Issuu

Из бесед Любавичского Ребе. Смысл жизни - Тора и её заповеди Путеводитель праздника Шавуот Наталия Синяева-Панковская. Никогда больше Владимир Батшев. Дурная привычка Яков Шехтер. Читающий мысли Лиана Алавердова. Теневая сторона солнечного оптимизма Рабби Шмуель Нотик . Календарь Игорь Свинаренко. Русские любят всё плохое Встречи с Ребе Александр Матлин. Гарнитур несчастный Яков Фрейдин. Патриархальные времена Виктор Топаллер. Шапка Мономаха Григорий Галич. Калейдоскоп Анатолий Либерман. Наше обозрение

стр. 2 стр. 3 стр. 4 стр. 5 стр. 6 стр. 7 стр. 8 стр. 9 стр. 10 стр. 14 стр. 18 стр. 19 стр. 21 стр. 23

Счастливого праздника Шавуот!

Дорогие друзья!

Я от души поздравляю всю нашу общину, всех читателей «Шалома» с праздником Шавуот. Это один из самых дорогих еврейскому сердцу праздников, потому что в этот день – 6 Сивана - более трёх тысяч лет тому назад Всевышний даровал нашему народу Тору. Чем же нам особенно дорога Тора и ее заповеди? Ответ очевиден – после дарования Торы мы стали народом священников, народом Книги. Именно Тора помогла маленькому народу выжить, не покориться многочисленным врагам, сохранить единство и своеобразие. Тора – это достояние не только еврейского народа, это

достояние всего человечества. На Десяти Заповедях основана мораль и нравственность, они же легли в основу конституций всех цивилизованных стран. Нынче мы будем отмечать Шавуот 5 и 6 июня. Центральное событие праздника, который называют праздником рождения нашего народа, - это, безусловно, слушание Десяти Заповедей сразу же после утренней молитвы в синагоге. Все присутствующие при этом заново переживают тот благоговейный трепет, который первый раз наши предки испытали у горы Синай. Поэтому все евреи - мужчины, женщины и дети (включая младенцев) – должны слушать слова Десяти Заповедей. Приглашаю вас в наши синагоги утром 5 июня (см. рекламу на стр. 24). А 6 июня в синагогах будет читаться поминальная молитва Изкор. Друзья, хочу пожелать всем вам, чтобы радость Торы и близости к Творцу вы унесли из праздника – в будни. И пусть свет Торы освещает вашу жизнь, делая вас лучше, добрее, мудрее. Пусть Б-г услышит ваши молитвы. Крепкого вам здоровья, удачи, самого скорого прихода Мошиаха! Искренне ваш ребе Шмуель Нотик

2935 W Devon Ave, Chicago, IL 60659

F.R.E.E.

PERMIT 3223 CHICAGO, IL

PAID

NONPROFIT US POSTAGE

стр. 2

5782 июнь 2022

Выпуск 478

“SHALOM”

Published monthly by Synagogue F.R.E.E. The Samuel G. Bellows Educational & Cultural Center

Editor-in-Chief Rabbi Shmuel Notik Editor Yevsey Tseytlin

Synagogue & Headquarters: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com Rabbi/Executive Director Rabbi Shmuel Notik Building Campaign Chairman Shael Bellows Endowment Campaign Chairman Glenn Morris Director F.R.E.E. of Chicago Rabbi Levi Notik Director Satellite Center/ F.R.E.E. of Niles Rabbi Naftoli Hershkovich Associate Rabbi of F.R.E.E. of North Suburbs Rabbi Sholom D.Notik Youth Development Director Rabbi Ari Rendler Educational Center Abraham Lapson Hebrew School Social/Vacational Services Mrs. Chana Tsetlin Hecht Chassidus Library Lyuba Golz Russian Judaica Library Редакция: yevseyts@gmail.com Евсей Цейтлин (редактор) Алексей Лоскутов (дизайн) Рабби Элиэзер Бакалейник (консультант) Лариса Боярская Бела Горелик Илья Куксин Клара Левина Мила Левин Наталья Минина Владимир Темкин

Организация F.R.E.E. в Большом Чикаго Главный офис и синагога: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com www.obshina.com Центр в Riverwoods. Синагога и учебные классы Тел. (847) 444-1265 (773) 456-3441 Воскресная еврейская школа имени Абрама Лапсона Центр по подготовке к бар- и бат-мицве Тел. (847) 830-8152 Синагога в Des Plaines: 9401 Margail, Des Plaines, IL 60016 Tel. (847) 296-1770 Редакция ежемесячника “Шалом” и еженедельной радиопрограммы “Беседы об иудаизме” 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: yevseyts@gmail.com

Редакция не отвечает за содержание объявлений и не гарантирует кошерности предлагаемых продуктов. Мнения, высказываемые авторами публикаций, необязательно совпадают с мнением редакции. Присланные рукописи не возвращаются, в переписку по этому поводу редакция не вступает. Перепечатки возможны только с разрешения редакции. Дизайн является собственностью газеты.

СМЫСЛ ЖИЗНИ – ТОРА И ЕЕ ЗАПОВЕДИ

Из посланий Любавичского Ребе

Вы не виновны в своем неверии, его вам внушали с детства. И если вы хотите понять иное мировоззрение, охватывающее все стороны новой для вас жизни, в первую очередь нужно избавиться от воспитанной в вас предубежденности. Откажитесь от навязчивого стремления искать в религии пороки и недостатки. Проявите интерес к ней, раскройте глаза и уши, читайте и спрашивайте. Не случайно наши мудрецы говорят: "Стесняющийся (задавать вопросы) не может преуспеть в учении". Сегодня мы отмечаем Шавуот праздник вручения Торы. Ваш рационалистический ум немедленно задается вопросом: а можно ли доказать, что Тора была дана с горы Синай Всевышним? Постараюсь ответить. Когда вы совершаете какое-то действие, требующее, например, значительных усилий или денежных средств, вы не стремитесь, как правило, путем личной проверки обрести стопроцентную уверенность в результатах, а полагаетесь на опыт других людей. Проанализировав свое поведение, вы обнаружите: в жизни своей вы в основном полагаетесь не на собственные познания, а на опыт других людей - конечно, если у этих людей нет каких-либо мотивов для обмана. И чем больше свидетельств истинности чего-либо, тем охотней вы верите им. Более того, даже в вопросах жизни и смерти, например, при серьезной операции, вы доверяетесь оперирующему врачу только на том основании, что десять или двадцать лет назад он обучался у опытного хирурга и, как вы слышали, стал хорошим врачом. Особенно если люди единодушно утверждают - он лечил их успешно. Полагаясь на это, решаются на серьезную операцию, хотя и сам врач признает, что он всетаки может ошибиться. В серьезных делах люди не ограничиваются свидетельством одного человека, а ищут подтверждения у многих. Подобная практика особенно распространена при уяснении собы-

тий прошлого. Хотя и невозможно проверить истинность того или иного события былых времен, тем не менее нормальный человек не станет сомневаться в идентичных утверждениях трех или четырех исследователей истории. А когда историки противоречат друг другу в частностях, признается истинным мнение большинства. И если оно весьма значительно - десять, сто или тысяча против одного - данное утверждение принимается в качестве неоспоримой истины. Тора дана Всевышним с горы Синай - это не новость для нашей эпохи. Так передали нам родители, а они в свою очередь узнали об этом от своих родителей. От поколения к поколению восходит это предание к детям тех евреев, которые вошли в Обетованную Землю и узнали от своих родителей, вышедших из Египта, как они стояли у Синайской горы и слышали: "Я ваш Б-г..." Исключено, чтобы слух об этом возник внезапно в одном из промежуточных поколений; не может быть, чтобы сотни тысяч людей договорились распространять молву о таком событии, как дарование Торы евреям. Безусловно, один говорил бы другому: "Что это еще за новость?" и такой скептицизм неминуемо разрушил бы нашу веру. В Талмуде говорится, что еще накануне исхода евреев из Египта Моше сказал: "Б-г обещал вручить нам Тору после освобождения из египетского рабства". Сыны Израилевы нетерпеливо ждали этого дня, они понимали: нет и не может быть подлинной свободы - и от угнетателей, и от собственных дурных наклонностей - без четкого свода законов справедливости и праведности. Но такие законы может дать только Создатель всего человечества; Он единственный знает, что для людей хорошо. Тора содержит в себе руководство к жизни, ключ к пониманию нашего существования на протяжении всей истории человечества, ибо Тора вечна, как и даровавший ее. Она не только сборник теоретических и фи-

лософских основ, но и практический путеводитель, актуальный всегда и везде. Именно в Торе - в Письменном и Устном учениях - отчетливо указан смысл жизни человека на земле. Мы не можем обрести настоящей свободы, если не обяжем себя соблюдать заповеди Его святой Книги. Как и наши предки на горе Синай, мы должны заявить: "наасе венишма" будем исполнять и слушать! - только в этом случае мы обретаем свободу. Евреи в Египте решили принять Тору, чем заслужили право на свободу от рабства. То же самое относится и к нашим дням: возврат к Торе и соблюдение ее заветов даст нам истинное и полное освобождение уже сегодня. "Каждый еврей, - говорит Рамбам, обязан изучать Тору: беден ли он или богат, крепок ли телом или измучен болезнями, юноша он или старец, и даже бедняк, просящий у дверей, обязан установить часы для изучения Торы, ибо сказано: "Изучай ее днем и ночью". Ежедневное изучение Торы жизненно важно не только для самого изучающего, но и для его домочадцев. Ибо тогда атмосфера дома пронизана атмосферой Торы и благоговения перед Всевышним. Тремя венцами увенчан Израиль: венцом Торы, венцом священнослужения и царским венцом. Венец Торы величественнее остальных. И он приготовлен для каждого еврея. Всякий, кто пожелает, - придет и возьмет его. Ибо сказано: "Наследие она (Тора) обществу Яакова". Наследник принимает все, что досталось ему в наследство, независимо от его личных качеств и положения в обществе; он удостаивается наследства лишь потому, что он - сын. Сказано: "сыны вы Всевышнего", и Тора дана вся как она есть в наследство каждому еврею. И не должен он допустить, чтобы Тора была забыта.

стр. 3

5782 июнь 2022

5-6 июня 2022

Праздник Шавуот мы отмечаем в честь величайшего события в истории человечества – Синайского Откровения. В этот день в 2448 году от сотворения мира (1312 г. до н.э.) Всевышний даровал евреям Тору и Десять Заповедей морально-этическую основу всей человеческой цивилизации. Название Шавуот, которое дано этому празднику в Торе, буквально означает "недели" и это обусловлено тем, что его отмечают после отсчета семи недель, начиная со второго дня Песаха. В Талмуде употребляется также название Ацерет ("завершающий праздник"), выражающее идею о том, что день дарования Торы неразрывно связан с днем нашего освобождения из рабства.

Путеводитель праздника Шавуот

Праздник Шавуот мы отмечаем 6-7 сивана (в 2022 году – 5-6 июня) в честь величайшего события в истории человечества – Синайского Откровения. В этот день в 2448 году от сотворения мира (1312 г. до н.э.) сыны Израиля получили от Всевышнего Тору и Десять Заповедей - морально-этическую основу всей нашей цивилизации. Праздник Шавуот выражает глубокую идею о том, что физическое освобождение от рабства и даже завоевание политической свободы не имеют особого значения до тех пор, пока не достигнута свобода духовная, основанная на признании единственной власти - власти Всевышнего и Его заветов. В сидуре (молитвеннике) Шавуот называется "временем Дарования Торы нашей". На вопрос, почему его не называют "временем принятия Торы нашей", мудрецы отвечают, что лишь Дарование Торы можно отмечать как знаменательный момент, произошедший некогда в прошлом, тогда как принятие Торы вечный процесс, не ограниченный ни временем, ни пространством. Название Шавуот, которое дано этому празднику в Торе, буквально означает "недели" и это обусловлено тем, что его отмечают после отсчета семи недель, начиная со второго дня Песаха. В Талмуде употребляется также название Ацерет ("завершающий праздник"), выражающее идею о том, что день дарования нам Торы неразрывно связан с днем нашего освобождения из рабства. Шавуот, как и другие наши праздники, тесно связан со Страной Израиля. Это подчеркивается двумя другими его названиями: Хаг-гакацир - "праздник жатвы" - и Йом-габикурим - "день первых плодов", ибо он совпадает с началом жатвы пшеницы и сбором плодов, которые приносили в Иерусалимский Храм в качестве благодарственной жертвы.

Некоторые законы и обычаи праздника

Шавуот, как и все еврейские праздники, начинается вечером (предыдущего дня, то есть в 2022 году - вечером 4 июня), с заходом солнца. Однако, празднование не начинают до "выхода звезд", ожидая, чтобы окончились сорок девять полных суток "счета Омера" (дней между Песахом и Шавуотом; вручение Торы произошло ровно через семь недель после исхода из Египта, поэтому день этот называется Шавуот - "Праздник Недель"). Но законы, связанные с праздником, вступают в силу, конечно, с момента захода солнца. Шавуот имеет статус "праздника из Торы" – Йом-Тов; в этот день запрещено все то, что, с точки зрения законов субботы, считается работой (кроме варки еды и перенесения огня). Когда существовал Храм, евреи в Шавуот совершали восхождение в Иерусалим и приносили бикурим – первые плоды урожая. Сегодня, когда Храм еще не восстановлен и мы не можем отпраздновать Шавуот так, как это предписывается Торой, главное для нас – это попытаться вновь пережить Дарование Торы, ощутить его как событие нашей жизни. В первую ночь праздника принято не спать, а изучать Тору. Этот обычай носит название Тикун - в дословном переводе "исправление (мира)". Мудрецы Каббалы указывают распорядок занятий на всю ночь праздника Шавуот, который включает чтение отрывков из Письменной Торы, Устной Торы, книги Зогар, а также изучение 613 заповедей. Обычай устраивать Тикун основан на словах из Зогар, главной книги Каббалы, восхваляющих тех, кто не спит ночью в Шавуот, предвкушая час получения Торы. У наших отцов существовал обычай начинать учить маленьких детей Торе именно в Шавуот. Рано утром детей вели в синагогу, как сказано в Писании: "И было на третий день, при наступле-

Выпуск 478

нии утра..." (Исход 19:16). Приносили табличку, на которой написаны буквы алфавита и несколько отдельных стихов. Например: "Моше заповедал нам Тору, наследие общины Яакова" (Второзаконие 33:4). Учитель читал каждую букву, а ребенок повторял за ним. Учитель клал на табличку немного меда, а ребенок слизывал мед с букв. Пекли специальный медовый пирог, на котором были написаны стихи из Торы, и после окончания урока детям давали съесть этот торт. И для взрослых, ранее не учивших Тору, самый лучший способ отпраздновать Шавуот - приступить к ее изучению. Существует обычай украшать дом и Синагогу зеленью, цветами, ветвями деревьев, напоминающими нам о зелени, росшей вокруг горы Синай, когда мы получили Тору. Символическая параллель: сиван - месяц расцвета природы. Дарование Торы - расцвет еврейского народа. В пятницу 3 июня мы зажигаем субботние свечи в 20:03. При этом мы произносим следующее благословение: Борух Ато А-дой-ной Э-лой-эйну Мелех Оойлом Ашер Кидшону Бмицвойсов Вцивону Леадлик Нейр Шел Шабас Койдэш. «Благословен Ты, Б-r, Всесильный наш, Владыка вселенной, освятивший нас Своими законами и заповедавший нам зажигать свечи в честь Святой Субботы”. 4 и 5 июня мы зажигаем праздничные свечи после 21:16. Нельзя зажигать свечи раньше указанного времени, и их нужно зажигать только от огня, зажженного до наступления субботы. Зажигая праздничные свечи, произносят следующие благословения: Борух Ато А-дой-ной Э-лой-эйну Мелех Оойлом Ашер Кидшону Бмицвойсов Вцивону Леадлик Нейр Шел Йойм Тойв. “Благословен Ты, Б-r, Всесильный наш, Владыка вселенной, освятивший нас Своими законами и заповедавший нам зажигать свечи в честь праздника”. Борух Ато А-дой-ной Э-лой-эйну Мелех Оойлом Шеэхейону Вкиймону Вэигиону Лизман Азе. “Благословен Ты, Б-г, Всесильный наш, Владыка вселенной, который даровал нам жизнь и поддерживал ее в нас и дал нам дожить до сего времени”. Вечером с наступлением праздника устраивают большую трапезу. Перед ней делают кидуш (освящение над бокалом вина). Днем также устраивают праздничную трапезу с кидушем. В этот день принято есть молочную пищу - в память о том, что, когда евреи получили Тору, законы о кошерном мясе и о разделении мясного и молочного были трудны и непривычны для них и они некоторое время ели только молочную пищу. С тех пор, отдавая дань прошлому, на Шавуот перед обедом едят что-либо молочное и лишь затем в отдельной посуде подают праздничные мясные блюда. При этом следует помнить и соблюдать законы, разделяющие мясной и молочный стол.

Чтение Десяти Заповедей

Главное событие праздника - это, безусловно, слушание Десяти Заповедей во время чтения свитка Торы сразу же после утренней молитвы. Все присутствующие при этом встают, заново переживая тот благоговейный трепет, который первый раз евреи испытали у горы Синай. В этот момент важно не понимание священного языка и смысла заповедей, а сам факт присутствия и участия в происходящем. Поэтому все евреи - мужчины, женщины и дети (включая младенцев) - должны быть в эти минуты в синагоге и, как три тысячи лет тому назад, слышать слова Десяти Заповедей, вне зависимости от того, понимают они священный язык или нет. Ведь их души способны воспринять святость происходящего!

Изкор

Во второй день праздника Шавуот (так же, как и в Йом-Кипур, Шмини-Ацерет и в последний день праздника Песах) после чтения Торы, те, у кого нет кого-то из родителей, читают поминальную молитву Изкор за души умерших родственников и принимают обещание сделать пожертвование в их заслугу.

стр. 4

5782 июнь 2022

Выпуск 478

НИКОГДА

БОЛЬШЕ

Наталия Синяева-Панковская Почему организация «Никогда больше» возникла именно в Польше? Всё так плохо с расизмом и антисемитизмом? – Организацию основал поэт и активист Мартин Корнак. Изначально это была просто неформальная группа молодых людей. В 1990-е они стали вести мониторинг случаев расизма и ксенофобии, помогали студентам Африки и Азии, учившимся в польских университетах – тогда была сильная волна против них. Сегодня «Никогда больше» выросла в одну из самых авторитетных правозащитных организаций в стране. К ней обращаются за экспертизами, комментариями, исследованиями. На страницах одноимённого журнала публиковались Марек Эдельман, Владислав Бартошевский и Ежи Клугер. Среди наших авторов был и знаменитый писатель и журналист Стиг Ларссон. В числе прочего здесь ведут проект «Коричневая книга», где фиксируют факты антиеврейских проявлений в Восточной и Центральной Европе. Уже набралось несколько томов. Как мутирует антисемитизм в мире, где с ним пытаются порой законодательно бороться? – Антисемитизм находит другие формы, более закрытые. Есть исследование австрийского профессора Рут Водак, которая утверждает, что антисемиты сегодня высказывают свою точку зрения завуалированно, через аллюзии. Кто-то, обращаясь к аудитории, использует стереотипы – понимая, что часть общества не считает это антисемитизмом. Кто-то использует контекст: очень важно, в какой момент и для какой аудитории поднимается еврейская тема. Одна из форм современного антисемитизма – искажение фактов о Хо-

Как поляки сживаются с тем, что убивали евреев во время войны, и почему опасно «торговать» Холокостом, рассказала в интервью Jewish.ru Наталия Синяева-Панковская, координатор проектов в польской ассоциации «Никогда больше». локосте. Не только отрицание, с которым всё более-менее понятно – оно запрещено в ряде европейских стран, в России, Канаде, Израиле, – а именно искажение. Кто-то замалчивает определённые моменты истории, кто-то сводит движение Сопротивления к патриотическим клише или использует образы тех, кто спасал евреев, в националистических целях. С прямыми «отрицальщиками» всё проще. Вот был французский отрицатель Холокоста, Робер-Фориссон Аткен, профессор университета в Лионе. Он утверждал, что нацисты не пользовались газовыми камерами, что эти мифы создали сионисты и что даже дневник Анны Франк – подделка. Его наказали в судебном порядке. В свою очередь, понятие «искажение» – очень обтекаемое, его бывает трудно идентифицировать и доказать. Аргументы и тактика искажающих факторов могут варьироваться от страны к стране – в зависимости от, например, опыта страны во время и после Второй мировой войны. Было ли государство оккупировано нацистами или членом «оси»? Было ли оно нейтральным или одним из союзников?

Вы боролись против распространения в Польше книг британца Дэвида Ирвинга, который утверждал, что Гитлер ничего не знал об уничтожении евреев в Европе. Ирвинг – «отрицальщик» или скорее тот, кто «искажает»? – Ирвинг опасен. Он начинал как уважаемый историк, написавший несколько книг о Второй мировой войне. Но потом изменился. Этот человек устраивал туры – собирал группы для поездок в бывшие лагеря смерти на территории Польши, чтобы пропагандировать свои идеи. В одно время он утверждал, что в

Освенциме не было газовых камер, в другое – что Холокост был, но «Гитлер был не в курсе» (в 2006 году суд в Австрии приговорил Дэвида Ирвинга к трём годам заключения. Тот отсидел 13 месяцев, после чего приговор заменили условным сроком. – Прим. ред.). В Польше удалось добиться исключения книг Ирвинга из продажи на главных онлайн-платформах. Это стало возможным как раз благодаря протестной кампании ассоциации «Никогда больше».

Проблема антисемитизма все еще остро стоит в Польше в XXI веке? – Парадоксально, но факт: еврейские общины сегодня малочисленны, но антисемитизм всё равно стоит на повестке дня. Это встречается не только в Польше. Данный феномен трудно искоренить, поскольку это составная часть национальной идентичности. Именно об этом говорил профессор Иегуда Бауэр, один из самых известных специалистов в мире по Холокосту. Он писал: не существует такого понятия, как антисемитские гены. Но есть культурный код, в который встроен антисемитизм – он передаётся через культурную и социальную среду.

Что происходит в Европе с неонацизмом? Ещё несколько лет назад казалось, что радикальные неонацистские группировки – артефакт, пережиток 90-х и «нулевых». Но уже сегодня полиция Германии, Франции, скандинавских стран регулярно отчитывается о разоблачении целых подпольных кланов. – Проблема есть везде: как в ЕС, так и за его пределами. Ультраправые группировки и партии занимают маргинальное положение, но всё

равно они вредны и опасны. Интернет позволяет им распространять информацию и координироваться. Как отмечает один из главных исследователей неофашизма Рафал Панковский, эти группы уже не зависят от территориальных границ, они стали более глобализированы: например, шведские неонацисты могут приехать и поддержать своих польских товарищей. В Польше есть несколько таких организаций. Представляют угрозу также праворадикальные партии – особенно, если они используют антимигрантскую идеологию или скрытый антисемитизм. Определённая часть общества верит им.

Вы редактировали перевод книги «Золотая жатва» историка Яна Томаша Гросса. Не все в Польше были готовы принять эту работу, где речь идёт о крестьянах, которые искали золотые зубы и золото у убитых евреев в Треблинке. – Действительно, часть аудитории была настроена против Гросса. Его обвиняли в «антипольскости», в искажении фактов. Такие моменты истории трудно принять. Ведь многие отрицали участие поляков в антиеврейских погромах в 1941 году и сваливали убийства евреев на немцев. Гросс показывает, что это не так. Он сам выходец из Польши, жил в США, преподавал в Принстонском университете. Сейчас живёт в Берлине. «Золотой жатве» предшествовали две другие книги – «Соседи» и «Страх...». В первой Гросс рассказывал о погроме, который произошёл в городке Едбавне в 1941 году с участием местных крестьян. Евреев тогда согнали на рыночную площадь, избили, а затем запустили в сарай, который облили керосином и

стр. 5

5782 июнь 2022

Выпуск 478

Поздравляем!

Редакция ежемесячника «Шалом» сердечно поздравляет с 75-летием известного писателя, поэта, публициста Русского зарубежья Владимира Батшева. Он – автор многих книг и публикаций, председатель Союза русских писателей Германии, главный редактор журналов «Литературный европеец» и «Мосты». Желаем юбиляру крепкого здоровья, вдохновенья, долгих радостных лет!

Владимир Батшев

Дурная привычка

Это какая же дурная, спросит любопытный. Отвечу – привычка к войне. Нельзя привыкать к войне. Но с утра все равно смотришь в телевизор или лезешь в компьютер, чтобы узнать новости с украинского фронта. И ничего не поделаешь, мы не американцы, до которых далеко Путину. Мы – европейцы (не только литературные) и потому знаем: после Украины сумасшедший Путин пойдет на Европу. На Балтию, Польшу и – далее везде… Как и все, я долго не верил в то, что война будет. Не считал Путина сумасшедшим. А старейший писатель Раздольский считал его таким, и постоянно мне о том напоминал. Что ж, ветеран второй мировой оказался прозорливее ветерана холодной войны. Не один Виталий Александрович оказался умнее меня, были и другие. Но мне не хотелось верить, и в результате неверия два месяца идет бойня. А что ты мог сделать, спросит тот же любопытный. Да, я ничего не мог сделать. Я не Господь и войну предотвратить не мог. Но хотя бы был к ней готов. Два месяца Украина упорно сопротивляется. Запад активно стал помогать (после того, как его прогнозы о быстром крушении Украины под сапогами путинских головорезов не оправдались). У подожгли. «Страх...» – о погроме в Кельце в 1946 году. Его причиной послужил кровавый навет – и недовольство поляков, которые во время Холокоста заняли дома евреев, а после войны им пришлось разбираться с теми выжившими, которые решили вернуться. Каждая из книг Гросса вызывала огромный резонанс. Информационной атаке подверглись и его последователи, которых тоже обвиняли в манипуляциях. Это очень болезненная дискуссия в Польше, она идёт с трудом. Но её результаты уже видны: многие поляки стали более критично относиться к своему про-

немецких социал-демократов, которые сегодня у власти, вечное желание усидеть на двух стульях – и Россию осудить, и о своих интересах не забыть. У американцев «афганский синдром». Они боятся передавать Украине много оружия, потому как опасаются, что может повторится ситуация в Афганистане, где они потеряли очень много техники. Вдруг Россия победит. Поэтому и американская помощь не та и не в тех масштабах, которая могла бы быть. Но пока Киев не получил самолеты, украинская армия не сможет перейти в наступление и отбросить российских агрессоров со своей территории. А самолеты Украине пока не поставляют даже по ленд-лизу. Боятся Путина, пацана с блатными замашками из питерской подворотни….А вдруг он применит ядерное оружие, а вдруг химическое… Пацан с понтами из подворотни ничего не применит – во-первых, ядерные заряды в снарядах протухли, во-вторых, в ответ получит аналогичный, если не мощнее ядерный удар. Поэтому его бандитам только и остается – убивать, грабить, мародерствовать, насиловать. Гнилозубые российские интеллигенты ахают: «Ах, не могу поверить, что русский солдат убивает и насилует украи-

нок». Во-первых, не русский, а российский солдат. Во-вторых, дядя забыл, что подобное было в Афганистане, а еще раньше, когда советская армия вошла в 1944 году в Европу, 900 тысяч только немецких женщин были изнасилованы «освободителями». О количестве убитых не говорю… За время путинского правления выросло целое поколение. Не только поколение пьяниц, воров и предателей. Но и поколение убийц. И миллионы молчаливых пособников, отравленных телевидением. И что они несут на Украину? А вот что - в оккупированном российскими войсками городе Геническ в Херсонской области Украины первое, что сделали российские «освободители» установили памятник Ленину. Дескать, мы вас научим советскую власть любить. Это я в адрес тех недоумков, которые повторяют, что советской власти теперь в России нет. Да называйте вы ее как хотите, была она и останется советской – подлой, лживой, жестокой, античеловеческой. Но недоумки не унимаются – так они любят родную советскую власть, что переселившись в Германию продолжают о

ней радеть! Настолько радеют, что полиция и прокуратура нескольких регионов Германии расследуют около 150 дел об одобрении войны России против Украины. Об этом сообщила немецкая пресса в понедельник, 18 апреля. Большинство открытых дел касаются использования буквы "Z", которая стала символом российского нападения. Изображение этой буквы в общественных местах подпадает под 140 статью немецкого Уголовного кодекса, которая предусматривает штраф или лишение свободы до трех лет для тех, кто "поощряет или иным образом …одобряет публично, на собрании или путем распространения письменных материалов" противоправные действия. Мы не будем привыкать к войне, но помнить о ней нам приходится. Еще не одна Буча откроется нам. Еще не один уничтоженный Мариуполь заставит вздрогнуть. Мы – писатели, и мы всегда помним о том, что война кончится, а литература останется. И литература расскажет и о Буче, и о Мариуполе. Мы всегда будем помнить о том, что несет Россия в Европу – то, от чего мы отвыкли за годы жизни здесь – НЕСВОБОДУ. («Литературный европеец», №292)

шлому. Вырос интерес к истории евреев, которые жили здесь. Подобные дебаты происходили и происходят в других странах Европы.

тивников «антиковидных» вакцин. Они используют своим символом еврейские звёзды из гетто и сравнивают себя с евреями времён Холокоста. Тривиализация Холокоста встречается и среди политиков, в том числе и в контексте последних событий. Пример банализации – продажа сувениров о Холокосте с целью извлечения прибыли. Я встречала такое возле музея Аушвиц-Биркенау. А универсализация – это когда рассказывают, что Холокост был всего лишь одним из многих исторических событий, таким образом умаляя глубину его трагедии.

Ваш прогноз: человечество в целом способно изжить в себе шовинизм и ксенофобию? – Увы, полностью изжить это будет трудно. Предрассудки есть в каждой стране. Но можно постараться минимизировать их различной деятельностью просветительского характера. Быть открытыми и давать информацию тем людям, у которых много стереотипов, но пока мало знаний.

Вы часто говорите о том, что Холокост сегодня подвергся «банализации», «тривиализации» и «универсализации». Можете объяснить на конкретных примерах, что это значит? – Тривиализация – это такая форма искажения. Когда символику и терминологию Холокоста используют, чтобы сравнить его с гораздо менее значимым событием. Из последних примеров: движение про-

Олег Дашевский Jewish.ru

стр. 6

5782 июнь 2022

Выпуск 478

Яков Шехтер

Холеные лошади резво тянули карету по грязи. Вторую неделю дожди, осень, мархешван, льет, как и заведено. В такую погоду лучше всего сидеть дома, пить горячий сладкий чай с лимоном и вдыхать дразнящий запах старых книг. Но у раввина Меира Маргалиота, главы раввинского суда Городенка и Язловиц1, дел невпроворот. Его ждут в десятке городов, он живое олицетворение закона, и его решения должны быть ясными, четкими и однозначными. Даже в дороге, разложив бумаги на откидном столике, раввин изучал подробности дел, а потом, откинувшись на мягкую спинку, перебирал в памяти параграфы «Шулхан Аруха» и современных респонсов, отыскивая наиболее подходящие. Мудрость, она в мелочах. Невежда с легкостью выберет вроде бы похожий случай из закона и применит его к рассматриваемому делу. Применит, и ошибется. Необходимо много лет учиться, обладать прекрасной памятью и накопить солидный опыт, чтобы точно выбрать из всего многообразия разбираемых законом случаев именно тот, который подходит. Иногда раввин Меир переводил взгляд за окошко. Из низких серых туч сеялся редкий дождик, задувал ветер, голые деревья зябко шевелили черными ветками. Промозгло, неуютно, тускло. Ну, недолго терпеть, выпадет снег и все вокруг неузнаваемо переменится к лучшему. Одно неприятное происшествие не давало покоя раввину. Мелочь, пустяк, несуразица. Но оно возвращалось раз за разом, и как он ни пытался с ним совладать – ничего не получалось. Карета начала замедлять ход и вскоре остановилась. Раздался возмущенный голос кучера, но слова были неразличимы. Спустя несколько минут дверца отворилась, и кучер, возникший в проеме, негодующе произнес: – Тут какой-то крестьянин загородил телегой дорогу. Хочет с вами поговорить. – Со мной? – удивился раввин. – Да-да, именно с раввином Меиром Маргалиотом. Раввин застегнулся на все пуговицы и выбрался из кареты. Дождь 1Городки неподалеку от Станислава, ныне Ивано-Франковск.

6 Сивана (5 июня) – Йорцайт основоположника хасидизма Баал Шем Това перестал, но армяк на человеке, стоявшем возле обочины, промок и почернел. В зубах он сжимал курительную трубку, из которой то и дело поднимались клубы ароматного дыма. Раввин присмотрелся. Да, они были знакомы. Когда-то этот еврей был резником в деревушке Кошиловицы и много лет назад Меир, тогда еще подросток, прожил у него в доме несколько недель. О, ребе Исроэль произвел на него тогда огромное впечатление. Он помнит, как сказал отцу, что этот скромный деревенский шойхет мудрее и богобоязненее самых больших раввинов. – Здравствуй, Меирке, – ласково улыбнулся реб Исроэль. – Я слышал, что ты проедешь мимо, и решил взглянуть на тебя. Раввин не знал, что ответить. Уже много лет его никто не называл «Меирке». – Хорошо, что мы встретились,– вместо ответа произнес он. – Я давно хотел кое-что спросить. – Спрашивай, – ребе Исроэль выпустил из трубки особо большой клуб дыма. – О вас рассказывают чудеса, граничащие с небылицами. В нашей традиции Бааль Шем называют того, кто повелевает ангелами. Это правда? – Мало ли что про меня рассказывают, Меирке. Бааль Шем Тов означает, что я умею читать мысли. – Вот как? – вскинул брови раввин. – В самом деле? Тогда расскажите, о чем я сейчас думаю. Бааль Шем Тов выбил пепел из трубки и спрятал ее за пазуху. – Вот уже пятый шабес подряд, – сказал он, глядя прямо в глаза рав-

вина, – во время молитвы «Шмоне Эсре» ты вместо субботних благословений читаешь будничные и спохватываешься, только когда доходишь до середины. Раввин побледнел. – Это верно, – произнес он сдавленным голосом. – Я не понимаю, как оно происходит. Беру в руки молитвенник, не отрываю глаз от страницы и все равно сбиваюсь. Наваждение какое-то! – Вовсе нет, Меирке. Просто ты слишком строг, и к себе, и к тем, чьи дела рассматриваешь. От этой строгости все внутри тебя натянуто, точно скрипичная струна. А человек – не скрипка. Понимаешь? – Нет, не понимаю. – Если струна рвется, ее можно заменить. То, что рвется внутри человека, ни заменить, ни починить уже невозможно. Пока ты начал сбиваться только в молитве, но это лишь предупреждение. Дальнейшее может оказаться значительно серьезней. – Что же делать, ребе Исроэль, что мне делать? – Ослабь поводья, Меирке. Не гони так лошадей. Будь снисходительнее и к подсудимым, и к самому себе. Тогда все наладится. Ладно, мне пора, рад был тебя повидать. Бааль Шем Тов забрался в телегу. Кучер, явно нееврейского вида, свистнул коням, и те неожиданно легко потащили телегу по размокшей дороге. Раввин Меир Маргалиот смотрел ей вслед, пока та не скрылась за поворотом. Над головой звучно ударил гром. Тягучий раскат прокатился через ветки придорожных вязов и оттуда с беспорядочным гомоном поднялись

галки. Дождь наотмашь хлестнул по лужам, и раввин поспешил укрыться в карете. Его ждали в местечке неподалеку. Обычно глава раввинского суда останавливался только в городах, на посещение деревень и местечек у него просто не хватало времени. Но тут случай выдался особым, он был обязан лично опросить свидетелей и вынести решение. Жил в селе Красноставцы зажиточный еврей по имени Гирш, владелец придорожной корчмы. Мысли у него были коротки, как и полы его одежды. Подражая проезжим, он носил кафтаны, делающие его похожим на иноверцев. Да и вел он себя так же, как они; в еврейской общине Красноставца на Гирша, отчаявшись увещевать и уговаривать, просто махнули рукой. Ни в синагогу, ни на уроки он носу не казал, просить у него деньги на бедных давно отчаялись. Жизнь его проходила между пьяными и полупьяными крестьянами, чем он занимался, кроме продажи водки, никто не знал. И хоть полагается любить каждого еврея, но где взять душевные силы на любовь к такому пустобреху? Остроумцы общины утверждали, будто если Гиршу отрубить голову, она полетит вверх. В общем, не еврей, а оторви да брось. Поэтому и жил бобылем, рано овдовев. Вторично жениться он даже не пытался, и правильно делал, ведь ни одна порядочная женщина не захотела бы связать свою судьбу с этаким позорищем. В паре верст от Красноставца арендовал имение Иче-Хаим. Вот это был настоящий еврей, знаток ПиОкончание на стр. 20

стр. 7

5782 июнь 2022

Лиана Алавердова

Прежде я большей частью однозначно восхищалась несокрушимым американским оптимизмом: желанием видеть стакан наполовину полным, а не наполовину пустым, неудержимым стремлением к новому, лучшему, самому-самому, будь то бизнес, карьера, или высота зданий, верой в то, что добро побеждает зло, правда торжествует, а злодей в конце фильма обязательно бывает наказан активным позитивным героем. Это еще и вера в себя, и желание брать ответственность за свои дела и поступки, а не перекладывать все на дурное правительство, соседей, родителей, влияние среды и т.д. В то же самое время я не могла не замечать некую натужность и ненатуральность постоянного оптимистично-позитивного взгляда на вещи. Искусственность такого подхода сродни услужливо-фанерному смеху за кадром в комических мыльных операх. Мне не близко стремление придать позитивный оттенок даже похоронам, когда окружение умершего превращает похоронный ритуал в некое шоу, где вместо оплакивания кончины близкого человека им надо изо всех сил стараться изображать «празднование» его жизни, как будто они на юбилее. Улыбка, невзирая ни на что, стремление видеть всегда и везде светлую сторону вещей в противоположность теневой часто кажутся односторонними и недалекими, как, впрочем, и готовность к плохим вестям и негативный взгляд на вещи, присущие нашим людям. Амбивалентное мое отношение к американскому позитивизму недавно нашло свое подкрепление в книге Барбары Эренрайк (Barbara Ehrenreich) под названием «Bright-Sided. How the Relentless Promotion of Positive Thinking Has Undermined America» Metropolitan Books, Henry Holt and Company: New York, 2009. Когда я прочла заголовок книги, который в переводе на русский означает «Светлая сторона. Как безостановочная пропаганда позитивного мышления разрушает Америку», то я обрадовалась, что наконец-то кто-то из американцев увидел, как опасен односторонний подход к вещам. И не ошиблась. Книга не только докапывается до культурно-исторических корней американского позитивизма, но и прослеживает победоносное шествие этого феномена по всей Америке и далее. Не со всеми взглядами автора я солидарна. Так, например, она, на мой взгляд, чисто по-демократски озабочена разоблачением роскошной жизни пресловутого одного процента и рвется исправлять социальные условия, то есть попадает в ловушку вульгарно-социологического подхода, которым грешат многие демократы и иные сочувствующие социалистическому проекту граждане. Мол, надо менять социальные условия, а не взгляд на них. Что ж,

Из цикла «Непохожие на нас американцы» меняй или не меняй, но при любом социальном строе имущественное равенство остается недостижимой и ненужной мечтой. Но если оставить в стороне мои разногласия с автором, о которых она, к счастью, и не подозревает, то во всем остальном не могу не подивиться зоркости ее взгляда. Перечислю несколько моментов, привлекших мое внимание. Американцы потребляют две трети производимых в мире антидепрессантов, которые, к тому же, – наиболее широко распространенное в США лекарство (каждый десятый американец употребляет антидепрессанты). Несмотря на это, согласно данным международного исследования, американцы отстают по ощущению счастья, занимая двадцать третье место в мире, невзирая на активную борьбу с депрессией, включая те же антидепрессанты. То есть позитивное мышление превалирует в Америке не оттого, что все так уж счастливы, а потому, что оно укоренилось в национальной идеологии и стало частью практики, умственного тренинга, заставляющего индивида воспринимать действительность в позитивном ключе. Чем это угрожает Америке? За примерами далеко ходить не надо. Трагедия 11 сентября, считает автор, произошла не от недостатка воображения, как утверждали после катастрофы, а неспособности или отсутствия намерения вообразить худшее. Точно также были предупреждения о том, что дамбы Нового Орлеана не устоят от наводнения, и находились отважные экономисты, утверждавшие,

что в 2008 г. грядет финансовый кризис. Беда в том, что их никто не слушал, а некоторых даже увольняли за неприятные новости. Интересно, что ранний американский капитализм, пропитанный известной протестантской этикой, смотрел на вещи гораздо более мрачно, призывая отказывать себе в искушениях и удовольствиях, работать до седьмого пота и уж точно не транжирить деньги, впадая в потребительскую горячку. Но не таков современный потребительский капитализм. Большая часть работ в современной Америке связана со сферой услуг, а потому самое главное – обеспечить гладкое скольжение шестеренок гигантской машины под названием современная экономика. Позитивно настроенные винтики, не возражающие начальству против любых перемен, очень удобны. Тому же начальству. Тем не менее, и они не застрахованы от сокращений, поскольку компаниям нужна прибыль, и тут опять позитивный взгляд на вещи жизненно необходим. Особенно увольняемым. Компании нанимают ораторов, устраивают выезды на природу и семинары, приглашают на последнюю встречу в отделе кадров себе на подмогу специалистов. А все для того, чтобы грядущие увольнения воспринимались теми, кто попал под сокращение, как blessing in disguise, то есть скрытое благословение судьбы, виделись как ступеньки, ведущие к непрерывному карьерному успеху, понуждащие к образовательному росту и, возможно, пере-

Выпуск 478

мене специальности и переделывания себя (reinventing yourself). Позитивный взгляд на вещи поистине нерасторжим с современной американской культурой. Автор утверждает, что поисковая система Google выдала 1.92 миллионов ответов на запрос «позитивное мышление». Я повторила секундный «эксперимент», и у меня вышло (внимание!) 1 млрд. 270 млн. Кто больше?! Позитивный подход проповедуется не только с помощью книг (вспомним сочинение Дейла Карнеги «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей», мега-бестселлер «Кто украл мой сыр?» Спенсера Джонсона, труды Стивена Кови и Наполеона Хилла), но и самими церквами, которые становятся все более похожими на гигантские дворцы культуры. Как я сказала ранее, автор докапывается до корней американского позитивизма, начиная с Георга Миллера Бирда, врача-невропатолога, жившего в 19 в., которому мы обязаны термином «неврастения». Сын старого кальвинистского священника, Георг Бирд осудил религию за то, что она якобы учила детей, что неправильно быть счастливыми. Возникшее в США в последней четверти 19 в. религиозное течение под руководством Финеаса Паркхерста Куимби, резко осудило кальвинизм за то, что он перегружал паству чувством вины и действовал депрессивно, и убеждало верующих, что они заодно с Мировым Разумом; а раз так, то они могут использовать силы собственного разума для излечения всех бед, включая физические. Из этого Нового Мышления вскоре произросла и Христианская Наука, популярная, кстати, среди многих голливудских звезд, включая Дорис Дей, Мэрилин Монро, Генри Фонда, Одри Хепберн, Элизабет Тэйлор, и т.д. Религия, бизнес, мотивационная индустрия (книги, фильмы, диски, ораторы, психологи, чего там только нет!) слились в одну мощную волну, промывающую мозги американцам. И дело не ограничивается простодушными Мэри и Джо. Лидеры индустрии, главы корпораций, преобразились тоже: в прошлом это были глубокие знатоки бизнеса, трудами и талантами поднявшиеся по корпоративной лестнице. Теперь же многие из лидеров большого бизнеса, подобно звездам кино, приглашаются со стороны для исполнения роли и, главное, подобно тем же актерам, им следует быть мастерами мотивации, лидерами-вдохновителями, какими-то шаманами с бубнами, взывающими к новым победам. Сравнение с шаманом не ради красного словца. Шаманские и буддистские совместные моления, обращение к ритуалам американских индейцев и тому подобные заклинания приводят к упадку рационального стиля управления. А ведь мы говорим о бизнесе, которому следует опираться на цифры и трезвые прогнозы, а не на чутье. Ранее о чутье говорилось только в отношении к пролетариату, если помнит дорогой читатель. Руководителя компании Lehman Brothers называли господин Инстинкт, так как он призывал доверять своим инстинктам, своему суждению, себе, и на этом основании принимать решения. Он и допринимался, что его 600 миллиардная компания обанкротилась в 2008 г. и вылетела из бизнеса (самое крупное банкротство в американской истории). Ничего не попишешь: доверяй, но проверяй!

стр. 8

5782 июнь 2022

Выпуск 478

КАЛЕНДАРЬ

Рабби Шмуель Нотик

В праздник Шавуот мы также отмечаем Йорцайт Царя Давида и основоположника хасидизма Баал Шем Това.

Праздник Шавуот связан с тремя великими сынами еврейского народа. Это Моше-рабейну, который получил от Всевышнего Святую Тору на горе Синай. Это царь Давид, сплотивший 12 колен израилевых в единое Б-жественное царство. Это основоположник хасидизма Баал Шем Тов, раскрывший тайны Торы, ее внутреннюю суть. Примечательно, что именно в Шавуот евреи отмечают две знаменательные даты. Это Йорцайт, то есть годовщина смерти царя Давида и Баал Шем Това. Давид – великий еврейский царь, помазанный на царство пророком Шмуэлем. За сорок лет его правления Израиль стал сильным и влиятельным государством. Давид был отважным воином, разбившим всех врагов еврейского народа. В войнах, которые вел царь Давид, чувствовалась поддерживающая рука Всевышнего. Царь сплотил нацию, создал регулярную армию, усилил охрану границ. Он перенес Ковчег завета в Ие-

русалим, начал строить Храм и искоренил идолопоклонство. Велики были победы и достижения царя Давида, но одновременно велика была и его скромность. Царь Давид был также и пророком, великим мудрецом Торы, а также великим поэтом. Он написал боговдохновленную книгу псалмов «Теилим», евреи читают ее каждый день. Очень важно то, что Давид явился зачинателем династии царей, о которой известно, что в будущем из нее выйдет Мошиах, освободитель евреев. Говоря о великом основателе хасидизма Баал Шем Тове, я хочу сейчас выделить очень актуальную тему – Баал Шем Тов и Каббала. Но сначала коротко о биографии Баал Шем Това. Он родился 18 элула в 1698 году на Украине. Пятилетним малышом Баал Шем Тов осиротел. Его отец, благочестивый, праведный человек, завещал ему: «Сын мой, не бойся никого, кроме Б-га. Люби каждого еврея всем своим сердцем и душой». И это стало девизом нашего учителя. До двенадцати лет Баал Шем Тов за общественный счет учится в хедере, а затем служит помощником меламеда (учителя). Позднее он получает должность сторожа в синагоге. Днем он работает, а ночи отдает учебе и впоследствии становится превосходным знатоком Торы. Женившись, Баал Шем Тов поселяет свою семью в маленькой деревушке в

Дорогие друзья!

Синагога F.R.E.E. приглашает вас на еженедельную дружескую встречу для молитвы и совместного завтрака.

Мы будем молиться за благополучие наших семей, здоровье родных и близких, за процветание Израиля.

После завтрака - беседа об иудаизме, еврейских традициях, истории и культуре нашего народа.

Мы ждем вас каждый четверг в 9:00 утра по адресу:

1109 W. Lawrence Ave., Chicago

За дополнительной информацией звоните Рабби Леви Нотику по телефону 847. 830. 8152

Карпатах, а сам уединяется в горах. Проникая в тайники человеческой души, Баал Шем Тов готовится к реализации той миссии, ради которой пришел в этот мир. Значительную часть своей жизни Баал Шем Тов потратил на борьбу с последствиями погромов Богдана Хмельницкого. Тогда были практически уничтожены многие еврейские общины Украины и Польши. Чудом спасшиеся евреи пребывали в глубоком отчаянии. Баал Шем Тов стал помогать своим единоверцам — молодым и старым. Он вселял в их сердца надежду, учил находить счастье в вере. Он проповедовал, что почитание Б-га жизненно необходимо для полноценного существования любого еврея. Учение Каббала, на котором основывается хасидизм, ранее было известно лишь избранным, но однажды пришла пора открыть его всему еврейству. В этом как раз и заключалась одна из миссий Баал Шем Това. Раньше всюду изучалась только открытая Тора, и лишь немногие мудрецы занимались Каббалой. В результате, не находя ответов на жизненно важные вопросы, многие блуждали в потемках. Баал Шем Тов сделал возможным изучать Каббалу. С тех пор каждый человек, почувствовав неодолимую тягу к истине, знал, куда ему обратиться. Баал Шем Тов произвел настоящую революцию в сознании. На своих уроках он указывал путь к душе человека, которая является его сутью, самым внутренним пластом, сокрытым даже от него самого. В душе сосредоточено все:

мысли и внутренние побуждения человека, но, самое главное, душа – это связь человека с Творцом. Она поднимает нас над эгоизмом к вечности и любви. Внедрение каббалистических традиций в массы принесло свои плоды. Люди, которые искали в происходящем более глубокий смысл, становились учениками Баал Шем Това. Почти каждый из них становился главой хасидской общины и набирал из ее среды новую группу каббалистов. Указания Баал Шем Това были предельно ясны: «Нам следует всем сердцем, всей душой и всем существом… следовать путем Каббалы, ибо это истинный путь». Учитель напоминал: «Где мысли человека, там весь человек». Баал Шем Тов разработал особый способ распространения Каббалы. Хасидизм укоренял в народе каббалистические понятия путем введения особых обычаев, которые отражали внутреннюю суть вещей. Внешнее выполнение заповедей, учеба, отношения друг с другом – все в хасидизме было выращено на каббалистической основе и символизировало те духовные процессы, которые протекают внутри человека, совершенствующего свою душу. Итог деятельности Баал Шем Това – это тысячи хасидов, которые повели еврейский народ по пути духовного возрождения. Новое учение стремительно распространилось затем по всей Восточной Европе. Друзья, всего вам самого доброго и радостного!

стр. 9

5782 июнь 2022

Выпуск 478

ГОЛОСА ИЗ РОССИИ

Игорь Свинаренко Модный русский художник Юрий Купер, который уехал из СССР в 70е и уж лет 15 как снова живет в России, однажды мне объяснил, как добиться успеха в искусстве. Надо понять, что ты любишь, и рисовать только это. Воспроизводить только любимое. И вот кто-то изображает голых баб, кто-то со зверской прибылью торгует инсталляциями из унитазов (причем сантехника эта б/у, что превращает доходы в сверхдоходы), кто-то пейзажи, кто-то вклеивает в репродукции знаменитых полотен своего кота, а есть человек, который изображал из себя собаку, на чем и поднялся — с четырех ног на две, по крайней мере. Встал с колен еще раньше, чем к выполнению этого упражнения приступила остальная Россия. (Сам Купер, если кому любопытно, рисует антикварную, не отреставрированную мебель.) И тут, конечно, главное – понять, что же ты любишь на самом деле, не напоказ, а вот для души. За что жизнь готов отдать, хоть свою, хоть чужую. К примеру, некоторые врут, что любят Моцарта и канал «Культура», и Достоевского, и честную жизнь, фитнес, рукколу и прочее здоровое питание. А сами по полной программе пьют водку, смотрят порнуху, читают дамские романы и мечтают выгнать из Москвы всех «черных», и чтоб никому никогда не давать взяток, а только брать. И слушают они при этом (забыл сказать) шансон! Выше музыки, как учил нас Пушкин, только любовь, которая, впрочем, тоже род музыки. Если сравнивать шансон с любовью, то, скорей всего, речь тут может идти разве что о любви к партии, а именно партии «Единая Россия». Вот с шансона у меня и начались эти мысли. Стало быть, русские любят плохую музыку. Любят, любят, раз она несется изо всех подворотен… Есть вещи, которые не скроешь. Еще русские любят плохую еду. Из разоблачений ТВ нам известно, что котлеты делаются из опилок, колбаса из костей, а в вырезку впрыскивают замечательный

рассол, который ее утяжеляет, будто она выпила ящик пива. Рыба у нас, как известно, мороженая или улучшенная формалином. Куры наши обкормлены химикатами, отнятыми у тяжелоатлетов. И так по всему спектру меню! Любили б хорошую еду, так озаботились бы ее производством, как это сделали некоторые страны (они есть). И плохую водку любят русские! Сколько уж принято законов, чтоб плохую, левую, паленую не пить – ничего не помогает. Вот уж и цены сколько раз на нее повышали, а все никак. И все это вопреки логике: ведь известно, что лучше выпить 500 грамм приемлемой водки, чем в те же деньги полтора литра дряни. Нет! Отними у людей паленую водку – на хорошую они не перейдут, выпьют лучше жидкости от мелких насекомых. Посмотрите еще на отвратные русские тюрьмы… На казармы, где молодых бойцов забивают после превращения в отбивную. Можно было б там пацанов учить, воспитывать, готовить в институты, закон не запрещает – но это что ж будет тогда?! Еще сгоняйте не на Ваганьковское, а на простое русское кладбище, утонувшее в грязи… Люди что любят, то и делают! Дороги еще наш брат уважает такие, чтоб застрять посреди них в грязи и философствовать… ТВ русское – хуже ведь не бывает! Какие деньги там крутятся, а качество так и не ночевало. Суды — ну тут и говорить нечего. Любит русский народ такой суд, чтоб аж тошнило от него! Противно, аж страсть! А вышел оттуда, хлебнул рассола – и отпускает. И обратно туда, как в перегретую парную, и там терпеть, чтоб глаза на лоб лезли.

Кто выйдет на митинг за праведный суд, того менты дубинкой отоварят: не лезь, не порть людям кайф, умник… Но пуще всего, пожалуй, больницы. Вот уж где гестапо! Вот уж лагеря смерти! Я как-то совершил тур по немецким больницам, о чем уже не раз отчитывался перед читателями. И немецкие медики с искренним любопытством меня расспрашивали: «А отчего вы у себя в стране не хотите устроить хорошую медицину?» Много ума-то не надо: построить корпуса, купить технику, выучить людей — всего-то. На те деньги, что граждане пролечили в «бундесе», можно было отгрохать медицину уж не хуже израильской, не будем говорить про Германию… Ответ простой: не хотят. Любят медицину плохую – и воспроизводят ее. Автомобили любят делать такие, что хуже некуда. И уж сколько десятилетий подряд! И железо в отечественных авто — дрянь, и моторы никуда, и ходовая сыпется. Никогда в жизни я не забуду свой «Москвич»… Я мечтал его разбить кувалдой, столько он с меня крови попил. Но, к счастью, удалось его продать. За деньги, которых он, по сути, и не стоил. Сколько предложили, столько я и взял, причем в рассрочку. В виде исключения у нас теперь собирают иномарки, в которых трудно что-то испортить… Некоторые считают такие машины отечественными, но это явная натяжка. Как любят у нас панельные дома! Которых нигде уже не строят лет 50 как… А выборы-то, выборы! Какие у нас любят, чтоб они были? Ну, 99% чтоб. Или хоть 91%. И вот такой, изви-

няюсь за выражение, процесс и такой продукт живого, так сказать, волеизъявления масс у нас называется не каким-то другим словом, а именно выборами. Военная форма, которой место на помойке, у нас в войсках! И на суше, и на море. Вот ее специально придумали, старались, экспертов подтаскивали! Форма – говно. Да и содержание, пожалуй, тоже… Это и есть свобода, это и есть момент истины. Что людям нравится, то они и берут себе, и добывают, и производят, не считаясь с затратами. Получается как всегда, притом что лучше как раз никто и не хотел, юмор фразы именно в этом шутливом противопоставлении. А полиция? У всех дальних и ближних соседей, от Америки и Германии до Украины и Грузии она нормальная, а наша? Не надо слов. Посмотрите на наших политиков, какие они себе сделали лица: у них в глазах читается такое, что не к ночи будь сказано! Посмотрите теперь на тиражи качественной прессы и желтой… Эхехе! Везде так? Да не везде. Навскидку, по памяти: в Японии, с населением меньше нашего, общий тираж ежедневных качественных газет – 8 000 000 экземпляров. У нас есть ли хоть полмиллиона? Сомневаюсь… В Польше Newsweek процветает, а у нас закрылся давно. Впрочем, есть в России прекрасные вещи, изготовленные отечественными производителями, а именно дети и женщины. Тут ничего не удается пока испортить — может, именно потому, что руки не доходят. Окончание на стр. 10

стр. 10

5782 июнь 2022

Выпуск 478

ВСТРЕЧИ С РЕБЕ

Хотя бы на час Раввин Исраэль Хабер

Я рос в 50-х в Краун-Хайтсе, на ИстернПарквей. Хотя в Краун-Хайтсе живут, в основном, хабадники, моя семья таковой не являлась. Мы были "просто ортодоксами". Однако, проживая рядом с таким знаменитым Ребе, мы пару раз в году приходили на него посмотреть. Один раз – в праздник Симхат-Тора, когда Ребе и его хасиды танцевали со свитками Торы до самого утра. Другой раз – когда в первый день Рош-Ашана он проводил церемонию Ташлих у пруда в Бруклинском ботаническом саду. Тысячи людей маршировали вместе с ним, распевая во весь голос, и я помню, какое огромное впечатление на меня, ребенка, это производило. Таковы мои детские воспоминания о Ребе. Когда я вырос, я уехал из Краун-Хайтса, поступил в университет, стал психологом, а женившись, получил должность военного раввина на базе военно-воздушных сил США на Аляске.

И. Свинаренко

Окончание. Начало на стр. 9

Что у нас делается не руками, то часто получается очень и очень неплохо. Но! Детей-то как раз у нас и не любят. Не любят причем страшно, с какой-то чикатиловой прямо страстью. Любили б, так рожали б их почем зря, так что не остановить! Но нет, в стране больше народу мрет, чем рождается… Нету ни детсадов для малышей, ни больниц, ни денег на лечение; СМИ пестрят призывами скинуться, чтоб спасти то одного, то другого юного страдальца. «Вот свалились на нашу голову! Мешают проводить олимпиады и чемпионаты, и разную ерунду, и строить дворцы и новую супер-Москву!» Женщин, кажется, тоже не очень у нас жалуют — бьют по пьянке и выпихивают на Запад, по объявлениям… Еще из нерукотворного Байкал, с неимоверными запасами чистейшей воды! Бывало, плывешь по Байкалу и тут же воду из него на плаву пьешь — как родниковая, только вкусней. Но и с Байкалом проблема реша-

В 1973-м году, в первый раз направляясь к месту моего назначения, мы с женой поехали на машине через всю страну и остановились, в частности, в городе Сент-Пол в штате Миннесота. Там мы встретились с двумя хабадскими посланниками: Моше Феллером и Гершоном Гроссбаумом, – которые, услышав о моем назначении, начали настаивать, чтобы я сообщил Ребе об этом. Я согласился и написал о моей предстоящей миссии. В письме я отметил, что на Аляске мы столкнемся с проблемой постройки миквы – ритуального бассейна, без которого еврейская община не может функционировать. Армейская бюрократия выделила деньги, но я не мог найти никого, кто знал бы, как построить микву и согласился бы при этом приехать на Аляску. Закончив писать, я вручил им письмо, и они спросили, могут ли они чем-нибудь помочь мне. Я рассказал им о своей проблеме и был совершенно потрясен, когда младший из посланников, раввин Гроссбаум, сообщил мне, что он зарабатывает себе на жизнь ничем иным, как проектированием микв и надзором за их строительством, и что он с радостью поможет мне. "Ничего себе, – подумал я. – По всей Америке я ищу, кто бы помог мне построить микву, а тут, обратившись к Ребе, я еще марку на конверт не наклеил, а моя проблема уже решена!" В 1975-м году, когда миква строилась, мы приехали в Нью-Йорк на аудиенцию с Ребе. Нас с почетом препроводили к нему вне очереди, и даже учащиеся йешивы прибежали посмотреть на раввина с Аляски. Не знаю, может, они ожидали, что я выгляжу как эскимос. Я ужасно нервничал, потому что не знал, как себя ведут в Хабаде на встрече с Ребе. Один мой приятель, любавичский хасид, должен был просветить меня на этот счет, но нас вызвали к Ребе прежде, чем этот приятель появился! У меня на уме была лишь одна просьба – о благословении на детей. Мы уже были женаты три года, но детей у нас так и не было.

ется: целлюлозу опять стали производить на его берегах, и скоро озеро сдохнет, и народ вздохнет свободно. С чувством выполненного долга. Леса еще у нас прекрасные пока что. Но это скоро тоже будет исправлено. Часть продадут в Китай, часть сгорит. Все будет хорошо, успокойтесь. Да и климат наш народ любит, какой похуже. Одни народы выбрали берега теплых океанов, другие – солнечные равнины, где три урожая не предел, и виноград, и пальмы. Третьи где-то в тени Альп разместились. Или на далеком бывшем каторжном материке. И только наш народ выбрал себе такую территорию, где не знаешь, что хуже – лето или зима. И где в мае можно неплохо жить! Вот это и есть удача, и есть консенсус: можно спорить, какой хуже из сезонов, но все сходятся в том, что все сезоны плохи. У природы нет плохой погоды – это строки из песни о том, что погода наша нравится только на краю могилы: «нет плохой погоды» в смысле любая лучше, чем когда никакой нет. Список этот можно продолжать до бесконечности… Народ прав, он не может ошибаться. Надо же, как вот всё совпало, как всё сошлось, всё к

Я помню, как дрожали у меня колени, когда мы заходили в кабинет. В остальном я ощущал себя как в тумане, так что не могу поделиться подробностями того, что последовало. Впрочем, я помню, что Ребе начал серьезный разговор с моей женой. Он поинтересовался, насколько трудно быть евреем на Аляске, какой выдержки это требует. Он предложил ей звонить ему лично, когда бы у нее ни возникали какие-либо трудности. Он также попросил ее говорить с еврейками Аляски о микве, которая у нас строилась, и о том, как важно для еврейской женщины окунаться в микву. К моему изумлению, жена заявила, что сделает все, что Ребе попросит. Когда дошла очередь до меня, Ребе спроил, распространяем ли мы еврейские молитвенники и Моисеево Пятикнижие. Я ответил: "Нет, мы этого не делаем". Затем Ребе спросил, распространяем ли мы еврейские образовательные буклеты, чтобы еврейские мальчики и девочки Аляски могли правильно соблюдать праздники. Я ответил: " Нет, мы этого не делаем". Потом Ребе спросил, посещаем ли мы местные тюрьмы, чтобы духовно поддерживать еврейских заключенных. Я ответил: "Нет, мы этого не делаем". И тогда Ребе спросил: "Но теперь-то вы начнете все это делать?" И я ответил: "Да, да, теперь мы начнем все это делать!" И тут же лицо Ребе осветилось улыбкой, которую я могу описать единственным образом: я как будто смотрел на солнце, поднимающееся посреди зимы на Аляске. На прощание Ребе благословил нас такими словами: "Да вырастут ваши сыновья раввинами в больших городах". И со временем так это и случилось. Когда мы вернулись домой, нас ждало письмо, адресованное раввину и госпоже Хабер. В обратном адресе значилось: раввин Менахем М. Шнеерсон, 770 Истерн Парквей, Бруклин, Нью-Йорк. Мы открыли письмо и чуть не прослезились. Ребе на двух страницах поздравлял нас с тем, что мы удостоились стать первыми евреями, построившими микву на Аляске. Вскоре после получения письма моя жена объявила, что на Песах у нас будет особый гость. Я удивился, так как до Песаха еще было много месяцев, но она в такой форме

сообщала мне, что благословение Ребе сбывалось – она была беременна, и роды ожидались прямо перед Песахом. Незадолго до родов начались осложнения, и доктора решили провести операцию. Я позвонил Ребе, и он сказал: "Не надо ничего делать. Хороших новостей". Я передал его слова жене, которая сказала: "Мы последуем совету Ребе". Пришлось сражаться с врачами, но мы добились своего. В течение нескольких напряженных моментов в животе у матери происходило что-то непонятное, но затем основные физиологические показатели жизнедеятельности ребенка пришли в норму, и доплнительное вмешательство не понадобилось. За два часа до дня рождения самого Ребе родился наш первенец Меир-Моше. Наша вторая встреча с Ребе произошла в 1978-м году. Мы сообщили ему, что хотим переехать в Израиль. Получив наши уверения, что те, кто приехал нам на замену, продолжат всю работу, которую мы начали на Аляске, Ребе дал нам благословение. Еще через два года мы снова посетили его, и он попросил нас заехать на Аляску "хотя бы на час". Хотя я и не понял зачем, но выполнил его просьбу. Во время моего краткого визита в Анкоридж пришли двое еврейских адвокатов из Филадельфии. Они работали с эскимосами по вопросам, связанным с нефтепроводом. Один из них должен был говорить Кадиш, поскольку незадолго перед этим умерла его мать. Оказалось, что без меня не получилось бы миньяна – собрания десяти взрослых евреев-мужчин, без которого нельзя произносить эту молитву. Я собрал миньян, а по окончании молитвы настоял на том, чтобы эта группа продолжала собираться каждый день и после моего отъезда. Они действительно продолжали собираться на молитву, пока со временем туда не приехал хабадский посланник Йосеф Гринберг, который основал постоянную синагогу. Думаю, не приходится сомневаться – именно для этого Ребе сказал мне, что я нужен на Аляске "хотя бы на час". Только он мог это знать.

одному, как мечталось, от шансона до отравленного Байкала… Не дай бог, где проскочит первый сорт, так тут же виновные будут наказаны. Чтоб не мешали людям жить. Ни Ростропович, ни Зворыкин, ни Солженицын, ни Сикорский, ни Брин, ни Набоков и т. д. нашему этносу не понравились. Вон их, с глаз долой! Александра Второго, единственного царя, который заботился о народе, взорвали нах. Егора Гайдара сжили со свету, сколько плебеев его ненавидело! Чубайс им плохой. А вот Грызлов с Мироновым и Матвиенко и, чуть не забыл, с Чуровым, какие роскошные! И подай нашему человеку Стаса Михайлова и Филиппа Киркорова!!! А какое всенародное ликование от того, что великий математик Перельман живет как бомж, хуже даже библиотекарши!!! «От денег отказывается – идиот, мы умней его!» Сколько у нас талантливых, качественных художников, но посмотрите, какими жалкими зверьками уставлена Манежная! Но Рукавишникова – нет, не пустили на Патриаршие с фигурами из «Мастера и Маргариты». И мне на полном серьезе говорили некоторые интеллектуалы (!), что Рукавишников не художник, а

вот, который с собачками какал, художник. Конечно, говорю, какой же из Рукавишникова художник? Он и рисует прекрасно, и лепит без использования посмертных масок, и образование у него есть, и на Западе он признан — зачем же русским такой автор? Есть серьезные живописцы, но чьи картины у нас шлют космонавтам на орбиту? (Однако ж господь не довел до греха и полотна спалил — напомнил ненавязчиво, что больше нам не на кого надеяться, он один фильтрует наши глупости. И что с его огнем шутки плохи.) Это и называется счастье. Когда все как один в едином порыве… При этом народ не оккупирован вражеской армией, он сам себе своими руками все устроил — тут чистый эксперимент! Когда сбывается все, о чем мечталось. Когда народные чаяния становятся явью. Наш народ счастливый! Ура.

Перевод Якова Ханина

Об авторе. ИГОРЬ СВИНАРЕНКО (14 августа 1957, Мариуполь - 10 мая 2022, Москва) Замечательный журналист, писатель, редактор.

стр.

5782 июнь 2022

КУДА ИДЁТ ИЗРАИЛЬ

Йонатан Поллард, освобожденный из тюрьмы в США и репатриировавшийся в Израиль, публикует в газете Едиот Ахронот пространную статью, в которой обрушивается с резкой критикой на нынешнее правительство Беннета-Лапида.

«После всех лет, которые я провел [в тюрьме], естественным желанием было попытаться сосредоточиться на восстановлении своей жизни. Это то, что мы с моей любимой женой Эстер пытались делать в течение года благодати, данной нам вместе здесь, и это то, что я пытаюсь делать сейчас, после того, как потерял её. Но ясное осознание катастрофы, к которой мы себя ведем, видя, то, что происходит в течение последних нескольких месяцев, и в особенности душераздирающей резню в Эльаде, не дает мне покоя. Я просто не могу больше молчать! На протяжении десятилетий Эстер вместо меня посещала семьи погибших солдат ЦАХАЛ и жертв террора в самые трудные моменты их жизни. Я не понимаю, как она смогла это выдержать. С тех пор как её не стало, я пытаюсь идти по её стопам, но меня преследуют лица потерявших все родственников, и я дрожу при рукопожатиях. Объятия на похоронах вызывают у меня трепет тела и души, тем более что, как и они, и как все остальные, я не могу избавиться от осознания того, что эту утрату можно было предотвратить. В течение 30 лет, проведенных в тюрьме, я жил с невероятным страхом и беспокойством за свою жизнь. У меня должны были быть глаза на затылке. Я не мог спать по ночам, опасаясь, что ктото войдет в мою камеру и зарежет меня или моего соседа по камере. Я должен был всегда носить с собой нож и быть готовым использовать его без колебаний. Мне постоянно приходилось быть свидетелем ужасных смертей других

людей, особенно моих друзей, которые происходили внезапно и без предупреждения. В тюрьме больше всего расстраивало то, что чиновники, отвечающие за нашу защиту, в основном боялись буйных заключенных и приспосабливались к ним, насколько это было возможно. Проще говоря, наши администраторы хотели мира любой ценой, даже если это означало, что невинные люди были убиты без серьезных последствий для тех, кто напал на них. Мы даже не могли полагаться на охранников, чтобы они нас защитили, потому что они не хотели, чтобы заключенный пострадал из-за того, что они доставили их в суд. Я быстро понял, что мы не имеем права на самооборону ни при каких обстоятельствах. Люди не верят мне, когда я говорю им, что мы всегда ошибались, когда пытались защищаться. А тех, кто это делал, всегда чрезмерно наказывали, чтобы показать, что они ничем не лучше нападавших. Это было полное безумие. Я молился, чтобы, когда вернусь домой, мне не пришлось бы так жить. Я ошибался. Действительно, учитывая то, что я видел за последний год, сейчас для меня это еще хуже, потому что на этот раз речь идет не о случайном убийстве одного или двух человек, а о целой нации, травмированной армией хладнокровных антисемитов, психопатов, которых власти боятся «спровоцировать». Я видел это раньше, и это никогда не заканчивается хорошо. В тюрьме у меня были один или два хороших друга, которые прикрывали мою спину, а я прикрывал их, и я жил по милости Б-га и пытался помнить, что ты не боишься никого, кроме Б-га, и наносишь удар первым. Невероятно, но здесь я живу с целой страной, которая либо напугана до смерти, либо отрицает это. Мы все страдаем из-за группы интеллектуально отсталых политических и судебных элит, обладающих безграничной

способностью терпеть страдания наших граждан, при этом намекая, что мы каким-то образом несем ответственность за все насилие, с которым мы сталкиваемся. Я вижу лица пленных террористов после того, как они устроили страшную бойню в Эльаде, и ясно вижу, как они не боятся тюрьмы. Они знают, что получат условия во много раз лучше, чем те, с которыми столкнулся бы любой обычный преступник, и стипендию от ПА за совершенные ими убийства и т. д. Я прекрасно знаю, как выглядит тюрьма, предназначенная для того, чтобы лишить заключенного воли к жизни. Но здесь условия содержания подлых убийц в тюрьмах только подталкивают новых террористов вступать в «клуб». Как мы можем позволить этой ситуации продолжаться еще хоть минуту? Я устал от этого. Я устал видеть, как наши так называемые лидеры берут наш флаг, смывают синеву и оставляют только белую капитуляцию. Я жду, когда кто-нибудь, лидер, настоящий еврейский лидер, выйдет вперед и вернет синие полосы и Маган-Давид на наш флаг. Я жду лидера, который вселит страх перед Б-гом в наших врагов. Я жду лидера, который будет действовать, не заботясь о том, что думают другие за пределами нашей страны. Будь то Соединенные Штаты или Европейский союз, ООН или кто-либо еще, кто считает, что может сказать нам, где мы можем жить или как мы должны защищать себя. Мы знаем, почему мы здесь. Б-г дал нам эту землю – не Британская империя, Лига Наций, Вашингтон или ООН. Но, несмотря на этот факт, мне грустно осознавать, что наша священная миссия по восстановлению страны не выполнена и наполовину. И это из-за нашего собственного страха и трепета, а не из-за

По техническим причинам список спонсоров журнала “Шалом” будет опубликован в следующем номере.

Выпуск 478

действий наших врагов. Нам до сих пор не вернули нашу землю. Нам не вернули самоуважение, нам не вернули нашу независимость, какой мы должны были быть после 2 000 лет погромов, крестовых походов, инквизиций и геноцидных попыток уничтожить наш народ. Я провел 30 лет в тюрьме, надеясь и молясь, что вернусь домой в государство, которое защитит меня. Был ли я неправ? Это, конечно, чувствуется. На ум приходит история, которую мой отец часто рассказывал мне. Он сказал, что главная обязанность солдата – защищать жизни своих товарищей, а не подводить их из-за того, что какой-нибудь высокопоставленный офицер слишком напуган, чтобы отдать приказ о нужном, но неполиткорректном действии. Как мне видится, наша жизнь, по сути, сведена к такому полю боя, где наши граждане, мои братья и сестры, вынуждены защищать себя и окружающих не только от врага, но и от нашего собственного правительства, которое слишком напугано сделать то, что требуется для искоренения террористической угрозы. Такое положение дел абсолютно неприемлемо! Нам крайне необходимо избавиться от этого «галутного» менталитета, который ставит во главу угла необходимость «понимать» наших врагов, а не безопасность нашего народа. Мы – потомки гордых и благородных воинов, которые боялись только Б-га и без колебаний защищали нашу землю от некоторых из величайших империй, которые когдалибо видел мир. Но на протяжении многих лет наши лидеры неустанно пытались заставить нас забыть об этом факте в пользу того, чтобы мы приняли более либеральный постмодернизм, в котором мы «делим» нашу землю с теми, кто открыто стремится нас уничтожить. Больше не надо! Мы должны отказаться от такого циничного пораженчества, прежде чем оно убьет нас. Настало время восстановить как индивидуальное, так и коллективное самоуважение. Нашей нации пора потребовать, чтобы наши лидеры заботились о нас, а не о своих иностранных хозяевах. Нашим избранным представителям пора окончательно раз и навсегда устранить те группы и страны, которые стремятся нас уничтожить. Наконец, мы хотим, чтобы высшее командование армии проснулось и перестало делать вид, что «управление врагом» является приемлемой стратегической доктриной. Это не так. Это форма умиротворения, которая защищает наших противников, заставляя нас выглядеть слабыми и глупыми. Я знаю, что мы можем провести эти необходимые реформы. Если мы действительно хотим быть независимой страной, у нас нет другого выбора. Действительно, эти цели следует рассматривать как священные обязательства, которые мы должны взять на себя не только ради нас самих, но и ради наших будущих поколений. Пусть Б-г дарует нам мудрость и силу для этого!».

стр. 12

Выпуск 478

5782 июнь 2022

стр.

Выпуск 478

стр. 14

5782 июнь 2022

Выпуск 478

Александр Матлин С Вовкой я дружил в те годы, когда мы были до неприличия молоды. Много десятков лет назад. И все эти десятки лет мы не виделись и ничего не знали друг о друге. Так что Вовка был забытой тенью давно забытых лет. И я бы никогда о нём не вспомнил, если бы однажды ночью не зазвонил телефон. На свете нет ничего более пугающего, чем телефонный звонок среди ночи. Я с ужасом вскочил с постели и бросился в гостиную, проклиная себя за то, что не оставил телефон на тумбочке рядом с кроватью. В темноте я ударился ногой о косяк, опрокинул два стула и, наконец, нащупал продолжавший звонить телефон. – Hello, who is this? – задыхаясь, прохрипел я. – Привет, – сказал голос по-русски. – Узнаёшь? Голос был мне не знаком, но явно принадлежал человеку, который считал себя вправе говорить со мной фамильярно и на «ты». – Извините, не узнаю. А вы знаете, который час? – У нас одиннадцать утра – сказал мой абонент и почему-то рассмеялся. В его голосе звучало снисходительное дружелюбие с избытком то ли глупости, то ли самодовольства. Я посмотрел на часы, которые равнодушно светились рядом с телефоном. Они показывали три часа ночи. – Это я, Вовка, – продолжал наглый голос. – Что, всё еще не узнал? Вовка Жмеринчук. Жмых. Помнишь такого? Мы в одной школе учились. Из какого-то захолустного угла не совсем проснувшегося мозга проступило забытое имя – Вовка Жмеринчук по кличке Жмых. – Ты – это который играл на трубе? – спросил я. – Точно, играл, – обрадовался Вовка. – Но ты меня независимо от этого должен знать. Меня вся страна знает. Я ведь тот самый знаменитый режиссёр Жмеринчук. Знаешь фильм «Полдень будет в полночь»? Или «Шесть оргазмов Владимира Ильича»? Это всё я снимал. Ни фамилия режиссёра, ни названия фильмов ничего мне не говорили. Последний советский фильм, который смутно помнился со студенческих времён, был «Карнавальная ночь». Я сказал: – Я уже больше сорока лет живу в Америке. Как ты меня нашёл? – Это проще простого, тебя все знают, – сказал знаменитый Жмых. – Но я звоню по делу. Тебе удобно сейчас говорить?

ГАРНИТУР НЕСЧАСТНЫЙ

– Как тебе сказать… У меня три часа ночи. – Отлично, – сказал Вовка. – Надолго не задержу. Дело вот какое. Я со своей съёмочной группой приезжаю в Нью-Йорк снимать фильм про Гарика. – Кто такой Гарик? – Гарнитур Несчастный, художник. Знаешь такого? Это было всё равно, что спросить, знаю ли я, кто такой Пабло Пикассо. Гарнитур Несчастный был самым известным современным художником. Его картины и скульптуры продавались за сотни тысяч, а порой миллионы долларов. Статьи о нём и интервью с ним регулярно мелькали в прессе и на экранах телевизоров. Со всей страны приезжали люди, чтобы посмотреть на его знаменитую скульптуру под названием «Цивилизация». Эта немыслимая по своим размерам мраморно-белая скульптура взгромоздилась над долиной Гудзона к северу от Нью-Йорка и

была видна с расстояния в несколько миль. Она представляла какое-то безумное нагромождение мужчин в седых париках и космических скафандрах вперемежку с музыкальными инструментами, экскаваторами, детородными органами, белыми медведями, вертолётами, висячими мостами и ещё Бог знает чем. Среди этого кошмара угадывались фигуры и головы исторических личностей вроде Авраама Линкольна, Чарли Чаплина, Зигмунда Фрейда, императора Веспасиана и Альберта Эйнштейна. Я хорошо помнил историю Гарнитура Несчастного, которого в прежние времена звали Гарик Блюмин. Много лет назад в Советском Союзе он был начинающим художником-абстракционистом, одним из многих полуголодных одержимых гениев, которые раздражали КГБ и мешали советским людям строить светлое будущее. Гарика должны были посадить, но ему повезло: он случайно

познакомился с американским журналистом, и в газете Нью-Йорк Таймс появилась статья о трагической судьбе непризнанного гения. Чтобы не раздувать скандал, российские власти Гарика не посадили, а тихо лишили советского гражданства и выслали из страны. Позже они не раз пожалели об этом, потому что в Америке Гарнитур Несчастный стал мировой знаменитостью. И вот теперь я узнал, что мой бывший друг Вовка Жмых будет снимать о нём документальный фильм. – Понимаешь, – сказал Вовка, – у нас проблема. Нам дают денег на десять дней, но по каким-то там правилам, выдать наличными не могут, а могут только перевести на счёт в Нью-Йоркском банке. Как ты догадываешься, никакого счёта в Нью-Йоркском банке у меня нет, а если бы он был, меня бы давно посадили. Ситуация безвыходная. Хорошо, что я вовремя вспомнил о тебе. Я вздрогнул. – А я тут при чём? – Ты – единственный, кто нас может выручить. Если не возражаешь, нам переведут деньги на твой счёт в банке. А я их заберу, когда буду в Нью-Йорке. Ты не бойся, я лишнего не возьму. Ну, так что– согласен? Должен признаться: у меня есть одна черта характера, которой я стыжусь и которая портит мне жизнь. Я не могу отказать, когда меня о чёмто просят. Не могу сказать «нет». Хорошо, что я не женщина. – Ну, хорошо, – сказал я, вздохнув. – Запиши номер моего счёта… … Вовка Жмых оказался дородным мужчиной с объёмистым брюхом и жидкой сединой, обрамлявшей лицо, черты которого действительно чемто напоминали моего забытого друга детства. Мы обнялись, сдержанно похлопали друг друга по спинам, и Вовка сказал: – Если ты не против, я возьму не

стр.

5782 июнь 2022

все деньги сразу, а буду брать их по частям, каждый день. Нам так велели. Я согласился. Банк был через дорогу от моего офиса, и мне не составляло труда встретиться там с Вовкой на несколько минут во время обеденного перерыва и взять для него нужную порцию наличных. В другое время мы не встречались. Вовка был занят с утра до ночи, истязая киносъёмкой великого Несчастного, с которым он, как выяснилось, был близко знаком с молодости. Наконец, у Вовки истекли дозволенный срок и отпущенные деньги. За время наших коротких встреч в банке мы с ним немного привыкли друг к другу и забрезжило чувство прежней дружбы. В последний день, накануне его возвращения в Москву, я пригласил Вовку пообедать в итальянском ресторане. Мы выпили и разговорились. Немного поколебавшись, я решился задать Вовке вопрос, который мучил меня со дня нашей первой встречи. – Жмых, – сказал я, – как могло случиться, что тебя с целой группой так запросто выпустили за границу, и не только выпустили, но еще дали денег в иностранной валюте? Как тебе разрешили общаться с эмигрантом, предателем родины и злостным клеветником Гардеробом Несчастным? И не только общаться, но ещё и снимать его, используя свою священную киноаппаратуру? Может, я чего-то не понимаю в вашей сегодняшней России? Если не можешь ответить, не отвечай. Я не обижусь. Вовка вздохнул и зачем-то оглянулся по сторонам. – Только между нами, – сказал он. – Пообещай, что никому не расскажешь. Меня не просто выпустили, меня направили на задание. Дело в том, что наша власть не может спокойно смотреть, как этого Несчастного весь мир прославляет, словно мессию, и увешивает лавровыми венками. Ладно, если бы он был какой-нибудь француз или аргентинец, но ведь он наш, родимый, русский! Мог бы быть нашей славой и гордостью, а оно всё досталось врагу. И вот наше умное правитель-

ство поставило задачу: вернуть мерзавца на родину. Чтобы он, гад, продолжал сверкать величием и славой на весь мир, но с нашей стороны. Чтоб они там на Западе скрежетали зубами от зависти, что мы взрастили такого замечательного международного гения. – Ну, хорошо, допустим. Хотя, вы его не так уж сильно взращивали. Но зачем его для этого снимать? – Не просто снимать, – пояснил Вовка. – Мне поручено сделать эпохальный фильм, который завоюет

покажем. Чтобы знал, что его ждёт в случае отказа вернуться на родину. Я восхитился прозорливостью российского правительства, и мы с Вовкой распрощались. … Прошло несколько месяцев, и Вовка снова появился в Нью-Йорке, на этот раз один. Он привёз свой эпохальный фильм, чтобы показать его великому Гарику. Вовка пробыл в Нью-Йорке всего три дня. Закончив свои дела, он позвонил, и мы встретились – теперь уже не в итальянском, а в мексиканском ресторане. Вовка выглядел усталым и подавленным. Говорил мало, на мои вопросы отвечал неохотно. Но после второй «Маргариты» немного ожил и разговорился. – Плохо дело, – сказал он с горечью. – Мерзавец не хочет возвращаться на родину. Теперь из-за него мой замечательный фильм не выйдет на экраны. И я не получу Оскара или, хотя бы, нашу убогую Нику. Далее Вовка поведал подробности. Он вдвоём с каким-то высокопоставленным чиновником из российского посольства, специально приехавшим в Нью-Йорк, нанесли визит Гардеробу Несчастному в его мастерской. Великий художник был не в духе, посетителей принял неохотно, но, тем не менее, согласился посмотреть фильм о себе, который и был ему показан с помощью высокотехнической французской аппаратуры, привезен-

все мыслимые Оскары и ещё больше прославит великого Несчастного. Этот фильм мы покажем Гарику, но пообещаем выпустить на экраны только при условии, что он согласится вернуться на родину. Понимаешь? Это особая операция, секретно разработанная где-то в самых верхах. Называется «Операция Пряник». – А если он не согласится? – Правильный вопрос. – Вовка захихикал. – Ты не думай, что у нас там в верхах одни дураки сидят. Они всё продумали. Фильм будет сделан в двух вариантах. То есть, видовой ряд может быть один и тот же, но дикторский текст под него будет подложен разный. Во втором варианте Гарнитур Несчастный будет показан как предатель вскормившей его родины, рвач, лжец и растлитель малолетних. Этот фильм мы ему тоже

ной Вовкой из Москвы. Разрушая Вовкины сладостные ожидания, Гарнитур отреагировал на фильм без восторга, вернее, вообще никак не отреагировал. Это был первый удар под дых Вовкиному самолюбию. Дальнейшее развитие событий ещё больше травмировало бедного Вовку. Важный российский чиновник стал вкрадчиво уговаривать Гарнитура вернуться в распростёртые объятия своей родины. Он красочно описывал обилие благ, которыми родина осыплет Несчастного, включая мастерскую в центре Москвы, постоянно действующий музей его работ и торжественные чествования во дворце съездов. Гарик слушал недолго, а потом перебил чиновника и сказал, что ни в какую родину он не поедет, а если уважаемому дипломату что-то не понятно, то он может поцеловать Гарика в задницу. Пред-

Выпуск 478

ставляешь? – Кошмар, – согласился я, дослушав Вовкин рассказ. – И он поцеловал? – Дурак, – сказал Вовка. – Ты остришь, а у меня теперь карьера рушится. – В чём же ты виноват? – Они считают, что я сделал недостаточно убедительный фильм. – А как со вторым вариантом? Там, где Гарнитур Несчастный оказался предателем и растлителем? – Его тоже не выпускают на экраны. Передумали. Они считают, что это не поможет, а только прибавит ему популярности. В общем, я влип. Теперь мне вообще не дадут снимать. Тут он окончательно закручинился, и мне пришлось заказать третью «Маргариту», чтобы его успокоить. Мне было искренне жаль бедного Вовку. – Жмых, – сказал я, обняв его за плечи. – Не горюй, Жмых. Я постараюсь тебе помочь. У меня есть идея. Вовка улетел в Москву, а я сел за компьютер и сочинил такое письмо: «Я считаю, что пора обратить внимание на деятельность художника и скульптора Гарнитура Несчастного, чьи произведения пронизаны расизмом, сексизмом и белым супремасизмом. Чего стоит одна «Цивилизация», которая своим цветом и содержанием прославляет превосходство белой расы и так называемой белой цивилизации…» Это письмо я под вымышленным именем разместил в сети, во всяких твиттерах и фейсбуках, а также послал в несколько прогрессивных газет и телеканалов. Прогрессивные газеты и телеканалы немедленно схватили брошенную им кость. Все, кто ещё вчера возносил Гарнитура Несчастного до уровня божества и называл его символом эпохи, теперь обрушились на него со зловещими обвинениями в расизме и прочих сопутствующих злодеяниях. Развернулась хорошо оркестрованная травля несчастного Гарнитура. Самым свирепым атакам, конечно, подвергалась скульптура «Цивилизация». Я приближался к намеченной цели. Через некоторое время Вовка по секрету переслал мне письмо, которое ему по секрету прислал Гарик. Письмо было по-английски; Вовка его прочесть не мог, а Гарик ничего не объяснил. Вовке нужна была моя помощь. Письмо было от одной из известных, восхваляемых прогрессивной прессой общественных организаций, именуемых себя борцами с расизмом и фашизмом. Оно было адресовано Гарнитуру Несчастному и вещало: «Ваша позорная скульптура с позорным названием ‘Цивилизация’ выражает расизм и белый супремасизм. Она должна быть немедленно снесена. К сожалению, из-за её веса и расположения, операция по сносу чрезвычайно затруднительна, требует специального оборудования и больших затрат. Вы должны оплаОкончание на стр. 16

стр. 16

5782 июнь 2022

Выпуск 478 А Матлин

Окончание. Начало на стр. 14

тить стоимость этой операции, которая оценивается в три и шесть десятых миллионов долларов. Если мы получим эту сумму полностью в течение недели, то мы согласны скульптуру не сносить, а только перекрасить. Если же не получим, то имейте в виду, что ваш адрес нам известен.» Я перевёл Вовке письмо на русский язык, но это не произвело на него никакого впечатления. Прошло месяца три. Газеты и телеканалы постепенно забыли про Гарнитура Несчастного и переключились на кого-то другого, то ли расиста, то ли растлителя. Я тоже стал забывать историю Гарнитура и своего невезучего друга Вовки. Но однажды, от скуки перебирая телеканалы, я наткнулся на российскую программу новостей и услышал: – Сегодня в Москве открылась выставка выдающегося русского художника Гарнитура Несчастного. Как вы знаете, Несчастный после тридцати лет проживания в Соединённых Штатах вернулся на родину. Скоро в Замоскворечье начнётся строительство музея Несчастного, где на трёх этажах будет размещена постоянная экспозиция его живописи и скульптур. Сейчас у нас в гостях… На экране появился Гарик Несчаст-

ный, и я ахнул. Как все американские телезрители, я привык видеть его одетым в линялую рубашку и рваные джинсы. Теперь он был в смокинге, с белым галстуком-бабочкой и сигарой в зубах. – Гарнитур Моисеевич, – заворковала ведущая, – вы тридцать лет прожили в Америке, а теперь живёте на своей родине. Скажите честно, где лучше? – Что за вопрос, – отвечал Несчастный. – Конечно, в Америке. Только её больше нет… Распираемый от гордости за успех своей операции, я позвонил Вовке. – Поздравляю, Жмых! – закричал я. – Вы победили! Твой друг вернулся! – Иди ты сам знаешь куда, – отвечал Вовка со злостью. – Победили не мы, а вы. Ты вместе с нашим дорогим правительством. – Жмых, но ведь теперь на экраны выйдет твоя замечательная картина про великого Гарнитура. Что тебе ещё нужно? – Картину мою зарубили. Они говорят, что она никому не нужна, поскольку Несчастный и так переехал в Россию. Это мне передали по секрету; напрямую со мной никто не разговаривает. Я у них теперь персона нон-грата из-за того, что за границей встречался с эмигрантом, врагом и предателем. – С каким предателем? Он же теперь великий художник и гордость родины. – Ни черта ты не понимаешь! – Ещё больше разозлился Вовка. –

Когда я с ним встречался, он был врагом и предателем. И ты тоже эмигрант и предатель родины. И вообще, кто тебя просил влезать в это дело? А ещё друг называется. Вовка плюнул в сердцах и бросил трубку. С тех пор мы больше никогда не разговаривали, и я больше ничего о нём не слышал. На этом можно закончить историю о моём друге детства, невезучем Вовке. Что до великого Гарнитура, то о нём я вспомнил недавно, проезжая вдоль Гудзона по шоссе номер девять-дабл-ю. Я ездил по этой дороге и раньше, и всегда примерно в 10 милях к северу от моста Таппан-

Зи взгляд издали натыкался на гигантскую, сверкающую белизной скульптуру «Цивилизация». В этот раз я её не увидел. Подъехав ближе, я разглядел скульптуру. Она стояла на том же месте, но сливалась с тёмным фоном леса. Она была чёрного цвета. Только Альберт Эйнштейн почему-то был выкрашен ярко красным. То ли у красителей не хватило чёрной краски, то ли они думали, что это Мартин Лютер Кинг.

Иллюстрации Вальдемара Крюгера

стр.

5782 июнь 2022

Выпуск 478

В ИЮЛЕ в синагоге будет читаться поминальная молитва Кадиш в день Йорцайта (годовщину смерти по еврейскому календарю) родных и близких наших прихожан. Даты общепринятого календаря не совпадают с датами по еврейскому календарю, поэтому некоторые имена будут опубликованы в следующем месяце.

Вечная им память!

Abramov, David Abramovich, Isaak Abramovich, Mina Adanina, Sara Adaskin, Genya Albert, Vika Altman, Berta Amburg, Nadezhda Amstislavskiy, Mendel Antsis, Israel Astrina, Klara Ayzenshteyn, Mark Baal, David Babenko, Roza Babior, Avraham-Alter Badash, Nicolay Barenboim, Chana Barkshteyn, Grigoriy Barshay, Isser Barskaya, Sarra Bauchner, Yuda Micha Bayevskaya, Mira Bedzik, Marta Bekker, Luba Belenkaya, Basya Belenky, Ruvin Berdichevskiy, Mordechai Berger, Lipa Berger, Zlata Berlina, Gila Beyderman, Rochel Beygel, Aaron Beylis, Fruma Biberman, Yiser Birger, Galina Bisnovaty, Semyon Bloch, Bayla Bort, Lidiya Bortnik, Naum Boruchova, Olga Brin, Chaya-Elka Britva, Avraham Britvan, Mina Brodskaya, Fraida Brodskiy, Isroel Brodskiy, Leonid Brukhmam, Tevhe Bunien, Boris Byk, Zakhar Cheklin, Enta Chernomvets, Sima Chernyy, Daniil Daiter, Ilya Danilov, Boruch Danilov, Natan Danilov, Natan Chaim Danilova, Tomor Dats, Khaya Davidov, Anna Davydova, Maryam Dekhtyar, Eduard Dolgin, Moisey Doukhanov, Chanah

Dralyuk, Chaim Drozd, Leah Dubinsky, Gersh Dubovis, Mindel Dumsky, Yaakov Dunavetz, Freyda Dzekhtser, Shimon Elgort, Tzipora Elkin, Gersh Elterman, Abraham Entina, Dora Estrin, Klara Faller, Yosef Faltushanskaya, Sarah Fayman, Boris Fefer, Fayga Feldman, Ita Finkelshteyn, BrukhaEta Flaksman, Boris Flatte, Alexander Fleshler, Petr Fradkin, Arkady Fradkina, Sara Frankel, Mendel Frankel, Sara Freger, Levi Fridman, Boris Fridman, Nochum Friman, Rochel Gaetskaya, Basya Galitskaya, Ninel Galperin, Leonid Gayster, Asya Gekhtman, Yosif Gelfand, Etel Gershong, Roza Geyer, Raisa Geykman, Yevgeniya Geymanson, Markus Gilgur, Aron Gimpeleva, Fanya Gleyzer, Esther Glezina, Sofiya Godes, Dmitry Golda, Basya Goldenberg, Gitel Goldman, Stanislav Goldyuk, Yosef Goltyapina, Enya Goltz, Leonid Gomberg, Sarah Gorelik, Haim Gorodinskiy, Lina Gorovits, Fanya Gotz-Zhidovetskaya, Yekaterina Goykhman, Eliyahu Goykhman, Iosif Grinshpun, Emanuel Gruby, Shlomo Gurevitch, Lev Gurfinkel, Roza Gurman, Abraham

Gutis, Chaya Rita Riva Gutis, Riva Gutkin, Isaak Hirshhorn, Kalman Hirshhorn, Rachel Holdshteyn, Kalman Ingerman, Frida Itkin, Channa Izakson, Kirill Izakson, Kiva Judovich, Simon Kacher, Mikhail Kadukov, Yuriy Kagan, Sonya Kaganaovich, Boris Kaganer, Lenya Kalika, Sara Kalsman, Fivel Kamyshova-Grosman, Sonya Kane, Tema Kanter, Malka Kantor, Bella Kantor, Channa Kaplan, Eva-Charusya Karpilovskaya, RasheRochel Kashper, Chaya Katsiv, Azrilka Katsiv, Isaak Katsiv, Rivka Katsiv, Semen Katsman, Zinaida Katz, Henry Katz, Mordechai Zalman Katzman, Maria Kaufman, Feliks Kavalerchik, Yefim Kechker, Tzilia Khalyavskaya, Rochel Khanokh, Leib Elyvich Klebaner, Sarra Klebaner, Tuba Klebaner, Zisl Koffman, Yefim Kofman, Yakov Kogan, Ida Kogan, Iekov Kogan, Revekka Kogan, Yaakov Kopilevich, Sara Kotlyar, Sofia Koyfman, Luba Kozak, Evgeniya Krasilchik, Naum Krasnoshckin, ElyaYuda Kravchenko, Morris Krelshteyn, Etlya Krisman, Abraham Krivulina, Genya Kroshinsky, Leya Krugman, Shimon

Кадиш читается каждый день в течение первого года

после смерти человека, а затем в день Йорцайта (годо-

вщину смерти). В настоящее время по просьбе родных и близких в синагоге F.R.E.E. в течение года читается

Кадиш в память об ушедших из жизни наших прихожанах:

Arlinsky, Gene Gralmik, Lev Liberman, Nina Epstein, Seena Godes, Dmitry Goldshteyn, Leonid Kozlov, Seymon

Kublanova, Basya Kucher-Serchai, Gita Kushnir, Boris Ladyzhenskaya, Beila Lapidus, Pavel Lelchuk, Aron Lemberski, Leomira Letichevskiy, Eliezer Levin, Michail Levin, Semen Levin, Solomon Levit, Nekhama Anna Levitin, Igor Levshteyn, Yelena Leyderman, Hencoh Liberman, Naum Libo, Moshe Lichtenshteyn, Sulamis Sulamif Lieberman, Bella Lifshitz, Chaya Likhter, Klara Likhter, Razel Limonchik, Sara Lisitsina, Izolda Litvinenko, Riva Livshits, Elka-Liba Livshits, Raya Lodkin, Genya Lubarsky, Chana Ludaya, Marina Magdel, Hirshel Malis, Zalman Margolina, Gita Margulis, Sura Markovich, Lev Markusov, Avraham Maryasya bas Aaron, Margolina Matz, Ruvim Melandovich, Boris Melnik, Chaskel Menaker, Chaim Michelson, Esfir Mikhaelzon, Eagene Miller, Bernard Milyavskaya, Emma Mironchuk, Rochel Mitnik, Fania Mogelevich, Tsipa Mogilevskaya, Ita Mogilevsky, Alexander Molodetsky, Mordechai Monastirskiy, Milya Moroz, Alexander Morozova-Kantina, Yelena Murashev, Alex Murashev, Alexander Murashez, Alexander Myaskovskaya, Svetlana Narodetsky, Samuel Narovlyansky, Michael Krasner, Helen Lerman, Sheila Moroz, Rakhil Myakovetsky, David Presman, Yevgeniy Reznikov, Vladimir Regirer, Polina

Narovlyansky, Michail Nayvelt, Benya Nudelman, Gita Nudelman, Gitya Oberfeld, Esther Ostrovskiy, Aaron Ozerskiy, Ilya Palti, Polya Perlin, Tzal Pevtsov, Mark Pevzner, Sofiya Peysakhovich, Emanuel Pikovskaya, Polina Pikovsku, David Pinelis, Branztya Pinelis, Levi Pivchik, Nonna Plotkin, Berta Plotkin, Sheyndel Podberezin, Viniamin Polevoy, Aleksander Polevoy, Alexander Polischuk, Asher Polishchuk, Leonid Polotovskay, Fanya F. Polotovsky, Ruvin Polsky, Peter Polunovsky, Fanny Postalov, Zev Potashnikova, Anna Prussak, Gersh Prussak, Zisya Puchinsky, Yeshoua Purinson, Shlomo Rabinovich, Leib Rabinovich, Maksim Rabinovich, Mordechai Ramina, Yudif Raskina, Faina Raskina, Fayga Ratner, Alex Rayev, Grigoriy Rayko, Iyzik RelativeSortName Reynya, Isaak Rezin, David Riskin, Zelik Rivkinzon, Boris Roitenberg, Etya Rokhlenko, Hersh Rosenfeld, Claudia Motya Rosumovskiy, Motl Roytman, Inda Roytman, Yakov Roytman, Yosif Roytshtein, Rivka Rozenberg, Asna Rozennsvay, Yusher Rozentsvit, Mark Rubina, Polya Rubinchik, Moshe Ruderman, YefimChaim

Rutman, Reyzey Safyanovskaya, Basya Samovalov, Dmitry Sapozhnikova, Sofiya Satanovskaya, Liza Schmidt, Avrom Segal, Shmuel-Nachem Shafir, Doba Shafranova, Liza Shapiro, Chaim Shapiro, Chanan Shapiro, Dvora Shapiro, Klara Shekhman, Boris Shevilenko, Roza Sheykhman, Sima Sheynkman, Akiva Sheynkman, Pyotr Sheynman, RonyaBraina Shinderman, Isaak Shklyanoy, Michail Shlayen, Frima Shleyner, Lev Shliachta, Emma Shmelkina, Ester Shmin, Liliya Shmoys, Dina Shnitman, Shmuel Shoiched, Faina Shor, Revecka Shtarkman, Dora L. Shtemberg, Leib Shteynberg, Lasar Shteynberg, Leah Shtivelberg, Rochel Shtrom, Bella Shtutman, Genya Shtypel, Emma Shtypel, Ethel Shumyatskaya, Chana Shvarts, Anna Shvartsbein, Alexander Shwartzman, Aron Shwartzman, LeyaRachel Sinelnikov, Albert Sirota, Yuzya Sister, Galina Sitkovetskiy, Irina Sklyarova, Maya Sklyut, Samuil Slusarev, Sara Slutskiy, Dariya Sokolskaya, Genya Sonkin, Anatoliy Sosnova, Basya Sosnova, Motel Sosonkin, Shmuel Spivak, Anatoly Srebnik, Fridrich Starets, Enya Strizhevsky, Etly Strugach, Alexander

Shchigol, Iryna Shlosberg, Polina Shvarts, Aveli Shostak, Abraham Silverberg, Yitzchak Sister, Galina Zeltser, Yuriy

Fayngersh, Perl Zlatokrylov, Rudolf Shnaider, Feygal Bas Leib Fayngersh, Perl Feldman, Meri

Stulov, Vera Sukenik, Maks Suslenskiy, Izya Tchernyahovsky, Haim Tokmazeiskaya, Tauba Toperman, Itzhak Traibman, Benyamin Tsaer, Channa Tseytlina, Ninel Tsimerman, Aron Tsimerman, Mariya Tsirkin, Boruch Tsirkina, Esfir Tsivin, Peter Tsypine, Avraham Tzeytlin, Isak Usha, Lev Ushman, Dvoira Vainblat, David Vaynberg, Manya Vayser, Israel Verkh, Arkadiy Verlinsky, Yuriy Vernovskaya, Sonya Vishnepolsky, Aron Vishnevskaya, Ida Vitkun, Leyb Vizeltir, Boruch Vodlinger, Leonid Volynskiy, Sonya Volynsky, Michael Vyshkind, Eugenia Wianberg, Genya Woldorf, Nachum Hersh Yakubova, Chaya Yankelovich, Osher Yechevich, Zelda Yeykalis, Lev Yurovitsky, Moshe Yurovsky, Isay Zabezhinskaya, Evzer Zamansky, Gesya Zaretskaya, Sonya Zatser, Sura Zeks, Moishe Zemlyak, Beba Zeyger, Sara-Ester VilderZgut, Raisa Zhidovetskaya, GitelYekaterina Gotz Zhitnitskaya, Nechama Zhuravleva, SheynaUdaya -Gitel Zilbelgleyt, Yuriy Zinger, Vladimir Ziskind, David Ziskind, Sholom Zlotnikova, Doba Zoierman, Rivka Zuperman, Dovid Zvenigorodsky, Lazer Gershberg, Frida Gralmik, Lev Liberman, Nina Salpeter, Shmuel Lev Kirzhner Manya Reznik

стр. 18

5782 июнь 2022

Выпуск 478

КУДА ИДЁТ АМЕРИКА

Яков Фрейдин Первые двадцать лет жизни в Америке наша жизнь была спокойной, размеренной и весьма безопасной — мы даже в доме не запирали двери. Однако за последующие без малого четверть века обстановка стала напряжённее: сейчас двери не только запираем, но установили в доме сигнализацию, а мои более решительные друзья даже обзавелись оружием. Впрочем, я хочу поговорить не о сегодняшнем дне, а о временах сравнительно давних, даже патриархальных, когда в США отношения между людьми были доверительные — люди свято уважали закон и верили друг другу на слово, которое порой имело такую же силу, как подписанный контракт. Ментальность у среднего американца была примерно такая: я законопослушный гражданин, а значит и все вокруг меня такие же честные и добропорядочные. Когда в 1977 мы с женой году эмигрировали из СССР, советские власти не позволили нам взять с собой никакие документы — ни аттестаты, ни дипломы, ни свидетельства о браке и рождении, вообще ничего. Единственным нашим удостоверением была бумажка с выездной визой в Израиль. Я поначалу волновался — сможем ли мы в Америке устроиться на работу без документов? Зря волновался, у меня и моей жены никогда не спросили никаких дипломов или свидетельств, верили на слово. Уточню, так было в те далёкие годы, а ныне доверие к иммигрантам сильно упало — слишком много понаехало врунов. Мы немало встречали таких самозванцев: если он инженер — то в СССР был «главным конструктором», если что-то преподавал — значит был «профессором», а если где-то учился музыке. то непременно работал «концертмейстером оркестра». Помню, когда в 1978 году моя жена пошла наниматься в американский оркестр и сказала, что закончила в СССР консерваторию, диплома у неё не спросили, но предложили взять в руки скрипку и сыграть. Как сыграла — сразу поверили и больше вопросов не задавали. Или когда я при оформлении на работу в университет сообщил, что у меня есть учёная степень и показал список 60 научных статей по-русски, мне сказали: «Мы по-русски не читаем, но отныне пишите по-английски». После того, как я опубликовал первую статью по-английски, про меня сказали: у него 61 работа, то есть одна по-английски подтвердила все русские. И так было во всём — верили не бумажкам, а делам. Однако повторю ещё раз — те благодатные времена ушли в прошлое. Раньше американцы со своей доверчивостью были весьма беспечные и даже наивные. Вот вам про это несколько историй. Лет 40 назад я трудился в большой фирме, где разработал электронный прибор для измерения артериального давления в домашних условиях. Для массового производства в него надо было встроить специальный чип. Мы стали искать компанию, которая такой чип могла бы для нас разработать, и вскоре остановились на предложении фирмы Хьюз Эйркрафт в Калифорнии. Основным бизнесом этой фирмы в г. Ньюпорт Бич была авионика — электронное оснащение для боевых самолётов, так что медицинский чип для них не являлся слишком сложной задачей. Я отправился на эту фирму для обсуждения тех-

нических деталей. Нет нужды говорить, что это было весьма закрытое производство и меня беспокоило, как я, недавний иммигрант из СССР, туда попаду без допуска (это был 1981 год. После вторжения советских войск в Афганистан холодная война достигла уровня суровых заморозков). Однако всё оказалось до смешного просто — я прилетел в Ньюпорт Бич, работники Хьюза заехали за мной в гостиницу и повезли на фирму. Подошли к проходной, вынесли мне жетон с надписью «посетитель» и лишь попросили, чтобы я в присутствии охраны рот не раскрывал — иначе, сказали они, из-за моего русского акцента могут возникнуть проблемы. В проходной я рот не раскрывал, проблем не возникло и меня, им малознакомого человека из Советского Союза, без допуска провели по всем отделам и лабораториям, с гордостью показали новейшие разработки авионики, к медицинским приборам совершенно не относящиеся, и вообще массу такого, что посторонним глазам видеть не стоит. Удивительно доверчивый был народ! Как теперь стало известно, СССР немало этой доверчивостью попользовался. Или вот такой, более серьёзный случай. В большой компании я руководил группой по разработке медицинских приборов. Моя маленькая группа в несколько человек располагалась в углу огромного инженерного зала, где остальное открытое пространство занимал закрытый отдел, который разрабатывал роторные гироскопы — навигационные приборы для военных самолётов и ракет. Хотя тот отдел был закрытый, не только стен, но даже перегородок в зале не было, и я свободно ходил туда поболтать с инженерами или просто посмотреть на чудеса техники тех времён — роторные газовые гироскопы. Однажды ко мне подошёл мой босс Алан Виллис, начальник отдела, и сказал, что они приняли на работу инженера, недавнего иммигранта из Польши, и решили, что ему место в моей группе. На следующий день я познакомился с новеньким, который назвался Стасом. Лет ему было около сорока, невысокий блондин, оказался он неплохим

инженером, кроме польского, свободно говорил по-английски, французски и немецки. Меня весьма удивило, когда он сказал, что пять лет назад уехал из Польши на работу во Францию, потом пару лет работал в ФРГ, а сейчас решил перебраться в Америку. Удивился я потому, что тогда Польша была социалистической страной и мне не верилось, что обычному инженеру можно было просто сесть в Варшаве на поезд и уехать на работу в капстрану. Я пошёл к Алану: — Ал, — говорю я, — этот Стас мне кажется несколько странным. Как он мог вот так запросто поехать на работу из соцстраны в капстрану? Из СССР это было бы невозможно, и мне кажется из Польши тоже. Да ещё такой полиглот! И почему он всё время меняет страны? У нас здесь делают гироскопы, и меня беспокоит, что он может… — А Стас хороший инженер? — перебивает меня босс. — Да, как инженер он на уровне, но ведь в этом зале секретные разработки, а он… — Господи, какие вы все из России параноики! — раздражённо говорит Алан, — Ты тоже из соцстраны, но мы же тебя приняли и ты тут работаешь, так почему нам не принять инженера из Польши? Закрытые разработки вон там, — он показал рукой в сторону зала, — а наш отдел ведь не секретный. Впрочем, если тебя это беспокоит, скажи Стасу, чтобы он на ту сторону, где делают гироскопы, не ходил. Вот и всё решение проблемы. А коли он хороший инженер, так не морочь мне голову, пусть спокойно работает. На том разговор закончился и Стас продолжал работать. Человек он был скрытный, молчаливый, и о своей жизни не распространялся, я даже не знал, есть ли у него семья или родственники. Прошло месяца два, и однажды он не вышел на работу. Не вышел и на второй день. Когда не появился он на третий день, я позвонил ему домой, но телефон не отвечал. Короче говоря, Стас исчез. Никто не знал, куда он подевался. Прошёл ещё месяц, и однажды ко мне подошла секретарша и попросила зайти в кабинет к боссу. Алан сидел за столом и вид у него был, как у

побитой собаки. Напротив него были два господина с суровыми лицами, которые представились мне как агенты ФБР. Они стали меня расспрашивать про Стаса, но я о нём знал мало и сообщить им мне было особенно нечего. Алан мне потом сказал, что мои подозрения оказались верными. Больше мы о Стасе не слышали. Зимой, году эдак в 1981-м, когда у нас с женой не только гражданства, но и «зелёной карточки» ещё не было, нам ужасно захотелось поехать в отпуск куда-нибудь в жаркие экзотичные места, лучше всего на острова Карибского моря, овеянные пиратской романтикой из книг детства. В турагентстве нам объяснили, что без документов заграницу нельзя, но можно поехать на американский остров, например, на Сан -Томас. Так как это территория США, то надо просто купить билет на самолёт и всё, а формально границу пересекать не надо. Мы купили билеты, прилетели на Сан -Томас и провели там чудную неделю – купались, загорали, ныряли с аквалангами. Когда настало время лететь обратно на материк, мы приехали в аэропорт, получили посадочные талоны и направились к трапу самолёта. И тут с ужасом увидели, что у трапа стоят офицеры американской пограничной службы и спрашивают пассажиров: «Где вы родились?» В те годы при въезде в страну достаточно было сказать, что ты родился в США, а стало быть гражданин, и никаких документов предъявлять было не нужно. Верили на слово. Увидев, что пограничники спрашивают пассажиров о месте рождения, мы поняли, что если скажем, что родились в СССР и не имеем при себе никаких документов, кроме водительских прав, нас в самолёт могут не пустить и будет большая морока с доказательством того, что мы имеем законное право лететь на материковую часть США. Что делать? Мы тогда ещё не избавились от советской привычки не откровенничать с властями (кстати, в нынешние времена и с американскими властями откровенничать не рекомендуется), Окончание на стр. 22

стр.

5782 июнь 2022

НЕПРОШЕДШЕЕ ПРОШЛОЕ

Андрей Дементьев

Мне так неуютно стало В лоне родной страны. Душа от обид устала, От торжества шпаны. Всем заломили руки, Кто косо взглянул на власть. Уж лучше с ней жить в разлуке,

Чем в лапах ее пропасть. Муза, не будь слугою, Как я не стал холуем. Мне легче уйти в изгои, Чем видеть, как рушат дом. Как рушат любимый берег, Где боль моя и друзья. …В Россию лишь можно верить, А жить в ней давно нельзя.

Выпуск 478

От редакции. Статья Виктора Топаллера и стихотворение Андрея Деменьева написаны немало лет назад. Но как же актуальны они сегодня! ному, вознесенному на трон судьбой и умопомрачительной наивностью Березовского, башкой не поехать? С одной стороны – трусливый Запад, с другой – собственное окружение, полностью состоящее из воров-холуев, славящих «царя». Ведь людей, подобных его бывшему советнику Андрею Илларионову, давно рядом не осталось. Кто на землю опустит, кто компресс холодный поставит, кто скажет: «Вова, ты что совсем охренел?! Очнись!» Сегодня Илларионов пишет о «мести» Путина: «Месть свободным украинцам, дерзнувшим уже

голяли в майках, с которых Путин улыбался с ленинским хитровато-доброватым прищуром, замшелый дедок со слезами на глазах сообщал, что считает президента своим сыном, а некий молодой дебил, поменявший фамилию на Путин, наоборот, рассказывал, что считает себя сыном вождя. Помните, как ему подарили копию шапки Мономаха, изготовленную любящими и, видимо, напрочь лишенными холуйства уральскими ювелирами? Подобного головного убора не удостоился даже великий вождь и учитель товарищ

дважды за последнее десятилетие не только ослушаться приказов кремлевского властителя, не только свергнуть дружественного ему диктатора, одновременно внушив невероятное чувство надежды другим народам, еще находящимся под властью подобного рода бандитов, прежде всего российскому народу, но и начать демонстрировать всему миру как наворованные ими богатства, так и инструменты, механизмы и технологии удержания такой же криминальной власти». Вот и резвится, полностью потеряв соображение от собственного величия, крошка Цахес, он же «орел наш дон Рэба». Я – Наполеон! Я – Сталин! Я – Феликс Эдмундович Дзержинский! Я – Штирлиц! А еще я Пеле и Высоцкий! Эни, бэни, рэс, квинтер, финтер, жэс... Много ли надо слабому уму? Вспомните, как отмечали недавно славный юбилей любимого вождя. Буквально весь народ принял самое непосредственное участие в этом замечательном празднике: на улицах распространялись открытки, дабы каждый мог лично поздравить «родного и близкого», бабушки в российской глубинке накрывали праздничные столы, скульпторы спешно долепливали бюсты и барельефы, художники домазывали картины, знатные ткачихи слали в Кремль ковры с изображением Путина, по улицам маршировали толпы с транспарантами «Слава Президенту!», детишки внимательно слушали в школах биографию «отца», парубки и девки ще-

Сталин, не говоря уже о Леониде Ильиче, который при всей своей любви к цацкам до короны с драгоценностями так и не додумался. У кого бы крыша не поехала под такой шапкой?! Отвечайте! Отстаньте от Путина, он не виноват! Я надеюсь, что вскоре фигура Путина заменит фигуру Гагарина на жуткой стелле на Ленинском проспекте и Рабочего на изваянии Мухиной. Представляете, как здорово бы было: Путин и Колхозница! Она как и была с серпом, а он - с карающим мечом вместо молота. У подножия постамента – отрубленные головы лидеров Украины. Тут главное проследить за тем, чтобы ему самому на голову не гадили голуби, которые одолели, например, Карла Маркса. Но за автора «Капитала» вступиться сегодня некому, а за обгаженного Путина мало не покажется. Если уже появились школьные тетрадки с благородным профилем президента, если его лик украшает собой ковры ручной работы, то наверняка не за горами время, когда его статуи, в том числе и конные, украсят собой все города России. Я уже вижу экспрессивную композицию «Путин укладывает на ковер японского посла», барельеф «Путин у рации-передатчика в Германии» и героический бюст «Вождь после ликвидации в Крыму бендеровцев-петлюровцев-махновцев». Хотелось бы верить, что в самое ближайшее время прилив всенародной любви и верноподданических чувств

Виктор Топаллер

Перестаньте ругать Путина! Он ни в чем не виноват. Нет, серьезно. Шпана ведет себя так, как ей, шпане, позволяют вести себя окружающие. Шпана постоянно пробует их (окружающих) на вшивость. За это дали по морде? Нет. Хорошо... А за это? Тоже нет? Замечательно... Тогда я еще вот чего заделаю... Опять молчите? Изумительно! Пойдем дальше. И так далее. Так что ругать нужно только самих себя. Больше некого. Ну еще можно, для порядка, покойного Бориса Абрамовича Березовского. Начнем с себя. Вспомните, как Путину удалось покорить западный мир. Нет, похоже, «покорить», неправильное слово. Скорее Путин очаровал Запад. Так будет точнее. И это, в общем, естественно – после «сисек-масисек» Леонида Ильича или вечно пьяного Бориса Николаевича, Путин производил чрезвычайно приятное впечатление. Молодой, энергичный, обаятельный, иностранными языками владеющий. Костюмчик сидит. Причесочка. Улыбочка. Часы на руке – не каждый «новый русский» может себе позволить. На татами выходит и всех на лопатки укладывает. Вы представляете себе Брежнева на татами? Короче – душка. Ну а про россиян я вообще не говорю – они любят своего президента не меньше, чем немцы любили фюрера, корейцы Ким Ир Сена, а иракцы Саддама. А поводов для любви к Путину, действительно, хоть отбавляй. Россия давно не возводила на трон такого милого, способного внятно произносить слова и целые предложения, лидера. На горных лыжах он катается, концерты группы «Любэ» посещает, иностранными языками владеет, и изъясняется при этом на

понятном народу языке, сообщая, что «мочить террористов будут в сортире». И всем радостно. Потому что все понятно. Чего ж тут непонятного? Наш человек! Кому сынок, кому отец родной. Полное удушение свобод, поддержка отморозков и бандитов во всем мире, «крышевание» Ирана, взрывы домов, загадочные убийства, воровство в промышленных масштабах, полный беспредел, ликвидация хоть какого-то подобия правосудия, оккупация Грузии – все это ерунда. Буш видит в глазах «друга Владимира» что-то такое особое, Обама вообще откровенно пресмыкается, получая от «очаровашки» оплеуху за оплеухой... Два раза только Запад окрысился: первый, когда Путин нехорошо про гомосексуалистов сказал, и второй сейчас – после вторжения в Украину. Еще раз скажу: Путин не виноват! Если бы у власти в Европе и Америке были бы не сегодняшние ничтожества, а люди подобные Гельмуту Колю, Маргарет Тэтчер, Рональду Рейгану, лубянский выкормыш никогда в жизни не посмел бы оккупировать Крым. Маленький человечек, крошка Цахес, потерял соображение от вседозволенности и попустительства. И у него поехала крыша. Как написал Белковский, «Путину бедному мозг больной свело», и поставил диагноз: гипертоксическая шизофрения. Это и Меркель заметила. Дескать, Путин живет в другом мире... А как ему, бедолаге, маленькому, ничтож-

Окончание на стр. 22

стр. 20

5782 июнь 2022

Выпуск 478 Я. Шехтер

Окончание. Начало на стр. 6

сания, обходительный человек, щедрый жертвователь. Заработок давался ему нелегко, ради пропитания Иче-Хаиму приходилось собачиться каждый день с нерадивыми работничками. А куда денешься? Как-то раз Бейле, жена Иче-Хаима, отправилась по делам в Красноставцы. Хоть и вышла рано, но к вечеру не вернулась домой. Иче-Хаим места себе не находил, всю ночь читал псалмы и нервно расхаживал по горнице, а чуть забрезжил рассвет, запряг лошадь и покатил в село. И что вы думаете, проезжая мимо корчмы он увидел, как его жена, не много ни мало, тихонько выходит через заднюю дверь. – Что это ты тут делаешь? – вскричал он в полном изумлении, еще не зная, как осмыслить увиденное. – Да я вчера припозднилась с делами, – как ни в чем не бывало ответила Бейле, – вот и заночевала в задней комнате корчмы. Гирш, дай ему Б-г здоровья, приютил. – Гирш приютил! – ахнул Иче-Хаим. – Да как же ты могла провести ночь в доме неженатого мужчины? – Ты бы предпочел, чтобы я переночевала в лесу под сосной? – ответила Бейле. – Гирш дал мне ключ от комнаты, я заперлась, и спокойно спала до утра. Это объяснение не устроило ИчеХаима. Он отправился к раввину и попросил разобрать дело. Раввин долго беседовал с Бейле, но та стояла на своем, отирая платочком непрерывно катящиеся слезы. – Ты стыдишься своего поступка? – спросил раввин. – Нет, мне стыдно за своего мужа, – ответила женщина. – После стольких лет, прожитых вместе, он способен подозревать меня в столь тяжком грехе?! Я в полный голос говорю, что ничего не было, не могло быть, а он не верит, словно я посторонний, незнакомый ему человек! Увы, слова женщины в таком положении много не стоят. Что там происходило в течение ночи за запертыми дверями, без единого свидетеля, поди, разберись. Для этого надо

НАМ ПИШУТ

Леонид Самойлович

Монолог российского солдата, попавшего в плен Не жалей меня мама, Видеть всё - нету сил,

быть или ясновидящим или очень умелым следователем. Увы, раввин села Красноставцы не был ни тем, ни другим. – Я требую, чтобы вы допросили владельца корчмы, – сказал ИчеХаим. – Надо сличить показания. От обиды и негодования он был не способен даже произнести имя Гирша. – Я боюсь с ним связываться, – признался раввин. – Он человек грубый, несдержанный. Вряд ли вообще придет, а уж тем более не станет отвечать на вопросы. Я напишу раввину Меиру Маргалиоту, главе раввинского суда нашего края. Уж тот наверняка сумеет найти на Гирша управу. Раввин приехал в Красноставцы под вечер. Солнце внезапно выглянуло из-за пелены туч и залило улицы розовыми закатными лучами. Лучше бы оно оставалось за тучами, при ярком свете вся грязь и убожество села отталкивали с особой силой. Но раввину Маргалиоту не было до этой картины никакого дела. Устроившись в доме местного раввина, он велел синагогальным служкам немедленно доставить Гирша для дачи показаний. В те времена раввины были наделены большими полномочиями, польской короне от евреев были нужны только налоги, а как они разбираются между собой, ее не совершенно не интересовало. Еврейский судья мог обложить провинившегося не только солидным штрафом, но и подвергнуть порке. И судьи пользовались этим правом. Сначала раввин дал Гиршу возможность высказаться. Но тот не собирался ничего говорить. – Ночь на дворе, волки в полях воют. Куда женщине одной идти? Накормил я ее, показал, где можно голову преклонить, вот и все. – А как же тебе не пришло в голову, что замужней женщине не подобает ночевать в пустом доме под одной крышей с мужчиной? – Не пришло. Вот вам пришло, а мне не пришло. – Если бы ты учил законы, знал бы, что так поступать не полагается. – Как поступать? Накормить человека и дать ему ночлег? А может, это вы неправильно трактуете законы? И У украинцев драма. Я за всё заплатил.

Плен не легкая штука, Но не легче тюрьма. Плен, как снежная вьюга, Как без хлеба зима. Стонут-плачут берёзы, Погибают дубы. Даже девочке Розе Не уйти от судьбы. Велика Украина,

вообще, кто дал вам право подозревать меня в грехе? – Твоя жизнь, дала, Гирш, вся твоя жизнь. Как ты одеваешься, как проводишь время, как разговариваешь с людьми. Ты забыл, когда в последний раз был в синагоге, учил Тору, жертвовал на бедных. Живи ты подругому, никому бы даже в голову не пришло заподозрить тебя в грехе. Твои поступки обвиняют тебя, Гирш. – Это не более, чем общие рассуждения. На их основании нельзя обвинить человека в серьезном преступлении. Нужны доказательства, ясные и четкие улики, кошерные свидетели. А у вас их нет и не будет, поскольку невозможно отыскать свидетелей тому, что никогда не случилось – Ты сам, – раввин гневно указал пальцем на Гирша. – Ты и есть главный свидетель. Признавайся немедленно! – Так вы уж и подскажите, в чем именно признаваться, – с усмешкой произнес Гирш. Терпение раввина Маргалиота лопнуло. Он позвал служек, и велел пороть преступника, пока не признается. Били долго, хлестали наотмашь свежесрезанными прутьями ивы, упругими и гибкими, да все без толку. Гирш продолжал упорствовать. – Вы бьете еврея за исполнение заповеди гостеприимства, – кричал он. – Если бы так обошлись с нашим праотцем Авраамом, не было бы сегодня ни еврейского народа, ни безжалостных, недалеких судей. На следующий день раввин Маргалиот уехал из Красноставца. Уехал, как говорится, с поджатым хвостом. Болтун и пустой человек Гирш был прав, чтобы вынести какое-то постановление, нужны доказательства. А их не было. Никаких. То, что Бейле провела ночь в корчме, конечно, вызывало серьезные подозрения, но не более того. Для судебного разбирательства не существовало даже малейших оснований. Иче-Хаим должен был сам решать, хочет ли он жить с такой женщиной или предпочтет развестись. «Эх, – думал раввин Маргалиот, – озирая унылые осенние поля, – сумей я прочитать мысли Гирша, подобному тому, как это делает Бааль Ей бы жить в ней да жить, Но российские «Грады», Продолжают бомбить. Несравнимо короток Человеческий век, Если вдруг погибает На войне человек.

Погибают детишки, Старики, всё живьё. Ведь чужие мальчишки, Разбомбили жильё.

Шем Тов, все бы сразу стало на свои места. Увы, Всевышний не наделил меня таким даром. Если бы сам Бааль Шем Тов оказался где-нибудь поблизости, возможно, я бы сумел его уговорить, и он бы разобрался, что же на самом деле произошло или не произошло, той злосчастной ночью». Карета начал замедлять ход, через ее плотные стенки донеслись гневные крики кучера. – Опять этот крестьянин, – крикнул он, открыв оконце в передней стенке. – Снова перегородил дорогу. Позвольте, угощу нахала кнутом? – Ни в коем случае! – вскричал раввин. – Этот человек большой праведник. Немедленно останови, мне необходимо с ним посоветоваться. – Ну что, Меирке, – сказал БаальШем Тов, выслушав рассказ раввина. – Зря ты не послушался моего совета. Ох, как зря. Он осуждающе покачал головой и выпустил клуб дыма из курительной трубки. Раввин замер от дурного предчувствия. – Этот пустобрех, этот грубиян и невежа на самом деле нистар, один из скрытых праведников твоего воеводства. Я ведь предупреждал, не будь таким строгим, относись к людям с большей снисходительностью. И что теперь? Задал порку цадику, всыпал ему горячих… Дни твои сочтены, Меирке, боюсь, ты не дотянешь даже до Хануки. Раввин повесил голову. Он, который на каждую фразу в Талмуде мог привести пять возражений и десять доказательств, теперь не знал, что сказать. – Мчись поскорее к ребе Гиршу, передай от моего имени, чтобы простил тебя, и попросил на Небесах отменить приговор. Через неделю раввин Маргалиот на простых санях ехал в Меджибож. В полях, точно вода в омуте, холодно и прозрачно стояла тишина. Замерший лес поседел от снегопада, безмолвие опустилось на землю вместе со снегом. Казалось белая, хрусткая вата укрыла всю грязь и неустройство мира. Раввин Меир Маргалиот ехал к Бааль Шем Тову, ехал, чтобы навсегда остаться его учеником. Я виновен, не скрою, Я бандит и урод, Оправданий не стоит Весь российский народ. Не жалей меня, мама, Это всем нам урок. И всемирного срама Будет длинным наш срок. 31 марта, 2022 г.

От редакции: автор – бывший киевлянин, живет в Чикаго.

стр.

5782 июнь 2022

Выпуск 478

К А Л Е Й Д О С К О П

Григорий Галич

ОТ ГИТЛЕРА ДО БОРЩА

Министр иностранных дел России Сергей Лавров провел переговоры со своим антиизраильским собратом, председателем политбюро террористической организации "Исламское движение сопротивления" (ХАМАС) Исмаилом Ханией. В беседе по телефону они обсудили ситуацию в зоне палестино-израильского конфликта и напряженность вокруг комплекса мечети Аль-Акса в Старом городе Иерусалима. Лавров и Хания отметили "недопустимость дальнейшей деградации обстановки" и перерастания столкновений в масштабную силовую конфронтацию. Как отмечается на сайте российского внешнеполитического ведомства, переговоры состоялись по инициативе ХАМАСа. Сергей Лавров подтвердил, что "российская сторона продолжит активные усилия в интересах налаживания палестино-израильского переговорного процесса на общепризнанной международно-правовой основе (??-Г.Г.), конечной целью которого является создание независимого палестинского государства в границах 1967 года со столицей в Восточном Иерусалиме, живущего в мире и безопасности с Израилем". Стороны также предметно рассмотрели задачу "скорейшего восстановления межпалестинского единства на политической платформе Организации освобождения Палестины, в том числе при посредничестве российской дипломатии". Можно с определенностью сказать, что антиизраильским зловонием "благоухало" каждое слово этого "преговорного процесса". К слову - исламистская организация ХАМАС признана террористической Израилем, Канадой, США, Японией, Европейским Союзом, Австралией, Великобританией и Организацией американских государств, запрещена даже в Иордании и Египте. Напротив, для лавровской России ХАМАС - это братско-союзническое образование, их обоих сплотила ненависть к Израилю. (Для справки, ХАМАС был основан во второй половине 1980-х годов

и с момента возникновения не признавал и не признает Израиль как государство и упорно призывет к его уничтожению и созданию на его территории исламского палестинского государства. Так что Лавров знает, кого выбирать в союзники. Говоря о Лаврове, нельзя не упомянуть его сентенции о борющейся против российской агрессии Украине и конкретно о ее президенте и гланокомандующем Владимире Зеленском. Когда Зеленский заявил, что обвинять президента-еврея в приверженности к нацизму абсурдно и неуместно, Лавров в ответном выступлении полностью раскрыл свое черносотенное нутро. Обвинив еврея Зеленского в антисемитизме, он в качестве доказательства своей правоты в интервью итальянскому телеканалу привел такой "неоспоримый" аргумент, заявив, что «у Гитлера была еврейская кровь», а «самые ярые антисемиты, как правило, евреи». Сей лавровский "аргумент" настолько гнусен и мерзок по своей лживо-юдофобской сущности, что сразу, безо всяких оговорок позволяет идентифицировыать этого путинскго клеврета как упертого, примитивно-одноклеточного фашиста - ненавистника Израиля и евреев. Руководство Израиля обвинило Лаврова во лжи и расизме, поэтому для разъяснения его позиции российского посла Анатолия Викторова вызвали в МИД Израиля. На следующий день МИД РФ выпустил статью «Об антисемитизме», в которой обвинил Израиль в поддержке «неонацистского режима в Киеве», а также в игнорировании проявлений нацизма и антисемитизма в Украине и других странах Восточной Европы. Итак, будем считать, что Лавров "надежно обосновал" российские бомбежки мирного населения Украины антисемитизмом еврея Зеленского. Но самым "убедительным" аргументом существовния украин-

ского нацизма козырнула услужница Лаврова Мария Захарова, чья неадекватность давно стала притчей во языцех. На одном из брифингов МИДа она объяснила наличие нацизма в Украине тем, что там считают борщ украинским блюдом: «Даже книги о кулинарии запрещались. Почему? Потому что нельзя было делиться борщом, ну нельзя, он должен был принадлежать только одному народу, одной национальности. А так, чтобы он был общий, чтобы в каждом городе или каждом регионе каждая хозяйка могла приготовить его по-своему, — нет. На компромиссы идти не хотят. Так это и есть то, о

чем мы говорим, — ксенофобия, нацизм, экстремизм во всех видах», — заявила Захарова. Ну что тут сказать? - Остается покрутить пальцем у виска.

P.S. А еще эта официальная представительница путинско-лавровского МИДа в эфире "Радио Спутник" на голубом глазу голословно заявила, что в Украине «фактически плечом к плечу с боевиками „Азова“ находятся и израильские наемники». Очевидно, ранее исторгнутого вранья ей показалось мало, и она решила не отставать от шефа - добавить ударную антиизраильскую дозу.

стр. 22

5782 июнь 2022

Выпуск 478 В. Топаллер

Окончание. Начало на стр. 19

приведет к тому, что Россия переплюнет по числу статуй Северную Корею с ее Ким Чен Ыном, его батюшкой и дедушкой, будь они трижды прокляты. Меня всегда поражало, как такой хитрый, опытный, ушлый человек, как Березовский, мог совершить такую глупость? Неужели он действительно полагал, что чем более ничтожного, серого, убогого человечка он найдет, тем проще им будет управлять?! Он не знал, что опаснее всего именно ничтожество, вознесенное на трон?! На этот вопрос мне не смогли ответить ни Фельштинский, ни Гольдфарб, прекрасно знавшие Березовского... Как бы то ни было, за эту ошибку он заплатил своей жизнью. Как и многие другие. А весь мир и Россия продолжают платить. Макаревич не Сокуров и не Акунин, но даже его прорвало: «...Как будто не было четверти века, где нам давался шанс хотя бы почувствовать себя свободными, самостоятельно думающими людьми. И с какой же скоростью все вернулось в совковую империю - со всеми «единогласно одобряем», «гневно осуждаем», с вводами войск куда посчитаем нужным и конфронтацией со всем человеческим миром! Советской власти всегда было насрать на человека - ничего тут нет но-

Я. Фрейдин

Окончание. Начало на стр. 18

поэтому решились на маленький обман – соврать, что мы родились в Нью-Йорке. Впрочем, враньё это было вовсе не безобидное – в Америке обман официальных лиц есть серьёзное нарушение закона. Вот мы втроём, то есть моя жена, шестилетний сын Рома и я подходим к трапу и слышим вопрос: «А вы где родились?» Жена спокойно говорит «Нью-Йорк» и её пропускают в самолёт, я тоже говорю «Нью-Йорк» и начинаю подниматься по ступеням трапа, но тут наш честный ребёнок громко заявляет: «А я родился в Сибири!» Мы оцепенели от ужаса. Поняли — всё, доигрались! Прямо сейчас не только ссадят нас с самолёта, да ещё за враньё влетит по первое число. Но неожиданно пограничники хватаются за животы и начинают помирать со смеху: — Нет, вы только посмотрите на этого маленького шутника! Ведь что придумал хохмач: папа родился в Нью-Йорке, мама – в Нью-Йорке, а он, вы только представьте себе – в Сибири! И откуда он слово такое знает? Марш в самолёт, врунишка! Да, патриархальные были времена… В заключение, расскажу ещё одну историю о том, какие законопослушные были американцы в прошлые годы. Для них не было принципиальной разницы между законами природы и законами, принятыми в обществе — и те и другие не подлежали сомнению, но безусловному исполнению. Произошла эта история более сорока лет назад. Мы с женой, которая тогда была на сносях, и пятилетним сыном путешествовали на машине по американскому северо-востоку, то есть по патриархальной Новой Англии. Была середина лета, мы заезжали в маленькие городки, босиком бродили по прохладному прибою вермонтских пляжей, на опушках сосновых лесов собирали маслята, а потом в кемпингах их жарили на костре. Плана путешествия у нас не было, ехали куда глаза глядели, наугад. Гостиницы, мотели и кемпинги не резервировали, полагая, что всегда найдём какое-то пристанище, чтобы переночевать. В

вого. А вот то, что нам самим на себя насрать, и ничему мы не научились - это ужасно. Ну что ж, будем сидеть за своим вновь выстроенным забором в своем средневековье и надувать щеки, и граждане планеты снова будут смотреть на нас с опаской и неприязнью, как на неведомых зверьков. Не впервой». На один из юбилеев молдавский президент вручил Путину чучело крокодила, объяснив Владимиру Владимировичу, что это единственное животное, которое «не сдает назад». Он попал в десятку - сходство Путина с крокодилом действительно поразительно. И чисто внешнее, и по чертам характера, и по повадкам. Как этого никто раньше не заметил? Так что крокодил в самое ближайшее время вполне может стать символом России, вместо порядком осточертевшего медведя. И тогда в новых сериях мультфильма про Чебурушку будет фигурировать уже не крокодил Гена, а крокодил Вова, несправедливо забытая песенка о том, как «по улице ходила большая крокодила» снова войдет в моду, а вместо устаревшего праздника 7 ноября появится новая красная дата – 7 октября, ровно на месяц раньше. И назвать это можно будет днем Крокодила. Думаю, что Крокодил, вылезший из недр ОГПУ-НКВД-КГБ, еще наверняка продемонстрирует влюбленному, оболваненному народу, на что способно это

животное. Россия получила того вождя, которого так страстно желала. Именно вождя. И уже никто не вспоминает слова одного очень умного человека, заметившего, что когда появляется вождь, то народ автоматически превращается в племя. Что теперь делать? Кондолиза Райс говорит, что основная задача – «продемонстрировать России, что мы не потерпим дальнейших шагов». А сможете? Есть кому демонстрировать? Сомневаюсь я что-то... И не я один. Например, обозреватель Жиль Херцог пишет, что раздражен западными дипломатами и политиками, и спрашивает, соберется ли Европа с силами, чтобы наконец сказать «нет» Путину? «Политика добрососедства и торговли провалилась усилиями хозяина Кремля, его госаппарата и его вассалов. Европу приперли к стенке... Россия с ее бездействующей экономикой, устаревшей промышленностью, неисправными финансами, демографией в упадке является колоссом на глиняных ногах...». А Роберт Фиск в «Индепендент» сообщает: «Я был потрясен, когда увидел, как выглядели в Брюсселе на прошлой неделе все эти аферисты из ЕС с серьезными лицами. У этих людей нет опыта войны и они думают, что достаточно только заявить о своих угрозах - и можно ехать домой, забыв о кризисе».

Верные, к сожалению, наблюдения. У Запада, который в свое время так очаровал Путин, «кишка тонка». По делу надо было прервать все контакты, отозвать послов, арестовать все счета, имеющие отношения к преступному режиму, вышвырнуть российских «дипломатов», увеличить в разы «список Магницкого», недвусмысленно дать понять, что российский Черноморский флот можно ликвидировать двумя ракетами Пятого флота США, который находится в Бахрейне, запретить вещание российских телеканалов, льющих чудовищную геббельсовскую ложь... Ничего этого не будет. Можете мне поверить, что и письмо сенаторов-республиканцев Марка Кирка и Дэна Коутса в ФИФА с просьбой лишить Россию права на проведение чемпионата мира в 2018 году и отказать ее сборной в праве участвовать в предстоящем чемпионате мира в Бразилии, останется без ответа. «Бабло» решит все. Как решило место проведения нынешней Олимпиады. А что это значит? Значит, что Путин неизлечим. Он так и будет мнить себя падишахом. Фараоном. Наполеоном. Александром Македонским. Петром Первым. Владимиром Последним. В копии шапки Мономаха...

багажнике машины лежала палатка и прочие туристические штуки. Тёплым июльским днём мы двигались в западном направлении от океана. Прячась за кронами высоких сосен, солнце склонялось к закату, и мы решили, что пора подумать о ночлеге. На карте разыскали ближайший кемпинг и поехали туда. Зашли в офис и увидели надпись «Мест нет». Спросили у хозяина, что же нам делать, может, поблизости есть какой-то другой кемпинг? Он развёл руками и ответил: — Да вы что, ребята, сегодня ведь 4-е июля, праздник! Будет салют, куча приезжих. Все кемпинги и мотели забиты под завязку. Приезжайте завтра, а сегодня извините, мест нет. — А где же нам ночевать сегодня? – спросили мы. Он только плечами пожал. Мы для верности ещё с час покружили по окрестностям: заехали в пару других кемпингов, проверили в округе все отели и мотели, но, как он и обещал, мест нигде не было. Смеркалось. Мы уж совсем отчаялись, как у дороги увидели съезд в густой лес. На придорожном столбе была надпись: «Парк Штата. Добро пожаловать. Разжигать огонь и оставаться на ночь запрещено». Жена говорит: — У нас выхода нет. Давай найдём в лесу какую-нибудь полянку, поставим палатку, переночуем, а рано утром тихонько уедем. Сегодня праздник, все гуляют, нас тут никто не заметит. Дорога была пустынная, вдали виднелись огни какого-то посёлка, стрекотали цикады, и на небо медленно забиралась луна. Мы сошли с дороги, заехали в лес поглубже, среди зарослей нашли подходящую полянку, запарковали машину под деревом и быстро поставили палатку. Надули матрацы, забрались внутрь, рассказали ребёнку сказку, выключили фонарик и собрались спать. Вдруг я услышал звуки моторов и невнятные голоса; на брезентовых стенах и потолке палатки заметались красные и белые сполохи. Что такое? Я выглянул наружу и увидел четыре машины, три из них были с мигалками. У машин стояли вооружённые полицейские и мощными фонарями светили на нашу палатку и машину. Щурясь от яркого света, мы выползли наружу, хорошо по-

нимая, что влипли. От группы незваных визитёров отделился пожилой человек в штатском и направился к нам. Подошёл, протянул мне руку и очень приветливо сказал: — Добрый вечер, господа, поздравляю вас с 4 Июля. Меня зовут Билл, я мэр городка, что в двух милях отсюда. Позвольте узнать, почему вы здесь поставили палатку? Вы разве не видели надпись, что в парке оставаться на ночь запрещено? Я пожал мэру руку, тоже поздравил его с праздником и пояснил, что нам негде ночевать, мы объездили все отели, мотели и кемпинги — мест нет нигде. Пообещал: мы только тут переночуем, никаких костров разжигать не будем, а рано утром всё за собой уберём и тихонько уедем. Но мэр вздохнул и грустно сказал, что здесь ночевать нельзя, и мы должны немедленно снять палатку. Закон штата запрещает ночевать в парках, а потому при всём к нам сочувствии он ничего с этим поделать не может. Я пытался его уговорить и войти в наше безвыходное положение. Объяснил, что жена моя на 8-м месяце и неважно себя чувствует (что было весьма заметно), ребёнку пять лет, и он капризничает, мы ужасно устали. Обещаем вести себя тише воды, ниже травы, не мусорить, только позвольте нам тут на полянке переночевать. Мэр опять горестно вздохнул, покачал головой и сказал, что он лично рад бы нам позволить, но ведь это Закон и ничего с этим поделать невозможно, а потому нам надо сматываться. Мы втроём опять начали его упрашивать, чтобы он сделал исключение, но он только удивлённо на нас смотрел и никак не мог взять в толк, какое тут может быть исключение, если это Закон, а из законов ни для кого не бывает исключений! Ну разве можно уговорить, скажем, солнце, чтобы оно в виде исключения к вечеру ушло не на запад, а на юг? — Вы, господа, поймите, — втолковывал он нам, — в нашей стране все люди перед законом равны. Если я позволю вам, то буду вынужден позволять и всем прочим, и что тогда станет с законом? Он превратится в пустую бумажку! Если нарушить этот закон, значит можно будет нарушать и все прочие законы нашего штата. А если нарушать штат-

ные законы, значит можно нарушать и федеральные! Это неизбежно приведёт к краху демократии и в стране наступит хаос и беззаконие. Вот к какой катастрофе может привести ваша ночёвка на этой полянке! Постепенно до нас стала доходить вся глубина нашего морального падения и нам стало стыдно за то, что своей ночёвкой в лесу мы можем невольно разрушить стройное здание великой американской демократии. Положение казалось безвыходным, но вдруг мэр широко улыбнулся и спросил: — Ну, а если я вам найду место в кемпинге, вы уедете отсюда добровольно? Мы в один голос закричали, что только рады будем! Тогда он подошёл к полицейской машине и стал с кем-то говорить по рации (мобильных телефонов тогда ещё не было). Потом кивнул полицейским, чтобы помогли мне снять и упаковать палатку, а затем всем кортежем мы выехали из леса. Впереди шла полицейская машина с мигалками, за ней ехал мэр в своём джипе, затем мы, и замыкали процессию два полицейских крузера, тоже с мигалками. В ночном небе уже взрывались петарды и радужными блёстками мерцал праздничный салют. В сиянии небесных огней и грохоте канонады торжественной колонной мы проехали через городок под изумлёнными взорами зевак, которые, вероятно, думали, что не иначе как на праздник к ним приехал сам Президент. Таким важным манером прибыли мы в тот самый кемпинг, где до того не было мест. Мэр велел нам подождать в машине, зашёл в офис, через минуту вышел оттуда с хозяином и сказал, что по его просьбе для нас будет выделено место для палатки. Опять поздравил нас с праздником, пожелал приятно провести отпуск и они все уехали. Вот такой хороший человек — уважил закон, спас американскую демократию, да и нам помог. А ведь мог бы и выдворить взашей…

2014

стр.

5782 июнь 2022

НАШЕ ОБОЗРЕНИЕ

Анатолий Либерман Григорий Яблонский. Жизнь в раю. Новосибирский Академгородок (19641968). Franc-Tireur, 2022. 92 с.

Когда человек живет в тюрьме, то любое послабление кажется ему чудом (да оно и есть чудо). Так случилось с людьми, которые родились в сталинском и сталинистском Советском Союзе и испытали дыхание «оттепели» и дней Никитиных прекрасное начало. Оно даже и не было прекрасным, но всё ведь познается в сравнении. Потом наступил возврат к ледяному веку, а после него был «застой», но для частичного возврата к людоедским временам понадобилось еще полвека. В промежутке удалось сделать многое. И был в этом промежутке среди прочего новосибирский Академгородок. Там, в Новосибирске, организовали филиал Академии наук, и, если я помню правильно, многие выдающиеся исследователи согласились покинуть столицы ради поистине сказочного повышения: в Сибири крупнейшие профессора стали член-корами, а член-коры — академиками (гигантский шаг в карьере). Может быть, кто-нибудь помнит советские выборы в Академию наук. Такие выборы, как и присуждение премий, — грязное дело в любой стране и в любую эпоху (об этом вскользь пишет и Яблонский), но в СССР «выборы» были не просто жульничеством, а фарсом. В «Известиях» (кажется, в «Известиях») печатались огромные списки профессоров и член-коров, выдвинутые для избрания на эти сверхжеланные, сверхпрестижные места, на высшие ступени в научной иерархии. Списки производили впечатление разнообразием и справедливостью: многие имена были узнаваемы далеко за пределами профессиональных кругов. Но «народ» не подозревал, что эти списки — сплошная липа, блеф, так как в член-коры и академики не выбирали, а назначали. Рулила партия, а выбирающие светила (естественно, тоже академики и член-коры) за редкими исключениями голосовали так, как им подсказывали. Я эту кухню прилично знал, потому что десять лет (1965-1975) работал в академическом институте. Отсюда не следует, что в рай попадали одни лишь недостойные люди (хотя не обходилось и без них), а лишь то, что, как общее правило, от трудов праведных трудно нажить каменные палаты. Хочешь продвижения, переезжай на восток, где ни Эрмитажа, ни Улановой. В Новосибирске, на небольшом клочке

Сердечно поздравляем нашего многолетнего автора Григория Яблонского с выходом новой книги. Желаем Григорию Семеновичу крепкого здоровья и многих радостных лет!

земли, собралось немыслимое количество звезд. Всё там, конечно, было, как у людей: и партия, и комсомол, и прочее начальство, — но даже и они некоторое время не могли противостоять натиску такой массы выдающихся людей и талантливой молодежи. Со стороны (я жил в Ленинграде) новосибирский эксперимент казался чудом. Чудом он по тем временам и был: рай в «одном, отдельно взятом городе» (кто придумал эту идиотскую фразу об одной, отдельно взятой стране: Сталин?). В Академгородке, начиная с 1964 года, и пребывал Григорий Яблонский, тогда поначалу аспирант, а ныне он крупнейший специалист в области физической химии, историк и летописец науки, человек неуемной энергии и активный литератор. Киевлянин, он уехал из столицы советского антисемитизма на восток и поступил (то есть его приняли) в Новосибирскую аспирантуру. Чудо еще, что он с отличием окончил Киевский политехнический институт: где-то система дала осечку. Но, приехав в Новосибирск, он «взглянул окрест себя», и душа его возликовала: он увидел, что при жизни попал в рай. Двадцать с лишним лет провел он в Академгородке: на заре перестройки, будучи уже профессором, вернулся в Киев, но вскоре эмигрировал в США, где был признан и, как сказано, снова стал профессором, теперь уже американским с широкими связями в Европе. В Новосибирске Яблонский был не только исследователем, а еще и драматургом, автором и исполнителем песен и успешным организатором. Позже, как он рассказывает, его охватило многолетнее оцепенение, и вспоминать ничего не хотелось. «Я как бы засунул этот

пласт памяти в специальный ящик, а ключ от него выбросил. Всё это продолжалось долгие годы, десятилетия… … сам процесс воспоминаний казался неестественным… Всё изменилось летом 2021 года» (с. 78-79). Яблонский снова начал писать, частично под благотворным влиянием Сергея Сергеевича Юрьенена, издателя Franc-Tireur, «Вольного стрелка», известного прозаика и доброго друга многих и многих русскоязычных авторов, живущих в рассеянии. Вернулась память, «слышнее стали звуки, не умолкавшие во мне», как мог бы он сказать, оживились старые связи, и возникла эта книга со множеством интереснейших иллюстраций. Это не исповедь и не томик ностальгических воспоминаний, а рассказ о событиях, многим известных понаслышке, а теперь, как говорилось в заглавиях старых романов, «рассказанных им самим». Центр книги — история клуба «Под интегралом», клуба, в который Яблонский пришел «с улицы» и в котором сразу же стал одним из главных людей. Клуб понемногу задушили (всё-таки советский Новосибирск, а не Афины и не Флоренция, и даже не Кремневая Долина [Silicon Valley], но перед концом он, конечно, не в одиночку успел провести фестиваль авторской песни. Труда этот фестиваль стоил огромного. Тогда вошло в обиход слово бард. Самых главных бардов и пригласили. Все, начиная с Высоцкого, приехать отказались, а Галич согласился и приехал. Именно серия его выступлений принесла тому фестивалю славу и ускорила гибель клуба, ибо песни вызвали у слушателей, как выразилась газета, нездоровый (то есть как раз здоровый) ажиотаж. Яблонский заканчивает свой рассказ трезвой оценкой городка и клуба. Академгородок хирел вместе со своей страной, но что-то осталось: английская школа (там, кстати, учился хорошо известный читателям «Мостов» и «Литературного европейца» Виктор Фет,

Выпуск 478

генетик, драматург и поэт), средняя школа для талантливых физиков и математиков и многие клубы и «секции», но это всё — эхо того, что было. «Застой», он и есть застой, а с перестройкой взошли еще и ядовитые грибы вроде общества «Память». В период расцвета Академгородок напоминал Яблонскому пушкинский лицей. Был он еще и прибежищем для гонимых ученых. Дух городка и клуба, по мнению Яблонского, — самоорганизация талантов в свободной среде (с. 77). Есть ли сегодня в мире Афины и Флоренция (оба места стоят в нашем воображении в крайне идеализированном виде)? Едва ли. Но те годы (1964-1968) были, и в Новосибирске это были хорошие годы.

Наша справка. Григорий Яблонский – учёный, доктор химических наук, литератор, автор и исполнитель песен. Область научных интересов – физическая химия (кинетика и катализ), математические вопросы химии, история и методология науки. Окончил Киевский политехнический институт. В 1960-80 годы работал в Новосибирском Академгородке и Туве. Один из организаторов клуба «Под Интегралом» и Первого фестиваля бардов (Новосибирск, 1968 г.), подписал «письмо 46». В 1991-1995 годах – профессор Киевского политехнического института (Kиeв). С 1995 года – профессор Washington University in St. Louis и Saint Louis University, Missouri (США), почётный профессор Гентского университета (Бельгия). Автор 7 книг по химической кинетике и катализу и более 200 научных работ. Печатался в различных литературных изданиях - «Химия и жизнь», «Искусство кино», «Литературная газета», «Огонёк» (до 1995 года), «Новый журнал», «Мосты», «Шалом», «Окна» (после 1995 года). Книги «Григорий Шекспир» и «Жизнь в раю» напечатаны издательством «FrancTireur» в 2012 г. и 2022 г.

На фото - Дискуссия о песне, Новосибирск. 1968 г Григорий Яблонский (стоит слева) музыковед Владимир Аронович Фрумкин (стоит в центре) Александр Аркадьевич Галич (сидит справа)

стр. 24

Выпуск 478

5782 июнь 2022