Некоторые селения (Гуга, Сеха, Дальжа) существовали десятилетиями, постепенно превращаясь в традиционные центры негидальского общества. Главными занятиями местного населения были охота и рыболовство. В поисках наиболее богатых угодий скопления зверей, птиц, рыб, хороших оленьих пастбищ коренные жители кочевали с места на место. Еще в середине XIX в. негидальцы при охоте на изюбра, сохатого или медведя пользовались прямыми, а чаще изогнутыми луками (бури) и небольшими стрелами с металлическими наконечниками (богда). Прицельную охоту на болотную птицу или мелкого зверька негидальские охотники вели при помощи самострела (самну) и облегченных стрел (ной). Амгуньцы также применяли приемы таежной охоты с настороженными самострелами, которые устанавливались на звериных тропах. В экипировку охотника входили кожаный ровдужный колчан (кончо) тунгусского образца и большой широкий нож (кото) на длинной рукоятке, заменявший в лесу топор.

18

Средством передвижения служили оленьи и собачьи упряжки, а по воде — легкие берестяные лодки — оморочки. В условиях заболоченной местности, мелких озер и узких проток, спокойного течения реки Амгуни и ее многочисленных притоков так называемый тунгуский челнок отвечал всем требованиям поречного рыболовства. Изготовлялся челнок из коры березы. У челнока имелся только один продольный и три поперечных шва, стянутых оленьими жилами, концы челнока связывались в остроконечный посредством тонких березовых ветвей, а швы замазывались смолою. Практиковалась верховая езда на оленях. Верховой вьючный и нартовый транспорт негидальцев почти ничем не отличался от оленьего транспорта буреинских или зейских эвенков. Лишь для перевозки мягких вещей на олене употреблялись более крупные сумы с украшениями. Некоторые были сшиты из рыбьих кож или шкурок нерпы. Эвенки Эвенки сложились на основе смешения аборигенов Восточной Сибири с тунгусскими племенами, пришедшими из Прибайкалья и Забайкалья. К прототунгусской общности относят глазковскую культуру. Есть основания в качестве непосредственных предков эвенков рассматривать забайкальский народ увань, который, согласно китайским хроникам (V–VII вв. н. э.), обитал в горной тайге к северовостоку от Баргузина и Селенги. Увани не были аборигенами Забайкалья, а представляли собой группу кочевниковскотоводов, пришедшую сюда из более южной местности. В процессе расселения по просторам Сибири тунгусы сталкивались с местными племенами и, в конечном счете, ассимилировали их. Особенности этнического формирования тунгусов привели к тому, что для них характерны три ан19

тропологических типа, а также три различных хозяйственно-культурных группы: оленеводы, скотоводы и рыболовы. На рубеже I–II тыс. н. э. эвенки были рассечены продвижением на север якутов. Восточные эвенки образовали этнос эвенов. Название «тунгус» (идущий поперек хребтов) известно русским с XVI в., а самоназвание «орочел» и «эвен» с XVII в. Традиционное занятие эвенков — охота. Охота производилась преимущественно в одиночку. Группой в два-три человека охотились на крупного зверя, когда надо было гнать его на стрелка, а также на переходах через речки мелких парнокопытных, когда те переходили на новые места. Основная охота была на мясного зверя, пушного били попутно. На охоте тунгусы пользовались луками, рогатиной и устанавливали самострелы и петли. За зверем гонялись или били его на водопойных тропах из засады на деревьях и в лодках. Для выслеживания зверя маскировались, накидывая на себя шкуру с головы оленя, а иногда целую. Важную роль для эвенков играло оленеводство. Оленеводство в основном имело транспортное направление; различались так называемый эвенкийский тип, с использованием вьючных оленей, и ороченский тип, с использованием верховых оленей. Бродячие охотники добывали рыбу с помощью лука и остроги. Зимой старики кололи рыбу через лунки, а летом рыбаки занимались лучением с лодки. На небольших речках устраивали запоры и устанавливали в них корыта и «морды». В рыбалке участвовало много мужчин. К мужским занятиям относились изготовление изделий из дерева, кости и металла, а также изготовление лодки-берестянки (бересту шили женщины), лодки-долбленки и нарт. Женщины выделывали шкуры, шили из них одежду, обувь, покрышки для чума, предметы домашнего обихода. Они обрабатывали бересту и шили из нее посуду, а также «тиски» — берестяные полотнища для чумов и для лодок-берестянок.

20

Мужчины умели украшать узорами деревянные, костяные и металлические вещи, женщины — ровдугу, бересту и меха. На женщинах лежали обязанности ухода за детьми и приготовление пищи. Основное занятие «пеших» или «сидячих» эвенков — охота на оленя, лося, косулю, кабаргу, медведя и др. Позднее распространилась товарная пушная охота. Охотились с осени по весну, по два-три человека. По тайге ходили на лыжах-голицах (кингнэ, киглэ) или подбитых камусом (суксилла). Оленеводы охотились верхом на оленях. Оленеводство имело в основном транспортное значение. Оленей использовали при езде верхом и под вьюк, доили. Преобладали небольшие стада, вольный выпас. После окончания зимнего охотничьего сезона несколько семей обычно соединялись и перекочевывали в удобные для отёла места. Совместный выпас оленей продолжался все лето. Зимой во время охотничьего сезона олени обычно паслись у стойбищ, где оставались семьи охотников. Перекочевки проходили каждый раз по новым местам — летом по водоразделам, зимой по рекам; постоянные тропы вели только к торговым пунктам. У некоторых групп были известны нарты различных типов, заимствованные у ненцев и якутов. Рыболовство имело подсобное, а также товарное значение. По воде передвигались на плотах (тэму), лодках с двухлопастным веслом — долбленых, иногда с дощатыми бортами (онгочо, утуннгу) или берестяных (дяв). Для переправ пользовались лодкой из лосиной кожи на каркасе, сделанном на месте (мурекэ). Была развита домашняя обработка шкур, бересты (среди женщин); до прихода русских было известно кузнечество, в том числе на заказ. Основа традиционной пищи — мясо (диких животных) и рыба. Летом потребляли оленье молоко, ягоды, дикий чеснок и лук. У русских заимствовали печеный хлеб. Основной напиток — чай, иногда с оленьим молоком или солью.

21

Зимние стойбища состояли из 1–2 чумов, летние — до 10, во время праздников и более. Чум (дю) имел конический остов из жердей на каркасе из шестов, покрытый покрышками-нюками из ровдуги или шкур (зимой) и бересты (летом). При перекочевках каркас оставляли на месте. В центре чума устраивали очаг, над ним — горизонтальную жердь для котла. Традиционная одежда состоит из ровдужных или суконных натазников (хэрки), ноговиц (арамус, гуруми), распашного кафтана из оленьей шкуры, полы которого связывались на груди завязками; под него надевался нагрудник с завязками сзади. Женский нагрудник (нэлли) украшался бисером, имел прямой нижний край, мужской (хэлми) — углом. Мужчины носили пояс с ножом в ножнах, женщины — с игольницей, трутницей и кисетом. Одежда украшалась полосками козьего и собачьего меха, бахромой, вышивкой конским волосом, металлическими бляшками, бисером. Общины эвенков объединялись летом для совместного выпаса оленей и проведения праздников. Включали несколько родственных семей, насчитывали от 15 до 150 человек. Были развиты формы коллективного распределения, взаимопомощи, гостеприимства и т. п. Например, до XX в. сохранился обычай (нимат), обязывающий охотника отдавать часть добычи сородичам. В конце XIX в. преобладала малая семья. Имущество наследовалось по мужской линии. Родители обычно оставались жить с младшим сыном. Брак сопровождался уплатой калыма или отработкой за невесту. Были известны левират, в богатых семьях — многоженство (до 5 жен). До XVII в. было известно до 360 отцовских родов численностью в среднем по 100 человек, управляющихся старейшинами — «князьцами». В терминологии родства сохранялись черты классификационной системы. Сохранялись культы духов, промысловые и родовые культы, шаманизм. Существовали элементы Медвежьего празд22

ника — обряды, связанные с разделкой туши убитого медведя, поеданием его мяса, захоронением костей. Христианизация эвенков проводилась с XVII в. Фольклор включал песни-импровизации, мифологический и исторический эпос, сказки о животных, исторические и бытовые предания. Эпос исполнялся речитативом, часто в исполнении принимали участие слушатели, повторяя отдельные строки за сказителем. Отдельные группы эвенков имели своих эпических героев (сонинг). Постоянные герои — комические персонажи были также у бытовых рассказов. Из музыкальных инструментов известны: варган, охотничий лук и др., из танцев — хоровод (хейро, сэдьо), исполнявшийся под песенную импровизацию. Игры носили характер состязаний в борьбе, стрельбе, беге и др. Были развиты художественная резьба по кости и дереву, обработка металла (мужчины), вышивка бисером, у восточных эвенков — шелком, аппликация мехом и тканью, тиснение по бересте (женщины). В хозяйственном отношении эвенки заметно отличаются от других народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Прежде всего, они — охотники-оленеводы. Эвенк-охотник проводил верхом на олене добрую половину своей жизни. Были у эвенков и группы, охотившиеся пешком, но в целом именно верховой олень — главная визитная карточка этого народа. Охота играла ведущую роль у большинства территориальных групп эвенков. Охотничья сущность эвенка ярко проявляется даже в таком второстепенном для него деле, как рыболовство. Эвенки — настоящие дети природы. Их называют следопытами таежных троп. Они — великолепные охотники. Луки и стрелы в их руках становились высокоточным оружи23

ем. Эвенк способен поразить цель за триста метров. Были у эвенков особые, «поющие стрелы» с костяными свистунками, которые завораживали зверя. Но волка эвенк не тронет — это его тотем. Ни один эвенк не оставит без внимания волчат, если они вдруг окажутся без родительской опеки. Рыбалка для эвенка — та же охота. Главными орудиями рыбного промысла у них долгие годы были охотничий лук с тупыми стрелами, которыми рыбу глушили, и острога — разновидность охотничьего копья. По мере истощения фауны значение рыбного промысла в жизнеобеспечении эвенков стало возрастать. Оленеводство эвенков — таежное, вьючно-верховое. Практиковался вольный выпас, доение важенок. Эвенки — прирожденные кочевники. Протяженность кочевок охотниковоленеводов достигала сотен километров в год. Отдельные семьи покрывали расстояния в тысячу километров. Эвенки вели кочевой образ жизни охотников-оленеводов. Стойбища эвенков в зависимости от сезона подразделялись на: зимние, весенне-осенние и летние. В одном стойбище селились обычно семьи, находившиеся в родственных отношениях. В составе осенне-весеннего стойбища стационарный чум — голомо, каркас которого изготовлен из полубревен и покрыт лиственничной корой. Остов чума состоял из 25–40 шестов, установленных по кругу и связанных вверху. Опирались они на 2, 4 или 6 основных шестов, расположенных внутри. Покрышки чума делали из выделанной шкуры оленя, бересты, коры лиственницы. Нижнюю покрышку шили из 6–10 шкур, верхнюю — из 2–4 шкур. Летние покрышки — «тиски» шили из кусков бересты, снятой с 2–3 деревьев. Очаг в чуме 24

находился в центре, дым выходил через верхнее отверстие. Над очагом крепили длинный поперечный шест для подвешивания на очажном крюке котла или чайника. Внутри чум делился на три части: правая — женская половина, левая — мужская, часть противоположная входу предназначалась для гостей. Установкой чума занимались женщины. При перекочевках эвенки брали с собой только покрышки, оставляя остов в неразобранном виде. На новом месте устанавливали новый остов. Недалеко от входа в чум располагали настил из жердей на сваях высотой около 1,5 метров. Рядом стоящие деревья спиливались и тщательно ошкуривались, в них вырубались пазы, на которые устанавливали толстые поперечные жерди, на них клался накатник из более мелких жердей. На таком лабазе (дэлкэн) хранили вещи первой необходимости: посуду, продукты, одежду, орудия труда. Поверх них настилали невыделанные шкуры на случай дождя, чтобы вещи не намокли. Эвенкийскими амбарами для хранения продуктов и вещей являлись лабазы ноку — деревянные срубные избушки с двускатной крышей, крытой лиственничной корой. Сруб устанавливали на сваях высотой от 1 до 2 метров. Залезали на лабаз, используя бревно с выдолбленными в нем ступенями. Делалось это для того, чтобы звери не растащили вещи и продукты. Ошкуренные сваи были гладкими, и грызуны не могли на них забраться, а дух от продуктов и вещей не стелился по земле. По дневникам исследователей Сибири, в случае нападения врагов или диких зверей тунгус залезал на лабаз и там держал оборону, отстреливаясь из лука и коля противника копьем. Так что лабаз ноку первоначально был не только хозяйственной постройкой. Для пассивной охоты на пушного зверя вблизи стойбищ ставили капканы (пасти-ловушки), называвшиеся лангами. Основу летнего стойбища составляют переносные ровдужные чумы, костер-дымокур для защиты оленей от гну25

са, приспособления для сушки и ремонта сетей, для снятия жира со шкур животных, а также примитивная кузница. Эвенки — искусные мастера народных промыслов, причудливо сочетают мех, бересту, дерево и, как ни странно, — бисер. Практически вся утварь, одежда эвенков украшается бисером. Бисер используется в ритуальных обрядах шаманов и даже является частью упряжи оленей; превосходное украшение на голову для оленей. Практическое использование одежды не мешало украшать ее шариками и кружками из мамонтовой кости, бисером, бусами. На старинной одежде и бытовых предметах встречается бисер. Одежда, сумки украшались росписью и вышивкой, подшейным волосом оленя или полоской бисера по контуру росписи, что подчеркивало силуэт. Если использовалась вышивка, то, как правило, располагалась она по швам и краям одежды, чтобы мешать проникновению злых духов в одежду. Эвенкийский орнамент строго геометричен, ясен по структуре и по форме, сложен и по своей композиции. Он состоит из простейших полос, дуг или арочек, кругов, чередующихся квадратов, прямоугольников, зигзага, крестообразных фигур. Разнообразие применяемых при орнаментации материалов, различная расцветка кожи, меха, бисера, тканей тщательно обогащают этот, простой, на первый взгляд, орнамент и придают украшаемым предметам весьма нарядную внешность. В своем искусстве эвенкийские мастерицы издавна широко применяли цветные сукна, ровдугу (тонко выделанную 26

оленью кожу в виде замши), мех оленя, лося, белки, соболя, олений волос, свои собственные красители и цветные нитки, выделанные из оленьих сухожилий. Короткий легкий кафтан, плотно облегающий фигуру, нагрудник, пояс, унты, наколенники, шапки, рукавицы обильно украшаются бисером, вышиваются оленьим волосом и цветными нитками, инкрустируются кусочками меха, полосками кожи и материи различной окраски, покрываются плетениями из ремешков, аппликацией из кусочков цветной ткани и оловянными бляшками. Украшение носит чисто конструктивный характер: все эти обрамления борта, подола, обшлагов, основных швов одежды, выпушки, кантики подчеркивают собой конструкцию вещи и создают богатейшую фактуру. Семантику декора определил культ природы. Круги с точкой в центре и без нее в виде розеток на одежде — это астральные знаки, символы космоса: солнце, звезды, структура мира. Треугольный орнамент — символ женского пола, связан с идеей и культом плодородия, заботой о продолжении человеческого рода, укрепления могущества общины.

27

ЗЕМЛЕПРОХОДЦЫ ПРИАМГУНЬЯ История географического изучения земного шара не знает столь быстрого продвижения в освоении новых земель, чем то, которое мы видим в конце ХVI в., когда русские казаки в течение полувека со времени выдворения за Урал сумели пересечь всю Сибирь и выйти к берегам Охотского моря. История сохранила много имен славных пионеров изучения земель приамгуньских, которым географическая наука обязана первыми известиями об этой обширнейшей части нашей Родины. Более трех столетий назад русские землепроходцы появились на Амуре. Открытие и освоение приамгуньских земель принадлежит плеяде замечательных мореплавателей и землепроходцев: Василию Пояркову (1643), Ерофею Хабарову (1650), Ивану Нагибе (1652). Они сыграли значительную роль в присоединении приамгуньских земель к России. Снаряженный якутским воеводою старшина Василий Поярков, со 130 казаками в 1643–1644 году поднявшись по рекам Алдану, Учуру и Гонаму, перешел через Становой хребет на реку Брянду, по ней стустился на реку Зею (левый приток Амура), а по Зее — в Амур и проплыл все ее течение до устья. Там у гиляков, близ Амгуни, он выстроил острог, где и переждал зиму 1844 года. Эта первая русская 28

экспедиция на Амур не оставила здесь прочных следов своего пребывания. Вследствие своевольства Пояркова туземцы, сначала ласково принявшие русских, до того ожесточились, что отказались от доставления ему продовольствия, и он насилу спасся, добравшись морем с устьев Амура к реке Улье в 1645 году, впадающей в Охотское море. Здесь Поярков опять зазимовал, а весной 1646 года снова перевалил через горы, спустился в Алдан и потом по Лене добрался до Якутска, осенью 1646 года. Итогом тяжелого и кропотливого труда землепроходцев на картосхемах Российского государства в XVII в. появились первые упоминания о реке Амгунь и землях приамгуньских. В 1649–1650 годах казацкий атаман Ерофей Хабаров, предводительствуя 70 человеками вольницы, отправившись из Якутска и затем следуя вверх по Олекме и Тунгиру, проник на Амур, спустившись на него по реке Урку. Хабарову принадлежит честь занятия Амура, начав свое завоевание разрушением Даурских городков, он в два года занял почти все течение Амура и первый появился с флотилией на нем. Ерофеем Хабаровым основан Албазин, сначала острог, а затем город, названный так по имени даурского князя Албазы.

29

В 1665 году восстановлен и укреплен Албазинский острог сотней беглых под предводительством Никифора Черниговского. Он становится центром Приамгунья. Албазинские воеводы Пашков и Толбузин неоднократно посылали своих казаков для сбора ясака с буреинских, амгуньских и тугурских тунгусов. Три столетия назад отряд казаков по приказу албазинского воеводы Толбузина от Амура по притоку Бурее, перевалив Буреинский хребет, вышел на Амгунь. Дремучая вековая тайга, стремнины рек, горные вершины, непролазные болота, абсолютное бездорожье не остановили землепроходцев. Прорубая топорами вековую тайгу, делая плоты и лодки, преодолевая речные завалы и перекаты они вступили в Приамгунье. Здесь их встретило многочисленное кочевое население — предки современных негидальцев, эвенков, нанайцев. Местное население переживало период первобытнообщинного строя. Местное население никому не платило налоговых сборов (ясака), это доказывало, что Приамгунье было свободной территорией и не входило в какое-либо государство. Для закрепления за Россией обширного Приамгунья землепроходцы строят первые русские строги: УстьНимиленский, Усть-Долонский, Тугурский (у Бурукана). Названия первых постоянных поселений свидетельствует о том, что местом застройки землепроходцы выбрали междуречье, у истоков крупных притоков Амгуни, магистральных путей перекочевок местного населения. Из Албазина отряд выступил в 1681 году и к 1683 году все буреинские, амгуньские и тугурские племена были подчинены российскому государству. Так все Приамгунье впервые становится частью России. Амгунь и ее притоки постоянно меняли и меняют свое русло. Это красноречиво подтверждают старицы и заросшие травой многочисленные изгибы рек. За столетия деревянные остроги успели полностью сгнить. Остатки срубов, 30

возможно, смыты рекой. Точное место нахождения первых острогов еще предстоит научно доказать. Но название острогов дают предположительное их местонахождение. Еще в 1682 году албазинцы вырвали согласие от нерчинского воеводы Федора Воейкова на «воровское» дело, а позже, боясь осложнений с Китаем, нерчинский воевода прислал распоряжение, отменяющее данное было им разрешение. Вот потому заспешил Гаврил Фролов с друзьями со сборами в поход. Дождавшись, когда воевода Афанасий Байдон с пятью казаками уехал на дальнюю засеку проверить прочность укреплений, подправить и заменить сгнившие бревна. Образовавшаяся партия в 61 человек казаков и промышленников под начальством Гаврилы Фролова стала спешно собираться в дальний поход. В одну из трех многовесельных лодок загрузили загодя приготовленные припасы продовольствия, оружие и порох, свинец, а также товары для обмена с аборигенами: отрезы сукна, огниво, ножи, олово, котлы, топоры и всевозможные безделушки. Проверив на загруженность лодки, Гаврил дал команду отплывать, оставшиеся казаки и промышленные люди, кто отказался идти в «воровской» поход, махали руками на прощанье, желали успехов и скорого возвращения.

31

Скрылся из виду острог, опоясанный высоким тыном из нетесаного леса. Пропали из виду походников медные пушки, что поблескивали своими стволами на верхних площадках сторожевых башен. Походы казаки любили. Одних интересовали новые открытия и новые земли, других привлекала нажива, третьих — относительная свобода в походах. Но всех их объединяла одна потаенная мысль: вдруг да представится возможность в чем-либо отличиться, а благодаря этому дослужиться до более высокого чина — десятника, а может, и до пятидесятника…… На привалах, что делали с наступлением ночи, после сытного ужина да крепкого чая казаки собирались у костра, чтобы послушать бывалого промышленного человека Федора, что родом был из-под Московии. Он единственный, кого пощадила лихоманка за годы, кто остался в живых из участников похода с албазинским воеводой Толбузиным на Амгунь. В низовьях Амур принимает в себя много притоков и лишь у самого устья — крупный левый приток — Амгунь. Амгунь протекает в широкой долине, среди заболоченных таежных лесов. Казакам сразу бросились в глаза знакомые деревья по ее берегам.

32

Они находили здесь лиственницу, ель, березу, осину, тальник. Федор-москвитянин, гладя шершавый бок березы, приговаривал: «У меня на родине она маленько не такая, но в этой по весне сок слаще и приятней!». На одном из привалов казакам посчастливилось набрести на покинутое зимнее стойбище местных жителей. Осторожно, словно боясь своротить чум, казаки проникали вовнутрь жилища. Щупали руками нары, которые нагревались идущими от очагов глиняными трубами. Заглядывали в котлы, вмазанные по обеим сторонам входной двери. Пробовали на прочность жерди, что были растянуты под потолком чума, на которых оставалась висеть зимняя одежда хозяев. Посоветовавшись, решили делать ночлег тут. Лишь на вторые сутки обнаружили небольшую группу местных охотников, они наблюдали за передвижением больших лодок. Причалив к берегу, казаки, набив переметные сумки товарами, полезли на высокий берег, где стояли пять одетых в меха человек. Федор что-то сказал охотникам, те радостно закивали головами в ответ, а затем жестом руки показали, что надо следовать за ними вглубь леса. Через несколько минут все вышли 33

на огромную поляну, где и располагалось стойбище. Один из охотников что-то крикнул своим сородичам, они обернулись и пошли навстречу. Впереди, гордо держа голову, двигался степенный человек, за ним группа мужчин, а позади шли женщины, у которых под ногами путались малые ребятишки. Несколько юношей держали в руках копья и луки. Вождь что-то сказал им, и они опустили оружие на землю. Федор-москвитянин поприветствовал вождя, охотников. Они обменялись репликами. Молодежь по приказу вождя принесла ворох шкур. А казаки положили на землю свои товары. Начался обмен. После торга вождь пригласил походников на обед. Угощение состояло из кусков вареной рыбы и мяса, ягоды и сушеной черемши. Казаки принесли мучных лепешек и соли. Еду запивали речной водой. Федор при трапезе выспрашивал у вождя, где ему найти другие племена и их летние стоянки. Интересовался, когда был здесь последний человек с товарами. Пытался также узнать, кем и когда было разгромлено Усть-Нимиленское зимовье, построенное русскими казаками. Дав казакам отдохнуть после трапезы, Гаврил Фролов приказал 34

всем собираться в обратную дорогу. Походников пошли провожать всем стойбищем. Полны воды Амгуни рыбой всякой, берега зверем и птицей, всевозможными съестными припасами. Хорошо дышится на амгуньских просторах. Спокойно на душе у атамана. Полны лодки всяких диковинных шкур. Люди, рискнувшие пойти с ним на «разбойное» дело, здоровы и довольны, нет больных. Сменит воевода албазинский Афанасий Байдон гнев на милость… К концу дело шло. Осень сдавала свои позиции. По утрам не хотелось выбираться из-под теплых навесов. Гаврил Фролов с товарищами подумывал о зимовке, чтобы весной следующего года отплыть в обратный путь в крепость Албазин. От местных жителей казаки слышали, что сохранилось на Амгуни Усть-Долонское зимовье. Так и держали курс три многовесельные лодки. Как-то под вечер, когда высматривали для себя место ночлега, увидели на правом берегу ярко пылающие костры, а на якорях покачивались две большие лодки. Приказав держать оружие наготове, боясь встречи с маньчжурами, стали приближаться к берегу. И каково было удивление всех, когда услышали родную речь. Это были якут35

ские казаки из Тугурского острога, посланные на Амур для сбора ясака. А привел их на Амгунь Дмитрий Мокрошубов, прослышав о вольных племенах, кочующих по берегам Амгуни. Загорелись казаки мечтой обложить ясаком оленьи племена. Тугурские казаки обрадовались встречи с албазинцами. Закатили пир. Угощали друг друга самыми дорогими припасами, что остались после утомительного перехода. Костры горели всю ночь, котлам не давали остыть. Каша сменялась чаем, а чай опять кашей. Говорили до утра, кто о чем. Утром следующего дня, после восхода солнца, не попив даже чая, тугурские казаки снялись с места. Вместе с ними ушли двадцать человек, прихватив одну из лодок. До первых снегов предстояло много работы. Казаки трудились в поте лица. Подновили зимовье, отрыли новые завалы, обнесли зимовье частоколом, соорудили лабазы и навесы. Заготовляли рыбу, мясо, грибы, ягоды, орехи. Готовили все впрок. С наступлением холодов, а, особенно, когда выпал снег, атаман в лес в одиночку никого не отпускал. В худшем случае — двое, или трое. А в основном группой по пять-семь человек. У каждого за плечом ружье. В морозы 36

уходили на промысел сохатых, мясо в основном и служило пищей для казаков. Длинные зимние вечера коротали у печи. Вспоминали родной дом, оставшихся там родственников и друзей. …Два месяца зимы и три месяца весны предстояло прожить казакам в Усть-Долинском зимовье. А там… нелегкий путь в Албазин… Л. Светлов «Поход на Амгунь» Отрывок из исторической были Один из острогов Усть-Нимеленский находился, вероятней всего, вблизи райцентра (с. П. Осипенко), возможно, на возвышенности на правом берегу Амгуни, ниже Владимировки, а второй — выше по Амгуни на Нилане (Усть–Долонский), там в советский период было стойбище Долокон. Наши предки любили строить свои крепости на возвышенных местах, чтобы со сторожевой вышки (башни) было видно дальше. Недалеко от Нерчинска 29 августа 1689 года завершились переговоры и подписан договор о территориальном разграничении и установлении мирных отношений между Русским государством и Цинской империей. Это был первый в истории России и Китая договор о межгосударственных отношениях. По Нерчинскому трактату 1689 года Амурский край был уступлен Китаю, границей которой считалась линия по рекам Аргуни, Шилке, Горбице и вдоль вершин Станового хребта до Охотского моря.

37

Приамгуньские земли становятся на 160 лет ничейной территорией. Но русское влияние на Приамгунье не затухало. Несмотря, однако, на это, русские промышленники с берегов Шилки и Аргуни ежегодно ходили для рыбной ловли и охоты на Амур и проникали иногда до Уркана и Гилюя. Беглые преступники и старообрядцы укрывались от надзора начальства на Амур и спускались далеко вниз по его течению. Ссыльный Васильев трижды плавал до устья Амура, и каждый раз маньчжуры выдавали его нашим властям. Часто русских убивали маньчжуры и тунгусы, но Васильев, сделавший по Амуру с 1815 по 1826 года в течение 12 лет более 20000 верст, не был убит туземцами. Промышленники и торговцы из Якутской области, из Олекминска и Удска переваливали Становой хребет и спускались на покати Зеи, Селемджи, Буреи, Амгуни и Тугура для мены с туземцами: тунгусами, орочонами, гольдами и гиляками. Усердием русских были установлены часовни для крещения инородцев: Буруканская на Тугуре, Буринская на Долникане, приток Буреи, и Инканская на реке Инкане, приток Селемджи. Эти часовни имели свои годовые праздники, ко времени которых съезжались инородцы и купцы для торговли, как на ярмарки. Таким образом, сношения сибиряков с потерянным по договору Амурским краем продолжались постоянно, хотя и без ведома русских и китайских властей. Великая Северная экспедиция (1733–1743) В 1733–1743 году проводилась Великая Северная экспедиция и состояла из семи самостоятельных отрядов. Отряд Петра Никифоровича Скобельцина и Василия Шатилова, перед которым была поставлена задача отыскания удобного речного пути от Верхнеудинска до Охотска, входил в состав Верхнеудинско-Охотской экспедиции. Согласно особому указанию Витуса Беринга, путь отряда не должен был проходить по реке Амур из-за возможных осложнений с Цинской империей.

38

Петр Никифорович Скобельцин родился в 1702 году. Происходил из старинного дворянского рода. В январе 1715 года, тринадцати лет от роду, был принят в Московскую математико-навигацкую школу. В конце 1718 года, овладев основными предметами, перевелся в геодезический класс Морской академии Санкт-Петербурга. В 1723 году получил чин геодезиста, после чего был отправлен для картографирования Сибири и сбора сведений по Предбайкалью, Забайкалью и другим сибирским провинциям. Начиная с 1734 года, участвовал во Второй Камчатской экспедиции Витуса Беринга. Целью Скобельцина была изучение малоизвестных тогда бассейнов Амура, Уды, Тугура, Шилки, Горбицы, что было важно для разграничения России и Китая. По Нерчинскому договору 1689 года граница России и Китая в Приамурье шла по левому притоку Шилки, реке Горбице. Вдоль российско-китайской границы были размещены пограничные караулы и установлены маяки. Команда под руководством П. Н. Скобельцина определила координаты 63 пограничных знаков. Умер Петр Никифорович Скобельцин в 1762 году.

39

В 1775 году императрица Екатерина II повелела отправить на Амгунь партию казаков. Это повеление было исполнено в 1777 году. Отряд казаков в составе 30 человек прибыл на Амгунь и построил Амгуньский острог. Приамгуньское население вновь было обращено в российское подданство. Но обстоятельства сложились так, что казачий отряд вынужден был покинуть Приамгунье. Приамгуньские земли были окончательно возвращены России мирным путем в 50–60 годах ХVIII в., согласно заключенным договорам между Россией и Китаем: Айгуньскому –1858 года и Пекинскому — 1860 года.

16 мая 1858 года генерал-губернатором Восточной Сибири Н. Н. Муравьевым заключен договор с Дайцинским государством (Китаем) о присоединении левого берега Амура к России и о совместном с Китаем владении береговой полосой между Уссури и Восточным океаном. Первая статья этого договора гласила: «Левый берег реки Амура, начиная от реки Аргуни до морского устья реки Амура, да будет владением Российского государства, а правый берег, считая вниз по течению до реки Уссури, владением Дайцинского государства; от реки Уссури далее до моря находящиеся места и земли, впредь до определения по этим местам границы между двумя государствами, как ныне да будут в общем владении Дайцинского и Российского государства; всех же прочих ино40

странных государств судам по этим рекам плавать не должно. Находящихся на левом берегу реки Амура от реки Зеи на юг, до деревни Хормолдзинь, маньчжурских жителей оставить вечно на прежних местах их жительства, под ведением Маньчжурского правительства, с тем чтобы русские жители обид и притеснений им не делали». Весь ход вековой истории подтверждает, что наше Приамгунье никогда не входило в состав Китая. Об этом подробно говорит история русско-китайских отношений прошлых веков.

1 июня 1858 года был заключен промежуточный Тяньцзинский договор. Договор подписали — комиссар России в Китае вице-адмирал Е. В. Путятин и князь Гун (Айсиньгёро Исинь), сводный брат Дайцинского императора. Этим договором устанавливалось, что «неопределенные части границы между Китаем и Россией будут без отлагательства исследованы на местах доверенными лицами от обеих правительств, и заключенное ими условие о граничной черте составит дополнительную статью к настоящему контракту». Этот договор значительно расширил политические и торговые права России и Китая.

41

Огромное, принципиальное значение для определения российско-китайской границы на Дальнем Востоке имел Пекинский дополнительный договор, заключенный генералмайором Н. П. Игнатьевым с цинским уполномоченным великим князем Гун.

2/14 ноября 1860 года в Пекине заключен дополнительный договор с Китаем, окончательно утвердивший за Россией владение берегами Восточного океана от Уссури до границ с Кореей и подтвердивший силу Айхуньского и Тяньцзинского трактов, с указанием границы на всем протяжении смежных китайских и русских владений. Этим документом подтверждались все положения Айгуньского и Тяньцзинского договоров. Детальное изучение и исследование началось в 1844 году. Пионером в этом деле следует назвать русского естествоиспытателя и путешественника академика Александра Федоровича Миддендорфа (1815–1894). Прежде всего, необходимо отказаться от привычки превращать биографии знаменитых путешественников и первооткрывателей Приамгунья в своеобразные модернизированные «жития святых». Наша обязанность отображать их такими, какими они были на самом деле — со всеми их достоинствами и недостатками. Нельзя более мириться с тем, что некоторые популяризаторы-компиляторы оказались не в ладу с подлинными документами ХVII в. и упорно цепляются за различные несостоятельные стереотипы. Только при тщательном, строго объективном изучении архивных источников можно и нужно выяснить истину.

42

Экспедиция А. Ф. Миддендорфа и В. В. Ваганова Все для дела, ничего для славы… А. Ф. Миддендорф Миддендорф Александр Федорович (1815–1894) Его путешествие по Приамурью положило начало присоединению Амура к России; уже в 1850 году стал академиком Петербургской Академии наук. Девизом всей жизни А. Ф. Миддендорфа стали сказанные им слова: «Все для дела, ничего для славы…». В 1842 году русская Академия наук поручила А. Ф. Миддендорфу организовать экспедицию в Северную и Восточную Сибирь. Перед ним были поставлены две проблемы: изучение жизни Таймырского полуострова и исследования вечной мерзлоты. Начав экспедицию в начале 1843 года, А. Ф. Миддендорф и его сподвижники в марте 1844 года достигли Якутска и, наконец, от Якутска, где ученый занимался изучением вечной мерзлоты, вышли к побережью Охотского моря. Здесь, по первоначальному плану экспедиция должна была завершить свой путь, исследовать Шантарские острова в Охотском море и повернуть обратно. По Уде на байдарке к Удской губе Охотского моря. Далее на байдарке двинулись на восток вдоль берега моря. Двигаясь далее к востоку, А. Ф. Миддендорф и Ваганов открыли полуостров Тохареу, который «в виде языка» впадает в залив Академии и разделяет его на заливы Ульбанский и Усальгин43

ский (теперь Николая). Восточнее на материке А. Ф. Миддендорф открыл хребет Мевачан, вернувшись к устью реки Тугур, в начале октября 1844 года. Осенью 1844 года в маленьком поселении Удской острог А. Ф. Миддердорф оставляет своего слугу и помощника М. Фурмана, якобы для проведения метеорологических наблюдений в течение всего года, а остальных членов экспедиции отправляет назад в Якутск. Сам же с геодезистом Вагановым Василием Васильевичем, несмотря на приближающуюся зиму, решает идти к устью Амура. Снарядили олений караван и поднялись по реке до ее крутой излучины, открыв восточнее короткий хребет Магу (100 км), а западнее другой, позднее названный Тугурским (около 100 км), перешли на реку Нимелен (система реки Амгуни). А оттуда по одному из его западных притоков достигли 52 градусов северной широты, северного продолжения почти меридианного Буреинского хребта. Это был хребет Дуссе-Алинь (длина 150 км, высота 2175 м) который «на всем протяжении узок, высок и усажен коническими вершинами». По пути к западу от Немилена А. Ф. Миддендорф видел горы, отличающиеся значительной высотой и крутизной склонов (Ям-Алинь, длиной 180 км и максимальной высотой 2295 м). Закончив исследования в южной части Охотского моря, А. Ф. Миддендорф, вместе со своим спутником геодезистом В. В. Вагановым, прошел по бассейну Амгуни и непосредственно Керби, вплоть до ее истоков. Василий Васильевич Ваганов (1820– 1850/51) начав службу в 1835 году рядовым, к 1849 году был уже в числе лиц, приближенных к генерал-губернатору Восточной Сибири Н. Н. Муравьеву, и даже был тем представлен в свои адьютанты.

44

В 1850 году получил секретное поручение провести тайную рекогносцировку правого берега Амура в северной Монголии, в августе того же года перешел реку Аргунь около Цирухайтуя и, по дошедшему вскоре до русских властей известию, погиб. Вверх по Тугуру дорога шла в известное в том краю торговое место — урочище Бурукан. У Бурукана экспедиция оставила Тугур, переехала на реку Немилен, впадающую посредством реки Амгунь уже в Амур, и переправились через нее недалеко от урочища Хамыкань, чтобы попасть прямой дорогой на верховья ее притока Керби. Верховья Керби близко подходят к истокам реки Буреи, и 19 октября А. Ф. Миддендорф перевалил через высокий перевал огромного хребта Буреинского в долину Буреи. Путешественники спустились по ней до устья Нимана, а по нему и его притокам прошли в бассейн Селемджи и далее по Амуру и Аргуни на Нерчинск, а оттуда вернулись в Иркутск. По возвращении в Петербург Миддендорф выступил с отчетом о своей экспедиции в Сибирь. Он сообщил, в частности, и о присутствии в китайском Приамурье тунгусов (эвенков), свободно перемещающихся как по северным, так и южным склонам пограничного с Китаем хребта и признающих себя подданными России. Рассказал он также о единичных знаках, установленных, по его мнению, китайцами в качестве пограничных. Знаки эти находились далеко к югу от водораздельного хребта, принимавшегося по Нерчинскому договору за границу государств. Во время экспедиции А. Ф. Миддендорф побывал в районе рек Немилен и Амгунь у негидальцев и описал их быт. Его внимание привлекло их своеобразное искусство, осо45

бенно художественное исполнение нагрудника, головные уборы и обувь, а также кисеты из выделанной тюленьей шкуры, футляры для ножей, сделанные из хвоста рыбы, изделия из бересты. Это путешествие по приамгуньской тайге тропами, стремнинами рек Немилена и Керби, связанное с риском для жизни, нашло свое отражение в трудах академика «Путешествие на Север и Восток Сибири». Экспедиция А. Ф. Миддендорфа собрала огромный материал о климате, районах вечной мерзлоты, фауне и флоре, орографии и гидрографии северо-западной части нашего района. А. В. Миддендорф открыл эпоху замечательных путешествий, показав своим примером, как много может сделать ученый, если он, не щадя своих сил, рискуя самой жизнью, идет неведомыми тропами. «Самовольное» изменение маршрута экспедиции и продолжение исследований, если мы вспомним положение Нерчинского трактата о границе между Россией и Китаем, проходящей по гребню Станового хребта, делает понятным, что обратный путь экспедиции пролегал по территории Китая. По возвращении в Россию они должны были бы подвергнуться наказанию за совершенные действия, способные вызвать межгосударственный конфликт. Произошло же совсем иное. Унтер-офицер корпуса военных топографов В. В. Ваганов был произведен в офицеры, а А. Ф. Миддендорф отправил императору Николаю I «высочайшее воззрение» — записку о том, что территория к югу от Станового хребта фактически не принадлежит Китаю и должна быть присоединена к России. Сведения, собранные А. Ф. Миддендорфом, оказались совершенно неожиданными и заставили по-новому взглянуть на вопрос об Амуре как удобном водном пути и желательной для России границе с Китаем.

46

Иван Васильевич Щеглов пишет в своей книге «Хронологический перечень важнейших данных из истории Сибири 1032–1882», изданной в Иркутске в 1883 году: «…Его путешествие в местности, принадлежащей к бассейну р. Амура, замечательно и в другом отношении: на обратном своем пути здесь Миддендорф нашел истинную границу русских владений по омбонам (пограничным знакам), с которых он снял надписи и представил при своем отчете правительству, засвидетельствовав, вместе с тем, что вся область к северу от Амура пустынна и фактически не принадлежит Китаю. Открытие это повлекло за собой вскоре же снаряжение сюда двух экспедиций под начальством Агте и Невельского: первой — сухопутной, для исследования на материке, чтобы определить истинную границу России с Китаем, а второй — морской, для исследований устьев Амура…». Секретная Забайкальская экспедиция (1849–1852) Агте Николай Христианович (1816–1867) Николай Христианович Агте родился в 1815 году в Херсонской губернии. После учебы в Харьковском 47

университете поступил на военную службу, будучи зачисленным в кирасирский полк, носивший имя Великой княгини Елены Павловны. Служба в полку продолжалась недолго, вскоре молодой офицер поступает в недавно созданную академию Генерального штаба, по окончании которой направляется в распоряжение оренбургского генерал-губернатора графа Василия Алексеевича Перовского. Затем была первая командировка в Забайкалье, потом участие в проверке положения границы между Россией и Норвегией. И, конечно же, Забайкальская экспедиция. Для проверки сведений А. Ф. Миддендорфа правительство России решило отправить две экспедиции: морскую к устью Амура под командованием Г. И. Невельского и сухопутную, которую возглавил подполковник российского Генерального штаба Николай Христианович Агте. К моменту подписания указа о снаряжении Забайкальской экспедиции в начале 1849 года никаких сведений, заверенных топографическими работами, о левобережье Амура не существовало. Забайкальская экспедиция, проходившая одновременно с действиями Невельского, не получила такой известности. Сама задача экспедиции — обследование сухопутной границы с Китаем — с присоединением Приамурья утратила политическую актуальность. И только специалисты знали, что создание первой подробной карты стало возможным, прежде всего, благодаря топографо-геодезическим работам Забайкальской экспедиции.

48

Несмотря на «бесполезность» Амура, правительство считало, что пояснить вопрос о реальном контроле Китаем территории Приамурья необходимо, но действовать нужно осторожно, в обстановке секретности, чтобы не вызвать дипломатических осложнений. Формирование Забайкальской экспедиции началось весной 1849 года. Руководителем был назначен полковник Генерального штаба Агте Николай Христианович. Главная цель — обследование границы с Китаем на всем ее протяжении с проведением глазомерных съемок и определением астрономических пунктов. В состав экспедиции были включены: ассистент Дерптской обсерватории Шварц и два унтер-офицера Корпуса военных топографов, топограф 1-го класса Карликов и топограф 2-го класса Крутиков. Для геологического изучения территории в состав экспедиции были откомандированы с алтайских заводов горные инженеры и поручики М. И. Кованько и Н. Г. Меглицкий. В 1850 году первоначальный план экспедиции был откорректирован, но по-прежнему содержалось требование не нарушать границу с Китаем — «…При всех этих исследованиях поступать с крайней осторожностью, дабы не возбудить внимания и опасений китайцев. Поэтому при осмотре Станового хребта надлежит разыскания по горной части делать только на северной покатости оного… Исследовать направление хребта, не переходя, однако же на южную его сторону. Равным образом и в Удской полосе не переходить за реку Тугур… О местах же, далее лежащих, стараться собрать верные сведения теми путями, какие найдены будут удобнейшими, без возбуждения внимания китайцев…». Работы экспедиционных отрядов охватили пространство, расположенное и южнее границы. Это связано как с невозможностью буквально следовать инструкции в реальных условиях передвижения вдоль пограничных хреб49

тов, так и, по-видимому, под влиянием известий, поступавших с устья Амура. Все говорило о том, что китайские власти в эти края и не заглядывали, особенно в горные районы, ограничиваясь передвижением по судоходной части рек. Личный состав экспедиции: Агте Николай Христианович (1816–1867) — руководитель экспедиции. Шварц Л. Э. (1822–1894) Людвиг Эдуардович Шварц, окончил Дерптский университет в 1846 году и был назначен ассистентом Дерптской обсерватории. В 1849 году вступил астрономом в экспедицию для исследования Забайкальского края. Вычислениями по произведенным им разного рода наблюдениям в экспедиции он занимался до 1854 года. Через год после окончания Забайкальской экспедиции в 1854 году Шварц вернулся в Сибирь в качестве начальника Математического отдела Сибирской экспедиции Географического общества. В 1863 году был командирован министерством народного просвещения с научной целью за границу на два года и по возвращении в 1865 году приобрел при Дерптском университете степень магистра астрономии. С 1866 года был утвержден астрономом-наблюдателем Дерптской астрономической обсерватории. В 1871 году получил степень доктора астрономии и в конце 1872 года стал ее директором. В 1874 году он вновь посетил Забайкалье, чтобы в Кяхте, Чите и на Нерчинском заводе проводить астрономические наблюдения Венеры.

50

Меглицкий Н. Г. (1825–1857) Николай Гаврилович Меглицкий, геолог, горный инженер. В 1841–1846 годы учился в Горном институте и был назначен на службу в Алтайский горный округ. Руководил золотопоисковой партией по р. Таштып, пристав Риддерского рудника. Оставил службу из-за разногласий с начальством округа. В 1849 году назначен в Забайкальскую экспедицию для геологических исследований. Уже вскоре после Забайкальской экспедиции зарекомендовал себя выдающимся ученым-геологом. В 1854 он совместно с А. И. Антиповым занимался изучением Южного Урала. Считается, что именно Меглицкий составил первое описание горы Магнитной. Умер он молодым, на лечении в Веймаре, «от последствий тяжелого ревматизма», подорвав здоровье в экспедициях. Кованько М. И. (1823–1874) Матвей Иванович Кованько, дворянин из полтавских казаков, штабс-капитан. В 1845 году закончил Институт корпуса горных инженеров в Петербурге, командирован в округ Нерчинских заводов для осмотра золотых промыслов Газимурско-Воскресенской дистанции и приисков цветных камней, расположенных по рекам Унде, Урульге, осмотра копей в Адун-Челонском крае. Участник Забайкальской экспедиции. После Забайкальской экспедиции побывал на разных должностях и завершил свою карьеру в чине статского советника управляющим химической частью Санкт-Петербургского монетного двора. Ушел в отставку в 1872 году. Военные топографы: Крутиков С. В. Крутиков Степан Васильевич, военный топограф.

51

После окончания работ в Забайкальской экспедиции продолжил службу в Корпусе военных топографов. В 1853–1854 годах он составил «Карту Юго-Восточной Сибири», основанную на материалах Забайкальской экспедиции. Карликов В. Е. Карликов Василий Ефимович, военный топограф. Исследовал Байкал, прошел в 1851 году от реки Горбицы до Удского острога по Становому хребту и обратно. Кроме маршрутов, предусмотренных планом экспедиции, выполнял весной 1852 года секретное поручение «в земле манегров», вероятно, с поисками на правобережье Амура пропавшего топографа В. В. Ваганова. Карликов и Меглицкий составляли также для генерал-губернатора Муравьева орографическую карту (карту рельефа) Восточной Сибири. Аргунов А. А. (1825 – не ранее 1871) Аргунов Алексей Андреевич, маркшейдер. Из горнозаводских служителей Нерчинских заводов. В службу вступил в 1846 году маркшейдерским учеником и в Забайкальскую экспедицию был определен чертежником в звании канцелярского служителя. За свои труды в экспедиции был произведен в первый чин коллежского регистратора (14-й класс) и вышел на пенсию в 1862 году в чине коллежского секретаря (10 класс). В 1871 году было опубликовано письмо А. А. Аргунова в Сибирское отделение географического общества, где он перечисляет свои находки золота и серебросвинцовой руды во время работы Забайкальской экспедиции.

52

Руководители горных работ (штейгеры): Зверев А. Ф. Зверев Аверилий Фомич, штейгер, из солдатских детей, окончил Нерчинское горное училище в 1829 году со званием промывального ученика, работал на золотых промыслах. На должность штейгера, соответствующую унтер-офицерскому чину, он был переведен в 1841году. В 1850 году находился в Алданской партии Кованько. Дудин И. Дудин Иван, штейгер Карийских промыслов Нерчинского округа, унтер-шихтмейстер. Был зачислен в экспедицию весной 1851 года и в составе отряда топографа Карликова прошел вдоль пограничных хребтов. В этом маршруте он собрал самые первые материалы, характеризующие геологию Амуро-Ленского водораздела. Его коллекция поступила для обработки в распоряжение Меглицкого. До 1 августа того же года проводил горнопоисковые работы на золото в районе Удского острога, а затем вернулся в Нерчинские заводы вместе с отрядом Карликова. Пестриков К. Х. Пестриков Киприян Харламович, сын горного мастера, окончил Нерчинское горное училище в 1833 году со званием штейгерского ученика. В Забайкальскую экспедицию определен в 1850 году, в Алданскую партию Кованько. На должность штейгера он был переведен уже во время работы экспедиции, в 1851 году. Основной объем горных работ в Удском крае был выполнен под его руководством. Весной-осенью 1852 года, при завершении работ экспедиции, К. Х. Пестриков и подчиненные ему нижние горные чины прошли из Удского острога на Алдан (Токская партия), а затем в верховья Тимптона и далее в Горбицу (Тюмтенская партия).

53

Низшие горные чины: Белованский В. А. Белованский Василий Андреевич, сын ссыльнокаторжного, в службу поступил промывальным учеником в 1838 году, горный служитель с 1843 года. Жилин С. М. Жилин Семен Михайлович, сын горного служителя Нерчинских заводов, в службу вступил рудоразборщиком 3-й статьи в 1835 году, горный служитель с 1840 года. Козлов К. З. Козлов Константин Зиновьевич, горный служитель Карийских золотых промыслов. Принимал участие в открытии серебросвинцовой руды на р. Купури в маршруте Аргунова. Открыл россыпное золото на реке Большой Агон. Косых Я. Косых Яков, горный служитель Карийских золотых промыслов. Принимал участие в открытии серебросвинцовой руды на р. Купури в маршруте Аргунова. Нефедьев С. Нефедьев Семен, горный служитель Карийских золотых промыслов. Принимал участие в открытии серебросвинцовой руды на р. Купури в маршруте Аргунова. Панфилов Д. Панфилов Дат, горный служитель Карийских золотых промыслов.

54

Куделин П. Е. Куделин Прокопий Евдокимович, сын горного служителя Нерчинских заводов, в службу вступил рудоразборщиком 3-й статьи в 1845 году. Горный служитель с 1848 года. Открыл россыпное золото на реке Большой Агон. Сапунов Я. Е. Сапунов Яков Ефимович — лекарский ученик. Казаки: Скобельцын Г. Д. Скобельцын Гавриил Дмитриевич, из Горбицы, личность историческая. Поступил в казачью службу в 1849 году и в 1850 был направлен в Алданскую партию Кованько. В 1851 году находился в отряде топографа Карликова, в 1852 году выполнял секретное поручение по поискам топографа В. В. Ваганова на правобережье Амура. «Записка Г. Д. Скобельцына» была опубликована в 1894 году в «Историческом вестнике», том 58. Его воспоминания содержат также описание водных сплавов по Амуру, в которых он позднее принял активное участие. Портнягин Г. И. Портнягин Григорий Иванович Шестаков Шестаков — казачий урядник, работал с топографом Крутиковым. Уваровский Уваровский, помощник в экспедиции Меглицкого (возможно, его денщик) 55

Проводники аборигены (тунгусы): Сафронов К. Сафронов Киприан — тунгус-проводник (орочен из якутов), работал с топографом Карликовым. Бадрянов К. Бадрянов Кирик — тунгус Кангаласского улуса Боягинского наслега, специалист по изготовлению лодок. С поздней осени 1851 года до весны 1852 Шварц Л. Э. и Крутиков С. В. проводили топографические съемки района, расположенного к югу от Селемджинского хребта, пограничного с Китаем, в верхнем течении рек Селемджи, Буреи и Амгуни. Отряд Шварца вышел из Удского острога в свое «большое путешествие к трем часовням» 19 ноября 1851 года. Маршрутная съемка в этом отряде была доверена А. А. Аргунову. Шварц продолжил астрономические определения опорных пунктов. Именно эти его определения должны были позволить в дальнейшем, при обработке материалов экспедиции, построить первую достоверную карту региона. Пройдя через долину Галама, вверх по Шевли, и перейдя водораздел, отряд вышел к Инканской часовне на правобережье Селемджи. Затем маршрут пролег на юго-восток в систему Буреи. На левобережье Буреи, в верховьях Дубликана находилась Буреинская часовня. От Буреинской часовни отряд направился к истокам Буреи и, пройдя вверх по правой составляющей этой реки, вышел к водоразделу верховьев Селемджи и левых притоков Амгуни — Керби и Нимелена. Спустившись по Нимелену и повернув далее на север, отряд вышел к Буруканской часовне на Тугуре. Отсюда А. А. Аргунов возвратился в Удский острог, а Л.Э Шварц продолжил исследования вниз по Тугуру до Охотского побережья. Отсю56

да предстояло еще пройти на восток к устью Амура для соединения геодезических работ Забайкальской экспедиции со съемками морских офицеров экспедиции Г. И. Невельского. Недостаток времени не позволил осуществить этот план, «особым приказанием» Шварц был отозван с устья Тугура в Удской острог, куда и прибыл 2 апреля 1852 года. Крутиков С. В. отправившийся из Удского острога в середине октября, проводил съемку в районе, еще более удаленном от базы экспедиции, дойдя в своих исследованиях до нижнего течения Буреи и Кульдурских минеральных источников в верховьях Биры. Отсюда отряд проследовал на восток, через бассейн верхнего течения Тырмы, и достиг реки Урми. Далее вверх по Урми на север отряд вышел к верховьям Амгуни в том месте, где река резко меняет направление своего течения с преобладающего южного на северо-восточное. Отряд Крутикова прошел маршрутом вниз Амгуни до устья Семитки (280 верст), почти сомкнув свою съемку с рекогносцировочными работами мичмана Н. М. Чихачева. С Амгуни, двигаясь на север по Нимелену на Тугур, отряд вышел к Буруканской часовне, откуда возвратился в Удский острог. Забайкальская экспедиция завершилась в конце 1852 года. За четыре года исследованиями была охвачена огромная территория. Осенью 1852 года Н. Х. Агте возвратился в Иркутск, докладывал о результатах своей экспедиции генерал-губернатору Восточной Сибири Муравьеву. 22 апреля 1853 года Н. Х. Агте и Н. Н. Муравьев доложили царю об итогах экспедиции. В свете происходившего на Нижнем Амуре особое внимание царя привлекли данные, продемонстрированные Агте на карте, составленной экспедицией. Главным содержанием работ экспедиции было изучение огромной, совершенно необжитой, труднодоступной территории, составление первой топографической карты, сбор ма57

териалов по геологии и полезным ископаемым. Шаг за шагом преодолевали участники экспедиции тысячи и тысячи верст необозримого горно-таежного пространства, разбираясь в хитросплетениях водоразделов и речных долин. Тайга расступалась и смыкалась за ними. С годами исчезли следы их таежных стоянок, но осталась созданная ими карта. Геологические материалы, к сожалению, остались, в основном, вне поля зрения науки того времени. Данные о золотоносности были учтены в дальнейших работах, но без упоминания имен первооткрывателей. После экспедиции Н. Х. Агте еще некоторое время продолжал службу, вернувшись в кавалерию. Принял участие во время Крымской войны 1853–1855 в Финляндии, в составе Абосского отряда. Назначенный после войны в 1857 году начальником штаба 2-й кирасирской дивизии, он 1-го января 1859 года вышел в отставку по болезни в чине генерал-майора. Умер Н. Х. Агте в 1867 году и был похоронен в родовом поместье матери, деревне Седнёвка, при Ильинской церкви в Херсонской губернии. Амурская экспедиция (1850–1855) Может, так же стоял день-деньской, не сказав ни единого слова, у Петровской косы Невельской, чья звезда поднимается снова. Петр Комаров Невельской Геннадий Иванович (1813–1876) Среди необъятных лесов Костромской губернии были разбросаны небольшие поместья. В одном из таких 58

поместий, деревне (сельце) Дракине, и родился Геннадий Иванович 23 ноября 1813 года. Невельские — древний дворянский род. Отец — моряк в отставке. Среди родственников будущего адмирала, как с отцовской, так и материнской стороны, также было немало военных моряков, и мальчик мечтал стать морским офицером. Рассказы бывалых моряков о кругосветных путешествиях и морских баталиях волновали его, тревожили воображение. Успешно закончив Морской кадетский корпус, он много лет служил на Балтике. Молодого офицера ждала блестящая карьера. К 33 годам Невельской получил два ордена, имел чин капитан-лейтенанта. Г. И. Невельской, занявшись амурским вопросом, решил послужить отечеству на Дальнем Востоке. Доставка груза от Кронштадта до Петропавловска заняла 8 месяцев и 23 дня. Это плавание имело и другое значение. По распоряжению А. С. Меньшикова Н. Н. Муравьеву от- вечал 25 августа 1848 года, что он уже «поручил отправившемуся на транспорте «Байкал» в Охотск флота капитан-лейтенанту Невельскому, дабы он поспешил прибыть 59

в Петропавловский порт к половине мая 1849 года и, сдав там привезенный груз, отправился немедленно к Сегнекинскому мысу для подробного осмотра юго-восточных берегов Охотского моря…». Выгрузив доставленные тюки и ящики из трюма транспорта «Байкал», Невельской держит курс на Сахалин и затем входит в Амурский лиман… В деле изучения, заселения и присоединения Приамгунья к России выдающаяся заслуга принадлежит отважному русскому мореплавателю, исследователю и ученому Геннадию Ивановичу Невельскому и его сподвижникам, участникам амурской экспедиции — Дмитрию Ивановичу Орлову, Николаю Константиновичу Бошняку, Николаю Матвеевичу Чихачеву. Г. И. Невельской доказал, что эти земли никогда не входили в состав какого-либо государства. Серьезно занимаясь морским делом, Г. И. Невельской хорошо знал историю русского мореплавания. Подвиги Пояркова, Хабарова и других землепроходцев, открывших для России Приамурье, увлекли его, и когда он глубже вник в суть дела, то понял, какое экономическое и политическое значение имеют для России эти земли. Г. И. Невельской также детально ознакомился с материалами плаваний француза Ж. Ф. Лаперуза (1787) и англичанина У. Р. Браутона (1793), которые утверждали, что Сахалин полуостров, а устье Амура несудоходно. Их выводы подтверждал и наш известный мореплаватель И. Ф. Крузенштерн. Проанализировав материалы путешествий Лаперуза, Браутона и Крузенштерна, Г. И. Невельской сделал вывод об ошибке мореплавателей. К тому же, в этом убеждало его 60

и то, что еще в «Атласе Российской Академии наук», изданном в 1745 году, Сахалин был показан островом, а об Амуре как о великой реке говорили в своих сказаниях русские землепроходцы. Г. И. Невельской с помощью Ф. П. Литке добивается назначения его командиром транспорта «Байкал» — шхуны вместимостью 250 тонн, отправлявшейся в плавание на Камчатку. Итак, Невельской уходил в плавание, имея на руках инструкцию от генерал-губернатора Восточной Сибири. Самое главное — инструкцию, утвержденную царем, он должен был получить в Петропавловске-на-Камчатке. Старшим офицером транспорта «Байкал» был Петр Васильевич Казакевич, вторым лейтенантом — Александр Карлович Гревенс, мичманами — Алексей Федорович Гейсмар и Эдуард Васильевич Гроте, а штурманами — поручик корпуса флотских штурманов Александр Анатольевич Халезов и поручик корпуса флотских штурманов Лев Александрович Попов. Врачом экспедиции был Владимир Г. Берг. Среди офицеров числился еще юнкер князь Константин Александрович Ухтомский. Команда была укомплектована русскими матросами и унтер-офицерами: боцман Иван Иванов, подшкипер Жиганов, фельдшер Дементьев, писарь 2-го класса Сидоров. Унтер-офицеры: Войтехович, Макрушев, Лысаков, мастеровой унтер-офицер Родошевский, матросы-рулевые Иван Подобин, Ка61

пустин, Лауристин, Анучин. Матросы-марсовые: Шестаков, Петров, Андерсен, Предин, Умов, Камнев, Михайлов, Гречухин; матросы 1-й статьи: Горбунов, Попов, Лебедев, Забелин, Подобин, Волынцев, Котов, Конопцев. Матросы 2-й статьи: Митюхин, Орлов, Залуцкий, Новограблин, Солонов. Рядовые: Семенов, Пупков, Гаврилов. Крепостные слуги офицеров: Николай Тяпкин и Евлампий Андреев. К ним нужно присоединить трех алеутов, взятых в Петропавловске для управления байдарами, с которых предполагалось проводить исследования: Попков, Яранский, Свининский. В августе 1848 года «Байкал» отплыл из Кронштадта и в мае 1849 года прибыл на Камчатку. Сокращая стоянки в портах, Г. И. Невельской выиграл в пути два месяца. Их-то он и намеревался использовать для исследований. Поскольку официального разрешения он не имел, так как царь Николай I, опираясь на данные предыдущих исследователей этого края, признал Амур без достаточных к тому оснований «не имеющим значения для России» и повелел: «Вопрос об Амуре как о реке бесполезной оставить». Сдав груз в Петропавловске, Г. И. Невельской в июле 1849 года двинулся к северному входу в Амурский залив. Первые же дни плавания показали неверность имевшихся карт и необходимость дополнительного картографирования Охотского моря. Однажды ночью транспорт «Байкал» чуть не налетел на берег Сахалина, до которого на карте оставалось около 15 миль. Только бдительность и опыт капитана спасли судно.

62

Исследовав восточное побережье Сахалина, Г. И. Невельской обошел остров с севера и начал промеры глубин вдоль его западного берега. Несколько раз «Байкал» попадал в очень опасные положения, так как сильные течения и неравномерные глубины то и дело грозили шхуне сесть на мель. Туманы и ветры мешали съемке. Но «Байкал» упорно пробивался на юг, отыскивая лиман Амура. И в конце июня транспорт бросил якорь в его северной части. Первые попытки пройти через лиман к Амуру и разыскать удобные фарватеры, ведущие к устью реки, показали, что задача эта далеко не простая. Идти на судне в неизученные воды лимана было опасно. Поэтому Г. И. Невельской послал туда две шлюпки. Одна из них под командованием мичмана Э. В. Гроте, следовавшая вдоль берега Сахалина, наткнулась на отмель, которая тянулась далеко на запад. Гроте ошибочно принял ее за перешеек, соединяющий Сахалин с материком, и тем самым вроде бы подтвердил выводы Лаперуза, Браутона и Крузенштерна. Естественно, это очень расстроило Г. И. Невельского, который был глубоко убежден в обратном. Вторая же шлюпка, которой командовал лейтенант Казакевич, следовала вдоль материкового берега и вошла в устье Амура. Промеры показали, что глубина здесь от 4 до 10 фут. Г. И. Невельской несказанно был обрадован сообщением П. В. Казакевича, с 18 членами экипажа на трех шлюпках отправился на исследование устья реки. Поднимаясь вверх, они сделали много промеров и убедились, что Амур в этой части судоходен и доступен для входа больших судов. После пятидневного плавания по Амуру экспедиция отправилась вдоль материкового берега на юг. Участники экспедиции решили плыть до тех пор, пока перешеек не помешает дальнейшему движению. Плавание, преисполненное опасностей и лишений, продолжалось 22 дня.

63

Оно закончилось выдающимся открытием — вместо перешейка в самом узком месте между Сахалином и материком был обнаружен пролив. Об этом Г. И. Невельской писал: «22 июля 1849 года достигли того места, где материковый берег сближается с противоположным ему сахалинским. Здесь-то, между скалистыми мысами, названными мною Лазарева и Муравьева, и низменным мысом Погиби на Сахалине вместо найденного Крузенштерном, Лаперузом, Браутоном и в 1846 году Гавриловым (штурман, командовавший здесь небольшим судном РоссийскоАмериканской компании) низменного перешейка мы открыли пролив шириной в 4 мили и с наименьшей глубиной 5 сажен……». Сделав это важное географическое открытие, Г. И. Невельской повел «Байкал» вдоль материкового берега на север. Исследователи описывали берега и проводили промеры глубин. Оказалось, что существующие карты настолько искажены, что часто получалось, что «Байкал» плывет по суше. В январе 1850 года Г. И. Невельской вернулся в Петербург, где доложил о сделанных им открытиях правительству. Но к его сообщениям отнеслись недоверчиво, и в дальнейшем исследование Амура категорически запретили, разрешив ему только организовать на юго-западном берегу Охотского моря зимовье для торговли с местными жителями. В том же 1850 году Г. И. Невельской снова отправился на Дальний Восток и на берегу залива Счастья, севернее устья 64

Амура, заложил зимовье, которое назвал Петровским. Несмотря на запрещение, Г. И. Невельской с небольшим отрядом матросов пошел вверх по Амуру. В 75 километрах от его устья он нашел место, где могли совершенно безопасно зимовать морские суда. Кроме того, он убедился, что вверх по течению реки на протяжении 100 километров «приамурские землицы», принятые под «цареву руку» русскими землепроходцами Поярковым и Хабаровым 200 лет тому назад, и поныне находятся вне сферы влияния других государств, в том числе и пограничного Китая, т. е. оставались свободными — «ничейными землями». Эти обстоятельства побудили отважного исследователя сделать решительный шаг и нарушить строгий запрет царя «не касаться Амура». Первого августа 1850 года в 35 километрах от устья Амура Г. И. Невельской основал пост Николаевский (ныне город Николаевск-на-Амуре) и в присутствии местного населения (нивхи, эвенки, негидальцы) поднял русский флаг. В Петербурге действия Г. И. Невельского вызвали бурю негодования. Было решено разжаловать его из капитанов 1-го ранга в матросы, а пост Николаевск упразднить. Однако генерал-губернатор Восточной Сибири Н. Н. Муравьев сумел убедить Николая I в великом значении для России вновь приобретенного края, и царь на уже подписанном министрами решении о разжаловании Г. И. Невельского наложил резолюцию: «Где раз поднят русский флаг, он уже спускаться не должен», а поступок Г. И. Невельского назвал благородным и патриотическим.

12 февраля 1851 года по докладу Г. И. Невельского состоялось решение правительства об организации Амурской экспедиции, начальником был назначен произведенный в капитаны I ранга Г. И. Невельской, которой, однако, не разрешалось предпринимать каких-либо дальнейших действий. В инструкции Николая I указывалось, чтобы никаких новых территорий на Дальнем Востоке не занимать. Царские мини65

стры, особенно министр иностранных дел К. В. Нессельроде и военный министр А. И. Чернышев, все еще считали, что берега Амура принадлежат Китаю, и посылка туда русской экспедиции может, по их мнению, осложнить дипломатические отношения России с Китаем. А между тем Китай в то время на эти территории никаких претензий не предъявлял. Главной задачей Амурской экспедиции было: во‑первых, установить дружеские отношения с местным населением и, во‑вторых, изучить природу присоединенных к России территорий (в том числе исследовать направление Хинганских гор, чтобы уточнить границу с Китаем). Базой экспедиции стало Петровское зимовье. Отсюда начались исследования Приамурья, Приуссурийского края и Сахалина. Г. И. Невельской и его сподвижники и верные помощники обследовали и нанесли на карту огромные, никем еще не исследованные пространства. Было основано несколько русских постов. Итак, инструкция снова была нарушена Г. И. Невельским, и царское правительство решило приостановить бурную деятельность беспокойного исследователя. В 1855 году его вызывают в Петербург и назначают членом Ученого совета морского технического комитета. Эту горькую «пилюлю» немножко подсластили, присвоив Г. И. Невельскому звание адмирала и назначив ему персональную пенсию. Так Г. И. Невельской был устранен от исследований Дальнего Востока. В последние годы своей жизни Г. И. Невельской написал книгу «Подвиги русских морских офицеров на крайнем востоке России 1849–1855 гг.», в которой отражена героическая эпопея исследований Дальнего Востока, но вышла она в свет уже после смерти автора. Труды Амурской экспедиции подвели черту, завершив собой, целую историческую эпоху, начало которой было положено русскими землепроходцами и мореходами первой половины XVII в.

66

«Жизнь-подвиг» Орлов Дмитрий Иванович (1806–1859) Если рассказывать историю Амурской экспедиции с самого начала и до конца, то это значит рассказать историю жизни и деятельности на Дальнем Востоке Дмитрия Ивановича Орлова. Верный и неутомимый помощник Г. И. Невельского, он безвыездно оставался в составе Амурской экспедиции по день ее ликвидации и совершил много выдающихся и удивительных путешествий по Приамурскому краю, Сахалину. Дмитрий Иванович родился в 1806 году в семье канцелярского служащего в старинном портовом городе на Балтийском море Ревеле (Таллин). К сожалению, точную дату рождения Д. И. Орлова выяснить не представилось возможным, как и обнаружить его портрет. В 1817 году его зачислили в Кронштадтское штурманское училище учеником 2 класса. В 1821 году, весной, был произведен в штурманские ученики первого класса. В начале 1821 года в Кронштадте были снаряжены шлюп «Аполлон» и бриг «Аякс» для доставки грузов на Камчатку и в НовоАрхангельск. Штурманским учеником шел на бриге Дмитрий Орлов. В 1824 году Д. И. Орлов на шлюпе «Смирный» опять отправился вокруг света.

67

Весной 1826 года Д. И. Орлов был назначен в экипаж военного шлюпа «Сенявин» под командованием капитан-лейтенанта Ф. П. Литке. В сентябре 1827 года в Петропавловске-на-Камчатке Д. И. Орлов был произведен в чин кондуктора флотских штурманов. Заветная мечта сбылась — 23-летний моряк совершил кругосветное плавание. Богатейшая штурманская практика, знакомство с различными странами и разными условиями плавания помогли ему в дальнейшем отлично справиться с самыми трудными задачами в Амурской экспедиции. За плавание вокруг света на шлюпе «Сенявин» Д. И. Орлов 22 сентября 1829 года был произведен в прапорщики корпуса штурманов. Посещение берегов Русской Америки и Камчатки сыграло решающую роль в продолжение службы Д. И. Орлова. Он попросился на службу в Российско-Американскую Компанию, где и служил до 1849 года. Волей судьбы Д. И. Орлов у мыса Мухтель встретил транспорт «Байкал», где и состоялось его знакомство с будущим начальником Амурской экспедиции Г. И. Невельским. В сентябре 1849 года транспорт «Байкал» под командованием Г. И. Невельского прибыл в Аян. Согласно решению, 68

принятому Г. И. Невельским, В. С. Завойко и утвержденному Н. Н. Муравьевым, Дмитрий Иванович Орлов должен был отправиться к устью Амура, наблюдать там за вскрытием реки, произвести необходимую разведку для основания еще одного русского поселения. Исполняя решение особого комитета, военный губернатор Камчатки В. С. Завойко, отправил из Аяна 23 февраля к устью Амура Д. И. Орлова на 40 оленях с тремя проводниками и с запасами продовольствия на 6 месяцев. Весной 1851 года Дмитрий Иванович находился в устье Амура на левом берегу, он изучал время вскрытия реки ото льда на различных участках, выяснил возможности условия плавания в устьевой ее части и в северной части лимана. Нашел удобные пути от залива Счастья к Амуру.

29 июня 1850 года Г. И. Невельской и Д. И. Орлов основали на косе залива Счастья первое русское поселение, названное Петровским. В августе 1850 года Д. И. Орлову было приказано временно, до весны, снять Николаевский пост, строить Петровское, продолжая исследовать устье Амура и лимана. Осенью этого же года в Петровское, прибыл мичман Н. Ф. Гаврилов на «Охотске», доставил груз и супругу Дмитрия Ивановича Орлова — Харитону Михайловну с дочкой Сашей. Транспорт «Охотск» остался зимовать. Под началом Д. И. Орлова началась заготовка леса для постройки казарм. По-прежнему главное внимание Орлов уделял гидрологическим работам. В середине июня 1851 года в Петровское прибыл Г. И. Невельской с основным составом экспедиции. Никогда еще на косе залива Счастья не собиралось столько народа. На плечи Дмитрия Ивановича легли самые различные заботы: он 69

руководил строительством помещений, распоряжался строевой службой матросов и казаков, помогал семейным осматриваться на необжитом месте, вел переговоры с местными жителями и выполнял множество других дел. После того как Г. И. Невельской укрепил Николаевский пост, а Н. М. Чихачев и П. Попов произвели рекогносцировку южной части лимана, Д. И. Орлов и Н. М. Чихачев летом 1851 года совершили большое путешествие на шестивесельной шлюпке вверх по реке Амгунь, во время которого детально ознакомились с ней, а также собрали первые сведения о жизни местных жителей, речных и сухопутных путях. Путешествие это прошло быстро и вполне благополучно, чему в немалой степени способствовало умение Д. И. Орлова находить общий язык с местными жителями. От жителей были получены подробные сведения о течении реки Амгунь, ее истоках. Осень-зима 1851–1852 годов прошли в непрерывных разъездах по огромной территории северного Приамурья. Несомненно, что только большой опыт, физическая закалка, хорошее знание местных условий позволили Д. И. Орлову в такие короткие сроки совершить эти путешествия. В январе 1852 года Д. И. Орлов опять отправился в северные районы нижнего Приамурья. Ему предстояло окончательно убедиться в истинном направлении Хинганского хребта, посмотреть, есть ли какие-либо, возможно, не замеченные раньше пограничные знаки на пространстве хребта до моря, а также проверить справедливость слухов о русских беглых людях, будто бы живущих в отрогах Хинганского хребта. Добравшись на собаках до селения Нимелен, Д. И. Орлов переменил средства передвижения. Ехать вперед можно было только верхом на оленях. На счастье, в Нимелене в это время находились тугурские жители, двое из которых согласились провожать путешественника в Тугурский край к истокам реки Уда. На сборы по70

требовались сутки. Собственно говоря, отсюда-то и начались новые места, которые Д. И. Орлову предстояло осмотреть. Шел 11-й день его командировки. Продвигаясь в направлении Хинганского хребта, Дмитрий Иванович вскоре вышел к истокам реки Тугур, перевалил через отроги и очутился у реки Никон, а затем достиг верховья реки Уда. Отсюда Д. И. Орлов добрался до истоков реки Керби и направился обратно в селение Нимелен, а 18 февраля возвратился в Петровское. С августа 1852 года и до окончания Амурской экспедиции Д. И. Орлов занимался изучением земель приамурских. За время Амурской экспедиции Дмитрий Иванович обследовал низовья Амура и Амгуни, открыл ряд озер — Чля, Орель и другие, водораздельные хребты между системами рек Амгунь, Тугур и Уда. … Давно все офицеры и начальник Амурской экспедиции Г. И. Невельской покинули Дальний Восток. Правда, некоторые дослуживали второй пятилетний срок, а Дмитрий Иванович все еще не собирался никуда уходить. В Петровском проживала вместе с ним и многодетная семья. В зиму 1857–1858 годов, уже в чине штабс-капитана, Дмитрий Иванович Орлов руководил Механическим заводом и горной командой Николаевского поста, а в навигацию 1858 года был командиром парохода «Аргунь». Из послужного списка Д. И. Орлова видно, что не было ни одного дня, когда бы «Аргунь» стояла без дела. В 1858 году Д. И. Орлов как участник Амурской экспедиции был награжден орденом и пожизненной пенсией, распространенной на его жену и детей. А в следующем 1859 году Дмитрий Иванович Орлов скончался в Николаевске, где и похоронен.

71

В исследованиях Бошняка самое интересное, конечно, личность самого исследователя, его молодость — ему шел тогда 21-й год — и его беззаветная, героическая преданность делу. А. П. Чехов Бошняк Николай Константинович (1830–1899) Николай Константинович Бошняк родился 3(15) сентября 1830 года в селе Ушаково Костромской губернии в семье отставного майора, участника Отечественной войны 1812 года. Когда Г. И. Невельскому стало точно известно об организации Амурской экспедиции, он предложил своему старому знакомому Константину Карловичу Бошняку просить морские власти о назначении его сына Николая, которого он также знал, к себе в Амурскую экспедицию. Николай Бошняк как раз завершал свое образование, которое начал в 1842 году в Морском кадетском корпусе в Петербурге. В 1846 году Бошняк был произведен в унтер-офицеры, а в 1847 году стал гардемарином. Лето он проводил на практике в Финском заливе.

1 июня 1849 года Николай Бошняк стал офицером-мичманом флота. И шел ему двадцатый год.

72

За отличные успехи он был оставлен для продолжения учебы в офицерском классе (из которого впоследствии образовалась Морская академия), по окончании которой 28 марта 1851 года был произведен в лейтенанты с назначением на службу в только что организованную Амурскую экспедицию. Через два года Бошняк в письме к Г. И. Невельскому расскажет о том, как напутствовал его отец при отправлении на Дальний Восток: «Я помню, когда прощался с отцом, что он провожал меня со слезами на глазах, сказал мне: «Будь правдив и лучше сам поплачь, нежели чтобы из-за тебя плакали другие!». И, конечно, имея подобного отца, правда и самопожертвование должны быть девизом Бошняков». Николай Константинович Бошняк навечно вошел в историю исследования Дальнего Востока. Он стал одним из активных участников Амурской экспедиции. В июне 1851 года он был уже в Охотске, а оттуда вместе с первым составом Амурской экспедиции на транспорте «Байкал» и на барке «Шелихов» направился в основанное в 1850 году Г. И. Невельским Петровское. Оттуда к мысу Куегда, в устье Амура, где в августе 1851 года был поднят русский флаг и основан Николаевский пост. С прибытием в низовья Амура Н. К. Бошняк назначается командиром Николаевского поста. Со свойственной ему ки73

пучей энергией и преданностью делу Николай Константинович приступил к возведению первого жилья на необжитом амурском берегу. Он провожал и встречал товарищей — Н. М. Чихачева, Д. И. Орлова, А. И. Воронина, П. Попова, А. П. Березина, направляющихся в разные концы Приамурья. Все они не миновали Николаевска, все они ждали того момента, когда смогут увидеть Бошняка. А Бошняк ждал своего часа, ждал, когда Г. И. Невельской доверит ему самостоятельную экспедицию. И вот, 21 февраля Н. К. Бошняк отправился в первое свое путешествие на Сахалин. Г. И. Невельской очень надеялся на Бошняка и поручал ему и Чихачеву самое ответственное и самое трудное. Ответственным и нелегким было основание поселений в устье Амура. Он стал форпостом русской жизни на Амуре. И этот форпост Г. И. Невельской доверил Н. К. Бошняку. В октябре-ноябре 1852 года Бошняк проложил свой маршрут по Приамурью. По Амуру до устья Амгуни, затем по ней до истоков. Таежная горная река на протяжении более 700 километров была пройдена и изучена. От истоков Амгуни по водоразделу Бошняк вышел к реке Горин, по которой спустился вниз. Затем он обследовал озера Эворон (Самагиров) и Чукчагирское. По реке Ольждикон снова вышел к Амгуни и вновь проделал путь к ее устью. В результате этого похода была изучена вся река Амгунь, а также ряд ее притоков и озер, определены их географические координаты. О местных жителях Н. К. Бошняк писал, что они «вообще кротки, добродушны и привязаны к русским». Зиму 1853–1854 годов Н. К. Бошняк провел в очень тяжелых условиях в открытом им заливе Ходжи (Советская Гавань). Трагедия развернулась во время зимовки, когда из-за незапланированного прибытия двух судов «Николая» и «Иртыша» умерло 29 человек из 90, стала личной трагеди74

ей Н. К. Бошняка приведшая его в дом умалишенных. Ведь из команды самого Бошняка, оставленной на зимовку в Константиновском посту, из 12 человек умерло только двое. А отвечать за исход всех событий зимовки пришлось Бошняку, которому в начале зимовки исполнилось только 23 года. Н. К. Бошняк имел право позже опубликовать следующие слова: «Кому случалось видеть смерть честного русского солдата, тот поймет меня, если я скажу: безбожно и грешно жертвовать их жизнью для личных видов! Но видеть эти святые кончины и не иметь средств протянуть руку помощи несчастному, невольному и больному страдальцу вдвойне ужаснее — я это испытал на самом себе. С тех пор во мне еще более развивалось презрение к людям, если они на подчиненных смотрят как на машину для получения крестов, чинов и прочих благ мира сего». Н. К. Бошняку не помог и отпуск в милую сердцу Кострому. И хотя он смог возвратиться на Дальний Восток, где был зачислен в свиту генерал-губернатора Н. Н. Муравьева и принял участие в сплаве по Амуру, до конца восстановить свое здоровье оказалось невозможным. К физическим недугам постепенно прибавились страдания нравственные. Но все это сказалось несколько лет спустя… В 1856 году по расформированию Амурской экспедиции служба Бошняка на Дальнем Востоке заканчивается. С Дальнего Востока Н. К. Бошняк уходил на корвете «Оливуца». Прибыл в Кронштадт 16 сентября 1857 года.

75

Много лет провел моряк в непрерывной борьбе с суровой природой Дальнего Востока. Много энергии, сил, здоровья было оставлено там. Несомненно и общепринято, что одним из талантливейших сотрудников, непременным условием всех основных дел экспедиции на протяжении всей ее истории является Н. К. Бошняк. Значение работ Н. К. Бошняка в Амурской экспедиции и его роль в ней велика. Н. К. Бошняк с полным правом считается первооткрывателем богатейших каменноугольных сахалинских месторождений. Бошняк определил истоки рек Амгунь и Горин. Открыл и исследовал озера Чукчагирское и Эворон. Он доказал возможность плавания по реке Амгунь. Лейтенант Бошняк был первым начальником Николаевского поста и его первым строителем. Казалось, теперь предстояли заслуженный отдых, спокойная жизнь. Но не так все сложилось в его дальнейшей судьбе … Умер Николай Константинович Бошняк в Италии, в лечебнице для душевнобольных доктора Биффи, где он провел долгих 28 лет, 15 (27) декабря 1899 года, в возрасте 69 лет. Вот так закончилась жизнь амурского героя. Теперь не существует даже его могилы. Родные не сумели воспользоваться разрешением поставить ему памятник на могиле, и по истечении срока этого разрешения, в 1916 году, останки Н. К. Бошняка были перенесены в общее хранилище костей.

76

Главный неутомимый сотрудник Г. И. Невельской Чихачев Николай Матвеевич (1830–1917) Николай Матвеевич Чихачев родился 17(29) апреля 1830 года в имении Добрывичи Новоржевского уезда Псковской губернии. В 1848 году окончил Морской кадетский корпус, получил чин мичмана. До 1851 года служил на различных военных кораблях в Северном и Охотском морях. С 1851 года по 1853 год участвовал в Амурской экспедиции Г. И. Невельского. В 1853 году получил звание лейтенант. С июля 1853 года по февраль 1854 года в должности старшего офицера шхуны «Восток» участвовал в составлении описания побережья Сахалина. С сентября 1853 года по декабрь 1855 года Н. М. Чихачев находился на командных должностях сухопутных и морских сил, расположенных на Амуре. С декабря 1855 года до ноября 1856 года состоял для особых поручений при генерал-губернаторе Восточной Сибири, основав первое долговременное российское поселение на Сахалине — военный пост Дуэ.

77

До июня 1857 года служил исполняющим должность начальника штаба Сибирской флотилии и портов Восточного океана.

2 июня 1858 года Н. М. Чихачеву был присвоен чин капитана 2-го ранга. С октября 1858 по ноябрь 1860 года командует корветом «Вол».

29 августа 1860 года получает чин капитана 1-го ранга. С ноября 1860 по март 1862 года — адъютант Его Императорского Величества, генерал-адмирала великого князя Константина Николаевича. С 1860 года, в течение 22 лет, Н. М. Чихачев — директор «Русского общества пароходов и торговли» и значительно укрепил дела этого общества. 15 ноября 1867 года ему был присвоен чин контр-адмирала. С 1869 года был назначен в Свиту Его Величества. Во время русско-турецкой войны 1877–1878 годов Чихачев был назначен начальником обороны города Одессы и принимал активное участие в военно-морских операциях в устье Дуная. В январе 1880 года Н. М. Чихачеву присваивают чин вице-адмирала. С 1884 года занимает должность начальника Главного морского штаба и одновременно является командиром эскадры в Балтийском море.

78

С ноября 1888 года по май 1896 года Н. М. Чихачев управляющий Морским министерством, получив в январе 1892 года чин полного адмирала. С 1896 года до конца жизни он был членом Государственного Совета. С 1900 года по 1905 год был членом комитета Сибирской железной дороги, а в 1900–1906 годах — председателем Департамента промышленности, наук и торговли Государственного Совета. Скончался в ночь с 1 на 2 января 1917 года и был захоронен в родовом имении Добрывичи Бежаницкого района, куда его тело из Петрограда было доставлено специальным царским поездом. Николай Матвеевич Чихачев — один из активных участников Амурской экспедиции, исследовал Амур, его притоки, озеро Кизи, залив Де-Кастри, прошел на шхуне «Восток» Южным проливом в устье Амура. Впоследствии адмирал, генерал-адъютант, управляющий морским министерством. Мичман Н. М. Чихачев пришел в Амурскую экспедицию с корвета «Оливуца» в 1851 году вместе с топографом Поповым. Они были посланы для наблюдения за южной частью лимана и для подробной съемки берега южного пролива. В этом же году, по прибытии мичмана Н. М. Чихачева из южной части лимана, Г. И. Невельской отправил его вместе с Д. И. Орловым на шестивесельной шлюпке вверх по реке Амгунь, с целью ознакомления с этим большим притоком реки Амура, впадающим в него вблизи Николаевского поста, а равно с целью собирания предварительных сведений от на79

селения о путях, ведущих с этой реки к Хинганскому хребту, откуда она берет свое начало. Невельскому нужны были эти сведения, потому что первое, что Невельской предполагал сделать, — это разрешить пограничный вопрос, т. е. обследовать направление хребта от верховий реки Уда. Посланные офицеры, войдя в реку Амгунь по протоке, соединяющей ее с протокой Пальво, и поднявшись по Амгуни до селения Кервет, 3 октября возвратились в Петровское и донесли Г. И. Невельскому: а) что река Амгунь значительна и судоходна и направление течения имеет вообще северо-восточное; б) по словам туземцев, она выходит из тех гор, из которых берут начало реки Уда, Тугур, Бурея и Зея. Жители селения Кервет (самагиры) называют эти горы Хинга, что значит каменные, большие. Исток реки Амгунь, по их словам, гораздо южнее истоков Уда, Тугура и Буреи. К реке Амгунь близко подходит река такой же величины — Гирин (Горин), которая также берет начало из этих гор (Баджальского хребта), но исток этой последней расположен южнее истока Амгуни. От селения Кервет до упомянутого хребта по Амгуни они ездят на собаках около 15 дней; в) что самагиры ни от кого не зависимы и ясака не платят. Они приняли Чихачева и Орлова весьма радушно и жаловались, что маньчжуры, 80

приезжающие к ним для торговли, обманывают их и делают различные бесчинства, и в заключение просили, чтобы мы перебрались к ним. С ноября 1851 года по февраль 1852 года Н. М. Чихачев проводил исследования на Амуре. Н. М. Чихачев был первым из русских исследователей, проехавших так далеко по рекам Амгунь и Горин и обследовавших эти неизвестные места. Он первым дал нам понять об этих довольно значительных реках. Начиная от селения Каур, расположенного в 15 верстах от устья Амгуни, вышележащая часть течения этой реки заселена негидальцами. В селении Чальбано и Дульбико он нашел семь крестившихся на Бурукане негидальцев, которые немного понимали по-русски. До селения Хало правый берег реки возвышен и частью горист, в этом же селении более возвышен левый берег. По берегу реки много прекрасного строевого леса хвойного и лиственного. От селения Хало и Дульбино найдальцы ездят на большое озеро, лежащее на расстоянии 25 верст к югу от Амгуни. Оно называется по имени обитающих на его берегах жителей озером Чукчагиров. Путь из селения Самар, с реки Амгуни до озера Самагиров (Эворон), проходил (берега озера Самагиров во времена Г. И. Невельского были заселены тунгусскими племенами самагиров), по холмистой равнине, покрытой превосходным строевым лесом, преимущественно кедром. Вообще озера Чукчагиров и Самагиров заслуживают особого исследования. Самагиры проживающие по Горину, а равно и на озере Самагиров, объяснили Чихачеву, что река Амгунь, Горин, Бурея, Тугур, Уда вытекают из Хинганского хребта и что из селения Самагир по реке Амгуни и по прито81

ку ее — речке Ама можно доехать на собаках до подошвы этого хребта за два дня, а из селения Гори — за 4–5 дней, и, наконец, что они слышали, что около реки Амру есть дурные русские, которые подстрекают туземцев убить нас (членов Амурской экспедиции).

28 июля 1852 года мичман Н. М. Чихачев на корвете «Оливуца» направился в Аян, а затем в Иркутск к генерал-губернатору с подробным отчетом. Самоотверженный подвиг Н. К. Бошняка, Н. М. Чихачева, Д. И. Орлова служит нам великим примером честного беззаветного служения Родине. Без этих славных дел Г. И. Невельскому невозможно было бы осуществить и доли того, что совершила Амурская экспедиция. В результате большой исследовательской работы офицеров Амурской экспедиции Г. И. Невельского было проведено географическое описание приамгуньских земель, их рек, стойбищ, озер, хребтов, выявлены ценные природные богатства: наличие строевого леса, изобилие рыб, зверей, пригодность земли к пашне, наличие сенокосов, выпасов. Они в числе первых описали жизнь народов Приамгунья, доказали, что обширное Приамгунье не принадлежит Китаю. И как завершающий итог их труда —приамгуньские земли навечно вошли в состав России. После географических описаний Приамгунья предстояло более детальное изучение его полезных ископаемых, поскольку местные жители землю не рыли, не пахали и не сеяли. Они не имели представления о добыче полезных ископаемых.

82

Край, без сомнения, привлечет множество промышленников, которым на каждом шагу окружающие породы будут отпускать то золото, то серебро … Н. П. Аносов Аносов Николай Павлович (1834–1890) Николай Павлович Аносов, сын знаменитого металлурга П. П. Аносова, родился в Златоусте 12 ноября 1834 года. После окончания Института корпуса горных инженеров 12 июня 1853 года был произведен в поручики и 18 июня назначен на службу в Нерчинские заводы. По прибытии в Иркутск он был оставлен генерал-губернатором Муравьевым Н. Н. в его личное распоряжение и с мая 1854 года состоял в Амурской военной экспедиции. С января 1855 года Н. П. Аносов исполнял должность чиновника особых поручений в Горном отделении Главного управления Восточной Сибири, занимался разведкой и поисками золотоносных россыпей на территории Нерчинского округа. В январе 1857 года получил распоряжение начать подготовку к поискам золотых россыпей по Амуру. Производство в штабс-капитаны состоялось 17 апреля 1857 года.

83

Умер А. П. Аносов в 1890 году 17 сентября, был похоронен на кладбище при Новодевичьем монастыре. В изучение полезных ископаемых большой вклад внес Николай Павлович Аносов. Генерал-губернатор Восточной Сибири Муравьев в состав Амурской экспедиции включил поисковую партию горного инженера Н. П. Аносова. Свои исследования он начал в 1854 году в составе первого военного сплава (Первого амурского сплава). Вернувшись из экспедиции, А. П. Аносов занялся изучением района. Осенью 1857 года Н. П. Аносов получил разрешение на проведение поисковых работ в северной части Приамурья, экспедиции, имеющей своей целью поиск золота. Во избежание дипломатических проблем район поиска был сначала ограничен низовьями реки Амур, территории, подконтрольной России. Золотопоисковая партия, в которой кроме горного инженера Н. П. Аносова и штейгера Тетерина были еще десять рабочих, вышла с Шилкинского завода 18 мая 1857 года. Но ни сам Амур, ни Биджан, ни район озера Кизи не принесли положительных результатов. За два года поисковая партия проделала колоссальную работу, во многих местах обнаружила золото. Н. П. Аносов сделал обоснованные выводы о золотоносности притоков рек Буреи, Амгуни, Зеи, Селемджи и выявил целый золотоносный район. Н. П. Аносов дал положительную оценку о наличии золота в приамгуньских недрах. Это была в основном пешеходная партия. Они проводили геологическую съемку, делали шурфовку, отбирали и промывали породу. В марте 1859 года экспедиция вернулась на Амур.

84

Когда партия удостоверилась, что в прибрежьях Амура нельзя ожидать россыпей, она перешла на север Приморской области, в Удской край. Партия в течение зимы 1857 и лета 1858 года исследовала вершины р. Уды, впадающие в нее реки Половинной и Маи, также часть вершины Зеи — именно рек Купури и Нугу. Они показали большую надежность западных склонов Удских гор и доказали это открытием россыпи по реке Кинлянжак, впадающей в реку Копури. Поисковая партия вернулась в Удской край, в село Удинск. Здесь она снова сформировалась, собралась с силами и направилась к Нерчинскому округу. Идя все горами, по вершинам рек, бегущих из Станового хребта и впадающих в Зею, они прошли весь север Амурского края и благополучно вышли в вершину Амура в ст. Албазин. Н. П. Аносов в «Горном журнале» опубликовал ряд статей, в которых упоминались отдельные золотоносные участки нашего района. В частности, в работах указывалось, что золотоносными реками является Херпучинка, Кайгачан, Керби, Почель и др. Полевой сезон 1859 года Н. П. Аносов провел вместе с Басниным и тремя отрядами в поисках россыпей на Селемдже. Но единственным результатом поисков стало предположение о том, что до месторождения просто не дошли, что золото должно быть в верховьях Дугды, одного из селемджинских притоков, истоки которого лежали на хребте Джагды. Богатый опыт горного инженера принес Н. П. Аносову заслуженную славу первооткрывателя золота в Приамурье. После открытия этих россыпей Аносов на некоторое время отошел от дел: весной 1861 года его направили в загранкомандировку. В Германии, Бельгии, Франции Н. П. Аносов перенимал опыт в области горного дела и металлургической промышленности. Приобретенный опыт впоследствии оказался очень кстати. После командировки Аносов оставил государственную 85

службу и заключил договоры с крупным российским капиталистом греком Дмитрием Бенардаки, купцом Иваном Иконниковым и чиновником Василием Каншиным. Он составил проект работ и чертежей машин для организованной в Приамурье Верхне-Амурской золотопромышленной компании. Н. П. Аносов явился основателем, участником и распорядителем золотопромышленных компаний: Верхне-Амурской, Средне-Амурской и Ниманской. Эти компании продолжали поиск и открывали новые месторождений золота. Перед тем как заняться поисками золота в пользу золотопромышленников, Аносов заключил с ними договоры, по которым ему причиталось вознаграждение за каждый пуд добытого с открытых им площадей золота. И это вознаграждение было значительно ощутимей и жалования горного инженера, и пенсии, получаемой им за открытие россыпей в Нерчинском округе. Каждый добытый на Васильевском прииске пуд золота приносил ему четыреста рублей серебром — две трети годовой пенсии, назначенной государством. Да золото давали и другие прииски… Можно было не работать. И Аносов покинул Дальний Восток. Теперь он будет приезжать сюда уже в качестве хозяина, контролирующего добычу на собственных приисках. С 1870 года он снова на государственной службе, чиновник по особым поручениям при Ученом комитете Министерства финансов. И одновременно —золотопромышленник: регулярно получаемые за открытые прииски деньги он вкладывал в золотодобычу, снаряжая поисковые партии и отправляя их туда, где, как он считал, непременно должно быть золото. И в очередном договоре о создании новой, Средне-Амурской золотопромышленной компании, второй в Приамурье по времени создания, его имя звучит уже в другом контексте. Николай Аносов здесь уже не первооткрыватель, зани86

мавшийся поисками на чужие деньги. Он — совладелец компании, равный другим компаньонам, фамилии которых известны в среде золотопромышленников — И. А. Иконникову, В. С. Абазе, Ф. И. Базилевскому, Н. Д. Бенардаки. Н. П. Аносов продолжает развивать успех. 3 декабря 1875 года в г. Санкт-Петербурге им, совместно с инвестором, тайным советником Ф. И. Базилевским, создается еще одна компания — Ниманская. Ее прииски открываются в верховьях реки Бурея — второго после Зеи крупного притока реки Амур. Богатое золото нашла направленная им поисковая партия, которой руководил горный инженер полковник В. Н. Набоков. Первое время Ниманская компания выглядела не слишком удачливой. Но, когда А. П. Аносов разыскал в Якутии и лично пригласил на управление приисками бывшего политкаторжанина П. Д. Баллода, дела компании пошли на лад. Продвигаясь на восток, разведочные партии СреднеАмурской и Ниманской компаний начали разведку золота на Кербинской группе приисков (в районе Медвежьего и Попутного появились первые прииски Кербинской группы). Н. П. Аносов высказал пророческие слова о золотоносности рек и ключей Нижнего Амура. Он сказал: «Край, без сомнения, привлечет множество промышленников, которым на каждом шагу окружающие породы будут отпускать то золото, то серебро». Эти слова впоследствии были подтверждены на практике и известным геологом, палеонтологом и ботаником Ф. Б. Шмидтом. Золотодобытчики Приамгунья должны помнить его как первооткрывателя золота, мужественного и целеустремленного патриота, обладавшего широким кругозором и универсальными знаниями. Имя Н. П. Аносова носит поселок у железнодорожной станции БАМ. В 1872 году Н. П. Аносов стал камер-юнкером Двора Его Величества. В 1876 году был удостоен звания Почетного члена детского приюта Принца Ольденбургского.

87

В 1885 году за благотворительскую деятельность получил новую награду — орден св. Анны 2 степени. Умер А. П. Аносов 17 сентября 1890 года. Шмидт Федор Богданович (1832–1908) Федор Богданович (Фридрих Готлиб) Шмидт родился в Лифляндской губернии. В 1849 году поступил на историко-филологический факультет Дерптского университета по разряду русского языка и словесности. Одновременно посещал лекции по естественно-историческим предметам, в 1852 году сдал экзамен на кандидата ботаники. В 1856 году стал помощником директора Ботанического сада в Дерпте и одновременно занимался геологией, обрабатывал ботанические материалы К. И. Максимовича, вернувшегося с экспедиции на Амур и в Японию в 1864 году. В 1858 году ездил в Швецию и Северную Германию, по возвращении оттуда принял предложение ИРГО возглавить Сибирскую экспедицию. Шмидт Федор Богданович — русский геолог, палеонтолог и ботаник, академик (с 1885 года), с 1872 года — адъюнкт, с 1874 года экстраорди88

нарный академик Императорской академии наук. В 1873–1900 годах был директором Минералогического музея Петербургской Академии наук. Первые работы Федора Богдановича относятся к изучению флоры Эстонии. С 1853 года занимался геологией и палеонтологией. В 1859–1862 годах по предложению Русского географического общества принял участие в экспедиции по исследованию Амурской области и острова Сахалин. В результате экспедиции найдена ископаемая юрская флора Амурской области и открыты меловые и третичные отложения на Сахалине. Ф. Б. Шмидт автор многотомного труда «Ревизия силурийских трилобитов Прибалтики» (1881–1907).

19 мая 1862 года Федор Богданович Шмидт с помощником Шебуниным в сопровождении казака Бубякина и четырех якутов отправились из Николаевска на весельных лодках вверх по Амгуни. На перекатах лодки тянули бечевой. Поднимаясь по реке вверх, экспедиция обследовала притоки Амгуни. Путь экспедиции проходил по Амгуни, Нимелену, Керби. Затем, перевалив хребет Дуссе-Алинь, экспедиция вышла в бассейн реки Буреи. По всему маршруту Ф. Б. Шмидт занимался геологическими и ботаническими исследованиями, а Шебунин вел съемку маршрута. В своем отчете Ф. Б. Шмидт писал: «Моя экспедиция вверх по Амгуни и вниз по Бурее кроме геологического имела и большой 89

ботанический интерес. Так как мне удалось собрать на упомянутом перевале альпийскую флору южного отрога Станового хребта и наблюдать потом постепенный переход ее в известную уже ранее мне флору верхнего и среднего Амура». В итоге кропотливой и трудной работы экспедицией Ф. Б. Шмидта было сделано подтверждение данных Н. П. Аносова о наличии золота в недрах Приамгунья. Трудами первых исследователей с 1844 по 1863 года была доказана возможность и целесообразность освоения природных богатств Приамурья и, в первую очередь, возможность золотодобычи. Бух Владимир Васильевич (1873–1930) Владимир Васильевич Бух родился в 1873 году в Костромской губернии, с. Спасское. Военный топограф, геодезист. После окончания Военно-топографического училища (1896) производил съемки в Юго-Западном пограничном пространстве. С 1897 года был прикомандирован к Военно-топографическому отделу Приамурского военного округа, где служил до революции (последний чин — подполковник).

1900 году плавание на пароходе по рекам Амуру, Амгуни от Хабаровска до Кербинского склада и на лодке по реке Немилену. Изучал рельеф местности, флору и фауну. Произвел топографические работы.

90

С 1924 года работал в Дальневосточном отделении Геолкома (топограф, заведующий топографическим бюро, начальник топографической партии Сахалинской горно-геологической экспедиции) 28 июня 1930 года ОСО при коллегии ОГПУ ДВК, приговорен по статье 58, п. 6,7 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы. В заключении работал в Вайгачской экспедиции ОГПУ. Реабилитирован 31 августа 1989 года по заключению Военной прокуратуры КДВО по Указу ПВС СССР от 16.01.1989 года. Военный топограф, Владимир Васильевич Бух с 9 солдатами провел топографическую съемку реки Нимелен с июня по сентябрь 1900 года. Выйдя на лодке с резиденции Керби (ныне село имени Полины Осипенко) по Амгуни, а затем по Нимелену проводил маршрутную съемку. Перебираясь с одного берега на другой, останавливаясь с инструментом, измеряя расстояние и рисуя, что видно кругом, экспедиция постепенно исследовала местность в топографическом отношении, медленно продвигалась вперед. Дойдя на лодке почти до притока Неннагун, Владимир Бух с частью солдат отправился дальше пешком. На третий день пути подошли к берегу реки Неннагун: «Небольшая речка до того быстра, что, найдя брод глубиною немного более чем по колено, мы вынуждены были вырубить крепкие палки и только при помощи их, упираясь в каменистое дно, начать небезопасную переправу».

91

И вот 12 августа экспедиция подошла к верховьям Нимелена: «Высокие скалы громоздились по обеим сторонам темного ущелья; сама река, превратившись в горный ручей, шумела, прыгая и пенясь между огромными гранитными глыбами, которыми засыпана вся узкая долина вплоть до самой вершины. Крутые местами отвесные скалы окружающих гор не гордятся высоким стройным лесом; его сменили чахлые кусты да седой мох и лишь в редких местах у самой воды еще видны небольшие деревья тальника и лиственницы». Закончилась экспедиция в конце августа, была проведена топографическая съемка реки Нимелен и выполнены описания от устья до истока. Нерпин Алексей Иванович (1849 — около 1917) Нерпин Алексей Иванович родился в 1849 году в Кяхте (ныне Республика Бурятия, районный центр). После окончания Московской реальной гимназии в 1866 году вернулся в Кяхту, где на приисках своего отца и их родственника подполковника Деонисия Буйвида осваивал практику золотопромышленного дела.

92

В 1872 году перешел на службу в Верхне-Амурскую золотопромышленную компанию, где ему было поручено руководить золотопоисковыми отрядами. Результатом шестилетних поисков стало открытие двух приисковых районов. Одного в системе реки Амгунь по ее притокам Керби, Семи и Нилана, а другого — по рекам Иликану, Гальчиме (Кончамуни-Улягир), Гилюю, Дамбуков и других притоков Зеи. Бороздя просторы тайги, Алексей Иванович Нерпин с поисковыми отрядами открывал все новые и новые золотоносные площади. Золотопромышленник А. В. Каншин направляет в верховья Амгуни поисковую партию А. И. Нерпина. Поисковая партия содержалась на средства А. В. Каншина. Поисковая партия А. И. Нерпина и его помощника Завьялова 27 августа 1875 года вышла из селения Горин на Амуре и 10 апреля 1876 года пришла на речку Сивак, впадающую в Гонгра-Накит, приток Нилана. 12 июля 1876 года первые заявки на имя крупного соучредителя Верхне-Амурской компании Андрея Васильевича Каншина — заявлены золотоносные площади в истоках речек Верхние Сулаки и Сивак. На этих площадях появились первые прииски, названные Попутным, Встречным, Подгорным, где в 1877 году началась золотодобыча. В 1891 году А. И. Нерпина избрали товарищем-распорядителем Верхне-Амурской компании, и он переехал в столицу, в Санкт-Петербург, где была главная контора компании. В 1902 году А. И. Нерпин покинул пост товарища-распорядителя компании, но без работы не остался. К тому времени он уже занимал такой же пост в Амгуньской золотопромышленной компании, пайщиком которой тоже был. Где и когда умер А. И. Нерпин, где он похоронен, установить не удалось.

93

ОТКРЫТИЕ ЗОЛОТОНОСНОСТИ В АМГУНЬСКОЙ СИСТЕМЕ До половины XIX в/ право добычи золота принадлежало только членам царской фамилии. Царь и его родственники учредили в Петербурге специальный Кабинет, который ведал всеми золоторазработками. К кабинетским приискам приписывались крестьяне — это была рабочая сила, назначались управляющие, стражники, чиновники. На Дальнем Востоке легальный золотой промысел начался после выхода в свет знаменитого приказа Н. Н. МуравьеваАмурского 1865 года, разрешающего частную золотодобычу. Несколькими годами раньше прошла целая полоса исторических открытий месторождений золота Н. П. Аносовым в верховьях и среднем течении реки Амур. Освоение золотоносности происходило стихийно, разношерстными компаниями и товариществами, добровольно возникающими и так же неожиданно прекращающими свое существование. Тетюков Харлампий Петрович Поиски золота в низовьях реки Амгунь начались с 1866 года благовещенским купцом Харлампием Петровичем Тетюковым и продолжались в течение четырех лет. В 1869 году ему удалось открыть золотосодержащую россыпь по речке Херпучи, впадающей с левой стороны в Амгунь в 80 верстах от устья.

94

22 января 1869 года заявил на свое имя Степано-Дмитриевско-Харлампиевский прииск по реке Херпучи, впадающей в Амгунь. Вторым его богатым прииском был КонстантиноЕленинский. В 1890 году Тетюков сдал эти прииски в казну как выработанные, но они были на самом деле далеко еще не выработанные, он взял лучшее золото и прииски бросил. На первом прииске Х. П. Тетюков взял 132 пуда 38 фунтов 52 золотника, а на втором за два года 13 пудов 17 фунтов 42 золотника. На Константино-Еленинском прииске несколько лет после этого воровски мыли золото русские, китайские и корейские хищники, которых время от времени разгоняла по тайге горная полиция. Открытие это в раздутом виде появилось в российских и гамбургских газетах и вызвало присылку сюда двух розыскных партий из Петербурга: в 1873 году от Погребова, а в 1874 году от Переясловцевых. В течение трех лет безуспешно проводились поиски. Первым официальным сообществом было Товарищество Херпучи, возникшее в 1869–1870 годах на россыпях золота по речкам Херпучи, Кайгачен и Хон, левобережным притокам в среднем течении реки Амгунь. Основателем товарищества был благовещенский купец Х. П. Тетюков, построивший впоследствии на россыпи Херпучинка первый прииск Степано-ДмитриевскоХарлампиевский. Для оперативного руководства добычными работами Х. П. Тетюков основал свою резиденцию на правом высоком берегу Амгуни, прямо напротив бассейна Херпучинки. На сухом, приподнятом месте в 50–60 метрах от реки Амгунь стоял добротный пятистенок под жестяной крышей и в 20–30 метрах — четыре прочных сруба под складские поме95

щения. Из окна усадьбы прекрасно обозревались левый берег Амгуни с участками горных работ и фарватер реки. Резиденция окружена строительным лесом, ягодными и грибными угодьями. Рядом богатая рыбой река, а вокруг — со зверьем и дичью тайга. Национальный состав рабочих Товарищества Херпучи на 65–70 % был представлен корейцами и китайцами, 20– 25 % составляли вербованные русские, татары, украинцы, белорусы и лишь 5–10 % — местные из казаков-первопроходцев, осевших в ближайших городах и поселениях. С принимаемыми на работу заключался контракт, согласно которому хозяин брал на себя обязательства: обеспечение инструментом (кайлами, лопатами, ломами и тачками); обеспечение жильем: корейцам и китайцам предоставлялась фанза, остальным — срубы барачного типа, для семейных — тоже срубы барачного типа; обеспечение медицинским обслуживанием, содержание урядника и предоставление питания на каждого работающего на 6–8 рублей в месяц. В рацион питания входили фунт хлеба на день, пуд мяса на месяц, пять фунтов крупы, десять фунтов соли на месяц и плитка чая. В промывочный сезон рабочий день дневной смены начинался с 4 утра и продолжался до 6 вечера, с двухчасовым перерывом на обед и вечерний чай. Ночная смена работала с 6 вечера до 4 утра, также с двухчасовым перерывом. В осенне-зимний период дневная смена работала с 6 утра до 8 вечера, а ночная смена — с 8 вечера до 6 утра. В промывочный сезон оплата производилась за сданное золото, по цене до 2 рублей 50 копеек за золотник, или 4,26 грамма, а в остальное время по поденщине до 2 рублей.

96

На геологоразведке платилась поденщина от восьмидесяти копеек до одного рубля пятидесяти копеек. Значительная удаленность от центров снабжения очень негативно отражалась на золотом деле, так как все необходимое нужно было заготовливать на месте. Благовещенский купец первой гильдии Харлампий Петрович Тетюков в 1869 году организовал поисковую партию и направил ее вверх по реке Амгунь для разведки золотоносных площадей. Партия прибыла в междуречье реки Амгуни, Семи, Нимелен, Керби. В 1870 году недалеко от небольшого негидальского стойбища Хуен (в переводе водоворот или место встречи), на высоком левом берегу Амгуни высадилась его разведка. Срубили барак, назвали Кербинской резиденцией — это и стало началом поселения. Одновременно с этим в 1875 году горным инженером Набоковым было открыто по речке Ниману золото с баснословным, будто бы, содержанием. После неудачных там поисков партия Верхне-Амурской компании, под предводительством Алексея Ивановича Нерпина, решилась подняться до вершины реки Буреи и спуститься по ту сторону хребта, в никем не исследованный еще край. Этой партией впервые разведаны притоки Керби и Нилана и долина реки Семи; заняли три площади по речке Сиваки и одну площадь по речке Сулаки. Те немногие шурфы, которые удалось пробить, дали все-таки настолько хорошие данные, что Александр Иванович счел долгом настоятельно просить управление Верхне-Амурской компании об ассигновании на будущий год 30 000 рублей для усиленных розысков золота по Амгуньской системе, но компания побоялась отдаленности края и сочла более выгодным отдать эти площади в аренду Нерчинскому купцу Бутину.

97

Бутин Михаил Дмитриевич (23.10.1835–07.04.1907) Михаил Дмитриевич Бутин родился 23 октября 1835 года в семье нерчинского купца 3-й гильдии Дмитрия Михайловича. Есть много публикаций обо всех сторонах жизни, да и сам Михаил Дмитриевич позаботился о том, чтобы легче было написать его биографию. Он написал и издал несколько книг, в которых почти вся его жизнь описана. По распоряжению Императора Петра 1 в 1696 году была послана в Нерчинский край первая рудоискательская партия. В 1704 году был построен первый в этом крае сереброплавильный завод, в 250 верстах от города Нерчинска. Среди русского поселения значились и Бутины (Тимофей Бутин, с окладом в семь гривен). Из Указа Иркутской палаты от 16 апреля 1789 года за № 1509 видно, что сын Тимофея Бутина, Киприан, с сыном Леонтием и внуками Петром и Михаилом были зачислены в нерчинские купцы. Метрическая книга Торгинской Знаменской Церкви за 1793 год свидетельствует о том, что у Михаила Леонтьевича Бутина и его жены Натальи родился сын Дмитрий. В 1835 году 6 ноября у нерчинского купца третьей гильдии Дмитрия 98

Михайловича Бутина и его второй жены Асинефы Егоровны родился сын Михаил Дмитриевич. Нерчинск, где прошло детство Михаила Бутина, был купеческим городом. И не случайно, видимо, с пятнадцати лет начал осваивать науку торговать и Михаил, устроившийся вслед за старшим братом Николаем приказчиком на службу к известному нерчинскому купцу Хрисанфу Кандинскому. Однако Кандинский, который не брезговал и разбоем и на которого жаловались снабжавшие купца пушниной охотники, уличая его в стяжательстве и нечестности, был разорен. По распоряжению генерал-губернатора Н. Н. Муравьева-Амурского все кабальные сделки Кандинского и шести его сыновей были объявлены незаконными, в результате чего после миллионных оборотов через два года еле набралось 62 тысячи рублей. Имущество Кандинских, их магазины пошли с торгов, а братья Бутины открыли свое дело. Для начала они купили по дешевке магазин Кандинского в Нерчинске. И уже к концу 1850-х годов молодые купцы Николай и Михаил Бутины значительно потеснили своих многочисленных конкурентов и выдвинулись на передовые позиции в нерчинской торговле. Михаил стал инициатором основания товарищества и торгового дома.

23 апреля 1866 года они совместно с зятем Михаилом Капараки основали золотопромышленное товарищество «Братья Бутины и Капараки», а вскоре, 22 сентября того же года, — «Торговый дом братьев Бутиных». Распорядителем обеих фирм пайщики избрали молодого Михаила Дмитриевича Бутина. Фирме принадлежали железоделательный, солеваренный и 3 винокуренных завода, около 50 золотых приисков в Забайкальской, Амурской и Приморской областях. Бутины проводили выгодные операции, торгуя хлебом и ману99

фактурой. Организовывали поиски новых месторождений, обустраивали прииски, внедряли новейшие методы поиска и добычи золота. Михаил Дмитриевич Бутин был патриотом Забайкалья, посвятивший свою жизнь развитию и процветанию своей малой Родины, населенной свободолюбивыми казаками, староверами и ссыльными. В 1863 году вышло разрешение на частную золотодобычу на кабинетных землях, а в 1865 году в недавно присоединенной Амурской и Приморской областях. Ставшие золотопромышленниками, братья Бутины не могли не понять, что недра новых, еще никем не занятых территорий сулят еще большие перспективы, чем давно уже эксплуатируемые забайкальские. Географически Нерчинск был ближе к Приамурью, чем даже Кяхта или Чита, и на Амур были отправлены поисковые отряды товарищества братьев Бутиных, которые возглавили В. С. Труфанов, С. С. Шадрин, И. А. Котельников. Бутин сумел получить сведения о перспективности золотоносности районов, и заявки были поданы на участки Верхнего Амура, которые лишь недавно успел обследовать Н. П. Аносов, руководитель поисковых отрядов совладельца Верхне-Амурской компании Дмитрия Бенардаки. Братья Бутины не ограничились только Верхним Амуром. Снаряжаемые ими поисковые отряды подавали заявки в пользу товарищества братьев Бутиных на золотосодержащие площади в системе Нимана, одного из притоков Верхней Буреи. Здесь товарищество получило 12 отводов, поделив, таким образом, влияние с Ниманской золотопромышленной компанией в открытом Аносовым приисковом районе. На Нижнем Амуре, в тогдашней Приморской области, братья Бутины стали пионерами золотодобычи. Товарищество братьев Бутиных организовало первые разведочные партии в бассейне реки Керби в 1878 году.

100

Здесь на реке Керби, притоке р. Амгунь, в начале мая 1878 года на имя Бутина была сделана заявка в горном управлении на 10 золотоносных площадей по Верхним и Нижним Сулакам в системе реки Нилан (Находка, Трехсвятительский, Узкополосный, Уступный, Утесный, Медвежий, Гольцовый). Но разработан был Бутиным только прииск Трехсвятительский, на реке Сулаки. Работы были открыты на прииске в 1880 году. В это же время была проведена к прииску дорога от Ниманских приисков, известная как Старая Бутинская дорога. Но вскоре эта дорога была заброшена, когда выяснилась возможность дешевой доставки грузов по реке Амгунь. В 1882 году было добыто 27 пудов 32 фунта 27 золотников на прииске Трехсвятительский и Узкополосный. Бутин и на Амгуни дело проводил основательно и с размахом, в то же время он не желал терпеть рядом с собой соперников и оказал давление на Каншина, заявившего раньше его прииски Попутный и др. Эти прииски оказались окружены бутинскими приисками, и 8 декабря 1880 года Каншин вынужден был подписать договор о передаче своих площадей в аренду Бутину. На бутинских приисках велись открытые хозяйские работы на бочечных машинах. Было добыто около 44 пудов золота. Прииск Трехсвятительский работал с перерывами до 1890 года. В 1890 году были открыты новые прииски в долине реки Семи золотопромышленником Шадриным, Компанией Ельцов и Левашов и Приамурским золотопромышленным товариществом. Михаила Бутина не устраивали примитивные методы, которыми большей частью велась добыча на других приисках. Для дальнейшего наращивания производства в условиях невысокого содержания золота в песках и при использовании ручного труда требовались значительные людские ресурсы, в результате возрастали и затраты, а себестоимость добытого металла повышалась. Для механизации добычи он перема101

нил из Верхне-Амурской компании на свои дарасунские прииски механика-самоучку М. П. Коузова, который смастерил высокопроизводительную золотопромывательную машину. Бутин подбирал к работе на своих предприятиях людей знающих и ответственных, таких, кому он мог доверять, и всячески подчеркивал свое уважительное отношение к таким служащим. В 1865 году он взял на службу в качестве приискового управляющего отставного инженер-полковника О. А. Дейхмана, судимого военным судом и уволенного с должности начальника нерчинских заводов за послабление больному ссыльнокаторжному М. И. Михайлову. При этом Бутин назначил Дейхману жалованье большее, чем тот получал, находясь на казенной службе. Другим его управляющим стал пострадавший по тому же делу о послаблениях инженер-поручик П. И. Михайлов. А нерчинской сельскохозяйственной фермой Бутина успешно управлял нечаевец А. К. Кузнецов, который впоследствии стал виднейшим забайкальским краеведом и основателем краеведческих музеев в Забайкалье. В 1872 году Бутин отправился за опытом в страну передовых технологий — Америку. В Америке Бутину было интересно все. Свои впечатления Михаил Дмитриевич описал очень подробно, издав по возвращении книгу «Письма из Америки», и одно из главных мест в путевых заметках заняла золотодобыча. Вернувшись в Нерчинск, Михаил Бутин активно занялся внедрением технических новшеств. Но, в отличие от скрытных американцев, он не делает тайны из своих технологических открытий. Напротив, стремится широко распространить свой опыт, и в 1882 году в Москве выходит бутинское «Описание привилегированного (т. е. запатентованного) устройства передвижения по рельсам и с цепным подъемом торфов и золотосодержащих песков». Подробное описание было снабжено рисунками и фотографиями этого устройства, примененного на дарасунских приисках товарищества братьев Бутиных.

102

В описании устройства Бутин старался убедить восприемников и приводил экономические доводы. «Вместимость груза в вагон… равняется вместимости четырех таратаек. Таким образом, при подаче песков обыкновенным способом в таратайках потребовалось бы для поднятия 120 пудов 4 лошади и 2–4 проводника, тогда как вагон с таким же количеством груза движется на машину без лошади и человека. По расчету при промывке 100 кубических сажен получается сбережение: при добыче и подаче песков на машину и отвозки гальки и эфеля в отвалы, смотря по расстоянию, не менее 50 человек рабочих и столько же лошадей. Для привлечения в действие 2 золотопромывательных бочек, подачу песков на машину и отвозку гальки и эфеля в отвалы, где нет воды, достаточно 20 паровых сил. При промывке 15000 кубических сажен песков сберегается 7500 поденщин людей и столько же поденщин лошадей. Что стоит каждая поденщина на приисках, каждому золотопромышленнику хорошо известно». Избавившись от конкурентов в 1880 году, купец Бутин приступил к организации разработок и строительству, чтобы обеспечить широкую промышленную добычу золота. Главный прииск Трехсвятительский, на который делалась и главная ставка, находился от Амгуни в 110 верстах. Надо было продумать о путях заброски грузов. Проводилось обследование рек Нилан и Керби. Личные пароходы Бутина во главе с маленьким юрким пароходиком «Купец» карабкались по амгуньским перекатам все выше и выше. По Амгуни, еще никому не известной, дальше тетюковских приисков никто не ездил. Теперь в глухую, необитаемую тайгу поехали артели рабочих с топорами и пилами, с лопатами и кайлами, повезли железо, провизию, лошадей. Реки Нилан и Керби оказались несудоходными.

103

Золотые промыслы были не единственным, чем занимались братья Бутины. В 1874 году торговый дом «Братья Бутины» купил у иркутского купца Лаврентьева Николаевский металлургический (или, как его тогда называли, железоделательный) завод. Потребность в таком заводе была очевидной: на техническое оснащение приисков были нужны прокат, литье, механизмы, и собственное металлургическое производство существенно снижало затраты. После существенной модернизации ранее убыточный завод стал приносить Бутиным прибыль. Выплавка чугуна с 60 тыс. пудов в год была доведена до 200 тыс. пудов. Кроме выплавки чугуна, стали и производства стального проката завод производил горные буры, паровые котлы и даже локомобили. А в 1878 году за изделия завода М. Бутин получил Большую серебряную медаль Парижской выставки. Объемы производства Николаевского завода превышали собственные потребности Торгового дома и Товарищества братьев Бутиных, естественно, что нужны были рынки сбыта. И, вероятно, публичные выступления М. Бутина о необходимости технического прогресса на приисках и его активное продвижение технических устройств были связаны именно с поиском рынков сбыта для продукции своих (позднее Бутины приобрели еще один, Лучихинский, завод) металлургических заводов. Заводская деятельность не была самоцелью процветающей фирмы. Кроме машин и инструментов на прииски требовались и одежда, и обувь, и продовольствие. Но если на близлежащие дарасунские прииски все это доставлялось без особых 104

проблем, то регулярная доставка грузов на амурские прииски уже представляла собой достаточно сложную задачу. «Амурские прииски нашего товарищества и вообще развитие торговли по Амуру и его притокам вызывали необходимость иметь свое пароходство, которое было построено на Николаевском заводе и состояло из четырех пароходов и семи барж, — писал позднее М. Бутин. — Самый большой пароход «Нерчуган», собранный в селе Бянкино, а суда поменьше «Соболь» и «Торбаган» в Нерчи. «Нерчуган» в 120 сил с четырьмя баржами предназначался для плавания по Амуру, три меньших строились для хождения по притокам Амура — Зее, Бурее, Амгуни и должны были доставлять на прииски необходимые припасы и материалы». Братья Бутины были владельцами Николаевского (с 1872 по 1896) и Лучихинского (с 1892 по 1896) металлургических заводов, выпускавших сельскохозяйственные орудия, «изделия для приисков», детали для пароходов. Они стали пионерами пароходства на Амуре, Ангаре, Селенге (кроме Верхнеудинска). На своих заводах построили 4 парохода и 7 барж. Ими был организован Нерчинский городской банк. Братья владели недвижимостью в Сретенске, Благовещенске, Чите, в том числе в Иркутске, Нерчинске, которая оценивалась в 650 тыс. руб. Предметом гордости Бутиных был и солеварный завод, построенный и механизированный в Иркутской губернии, который выпускал качественную поваренную соль, так как соль очень плохого качества, продаваемая в регионе, была очень дорогая. В 1882 году чистый капитал превышал 2 миллиона рублей. Фактически они монополизировали торгово-промышленный рынок в Забайкалье, Приамурье и Иркутской губернии. Контора фирмы располагалась в Нерчинске. Уже к концу 1882 года чистый капитал фирмы составлял 2 208 тыс. руб. Их собственный дом в Нерчинске, построен105

ный в мавританском стиле, с роскошно оформленным интерьером, был назван американцем Д. Кеннаном «сказочным дворцом Алладина». 14 июня 1891 в доме на отдых останавливался цесаревич Николай Александрович. Братья имели большую библиотеку, насчитывающую 29 тыс. томов. «Империя» Бутиных оказалась недолговечной. Основную часть их капиталов составлял кредит, полученный от иркутских, московских и нижегородских предпринимателей и банков. Разразившийся в 1880-х в Сибири торговый кризис основательно затронул дела Бутиных. Используя момент, конкуренты, в первую очередь иркутские купцы И. С. Хаминов, И. Базанов и др., действуя за спиной московских кредиторов, объявили о банкротстве Бутиных. В 1882 году кредиторы учредили «Администрацию по делам фирмы братьев Бутиных», отстранив последних от руководства. По представлению Болотова 17 мая 1887 года Бутин подписал договор о передаче в аренду 16 приисков в системе Амгунь. Амурские прииски были сданы арендаторам, обязавшимся хранить оставшуюся на приисках и вторично значительно уцененную часть приискового имущества. В числе прочих были сданы и Буреинские прииски за 250 полуимпериалов с пуда золота. Они оказались с богатым содержанием золота, и взявшие их в аренду Ельцов и Левашов, начав дело с очень малыми средствами, быстро разбогатели, расширили свое предприятие и заработали миллионы. Благодаря такому ведению дела, капитал, заключающийся в Амурских приисках, совершенно растаял. Более десяти лет М. Д. Бутину пришлось доказывать в судах свою платежеспособность. Когда весной 1892 года по постановлению Сената братьям Бутиным было возвращено право управления их собственной фирмой, ее капитал уменьшился на четыре миллиона рублей. А в сентябре того же года умер старший брат, и Михаил Дмитриевич объявил о закрытии Торгового дома. Он 106

сделал попытку взыскать с администраторов по суду сумму, на которую уменьшился капитал фирмы, но в связи с восшествием на престол Николая II расхитители чужой собственности получили амнистию. В 1884 году Бутин поселяется в Иркутске, где строит себе новый дом. Он, уставший бороться, уже не стремится к развитию своего дела, решив ограничиться тем, что имеет. Бутин выгодно продает Николаевский завод, продлевает аренду с Ельцовым и Левашовым, оставив им заботу о производстве, а себе — сравнительно небольшой, но стабильный доход с золотодобычи. Стабильное поступление денег обеспечивают и винокуренные заводы. В 1904 году у Бутина возникают серьезные проблемы со здоровьем, и, оправившись от тяжелой болезни, он пишет завещание. Прямых наследников у Михаила Дмитриевича не было: двое детей от первого брака умерли в младенчестве, умерли и двое других, родившиеся от второй его жены. И самую большую сумму — 100 тысяч рублей — он завещает жене, Марии Александровне. Ей же завещает и пожизненное владение иркутским домом. Двадцать тысяч и пожизненное пользование домом в Нерчинске, где она жила, должна будет получить по завещанию его сестра Татьяна Дмитриевна Мауриц. По три-пять тысяч он завещает еще нескольким близким людям. А все, что останется от его миллионов, «приобщить к свободному капиталу и превратить в про107

центные государственные бумаги, на которые содержать в Нерчинске на половину суммы — исхлопотавши у правительства учреждение ремесленного или реального училища (если таковые не будут открыты ранее). Четвертую часть суммы употребить на устройство и содержание приюта в Нерчинске для бедных девочек, а остальную четвертую часть на устройство десяти школ в Нерчинском округе, в пунктах по усмотрению душеприказчиков, например, Торге, Хиле, Илиме, Зюльзе, Олове, Бянкино, Урульге и пр.». Михаил Бутин оставил о себе добрую память. В восьмидесятые годы XIX в. Торговый дом братьев Бутиных тратил на благотворительность ежегодно до двадцати с лишним тысяч рублей, и Михаила Дмитриевича нередко сравнивают с другим известным меценатом, московским купцом Саввой Морозовым, с которым Бутин имел партнерские отношения. Главный доверенный Бутина Котельников рассчитал всех служащих, в том числе и бывшего на здешних приисках материального, крестьянина Вологодской губернии Семена Савича Шадрина. Слухи об открытии золота в верховьях Амгуни дошли тогда же до Зейской компании, и в 1879 году сюда явился их доверенный Михневич, заложил шурфы по речкам Углокагли, Аяктакану и Семи, в последней около речки Бриакана, но сильный приток воды помешал и этой партии пробить шурфы до настоящего пласта, и она покинула Амгунь без всяких результатов.

108

Еще до взятия в аренду черырех площадей, занятых Верхне-Амурской компанией, энергичный Бутин выслал сюда в 1877 году поисковую партию с доверенным Сафоновым во главе. В 1876 году образуется фирма «Братья Бутины». Это первая компания, проникшая в таежную глухомань левобережья Амгуни. Ей принадлежит начало разработки россыпей Кербинского района. Построенная компанией резиденция многие десятки лет размещала в своих помещениях районную больницу, а проложенными дорогами до сих пор пользуется население прилегающих поселков. В январе 1878 года Сафонов разведал площадь, смежную с той, которую занял прежде Алексей Иванович Нерпин, и нашел в ней порядочное золото, прииск этот назван Трехсвятительским. Это открытие послужило поводом для занятия Сафоновым в пользу Бутина еще 20 площадей, в том числе и площадей Покровского, Николаевского и Еленинского приисков по долине реки Семи. Заявки эти были отосланы в город Николаевск, главному доверенному Бутина Котельникову, но так как в это время над всеми делами Бутина была назначена администрация, то Котельников задержал у себя заявки и рассчитал затем всех служащих Бутина, в том числе и бывшего на здешних приисках материального, крестьянина Вологодской губернии Семена Савича Шадрина. Шадрин остался на Амгуни, занялся торговлей между инородцами, бродил без устали в тайге и тратил все зарабатываемые деньги на поиски золота. Не имея средств платить своим трем рабочим, с помощью гольдов или гиляков, на собаках, он лично с женой и 20-летним сыном таскал на плечах кули с сухарями от резиденции приисков, на расстоянии 67 верст.

109

Шадрин Семен Савич (18 июля 1850 — февраль 1918) Шадрин Семен Савич родился 18.07.

1850 года в деревне Федотовская Сольвычегодского уезда Вологодской губернии. Из казенных крестьян Вологодской губернии. Возглавлял одну из золотопоисковых партий братьев Бутиных на Амуре в 1870 е годы. В начале 1880-х годов — служащий на Амгуньских приисках у Бутиных. Со второй половине 1880-х самостоятельно вел поиск золота. В 1887 году был найден первый золотоносный участок по ключу Безымянный, который и был заявлен на компаньона, читинского мещанина Корякина, который впоследствии отказался от дела из-за недостатка средств. Продолжил поиски совместно с Н. А. Першиным и Е. И. Красильниковым. В 1888–1889 годах были заявлены пять золотоносных участков на Шадрина Семена Савича, Н. А. Першина и Е. И. Красильникова по ручью Сола. Покровский участок, заявленный на Шадрина, оказался самым богатым по содержанию золота. Умер (по не подтвержденным данным) в феврале 1918 года и был похоронен при Свято-Троицкой церкви.

110

Найдя, наконец, в 1888 году по речке Бриакан, левый приток реки Семи, хорошие знаки золота, он заявил тут площадь, и эта заявка послужила годом позже основанием к занятию трех площадей. Все эти площади были заняты Шадриным с лихорадочной поспешностью, благодаря тому обстоятельству, что во время одной из экскурсий, с сухарями на плечах, в 35 верстах от резиденции Керби его настигла поисковая партия Компании Ельцова и Левашова, с доверенным Белозеровым во главе. Скрывая друг от друга цель своих стремлений, решили ночевать вместе, но лишь только Белозеров и его рабочие уснули, Шадрин тронулся в путь и форсированным маршем достиг до следующего утра реки Семи и стал поспешно ставить столбы. К его благополучию в ту же ночь пошел снег, скрывший следы его. В знак благодарности за этот снег, упавший так вовремя, Шадрин выстроил впоследствии на месте ночевки беседку и поставил в ней деревянный крест. А Белозеров, проснувшись утром и не найдя своего компаньона, тронулся дальше, перевалил через гору в долину речки Салаткиткан (Сулакиткан) и занял там три площади в пользу Ельцовых и Левашовых. Первые работы свои первая Амгуньская компания, куда вошли Шадрин с женой Анастасией Ефимовной и его компаньоны, поставила на Покровском прииске, впоследствии и на Воскресенском прииске.

111

Добыча золота на этих приисках: Намыто

Год

Количество летних рабочих

пуд

фунт

золотник

доля

1891

200

9

–

88

76

1892

350

21

2

61

–

1893

450

30

4

17

–

1894

650

60

22

–

–

1895

750

35

–

95

–

155

30

69

76

Всего за 5 лет

В конце 1880-х и начале 1990-х годов возникли новые крупные золотопромышленные предприятия Ельцова и Левашова и Амгуньская компания. Компания Ельцова и Левашова Василий Андреевич Левашов вместе с компаньоном, купцом Николаем Васильевичем Ельцовым в марте 1887 года создал Товарищество с основным капиталом в 20 тысяч рублей и начал заниматься золотом. Николай Васильевич Ельцов был крупным золотопромышленником, купцом 1-й гильдии, старостой Кафедрального собора. Был награжден золотой медалью «За усердие». Пять лет после создания компании Николай Ельцов занимает должность товарища распорядителя Бюро Съезда амурских золотопромышленников, при этом также гласный Благове112

щенской городской думы и потомственный почетный гражданин. В 1902 году Николай Васильевич стал казначеем Благовещенского отделения Общества востоковедения. Созданное Николаем Васильевичем Ельцовым и Василием Андреевичем Левашовым предприятие оказалось очень успешным. Прииски располагались в верховьях Селемджи. В первый год компания получила 10 пудов золота (Керра-Макит, Харга, Унерикан, ручей Афанасьевский), позже их прииски появились в системе реки Амгунь. Из 100 паев 37 принадлежало Ельцову, 38 — Левашову, 25 — мелким вкладчикам. В том же 1887 году образовалась Золотопромышленная компания «Ельцов и Левашов». Всего компании принадлежало 32 прииска. Иван Васильевич Ельцов родился в Якутске в 1844 году и, окончив курс трехклассного уездного училища, поступил на службу к богатому якуту, торговавшему пушными товарами, скупавшему пушнину в тайге у тунгусов. Месяцами Иван Васильевич проводил в разъездах по тайге, часто подвергая свою жизнь опасностям, а порой и ночевал на голом снегу. На этой службе он провел шесть лет, а затем некоторое время служил в фирме «Дикман». В 1883 году вместе с братом Федором Васильевичем открыл в Сретенске торговлю, образовав Торговый дом.

113

В 1887 году оказал содействие брату Николаю Васильевичу, открывшему золотопромышленное предприятие под фирмой «Ельцов, Левашов и компания», ликвидировав торговлю в Сретенске. Не принимая участия в этом предприятии, Иван Васильевич несколько лет жил в Благовещенске, посвятив себя общественной деятельности. В 1898 году поехал путешествовать. После смерти брата Николая Васильевича в 1909 году к нему перешли все его предприятия, в том числе и золотопромышленное. В 1899 году освоением золотоносности Нилано-Амгуньского междуречья начинает заниматься фирма «Ельцов – Левашов и компания». Эта компания впервые на Нижнем Амуре внедрила бочковые промышленные машины алтайского изобретения. Значительно повысив производительность добычи золота из россыпей, компания первая на Нижнем Амуре начала проявлять интерес к коренным месторождениям золота. Ею было начата разведка рудопроявлений в долине реки Семи, таких, как Рождественское и Токоланское. Эти работы были прекращены в то время из-за отсутствия взрывчатых материалов. Федор Васильевич Ельцов приехал первый из своих братьев в Благовещенск. Вначале он занимался торговлей в Албазине, от Амурской торговой компании, а затем перебрался в Благовещенск.

114

Впоследствии они с братом Иваном открыли свое дело в Сретенске в 1883 году. В 1887 году они все продали и вложили деньги в золотопромышленность, по совету брата Николая в золотопромышленную компанию «Ельцов и Левашов», соучредителем которой был Николай Васильевич Ельцов. Восемь приисков было у Николая Васильевича Ельцова и шесть приисков у Василия Андреевича Левашова. Компания «Ельцов и Левашов» начала работы в долине Сулакиткана (правый приток реки Гонгрен) в 1889 году на прииске Елизаветский. Добыча была организована хозяйскими работами, которые продолжались до 1911 года, когда были допущены золотничники. Василий Андреевич Левашов служил в торговом доме «Чурин и компания», и более 40 лет его жизни были связаны с этим предприятием. В 1907 году на средства жены Василия Левашова, Ольги Мартыновны, была построена церковь. В 1912 году она была похоронена в этой же церкви. Василий Андреевич вскоре женился вновь. Его женой стала Мария Николаевна. У них родилось два сына: Александр и Владимир.

115

В 1922 году Василий Андреевич Левашов умирает. Его жена с детьми уезжают в Харбин, и больше о судьбе этой семьи ничего не удалось найти. В 1889 году разрабатывается прииск на реке Аулагирикан (Нульгирикан), в 1890 — на реке Нижние Сулаки, в 1892 году — на реке Большой Маклан. С 1893 года начал разрабатываться прииск Веселый. В 1904 году на прииск Веселый были допущены золотничники. В 1893 году прииски Шадрина и Ельцова были соединены с Кербинской резиденцией колесной дорогой, зимой по реке Семи. Постройка дороги обошлась в 58 тысяч рублей, при ее протяженности в 63 версты. На реке Орого компания Ельцова и Левашова построила станок, в 47 верстах от Кербинской резиденции, а на резиденции были построена пристань (там же были построены пристани Дикмана и Амгуньской золотопромышленной компании), приспособленная для разгрузки судов при различных горизонталях, и это сооружение стоило свыше 100 тысяч рублей. Начиная с 1911 года работа на всех приисках компании, благодаря выработке богатых золотоносных площадей, производится золотничниками. В зиму 1893 года компания Ельцова и Левашова на приисках построила золотопромывательную машину с вагонным подъемом для откидных песков. Хватилась в феврале месяце, что на прииски не доставлены вагонные оси из Благовещенска, послали туда срочную телеграмму, и по вызову Ельцова явился бывший подрядчик Ниманской компании крестьянин Казайлов, который взялся доставить эти оси до приисков зимним путем по Амуру и Амгуни по 5 рублей с пуда.

116

Это был первый опыт доставки груза зимой на лошадях по Амгуни. И опыт этот доказал полную возможность возить зимой груз по этой реке, не прокладывая впредь дорогу, а пользуясь, и то местами только, собачей тропой. Казайлов нагрузил оси на 9 лошадей, по 17 пудов на каждую, двинулся из Благовещенска 20 февраля и пришел на прииски 31 марта. В зиму следующего 1894 года Казайлову пришлось опять везти Ельцовым грузы из Благовещенска до приисков, нагрузил он 18 лошадей по 17 пудов на каждую и дошел до Солоткиткана (Сулакиткан) в 42 дня. Другой подрядчик Ельцовых и Чуриных татарин Ахтамов в 1894 году из Иркутска, через Благовещенск и Ниманские прииски доставил груз на лошадях до Ельцовских приисков за 80 дней, до этого времени ездили только на оленьих нартах. Высылка из Благовещенска в феврале компанейских рабочих на компанейских лошадях этим путем удешевила бы их доставку на прииск, а так как Амгуньское дело разовьется, несомненно, в будущем и прииски и впредь будут снабжаться всем необходимым из Благовещенска, то следовало бы произвести розыски кратчайшего пути от этого города до приисков. В 1895 году на прииске Веселом на средства семьи была построена церковь. Компания Ельцова и Левашова на прииске Веселом добыла: Намыто

Год

Количество летних рабочих

пуд

фунт

золотник

доля

1893

120

24

8

–

–

1894

250

43

–

–

–

1895

300

33

–

–

–

100

8

–

–

Всего за 3 года

Для сравнения, Приамурское товарищество намыло на Казанско-Николаевском прииске: 117

Намыто

Год

Количество летних рабочих

пуд

фунт

золотник

доля

1891

100

4

–

–

–

1892

120

10

–

–

–

1893

110

9

–

–

–

1894

100

7

–

–

–

1895

100

6

–

–

–

36

–

–

–

Всего за 5 лет

Каншин Андрей Васильевич (12.10.1831–06.06.1897) Каншин Андрей Васильевич родился 12 октября 1831 года. Золотопромышленник А. В. Каншин в 1875 году направляет в верховья Амгуни поисковую партию А. В. Нерпина и Завьялова.

12 июля 1876 года на имя крупного владельца золотых приисков Верхне-Амурской золотопромышленной компании А. И. Каншина были заявлены золотоносные площади в истоках рек Верхние Сулаки и Сивак. Эти площади были названы приисками: Попутный, Встречный, Подгорный. Но Верхне-Амурская компания и лично А. В. Каншин не смогли заняться разработкой этих приисков, несмотря на хорошее содержание золота. Причиной всему стало бездорожье, труднодоступные места, мари и значительная удаленность от судоходных рек. А. В. Каншин просил генерал-губернатора Восточной Сибири барона Фредерикса отсрочки начала работ и сохранения за ним заявочных площадей до 1879 года «вследствие тяжелых местных условий и невозможности доставки надлежащего количества рабочих». Семья Каншиных имеет глубокие корни.

118

Семен Ананьевич Каншин (отец Василия Семеновича) был купцом I гильдии, первейшим богатеем и меценатом. В 1812 году на собственные средства содержал целый пехотный полк и отряд земского ополчения. А в 1816–1818 годах был городским головой города Козлова (ныне Мичуринск). Каншин Василий Семенович (28.02.1796–28.04.1868 по старому стилю) происходил из старинного дворянского рода. Приобрел дворянство в начале XIX в. Имел чин коллежского регистратора — низшей в табели о рангах, был одним из богатейших людей Петербурга, считался столичным «водочным королем». Официальное дворянское звание (21.04. 1855 года Указом Сената № 3252) Василию Семеновичу Каншину было пожаловано как кавалеру ордена Святого Станислава за «отличный подвиг благотворительности», полученный им в 1838 году за крупный взнос в миллион рублей в пользу пострадавших от пожара жителей Тулы. Получив привилегированный дворянский статус, Василий Семенович Каншин определил своего сына Андрея Васильевича в Институт инженеров путей сообщения. В 1830 году купил в Санкт-Петербурге свой первый каменный двухэтажный дом в Кузнечном переулке, а позже еще два участка по соседству. К концу жизни его состояние достигло суммы в 15 миллионов, а также несколько крупных имений и домов в Петербурге. Имел 13 детей. Умер 28 апреля 1868 года в Гейдельберге, а 11 мая был похоронен на Митрофаниевском кладбище Санкт-Петербурга. Все его паи в Верхне-Амурской золотопромышленной компании унаследовали его сыновья. Каншин Андрей Васильевич, сын Василия Семеновича Каншина продолжил отцовский бизнес и возглавил ВерхнеАмурскую золотопромышленную компанию, став ее товарищем-распределителем.

119

Андрей Васильевич был долгое время во главе компании. В это время компания преуспевала. После смерти А. В. Каншина 6 июня 1897 года он был похоронен на Митрофаниевском кладбище Санкт-Петербурга рядом с могилами основателя компании Василия Семеновича Каншина, его компаньона Евграфа Васильевича Каншина и его брата Николая Васильевича Каншина. Дмитрий Васильевич Каншин родился в 1828 году, уже в 1862 году привлекался к ответственности по делу «о сношении с лондонскими пропагандистами», с персоной нон гранта — Герценом. И хотя 10 декабря 1864 года был от суда освобожден, но строгий отец отлучил его от семьи. Дмитрий Васильевич Каншин знаменит как тончайший знаток поварского дела и основоположник русской кулинарии. Он основал и выпускал кулинарные журналы и организовал первую в России школу поваров и кондитеров. Умер в Петербурге 4 января 1904 года. Николай Васильевич Каншин — известно, что родился в мае 1830 года, а умер 13 марта 1862 года. Евграф Васильевич Каншин родился 2 октября 1831 года, дослужился до чина титулярного советника. Был землевладельцем в Калужской губернии и имел 4 детей. Умер 17 марта 1884 года. Анатолий Васильевич Каншин был помещиком. Его владения в трех уездах губернии измерялись 10336 десятинами. Детей было много. Трое его сыновей — Иван, Григорий, Анатолий в 1914 году были гласными в земском собрании Жиздринского уезда. А Иван Анатольевич стал гласным губернского собрания и даже стал депутатом Государственной думы 4-го созыва (1912–1917). Был расстрелян 2 декабря 1937 года. Сергей Анатольевич Каншин с 1891 года служил в Министерстве иностранных дел, революцию встретил в Ницце в должности генерального консула. Умер в эмиграции во Франции в 1944 году.

120

В эмиграции умер и Борис Анатольевич Каншин. В 2005 году в Санкт-Петербурге начались работы по расширению Митрофаниевского шоссе для улучшения транспортной ситуации в южной части города. Могил Каншиных больше нет. Ахтамов Сегегетдин Ахтамович (1869–1920) Ахтамов С. А. — родился (примерно) в 1869 году в Татарии, татарин по национальности, подрядчик Ельцовых и Чуриных. В 1894 году купил в Иркутске 27 лошадей, загрузил на каждую по 25 пудов. Вышел из Иркутска 10 декабря 1894 года и в Благовещенск пришел 31 января 1895 года, сделав 2350 верст в 50 дней. Постояв в Благовещенске три дня, он загрузил на каждую лошадь по 10 пудов различного груза и по 15 пудов фуража и прошел до реки Бурея, до ниманских приисков 700 верст в 15 дней. С ниманских приисков Ахтамов С. А. взял на каждую лошадь по 10 пудов груза и по 10 пудов фуража, пошел дорогой, по которой до этого времени ездили только на оленьих нартах — поднялся до вершины реки Бурея и спустился по вершине реки Керби. Через 10 дней пришел на ельцовские прииски. По словам Ахтамова, сильно крутой спуск к реке Керби, не представлял особых опасностей для лошадей. Впоследствии Ахтамов становится купцом и владельцем Христиано-Варфоломеевского прииска. Христиано-Варфоломеевский прииск мерою 131 746 / 2400 десятин находился в Приморском горном округе (очевидно, недалеко от резиденции Керби). До сих пор озера вблизи села имени Полины Осипенко (Керби) в народе называют Ахтамовские (на современных картах это озера Нижнее, Среднее, Верхнее).

121

У Ахтамова С. А. был еще один прииск в 4,3 километрах от д. Пальво на Пальвинской (левой) протоке реки Амур. От Пальво до Николаевска летом было пароходное сообщение. В зимнее время до д. Пальво добирались санным путем 69 километров. А от Пальво до прииска 4,3 километра хорошей дорогой. Ахтамов С. А. был крупным николаевским подрядчиком — в течение 5 лет вел дела с военными ведомствами, интендантством и военными инженерами. Некоторое время Ахтамов С. А. с семьей проживал на Кербинской резиденции, а затем переехал в Николаевск. Жил Ахтамов С. А. в Николаевске в большом доме на две семьи. Половина дома принадлежала первой жене золотопромышленника Ахтамовой Мухабямал 1870 года рождения, у нее было 4 детей: Хасан (родился в 1897 году в Николаевске), Камилия (родилась в Николаевске), Гилязейдин (родился в 1893 году в Керби), Сахабей. Вторая жена — Тонфе имела 8 детей. В 1920 году Ахтамов С. А. был убит в Николаевске. Вторая жена Ахтамова — Тонфе с 8 детьми и дочкой от первого брака Камилией уехала жить в Харбин, а затем в Японию, в Кобе. В 1955 году переехали жить в Стамбул. Ахтамова Гамиля Гизатдулина (дочь от второй жены) и ее дети уехали жить в США. Ахтамов Хасан примерно в 1932/33 годах переехал со своей женой, мамой Мухибямал и детьми из Николаевска в Новосибирск, оттуда в Барнаул, а затем в Уфу. Ахтамов Хуснутдин родился 13 декабря 1909 года в Николаевске, в 1920 году уехал в Маньчжурию (Харбин), а в 1934 году в Дапрен, работал в фирме «Smart shop». В 1938 году проживал в Ямагата-дори. Ахтамов Гилязитдин, родившийся в 1893 году на резиденции Керби, был заведующий прииска Печальный.

122

27 апреля 1932 года был арестован Николаевским ОС ПП ОГПУ ДВК и осужден 04.08. 1932 года тройкой при ПП ОГПУ ДВК по ст. 58–10 УК РСФСР. Приговор 3 года концлагеря. Реабилитирован 01.11.1989 года по заключению Прокуратуры Хабаровского края на основании Указа ПВС СССР от 16.01. 1989 года. Курбатов Гермоген Николаевич Николаевский купец 2-й гильдии. В феврале 1895 года был пайщиком Приамурского золотопромышленного товарищества. Самостоятельная деятельность Курбатова началась с 1894 года, в районе озера Орель были заняты две площади по ручью Биликан, впадающему в реку Чапи, но отводов по какой-то причине сделано не было.

7 февраля 1895 года поисковой партией Г. Н. Курбатова были застолблены первые прииски. В зиму 1895 года Г. Н. Курбатовым была снаряжена партия из трех человек под руководством служащего Курбатова — Китаева, с одним проводником тунгусом, которая отправилась на реку Искай, впадающую в Петропавловский залив Охотского моря. Но уже с середины зимы поиски и разведка были прекращены за неуспешностью и перенесены в систему озера Орель, где и было занято несколько площадей в верхнем течении реки Бекчи. Летом 1895 года был сделан и принят отвод Петропавловского прииска. В зиму 1896 года была проведена детальная разведка прииска в 12 человек, и летом 1896 года на прииске были поставлены хозяйские работы с промывкой песков на небольшой кулибинке. В 1898 году вследствие сокращения расходов на эксплуатацию хозяйские работы были свернуты и на прииске были поставлены золотничные работы.

123

Курбатов Г. Н. был уважаемым в Николаевске человеком, два созыва (8лет) городским головой. Вел большую общественную работу: в 1902 году — директор-казначей Николаевского отделения Приморского областного комитета попечительного о тюрьмах, почетный смотритель Николаевского городского училища, кандидат в члены правления Николаевского Вольного пожарного общества. В 1903 году, сохранив прежние должности, выбран членом Комитета по колонии прокаженных в Николаевске, выбран попечителем Николаевской городской публичной библиотеки и занял пост председателя Николаевского общественного собрания. С 1908 года Г. Н. Курбатов — распорядитель делами Амуро-Орельской золотопромышленной компании, член Приморского Особого раскладочного по золотопромышленности присутствия, почетный мировой судья Владивостокского окружного суда в Николаевске, городской голова, член Комитета по благоустройству колонии прокаженных, почетный член Николаевского городского общественного собрания. Степанов Артамон Петрович Степанов А. П., бывший крестьянин Забайкальской губернии, позднее николаевский купец, доверенный в Николаевске крупного хабаровского водочного заводчика Пьянкова. В 1891 году снарядил первую поисковую партию с организатором Амгуньской золотопромышленной компании Н. А. Першиным. Поиски длились полтора месяца, сначала с двумя, а затем с четырьмя рабочими в вершине реки Джерели на озере Джегдоха в бассейне реки Амгунь. Поиски результата не дали. В 1892 году Степанов А. П. предпринял новую попытку поисков золота вблизи приисков Тетюкова Х. П. около Херпучи, и вновь неудачно.

124

В 1893 году Степанов А. П. вместе с Абрамом Пейсаховичем Надецким, компаньоном фирмы, торгующей в Николаевске преимущественно мануфактурными товарами и занимающейся рыбным промыслом, нашел золото на реке Онконжо в районе реки Керби. По неизвестным причинам заявок на разработку этой площади компаньоны не подали. В 1893–1895 годах Степанов А. П. при участии управляющих приисками Амгуньской золотопромышленной компании Королева А. А. и Дубинина произвел поиски золота по ключу Первому, впадающему в Амур, в четырех верстах ниже селения Маго и по реке Ул (Тывлинка), впадающей в Охотское море. На разведочных площадях золото было незначительное, и то лишь на Первом ключе. В 1894 году проводили также летучие поиски золота по речкам, впадающим в Амур вблизи Николаевска, и по притокам озера Чля. Но также без особых результатов. В 1895 году к Степанову А. П. пришел шадринский мещанин Кальчев и предложил тому указать за 15000 рублей месторождение золота на реке Хон близ Херпучей. Поисковая партия во главе с представителем Степанова Александром Тимофеевичем Зинкевичем и Кальчевым с пятью артельщиками отправились на реку Амгунь. Но они опоздали, за четыре дня до их прихода намеченный участок занял доверенный купца Дубровского отставной штейгер Воробьев. Тогда эта же артель, но уже с другим служащим Степанова Гамбергом, пошла на озеро Чля и стала разведывать Малый Мырган (ручей Заячий) и в пробах обнаружила золото. При осмотре окрестностей с одной из сопок в вершине Заячьего Колчев и Гамберг наметили систему реки Колчан, впадающей в реку Коль, и решили провести разведку и там. В феврале 1896 года первые шурфы были пробиты при слиянии двух ключей в вершине Колчанки и сразу попали на большое золото. Золотоносная порода залегала не очень 125

глубоко. Были застолблены участки. С последними зимними подводами были отправлены заявки, и уже летом 1896 года были приняты отводы и приступили к детальной разведке и обстановке прииска. В 1902 году Степанов А. П. заведующий Николаевским приютом. В 1903 году Степанов А. П. — старшина Николаевского городского общественного собрания, член Николаевского по золотопромышленности раскладочного присутствия, почетный смотритель Николаевского городского училища, заведующий приютом. В 1905 году Степанов А. П. — гласный Николаевской городской думы, почетный смотритель Николаевского городского училища. Надецкий Абрам Пейсахович Надецкий А. П. родился на Сахалине, ориентировочно в 1869 году. К 30 годам был уже купцом 2-й гильдии, обладал деловой хваткой. Кроме золотодобычи занимался рыбным промыслом, причем это было его главным делом (входил в торговый дом «Румарчук и К0». В развитии рыбообработки Надецкий А. П. много внимания уделял механизации и внедрению новых способов работы. У него в Нижних Пронгах были береговой рефрижератор, консервный завод, лесопильня, сушильня, электрический движок. В 1893 году Надецкий А. П. вместе со Степановым А. П. искал золото на реке Керби, а потом в 1896 году были совместные поиски золота в районе озера Чля, которые увенчались успехом: были открыты отличные россыпи по реке Колчанка и неплохие по реке Покровка.

23 июля 1897 года для разработки этих россыпей была образована Охотская золотопромышленная компания 126

с главным участием семей Степановых и Надецких, у которых по договору было по 36 паев. Надецкий А. П. обладал многими талантами и заботился о развитии золотопромышленности, был прирожденным экономистом, о чем говорят материалы первого съезда золотопромышленников Приморского горного округа, проходившего в Николаевске 16–22 января 1902 года. Надецкий А. П. на съезде был делегатом с совещательным голосом, хотя в это время являлся распорядителем дел компании. Он развил бурную деятельность, часто брал слово для выступлений. Его включили в комиссию по выработке решения съезда о кредите золотопромышленникам. Рейтинг Надецкого А. П. сильно вырос, и 19 января 1902 года его избрали товарищем (заместителем) председателем Постоянного бюро съезда. Надецкий А. П. стал вторым в Николаевске купцом 1-й гильдии в 1903 году. В 1902 году Надецкий А. П. — старшина Николаевского общественного собрания, кандидат в члены правления Благотворительного общества, член правления Николаевского вольного пожарного общества. В 1903 году Надецкий А. П. — один из директоров Николаевского отделения Владивостокского тюремного комитета и опять же член правления Вольного пожарного общества. В 1905 году Надецкий А. П. — член правления Вольного пожарного общества. Надецкий А. П. (со многими дальневосточными купцами) события гражданской войны пережил в Японии. В середине 1920-х годов он вернулся в Россию, получил советское гражданство и продолжал трудиться в русском рыболовстве.

127

АМГУНЬСКАЯ ЗОЛОТОПРОМЫШЛЕННАЯ КОМПАНИЯ Огромную роль в истории развития золотопромышленности сыграла Амгуньская компания. Амгуньская золотопромышленная компания начала свою деятельность 31 июля 1890 года на основании договора от 30 мая 1890 года между золотопромышленниками: С. С. Шадриным, А. Е. Шадриным, Н. А. Нерпиным, Е. И. Красильниковым, А. П. Красильниковым, И. А. Опариным, Д. И. Поповым, В. Ф. Плюсниным, Л. К. Шешминцывым, И. К. Нордотремом, Г. Н. Курбатовым и А. А. Королевым. Амгуньская золотопромышленная компания была утверждена с целью эксплуатации золотых приисков общей площадью 7309 десятин (1 десятина =10925,4 м), расположенных в бассейнах рек, впадающих в Амгунь, в Удском округе Приморской области. Амгуньская золотопромышленная компания не имела строго определенного основного капитала. Все ее средства состояли из регулярных денежных взносов пайщиков. Наиболее крупными из них были: С. С. Шадрин, А. Е. Шадрин, Н. А. Нерпин, Е. А. Красильников и А. П. Красильников. Позднее 80 паев из 100 перешли в собственность Российского золотопромышленного общества. Компания пользовалась кредитом в Государственном банке. Все ее операции производились в Петербургском международном коммерческом банке. В 1890 году компания приобрела 5 приисков в долине реки Семи. Тогда же в 1890 году приступила к разработке прииска Покровского, давшего в течение 9 лет 1651817 грамм золота.

128

Добыча золота Название приисков

Покровский

Воскресенский

Добыто золота

Год пуд

фунт

золотник

доля

1890–91

9

–

88

76

1891–92

21

2

61

–

1892–93

30

4

17

–

1893–94

52

30

63

–

1894–95

29

6

95

–

1893–94

7

31

33

–

1890–91

5

34

–

–

В 1896 году приступила к разработке прииска Николаевского на реке Семи, здесь в течение 4 лет было намыто 868166 грамм. В 1896–1897 годы проводилась разведка неразрабатывающихся приисков: Еленинского по реке Семи, Иннокентиевского по Бриакану, Афанасьевского, Туманного, Северного и Крестовоздвиженского по ключам в вершинах Семи, Заширотного за левой широтой Николаевского прииска, Увального за левой широтой Николаевского и Покровского приисков, Аграфенинского по Аграфенинскому ключу, Восточного по речке Черной, Вознесенского по речке Камокану и Дмитриево-Афанасьевского по речке Кремень. В 1899 году по предложению Российского золотопромышленного акционерского общества был поставлен вопрос о целесообразности преобразования компании в акционерное общество, но по решению общего собрания участников 10 мая 1899 года это предложение было отклонено. Управление делами компании осуществляло правление в составе шести членов и находилось в Петербурге и товарищ-распорядитель. На протяжении ряда лет эту должность занимал А. И. Нерпин.

129

Общее собрание пайщиков компании созывалось несколько раз в год для обсуждения отчета за истекший год и плана работ и сметы на будущий год и решения вопросов, связанных с производственной деятельностью компании. Руководство делами на приисках осуществляло Главное управление приисками, находящееся вначале в Благовещенске, а затем переведенное в район амгуньских приисков. В Иркутске и Николаевске компания имела своих агентов. Амгуньская золотопромышленная компания прекратила свое действие на основе Декрета СНК (Совет Народных Комиссаров) от 27.12. 1917 года «О национализации крупнейших предприятий горной, металлургической и прочих отраслей промышленности». Деятельность компании с 31.07.

1890 года по 27.12. 1917 года (27 лет) Постановлением № 4 от 15 мая 1892 года Николай Афанасьевич Першин избран товарищем-распределителем компании сроком на 2 года, вступившим в свои обязанности с 01.10.1892 года (заместитель — Евгений Васильевич Доенин). Постановлением № 1 от 11 декабря 1895 года Алексей Иванович Нерпин избран управляющим-участником (ныне товарищем-распределителем) компании. Николаевские купцы 2-й гильдии: Шадрин Семен Савич — крестьянин Вологодской губернии, Сольвычегодского уезда, Тимошинской волости. Жена — Анастасия Ефимовна Шадрина Николай Афанасьевич Першин Евгений Иванович Красильников Анастасия Поликарповна Красильникова (жена) Благовещенские купцы 2-й гильдии: Иван Александрович Опарин Дмитрий Афанасьевич Попов 130

Хабаровский купец 1-й гильдии: Василий Федорович Плюснин Инженер-механик — Лев Кириллович Шешминцев Вольный шкипер — Иван Карлович Нордстрем Верхоленский мещанин — Гермоген Николаевич Курбатов Крестьянин Вятской губернии, Орловского уезда, Истобинской волости — Автоном Андреевич Королев Составили между собой Товарищество на вере под фирмой Амгуньская золотопромышленная компания 30 мая 1890 года. В общее владение Товарищества входили следующие золотосодержащие прииски в Удском округе Приморской области, которые утверждены за участниками: Еленинский — по р. Семи, впадающей слева в р. Амгунь (заявлены 16.03.1889) на имя николаевского купца 2-й гильдии — Евгения Николаевича Красильникова (межевой акт от 27.02.1890). Николаевский — по р. Семи, впадающей слева в р. Амгунь (заявлены 28.11.1888) на имя николаевского купца 2-й гильдии — Николая Афанасьевича Нерпина (межевой акт от 22.02.1890). Покровский — по р. Семи, впадающей слева в р. Амгунь (заявлены 16.03.1889) на имя крестьянина Вологодской губернии Сольвычегодского уезда — Семена Савича Шадрина (межевой акт от 25.01.1890). А также взятые в арендное содержание от нерчинского 2-й гильдии купца Иннокентия Ивановича Шилова: Иннокентьевский — по р. Бриакан, впадающий слева в р. Семи (в Еленинский прииск Красильникова), по акту, заключенному тов. Н. А. Першиным 20.05.1889 года. Семеновский — принадлежащий Читинскому мещанину Ивану Руфовичу Корякину, по Безымяному ключу, впадающему с правой стороны в р. Бриакан, по акту, заключенному тов. Нерпиным 20.05.1889 года, и, наконец, отдельные при131

исковые партии, открытые и заявленные у начальника Удского округа на разных лиц, но еще не межевым актом: По реке Семи, выше Покровского прииска, принадлежащего Шадрину, на имя купца Н. А. Нерпина, заявлен 24.07.1889 года за № 10. По Безымяному ключу, впадающему с левой стороны р. Семи (в Покровский прииск) на имя Анастасии Ефимовны Шадриной, заявлен 16.03.1889 года за № 4. По р. Бриакан, впадающей в р. Семи, ниже арендованного от Шилова Иннокентьевского прииска на имя Семена Савича Шадрина, заявлен 21.02.1889 года за № 2. По р. Орога, впадающей в р. Семи, заявлен на имя Н. А. Нерпина 28.11.1888 года под № 9. По ключу Малый Безымянный, впадающего по течению с правой стороны с Большого Безымянного (площадь, заявленную на имя Анастасии Ефимовны Шадриной), на имя Дмитрия Афанасьевича Попова, заявлен 20.02.1890 года за № 2. По ключу Первый Безымянный, впадающего слева в р. Семи (в Покровский прииск Шадрина), заявлен на имя крестьянина Автонома Андреевича Королева 09.04.1890 года за № 8. По ключу Второму Безназванному, впадающему слева в р. Семи (в Покровский прииск Шадрина), заявлен на купца Ивана Александровича Опарина 10.04.1890 года за № 11. За широтою Николаевского прииска, принадлежащего Н. А. Нерпину, по р. Семи, заявлен на имя купца Ивана Александровича Опарина 23.05.1890 года за № 20. За широтою Еленинского прииска, принадлежащего купцу Красильникову, по р. Семи, заявлен на имя Дмитрия Афанасьевича Попова 23.05.1890 года за № 22. По Безымянному ключу, впадающему с правой стороны в р. Семи (в Николаевский прииск Н. А. Нерпина), заявлен на имя Анисьи Поликарповны Красильниковой 23.05.1890 года за № 23.

132

По Правому Безымянному ключу, впадающему с левой стороны в р. Семи, заявлен на имя Семена Савича Шадрина 14.03.1890 года за № 4. По Безымянному ключу, впадающему с левой стороны в р. Семи (в Покровский прииск), заявлен на имя Евгения Ивановича Красильникова 14.03.1890 года за № 6 и заявление на имя жены крестьянина Анастасии Ефимовны Шадриной 14.03.1890 года. За № 7 по р. Малый Бриакан, впадающей с левой стороны в р. Семи в приток Амгунь.

14.03.1890 года за № 5 по Безымянному Второму ключу, впадающему слева в р. Семи.

9.01.1890 года за № 9 по р. Камакан, впадающей с правой стороны в р. Семи (в Елизаветский прииск Красильникова). Количество паев в компании: • 28 паев — Семену Савичу Шадрину • 2 пая — Анастасии Ефимовне Шадриной • 24 пая — Николаю Афанасьевичу Першину • 8 паев — Евгению Ивановичу Красильникову • 2 пая — Анастасии Поликарповне Красильниковой • 10 паев — Ивану Александровичу Опарину • 6 паев — Дмитрию Афанасьевичу Попову • 12 паев — Василию Федоровичу Плюснину • 3 пая — Льву Кирилловичу Шешминцову • 1 пай — Гермогену Николаевичу Курбатову • 3 пая — Автоному Андреевичу Королеву

133

Прииски

Годы (добыто золота) 1895/6 1896/7 1897/8 1898/9 1899/0 1900/1 1901/2 1902/3 1903/4 1904/5 1905/6

ШАДРИН С. С.

6 п 04 1 п 03 5 п 19 11 ф 05 03 ф ф ф 71з ф 66 ф 60 90 75 76 з 19 д з 56 д з 13 д з 60 д з 73 д

11 п 14 п 3 п 28 25 ф 19 ф ф 78 з 88 з

16 п 28ф 94 з

11 п 15 ф 28 з

Николаевский

17 п 34 ф 52 з

12 п 19 ф

19 п 22ф 29 з

37 п 28 ф 28 з

13 п 08 ф 78 з 48 д

Рождественский

–

36 п 40 п15 38 ф ф 18 з 44з

14 п 11 ф 09 з

4п 01 ф 65 з

19 п 4 п 05 25 ф 6 п 23 23 ф ф 53 65 з ф 17 з 29 з з 45 д 59 д

Воскресенский

–

–

0.6 ф

0.5 ф 84 з

07 ф 48 з

Увальный

–

–

–

13 п 2 п 36 06 ф ф 22 з 11 з

–

Вознесенский

–

–

–

3 п 27 3 п 12 ф 64 з ф 40 з

–

НиколаеЕгоровский

–

–

–

–

–

–

–

01 ф 59 з 02 д

–

–

–

Еленинский

–

–

–

–

–

–

–

–

–

–

37 ф 01 з 26 д

–

–

59 з 54 д

05 ф 90 з 21 д

–

Покровский

9п 01 ф 51 з

10 п 27ф 16 з 05 д

23 п 06ф 36 з 63 д

6п 35 ф 85 з 78 д

13 п 26 п 10 ф 22 ф 40з 14 42д з 16д 91 з 49 д

01 ф 63 з 42 д

2 п 24 10 ф 08 04 01 ф 6 п 12 ф 86 78 з 81 ф 21 ф 15 62 ф 26 з з 48 д д з 56 д з 59 д з 76 д –

4 п 09 9 п 14 20 25 ф ф 61 ф 14 ф 61 53 з 77 д з 12 д з 03 д з 77 д

21 п 14 п 8 п 37 7 п 08 2 п 04 04 14 ф ф 17 ф 81 ф 63 з ф 54 55з з 30 д з 88 д з 80 д 51 д

СУББОТИН И. А.

2 п 18 5 п 38 ф 18 з ф 01 з

Евгеньевский

–

–

–

–

Успенский

–

–

–

–

–

–

Благовещенский

–

–

–

–

–

–

–

17 п 5 п 06 20 18 ф 03 ф 42 ф 95 65 ф 68 з 23 д з 67 д з 14 д з 16 д

Казанский

–

–

–

–

–

–

–

5 п 26 8 п 20 3 п 31 ф 44 ф 41 ф 49 з 61 д з 42 д з 21 д

134

4 п 80 2 п 10 08 ф 11 ф 4 п 34 ф 38 ф 29 11 з 17 16 ф 20 з з 37 д з 78 д д з 82 д

–

Прииски

Годы (добыто золота) 1895/6 1896/7 1897/8 1898/9 1899/0 1900/1 1901/2 1902/3 1903/4 1904/5 1905/6

МЕРИНОВ В. П.

9 п 4 п 80 2 п 10 08 ф 11 ф 14 ф ф 38 ф 29 11 з 16 з 20 з з 37 д з 78 д 17 д 82 д

Успенский

–

–

–

–

–

–

Благовещенский

–

–

–

–

–

–

–

17 п 5 п 06 20 18 ф 03 ф ф 42 ф 95 65 68 з з 23 д з 67 д з 14 д 16 д

Казанский

–

–

–

–

–

–

–

5 п 26 8 п 20 3 п 31 ф 44 ф 41 ф 49 з 61 д з 42 д з 21 д

–

БЕРКОВИЧ М. Л. Аграфенинский

–

–

–

–

–

–

–

–

2п 32 ф 47 з

28 ф 25 ф 06 з 02 з 24 д 75 д

Ясный

–

–

–

–

–

–

–

–

2п 14 ф 94 з 29 д

5п 04 ф 15 з 08 д

НиколаеАлексеевский

–

–

–

–

–

–

–

–

–

–

–

–

–

–

9п 14 ф 20 з

–

3 п 36 ф

18 ф 91 з 45 д

5п 03 ф 16 з 38 д –

ИКОННИКОВ Благовещенский

–

–

–

–

–

17 п 5 п 06 20 18 ф 03 ф ф 42 ф 95 65 68 з з 23 д з 67 д з 14 д 16 д

КОРОЛЕВ А.А. Заширотный

–

–

–

–

–

5п 39 ф

12 п 25 ф 23 ф 76 03 з з 76 д 28 д

–

ДУДИН В.В. Успенский

–

–

–

–

–

4 п 2 п 10 08 ф 11 ф 30 ф ф 29 11 з 16 з 38 з з 78 д 17 д 82 д

КУЛЬМИН В.П. Евгеньевский

–

–

–

–

–

–

–

05 ф 90 з 21 д

–

Пуд = 16,380496 кг. Фунт = 0,40951241 кг. Золотник = 4,265542 г. Доля = 44,434940 мг.

135

Прииски и годы • Покровский 1890 года.

• Воскресенский 1893 года. (узкая долина небольшого ключа с левой стороны р. Семи) • Николаевский (с востока соприкасался с прииском Покровским) — промывочная машина была запущена 6 июня 1895 года.

• Увальный — располагался по увалу гор с северной стороны долины р. Семи.

• Вознесенский • Рождественский • Еленинский • Нижне-Покровский — промывочная машина с двумя бочками, приводилась в движении паром. Приводилась в действие 20-сильным локомобилем, который, кроме того, вертел бесконечный канат, поднимавший вагончики, заменяющие таратайки для отвоза эфелей и гальки. Рабочая сила, требуемая на этих простых промышленных машинах, — не менее 45 человек. (1 — смотритель машины; 1— помощник смотрителя; 1 — нарядчик;1— промывальщик;1 — караульный; 1— машинист; 2 — кочегара; 6 — свальщиков; 7 — при наполнении вагонов и отвозке эфелей и гальки; 4 — при надзоре за рукавами, ременной передачей и т. д.; 1 — при сплотках, для уравнения притока воды; 19 — при канате, для автоматического выпуска эфелей и гальки.)

• Васильевский • Верхне-Покровский — промывочная машина была запущена 2 июня 1895 года • Ельцова и Левашова • Средне-Николаевский — однобочковая машина приводилась в действие водяными колесами.

• Верхне-Николаевский • Заширотный 136

Промывочная машина самая простая: пески, привезенные в таратайках на верхнюю площадку, на высоте до 4 саженей от почвы высыпаются в бочку. Посредством 12–16 рукавов впускают объем воды, превышающий объем промываемых песков в 12–15 раз. Бочка снабжена железными гребнями, которые помогают отделению речников от глины, которую они содержат. Бочка отделяет гальку от песка и попадает в наклоненный люк, откуда с помощью таратаек ее вывозят в галечные отвалы. Эфеля, проходящие через бочечные дырки, падают на шлюз. Верхняя часть шлюза более наклонная, чем нижняя. Каждая часть шлюза разделена на три отделения, покрытые решетками. Первые два отделения верхней части покрыты, кроме того, толстым ковром, предназначенным для улавливания мелкого золота. У нижнего конца шлюза эфеля попадают в пирамидальные ящики, которые открываются снизу. В этих ящиках скапливаются эфеля, которые на таратайках вывозятся на галечные отвалы.

137

Речники, задержанные решетками, промываются два раза в день на другом шлюзе меньших размеров, называемом американкой, и получаемые тут эфеля промываются на вашгерде. Вашгерд — промывочное устройство в виде наклонного стола c бортами; применяется для доводки концентратов и промывки песков, содержащих благородные металлы. Изготовляют вашгерд из гладко отструганных досок толщиной 30–40 мм. Иногда рабочую поверхность вашгерда покрывают сукном. B зависимости от назначения вашгерд устанавливают c уклоном от 0,01 до 0,04. B головной части устройства расположены две деревянные перегородки для распределения воды тонким слоем по наклонной поверхности.

Oбогащение на вашгерде происходит за счет расслаивания исходного материала на тяжелый концентрат (в нижнем слое) и легкие хвосты (в верхнем).

Mатериал на вашгерд подается порциями от 5 до 50 кг. Доводка на вашгерд производится вручную, путем перегребания скребком материала по наклонной поверхности навстречу движущемуся потоку воды. При высокой квалификации доводчика извлечение 96–98 %.

Oбслуживают вашгерд обычно 1–2 человека.

138

Золото высушивалось, отвозилось в контору, взвешивалось и готовилось к отсылке. В период революции и гражданской войны организованная разработка приисков частными компаниями прекратилась (в 1917–1921 годах), и добыча приняла хищнический характер. Только со второй половины 1922 года Горное управление получило возможность приступить к восстановлению разрушенной золотопромышленности.

1912 года Генрихсоном Г. И. начата добыча золота на прииске по ключу Ниликану. В 1912 году намыто — 199838 грамм, в 1913 году — 373406 грамм. В 1914 году — 477857 грамм. Работы на прииске велись золотничные. Большие подготовительные и разведочные работы в 1923 году произведены хозяйским способом в Амгуньском и Кербинском подрайонах. Золотоносность Амгуньской системы была обнаружена лишь в 1870 году открытием Тетюковым по левому притоку Амгуни около 85–86 километров от устья речки Херпучи золотоносной россыпи. Это открытие положило началу дальнейшим поискам, результатом которых стало открытие в 1877 году золотоносной площади в долине реки Верхний Сулак, правого притока реки Керби. Но золотопромышленность здесь стала на твердую почву лишь с разработкой в 1891 году прииска Покровского в верховьях реки Семи и прииска Веселый по реке Сулакиткану (правый приток реки Гонгрен), который стал разрабатываться в 1893 году. В 1914 году Амгуньская компания буром Эмпайер производила усиленную разведку золотоносных площадей по долине реки Керби. Распространение золотоносных пород, заслуживающих разработки драгами, по всей ширине долины реки Керби и необыкновенно легкая промываемость пород могла дать возможность Амгуньской компании увеличить золотодобычу при наличии драг.

139

Прииск Рождественский (ключ Рождественский — правый приток реки Семи) открыт в 1897 году. С 1909 года Амгуньская компания устанавливает сперва на Евгеньевском прииске (река Таколан — правый приток реки Керби) 4,5-футовую паровую драгу. В 1911 году — вторую 7-футовую на Николаево-Алексеевском прииске (река Гонгрен — правый приток реки Керби). Добыто золота драгами в килограммах: № драги 1 2

Годы 1909

1910

1911 1912

1913

1914

1915

39,580 30,490 19,882 26,404 43,479 35,387 27,355 –

–

133,314 141,131 90,295 26,322 40,500

Всего 222,578 501,562

А 1915 году золотодобыча драгами прекратилась. Главное управление Амгуньской компании Главное управление находилось в городе Благовещенске. Главным управляющим состоял благовещенский купец Евгений Васильевич Доенин. Главной конторой заведовал бухгалтер с четырьмя помощниками, а пятый служащий заведовал компанейским складом, состоящим из двух амбаров и дома для помещения служащих. Главный управляющий заключал лично условия с благовещенскими торговыми фирмами и частными лицами относительно покупки главных припасов и товаров для приисков. Участвовал непосредственно в найме рабочих. Выбирал служащих и составлял сметы на будущие операции, а также в обширном и разнообразном приисковом деле главное назначение Главного управляющего — заменять хозяйский глаз — можно исполнить только, живя при деле, то было бы много лучше, если бы Главный управляющий 140

проживал на приисках или на резиденции, с конца февраля до конца сентября месяца. Перемещение Главной конторы из Благовещенска на Амгуньскую резиденцию вызвано необходимостью содержать в Благовещенске агента с помощником, но взамен тех 10 человек служащих, которые находились в двух конторах, ограничились только 7 служащими. Агенты компании Агенты компании находились в двух пунктах — в Иркутске и Николаевске. Иркутский агент покупал ежегодно известное количество лошадей для приисков и то количество различных товаров, которые лошади эти в состоянии довезти до Благовещенска зимним путем. Они же присутствовали при сплаве золота в каждой лаборатории и исполняли все поручения Главного управляющего. В Николаевске Амгуньская компания имела собственный одноэтажный деревянный дом с деревянным флигелем и двумя небольшими амбарами. Обязанности агента в Николаевске более сложные: он круглый год был занят приемом и отправкой почты, летом сдачей золота, приемом грузов с иностранных и с амурских пароходов, подготовкой и сдачей груза компанейским пароходам, исполнением всех тех мелких поручений, с которыми приисковое управление и служащие обращаются туда как в ближайший город, и, наконец, выдачей денег расчитанным рабочим и служащим — до 100 000 рублей в год. Немиленская резиденция Резиденция находилась в 350 верстах от устья Амгуни, на левом берегу, в 8 верстах выше устья реки Немилена и в 5 верстах ниже устья реки Семи, впадающих в Амгунь. Резиденция построена с целью приема и хранения груза, доставляемого для приисков исключительно летом на пароходах.

141

На резиденции были построены: церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы, дом для священника, дом для резидента, двух служащих и приезжих, хлебопекарня с помещением для казаков, баня для служащих и рабочих, казарма в три отделения, с мастерской при ней, конюховская с помещением для нарядчика, конный двор с навесом, скотный двор, два амбара, крытые железом для 70000 пудов груза, с завозней при них, крытой тесом, и ледником для хранения мяса. Не доставало больничного отделения. Первое зимовье Шадрина было превращено в квартиру для служащих на пароходах, но из них капитан парохода Семи, семейный, жил тоже в доме резидента, и теснота в этом доме стесняла приезжих. Все постройки на резиденции, включая и амбары, были уже ветхие, не прочные и производили грустное впечатление своей чернотой. Яркий контраст в этом отношении составлял дом, выстроенный на средства Амгуньской компании для священника, в нем были прекрасные обширные помещения, везде капитальные стены и все удобства. В угоду тому же священнику, рядом с его домом, воздвиглось на средства новой Амгуньской компании большое здание для будущих миссионеров, которых священник пожелал набрать между гиляками. На расстоянии одной версты ниже от Немиленской резиденции на берегу Амгуни располагалась Ельцовская резиденция и щеголяла красотою своих зданий. Церковь резидентская была построена исключительно на частные средства бывшего компаньона Николая Афанасьевича Першина и вполне благоустроена. На резиденции всего трое служащих: резидент, материальный и третий при выгрузке пароходов летом и перевозке сена зимой. Рабочих зимой и летом 51 человек, из них зимой 14 человек конюхов состояли при перевозке груза на прииски, 142

а из летней команды 14 человек состояли плотниками при церковных постройках. Остальные зимой и летом на постоянных и разных работах. Все поденщины рабочих и лошадей ближайшей Федоровской станции сносились на счет резиденции, а поденщины рабочих и лошадей второй Ивановской станции сносились на счет приисков. Лошадей постоянных на резиденции не менее 15, но здесь же их зимняя кормежка, и тут содержались все слабые и больные лошади, присылаемые с приисков. Резиденция была поставлена на казенной земле, под нее отведено 25 десятин, без всяких угодий, а для сенокосов арендовались по разным местам и речкам еще 1160 десятин казенной земли, и за все 1185 десятин компания уплачивала 1185 рублей в год. Договор был заключен на три года по 9 марта 1899 года. Оба компанейских парохода зимовали на правом берегу Амгуни, против резиденции, в изгибе реки и защищали пароходы от ледохода. Дорога от Немиленской резиденции до приисков Протяжением в 67 верст устроена хорошая, шоссейная, в 3 сажени ширины, с канавами по бокам. Вдоль дороги на высоких столбах проведена телефонная проволока до приисков, на столбах обозначено число верст. Дорога пересекает левые притоки Семи и имеет на первом станке от резиденции два подъема, на последнем станке до 10 подъемов и спусков, а средний станок пролегает по ровной местности. В 25 верстах от резиденции построена первая станция, Федоровская, а в 22 верстах от первой построена вторая, Ивановская. Последний станок до Покровского прииска 20 верст. На каждой станции имелся маленький дом для служащего и проезжающих, кухня, конюховская, конный двор и телефонный аппарат.

143

Ремонт и содержание телефонного провода от резиденции до приисков составлял 600 рублей в год, не считая содержания электротехника, который исполняет другие обязанности на приисках. Компания Ельцовых протянула свою отдельную проволоку, пользуясь столбами Амгуньской компании. Состояние двух промежуточных станций, считая служащего, конюха, караульного и 4 лошадей при каждой обходятся в 11103 рублей в год и ложится всецело на средства Амгуньской компании. Так как компания Ельцовых выстроила отдельную роскошную станцию рядом с компанейскими, а в ремонте дороги участвует натурою все соседние компании: Ельцовых, Чуриных и Дикмана, эта дорога разделена на семь участков, из них 4 участка исправляет Амгуньская компания, а 3 участка компания Ельцовых. Люди, присланные от Чуриных и Дикмана, разделяются этими компаниями в такой же пропорции, ремонт дороги стоит Амгуньской компании в среднем в 1100 рублей в год. Зимой дорогу прокладывали по низовьям Семи, озерам и болотам, по ровной местности и сокращали летний путь на 13 верст, так что расстояние от резиденции до приисков по зимней дороге всего 54 версты. Для этой дороги построены две другие станции под теми же названиями, куда и переводили служащего, конюхов и лошадей при первом санном пути. Первая зимняя станция в 16 верстах от резиденции, вторая — в 18 верстах от первой, а последний станок до Покровского прииска в 20 верстах. Компания Ельцовых остается в зиму на летних станциях и перевозит свой груз зимой по летней дороге, так что прекращения между резиденцией и приисками никогда не бывало.

144

Пароходы компании Все грузы на резиденцию из ближайших городов доставлялись летом, обыкновенно в начале навигации 2 частными пароходами, частью 2 компанейскими пароходами «Восток» и «Семи». Пароход «Восток» 45-сильный, принимает на себя до 1500 пудов груза и вел баржу с 10 000 пудов груза при осадке в 4 фута. Пароход «Семи» 15-сильный, принимал на себя около 700 пудов груза, при осадке в 23/4 фута. Оба парохода были железные, двухколесные, ходили по Амуру с 1861-го года и требовали капитального ремонта. Маленький пароход «Семи» был настолько старый, неудобный и непрактичный во всех отношениях, что затрачивать что-либо на его капитальный ремонт не стоит, а гораздо проще было продать его тысяч за 7 и купить новый, усовершенствованный и с деревянной баржей на 3000 пудов груза. Пароход «Семи» совершал рейсы между резиденцией и Николаевском, соображаясь в Николаевск с приходом почтовых пароходов, которые приходили туда тоже 3 раза в месяц. Рядом с Удинским складом компании Ельцова, который находился в 90 верстах от устья Амгуни и 250 верстах от Немиленской резиденции, Амгуньская компания построила собственный склад. Имея здесь пакгауз на 60 000 пудов груза, компания в любое время могла увеличить число рабочих и усилить добычу золота на приисках, так как единственным серьезным затруднением к решению дела могло оказаться продолжительное мелководье на Сомнинском и Красноярском перекатах. Тогда груз доставлялся пароходом «Восток» от Удинских складов до резиденции. Наем рабочих Наем рабочих производился обыкновенно в феврале-марте месяце в городе Благовещенске, где они скапливались при выходе с верхне-Амурских, зейских, ниманских, амгуньских и других приисков.

145

Число ищущих найма на прииски увеличивалось с каждым годом, благодаря сокращению работ на всех амурских приисках, кроме амгуньских, но заметно ухудшился их качественный состав, и прежний излишек рабочей силы исчезал. Многие уходили на железнодорожные работы по Забайкалью, многие на хищнические работы по заброшенным приискам в разных глухих лесных трущобах. При подписании контракта рабочий брал задаток от 15 до 45 рублей и являлся в назначенный ему день в Главное управление, которое заранее нанимал частный пароход и отправлял рабочих первым рейсом на Немиленскую резиденцию. Незначительная часть команды для усиления вскрыши торфов высылалась обыкновенно в феврале месяце, в сопровождении служащего, транспортным порядком до ниманских приисков — 700 верст, а оттуда до Покровского прииска — 200 верст. Вещи и провизию везли на нартах с оленями. Этот путь в 900 верст рабочие совершали в 35 дней. Летняя команда приплывала обыкновенно на резиденцию около 15 мая, получала на 3 дня провизию и в сопровождении на следующий день пешком на прииски, куда и приходили на 3-й день. Рассчитывались рабочие на приисках 11 сентября, получали в приисковой конторе ассигновки, на следуемые по расчету деньги, провизию на 3 дня и шли пешком на резиденцию. На резиденции получали вновь провиант на 3 дня, садились на компанейский пароход «Восток», который и доставлял их на 3-й день в Николаевск, где они получали свою додачу деньгами от агента компании и направлялись затем в разные места на собственные средства. Для зимних работ на приисках оставлялось сметное количество рабочих из летней команды, а при недостатке желающих остаться на зиму нанимали рабочих, находящихся на соседних приисках.

146

Нанимались рабочие охотнее на те прииски, где много крупного, подъемного золота. Получали за золотник, сданный в контору, от 2 рублей 50 копеек до 3 рублей, а за золотник, проданный спиртоносам*, 4 рубля. Опытные и ловкие рабочие успевали заработать по нескольку сотен рублей в течение лета, гораздо более, чем на тяжелой земляной работе. Стремление рабочих попасть на такие прииски проявлялось особенно ярко в Благовещенске, при одновременной их приемке доверенными различных золотопромышленных компаний. Управление приисками Управление приисками было сосредоточено на верхнем стане Покровского прииска. Управлял приисками красноярский купец Иннокентий Алексеевич Субботин. Действующие прииски были разделены на три стана: Верхне-Покровский, Нижне-Покровский и Николаевский, каждым станом заведует становой. От Верхне-Покровского до Нижне-Покровского стана две версты расстояния, а от последнего до Николаевского — одна верста. На Верхне-Покровском стане были построены: дом для управляющего, с отделением для приезжающих; контора с помещением для конторщика; три амбара и крытый глухой сарай при них; больница на 25 кроватей, с отделением для аптеки; дом для доктора; три дома для семейных служащих; школа и при ней квартира для холостых служащих; помещение для казачьей команды; две казармы; конюховская с помещением для служащего и нарядчика; столярная мастерская; баня для служащих и при ней прачечная; баня для рабочих; кузница, конный двор, хлебопекарня с кухней, подвал с ледником для хранения мяса. *

Тот, кто на золотых приисках тайно продавал спирт в обмен на золото.

147

На этом стане два разреза, нижний из них соединен с третьим разрезом Воскресенского прииска. На Нижне-Покровском стане были построены: церковь, амбар, два дома для служащих, конюховская и казачья вместе, хлебопекарня и кухня вместе, прачечная, две казармы, бани для рабочих, кузница, конный двор, механическая мастерская и два летних барака на 100 человек рабочих. Здесь был один разрез выработки 1894 и 1895 года, где и производились работы. На Николаевском стане были построены: дом для служащих, амбар, две казармы, конюховская с казачьей, конный двор, кузница, два зимовья, в одном промывалка, а в другом рабочие. Здесь было два разреза. Николаевский стан был построен и находился на площади Увального прииска, а так как капитальные работы на Покровском прииске заканчивались в лето 1880 года и переведутся на Николаевский и на Рождественские прииски, то сюда же перенесли и постройки с Верхне-Покровского стана. Местность главного стана на Увальном прииске центральная, сухая и очень удобная для расположения построек. Горный исправник, лесничий и удской окружной начальник проживали в Николаевске, горный ревизор и отводчик в Хабаровске. Исправник, ревизор и лесничий приезжали каждое лето на прииски, а иногда и два раза в год. Отводчик приезжал по вызову приискового управления. Священник и пономарь проживали на Немиленской резиденции и приезжали на прииски во все торжественные праздники, во время Великого поста и, вообще, по первому требованию приискового управления. Церковь на резиденции вполне благоустроенная, а приисковая церковь, во имя святого Иннокентия, нуждалась в утвари, и новая Амгуньская компания пожертвовала все необходимое на ее благоустройство.

148

Для медицинской помощи служащим и рабочим на приисках содержался доктор, фельдшер, лазарет на 25 кроватей, с отделением для аптеки и приемный покой с 5 кроватями на Николаевском прииске. Здешний доктор заведовал также больницей у Ельцовых. Школа была устроена для обучения 20 детей служащих и оседлых рабочих. Должность учителя зимой исполнял горный служащий, окончивший курс духовной семинарии. При школе имелась маленькая библиотека. Служащие были разделены следующим образом: 1 — управляющий прииском; 3 — становых; 1 — конторщик и при нем 4 помощника; 20 — на горных занятиях; 3 смотрителя надворных работ; 2 медицинских фельдшера; 1 — доверенный по поисковым партиям; 1 — электротехник; 1 —плотничий мастер; 1 — чертежник; 1 — материальный с 1 помощником. На резиденции 3 служащих. Итого — 43 человека. В Главном управлении в Благовещенске: 1 — Главный управляющий, 1 — бухгалтер и 4 помощника и 1 материальный; 1 доверенный в Николаевске, 1 доверенный в Иркутске; 1 приисковый врач; 2 капитана пароходов. Итого –12 человек. Всего — 55 человек. Условия жизни служащих на амгуньских приисках были незавидные. Квартиры сырые и холодные, отапливались нездоровыми железными печками. Для стола служащих в амбаре решительно ничего не было. Наложенные здесь на все припасы, отпускаемые служащим, 10 % сверх стоимости их компанией, а на все товары 20 % составляли слишком крупные и несправедливые налоги. На соседних приисках компании Ельцовых, где было всего 18 человек служащих, в амбарах было все, что необходимо для служащих, и там никаких процентов со своих служащих не брали и жалование прислуги относили за счет компании. Рабочие состояли из русских подданных, из тех 360 человек, которые находились с апреля, только 3 китайских под149

данных — два повара и один лакей. Преобладающее сословие — крестьянское, их 287, мещан — 38, отставных низших чинов — 7, переселенцев — 21, инородцев — 4 и китайцев — 3. Все эти люди были малограмотные или вовсе безграмотные, самого крепкого возраста от 30 до 40 лет, из них ¼ приходили с женщинами. Неявка на прииски рабочего, взявшего задаток, бывала редкой. В наказание за леность, дерзость (это было оговорено в договоре) рабочий переводился на работу малооплачиваемую или лишался общей порции водки, или ограничивался в выписке из амбара. За невыход на работу и пьянство рабочий ставился на работу в дни общего отдыха, за трехдневный невыход на работу рабочий рассчитывался и записывался в штрафной журнал, о чем сообщалось соседним приискам во избежание его найма куда бы то ни было. Казармы были здесь деревянные, тесом или железом крытые, внутри неоштукатуренные, разделены, где на 2, а где на 3 отделения, на 25 и 30 человек каждое. Отапливались железными печами и освещались зимой электричеством, а летом стеариновыми свечами. В старых казармах были койки в 2 1/2 аршина ширины и 3 аршина длины, рассчитанные, каждая, на 2 человека холостых или на одного семейного. Новые казармы на Николаевском стане построены по общему плану, утвержденному правительством, где на каждого человека полагалась отдельная койка в аршин ширины и 3 аршина длины. Семейные и холостые не разделялись по отделениям казармы, а жили вместе. Объем воздуха на каждого человека составлял в среднем 33 кубических аршина (аршин = 0.711200 м, кубический аршин = 0.359728 м3). Жены рабочих были обязаны исполнять все женские работы за установленную плату, а подметать казармы — безвозмездно.

150

Женщины, не состоящие на работах, не получали мяса и уплачивали компании по 7 рублей в месяц за свое содержание. Общего котла у рабочих не было. Провизия выдавалась артелям на руки, мясо летом ежедневно. При каждой казарме имелась чаеварка, отдельное маленькое здание, где летом один рабочий от компании присматривал за котлами, которые рабочие ставят сами. Зимой на все казармы полагался один водовоз, и варку пищи и чая производили женщины, нанятые самими рабочими по добровольному соглашению. Летом вода проводилась во все казармы и чаеварки посредством желобов. В счет содержания рабочим полагалась по контракту в месяц: мяса 1 пуд 5 фунтов; хлеба печеного 3 пуда, чаю кирпичного ¾ кирпича, соли 3 фунта, крупы 10 фунтов, масла скотского 1 фунт или сала топленого 11/2 фунта. Хлеб выдавался без веса, но выходило в среднем не более 4 фунтов в день на человека. Льготные дни давались рабочим согласно Высочайше утвержденным правилам о найме рабочих. С 1 октября по 1 апреля приходится по семи дней на каждый месяц, а с 1 апреля по 1 октября по 3 дня в месяц, в общем 65 дней в году. С 1 октября по 1 марта выходят на работу в 6.30 часов утра, кончали в 5 часов вечера, на обед и один чай полагалась 1,5 часа, что составляло 9 рабочих часов. С 1 марта по 1 октября выходили на работу в 5 часов утра, кончали в 8 часов вечера, на обед и два чая полагалось 3 часа, что составляло 12 рабочих часов, переход делался постепенно. Средний забор в операцию составлял 291 рубль 55 копеек, из них рабочий брал деньгами 90 рублей, припасами на 79 рублей и товарами на 122 рубля 55 копеек. Средний задаток 30 рублей, средняя додача при расчете 140 рублей 40 копеек. Средний годовой заработок составлял 462 рубля.

151

Годовая раскомандировка рабочих за 1895 год

50,27 51,53 50,83

–

–

13,69

–

–

Льготных

Больных

При промывке песков При гидротехнической работе Надворные и хоз. работы

На песках

На торфах

Годовых

Летних

Зимних

На приисках На резиденции

167,62 509,74 320 23,0719,01 8,12

В течение года

?????

В зимний день В летний день

Процентное отношение по роду работы

Место

Число рабочих

Количество выработки в куб. саженях земли на 1 рабочего

25,32 3,16 7,63 0,50 0,85 1/2 90,76

92,73 1,87 5,40 –

–

–

Средняя плата рабочим по роду работ за 1895 год В месяц Род работ

Зимой

Летом

В год

Руб.

Коп.

Руб.

Коп.

Руб.

Коп.

Постоянные

29

–

31

–

360

55

Мастеровые

34

33

40

75

450

50

По разным работам

28

20

34

30

375

10

На торфах

35

20

45

10

481

80

На песках

–

–

52

17

313

05

За подъемное и старательское золото 11ф 63 з 36 д по 2 руб. 50 коп. за золотник

–

–

–

–

2.798

54

152

Экономические условия Прииски обеспечивались всем необходимым на год вперед. Закупки производились хозяйственным способом зимой в Благовещенске и доставлялись летом до приисков на пароходах. При малейшем неурожае в Амурском районе приходилось искать муку и овес в Забайкальской области и других регионах России (в городе Одесса). Мясо доставлялось на прииски тоже летом, на ногах. Быки сплавлялись до резиденции на баржах, привоз их обходился довольно дорого, 12 рублей с головы. Кроме того, потеря веса во время пути и при переходе на худшие корма на резиденции и приисках, затем уход и кормление до осени, все вместе составляли расход в 2 рубля 20 копеек с пуда. Средняя цена главных припасов и фуража за 1994–1895 гг. Мука яричная

Год Место

Овес

Крупа

Мясо

Сено на резиденции

Руб. Коп. Руб. Коп. Руб. Коп Руб. Коп. Руб. Коп.

1894 В Благовещенске

–

80

–

70

1

50

3

80

–

25

На приисках

2

–

1

90

2

70

6

–

1

–

В Благовещенске

1

59

–

60

1

67

3

90

–

25

На приисках

2

79

1

80

2

87

6

10

1

–

1895

Сено заготовлялось подрядным способом. Кириков, который занимался и доставкой грузов с резиденции до приисков, состоял подрядчиком на поставку сена до 75000 пудов в год, с платою по 25 копеек с пуда на компанейских сенокосных местах, из них некоторые находились в 25 верстах от резиденции, и доставка этого сена до резиденции обходилась

153

в 40 копеек с пуда, а с доставкой на прииски составляла уже 1 рубль 25 копеек за пуд. Аренда около Удинского склада обширных и прекрасных лугов и поставка сена на Удинский склад обходилась не дороже 15 копеек с пуда. Доставка оттуда на резиденцию на компанейских пароходах 10 копеек. На 1-й Федоровской станции выращивали картофель и капусту, смотрящий Вальков посадил эти овощи в одной версте от станции и получил баснословный урожай. В 4 верстах от Федоровской станции протекает речка Хевлак, впадающая в Керби. Ежегодно в августе-сентябре по этим речкам поднимается такое количество кеты, что берега запружены ею. Приисковое управление выписывает соленую рыбу из Николаевска по 3 рубля за пуд. Разрешение, данное Валькову, засаливать рыбу с платой ему по 50 копеек с пуда дали приискам дешевую и вкусную рыбу. Количество приисков (Керби, Семи, Нилан)

154

Год

Число приисков

Добыто золота в граммах

1882

1

124369

1883

1

208770

1884

1

208892

1885

3

164133

1886

1

2703

1887

1

65522

1888

–

–

1889

–

–

1890

1

2048

1891

2

212946

1892

2

518129

1893

3

1049090

Год

Число приисков

Добыто золота в граммах

1894

4

1816966

1895

8

1201796

1896

8

1157364

1897

8

1693088

1898

9

1975407

1899

16

1793337

1900

17

1699722

1901

18

1721263

1902

17

1491977

1903

18

2163455

1904

21

2188394

1905

20

1127675

1906

13

915301

1907

18

869026

1908

23

908298

1909

23

377366

1910

23

381543

1911

26

368070

1912

26

384000

1913

23

402264

1914

–

471426

1915

–

477299

Добыча золота драгами и экскаваторами Год

Число приисков

Добыло золота в граммах

1911

1

19861

1912

2

152175

1913

2

129076

1914

–

131713

1915

–

1916–1924

67958 Не было

155

Пионерами золотопромышленности явились братья Бутины и Тетюков на Амгуни по реке Херпучи. Пути сообщения Амгуно-Кербинского района с населенными пунктами: 1. С Николаевска на Амуре на пароходах по реке Амгунь до Кербинского склада (бывшая резиденция приисков) — 410 км.

2. От Кербинского склада по колесной дороге на прииски: до Покровского прииска (по реке Семи) — 71,5 километров и до прииска Веселого (по реке Сулакиткану) — 90.5 километров.

3. Кроме того, Кербинский район соединен приисковой таежной дорогой протяженностью до 266,5 километров с Экимчаном — резиденцией приисков Верхне-Селемджинского района. В приисковом районе имелись другие таежные вьючные дороги, выводящие в Ниманскую систему. А оттуда постоянным пароходным сообщением на Благовещенск. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Амуро-Орельская золотопромышленная компания — одно из крупных золотодобывающих предприятий Приморской области. Самый большой прииск компании Петропавловский (1896) отведен был на имя николаевского купца 2-й гильдии Гермогена Николаевича Курбатова. Одновременно с прииском Петропавловским были заявлены прииски: Васильевский — на имя владивостокского купца Владимира Петровича Бабинцева; Мариинский — на имя Марии Андреевны Курбатовой; Михайловский — на имя Михаила Григорьевича Шевелева. С 1899 года прииски Г. Н. Курбатова стали называться Амуро-Орельская золотопромышленная компания. С 1896–1899 года было добыто 12 пудов 3 фунта 49 золотников и 54 доли золота.

156

Кроме компаньонов Амуро-Орельской золотопромышленной компании: Курбатова Г. Н., Шевелева М. Г., Бабинцева В. П., Касьянова, ими еще были: николаевский купец Степан Иванович Баранов и Константин Николаевич Шулынгин. В 1899 году дела компании ухудшились, из 12 заявленных приисков работало только 3. Прииски Амуро-Орельской золотопромышленной компании 1909–1917 гг. Название приисков

Год

Глафириевский Петропавловский Мариинский

Добыто золота пуд

фунт

золотник

доля

1913

1,0

3,0

29,0

41,0

Глафириевский Петропавловский Мариинский

1914

1,0

6,0

22,0

45,0

Глафириевский Петропавловский Мариинский

1915

2,0

34,0

83,0

33,0

Васильевский

1910

–

2,0

30,0

–

Васильевский

1911

–

12,0

52,0

–

Васильевский

1916

–

1,0

–

43,0

Глафириевский

1911

–

4,0

20,0

89,0

Глафириевский

1914

–

1,0

80,0

77,0

Глафириевский

1915

–

3,0

65,0

15,0

Глафириевский

1916

–

–

77,0

19,0

Иннокентьевский

1915

–

1,0

6,0

68,0

Иннокентьевский

1916

1,0

18,0

11,0

4,0

Мариинский

1909

3,0

36,0

16,0

55,0

Мариинский

1910

2,0

12,0

11,0

47,0

Мариинский

1911

–

18,0

92,0

95,0

Мариинский

1912

1,0

34,0

48,0

41,0

157

Название приисков

Год

Добыто золота пуд

фунт

золотник

доля

Мариинский

1913

–

38,0

49,0

21,0

Мариинский

1914

–

37,0

53,0

50,0

Мариинский

1915

2,0

–

46,0

80,0

Мариинский

1916

1,0

–

64,0

50,0

Михайловский

1916

–

10,0

53,0

74,0

Михайловский

1917

1,0

19,0

26,0

88,0

Михайловский

1918

–

12,0

56,0

33,0

Петропавловский

1909

–

8,0

53,0

88,0

Петропавловский

1910

–

22,0

13,0

27,0

Петропавловский

1911

–

22,0

26,0

31,0

Петропавловский

1912

–

2,0

38,0

72,0

Петропавловский

1913

–

5,0

84,0

48,0

Петропавловский

1914

–

6,0

76,0

14,0

Петропавловский

1915

–

29,0

70,0

62,0

Петропавловский

1916

1,0

9,0

86,0

3,0

Петропавловский

1917

–

10,0

23,0

42,0

Сретенский

1911

1,0

30,0

67,0

–

Сретенский

1912

16,0

12,0

52,0

48,0

Сретенский

1913

22,0

78,0

51,0

–

Сретенский

1914

24,0

11,0

–

81,0

Сретенский

1915

42,0

14,0

62,0

10,0

Сретенский

1916

23,0

2,0

69,0

65,0

158

ОХОТСКАЯ ЗОЛОТОПРОМЫШЛЕННАЯ КОМПАНИЯ Для разработки открытых приисков 23 июля (5 августа по новому стилю) 1897 года была образована Охотская золотопромышленная компания. Пайщиками компании были: Степанов Артамон Петрович (36 паев), Надецкий Абрам Пейсахович (36 паев), Мартинсон М. З., бывший начальник почтово-телеграфной конторы (13 паев), Маркевич, бывший горный исправник (4 пая), Зинкевич Александр Тимофеевич, рыбопромышленник (2 пая). Остальные 9 паев достались николаевским купцам, среди них был Липа Рафаилович Бермандт. По Уставу компании распорядительство делами было поочередно предоставлено по три года пайщикам Степанову А. П. и Надецкому А. П. Маркевич и Мартинсон снабдили предприятие средствами на первоночальную обстановку, но влияния на ход дела не имели. Первый по времени распорядитель — Степанов А. П. пригласил для устройства обстановки Александра Васильевича Алексеева, горного инженера, изобретателя, работавшего ранее в Забайкалье и в Приамурском золотопромышленном товариществе. Под руководством Алексеева А. В. начали работы на самом богатом прииске Сретенском. Были построены различные золотопромышленные приспособления, а также бочечная машина. Паровая машина для вращения золотопромывальной бочки была 20-сильная и выписана была из Америки через Русско-Китайский банк. Позднее Алексеев А. В. был назначен управляющим Охотской золотопромышленной компанией.

159

Осенью 1899 года Охотская золотопромышленная компания предприняла предварительную разведку коренного месторождения Белая Гора под руководством техника Еремина. Для перевозки золота в банк Николаевска и доставки грузов на резиденцию на озере Чля Охотская золотопромышленная компания купила у японского рыбопромышленника пароход «Николаевск» и баржу. Пароход винтовой 16-сильный, с осадкой 3,5 фута. При небольшой осадке пароход с трудом проходил в мелкую воду в озеро и к причалу резиденции. И все-таки за лето пароход до 18 раз вывозил золото и привозил грузы, покрывая расстояние от Николаевска до Чля за 10 часов. Грузоподъемность баржи составляла 300–400 пудов и стоимость груза за 100 верст составляла 20–40 копеек с пуда. Для перевозки грузов с резиденции на прииск от Чля до Сретенска была проложена грунтовая дорога в 15 верст (название в народе так и осталось как Степановская дорога). На приисках Охотской золотопромышленной компании в 1896–97 годах было 310 рабочих, а в 1897–98 годах — 337 рабочих. В 1899 году на Амуро-Приморской сельскохозяйственной выставке Охотская золотопромышленная компания была удостоена высшей награды за наилучшую постановку дела. За 1897–99 годы на приисках компании было добыто 67 пуда 13 фунтов 54 золотника золота, причем только на Сретенском прииске за 1899 год — 30 пудов 15 фунтов 72 золотника. Остальные 13 приисков компании в 1899 году не работали, и компания платила за них в казну 1102 рубля 60 копеек подесятинной платы. За работающие прииски подесятинная плата составляла 200 рублей. Одновременно с разведочными и промывочными работами шло обустройство приискового стана и резиденции на озере Чля. В 1896–97 годах на Сретенском прииске было построено: дом управляющего приисками в 4 отделениях; 160

амбар в шести отделениях с подвалом; больница в трех отделениях, одно из них жилое; кузница; баня-прачечная-кухня в четырех отделениях, одно из которых жилое; хлебопекарня с жилыми помещениями для казаков; помещение для служащих в три жилых отделения; помещение для служащих в три отделения — одно жилое, два для конторы; казарма для семейных рабочих и мастеров в два жилых помещения; конюховская — одно жилое помещение; больница для лошадей (ветлечебница); конный двор на 80 лошадей; казарма для рабочих в четырех отделениях. На резиденции Чля были построены дом резидента и хлебопекарня. В следующий оперативный год на Сретенском прииске была построена казарма в четырех отделениях, а на резиденции Чля был построен новый трехкомнатный дом резидента, кухня-пекарня и склад припасов в пяти отделениях. В 1905 году Охотская золотопромышленная компания начала строить в Чля электростанцию и электрическую драгу на Сретенском прииске. К 1904 году Охотская золотопромышленная компания имела довольно большой капитал, взяла кредит в 225 тысяч рублей, поэтому у нее появилась возможность для большей механизации работ на прииске. Золотопромывальная машина инженера Алексеева хорошо работала на Сретенском прииске, на Покровском прииске строился паровой экскаватор, но драга была мощнее из всех вместе взятых, лучше улавливала мелкое золото. Летом 1904 года Надецкий А. П. отправился пароходом в Америку и на заводе Нью-Йорской инженерной компании произвел закупку и начал поставку в Россию оборудования для постройки электростанции и электрической драги, согласно подписанному договору. По нему с лета 1905 года на озеро Чля стало поступать оборудование, в село приехали специалисты по монтажу и строительству.

161

Строительство с течением времени требовало все новых и новых затрат, брались новые кредиты. Необходимость строительства драги была очевидна, добыча золота падала. К 1908 году дела компании пошли плохо, и она обанкротилась. По ее делам из кредиторов, главный из которых был Русско-Китайский банк, была образована Администрация по делам Охотской золотопромышленной компании. Она передала прииски в аренду Орскому обществу золотых промыслов с ограниченной ответственностью. Строительство драги было уже на таком этапе, что дешевле было ее достроить, чем не строить. Строительство объектов продолжалось. В 1910 году была пущена электростанция, а 12 октября 1911 года начала работать электрическая драга, за 26 дней ею было добыто 1 пуд 30 фунтов и 67 золотников золота. Драга была покрыта прочной деревянной обшивкой и имела паровоздушное отопление, емкость ковша 210 литров. Приработка механизмов драги шла успешно, рабочие быстро становились мастерами своего дела, и добыча золота с каждым годом возрастала. С 1911 по 1916 года на Сретенском прииске было добыто: Год

Добыто золота пуд

фунт

золотник

доля

1911

1,0

30,0

67,0

–

1912

16,0

12,0

52,0

48,0

1913

22,0

–

78,0

51,0

1914

24,0

11,0

–

81,0

1915

42,0

14,0

62,0

10,0

1916

23,0

2,0

69,0

65,0

В 1917 году драга вышла за широту Сретенского прииска, и добыча золота упала: 162

Год

Добыто золота пуд

фунт

золотник

доля

1917

1,0

–

84,0

48,0

1918

–

9,0

93,0

55,0

Затем драга перешла на Александровский прииск, и добыча золота возросла: Год

Добыто золота: пуд

фунт

золотник

доля

1916 (без драги)

3,0

5,0

62,0

–

1917 (с помощью драги)

15,0

9,0

67,0

–

В 1918 году начался обвал работы из-за революционных событий и гражданской войны. В целом Орская золотопромышленная компания работала успешно. Добыча золота на приисках постоянно росла: Год

Добыто золота пуд

фунт

золотник

доля

1911

18,0

–

18,0

36,0

1912

24,0

8,0

26,0

40,0

1913

34,0

5,0

50,0

45,0

1914

51,0

33,0

17,0

8,0

1915

53,0

8,0

85,0

62,0

Понятно, что здесь я не смог охватить обзором все золотодобывающие прииски Приамгунья. Их было много, менялись хозяева. Многие документы находятся в разных архивах страны. Максимально значимые золотопромышленники и их владения (прииски) постарался озвучить.

163

Золотодобывающие прииски Приамгунья Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Анатольевский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

АнастасиеФедоровский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

15 февраля 1895 г.

165 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Афанасьевский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания С 1920 года Васильевское товарищество — трудовая артель

Иннокентьевский

По ключу, впадающему справа в реку Керби

22 апреля 1895 г. Амгуньская золотопромышленная компания

Аведенский

По ключу Маклан, впадающему слева в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Мариинский

По ключу Большой Маклан, впадающему слева в реку Керби

22 сентября 1892 г.

144 десятины Амгуньская золотопромышленная компания 27 июля 1893 г.

144 десятин Приамурское товарищество 14 ноября 1906 г.

9 февраля 1909 г.

116 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Павловский

По ключу Маклан, впадающему слева в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

164

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Александровский

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

28 сентября 1892 г. Впоследствии — Ольгинский

Георгиевский

Левобережье реки Керби (Батаонь)

Амгуньская золотопромышленная компания

В нижнем течении реки Кути, впадающей в реку Керби с левой стороны

23 января 1903 г.

232 десятины Амгуньская золотопромышленная компания Отпуск в казну в 1914 году. Мотивом отказа от прииска послужило глубокое залегание торфов и малая мощность золотосодержащего пласта

Васильевский

Левобережье реки Керби

5 августа 1891 г. Васильевская трудовая артель 1918 год — Васильевская артель свободных золотоискателей (руководитель Д. М. Макаров)

Восточный

По реке Черная, праАмгуньская золотопромышвый приток реки ленная компания Керби

Еленинский

10 августа1894 г. По ключу (Георгиев- 20 марта 1895 г. Золотничные работы 1924– скому) Борисовскому, входит в систему 1925 гг.

149 десятин реки Керби Приамурское товарищество

Баронский (Бароновский) (рудник)

165

Название прииска

Кербинский

Лидинский

Леопольдовский

Медвежий

Неожиданный

Ольгинский (рудник)

166

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

16 ноября 1906 г.

234 десятины Амгуньская золотопромышленная компания 9 февраля 1909 г.

239 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

По долине реки Керби

12 ноября 1906 г.

9 февраля 1909 г.

64 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

23 июля 1912 г. 145 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Открыт в 1878 г. По ручью Медвежий, 1884 Фирма «Братьев Бутиправый приток реки ных», затем Аккерман. С 1938 г. сооружена первая Керби гидравлика По ключу Ивановскому (он же Безымянный) впадающему слева в реку Керби

По левому увалу реки Керби

25 сентября 1892 г.

102 десятины Амгуньская золотопромышленная компания 16 августа 1893 г.

93 десятины Приамурское товарищество 23 декабря 1915 г. Бывший Александровский 54 десятины Амгуньская золотопромышленная компания Произведен отпуск в казну 05.01.1902 года (Постановление Амгуньской золотопромышленной компании № 20)

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Пространный

Нижнее течение реки Кути, впадающей слева в реку Керби; являлся продолжением Бароновского прииска

22 января 1903 г.

198 десятин. Амгуньская золотопромышленная компания Отпуск в казну в 1914 г. Отказ от прииска мотивирован лишь одним — сокращением расходов по предприятию

Преображенский

По ключу, впадаю8 апреля 1899 г. щему в реку Салаули, 205 десятин левого притока реки Приамурское товарищество Керби

Пропущенный

По притоку реки Керби между Мариинским и Кербинским приисками

11 марта 1911 г.

88 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Петровский

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

10.12. 1912 г.

330 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Сергиевский

По левому увалу реки Керби

9 февраля 1909 г.

72 десятины. Амгуньская золотопромышленная компания

Спорный

По ключу Безымянному, впадающему слева в реку Керби

31 декабря 1905 г.

44 десятины Приамурское товарищество

Соединяющий

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

17 сентября 1911 г.

181 десятина Амгуньская золотопромышленная компания

ПророкоИльинский

По правому притоку реки Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

167

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Туманный

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

15 января 1919 г. Амгуньская золотопромышленная компания

Спасский

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

29 марта 1899 г. 94 десятины Приамурское товарищество

Драго

По реке Керби, в смежности с прииском Гонгрен

04.04.1907 г.

217 десятин Амгуньская золотопромышленная компания Разведан был мало и то лишь конной буровой разведкой — буром Эмпайера. Разведка проводилась для дражных работ 09.02.1909 г.

24 десятины

Дмитриевский

По реке Керби, впадающей справа в реку Немилен

31.03. 1907 г.

307 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Воскресенский

По ключу, впадающему слева в реку Керби

Открыт в 1888 г. Шадриным 1893 год — начата добыча Амгуньская золотопромышленная компания

Екатеринский

По реке Кути впадающей слева в реку Керби

Иннокентьевский

По реке Нульгирикан, впадающей справа в реку Керби

Маристый

По ключу, впадающему справа в реку Керби.

168

Амгуньская золотопромышленная компания 4 июня 1910 г.

118 десятин Амгуньская золотопромышленная Компания. Амгуньская золотопромышленная компания

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы 1892 г. Амгуньская золотопромышленная компания

Маклан

По ключу Маклан, впадающему в реку Керби

ПророкоИльинский

По ключу, впадающему слева в реку Керби

Петропавловский

По ключу, впадающему в реку Салаули, Амгуньская золотопромышленная компания левый приток реки Керби

ИваноНиколаевский

По реке Кути, впадающей слева в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

МихаилоАрхангельский

По ключу, впадающему справа в реку Большой Хевлак

Амгуньская золотопромышленная компания

Васильевский

По ключу, впадающему справа в реку Большой Хевлак

Амгуньская золотопромышленная компания

Восточный

По речке Черная, правый приток реки Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Гольцовый

По ключу Медвежий, Открыт в 1878 году впадающему справа 1884 г. Фирма «Братьев Бутиных» в реку Керби

Драга № 1

По реке Керби в смежности с прииском Гонгрен

Амгуньская золотопромышленная компания

09.02.1908 г. Запуск в июне 1099 г. Промышленная драга 41/2-футовая. Куплена, перевезена и собрана в течение зимы 1908 года на Николае-Алексеевском прииске по речке Гонгрен. Емкость черпаков 4,5 куб. фута каждый.

169

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Керби в смежности с прииском Гонгрен

Производительность драги 6 куб. саж. в час, при глубине черпаков до 6,5 метров ниже поверхности воды. В 1911 г. переделанная на бочечное устройство Амгуньской золотопромышленной компанией на Евгеньевском прииске по реке Токолан.

247 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Драга № 2

По реке Керби в смежности с прииском Гонгрен

Пущена 22 мая 1911 г. промышленная драга 7-футовая. Куплена и перевезена в 1910 году. Собрана в течение 1911 года на Николае-Алексеевском прииске по речке Гонгрен. Емкость черпаков 7 куб. фута каждый. Производительность драги до 8 куб. саж. в час, при глубине черпания до 8 метров ниже поверхности воды.

217 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

ЕкатериноЕвгеньевский

По Восточному ключу (Поевнан) левого притока реки Гонгрен

26 июля 1896 г.

45 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Драга № 1

170

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы 1889 г. Компания «Ельцов и Левашов» Амгуньская золотопромышленная компания В 1911 году арендовался золотопромышленным товариществом «Боровик, Григорьев и Компания»

Елизаветский

По реке Сулукиткан — правый приток реки Гонгрен

ИонноБогословский

20 июля 1896 г. По речке Ниламакит, 211 десятин впадающей в реку Амгуньская золотопромышГонгрен ленная компания

КазанскоНиколаевский

По речке Алакит, впадающей справа в реку Гонгрен

Короткий

27 июня 1912 г. По речке Неламакит, 46 десятин впадающей справа Амгуньская золотопромышв реку Гонгрен ленная компания

МаркоБорисовский

Николае – Алексеевский

28 февраля 1891 г.

83 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

7 ноября 1906 г.

9 февраля 1909 г. Разрабатывался дражными работами 67 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Река Гонгрен в 80 верстах от Кербинской резиденции

18 июля 1897 г. Амгуньская золотопромышленная компания — организаторы Шадрин и Першин. Горный инженер — Берзон Л. Я. Разрабатывался дражными работами, 5 марта 1898 г.

209 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

171

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Осенний

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

17 сентября 1911 г.

259 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

Пошехоновский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

17 сентября 1911 г.

16 десятин Амгуньская золотопромышленная Компания.

Случайный

По увалу левой стороны реки Гонгрен.

16 марта 1911 г.

41 десятина. Амгуньская золотопромышленная компания

Троицкий

По реке Аячи, впадающей слева в реку Гонгрен

26 июля 1894 г.

77 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Успенский

По реке Джегдачи, впадающей в реку Гонгрен

19 января 1895 г.

189 десятин Приамурское товарищество

Филипповский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

Заявлен 6 июня 1896 г.

2 апреля 1897 г.

205 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Шварцевский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

7 сентября 1910 г. (ранее Филипповский) 148 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Цареградский (Царьградский)

По реке Ниламакит, правый приток реки Гонгрен

Заявлен 17 апреля 1895 г.

19 июля 1896 г.

80 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

172

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Ясный

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

27 марта 1845 г. Амгуньская золотопромышленная компания

Васильевский

По реке Батаонь, впадающей справа в реку Гонгрен

28 февраля 1891 г.

197 десятин Приамурское товарищество

Тригуский (Трогуцкий, Троицкий)

16 мая 1845 г. По реке Аячи, впада- 26.07.1896 г. ющей в реку Гонгрен Амгуньская золотопромышленная компания

Крутой

По реке Сулакиткан, впадающей справа в реку Гонгрен

1884 г. Фирма «Братьев Бутиных»

Октябрьский (участок Веселый)

По реке Сулакиткан, впадающей справа в реку Гонгрен

В 1960 году работала драга № 193

Свято-Духовский

По правой отлогости 10 августа 1896 г. реки Батаонь (Бо84 десятины тоон), впадающей Амгуньская золотопромышсправа в реку Гонленная компания грен

Гермогеновский

По ключу, впадающему в верховьях в реку Гонгрен

Анастасьевский

По ключу Безымянный, впадающему в реку Гонгрен

Амгуньская золотопромышленная компания

18.01.1895 г. Разведка 1893–1894 гг.

60 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

173

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Веселый

По реке Сулакиткан, правый приток реки Гонгрен

1889 г. Золотопромышленная компания «Ельцов и Левашов». Разработка с 1893 г. С 1893 по 1902 гг. проводились хозяйские работы В 1904 г. были допущены золотничники В 1930 г. работал Кербинский прииск В 1957 г. работала драга № 193 и гидравлики: Нилан, Полуденный Старатели

Георгиевский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Анатольевский

По ключу Батаонь, впадающему справа в реку Гонгрен

Амгуньская золотопромышленная компания

Екатеринский

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Пустой

По реке Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Высокий

По левому увалу реки Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

19 апреля 1911 г.

61 десятина Амгуньская золотопромышленная компания

Петропавловский

По реке Батаонь, впадающей справа в реку Гонгрен

Амгуньская золотопромышленная компания

АлександроЕленинский

По ключу, впадающему слева в реку Гонгрен

Амгуньская золотопромышленная компания

174

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По ключу, впадающему слева в реку Гонгрен

Амгуньская золотопромышленная компания

Гонгрен

Устье реки Гонгрен, впадающей справа в реку Керби

31.12.1905 г.

8 июня 1905 г. начались работы 34 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

Радостный

По реке Сулакиткан, впадающей справа в реку Гонгрен

1889 г. Золотопромышленная компания «Ельцов и Левашов»

Иннокентьевский

По ключу Майский, впадающему в реку Ниламокит

20 июля 1896 г.

1895–1896 гг. — разведка 72 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

Полуденный

По ключу Ниламакитский, впадающему в реку Гонгрен

28 марта 1895 г.

104 десятины. Приамурское товарищество

Анатольевский

По реке Токолан, впадающей справа в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Ближний

По реке Бираканчик — приток реки Токалан

1884 г., хозяин Бутин М. Д. С 1909 г. Аккерман приобрел у наследников братьев Бутиных В 1939 г. было открыто Токаланское месторождение в долине речки Бираканчик

Глебовский

По реке Токолан, впадающей справа в реку Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Невский

175

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Токалан, правый приток реки Керби

9 февраля 1909 г. Прииск бывшего Токаланского товарищества Разведка 1896–1897 гг. Начало операции 1911– 1912 гг. (заложены на прииске Безруковым) Золотничные и старательские работы 1924–1925 гг. Работало 150 человек 307 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Евгениевский

По реке Токалан, правый приток реки Керби

12 ноября 1906 г. Принадлежал Токоланскому золотопромышленному товариществу и арендаторам его Разведка конным буром Эмпайра 1896–1897 гг. (Доенин).

9 февраля 1909 г.

63 десятины Амгуньская золотопромышленная компания Разрабатывался хозяйскими, дражными работами, затем золотничниками (1917– 1918 гг.)

Ивановский

По реке Токалан, правый приток реки Керби

Амгуньская золотопромышленная компания Разведка проводилась в 1931–1932 гг.

Николаевский

По реке Токалан (верховья), правый приток реки Керби

Амгуньская золотопромышленная компания

Дмитриевский

176

Название прииска Узкополосный

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Верхние Су1878 г. Золотопромышленлаки, правый приток ник Бутин М. Д. реки Токолан

По реке Токалан, в 2 верстах от прииска Ближний

Токоланское золотопромышленная компания В 1939 г.открыто Токоланское месторождение В 1950 г. проводились поисковые работы под руководством В. П. Белоногова и А. Л. Вдовченко В 1953 г. работы продолжены Д. А. Тимофеевским и А. И. Григорьевой

КлеопатроОльгинский

По реке Токолан, впадающей справа в реку Керби

172 чел. Золотопромышленник Забиров 1912 г. — золотопромышленник Пшеничников Разведка проводилась в 1931–1932 гг.

Аннинский

По реке Орого, впадающей слева в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Ивановский

По реке Орого, впадающей слева в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

ПророкоИльинский

По реке Орого, впадающей слева в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

По реке Орого, впадающей слева в реку Семи

1882 г. Владельцы Першин и Шадрин. Впоследствии Амгуньская золотопромышленная компания (1900– 1901 гг.). Разведка 1892–1893 гг.

1897–1898 гг.

Токолан

Семеновский

177

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы Летом 1914 г. производились старательские работы. Затем Семеновское товарищество (1917–1918 гг.). Разработки велись при помощи экскаваторов в 1908–1918 гг., и позднее в 1921–1924 гг. были произведены проверочные разведывательные работы Возобновление работ шахт № 2,4,5 Амгуньской золотопромышленной компании Старательские работы (1924–1925 гг.)

Семеновский

По реке Орого, впадающей слева в реку Семи

Александровский (рудник)

Амгуньская золотопромышленная компания Произведен отпуск в казну В системе реки Семи 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышленной компании № 20)

Аграфенинский

19 декабря 1896 г. Разрабатывался в разное время попутным пересеченПо ключу Аграфеным ходом экскаваторов, нинский, левый призатем золотничными буток реки Семи тарными, далее ортовыми, Прииск располагался а затем на положение между станом ГлавРазведка проводилась ным и Нижне-Нис 1892–1893; 1896–1899; колаевским, а также 1901–1902 гг. Прииск был с двух сторон на неотпущен в казну в1914 г. котором протяжении вследствие отсутствия в нем с приисками Увальпромышленного золота ным и Заширотным 55 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

178

Название прииска

Благодатный (рудник)

Вознесенский

Воскресенский

ВладимироМихайловский

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Солокиткан (Сулукиткан)

03.03. 1899 г.

25 десятин Амгуньская золотопромышленная компания Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышленной компании № 20)

По реке Камакан, впадающей справа в реку Семи

31 декабря 1896 г. Золотопромышленная компания «Ельцов и Левашов» Разведка проведена в 1897– 1898 гг. Золотничные работы 1915– 1917, 1921 гг. Старательские работы 203 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

По ключу Безымянному, впадающему слева в реку Семи

По реке Семи, впадающей слева в реку Амгунь

1 июля 1890 г. Взят в аренду у Софьи Михайловны Изенбек Амгуньской золотопромышленной компанией 17 августа 1907 г. прииск передан владельцу для дальнейшего распоряжения Разведка 1900–1901 гг. Золотничные работы и старательские работы 1916; 1924–1925 86 десятин Амгуньская золотопромышленная компания 21 июня 1901 г. Амгуньская золотопромышленная компания

179

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

ВладиславоМихайловский

По левой стороне реки Камакан, впадающий справа в реку Семи. Рядом с Вознесенским прииском

20 апреля 1904 г.

77 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Георгиевский (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышВ системе реки Семи ленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

Графский

По левой стороне реки Семи, впадающей слева в реку Амгунь. Между приисками Константиновским и Аграфенинским

21 января 1903 г.

36 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Главстанская

По реке Семи, впадающей слева в реку Амгунь

1960 г. работала гидравлика

ДимитриеАфанасьевский

По речке Кремень, впадающий справа в реку Семи

14 февраля 1895 г. Разведка 1896–1902 гг.

232 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

Заширотный

25 июля 1892 г. По реке Семи, за ши82 десятины ротой Николаевского Амгуньская золотопромыши Покровского ленная компания

180

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Еленинский

Ключ Еленинский — правый приток реки Семи

Открыт в 1878 г. — инженер Сафонов Заявлен 16 марта 1889 г. на имя николаевского 2-й гильдии купца Евгения Ивановича Красильникова (по межевому акту 27.02.

1890 г.)

27 февраля 1890 г. Амгуньская золотопромышленная компания Старательские работы 221 десятина Амгуньская золотопромышленная компания

ИонноАвгустовский

По реке Семи, впадающей слева в реку Амгунь

Амгуньская золотопромышленная компания

Инженерный (Инженерский)

По левой стороне реки Семи

22 января 1903 г. С 1933 г. золотодобыча свернулась и велись старательские работы 48 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Каменистый (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышВ системе реки Семи ленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

Кремень

По реке Кремень, впадающей справа в реку Семи

24 января 1909 г.

35 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

181

Название прииска

Капитоновский (рудник)

Место расположение прииска

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышВ системе реки Семи ленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

По ключу Онко, Константиновский впадающему слева в реку Семи

Коммерческий

Год создания и работы

По левой стороне реки Семи

5 сентября 1901 г.

109 десятин Амгуньская золотопромышленная компания 21 января 1903 г.

137 десятин. Амгуньская золотопромышленная компания

Крестовоздвижен- По ключу в верхнем ский течении реки Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Летний

По реке Семи, впадающей слева в реку Амгунь

Амгуньская золотопромышленная компания

Нагорный (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышВ системе реки Семи ленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

Надеждинский (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышВ системе реки Семи ленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

182

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Семи. (с востока соприкасался с прииском Покровским); промывочная машина запущена 6 июня 1895 г.

Открыт в 1878 г. — инженер Сафонов. Заявлен 28 ноября 1888 г.

11 июля 1889 оформлен на имя николаевского 2-й гильдии купца Николая Афанасьевича Нерпина (по межевому акту от 22.02. 1890 г.) Амгуньская золотопромышленная компания Тетюков. Старательские работы.

22 февраля 1890 г. Разведка производилась в 1892–1893 гг. и в 1899 г.

238 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

НиколаеЕгоровский

По левой стороне реки Семи

15 июня 1901 г.

5 сентября 1902 г.

39 десятин Амгуньская золотопромышленная компания Работала шахта (1920 г.) Хозяйские и золотничные работы 1924–1925 гг. В 1957 г. работали драги № 628, 636. Гидравлика «Семи» Старатели

Никитский (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышВ системе реки Семи ленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

Нижне — Николаевский

В системе реки Семи

Николаевский

Амгуньская золотопромышленная компания

183

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

СреднеНиколаевский

В системе реки Семи

Однобочковая машина приводилась в действие водяными колесами

Река Онко, левый приток реки Семи

1960 — работала гидравлика 1966–1967 — работала гидравлика с естественным напором

Онко

Покровский

184

Открыт в 1878 г. — Шадрин Заявлен 16 марта 1889 г.

6 июня 1889 г. На имя крестьянина Вологодской губернии, Сольвычегодского уезда Семена Савича Шадрина 16 марта 1889 г. и утвержденный за ним по межевому акту 25.01.1890 г., а также взятый в арендное содержание от нерчинского купца 2-й гильдии Иннокентия Ивановича Шилова. На имя купца Н. А. Нерпина заявлен Верховья реки Семи, 24.07.1889 г за № 10, а также по Безымянному ключу, впав районе Северного дающему с левой стороны прииска в реку Семи (в Покровский прииск), на имя Анастасии Ефимовны Шадриной заявлен 16.03.1889 г. за № 4 Начало работ в 1890 г. Амгуньская золотопромышленная компания Старательские работы Рудник по левому увалу прииска Васильевского и Георгиевского 1966–1967 гг. — работала гидравлика, шлюзовая с естественным напором

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

НижнеПокровский

Открыт в 1878 г. Промывочная машина с двумя бочками, приводилась в действие 20-сильным лоВ системе реки Семи комобилем, который, кроме того, вертел бесконечный канат, поднимавший вагончики, заменяющие таратайки для отвоза эфелей и гальки

ВерхнеПокровский

Открыт в 1878 г. Промывочная машина запуВ системе реки Семи щена 2 июня 1895 г. Амгуньская золотопромышленная компания

Главный Стан (резиденция)

В системе реки Семи

Открыт в 1880 г. Бутин

Прямой

По реке Семи, впадающей слева в реку Амгунь

21 мая 1914 г.

98 десятин Амгуньская золотопромышленная компания Площадь вторично заявлена 23.08. 1916 г. на имя Амгуньской золотопромышленной компании

Прокопьевский

По реке Кремень, впадающей справа в реку Семи

17 марта 1900 г.

70 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Петровский (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление В системе реки Семи Амгуньской золотопромышленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

185

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Площадь под резиденцией

По реке Семи, рядом с Заширотным и Константиновским приисками

31 января 1905 г.

9 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Радостный

По ключу Дуаткан, правый приток реки Семи Располагался в смежности с Еленинским прииском

17 марта 1900 г.

32 десятины Амгуньская золотопромышленная компания Отпущен в казну в 1914 г. ввиду якобы отсутствия промышленного золота

Раздольный

15 февраля 1895 г. По реке Малый Дуат98 десятин кан, впадающей слеАмгуньская золотопромышва в реку Дуаткан ленная компания

Рождественский

186

По ключу Безымянному (Рождественский), правый приток реки Семи

Открыт в 1897 г. В 1899 г. открыто рудопроявление компанией «Ельцов и Левашов» 26 июня 1891 г. Амгуньская золотопромышленная компания В 1912 г. разрабатывалась кварцевая жила Старательские работы 157 десятин Амгуньская золотопромышленная компания 11 июня 1896 г. Разведка проведена в 1897– 1898 гг.

15 десятин Амгуньская золотопромышленная компания Изучался и открыт в 1948– 1963 гг.

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Северный

По ключу в верхнем течении реки Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Сергиевский (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотопромышВ системе реки Семи ленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

Степановский (рудник)

Произведен отпуск в казну 05.01.1902 г. (Постановление Амгуньской золотоВ системе реки Семи промышленной компании № 20) Амгуньская золотопромышленная компания

Туманный

По ключу в верхнем течении реки Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Успенский

По ключу Пологий, приток ключа без названия, текущего справа в реку Семи, при Евгеньевском прииске Прииск располагался в смежности с прииском Рождественский

18 августа 1898 г. Отпущен в казну в 1914 г. ввиду якобы его выработки На прииске в лето 1915 г. работали три артели корейцев 26 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Ютовый

По реке Семи, впадающей слева в реку Амгунь

Увальный

По левому увалу реки Семи, за левой широтой, с северной стороны долины, Николаевского и Покровского приисков

Январь 1919 г.

5 августа 1842 г.

11 сентября 1893 г.

103 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

187

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Григорьевский

По ключу, впадающему справа в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Николае – Васильевский

По ключу, впадающему справа в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Саввинский

По ключу, впадающему слева в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Топкий

По ключу, впадающему справа в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Юльевский

По ключу, впадающему справа в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

ПророкоИльинский

По ключу, впадающему справа в реку Семи

Амгуньская золотопромышленная компания

Успенский

По ключу, впадающему слева в реку Семи

1898 год. Разведка 1898–1899 гг. Амгуньская золотопромышленная компания

Васильевский

По ключу, впадающему слева в реку Семи

Разведка в зиму 1897– 1899 гг. Амгуньская золотопромышленная компания

Ольгинский

По ключу Николаевскому

29 июля 1896 г.

38 десятин. Приамурское товарищество

188

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Семеновский

15 февраля 1889 г. Принадлежал читинскому мещанину Ивану Руфовичу По ключу БезымянКорякину. По акту, заключенному, впадающему ному Николаем Афанасьевис правой стороны в реку Большой Бри- чем Першиным 20 мая 1889 г.

82 десятины акан Амгуньская золотопромышленная компания

Алексеевский

29 марта 1891 г. В 1894 г. — рудное золото 194 десятины Амгуньская золотопромышленная компания 23.02. 1917 г. площадь заявлена на имя Амгуньской золотопромышленной комПо река Большой пании поисковой партией, Бриакан, впадающей состоящей из служащего слева в реку Семи С. И. Бажина, рабочих: Егора Сигизмундовича Бислевич и Евгения Васильевича Григорьева, за широтой приисков Увальный и Аграфенинский; в площадь входил бывший Алексеевский рудник 1932 г. — разрабатывался.

Боголюбский

По ключу Трактовому, впадающему слева в реку Большой Бриакан

5 февраля 1902 г.

32 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

Иннокентьевский

По реке Большой Бриакан, впадающей слева в реку Семи (в Еленинский прииск Красильникова)

2 июля 1889 г. Взят в арендное содержание от нерчинского 2-й гильдии купца Иннокентия Ивановича Шилова.

189

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Иннокентьевский

По реке Большой Бриакан, впадающей слева в реку Семи (в Еленинский прииск Красильникова)

По акту, заключенному Николаем Афанасьевичем Першиным 20 мая 1889 г.

15 февраля 1894 г.

166 десятин. Амгуньская золотопромышленная компания

Нижне Бриаканская

1960 — работала гидравлика По река Большой 1966–1967 — работала гиБриакан, впадающей дравлика с естественным слева в реку Семи напором 117 десятин Амгуньская золотопромышленная компания Произведен отпуск в казну в 1914 г. Причиной для отказа послужило заключение о его неблагонадежности без разведочных данных и по разведке прилегающего Алексеевского прииска

Забытый

Ниже Алексеевского прииска по речке Бриакан и выше Осеннего прииска по реке Семи

Весенний

8 марта 1899 г.

72 десятины По реке Большой Бриакан и реке Семи Амгуньская золотопромышленная компания

ВерхнеБриаканская

По реке Большой 1960 г. — работала гидравБриакан, впадающей лика слева в реку Семи

Ильинский

По речке Большой Амгуньская золотопромышБриакан, впадающей ленная компания слева в реку Семи

Отлогий

190

Взят в аренду у Софьи Михайловны Изенбек АмгуньПо речке Большой Бриакан, впадающей ской золотопромышленной компанией. слева в реку Семи

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Отлогий

17 августа 1907 г. прииск передан владельцу для дальПо речке Большой нейшего распоряжения Бриакан, впадающей 23.08.1916 г. был заявлен слева в реку Семи на имя Амгуньской золотопромышленной компании

АрсениеАлександровский

По ключу без названия, впадающего слева в реку Джатык, левого притока Чанкит

Надежный

Взят в аренду у Софьи Михайловны Изенбек АмгуньПо реке Чанкит, впа- ской золотопромышленной дающей слева в реку компанией 17 августа 1907 г. прииск пеКерби редан владельцу для дальнейшего распоряжения

Ольгинский

16 июня 1916 г.

59 десятины Амгуньская золотопромышленная компания 25.06.1916 г. рядом были поставлены заявочные столбы поисковой партией, состоящей из: служащего крестьяниПо ключу без названия, впадающему на Вятской губернии, Ярсенсправа в реку Чанкит, ского уезда, Кикнурской волости Семена Ионовича Бажина; впадающую слева из рабочих — крестьянина в реку Керби из ссыльных Сахалинской области, Александровского округа Исая Федоровича Гайдая и крестьянина Рязанской губернии, Ряжского уезда, Егоздаевской волости Михаила Яковлевича Храпова

16 февраля 1909 г.

75 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

191

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Ольгинский

и стражника Ефима Петровича Журавлева Заявочные столбы поставлены были на имя Амгуньской золотопромышленной компании По ключу без названия, впадающему 20.11.1917 г. партией засправа в реку Чанкит, явочные столбы были сняты и заменены на заявочвпадающую слева ные, на имя С. И. Бажина в реку Керби с обозначением CIБ 19–20 XI — 17 (C. И. Бажин в этот период проживал на прииске Николаевском)

Попутный

22 марта 1895 г.

105 десятин Взят в аренду у Софьи МиПо реке Чанкит, впа- хайловны Изенбек Амгуньдающей слева в реку ской золотопромышленной компанией. Керби 17 августа 1907 г. прииск передан владельцу для дальнейшего распоряжения

Средний

По ключу без названия, впадающего слева в ключ без названия — левый приток Джатыка, впадающий слева в реку Чанкит

28 апреля 1910 г.

36 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

По реке Джотык, впадающей в реку Чонкит (Чемкит) — приток реки Керби

29 июля 1896 г. Амгуньская золотопромышленная компания. В 1931 г. проводились поисковые работы на рудное золото 91 десятина С 1933 г. велись старательские работы

Ясный

192

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Соседний

По ключу, впадающему слева в реку Чанкит

Амгуньская золотопромышленная компания

Петропавловский

По ключу, впадающему справа в реку Чанкит (Чемкит)

1896 г. Амгуньская золотопромышленная компания

По реке Дуаткан, Константиновский впадающей слева в протоку Ниланкан

Разведка 1898–1899 гг. Амгуньская золотопромышленная компания

Федоровский

По реке Дуаткан, впадающей слева в протоку Ниланкан

Разведка 1898–1899 гг. Амгуньская золотопромышленная компания

Лунный

По реке Могул, впадающей с левой стороны в реку Нилан

1884 г. Фирма «Братьев Бутиных»

Мизерный

По реке Нилан, впадающей слева в реку Амгунь

1884 г. Фирма «Братьев Бутиных»

Николаевский

По реке Нилан, впадающей слева в реку Амгунь

Золотничные работы 1924– 1925 гг.

Ниланский

По реке Нилан, впадающей слева в реку Амгунь

16 февраля 1909 г.

242 десятины Амгуньская золотопромышленная компания. Прииск был отпущен в казну в 1914 г. ввиду сокращения расходов и невозможности в ближайшее время его разведывать 1966–1967 гг. — работала шлюзовая гидравлика

Обрывный

По реке Нилан, впадающей слева в реку Амгунь

Амгуньская золотопромышленная компания

193

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Пространный

По реке Нилан, впадающей слева в реку Амгунь

Амгуньская золотопромышленная компания

Безымянный

По реке Эльга, правому притоку реки Немилен

Амгуньская золотопромышленная компания

Радостный

По реке Эльга, правому притоку реки Немилен

19 января 1895 г.

180 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Увальный

По реке Эльга, правому притоку реки Немилен

Амгуньская золотопромышленная компания

Площадь под резиденцией

Прииск Ясный

24 января 1909 г.

10 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Эльга

По реке Эльга, правому притоку реки Немилен

Золотопромышленник Забиров

Инокентьевский

22 июля 1888 г.

25 февраля 1891 г. Река Меми (Батаонь) 159 десятин Приамурское товарищество

Верхние Сулаки

По реке Верхние Сулаки, впадающей справа в реку Керби

1876 г. Открыл Нерпин А. И.

1877 г. Открыл Бутин М. Д.

Находка

По реке Сулаки, впадающей справа в реку Керби

Открыт в 1878 г.

1884 г. Фирма «Братьев Бутиных»

Уступный

По реке Верхние Сулаки, впадающей справа в реку Керби

Открыт в 1878 г. Амгуньская золотопромышленная компания

194

Название прииска

Место расположение прииска

По реке Верхние Трехсвятительский Сулаки, впадающей справа в реку Керби

Год создания и работы Май 1878 г. Бутин М. Д. Работы были открыты на прииске в 1880 г. Прииск работал с перерывами до 1890 г. С 1909 г. Аккерман приобрел у наследников братьев Бутиных

Утесный

По реке Сулаки, впадающей справа в реку Керби

1876 г. Золотопромышленник А. В. Каншин. В 1878 г. передан Бутину М. Д. С 1929 г. возрождается золотодобыча

Благодатный

По ключу Казанскому, впадающему в речку Кремень, за широтой прииска Казанского

4 марта 1900 г.

54 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Казанский

20 мая 1898 г. Разведка проведена в 1897– 1898 гг. Работы выполнялись хозяйскими работами, а затем золотничными способом. Разведка проводилась с 1896 по 1903 г. Прииск был отпущен в казПо ключу, впадающему в реку Кремень ну в 1914 г. вследствие якобы полной выработки. В 1915 г. китайцы и корейцы обращались за разрешением работать на Казанском прииске Золотничников привлекал прииск за присутствие самородного золота.

195

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Казанский

В 1904 г. был поднят самородок около 2 ½ фунтов. По ключу, впадаю83 десятины щему в реку Кремень Амгуньская золотопромышленная компания

Малый

По ключу без названия, впадающего в реку Кремень

24 января 1909 г.

18 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Михайловский

По реке Кремень, по левому увалу, за левой широтой Дмитрие-Афанасьевского прииска

1 марта 1900 г. Переименован 41 десятина Амгуньская золотопромышленная компания

Семи

24 января 1909 г. Открыл Шадрин С. С. 1960 — По ключу без наработала гидравлика. звания, впадающего 18 десятин слева в реку Кремень Амгуньская золотопромышленная компания

АграфеноВасильевский

По ключу Безымян- 13 сентября 1893 г. ному (Семено-Нико- Разведка 1898–1899 гг. лаевскому), впадаю- 135 десятин Амгуньская золотопромышщему в речку Углоленная компания кагли (Угло-Когло)

Покровский

По реке Углокагли (Угло-Когло), впадающей в протоку Ниланкан

25 января 1890 г.

190 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Троицкий

По реке Углокагли, впадающей в протоку Ниланкан

26 июля 1896 г. Амгуньская золотопромышленная компания

Ольгинский

По реке Углакагли (Углокогло), впадающей слева в реку Ниланкан

Амгуньская золотопромышленная компания

196

Название прииска Васильевский

Место расположение прииска По реке Углакагли (Углокогло) впадающей слева в реку Ниланкан

По реке Углакагли (Углокогло), впадаКонстантиновский ющей слева в реку Ниланкан

Год создания и работы Амгуньская золотопромышленная компания

Амгуньская золотопромышленная компания

Благовещенский

18 мая 1898 г. Прииск был отпущен в казну в 1914 г. Разрабатывался По ключу Безымянпервоначально хозяйскими, ный, правому приа затем золотничными ратоку реки Камакан ботами в смежности с прииском Вознесенским 108 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Евгениевский

По ключу Рождественскому, за широтой Рождественского прииска

24 августа 1898 г.

31 десятина Амгуньская золотопромышленная компания Разведка 1898–1899 гг.

Ключевской

По ключу Рождественскому, за широтой Рождественского прииска

1898 г. Амгуньская золотопромышленная компания Разведка 1898–1899 гг.

По реке Гонгра-Макит (Нанграмакит, Гонгранакит), впадающей слева в реку Нилан.

12 июля 1876 г. Каншин А. В. Участки заявлены 12 июля 1876 г В 1877 г. начата золотодобыча С декабря 1880 г. прииск передан в аренду Бутину М. Д. С 1929 г. возрождается золотодобыча

Встречный

197

Название прииска

Место расположение прииска

Нанграммакит

По реке Гонгра-Макит (Нанграмакит, Гонгранакит), впадающей слева в реку Нилан

Год создания и работы 1876 г. Открыл Нерпин А. И.

1966–1967 гг. работала гидравлика

Петропавловский

По реке Гонгра-Макит (Нанграмакит, Гонгранакит), впадающей слева в реку Нилан. (В 80 верстах от Николаевского прииска.)

10 августа 1896 г. Золотопромышленник Аккерман, арендующий амгуньские прииски братьев Бутиных, находящиеся ранее в аренде у Амгуньской золотопромышленной компании 178 десятин Амгуньская золотопромышленная компания 10 декабря 1912 г.

330 десятин Амгуньская золотопромышленная компания Прииск был отпущен в казну в 1914 г. ввиду недостаточности определенности прииска в промышленном значении

Стретенский (Сретенский)

По Федоровскому ключу, впадающему слева в речку Нангримакит (ГонграМакит)

30 июля 1896 г.

84 десятины Амгуньская золотопромышленная компания

Сивак

1876 г. Месторождение открыто Нерпиным А. И. Хозяин — Река Сивак — приток М. Д. Бутин. реки Гонгранакит С 1909 г. Аккерман приобрел у наследников братьев Бутиных.

198

Название прииска

Сивак

Подгорный

Попутный

Место расположение прииска

Год создания и работы

С 1960 по 1963 г. проводились поисковые работы (открыты — золото, олово, Река Сивак — приток пьезокварц) реки Гонгранакит В 1966–1967 гг. работала Средне-Сивакская гидравлика

По реке Сивак, впадающей справа в реку Гонгранакит

12 июля 1876 г. Каншин А. В. Участок заявлен 12 июля 1876 г. В 1877 г. начата золотодобыча С 1929 г. возродилась золотодобыча С декабря 1880 г. прииск переведен в аренду Бутину М. Д.

По реке Сивак, впадающей справа в реку Гонгранакит

12 июля 1876 г. Каншин А. В. — инженеры Нерпин, Завьялов Участок заявлен 12 июля 1876 г. С 1929 г. возродилась золотодобыча С декабря 1880 г. прииск переведен в аренду Бутину М. Д. — инженер Сафонов В 1877 г. начата золотодобыча С 1933 г. проводились старательские работы В 1957 году работали гидравлики: Нижний Сивак, Средний Сивак, Нангромакит. Старатели

199

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы В 1960 г. работали гидравлики: № 239 —Нангромакит; № 249 — Ниланская; № 237 — Средне-Сивакская. Ниланская гидравлика. Старатели До 1976 г.

Попутный

По реке Сивак, впадающей справа в реку Гонгранакит

Валентиновский

По ключу, впадающему в реку Джотык

7 апреля 1908 г.

11 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Дальний

По ключу Безымянному, впадающему слева в реку Джотык

31 декабря 1905 г.

26 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Пустынный

По ключу, впадающему в реку Джотык

7 апреля 1908 г.

9 десятин Амгуньская золотопромышленная компания

Площадь под резиденцией

По реке Джотык

10 десятин. Амгуньская золотопромышленная компания

Ниманский

По реке Нипор (система Амгуни)

16 февраля 1909 г.

ДмитриеОльгинский

Амгуньская золотопромышленная компания

Егоровский 1

Золотничные работы 1924– 1925 гг.

Егоровский 2

Золотничные работы 1924– 1925 гг.

Альбинский

Амгуньская золотопромышленная компания

Кавказский

Кавказское товарищество

200

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

АлександроНевский

Амгуньская золотопромышленная компания

Просторный

1884 г. Фирма «Братьев Бутиных»

Владимировский

Взят в аренду у Софьи Михайловны Изенбек Амгуньской золотопромышленной компанией 17 августа 1907 г. прииск передан владельцу для дальнейшего распоряжения.

Давидентовский

Взят в аренду у Софьи Михайловны Изенбек Амгуньской золотопромышленной компанией 17 августа 1907 г. прииск передан владельцу для дальнейшего распоряжения.

Харлампиевский

По реке Ул-Джапи

1892 г. Тетюков Харлампий Петрович Назван по имени Тетюкова. Заявлен 02.04.1892 г. Отвод сделан 9–11.06.1894 г. Отвод утвержден 09.07.1895 г. Межевые акты выданы 11.08.1895 г. Прииск не разрабатывался 27.10.1895 г. продан товариществу «Пузанов и Ко»

По реке Ул-Джапи

1892 г. Тетюков Харлампий Петрович. Назван по имени его матери Елены Васильевны Заявлен 02.04.1892 г. Отвод сделан 13–15.06.1894 г. Отвод утвержден 20.06.1895 г.

Еленинский

201

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Ул-Джапи

Межевые акты выданы 11.08.1895 г. 23.10.1895 г. продан горному инженеру надворному советнику М. М. Пузанову

Река Джапи

1892 г. Тетюкова Елена Васильевна. Назван по имени сына Елены Васильевны — Константина Заявлен 26.05. Отвод сделан 18–20.06. 1894 г. Отвод утвержден 09.06.1895 г. Межевые акты выданы 11.08.1895 г.

01.11.1895 г. продан горному инженеру, надворному советнику М. М. Пузанову Имел размеры 1445 погонных сажен, или 145, 976 кв. сажен, поземельная плата 61 рубль

Михайловский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания. Назван по имени владивостокского купца, компаньона компании, коммерции советника — Шевелева Михаила Григорьевича Заявлен 07.02.1895 г. Отвод сделан 27–29.05. Отвод утвержден 26.02.1897 г. Межевые акты выданы 19.05.1897 г.

Мариинский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Курбатов Гермоген Николаевич Назван по имени жены Курбатова — Марии Андреевны.

Еленинский

Константиновский

202

Название прииска

Мариинский

Васильевский

Петропавловский

Николаевский

Преображенский

Место расположение прииска

Год создания и работы

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

Заявлен 07.02.1895 г. Отвод сделан 27–29.05. Отвод утвержден 26.02.1897 г. Межевые акты выданы 19.05.1897 г.

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Бабинцев Василий Петрович Назван по имени владельца — владивостокского купца, компаньона компании. Заявлен 07.02.1895 г. Отвод сделан 01.07.1896 г. Отвод утвержден 10.08.1896 г. Межевые акты выданы 23.09.1896 г. Прииск долгое время не разрабатывался

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Заявлен 07.02.1895 г. Отвод сделан 23.06.1896 г. Отвод утвержден 10.05.1896 г. Межевые акты выданы 22.06.1896 г.

Ручей Рогачен, впадающий в реку Бекчи

1895 г. Заявлен 15.03.1895 г. Отвод сделан 17–18.06.1896 г. Отвод утвержден 07.08.1896 г. Межевые акты выданы 22.09.1896 г.

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания. Заявлен 24.10.1895 г. Отвод сделан 1–4.09.1896 г. Отвод утвержден 05.06.1897 г. Межевые акты выданы 17.07.1897 г.

203

Название прииска

Каменистый

Иннокентьевский

Глафиринский

Успенский

204

Место расположение прииска

Год создания и работы

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Синицин Иннокентий Дмитриевич — кяхтенский купец I гильдии Заявлен 28.11.1895 г. Отвод сделан 6–7.09.1896 г. Отвод утвержден 18.08.1898 г. Межевые акты выданы 31.10.1898 г. Позднее прииск стал называться Александровским. Касьянов Александр Васильевич — владивостокский купец, компаньон

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Баранов С. И. Заявлен 24.10.1895 г. Отвод сделан 7–10.09.1896 г. Отвод утвержден 10.07.1897 г. Межевые акты выданы 13.09.1897 г.

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1895 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Назван по имени дочери владивостокского купца Баринцевой Глафиры Васильевны. Заявлен 24.10.1895 г. Отвод сделан 12–13.09.1896 г. Отвод утвержден 14.06.1897 г. Межевые акты выданы 28.08.1897 г.

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1898 г. Амуро-Охотская золотопромышленная компания. Заявлен 21.05.1898 г. Отвод сделан 15–16.08.1898 г. Отвод утвержден 14.04.1899 г. Межевые акты выданы 24.05.1899 г. Прииск не разрабатывался

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

АлександроНевский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1899 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Заявлен в1899 г.

Иннокентьевский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

Заявлен в1910 г.

Васильевский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1910 г. Чурин И. Я. Межевые акты выданы 29.04.1910 г.

Сергеевский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1911 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 08.10. 1911 г.

Алексеевский

За правой широтой Петропавловского прииска на реке Бекчи

1912 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 17.07. 1912 г. Прииск не разрабатывался

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1912 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Повторный отвод сделан 30.10. 1912 г.

Валентиновский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1912 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 27.05. 1912 г. Прииск не разрабатывался

Урал

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1912 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 24.04. 1912 г.

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1915 г. Касьянов А. В., компаньон Амуро-Орельской золотопромышленной компании и фирмы Чурина Отвод сделан 29.04. 1915 г.

Александровский (бывший Каменистый)

Синай

205

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Воздвиженский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1918 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 15.04. 1918 г.

Иннокентьевский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1919 г. Торговый дом Чурина. Отвод сделан 29.04. 1919 г.

Николаевский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

1919 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 11.04. 1919 г.

Глебовский

Река Бекчи, впадающая в озеро Орель

Работал с 1913 г.

Река Колчанка

1914 г. Андреев Ю. Э. Заявлен 19.09.1900 г. Отвод сделан 07–08.08.1901 г. Межевые акты выданы 22.08.1902 г. на имя Дрибенского Аврама Григорьевича — николаевского мещанина

Река Колчанка

1914 г. Глитрон И. И. Заявлен 31.01.1900 г. Отвод сделан 03–06.08.1900 г. Отвод утвержден 16.08.1901 г. Межевые акты выданы 17.09.1901 г. на имя Фокина Дмитрия Анисимовича — николаевского мещанина

Река Колчанка

1910 г. Администрация по делам Охотской золотопромышленной компании, арендован Орским А. О. Отведен 30.03.1910 г.

Добрый

Преображенский

Смежный

206

Название прииска

Рождественский

Еленинский

Артамоновский рудник

Дмитриевский (Димитриевский)

Место расположение прииска

Год создания и работы

Река Колчанка

1899 г. Зубарева Мария Шмеровна. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 17.11.1898 г. Отвод сделан 08.07.1899 г. Отвод утвержден 17.08.1900 г. Прииск не разрабатывался

Река Колчанка

1899 г. Макаров Емельян Алексеевич — николаевский мещанин. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 08.03.1899 г. Отвод сделан 10.07.1899 г. Отвод утвержден 25.10.1900 г. Межевые акты выданы 04.12.1900 г.

Река Колчанка

1901 г. Дрибенская Дина Григорьевна Охотская золотопромышленная компания Заявлен 07.08.1900 г. Отвод сделан 10.08.1900 г. Отвод утвержден 30.09.1901 г. Межевые акты выданы 07.12.1901 г.

Река Колчанка

1900 г. Миллер Вениамин Яковлевич — николаевский мещанин Заявлен 25.01.1900 г. Отвод сделан 30–31.07. 1900 г. Отвод утвержден 23.08.1900 г. Межевые акты выданы 17.09.1901 г.

207

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Река Колчанка

1898 г. Овчинников Михаил Иванович — ветлугинский мещанин, пайщик Охотской золотопромышленной компании Заявлен 17.11. 1898 г. Отвод сделан 06.07. 1898 г. Отвод утвержден 16.08.1900 г. Межевые акты выданы 12.09.1901 г.

Река Колчанка

1897 г. Берманджа Липа Рафаилович Охотская золотопромышленная компания Заявлен 1897 г.

Река Колчанка

1899 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 22.01. 1899 г. Отвод сделан 13.04. 1899 г. Прииск не разрабатывался

Воскресенский

Река Колчанка

1899 г. Охотская золотопромышленная компания. Оформлен на имя Зубаревой — жены одного из пайщиков компании, Зубарева А. О. Заявлен 09.02. 1899 г. Отвод сделан 09.03. 1899 г.

Тывленский

По 2-му Тывленскому ключу, впадающему в реку Колчанку

1898 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 10.05. 1898 г. Отвод сделан 08.03. 1899 г. Работал до 1911 г.

Михайловский

Рафаиловский

Надежный

208

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Река Колчанка

1898 г. Охотская золотопромышленная компания. Затем Степанова — крестьянина Забайкальской губернии, купца Николаевского, одного из основателей компании Заявлен 22.03. 1898 г. Отвод сделан 10.03. 1898 г. Прииск не разрабатывался

Река Колчанка

1897 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 27.02. 1897 г. Отвод сделан 27.05. 1897 г.

Река Колчанка

1896 г. Охотская золотопромышленная компания. Назван по имени пайщика компании Зинкевича Александра Тимофеевича Заявлен 27.02. 1896 г. Отвод сделан 03.04.1897 г. Межевые акты выданы 16.05.1897 г.

Абрамовский

По ручью Абрамовскому, приток реки Колчанка

1898 г. Охотская золотопромышленная компания. Назван по имени основателя компании Надецкого Абрама Пейсаховича Заявлен 22.03. 1898 г. Отвод сделан 27.03.1898 г. Прииск не разрабатывался

Павловский

По ручью Павловский, притоку реки Колчанка

1896 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 13.07. 1896 г. Отвод сделан 24.04.1897 г.

Ахтамовский

Река Гырман

Ахтамов С. А. Работал до 1913 г.

Анинский

Сретенский (Стретенский)

Александровский

209

Название прииска

Преображенский

Место расположение прииска

Год создания и работы

1895 г. Полячек Василий Иванович Заявлен 30.07.1895 г. Отвод По реке Унур-Чля, сделан 08–12.08. 1898 г. Отвпадающей в реку Гырман, приток озе- вод утвержден 13.03.1899 г. Межевые акты выданы ра Чля 21.05.1899 г. Прииск не разрабатывался По реке Мырган, приток озера Чля

1900 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 05.08. 1900 г. Отвод сделан 30.09. 1901 г. Прииск не разрабатывался

Маленький

По реке Мырган, приток озера Чля

1907 г. принадлежал Администрации по делам Охотской золотопромышленной компании (Орскому акционерному обществу) Заявлен 05.02.1907 г. Межевые акты выданы 31.03.1907 г.

Апостольский

По ручью Заячий, 1897 г. Охотская золотопровпадающему в реку мышленная компания Мырган, приток озеЗаявлен в 1897 г. ра Чля

Сомнительный

По ручью Заячий, 1897 г. Охотская золотопровпадающему в реку мышленная компания Мырган, приток озеЗаявлен в 1897 г. ра Чля

Алексеевский

1896 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 07.05.1896 г. Отвод По ручью Заячий, сделан 08–11.08. 1896 г. Отвпадающему в реку Мырган, приток озе- вод утвержден 08.04.1897 г. Межевые акты выданы ра Чля 16.05.1897 г. Прииск не разрабатывался

Апостольский

210

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Водянистый

По реке Амыскан, приток озера Орель

1915 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 23.10.1915 г.

Горелый

По ключу Тальмык, впадающему слева в Амыскан, приток озера Орель

1915 г. Золотопромышленная компания «Ельцов и Левашов» Отвод сделан 04.04.1915 г.

Маристый

По реке Амыскан, приток озера Орель.

1915 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 24.10.1915 г.

Покровский

По реке Амыскан, приток озера Орель.

1915 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания Отвод сделан 30.10.1915 г.

Андреевский

По реке Годыкчан, приток реки Тяпка

1919 г. Уваровский И. Н. Отвод сделан 01.04.1919 г.

Гурьевский

По реке Тяпка

1919 г. Уваровский И. Н. Отвод сделан 01.04.1919 г.

Анфисиевский

По ручью Ивановскому, приток реки Тяпка

1919 г. Уваровский И. Н. Отвод сделан 01.04.1919 г.

Маристый

По реке Тяпка

1918 г. Амуро-Орельская золотопромышленная компания 30.10. 1918 г.

Викторовский

По реке Тяпка

1913 г. Тыбленское товарищество Отвод сделан 10.08.1913 г.

Евсеевский

По реке Тяпка

1913 г. Койвисто Т. К. Отвод сделан 16.05.1913 г.

Самуиловский

По реке Тяпка

1913 г. Тыбленское товарищество. Отвод сделан 01.05.1913 г. Выработан

211

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По реке Тяпка

1912 г. Тыбленское товарищество Отвод сделан 04.06.1912 г.

По реке Вассэ, впадающей в реку УлОрельский

1895 г. Шульгин Константин Николаевич — владивостокский купец, компаньон Амуро-Орельской золотопромышленной компании Назван по имени владельца. Заявлен 15.03.1895 г. Отвод сделан 13–14.06.1895 г. Отвод утвержден 09.08.1896 г. Межевые акты выданы 22.10.1896 г. Прииск не разрабатывался

Степановский

По реке Вассэ, впадающей в реку УлОрельский

1895 г. Баранов Степан Иванович — николаевский купец, компаньон АмуроОрельской золотопромышленной компании. Назван по имени владельца. Заявлен 15.03.1895 г. Отвод сделан 15–16.06.1895 г. Отвод утвержден 10.08.1896 г. Межевые акты выданы 22.09.1896 г. Прииск не разрабатывался

Веселый

По реке УлОрельский

1913 г. Никандская золотопромышленная компания Отвод сделан 31.07.1913 г.

Антонинский

По реке Никанда, приток реки УлОрельского

1918 г. Литвинов П. Б. Отвод сделан 25.05.1918 г.

Еленинский

Константиновский

212

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По ручью Артамоновскому, впадающему в Пестовскую протоку

1895 г. Кухтин Павел Васильевич. Заявлен 30.07.1895 г. Отвод сделан 18–19.08.1896 г. Отвод утвержден 24.05.1897 г. Межевые акты выданы 27.06.1897 г.

Варваринский

По ключу, впадающему в Пестовскую протоку

1895 г. Кухтин Павел Васильевич. Заявлен 18.03.1895 г. Отвод сделан 18–20.08.1895 г. Отвод утвержден 31.07.1896 г. Межевые акты выданы 28.09.1896 г.

Иннокентьевский

1896 г. Полячек Василий Иванович —николаевский По ключу, впадаюкупец щему в Пестовскую Заявлен 19.03.1896 г. Отвод протоку (ныне ручей сделан 22–23.05.1896 г. ОтПолячек) вод утвержден 31.07.1896 г. Межевые акты выданы 28.09.1896 г.

МеланеСтепановский

Пророко — Ильинский (Покрово -Ильинский) Мариинский рудник

Благодатный (ПокровоИльинский)

Прииск под Белой Горой

1898 г. Зинкевич А. Т. — пайщик Охотской золотопромышленной компании Заявлен 10.05.1898 г. Отвод сделан 08.03.1899 г.

Прииск под Белой Горой

1898 г. Алексеев А. В. Заявлен 23.01.1898 г. Отвод сделан 12.03.1899 г. Прииск не разрабатывался

Прииск под Белой Горой

1898 г. Зинкевич А. Т. — пайщик Охотской золотопромышленной компании Заявлен 10.05.1898 г. Отвод сделан 08.03.1899 г.

213

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы 1896 г. Кухтин Павел Васильевич —тюменьский мещанин, николаевский купец, компаньон Николаевской золотопромышленной компании Заявлен 30.07.1896 г. Отвод сделан 14–16.08.1896 г. Отвод утвержден 05.05.1897 г. Межевые акты выданы 23.06.1897 г.

ХристиноВарфаламеевский (позднее ХристианоБарфол)

По реке Ульды, впадающей в озеро Ульды, протокой соединяющейся с озером Чля

Западный

По реке Ульды (с западной стороны 1906 г. Рудник от Христиано-Воздвиженского прииска)

Восточный

По реке Ульды (с восточной стороны от Христиано-Воздвиженского прииска)

1906 г. Рудник

ХристианоВоздвиженский

По реке Ульды (Уляду)

Был создан в 1897 г.

По реке Покровка

1896 г. Охотская золотопромышленная компания. Назван по имени жены А. П. Надецкого — Эсфири Абрамовны. Заявлен 22.03.1896 г.

Верный

По реке Покровка

1898 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 10.05.1898 г. Отвод сделан 09.03.1899 г.

Покровский

По реке Покровка

1899 г. Вейнерман Мира Яковлевна —жена николаевского купца

Эсфировский

214

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Покровский

По реке Покровка

Заявлен 08.03.1899 г. Отвод сделан 13.07.1899 г. Отвод утвержден 11.01.1901 г. Межевые акты выданы 12.02.1901 г.

Заширотный

За левой широтой Эсфировского прииска на протоке реки Покровка

1908 г. Администрация по делам Охотской золотопромышленной компании Заявлен 07.02.1908 г. Отвод сделан 11.09.1908 г. Прииск не работал с 1914 г.

Вознесенский

По реке Покровка

1899 г. Шмер-Хацкелевна Вейнерман — пайщик Охотской золотопромышленной компании Заявлен 08.03.1899 г. Отвод сделан 12.07.1899 г. Отвод утвержден 25.10.1900 г. Межевые акты выданы 04.12.1900 г. Прииск не разрабатывался

Маристый

По ключу Маристый, 1919 г. Левашов В. Н. впадающему в реку Отвод сделан 20.05.1919 г. Эльгу

Радостный

По реке Эльга, впадающей в УлОрельский

Безымянный

По реке Эльга, впадающей в УлОрельский

1909 г. Бутаревич А. И.

Увальный

По ключу Безымянному, впадающему в реку Эльга

1909 г. Бутаревич А. И.

1895 г. Заявлен 19.01.1895 г. Прииск не разрабатывался

215

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

По ключу Безымянному, впадающему в озеро Чля

1900 г. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 16.08.1900 г. К концу 1916 г. — выработан

Попутный

По ключу Раздольному, впадающему в Коль

1900 г. Дрибенская Дина Григорьевна. Охотская золотопромышленная компания Заявлен 19.09.1900 г. Отвод сделан 10–12.08.1901 г. Отвод утвержден 22.08.1902 г.

СтепаноДмитриеХарлампиевский

По реке Херпучи, левый приток реки Амгунь. В 8 километрах от современного села Херпучи

1869 г. 22 января Начало золотодобычи с 1870 г. Хозяин Тетюков Х. П. С 1890 г. сдал в казну. (По другим данным в 1893 г. сдал в казну)

Сомнительный

КонстантиноЕленинский

1888 г. Тетюков Х. П. С 1890 г. сдал в казну Хозяин Тетюков Х. П.

Владимировский Софийский

По ключу Малый Кайгачан

Викторовский

По ключу Малый Кайгачан

Федоровский

Верховья Гайфона и Кайгачана

Слон

По ключу Хава

1894 г. Хозяйка — Сара Модель

Албазинский

По ключу Куян (севернее Демьяновки)

1910 г. Открыл Макаров Передал Генрихсону

216

Хозяин Тетюков Х. П. Хозяин Тетюков Х. П.

1873 г. Хозяин Тетюков Х. П.

Название прииска

Место расположение прииска

Год создания и работы

Ольгинский

1910 г. Генрихсон

Кавказский

Кавказское товарищество

Херпучинка

По ключу Тальмак

1966–1967 гг. работала гидравлика с естественным напором

217

В КОГТЯХ « ЗОЛОТОГО ДЬЯВОЛА » В изучение полезных ископаемых большой вклад внес Николай Павлович Аносов. Генерал-губернатор Восточной Сибири Муравьев-Амурский в состав Амурской экспедиции включил поисковую партию горного инженера Н. П. Аносова. Осенью 1857 года Н. П. Аносов получил разрешение на проведение поисковых работ в северной части Приамурья. За два года поисковая партия проделала колоссальную работу, во многих местах обнаружила золото. Н. П. Аносов сделал обоснованные выводы о золотоносности притоков рек Буреи, Амгуни, Зеи, Селемджи и выявил целый золотоносный район. Н. П. Аносов дал положительную оценку о наличии золота в приамгуньских недрах. Это была в основном пешеходная партия, в состав которой входил штейгер, промывальщик и десять человек рабочих. Они проводили геологическую съемку, делали шурфовку, отбирали и промывали породу. Н. П. Аносов в «Горном журнале» опубликовал ряд статей, в которых упоминались отдельные золотоносные участки нашего района. В частности, в работах указывалось, что золотоносными реками является Херпучинка, Кайгачан, Керби, Почель и др. Богатый опыт горного инженера принес Н. П. Аносову заслуженную славу первооткрывателя золота в Приамурье. В 1861 году Н. П. Аносов был направлен за границу для ознакомления с постановкой горнодобывающей промышленности в этих странах. Передовой зарубежный опыт Н. П. Аносов применил при техническом оснащении добычи золота в Приамурье. Он составил проект работ и чертежей машин 218

для организованной в Приамурье Верхне-Амурской золотопромышленной компании. Н. П. Аносов явился основателем, участником и распорядителем золотопромышленных компаний: Верхне-Амурской, Средне-Амурской и Ниманской. Эти компании продолжали поиск и открывали новые месторождений золота. Продвигаясь на Восток, разведочные партии СреднеАмурской и Ниманской компаний начали разведку золота на Кербинской группе приисков (в районе Медвежьего и Попутного появились первые прииски Кербинской группы). Н. П. Аносов высказал пророческие слова о золотоносности рек и ключей Нижнего Амура. Он сказал: «Край, без сомнения, привлечет множество промышленников, которым на каждом шагу окружающие породы будут отпускать то золото, то серебро». Эти слова впоследствии были подтверждены на практике и известным геологом, палеонтологом и ботаником Ф. Б. Шмидтом. Лично сам Н. П. Аносов изыскательские работы прекратил и стал золотопромышленником на Ниманской группе приисков (соседней с Кербинским прииском). Данные о наличии золота в Приамгунье были подтверждены геологом Шмидтом. В мае 1862 года Федор Богданович Шмидт с помощником Шебуниным в сопровождении казака Бубякина и четырех якутов отправились из Николаевска на весельных лодках вверх по Амгуни. На перекатах лодки тянули бечевой. Поднимаясь по реке вверх, экспедиция обследовала притоки Амгуни. Путь экспедиции проходил по Амгуни, Нимелену, Керби. Затем, перевалив хребет Дуссе-Алинь, экспедиция вышла в бассейн реки Буреи. По всему маршруту Ф. Б. Шмидт занимался географическими и ботаническими исследованиями, а Шебунин вел съемку маршрута.

219

В итоге кропотливой и трудной работы экспедицией Ф. Б. Шмидта было сделано подтверждение данных Н. П. Аносова о наличии золота в недрах Приамгунья. Трудами первых исследователей с 1844 по 1863 года была доказана возможность и целесообразность освоения природных богатств Приамурья и, в первую очередь, возможность золотодобычи. В последующие годы в Приамгунье не раз бывали государственные геологические поисковые партии, которые открывали новые золотоносные участки. Большой вклад в это дело в конце Х1Х и начале ХХ вв. внесли геологические партии во главе с Бацалевичем в 1894 году, Хлопониным в 1904 году и другими геологами. В России до 1865 года право на разведку и добычу золота принадлежало царю и членам царской семьи. По их повелению открывалась и велась добыча золота на новых приисках. С 1865 года царское правительство разрешило частное предпринимательство в золотодобывающей промышленности Дальнего Востока. На смену царедворцам и высшей дворянской знати пришли торговые и промышленные люди. Это ускорило разведку и промышленное освоение золотоносных площадей Приамгунья. Открытие первых приисков в бассейне реки Керби связано с именем владельца Верхне-Амурской компании Андрея Васильевича Каншина и нерчинского купца М. Д. Бутина. Золотопромышленник А. В. Каншин направляет в верховья Амгуни поисковую партию А. И. Нерпина. Поисковая партия содержалась на средства А. В. Каншина. Поисковая партия А. И. Нерпина и его помощника Завьялова 27 августа 1875 года вышла из селения Горин на Амуре и 10 апреля 1876 года пришла на речку Сивак, впадающую в Гонгра-Накит, приток Нилана. 12 июля 1876 года на имя крупного владельца золотых приисков Верхне-Амурской компании Андрея Василье220

вича Каншина были заявлены золотоносные площади в истоках речек Верхние Сулаки и Сивак. На этих площадях появились первые прииски, названные Попутным, Встречным, Подгорным, где в 1877 году началась золотодобыча. Но быстро развернуть дело А. В. Каншину не удалось из–за бездорожья, труднодоступности мест, тайги, марей, значительной удаленности от судоходных рек. А. В. Каншин просил генерал-губернатора Восточной Сибири барона Фредерикса отсрочки начала работ и сохранения за ним заявленных площадей до 1879 года, «вследствии тяжелых местных условий и невозможности доставить надлежащее количество рабочих». Этим воспользовался нерчинский купец М. Д. Бутин, который направил в Приамгунье свою поисковую партию во главе с инженером Сафоновым. Путь лежал через хребты и тайгу. Но Сафонов проник к золоту и сделал широкую разведку. Поисковая партия нашла промышленное золото. В начале мая 1878 года на имя Бутина была сделана заявка в горном управлении на 10 золотоносных площадей по Верхним и Нижним Сулакам и в системе Нилана. Сюда вошли богатый прииск Трехсвятительский, давший Бутину в 1882 году золота 27 пудов, 32 фунта, 27 золотников. Удачно велась добыча металла на прииске Узкополосном и других бутинских приисках. К концу 1870-х годов фирма «Торговый дом братьев Бутиных» достигла наивысшего расцвета. Бутины торговали хлебом, вином, тканями. Торговля велась с большим размахом в Иркутске, в Забайкалье и на Амуре, проводились крупные оптовые сделки. Фирма получила огромные прибыли и постоянно расширяла свое дело. Руководитель фирмы М. Д. Бутин был человеком энергичным, одаренным коммерсантом, дельцом нового времени. Он окончил Нерчинское уездное училище и служил, как и его брат, приказчиком у мест221

ных купцов Кандинских. В 1866 году на скромные средства М. Д. Бутин основал «Торговый дом братьев Бутиных» и, благодаря своей деляческой хватке и необыкновенной предприимчивости, повел дело основательно, широко и захватил в свои руки всю экономику Забайкалья. Бутина стали называть «забайкальским Демидовым», он стал своим человеком в Петербурге и Москве. Д. М. Бутин усиленно занимался самообразованием, ездил в Америку для систематического изучения золотопромышленности. Изобрел несколько золотопромышленных машин и приспособлений, выступал со статьями в журналах и газетах. Фирма Бутиных владела 50 приисками в Забайкальской, Амурской и Приморской областях. Только в ниманских приисках, большинство которых принадлежало Бутиным, к 1900 году было добыто около 1500 пудов золота. В ходе конкурентной борьбы Бутин сумел вытеснить Каншина и в 1884 году совместно с братом основал первую золотопромышленную компанию «Товарищество братьев Бутиных». Первые прииски компании были названы: Ближний, Находка, Медвежий, Гольцовый, Лунный, Пространный, Крутой, Мизерный. Золото на этих приисках было богатое, было добыто около 44 пудов. Слава о богатых приисках росла, привлекая к себе новых золотопромышленников. Конкурентная борьба среди них разгорелась. Вскоре братья Бутины терпят поражение, и 17 мая 1887 года Бутин подписал договор о передаче в аренду принадлежащих ему по системе реки Амгунь 16 приисков. В 1889 году появляется новая промышленная компания «Ельцов и Левашов». Конкурентная борьба продолжается, Бутин вытяснил Каншина. Ельцов, приказчик Бутина, вытесняет своего хозяина. С 1889 года компания «Ельцов и Левашов» становится одной из крупных в районе, вплоть до революции. Компания владела 22 приисками и преуспевала. Особенно большого 222

успеха в добыче золота компания добилась в связи с разработкой прииска Покровского в верховьях реки Семи (Семитка) и прииска Веселого по реке Сулакиткан. Проводя разведку новых месторождений, продвигаясь на Восток, компания открывает новые прииски по долинам рек Батаонь, Сулакиткан, Семи. В 1900 году число отводов по этим рекам достигло семисот. Компания «Ельцов и Левашов» в 1893 году перешла на Амгунь, начав работы на своем собственном прииске Веселом по Сулакиткану, и взяла к 1899 году 233 пуда, 8 фунтов, 12 золотников, а к 1911 году на приисках Елизаветинском и Веселом — 495 пудов. Хозяин дела Ельцов хотел быть похожим на своего бывшего хозяина Бутина. Ельцову построили на прииске, куда он часто наведывался из Благовещенска, прекрасный дом: раскрыты настежь окна, под звуки рояля танцуют три-четыре интелигентные пары. Он их содержит, Ельцову так нравится, он уверен, что все хорошо, культурно. Он любуется, он доволен жизнью, он хозяин. И, как хозяин, он время от времени приказывает давать салюты из пушки в свою честь. В 1889 году поисковая партия золотопромышленника Шадрина открыла новые богатейшие золотопромышленные площади в долине реки Семи. Шадрин и Першин в 1890 году организовали крупную Амгуньскую золотопромышленную компанию, в которую вошло пять приисков, а позднее 52 прииска и один рудник. Главная контора компании находилась в Петербурге, и ведал ею горный инженер С. И. Литтауэр. В 1902 году Амгуньская компания перешла в подчинение Российскому золотопромышленному товариществу. Совладельцы жили в Петербурге, не видя дела, получали доходы (в зависимости от паев). На месте от имени владельцев компании руководил управляющий. Центр компании находился на прииске Николаевском (ныне село Главный Стан). До сих пор сохранилось здание компании — это здание больницы, правда, перестроенное во время капитального ремон223

та. В этом здании размещалась контора компании. Первым управляющим компании был ее учредитель — Шадрин, а последним в дореволюционное время — Свиридов. Главный стан компании с ее управляющим, чиновниками, горной стражей, складами, несгораемыми сейфами и прочим имуществом были на прииске Николаевском (названным в честь царя), стоявшим по речке Семи, впадающей в реку Амгунь. Амгуньская золотопромышленная компания преуспевала: к 1899 году было добыто 373 пуда, 31 фунт, 81 золотник и 76 долей (1 доля = 44,4 мг), в отдельные годы компания получала более одной тонны золота в сезон. В 1903 году она получила 1,3 тонны, в 1904 году — 1,2 тонны. Компания «Ельцов и Левашов» вела разработки без применения техники, старым дедовским способом: мускульная сила рабочего, кайло, лопата, лошади, хотя промывка велась на бочечных машинах. Амгуньская золотопромышленная компания вела разработки с использованием самой совершенной горной техники: бутинские машины, а на Николаевском прииске работало два экскаватора «Любек-СС», которыми загружались вагонетки «Анаконда», по рельсам бегало более десятка паровозиков «Кукушка» дековилевского типа. Они подавали вагоны с золотоносными песками к промывочным машинам. Кроме того, на Гонгрене (приток реки Керби) работали две паровые драги новозеландского типа. Одна из них была собрана в 1903 году, вторая в 1910 году. Не удивительно, что в глухой тайге, вдали от дорог была в те времена сосредоточена довольно мощная техника. Золотая промышленность давала чудовищно высокие прибыли. Промышленники, выхватывая лучшие золотоносные участки, получали до 400 % прибыли на затраченный капитал. Закупалось дорогостоящее по тем временам оборудование (русское, заграничное) и, не считаясь с трудностями доставки, завозилось на прииски. Можно себе представить, как зимой, 224

по замерзшим рекам и марям в огромные сани, загруженные тяжеловесными деталями, впрягалось множество лошадей и десятки погонщиков с криками и свистом, шаг за шагом, тащили машины к золоту. Непосредственные трудности ложились на спины рабочих, а промышленники обогащались. На долю двух крупных: Амгуньской золотопромышленной компании и компании «Ельцова и Левашова» приходилось 88 % всей золотодобычи Приамгунья. Остальная добыча металла приходилась на 19 мелких хозяев. Это были: Токоланское товарищество с тремя приисками, Приамурское (Кербинское) товарищество с 18 приисками по рекам Гонгрен и Керби. Пять приисков принадлежали золотопромышленнику Дубровскому и его компании. Имели по 1–2 прииска купец Ельцов, купчиха Нерпина, купец Забиров, мещане Григорьев, Доенин, Субботин, Варгунин, Смирнов, Попов, Кобылин, Колесов, Аккерман, Селянин, Зубарев. В 1898 году на прииске Покровском устанавливается одноковшовый экскаватор «Оренштэйн Коппель», а в 1901 году — многоковшовый. Строятся золотопромышленные машины типа «бочка». Амгуньская золотопромышленная компания на реке Гонгрен построила и стала добывать металл двумя малолитражными паровыми драгами новозеландского типа. Два экскаватора типа «Любек-СС» нагружали вагонетки торфами при вскрыше и песками при промывке, вагонетки по узкоколейке доставлялись паровозом «Кукушка» к промывочным бочечным машинам. Машина приводилась в движение паровой машиной. Хорошее содержание золота в песках, внедрение техники, золотой ажиотаж, нещадная эксплуатация приводили к резкому увеличению золотодобычи, и 1904 год стал годом рекордной добычи золота на Кербинской группе приисков. По сравнению с 1890 годом золотодобыча возросла в 22 раза.

225

В этот период открываются сотни приисковых участков. В целях обогащения на Керби спешат люди с Херпучи, амурских сел, Забайкалья, Сибири. Каждый старается получить себе небольшой отвод, застолбить и начать свое дело. Но это удавалось не всем. В 1893 году прокладываются конные дороги от Керби в сторону основных кербинских приисков. Проводилось обследование рек Нилан и Керби. И, когда оказалось, что эти реки не судоходны, в глухую, необитаемую тайгу поехали артели рабочих с топорами и пилами, с лопатами и кайлами. С осуществлением пароходного сообщения по реке Амгунь первоначально предполагалось основать пристань и склад на реке Керби, в 25 верстах от ее устья (отсюда и название «Кербинская резиденция»). Затем, вследствие обнаруживавшейся малосудоходности реки Керби, резиденция была перенесена на реку Амгунь. Дальше от пристани грузы перевозились зимой по реке Керби на лошадях. Бутинская резиденция (барак, склад, конюшня) называлась Кербинской, в дальнейшем рядом с ней была построена резиденция Амгуньской золотопромышленной компании и называлась сначала Нимеленской, а затем Амгуньской. По берегу строились резиденции и других компаний, принявших участие в добыче золота на Кербинском прииске. В конце концов, все резиденции были объединены общим названием — Кербинская резиденция, а в более поздних документах — село Керби. Кербинская резиденция расцветала в безудержной спекуляции, сюда стекалась масса торгашей, спиртоносов, грабителей. Управление Амгуньской золотопромышленной компании построило большие конные дворы, держало на резиденцию 400 лошадей и 70 рабочих. Компания «Ельцов и Левашов» держала 55 лошадей и 96 рабочих. На прииски надо было перевозить не одну тысячу пудов груза. Бутинский зимник, проходившей в основном по реке Керби, не обеспечивал пе226

ревозки. Промывка золота велась в основном летом, летом приезжали новые потоки рабочих. Труднопроходимые вьючные тропы сдерживали размах золотой лихорадки. Возникла необходимость в строительстве колесной дороги, которая и была сооружена в период 1892–1893 годов до приисков Покровского и Веселого сообща на средства Амгуньской золотопромышленной компании и компании «Ельцов и Левашов». Трудности перевозки толкали золотопромышленников к поискам выхода. В 1911 году начались изыскательские работы для выбора пути под будущую дорогу. С 1914 года эта дорога началась строиться, она начиналась от Кербинской резиденции и шла на Горелое, Веселую Горку, Главный Стан, Гонгрен, затем по левобережью Керби на ниманские прииски и далее через хребет Эзоп — к Экимчану на Селемдже. В 1913 году по левому увалу реки Семи (Семитка) были открыты богатые и небольшие по площади золотоносные участки. Добыча золота несколько поднялась. Но к 1916 году эти участки были выработаны, прибыли сократились, промышленники начали отказываться от хищнических методов разработок и переходили к старательским. Техника стала забрасываться. Конец Х1Х в. и первое десятилетие ХХ в. становится золотой лихорадкой на Кербинской группе приисков. Это связано с открытием богатой группы приисков по долинам рек: Семи, Гонгрен, Сулакиткан. К этому времени золотодобыча на Херпучи сворачивается, рабочие переходят на прииски Кербинской группы. Численность кербинских рабочих увеличивается до пяти тысяч.

227

З ОЛ ОТ Н И К И ДОЛ Я Гонимые нуждой и в поисках лучшей доли шли на прииски крестьяне, бывшие ссыльные и каторжане. По статистическим данным за 1899 год на приисках компании «Ельцов и Левашов» работало 934 человека. К 1915 году на приисках Приморского горного округа было 7498 рабочих, почти половина из них приходилась на Кербинский прииск. За все время работ на Кербинском прииске промышленники взяли около 30 тонн золота. Кроме того, много золота растаскивалось хищниками и всякого рода контрабандистами. Следовательно, общее количество золота будет равняться 35 или даже 40 тоннам. Эти огромные богатства были получены за счет самой жестокой эксплуатации рабочих. Средний годовой заработок рабочего в 1884 году на Амгуни у Бутиных был 430 рублей, у Тютюкова — 300 рублей. К 1902 году рабочий при поденной оплате получал 1 рубль 50 копеек, при сдельной оплате, с условием выполнения норм, на торфах получал 1 рубль 75 копеек, в забое на песках 2 рубля 25 копеек, слесари и машинисты получали от 1 рубля 50 копеек до 2 рублей в день. Другие рабочие: конюхи, кузнецы, караульщики, плотники и прочие получали от 70 копеек до 1 рубля 50 копеек в день. Женщины (кухарки, прачки, прислуга и др.) получали от 33 до 50 копеек в день. В 1914 году рабочие на драгах получали в среднем 2 рубля 54 копейки, на хозяйских недражных работах — 228

в среднем 2 рубля 1 копейку, при работах золотничных (старательских) — в среднем 90 копеек. Правда, золотничники часть золота утаивали от хозяина, и, следовательно, их фактический заработок временами был несколько выше. Однако русские рабочие с большой охотой шли на хозяйские работы, так как были заинтересованы в более постоянном заработке: жили семьями, на одном месте. Старательская работа (удача) не прельщала большинство рабочих. Хозяйский метод разработок складывался следующим образом: золотопромышленник заявлял на свое имя в Горном управлении золотоносную площадь и платил установленную горную подать, прииску присваивалось название, чаще всего по имени самого хозяина, его жены или дочери. Владелец мог продать прииск, сдать его в казну, в аренду. На прииске владелец строил необходимые помещения: казармы для рабочих, контору, склады для приискового имущества и продуктов. Завозил инструменты, машины, рабочих, лошадей и проч. Нанимали рабочих по контракту, определялись условия найма. Хозяин давал рабочему жилище и инструменты, платил ему за выполняемую работу зарплату. Взаимоотношения между рабочим и хозяином на прииске были такими же, как на заводе. В казарме рабочие жили, размещаясь на 2–3-ярусных нарах. Часто из-за тесноты приходилось спать и под нарами. Такие казармы к 1899 году были построены на прииске Николаевском (Главный Стан). В казарме размером 4 на 16 саженей (1 сажень = 2,13360 м.) предполагалось размещать 80 человек, но обычно в таких казармах жило вдвое больше. Оплачивая своим изнурительным трудом роскошь золотопромышленников, они терпели нищету и бесправие, 229

насилие, самодурство и бесчинства администрации. Неписаные законы приисковой глуши ставили рабочих в невыносимые, кабальные условия. Вербовочный договор, регулирующий взаимоотношение рабочих и золотопромышленников, лишал рабочих самых элементарных прав. Вот что было записано в договоре Амгуньской золотопромышленной компании по вопросу увольнения: «… До окончания настоящего договора никто (сам рабочий и члены его семьи) требовать себе расчета не имеет права. Управление же может уволить во всякое время по одной из следующих причин: — за неспособность к работе; — за неявку на работу; — за дерзость или дурное поведение; — за сборище толпой, угрожающее порядку и спокойствию; — за всякое нарушение настоящего договора». Подписывая такой договор, рабочие предоставляли владельцам приисков широкое право лишать себя куска хлеба за малейший проступок, непокорность, в случае болезни и временной нетрудоспособности. Положение рабочего на приисках усугублялась еще тем, что лавки с товарами, инструменты, жилые бараки, золотоносные участки — все являлось собственностью золотопромышленников. Кроме хозяйской лавки рабочему негде было купить продукты питания, одежду, обувь, инструменты. Поэтому цены и тарифы за услуги устанавливались сверхвысокими. Золотопромышленников привлекала прибыль и только прибыль. Судьба рабочих их мало волновала. Рабочий день на приисках длился от 12 до 14 часов. По этому поводу в контракте был специальный пункт: «На все работы, где бы таковые ни находились, вы должны выходить в установленное время по свистку, звонку, флагу или другому знаку, в какую бы то ни было погоду и работать 230

в сентябре с 6 часов утра до 7 часов вечера. В мае, июне, июле и августе с 5 часов утра до 8 часов вечера. Выходных дней давалось по одному в месяц». В специальном обследовании приисков в 1902 году отмечалось: «Врачебный контроль за приисками не установлен» и далее: «Эпидемические болезни, наблюдавшиеся в течение 1889 года на амгуньских приисках: в Амгуньской золотодобывающей компании — корь, кровавый понос, брюшной тиф, натуральная оспа, цинга; на приисках компании «Ельцов и Левашов» — кровавый понос и цинга; на приисках Приамурского товарищества — цинга; на приисках Курбатова, Пузанова — кровавый понос, цинга». К 1900 году на прииске Николаевском была построена больница и баня. Больница зачастую не работала, так как не было медицинского персонала, а на других приисках, растянувшихся на сотни километров, медицинское обслуживание вообще отсутствовало. Врачей заменяли знахари. Согласно договору, баня летом топилась за счет управления, а зимой за счет рабочих. Казармы отапливались за счет рабочих. О женщинах и семье в контракте был отдельный пункт: «Семью брать только с разрешения Управления, жен — тоже, причем они должны работать на разных женских работах, иначе им не будет выдаваться пища». Характерен и следующий пункт контракта: «За утайку подъемного и старательского золота виновные подвергаются законной ответственности, а также за подстрекательства к бунтам и стачкам, как и за совершение стачек и бунтов, с уплатою всех убытков, проишедших от этого компании». После подписания контракта рабочие обязаны были сдать паспорта и получить «Расчетные книжки», куда заносились: выработка, штрафы, долги (при расчете мало что приходилось получать).

231

При этом оговаривалось, что хозяин в случае необходимости мог удлинять время работы по своему усмотрению. Выходные дни давались раз в месяц и приурочивались к церковным праздникам. Рабочие жили в бараках, срубленных из бревен, стены не оштукатурены. Потолком и крышей служил накатник, присыпанный сверху землей. Полами служили грубо отесанные бревна. Комнатных перегородок не было. У стен были сооружены сплошные нары. В бараках отсутствовали элементарные удобства. Особенно плохо жилось больше семейным приискателем. Беспросветная нужда, тяжелые условия труда и жизни толкали рабочих глушить свое горе в винном угаре. Пьянство рабочих давало возможность получать хозяевам дополнительную прибыль на торговле водкой и спиртом. Пьянство поощрялось. До наших дней сохранились название поселков: Веселая Горка, Веселый, названные так из-за «веселого» места на приисках. За одну ночь старатель мог спустить трудом и потом добытое золото, а к утру остаться ни с чем. Не лучше жилось и коренным жителям Приамгунья. Золотопромышленники и торговцы спаивали эвенков и негидальцев, за бесценок скупали меха, использовали их на приисковых перевозках грузов. Предприниматели интенсивно использовали труд китайцев и корейцев. Это было довольно выгодно, так как оплата за их труд была значительно ниже. «Золотая лихорадка» и разбросанность приисков на обширной территории требовали от золотопромышленников прокладки новых дорог. Управляющий Амгуньской золотопромышленной компании Шадрин снял две артели с промывки метелла и направил на строительные работы по прокладке дорог. Он обещал рабочим, что после завершения дорожных работ предоставит два дня отдыха 232

и два дня на промывку песков на бочечной машине компании с использованием добытого золота в пользу рабочих. Предложение было заманчивым, и рабочие дружно взялись за дело и досрочно выполнили работу. Администрация обманула их, дни отдыха предоставила, а в использовании бочечной машины отказала. Это вызвало гнев и возмущение рабочих, они забастовали. Администрация на 17 рабочих, как зачинщиков бунта, наложила штраф и уволила с работы. В солидарность с уволенными работа на прииске была прекращена. Забастовщики предъявили иск к администрации за нарушение договора. В вышестоящих инстанциях после длительных проволочек иск был признан справедливым. Рабочим причиталось получить 30 тысяч рублей. Администрация произвела кое-какие расчеты, но основную сумму не выплатила. Она знала, на что шла. Власть была в их руках. Деньги по иску приискатели так и не получили. Первая забастовка показала, что сплоченно рабочие смогут многого добиться. Неудивительно, что стачки и бунты часто возникали на приисках: неимоверно тяжелые условия труда и быта толкали рабочих на борьбу. Кербинские рабочие одними из первых на Дальнем Востоке вступили в борьбу за утверждение своих прав.

8 июля 1893 года на прииске Покровском Амгуньской золотопромышленной компании началась забастовка 209 рабочих. Поводом к ней послужил следующий случай. Две артели рабочих, одна в 116 человек, другая в 93 человека, были поставлены на работы по проведению колесной дороги у прииска Покровского. Дорогу надо было срочно закончить и начать перевозку грузов. Шадрин с целью побудить рабочих к более усердной работе и ускорить окончание дороги пообещал рабочим дать два выходных дня после завершения работ, затем два дня старания с про233

мывкой на новой машине. После этого рабочих должны были перевести до конца сезона в разрез. Это было особенно заманчиво, так как в разрезе в это лето хорошо зарабатывали на подъемном золоте. Рабочие трудились усердно, без выходных дней и закончили строительство дороги к 6 июля. Два дня отдыхали в казармах, а на 8 июля им приказали выходить на дорожные работы на участок от Покровского до прииска Веселого. Рабочие отказались. Администрация за отказ от работы 126 человек рассчитала. В шесть часов утра рабочие направились к дому компаньонов и стали требовать Шадрина. Управляющий Королев два раза читал им контракт, доказывая, что они должны идти на любые работы. Но рабочие выкрикивали оскорбления по адресу Шадрина и Королева, называя их обманщиками, ворами, подлецами. В два часа дня все повторилось. В пять часов вечера рабочие пришли снова. Управление решило пойти на уступки и согласилось взять на приисковые работы 150 человек с тем условием, чтобы остальные приступили к дорожным работам. Почти все рабочие согласились. Но, когда Шадрин и Королев выстроили рабочих и стали выбирать из них 150 человек наиболее здоровых для работ в разрезе, раздались голоса: «Что мы, тварь что ли, что вы нас будете выбирать! Не согласны! Подсчитайте листки!». Управление уволило 17 человек, которые среди рабочих выделялись как руководители. Но в девять часов вечера рабочие собрались вновь, требуя расчета всем рабочим. Управление выдало всем паспорта и отказалось от объявленного в начале забастовки штрафа. Этим дело не кончилось. Рабочие слонялись по приискам, устраивались на работу у других хозяев и в то же время требовали от управления оплатить неустойку за нарушение контракта. Уполномоченный от рабочих Мясников предъявил управлению иск об оплате за 63 дня (с 8 июля по 10 сентября, т. е. по день окончания действия контрак234

та), по два рубля в день, всего 14616 рублей. Иск рабочих в высших административных инстанциях признавался справедливым, однако дело было затянуто, и рабочие неустойку не получили. Особенно часто забастовки и протесты рабочих возникали по поводу ночных обысков в казармах с целью конфискации контрабандного спирта и подъемного золота.

16 августа 1894 года началась забастовка на прииске Покровском под руководством рабочих Сластина и Гормышева. В ночь на 16 августа наряд полиции и казаков, вызванный управлением на прииск, явился в казармы и стал производить обыск с целью, как было объявлено, обнаружить контрабандный спирт и картежную игру. Главная же цель была отобрать поднятое в разрезе золото. Возмущенные рабочие потребовали, чтобы их оставили в покое. Несмотря на это, полиция все же попыталась продолжить обыск — рабочие не дали это сделать. Полиция решила арестовать зачинщиков сопротивления, но рабочие были вооружены. Во время суматохи началась перестрелка между рабочими и казаками. Полицейский наряд отступил. На следующий день все рабочие прииска не вышли на работу. Бастовало около 300 человек. Рабочие потребовали расчета. Администрация, боясь, чтобы волнения не перекинулись на другие прииски, вынуждена была удовлетворить требования рабочих, и работы на прииске совсем прекратились — рабочие ушли.

20 июня 1898 года началась забастовка на прииске Веселом компании «Ельцова и Левашова». Забастовкой руководили старосты рабочих команд Байков и Афанасьев. Утром рабочие вышли на работу и, проведя собрание, сложили инструмент у амбара, ушли в казармы. Байков и Афанасьев заявили полицейскому уряднику, что на работу команды не выйдут до тех пор, пока не будет уволен смотритель разреза Васильев и пересмотрена правильность 235

записи выработки пласта в рабочие книжки. Полицейский урядник пришел к выводу, что рабочие незаконно требуют повышения зарплаты, бунтуют, признал их действия преступными и составил протокол.

21 июня команды снова не вышли на работу и сдали оставшийся у них на руках инструмент. Рабочие собрались у конторы, Байков и Афанасьев потребовали, чтобы управляющий вышел на крыльцо, и предъявили ему следующие требования: уволить смотрителя горных работ Васильева, так как он обманывает рабочих; изменить учет выработки золотоносного пласта; улучшить осушение разреза канавами; вычеркнуть из расчетных книжек плату за проезд от Благовещенска до Кербинской резиденции. Управляющий согласился принять требования рабочих, кроме последнего. Рабочие потребовали, чтобы контора не удерживала с них и штраф за невыход на работу, и в ожидании решения управляющего ушли в казармы. На следующий день, после второй уступки управляющего, работа возобновилась. Через несколько дней по указанию мирового судьи прибыл на прииск заведующий полицейской частью для производства дознания по поводу забастовки. Вызванные на допрос по повесткам не явились, так как рабочие на допрос в одиночку никого не отпустили. Однако выяснилось в результате опроса служащих, что забастовка была хорошо подготовлена. Рабочие верхнего стана оказали давление на рабочих нижнего стана. В забастовке готовы были принять участие не только разрезные рабочие, но и подсобные: плотники, конюхи и другие. Управление боялось, что работы могут прекратиться и на других приисках и повлечь за собой значительные убытки, как это уже было на Селемджинских приисках этой же компании. Дело оставили без последствий и выполнили требования рабочих, как и обещали. Можно сказать, что забастовка на прииске Веселом подготовлена была лучше других и проходила более организованно.

236

В 1899 году бурная забастовка произошла в компании «Ельцова и Левашова» на прииске Вознесенском по реке Камакан. На прииске только что начались работы, и «условия были весьма тяжелыми», как это признавало и само Управление и немедленно пошло на значительные уступки, так как «не только приисковая полиция, но и некоторые из служащих опасались возникновения беспорядков». Как отмечалось в печати того времени, «недоразумения были неоднократно между рабочими и нанимателями … дело не обходилось иногда без вызова военной силы, как для предупреждения, так и для подавления». В июле 1910 года приискатели Амгуни снова поднялись на борьбу, так как с ними грубо обращались, обмеривали. 157 человек было отдано под суд. Но революционное движение все ширилось. На прииски приезжали рабочие из центральных областей России, где они уже получили опыт борьбы с капитализмом, появились ссыльные социал-демократы. В 1905–1907 годах забастовочная борьба рабочих была отмечена на многих золотых приисках. Жестокие репрессии не смогли остановить революционный призыв приискателей. Кровавое воскресенье 9 января 1905 года вызвало у рабочих ненависть, бурю негодований и забастовок на многих приисках. В 1906 году массовая забастовка рабочих приисков Амгуньской золотопромышленной компании показала единство трудящихся и непреклонную волю в борьбе. 9 января в память годовщины Кровавого воскресенья рабочие собрались на общий митинг, отслужили панихиду по погибшим товарищам. Выборные депутаты явились к главному управляющему и предъявили от лица рабочих требования: • введение 8-часового рабочего дня; • одинаковой заработной платы, как зимой, так и летом; • уплаты за дни болезни, как за рабочие дни; 237

• выдача харчевого продовольствия больным и находящимся в больнице; • выдача мяса наравне со служащими; • олтмены платы с женщин за пользование баней, родильным приютом и больницей; • обращения с рабочими на вы; • не увольнять рабочих без уважительных причин. Администрация требования рабочих выполнить отказалась. На следующий день около 1000 рабочих не вышли на работу. Началась забастовка, длившаяся до конца января, когда Управление, не желая нести убытки дальше, пошло на уступки. Работы после этого возобновились. Жизнь рабочих на приисках становилась все хуже. В последующие годы борьба приискового пролетариата против своих хозяев продолжалась. Особый гнев приискового пролетариата вызвал Ленский расстрел в 1912 году. Кербинские приискатели выразили свою солидарность с рабочими Ленских приисков. Жестокие репрессии не сломили боевого духа. Значительно увеличился приток китайских и корейских рабочих, гонимых нуждой из своих стран. Там они работали на хозяев буквально только за пищу. В России они надеялись найти хоть какой-либо заработок. Русские золотопромышленники с удовольствием принимали на работу иностранных рабочих, неприхотливых, забитых нуждой. Китайский рабочий тратил на себя в месяц 7–8 рублей, а русскому, как минимум, надо было около 40–50 рублей. При малейших недоразумениях и даже без них хозяева увольняли целые артели русских рабочих и заменяли их китайскими и корейскими. Большинство промышленников от хозяйских методов разработок переходили к старательским. Это при наличии дешевой рабочей силы было выгоднее. Забрасывалась техника. Мало того, деятельность многих хозяев на приисках сводилась теперь только 238

к тому, что они сдавали свои золотоносные площади артелям рабочих, которые определенный процент с добытого золота отдавали им и покупали за золото с их складов продукты питания. Золото свободно утекало за границу, растаскивалось предприимчивыми спекулянтами и контрабандистами. На Веселой Горке пъянствовали подзаработавшие старатели-хищники. В пивнушках и ночных притонах они оставляли свое золото, а часто и головы. После февральской революции в марте 1917 года в поселке Керби, как и в Николаевске-на-Амуре, на общем собрании граждан был избран Временный исполнительный комитет Амгуно-Кербинсколго района. Председателем этого комитета избрали врача Мышкина М. П. Прииски в составе Приморского горного округа подчинялись Николаевску, который был сначала уездным городом, а через некоторое время его объявили центром Сахалинской области. В состав области входили: остров Сахалин, низовья Амура и побережье Охотского моря. В комбезах главенствовали меньшивики и эсеры. Избирались в эти органы власти представители буржуазии, а жизнь текла по-старому: прииски, заводы и прочее оставались в руках буржуазии. Долго и упорно боролись большевики за власть Советов. Но даже после Октябрьской революции в Советах Николаевска-на-Амуре и других городах Дальнего Востока преобладали меньшевики и эсеры. Только 18 февраля 1918 года большевики в Николаевскена-Амуре взяли власть в свои руки, был избран новый состав Советов, во главе которого встали большевики: Е. И. Трунин, А. И. Финковский, П. С. Иванов, Н. В. Слепов, Л. П. Бебенин и др. Они распространяли свое влияние на всю область. Избирались Советы в селах и на приисках, создавались профсоюзы, в том числе и профсоюз горнорабочих, создавались артели рабочих на кооперативных началах. Одной из таких артелей, которая называлась 239

«Васильевская артель свободных золотоискателей» (прииск Васильевский), руководил Макаров Д. М., известный на приисках рабочий-горняк. В артели работало до ста человек приискателей. Но основная масса золотоносных площадей все же оставалась в руках хозяев. Для снабжения приискателей продуктами и необходимыми товарами создается кооператив «Взаимопомощь». В начале июля 1918 года в Николаевске-на-Амуре по решению областного Совета депутатов трудящихся был созван съезд горнорабочих. Съезд принял решение национализировать золотые прииски. Дальневосточный краевой комитет из Хабаровска в помощь нижнеамурцам послал комиссию под командованием И. Н. Семикоровкина. Краевая комиссия прибыла в Николаевск-на-Амуре, где к ней присоединились делегаты съезда горнорабочих, комиссар горной промышленности Сахалинской области Иван Александрович Будрин и другие работники областного Совета. Съезд вынес решение о национализации приискового дела. Комиссия по национализации и отряд И. Н. Семикоровкина отправились на прииски. Отряд был необходим, так как никакого порядка на Амгуни еще не было: золотопромышленники и их прислужники вооружались, по тайге рыскали бандиты, царских урядников Временное правительство переименовало в милиционеров, и они до сего времени оставались при исполнении обязанностей — их надо было заменить. Часть отряда была оставлена в Херпучах, Удинске, семь человек — на Кербинском прииске во главе с Ляодовским. Эти люди были первой советской милицией на приисках Амгуньской системы. Комиссия проехала по приискам всей системы, проводила собрания на приисках: Николаевском (ныне село Главный Стан) и Веселом, объясняла народу суть национализации промышленности. Для руководства общественной и хозяйственной жизни на приисках был избран 240

горный коллектив Амгуно-Кербинского района в составе пяти человек. В горный коллектив вошли: Г. Ф. Попов, В. В. Усольцев, С. И. Бажин, П. С. Селезнев и Д. М. Макаров. В ведение горного коллектива перешли золотоносные площади, инструменты, машины, постройки. Горный коллектив имел несколько отделов: производственный, бытовой, финансовый и др.

241

НАЧАЛО… После высадки десанта японских интервентов в Николаевске к власти пришло земство во главе с эсером Шелковниковым. Земство объявило набор в добровольческий отряд. Вступило в него около полторы сотни человек. Четвертая часть — это офицеры, во главе которых стал подпоручик Токарев из местных мещан. После прихода Колчака к власти в Сибири николаевские эсеры вздумали протестовать против диктаторского переворота и выпустили воззвание. Николаевская обывательщина и контрреволюция подчинились «верховному» и «единому» диктатору. Началась мобилизация воинства. Были призваны молодые люди рождения 1897, а затем 1898, 1899 и 1990 годов. Из собранных новобранцев создали отдельный запасной батальон, который вместе с добровольческим отрядом составил около семидесяти штыков. Ненадолго командовал ими тот же Токарев, а с января 1919 года непосредственно от Колчака, из Омска, прибыли полковник Виц и Медведев. Виц возглавил батальон, заместителем у него остался Токарев. Медведев возглавил гарнизон, и стал диктатором округа, но с полной зависимостью от японских интервентов. В этот период развернулась работа белогвардейской контрразведки. В таких условиях общественная жизнь замерла, революционную работу вести было крайне сложно. С лета 1919 года николаевская белогвардейщина начала высылать карательные экспедиции. Одна из первых, под начальством Гарфа, Бармина и Сеничкина, в составе пулемет242

ной и учебной команд прошла по Кербинскому приисковому району. В поселке Керби произвели повальный обыск, ища оружие и, выпоров нескольких крестьян, отбыли на крестьянских подводах по тракту Керби – Экимчан, производя по пути все те же обыски и порку рабочих. С самого начала интервенции, еще при земстве, были схвачены и брошены в тюрьму комиссары Бебенин, Слепов, Будрин, Жоголев, Павличенко, Иваненко, затем переведены в арестное помещение полиции. С помощью сочувствующих солдат охраны, подпольщиков и родственников комиссарам удалось совершить побег. Иваненко и Жоголев скрылись в городе, а Будрин, Бабенин, Слепов и Павличенко в тайге, в районе села Сергеевского в верховьях речки Бамбасовой. А затем ушли на Амгунь, где организовали первую партизанскую группу. Один из вооруженных отрядов красногвардейцев во главе с советским работником И. В. Кузнецовым выехали в село Керби и скрывались в его окрестностях. Отряд Кузнецова жил коммуной «Ленкода». В коммуну входили: Н. Ф. Чибисов, М. Я. Коняшин, П. Генералов, Ф. Г. Худяков и др. Хорошо была налажена связь с надежными людьми поселка Керби и приисками. В поселке постоянно два-три колчаковских полицейских, а летом 1919 года квартировала карательная экспедиция во главе с Гарфом и Синичкиным. Они шумно проводили занятия со стрельбой, топографы делали съемку местности и описание берегов Амгуни и Немилена. Каратели производили повальный обыск у населения, изымали оружие, чинили расправу. В такие периоды «Ленкодавцам» приходилось уходить подальше в тайгу. Об опасности предупреждали коммунаров смышленые мальчишки или поселковые парни, или местные охотники — негидальцы. После отбытия карателей деятельность революционного подполья активизировалась. На повестку дня выдвигался вопрос о взятии власти в руки трудового народа. Готовились кадры, пополнялся арсенал оружия. Житель села Керби Да243

ниил Петрович Мамоненко тайно доставлял оружие и боеприпасы, используя свою работу лоцмана на пароходе, ходившем из Николаевска в Керби. Охотник Иннокентий Сидорович Семенов собирал у своих соплеменников оружие, порох, свинец к винчестерам и берданам. В низовьях Амгуни вели работу бывшие комиссары областного Совета И. А. Будрин, Л. П. Бабенин и др. Они также принимали меры к пополнению склада оружия и обучению бойцов. Председатель потребительского кооператива «Золотое руно» Родион Пантелеймонович Гаевой, хотя и не был коммунистом, но всемерно поддерживал коммунаров. Р. П. Гаевой образованный человек, фельдшер по специальности, тянулся к передовым людям. На его квартире подпольщики неоднократно проводили собрания, коммунисты в его доме находили пристанище и уют.

244

КОММУНА « ЛЕНКОДА » После побега с Николаевска на последнем пароходе перед закрытием навигации Николаевск – Керби Иван Васильевич Кузнецов с товарищами прибыл в село Керби. В Керби разместились в большом доме Михаила Глухова. В тюках были охотничьи припасы, дели для неводов, оружие, много палаточной ткани. Начали знакомство с местным населением, в первую очередь с бывшими фронтовиками, которым угрожала мобилизация в Белую армию. Нашли надежных товарищей — охотника Уткина, крестьян, нанимавшихся извозом и рыбной ловлей: Ильясова, Иванова, Смагина, Баширова, Мавлеткулова, Горчакова, Абросимова, Коваленко, Уртаева, Глухова и служащих — Кирьянова (радист), Тихомирова (начальник радиостанции), Болдовского (начальник почты). На собрании решили создать трудовую коммуну. Кто-то предложил назвать «Ленкода», по названию таежной речки в верховьях реки Немилен, где коммуне предстояло заготавливать лес. После окончания рыбного сезона, за который коммуна успела немного подзаработать, был предложен подряд на заготовку дров для радиостанции и конторы связи. Тем временем отправили в город Худякова с письмом. Там он прежде всего должен был обратиться к братьям Прикшайтисам, которые были связаны с подпольщиками. Поездка его оказалась удачной. Худяков действовал от имени трудовой кооперативной артели «Ленкода». Заключили договор на поставку лиственничного леса для клепки, из которой в городе изго245

товлялись бочки под кету. Потребность в клепке всегда была большая. Под договор коммуна получила задаток в сумме 2000 рублей на выкуп лесорубочного билета. Заготовку дров закончили довольно быстро, получили расчет и деньги пустили на питание. Начали готовится к выезду на лесозаготовки. Вышли уже зимой, несколько дней пробивались к месту по снегу, тянули нарты с имуществом и инструментами. Построили зимовье и приступили к заготовке леса. В зимовье день и ночь было дежурство и выставлялся вооруженный постовой на дороге, в километре от коммуны. Кроме того, охрану вел охотник Уткин, проживавший в десятках километрах от базы. Из села Керби приходили на лыжах знакомые, поддерживали связь. Бывали и охотники-эвены, с ними делились продуктами и солью. Они привозили мясо — оленину, сохатину. Никто из карателей не наведывался на прииски. Приезжали лишь отдельные представители колчаковской власти, но в тайгу они не совались. При организации коммуны «Ленкода» Р. П. Гаевой выделил им из средств кооператива 200 рублей, и коммунары начали успешно работать на ловле рыбы и заготовке леса для сплава. Эта работа давала коммуне возможность жить и принимать в свои ряды новых товарищей. К 1920 году в коммуне «Ленкода» было уже более 20 человек, проверенных молодых людей, готовых к борьбе за Советы. С открытием навигации в Керби прибыл карательный отряд. «Ленкодовцев» о его прибытии предупредил заранее местный житель Ганеев, и коммунары ушли дальше в тайгу. В 1919 году в село Керби приехал, скрываясь от белогвардейцев, большевик Степан Петрович Днепровский. Здесь он по подложным документам на имя Власова устраивается на работу в кооператив «Золотое руно» на должность бухгалтера.

246

Днепровский Степан Петрович — член КПСС с 1913 года, активный участник февральской буржуазно-демократической и Октябрьской социалистической революции на Дальнем Востоке. В 1918–1919 годах нелегально работал инструктором в «Амурском кооперативе». С 1919 года был председателем Кербинского ревкома, проводил большую политическую работу по борьбе с влиянием анархистов среди партизан. По приезду в село Керби С. П. Днепровский связался с коммунарами «Ленкода» и стал организатором подпольного ревкома. К началу 1920 года в Приамгунье сложилась благоприятная обстановка для восстановления Советской власти. Партизанская армия Нижнеамурского фронта успешно продвигалась к Николаевску. Кербинские большевики были готовы начать борьбу за захват власти. Местные связисты: начальник почты Болдовский, начальник радиостанции Тихомиров и радист Курьянов были на стороне трудового народа и использовали связь для нужд подпольного комитета. Подпольный комитет разрабатывает план борьбы за взятие власти в свои руки. В канун воскресенья Иннокентий Семенов из стойбища Котелок доставил оружие и боеприпасы, которые собрали соплеменники. В составе повстанческого отряда в Керби к этому времени насчитывалось до пятидесяти человек, не считая веселогорских рабочих, главной боевой силы для последующей борьбы. Этих сил было достаточно для разоружения местной полиции и захвата власти.

247

26 января 1920 года во время заседания земской управы собралось большее количество населения. Привлекли народ не только злободневная тема —продовольствие, но и обещанный спектакль. Присутствовали и многие контрреволюционеры — промышленники и кулаки. Собрание открыл председатель земской управы Полетаев. Для ведения собрания был выбран председатель Власов (Днепровский), а секретарем собрания выбрали Полетаева. Повестка собрания состояла из трех пунктов: о продовольственном займе, разное и художественная часть — пьеса А. Чехова «Медведь». Но собрание пошло не по повестке, и первый вопрос был поставлен прямо — «О текущем моменте». В зал вошли вооруженные «артисты» с красными повязками на рукавах. Была провозглашена Советская власть. Оцепеневших белогвардейцев и их приспешников взяли под стражу. Так бескровно была установлена Советская власть в селе Керби. В состав ревкома вошли: В. И. Нечаев, С. П. Днепровский, Г. Е. Уртаев и др. Строго и несколько суховато Нечаев зачитал приказ ревкома: — В двадцать четыре часа сдать оружие, имеющееся у населения (это касалось местной буржуазии).

— Не выезжать из района Керби без разрешения ревкома.

— Продовольственные запасы на складах золотопромышленников конфисковать. Таковы были первые шаги революционной власти. Еще в ходе собрания Чибисов и Кузнецов с группой вооруженных повстанцев прервали телефонную связь с Веселой Горкой и по заранее составленному списку арестовали в поселке белогвардейских прихвостней. Но главное было впереди. Теперь нужно было немедленно провести переворот на Веселой Горке, разоружить и обезвредить находившуюся там колчаковскую полицию. Собравшийся ревком спешно обсуждал детали этой операции.

248

Для установления Советской власти были посланы на прииски: Никифор Филиппович Чибисов, В. И. Нечаев, П. М. Черанев (Красиков), молодой татарин Ильясов, М. Д. Макаров и член ревкома Кузнецов. После снежного бурана, прошедшего накануне, дорога еще не устоялась, и поэтому только на следующий день, поздно вечером, бригада добралась до прииска. Опираясь на заранее подготовленное ядро передовых рабочих, в ту же ночь они разоружили полицию на Веселой Горке. В это время на Веселой Горке не было двух ярых белогвардейцев — Бучинского, помощника начальника полиции и Немчинова, старшего урядника. На прииск Гонгрен, расположенный недалеко от прииска Николаевский (Главный Стан), где по сведениям и находился Бучинский, немедленно направились Черанев и Зиновьев (рабочий-большевик, скрывавшийся на прииске) и рабочие Воронов и Карташевский. Сначала отряд наводит порядок на Гонгрене, арестовывая ярых противников. Бучинского решили брать, когда стемнеет. В сторожевой будке на кербинском переезде светился огонек. Там были Бучинский и десятник Крестов. Они сидели за столом и играли в карты. Один из рабочих остался у окна снаружи, остальные повстанцы вошли. Несмотря на внезапность, Бучинский не растерялся и, схватив со стола наган, дважды выстрелил, убил Черанева и ранил Зиновьева. Револьвер Черанева дал осечку. Вошедший следом фронтовик рабочий Михаил Воронов послал пулю в Бучинского. Раненый белогвардеец упал на пол. Думая, что враг убит, и убедившись, что Черанев мертв, Воронов повел раненного Зиновьева на улицу. Десятник Крестов, забравшись с испуга под стол, так и остался там до конца перестрелки. Обеспокоенные долгим отсутствием товарищей, Чибисов вместе с Ильясовым на рассвете поспешили на Гонгрен, где и узнали о случившемся. Прикидывавшийся мертвым, Бу249

чинский начал отстреливаться. Его убили при перестрелке. Был схвачен и другой белогвардеец — Немчинов, возвращавшийся с прииска Софийского на Веселую Горку. Для охраны приисков была создана рабочая полиция, куда вступили несколько десятков рабочих — русских, китайцев, корейцев. Телефонная связь Керби – Веселая Горка была восстановлена. Чибисов сообщил о разоружении полиции и о гибели Черанева и ранении Зиновьева. Через два дня хоронили Черанева в Керби на площади вблизи школы. Похороны превратились в демонстрацию трудящихся Керби. Петр Данилович Черанев (1894–1920) Он был рабочим Черемховских угольных копий. Перед революцией был военнослужащим в г. Благовещенск. В 1918 году был назначен комиссаром по политической части на таможенную заставу. В этом же году женился на Клавдии Ивановне Кривошлык. В период захвата власти белогвардейцами скрывался в Благовещенске и его окрестностях, но был захвачен и заточен в тюрьму. Товарищи организовали побег. Они подкупили надзирателей, которым пришлось отдать деньги, вырученные женой Черанева за проданную корову. Ночью через тюремный забор перебросили веревку с узлами, по которой Петр Данилович выбрался на свободу.

250

Оставаться дальше в Благовещенске было опасно, и Черанев с поддельным паспортом на имя Красикова выехал в село Керби, где была замужем сестра Клавдии Ивановны. Вскоре в Керби приехала жена с дочуркой Олей. Чераневы жили семьей у родственников в селе Керби. Петр Данилович занимался охотой и рыбной ловлей. Познакомившись с коммунарами «Ленкода», Петр Данилович принимал активное участие в подготовке революционного переворота, свержении власти колчаковцев и золотопромышленников, установлении Советской власти в Кербинском районе. В конце 1950-х годов состоялся перенос праха Черанева П. Д. в сквер райцентра, на могиле были установлены деревянный обелиск и оградка из штакетника. В 1967 году воздвигнут обелиск из бетона. Эскиз обелиска изготовил В. П. Гольцов. Изготовление произведено силами комсомольцев и молодежи райцентра методом народной стройки. Окончательная отделка и надписи сделаны художником из г. Николаевска В. Кокиным. По вине художника на наклонной поверхности фундамента была сделана надпись «Черенев Петр Данилович 1894–1920», а следовало правильно написать — Черанев Перт Данилович. С восстановлением Советской власти в Керби и на приисках Временный ревком приступил к решению основных жизненных вопросов: провел регистрацию продуктов и товаров в амбарах золотопромышленных предприятий, предусмотрел нормы распределения продуктов питания для рабочих и служащих, установил контроль за разработкой золотоносных площадей.

251

С подъемом проходила организация партизанского отряда. Готовилось снаряжение, проводилось военное обучение молодых партизан под руководством старшего унтер-офицера, участника мировой войны Петрова. В ближайшие дни отряд собирался выдвинуться из Керби в район Удинских приисков, когда охотники-негидальцы сообщили, что из Хабаровска под командованием Тряпицына на Николаевск движутся большие отряды партизан. Ревком решил ускорить выступление амгуньцев, чтобы соединиться с приамурцами. В канун выступления в Керби прибыл крупный партизанский отряд коммуниста Будрина. Среди прибывших были горняки с нижне-амгуньских приисков — русские, корейцы, китайцы; мужики и парни с нижне-амурских деревень и поселков, рабочие и служащие приамурцы. Вооруженный отряд Будрина в составе трехсот штыков, продвигаясь по Амгуни, восстанавливал Советскую власть во всех приамгуньских селах и приисках.

252

АМГУНО - КЕРБИНСКИЙ ГОРНЫЙ ПАРТИЗАНСКИЙ ПОЛК Формирование горного полка партизан связано с именем Ивана Александровича Будрина, коммуниста и комиссара горной промышленности, первого совдепа Сахалинской области. До революции Иван Александрович работал горным техником Приморского горного управления. Будрин И. А. пользовался среди рабочих золотых приисков заслуженным авторитетом. В дни революции Будрин И. А. примкнул к большевикам и до конца своей жизни был верен делу. На одном из митингов в Николаевске в 1917 году Будрин говорил: «Я не был большевиком, но теперь им стал. Каждый может стать большевиком, если он верит в дело трудового народа и готов за него бороться». После временного падения Советской власти 8 сентября 1918 года многие областные комиссары были арестованы. Не избежал этой участи и Иван Александрович Будрин. Но части комиссаров удалось вырваться из лап колчаковцев. Будрин, Слепов, Бибенин, Павличенко скрылись в тайге на Дальжинской протоке. После нападения белогвардейцев ночью на зимовье Будрину и Павличенко с частью людей удалось вырваться из окружения, и они ушли в таежное Приамгунье. Слепов Николай Васильевич (1892– 1920). Большевик, рабочий-бондарь. В 1918 году делегат 4-го краевого съезда Советов в Хабаровске. Комиссар Красной гвардии, председатель 253

военревштаба в Николаевске в 1918 году. Партизан. Схвачен и расстрелян белогвардейцами в Николаевске. По правому берегу Амгуни, недалеко от села Князево, на небольшом озере Капкутдан Будриным была основана партизанская база, с которой и началась история создания горного партизанского полка. Недалеко от партизанской базы были херпучинские и удыльские золотые прииски и приамгуньские села: Князево, Сергомихайловское, Удинское, Оглонги, Красный Яр. На партизанской базе Будрина вначале было не более 15 человек. Ближайшими помощниками его становятся Яков Кононов и Павличенко. При подходе партизанской армии к Тыру Будрин и Павличенко выезжают на встречу с Яковом Тряпицыным, где получили распоряжение довести численность отряда до уровня полка. Было принято решение идти отряду вверх по Амгуни до села Керби, освобождать приамгуньские села от белогвардейцев и их приспешников, вовлекать трудящихся сел и золотых приисков в партизанский полк, создавать на местах ревкомы. Первыми бойцами будущего Будринского полка становятся добровольцы из числа жителей сел Князево и Сергомихайловского. Командование партизанской армии нижнеамурского направления для формирования полка направило в отряд Будрина своих представителей: Гетмана-Чапоненко и Боголюбского. По мере продвижения вверх по Амгуни отряд Будрина разрастался. В феврале 1920 года отряд уже в составе около 300 человек прибыл в Керби. К моменту прибытия отряда на кербинских приисках уже были созданы небольшие вооруженные формирования. Ими командовали: в Керби — Иван Кузнецов и Андрей Петров. На приисках: Федор Худяков, Георгий Уртаев, Степан Елисафенко, Алексей Князев, Иван Осопин, Андрей Серебряков.

254

Будрин и Кузнецов приступили к формированию полка. Они побывали на всех приисках, участках и селениях Кербинского золотопромышленного района, где проводили собрания, митинги, сходки. С помощью местных ревкомов производился тщательный отбор приисковых рабочих и крестьян в ряды партизанского полка.

23 февраля 1920 года на прииске Николаевском (Главный Стан) было проведено собрание под председательством Василия Ивановича Нечаева. В ряды партизанского полка от Николаевского прииска были приняты: Ефим Журавлев, Николай Коростылев, Данил Опарин, Павел Вьюгов, Тихон Перепелица, Андрей Усынин, Абрам Бенцалов, Семен Рагузов, Захар Балоев, Георгий Харанов, Мураи и Харитон Альбегоновы, Николай Берт, Федор Зуев, Степан Елисафенко, Пашнин, Дворников, Любишкин, Смык, Булатов, Тарасов, Кишкилов, Баширов, Копиднев, Кириченко, Метелев, Нармухометов и др. Такие же собрания прошли на приисках: Мариинском, Семеновском, Аккермана, Забировой, Ельцова и Левашова, Васильевском и др. В селе Керби вступили в ряды: Андрей Петров, Николай Силев, Андрей Мальцев, Семен Мавлеткулов, Макар Коняшин, Григорий Болдовский, Александр Смагин, Мартемьян Аксеновских, Герасим Иванов, Андрей Абросимов, Павел Генералов, Дмитрий Трубилин, Михаил Глухов, Федор Пиляев, Филин, Шумбасов, Сидоров, Смышляев, Токарев, Ильясов, Баширов, Сурин, Котельников и др. По месту формирования полка и преобладанию в числе личного состава горнорабочий полк был назван Амгуно-Кербинским горным партизанским полком. Командный состав в то время избирался демократическим путем. Командиром полка единогласно был избран Иван Александрович Будрин, а его заместителем приисковый рабочий Семен Филатович Бачеев. Начальником штаба 255

полка становится Иван Васильевич Кузнецов, бывший командир коммуны «Ленкода». Личный состав полка насчитывал 850 штыков. Было сформировано пять рот и комендантский взвод. Командирами рот горно-партизанского полка были избраны: первой роты, сформированной из жителей села Керби, — Андрей Семенович Петров, знаток военного дела, бывший унтер-офицер. Командиром второй роты — Алексей Иванович Князев, третьей — Георгий Ефимович Уртаев, четвертой — Яков Михайлович Кононов, пятой — Федор Георгиевич Худяков. Командиром комендантского взвода был назначен Петр Константинович Латышев. В созданных ротах проводились выборы командиров взводов и отделений. Формирование Амгуно-Кербинского горного партизанского полка было закончено 25 февраля 1920 года. Кербинскими женщинами: Надеждой Васильевной Трещагиной и Полиной Андреевной Аксеновских было изготовлено боевое знамя полка. Часть большевиков и активистов была оставлено для работы в местных органах Советской власти, а пожилые крестьяне и рабочие — для продолжения работы по добыче золота и в сельском хозяйстве. Рота Федора Георгиевича Худякова также была оставлена в селе Керби для защиты новой власти от посягательств скрывшихся врагов, банд белогвардейцев и различных авантюристов. Комендантскому взводу Петра Константиновича Латышева было приказано конвоировать в город Николаевск арестованных: золотопромышленников: Забирова, Зименкова, Васильева, Еремина, Тыркова, Масюкова, представителя земской власти Потеха, Здоровцева, Соловьева, урядника Семакина. Перед командиром полка Будриным встали вопросы обеспечения укрепления Советской власти в Приамгунье, подготовки и проведения выборов, создания местных органов власти.

256

Под руководством И. А. Будрина были проведены выборы в Совет и исполнительный комитет района. В отдаленные поселки и прииски были посланы переносные урны, «дабы привлечь всех граждан к выборам в исполнительный комитет». Временный ревком выставил свой список кандидатов из 9 человек. Каждый гражданин имел право вычеркнуть любого кандидата и вписать своего. Голосование было тайным. Первого марта при вскрытии урн и подсчете голосов избранными оказались: Нечаев Василий Иванович, Худяков Петр Гаврилович, Уртаев Георгий Васильевич, Чибисов Никифор Филиппович, Днепровский Степан Петрович. Председателем первого районного исполкома был избран Степан Петрович Днепровский. На Веселой Горке председателем ревкома был избран Федор Худяков, а в состав ревкома вошли: Елисафенко, Осопин, Серебряков, Бачеев. Были избраны и делегаты на областной съезд Советов, который намечено было провести в Николаевске 14 марта. Делегатами на областной съезд были избраны: председатель Кербинского ревкома — Днепровский С. П., председатель ревкома Веселой Горки — Худяков Ф. Г., председатель ревкома Главного Стана — Нечаев В. И., председатель ревкома Удинска — Ауссем О.Х, председатель ревкома Красного Яра — Сидоров С. И., командир полка — Будрин И. А., начальник штаба — Кузнецов И. В. Вскоре штаб партизанских войск Нижнего Амура прислал приказ Будрину прибыть с полком в Николаевск. Полку предстоял трудный пятисоткилометровый пеший переход. Перед началом перехода в селе Керби состоялся митинг местного населения и воинов полка. Исполком Кербинского Совета мобилизовал у местного населения оленей и даже собачьи упряжки. Но транспортных средств не хватало. На повозки загрузили продовольствие, снаряжение и боеприпасы. Под видом пулеметов и пушек 257

сделали деревянные макеты и накрыли их брезентом. Основные силы полка отправились в поход в пешем строю. После митинга раздалась команда на поход. Рота А. С. Петрова первой двинулась в путь. На передовой повозке гордо реяло полковое Красное знамя. Вместе с полком в Николаевск выехали и делегаты областного съезда. Накануне открытия съезда японцы вероломно нарушили перемирие и развязали военные действия против партизанской армии и советских органов города Николаевска. Амгуно-Кербинский горный партизанский полк успел подойти к Николаевску и принял участие в боях с японскими интервентами. Это было первое боевое крещение Амгуно-Кербинского горного партизанского полка. В последующее время полку пришлось сдерживать натиск интервентов в лимане Амура, в бухте Де-Кастри. Многие бойцы горного полка впоследствии стали командирами отдельных партизанских отрядов, рот, эскадронов и батарей Народно-Революционной армии Дальневосточной республики. Бойцы горного полка принимали участие в боях под Волочаевкой и Хабаровском, в Бикине и Спасске. Закончили свой победный путь во Владивостоке, но уже без своего командира. Будрин был расстрелян в Николаевске по распоряжению Я. Тряпицына. После этого полк был расформирован, и бойцы влились в состав 19-го Сибирского стрелкового полка.

258

ВОЕННО - ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА ВЕСНОЙ 1920 ГОДА В начале апреля 1920 года остатки интервенционистских войск Америки, Англии, Франции и Италии покидали Дальний Восток. Оставались японцы, незначительные силы белокитайцев, последние эшелоны чехословаков и американские военные наблюдатели в окрестностях Владивостока. Японские войска располагались в Забайкалье, в Хабаровске, в Николаевске-на-Амуре и в Приморье. В районе Читы группировались вместе с японцами семеновцы и капелевцы. Они отрезали Дальневосточный край от Западного Забайкалья и Сибири. Вооруженные силы Дальнего Востока состояли из партизанских отрядов и бывших колчаковских гарнизонов, перешедших на сторону красных. Через Дальбюро ЦК РКП (б) была установлена связь с командованием Советской Армии в Сибири.

29 февраля 1920 года после длительной осады, в результате соглашения, заключенного между партизанами и японским командованием, Николаевск-на-Амуре был занят без боя партизанскими отрядами. Интервенты обязались исполнить все требования партизан, а именно: разоружить белогвардейские отряды Николаевска-на-Амуре и выдать их вооружение и снабжение партизанам, занять все посты до входа советских войск, сдать все караулы партизанским частям. Формально интервенты выполнили эти обязательства, но на деле готовили партизанам ловушку.

259

В марте 1920 года дальневосточный партийный комитет принял ряд важных решений по вопросам военного строительства. Все вооруженные силы объединялись в три Армии: Дальневосточную, Амурскую и Забайкальскую. Главнокомандующим назначен был Сергей Лазо. Партизанские отряды переформировывались в 9 дивизий и 2 отдельные бригады. Лазо Сергей Георгиевич (1894–1920) Родился 23 февраля (7 марта) 1894 года в селе Пятра Оргеевского уезда Бессарабской губернии (ныне — в Оргеевском районе Республики Молдова) в дворянской семье молдавского происхождения. Учился в Петербургском технологическом институте, затем — на физикоматематическом факультете Императорского Московского университета, участвовал в революционных студенческих кружках. В июле 1916 года был мобилизован в Императорскую армию, окончил Алексеевское пехотное училище в Москве и был произведен в офицеры (прапорщик, а затем — подпоручик). В декабре 1916 года был назначен в 15-й Сибирский запасный стрелковый полк в Красноярске. Там сблизился с политическими ссыльными и стал вести среди солдат пропаганду против войны. Вступил 260

в партию социалистов-революционеров левой фракции.

2 марта 1917 года поручик Сергей Лазо был избран солдатами 4-й роты 15-го Сибирского полка командиром и одновременно делегатом в Красноярский Совет рабочих и солдатских депутатов. В марте 1917 года 23-летний Сергей Лазо становится членом полкового комитета, председателем солдатской секции Совета. В июне Красноярский Совет послал Сергея Лазо делегатом в Петроград на I Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Речь В. И. Ленина произвела большое впечатление, и, вернувшись в Красноярск, С. Лазо организовывает красногвардейский отряд. В октябре 1917 года С. Лазо выбран делегатом I-го Всесибирского съезда Советов (16–23 октября 1917 года, Иркутск).

28 октября в Красноярске на заседании исполнительного комитета Красноярского Совета блок большевиков, левых эсеров и анархистов (левый блок) ставит целью дальнейшее развитие революции. На этом заседании Совет поручил С. Лазо занять все правительственные учреждения и арестовать представителей Временного правительства в городе.

261

В декабре 1917 года С. Лазо был назначен военным комендантом и начальником гарнизона города Иркутска. С начала 1918 года Сергей Лазо назначен членом Центросибири, а в феврале-августе 1918 года — командующим войсками Забайкальского фронта. В это же время С. Лазо перешел от эсеров к большевикам. С осени 1918 года — член подпольного Дальневосточного областного комитета РКП (б) во Владивостоке. С весны 1919 года — командовал партизанскими отрядами Приморья. С декабря 1919 года — начальник Военно-революционного штаба по подготовке восстания в Приморье. С. Лазо был одним из организаторов переворота во Владивостоке (31 января 1920 года), в результате которого была свергнута власть колчаковского наместника (С. Н. Розанов) и сформировано Временное правительство Дальнего Востока, подконтрольное большевикам — Приморская областная земская управа.

6 марта 1920 года — назначен заместителем председателя Временного совета Временного правительства Дальнего Востока — Приморской областной земской управы, примерно в это же время — член Дальбюро ЦК РКП (б).

262

После Николаевского инцидента С. Лазо был арестован японцами, а в конце мая 1920 года вместе с соратниками А. Н. Луцким и В. М. Сибирцевым был вывезен японскими войсками из Владивостока и передан казакам-белогвардейцам. По одной версии после пыток С. Лазо сожгли в паровозной топке живьем, а Луцкого А. Н. и Сибирцева В. М. сначала застрелили, а затем сожгли в мешках. По другой версии (как сообщала японская газета Japan Chronicle), уже в апреле 1920 года он был расстрелян во Владивостоке, а труп сожжен. В Дальневосточную армию вошли: 1-я Приморская дивизия с дислокацией в районе Владивосток, Шкотово, Сучан; 2-я Никольско-Уссурийская; 3-я Иманская; 4-я Хабаровская дивизия, бригада Шевченко с расположением в Гродеково и партизанская бригада Якова Тряпицына, расквартированная в Николаевске-на-Амуре. Заявив о своем нейтралитете, японские интервенты и американские империалисты не отказались от своих захватнических планов, о чем свидетельствовало в первую очередь упорное нежелание японского правительства отвечать на предложение Советского правительства от 24 февраля 1920 года начать мирные переговоры. Без ответа оставались и неоднократные обращения Временного правительства Приморской земской управы к японскому командованию с требованиями вывода японских войск с Дальнего Востока. Наряду с созданием регулярной армии стояла задача объединения всех освобожденных от интервентов и бе263

логвардейцев районов. На территории Дальневосточного края образовалось несколько революционных правительств. В Амурской области была восстановлена Советская власть. Исполкомы Советов создавались в Николаевске-на-Амуре и в Александровске-на-Сахалине. В Приморье у власти находилось Временное правительство областной земской управы. В Западном Забайкалье власть принадлежала Временному Верхнеудинскому земскому правительству.

4-я Дальневосточная партийная конференция вынесла решение считать необходимым скорейшее объединение всего Дальнего Востока под власть единого советского органа. ЦК Компартии принял решение создать на Дальнем Востоке буферную республику, которая будучи по форме буржуазно-демократической, парализовала бы агрессивные поползновения Японии и других государств. В конце марта 1920 года по этому вопросу были получены директивы ЦК РКП(б). Буферная республика Буферная республика — расположенная между враждующими (в военном или геополитическом смысле) государствами, разделяющая их и обеспечивающая, таким образом, отсутствие общих границ и контакта враждебных друг другу армий. Дальневосточный краевой партийный комитет 29 марта принял решение временно отказаться от восстановления Советов, предложить Приморской земской управе распространить особым законом свою власть на все области Дальнего Востока и ввести в свой состав правителей от Приморья, Амурской области, Сахалина и Камчатки.

264

Японские интервенты готовили крупную провокацию в соответствии с замыслами организаторов третьего похода Антанты. Для захвата советских дальневосточных земель Япония направила в 1920 году 11 пехотных дивизий, численностью около 175 тысяч человек. Провокацией стало выступление японских интервентов в Николаевске-на-Амуре 12–15 марта 1920 года.

12 марта в Николаевске-на-Амуре открывался областной съезд Советов. После открытия должны были состояться торжественные похороны жертв интервенции и белогвардейского террора. В ночь с 11 на 12 марта 1920 года значительные войска японских войск, во главе с командующим экспедиционными войсками в Николаевске-на-Амуре Исикава, неожиданно появились перед партизанским штабом, перед зданием, где располагались революционные части и артиллерия. Штаб сразу оказался окруженным тремя цепями. Часовые были убиты. Японские войска открыли пулеметный огонь и забросали здание ручными гранатами и подожгли здание. Одновременно были обстреляны и подожжены другие помещения, занятые партизанскими частями. Почти все японские подданные были вооружены и вели огонь из своих домов. Японское командование планировало внезапным ударом уничтожить весь командный состав партизанских частей. Несмотря на неожиданность нападения и значительные потери, партизаны не растерялись и вступили в бой. Им удалось объединиться в группы и установить связь. Уже к середине дня 12 марта сопротивление партизан приняло организованный характер. Развернулись уличные бои. Под натиском партизан противник начал терять один пункт за другим. К исходу дня главные силы сгруппировались в помещении японского консульства, в каменных казармах и здании гарнизонного собрания. Бои, носившие 265

ожесточенный характер, продолжались два дня. Партизаны штурмом брали не только улицы, но и частные дома японских резидентов. К вечеру 14 марта японцы были разбиты. Только одна группа противника, засевшая в каменной казарме, продолжала сопротивляться. В это время командующий японскими войсками Хабаровского района генерал Ямада, напуганный поражением своих войск, приказал начальнику японского гарнизона в Николаевске-на-Амуре прекратить военные действия и заключить перемирие.

15 марта в 12 часов последняя группа японцев, находящихся в казарме, вывесила белый флаг и сдала оружие. Советское командование предложило расследовать инцидент, но японское командование отказалось участвовать в расследовании. Они хорошо понимали, к чему приведет расследование, и боялись разоблачения перед всем миром. Как показали дальнейшие события, выступление японских войск в Николаевске-на-Амуре явилось не только провокацией, но и репетицией более крупного нападения, подготавливавшего в пределах всего Приморья. Выводя свои части из Амурской области и сосредоточив их в Приморье, интервенты в течение февраля и марта усиленно подвозили из Японии войска, вооружение, боеприпасы и амуницию.

266

ХОЧУ СИЯТЬ ЗАСТАВИТЬ ЗАНОВО Есть в жизни людей события и факты, память о которых — нетленна. И чем дальше идут годы, тем острее память, тем сильнее потребность открывать все новые и новые грани того, что было, ибо в этом «было» — наша отечественная история, слава наша и наша гордость, истоки духовных ценностей наших. Трудное и тяжелое время пережили жители Приамгунья до 1920 года. В районе развернулась деятельность кербинских большевиков. С лета 1919 года николаевская белогвардейщина начала посылать в Приамгунье карательные экспедиции. Борьба трудящихся против белогвардейцев расширялась с каждым днем, и 14 января 1920 года была восстановлена Советская власть. Шла вторая половина 1919 года, белогвардейцы и интервенты, озлобленные наступательными операциями партизан, усилили против них карательные операции по всему Дальнему Востоку. В одной из таких операций партизанский отряд, в котором находились Саша Бородкин, Петр Нерезов, Григорий Билименко, попал в окружение. Понеся тяжелые потери, уцелевшие бойцы, вынуждены были отступить в тайгу и разойтись. Гриша, Петя и Саша решили, обходя белогвардейские и японские заставы, пробиться во Владивосток. Больших трудов и риска стоил им этот поистине героический путь. И вот долгожданный Владивосток. Но оставаться в городе было опасно — многие знали их в лицо. Владивостокские подпольщики выдали им паспорта. Друзья выбирают 267

себе новые фамилии — все на букву «С»: Седойкин Семен (Саша Бородкин), Семенов Иван (Петр Нерезов), Судаков Георгий (Гриша Билименко). Заменив документы, они первым пароходом под видом завербованных на рыбные промыслы рабочих, выехали сначала на Сахалин, а затем в Николаевск. В Николаевске, имея за плечами богатый опыт конспиративной работы, приобретенный во владивостокском большевистском подполье, сумели быстро связаться с местными подпольщиками и включились в активную революционную работу. Интересна и трагична судьба трех друзей, трех «мушкетеров», трех отважных сынов Родины, борцов за Советскую власть. Нерезов Петр Александрович (1899–1938) Нерезов Петр Алексадрович, член КПСС с 1918 года, участник большевистского подполья и партизанской борьбы в Приморье, Николаевске и Амурской области. В 1920-х годах — на руководящей работе в Приморье и Амурской области. В Амурской области на руководящей работе в обкоме партии. Был делегатом XI съезда КПСС. Нерезов Петр Александрович родился 14 февраля 1900 года во Владивостоке в простой рабочей семье. Отец был портовым грузчиком. Мать, совершенно неграмотная, ходила по чужим домам на поденную работу: стирать, мыть, шить. Детей в семье было 8, но все они умерли в раннем воз268

расте, редко кто из них доживал до трех лет, рос один Петя. Детство было трудным, невеселым, обидным: отец часто пил, в нетрезвом состоянии был жесток, выгонял всех на улицу в любую погоду. Жила семья Нерезовых в Рабочей слободке, в бедном районе Владивостока, в маленьком деревянном доме. Когда Пете было девять лет, отец ушел из семьи и завел другую семью. Петя остался вдвоем с матерью, других детей уже не было. В начальную школу поступил в семь лет. В это время во Владивостоке существовало так называемое благотворительное общество для бедных. Оно содержалось на пожертвование местных богачей — купцов, фабрикантов, владельцев морских судов, высоких чиновников. Это общество и давало средства на образование некоторым детям из неимущих семей. Так Петя Нерезов был принят в среднее коммерческое училище, после того как выдержал туда экзамены. За парту его посадили с мальчиком по имени Яша Голомбик, и они так и проучились вместе, сидя за одной партой все шесть лет, и крепко подружились. Яков Сигизмундович Голомбик умер в 1975 году. Так как Петя учился за счет благотворительного общества, то некоторые учителя позволяли себе напомнить ему, что он «нищий», что обучается за казенный счет, и грозили за каждую обыкновенную школьную шалость исключить из училища. Но ученики над Петей никогда не смеялись. Небогатые сочувствовали ему, а богатые очень рано познакомились с его характером: он никогда никому не спускал малейшей насмешки над собой. Петя был среднего роста, крепко сложен, силен и пользовался среди ребят авторитетом благодаря своей решительности и смелости. Очень часто Петя и Яша проводили летние месяцы вместе. Это все было в 13–14 лет, а вот в более позднем возрасте, «Летом 1917 года, — вспоминал Яша Голомбик, — мы с Петей 269

участвовали во Всероссийской сельскохозяйственной переписи. И вот однажды при обходе хуторов и заимок застал нас сильный ливень. Мы подошли к речушке, которую утром переходили вброд. Теперь она превратилась в бурный поток. В темноте Петя решил, что ее можно перепрыгнуть. Разбежался, прыгнул и… с головой ушел в воду. Выбравшись на тот берег, он упорно стал искать место для брода. И нашел такое, что я мог при моем высоком росте перейти речку вброд, держа папку с документами по переписи над головой». Пришел 1917 год. Февральскую революцию все учащиеся пятых классов (теперь ему соответствует десятый класс), без различия классовых убеждений встретили с подъемом, возбужденно, активно включились в общественную жизнь: начались всевозможные школьные реформы, выпустили свою газету «Голос учащихся» — жизнь била ключом. В этом кипении и бурлении юных умов «коммунары» все же не растворились, они, может быть, совершенно бессознательно, все же держались друг друга, особенно это было заметно во время принципиальных споров на политические темы. В этих спорах уже сказывалась классовая роль, выявлялись «за» и «против». Но споры еще не перешли в борьбу. Почти всем классом записались в Союз молодежи, в то время не имевший партийного названия. Пришел октябрь 1917 года. И сразу не только в этом классе, но и во всем училище начались размежевания: большинство учеников — дети имущих классов — заняли антисоветскую позицию, а коммунары безоговорочно приняли идеи Октября. Эта революционная группировка не только срослась с передовой частью пролетарской молодежи города, но и стала в ее авангарде. В мае 1918 года на Дальнем Востоке началось наступление белогвардейского атамана Калмыкова. Петя Нерезов настолько был увлечен своим активным участием в революционных событиях, своей работой, что 270

ему часто некогда было посещать училище, а дома некому было придерживать его. Он делал большие пропуски уроков, отставал и в результате в середине учебного года был исключен из училища. Может быть, с кем другим этого и не случилось бы, но училищное начальство давно «точило» на него зуб: еще в четвертом классе он был исключен за то, что в драке не пощадил ученика, отец которого был очень знатным высокопоставленным лицом в городе. Советская власть на Дальнем Востоке установилась не сразу. В июне 1918 года произошел контреволюционный переворот. Ребята-коммунары ушли в большевистское подполье и сами вступили в члены партии. Петя Нерезов вступил в члены партии в ноябре 1918 года, и отсюда начался новый, очень серьезный и ответственный этап его жизни. Опять организовалось передовое ядро из молодых коммунистов, теперь подпольщиков, в котором друзья вновь оказались вместе. Эти ребята так беззаветно, так преданно, бескорыстно и скромно, без похвалы делали свое дело в городе, кищащем белогвардейцами, были так находчивы и смелы, что никто из них ни разу не попался врагу. Они появлялись в самых неожиданных местах, расклеивали большевистские воззвания, распространяли листовки, переносили куда следует оружие, гранаты, паспорта, бланки документов. Старшие товарищи уважали их и прозвали «соколятами». Так под этой кличкой они и вошли впоследствии в историю. Вскоре один за другим по зову партии и по собственному желанию они ушли в тайгу в партизанские отряды, чтобы уже с оружием в руках бороться с очень сильным и многочисленным врагом. Петру Нерезову, несмотря на его молодость (19–20 лет), партия давала серьезные и ответственные задания. Ему поручено было организовать эвакуацию беженцев. Писательница Любовь Ивановна Антонова в книге «Заслон» немало страниц посвятила «соколятам», в том числе лично Петру Нерезову.

271

12 марта 1920 года японские войска, размещавшиеся в Николаевске, ночью по-разбойничьи напали на местный гарнизон. В кровопролитной схватке, длившейся почти двое суток, интервенты были разгромлены. Однако сохранялась опасность, что с открытием навигации японцы высадят новую экспедицию. Тогда командование отдало приказ оставить город, а все население эвакуировать в тайгу. В Николаевске Петра Нерезова назначили уполномоченным особой экспедиции по эвакуации. Он взял в помощники Сашу Бородкина и Гришу Билименко. Экспедиции предстояло проторить дорогу беженцам: позаботиться о питательных пунктах, о молоке для грудных младенцев, о подводах для немощных и еще о многом, многом. Дневник Петра Нерезова В дневнике перехода Петя Нерезов рассказывал, как в составе особой экспедиции прокладывали маршрут эвакуированному населению Николаевска, готовили продовольственные базы. Записи отрывочные, сделаны карандашом, не все разборчивы и понятны. Но его дневник открывает еще одну из неизвестных страниц героической борьбы дальневосточников за власть Советов. Вот они строки из дневника: 30 мая. Выехали на Веселую Горку. Ехали весь день и всю ночь. Переутомились. Дел на прииске полно.

2 июня. Выехали с Веселой Горки. Лошадей дали хороших. Домчали с быстротой. На Велелой Горке прочел последнее сообщение из Николаевска. (Видимо, это было сообщение о сожжении города, о репрессиях и расстрелах коммунистов, проводившихся командующим армией анархистом Я. Тряпицыным, начальником штаба Н. Лебедевой и их сподвижниками.). Спазма сдавила горло, еле дочитал. На Керби много знакомых, эвакуированных 272

из города. Чувств полно, и никак не могу разобраться. Неужели никогда не удастся встретиться?

12 июня. Часов в десять вечера прибыли на 129-ю (видимо, версту) — 50 верст от Гонгрена. Проехали речку Моноли (Мунали). Новый мост. Дорога местами недурная, но попадается здорово плохая. Догнали плотников.

13 июня. Утром выехали на Бурейку. Три раза переезжали реку Керби. Мостов нет, дорога скверноватая, но двигаться можно. Подъем семь верст, не очень крутой. Требует поправки. Свалились две лошади под откос, которых еле вытащили. Травм нет. На стоянке «Бурейка» некому печь хлеб. Проехали границу Приморской и Амурской областей.

14 июня. Поехали вьюком. Два раза пересекали Бурейку. Река быстрая. Приступили к постройке мостов. Дорога здорова скверная. С Софийска послали 80 рабочих поправлять дорогу. Дорога строилась инженером Пилиным, теперь требует только поправки. Приблизительно через месяц будет готова. Ночевали на прииске Павловском, 27 верст. Подъем не крутой. Хлеба на Павловском нет. Некому печь.

15 июня. С Павловского на Софийск. 28 верст. Два крутых перевала.

19 июня. С «Заброшенного» до Акишмы ехать опасно. Начиная с Акишмы, ни на телеге, ни на двуколке, не вьючным, ни пешком. Громадные глыбы, камни наворочены на дороге. Знаменитый хребет Эзоп. К поправке этой дороги приступлено. Со стороны Акишмы вначале идет марь. Дороги совершенно нет, идет только тропинка, которая потом переходит в сплошь усыпанную камнями дорогу. Трудно ступать. На этой стороне дороги работают русские в количестве 64 человека. Половина дороги сделана. Взрывают и делают насыпи. С Акишмы до станка Эзоп 50 верст. Пришли поздно ночью. Шел дождь. Уморились адски.

23 июня. Утром встретили Нигиевича. Необходимы еще люди с Керби. В 12 часов ночи прибыли на Стойбу. 110 верст.

273

Политическое положение здорово скверное. Отряд Иванова. Соглашательство. Старые (власти) на местах. При нашем приближении буржуйка бежит в Благовещенск. Хозяйственная разруха хуже 1918 года.

29 июня. В пять часов утра выехали. Стало надоедать. В два часа приехали на Норский. 68 верст. Комендант. (В Норском Петя Нерезов поставлен комендантом Норского склада.) На Норском работал как вол. С одними пароходами что стоит повозиться: «Таежник», «Тарнах», «Якут», злосчастный «Якут»!

13 июля. Уехал на «Колонизаторе» в Благовещенск. На следующий день по приезде в город узнал о перевороте в Керби, Тряпицын, Нина, Железин, Отцевили расстреляны. Нигиевич арестован. Всех как громом поразило. На этом дневник обрывается. Однако в книге Антоновой есть еще ряд записей, характеризующих и переход, и уполномоченного особой экспедиции Петра Нерезова. Видимо, где-то в пути он пересматривает перечень дел, нужных для беженцев, — так называли тогда эвакуированных. Честность и принципиальность Несмотря на то что в распоряжении Петра Нерезова была масса грузов, в том числе и одежда, сам он одет был более чем скромно. Вот запись, сделанная по прибытии в Благовещенск 29 июля 1920 года: «Чужая нижняя рубашка, верхней нет. Чужие штаны, кальсон нет». В этой записи был весь Нерезов — рыцарь без страха и упрека. Через его руки проходили десятки тысяч пудов грузов для эвакуированных. И это были не только провиант и фураж для скота, но и одежда и обувь. Но к его рукам не прилипло даже нитки. Не успев сдать дела экспедиции, он с головой уходит в общественную работу. Его назначают инструктором, а вскоре и заведующим оргинструкторским отделом горкома партии, затем секретарем рабочего Забурхановского райкома РКП(б).

274

Пришел 1922 год. От Амурского обкома партии Петр Нерезов был избран делегатом на II съезд партии. После съезда был откомандирован в Москву для получения образования. Петр Нерезов сначала окончил рабфак, после чего поступил в Институт имени Плеханова на энергетический факультет. Об этих студенческих годах писал потом в своих воспоминаниях Яков Голомбик: «Мы поселились втроем (Петя, Гриша, Яша) и здесь образовали уже настоящую коммуну — все шло в общий котел. У нас часто бывал Саша Фадеев, который тогда учился в Горной академии, он читал нам свои первые произведения». П. А. Нерезов был уже на четвертом курсе института, когда внезапная тяжелая болезнь мозга свалила его, богатыря. Пошел Петр Александрович в Московский комитет партии, чтобы использовали его на партийной работе. Некоторое время он работал в Московском комитете, затем заведовал музеем при Доме Красной Армии. В стране началась коллективизация сельского хозяйства. По заданию Московского комитета П. А. Нерезов направлен в село, в Загорский район Московской области. Теперь уже забыли, а молодые и вовсе не знают, как тяжело, с какими усилиями шла коренная ломка многовековых устоев крестьянской жизни. Люди с трудом, болезненно отрывались от собственности, не хотели переходить на новый, коллективный порядок жизни, не верили, что собственность уже исторически изжила себя. Деревня гудела, как растревоженный улей. И, конечно же, активизировались для протеста те из крестьян, кто был побогаче, а то и вовсе кулаки. Опять усилилась в стране борьба старого с новым. Это опять был фронт, и в силу своего характера Нерезов кинулся в этот бой. Он быстро ориентировался в обстановке, сколотил вокруг себя молодежь, комсомольцев, привлек учителей, врачей, познакомился 275

с жителями деревень, входивших в его участок работы, узнал, кто чем дышит, на кого можно опереться, кому можно, а кому нельзя доверять. Он добился получения стеклографа, краски, бумаги и в это трудное время два раза в неделю выпускал газету «Новостроец». Но не прошло и года, как Нерезов получает приказ явиться в Московский комитет партии, где ему назначено было ехать в город Тарусу и принять место секретаря райкома партии. Он просил оставить его в Загорском районе, хотел закрепить получше сделанное. Но ему сказали, что в Тарусском районе тяжело, посылают его на прорыв, что кандидатура его утверждена. Было это в 1931 году. Поехал, конечно. С октября 1931 года по август 1937 года он работал первым секретарем райкома партии. И это был последний этап его жизни. Со всей ответственностью отнесся он к порученному партией делу, имея за плечами немалый опят. В деле коллективизации Тарусский район был тогда в прорыве. При вступлении к руководству райкома Нерезов сразу столкнулся с первой трудностью: ни он никого не знает, ни его никто не знает. Колхозов было 101, мелкие, бедные, немощные. Нерезов приступил к изучению района без суеты, лично побывал в каждом колхозе, узнал, запомнил каждого председателя, не забыл его имени, отчества, познакомился со стариками, уважительно с ними беседовал. В те первые годы коллективизации был принят метод присылки из центра уполномоченных для помощи на местах. Одно дело, когда пришлют дельного, способного, знающего толк в сельском хозяйстве, подкованного человека. И совсем другое, если пришлют случайных, ничего не понимающих и не желающих понять, а просто отбыть как-нибудь срок присылки — и скорее домой. Вот последних Нерезов просто не выносил. Звонил в Московский ко276

митет и просил отозвать обратно. Великая требовательность к себе, такая же и к людям — одна из основных черт характера Нерезова. Не забывал Нерезов и о других, кроме сельскохозяйственных, аспектах жизни района. Занимался школами, больницами, культурным бытом населения. Нередко бывал в школах района, особенно дальних от центра, знал учителей, посещал экзамены. Вот так работал Нерезов, коммунист с большой буквы, выполняя дело, порученное ему. В самый разгар его кипучей деятельности, в самый расцвет сил, в постоянном стремлении вперед, по пути, указанному Лениным, оборвалась его жизнь. Оборвалась трагически, жестко, несправедливо. Оклеветанный врагами, он погиб в период культа личности Сталина. 13 августа 1937 года он был арестован и заключен в тюрьму, сначала в Бутырскую в Москве, а затем переведен в Тульскую. Провел в тюрьмах 14 месяцев, затем был осужден и казнен. Один из тарусян, арестованный в этот период, вернувшись из тюрьмы, рассказывал: «Однажды привели нас в баню, и мы увидели, что по штукатурке нацарапана надпись: «Тарусяне, держитесь твердо, будьте до конца коммунистами! Нерезов». В 1956 году после разоблачения культа личности Сталина П. А. Нерезов решением военного трибунала СССР был реабилитирован посмертно, за отсутствием состава преступления. В 1957 году, 22 января, был восстановлен в рядах партии решением бюро Московского комитета. Соколята — «мушкетеры» Прошли десятилетия, многое забылось, но многое и сохранилось в памяти соотечественников. В памяти тех, кто плечом к плечу шли сквозь тайгу и болота, страдали от голода и холода, но были верны народу, Родине, не заботясь о собственной выгоде и благополучии.

277

Период революционной деятельности «мушкетеров» в революционном движении на Нижнем Амуре и Амурской области вспоминал комсомолец 1920-х годов Григорий Николаевич Болдовский, открывая перед нами новые страницы жизни борцов за счастье народа Саши Бородкина, Пети Нерезова, Григория Билименко. Прибыв в Николаевск «мушкетеры» связались с местными подпольщиками и включились в работу местной городской большевистской организации. Им, молодым коммунистам, работавшим прежде среди молодежи Владивостока в 1917–1918 годах, николаевские большевики поручили создать в городе молодежную организацию. Особо же актуальную деятельность в ее организации проявил Саша Бородкин (Седойкин). Созданную Седойкиным комсомольскую организацию назвали «Союз социалистической молодежи», сокращенно «Соцмол». В числе первых тогда в этот союз вступил и Гриша Болдовский. В местной газете «Красный клич» было напечатано объявление о том, что 13 марта в народном доме в пять часов вечера созывается организационное собрание молодежи города от 16 лет. Прочитав это объявление, Гоша пошел за разъяснениями к своему бывшему командиру Бузину-Бич, спросив его: «Почему на собрание приглашают ребят только с 16 лет, разве я не имею права быть на этом собрании?». Он рассмеялся и сказал: «Да что ты мне эти претензии предъявляешь? Вот пойди сейчас в штаб к товарищу Ляхову, разыщи у него Седойкана Семена и спроси его об этом, он у нас занимается молодежными делами». Отыскав Седойкина и получив разъяснения, в то время Гоше пошел 15-й год, Гриша был принят в ряды «Соцмола» и получил первое задание, оповестить друзей-одногодков и пригласить их на это собрание. В тот день, когда они расстались, японские интервенты напали на партизан.

278

Неожиданное нападение В ночь с 11 на 12 марта 1920 года японские солдаты во главе с командующим экспедиционными войсками майоном Исакава, нарушив мирное соглашение, неожиданно напали на партизанский штаб и казармы. Внезапное нападение интервентов, после того как по их же просьбе был подписан мирный договор, вызвало у партизан небывалое возмущение. Партизаны хоть и были застигнуты врасплох, быстро привели себя в боевую готовность и сходу вступили в бой. К полудню японцы стали сдавать пункт за пунктом. Два дня длились ожесточенные уличные бои. К концу второго дня были заняты все важные укрепления. Остался последний и более сильный очаг неприятельского сопротивления — каменные казармы. Здесь — как и у здания японского консульства, партизаны пробовали склонить японцев к сдаче, послав к ним парламентеров, но японцы зверски убили их. Теперь уже никто не думал уговаривать японцев. Партизаны начали артиллерийский обстрел казарм. После ряда удачных попаданий японцы выбросили белый флаг. 134 вражеских солдата и офицера сдались в плен. Работа «Соцмола» 14 марта 1920 года открылся Сахалинский областной съезд Советской власти. В информации из Николаевска в те дни передавалось: «Организован Союз социалистической молодежи, издающий газету «Трибуна молодежи». Члены Союза принимают действенное участие в организации спектаклей, литературных вечеров, митингов, рефератов по политико-экономическим вопросам, трудовых воскресников. Все члены Союза с готовностью отдают свои молодые, свежие силы на работу для светлого будущего». Действительно «Соцмол» всколыхнул молодежь города, объединил ее. В проводимых Союзом субботниках и вос279

кресниках молодежь получала первые уроки строительства жизни по-новому. «Соцмольцы» издавали еженедельную газету «Трибуна молодежи», которая пользовалась популярностью во всем городе. В ней помимо теоретических статей печатались бойкие заметки на темы местной жизни. Редактировали газету Седойкин, помогали ему Иван Семенов и Григорий Судаков. Билименко (Судаков) Григорий Тарасович (1 марта 1900 — декабрь 1937) Билименко Григорий Тарасович, член КПСС с 1918 года, активный участник большевистского подполья (партийная кличка Судаков и Проноза) и партизанской войны в Приморье, Николаевске и Амурской области. Григорий Билименко родился 1 марта 1900 года в селе Прохоры Калининского уезда Приморского края. После учебы в начальной школе в 1910 году отец отдал его учиться во Владивостокское коммерческое училище — одно из самых лучших учебных заведений города. В коммерческом училище состав был разнообразным. Большинство учеников были дети богатых родителей — промышленников, высших чиновников, торговцев. В значительном меньшинстве были дети крестьян, рабочих, трудовой интеллигенции. К этой прослойке принадлежали Гриша и его друзья: Петя Нерезов и Саша Бородкин. К ним примыкали: Паша Цой, Яша Голомбик и Женя Хомяков. В своих воспоминаниях З. И. Секретарева, будучи в те времена членом Владивостокского городского и об280

ластного РКП (б), писала: «Первый председатель Владивостокского Совета Константин Суханов — один из славных героев Приморья — назвал группу революционно настроенных учащихся старший классов коммерческого училища крылатым словом «соколята». Это прижилось, вошло в быт и запомнилось на всю жизнь. К. Суханов представил «соколятам» задание для школьной коммуны, прикомандировал к ним в качестве «дядьки» бывалого солдатабольшевика, потерявшего на войне ногу, красноармейца Ивана Ивановича Страда. Он очень привязался к ребятам, заботился о них, любовно называл их «мои соколята»». В дни, когда над Дальним Востоком нависли черные тучи белогвардейщины и интервенции, «соколята» стали выполнять поручения рабочего Красного Креста и городского комитета партии. Петя Нерезов, Саша Бородкин, Гриша Билименко, Яша Голомбик и другие «соколята» становятся постоянными репортерами подпольной коммунистической газеты «Красное Знамя». Весной 1919 года Колчак объявил мобилизацию молодежи 1910 года рождения. Была призвана и ученическая молодежь. В ответ на мобилизацию Петя, Гриша и Саша по велению сердца нелегально уехали в Сучанскую долину и вступили в партизанский отряд. Затем ребята были откомандированы в Анучино, где в те времена были главные партизанские силы и шли бои. После разгрома партизанского движения они уехали на Сахалин. В начале 1920 года «соколята» опять в партизанском отряде под руководством Якова Тряпицына. В борьбе с японцами они заняли город Николаевск. С 1918 по 1920 годы Григорий Билименко работал в подполье, боролся в партизанских отрядах и в рядах Красной Армии за установление Советской власти на Дальнем Востоке. В 1922 году Гриша был демобилизован из рядов Красной Армии. При демобилизации он так и остался с парти281

занским именем и фамилией. В документах он числился как Григорий Тарасович Судаков-Билименко. Вместе с Петей Нерезовым он был откомандирован в Москву на учебу. Судаков-Билименко поступил в Московский электромеханический институт им. М. В. Ломоносова на механический факультет. В институте Гриша Судаков сразу включился в активную общественную работу. Был избран председателем студенческого комитета профсоюзных организаций и членом парткома института. Он был хорошим оратором. Весной 1926 года был созван общий митинг студентов и преподавателей во дворе института. На нем должен был выступить с докладом член правительства, который считался хорошим оратором. Все с нетерпением ждали начала митинга, открытие которого почему-то задерживался. Потом объявили, что докладчик не приедет, а выступит член парткома Судаков-Билименко. Все были разочарованы, ведь хотели послушать хорошего оратора. Начали шуметь. Судаков, не обращая внимания на шум, начал говорить горячо и вдохновенно. Все кругом стихло. Его пламенная речь всех захватила, все были потрясены, взволнованы, и никто уже не вспомнил неприехавшего докладчика. В начале 1924 года для осуществления лозунга «Лицом к деревне» Московский комитет партии направил Судакова на партийную работу в Звенигородский уезд. Там Григорий Судаков работал председателем комитета взаимопомощи, секретарем Кубенского волостного комитета партии, затем на уездной партийной конференции был избран секретарем укома комсомола. В дальнейшем работал завагитпропом уездного комитета партии. По решению Московского комитета партии весной 1926 года Судаков был возвращен обратно в институт на учебу. По окончанию института Судаков-Билименко был назначен ЦК партии директором вновь организованного 282

Московского авиационного института (МАИ). Работа была начата с выбора площадки под институт. Был разработан проект и начато строительство института. Но административная работа Судакова, только что окончившего институт, не удовлетворяла. Он очень переживал, что со студенческой скамьи его назначили на столь высокий административный пост, а не направили на завод инженером, чтобы полностью овладеть своей специальностью. По его настойчивым требованиям его освободили от директорства и направили в 1930 году на Московский авиационный завод. Спокойный и грамотный инженер, талантливый организатор, он быстро продвигался по работе. В 1935 году Судаков был назначен начальником производства завода. На этой работе он проявил большую инициативу, высокий организаторский талант и знание дела.

31 декабря 1936 года Григорий Тарасович СудаковБилименко был награжден орденом Красной Звезды за успешную работу по внедрению в серийное производство авиационных моторов советской конструкции. В декабре 1937 года Г. Т. Судаков-Билименко трагически погиб во время культа личности Сталина. 4 ноября 1955 года из ЦК сообщили его жене Вере Михайловне Туровой, что Г. Т. Судаков-Билименко восстановлен в партии и реабилитирован (посмертно). Бородкин Александр М.

(1900–1921) Бородкин Александр, член КПСС с 1918 года, активный участник подпольной партийной работы (партийная кличка Седойкин) во Владивостоке и партизанской войны в Приморье.

283

В 1921 году был на партийной работе в Благовещенске, участвовал в боях с белогвардейцами под Хабаровском. В декабре 1921 года, защищая подступы к Хабаровску от белогвардейской бригады генерал-майора Захарова, в бою под станицей Казакевичево Саша был тяжело ранен и захвачен белыми в плен. После мучительных пыток и истязаний зверски казнен. На месте сражения в Казакевичево установлен обелиск с надписью: «Вечная память бойцам особого коммунистического отряда, павшим смертью храбрых в бою с белогвардейцами 19 декабря 1921 года при защите подступов к г. Хабаровску. Ваших подвигов никогда не забудет советский народ!». Похоронен Саша Бородкин 19 марта 1922 года в Благовещенске в братской могиле в числе 11 бойцов того отряда коммунаров, в котором он сражался. Ушли все… Отдал свою жизнь комиссар территориального коммунистического отряда Александр Бородкин (погиб под станицей Казакевичево). Не вернулись из бериевских застенков инженер Григорий Билименко и партийный работник Петя Нерезов. Эти ребята, будучи комсомольцами и молодыми коммунистами, сделали много для жителей Приамгунья. Вечная им память! Изучая исторические документы приамгуньских земель, нам удалось с группой ребят-краеведов частично пройти путем эвакуации жителей Николаевска и приамгуньских сел — село Керби (П. Осипенко), Веселая Горка, Главный Стан, Гонгрен, Яшкино и далее до села Софийск. Побывали в Благовещенске и в Казакевичево. Мы шли сытые, одетые. С собой было все необходимое — палатки, котелки, продукты, дождевики (на случай до284

ждя). Мы представили, каково было старикам, женщинам с грудными и малыми детьми. Дорога тяжелая, перевалы крутые. Бурные горные реки: Мунали, Керби, Бурейка… Нам еще повезло, что воды в реках было мало. Мостов уже не было. Кое-где сохранилась гать, но в плачевном состоянии. В олотистых местах нас одолевали полчища различного гнуса. Тяжелый путь прошли беженцы Николаевска — не все дошли до Благовещенска.

285

З Н АЧ Е Н И Е Н И КОЛ А Е В С КО Г О Т РА КТА В дореволюционный период проселочные многоверстовые дороги для конных подвод и обозов, без какоголибо покрытия, назывались колесухами. С каждым годом назревала потребность в путях сообщения, побуждая золотопромышленников ежегодно обращаться к правительству с ходатайствами о проведении дорог к золотопромышленным центрам. «Вследствие затруднительности, при существующих путях сообщения, доставки на прииски машин, нет никакой возможности перейти на механический способ разработки приисков, при котором является выгодным разрабатывать площади с содержанием всего лишь в 15–20 долей» (1 доля = 44,434940 мг). Изыскания Николаевского тракта на участке Кербинский склад — Софийский прииск были проведены в 1911 году Амурской дорожной партией, состоящей из начальника партии Янчевского А. И., трех техников и одного пикетажиста. Из всех магистральных колесных дорог, намеченных к постройке в Приамурском крае, наиболее важное значение принадлежало Николаевскому тракту, который стал первым путем, по которому непрерывно, в течение всего года, было возможно сообщение между такими крупными торгово-промышленными центрами, как Благовещенск и Николаевск. Со строительством Николаевского тракта длина пути между этими промышленными центрами значительно 286

сократилась. Приспособленность проектируемого пути к автомобильному движению (Николаевский тракт проектировался значительно шире, чем обычная колесуха) создавал бы скорость передвижения, которая смогла бы конкурировать со скоростью железнодорожного сообщения. Главная роль Николаевского тракта заключалась в обслуживании трех золотопромышленных районов: Селемджинского, Ниманского и Амгуньского. Говоря о значении тракта для золотопромышленников, необходимо отметить, что Николаевский тракт давал возможность: сократить расстояние между крупными золотопромышленными центрами; удешевить доставку грузов и машин на прииски; частично заменить мускульный труд на механический способ добычи металла. Дорога от Кербинской резиденции до приисков Амгуньской компании К 1880 году от Ниманских приисков до прииска Трехсвятительского на реке Сулаки была проведена дорога, известная под названием Старая Бутинская дорога. Дорога была построена по распоряжению М. Д. Бутина. (Прииск Трехсвятительский работал с перерывами до 1890 года.) Но вскоре эта дорога была заброшена, когда выяснилась возможность дешевой доставки груза по реке Амгунь, и к 1911 году стала совсем непроходима. В 1893 году прииски Шадрина и Ельцова (Трехсвятительский и на реке Семи) были соединены 287

с Кербинской резиденцией летней колесной дорогой. Сообщение Кербинской резиденции с приисковым районом производилось летом по грунтовой дороге, зимой по реке Семи (Семитка). Бутинский зимник, проходивший в основном по реке Керби, не обеспечивал перевозки. Труднопроходимые вьючные тропы сдерживали размах золотодобычи. Возникла необходимость в строительстве колесной дороги, которая и была сооружена в период 1892–1893 годов от резиденции Керби до приисков: Покровский и Веселый на средства Амгуньской промышленной компании и компании «Ельцова и Левашова». Дорога обошлась в 60 000 рублей, это около 850 рублей на версту (1 верста = 1,06680 км). В эту сумму вошли также стоимость двух станков и телефонная линия. Дорога сразу же вышла из строя, в связи с тем что мосты и слани* через мари были сделаны неумело. В 1896 году две артели (одна в 116 человек, другая в 93 человека) были поставлены на работы по проведению колесной дороги у прииска Покровского. Дорогу надо было срочно заканчивать и начинать перевозку грузов. (Руководитель — Шадрин, компаньон Амгуньской золотопромышленной компании.) В 1898 году Амгуньская промышленная компания проводила усиленный ремонт дороги. На дорожные работы были направлены основные массы рабочих с приисков, пока их нельзя было использовать на промывке золота из-за острой нехватки лошадей. Был проведен телефон от резиденции Керби до приисков: НиСлани — настил, чаще всего деревянный, из бревен, реже из металла, для придания устойчивости и равномерного распределения нагрузок.

*

288

колаевский и Веселый. До Николаевского прииска (село Главный Стан) перевозилось около 150 000 пудов груза (1 пуд = 16,380 496 кг), из них 50 000 пудов перевозилось дальше. И все-таки, даже после ремонта, дорога не была достаточно хорошей. Поэтому до прииска Николаевского на телеге можно было перевезти не более 18–20 пудов, а до Васильевского прииска до 15 пудов, так как там дорога была еще хуже. От Васильевского прииска к Токолану вела тропа протяженностью в 110 верст, по ней прогоняли рогатый скот и торговцы-частники вьючно перевозили припасы и товары, имеющие большой спрос. Несмотря на то что перевозка обходилась неимоверно дорого, торгаши гнали по опасным таежным тропам коней с вьюками, тащили на себе рогульки с табаком, спичками и спиртом. Сообщение между приисками Николаевским и прииском Ясным, что на реке Ченкит (Чимкит) — приток Керби, происходило летом сначала по Иннокентьевской дороге, а затем по вьючной тропе, общей длиной в 60 верст. Зимний путь пролегал вдоль реки Керби, протяженностью в 100 верст. Стоимость доставки туда груза: летом 3 рубля, зимой 70 копеек. Сообщение прииска Елизаветского по Сулакиткану, впадающему в реку Гонгрен, с Амгуньскими приисками проходил по дороге длиной 6½ верст при весьма удовлетворительной дороге. Амгуньские прииски: Николаевский, Н-Николаевский, Рождественский, Еленинский, Воскресенский, Вознесенский — все были сгруппированы вокруг Главного Стана [10]. Трудности перевозок толкали золотопромышленников к поискам выхода. В 1911 году Амгуньская дорожная партия произвела изыскания части Николаевской магистрали от Кербинского склада на реке Амгунь до Софийского прииска по «Высочайшему повелению Амурской экспедиции».

289

Ремонт дороги Кербинская резиденция — прииск Николаевский производился в 1911 году Амгуньской золотопромышленной компанией, стоимость ремонта составляла от 600 до 700 рублей в год, половину расхода по ремонту принимали на себя арендаторы приисков Ельцова и Левашова. Гати в то время были совершенно излишними, так как после вырубки леса почва значительно осушилась. Часть гатей постепенно пришла в расстройство и при отсутствии надлежащего ремонта сильно затрудняла проезд. То же самое отмечалось относительно мостов, особенно их верхнего строения. На протяжении первых 25 верст от Кербинской резиденции до станка Горелого дорога пролегала по водоразделу между бассейнами рек Семи и Керби, причем постоянно то поднимается на небольшие холмы, то опускается в кочковатые низины, составлявшие ранее пойму указанных рек. Низины эти не имели заметного ската, грунт их — высохший торф на слое речника или суглинка. До самого зимовья Горелого вдоль дороги отмечалось отсутствие воды, и лишь на Горелом есть ключ. Станок Горелое располагался в 25 верстах от Кербинской резиденции, в 2 верстах от реки Керби. Там было зимовье Амгуньской золотопромышленной компании и компании «Ельцова и Левашова». Вследствие песчаного грунта полотно дороги на протяжении указанных 25 верст не разжижается даже во время сильных дождей, несмотря на то что на всем протяжении канавы совершенно заросли или обсыпались. Но зато весьма часты выбоины и бугры. Гатированные места, ремонт которых ограничивался лишь засыпкой щелей между накатником, представляли наиболее затруднительные места, и проезд по ним был возможен лишь шагом. От станка Горелого дорога проходила по водоразделу между рекой Малый Хевлак (приток Керби) и рекой Семи. До 40-й версты она отличалась длинными прямыми участками и ровными уклонами. Грунт —песок 290

с глиной, характер местности ровный и безлесный, изредка попадались небольшие рощи, в большинстве же случаев равнина была покрыта низкорослым кустарником. Станок Половинка располагался в 32 верстах от Кербинской резиденции и содержался на средства Амгуньской золотопромышленной компании. На станке Половинка был телефон. На 32-й версте в стороне от дороги возвышается холм, сложенный из глинистого сланца, «Змеиная горка». Это место кишело змеями и поэтому нажило себе дурную славу. На 45-й версте дорога спускалась с водораздела на левый склон долины реки Семи и принимала горный характер. Подъемы и спуски превышают 1/10 версты, особенно крут спуск в долину реки Орого, впадающей в реку Семи. На этом протяжении было два зимовья — одно Амурской золотопромышленной компании и другое — Трухина. Вода для питья доставлялась к зимовьям из реки Малый Хевлак, на расстоянии 8 верст. На 47-й версте дорога пересекает два истока: Баженский ключь и Орого. Здесь также имелся станок Ельцова и Левашова. Станки сдавались арендаторам, которые занимались торговлей и доставляли провизию для проезжающих, а также заготовливали сено и занимались огородничеством. Из долины реки Орого дорога поднималась на небольшой отрог, заключенный между долинами рек Орого и Малым Бриаканом, и спускалась в последнюю со значительным уклоном с очень крутыми радиусами закругления. Этот спуск был покрыт густым лесом. Это место примечательно тем, что здесь произошло два нападения с целью ограбления. Одно было совершено на золотопромышленника Григорьева в 1909 году, у которого было отнято до 2 пудов золота (1 пуд = 16,380496 кг), другое на Аккермана в 1911 году, которое не увенчалось успехом для грабителей. Дальше до прииска Николаевского дорога шла по левому склону реки Семи, пересекая Большой Бриакан (Бриакан) и не291

сколько незначительных ручьев. Мосты через них находились все в неудовлетворительном состоянии: верхний настил давно не ремонтировался, кроме того, как мосты, так и подходы к ним заливались во время паводков. Полотно дороги всюду было сухое с часто выклинивающимися на поверхность глинистыми сланцами. Склоны реки Семи поросли лесом хорошего строевого качества, хотя у приисковых районов лес, однако, уже весь вырублен для надобности приисков. От Кербинского склада до Управления приисков доставлялась почта на лошадях, причем путь от Кербинской резиденции до Главного стана делали в 7 часов, такое же время требовалось для доставки обратной почты с приисков. Зимой почта из Николаевска до Кербинской резиденции доставлялась на собаках один раз в две недели и далее следовала до Главного стана на лошадях по зимнему пути. Дорога от Николаевского прииска до прииска Васильевского От Николаевского прииска (Главного стана) до Покровского прииска на расстоянии 4 верст полотно дороги вследствие илистого грунта было довольно вязко. Дальше, до устья ключа Вознесенского, до 70-й версты дорога шла по отвалам и весьма удобна. Вообще эфель, из которого состоят отвалы, представляет великолепный материал для верхней одежды дорожного полотна. На расстоянии 2 верст от Николаевского стана на тракт Амгуньской компании выходила дорога от приисков Ельцова и Левашова. От устья ключа Вознесенского приисковая дорога переваливала водораздел между реками Семи и Керби и вступала в долину реки Гонгрен (приток Керби). Подъем и спуск на этот перевал был очень крутой (уклон достигал в некоторых местах 1/8 версты). Этот участок дороги был выстроен в 1909 году, верста ее обошлась в 600–700 рублей 292

при сравнительно легких условиях постройки. На этом участке лес был редкий, дровяной, земляные работы проводились в глинисто-сланцевом грунте, который брался лопатами. Корчевка, вследствие тонкого слоя мха и незначительных размеров пней, также не представляла затруднений. Работа была сдана с подряда корейцам, которые были специалистами по дорожным работам. До 1909 года сообщение на этом участке проводилось по старой дороге, проходящей через хребет и имевшей неимоверный уклон. Спустившись с перевала, дорога шла по отвалам выработанного прииска на реке Алакит и до прииска Николае-Алексеевского, расположенного на реке Гонгрен, была весьма удовлетворительна. Через реку Гонгрен был выстроен деревянный мост шпренгельной системы, отверстием 8 сажен (1 сажень = 2,13360 м) Подходы же к мосту затоплялись высокой водой, вследствие чего передвижение в такое время возможно было только верхом, так это было в 1911 году. От реки Гонгрен, на протяжении 2 верст, дорога шла по ровному лугу с песчаным грунтом и была очень удобна. Затем дорога встречает пойму реки Керби и здесь уже была совершенно заброшена. Неудачно поставленные мостики через многочисленные протоки, отделяющиеся от Керби, пришли к 1911 году в расстройство, накатник, представляющий верхнее строение, часто висел одним концом в воздухе, и ездить на этом участке надо было с большой осторожностью. Через многие протоки мостов совершенно не существовало, и их приходилось переходить вброд. На 83-й версте дорога пересекается рекой Керби. Здесь существовал перевоз на лодках, лошади же переходили через реку вброд. Но при половодье переправа через реку была весьма опасна, и путники при высокой воде по несколько дней ожидали ее спада. Дальше на левом берегу Керби дорога пролегала по затопляемой пойме и на протяжении 3 верст 293

тянулась по гатям. Прииски по левому берегу реки Керби — Васильевский, Спорный, Георгиевский и другие были уже выработаны, и к 1911 году этот участок дороги не ремонтировался, и сообщение по ней было трудным. Полотно и гати пришли в совершенную негодность. На 86-й версте дорога поднималась на увалы и была довольно сносна до конечного своего пункта — прииска Васильевского. Тропа от прииска Васильевского до прииска Софийского От прииска Васильевского сообщение с Софийским прииском производилось по вьючной тропе, пролегающей по левому берегу реки Керби. Состояние тропы в 1911 году было самое неудовлетворительное. Наиболее трудные места для проезда находились на первых 12 верстах (на самом оживленном ее участке), до поворота на Токоланские прииски. Главные затруднения представляли лесистые места, обыкновенно заболоченные и покрытые толстым слоем мха и торфа. В таких местах лошади увязали в жидком слое торфа по брюхо и нередко запутывались между корнями, от копыт образовывались глубокие выбоины или так называемый ступник, где вода застаивалась и затрудняла проход путникам. Эта тропа была построена спиртоносами и мелкими торгашами, пользующимися случаем завести груз в то время, когда в нем ощущался недостаток на Ниманских приисках. По этой же тропе прогонялся на Ниман скот, идущий с Сунгари предварительно в Николаевск, а затем по Амгуни на Кербинский склад, а далее сухопутно на Ниманские прииски. Так в 1911 году по тропе было доставлено до 500 голов. Для целей золотопромышленников Кербинского района в 1911 году тропа почти не имела никакого значения, необходимый груз завозился по реке Керби зимой. Поэто294

му меры к улучшению сообщения по тропе ограничиваются лишь частичной уборкой с тропы упавших деревьев да перекидкой через ручьи жердей для перехода путников. С открытием приисков Аккермана расширилась и сеть колесных дорог. От прииска Сивак (по реке Сивак, впадающей в реку Гонгра-Макит) — сообщение проходило от Амгуньской дороги через прииск Веселый до прииска Полуденного по колесной дороге, а дальше по вьючной тропе. От прииска Трехсвятительский (по реке Сулаки) сообщение было по вьючной тропе по реке Керби и реке Сулаки. От прииска Ближний (по реке Бриаканчик, приток Токолана) грузы перевозили по Ниманской и Токоланской тропе вьючным путем. Дорожное сообщение с прииском Токоланского золотопромышленного товарищества Токолан (на реке Токолан в 2 верстах от прииска Ближнего) осуществлялось по Ниманской и Токоланской тропе только вьючным путем. Движение по тропе значительно оживилось, и со стороны Аккермана последовали некоторые меры для облегчения сообщения: по Токоланской ветви тропа расчищена от валежника, и через протоки устроены мостики. Кроме болотистых мест большие затруднения для проезда представляли переходы через притоки реки Керби. Самым значительным притоком является река Кути, которая во время дождей разливается настолько, что переезд через нее становился невозможным. Кроме того, левый берег круто спускался вниз обрывом, в котором выбран узкий и крутой спуск. Выше реки Кути долина реки Керби сужается, и на 95-й версте берег реки падает обрывом в воду. Тропа в этом месте переходит через протоку на островок, расположенный у берега, а затем возвращается на левый берег Керби. Переходить указанную протоку вброд не всегда представлялся возможным. Ожидали спада воды обыкновенно на зимовье Кетова, расположенном недалеко на берегу 295

реки Керби. Дальнейший путь по тропе часто пересекался проточками, пересыхающими в малую воду, затем шел у подножья гор, причем здесь проезд часто затруднялся выклинивающимися из земли валунами. Против устья реки Токолан на берегу реки Керби было зимовье, построенное Токоланским товариществом, часто пустующее, так как путники обыкновенно останавливались на зимовье Кетова. На этом участке пути долина и примыкающая к ней возвышенность поросла густым еловым и лиственным лесом, изредка попадался березняк, сами же берега реки Керби и впадающих в нее ручьев поросли тополями, некоторые экземпляры достигали двух аршин (1аршин = 0,711200 м) в диаметре. На участке пути от Токолана до верховьев Керби попадалось меньше тополей, тропа проходила по сухим местам, покрытым редколесьем, и потому проезд по ней не представлял затруднений. Самыми затруднительными местами являлись опятьтаки два брода через реку Керби: на 142-й версте, в обход обрывистого левого берега, и на 160-й версте, где тропа пересекала главный исток Керби, который оставляет вправо, и поднималась на Кербинский перевал по Средней Керби (Силичи), следуя вдоль ее берега до самого истока. Подъем в полторы версты имел средний уклон в ½ длины подъема. По тропе пробил себе русло ручеек, смывший верхний слой почвы, вследствие чего кристаллические сланцы, из которых образован Кербинский хребет, обнажились наружу и представляли большие затруднения для путешественников, особенно в дождливую погоду, когда делаются чрезвычайно скользкими. Во время же заморозков стекающая вода замерзает, и тропа становится еще более неудобной. При строительстве Николаевского тракта магистраль прошла по левому крутому склону сопки, и перед Кербинским перевалом был построен деревянный 296

мост. Растительность на перевале имеет альпийский характер. Начинает попадаться карликовый кедр (стланик) и «уродливый кустарник с мясистыми листьями» (рододендрон золотистый). Из деревьев растет только лиственница. Вершина перевала представляет собою ущелье шириною в 100 сажень, образованное холмами, возвышающимися над дном ущелья сажень на 50–70. Перевалив хребет, тропа спускалась в долину реки Малая Бурейка, вдоль которой и следовала до реки Левая Бурея. Малая Бурейка берет начало у самой вершины перевала, и ее падение очень незначительно, вследствие чего спуск к реке Бурея по тропе, в противоположность подъему на хребет, весьма пологий. Долина реки Малой Бурейки насквозь заболочена, ширина ее не более версты, склоны гор, ограничивающих ее с боков, весьма круты, составлены из гранитов и часто лишены всякой растительности. Такой же характер носит долина реки Буреи. Она имеет значительное падение, дно покрыто громадными камнями, между которыми образуются водопады и водовороты. У Буреи от Ниманской тропы отделяется ветвь на прииск Павловский, на котором к 1911 году работы были прекращены. Вслед за бродом через реку Бурея начинался долгий подъем на крутой хребет правого берега Буреи. Склоны хребта усеяны огромными гранитными глыбами, сам же гребень хребта представляет из себя ряд унылых гольцов, покрытых сплошной осыпью гнейсовидной породы и лишенных всякой растительности. Поднявшись на вершину хребта, тропа идет по водоразделу между двумя ветвями реки Салари (Суларин) и, наконец, круто спускается в долину последней и следует вдоль выработанных приисков, после чего переваливает невысокий хребет между реками Салари (Суларин) и Агды. По долине реки Агды в 1911 году было расположено несколько разрабатывающихся приисков: Александровский, 297

Тимофеевский и др. От Александровского прииска до Софийского на протяжении 7 верст существовала сносная тележная дорога. Ниманский район отличался тем, что все его прииски были сгруппированы на сравнительно небольшом пространстве, занимаемом долинами рек: Агды, Конаком, Угучи и Таен-Эльга. Вторая особенность района та, что, благодаря своей незначительной площади, он был гораздо более разведан, чем Амгуньский золотоносный район, и все его ключи в большинстве случаев были застолблены. В 1911 году владельцами приисков являлись: Ниманская компания, Криводушин, Мякишев, Товарищество Рудник, Эльгинское товарищество и др. Но владельцы приисков в большинстве случаев сдавали прииски в аренду. Так, Ниманская компания, имеющая прииски: Софийский, Антонининский, Якутский, Николаевский, Тимофеевский и др., сдавала их Ниманско-Буреинскому золотопромышленному товариществу. Первомайское товарищество свой прииск Веселый сдает Нестерову. Товарищество Рудник сдавало прииск Дмитриевский Некрасову и Чеснокову. Вся небольшая сеть грунтовых дорог была сосредоточена в приисковом районе. Самая значительная дорога проведена по маршруту: Керби — Веселая Горка — прииск Гонгрен — прииск Софийский. Небольшие отрезки дорог, по которым шли перевозки, проведены: с. Демьяновка — прииск Ольга, Веселая Горка — р. Ботоон, прииск Медвежий — прииск Утесный. Из вьючных троп следует отметить: с. Керби – прииск Ясный – Бурукан – Чумикан и тропу с верховьев реки Омал по реке Чуге к Амгуни и по Верхнему Горбылиху далее к Амуру. В 1914 году началось строительство этой дороги по инициативе правительства, и к концу года дорога была пробита через хребты на Софийск, но сделана плохо. Строили ее в основном каторжане, австрийские и венгер298

ские военнопленные. На высоком правом берегу реки Мунали, в 15 метрах от пересечения ее магистралью сохранилось погребение одного из австрийских (или венгерских) строителей Николаевского тракта. Еще в 1986 году была металлическая табличка (по всей видимости, от консервной банки) с выбитыми на ней датой рождения и смерти (1914), фамилией и именем погребенного. К сожалению, уже к 1992 году табличка исчезла. Дорога имела и стратегическое значение. К 1920 году, когда по этой дороге тысячи беженцев из Николаевска на Амуре пробирались в Экимчан, она была еще в относительном порядке, но все равно ужасно трудной, а отдельные участки дороги были уже непроезжими. Поэтому на всем протяжении она покрыта могилами беженцев, особенно много в то трагическое лето погибло детей. Переход партизанских частей и тысяч беженцев по трудному Николаевскому тракту (Керби – Экимчан) в 450 верст по тайге без населенных пунктов остался в памяти народа как многострадальная эпопея. Дорога во многих местах требовала капитального ремонта, особенно трудным был путь через перевал Эзоп (30 верст). Этот участок был сплошь завален огромными камнями, и нельзя было не только проехать на телеге, но и трудно было пройти пешком. На дорожные работы были посланы отряды под общей командой техника-строителя Е. И. Трунина, бывшего председателя первого Совпеда в г. Николаевске. Строили и ремонтировали мосты, взрывали и растаскивали каменные глыбы на перевале Эзоп. Уполномоченным по эвакуации был назначен Степан Петрович Днепровский. С Николаем Васильевичем Кузнецовым они появлялись на самых трудных участках пути, организовывали по зимовьям питательные пункты, пекарни, мобилизовали в Экимчане пароходы и баржи и отправляли по реке Селемдже все новые и новые партии беженцев.

299

ЭВАКУАЦИЯ Летом, осенью и зимой 1920 года и даже в начале 1921 года через Кербинский район прошел дальневосточный «железный поток» партизанских отрядов и мирного населения от Николаевска до Благовещенска. В этом потоке погибли сотни людей, но не от пуль и снарядов, а от голода, болезни и лишений. Проще этот путь было бы пройти водным путем, но в то время Хабаровск был в руках интервентов и белогвардейцев. Путь через Хабаровск был закрыт. Кербинский ревком, а позднее и Сахалинский облисполком проделали огромную работу по организации и обеспечению эвакуации мирного населения и бойцов партизанской армии. Кербинский ревком еще до прибытия членов облисполкома и ревштаба армии провел учет и конфискацию продуктов питания на складах золотопромышленников. Обязал крестьян всех приамгуньских сел засеять все площади под зерновые, картофель и табак, организовал ремонт дорожного полотна, ремонт мостов на колесной дороге, начал создавать дорожные питательные пункты, провел мобилизацию гужевого транспорта, ремонт телег и сбруи. Дорога Керби – Экимчан к 1920 году была в основном еще исправной. Но ливневые дожди во многих местах промыли дорожное полотно, разрушили ряд мостов и гатей. Требовался срочный ремонт этой колесной дороги, чтобы к началу эвакуации по ней мог пройти гужевой транспорт с тяжелыми грузами, а также люди в пешем порядке. Кербинский ревком создает дорожные бригады, в которых работали приискатели, крестьяне, а также бывшие чиновники, офицеры, горная стража и др.

300

Дорожные бригады расширяли просеку в лесах, подсыпали и восстанавливали полотно, строили мосты, стелили гати, сооружали стоянки для ночлега и размещения питательных пунктов. Работа велась под руководством дорожного техника Евгения Илларионовича Трунина — председателя первого Совпеда в Николаевске в 1918 году. В своих воспоминаниях Фаина Кривобокова писала: «Наша артель из 15 девушек и 10 пожилых мужчин вышла на работу в числе первых. На ремонте мы находились в течение месяца. Жили в палатках. Работали с восхода солнца до темноты. Засыпали ухабы, в низинах рыли канавы — кюветы для осушения дороги. Болото мостили жердями. Землю брали из старых отвалов и на тачках подвозили к дороге…». При кербинском ревкоме и приисковом ревкоме были назначены специальные уполномоченные по эвакуации, которые организовали и контролировали дорожно-ремонтные работы, подвоз продуктов на питательные пункты, занимались подбором кадров на питательные пункты, размещением прибывающих беженцев. После суда и расстрела Тряпицына был образован новый военно-революционный штаб войск Николаевского округа. Командующим войсками был назначен Иван Тихонович Андреев, начальником штаба — Михаил Федосеевич Аношкин, секретарем Е. С. Полетаев (брат бывшего председателя Кербинской земской управы). Для руководства хозяйственной жизнью и социально-бытовым обеспечением создается Советнархоз. В его состав вошли: Нечаев, Сырцов, Аношкин, Кон, Петровский, Чибисов, Кузнецов, Павличенко, Судаков, Слепак, Курьянов, Шамколович, Цыганок, Бессонов, Кухтин. Председателем совнархоза назначается Василий Иванович Нечаев. При совнаркоме создается специальная комиссия по эвакуации: М. Г. Коняшин — секретарь, Л. Бушикова — машинистка отдела.

301

От командования войсками уполномоченным ревштаба по эвакуации и транспорту был назначен А. Н. Леодорский. Заведующими отделами по эвакуации от Веселой Горки до Софийска были — Каргов, а с 20 августа — В. В. Усольцев. Начальником гарнизона села Керби был назначен Урбанович. Поскольку в районе скопилось 1685 корейцев, то специально был назначен уполномоченный по эвакуации корейского населения — Василий Пак. Уполномоченным по эвакуации, выезжающим на места, выдавались специальные мандаты. Мандат от 21 июля 1920 года за № 326 был выдан кербинцу Андрею Семеновичу Петрову. Для перевозок было привлечено 384 лошади от Керби до Софийска и 90 лошадей от Софийска до Экимчана. От Керби до Софийска ходили в телегах 272 лошади, а остальные вьючно. Можно ежедневно отправлять не более 100 человек. До Софийска создано 11 котлопунктов. На каждом котлопункте имелось по 100 пудов муки, по 5–6 пудов круп, соль, рыба, чай, мыло. На Веселой Горке 200 пудов муки, на остальных пунктах 800 пудов. Мука подвозилась к котлопунктам. В Керби находилось 3489 человек для эвакуации, а в низовьях Амгуни 1859 человек. Было отправлено и находились в пути 3216 человек, из них две тысячи детей. Первый председатель Кербинского исполкома С. П. Днепровский становится уполномоченным Амурского ревкома по эвакуации и развертывает дело обеспечения эвакуации продуктами питания, одеждой, организацией водного транспорта от Экимчана до Благовещенска. Эвакуация между тем продолжалась, но темпы ее были таковы, что не могли обеспечить все переброски беженцев по тракту Керби – Экимчан. Форсировать эвакуацию было необходимо, так как в связи с летними жаркими днями, недостаточным питанием сильно развивались болезни детей, смерть ежедневно уносила до десятка детских жизней. Точно так же влияли и трудности перехода эвакуируемых с детьми, 302

и вся дорога от Керби до Экимчана была уставлена маленькими крестиками, знаками детских могил; в общем, дети в возрасте от 5 лет и моложе вымерли почти все. Днепровский Степан Петрович Член КПСС с 1913 года. В 1918–1919 годах нелегально работал инструктором в «Амурском кооперативе». В 1920 году — активный участник борьбы против бело-японцев и анархистов в Амурской области и низовьях Амура. Был председателем Кербинского ревкома, проводил большую политическую работу по борьбе с влиянием анархистов среди партизан.

450 верст от Керби до Экимчана большинство людей прошли пешком. Шли через речки, ключи, болота и горные перевалы. Гнус, ночевки под открытым небом, холодные сырые ночи вызывали болезни, смертность. Особенно огромной была детская смертность. «Железный поток» уносил тысячи жизней. Известный революционер и заместитель председателя областного Совета Ауссем, участник этого похода, с горечью писал: «Всех тяжестей и перипетий тысячеверстного пути от Николаевска до Благовещенска я не берусь описать. За время моей каторги, таежной приискательской жизни я видел много смертей. Но там были здоровые мужчины, а тут шли тысячи больных детей и женщин. Из всех знакомых мне семей по Николаевску я потом редко встречал такую, у которой не было бы потерь». На хребте Эзоп вновь разыгралась трагедия, по ложному обвинению были расстреляны Нечаев, Цыганок и другие дея303

тели районного и областного Советов. Пал жертвой произвола беспартийный большевик Василий Иванович Нечаев, член первого Кербинского исполкома. Бывший политический каторжанин был до конца своей жизни верен делу революции. Вместе с Нечаевым погиб Цыганок Александр Филиппович — бывший секретарь областного Совета, активный участник восстания против Я. Тряпицына, член комиссии по эвакуации. Несмотря на огромные трудности, люди достигли цели. От Экимчана на пароходах и лодках спустились по Селемдже в Зею к Благовещенску. Воинские части влились в состав Народно-революционной армии Дальневосточной республики. Приамгуньцы в составе 19 стрелкового полка продолжали громить врага, защищали Советскую власть на дальневосточных рубежах.

304

НИКОЛАЕВСКИЕ СОБЫТИЯ Красный партизан Яков Тряпицын, спаливший дотла в мае 1920 года большой дальневосточный город Николаевск-наАмуре и вырезавший не только множество жителей областного центра и всей Сахалинской области, но и всю японскую колонию, дав Японии повод для крупного вооруженного вмешательства в российские дела, держит безусловное первенство в жестокости среди всех красных партизан. Председатель Сахалинского народно-революционного комитета Г. З. Прокопенко писал в конце 1920 года правительству ДВР, что «пол-области разрушено и половина населения выбита и партизанами спущена под лед». Террористическая деятельность Я. И. Тряпицына и его окружения, проводивших массовый красный террор против населения Приамурья в 1919–1920 годах, до сих пор вызывает полярные оценки в историографии. Тряпицын Яков Иванович родился в 1897 году в деревне Саввастейка Владимирской губернии Муромского уезда в семье мастера кожевенного дела. Кроме ремесла кожевника Яков овладел специальностями металлиста, сапожника, стекольщика, оружейника и некоторыми другими. Самостоятельно изучал этнографию, ботанику, зоологию, историю, ораторское искусство.

305

В 1916 году добровольно вступил в действующую армию и воевал в окопах I Мировой войны в составе лейбгвардейского Кексгольмского полка в Петербурге. За личную храбрость награжден Георгиевским крестом. В составе полка принимал участие в штурме Зимнего дворца. Распространена точка зрения, согласно которой Тряпицын героически сражался с белогвардейцами и японскими интервентами, став жертвой исторической клеветы. С 1930-х годов о Тряпицыне в СССР старались писать как можно меньше. В неопубликованной рукописи сводного анонимного труда о партизанах Сибири, Казахстана и Дальнего Востока, сохранившейся в фонде Сибирского истпарта, оказалась подшита начальственная записка от 28 ноября 1934 года: «Стоит ли говорить о Тряпицыне. Он — темное пятно в партизанском движении. Николаевск-на-Амуре для нас был тяжелым моментом». При этом в очерке о Тряпицыне террор партизан и сожжение Николаевска вообще не были упомянуты. Современная академическая «История Дальнего Востока России» продолжает уверять, что японское правительство фальсифицировало все содержание николаевских событий. Полное уничтожение узников тюрьмы объясняется попыткой японских войск их освободить, в ответ на это Тряпицын закономерно «расстрелял всех арестованных, обезопасив себя с этой стороны». Утверждается, что среди тряпицынцев бандиты составляли ничтожное меньшинство, и лишь вскользь упоминается, что во время эвакуации, якобы добровольной, а не насильственной, не обошлось и без нарушения революционной законности. Сожжение Николаевска скорее одобрено — со ссылкой на то, что подобные решения в огне Гражданской войны принимались не раз.

306

Яков Иванович Тряпицын, молодой и амбициозный партизанский вожак, происходил из петроградских рабочих, был отважным добровольцем мировой войны, доросшим до унтер-офицера. Оказавшись на Дальнем Востоке, он проявил себя способным организатором анархической уголовной вольницы в Ольгинском уезде и Сучанской долине Приморья. В конце 1919 году Тряпицын был направлен Военно-революционным штабом партизанских отрядов и революционных организаций Хабаровского и Николаевского районов в низовья Амура для организации там повстанческого движения. Есть версия, что Тряпицын вышел с отрядом самовольно, недовольный пассивностью партизанского командования. С ним в качестве комиссара выехала Нина ЛебедеваКияшко, активная эсерка-максималистка из Благовещенска. Движение примерно двухтысячного войска Тряпицына и Лебедевой вниз по Амуру сопровождалось почти полным истреблением сельской интеллигенции за революционную «пассивность» и всех, кто был похож на горожанина-»буржуя»; священников топили в прорубях, взятых в плен, включая добровольно перешедших к партизанам, расстреливали. Лебедева Нина Михайловна родилась (предположительно) в 1895 году в Пензенской губернии, где провела детство и училась в гимназии. С юных лет связала свою судьбу с партией социал-революционеров. За участие в покушении на пензенского губернатора в 1914 году была осуждена на каторгу с лишением всех прав и отправлена в Сибирь. После Февральской революции Н. Лебедева — один из организаторов Читинского союза максималистов, секретарь горсовета рабочих депутатов.

307

От Семеновских банд бежала в Благовещенск, затем в Хабаровск, где была секретарем подпольной организации, поддерживала связь с партизанами. Один из тряпицынских помощников Иван Лапта (Яков Рогозин) организовал бандитский отряд, который производил налеты на деревни и стойбища, грабил и убивал людей, на Лимурских приисках уничтожал тех, кто не отдавал золото, разграбил Амгуньские золотые прииски и окрестные села. Отрядники Лапты, вместе с тряпицынцами Заварзиным, Биценко, Дылдиным, Оцевилли, Сасовым убили сотни нижнеамурцев еще до занятия областного центра. Узнав о приближении императорских войск, готовых отомстить за гибель всей японской колонии в 700 человек, Тряпицын решил доведенным до предельных границ красным террором продемонстрировать свою революционную последовательность. Он, четко разделял подконтрольное население на «своих» и «буржуев». Последние подлежали грабежу и избирательному уничтожению; активных недовольных убивали и изолировали, остальные обычно смирялись. Накануне крушения Николаевской коммуны Тряпицын и его команда максимально расширили контингент социально и национально чуждых людей, подлежавший ликвидации. Для Тряпицына враждебный богатый город с большой иностранной колонией стал безответным полигоном для насаждения нового строя, физически избавленного партизанами от присутствия как собственно «гадов», так и их семей. Этот вожак, будучи развитым и эрудированным пролетарием, в своем подходе к социальной чистке был апологетом безбрежного террора и опирался на уголовный элемент, который в изобилии присутствовал в пар308

тизанских отрядах востока России. Личная и тайная контрразведка Тряпицына имела наблюдение за всем, включая следственную комиссию. В захваченном городе в течение трех месяцев существовала так называемая Николаевская коммуна со всеми положенными атрибутами: реквизициями, конфискациями, обобществлением орудий лова, запретом торговли и введением карточек, чрезвычайной комиссией. Анархист Тряпицын и эсерка-максималистка Лебедева, попутно арестовав и уничтожив «своих» коммунистов по подозрению в заговоре, проводили — причем в крайнем варианте — политику военного коммунизма. Со слов К. А. Емельянова, который работал при Тряпицыне канцеляристом в штабе и хорошо знал документы коммуны, после получения известий о приближении японских войск на заседании ревштаба и чрезвычайной комиссии по предложению Тряпицына и Лебедевой «было решено город сжечь до основания, часть жителей эвакуировать, а часть уничтожить. ЧК получила чрезвычайные полномочия производить не только массовые аресты, но и казни. Председателем чрезвычайки был назначен крестьянин деревни Демидовки Михаил Морозов, который получил бесконтрольное право распоряжаться жизнью николаевских обывателей. В том же тайном заседании составили проскрипционные списки, материалом для которых послужили заранее затребованные сведения от всех комиссариатов. Порядок массового убийства был установлен следующий: в первую очередь шли евреи и их семьи, во вторую очередь жены и дети офицеров и военнослужащих, третьими обозначены были все семейства лиц, ранее арестованных и убитых по приговорам трибуналов или распоряжениям Тряпицына, в‑четвертых, шли лица, по каким-либо причинам оправданные трибуналом и выпущенные на свободу, равно как и их семьи. В пятую 309

очередь предназначались чиновники, торговые служащие, ремесленники и некоторые группы рабочих, не сочувствовавших политике красного штаба. По составленным спискам подлежало уничтожению около трех с половиной тысяч человек. Почти месяц, приблизительно до мая, продолжалась усиленная работа по намеченному плану. Внесенных в списки систематически убивали небольшими партиями в заранее установленном порядке. Казни производились специально выделенными отрядами из преданных Тряпицыну русских партизан, корейцев и китайцев. Каждую ночь они отправлялись в тюрьму и по списку убивали определенное количество жертв (30–40 человек). К тому времени в николаевских местах заключения находилось около 1500 человек». С 28 мая партизаны начали выжигать окрестности, уничтожая рыбачьи поселки напротив Николаевска-на-Амуре, а 29 мая — сжигать жилые дома и взрывать крупные каменные постройки областного центра. Всего было уничтожено почти 1 130 жилых построек. Из общественных зданий сохранились лишь тюрьма и торговое училище. Тряпицын официально объявил сельским ревкомам: «Город весь сожжен, крупные здания взорваны, японцам остался один пепел. Не осталось от Николаевска камня на камне». Груженые награбленным добром, включая полтонны золота и множество конфискованных драгоценностей, партизаны покинули пепелище. Тряпицынцы бежали вверх по реке Амгунь к приисковому поселку Керби, поджигая на пути селения, прииски и драги, убивая всех подряд. Террор не прекратился и с уничтожением Николаевска. Жуткие сцены разыгрывались во время многодневного пешего перехода по тайге девяти тысяч насильно эвакуированных горожан, а ослабевших женщин и детей тут же приканчивали. В Керби творились страшные злодеяния. Ночью приходили вооруженные люди и говорили, что нужно эва310

куироваться. Людей поднимали и уводили из села. Никто не возвращался. Без ружейной стрельбы всех до одного рубили шашками. По реке Амгунь всплывали трупы с резаными, колотыми штыковыми ранами, хоронить их было запрещено. Руководитель Николаевского ревкома в конце 1920 года отмечал, что, «когда поплыли по Амуру и Амгуни убитые жены, дети партизан, их отцы, матери, народ восстал и сверг Тряпицына». Внезапным налетом группы партизан во главе с начальником областной милиции И. Т. Андреевым в ночь на 4 июля сонный Тряпицын вместе с 450 соратниками были схвачены без сопротивления. Несколько дней спустя признанные наиболее опасными головорезы были быстро осуждены наспех собранным судом из партизан и местных жителей в составе 103 членов. Но есть основательные сведения о том, что устранение Тряпицына было проведено хабаровскими властями с помощью верных партийцев и чекистов — для устранения анархического источника военных провокаций с Японией, враждебного уже созданной ДВР и коммунистам. Один из историков пишет: «Еще в мае 1920 года революционный штаб в Хабаровске принял решение покончить с Тряпицыным и его штабом. Для этого был подготовлен отряд из 10 человек, который получил предписание арестовать самого Тряпицына и его одиозных помощников, судить их «народным судом» и казнить, как «изменников советской власти». В конце июня хабаровские посланники пробрались на Амгунь и вошли в связь с группой партизан, возглавляемых Андреевым, которые стояли в оппозиции к Тряпицыну». Семеро основных обвиняемых 9 июля были осуждены к смертной казни и сразу расстреляны. Чуть позднее, 13 июля, были осуждены остальные активные тряпицынцы. Всего к суду привлекли 133 человек, из них 23 расстреляли, 33 — осудили к тюремному заключению, 50 — освободили, а 27 дел так и не было рассмотрено.

311

Оказались расстреляны чекист М. Г. Морозов, адъютант Биценко А. Л. Фаинберг, соратники Биценко по бандитизму И. Г. Живный, В. Н. Буря, В. Лобастов, командиры полков и работники властных структур Б. В. Амуров-Козодаев, Л. В. Граков, Ф. В. Козодаев, М. С. Подоприговоров, Ф. И. Горелов, А. С. Козицин, А. И. Иванов, А. И. Волков-Соколов, И. Д. Куликов-Федоров, Г. Н. Константинов, К. И. Молодцов. Осужденные к заключению остальные насильники и убийцы охранялись не слишком тщательно и смогли вскоре благополучно бежать в действовавшие по соседству партизанские отряды. Отношение к событиям в Николаевске в 1920-х годах двоякое. Много противоположных мнений и суждений. Я умышленно не делаю выводы, а даю возможность читателю ознакомиться самим с разными источниками о Николаевских событиях. Здесь привожу список литературы для ознакомления: 1. Жекетов Ю. Те печальные амурские дни (историческое исследование). — Николаевск-на-Амуре: Изд-во «М-Пресс», 2017.

2. Днепровский С. По долинам и по взгорьям. — Хабаровское книжное издательство, 1956.

3. Эхо партизанских сопок (гражданская война на территории Хабаровского края в воспоминаниях участников и заметки историков-краеведов). — Хабаровское книжное издательство, 1973.

4. Птицин С. Николаевск в 20-м: воспоминания партизана. — Хабаровская краевая типография, 2013.

5. Эчъ. Исчезнувший город (трагедия Николаевска-наАмуре). — Владивосток, 1920.

6. Жуковский — Жук И. И. Н. Лебедева и Я. Тряпицын: материалы и документы. — Изд-во «Левое народничество», 1922.

7. Антонова Л. Заслон. — Хабаровское книжное издательство, 1973.

312

8. Лёвкин Г. Г. Было, но быльем не поросло. — Хабаровск, 2006.

9. Смоляк В. Г. Междоусобица: по следам нижнеамурской трагедии. — Хабаровск, 2008.

10. Гутман А. Я. (Анатолий Ган) Гибель Николаевска-наАмуре: страницы из истории войны на Дальнем Востоке. — Берлин, 1924.

11. Емельянов К. А. Люди в аду. — Владивосток, 2004.

12. Юзефов В. И. Годы и друзья старого Николаевска: сб. очерков и новелл о Николаевске. — Хабаровск, 2005.

313

ПОСЛЕСЛОВИЕ История Приамгунья на этом не заканчивается. Впереди еще много событий, прошедших за минувшие года. В этой книге старался отразить важные этапы освоения, развития и события дней минувших. Это лишь небольшая часть истории Приамгунья. Читателя ожидает продолжение «путешествия» по землям Приамгунья в следующей книге «Колесо истории». Свои пожелания и предложения вы можете выразить, написав на электронную почту: robinzon_briakan@mail.ru Выражаю благодарность работникам архивов, библиотек, музеев за предоставленные материалы и документы. А также Фроленок А., Гуринович В., Кондрахиной В. за предоставленные фотографии.

314

СЛОВАРЬ Анимизм — вера в существование души, одна из форм религиозных верований, возникших на ранней стадии развития человечества. Первобытные люди считали, что душа есть и у человека, и у растений, и у животных. После смерти душа способна вселиться в новорожденного и тем самым обеспечить продолжение рода. Амгунь — широкая река. Аршин = 0,711200 м. Аршин кубический = 0,359728 м2. Государство Бохай — первое государство тунгусо-маньчжурских народов. Бохайское государство (698–926) было первым объединением на территории Дальнего Востока России. Оно включало Маньчжурию, Приморье и Северную Корею. Доля = 44,434940 мг. Золотник = 4,265542 г. Золотничный способ добычи (он же старательский) — предполагал заключение контракта между хозяином и артелями рабочих или отдельными старателями, по которому работы оплачивались с золотника добытого металла. Ляо — государство кидань-монголов, которое занимало просторы Северо- Восточного Китая с момента основания киданьской государственности племенным вождем Абаоцзи (Амбагай) в 907 году до мятежа чжурчжэней в 1125 году. Матриархат — форма общества, в котором лидирующая роль принадлежит женщинам, в особенности матерям семейств этого общества. При матриархате возможно многомужество. Мезолит — культура между палеолитом и неолитом.

315

Мукри (Мохэ) — народ, живший на севере Маньчжурии с раннего средневековья, предки чжурчжэней и маньчжуров. Негидальцы — «береговой», «прибрежный», самоназвание: элькан бэйэнин — местные люди; амгун бэйэнин — люди реки Амгунь. Малочисленный тунгусо-маньчжурский народ в Приамурье. Неолит — новокаменный век. Характерные черты неолита — каменные шлифованные и просверленные орудия. Новый каменный век, эпоха позднейшего каменного века, характеризующаяся использованием исключительно кремневых, костяных и каменных орудий. Нилан — коричневый. Оббивка — техника обработки в палеолите. С поверхности камня ударом откалывали крупные неправильной формы отщипы. Палеолит — древнекаменный век. Эра существования неандертальца, а также ныне вымерших видов животных. Он занимает большую часть времени существования человечества и совпадает с двумя большими геологическими эпохами кайнозойской эры — плиоценом и плейстоценом. Пуд = 16,380496 кг. Ровдуга — тонко выделанная оленья кожа в виде замши. Рубило — орудие клиновидной формы. Рабочий конец заострен с помощью оббивки, противоположный — закруглен и утолщен. Сажень = 2,13360 м. Семи (Семитка) — многопроточность (из семи ключей). Стоянка — кратковременное древнее поселение. Тунгус — идущий поперек хребтов. Фунт = 0,40951241 кг.

316

Хозяйский способ добычи — работы производились вольнонаемными рабочими, которые работали по контракту с определенным жалованием или с задельной* платой. Чжурчжэни — племена, населявшие в X–XV вв. территорию Маньчжурии, Центрального и Северо-Восточного Китая, Северной Кореи и Приморского края. Крупнейшее государство чжурчжэней существовало с 1115 год по 1234 год. Шаман — избранник духов, одинаково комфортно чувствующий себя в обеих реальностях: повседневной и потусторонней. Шаманизм — древнейшая культура, где природные явления, такие, как Солнце, Луна, звезды, гром и молнии, огонь и прочие персонифицируются в виде божеств. В шаманском мировоззрении все в мире обладает душой: люди, животные, насекомые, растения и неодушевленные предметы. Эвенки — коренной народ. Отдельные группы эвенков были известны как орочены, бирары, манегры, солоны. Язык эвенкийский принадлежит к тунгусо-маньчжурской группе алтайской языковой семьи. Народ образовался в результате смешения местного населения Восточной Сибири с тунгусскими племенами. Эпоха — в археологии обозначает большой период в развитии материального производства: эпоха камня, бронзы, железа.

Не годовая плата, а поденная или поштучная, по мере выделки, успеха (Даль, заделывать).

*

317

ЛИТЕРАТУРА Агте, В. С. Русские на Амуре. — URL: http://pereformat.ru/ 2012/03/zabaikalskaya-ekspeditsiga/. Агте, В. С. Дорога длиною в пятьдесят лет (Из истории рода Агте). Амгуно-Кербинский золотоносный район: статистический очерк. Февраль 1929 г. Алексеев, А. И. Николай Константинович Бошняк // Максимов А. Русские тропы. — Хабаровское книжное издательство, 1989. Алексеев, А. И. Геннадий Иванович Невельской. — М.: Наука, 1984. Алексеев, А. И. Н. К. Бошняк и открытие Советской Гавани. — Хабаровское книжное издательство, 1955. Алексеев, А. И. Дело всей жизни. — Хабаровское книжное издательство, 1972. Алексеев, А. И. Русские тропы. — Хабаровское книжное издательство, 1989. Александров, Н. Строится пионерский лагерь // Амгуньская правда. 1968. № 28 (2969) от 05.03. Амгуно-Кербинский золотоносный район: статистический очерк. Февраль 1929 г. Андреев, Г. И. Материалы по Уссурийскому краю. — Оренбург: Губернская типография, 1886. Анер, Э. Э. Богатство недр Дальнего Востока. — Хабаровск; Владивосток: Акционерное общество «Книжное дело», 1928. Архив ЦГА ВМФ ф. 406 оп. 3 д. 454 л. 157. Архив ЦГА ВМФ ф. 1005 оп. 1 д. 91 л. 6.

318

Архив ЦГА ВМФ ф. 410 оп. 2 д. 206 л. 17, 141 об. Архив РГИА Петербурга ф. 52 оп. 1 Материалы Амгуньской золотопромышленной компании. Архив ГАХК ф. 1817 оп. 1 ед. хр. 203 л. 121. Архив ГАХК ф. 1817 оп. 1 ед. хр. 121 л. 32. Архив ГАХК ф. 537 ед. хр. 45 л. 93–96, 109. Архив ГАХК ф. 537 оп. 1 д. 18 л. 104–105. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 1–2 об. Документы о работе приисков Амгуно-Кербинского района. Выписка из доклада от 09. 1920 года съезду Ревкома Амгуно-Кербинского золотоносного района члена Ревкома Семена Ионовича Бажина. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 7–14. Пояснительная записка в Правление Амгуньской золотопромышленной компании. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 20–24. Пояснительная записка (Программа) на разработку приисков арендатора С. И. Бажина с 1 октября 1924 года по 1 октября 1925 года. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 46–49. Сведения к заявке золотоносных площадей. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 52–53. Прошение в Приамурское горное управление. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 77–79. Доклад помощника товарища-распорядителя Д. А. Попова о поездке на прииски Амгуньской золотопромышленной компании от 30 ноября 1898 г. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 103–105 (1918 г.). Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 230–232 об. Доклад А. М. Серебрякова — члена Горного исполкома при Веселогоровском приисковом Исполнительном комитете на районный съезд делегатов Амгуно-Кербинского района от 24.05. 1920 г. Архив ГАХК ф. 503 оп. 1 д. 1а. л. 233–241. Прииски Амгуньской компании и Приамурского товарищества. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 3.

319

Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 4. Договоры Амгуньской золотопромышленной компании с различными лицами и обществами об аренде у них приисков и золотоносных площадей. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 5. Материалы общего собрания пайщиков от 31.01.1893 г. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 8. Золотые прииски по р. Семи Амгуньской золотопромышленной компании. Часть 1. Доклад барона де Баца. 1896 г. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 8. л. 39–60. Обзор приисков Амгуньской золотопромышленной компании в операцию 1896 г. Доклад А. В. Жельветра. С.‑Петербург. 1896 г. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 13. л. 90–95. Доклад горного инженера Е. Гришина от 15.09. 1898 г. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 26. л. 1–4. Постановление № 20 от 05.01. 1902 г. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 31. л. 1–14. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 35. л. 1–20. Архив РГИА ф. 52 оп. 1 д. 38. л. 1–4. Афанасьев, П. В. Золото Приамурья. — Изд-во имени Сабашниковых, 2006. Батурин. Предварительный отчет по работам Комсомольско-Амгуньской геологической партии 1936 г. (НКТП СССР. Главгеология. Дальневосточный геологический трест). Инв. № 176. Бошняк, Н. К. Занятие части острова Сахалин и зимовки в Императорской Гавани // Морской сборник. 1859. № 10. Бочкарев, В. В. Приамгунье золотое. Рукописная книга. Бочкарев, В. В. Приамгунье далекое и близкое. Ч. 6. Золотая лихорадка // Амгуньская правда. 1995. № 89 (7109). Бочкарев, В. В. О населении Приамгунья // Амгуньская правда. 1988. № 142 (6189) от 26.11. Бочкарев, В. В. Приамгунье далекое и близкое. Ч. 6. В поисках месторождений золота // Амгуньская правда. 1995. № 87 (7107).

320

Большая Советская энциклопедия. —2-е изд. Т. 48. 1957. Бух, В. В. К верховьям реки Немилен // Сборник очерков, рассказов и воспоминаний военных топографов; под ред. М. Н. Левитского. — Одесса: Типолитография Штаба округа, 1910. Воспоминания Д. М. Макарова (фонд Золотых Е. М.). Груздева, Ф. (Волгина). Амур (Природа и люди Амурского края). — С.‑Петербург,: Изд-во П. П. Сойкина, 1900. Губельман, М. И. Борьба за Советский Дальний Восток 1918–1922. Героические годы борьбы и побед. Дальний Восток в огне гражданской войны. — М.: Наука, 1968. Дальневосточные известия. 1918. № 115 от 06.07. Давыдова, З. Из истории образования района // Амгуньская правда. 2011. 28 (8717) от 09.07. Днепровский, С. По долинам и по взгорьям. — Хабаровское книжное издательство, 1956. Журнал «Экономическая жизнь Дальнего Востока». — Чита, 1924. № 1. Журнал «Экономическая жизнь Дальнего Востока». — Хабаровск,1925. № 11. Заболоцкий, Е. М. Секретная Забайкальская экспедиция 1849–1852 // Окна — еженедельное приложение к газете «Вести» (Израиль). 2005. 7, 14, 21 апреля. Заболотский, Е. М. Николай Павлович Аносов на Дальнем Востоке: Амурская золотопоисковая партия (1857–1860). — URL: /amosex 01.html. Зиновьев, В. П. К истории русско-китайских отношений. Забайкальская экспедиция 1849–1852 гг. // Вестник Томского университета. 2013. № 366. Золотых, Е. М. История Кербинского прииска. Рукопись. Каманин, Л. Г. Первые исследователи Дальнего Востока. — М.: ОГИЗ, 1946. Кенарский, А. Сторожил Бриакана // Амгуньская правда.

1996. 28.05.

321

Костанов, А. О судьбе архива Амурской экспедиции // Российский литературный журнал «Дальний Восток». № 5. Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири. Т. 1. Кн. 1. — Новосибирск, 1994. Кудрин, А. И. А. П. Надецкий — один из организаторов золотой промышленности в Николаевском районе // Вестник Сахалинского музея. 2011. № 3. Кудрин, А. И. Исчезли, словно тень крыла. — Николаевскна-Амуре: Изд. МБУ Редакция газеты «Амурский лиман», 2012. Кудрин, А. И. Колчановский прииск. — Николаевск-наАмуре: ООО «М-Пресс», 2012. Кудрин, А. И. Мое туманное село. — Николаевск-на-Амуре: ООО «М-Пресс», 2010. Кудрин, А. И. Вдоль берега. — Николаевск-на-Амуре: Изд. МБУ Редакция газеты «Амурский лиман», 2016. Ланин, В. В. Альбом Амура и Уссурийского края 1860–1870 гг. Лазо, О. А. Сергей Лазо. — М.: ДОСААФ, 1965. Магидович, И. П., Магидович, В. И. Очерки по истории географических открытий. Т. 4. — М.: Просвещение, 1985. Малтизов, А. История золотодобычи объединения «Приморзолото». — Хабаровск: Изд. «Риотип» краевой типографии, 2001. Максимов, А. Н. Русские тропы. — Хабаровское книжное издательство, 1989. Материалы по изучению Приамурского края. Приложение. Вып. XXIV. — Хабаровск, 1916. Миддендорф, А. Ф. Путешествие на Север и Восток Сибири. Ч. 2. Коренные жители Сибири. — С.‑Петербург, 1878. Мясников, В. С. Империя Цин и русское государство в XVII в. — Хабаровское книжное издательство, 1987. Народы Дальнего Востока СССР в XVII в. Народное декоративное искусство. — М.: Наука, 1985. Невельской, Г. И. Подвиги русских морских офицеров на Крайнем востоке России 1849–1855 гг. — Примиздат, 1950.

322

Новиков, Г. Завтра открытие пионерлагеря // Амгуньская правда. 1969. № 73 (3170) от 24.06. Обзор Сахалинской области за 1914 год. Пост Александровский. 1916. О необходимости сооружения железной дороги в Приамурском крае / П. В. Мордин, А. Д. Донченко, А. А. Березовский, П. М. Молчанов, С. Меркулов. — СПб., 1906. Отчет по статистико-экономическому и техническому исследованию золотопромышленности Амурско-Приморского района. Т. 1. Приморская область. — С.‑Петербург, 1902. Отчет Приморского справочного бюро по рабочему вопросу за 1912 год. — Хабаровс, 1913. Очерки истории дальневосточных организаций КПСС (1900–1937 гг.). — Хабаровское книжное издательство, 1982. О вооруженном отряде, посланном на Амгунь (записано со слов И. Н. Семикоровкина). Петров, А. И. Амурский щит. — Хабаровское книжное издательство, 1974. Петров, А. В., Плотникова, М. М. Городские головы, гласные и депутаты Иркутской думы 1872–2011: биографический справочник. Оттиск. — Иркутск, 2011. Петряев, Е. Д. Нерчинск. Очерки культурного прошлого. — Чита, 1959. Письмо Н. К. Бошняка Г. И. Невельскому от 6.01. 1853 //Архив Петрова А. И. Полевой, Б. Н. Новое о русских походах на Амур в XVII в. Вторые чтения имени Г. И. Невельского. Вып. 1. — Хабаровск. 1990 Пономарев, С. Книга об адмирале Невельском. — ЮжноСахалинск, 2013. Попков, Н. Поселок самый близкий //Амгуньская правда.

2001. № 38 (7684) от 12.05. Пояснительная записка к проекту Николаевской магистрали, изданное Временным дорожным отделом Амурского водного управления. — С.‑Петербург, 1913.

323

Постников, А. В. Поиски «пропавшей границы» по Нерчинскому договору 1689 года России с цинским Китаем // Вопросы истории и теории. Тезисы XXIX международной конференции Санкт-Петербургского отделения национального комитета по истории и философии науки и техники РАН (24–28. 11. 2008 г.) Вып. XXIV. — СПб.: Ф ИИЕТ РАН, 2008. Победа Советской власти на северном Сахалине. — ЮжноСахалинск, 1959. Птицин, С. Николаевск в 20-м: воспоминания партизана. — Хабаровская краевая типография, 2013. Пути великих свершений. Значение Якутии в освоении Дальнего Востока: исторический альбом. Т. 2; науч. ред. П. Ф. Бровко. — Владивосток: Русский Остров, 2012. Пуляевский, Л. А. Очерки истории г. Нерчинска (к 275-летию города в ноябре 1928 г.). — Нерчинск: Нерчинский музей местного края и нерчинское отделение Дальневосточного общества краеведов,1929. Робинович, Г. Х. Крупная буржуазия и монополистический капитал в экономике Сибири конца XIX — начала XX в. — Томск, 1975. Рябов, Н. И., Штейн, М. Г. Очерки по истории русского Дальнего Востока. — Хабаровск, 1958. Семеновский, В. Рабочие на золотых приисках Амурской и Приморской областей. Сенник, Н. Из непростой истории Бриакана //Амгуньская правда. 2012. № 36 (8787) от 15.09. Смоляк, В. Г. Междоусобица (по следам нижнеамурской трагедии). — Хабаровск, 2009. Тихонова, А. Е. Твой родной край. — Хабаровское книжное издательство, 1982. Тигунцов, В. В., Дроздова, Г. Г., Анисимова, А. В., Троицкая, А. В. Экономическая и социальная география Хабаровского края. Ч. 2 КГПИ. — Комсомольск-на-Амуре, 2003.

324

Тренев, В. Г. Геннадий Иванович Невельской. — М., 1950. Трофимов, В. П. Хабаровский край: страницы истории. — Владивосток: Изд-во «Утро России», 1996. Фосс, Г. В. История золотой промышленности // Сборник материалов по геологии цветных, редких и благородных металлов». Вып. V / Труды ЦНЦГРН. — М., 1961. Хавкин, О. А. Дело Бутиных. — М.: Вече, 2015. Хрестоматия по географии Амурской области. — Хабаровское книжное издательство, 1986. Целищева, В. Н. Расцвет предпринимательской деятельности М. Д. Бутина // Забайкальский институт предпринимательства. Шренк Л. Об инородцах Амурского края. Т. 1. — 1883. Шишкин, С. Н. Гражданская война на Дальнем Востоке. — М.: Военное изд-во Министерства обороны СССР, 1957. Энциклопедия Хабаровского края и Еврейской Автономной Области. — Хабаровск, 1995. Эхо партизанских сопок. Гражданская война на территории Хабаровского края в воспоминаниях участников и заметках историков-краеведов. — Хабаровское книжное издательство, 1973. Эчъ, В. Исчезнувший город (Трагедия Николаевска/н/А). — Владивосток: Типография Иосифа Короть, 1920. Янчевский, А. И. Изыскания Николаевского тракта на участке Кербинский склад – Софийский прииск, произведенные в 1911 году // Материалы по исследованию путей сообщения Приамурского края. Дорожный отдел. Вып. XI. — Благовещенск, 1914. Ячнев, Д. В. Жилые, промысловые, хозяйственные постройки негидальцев (середина XIX–XX вв.). // Культурные и идеологические факторы регионализации.

325

СОДЕРЖАНИЕ Предисловие Приамгунье в древности Коренные народы Приамгунья Негидальцы Эвенки Землепроходцы Приамгунья Великая Северная экспедиция (1733–1743) Экспедиция А. Ф. Миддендорфа и В. В. Ваганова Секретная Забайкальская экспедиция (1849–1852) Амурская экспедиция (1850–1855) Аносов Н. П. Шмидт Ф. Б. Бух В. В. Нерпин А. И. Открытие золотоносности в Амгуньской системе Тетюков Х. П. Бутин М. Д. Нерпин А. И. Шадрин С. С. Компания «Ельцова и Левашова» Каншин А. В. Ахтамов С. А. Курбатов Г. Н. Степанов А. П. Надецкий А. П. Амгуньская золотопромышленная компания Амуро-Орельская золотопромышленная компания 326

Охотская золотопромышленная компания Золотодобывающие прииски Приамгунья В когтях «золотого дьявола» Золотник и доля Начало Коммуна «Ленкода» Амгуно-Кербинский горный партизанский полк Военно-политическая обстановка весной 1920 года Хочу сиять заставить заново Нерезов П. А. Соколята — «мушкетеры» Неожиданное нападение Работа «Соцмола» Билименко (Судаков) Г.Т. Бородкин А. М. Значение Николаевского тракта Дорога от Кербинской резиденции до приисков Амгуньской компании Дорога от Николаевского прииска до прииска Васильевского Тропа от прииска Васильевского до прииска Софийского Эвакуация Николаевские события Послесловие Словарь Литература

327

Карта археологических памятников раннего железного века в приамгунье

Каменное орудие 328

Польцевский сосуд

Польцевский сосуд

Негидальцы

329

Негидальские - сумка, пояс, ножны

Фрагмент негидальского ковра

Кумолан 330

Эвен

Негидалка

Костюм эвенкийский мальчик с Владимировки, П. Осипенко

Костюм эвенкийский на фото Алёна Труба П.Осипенко 331

Костюм эвенкийский. Бабушка Семенова Екатерина Алексеевна

Костюм негидальский ковер кумалан на фото Алина Клюева (Осипенко) 332

Нагрудник негидальский

Халат из рыбьей кожи

Кумолан из перьев птиц 333

Миддендорф Александр Федорович

Агте Николай Христианович

Карта путешествий Ф.Б. Миддендорфа 334

Карта речных систем 1 335

Карта речных систем 2 336

Карта речных систем

Шмидт Федор Богданович

Шварц Людовик Эдуардович 337

Схема маршрутов забайкальской экспедиции

338

Новейшая карта Восточной Сибири 1816

МУРАВЬЕВ

Аносов Николай Павлович 339

Картина Василия Романова Айгуньский договор

Невельской Геннадий Иванович 340

Чихачев Николай Матвеевич

Маршруты отрядов амурской экспедиции 1851-1854

341

Рапорт

342

Карта лимана составленная Д.И. Орловым

Бошняк Николай Константинович 343

Карта походов Н. К. Бошняка 344

Бух Владимир Васильевич

Бутин Михаил Дмитриевич

Шадрин Семен Савич

Ельцов Николай Васильевич

Левашов Василий Андреевич

Каншин Андрей Васильевич

Ахтамов Сагегитдин по середине внизу

Лоток 345

Самородок золота 195,7 Семи

Промывка золотоносных песков на бутаре 346

Карта приисков Кербинского района

347

Карта приисков Херпучинского района

348

Бочечная машина (Бочка)

Драга на р. Гонгрен 1910 год деревянная 349

Николаевский прииск

Пристань Ельцова и Левашова на Кербинском складе (Амгунь) 350

Драга на р. Гонгрен

351

Крест на месте погребения трех золотоискателей убитых хунхузами в 1912 году 352

Надпись на кресте на месте погребения трех золотоискателей убитых хунхузами

Экскаватор на Покровском прииске. Амгуньская золотопромышленная компания 353

Экскаватор Любек-СС подача песков в вагонетки Анаконда

Самоходный паровой экскаватор Оренштэйн Коппель 354

Участок АФАНАСЬЕВСК семифунтовая. Перевозили частями на быках

355

План планируемой Николаевской магистрали 1 356

План планируемой Николаевской магистрали 2 357

Гатированный участок Николаевского тракта (Керби-В.Горка) 1910 год

Брод через р Бурея в месте пересечения с Ниманской тропой 1914 год

Развалины моста 2017 г.

358

Царская дорога и остатки ливневки 2017 359

Будрин Иван Александрович

Обелиск Чераневу в Осипенко

Обелиск Чераневу у здания школы 360

Обелиск Череневу (Чераневу П. Д.) 2019 год 361

Днепровский Степан Петрович

Наумов начальник штаба растрелян в 1920 году Тряпициным

Лазо Сергей Георгиевич

Петр Нерезов с сыном

Тряпицин Яков Иванович

Лебедева Нина Михайловна

Генрихсон Г.И.

362