Эти огни будут сиять всегда
Из посланий Любавичского Ребе
Законы и обычаи Хануки
Яков Фрейдин
Джонатан Сакс
Караван вопросов
Моше Гринвальд
Программная речь об антисемитизме
Хасидские истории
Встречи с Ребе
Ирина Чайковская
“Право на память”
Елена Литинская
У нас в гостях
Рабби Шмуель Нотик Вера Острогорская
Леонид Ашкинази
Григорий Галич
Наш ответ антисемитам
Непопулярный в России
Наше обозрение
Взгляд из Германии
Александр Шапиро
Лея Алон (Гринберг)
Лехаим
В свете памяти...
стр. 2
стр. 4
стр. 5 стр. 6
стр. 7
стр. 8
стр. 9
стр. 10 стр.14
стр. 16
стр. 17
стр. 19
стр. 20
стр. 22
СчастливойХ
Я рад поздравить с праздником Хануки всю нашу общину. Этот чудесный праздник всегда наполняет наши дома и сердца особым светом, необыкновенным теплом. В Хануку евреи зажигают ханукальные меноры. Каждый огонек праздничной свечи объединяет и роднит нас, где бы ни жили евреи. Об истории, философии и законах Хануки вы
АНУКИ!
прочитаете в этом номере «Шалома». Надеюсь, в дни Хануки мы не раз встретимся с вами. Большое торжество для детей и родителей состоится в воскресенье 2 декабря в северных районах Большого Чикаго (см. рекламу на стр 1 и 24 «Шалома»). С удовольствием приглашаю всех вас, друзья, на пари в честь Хануки в наши
синагоги в Чикаго по адресу 2935 Devon Ave. и в Дес Плэйнес по адресу 9401 Margail. Мы хотим, чтобы здесь встретились и, конечно, веселились вместе евреи разных поколений – отцы, деды, внуки. Дорогие друзья! От души желаю всей нашей общине здоровья, счастья, большого духовного Света, самого скорого прихода Мошиаха!
стр. 2
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
“SHALOM”
Published monthly by Synagogue F.R.E.E. The Samuel G. Bellows Educational & Cultural Center
Editor-in-Chief Rabbi Shmuel Notik Editor Yevsey Tseytlin
Synagogue & Headquarters: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com Rabbi/Executive Director Rabbi Shmuel Notik Building Campaign Chairman Shael Bellows Endowment Campaign Chairman Glenn Morris President Mrs. Reitza Kosovsky Director F.R.E.E. of Chicago Rabbi Levi Notik Director Satellite Center/ F.R.E.E. of Niles Rabbi Naftoli Hershkovich Associate Rabbi of F.R.E.E. of North Suburbs Rabbi Sholom D.Notik Youth Development Director Rabbi Ari Rendler Educational Center Abraham Lapson Hebrew School Social/Vacational Services Mrs. Chana Tsetlin Hecht Chassidus Library Lyuba Golz Russian Judaica Library Редакция: yevseyts@gmail.com Евсей Цейтлин (редактор) Алексей Лоскутов (дизайн) Лариса Боярская Бела Горелик Нина Дубровская Илья Куксин Клара Левина Мила Левин Наталья Минина Владимир Темкин
ЭТИ ОГНИ БУДУТ СИЯТЬ ВСЕГДА
Из посланий Седьмого Любавичского Ребе
Ханукальные огни, зажигаемые с наступлением вечера, напоминают нам о прошлом: о войне и победе Хашмонеев, об освящении восстановленного Храма, о вновь зажженной в Бейт-Амикдаш Меноре и о малом количестве масла, которого чудесным образом хватило на восемь дней горения... Значение праздников в еврейской жизни, как отмечалось неоднократно, – не только напомнить о событиях, которые произошли много лет и поколений назад. Праздник и связанные с ним законы и обычаи должны вызывать настолько сильные и глубокие чувства, чтобы события тех времен переживались заново и отражались на нашем ежедневном поведении – в мыслях, словах и особенно поступках. Необходимо извлекать уроки из давних событий, годовщины которых мы отмечаем, и прилагать эти уроки к сегодняшнему дню – к повседневной жизни каждого еврея. В дополнение к общему поучению всех праздников, которые свидетельствуют, что Провидение Всевышнего руководит судьбой нашего народа вплоть до мельчайших деталей и что «Страж Израиля не спит и не дремлет», – каждый праздник, конечно, имеет свои особенности, поучения и мицвы. ...Представим себя на минутку членами маленького партизанского отряда Хашмонеев. Мы находимся под владычеством могучего и враждебного государства, многие из наших братьев оставили нас, приняли язычество и образ жизни врага. Но наши вожди, Хашмо-
неи, вступили в бой, не вдаваясь в расчеты о численности вражеских войск и мощности их вооружения, не взвесив заранее свои шансы на победу. Ведь Бейт-Амикдаш был захвачен и осквернен, а Тора и наша вера были в большой опасности. Жестокий враг растоптал все святое и пытается заставить нас принять его идеологию, его образ жизни – идолопоклонство, безнравственность, несправедливость и многое другое, совершенно чуждое нашему характеру. Нам остается только одно – еще теснее сомкнуться вокруг нашей веры и объявить захватчику войну не на жизнь, а на смерть. Ханука празднует нашу победу над греками с помощью чуда, и Хашмонеи, разгромившие несметную армию врага, действительно обладали секретным оружием: месират нефеш (самопожертвованием) – самопожертвенной решимостью сопротивляться «силам тьмы», не рассчитывая своих шансов в борьбе. Не может быть компромисса с врагами при осквернении того, что свято в еврейской жизни, и единственный для еврея выход – безоговорочное сопротивление, причем конечный исход борьбы остается во власти Святой Воли. Незабываемый урок нашей истории в том и заключается, что, если мы владеем «секретным оружием» – месират нефеш, исход сражения не подлежит сомнению. Истина в том, что судьба еврейского народа определяется не материальными или физическими критериями, а духовной силой,
Компьютерное обеспечение: Юрий Шлеймович IO Digital, Inc.
Организация F.R.E.E. в Большом Чикаго Главный офис и синагога: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com www.obshina.com Центр в Riverwoods. Синагога и учебные классы Тел. (847) 444-1265 (773) 456-3441 Воскресная еврейская школа имени Абрама Лапсона Центр по подготовке к бар- и бат-мицве Тел. (847) 830-8152 Синагога в Des Plaines: 9401 Margail, Des Plaines, IL 60016 Tel. (847) 296-1770 Редакция ежемесячника “Шалом” и еженедельной радиопрограммы “Беседы об иудаизме” 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: editor@chicagoshalom.com
Редакция не отвечает за содержание объявлений и не гарантирует кошерности предлагаемых продуктов. Мнения, высказываемые авторами публикаций, не обязательно совпадают с мнением редакции. Присланные рукописи не возвращаются, в переписку по этому поводу редакция не вступает. Перепечатки возможны только с разрешения редакции. Дизайн является собственностью газеты.
© Shalom. All Rights Reserved.
Ханука — это еврейский праздник свечей, которые зажигают в честь чуда, происшедшего при освящении Храма после победы войска Иегуды Маккавея над войсками царя Антиоха в 164 году до нашей эры. Этот праздник начинается 25-го числа еврейского месяца кислева и длится восемь дней. В 332 году до н.э. Иудея добровольно перешла под власть Александра Македонского, который придерживался политики невмешательства в религиозную жизнь евреев. После смерти Александра в 323 году до н.э. и множества войн, которые вели между собой его наследники, к власти пришла египетская династия Птолемеев, и последующее столетие прошло в состоянии относительной стабильности. В 198 году до н.э. Птолемеи были разгромлены Селевкидами (ассирийскими греками), в руки которых попала и Иудея. Поначалу общая ситуация казалась неизменной и
даже отчасти улучшилась. Евреи получили письменные гарантии, подтверждающие их право жить «по законам своих отцов», и налоговое бремя было несколько уменьшено. Но затем Селевкиды начали предпринимать попытки эллинизировать евреев. Греческая философия и культура постепенно стали проникать в еврейскую среду. В 175 году до н.э. к власти пришел Антиох Епифан, при нем эллинизация негреческого населения приобрела особо жесткие формы. Тора стала запретной книгой, соблюдение еврейских законов — серьезным преступлением, повсюду были установлены идолы. Антиох дал свое имя Иерусалиму, храмовые сокровища были конфискованы, а сам Храм разграблен. В ответ в Иудее началось восстание под предводительством семьи Маккавеев. По сравнению с войском Антиоха, повстанческая армия была малочисленна,
дарованной нам Б-гом в Торе и Мицвот. Победа малочисленных и слабых над могущественным врагом ясно продемонстрировала, что нас нужно оценивать только по шкале духовной силы – даже в областях, где физическое превосходство обычно решающий фактор. Хотя евреи – говоря словами молитвы – «слабы» и «малочисленны» в физическом смысле, однако они не могут быть подавлены «могущественными» и «многочисленными» и проявляют необыкновенную духовную стойкость и самопожертвование при любой угрозе Еврейству, Торе и Мицвот. Так было на протяжении всей истории – и «в те дни» и в наши дни. Евреи – всегда «малочисленное меньшинство среди народов» и никогда не равны другим народам по материальной и физической мощи. Но с позиции духовной силы все оказывается наоборот, более того, духовная победа не ограничивается духовной сферой, а приводит к победе на реальном поле битвы, «вручая могущественных в руки слабых и малочисленных» со всеми вытекающими отсюда последствиями. События Хануки подчеркивают: в еврейской жизни материальное всегда связано с духовным благополучием. Хотя преследования начались с духовной атаки, с попытки
плохо вооружена и подготовлена. Возглавлявший армию Иегуда Маккавей, понимая это, избегал открытых сражений, не давая противнику возможности воспользоваться численным преимуществом. Нападая на отдельные отряды греков, повстанческая армия одерживала одну победу за другой. За три года она вытеснила завоевателей с территории страны и освободила Иерусалим, доказав, тем самым, что высокая цель и сила духа порой имеют решающее значение. Предание гласит, что поднявшись на Храмовую гору, евреи нашли в Храме масло для лампад, достаточное для поддержания огня лишь в течение одного дня. Однако, чудесным образом огонь в золотой меноре горел целых восемь дней, в течение которых приготовили новые запасы масла. Так был заново освящен Храм. В память об этом событии в праздник каждый вечер зажигают свечи: одну — в первый день праздника, две — во второй, три — в третий и так далее, до восьми, используя для этого, как правило, специальный подсвечник — ханукию. Еврейская мудрость гласит: «Немного света достаточно для того, чтобы рассеять большую тьму». В Хануку у детей каникулы, принято дарить им игрушки и давать деньги. О давних событиях напоминает также игра в ханукальный волчок, на каждой из четырех граней которого написана первая буква слов фразы «Чудо великое было здесь» (если дело происходит в Израиле) или «Чудо великое было там» (в диаспоре).
стр. 3
5779 декабрь 2018 греков «заставить их забыть Твою Тору и нарушить Твои заветы», – вскоре последовало и материальное ограбление евреев и их детей. Та же связь между физическим и духовным еще раз проявила себя при освобождении евреев. Когда они под руководством Хашмонеев с непоколебимой верой воспротивились ассимиляции, Б-г помог им полностью избавиться от врагов и спас не только их души, но и богатства их и детей. В наши дни, как и часто в прошлом, евреи подвергаются угрозе могущественных «сил тьмы», грозящих проглотить мир в целом и еврейский мир в частности. В настоящее время наши святыни – это еврейский дом, Иешива и синагога. У них нет иммунитета от осквернения, и по-прежнему нужна решимость Хашмонеев, чтобы сохранять их чистоту и святость. Борьба за них также может казаться неравной, но награда за сопротивление несомненно окажется выше цены усилий – ведь с помощью Всевышнего исход «сражения», конечно, будет чудесным, а победа – полной (духовной и материальной), как это было в дни Хануки. Таким образом, Ханукальный свет учит нас, что, хотя последние дни изгнания (накануне прихода Мошиаха) проходят во тьме, – еврей не покоряется окружающей его темноте, а освещает свой дом светом Торы и Мицвот (их символизируют в данном случае Ханукальные свечи), и более того – он показывает всему миру, что светом Торы и ее заповедей проникнута вся еврейская жизнь. И как свет неотвратимо рассеивает тьму, так и «все народы на земле увидят, что имя Б-га названо на тебе, и они будут бояться тебя» – бояться причинить тебе вред. Вышесказанное означает, что еврей не только не должен погрязнуть в обыденности окружающего материального мира, но наоборот – обязан победить его и заставить служить высшим целям в соответствии с предначертанием: «все твои действия (даже в мирских делах) должны свершаться ради Неба», и «во всех путях твоих познай Его» пока «мрак не превратится в свет». Следовательно, каждый должен следовать примеру Хашмонеев, вплоть до самопожертвования, игнорируя превосходящее большинство, как в древности наши предки – «слабые и малочисленные против могущественных и многочисленных»... Наши мудрецы-талмудисты так описывают чудо Хануки. Захватив Святую Землю, греки проникли в Храм и осквернили все масло в Эйхал (внутреннее помещение Бейт-Амикдаш). Когда Хашмонеи прогнали их, был найден один, случайно не тронутый греками кувшинчик. Этого масла могло хватить лишь на один день горения, но Менора была зажжена и чудесным образом горела восемь дней, пока приготовили новое масло. Из текста Талмуда следует, что осквернение масла было не случайным, а умышлен-
ным. Напрашивается вопрос: если греки преследовали цель прекратить зажигание огней в Меноре, почему они только осквернили масло; с большим успехом они могли использовать его или совсем уничтожить. Более того, мы должны предположить, что греки осквернили все масло в Иерусалиме и его окрестностях: ведь если бы поблизости оказалось ритуально чистое масло, отпала бы необходимость в чуде. Следовательно, ситуация могла быть описана более просто, с помощью слов «осквернили все масло», без дополнительного определения – «в Эйхале". И это определение тем более излишне, поскольку местом хранения масла был даже не Эйхал, а примыкающая к нему Азара. Ответ таков: подчеркивая, что греки осквернили все масло в Эйхале, наши мудрецы указывают на истинное намерение греков – это было сделано не ради предотвращения зажигания Меноры. Скорее, они хотели, чтобы обряд совершался оскверненным маслом и, следовательно, нарочно оставили его в Святилище. На это весьма важное обстоятельство наши Мудрецы указывают в кратком, приводимом ниже, описании Хануки. Ханука напоминает столкновение двух миров: еврейского мира по Торе, основанного на чистом монотеизме с его идеей святости в повседневной жизни – с одной стороны, и эллинской культуры с ее многобожием и материалистическим образом жизни – с другой. Силой оружия греки пытались навязать завоеванным народам свою культуру. Их целью не было искоренение местных культур, а скорее эллинизация и ассимиляция народов. Такой же была и политика Антиоха, когда Иудея перешла под его господство. «Греческая империя была намерена заставить евреев забыть Твою Тору и преступить Твои законы». Греки готовы были признать Тору или даже принять ее – как совершенное и прекрасное литературное произведение, поэму, собрание мудрости, глубокой философии и так далее, однако с условием считать ее человеческим творением, чем-то вроде их мифологии (которая была создана людьми и где божества представали в людском обличье, с человеческими характерами и страстями). Так и Тора могла – нет, должна была быть измененной со временем, чтобы гармонировать со взглядами руководящего класса, новыми идеями и нравами того времени, которые, безусловно, расходились с постоянством и непреложностью религиозных институтов, таких как Суббота, обрезание и другие. Следовательно, они собирались не замалчивать Тору, а умалить ее восприятие как Бгом данного слова. Они не испытывали отвращения к моральным и этическим ценностям Торы, но запрещали хукким – так называемые «сверхрациональные» законы, которые более чем другие отличают еврей-
ский образ жизни и делают ее специфически еврейской, святой и чистой. Более того, и в этом была самая большая опасность греческого проникновения в Эйхал: они одобряли, они готовы были зажечь Менору, чтобы ее свет распространялся повсюду, как и прежде, – за исключением того, что этот свет должно было давать масло, хранившее след «прикосновения» осквернивших его язычников. Менора, с зажженным в ней святым и чистым маслом, была материальным символом чистоты еврейской жизни, и Вечный Свет ее передавал это послание Бейт-Амикдаш каждому еврею, где бы он ни был. Греки решили уничтожить этот символ. И в самом деле, ведь были евреи-эллинисты, которые думали, что «прикосновение» более «искушенной» и «современной» греческой культуры приведет к слиянию ее с еврейской религией и Торой. Но горсть Хашмонеев, чье зрение не было затуманено, увидели в этом «прикосновении» фатальный взрыв, который поражает внутреннюю святыню еврейской жизни. Справедливое для «тех дней» остается истинным навсегда. Под давлением окружающего мира еврей может найти в своем «святилище» идеи и нравы, чуждые еврейскому образу жизни, несовместимые и вредные ей. Но во внутренней святыне его души всегда сохраняется «кувшинчик чистого масла» или «искра» Всевышнего, недосягаемая для осквернения. Надо зажечь ее и, хотя вначале это может быть крохотный огонек, вспыхнувший на мгновение, его достаточно, чтобы в будущем он превратился в Вечный Свет. Ни один еврей не должен быть покинут: в каждом необходимо зажечь этот святой и чистый огонь, даже если ему суждено гореть лишь один день. Он и сам по себе имеет смысл, и более того – будет постепенно расти изо дня в день и со временем осветит всю жизнь человека. Ханука напоминает, что наибольшая опасность не там, где могут запретить еврейский образ жизни, а скорее в намерении осквернить ее, наполняя Менору нечистым маслом. Это намерение проявляет себя многими путями; в поклонении материализму и материальному успеху, либо идеологиям и разнообразным «измам» как панацее от всех человеческих болезней, в преклонении перед наукой и технологией, в тенденции измерять все на свете линейкой человеческого разума и тому подобное. Не всякий из этих путей непременно исключает «религиозный опыт», но заключает его в узкие границы, или – еще хуже – изобретает псевдорелигиозность, где освящение и обязательства приносятся в жертву удобству и компромиссу, где руководящими принципами вместо неизменной правды и святости становятся грубый прагматизм и рационализм. Ханука учит нас, что святость и чистота еврейской жизни должны быть защищены любой ценой. В то же время сама Ханука, как говорит Шало (великий ученый-талмудист), оказывает животворящее влияние на весь мир. Когда произошло освящение Бейт-Амикдаш, Ханука указала на обновление мира – ведь мир был создан ради Торы и выполнения Мицвот. Греки попытались отменить Тору и Мицвот среди евреев. Когда Хашмонеи превозмогли их, значение Торы и Мицвот усилилось, и так был обновлен мир... Как Творение началось со слов «Да будет
Выпуск 436
Свет», так и мицва Хануки начинается с зажигания свечей. Все Мицвот результативно воздействуют на мир, но результат не всегда заметен глазу или не всегда проявляется немедленно после свершения мицвы. Например, суть всех Мицвот – заповедь цедака – награждает дающего цедака и его семью жизнью и средствами к существованию и одновременно приносит жизнеспособность в мир. Но это не происходит по принципу «что посеешь, то и пожнешь»; действие цедака скрыто от физического глаза или понимания «натуральным» мышлением. Однако есть нечто выдающееся в Мицвот, связанных с зажиганием свечей, – как в БейтАмикдаш в старину, в Субботу, во время праздников и т.д. Здесь результат действия – появление света – виден немедленно: он и должен быть виден всеми, кто находится в доме. Среди этих Мицвот заповедь зажигания Ханукального Света уникальна. Она требует выполнения «напоказ» для внешнего мира: согласно правилам, подсвечник должен быть выставлен «у двери дома, снаружи» (если возможно, или же в окне). Таким образом, любой прохожий, включая не-еврея, немедленно заметит Ханукальный свет, который освещает окружающий мир. Более того, о наступлении Хануки известно заранее, и мир знает, что Евреи повсюду выполнят заповедь зажигания свечей, которые разгонят тьму ночи (так как время зажигания Ханукального подсвечника наступает после заката солнца). Зажигание Ханукальных свечей демонстрирует физически глазу и каждому проходящему, даже не-еврею, что в еврейском доме светло, когда вокруг темно. Это особо подчеркивается тем, что Ханукальные свечи зажигают после захода солнца «у двери дома, снаружи», чтобы видно было и внешнему миру, как Тора и Мицвот не ограничиваются стенами дома, а сияют всем окружающим. Когда мы находились в тяжелом положении, когда потребовалась высокая самоотверженность, Всевышний заповедал нам Ханукальные свечи. В такое время недостаточно освещать лишь свой дом, ибо на «улице» темно и эта тьма способна проникнуть внутрь. Необходимо приложить усилия, чтобы осветить и «улицу». Даже если тьма велика, ее нельзя бояться. Наоборот, необходимо самоотверженно освещать «улицу» и каждый день увеличивать количество света. Нельзя удовлетворяться вчерашним количеством свечей, необходимо ежедневно добавлять еще и еще. Сегодня одна свеча, завтра две, послезавтра три и так далее. Невозможно начинать сразу со многих свечей. Начинают с одной, готовые назавтра зажечь две и послезавтра три, пока не станет светло на «улице». Начало празднику положило чудо зажигания Меноры чистым священным маслом, которое обошло грязное прикосновение. На первый взгляд – поскольку речь идет о свете – так ли уж важно, было или не было масло тронуто и осквернено, ведь, разумеется, трудно ухудшить качество и интенсивность Окончание на стр. 4
стр. 4
5779 декабрь 2018
Выпуск 436 Из посланий...
Окончание. Начало на стр. 2 света прикосновением, не так ли? Однако мудрецы провозгласили решающим моментом, сутью праздника Хануки, чудо с маслом. Они не уменьшили и не проигнорировали значение великих чудес на поле битвы (о чем упоминаем мы из года в год в молитве). Но вывод их очевиден: в сфере Торы и Мицвот, символизируемых Ханукальными Свечами, должны царить абсолютные чистота и святость. И не дело человеческого разума искать причину этому: какая, мол, разница и не стоит обращать внимания на незначительное, кратковременное осквернение.
Слово «Ханука» в переводе на русский означает «освящение», «обновление». Два тысячелетия и одно столетие назад, двадцать пятого дня месяца Кислев, 3622 года от сотворения мира, евреи с великолепием и блеском освятили Бейт-Амикдаш – Храм, оскверненный греками. С тех пор по завету наших Мудрецов мы каждый год прославляем чудо, случившееся в Бейт-Амикдаш, и восемь вечеров подряд зажигаем светильник у дверей или в окнах наших домов. И зажигание Ханукальных свечей – самый важный из заветов праздника. В знак любви и почитания Ханукальные свечи всегда помещают в специальные светильники, подчас удивительно тонкой работы. Талантливые еврейские мастера всех эпох оставили о себе вечную память, создав изящные Ханукальные светильники из бронзы, серебра и фарфора – подлинные шедевры настоящего искусства (такие светильники можно увидеть в музеях). Для Ханукальных свечей пригодно любое масло, но лучше всего – оливковое, ведь именно с ним произошло чудо. Тем не менее, для выполнения заповеди хороши и свечи. Чтобы оповестить весь мир о чуде Хануки, светильники ставят в дверном проеме, с левой стороны от входящего, напротив мезузы (на стул или табуретку). Таким образом, чудесный Ханукальный огонь виден снаружи, чтобы те, как говорит наш Ребе, «кто все еще „снаружи", также вдохновлялись уроками Хануки». Существует несколько простых, но важных предписаний, связанных с Ханукальными свечами. Их зажигают в начале вечера, и они должны гореть не менее получаса после наступления темноты, поэтому следует заблаговременно убедиться, что масла в светильниках либо величины свечей достаточно для тридцати минут горения. На второй вечер ставят две свечи. Но вначале зажигают свечу номер 2, а потом свечу номер 1. На третий вечер ставят три свечи, но вна-
Свет, которым освещен Бейт-Амикдаш, должен быть абсолютно чист, без малейшего загрязнения. В этом – суть. Путь еврея в его повседневной жизни освещает свет, о котором сказано: "Мицва – светильник, а Тора – свет». Этот светильник и сам процесс зажигания нужно тщательно беречь от осквернения, и тогда дорога будет безопасной. Наши, благословенной памяти, Мудрецы утверждали, что Ханукальные свечи будут сиять всегда. Зажигание семисвечной Меноры в Храме прекратилось, зажигание восьмисвечного Ханукального светильника непрерывно продолжается. И не только на Святой Земле, но и в диаспоре, и не только в Храме, но и в каждом еврейском доме. «Свечи Хануки никогда не перестанут го-
реть» означает также: их учение вечно, во все времена и повсюду и – как упомянуто – для каждого еврейского дома, каждого еврея и еврейки. Поступки человека и его семьи, а главное – воспитание сыновей и дочерей (Ханука и Хинух – воспитание – происходят от одного корня) должны освещаться и направляться чистым светом Торы во все возрастающей степени до тех пор, пока это пламя не начнет освещать и тьму внешнего мира. ...Мы, евреи, всегда были малочисленны; много тиранов пыталось уничтожить нас за нашу веру. Иногда они направляли свои отравленные стрелы против наших тел, иногда – против наших душ. Горько признавать, но многие из наших братьев по той или иной причине отворачивались от Б-га и Его Торы
и старались облегчить себе жизнь, подчиняясь диктату победителя. В такое бедственное время мы должны уподоблять себя Хашмонеям, сохранившим верность заветам отцов. Нужно помнить, что в сердце каждого еврея запрятана «капля чистого масла» и, вспыхнув, она разгорается в огромное пламя. Эта «капля чистого оливкового масла» – Вечный Огонь, свет которого может и должен прорезать темноту нашей ночи теперь и всегда, пока каждый из нас не увидит своими глазами исполнение обещаний пророка о нашем конечном избавлении и торжестве. И как в дни Хашмонеев, «нечестивый будет вновь побежден праведным, а замышляющий зло – теми, кто следует заветам Б-га, и всему народу Израиля будет оказана большая помощь».
чале зажигают свечу номер 3, потом номер 2 а потом номер 1. Этот же порядок добавления свечей и очередности их зажигания сохраняется в каждый из последующих вечеров Хануки. По закону мы не имеем права пользоваться Ханукальным светом для чтения, работы или освещения дома, что и подчеркивается в молитве: «Свечи эти мы зажигает в честь спасений, знамений и чудес, которые Ты явил... и нет у нас права пользоваться ими – только смотреть на них». Поэтому зажигают отдельную, не входящую в счет свечу – шамеш (служка). Его устанавливают на том же светильнике, но не в одном ряду с остальными свечами, а выше, чтобы заметно было – шамеш не входит в число Ханукальных свечей. Шамеш не только дает необходимый для освещения свет, но им зажигают остальные свечи. Если одна свеча случайно погасла, ее ни в коем случае нельзя зажигать от соседней. Только от шамеш! (Однако в пятницу вечером, после наступления Субботы, погасшую свечу больше не зажигают, потому что закон Субботы запрещает зажигать огонь.) Когда светильник готов для зажигания и уже поставлен на свое место, берут в руку горящую свечу-шамеш и произносят следующие благословения: (Транслитерация): Борух Ато А-дой-ной Э-лой-хэйну Мэлэх Хоойлом Ашэр Кидшону Бмицвойсов Вцивону Лэхадлик Нэйр Хануко. (Перевод): Благословен Ты, Б-г, Всесильный наш, Король Вселенной, освятивший нас Своими законами и заповедавший нам зажигать Ханукальную свечу. (Транслитерация): Борух Ато А-дой-ной Э-лой-хэйну Мэлэх Хоойлом Шэосо Нисим Лаавойсэйну Байомим Хохэйм Бизман Хазэ. (Перевод): Благословен Ты, Б-г, Всесильный наш, Король Вселенной, сотворивший Чудеса нашим предкам в те дни в
это время. Впервые зажигая Ханукальные свечи в этом году, произносят также: (Транслитерация): Борух Ато А-дой-ной Э-лой-хейну Мэлэх Хоойлом Шеэхэйону Вкиймону Вхигиону Лизман Хазэ. (Перевод): Благословен Ты, Б-г, Всесильный наш, Король Вселенной, сохранивший нас в живых, обеспечивший наше существование и доведший нас до сего времени. Затем зажигают свечи в указанном выше порядке, после чего произносят: (Транслитерация): Ханэйройс Халолу Ону Мадликин, Ал Хатшуойс, В-ал Ханисим, В-ал Ханифлоойс, Шэосисо Лаавойсэйну Байомим Хохэйм Бизман Хазэ, Ал Йдэй Койханэхо Хакдойшим. Вхол Шмойнас Ймэй Хануко, Ханэйройс Халолу Койдэш Хэйм, В-эйн Лону Ршус Лхиштамэйш Бохэйн, Эло Лиройсон Билвод, Кдэй Лхойдойс Улхалэйл Лшимхо Хагодойл, Ал Нисэхо В-ал Нифлойсэхо, В-ал Йшуойсэхо. (Перевод): Свечи эти мы зажигаем в честь спасений, знамений и чудес, которые Ты явил нашим предкам в те дни в это время посредством Твоих священнослужителей. И все восемь дней Хануки свечи эти святы, и нет у нас права пользоваться ими – только смотреть на них, чтобы славить и хвалить Имя Твое великое за знамения Твои, чудеса Твои и спасения Твои. Если по какой-то причине Ханукальные свечи не были зажжены вовремя, это можно сделать и позже – до того, как живущие в доме ложатся спать. В пятницу вечером необходимо зажигать Ханукальные свечи до субботних свечей (их зажигают за 18 минут до захода солнца, а Ханукальные – еще раньше). Как уже было сказано, свечи должны гореть не менее получаса после наступления полной темноты, т.е. в Субботу – намного дольше обычного. Поэтому следует заранее проверить их величину или количество масла в светильнике. На следующий вечер – в ночь на воскресенье – Ханукальные свечи зажигают после окончания Субботы (наступления полной темноты) и произнесения молитвы Авдолэ. Заповедь зажигания Ханукальных свечей обязательна для всех – и мужчин, и женщин, и детей. Наши мудрецы-талмудисты особо подчеркивают важность участия женщин в зажигании Ханукальных свечей, поскольку и они внесли свой вклад в чудесное Ханукальное избавление. В память об этом установлен обычай: пока горят Ханукальные свечи, женщины не занимаются никакой работой. В жизни нашего народа женщинам выпала поистине историческая роль. Провидение Всевышнего возложило на них особую ответственность, или вечную привилегию: именно еврейская мать – основа дома, – свято соблюдая законы Торы, обеспечивает преемственность еврейского образа жизни и само существование нашего народа.
«Именно еврейские женщины, – говорит Любавичский Ребе, – стали борцами против нашествия безнравственного греческого культа. Велико их значение в свершении чуда Хануки: их вклад в победу начался с решимости соблюдать законы цниут (скромности) и распространился на все заповеди Торы. Мера их мужества может быть оценена, если вспомнить, что Греция и греческая культура были в те дни центром, «главной магистралью». Эллинский образ жизни проник повсюду, его восприняли не только нееврейские народы, но, к несчастью, и значительная часть евреев. Называвшие себя «эллинами» евреи послушно следовали обычаям и моде, продиктованным греческой культурой. Но, несмотря на это, сохранявшие верность еврейские женщины, сторонясь большинства, игнорировали требования моды. Они придерживались принципов Торы, были скромными, благопристойными, и... они победили. Ханукальное послание еврейским женщинам и девушкам сегодня – не допускать влияния чуждого окружения. Даже если они «малочисленны» и «слабы», как истинные герои и героини нашей веры в эпоху Хашмонеев, оставаясь принципиальными и решительными, они одержат победу; и такое поведение окажет пользу не только им, но и всему еврейскому народу, всем будущим поколениям, как это было во время Хануки. Вечера Хануки – это теплый семейный праздник, когда по обычаю рассказывают о чудесах, случившихся с нашими предками, или другие истории – нравоучительные и вдохновляющие, не связанные с событиями Хануки, но проникнутые духом Хашмонеев... А еще их называют «латкес-вечерами», потому что главное блюдо в эти дни – латкес (картофельные оладьи) либо блины, поджаренные на масле, в память о чуде с кувшинчиком масла. В дни Хануки дают больше, чем обычно, денег на благотворительные нужды (цедака). Дни Хануки – не только взрослый, но и особый детский праздник. Старинные традиции и обычаи Ханукальных дней превратились со временем в детские игры и развлечения. Например, любимая игра в дрейдл (волчок) два тысячелетия назад была своеобразной маскировкой. Законы греческих властей той поры грозили смертью за обучение Торе, поэтому дети приносили с собой на занятия волчки, а при появлении врагов или шпионов начинали увлеченно играть, делая вид, что собрались ради этого. В наши дни игра в волчок стала развлечением либо состязанием, но в память о прошлом на каждом ребре его гравируется одна еврейская буква. Это начало слов, которые складывают фразу: «Чудо Великое Свершилось Там». Одновременно Ханука – это дни, когда уделяют особое внимание воспитанию детей, не только поучая их, но и доставляя им ра-
стр. 5
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
Яков Фрейдин Не так давно одна родственница моей жены, дама, работающая в университете (читай — в либеральном болоте) сильно на меня натопорщилась, когда я негативно высказался о многих тысячах мигрантов из Африки и Ближнего Востока, захлестнувших Европу. Она меня укорила, сказав, что у меня двойные стандарты: «Америка и Европа принимала нас и помогала, когда мы бежали из СССР. Так почему ты, — сказала она, — против приёма беженцев из других стран?». Я ей ответил, что беженец беженцу рознь, и между ними есть фундаментальная разница. Кем были мы, бежавшие от строительства социализмакоммунизма и государственного антисемитизма, и кто те, которые двигаются на Европу (а сейчас и в США, о чём ниже)? Разница эта в двух словах: иммигранты и мигранты. Поясню эту разницу. Иммигрант, прибывая в чужую страну на законных основаниях, старается стать частью этой страны по многим параметрам. Прежде всего: по языку, по культуре и образу жизни. Иммигрант учится, работает, общается с «аборигенами», впитывает новую культуру, платит налоги. В Америке старается жить, как американец, в Германии — как немец, в Голландии — как голландец, то есть «с волками жить, по волчьи выть». Разумеется, всё это не теряя лучшее из той культуры, что он привёз с собой; и не только не теряя, но и обогащая этим свою новую родину. А если надо, с оружием в руках будет её защищать. Дети иммигрантов становятся неотличимы от коренных детей Америки, Германии, Италии — страны, где они родились, растут и вырастают. Это именно те факторы, из-за которых раньше США называли «плавильным котлом», в котором всё сплавляется воедино и получается новый металл с уникальными свойствами. Эти факторы сделали Америку так непохожей на другие страны. Иммигранты обогащают Америку и делают её лучше. К сожалению, США уже не плавильный котёл, а скорее «миска с салатом», где все продукты намешаны, но воедино не слиты. А всё потому, что в последние десятилетия в страну вливаются массы не иммигрантов, а мигрантов. А это совершенно иная публика. Мигранты — это те, кто безо всякого желания меняться и приспосабливаться
дость. Принято, например, дарить детям деньги – так называемые хануке-гелт. Это и удовольствие для малышей, которые чувствуют себя «взрослыми», самостоятельно распоряжаясь наличными, и одновременно воспитательный акт: еврейских детей с малых лет приучают отдавать какую-то часть хануке-гелт на благотворительные цели. Однажды на праздник Ханука, обращаясь «к каждому мальчику и каждой девочке в возрасте перед Бар-Мицва и Бас-Мицва», наш Ребе сказал: «Вы, конечно, знаете, что назначение
к новым условиям просто переселяются в места, где условия жизни лучше. Вроде, как переезжают из бедного и грязного района, в другой, более богатый и благополучный. Туда, где жильё удобнее, зарплата (если хочется работать) выше, где сердобольные соседи накормят, напоят, спать уложат и песенку споют. Однако, вот загвоздка — сливаться с этими соседями мигрант не желает, он свою прежнюю родину приносит в своей голове и хочет жить по-прежнему, лишь в лучших условиях. Кстати, выходцев из России с такой ментальностью называют «колбасными иммигрантами», хотя, конечно, они всё же не иммигранты, а мигранты. На языке принявшей их страны мигранты не говорит или чуть-чуть, только чтобы зайти в магазин, автобус или за пособием. Образ жизни, культура, привычки, стиль одежды, язык — вообще всё прежнее остаётся с мигрантом: он воссоздаёт в своём районе и в своём доме бывшую родину, и, как говорится в анекдоте, «в Америку не ходит». Мало того, он приносит в Америку всё негативное, от чего он бежал из страны исхода. Проку от мигрантов новой стране никакой, а вреда — с избытком: огромные расходы, подска-
кивает преступность, происходит эрозия коренной культуры. Именно орды мигрантов (варвары, гунны, вестготы и прочие), захлестнувшие в третьем веке новой эры Римскую Империю, привели к её развалу. Именно вот такие мигранты прибывают сейчас в Америку из стран Латинской Америки и мусульманских государств. Справедливости ради замечу, что многие мигранты, прибывшие в Америку законным путём из Азии (Китай, Индия), западной и восточной Европы и России, всё же на шею Америки не садятся, учатся и успешно работают, хотя с американцами не сплавляются. Но это их дело. Потому, не о них тут речь. Пояснив, почему я за иммиграцию, но против нелегальной миграции, перейду к сути своей заметки. К южным границам США по восточной стороне Мексики двигаются массы мигрантов из Гватемалы, Сан Сальвадора и Гондураса. По некоторым оценкам их около семи тысяч, по другим — много больше. Они мечтают нелегально прорваться через границу и осесть в США, полагая, что с таким наплывом американская пограничная служба не справится и захлебнётся (стрелять же в них не будут!), и доброй Америке некуда
будет деваться. Примет их, накормит, напоит, спать уложит и песенку споёт. Поодиночке пробраться через границу трудно, а саранчёвой тучей — очень даже есть шанс. Но кое-что настораживает в этом караване мигрантов с юга. Что-то тут не просто. Вот вам караван вопросов. 1. Одному человеку, особенно с семьёй, на эмиграцию решиться непросто, но вполне возможно. Многие из нас через это прошли. Можно сговориться с парой-тройкой знакомых, для удобства переселения и взаимной поддержки. Но возможно ли такое, чтобы вдруг сговорились семь тысяч человек и ОДНОВРЕМЕННО двинулись в дальний поход? Таких чудес не бывает. А может это не чудо, а спланированная и стратегически организованная акция? 2. Если весь этот караван организован, то кем и с какой целью? Уж наверняка не какими-то филантропами по доброте душевной. Кто за этим стоит? 3. Поглядите на кадры хроники: большинство мигрантов совсем неплохо одеты, на спинах рюкзаки, в руках добротные сумки, у многих мобильники, вы-
наших праздников и особых дней, которые мы отмечаем в память о событиях и чудесах, произошедших с нашими предками, – глубоко задуматься о значении этих событий, проникнуть в них, как бы оказаться в самом их центре, увидеть и почувствовать, что происходило «в те дни в это время». Вы также, конечно, понимаете, что все, связанное с нашей Торой, содержит поучения (а Тора и означает «поучение») относительно нашей жизни и поведения. Не только общее содержание Торы, но и каждая ее часть и даже их порядок – значительны и
поучающи. То же самое, разумеется, можно сказать и о Хануке, в историю которой вы углубляетесь в эти дни. Ее события помогут вам стать более умными, понимающими и мудрыми в отношении Торы, если вы будете слушать ваших родителей и учителей, соблюдая и выполняя все наставления Хануки. Эти наставления – и есть практические правила поведения каждого еврея, старого и молодого, и соблюдение их зависит исключительно от воли и решительности человека. Более того, Б-г помогает каждому – муж-
чине и женщине, мальчику и девочке, исполнить наставления Хануки в полной мере. И хотя вы не достигли еще возраста обязательного выполнения всех Мицвот, как взрослые евреи, однако именно поэтому у вас есть возможность показать, как драгоценны и любимы они вами, исполняя и соблюдая в полной мере все наставления Ханукальных огней. И быть живым и добрым примером для дома и окружающего мира, быть «Сияющими Огнями» во всех делах, связанных с Торой и Мицвот».
Окончание на стр. 6
стр. 6
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
Программная речь в Европейском парламенте oб антисемитизме.
Рабби Джонатан Сакс:
Бывший Главный Раввин Великобритании, пожизненный пэр, барон, член Палаты лордов. Ненависть, которая начинается с евреев, никогда не заканчивается с евреями. Я хочу, чтобы мы поняли это сегодня. Не только евреи страдали под Гитлером. Не только евреи страдали при Сталине. Не только евреи страдают от ИГИЛ, Аль-Каиды или от исламского джихада. Мы совершаем громадную ошибку, если думаем, что антисемитизм представляет угрозу только для евреев. Это угроза, в первую очередь, Европе и свободам, на утверждение которых ушли столетия. Антисемитизм — это не о евреях. Это об антисемитах. Это о тех, кто не может взять на себя ответственность за свои собственные неудачи и обвиняет в них других. Исторически, если вы были христианином во время крестовых походов
Я. Фрейдин
Окончание. Начало на стр. 5
глядят они не измождёнными и голодными, а сытыми и здоровыми. Большинство, как и мигранты в Европе, это молодые парни. Дети есть, но их сравнительно немного (это при многодетных семьях в странах третьего мира!). Кто же они, эти люди? 4. По сообщению официальных лиц Гватемалы, большое количество банд и людских контрабандистов (так называемых «койотов» — тех, кто за деньги переправляет нелегалов через границу) влились в этот поток вместе со своими клиентами, которые отдали им свои сбережения. Значит далеко не все мигранты бегут от беды, есть и такие которые несут с собой беды в далёкую Америку. 5. Из Южной Америки до американской границы путь вовсе не близкий — от Гондураса почти три тысячи миль. Трудный и долгий переход, за время которого людям надо кушать, пить, ходить в туалет, мыться, лечиться, даже детей рожать. А кроме того, надо на себе нести кое-какие пожитки. Совсем непросто. Однако, по какой-то мистике, всё получается без особых проблем, и течёт людской поток слаженно и стабильно. Эта огромная толпа движется со скоростью примерно 70 миль в день. Для сравнения, современная армейская пехота на марше обычно делает 25 миль в день, а скорость древнеримских центурионов в среднем была 18.4 мили в день. Это как объяснить? Оказывается, «бедняги» пешком не идут: везут их на огромных грузовиках и автобусах. Откуда взялся
или немцем после Первой мировой войны и увидели, что мир не повернулся в желательном вам направлении, вы винили евреев. Это именно то, что происходит сегодня. И невозможно преувеличить опасность этого. Не только для евреев, но и для всех, кто ценит свободу, милосердие и человечность. Проявления антисемитизма в культуре является первым симптомом ее заболевания, ранним признаком социальной катастрофы. Если Европа позволит процветать антисемитизму, это будет началом конца Европы. И сегодня, в своем кратком выступлении я хочу просто проанализировать феномен, полный неопределенности и двусмысленности. Нам нужна точность и ясное понимание того, чем является антисемитизм, почему он возникает, и как антисемиты убеждают
себя в том, что они не антисемиты. Прежде всего, позвольте мне определить антисемитизм. Нелюбовь к евреям это не антисемитизм. Нам всем кто-то не нравится. Ничего в этом нет страшного. Мы — люди. Это само по себе не опасно. Во-вторых, критика Израиля это не антисемитизм. Я недавно разговаривал с группой школьников и они спросили меня: является ли критика Израиля антисемитизмом? Я сказал нет и объяснил разницу. Я спросил их: верите ли вы, что у вас есть право критиковать британское правительство? Они все подняли руки. Тогда я спросил, кто из вас считает, что Британия не имеет права на существование? Никто не поднял руки. Теперь вы знаете разницу, сказал я, и они поняли меня. Антисемитизм означает отрицание
права евреев существовать коллективно как особый народ с теми же правами, как и остальные народы. Антисемитизм принимает различные формы в разные эпохи. В средние века евреев ненавидели из-за их религии. В девятнадцатом и начале двадцатого века их ненавидели из-за их расы. Сегодня евреев ненавидят из-за их национального государства, государства Израиль. Антисемитизм принимает различные формы, но он остается одним и тем же: мнением, что евреи не имеют права на существование как свободный народ, равный всем другим. Если есть одна вещь, которую я и мои современники не ожидали, то это — возвращение антисемитизма в Европу при
весь это транспорт на тысячи людей? Кто организовал? На чьи деньги? 6. Кто кормит и поит эту массу мигрантов? Если они бедные, то в Мексике им продукты купить не на что. А воровать будут, мексиканцы с ними живо разберутся. Да, некоторые сердобольные мексиканцы кое-что дарят им по дороге, но на этих подарках такая масса мигрантов долго бы не продержалась. Значит, ктото всю эту логистику финансирует и поддерживает, причём отлаженно, со знанием дела. Кто? В печати появились некоторые ответы на эти вопросы. Оказывается, с транспортом и питанием помогают ООН через Международную Организацию по Миграции (IOM), в бюджет которой сердобольные США вносят львиную долю, по таинственным причинам помогает Венесуэла, а ещё — различные наркоторговцы и «койоты», которые надеются использовать караван для переправки в США своих клиентов и агентов. Президент Трамп даже намекнул, что открыл свой кошелёк «великий филантроп» Сорос. Не знаю наверняка, но полагаю, что президент информирован лучше меня. 7. Американские либералы, ратующие за «открытые границы», уверяют, что этот караван просто спонтанный, никем не организованный поход трудолюбивых «латинос» к вожделенной американской мечте. По словам либералов, эти люди бегут к американской границе не для нелегального перехода, а в надежде получить там легальный статус. Странный аргумент: статус беженца могут дать только официальные дипломатические представительства, которых на границе нет. Так с чего это либералы стали та-
кими добренькими? Вопрос: а не надеются ли они втайне, что эти «мечтатели» отплатят им своими голосами на выборах (многие из них проголосуют, легко игнорируя закон, позволяющий голосовать лишь гражданам)? 8. В походе к американской границе эти мигранты несут флаги своих стран: Гватемалы, Сан Сальвадора и пр. А вот американские флаги не несут. Вопрос: не значит ли это, что они хотят жить в США так, как жили прежде у себя дома? Это что — стремление к американской мечте под иностранными флагами? Жить хотят в Америке со всем её благами, но в «Америку не ходить», и вести себя так же, как вели себя там, в далёкой родине, от которой бегут? Не похоже ли это больше на иностранное вторжение, а не на поход к американской мечте? 9. Правительство Мексики сделало гуманитарное и благородное предложение: предоставить этим мигрантам возможность остаться в Мексике, получить там жильё и работу, стать мексиканскими иммигрантами. Чем плохо для несчастных «беженцев»? Идти дальше на север не надо, прорываться через границу не надо, да и язык учить не надо — тот же испанский. Благодать! Но нет, отвергли бедненькие это щедрое предложение, не нужна им Мексика: «Дранг нах Америка!», или как там по-ихнему? Значит дело не бегстве от лишений в своей стране, а в том, что в США халява жирнее. 10. За намерение Трампа не пускать в страну нелегальных мигрантов либералы обзывают его жутким словом «расист». Президенты Клинтон и Обама говорили точно то же самое, однако расистами их не величали. Вопрос: это ли
не двурушничество? 11. Можно, разумеется, впустить в США эти семь тысяч — капля в море по сравнению с миллионами нелегалов, которые уже сюда перебрались. Однако, не будет ли это дискриминацией по отношению к прочим потенциальным мигрантам из Азии, Африки, мусульманских стран и вообще отовсюду, откуда в США пешком не дойти? Впустим этих, надо и других на тех же основаниях впускать. Чем нелегальный босяк из Гвинеи хуже босяка из Гондураса? Мы любим всех босяков. Дискриминация — страшное слово. Чтобы не допустить дискриминации — отчего бы не организовать массовое переселение со всего мира всех желающих? Добро пожаловать! Всех накормим, напоим, спать уложим и песенку споём. Отсюда вытекает мой последний вопрос. 12. США одна из самых богатых и развитых стран мира и с самой мощной экономикой. Слов нет, иммигрантам и мигрантам жить здесь удобно. В этом Америке нет равных. Я не знаю статистики, но уверен, что многие жители этой планеты совсем не прочь бы переселиться в США и без особых хлопот получить все здешние блага. Сколько таких желающих? Полагаю, что если опросить все 7 миллиардов, населяющих землю, по крайней мере каждый четвертый, а то и третий, захотел бы, дай только шанс. Вопрос для непонятливых: Америка, что — резиновая? Могут ли Соединённые Штаты с население в 327 миллионов человек принять почти 2 миллиарда мигрантов? Не лопнет ли она от этого, повторив печальную судьбу древнего Рима?
Окончание на стр. 21
стр. 7
5779 декабрь 2018
ВСТРЕЧИ С РЕБЕ
Моше Гринвальд
Пятая свеча
Мой отец, Авраам-Цви Гринвальд, родился в польском городе Лодзь. Ему было всего восемь лет, когда умер его отец, и мать осталась одна с детьми. Маленького Авраама она отправила к своему двоюродному брату, рабби Менахему Зембе, который был известным раввином в довоенной Варшаве. В 1929 году рабби Менахем-Мендл Шнеерсон женился на Хае-Мушке, дочери Любавичского Ребе. Это произошло в четырнадцатый день месяца кислева. На их свадьбе в Варшаве присутствовали все хасидские учителя и выдающиеся еврейские лидеры Польши. Среди них был и рабби Земба, на которого молодой зять Ребе произвел очень сильное впечатление. Собравшись нанести ему визит в гостинице, он взял с собой моего отца, которому тогда было 17 лет. Рабби Земба и рабби Шнеерсон много и оживленно беседовали, обсуждая различные вопросы Талмуда. Когда гости уже готовы были распрощаться, хозяин вдруг обратился к моему отцу: "До Хануки осталось несколько дней. Ты знаешь, почему в хасидских синагогах принято праздновать "Финфте лихтл" - "Пятую свечку", устраивая специальные вечера?". Ни отец, ни рабби Земба ничего не знали об этом обычае. Рабби Шнеерсону пришлось им объяснить: "Дело в том, что пятый день Хануки никогда не приходится на субботу. Это олицетворяет великую тьму. Пятая свеча означает, что свет Хануки может пересилить даже ее. Долг каждого еврея, где бы он ни находился - будь то Варшава или Лондон, - заключается в том, чтобы осветить эту тьму". Рабби Земба еще долго находился под впечатлением встречи. Прошло много лет. Трагедия Холокоста разметала польское еврейство. Мой отец прошел через все его ужасы, был в гетто, чудом уцелел в лагерях смерти. Его жену и пятерых детей убили на его глазах. К концу войны он пришел разбитый и душой, и телом. Находясь в течение двух лет в лагерях для перемещенных лиц, он пытался ра-
зыскать членов своей семьи. Выяснилось, что все его братья, сестры и другие родные были зверски убиты. В 1948 году он эмигрировал в Америку и обосновался в Филадельфии, где жил его дядя Моше-Хаим. Он принял племянника с радостью и делал все для того, чтобы вдохнуть в него новые силы, помочь начать новую жизнь после травмы, нанесенной Холокостом. Именно дядя познакомил его с моей матерью. Она тоже пережила войну. Ей и ее сестре, дочерям реба Зуше Зиновича, одного из хасидов Ребе из Александера, удалось спастись в начале войны. Они переезжали из одной страны в другую, пока не попали в Канаду, где их принял двоюродный дедушка - реб Копл Шварц, уважаемый еврей из Торонто. Для заключения второго брака мой отец нуждался в поддержке и уверенности. Реб Копл рекомендовал ему отправиться в Нью-Йорк за благословением к предыдущему Любавическому Ребе и сам сопровождал его в этой поездке. Реб Копл рассказал Ребе, что мой отец пережил Холокост и потерял всю семью. Глаза Ребе наполнились слезами, и он благословил моего отца на создание семьи и долгую жизнь. Отец сказал ему, что присутствовал на свадьбе его дочери в Варшаве. "Если вы были на свадьбе моего зятя, вам следует навестить и его", - предложил Ребе. Реб Копл и мой отец спустились вниз, в канцелярию зятя Ребе. Будущий Ребе вспомнил отца и расспросил его о последних днях рабби Зембы. Ему было известно, что рабби Земба погиб в гетто, но он не знал подробностей. Прежде чем расстаться с реб Коплом и моим отцом, он сказал: "Поскольку мой тесть посоветовал вам навестить меня, я бы хотел изложить вам одну концепцию Торы. Сейчас Кислев, мы приближаемся к Хануке. Дело в том, что пятый день Хануки никогда не приходится на субботу. Это олицетворяет великую тьму. Таким образом, пятая свеча символизирует великий свет Хануки, который может одолеть даже ее. Долг каждого еврея, где бы он ни нахо-
дился - будь то Нью-Йорк, или Торонто, осветить эту тьму". Мой отец был ошеломлен. Он услышал то же, что и почти двадцать лет назад в варшавской гостинице. После женитьбы отец служил учителем и раввином в конгрегации Адат-Исраэл на Вашингтон-Хайтс в Нью-Йорке. Здесь родились моя сестра и я. Позднее мы переехали в Торонто, где реб Копл нашел для отца место в напоминавшей Сатмар общине. Хотя позиция отца приближалась к позиции сатмарский хасидов, он по-прежнему глубоко уважал Любавичского Ребе. В 1969 году, перед моей свадьбой, отец сказал, что хоть мы и не любавичские хасиды, он бы хотел, чтобы я получил благословение на создание семьи у Ребе, как это сделал перед своей свадьбой он сам. Добиться аудиенции у Ребе было нелегко, отцу пришлось долго убеждать его секретаря. Наконец разрешение удалось получить - разрешение на встречу, но не на благословение. В тот вечер встречи с Ребе ждало много людей, и мы вошли в его кабинет уже утром. Отец протянул Ребе записку с нашими именами и попросил благословения на создание новой еврейской семьи. Ребе взглянул на отца и улыбнулся. - Прошло больше двадцати лет с тех пор, как вы были здесь, мой тесть тогда послал вас ко мне... Отец застыл на месте. Секретарь уже стучал в дверь, чтобы поторопить нас, но Ребе жестом руки дал нам понять, что разговор еще не окончен. Ребе прочел нашу записку, благословил меня на создание семейного очага, а моего отца - на долгую счастливую жизнь. - Подобно тому, как вы были на моей свадьбе, да ниспошлет вам Б-г силы присутствовать на свадьбе ваших внуков, пожелал он отцу. Отец был очень растроган. Прежде чем уйти, он осмелился обратиться к Ребе с вопросом, который его беспокоил: - Мы сказали вашему секретарю, что пришли только за благословением, но я хотел бы выяснить один важный вопрос, если Ребе позволит. Ребе улыбнулся: - Раз уж Ребе, мой тесть, послал вас когда-то ко мне, я должен ответить на все ваши вопросы... Отец решился: - В сатмарской общине я часто слышу критические высказывания в адрес Любавичского движения. Как можете вы общаться со светскими, нерелигиозными людьми, выступающими против Торы? Как можете вы надевать тфиллин на людей, которые не соблюдают обычаев? Стих в Тегилим гласит: "Того, кто ненавидит Тебя, о Г-споди, я возненавижу". Я не осуждаю ваше движение. Но хочу его понять и объяснить другим. Ответ Ребе прозвучал так: - Представьте себе, что дочь вашего весьма религиозного соседа, упаси Б-г, отойдет от иудаизма. Что он будет делать? Попытается вернуть ее к Торе и мицвот или заявит: "Того, кто ненавидит Б-га, я возненавижу", порвет с ней все отношения и не захочет ее больше никогда видеть? Разумеется, дочь будет игнорировать его призыв "помнить о трудном положении, в котором оказываются ее родные". Всевышнему каждый еврей так же дорог, как единственный сын, единственная дочь. Для моего тестя любой еврей был родственником, которого нельзя забывать. Ребе посмотрел на меня, на отца и
Выпуск 436
продолжил: - Мы закончим благословением. Известно, что хасиды празднуют пятую ночь Хануки. Причина этого кроется в том, что пятый день Хануки никогда не может приходиться на субботу. Это олицетворяет великую тьму. Таким образом, пятая свеча символизирует великий свет Хануки, который может осветить даже ее. Это долг каждого еврея, где бы он ни находился (Будь то Торонто или Лондон). Каждый еврей - это часть Б-га, находящегося на небесах, Его единственный сын. Когда вы освещаете его или ее душу, то можете пробудить самого затерявшегося еврея в самом темном месте. Отец был поражен. По дороге домой он все время повторял, разговаривая с самим собой: "Поразительно, поразительно". Минуло десять лет. Мой младший брат в 1979 году обручился с девушкой, которая жила в Лондоне, и наша семья вылетела туда на свадьбу . За несколько минут до отъезда в аэропорт к нам зашел наш сосед, весьма уважаемый член общины, который рассказал отцу по секрету о том, что его дочь порвала с идишкайт. Она долго скрывала это от родителей, а две недели назад, к их величайшему смятению, бежала с молодым человеком в Лондон. Все попытки найти ее пока не увенчались успехом. Сосед просил отца, если он сможет, разыскать и спасти ее. В Лондоне мы весело отпраздновали свадьбу брата. Мой отец рассказал историю своего соседа тестю брата, но тот даже не представлял себе, что можно предпринять. Правда, он вспомнил о любавичском хасиде - рабби Аврааме-Ицхоке Глюке, который помог многим заблудшим душам найти путь к возвращению. Они сразу же позвонили рабби Глюку, и хасид связался с родителями девушки в Торонто, чтобы получить необходимую информацию для поисков. Мои родители оставались в Лондоне до окончания Хануки. Неожиданно позвонил рабби Глюк и сообщил: "У меня для вас новость". Отец поспешил в дом к этому человеку. Там он застал девушку, дочь соседа, которая горько плакала. Рабби Глюк нашел ее, побеседовал с ней, и она высказала желание вернуться в Торонто. Когда отец огляделся вокруг, его взгляд упал на зажженную менору. В ней горело пять свечей. Он чуть не лишился чувств, вспомнив слова Ребе, сказанные ему 50, 30 и 10 лет назад. "Пять свечей Хануки олицетворяют силу света меноры... Роль каждого еврея заключается в том, чтобы осветить самое темное место - в Варшаве... в Нью-Йорке... в Торонто... в Лондоне...". "...Если его дочь отходит от идишкайт... Для Всевышнего каждый еврей - единственный сын...". Девушка вернулась к своей семье, к иудаизму. В 1980 году мой отец присоединился к группе гостей, приехавших к Ребе на праздники тишрея. Ему удалось приблизиться к Ребе и коротко рассказать ему о том, что произошло с этой девушкой. Ребе коротко прокомментировал: "У моего тестя был дар предвидения". Отец скончался 14 кислева 1989 года после шева-брахот (на следующий день после свадебных празднеств) моей старшей дочери. Таким образом, исполнилось благословение Ребе, который пожелал отцу веселья на свадьбе внуков. Это было ровно через 60 лет после свадьбы Ребе в Варшаве.
стр. 8
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
Исчезнувшее пламя Йерахмиэль Тилс
Это случилось в первый вечер Хануки. На улице бушевала метель, но внутри было уютно и тепло. Ребе - рабби Борух из Меджибожа, внук Баал Шем Това - стоял у меноры, окруженный хасидами. Он произнес благословение, зажег свечу, поставил шамаш в подсвечник и начал петь "Анерот алалу". Святость и радость озарили его лицо; ученики смотрели на него с благоговением. Огонек свечи ярко горел. Ребе вместе с хасидами пели "Маоз цур" и другие ханукальные песни. Внезапно пламя свечи задрожало, хотя в дом не проникало ни малейшего дуновения ветра. Огонек будто танцевал. Или боролся с кем-то. И вдруг пламя исчезло! Оно не потухло, дыма тоже не было. Его просто не было на месте, как будто кто-то его забрал. Ребе задумался. Его помощник хотел
было зажечь новый огонь, но ребе остановил его. Он подал знак, чтобы хасиды продолжили пение. В перерывах между песнями ребе говортл о Торе. Вечер прошел прекрасно, и хасиды, казалось, забыли об исчезнувшем пламени первой ханукальной свечи. Около полуночи тишину нарушил скрип колес подъехавшей к дому повозки. Дверь распахнулась, и на пороге возник хасид, живший в отдаленной деревне. Одежда на нем была порвана и испачкана, по распухшему лицу струилась кровь. Но глаза его излучали радость. Умывшись и отдышавшись, он сел за стол и начал свой взволнованный рассказ. - Я не в первый раз еду через лес в Меджибож и прекрасно знаю дорогу. Но на этой неделе была страшная вьюга, и мне пришлось ехать очень медленно. Я волновался, что могу опоздать и не встретить Хануку вместе с ребе. Я настолько испугался, что решил не пережидать непогоду и продолжить путь. Должен признать, что это решение было неразумным, но понял это я слишком поздно. Прошлой ночью на меня напали разбойники. Решив, что если человек выбрался в такую погоду на дорогу, значит это богач, чье дело
Дорогие друзья!
Синагога F.R.E.E. приглашает вас на еженедельную дружескую встречу для молитвы и совместного завтрака.
Мы будем молиться за благополучие наших семей, здоровье родных и близких, за процветание Израиля.
После завтрака - беседа об иудаизме, еврейских традициях, истории и культуре нашего народа.
Мы ждем вас каждый четверг в 9:00 утра по адресу:
1109 W. Lawrence Ave., Chicago
За дополнительной информацией звоните Рабби Леви Нотику по телефону 847. 830. 8152
не терпит промедлений; они потребовали, чтобы я отдал им все свои деньги. Я пытался им что-то объяснить, умолял их, но они не верили, что денег у меня нет. Они выхватили поводья лошади и забрались в повозку. Двое уселись по обе стороны от меня, чтобы не дать мне сбежать, и повезли к своему главарю, чтобы тот решил, что со мной делать. Пока бандиты ждали своего главаря, они допросили меня, обыскали и перетрясли всю повозку. Затем они принялись бить меня, пытаясь выведать секрет, где же я прячу деньги. Я говорил им правду, но они мне не верили. Шли часы. Наконец бандиты связали меня - израненного и измученного - и бросили в погреб. Я истекал кровью, тело ломило от боли. Так я пролежал до вечера, пока ко мне не спустился главарь этой шайки. Я попытался рассказать ему о том, как буду счастлив, приехав к Ребе, и что для меня настолько было важно попасть к нему до начала праздника, что я решил ехать ночью. Казалось, мои слова произвели на него впечатление, или его поразило то, что я выдержал все пытки. Что бы это ни было, слава Б-гу, он отпустил меня. Напоследок он произнес: "Ты говоришь, что твоя вера в Б-га сильна, а твое желание быть рядом с ребе непреклонно. Вот сейчас мы это и проверим. Я отпускаю тебя, но знай, что дорога очень опасна. Даже самые отчаянные из моих
людей не рискуют заходить в глубь леса в одиночку, тем более в такую погоду. Что ж, иди и испытай свое счастье! Обещаю тебе: если ты выйдешь из леса живым и невредимым, я распущу свою банду и начну жить честно. Выйдя из леса, выброси свой носовой платок в канаву - увидев его, мой человек поймет, что ты спасся". Я снова очень испугался. Пережитые несчастья и так глубоко запали мне в душу, а впереди меня ждало неизвестно что. Но подумав о том, как я буду счастлив рядом с ребе, я отбросил все сомнения и, забрав лошадь и повозку, устремился вперед. В лесу меня окружила тьма. Я слышал рядом с собой крики диких зверей. В какойто момент мне показалось, что меня окружает стая волков. Я прижался к шее лошади и пустил ее галопом. Но конь заартачился, испугавшись темноты. Я не знал, что делать дальше. В этот момент перед повозкой возник огонек и поплыл в воздухе. Лошадь послушно последовала за ним. Волки разбежались, а я поехал на огонек. На подъезде к городу я выбросил в канаву платок. Кто знает? Может быть, маленькое пламя свечи поможет этим бандитам встать на путь исправления. Когда хасид закончил свой рассказ, все заметили, что свеча в меноре горит вновь - так же ярко, как и прежде...
стр. 9
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
Ирина Чайковская Удивительный фильм посмотрела
я только что. Полтора часа на экране один человек.
Но какой! Арсений Борисович Ро-
гинский! Не удивлюсь, если для большинства наших читателей это
имя незнакомо. Арсений Рогинский
до своей смерти в 2017 году был
Председателем правления правоза-
щитного общества Мемориал. Именно
Мемориал
возглавил
акцию «Возвращение имен», с 2007
года проводимую у Соловецкого камня под окнами Лубянки в Москве,
акцию, на которой люди читают нескончаемый список убитых в годы сталинских репрессий.
Именно Мемориал поддерживает
акцию «Последний адрес» по всей
средств и получившийся таким уди-
доме, из которого гэбэшники увели
ным.
стране и за ее рубежами, когда на человека на муки и последующую ги-
бель, вешают табличку с его именем и фамилией.
вительно емким, точным, прекрасОн
снят
режиссером
Филолог, ученик Лотмана, писав-
ший у великого учителя курсовые, а
из
затем занимавшийся заполнением
помощниками, снимавшими Арсения
СССР был для властей изгоем, «ина-
Вашингтона Людмилой Гордон и ее
Борисовича в Москве, в его «мемо-
«лакун» в советской истории, в
комыслящим», в итоге политзаклю-
Чтобы помнили. Чтобы чтили. Свя-
риальском» кабинете, всего один
Вдвойне святое дело - сохранение
Как хорошо, что авторы не спешат,
подвижническая деятельность не
думаться, собраться с мыслями. Как
«За заслуги» его наградили прави-
Рогинским, когда он глубоко заду-
родная страна.
тое дело – сохранение памяти!
день 2016 года, за год до смерти.
памяти убиенных!
что дают своему герою закурить, за-
что общество, занимающееся свя-
интересно наблюдать за Арсением
Стыд и позор сегодняшней России,
тым делом, названо «иностранным агентом» и всячески преследуется.
Посмотрите этот фильм, сделан-
ный
с
помощью
минимальных
мался, вспоминает. А ему, родившемуся в лагерной больничке, было что вспомнить!
ченным.
Но и в современной России его
нашла официального признания.
тельства Германии и Польши, а не
Сегодня, в День политзаключен-
ного, самое время посмотреть эту приковывающую к себе ленту.
ЗАНЯТИЯ ПРОХОДЯТ ПО ВОСКРЕСЕНЬЯМ НАЧАЛО В 6:45 ЧАСОВ ВЕЧЕРА F.R.E.E. in Niles
стр. 10
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
Рабби Шмуель Нотик В эти дни, в канун замечательного праздника Ханука, я не случайно вспоминаю очередной съезд посланников Любавичского Ребе, который прошел в ноябре в НьюЙорке. Участников съезда было более пяти тысяч, они приехали со всех концов земли. Практически в каждом из государств, членов Организации Объединенных Наций, можно встретить любавичского хасида. Посланцы Любавичского Ребе приходят к своим братьям и сестрам с великой заповедью, которой нас учил основатель засидизма Баал Шем Тов: «любовь еврея к еврею». Ребе завещал своим ученикам, создающим еврейские общины по всему миру, каждый год собираться вместе. "Кинус" - так в переводе на иврит называется такое собрание. Пять дней в году проводят вместе последователи Ребе, чтобы поделиться накопленным за год опытом с друзьями и коллегами, рассказать о своих успехах и проблемах. В этом году в центре обсуждения на съезде, естественно, оказался недавний терракт в Питсбурге. По словам главы Антидиффамационной лиги США, инцидент со стрельбой, в результате которого погибли 11 человек в синагоге Питтсбурга, является беспрецедентной атакой на еврейскую общину в истории США. Сейчас расстрел в синагоге Питтсбурга расследуется сотрудниками ФБР как преступление на почве ненависти. Как сообщают очевидцы, убийца во время стрельбы кричал: «Смерть всем евреям!» До недавнего времени многие евреи в Америке считали, что хуже всего дела с антисемитизмом обстоят за рубежом, в Европе. Зато американских евреев принимали в университеты, советы директоров, куда не допускали их дедов. В 2000 году первый еврей участвовал в выборах вице-президента США. Поэтому бойня в синагоге в Питтсбурге стала для многих шокирующим сигналом тревоги. Однако напомню, что в США эта ненависть к евреям оказалась у всех на виду еще в прошлом году, когда антисемиты провели марш в Шарлоттсвилле, штат Виргиния. На синагогах и домах евреев по всей стране появляются свастики и другие антисемитские граффити. В Интернете евреи подвергаются злобным оскорблениям и угрозам. «Антидиффамационная лига» в 2017 году зафик-
Наш ответ антисемитам
сировала рост антисемитских настроений в США на 57% в сравнении с предыдущим годом. Как мы знаем, еще раньше антисемитизм резко усилился в Европе. Там наши братья и сестры то и дело сталкиваются с открытой ненавистью, которая часто связана с неприязнью к Израилю. Во Франции евреи подвергаются атакам и оскорблениям со стороны крупного мусульманского сообщества. В Германии антисемитизм остается повседневным явлением и уже никого не удивляет. Участники съезда посланников Любавичского Ребе обсуждали совершенно закономерные вопросы: как должны отвечать евреи на проявления антисемитизма? Где выход? Как всегда, в трудной ситуации мы обращаемся к Любавичскому Ребе. Он не раз давал четкие ответы на эти вопросы. Выход в том, чтобы не отступать, но наступать. Только это внушает уважение. Только это заставляет наших врагов бояться. К настоящему времени евреи в борьбе с антисемитизмом добились весьма значительных успехов. Мощные лоббистские силы в США не позволяют подвергать евреев унижениям и опасностям, которые давно уже стали тенью нашего народа. Миллионы американцев не сомневаются, что евреи – избранный Б-гом народ, как об этом говорится в Торе. Наконец, сейчас мы имеем в Америке президента, которого справедливо считают самым произраильским президентом за всю историю США. Дональд Трамп не на словах, а на деле является борцом с антисемитизмом, большим другом и защитником евреев. Потребовав смертной казни для убийцы-антисемита, Дональд Трамп снова
подтвердил, что евреев будет защищать американское государство. Это его конституционный долг. Вместе с тем Любавичский Ребе подчеркивал: чтобы противостоять антисемитизму, нам надо воспитывать смелых и гордых евреев с чувством национальной гордости и достоинства. Таких, какими были герои Хануки – Маккавеи. А потому нам надо не уходить от своих традиций, но напротив – все глубже постигать нашу историю.Чему учит нас опыт еврейского народа? В тех странах, где евреи строже соблюдали свои традиции и
меньше ассимилировались, было всегда гораздо больше уважения к евреям. Антисемиты хотят, чтобы евреи перестали быть частью мира, созданного Всевышним. Приняв решение, что ваш ребенок должен учиться в еврейской школе, а вам самим следует посещать синагогу, отмечать еврейские праздники и соблюдать Субботу, вы даете антисемитам отпор. Наш ответ на антисемитизм должен также заключаться в укреплении еврейского дома, который защищает мезуза на дверях. Наш ответ на антисемитизм - в еврейском воспитании наших детей, следовании еврейским традициям и нормам еврейской морали. С радостью скажу: именно так понимают свою жизненную цель члены нашей общины. В эти дни мне часто звонят и молодые люди, и люди средних лет. Договариваются о том, чтобы сделать обрезание себе и своим детям. Просят провести свадебную церемонию Хупа, чтобы освятить свой брак. Любавичский Ребе говорил: каждый еврей - сын Авраама, Ицхака и Яакова и получил в наследство силу еврейской гордости. Эта сила помогает евреям не поддаваться внешнему влиянию и не принимать во внимание никакое давление, когда, например, от Израиля требуют территориальных уступок врагам. Вот о чем мы должны всегда помнить. Вот о чем мы думаем сегодня в канун Хануки. А когда придет Мошиах, продолжал Ребе, антисемитизм исчезнет, а народы мира по достоинству оценят тот огромный вклад, который евреи внесли в человеческую историю и культуру. Все выступавшие на съезде посланников Ребе выражали искренние соболезнования родным и близким жертв еврейского погрома в Питсбурге. Мы всегда будем помнить погибших и желаем скорейшего выздоровления раненым. В эти дни мы также укрепляем свое единство, нашу бесстрашную уверенность в победе над фашистами и антисемитами.
стр.
5779 декабрь 2018
11
Выпуск 436
Дорогие друзья!
Счастливы те, кто щедры во все времена. Псалмы, 106:3 Благотворительность превращает вещество в дух, обращает монету в пламя. Ребе
Мы искренне признательны тем, кто оказывает материальную поддержку нашей организации. Это благодаря вашей бескорыстной помощи мы осуществляем свои многочисленные программы. “Шалом” публикует сегодня имена спонсоров, которые сделали свои пожертвования с 16 ОКТЯБРЯ по 15 НОЯБРЯ. Возможно, по техническим причинам чьи-то фамилии отсутствуют в списке - в этом случае позвоните нам, пожалуйста.
С искренним уважением, Шмуель Нотик, главный раввин и исполнительный директор организации F.R.E.E. Большого Чикаго
Мы сердечно благодарим Mrs. Anna Povalinsky и газету “Реклама” за спонсорскую поддержку организации F.R.E.E. Мы от души благодарим Mr. Igor Tsesarski и газету “Обзор” за спонсорскую поддержку организации F.R.E.E. Мы горячо благодарим газету "7 дней" за спонсорскую поддержку организации F.R.E.E. Мы искренне благодарим Mrs. Lilia Averbukh & Mr. Michail Smekhov, радиопрограммы “Новые горизонты” и “Эхо планеты” за информационную поддержку организации F.R.E.E.
Aharon Chaim & Pessie Notik Aleksandr Kagan Aleksandr & Allyssa Volkov Aleksandr & Galina Bogdanov Alen Mogill Alex & Sofia Kreynin Alexander Liberov Alexander Ginzburg Alexander & Ann Lapson Alexander & Inna Heifetz Alexander & Irina Gladchenko Alexander & Larisa Giberman Alexander & Luybov Vaytsman Alexander & Tatyana Tenser Alexander & Zhenia Meyerson Alexander (Vadim) & Olga Olen Alexandr & Katya Kozlov Alla Khitrinova Alla Spivak Anastasiya Bondarchuk Anatoly & Izabella Kanevskiy Anatoly & Lyudmila Gesyuk Anatoly & Svetlana Snitkovsky Anna Sheynin Anthony Spitz Ari & Deborah Werbler Ariel & Erena Mogill Arkadiy & Ella Shmaryan Arkadiy & Esfir Kirzhner Arkadiy & Lyudmila Kleban Arkadiy & Mila Konyukhov Arkady Ulitsky Arkady & Larisa Prilipko Prilipko Aron Sorokin Aryeh Kitzes Aryeh Leib & Anna Talyansky Avner Shakarov Avraham & Rivka Hershkovich Barry & Rebecca Kaufman Basya Strazhnik Bezalel & Leah Fouhal Bob & Malvina Roytman Boris Navon Boris Rosselson Boris & Anna Zhirovetskiy Boris & Beba Zaprutskiy Boris & Inna Gerdov Boris & Irina Abelev Boris & Larisa Vitkin Boris & Ludmila Matlin Boris & Maya Kramer Boris & Nataliya Grinshteyn Boris & Raisa Froyshteter Boris & Rozalia Kozubsky Boruch & Adina Peysin Boruch Boris & Nechama Goldberg
Bradley Greenberg Brett (Binyamin) & Ettel Kaplan Bronislava Kogan Chaim & Miriam Hecht Chaim & Sora Emanuel Dan & Bella Feinstein Daniel Gordon Danuta Tirkel Dave & Inna Peters David Jacobson David & Gayle Aronin David & Julie Freydin David Moshe & Leah Moscowitz Devora Leah Notik Dmitry & Larisa Feldman Dmitry & Larisa Zaltsman DovBer Emanuel Dovid & Lifsha Weissman Edward & Bella Melnikov Edward & Valentina Suslenskiy Edward (Ariel) Sheyrif Elaine Golber Elena Golub Eli & Baila Berkovich Eliezer & Avigail Bakaleynik Eliezer & Chani Zalmanov Eliyahu & Nechama Peysin Ellen Goldman Ortiz Elvina Dolnikova Emil Zitser Enta & Natasha Kachkova Eugene & Irina Lichtenstein Eugene & Marina Becker Eugene & Mary Galison Eugene & Sveltana Korzhenevich Faina Kats Fedor & Olga Titarenko Felix Barats Fishel Morgenstein Gabriel Khanan Galina Rosenblit Garry & Sarra Tsypin Gary & Marina Levitas Gavriil & Galina Gorovits Gennadiy & Irina Krivoruchko Gennadiy & Svetlana Osipov Gregoriy & Nella Nisimov Gregory Chernyakovsky Gregory & Alice Feldman Gregory & Marina Bunin Gregory & Severina Vilenchik Greogory Prutnikov Grigori & Emilia Popkov Grigoriy & Mara Frenkel Grigory & Larisa Messerman Henry & Maria Sonina Feinstein Holocaust Survivers
Howard Rafalson Howard Perlstein Igor S Igor & Inna Mann Igor & Irina Ostrovskiy Igor & Marina Shwartsman Igor & Olga Matlin Igor & Tatyana Shenkman Igor A. & Inna Barkon Igor H. & Flora Shvartsman Ilia & Alina Dubinsky Ilia & Deanna Neyzelman Ilya & Jane Lerner Ilya & Kira Borkhovik Ilya & Larisa Uster Ilya & Sevatima Makhlin Inna Rabinovich Inna Sapozhnikov Inna Voloshin Inna L. Golber Iosif & Lyubov Ingerman Iosif & Lyubov Menaker Irene Beyer Irene Beckov Irina Sokolovsky Israel & Melissa-Miriam Saacks Izya & Rozalia Rovner Izya & Smirno Reyderman Jacob Finn Jeffrey S. & Sophia Reznikov John & Irina Shelest Jonathan & Chaya Kahanovitch Jonathan B. & Cara L. Harris Joseph & Claudia Elkin Joseph & Emma Dragilev Joseph & Rosanne Younes Karl & Marina Smolov Konstatin Janishvili Kosta Arlinsky Lana Daniel Larisa Z. Magdel Lazar Kraverskiy Leon & Inna Azrikan Leonard Arman Leonard & Galina Spector Leonid & Irina Iskayev Leonid & Isabella Fridberg Leonid & Nadia Feygin Leonid & Yelena Krasner Leonid B. & Polina Rudyak Cheskis Levi & Arden Bergovoy Levi & Minna Bennish Levi & Pessy Notik Lubov Verlinsky Igor D. Strugatsky Ludmilla Dorian
Lyubov & Sosya Leyderman Lyudmila Buryakovskaya Malik & Klara Kurbanov Marat & Raisa Pozin Margarita Polevoy Maria Mikhlin Marina Garmel Marina Bushkova Marina & Nina Garmel Mark & Helen Kolodizner Mark & Lina Ostrovsky Marko & Izabella Boldun Menachem & Devorah Emanuel Meyer & Lieba G. Schanowitz Micha & Breina Rosenbloom Michael Bukhalo Michael Reznik Michael Lis Michael Katz Michael Slusky Michael Elyash Michael & Angela Khvilovsky Michael & Galina Grach Michael & Gelena Tsinman Michael & Helen Polevoy Michael & Julia Khomutov Michael & Nataliya Ziskind Michoel & Chayale Lipskier Mikhail & Bella Reznik Mikhail & Tsilya Chernyak Mila Girshman Miron Bodner Moishe & Esther Raitman Morgan Kaplan Morris Edelman Morris & Marina Gershengorin Moshe & Leah Perlstein Moshe L. & Leah Miller Motil & Dora Zats Mr. & Dr. Kroin Children's Healthcare LTD Mushkie Notik-Kosofsky Musya Segal Musya Fleysh Naum & Maya Roytman Noah Wasserman Nonna Samoylovich Olga Ulman Peter & Galina E. Reznik Polina Lyushkova Rafael & Tzivia Jaworowski Renata Zelinskaya Richard & Saul Alamo Shoes Ronny Harag Rose Medovnik Rosty Badalov Roza Khazina Hersher
Roza Liya Gershong Rozaliya Zinger Ruslan & Galya Intelegator Ruvim & Berta Pesotskiy Sarah Comar Schneur & Freida Jacobson Semyon Sorsher Sergey & Marina Gorashchenko Seth & Manya Wasserman Shalom & Shizue Chana Bergovoy Shalom Ber & Nechama Dina Halberstam Shlomo & Leah Dugan Shmuel & Sarah R. Steinberg Sidney & Lisa Glenner Simcha & Gittel Kanter Simon & Alla Aptekar Simon & Milla Darer Tatyana Danilova Thomas Best Tsilya Slobodetsky Tsilya Zingerman Vadeam & Inessa Nemad Vadim Mogilevski Valentin & Ethel Itskovich Valentin & Tatyana Kotlyar Vandon Forbes Veta Vatel Vladimir Sklovsky Vladimir & Helen Kogan Vladimir & Svetlana Vozovoi William & Suzanne Auerbach Yakov & Miriam Yarmove Yakov & Polina Spektor Yakov & Sheryl Weingrow Yakov & Yelizaveta Levin Yechiel & Musky Silber Yehoshua & Hindy Popper Yehoshua & Regina Tseytlin Yehuda & Aidele Reich Yelena Abramova Yelena Karpilovskaya Yevgeniya Goykhman Yevgeniya Sukhotin Yevgeny & Raisa Zarkhin Yosef & Devorah Schwartz Yosef & Hindy Plotkin Yosef & Nechama Dena Cohen Zalmy & Shevy Tauby Zev & Miriam Shkolnikov Zina Gina Raskin Yury & Frieda Midler Zalman Goldbloom
стр. 12
Выпуск 436
5779 декабрь 2018
5779 декабрь 2018
стр.
13
Выпуск 436
стр. 14
Выпуск 436
Елена Литинская Миша и Дуся. Им было прилично за восемьдесят. Почему пожилые польские евреи носили такие типично русские имена? О, это целая история, которую, дорогой мой читатель, я тебе расскажу со слов Дуси. Она была малюсенькая и сгорбленная, и от этого казалась еще меньше. Ее лицо было все в морщинках и складках, как печеная груша хвостиком вверх, из которой вытек весь сок. Аккуратная, чистенькая, в мешковатых брюках, свежевыстиранной курточке и вязаной лыжной шапочке с помпоном. Миша был чуть повыше, в стареньком габардиновом пальтишке 50-х годов и каракулевой а-ля homo soveticus шапке пирожком. Они приходили в библиотеку почти каждый день, просили свежие газеты: «New York Times», «Jewish Forward» и «Jewish Press». Дуся читала по-английски, а Миша на идиш. Располагались внизу, где попрохладней, раскладывали газеты на столе и сидели в библиотеке часами. Тихо переговаривались на смеси английского с идиш. Никогда не повышали друг на друга голос. Это был ежедневный и, наверное, единственный для этой парочки ритуальный заход в культурную жизнь города и мира. (Они уже давно никуда не ездили – ни в Catskills, ни даже в Манхэттен.) Еврейские газеты, кроме Миши, у нас в библиотеке никто не читал. Так что мы выписывали их как будто специально для него. Каждый год нам сокращали бюджет на периодику. Список подписных изданий постепенно уменьшался, но «Jewish Forward» и «Jewish Press» оставались неизменными наименованиями в нашем каталоге. Ни у кого из библиотекарей рука не поднималась опечалить Мишу. Впрочем, полагаю, что он, несмотря на потертое пальто, вполне мог покупать себе газеты сам. Сколько они стоили в то время? От силы двадцать пять центов. Но это уже мои домыслы... Может, и мог бы... но тогда отпадала необходимость ходить в библиотеку вместе с Дусей. Нет, разлучать старичков мы никак не могли. У нас в библиотеке такое правило. Если ты берешь справочный материал – газету или книгу, – то должен оставить в залог свой читательский билет (library card) или какойлибо другой документ. Дуся была упряма, как ослица, и ни за что не хотела оставлять документы в залог. Думаю, что читательского билета у нее и в помине не было. В библиотеку она приходила без сумки, ну разве что имела при себе ключи от квартиры, которые почему-то прятала в перчатку. – Какая library card, какие документы? – пыхтела Дуся. – Вы же меня знаете. Я прихожу сюда каждый день. Разве вы меня не знаете? – Конечно, Дуся, мы все тебя знаем, но оставить library card – это такое правило, – пытались вразумить старушку библиотекари. Не тут-то было. Дуся так громко возмущалась нашими «дурацкими правилами, которые унижают достоинство честного человека и Holocaust survivor», что нам пришлось пойти у нее на поводу и впредь не требовать какие-либо документы в залог. Дуся сумела стать единственной читательницей газеты «New York Times», бравшей ее в нашей библиотеке под честное слово. И
У НАС В ГОСТЯХ
5779 декабрь 2018
Елена Литинская родилась и выросла в Москве. Окончила славянское отделение филологического факультета МГУ имени Ломоносова. Занималась поэтическим переводом с чешского. В 1979-м эмигрировала в США. В Нью-Йорке получила степень магистра по информатике и библиотечному делу. Проработала 30 лет в Бруклинской публичной библиотеке. Вернулась к поэзии в конце 80-х. Издала 10 книг стихов и прозы: «Монолог последнего снега» (1992), «В поисках себя» (2002), «На канале» (2008), «Сквозь временну́ю отдаленность» (2011), «От Спиридоновки до Шипсхед-Бея» (2013), «Игры с музами» (2015), «Женщина в свободном пространстве» (2016), «Записки библиотекаря» (2016), «Экстрасенсорика любви» (2017), «Семь дней в Харбине и другие истории» (2018). Стихи, рассказы, повести, очерки, переводы и критические статьи Елены можно найти в «Журнальном зале», http://magazines.russ.ru/authors/l/litinskaya, периодических изданиях, сборниках и альманахах США и Европы. Елена – лауреат и призёр нескольких международных литературных конкурсов. Живет в Нью-Йорке. Она заместитель главного редактора литературного журнала «Гостиная» gostinaya.net и вице-президент Объединения русских литераторов Америки ОРЛИТА.
никто уже не дерзал с ней спорить. И если подумать, она-таки была по-своему права. Мы действительно знали Дусю и были уверены, что она не собиралась тайком тащить домой толстенную газету. Ну а правила, они на то и существуют, чтобы их нарушать. В библиотеку частенько приходили шумные, хулиганистые подростки. Они вели себя безобразно: галдели, переругивались, толкали друг друга и с грохотом падали на пол или валились на полки с книгами, которые рассыпались причудливо-хаотическим дизайном. Спокойно могли запустить книгой или, чего доброго, кассетой друг в друга. Слава богу, не в других читателей и не в сотрудников. Охранник нашей библиотеке был не положен. Дескать, район у вас тихий, не East New York. Обойдетесь... (Конечно, все познается в сравнении, но от этого не легче.) Урезонить «расшалившихся» подростков не было никакой возможности. На все наши замечания и окрики они попросту не реагировали. Иногда приходилось вызывать полицию, которая, как правило, приезжала под занавес, когда юные наглецы, устав от бурного «веселья», сами по себе успокаивались и добровольно расходились по домам. Одна лишь Дуся умела их урезонить и разогнать. (Миша при этом занимал пост наблюдателя.) Она храбро вставала перед амбалами, которые были раза в два выше нее, трясла седой головой, указывала правой рукой на выход и кричала: «Вон отсюда, немедленно вон!» В эти минуты Дуся напоминала ведьму или Бабу-Ягу. Дусин окрик оказывал на хулиганов воистину магическое действие. – О.К., lady! O.K., – подчинялись подростки и послушно покидали помещение. Они, наверное, боялись, что, если посмеют ослушаться, ведьма Дуся легким повторным движением правой руки, пожалуй, превратит их в свиней, баранов или еще какую-нибудь бессловесную тварь. А Миша, восхищаясь своей отчаянной женой, улыбался во весь рот, демонстрируя хорошо отполированный зубной протез. Вдоволь начитавшись толстенной «New York Times», Дуся оставляла Мишу внизу и поднималась на Reference Desk поболтать. Женщина образованная и способная к языкам, она говорила на грамматически правильном английском, но с характерным
польско-еврейским акцентом, нещадно вставляя, где надо и не надо, смачное картавое «р». Дуся садилась на стул около Reference Desk, складывала на груди маленькие сморщенные ручки с наманикюренными артритными пальцами, вскидывала насурьмленные брови к потолку, возводила туда же глаза изпод густо накрашенных колючих кустиков ресниц и начинала как бы издалека... – Ты еврейка? – Да. – Я тоже. – (Кто бы сомневался?) – Впрочем, это не имеет никакого значения. Я тоже еврейка, но зовут меня Дусей. Правда, здесь все называют меня Дэйзи. Но мне лично больше нравится имя Дуся. То есть, конечно, при рождении меня назвали Двойра, но вот уже больше полувека, как я стала Дусей, – добавляла она загадочно. – Я сгораю от любопытства. Давай расскажи, как это случилось, – просила я как ни в чем не бывало, подзадоривая Дусю, хотя мне приходилось слушать эту историю далеко не в первый раз. – Ах, это была такая романтическая история! Да ты записывай, записывай. Может, пригодится потом. Напишешь рассказ. – Уже пишу, – с готовностью подхватила я идею и действительно начала записывать. Как видите, пригодилось. – Дело было в 1939 году. Мы с папой, мамой и двумя младшими сестрами жили в Варшаве. О, ты не думай! Я из очень культурной, высококультурной семьи. Мой папа был галантерейщик, но прежде всего он ценил образование. Да! Мы – три сестры – все учились в еврейской гимназии. Я уже окончила гимназию и была – как это говорят – девицей «на выданье». Мне было двадцать лет. Я была, знаешь, такая высокая, красивая, с темно-рыжими волосами и зелеными глазами. Все парни на меня заглядывались. – (При моем отличном воображении, я, конечно, могла представить Дусю красивой, этакой еврейской красоткой – с чуть горбатеньким носиком и томными, цвета засасывающего болота, глазами... но уж никак не высокой. В ней сейчас было от силы метр сорок. Ну, можно сделать скидку на старость и остеопороз и таким образом набрать метр пятьдесят с шапкой. Но если Дусе хотелось быть высокой, то почему бы и нет! Я ни в коем разе не желала выказывать свои сомне-
ния в правдивости ее рассказа.) – Мойшеле, то есть Майкл, то есть Миша, любил меня безумно и страстно. Нет, это не то, что ты думаешь. Мы еще не имели секса. Ни-ни! Только поцелуи и объятия. В наше время девицы не были такими распутными! Мы вотвот должны были пожениться, но случилось несчастье. Немцы напали на Польшу, быстро захватили Варшаву и потом всех евреев погнали в гетто. И мои родители вместе с сестрами так там и погибли. А я вот осталась жить. Мой Мойшеле, то есть Миша, то есть Майкл... он был такой храбрец. Ничего не боялся. Где-то достал немецкую военную форму и в этой форме пришел за мной в гетто. Немецкий он знал блестяще и говорил без акцента. Он забрал меня с собой. Сказал полицаям, что хочет иметь эту красивую еврейскую девушку. Потом, мол, вернет. И все. Ему никто ничего не сделал. Меня он, конечно же, не вернул. Так я спаслась, а родные мои все погибли. – Ну а дальше, что было дальше? Расскажи, как ты стала Дусей. – А дальше днем мы прятались, а ночью пробирались на восток, в Россию. Оборванные, голодные. Нас жалели добрые люди: поляки, белорусы и русские, помогали нам, подкармливали, давали теплые вещи. Мир не без добрых людей, знаешь. Мы поселились в России в маленьком городке Московской области. Называется Раменское. Научились говорить по-русски и стали Мишей и Дусей. Я пошла работать на фабрику швеей, а Миша – у него была умная еврейская голова и золотые руки – он работал в ремонтном ателье. Чинил всякую рухлядь: радиоприемники, швейные машинки «Зингер». Как говорится, из «дрэка» делал печенье. – Да нет же, Дуся, не печенье – конфетку. – Не все ли равно, печенье или конфетку? – упрямилась Дуся. – В общем-то оно, конечно, все равно. – Я знала, что Дусю переспорить невозможно, и не пыталась. – Ну а потом? Что было потом? Как вы попали в Америку? – 22 июня 1941 года немцы перешли советскую границу. Миша пошел добровольцем на фронт, а я уехала в Ташкент в эвакуацию. После войны мы поженились и вернулись в Польшу как репатрианты. Я не хотела уезжать из России, но Миша узнал, что у него родной брат в Америке. Ему тоже
стр.
5779 декабрь 2018 как-то удалось убежать из гетто. А в Америку можно было попасть только через Польшу. Миша сказал мне: «Или ты едешь со мной в Америку, или мы разводимся». А когда тебе родной муж говорит «или» – надо слушаться мужа. Вот так мы стали американцами. И теперь я плохо говорю по-русски и читаю «New York Times». – Ах, Дуся, душенька, ты такая умница! Я просто диву даюсь! Это надо же! Не какуюнибудь скандальную «Post» или примитивную «Daily News», а сложную интеллигентную газету «New York Times», – искренне хвалила я старушку. И Дуся была, может, не на седьмом, но уж точно не меньше, чем на четвертом небе от счастья. Однажды под еврейский Новый год Дуся пришла в библиотеку не с Мишей, как обычно, а с высокой, хорошо одетой женщиной приятной внешности, лет сорока пяти. – Моя дочь Моника. Она учительница английского языка в High School. – Дуся произнесла эту тираду с такой гордостью, как
будто представляла мне не учительницу английского языка, а по меньшей мере английскую королеву. – У меня еще есть сын, он доктор, – добавила она для пущей важности. – Он живет в Вестчестере, не смог приехать на Рош Хашана. Очень занят, много пациентов. – Ну все, мама, давай смотри свою газету и пошли, – нетерпеливо перебила Дусю Моника. Было ясно, что для нее этот ритуальный поход в библиотеку – досадная необходимость. Я, честно говоря, не очень понимала, почему материально обеспеченная дочь не может купить матери «New York Times», скажем, в виде подарка на Новый год. Ну, разве что газеты в ларьке закончились... – А где же Миша? Почему его сегодня нет? – спросила я. – Заболел Миша. – Лицо Дуси омрачилось.– Положили в Coney Island hospital. – Мама, я же тебе говорю, давай быстрее, – еще раз перебила наш разговор Моника. –
ВЕЛИКИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ПРОРОКИ Новая встреча членов Ассоциации узников гетто из бывшего СССР состоялась 15 ноября в синагоге F.R.E.E. По традиции организаторы встречи Борис Ладыженский и Клара Левина предложили своим гостям программу, посвященную еврейской истории. На этот раз Клара Левина вдохновенно рассказывала о великих еврейских пророках, духовных вождях своего народа, и об одном из величайших из них – пророке Иеремии.
Иеремия родился в 645 г. в г. Анатоте и начал проповедовать, когда ему было 18 лет. Пророк услышал голос Б-га: иди, к кому ни посылал тебя, и все, что прикажу тебе, ты будешь говорить. «И было слово Господа в сердце моем, как огонь пылающий, заключенный в костях моих». Иеремия предвещал страшные бедствия, которые обрушатся на Иудею, на Иерусалим, на весь народ, говорил, глубоко страдая: «Рвутся стены сердца
моего». Причина бедствий – забвение нравственных законов, падение нравов. Он обвиняет царя, сановников и тех, кто служит им, в несправедливости, корысти, лжи, в забвении сирот и вдов, в насилии, пролитии невинной крови. Единственный путь к спасению – покаяние. Иеремия верит в грядущее спасение народа, и он говорит об этом с великой радостью, несмотря на трагедию собственной жизни.
Нам еще к отцу надо в больницу. Мне скоро уезжать. У нас сегодня вечером гости. Прошло несколько месяцев. Миша и Дуся больше не приходили в библиотеку. Без них было не то чтобы скучно – нам было не до скуки с неуправляемыми подростками и другими разнообразными и непредсказуемыми читателями, – но как-то пусто. Сначала все друг друга спрашивали, где, мол, наши старички – Дуся с Мишей. Не видел ли их кто-нибудь и не случилось ли, не дай бог, с ними чего непредвиденного. Потом, в текучке дел мы постепенно стали о них забывать. И вдруг неожиданно снова объявилась Дуся. Она еще больше сгорбилась, лицо – морщинками в гармошку, опухшие глаза потускнели. Вся какая-то неприбранная, не накрашенная. Куртка давно не стирана, в жирных пятнах. Шапка на бок, помпон повис на ниточке – вот-вот оборвется. – Дуся, my darling, как я рада тебя видеть. Почему тебя так долго не было? Что случиЧленов Ассоциации узников гетто из бывшего СССР тепло приветствовал директор синагоги F.R.E.E. в Чикаго рабби Леви Нотик. «О пророке Иеремии» и «Иеремия плачет» - эти мудрые стихи написала и прочитала Лариса Ицкович. Стихи поэтов К.Фофанова, Д.Мережковского, С.Маршака, О. Чюминой прозвучали в исполнении Мириам и Хавы Бирман, Раисы Петрушиной. Прекрасную музыкальную программу, посвященную образу Иеремии в музыке, приготовили любимые в нашей общине Георгий Макшанцев (виолончель) и Наталья Соловьева (фортепьяно). С огромным интересом был встречен рассказ о прекрасном произведении великого Марка Шагала «Иеремия». В память об этой встрече слушатели получили в подарок книгу рабби Ицхака Зильбера «Пламя не спалит тебя».
15
Выпуск 436
лось? Мы без тебя вконец измучились с нашими хулиганами. А где... Миша? – осторожно спросила я. – Нет больше Миши. Умер, – коротко пояснила Дуся. – Cancer его съел. А я осталась жить. Вот пришла «New York Times» почитать. Есть сегодняшний номер? – Конечно, есть. А «Jewish Forward» и «Jewish Press» читать будешь? – Давай. Дуся, как обычно, провела часа два за «New York Times». Она разложила рядом на столе еврейские газеты и поставила стул... для Миши? У меня мороз пошел по коже, когда я увидела эту сцену. Я не очень верила в духов, просто не имела возможности ощутить их присутствие. До сих пор. Дух Миши как бы сидел за столом бок о бок с Дусей. Мне показалось, что его невидимая рука переворачивает страницы газет. Дуся улыбалась... Она видела Мишу и себя – молодой, красивой, высокой...
стр. 16
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
СУДЬБЫ
Вера Острогорская
Насчет чумы, придет ли она к нам, пока нельзя сказать ничего определенного…. Некоторую надежду подают прививки Хавкина, но, к несчастью, Хавкин в России непопулярен. А.П. Чехов
Медицина или революция
Владимир (Вальдемар, Маркус-Вольф) Аронович Хавкин родился 15 марта 1860 года в Одессе, в бедной еврейской семье; позже его родители перебрались в Бердянск. Его отец был учителем в Казенном еврейском училище, мать — дочерью учителя того же училища. С ранних лет Хавкин был любознателен и трудолюбив. Он учился блестяще: сначала в хедере, еврейской школе для мальчиков, потом в 1789 м году закончил в Бердянске русскую гимназию. Отец Хавкина был сторонником ассимиляции евреев. Он не хотел, чтобы сын получил традиционное еврейское религиозное воспитание, не требовал соблюдения религиозных норм. Свое образование Владимир продолжил в Новороссийском университете в Одессе, где в то время преподавал известный ученый Илья Мечников. Скоро Хавкин стал его любимым учеником и последователем. Мечников заинтересовал Хавкина зоологией простейших. Однако обстановка в Одесском университете была невыносимой для тех студентов и профессоров, которые отстаивали свое право на свободу собраний и выражение собственного мнения. Многие студенты находились под арестом, и даже поддержка прогрессивно настроенной профессуры не могла вернуть их в Университет. Двести сорок студентов направили министру просвещения письмо, в котором выражали протест против постоянного надзора университетской инспекции и полиции, сковывавшего инициативу молодежи и убивавшего научную мысль, а также указывали на бедственное материальное положение большей части студенчества. После этого 90 студентов направили коллективное письмо ректору Университета Ярошенко. Владимир Хавкин подписал и это письмо, и был отчислен. Несколько профессоров в знак протеста против деятельности властей подали в отставку, в их числе был Илья Мечников. Хотя Хавкину и дали возможность в 1884 году защитить кандидатскую диссертацию, однако продолжить в Одессе научную работу или преподавать в Университете можно было только, приняв православие. Хотя отец Хавкина не воспитывал сына в духе еврейских традиций, отказаться от своего еврейства Владимир не захотел. Несмотря на получение ученой степени, положение его стало бедственным. У него не было возможности зарабатывать даже небольшие деньги. Тем временем его учитель Илья Мечников обосновался в Швейцарии. Он пригласил талантливого ученика занять должность приват-доцента Лозаннского Университета. Позже Мечников рекомендовал его в Пастеровский институт в Париже. В 1905 года Мечников стал заместителем директора Пастеровского института.
Для Ильи Мечникова годы работы в Пастеровском институте были очень плодотворными. В 1908 году совместно с Паулем Эрлихом он получил Нобелевскую премию за работы по иммунитету. Мечников занимался эпидемиологией и микробиологией холеры, чумы, брюшного тифа и туберкулеза. Он создал учение о воспалении, как о защитной реакции организма, направленной на защиту от инфекции. Невозможно переоценить значение созданной им фагоцитарной теории иммунитета. Мечников предложил Хавкину приехать в Париж, чтобы продолжить научные исследования в Пастеровском институте, некоммерческом научном центре, созданном в 1888 году и занимавшемся исследованиями в области эпидемиологии, микробиологии, инфекционных заболеваний и вакцин. Его основателем и первым директором был знаменитый французский ученый, микробиолог Луи Пастер. Вакантным в Институте в тот момент оказалось только место младшего библиотекаря, но Хавкин согласился. Он выполнял работу библиотекаря, а после этого занимался в лаборатории своими научными исследованиями. В то время в мире было несколько эпидемических очагов холеры. Карантинные мероприятия не особенно помогали, нужна была эффективная и безопасная вакцина против холеры. И Хавкин ее создал, иммунизируя кроликов и морских свинок. Для испытания вакцины на людях Хавкин привел в Пастеровский институт троих своих товарищей — русских политэмигрантов. Руководитель лаборатории, в которой работал Хавкин, профессор Эмиль Ру не сразу разрешил провести опытное введение вакцины людям. Первым получил дозу вакцины сам Хавкин, потом его товарищи, двое из которых были врачами. Испытания прошли благоприятно. Хавкин доложил на заседании Биологического общества, что созданная им противохолерная вакцина безопасна, а через 6 дней после ее введения развивается иммунитет. В России в то время тоже была вспышка холеры. Убедившись в эффективности и бе-
зопасности вакцины, Хавкин предложил ее принцу Ольденбургскому, брату русского царя, который в то время был, как сказали бы сейчас, главным эпидемиологом России. Несмотря на то, что письмо было подписано самим Пастером, Хавкину ответили, что в его вакцине в России не нуждаются. То ли потому что он был евреем, то ли потому что он был неблагонадежным, как сейчас сказали бы, фактически политэмигрантом. Во Франции и Германии тоже побоялись использовать противохолерную вакцину Хавкина. Даже видные европейские бактериологи в то время вообще не были уверены в пользе вакцинации. Известно высказывание самого Роберта Коха, знаменитого врача и бактериолога (его именем назван возбудитель туберкулеза) о профилактических прививках: «Это слишком хорошо, чтобы быть правдой». И только в Индии британское правительство разрешило применить вакцину. Конечно, не сразу, а после долгих согласований Хавкину разрешили использовать вакцину для ликвидации эпидемии холеры в Бенгалии, где положение в то время стало поистине бедственным. В 1877–1890 годах там умерло от холеры более миллиона человек. Хавкин направился в Калькутту, где английский врач Симпсон предоставил в его распоряжение свою маленькую бактериологическую лабораторию. Ему удалось наладить производство своей противохолерной вакцины. С четырьмя врачами-индусами, убежденными в действенности вакцинации, Хавкин направился в небольшой поселок недалеко от Калькутты, чтобы там начать свою прививочную кампанию. Индийские крестьяне не поверили врачам, которые попытались объяснить пользу введения вакцины. Они были уверены, что болезнь и смерть предопределены высшими силами, и в это бесполезно вмешиваться. В ответ на уговоры сделать спасительную инъекцию из толпы крестьян послышались угрозы, а потом во врачей полетели камни. Но вместо того, чтобы сбежать, Хавкин снял пиджак и рубашку, а его товарищ на глазах у разгневанных неграмотных бедняков сделал
Хавкину инъекцию вакцины. Крестьяне были поражены. Потом 116 человек дали сделать себе прививку, и ни один из них не заболел холерой. В Индии слухи быстро распространялись. Маленькая лаборатория получила много предложений приехать в разные города Индии для проведения вакцинации. Хавкин с индийскими бактериологами совершали одну за другой многочисленные экспедиции в самые разные районы Индии для проведения прививок. Постоянно анализировались результаты, изучалась эффективность и безопасность вакцины. За 2,5 года прививки получили 42 тыс. человек. Некоторые привитые все-таки заболевали, но смертность от холеры среди привитых снизилась в десять раз. Сам Хавкин тяжело заболел малярией, вынужден был уехать лечиться в Европу. Но через полгода вернулся и привил своей вакциной еще 30 тыс. человек. В начале 1893 года Хавкин начал работать в Индии в качестве государственного бактериолога. Он наладил производство своей противохолерной вакцины и лично вакцинировал многих. Наконец, индусы поверили молодому русскому врачу и его помощникам. Эпидемия была остановлена. В настоящее время улучшенная вакцина Хавкина применяется при вспышках холеры там, где трудно провести гигиенические мероприятия, препятствующие распространению заболевания — в лагерях беженцев, при стихийных бедствиях. Нельзя переоценить вклад Хавкина и в борьбу с чумой, эпидемия которой разразилась в Индии в 1896 году. Центром эпидемии был второй по величине город Индии Бомбей и его окрестности. Однако, с чумой все значительно сложнее, чем с холерой. Само заболевание опаснее для человека. Хавкин приехал в Бомбей. В Медицинском колледже ему отвели одну комнату и дали 4х технических сотрудников. Столы маленькой лаборатории заполнили клетки с крысами и ряды пробирок. Хавкин очень торопился. Он работал по 12–14 часов в сутки. Его помощники бросили его, не выдержав непосильной работы и страха заразиться.
стр.
5779 декабрь 2018 Ведь в пробирках были живые возбудители чумы. Очень трудно было создать вакцину из чумной бациллы, ослабленной ровно настолько, чтобы она не вызывала заболевание, когда вводишь ее человеку, но при этом происходила иммунизация. За три месяца вакцина была создана, и сначала Хавкин проверил ее на крысах. Из привитых не заболела ни одна. Теперь нужно было узнать, вызывает ли вакцина противочумный иммунитет у людей, и насколько она при этом безопасна. И снова Хавкину пришлось испытывать вакцину на себе. 10 января 1897 года в той же лаборатории, где Хавкин проводил свои эксперименты с возбудителями чумы, при двух свидетелях Владимиру ввели дозу противочумной вакцины, в 10 раз большую той, которую позже вводили больным чумой жителям Бомбея. Через час после введения вакцины у Хавкина развилось лихорадочное состояние, появились симптомы чумы. Несмотря на тяжелую реакцию на прививку, многие добровольцы — студенты и преподаватели Медицинского колледжа и некоторые жители Бомбея вызвались сделать себе прививку. Позже городские власти попросили Хавкина сделать прививки заключенным городской тюрьмы, в которой уже вспыхнула эпидемия. Сначала Хавкин собрал заключенных и объяснил им риск вакцинации мало изученной, фактически экспериментальной вакциной. Большинство заключенных согласились, и хоть прививочная реакция была тяжелой, почти все вакцинированные выжили. Хавкину пришлось фактически организовать в Бомбее противочумную лабораторию, которая впоследствии стала крупным исследовательским центром бактериологии и эпидемиологии. С 1925 г. этот исследовательский центр на-
зывается Институтом им. Хавкина. В 1897 году правительства ряда стран командировали в Бомбей своих врачей для наблюдения над эпидемией. Немцы, итальянцы, французы и русские не без основания ожидали, что чума может распространиться на страны Европы через ее порты. Иностранным бактериологам нужно было познакомиться с индийским опытом борьбы с чумой. В 1897 году королева Виктория наградила Хавкина одним из высших орденов Британской империи. В честь него был дан прием, на котором присутствовали самые известные британские врачи. Знаменитый хирург и родоначальник антисептики Листер в приветственной речи осудил антисемитизм, в частности, российский, от которого пострадал Хавкин. К 1909 году противочумной вакциной Хавкина в одной Индии было привито 8 млн чел, к 1940 году — 35 млн чел. Да и вспышки холеры регистрировали в Индии время от времени. Хавкину было предложено возглавить любое научное учреждение страны, чтобы продолжить борьбу с этими опасными инфекциями. До достижения пенсионного возраста Хавкин работал в Калькутте. В 1915 году знаменитый бактериолог покинул Индию и вернулся в Европу. Во время Первой мировой войны он руководил в английском военном министерстве прививками для английских солдат, которые отправлялись на фронт. Более 15 лет Хавкин прожил в Париже. Он обратился к иудаизму, посвятил себя соблюдению религиозных заповедей. Он даже написал и издал статью «Апология ортодоксального иудаизма». В этой статье он писал, что еврейский народ может сохранить себя, только исполняя все еврейские религиозные законы. Он поддерживал идею соз-
дания независимого еврейского государства и считал, что оно должно обязательно быть основано на религиозных принципах. В это время была принята Декларация Бальфура, что казалось успехом сионистского движения. Но Хавкин не разделял оптимизма сионистов по этому поводу. Он не верил, что Великобритания позволит создать в Палестине независимое еврейское государство. Прожив много лет в Индии, Хавкин хорошо себе представлял колониальную политику Великобритании. Его опасения оправдались. Еврейское государство стало независимым, только освободившись в 1948 году от Британского мандата. Хавкин вместе с друзьями представил Женевской мирной конференции работу о правах евреев в Эрец-Исраэль и в диаспоре. В 1920 году он стал членом центрального комитета Всемирного еврейского союза (Альянса). Эта организация занималась просветительской и филантропической деятельностью. Хавкин выступал против ассимиляции евреев, защищал права евреев в странах диаспоры. По поручению Альянса Хавкин едет в Россию, Польшу и Литву. Там он встречается с деятелями еврейских организаций этих стран, изучал проблемы образования, здравоохранения и быта европейских евреев. В 1929 году Хавкин создал фонд для поддержки иешив, еврейских религиозных школ Восточной Европы. Для этого он вложил в Лозаннский банк крупную сумму денег. Средства после его смерти должны были перечисляться в виде субсидий школам Польши, Румынии, Литвы, Венгрии и других восточно-европейских стран. Однако Хавкин не ставил условием перечисления денег для исключительного изучения религиозных дисциплин. Он посчитал полезным введение в программу естественно-
НАШЕ ОБОЗРЕНИЕ
Леонид Ашкинази Джеймс Кугел. «В доме Потифара: Библейский текст и его перевоплощение» Весьма подробный анализ, интересные рассуждения автора об этом сюжете Торы. Из аннотации: «Джеймс Кугел – профессор Гарвардского и Бар-Иланского университетов, известный специалист по древнегреческому, латинскому, арамейскому языкам. Книга посвящена истории Иосифа Прекрасного. Взяв в качестве отправной точки библейское повествование, писатель прослеживает развитие истории Иосифа Прекрасного и ее понимание читателями в зависимости от эпохи и среды, в которой они жили».
Шолом-Алейхем. «Сочинения» («Блуждающие звезды», «Мальчик Мотл», «Тевье-молочник»), а также отдельные издания: «Легкий пост», «Три вдовы», «У доктора», «Тевье-молочник», «Место в загробном мире» Это вы, конечно, читали. А на случай, если захочется перечитать, – вот, все это есть в интернете. А вот еще его же – «Агенты»: короткая пьеса с легким подшучиванием над евреями, как это у нас принято. Автор так и пишет: «Шутка в одном действии». Анита Диамант. «День после ночи» Описание жизни евреев, спасшихся от
Шоа, в лагере, устроенном на Кипре англичанами. Мы очень мало об этом знаем, и поэтому, наверное, книгу надо прочесть. Из аннотации: «У этих девушек нет ничего общего. Кроме одного – все они выжили после чудовищной войны. Позади остались концлагеря, бесконечное насилие, каждодневный страх. Европа, где у них никого больше нет, скрылась за морем. А впереди – незнакомая страна с неведомыми обычаями и порядками, новые испытания и надежда. Эмоциональный, драматический и исторически точный роман о том, как четыре девушки-еврейки, выжившие во Второй мировой войне, прибыли в Палестину, которая поначалу обернулась вовсе не страной обетованной, а новым лагерем за колючей проволокой, новыми бедами и новым изгнанием. Четыре девушки, пережившие то, что современному человеку и вообразить невозможно, из последних сил борются за надежду – не на счастье, а просто на жизнь». Заметим, что умолчание о подлой тогдашней британской политике в отношении евреев вряд ли проходит по категории «исторически
точный». Да и веселая обложка смотрится странно; впрочем, за обложку отвечает не автор, а издатель.
Агамбен Джорджо. «Homo sacer. Что остается после Освенцима: архив и свидетель» Очередная попытка понять механизм разрушения человека, а также последствия для выживших. Во введении автор пишет: «Благодаря ряду всесторонних и все более точных исследований вопрос исторических условий, в которых происходило уничтожение евреев, был в достаточной степени прояснен. Совсем по-другому дело обстоит с тем, что касается этического и политического значения уничтожения или даже просто человеческого понимания того, что произошло, – то есть, в конечном счете, его актуальности. В этой области не только не было предпринято какой-либо попытки глобального осмысления, но даже смысл и причины поведения палачей и жертв, а зачастую и сами их слова все еще представляются непостижимой загадкой».
17
Выпуск 436
научных дисциплин и обучение ремеслам. У Хавкина не было семьи. Он не женился, потому что не считал правильным подвергать спутницу жизни испытаниям, на которые сознательно шел сам. Знаменитый ученый скончался в Лозанне 28 октября 1930 года и похоронен на еврейском кладбище. Свой огромный архив он оставил в Еврейском Университете Иерусалима (кампус Гиват Рам). Израильская журналистка Шуламит Шалит пишет об архиве Хавкина: «Оказалось, что Хавкин писал всю жизнь, и не только дневник, и не только научные отчеты. Вот, например, его работа: «Учение Шопенгауэра. Опыт популяризации в истории философии». Он записывает для себя: — «подробно познакомиться с энциклопедией права и историей его, с духом восточных языков — еврейского, арабского и санскрита». Вот рукопись о проблемах подоходного налога. Примечания к сочинениям Бальзака по-французски. Есть листочки, доказывающие, что учил голландский язык. Тетради, блокноты и блокнотики с маленькие кирпичики, исписанные ровным быстрым почерком, четкие оглавления. Вот начало романа о любви…» Когда-то в Женеве Хавкин познакомился с израильским врачом Гилелем Яфэ, который посвятил много лет борьбе с малярией на болотах Палестины. По его предложению там были высажены эвкалипты, болота осушены, малярия полностью ликвидирована. Гилель Яфэ, как и Хавкин, родился на Украине, он уехал в Палестину с первой волной эмиграции. «Не помню человека более скромной, тонкой и развитой души, до такой степени верного своим принципам», — писал он про Хавкина. Ханна Кралль. «Королю червонному – дорога дальняя» Из аннотации: «Нагромождение случайностей, везения и невезения, история любви во время Холокоста. Варшавская еврейка Изольда Регенсберг идет на все, чтобы спасти арестованного мужа. Она в последний момент выбирается с Умшлагплац, откуда уходят поезда в концлагеря, выдает себя за польку, попадает в варшавскую тюрьму, затем в Германию на работы, бежит, возвращается в Варшаву, возит в Вену контрабандный табак, проходит через венское гестапо, оказывается в Освенциме, затем в другом лагере, снова бежит, снова попадает в Освенцим. Поезд, направляющийся к газовым печам, останавливается, едва отъехав от станции: Освенцим только что освобожден. Изольда выживает благодаря своей любви». У этого автора есть еще две книги на данную тему: «Синдром уцелевших» и «Опередить Господа Б-га». Первая – несколько совсем коротких текстов в форме рассказов о себе – людей, выживших в Катастрофе и других ситуациях, когда гибли близкие им люди. Вторую – она о Варшавском гетто – вы, наверное, читали, это вообще наиболее известная ее книга. Норберт Винер. «Я – математик» Новое издание, отличающееся от советского отсутствием цензурных сокращений. В издании 1967 года было существенно уменьшено количество упоминаний нашей национальности и выкинут рассказ автора о том, как «соответствующие органы» предохраняли советских ученых от контактов на международной конференции. Ввиду широкого географического охвата, насыщенности информацией, наблюдательности и точности в описаниях книга представляет познавательный интерес.
стр. 18
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
В ЯНВАРЕ в синагоге будет читаться поминальная молитва Кадиш в день Йорцайта (годовщину смерти по еврейскому календарю) родных и близких наших прихожан. Даты общепринятого календаря не совпадают с датами по еврейскому календарю, поэтому некоторые имена будут опубликованы в следующем месяце.
Вечная им память!
Aaron Daich Abraham Lindenboim Abram Golgor Abram Kerzhenevich Aleksander Ayzenberg Alexander Roberg Alta Riva Lakin Anatoliy Zlotnikov Anna Matlin Anna Sogolovskaya Aron Ayngorn Aron Shnaydman Asya Gavrilova Avnil Simanduyev Avraam Geris Avraham Khomutov Avraham Vayshteyn Avraham Voynshteyn Avram Varshetsky Bacia Greenshtein Baruch Mamtsis Basya Brocha Khanokh Basya Galperin Basya Nepomnyaschaya Basya Rudman Basya Skepner Bayla-Gitel Dratva Bella Sivak Bella Vodovoz Bella Zabezhinsky Beniamin Gusinsky Bentsian Gorelik Bentsion Shvetsky Benyamin Levin Berta Levina Boris Dobkin Boris Fidman Boris Kushnir Boris Pikhovskiy Boris Verbitsky Boruch Rivkin Boruch Sakhnovskiy Boruch-Lipa Dubenko Bravna Frankel Brayna Mintsis Brian Schwartz Brocha Frenklach Brocha Ravikovich Bronya Dovgoletsky Bronya Lakhman Bronya Neyzelman
Bunia Amstislavskaya Cecilia Cherno Chaim Krugman Chaim Polevoy Chaim Shteynberg Chana Barengolts Chana Zeydelman Chaya Gendelman Chayim Leib Polyakov Chayka Spektor Chinna Burak Daniel Goldberg David Cherny David Golub David Hasdan David Pulis David Yusubov Dmitriy Mironov Dmitriy Skepner Dmitry Kart Doba Nisman Eduard Tolcys Edward Fridman Eliazar Bangiev Eli-Hirsh Daisudov Eliyakum-Pinchus Cherno Elka Krimker Elka Spivak Emma Nekhamina Enah Shafir Esfir Roytelman Esfir Shulman Eshka Goldman Ester Malkah Miltsakh Ester Mopsik Esther Gorelik Esther Shapiro Etel Livshits Etel Zemlyak Ethel Livshits Etl Khasyuk Etya Rosina Evgenia Bresler Evgeniya Evdayeva Badalova Ezra Rudiak Faina Dreer Faniya Bekker Fanya Lishanskiy Fanya-Feiga Ruderman
Favel Rivilis Feyga Maryash Freda Goldfarb Frida Poltorak Frida Vysokovskaya Fura Kislyarsky Genadiy Boguslavskiy Genia Reznik Genya Kaganskaya Georgiy Kamenetskiy Gerch Blushinskiy Gersh Ovetsky Gersh Shapiro Gershom Dats Gita Feldman Gita Sukenik Gregory Grebelyuk Gregory Leyderman Gregory Shilkrot Hasya Goosovsky Hasya Milter Haya-Gruna Dolinsky Iakov Karabelnikov Ida Babichenko Ida Genovich Ida Rudyak Igor Vidershayn Ilia Danilov Ilia Kerzhenevich Ilya Danilov Ilya Shtutman Inda Katz Inna Tzimechmam Iona Kotlyerevskiy Iosif Frayman Iosif Royzen Isaak Albitov Isaak Ovetsky Israel Nudler Israel Yakhnis Israil Litinskiy Ita Braginskaya Ita Shnitserman Josif Krugman Khana Gutnick Khonia Grinman Klara Rabinovich Klara Vaysberg Klavdia Gleyzer Kuna Nekhamina Larisa Gurkova
Кадиш читается каждый день в течение первого года после смерти человека, а затем в день Йорцайта (годовщину смерти). В настоящее время по просьбе родных и близких в синагоге F.R.E.E. в течение года читается Кадиш в память об ушедших из жизни наших прихожанах:
Lazar Kaganovich Lazar Kapelnikov Leah Kaner Leah Levina Leah-Ronya Berson Leib Gutzait Leib Levin Leib Markovitch Leonid Gurevich Leonid Indis Lev Belyatsky Leya Giterman Leya Kushnir Leya Lomazova Leyzer Faktorovich Liba Mitnik Lidiya Fuks Liliya Iorish Lipa Nasalskaya Luba Farber Lubov Basina Ludmila Grunin Ludmila Kalinovskaya Luzay Proektor Malka Gornaya Malka Grinberg Maria Rebel Mariam-Leya Ostrovsky Mariya Abramson Mariya Yunichman Mark Zavilyansky Masha Epshtein Mata Mishkina Melya Moldavskiy Menashe-Moshe Elkin Mera Fainberg Mera Porotskaya Michael Boldun Michael Grinberg Michael Khanin Michail Povotovskiy Michla Estrin Mikhael Grinberg Mikhail Frelihman Mikhail Reyngold Mikhel Dintsin Mira Kapilevich Miriyam Zlata Shapiro Misha Kamyshev Mordechai Chalyk Mordechai Shkap
Moshe Katz Moshe Kleyman Moshe Kleyner Motel Portnov Motl Tatiyevskiy Mozamtu Moiseyeva Musya Shklover Nachman Golgor Nachum Gitlevich Naftaili Rechter Nakhemya Weinmakher Naum Messerman Naum Rokhberg Naum Shaakov Nelly Zaydenberg Nelya Shulmeyster Nesia Klement Nisim Shaakov Osher Potashin Oskar Liberman Paikina Rivka Pasha Lorskina Pearl Shvatskaya Peter Fikh Peter Klugerman Pinya Dobin Rachel Kushakovskaya Rachel Yekelchik Raisa Langer Rakhil Portnaya Rasya Osovsky Rayza Royzenberg Rebbeca Polyakov Rebecca Bukhman Reuvin Shulman Revekka Cherno Rhea Goldberg Rima Shkolnik Rislya Brenayzen Riva Levman Riva Rys Rivka Garber Rivka Ravikovich Rivkah-Kutza Sepiashvili Rochel Borodyanskaya Rochel Margolina Rosya Safir Roza Benderskaya Roza Oystrach Samuel Goldenshlyuger
Arkady Solomonov
Lev Riabinin
Bella Zabezhinsky
Mikhail Reyngold
Avraham Sodnikov Joan Basner
Karl Zingerman
Lev Yeykalis
Nancy Kogan
Phillip Zeidman
Samuel Pechersky Sara Goldman Sara Vayser Sarah Cherny Sara-Meita Weinmakher Sarra Vints Semen Itkin Semen Levin Semen Shindelman Semeon Estrin Semyon Dolgin Shaindle Rabish Shaindle Zeks Sheindel Rabinovich Shifra Gorbate Shimon Livshits Shimon Segall Shlema Shlayen Shmuel Gold Shneyer Basin Sima Okon Sima Shteynbuch Sofia Goldshteyn Sofya Gutzait Sofya Kipnis Solomon Nisman Solomon Poluniovsky Sonya Ginzburg Sonya Shapiro Sonya Vilchik Sosya Busler Srul Freydtsis Sura Bekker Svetlana Narod Syema Rozenberg Tanya Byrsak Tanya Kuchkina Tatyana Shvarts Tina Denenberg Tomoti Abramova Tsilia Gerchikova Tsilya Milishtan Tsirel Kmin Tuba Finkel Tzilia Novik Ushar Kotel Vera Bukhshtab Vera Shteynberg Viktor M. Fayman Vladimir Dorozhinets Vladimir Fisher
Vladimir Frenkel Vladimir Iokton Vladimir Kunin Vladimir Pikovskiy Volf Blekher Vospe Yankel Yaakov Kogas Yaha Dinerman Yakov Ioffe Yakov Milman Yakov Roberg Yakov Savranskiy Yakov Slipak Yakov Tsipis Yankel Olkanetsky Yefim Bletnitskiy Yefim Goyhman Yefim Guzik Yefim Kholodovsky Yefim Smolyar Yelizaveta Polyakova Yelizaveta Shuster Yevgeniya Kostovetskaya Yevsey Ravikovich Yitzchak Merman Yitzhak Abelev Yitzhak Raytur Yona-Yitzchak-Gersh Shnaydershteyn Yosef Karan Yosef Shwartzman Yudith Frenkel Yuriy Nikitin Zalman Ber Basin Zalman Dragunsky Zalman Vitkin Zalman-Ber Basin Zelig Barg Zelman-Leyb Goldshteyn Zev Bershadskiy Zina Rabish Zina Shulman Zisa Moshkovich Zlata Boxboym Zlata Eydelberg Zlata Feldman
Polina Pikovskaya
Sura Vulikh
Rita Sachnovskaya
Vladimir Kalmykov
Rhea Goldberg
Sholom Khmelnitsky
Tzilya Maziya
стр.
5779 декабрь 2018
ВЗГЛЯД ИЗ ГЕРМАНИИ
Григорий Галич НАЦИСТЫ НА РОДИНЕ НЕ ДРЕМЛЮТ
В своём приложении «НГ-Религия» «Независимая газета» сообщила, что руководитель Региональной национально-культурной автономии евреев Республики Крым Анатолий Гендин рассказал ей о письменых угрозах, которые получили еврейские общины России (в том числе и Крыма). Неонацистская организация, именующая себя «БЖСР» («Бей жидов, спасай Россию»-Г.Г.) обещает российским евреям «месть» за сбитый российско-сирийскими ПВО российский самолет-разведчик Ил-20. Гендин связался с коллегами из разных уголков России, получившими подобные письма, и они констатировали, что реакции правоохранительных органов на их обращение на тот момент не последовало. В своих посланиях неонацисты сообщили, что: «Отныне патриотические подразделения будут преследовать иудейские общины, и ваши собратья будут страдать в силу – «Глаз за глаз, зуб за зуб!!!». Наша месть будет страшной и коснётся всех - любого из вашего народа. Нас не интересует, думаете ли вы, что виновны или нет. Всем известно, что это произошло из-за ваших действий». Ещё неонацисты пообещали: «Нацистский и фашистский режимы покажутся Вам сказкой. Мы не собираемся молчать, наши ребята (имеются в виду офицеры, находившиеся в самолёте-Г.Г.) погибли и мы это так не оставим. Кара постигнет любого, кто относится хоть каким-то образом к вашим общинам или вашей вере. Будьте готовы, что в детских садах, школах, институтах, на работах все Ваши сподвижники будут жить как в аду. Россия никогда не забывает своих героев, и в случае необходимости отомстит за каждого». В ряде общин России и в том числе в симферопольской синагоге «Нер Томид» негласно принимаются повышенные меры безопасности. Посему, говоря о России, хочу с некоторой поправкой выразиться словами Юлиуса Фучика «Евреи, я люблю вас, будьте бдительны!».
ОЖИВАЮТ И ГЕРМАНСКИЕ
В 1980-е годы в ФРГ возникло движение «рейхсбюргеров». Особо бурную деятельность активисты развернули и в 2010-х. Они считают, что Германия до сих пор оккупирована западными союзниками и не признают существования ФРГ как государственного образования и, соответственно, ее учреждения, законы и представителей власти. «Рейхсбюргеры» отказываются платить налоги и пытаются образовывать собственные «государственные субъекты» под названиями «Второй германский рейх», «Вольное государство Пруссия» и совершенно серьёзно считают, что до сих пор существует «германский рейх» в границах 1937 года. Отчего и называют себя «рейхсбюргерами». Они также имеют особые удостоверения личности - документы «граждан Рейха». Спецслужбы взяли их на заметку с той поры, когда в октябре 2016-го один из «граждан рейха» застрелил немецкого полицейского. По данным немецкой Федеральной службы защиты конституции и борьбы с тер-
роризмом (отнюдь не исчерпывающим), в стране насчитывается 16 тысяч таких немцев, причем больше всего в Баварии - пишет журнал Focus . Они активно контактируют с военнослужащими и проговариваются, что готовятся ко «Дню Х». Focus утверждает, что у них на руках немалое количество легального и нелегального оружия. И это несмотря на то, что Бундесрат принял закон о запрете приобретения оружия «гражданами рейха». Конечно, проще всего было бы законодательно запретить деятельность такой организации, которая представляет собой известную опасность для государства и его граждан, но, как говорится, против демократии не попрёшь.
ГОРБАТОГО ДУШОЙ ИСПРАВИТ ЛИШЬ ...
Вместо эпиграфа: В чём коренные причины утробного антиизраилизма-юдофобства этой очень немолодой патологички, для меня – полузагадка.. Хоть я и не медик, но могу предположить наличие у ней воспаления антисемитского мозжечка. А, может быть, это – генетическая инфекция? ЕЁ «послужной список»: Баронесса Дженни Тонг ещё в 1992 году баллотировалась кандидатом от либерал-демократов в избирательный округ РичмондаБарнса, но проницательные британские избиратели тогда её «прокатили». В 1997 году Тонг была избрана в парламент и стала пресс-секретарем либеральных демократов по вопросам международного развития. С конца 2018 года она - пожизненный партнёр и член Палаты лордов. И это после всех её заявлений?! В 2003 году Тонг посетила Газу и после возвращения оттуда на пресс-конференции сравнила условия жизни для палестинцев в Газе с условиями пребывания евреев в Варшавском гетто: «Люди не могут никуда попасть, им никуда не выйти, они не могут работать, они ничего не могут продать. Это – апартеид. Израиль установил в Газе нацистское правление». Тонг потребовала применить экономические санкции против Израиля. После посещения Газы в 2008 году она окончательно вызверилась на Израиль, потребовав от Палаты лордов и Совбеза ООН «расследования израильских военных преступлений в Газе». В 2009 году встречалась в Сирии с лидером ХАМАСа Халедом Машалем и приятно удивила его своей ненавистью к Израилю. Тогда же на митинге в Лондоне она заявила о необходимости «ввести полное торговое эмбарго и бойкотирование всего израильского». В январе 2004 года на пропалестинском парламентском заседании Тонг одобрила действия палестинских террористов-смертников: «Если бы мне пришлось жить в этой ситуации, то я могла бы стать одним из них». Кто мешает это ей сделать сейчас, пое-
хав в Газу, она не объяснила. На более позднем заседании она заявила, что «израильское лобби имело непропорциональный голос в англо-американской внешней политике». В ответ лидер Либерально-дамократической партии Мэнзис Кэмпбелл заключил, что все её утверждения «имеют явные признаки антисемитизма», а тогдашний архиепископ Кентерберрийский Джорж Кэри заметил, что «язык Тонге безответственный и неуместный». Но превзошла себя эта циничная инквизиторша в 2010 году, когда в курируемом ею «Палестинском телеграфе» опубликовала статью, в которой, ссылаясь на «доклад Хизбаллы на телеканале «Аль-Манар», утверждала, что «в израильском военном госпитале, развёрнутом во время землетрясения на Гаити, изымались органы у жертв, которые затем продавались на чёрном рынке». Сразу после этого вновь избранный идер Либе-
19
Выпуск 436
рально-демократической партии Ниг Клегг отстранил её от работы в комиссии по здравоохранению в палате лордов. Но и это не всё в её иезуитской карьере. На «Неделе израильского апартеида» в университете Миддлсекса 23 февраля 2012 года она сказала: «Остерегайтесь Израиля, ибо он – авианосец США на Ближнем Востоке». За эти слова даже однопартийцы осудили её, предьявив ультиматум – отказаться от своих слов, или уйти в отставку. С той поры она представляла в Палате лордов только себя. Зато после избрания ненавистника евреев Джереми Корбина лидером Демекратической партии Тонг заявила, что рассматривает возможность вступления в эту партию, поскольку во время очередного визита в Газу они вместе с Корбиным встречалась с главарями ХАМАСа. В октябре 2016 года Тонг председательствовала в Палате лордов на заседании «Совета по возвращении Палестины», где призвала Британию извиниться перед палестинцами за Декларацию Бальфура. Здесь же она сравнила Израиль с ISIS, и сказала, что евреи сами спровоцировали свой геноцид. Венцом же её усилий на ниве юдофобства стала сколь циничная, столь и подлая реакция на трагедию в Питтсбурге. Она публично заявила, что причиной кровавой бойни в синагоге Питтсбурга явилась преступная политика Израиля в отношении палестинцев. «Ужасающее преступление, но оно должно было рано или поздно свершиться: это результат политики Нетаниягу и его правительства, угнетающих палестинцев и возрождающих таким образом антисемитизм», – написала баронесса в день убийства на своей странице в социальной сети Facebook. Эту горбатую душой даму исправит только могила, как исправила она с своё время Гитлера и Геббельса.
стр. 20
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
ПРЕЗЕНТАЦИЯ
Александр Шапиро В Москве, в издательсте Михаил Ромм и сыновья, вышла новая книга нашего постоянного автора Александра Шапиро «У истины в долгу». Сердечно поздравляя А. Шапиро, печатаем один рассказов сборника. Когда мы с Севой, старым моим приятелем, вбежали в его квартиру – там никого не оказалось. - Мама, папа - закричал он, - где вы, ау! Севе надо было ещё успеть переодеться. Мы опаздывали в филармонию на концерт, посвящённый Дню Победы. В гостиной работал телевизор, а на столе и под ним были раскиданы какието газеты. Сбрасывая на ходу одежду, Севка кинулся к шкафу, но, открыв дверцу, отпрянул назад. Оглянувшись на меня, чуть заикаясь, прошептал: - Там папа стоит... Я находился у книжных полок и, ничего не понимая, подошёл поближе. Щурясь от света, на нас смотрел Ефим Семёнович, вытянув зачем-то руки по швам. Маленький и худой, с испуганным лицом, он выглядел как напроказивший мальчишка, играющий в прятки. - Разрешите обратиться? - по-военному спросил он меня. В сильном замешательстве, как и Сева, я с трудом выдавил: - Пожалуйста... - Я всё расскажу, - продолжил отец моего друга, - выйдя из шкафа, - только не бейте меня. И говорить буду только правду, зачем мне врать, ведь я знаю кто вы... В прошлый раз мне сломали очки, а я без них ничего не вижу. От волнения его руки дрожали, он то и дело поднимал их, прикрывая ладонями лицо и голову. - Вы не узнали меня? - переглянувшись с Севой, - спросил я. - Узнал, почему не узнал, - ответил Ефим Семёнович, - вы лейтенант Капшук из особого отдела. Тогда вы говорили, что евреи всегда притворяются, что у них нет памяти, кричали и били меня по голове. Но я всё помню. Потом взорвалась бомба... В госпитале мне сказали, что вас убило, но я не поверил... Я знал, что вы будете искать меня. Вот и сейчас увидел по телевизору, как вы выскочили из землянки, но обратно не вернулись. Я понял, что вы пошли ко мне... Резкий стук в дверь прервал наш диалог: на пороге с полной авоськой стояла Зоя Марковна, Севина мама. По её побледневшему и взволнованному лицу было видно, что она слышала наш разговор ещё в прихожей.
- Здравствуйте, - кивнула всем головой, и стала выкладывать из пакетов на стол купленные продукты. Вкусно запахло копчёной колбасой и сдобой... Посмотрев на устроенный Севой беспорядок, тихо попросила: - Останьтесь ребята, пожалуйста, ведь сегодня такой день... Я знаю, что вы взяли билеты в филармонию, но у вас ещё столько концертов впереди. Нас не надо было уговаривать, потому что мы и сами понимали, что после всего увиденного не можем оставить её одну с Ефимом Семёновичём... А руки его ещё вырывались растопыренными пальцами в разные стороны, хотя внешне он выглядел спокойным, но как бы отрешённым от всех. Потому что взгляд его был совсем далеко, устремившись через окно к небу, во мрак далёкого прошлого… И оттуда, издалека, оно так нахлынуло на него, что сев на диван, уже вполне осмысленно посмотрев на нас, вдруг стал делиться своими воспоминаниями: - Призвали меня в армию из Саратова, где я учился в институте. Нас долго везли к линии фронта. Там же, наскоро обучив, бросили в первый бой. Так продолжалось несколько месяцев: окопы, стрельба, передышка и снова окопы. В ту ночь нашему отделению удалось устроиться на ночлег в недавно срубленный дом. Внутри было хорошо и уютно. Я спал у стены. Доски ещё пахли лесом, и мне всю ночь снилась маёвка на какой-то поляне. Утром нас обстреляли из миномётов. Кто в чём был выбежали искать укрытия. Стояла ранняя осень и ещё было тепло. Я успел влезть ногами в сапоги, а гимнастёрка с документами осталась в комнате. Во дворе сильно шарахнуло, и я упал. Пришёл в себя в сарае, куда меня
затащили санитары. Голова гудит, а рот словно заклеило – открыть не могу, руками себя ощупал – целый вроде. Двое солдат помогли мне встать. Смотрю на них и не узнаю, не из нашего взвода. Они на меня тоже смотрят и спрашивают: - Ты кто такой, из какой части, как твоя фамилия? Я бы хотел ответить, да рот не открывается. Тут, на свою беду, пошарил по карманам брюк и достал очки. Целые! С радости одел их. - Да это же немец, - услыхал я, - он и по нашему говорить не умеет. - Нет, - отвечает второй, - еврей это. Посмотри-ка на его шнобель. Они начали спорить, а потом решили, что лучше всего доставить меня в особый отдел. Когда начался допрос, знаками попросил карандаш с бумагой и, как мог, написал о себе. Так меня контузило, что речь я почти потерял, только шепелявил, да и слышать стал хуже. Всё-таки Б-г есть: мои документы нашлись, меня опознал мой командир взвода. Только вы, лейтенант Капшук, не поверили и сказали, что всё равно докажете, что я немецкий шпион. Сначала вы меня били, потом написали за меня признание, но я не подписал его. Даже переводчицу из штаба пригласили, чтобы она задавала мне вопросы по-немецки. Ты ведь помнишь, как это было, повернулся Ефим Семёнович к жене... Потом нас бомбили и меня тяжело ранило. Больше я не воевал, мотался по госпиталям. Сразу после войны случайно встретил эту переводчицу, Зоеньку. Мы из одного города оказались. Поженились. Сейчас уже пенсионеры: я инженером работал, она – учителем. Ефим Семёнович умолк, но через мгновение тяжело вздохнул и, перейдя на
шёпот, повернувшись ко мне лицом, буквально выдавил из себя: - Вы всё-таки нашли меня, лейтенант. Я обещал и теперь рассказал вам всю правду. Я – немецкий шпион, а завербовали меня на поляне в лесу, во время маёвки. Выговорив последнюю фразу, весь как-то сник, веки потяжелели, а голова скатилась на бок. Он заснул, и Сева с мамой отвели его в спальню.
*** Так закончилась эта исповедь, а наступивший вечер низко опустил над городом майские звёзды. Они мигали, гасли и зажигались, как поминальные свечи, горевшие в тот день в каждом доме. Тихо вернулись Сева и Зоя Марковна. Они быстро соорудили ужин, а Сева достал из холодильника бутылку водки. - Не плачь, мама, - вдруг воскликнул он, - папа проспится и всё будет хорошо. - Если бы это было так, - ответила она, - опустив голову. Первый раз за все годы он не с нами за праздничным столом. - Праздничным? – горько вырвалось у Севы... - Да, сынок, - подняла рюмку Зоя Марковна. И серебристая прядь её седых волос словно осветила наши лица. Да, твёрдо повторила она, мы победили смерть. Ефим, имя твоего отца, по-еврейски звучит Хаим, что означает жизнь. Она досталась нам дорогой ценой. Давайте выпьем за неё: Лехаим! За жизнь! Два года спустя я получил письмо от моего друга из Израиля. - Папе после лечения уже лучше, писал Сева, - он по-прежнему много читает, учит иврит, но мы выключаем телевизор, когда что-то показывают про войну. Тень лейтенанта Капшука всё ещё висит над ним.
стр.
5779 декабрь 2018 Программная речь...
Окончание. Начало на стр. 6
живой памяти о Холокосте. Причина, почему мы не ожидали этого, заключалась в том, что Европа предприняла самые большие во всей истории человечества коллективные усилия, чтобы предупредить новое заражение вирусом антисемитизма своего политического тела. Это было великолепное усилие антирасистского законодательства, распространения знания о Холокосте и межконфессионального диалога. Тем не менее, антисемитизм вернулся, несмотря на все эти усилия. 27 января 2000 года представители 46 правительств со всего мира собрались в Стокгольме, чтобы подписать коллективную декларацию о сохранении памяти о Холокосте и продолжении борьбы против антисемитизма, расизма и предрассудков. Потом случилось 9/11, и в течение всего нескольких дней Интернет был наводнен теориями заговора, утверждающими, что это была работа Израиля и его секретной службы Моссад. В апреле 2002 года, на Пасху, я был во Флоренции с еврейской парой из Парижа, когда они получили телефонный звонок от своего сына, сказавшего: «Мама, папа, пришло время покинуть Францию. Жить здесь стало небезопасно для нас». В мае 2007 года на закрытом заседании здесь, в Брюсселе, я сказал трем лидерам Европы того времени: Ангеле Меркель, президенту Европейского совета, Жозе Мануэлю Баррозу, президенту Европейской комиссии, и Ханс-Герту Поттерингу, президенту Европейского парламенту, что евреи Европы начинали спрашивать, есть ли будущее у евреев в Европе. Прошло больше девяти лет. С тех пор все стало хуже. Уже в 2013 году, прежде чем случились худшие теракты, Агентство Европейского Союза по основным правам обнаружило, что почти треть евреев Европы рассматривают вопрос об эмиграции из-за антисемитизма. Во Франции этот показатель составил 46 процентов; в Венгрии 48 процентов. Позвольте мне спросить вас следующее. Будь вы еврей, христианин или мусульманин, оставались бы вы в стране, где вам необходима вооруженная полицейская охрана, когда вы молитесь? Где ваши дети нуждаются в вооруженной охране в школе? Где, если вы носите знак вашей веры в общественных местах, вы рискуете услышать оскорбления или подвергнуться нападению? Где на занятиях в университете ваших детей оскорбляют и запугивают из-за того, что происходит в какой-то другой части мира? Где, когда они выражают свое собственное мнение о происходящих событиях, их заглушают воем и пытаются лишить слова? Это происходит с евреями по всей Европе. В каждой отдельно взятой стране Европы, без исключения, евреи боятся за свое и своих детей будущее. Если это будет продолжаться, евреи будут продолжать покидать Европу, пока, за исключением, возможно, больных стариков, Европа, наконец, станет Judenrein — свободной от евреев. Как это произошло? Это произошло тем же путем, каким вирусы всегда поражают иммунную систему человека, а именно, путем мутаций. Новый антисемитизм отличается от старого антисеми-
тизма тремя способами. Я уже упоминал один. Раньше евреев ненавидели из-за их религии. Потом их ненавидели из-за их расы. Теперь их ненавидят из-за их национального государства. Второе отличие заключается в том, что эпицентром старого антисемитизма была Европа. Сегодня это Ближний Восток, и это передается по всему миру с помощью новых электронных средств массовой информации. Третий способ особенно тревожный. Позвольте мне объяснить. Ненавидеть легко, но трудно оправдывать ненависть публично. На протяжении всей истории, когда люди стремились оправдать антисемитизм, они делали это путем обращения к самому высокому принципу той или иной культуры. В средние века это была религия. И тогда был религиозный антииудаизм. В Европе после Просвещения это была наука. И тогда развился двойной фундамент нацистской идеологии: социальный дарвинизм и так называемое научное исследование расы. Сегодня самым высоким принципом общественной жизни являются права человека. Именно поэтому Израиль — единственная полностью функционирующая демократия на Ближнем Востоке со свободной прессой и независимой судебной системой — регулярно обвиняется в пяти смертных грехах против прав человека: расизме, апартеиде, преступлениях против человечности, этнической чистке и попытке геноцида. Новый антисемитизм мутирует так, что любой практикующий антисемит может отрицать, что он или она является антисемитом. В конце концов, они скажут: «Я не расист. У меня нет проблем с евреями или иудаизмом. У меня есть только проблемы с государством Израиль». Но в мире 56 мусульманских стран, 103 христианских, и есть только одно еврейское государство, Израиль, который занимает одну четверть одного процента территории Ближнего Востока. Израиль является единственным из 193 государств-членов Организации Объединенных Наций, чье право на существование регулярно оспаривается в дополнение к тому, что Израиль вынужден противостоять Ирану и многим другим группам, провозгласившим своей целью уничтожение еврейского государства. Антисемитизм означает отрицание права евреев на существование в качестве евреев с теми же правами, как и все остальные народы. Сегодня он принял форму антисионизма. Конечно, есть разница между сионизмом и иудаизмом, а также между евреями и израильтянами, но эта разница не существует для новых антисемитов. Именно евреи, а не израильтяне были убиты в результате террористических актов в Тулузе, Париже, Брюсселе и Копенгагене.Антисионизм — это антисемитизм нашего времени. В средние века евреи обвинялись в отравлении колодцев, распространении чумы и убийстве христианских детей, чтобы использовать их кровь. В нацистской Германии они обвинялись в контроле над капиталистической Америкой и над коммунистической Россией. Сегодня их обвиняют в руководстве как ИГИЛом, так и Америкой. Все старые мифы использованы вновь: от кровавого навета до протоколов сионских мудрецов. Карикатуры, наполняющие Ближний Восток являются клонами тех, что публиковались в Der Sturmer , бульварном еженедельнике, одном из главных
средств нацистской пропаганды в период между 1923 и 1945 годами. Абсолютное оружие нового антисемитизма поражает своей простотой. Оно используется незамысловато. Холокост никогда не должен повториться; но израильтяне — новые нацисты; палестинцы — это новые евреи; все евреи — сионисты. Поэтому, настоящими антисемитами нашего времени являются никто иной, как сами евреи… И это не маргинальные взгляды. Они широко распространены в мусульманском мире, в том числе в их европейских общинах, и они медленно заражают крайне левые круги, крайне правые, академические круги, союзы, и даже некоторые церкви. Вылечив себя от вируса антисемитизма, Европа вновь заражена носителями этого вируса из других частей мира, никогда не прошедшие через самокритику, которой Европа подвергла себя после раскрытия фактов Холокоста. Как оказывается возможным верить во все такие нелепости? Это обширная и сложная тема. Я написал об этом книгу, но самое простое объяснение заключается в следующем. Когда плохие вещи случаются с группой людей, ее члены могут задать себе один из двух вопросов: «Что мы сделали не так?» Или: «Кто сделал это с нами?» Вся судьба группы будет зависеть от того, какой вопрос она выбирает. Если она спрашивает: «Что мы сделали не так?», тогда начинается самокритика, которая является необходимым условием существования свободного общества.Если она спрашивает: «Кто сделал это с нами?», она определяет себя в качестве жертвы и начинает искать козла отпущения, чтобы обвинить другого во всех своих проблемах. Традиционно таковым были евреи. Антисемитизм является одной из форм когнитивного диссонанса, возникающий тогда, когда люди чувствуют, что их мир выходит из-под контроля. Такой диссонанс возник в средние века, когда христиане увидели, как ислам победил в местах, которые они рассматривали как свои собственные, особенно в Иерусалиме. Он проявился в 1096 году на пути крестоносцев в Святую Землю, когда они отклонялись от своей дороги, чтобы истребить еврейские общины в Северной Европе. Он проявился на Ближнем Востоке в 1920-е годы с распадом Османской империи. Антисемитизм усилился в Европе в 1870-х годах в период экономического спада и возрождающегося национализма.И он вновь появляется в Европе в настоящее время по тем же причинам: рецессия, национализм и обратная реакция против иммигрантов и других меньшинств. Антисемитизм происходит, когда политика надежды уступает политике страха, быстро превращающейся в политику ненависти. Так происходит редукция сложных проблем к одной простой: деление мира на черное и белое, видение всей вины на одной стороне и всей жертвенности на другой. Выделяется одна группа среди сотен обидчиков как главный преступник. Аргумент всегда один и тот же: мы невиновны, виновны они. Отсюда следует, что если мы хотим быть свободными, они — евреи или государство Израиль — должны быть уничтожены.Так начинаются великие преступления. Евреев ненавидели потому, что они отличались. Они были наиболее заметным не-христианским меньшинством в хри-
21
Выпуск 436
стианской Европе. Сегодня они являются наиболее заметным не-мусульманским присутствием в исламском Ближнем Востоке. Антисемитизм всегда был результатом неспособности общества признать ценность различий. Но неспособная на это группа людей не сможет когда-либо создать свободное общество. Я закончу там, где начал. Ненависть, которая начинается с евреев, никогда не останавливается на евреях. Антисемитизм это только во вторую очередь о евреях. В первую очередь он обнаруживает неспособность той или иной группы людей принять ответственность за свои собственные неудачи и строить свое будущее собственными силами. Ни одно общество, способствовавшее антисемитизму, не смогло поддерживать свободу, права человека, свободу вероисповедания. Каждое общество, движимое ненавистью, в начале стремится уничтожить своих врагов, но заканчивает уничтожением себя. Сегодня Европа фундаментально не антисемитская. Но она позволила антисемитизму проникнуть в свою жизнь через новые электронные средства информации. Она не смогла понять, чем новый антисемитизм отличается от старого. Сегодня мы еще не вернулись в 1930-е годы. Но мы подходим уже близко к 1879 году, когда Вильгельм Марр основал Лигу антисемитов в Германии; к 1886 году, когда Эдуард Дрюмон опубликовал La France Juive («Еврейская Франция»); к 1897 году, когда Карл Люгер стал мэром Вены. Это были ключевые моменты в распространении антисемитизма, и все, что мы должны сделать сегодня это помнить, что сказанное тогда о евреях, сегодня говорится о еврейском государстве. История евреев в Европе не всегда была счастливой. Европейское отношение к евреям добавило особо значимые слова в человеческий лексикон: принудительный диспут, насильственное обращение, инквизиция, изгнание, аутодафе, гетто, погром и Холокост — слова написанные еврейскими слезами и еврейской кровью. Тем не менее, несмотря на все это, евреи любили Европу, и из них вышел ряд величайших ученых, писателей, ученых, музыкантов, творцов современной культуры. Если Европа позволит втащить себя вновь на дорогу антисемитизма, придет время, когда она станет воспоминанием о прошлом: «Сначала они пришли за евреями. Затем за христианами. Затем за гомосексуалистами. Затем за атеистами. И ничего не осталось от души Европы кроме далекой, угасающей памяти». Сегодня я попытался дать голос тем, у кого нет голоса. Я говорил от имени убитых рома, синто, гомосексуалистов, диссидентов, умственно и физически немощных и от имени полутора миллионов еврейских детей, убитых из-за религии своих бабушек и дедушек. От имени их всех я говорю вам: вы знаете, где оканчивается дорога. Не идите по ней вновь. Вы лидеры Европы. Ее будущее находится в ваших руках. Если вы ничего не предпримите, евреи уйдут, европейская свобода умрет, и на имени Европы будет моральное пятно, которое не смоет вечность. Остановите антисемитизм сейчас, пока еще есть время. Перевод Б. Дынина
стр. 22
5779 декабрь 2018
Выпуск 436
Лея Алон (Гринберг) Поэтический «Семисвечник» родился случайно. Стихи, собранные Алексом, ждали своего часа. И вдруг, взглянув на семисвечник, Бина нашла решение: свечи памяти. Разве не свету памяти дано озарить самые тайные уголки нашей души?
Это было давно, но и сегодня, кажется мне, я помню этот вечер у моря. И тихий всплеск волн, подгоняемых ветром, и своё одиночество. То были минуты, когда всё в окружающем меня мире словно было создано, чтобы вырвать из будней, подарить эту возможность остаться наедине с собой. Ты видишь, как движутся воды, их поверхность тиха и задумчива. Но там, в её глубинах, совсем иная жизнь. Прислушайся к себе, своей душе. Как изменчивы её порывы. Вот откуда-то набежало чувство тревоги, ты пытаешься разгадать его исток, но не успел задуматься, как тебя словно захлестнула другая волна. Что она несёт тебе, печаль ли, радость, свет ли, тень, всё так смутно, неразличимо… За далёкой незримой и вечной границей Наших чувств и любви остаётся благое тепло… Улетает душа зимовать перелётною птицей, Значит, время опять в небеса, в небеса утекло. Роман Любарский
Ничто в окружающем меня мире не напоминает то море и тот берег. И лишь состояние души так неожиданно сблизило те отдалённые друг от друга берега. Давно, ох как давно, не испытывала я чувства подобной душевной полноты, что подарила мне эта книга. На тёмном фоне обложки ― семисвечник. Колеблющееся пламя свечей тянется вверх, рассеивая мягкий свет. Эта фотография семисвечника работы выдающегося мастера декоративного искусства Александра Чудина из собрания Бины Смеховой и Алекса Резникова. Вспоминаю шалфей, увиденный однажды в заповеднике Неот Кдумим. Он словно излучал мягкое свечение и казался истинным произведением искусства, того искусства, которое рождает сама природа. Ведь и древние еврейские первоисточники сравнивали Менору с растением земли Израиля. Книга, о которой идет речь, так и названа: «Семисвечник». На обложке имя Алекса Резникова. Мне, как и многим читателям, оно знакомо по его книгам о Иерусалиме. Их у него более двадцати, и каждая из них словно дополняет другую, оставляя в душе чувство благодарности автору за его рассказы об улицах города, людях, чьи имена они носят, археологии, музеях… Но едва приоткрыв «Семисвечник», понимаю: эта книга совсем другая. Бережно вводит тебя Алекс Резников в свой замысел, в свою, как он пишет «почти интимную антологию». «…Одна знакомая спросила меня: Алекс, не пора ли вам написать мемуары о своей жизни, на худой конец ― автобиографию?». Я подумал-подумал и понял, что это невыполнимая задача. Не было у меня каких-то особенных событий, таких, которые бы пред-
ставляли интерес для читателей. Я ― книжный человек, часто не ощущавший разницы между типографской страницей и окружающей действительностью, нередко даже путавший их. Всяко бывало: счастливые дни и горестные часы, о которых вспоминать страшно. А взять на себя труд пережить всё это заново ― ну уж увольте ― мне не по силам». Он вспоминает весну прошлого года. Была она особенно тяжёлой. Казалось, не преодолеть душевную боль и сердечную тоску. «Единственным лекарством от душевного беспредела стали любимые строки, которые я собирал многие годы. Ну, собирал ― громко сказано. Просто записывал, когда они оказывались созвучны моему состоянию в той или иной ситуации. Поэтому для меня эти стихи имеют двойной смысл: один, который закладывал в них автор, и другой, дополнительный, который "вычитывал" в них я». А вот имена поэтов. Он представляет их сразу, с первой страницы, словно хочет сказать: это они авторы книги, а я лишь тот, кто собрал стихи под единой «крышей». Какое неожиданное сочетание имён: Константин Бальмонт и Николай (Николоз) Бараташвили, Роберт Бёрнс и Эмиль Верхарн… Зиновий Каневский и Редьярд Киплинг… Пётр Вяземский и Виталий Коротич… Федерико Гарсия Лорка и Инна Лиснянская… Владимир Набоков и Довид Кнут… Константин Симонов и Эльдар Рязанов… Савелий Гринберг и Юрий Левитанский… Борис Чичибабин и Александр Воловик… И ещё и ещё… Кажется, они сошлись на одном перекрёстке: и те, что шли к тебе на эту встречу из дальних далей, и эти ― твои современники. Но едва приникнув к истоку, самим стихам, ты уже входишь в ту особую атмосферу, которая рождается при встрече с духовно близким тебе миром. Вспоминаешь строки любимых стихов, осевшие в памяти. Ваше благородие, госпожа Разлука Мне с тобою холодно ― вот какая штука. Письмецо в конверте погоди ― не рви… Не везёт мне в смерти, повезёт в любви.
А на смену Окуджаве тут же приходит Пастернак. Никого не будет в доме¸
Кроме сумерек. Один Зимний день в сквозном проёме Незадернутых гардин.
Не сразу вспоминается автор, а строки стихов, подобно любимой мелодии, сами словно напелись. С любимыми не расставайтесь, С любимыми не расставайтесь, С любимыми не расставайтесь Всей кровью прорастайте в них… Александр Кочетков
Ты читаешь стихотворение и кажется, оно написано для тебя, к тебе обращено. Вспоминаю прекрасные слова Андрея Липгарта из его статьи «Бесстрашие музыки», посвящённой творчеству Инны Лиснянской. «Высшая ли это благодать или тяжкое проклятие ― на протяжении всей жизни созерцать вечную гармонию или вечный хаос?» ― задаётся он вопросом и продолжает: «В своих размышлениях и в ответах на эти извечные вопросы поэты едины в главном, у каждого из них своя судьба и у каждого ― свой голос. И потому в их словах, в слове поэтов, нет простых повторов, и кажущееся их одноголосие ― единоголосие ― оборачивается множеством неповторимых и неслиянных голосов…» Стихи рождаются в одиночестве, когда голос души словно взывает к тебе и смутные, порой неизвестно откуда вырвавшиеся строки, ложатся на бумагу. Эпиграфом к книге Алекс Резников выбрал строки Виталия Коротича, написанные на украинском языке. «И довго йому болiла / Давно вiдтята нога». ― «И долго у него болела / Давно отнятая нога». Они, эти строки, передают неутихающую боль потери, ты несёшь её в себе, она по-прежнему часть тебя… Поэту дано остановить прожитое мгновение, вернуть краски тому, что безвозвратно ушло. Как по-разному можно говорить о памяти. Самуил Маршак писал: «И стоит вдалеке моё детство, / Как закрытый ставнями дом…». Ставни памяти. Это они отделили ушедшее от настоящего, за ними мрак опустевшего дома и тишина навсегда притихших голосов, но приоткрой ставни и луч света в мгновение преобразит всё вокруг, и в этом свете, свете памяти, ты увидишь их всех, таких родных и близких: «В этом доме все живы-здоровы /
Те, которых давно уже нет…» И покажется: разлуки не было, и они попрежнему с тобой… Словно поезд несёт тебя от полустанка к полустанку. Память воскрешает всю жизнь с самым дорогим в ней. На мгновение оставляет с ним вместе, и тут же разлучает вновь. И может быть, в эти мгновения рождается стихотворение, как отклик души, на пережитое тобой. Где-то в районе сердца Того, что справа Стынет простеньким скерцо Моя держава Имя ей ― Память Долгая словно ветер Что пролетит полями Всеми на свете Горечь полынных трав Спрячет в ладони И улетит стремглав И не догонишь Так журавлиный клин Вдаль против ветра…
Эти строки из стихотворения Анастасии Яровой. Оно о Иерусалиме. Её Иерусалиме… Она живёт далеко от него, но свою встречу с ним бережно хранит в памяти. Первая часть «Семисвечника» посвящена Иерусалиму и названа «Город всех городов». Свет первой свечи зажжён в его честь. Свеча вторая: «Звезда любви, не покидай небес». Слова взяты из стихотворения Альфреда Мюссе «Вечерняя звезда». Одна из глав названа «Из точки ― в пространство». У каждой из глав, составляющих эту своеобразную стихотворную антологию, ― своя тема и своё поэтическое имя. Подарив мне книгу, Бина Смехова и Алекс Резников рядом с моим именем написали: «Родственной душе». Нас роднит Иерусалим, связь душ с ним. И потому так отзываются во мне стихи о любимом мной городе. И особенно это: Возвращение в Иерусалим Город мой! Как ты жил до сих пор без меня?! Друг без друга теперь не прожить нам и дня, Как ты ждал меня целых три тысячи лет?! Нетерпеньем горю твой услышать ответ. Я три тысячи лет пробивалась к тебе
стр.
5779 декабрь 2018 Чтобы вверить судьбу свою ― общей судьбе, Стены лбом прошибая, к истокам спеша, Прорывалась к тебе чуть живая душа. ................................................................... Город светлый! Прошу: если можешь, прости, Что на тысячи лет задержалась в пути…
Неповторимый голос дан Бине Смеховой, поэтому даже под псевдонимом я узнаю её. Её темперамент, задумчивость и шутку я угадываю и в других стихах. И хотя над стихотворением стоит «Бат Симха», я звоню Бине, и прямо спрашиваю: «Кто написал это стихотворение?» «Угадай», ― отвечает она, смеясь. Возвращаюсь к её стихотворению вновь и вновь, и каждый раз поражаюсь точности слова, с которым передано пробуждение нашей прапамяти.
Город мой! Без тебя не прожить мне и дня. Дай мне буквой на поле Танаха взойти, Дай мне силы не сбиться отныне с пути. Книгу жизни моей прочитаем вдвоём. Стану зёрнышком я в урожае твоём. ………………………………………… Никогда ещё не было столько любви. Светлый город мой, Господи, благослови!
Прапамять… Она не связана с этой твоей жизнью, она из непознанного тобой источника. Однажды, очень давно, я явственно ощутила это: появилась тоска по яркому свету солнца. Казалось, всё мне подарила Прибалтика: мягкий, чуть печальный свет неба, море, красоту зелени, омытой частыми дождями… Но вдруг привиделся совсем другой свет, ясный, почти праздничный. И камни. То был совсем не мой пейзаж, я не могла его помнить. И лишь оказавшись здесь, поняла: то был свет Иерусалима. Эти камни и эти горы. Они звали меня, и я услышала их зов… Назад, назад, к себе домой! В существованье довременное, Где нерождённая, нетленная, Была я музыкой немой.
Так выразила мысль о той памяти, которая приходит к нам из «довременья», поэт Инна Лиснянская… Я не знала, что свои последние годы она жила в Израиле и здесь же её не стало. Стихотворение её «У Яффских ворот» очаровывает музыкой, в нём раздумья о жизни, путях человеческих. Я твоя Суламифь, мой старый царь Соломон, Твои мышцы ослабли, но твой проницателен взгляд, Тайны нет для тебя, но взглянув на зелёный склон, Ты меня не узнаешь, одетую в платье до пят,
Меж старух, собирающих розовый виноград. .................................................................. Я вкушала слова твои, словно пчела пыльцу Неужели, мой царь, твой любовный гимн красоте, До тебя недоступный ни одному певцу, Только стал ты стареть, привёл тебя к суете, ― К поклоненью заморскому золотому тельцу?
Меня глубоко трогает её возвращение к образу царя Соломона, этот истинно иерусалимский мотив, библейский сюжет, с такой красотой выраженный… В своём коротком, но ёмком предисловии, Алекс Резников пишет: «Составляя эту почти интимную антологию, я отказался от комментариев (за исключением некоторых особо важных для меня). Можно было бы, правда, ещё отметить, что такое-то стихотворение связано с моей первой школьной влюблённостью, другое с Иерусалимским домом Тихо, в библиотеке которого я работал над своими первыми книгами, третье ― с трофейным фильмом, который я и теперь не могу смотреть без слёз. Есть в корпусе книги стихи, напоминающие мне о маме и папе с их трагическими судьбами, есть написанные дорогими нам людьми, которых забыть не дано, есть такие, которые звучат в моих ушах (да и стали ими по жизни) как музыкальные произведения…» Перечитывая эти строки, я подумала, что в них отражена суть всей нашей жизни: любовь и расставания, боль потерь, работа ― неизменная часть нашего существования, чувство верности друзьям и порой чувство вины перед самыми близкими, которое мы несём в себе… Память относит нас к тому далёкому берегу, от которого мы давно уже отдалились… Порой она так жестока, наша память. Она не даёт нам уйти от самих себя, своей совести, своей вины. Меня возвращает к себе Илья Сельвинский. Его стихотворение «Портрет матери». Это скорее драма в стихах. Мне кажется, я вижу её, эту высохшую старушку, с горькими слезами. Она поднимается на пятый этаж. «С медной таблички бесстрастно глядит / Чужая жизнь родного сына». И каждая деталь вызывает боль. «И дымная трудовая рука/ В когтях и мозолях ― рука вороны», и одиночество старой матери, для которой нет больше места в сердце сына… И эти пару кусочков сахара, что она уносит с собой. И концовка: Шажок за шажком ковыляет вниз, Вся деревяненькая, как игрушка, Кутая сахар в заштопанный плед, Вся истекая убогою ранкой, Прокуренный чадом кухонных лет,
Старый изуродованный жизнью ангел. И мать уходит. И мгла клубится. От верхней лампочки в доме темно. Как чёрная совесть отцеубийцы, Гигантская тень восстала за мной.
А мать уходит. Горбатым жуком В страшную пропасть этажной громады, Как в прах. Как в гроб. Шажок за шажком. Моя дорогая, заплакана маты…
Кажется, ветер перевернул страницу жизни с горьким и сладким в ней. Кто-то когда-то, задолго до тебя, уже прошёл весь этот путь. Кто-то когда-то оставил стихи о пережитом мгновении, и они отозвались в тебе, пробудили твои чувства. Господи, ни охнуть, ни вздохнуть, ― дни летят в метельной круговерти. Жизнь ― тропинка от рожденья к смерти, Смутный, скрытый, одинокий путь. Господи, ни охнуть, ни вздохнуть! Снег. И мы беседуем вдвоём. Как нам одолеть большую зиму… Одолеть её необходимо, Чтобы вновь весной услышать гром. Господи, спасибо, что живём!
Чувствую, как притягивают меня стихи, рождённые в минуты раздумий о жизни, её сути. Когда человек словно подводит итог, и понимает, как тяжело расставание. У Эльдара Рязанова это тихая грусть, у Довида Кнута ― протест. Нет, просто быть не может, что всё продолжится, но уже без него. Я не умру. И разве может быть, Чтоб ― без меня ― в ликующем пространстве Земля чертила огненную нить Бессмысленного, радостного странствия. У Бориса Чичибабина в его стихотворении:
23
Выпуск 436
«Сними с меня усталость, матерь Смерть» та же мысль звучит подобно молитве.
У Юрия Левитанского ты будто слышишь музыку, и она как бы растворяется в красоте осеннего пейзажа. Я люблю эти дни, в их безоблачной в их бирюзовой оправе, когда всё так понятно в природе, так ясно и тихо кругом, когда можно легко и спокойно подумать о жизни, о смерти, о славе, и о многом другом ещё можно подумать, о многом другом.
Я написала: «Поэтический ″Семисвечник″ родился случайно». Нет, он должен был родиться. Так торопится к свету росток, пустивший в земле корень, так спешит к берегу волна, подгоняемая ветром, так раскрывается созревший плод… Каждое из стихотворений, вошедших в эту своеобразную поэтическую антологию, словно обрело вторую жизнь. Рождалась книга. И как у каждой книги, у неё должно было быть имя. «Идея поэтического "Семисвечника" принадлежит моей жене Бине Смеховой, за что я ей благодарен», ― пишет Алекс Резников. В книге ― семь глав, подобно семи свечам семисвечника. Сияние этих свечей―суть семисвечника. От главки к главке тебя ведут стихи, и ты вспоминаешь юность, и первую любовь, и родителей, и любимую музыку… Ты пришёл на встречу с поэтами. Но ты пришёл на встречу с самим собой. И она состоялась. И кажется, твоя душа расширилась. Душе нужен свет. И она его получила…
стр. 24
Выпуск 436
5779 декабрь 2018