Shalom 427 work file

Календарь праздника Песах Из посланий Любавичского Ребе к празднику Песах Счастливого Песаха! Раввин Ниссан Мангел Полная история Пурима Встречи с Ребе Хасидские истории Александр Казарновский Здравствуй, миленький! Борис Гулько Россия и Америка - встречным курсом Гарри Любарский Заметки на полях Семён Каминский Заноза Евсей Цейтлин Чьи-то растаявшие жизни Александр Гордон Наступление пустыни Влад Каганов Влюблённые в свою страну и её язык Григорий Галич Взгляд из Германии Моисей Борода Пуримшпиль Анатолий Либерман Наше обозрение

стр. 2 стр. 3 стр. 4 стр. 5 стр. 8 стр. 8 стр. 9 стр. 10 стр. 11 стр. 14 стр. 16 стр. 17 стр. 18 стр. 19 стр. 20 стр. 22

Счастливого Песаха!

Дорогие друзья! Все эти дни мы живем в ожидании Песаха. Радостное настроение нарастает буквально с каждым днем. И это не случайно. Песах – чудеcный праздник весны, вечного обновления. Каждый элемент этого необыкновенного праздника пронизан идеей свободы, которая так дорога и важна нашему народу. Ведь в течение всей своей истории евреи стремились к полному и окончательному Освобождению. Как вы знаете, друзья, Песах – это праздник освобождения евреев, наших предков, из египетского рабства. Каждый еврей должен знать историю Исхода и передать ее своим детям. Вот почему на Песах мы читаем пасхальную Агаду, вновь и вновь постигая смысл событий многовековой давности. Ведь в Агаде говорится: «В каждом поколении каждый человек обязан ощутить себя как будто он сам вышел из Египта...» Наши мудрецы всегда подчеркивали: исход из духовного рабства повторяется для евреев из поколения в поколение! Понятно, почему Песах считается одним из самых главных событий еврейского календаря. Праздник этот наполняет наши сердца светом особой духовности, символизирует ту особую миссию, которую Всевышний возложил на еврейский народ. Дорогие друзья! От души приглашаю вас отметить Песах вместе с нами – во всех филиалах синагоги F.R.E.E. Календарь праздника Песах вы найдете на стр.2 этого номера «Шалома». Места на пасхальные сейдеры, которые состоятся 30 и 31 марта, вы можете заказать на нашем сайте obshina.com Мы ждем вас и ваши семьи! Я буду проводить сейдер для жителей северных районов Большого Чикаго в зале Ravinia Green Country Club (1200 Saunders Road, Riverwoods, IL 60062), Рабби Нафтоли Гершкович

Дорогие друзья!

Вот уже в течение многих лет мы вместе с вами отмечаем праздник Песах. Надеюсь, так будет и нынче. Традиционный пасхальный сейдер состоится в пятницу 30 марта, начало в 6:45 вечера. Я жду Вас и Ваши семьи в зале Ravinia Green Country Club (1200 Saunders Road, Riverwoods, IL 60062

Пожалуйста, не забудьте забронировать места на нашем сайте obshina.com или по телефону (773) 274 – 5123. Искренне Ваш – Ребе Шмуель Нотик

– в синагоге в Найлс (9401 Margail Ave., Des Plaines, IL 60016), Рабби Леви Нотик – в Чикаго (2638 W. North Shore Ave., Chicago, IL 60645). Пасхальный сейдер состоится также в нашем филиале в Uptown Chicago по адресу: 1109 W. Lawrence Ave. Я сердечно поздравляю всех читателей «Шалома», всю нашу общину с прекрасным праздником Песах! Желаю радости и добра, счастья и мира, самого скорого прихода Мошиаха!

стр. 2

5778 март 2018

Выпуск 427

“SHALOM”

Published monthly by Synagogue F.R.E.E. The Samuel G. Bellows Educational & Cultural Center

Editor-in-Chief Rabbi Shmuel Notik Editor Yevsey Tseytlin

Synagogue & Headquarters: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com Rabbi/Executive Director Rabbi Shmuel Notik Building Campaign Chairman Shael Bellows Endowment Campaign Chairman Glenn Morris President Mrs. Reitza Kosovsky Director F.R.E.E. of Chicago Rabbi Levi Notik Director Satellite Center/ F.R.E.E. of Niles Rabbi Naftoli Hershkovich Associate Rabbi of F.R.E.E. of North Suburbs Rabbi Sholom D.Notik Youth Development Director Rabbi Ari Rendler Educational Center Abraham Lapson Hebrew School Social/Vacational Services Mrs. Chana Tsetlin Hecht Chassidus Library Lyuba Golz Russian Judaica Library Редакция: yevseyts@gmail.com Евсей Цейтлин (редактор) Алексей Лоскутов (дизайн) Лариса Боярская Бела Горелик Нина Дубровская Илья Куксин Клара Левина Мила Левин Наталья Минина Владимир Темкин

Компьютерное обеспечение: Юрий Шлеймович IO Digital, Inc.

Организация F.R.E.E. в Большом Чикаго Главный офис и синагога: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com www.obshina.com Центр в Riverwoods. Синагога и учебные классы Тел. (847) 444-1265 (773) 456-3441 Воскресная еврейская школа имени Абрама Лапсона Центр по подготовке к бар- и бат-мицве Тел. (847) 830-8152 Синагога в Des Plaines: 9401 Margail, Des Plaines, IL 60016 Tel. (847) 296-1770 Редакция ежемесячника “Шалом” и еженедельной радиопрограммы “Беседы об иудаизме” 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: editor@chicagoshalom.com

Редакция не отвечает за содержание объявлений и не гарантирует кошерности предлагаемых продуктов. Мнения, высказываемые авторами публикаций, не обязательно совпадают с мнением редакции. Присланные рукописи не возвращаются, в переписку по этому поводу редакция не вступает. Перепечатки возможны только с разрешения редакции. Дизайн является собственностью газеты.

© Shalom. All Rights Reserved.

К а л е н д а рь п р а з д н и ка П е с а х

и время зажигания праздничных свечей

29 марта, четверг вечером поиск хомец

30 марта, пятница - Канун Песаха хомец можно есть до 10.48 утра сжигание хомец до 11.52 утра Первый сейдер Свечи зажигают в 18.55 вечера * Благословение 1 и 2

7 апреля, суббота - Восьмой день Песах Во время утренней молитвы читают Изкор - поминальную молитву. Трапеза Мошиаха в 18.00 вечера Песах заканчивается в 20.07 вечера Вечером считают Сфира 8

Благословения перед зажиганием праздничных свечей: 1. Борух Ато А-дэй-ной Э-лэй-хэйну 31 марта, суббота - Первый день Песах Мэлэх Второй сейдер Хоэйлом Ашэр Кидшону Бмицвэйсов Свечи зажигают c 19.58 вечера** Вцивону Благословение 3 и 2 Лэхадлик Нэйр Шэл Шабос Вэшел Йэйм Вечером считают Сфира 1 Тэйв 2. Борух Ато А-дэй-ной Э-лэй-хэйну 1 апреля, воскресенье - Второй день Мэлэх Песах Хоэйлом Шеэхэйону Вкиймону ВхиПраздник заканчивается в 19.59 вечера гиону Вечером считают Сфира 2 Лизман Хазэ 3. Борух Ато А-дэй-ной Э-лэй-хэйну 2 апреля, понедельник - Первый день Мэлэх Хол Амоэд Песах Хоэйлом Ашэр Кидшону Бмицвэйсов Вечером считают Сфира 3 Вцивону Лэхадлик Нэйр Шэл Йэйм Тэйв 3 апреля, вторник - Второй день Хол Примечания Амоэд Песах *Нельзя зажигать свечи после захода Вечером считают Сфира 4 солнца 4 апреля, среда - Третий день Хол **Нельзя зажигать свечи раньше указанАмоэд Песах ного времени, и их нужно зажигать только Вечером считают Сфира 5 от огня, зажженного до наступления празд5 апреля, четверг - Четвертый день Хол ника или субботы Амоэд Песах Эйрув тавшилин Свечи зажигают в 19.02 вечера *** Благословение 3 Вечером считают Сфира 6

6 апреля, пятница - Седьмой день Песах Субботние свечи зажигают в 19.03 вечера**** Благословение 1 Вечером считают Сфира 7

***Если свечи зажигают после захода солнца, следует пользоваться только горящим огнем. Горящий огонь - имеется в виду огонь, зажженный до наступления праздника, как например: горящая свеча или зажженная газовая горелка.

****Нельзя зажигать свечи после захода солнца, и их нужно зажигать только от огня, зажженного до наступления праздника

5778 март 2018

Из посланий Любавичского Ребе к празднику Песах

стр. 3

Выпуск 427

Песах – символ нашей свободы

Накануне праздника Песах, символизирующего рождение и начало еврейского народа, само собой приходит раздумье: какой жизненный путь должен предпочесть наш народ, чтобы быстрее и успешнее достигнуть конечной цели своего бытия? Должен ли он стремиться к такому существованию, чтобы в нем был минимум усилий и максимум удовольствий, или к жизни, исполненной напряженного труда и максимальных свершений? Этот же вопрос относится и к индивидуальной жизни каждого. Проблема эта – не абстрактна. На том или ином ее разрешении основывается отношение человека к своей жизни, его реакция на все, что происходит с ним и вокруг него. С первого взгляда может показаться, что наивысшая добродетель Всевышнего состоит в получении человеком максимума наслаждений – истинных наслаждений – безо всяких трудностей и мук: ведь при этом желание Творца сеять добро, казалось бы, проявляется в полной мере. Однако натура человека такова, что подлинное наслаждение он получает лишь при личном участии в происходящем деянии, когда результат достигнут и выстрадан собственным трудом. Если же человек получает благо как подарок, это унижает его достоинство, и подобный подарок называется нахма дэ-хсуфа (постыдный хлеб). Именно потому, что Б-г желает, чтобы человек получил полную меру добра, в созданном Им мире человек может получить благо, лишь добиваясь цели своими силами. И чем больше было приложено труда, тем сладостнее добытые плоды. Так было и при рождении еврейского народа. Хотя сам выход из Египта, исполненный удивительных чудес, носил характер явного небесного дара, он вместе с тем с са-

мого начала был связан с «таавдун» (напряженным служением) Всевышнему. Это была заслуга народа, его участие в Бжественом акте Исхода. В той же мере, в какой это относится ко всему еврейскому народу, это верно и по отношению к любому его представителю. «Вершить и совершать!» – таким должно быть устремление каждого. И не просто выполнять определенную работу, а в поте лица и вдохновенно выполнить свой труд, который Тора называет «Амал» (Созидание). Только тогда человек отрывается от стати «праха земного» и возвышается до степени «Человек богоподобный». Рождение и жизнь отдельного человека также преисполнены чудес, даже когда кажется, что все происходящее с ним «в природе вещей». Но ведь учили наши благословенной памяти Мудрецы: «Человек не сознает происходящего с ним чуда». Поэтому благодарим мы Всемогущего трижды в день: «За чудеса Твои, происходящие с нами ежедневно». Жизнь человека и всего еврейского народа от самого их рождения является свидетельством постоянных, хотя и не всегда очевидных чудес, вплоть до Великого Чуда окончательного избавления каждого еврея и всего народа Израильского... Праздник Песах занимает центральное место в жизни еврейского народа. Это торжественное событие имеет принципиальный и назидательный характер, одинаково вечный для всех исторических периодов, как и все заповеданное Торой. Отсюда следует, что каждый оттенок, каждая деталь этого праздника призваны служить серьезным наставлением. Такой подход особенно справедлив в отношении сокровенной сущности праздника:

Песах – символ нашей свободы. В самом Избавлении и Освобождении из Египта кроются многие поучения, и мы остановимся более подробно на одном из них. Речь пойдет о характере Избавления – великого чуда освобождения еврейского народа из-под ига египетского рабства, что особенно выделено в Торе: «Пыталось ли божество взять племя из среды племени испытаниями, знамениями и чудесами. . . как все, что сделал для вас перед глазами твоими Б-г Всесильный ваш». В период, предшествовавший Избавлению, евреи были «племя в среде племени». Этими словами подчеркивается следующее: 1) Еще до Избавления из Египта евреи уже сложились в «народ», в нацию, со всеми ее отличительными особенностями – общностью языка и территории (область Гошен), где они жили и работали. 2) Вместе с тем они были народом в среде другого народа или, по образному выражению наших Мудрецов, напоминали плод в материнском чреве, который есть живой, цельный и развивающийся организм со всеми присущими человеку органами. Однако он лишен реальной самостоятельности: ни его мозг, ни органы чувств еще не функционируют, местонахождение – автоматически меняется с перемещением матери, питательные вещества поступают из материнского организма и так далее. Таким был и еврейский народ в Египте до Избавления. Он действительно мог считаться «народом» и даже владел отдельной территорией – областью Гошен; сыны Израилевы отличались от египтян языком, одеждой и многим другим, но вместе с тем были настолько порабощены и ассимилированы египетской средой, что казалось они служат египетскому божеству – овце. Тогда-то и случилось то, что Тора называет «взять племя из среды племени». Заключалось это в следующем: евреи бесстрашно взяли овец, которые были божеством египтян, и доказали, что это отнюдь не божество, а всего лишь съедобное мясо, употребляемое в жареном виде в пищу... Из этого следует нравоучение. Человек может тешить себя мыслью и с гордостью заявлять окружающим, что он, дескать, самостоятелен, независим, не лишен разума, чувств и т. п. А если кто-нибудь скажет, что он порабощен, что он пленник и раб фетишей и условностей, возведенных в культ окружающей его нееврейской средой и народом, он страстно начнет доказывать, что свободен и независим. Как можно дойти до такого тяжкого заблуждения? Объясняется это добровольным закабалением, тем, что человек сам себя продает в рабство. Он стремится «угнаться» за мировоззренческими концепциями, настроениями и взглядами окружающей среды; он снедаем честолюбием или иными эгоистическими побуждениями, либо им движут еще более низкие инстинкты, или даже обуре-

вают все вместе взятые вышеперечисленные страсти – настолько, что он не более как «плод в материнском чреве». Все его помыслы направлены на удовлетворение низменных инстинктов до такой степени, что он и не в состоянии ощутить весь ужас своего положения «раба рабов». Преклоняясь перед им же созданными идеалами и миром вещей, он полагает себя свободным человеком. Наступает Песах, который учит нас следующему. Даже человек, подобный вышеуказанному, если только осмыслит все, если только вспомнит слова «И сказал Б-г Моисею...» и закон Моисеев, – он может, он в состоянии осуществить «И зарежьте его...». Речь идет о заклании ложного божества – идеалов, чуждых еврейскому духу, о сожжении их на огне священной любви, о которой говорится: «И люби Б-га Всесильного твоего всем сердцем твоим, всей душой твоею, всей твоей сокровенной сущностью...» – до такой степени, чтобы и душа, и тело всегда стремились к безраздельному служению Всевышнему. Тогда и наступит «...взять племя из среды племени», и Б-г перевернет его душу, весь его внутренний мир и поднимет от самой низшей нравственной ступени до полного освобождения, о котором говорят слова: «Когда ты выведешь народ из Египта, они будут служить Б-гу на этой горе». Исход из Египта и истинная свобода нерасторжимо связаны со служением Б-гу, как об этом сказано нашими Мудрецами: «Сыны Израиля – Мои рабы, но не рабы рабов». Тора предписывает повторять все дни года слова об Исходе из Египта и делать все зависящее, чтобы эти слова были не только девизом, но и наполняли жизненной силой повседневные дела еврея. Тогда он сможет – и Превечный поддержит его в этом – освободиться от комплекса самозакабаления, стряхнуть иго внутреннего рабства и достичь свободы и самостоятельности истинной – не сдерживаемой более человеческой косностью и озаренной необычайным светом Б-жественной Воли... Да благословит Всевышний, чтобы преддверие торжественного события – праздника Песах – побудило каждого из нас правильно и бесстрастно оценить свой нравственный облик. Такая оценка должна быть обращена и на внутренний мир, и на взаимоотношения с окружающими, то есть рассматривать человека и как личность, и как члена человеческого общества. Пусть воспоминание об Исходе из Египта станет стимулом к беспрерывному самосовершенствованию и освобождению каждого отдельного человека, что приблизит общее Избавление всего еврейского народа с приходом Мошиаха в ближайшем будущем. С благословением и пожеланием кошерного и веселого праздника Песах.

стр. 4

5778 март 2018

Выпуск 427 сов Вцивону Ал Биур Хомэйц. Сразу после окончания поиска отрекитесь в сердце своем от случайно оставшихся, вами не найденных частичек хомец, и произнесите: "Все непресное и квасное, находящееся в каком-либо принадлежащем мне месте, чего я не заметил и не устранил, и неизвестное мне, пусть будет считаться, как ничто, и никому не принадлежащее, как земная пыль".

следует за чем и как выполнять ту или иную заповедь. Обычаи сейдера содержат в себе глубокий смысл. Каждый еврей должен осознавать, что обычаи эти священны, и выполнять их нужно, не пренебрегая никакими, даже мельчайшими деталями. В этот вечер на каждого возлагаются четыре обязанности: есть мацу, рассказывать об Исходе из Египта, пить четыре бокала вина и есть марор. Все эти обязанности должны выполнять как мужчины, так и женщины: следовательно, читать "Агаду" обязаны все, а кто не может читать, должен слушать и не отвлекаться. Очередность сейдера и перечень необходимых символических съестных продуктов, необходимых в этот день, вы найдете в книге "Агада Шел Песах"

В пятницу 30 марта утром сожгите найденный хомец и мысленно полностью откажитесь от прав на хомец, незаметным оставшийся в вашем доме. Скажите при этом традиционную фразу: "Все непресное и квасное, находящееся в каком-либо принадлежащем мне месте, видимое мною и невидимое, замеченное мною и незамеченное, устраненное мною и неустраненное, пусть будет считаться, как ничто, и никому не принадлежащее, как земная пыль".

Праздник Песах продолжается восемь дней, и все эти дни запрещено есть или иметь дома квасное (хомец). На третий день начинаются "будни праздника" – полупраздничные дни, называемые Хол Амоэд. Заключительные два дня – седьмой и восьмой – являются праздничными. В эти дни, как и в первые два дня, запрещена любая работа и не положено зажигать огонь. Даже электрический свет нужно включать накануне праздника. Запрещается брать в руки деньги – монеты и банкноты, а также пользоваться любыми видами транспорта. На восьмой день праздника во время утренней молитвы произносят Изкор – поминальную молитву по умершим. По хасидской традиции, заведенной еще Баал-Шем-Товом, в последний день Песаха устраивают специальную "трапезу Машиаха" – едят мацу и пьют четыре бокала вина.

Сжигание хомец

История Песаха начинается со дней Авраама. Когда Б-г обещал Аврааму (тогда его еще называли Аврамом) наследника и потомков, столь же многочисленных, как звезды, Б-г сообщил ему одновременно, что потомкам Авраама предстоит порабощение в течение 400 лет, после чего они будут освобождены "с большим богатством". Первым из потомков Авраама, попавшим в Египет, был его правнук Иосиф, чудесное превращение которого из раба в главного министра и советника фараона является одним из самых вдохновенных рассказов в Торе. В драматической истории Иосифа и его братьев мы ясно видим ведущую руку Б-жественного Провидения, которая вслед за Иосифом привела в Египет также Яакова и всю его семью. Между прибытием Яакова с его семьей в Египет и исходом сынов Израиля из Египта прошло 210 лет. Но за это время маленькая семья из семидесяти душ превратилась в большую и сплоченную нацию из нескольких миллионов человек. История Песаха, кульминационным завершением которой явился Шавуот (с дарованием Торы на горе Синай), является историей рождения "царства священников и народа святого", нашего Еврейского народа.

Основные требования праздника:

необходимо убрать из дома все квасное (хомец) и в память о прошлом есть на Песах пресную мацу. Нужно подготовить свой дом и посуду к празднику и во время Сейдера соблюдать его порядок. А теперь немного подробнее об этих законах.

Маца и хомец

Пресный хлеб, упомянутый в "Сказании", – это и есть маца, которую по обычаю делают из пшеничной муки. Все, что подвергалось брожению, вроде заквашенного теста, – хомец, который запрещено не только употреблять, но и хранить в своих владениях. Есть хомец в дни Песах – один из тяжких грехов. Запрет на употребление хомец наступает утром, еще накануне праздника. По закону хомец в дни Песах запрещен в любом количестве, поэтому нельзя употреблять никакие продукты, смеси и напитки, если они содержат хотя бы частичку хомец. Нельзя не только есть, но и пользоваться продуктами, содержащими хомец, например, мучным клейстером. Самый надежный способ избежать невольного нарушения запрета – приобретать в дни Песах продукты с надписью

"кошер лпесах" (Kosher for Passover) и печатью раввина. Ограничения в еде отнюдь не велики. В дни праздника можно употреблять вино, коньяк и напитки из винограда, любые мясные и молочные продукты, многочисленные приправы и безалкогольные напитки при условии, что на них стоит печать раввина и отметка "кошер лпесах" (Kosher for Passover). Водка, виски и пиво категорически запрещены. Также запрещены в эти дни мороженое в вафельных стаканчиках, вафли, хлебцы, галеты и тому подобное, без чего совсем нетрудно обойтись.

О посуде

Посуда, обычно употребляемая весь год, в той или иной мере впитывает хомец и, естественно, ее нельзя использовать на Песах без специальной очистки. Если у вас нет специальной посуды для Песах, вы можете очистить повседневную по особому предписанию. Чтобы избежать ошибки, обратитесь к раввину. Следует, однако, помнить, что очищение (кашерн) лучше провести за несколько дней до Песах, а не в самый канун его.

Как избавиться от хомец

Задолго до праздника хозяйки начинают очищать дом от остатков хомец. Но случается, что уничтожение запрещенных продуктов по какой-то причине нежелательно. В этом случае можно продать запас хомец нееврею, а после праздника откупить обратно. Это сделает для вас раввин. Обратиться к раввину или подписать доверенность следует заблаговременно. После восьми дней Песах раввин откупает все проданное и возвращает его хозяевам. Только в этом случае они могут снова пользоваться после Песах продуктами и посудой, которые были проданы на дни праздника.

Поиски хомец

В нынешнем году канун Песах выпадает на пятницу. Вечером в четверг тщательно осмотрите свой дом, проверьте мебель, посуду, карманы одежды, сумки, портфели и т.п. Процедуру поиска по традиции осуществляют с зажженной свечкой, а для того, чтобы проникнуть во все щели, пользуются пером птицы, которым подбирают всякие завалившиеся крошки. Перед началом поиска хозяин произносит специальное благословение: Борух Ато А-дэй-ной Э-лэй-хэйну Мэлэх Хоэйлом Ашер Кидшону Бмицвэй-

Пост первенцев

По традиции первенцы-мужчины постятся в канун праздника. Если старший сын не достиг еще совершеннолетия, пост исполняет отец. Т.к. этот пост носит лишь характер памятного, то участие в благочестивой трапезе, посвященной какому-то религиозному торжеству, освобождает первенцев от поста. Обычно в синагогах приурочивают к этому дню торжества, посвященные окончанию изучения какого-либо трактата Талмуда, и приглашают первенцев принять в них участие. Мацу в этот день вообще есть нельзя – для того, чтобы во время Сейдера есть с большим аппетитом. Обычно едят фрукты, овощи, мясо, рыбу.

Сейдер

Вечер Песах – Сейдер – наиболее торжественный и значительный среди еврейских традиционных праздников. Его проводят в первый и во второй вечер праздника. Наши законоучители установили четкий, постоянный и обязательный порядок: что

Песах

Перед Песахом уполномочивают местного раввина продать нееврею запасы продуктов, которые запрещено хранить в дни Песаха, но уничтожение которых нежелательно, а также и посуду, которой пользуются в течение всего года. Раввин записывает имя и адрес каждого, желающего продать свои продукты нееврею. Продающий подписывает документ, уполномочивающий раввина совершить продажу. На основании этого документа раввин продает нееврею все означенные продукты и предметы. После восьми дней Песаха раввин откупает все проданное и возвращает его хозяевам. Только в этом случае они могут снова пользоваться после Песаха продуктами и посудой, которые были проданы на дни праздника. Для продажи вашего хомеца вы можете воспользоваться прилагаемой ниже формой, заполнив ее и своевременно отослав нам.

5778 март 2018

Ниссан Миндел ИСТОРИЯ Песаха начинается со дней Авраама. Когда Господь обещал Аврааму (тогда его еще называли Аврамом) наследника, семя которого будет столь же многочисленно, как звезды. Господь сообщил ему одновременно, что дети его подвергнутся порабощению в течение 400 лет, пока они не будут освобождены «с большим имуществом». Первым из потомков Авраама, попавшим в Египет, был Иосиф, чудесное превращение которого из раба в вице-короля является одной из самых вдохновенных историй Торы. В драматической истории Иосифа и его братьев мы ясно видим ведущую руку Б-жественного Провидения, которая смело привела Якова и его семью в Египет. Прибытие Якова и его семьи в Египет превратилось в триумфальный марш. Таким же триумфальным маршем оказался 210 лет спустя уход его детей, детей Израиля из Египта. Разница состояла только в том, что маленькая семья из семидесяти душ превратилась в большую и сплоченную нацию из нескольких миллионов душ, из которых 600 тысяч взрослых (только мужчины) шли впереди «с поднятой рукою». История Исхода, кульминационным пунктом которой явился Шавуот (с дарованием Торы на Горе Синай), является историей рождения «царства священников и священной нации», нашего еврейского народа.

стр. 5

Выпуск 427

Полная история Песаха ПОРАБОЩЕНИЕ ИЗРАИЛЯ

ИОСИФ и его братья умерли, и дети Израиля размножились в земле египетской. Вскоре умер также фараон, царь египетский, и новый царь взошел на престол. У него не было ни любви, ни симпатии к детям Израилевым, и он решил забыть все, что сделал Иосиф для Египта. Он решил принять меры против влияния и увеличения числа детей Израилевых. Он созвал свой совет, где было решено поработить этот народ и угнетать его, пока он еще не стал слишком могущественным. Фараон принялся проводить политику ограничения личной свободы евреев, обложив их высокими податями и зачисляя их мужчин в батальоны принудительного труда под надзором жестоких начальников. Сыны Израиля были принуждены строить города, возводить памятники, проводить дороги, работать в каменоломнях и ломать камни или обжигать кирпичи и черепицы. Но чем больше египтяне притесняли евреев и чем строже становились наложенные на них ограничения, тем скорее множились сыны Израиля. В конце концов, когда фараон, царь египетский, убедился, что наложенная на евреев тяжелая работа не препятствует увеличению их числа, он приказал всех еврейских новорожденных младенцев мужского пола бросать в реку Нил. Только девочки могут остаться в живых. Этой мерой он надеялся положить конец росту еврейского населения и одновременно избавиться от опасности, которая, согласно предсказаниям его астрологов, угрожала его собственной жизни от вождя, который должен был родиться среди сынов Израиля.

Форму следует послать по адресу до 23 марта:

F.R.E.E. 2935 W.Devon Chicago, IL 60659

Я, нижеподписавшийся, передаю раввину реб Шмуэлю Нотику

все полномочия на продажу любых видов хомец, которыми я располагаю, где бы они ни находились, а также право на аренду мест, где спрятана посуда. Я передаю раввину все права на имеющийся у меня хомец и разрешаю продать его, кому он пожелает, на любых условиях, как если бы я совершил это лично. _____________________________________ (Signature - подпись)

Name - фамилия ____________________________________

Address - адрес _____________________________________

___________________________________________________

Единственной группой евреев, избавившейся от порабощения, было колено Лейви. Лейви был последним скончавшимся сыном Якова, и его влияние над родом было большим и длительным. Колено это стояло во главе Академии Торы, которая была создана Яковом в Гошене, и они обучали детей Израиля познанию Господа и Его святого учения. Поэтому они были заняты духовными предметами и не смешивались с египтянами, в то время как многие из их братьев отказались от своих старых обычаев и образа жизни. За исключением языка, одежды и имен, многие из сыновей Израиля полностью ассимилировались с социальным и культурным окружением своих египетских соседей, и они явились причиной появления гнева египтян. Однако дети Лейви избегли порабощения и угнетения, которые были наложены египтянами на остальных сыновей Израиля. Внук Лейви Амрам, сын Кехота, женился на Иохевед, и она родила ему трех детей. Их первым ребенком была девочка по имени Мириам, которая позднее превратилась в великую пророчицу еврейского народа. Вторым ребенком был Аарон, высший священник у Господа, знаменитый своим исключительным миролюбием. После Моисея он был величайшим вождем нашей нации в свое время. Младшему сыну Амрама Моисею предначертано было вывести сынов Израиля из Египта и получить для них Святую Тору на горе Синай.

ВЕСТНИК

СЫНЫ Израиля не были больше в состоянии переносить ужасные мучения и преследования от рук своих жестоких

господ. Их крики о помощи, их мольбы и молитвы, исходившие из самой глубины их сердец, пронзили небеса. Господь вспомнил о своем договоре с Авраамом, Исааком и Яковом и решил освободить своих потомков от рабства. Моисею было 80 лет и его брату – восемьдесят три, когда они вошли во дворец фараона. Фараон спросил у двух братьев, чего они хотят. Ответ звучал подобно приказанию: «Вот что сказал Господь Б-г Израиля: «Отпусти народ Мой, чтоб он совершил Мне праздник в пустыне». Фараон высокомерно отказал, сказав, что он никогда не слышал о Б-ге Израилевом и что имя Его не занесено в список богов всех наций. Затем он обвинил Моисея и Аарона в заговоре против правительства и в том, что они заступаются за еврейских рабов. Тогда по приказанию Господа Б-га Моисей сказал Аарону, чтобы тот совершил чудеса, но это не произвело на фараона большого впечатления, потому что его чародеи смогли сделать то же самое. В тот же день фараон приказал своим подчиненным увеличить требования к сынам Израиля и сделать их бремя еще тяжелее. Если они имеют время думать о свободе и поклонении Господу, т. е. иметь подобного рода идеи, совершенно не подходящие для рабов, размышлял фараон, то это значит, что они имеют слишком много досуга. До сих пор их снабжали сырьем для производства кирпичей, а теперь они должны были сами добывать этот материал, изготовляя в то же время полное количество кирпичей, как и раньше. Сыновья Израиля были физически не в состоянии справиться с возложенной на них обязанностью, и они Окончание на стр. 6

Молитва о тех, кого нет

На восьмой день Песаха (нынче это 7 апреля) в синагогах, во время утренней молитвы, читают Изкор – поминальную молитву по умершим. Наши мудрецы подчеркивали: произнести Изкор очень важно как для живых, так и для ушедших из жизни. Согласно Талмуду, мертвые тоже нуждаются в искуплении, а потому молитва, с которой живой обращается ко Всевышнему за умершего, оказывает весьма благотворное влияние на душу в мире духовном. С другой стороны, считается: умершие выступают защитниками живых на Небесном суде. Неповторима атмосфера в синагоге во время чтения молитвы Изкор. Те, чьи родители живы, покидают в это время зал, а оставшиеся печально, часто со слезами, вспоминают отца и мать (или одного из родителей). Многие чувствуют угрызения совести при мысли , как далеко отошли они от тех идеалов, которые были дороги предкам. Многих охватывает чувство раскаяния. Они знают: родители были бы счастливы, если бы их дети были больше преданы заветам Торы и принимают решение отныне жить иначе. Произнести молитву Изкор вы можете сами, однако это может сделать и кантор синагоги. Он же назовет имена ваших ушедших из жизни родных. Перед праздником Песах синагога (по вашей просьбе) высылает специальные карточки: в них вы указываете имена близких, по которым будет читаться молитва Изкор. Эти же карточки мы поместим на Стену Памяти. За справками обращайтесь по телефонам: 847 - 423-6000, 773 - 274-5123. …И снова хочется повторить: древняя молитва Изкор помогает искуплению грехов, она связывает нас с душами дорогих нам людей – тех, кого мы, живые, никогда не должны забывать.

стр. 6

5778 март 2018

Выпуск 427 Ниссан Миндел

Окончание. Начало на стр. 5

страдали еще больше, чем прежде. В полном отчаянии сыновья Израиля горько укоряли Моисея и Аарона за ухудшение их судьбы. Глубоко обиженный и расстроенный Моисей посылал мольбы Б-гу. Господь утешил и заверил его, что миссия его в конце концов будет успешной, но до того фараон и весь Египет подвергнутся ужасным казням в качестве наказания за притеснение сынов Израиля. После этого сыновья Израиля познают своего истинного и верного Господа.

ДЕСЯТЬ КАЗНЕЙ

КОГДА фараон продолжал отказываться освободить сыновей Израиля, Моисей и Аарон предостерегли его, что Господь накажет его и его народ. Сперва воды земли египетской будут превращены в кровь. Моисей с Аароном пошли к реке. Там Аарон поднял свой жезл, ударил им по воде и превратил воду в потоки крови. Весь народ египетский и сам царь увидели это чудо: они увидели издыхавшую рыбу, когда кровь текла по земле, и они с отвращением отвернулись от чудовищного запаха, шедшего от их святой реки. Им было невозможно пить воду из Нила, прославленную в дальних краях своим изумительным вкусом, и в поисках воды они были вынуждены глубоко копать землю. К несчастью для египтян, не только воды Нила, но и все воды Египта, где бы они ни были, превратились в кровь. Рыба подохла в реках и озерах, и в течение целой недели человек и зверь страдали от неутолимой жажды. И всё же фараон не уступил. После нового предупреждения вторая казнь обрушилась на Египет. Аарон простер свою руку над водами Египта, и оттуда вышли жабы. Они покрыли каждый дюйм земли и вошли в дома и спальни. Куда бы египтянин ни поворачивался, что бы он ни трогал, повсюду он находил слизистые тела жаб, кваканье которых наполняло воздух. Теперь фараон испугался и попросил Моисея и Аарона умолить Б-га убрать всех жаб, обещая после этого освободить весь еврейский народ. Но как только жабы исчезли, он нарушил свое обещание и отказался отпустить сыновей Израиля. Тогда Господь приказал Моисею сказать Аарону, чтобы он ударил своим жезлом по пыли земной, и когда Аарон это сделал, вся земля египетская покрылась мошками. Человек и зверь отчаянно страдали от этой ужасной казни. Несмотря на то, что советники указывали фараону, что казнь эта несомненно являлась божеским наказанием, фараон ожесточил сердце свое и не переменил решения, оставив сыновей Израиля в рабстве. Четвертая казнь, постигшая египтян, состояла из стад диких зверей, мчавшихся через всю страну и уничтожавших всё на своем пути. Только провинция Гошен, где пребывали сыновья Израиля, не пострадала от этой казни, так же, как и от других. Фараон опять торжественно обещал отпустить евреев в пустыню при условии, что они далеко не уйдут. Моисей помолился Б-гу, и дикие звери исчезли. Но как только они исчезли,

фараон взял назад свое обещание и отказал в просьбе Моисею. Тогда Господь послал моровую язву, которая убила большинство домашних животных у египтян. Как должен был убиваться народ, видя подыхающими своих красавцев-коней, гордость Египта; и когда по слову Моисея были поражены моровой язвой все стада на полях, за которыми население ухаживало, как за богами. Кроме того, египтянам было очень обидно видеть, что животные сынов Израиля оставались нетронутыми язвой. Тем не менее фараон еще более ожесточил свое сердце и решил не отпускать сынов Израилевых. Затем последовала шестая казнь, которая была такой болезненной и отвратительной, что весь Египет содрогнулся от ужаса и агонии. Господь приказал Моисею взять пепел из печи и бросить его в направлении неба; и когда Моисей это сделал, началось воспаление с нарывами на людях и на скоте по всей земле египетской. Тогда Моисей сообщил царю, что невиданная до сего времени буря с градом обрушится на Египет; ничему живому, ни дереву, ни травинке не удастся избежать этой казни; спасение можно найти только под прикрытием жилищ; поэтому все те, кто верят словам Моисея и опасаются последствий града, должны сидеть в домах и загнать свой скот под навесы. Некоторые из египтян последовали этому совету; но безответственные и упрямые оставили свои стада со своими слугами на полях. Когда Моисей простер свой жезл, пошел страшной силы град; оглушительный гром раскатывался над землею, и молнии прорезали небо и подобно огню стелились по земле. Град причинил страшные разрушения; подвергшиеся граду люди и звери были убиты на месте; травы были уничтожены, и сломанные деревья валялись на земле. Но земля Гошенская, не тронутая причиненными бурей разрушениями, напоминала цветущий сад среди всех этих разрушений. Тогда фараон послал за

Моисеем и признался в своих грехах. «Господь праведен, а я и народ мой виновны; помолитесь Господу; пусть прекратятся громы Б-жии и град, и отпущу вас и не буду больше удерживать». Моисей ответил: «Как скоро я выйду из города, простру руки мои к Господу, громы перестанут, и града более не будет, дабы ты узнал, что Господня земля». И случилось так, как сказал Моисей: буря прекратилась, но сердце фараона осталось ожесточенным. Когда в следующий раз Моисей и Аарон предстали перед фараоном, он показался им более сговорчивым и спросил у них, кто должен принять участие в молении, которое сыны Израилевы хотели устроить в пустыне. Когда они ответили, что все без исключения, молодые и старые, мужчины, женщины - фараон выразил готовность отпустить только мужчин, с тем, чтобы женщины и дети и всё имущество сынов Израилевых оставалось в Египте. Моисей и Аарон не могли принять этого предложения, и фараон разгневался и приказал им покинуть дворец. Перед тем, как уйти, Моисей предупредил его о новых готовящихся ему испытаниях. Но фараон остался непреклонным, хотя его советники рекомендовали ему отказаться от сопротивления. Как только Моисей покинул дворец, он простер свои руки к небу, и восточный ветер принес в Египет тучи саранчи, закрывшей солнце и сожравшей всё зеленое, что уцелело после града и прежних казней. Никогда за всю историю человечества не было еще подобного количества саранчи. Бедствие это явилось окончательной катастрофой для Египта, пострадавшего уже от других казней. Снова фараон послал за Моисеем и Аароном и просил их умолить Господа положить конец этой казни. Моисей согласился, и Господь послал сильный западный ветер, который унес всю саранчу в море. Когда наступило облегчение, к фараону вернулось упрямство, и он отказался освободить народ Израиля.

Тогда последовала девятая казнь. В течение нескольких дней весь Египет был погружен в глубокую и непроницаемую тьму, потушившую все зажженные огни. Египтяне были охвачены страхом и остались прикованными к местам, где бы они ни стояли и ни сидели. Только в Гошене, где жили сыновья Израиля, был свет. Но не все евреи были спасены от этой казни. Среди евреев были такие, которые хотели, чтобы их рассматривали скорей как египтян, а не евреев, и которые поэтому старались во всем подражать египтянам или, как мы это называем, полностью ассимилироваться. Эти люди не хотели покидать Египет. Они умерли в дни кромешной тьмы. Фараон опять попытался торговаться с Моисеем и Аароном, предлагая отпустить их народ при условии, что они оставят в Египте свой мелкий и крупный скот. Моисей и Аарон сказали фараону, однако, что они согласятся только на полную свободу для мужчин, женщин и детей и что они заберут с собою всё их имущество. Тогда фараон разгневался и велел Моисею и Аарону покинуть его и никогда больше не возвращаться. Он предупредил их, что если они посмеют показаться перед ним опять, – они умрут. Моисей ответил, что им вовсе не понадобится видеть фараона, так как Б-r пошлет еще одну казнь Египту, после которой фараон даст без всяких условий разрешение сынам Израиля покинуть Египет. В полночь, продолжал Моисей, Господь пройдет среди Египта и убьет всех первенцев у людей и скота. Из детей Израиля, однако, никто не умрет. И будет дикий вопль в Египте, и все египтяне будут охвачены ужасом из боязни, что они все умрут. Тогда сам фараон придет к вождям Израилевым и будет просить их немедленно покинуть Египет. С этими словами Моисей и Аарон покинули фараона, кипевшего от гнева.

ИСХОД ИЗ ЕГИПТА

В полночь с четырнадцатого на пят-

стр. 7

5778 март 2018 надцатое Ниссана поразил Господь всех первенцев в земле египетской, от первенца фараона до первенца узника, и всё первородное из скота, согласно предупреждению Моисея. И сделался великий вопль во всей земле Египетской, ибо не было дома, где не было бы мертвеца. Тогда в течение еще этой ночи фараон призвал Моисея и Аарона и сказал им: «Встаньте, выйдите из среды народа моего, как вы, так и сыны Израилевы, и пойдите, совершите служение Господу Б-гу вашему, как говорили вы; и мелкий и крупный скот ваш возьмите, как вы говорили; и пойдите и благословите меня». Наконец-то гордость упрямого царя была сломлена. Солнце взошло уже над горизонтом, когда по команде вся нация Израиля вышла в прохладное восточное утро. Но даже посреди своих треволнений и опасностей они не забыли выполнить обещание, данное их предками Иосифу, и они несли его останки с собою, чтобы позднее похоронить их в Обетованной Земле. Таким образом сыновья Израиля были освобождены от ига их угнетателей в пятнадцатый день Ниссана в 2448 году после сотворения мира. Там было 600 000 мужчин старше 20 лет, которые со своими женами и детьми и стадами перешли границу Египта в качестве свободной нации. Много египтян и других не-израелитов присоединилось к торжествующим сыновьям Израиля, надеясь разделить их славное будущее. Сыновья Израиля не покинули Египет бедняками. В дополнение к имевшемуся

у них имуществу, перепуганные египтяне одарили их драгоценностями из золота и серебра и одеждой, надеясь ускорить отъезд сынов Израилевых. Таким образом Господь исполнил данное Им обещание Аврааму о том, что потомки его выйдут из изгнания с большими богатствами. Во время исхода еврейского народа, впереди сынов Израилевых шел столп облачный днем и столп огненный ночью, освещая им дорогу. Эти знаки Б-жественного провидения не только указывали дорогу сыновьям Израиля, но освобождали ее и делали ее легкой и не сопряженной с опасностями.

ПЕРЕХОД ЧЕРЕЗ КРАСНОЕ МОРЕ

КРАТЧАЙШАЯ дорога для сынов Израилевых в Обетованную землю проходила через землю филистимлян. Господь, однако, предоставил новорожденной еврейской нации возможность окончательно освободиться от остатков египетского влияния и воспитать себя на путях к святой жизни через Б-жественную Тору, которую они должны были получить на горе Синай. Кроме того, кратчайшая дорога в землю Обетованную могла бы привести народ к войне с филистимлянами, и представлялось очень сомнительным, что евреи, проведшие столетия в беспрерывном рабстве, были бы достаточно решительны, чтобы сражаться подобно свободным людям; была не исключена возможность, что они решили бы вернуться в Египет, нежели

вести кровопролитную войну. Поэтому Господь вел еврейский народ кружной дорогой через пустыню к Красному морю. Через три дня фараон получил известие о благополучном движении сынов Израилевых. Неожиданное направление, которое они избрали, породило в нем сомнение, что евреи заблудились в пустыне. Теперь фараон жалел, что дал им разрешение покинуть Египет. Поэтому он мобилизовал свою армию и, лично приняв командование над избранной кавалерией и военными колесницами, начал преследование своих бывших рабов. Он настиг их около берегов Красного моря и оттеснил их к воде, чтобы отрезать все пути к бегству. Некоторые группы еврейского народа были готовы вступить в бой с египтянами, другие предпочитали утонуть в водах моря, нежели рисковать поражением и новым превращением в рабов. Третья группа была напугана, и слабый народ стал обвинять Моисея в том, что он выманил их из Египта для гибели в пустыне. «И сказали Моисею: разве нет гробов в Египте, что ты привел нас умирать в пустыне? Что это ты сделал с нами, выведши нас из Египта? Ибо лучше быть нам в рабстве у египтян, нежели умереть в пустыне». Но Моисей, сохраняя полное спокойствие и твердость в один из самых критических моментов своей жизни, ответил: «Не бойтесь, стойте – и увидите спасение Господне, которое Он соделает вам ныне, ибо египтян, которых видите вы ныне, более не увидите вовеки. Господь будет бороться

Дорогие друзья!

Дорогие друзья!

Мы с особой радостью приглашаем вас и ваши семьи на первый пасхальный сейдер, который пройдет в нашем новом филиале в uptown Chicago. Мы ждем вас 30 марта в 6:45 вечера по адресу: 1109 W. Lawrence Ave., Chicago

Счастливого и кошерного Песаха!

Выпуск 427

за вас, а вы будьте спокойны». Моисей повел евреев вперед, пока они не дошли до самых берегов Красного моря. И сказал Господь Моисею: «А ты подними жезл твой, и простри руку твою на море, и раздели его, и пройдут сыны Израилевы среди моря по суше». Моисей сделал так, как ему приказал Господь. Он поднял свой жезл и простер свою руку над морем; поднялся сильный восточный ветер и дул целую ночь. Воды Красного моря расступились, и посредине образовался сухой проход, по сторонам которого были стены из волн. Сыны Израилевы тотчас же прошли по этому сухому пространству, которое простиралось от одного берега до другого, и благополучно добрались до противоположной стороны. Египтяне, не задумываясь, бросились по сухому пространству среди моря преследовать евреев. Но колеса их колесниц застряли в морском песке. Они не могли продолжать путь; и египтяне снова почувствовали, что они опять ведут безнадежную борьбу против Господа. Они решили повернуть обратно, но было слишком поздно; по команде Господа, Моисей простер свой жезл и вода возвратилась на свое место и поглотила колесницы и коней, и бойцев, всю рать фараона. «Не осталось ни одного из них». Так в этот день Господь спас сынов Израиля от египтян. Израиль увидел Его великую силу; они признали Господа и поверили Ему и слуге Его Моисею. (Печатается в сокращении)

Искренне поздравляю вас с Песахом - замечательным праздником Исхода нашего народа из египетского рабства! Желаю всей нашей общине процветания и добра! Приглашаю вас в нашу синагогу на праздничные молитвы и пасхальный сейдер, который состоится в пятницу 30 марта, начало в 6.45 вечера. Забронировать места можно по телефону (773) 274-5123 или на сайте obshina.com Место проведения сейдера: 2638 W. North Shore Ave., Chicago, IL 60645 С уважением Рабби Леви Нотик

стр. 8

Выпуск 427

В С Т Р Е Ч И

С

Маца для Ганса

Один из амстердамских раввинов рав Ицхак Фюрст поделился воспоминаниями о первом годе работы в этой должности. В августе 1971 года он переехал со своей женой Доббой из Нью-Йорка в Амстердам. Накануне праздника Песах в этом же году ему позвонил секретарь Любавичского ребе раввин Ходаков и передал от имени Ребе очень странную, на первый взгляд, просьбу: – Ребе просит вас найти еврея в городе Брукхаузен и дать ему мацу, – сказал раввин Ходаков. – Как зовут этого человека? – спросил раввин Фюрст. – Ребе сказал только, что нужно найти еврея в городе Брукхаузен. Он не назвал имени, – ответил раввин Ходаков. – У вас есть адрес этого еврея? – поинтересовался раввин Фюрст. – Нет. Я не знаю ни имени, ни адреса, –

ответил раввин Ходаков. Он пожелал раввину Фюрсту кошерного и радостного Песаха и повесил трубку. Найдите еврея... Но как его зовут? Где он живет? Чем он занимается? Этого Ребе не сказал. Какого же еврея имел в виду Ребе? Отсутствие подробной информации не привело раввина Фюрста в замешательство. Он знал: что бы ни произошло, Ребе просто так не стал бы тревожить его. Раввин Фюрст тут же пересмотрел свои планы на завтрашний день и первым делом решил отправиться в Брукхаузен. До Брукхаузена было четыре часа езды на машине. Раввин Фурст приехал туда днем и остановился в небольшой гостинице. Хозяин гостиницы не знал в этом городе ни одного еврея (в начале Второй мировой войны почти все они уехали). Тогда раввин Фюрст решил справиться в магазинах. Хозяева были весьма учтивы, как и все голландцы, но никто из них не смог назвать хотя бы одного еврея в этом городе. Раввин Фурст зашел в последний магазинчик в городе. – Знаете ли вы хотя бы одного еврея в Брукхаузене? – спросил раввин Фюрст хозяина. – Нет, господин. Здесь нет евреев. Ни одного, – ответил хозяин. Сердце раввина

13 нисана (29 марта) мы отмечаем очередную годовщину смерти – йорцайт - третьего Любавичского Ребе Цемах-Цедака (Менахема Мендела Шнеерсона)

Суд высшей инстанции

Однажды, во время торжества по поводу закладки первого камня Цемах Цедек (рабби Менахем-Мендел из Любавичей) спросил собравшихся хасидов: "Что желаете выслушать? Доклад или историю?" Публика, естественно, попросила рассказать майсу, и Цемах Цедек рассказал следующую историю: - Жил когда-то один арендатор, звали его Яков, и был он хасидом святого Ружинера (Ружинского Ребе). Сни-

Р Е Б Е Фюрста упало. Через пять часов он должен был давать урок в Амстердаме. Ему уже скоро уезжать, но как можно уехать, не найдя еврея, не выполнив просьбу Ребе? Раввин Фюрст выехал на окраину города и остановился около автозаправки. Он попросил служащего заправить машину и между прочим обратился к нему со своим вопросом: – Вы не знаете, есть ли в этом городе евреи? – Эй, Ганс, – крикнул тот, повернувшись на стуле, – этот человек хочет знать, живут ли здесь евреи. Раввин Фюрст увидел, что Ганс буквально подскочил на месте. Через несколько секунд он уже стоял рядом с раввином. Потом Ганс пригласил его в контору и спросил: "Зачем вам это знать?" – В Нью-Йорке живет Ребе, и он попросил меня дать мацу еврею, который живет в Брукхаузене, – ответил раввин. И тут Ганс зарыдал. Раввин Фюрст подождал, пока тот успокоится, после чего Ганс поведал причину своих переживаний. – Я всю жизнь жил с родителями, – сказал Ганс. – Когда они состарились, я заботился о них. Я похоронил их на городском кладбище. Они никогда никому не рассказывали о том, что они евреи, и мне говорили, что лучше всего не афишировать это. Я ничего не знаю о еврейской жизни, кроме того, что я всегда почитал родителей и теперь ухаживаю за их могилой. Недавно я женился на нееврейке, у нас родился ребенок. Когда дочери исполнилось три года, жена захотела, чтобы мы все втроем пошли в церковь. Я сказал, что я не могу туда пойти, поскольку я еврей. Моя женя поняла меня, и они каждое воскресенье ходили с дочкой в церковь без

мал он корчму у человека, которого тоже звали реб Яков, и он тоже был арендатором, но арендовал непосредственно у владельца и сдавал в субаренду. И был этот последний человеком честным и праведным и состоятельным. А вот тот, кто у него брал в аренду, был бедным и все время просрочивал время выплаты реб Якову, а часто ему было вовсе нечем заплатить. И решил наконец реб Яков выгнать корчмаря. Тот, услышав о такой беде, отправился тотчас к своему Ребе, святому Ружинеру, и пожаловался, что реб Яааков хочет его выгнать. Ружинер вызвал его к себе и уговорил простить долг. Более того реб Яков пошел даже еще дальше: он снизил стоимость аренды, дал большую рассрочку, но просил все же выплачивать деньги вовремя. И все же корчмарь реб Яков был очень беден, и опять начались просрочки выплаты денег. Богатый реб Яков просил и так и этак, но безрезультатно, и опять он решил прогнать корчмаря, который вновь отправился к святому Ружинеру, просить за себя. Тот опять-таки позвал реб Якова и опять уговорил его. И так как реб Яков был человеком честным и праведным, он опять простил долг, опять снизил стоимость аренды и опять просил выплачивать деньги вовремя. И в третий раз приключилась точно та же история. Наконец реб Яков отказался простить задолженность корчмаря и продлить ему аренду и выгнал его. После того, как реб Яков умер и попал в Мир Истины, начали там разбирать его дело, и один из ангелов-обвинителей сообщил, что реб Яков прогнал корчмаря и лишил его средств к существованию. На это тот возразил: "Разве я мало для него сделал? Сколько раз я ему прощал! Сколько раз я ему продлевал срок, сколько раз снижал арендную плату! Что ж еще? Ну не мог же я полностью отказаться от своих денег?!" Ко всему этому он добавил, что небесный суд ничего в стоимости денег не понимает и даже не догадывается, "вос из гелт" - что такое деньги. А потому потребовал, чтобы решение по

5778 март 2018

меня. Священник увидел, что я не бываю на службе, и сам пригласил меня прийти. Я вежливо отказался, и объяснил ему, что я еврей, а потому не считаю нужным молиться в церкви. Но священник оказался настойчивым и не переставал убеждать меня пойти в церковь. Он говорил, что еврей может ходить в церковь, что мне не о чем волноваться. Прошел почти месяц, и отец Петр стал постоянным клиентом у меня на заправке. И всякий раз он вежливо, но настойчиво пытался убедить меня прийти в церковь. И вот однажды он сказал: "Б-г евреев забыл про тебя". Это сильно озадачило меня. Действительно ли Он меня забыл? А может это я забыл Его? Я сел и написал эту записку, – с этими словами Ганс достал из ящика стола конверт и протянул его раввину Фюрсту. "Я, Ганс Берн, сын Макса и Сони, даю Бгу Израиля две недели, чтобы Он доказал мне, что Он меня не забыл. В противном случае я буду ходить в ту же церковь, что и моя жена, и буду таким же, как все остальные жители Брукхаузена". Письмо было написано 24 февраля 1972 года. «Сегодня, – сказал Ганс, – как раз истекают две недели». И он снова зарыдал. Вот, – сказал ему раввин Фурст, – примите мацу от Любавичского ребе.

его делу вынесли души, которые в нашем мире жили и имеют о нем представление. Просьба была удовлетворена, и дело передали на рассмотрение рабби Йоэлю Сиркису и рабби Йосефу Каро. Те рассмотрели дело и признали его виновным. На это реб Яков опять заявил, что уважаемые судьи давно уже покинули земной мир и забыли, что такое деньги, а потому он просит передать дело на рассмотрение тем душам, которые в данное время живут в нашем нижнем мире. Здесь Цемах Цедек прекратил рассказ, и обратился ко всем собравшимся евреям: "Как вы полагаете, прав ли реб Яков?" И все собравшиеся сказал: "Прав". И вновь спросил Цемах Цедек: "Прав ли реб Яков?" И опять все хором ответили: "Прав!" И опять спросил, и все собравшиеся трижды провозгласили: Прав, прав, прав! И все собравшиеся поняли, что Цемах Цедек только что вынес решение по делу реб Якова, человека праведного и честного.

Хасидское самопожертвование Рассказано равом М. Глуховским

Давным давно, когда хасидизм только-только зарождался, и не все еще его воспринимали позитивно – в одном городе поселились несколько хасидов. Даже миньяна своего у них не было – было их как раз человек девять. При этом, покупать мясо у городского шохета (резника) они не желали. Алтер Ребе в свое время ввел в употребление так называемые "полированные ножи" (сегодня этими ножами пользуются все, а тогда это был один из основных пунктов разногласий между хасидим и миснагдим), и хасиды хотели кушать мясо только от шохета, который пользуется ножом, заточенным согласно указаниям Алтер Ребе. Пошли они к Цемах Цедеку. Ребе выслушал их внимательно и сказал: "Ради исполнения постановления моего деда стоит идти даже на самопожертвование”.. Как и ожидалось, "лучшие люди города" не очень-то

стр. 9

5778 март 2018

Выпуск 427

СЕГОДНЯ В ИЗРАИЛЕ

Александр Казарновский Дорога просматривается на километры вперед. Вплоть до поворота на Хадеру. Зеленый кубик «эггедовского» автобуса на ней, похоже, не собирается появляться. Смотрю на часы. Капец.

Сегодня еле поднялся, в синагогу опоздал, помолился дома. (Позор! К счастью, такое со мной случается крайне редко). И вот, не успев на свой автобус, добираюсь на перекладных, к тому же окольными путями. Здесь, на перекрестке Пал-Ям, я застрял основательно. Там, в школе, детишки рвутся к знаниям. Я в свою очередь рвусь передать им знания. Но я здесь, а они там. Говорю же — капец! – В Хайфу? – В Хайфу. Ура. Влезаю в машину. – Мне надо сойти в Кфар Ситрине. – Извините, я поеду по второму шоссе. «Четверка» забита. Увы. Вылезаю из машины. Желаю доброго пути. Останавливаю еще одну попутку. Диалог повторяется с точностью до запятой. Капец становится полным. Продолжаю голосовать. Останавливается еще одна машина. – Я до Йокнеама. Поворот на Йокнеам будет возле деревни Фурейдис. Это примерно на полпути. Шансов оттуда добраться до Ситрина примерно столько же, сколько отсюда, с перекрестка Пал Ям. Но торчать на месте надоело смертельно. К тому же, если подойдет автобус, все же платить на пару шекелей меньше. Влезаю. Пристегиваюсь. За рулем мужчина лет сорока плюс. На своем кривошипно-шатунном иврите сетую на

отчаянную ситуацию, в которую попал. Он бросает сочувственный взгляд и предлагает перейти на русский. Спустившись с языка Моше-рабейну на язык Александра Сергеевича, завершаю свою печальную сагу. Владелец машины мрачно смотрит на мерцающие зеленоватым светом электронные часы. Раздается телефонный звонок. Звучит громкая связь. Чарующий женский голосок: – Здравствуй, миленький! – Здравствуй, моя дорогая! – Ну как ты, успеваешь в Йокнеам? (В голосе звучит волнение). – Надеюсь, что да, - отвечает он. - А как у тебя дела? Как себя чувствуешь? – Спасибо, всё вроде ничего. Мое присутствие явно стесняет водителя. Поэтому он предлагает своей любимой: – Давай поговорим минут через десять. Та соглашается, и в салоне машины воцаряется молчание. – Удивительно, - говорю я. - С какой нежностью мы, русскоязычные израильтяне, относимся к своим мужьям и женам! Он усмехается: – Не зря же мы по субботам, перед киду-

на это все хорошо посмотрели, и хасидов вызвали на суд Торы. Уважаемые судьи обрушились на них с различными обвинениями, и в пылу разговора один из судей бросил как бы вскользь: "Амаарцут"! ("Невежество"!) То есть, ваши ножи – это просто безграмотность! Один их хасидов подошел к столу, посмотрел на книгу, лежавшую на столе, открыл ее на середине и спросил у уважаемого судьи: "О чем здесь речь?" Уважаемый судья не был готов с ходу ответить, он сначала взялся за Талмуд, потом за комментарии Раши и Тосафот, а уже потом начал разбираться с тем, что говорится в этой книге (это был достаточно сложный комментарий к Талмуду "Хидушей Могарша"). Хасид прервал его и начал цитировать по памяти Талмуд, Раши, Тосафот, сопровождая это все объяснениями, потом разъяснил и комментарий Могарша… Судьи были изумлены. Тогда хасид открыл тот же том еще в другом месте. Сцена повторилась. Снова судья должен был долго разбираться, а хасид процитировал ему Талмуд со всеми комментаторами и потом разъяснил Могарша тоже. Увидев такую просвещенность, судьи оставили хасидов в покое. Покинув зал суда, хасиды спросили у своего товарища, как у него хватило наглости так разговаривать с судьей? Ведь это же выглядело, как проявление гордыни, высокомерия – худшего из недостатков, согласно учению хасидизма! Хасид ответил: "Но ведь Ребе сказал – идти даже на самопожертвование! Поэтому я вынужден был поставить их на место, даже ценой того, что показал им свою ученость". Перевод р-на И. Ройтмана

шем, поем «Эшет Хаиль» - гимн доблестной женщине! Мы к ним с любовью, и они нам платят тем же. Я искоса бросаю взгляд. Никакой кипы на его голове нет и в помине. – Ага, - говорю я, - у нас в доме убирает женщина, приехала из Молдавии поработать. Ее муж бросил, да еще и хорошо обчистил. Так вот, она, глядя на нас с женой, удивляется. «Вы, - говорит, - вместе уже двадцать лет, а ведете себя друг с другом так, будто совсем недавно поженились». Мой собеседник слушает в пол-уха, при этом шевеля губами, словно подсчитывая что-то. Мы проезжаем поворот на Зихрон Яаков. – А от перекрестка Фурейдис до вашего Ситрина далеко? - вдруг спрашивает он. – И не думайте! - возмущаюсь я. - Опоздаете на работу минут на сорок, не меньше. – А вы? – Да поможет мне Г-сподь, - утешаю я его. - Вас он мне послал и еше пошлет кого-нибудь.Ну, поворачивайте же скорей! - кричу, видя, что он, несмотря на приближение к перекрестку Фурейдис, все еще не пере-

Непраздничная история Р-н Шауль-Айзек Андрущак

Рассказывают, что как-то раз в дни трепета пришел в Любавичи из Рогачева еврей по имени реб Йеуда. Ногами пришел. (Гугл на вопрос "Каково расстояние между Любавичами и Рогачевым?" – бодро отвечает: "4 часа 45 минут". 311 километров. С половиной. На скорость пешехода каждый может поделить сам.) Примерно в то же время туда же, к Ребе Цемех Цедеку пришла некая женщина. С просьбой помочь в поисках запропастившегося супруга. Ну, что значит "найти"? Это значит, что Ребе Цемех Цедек должен был задействовать свой пророческий дар и т. д. А Цемех Цедек такие вещи очень не любил. Принципиально. Из идейных соображений. Поэтому на все просьбы бедной женщины только отнекивался: "Я не знаю. Я не пророк. И не сын проорока. И не внук пророка... по папиной линии". Тогда добрые люди надоумили её лечь поперек порога кабинета Ребе и не давать ему пройти, пока он не поможет. Самое обидное, что этот дешевый фокус сработал: Цемех Цедек недолго потоптался перед распростершейся просительницей. И наконец, нехотя, велел ей отправляться в Могилев. К одному из тамошних шойхетов. Реб Йеуда из Рогачева присутствовал при этом происшествии. Женщина, естественно, послушалась совета Ребе и

строился в правый ряд. Нехотя он поворачивает и останавливается: – Пусть вам Г-сподь поможет. – Можете не сомневаться в этом, - весело отвечаю я, хотя сам в этом сильно сомневаюсь. Мы пожимаем друг другу руки, желаем хорошего дня и вообще удачи во всем. Затем я выбираюсь из машины, перехожу шоссе и оказываюсь на остановке, куда должен прибыть мой автобус, который, похоже, делать этого не собирается. А все-таки хорошо, что я прокатился с этим человеком. И дело тут не в сэкономленных двух шекелях, а в глотке чистого воздуха, который получил с утра. Но что сейчас будет? Автобуса нет, попуток нет, времени... времени еще как нет! Прямо передо мной резко тормозит армейский грузовик. За рулем, в солдатской форме — Никита, он же Яаков, выпускник нашей школы. - Садитесь, дядя Саша!

поспешила в Могилев. Нашла того шойхета. Но он ее разочаровал, твердо заверив, что никогда в жизни не видел никого, соответствующего описанию её мужа и даже не слышал ни о ком подобном. Поскольку разговор происходил буквально за несколько часов до начала праздника Суккот, шойхет предложил гостье свое гостеприимство. И, если ей это нужно, работу на кухне. А в холь-амоэд к тому шойхету обратился один нищий. Новый в городе человек. Довольно точно подходящий под описание. Шойхет нашел способ задержать его, а тем временем послал за своей новой кухаркой. Опознание прошло не очень гладко. Едва увидев жену, нищий бросился бежать. Его поймали. Немного побили. Обыскали. Нашли при нем крупную сумму наличными. Ещё немного побили. Заставили разводное письмо жене написать. Отдать ей половину обнаруженных средств. А половину оставшейся суммы конфисковали в пользу общины. По постановлению суда, естественно. Когда реб Йеуда, проведший у Ребе все праздники, по дороге домой оказался в Могилеве (Могилев – аккурат на полпути между Любавичами и Рогачевым), там ещё всем городом спорили на что пустить конфискованные денежки: на помощь хворым, на развитие местной системы начального образования или на общесоциальные нужды. Чем закончилась дискуссия истории неизвестно.

стр. 10

5778 март 2018

Выпуск 427

Борис Гулько

Последние сто лет две державы определяли ход истории: Россия и Америка. Русская революция 1917 года, пообещав удовлетворить многовековую мечту человечества о совершенном строе, вызвала живой интерес в кругах американской интеллигенции. Некоторые ехали в СССР участвовать в строительстве социализма, другие сотрудничали, находясь в США. Юлия Латынина, изучив документы, утверждает, что в период II Мировой войны около 500 советских шпионов трудились в разных департаментах американского правительства. Когда в марте 1940 года советский агент Уиттекер Чемберс, разочаровавшись в коммунизме и желая раскрыть известные ему имена других агентов, пришёл в ФБР со списком сталинских шпионов, включая заместителя Госсекретаря США и создателя ООН Элджера Хисса, его показания проигнорировали. Вступление Америки в войну на стороне СССР было отнюдь не однозначным решением. Так, влиятельный сенатор Гарри Трумэн, который в апреле 1945 года сменит на посту президента США умершего Ф.Д. Рузвельта, не считал разумным поддерживать один злодейский режим против другого. Но социалист Рузвельт испытывал симпатии к Сталину и, видимо, к советскому эксперименту. Неоценимую и неоценённую российским общественным мнением помощь СССР оказала американская программа ленд-лиза – на сумму 138,23 млрд долларов по курсу 2008 года. Она включала поставку 427 284 грузовиков, 11 400 самолётов, 12 000 единиц бронетехники и многое другое. Откат в популярности социализма случился в Америке после начавшей холодную войну Фултонской речи Уинстона Черчилля, произнесённой в марте 1946 года. Частично освободить госаппарат США и его идеологические органы от засилья коммунистов сумела комиссия сенатора Маккарти, работавшая в первой половине 50-х годов. В тот же период идеологическая борьба против «разлагающего влияния Запада» в СССР носила драматичный характер. Были запрещены «буржуазные лже-науки» кибернетика и генетика, осуждались «буржуазная музыка» джаз, нереалистическая живопись, буржуазные моды в одежде и в танцах. А за «неправильную» книжку, данную кому-то почитать, сажали в тюрьму. Поэтому Западные страны стали на контрасте называть себя «свободным миром». Парадоксальные изменения произошли и в России, и в Америке в годы после крушения социализма в СССР. В России возник капитализм, в его коррумпированной, южноамериканской форме, с тяжёлыми пережитками социализма. В обществе, в котором три четверти века вытравлялась общечеловеческая мораль, мелкие бизнесы, только возникнув, оказались сметены цунами рэкета. Свободная пресса, возникнув, запестрела новым словосочетанием: «организованная преступная группировка» – ОПГ. Бездумно насаж-

дал коррупцию в новой России её первый президент Борис Ельцин. Так, росчерком пера – предоставив нескольким организациям право беспошлинной торговли с заграницей, он перевёл всю внешнюю торговлю огромной страны в область коррупции. За 27 лет существования пост-коммунистической России она знала лишь двух президентов (не считая зиц-председателя Медведева) – бывшего первого секретарь обкома КПСС и подполковника КГБ. Архитектурным символом новой, капиталистической России стало монументальное здание гостиницы Москва, охраняющей вход на Красную площадь. Гостиница эта была построена в 30-е годы, разрушена в 2004 году, воссоздана по старым чертежам за более чем 800 млн долларов к 2013 году. При этом безвозвратно исчезло неизвестно куда 87 млн. Позитивная сторона грандиозной аферы – при восстановлении на верхнем этаже гостиницы добавили три окна. Естественно, криминализация экономики самой большой в мире державы выплеснулась наружу. Деньги, которые «новым русским» удавалось отщипнуть от «общенационального пирога», потекли в заграничные банки и на оплату приобретаемой на Западе недвижимости. Дети «новых русских» отправлялись учиться в заграничные частные школы и университеты. В трудный момент – а российская жизнь горазда на трудные моменты, у российских нуворишей готова тихая гавань вдали от родины. Но когда российский криминальный бизнес столкнулся с законным западным, жизненная программа влиятельных россиян понесла тяжелейший урон. Сотрудник налоговой фирмы Firestone Duncan аудитор Сергей Магницкий обнаружил в 2007 году крупнейшее в истории единоразовое хищение средств из бюджета России – 5,4 млрд рублей. Было установлено, что участники преступления – 60 сотрудников различных российских органов исполнительной власти, в большинстве сохраняют свои посты. В ноябре 2008 года Сергей Магнитский был арестован и спустя 11 месяцев скончался в заключении. Инициаторы его ареста и следователи значатся в списке участвовавших в расследовавшемся Магнитским хищении. Глава швейцарской финансовой фирмы, в течение долгого времени крупнейшего зару-

бежного инвестора в российский фондовый рынок, на которую работал Firestone Duncan, Уильям Браудер, видно, унаследовал симпатию к России от своего деда – главы коммунистической партии Швейцарии. Но история с Магницким эту симпатию оборвала. Браудер повёл наступление на убийц аудитора и добился от Конгресса США принятия «Закона Магницкого», по которому вводятся санкции в отношении российских граждан, предположительно причастных к смерти Сергея Магнитского: визовые ограничения на их въезд в США и санкции в отношении их финансовых активов в банках Америки. Те же санкции распространили на членов их семей. Начально в «Списке Магницкого» значилось 60 фамилий, список уже дважды расширялся. Отмена «списка Магницкого», губительного для действующих лиц российской модели капитализма, стала насущной задачей российской политической и экономической элит. Динамика же общественной жизни США с конца ХХ века сместилась в противоположную России сторону. Состарившиеся социалисты 50-х годов и подоспевшие остепенившиеся хиппи 60-х – 70-х, став профессорами и преподавателями в колледжах и университетах, воспитали молодёжь на идеалах социализма. Наверное, поэтому постепенно превратилась в социалистическую Демократическая партия США. Почти вся медиа стала партийным органом демократов, рупором социалистов. В 2008 году президентом США был выбран социалист Обама, обещавший перераспределить национальное богатство. Как это всегда происходит у социалистов, они принялись за установление в обществе обязательной для всех идеологии. Следуя примеру СССР – взялись за науку: Обама объявил глобальное потепление «установленным фактом», а за отрицание его было предложено ввести уголовное наказание; карьеры учёных, несогласных с этим «установленным фактом», заканчивались. Теряли позиции люди, даже в отдалённом прошлом отрицавшие понятие – «однополый брак». Криминализовали мужскую сексуальность: кандидату в сенаторы США припомнили случившийся полвека назад непрошенный поцелуй на школьном свидании. Белым

гражданам страны пришили вину «привилегии белых». Отмирает в США свобода слова, в университетах она уже не существует. Америка была провозглашена Обамой «исламской страной, одной из крупнейших в мире». Если во времена Рузвельта социалисты любили Россию, то сейчас разлюбили. Они связали с Россией врага обамовских социалистических преобразований Дональда Трампа. Верные демократам издания перед выборами 2016 года запестрели анти-трамповскими заголовками: «Кремлёвский кандидат»; «Марионетка Путина»; «Теперь это официально: Хиллари Клинтон конкурирует с Владимиром Путиным»; «Трамп и Путин: история любви». Поражение кандидатки от Демократической партии на выборах 2016 года стало антисоциалистической контрреволюцией. Как когда-то в СССР всё неправильное в жизни объясняли влиянием Америки – «на всём моём облике есть тлетворное влияние Запада» – оправдывался на собрании неверный муж в песне Галича, так поражение Хиллари на последних выборах левый истеблишмент объяснил «кознями Москвы». Администрация Обамы и его «глубокое государство» подготовили почву для юридического расследования связи президентской кампании Трампа с Россией. Для обоснования прослушивания сотрудников Трампа, спецслужбы использовали заказанное кампанией Хиллари и Демократической партией «Досье Стила», подготовленное английским экс-шпионом Кристофером Стилом с помощью анонимов в российских спецслужбах, непроверенное и непроверяемое. То есть – одна партия использовала государственный аппарат для шпионажа за другой партией. Совсем уж фантастическую версию заговора против Трампа предложил Ли Смит в журнале «Таблет». Он высказывает предположение о связи автора досье – Стила – через вашингтонского лоббиста России Адама Валдмана, с которым Стил сотрудничал, с близким к Путину российским олигархом Олегом Дерипаской, тоже клиентом Валдмана. Получал ли Стил деньги от Дерипаски и был ли Дерипаска одним из информаторов для его досье? В случае истинности версии Смита Путин предстаёт исполинской фигуОкончание на стр. 23

стр.

5778 март 2018 По техническим причинам список "Спасибо, спонсоры!" будет напечатан в следующем номере "Шалома"

ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ

Гарри Любарский Российские СМИ льют горькие слезы в связи с наложением МОК жестких, но справедливых санкций на отечественных спoртсменов и их руководителей. Этого давно следовало ожидать. Сначала в применении допинга начали все чаще и чаще уличать отдельных российских спортсменов. Затем от участия в международных соревнованиях по той же причине начали отстраняться целые федерации (тяжелой атлетики, легкой атлетики и др). Казалось, пора остановиться, оглянуться. Однако желание быть первыми хотя бы в спорте притупило чувства меры и самосохранения. Думали, что сойдет с рук, как многое другое. Не вышло. Мир стал более бдительным к проискам россиян и случилось то, что случилось. Конечно, не исключено, что «при раздаче» могли пострадать и ни в чем не повинные спортсмены. За это они прежде всего должны благодaрить входящее в правительство страны свое руководство, с позором изгнанное из олимпийского движения. Удивляться здесь нечему. Большинство из вас, дорогие читатели, хорошо помнят отрицание наличия секретных протоколов к заключенному между СССР и Германией договору, расстрела сотрудниками НКВД польских военнопленных, вторжения советских войск в Венгрию, Чехословакию и Афганистан, ввоза на Кубу ракетного оружия под видом сельскохозяйственных машин, крупных аварий на атомных объектах, авиционных катастроф, антиправительственных выступлений трудящихся и многих других нелицеприятных фактов, которые рано или поздно становились достоянием гласности. История с применением допинга не стала исключением. Вопрос лишь в том – будут ли наказаны главные виновники этого беспрецедентного унижения. Лично я считаю, что ворон ворону глаз не выклюет. История с бывшим министром обороны и его женским окружением полностью это потверждает.

***

Кому Россия обязана за невиданный взлет физической науки в послевоенные годы, обеспечивший ее выход на самые передовые рубежи научно – технического прогресса, позволившего создать «ракетно – ядерный щит родины», первыми запустить исскуственный спутник земли и послать человека в космос, построить и запустить в эксплуатацию первые в мире промышленную атомную электростанцию, синхрофазотрон, ледокол с атомной энергетической установкой, расширить таблицу Менделеева и сделать еще множество важнейших открытий, позволивших в последствии сделать жизнь человека более комфортной, интересной и продолжительной. Для этого обратимся к недавно обнародованному письму секретаря ЦК КПСС Жданова другому секретарю – Суслову. «В руководимом Ландау семинаре по теоритической физике нет русских. Среди руководящих научных сотрудников лаборатории технических применений половина евреев, нет ни одного коммуниста... В руководстве лабораторией института физической химии, в которой ведутся работы по специальной тематике, евреев около 80 процентов. Все теоретики института (Мейман, Левич, Волькенштейн, Тодес, Олевский) – евреи. Заведующий конструкторским отделом, ученый секретарь, заведующие снабже-

11

Выпуск 427

ареста никто из не успевших бежать членов руководимого Керенским Временного правительства. Затем настала очередь соратников Ильича. Их сменила целая череда сталинских выдвиженцев. И сажали их не за банальную взятку, как нынешних губернаторов, депутатов, генералов, прокуроров и других высокопоставленных чиновников, а за измену родине, шпионаж, попытку государственного переворота и им подобные фантастические обвинения. Вообще нынешний страдалец захватил первенство не по праву. Первым должен был стать знаменитый предшественник теперешнего Министра обороны Шайгу, нанесший стране, судя по всему, значительно больше ущерба, чем Улюкаев. И дело к этому шло. Но кто – то, видимо обладающий огромным влиянием, его развалил. Страна должна быть сильной и богатой, когда есть у нее такие адвокаты!

***

нием и распределения импортных реактивов также являются евреями. Бывший директор института академик Фрумкин и его заместитель Дубовицкий создали круговую поруку и семейственность. За период с 1943 по 1949 гг. под руководством Фрумкина, Рогинского и Ребиндера диссертации подготовили 42 чел., из них евреев 37. В физическом институте им. Лебедева из 19 заведующих лабораториями русских 26 процентов, евреев – 37. В оптической лаборатории академика Ландсберга в составе старших научных сотрудников русских 33 процента, евреев – 67. В институте экономики из 20 докторов наук только 7 русских... Среди теоретиков сложилась монопольная группа: Ландау, Леонтович, Фрумкин, Гинзбург, Лившиц, Гринберг, Франк и др. Все теоретические отделы физических и физико – химических институтов укомплектованы сторонниками этой группы, представителями еврейской национальности. Например, в школу академика Ландау входят 11 докторов наук, все они евреи и беспартийные. Сторонники Ландау во всех случиях выступают единым фронтом против научных работников, не принадлежащих к их окружению». Благодаря таким борцам против засилия евреев Израиль превратился в державу «Хай – тек», а Россия сползла на обочину и не очень скоро из нее выберется. А жаждущих ей помочь что-то не видно.

***

Еще совсем недавно Россия и Турция были похожи на смертельных врагов. Турки сбили российский бомбардировщик, застрелили спускавшегося на парашюте летчика, угрожали повторять подобные действия в случае нарушения их воздушнего пространства, не думали извиняться за свои агрессивные действия. В ответ россияне перекрыли границу, прекратили товарообмен, из-за несоответствия санитарным нормам закрыли практически все турецкие рестораны, магазины и банки, депортировали искусных турецких строителей. И вдруг, как будто бы по щучьему велению «все шумно вдруг переменилось». Произошли события, которые известный поэт – сатирик Архангельский кратко, но емко описал следующим оброзом: «Все изменилось вдруг под нашим зодиаком – Рак Рыбой стал, а Дева – Раком». На турецкие курорты устремились десятки тысяч российских отпускников, в обратную сторону отправились дубленки, кожанки, овощи и фрукты, турецкие торговые точки стали соответствовать санитарным нормам, турецкие строители вновь стали украшать фасады важнейших строек. А президенты этих двух враждовавших веками стран стали чуть ли не «братьями навек», начали регулярно навещать друг друга и осыпать друг друга комплиментами. Одним словом: «Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку». Естественно возникает вопрос: «Долго ли будет продолжаться эта идиллия?». Лично

мне кажется, что нет. Слишком много противоречий и пролитой крови было в прошлом, слишком много противоречий остается теперь. Это, прежде всего, противоположные взгляды на роль курдов на Ближнем Востоке, конкуренция за влияние на политику Азербайджана, незабываемый геноцид армян, нескрываемые претензии на роль ближневосточного гегемона, не разделяемые Ираном и Саудовской Аравией и многое, многое другое. Так что перемены во взаимоотношениях, несмотря на укрепление экономических связей, не должно удивить никого из заинтересованных наблюдателей.

***

В Рссии произошло знаменательное событие. Впервые посадили федерального министра. На «просторах родины чудесной» министров сажали всегда. Так не избежал

Почему население России состоит из так называемого агрессивно – послушного большинства? По мнению автора и потому, что несколько поколений советских людей воспитывались на приведенных ниже словах из самых популярных в народе песен «На земле, в небесах и на море Наш ответ и могуч и суров, Если завтра война, если завтра в поход, Будь сегодня к походу готов...»

«Разгромили атаманов, разогнали воевод. И на Тихом океане свой закончили поход». «...По военной дороге шел в борьбе и тревоге Боевой восемнадцатый год.

Были сборы недолги, от Кубани до Волги Мы коней поднимали в поход...»

стр. 12

30 лет вместе

5778 март 2018

Выпуск 427

Lubavitch Chabad & F.R.E.E. of Niles отмечает юбилей Эта старейшая русскоязычная синагога хорошо знакома евреям, живущим в Большом Чикаго. Здесь многие из нас приобщились к традициям и вере предков, начали отмечать еврейские праздники. Здесь состоялись многочисленные свадебные церемонии «хупа», бар- и бат-мицвы. Здесь всегда царит особая атмосфера теплой сердечности, которую долгие годы создавали и поддерживали Рабби Нафтоли Хершкович и Рабби Биньомин Шейман. А несколько лет назад к ним присоедились раввины нового поколения, выросшие и получившие образование на Западе. Это Рабби Шнеур и Эстер Шейман, которые руководят детским летним и зимним лагерем. Это Лазер и Ривки Хершкович, которые заняты программами Сhabad Cares and Outreach. Все новые начинания просто не перечислить! Обе эти пары и члены их семей привнесли в работу синагоги молодую энергию и задор. Не забудем отметить: несколько лет назад первое здание синагоги было перестроено. Сейчас это прекрасный религиозный и культурный центр, где каждый чувствует себя как дома. В Пурим в синагоге не только читали Свиток Эстер и веселились – очень успешно прошел сбор средств для осуществления новых программ. И, конечно, было сказано много теплых слов и поздравлений. «Мазл Тов!» - говорит своим братьям и сестрам вся организация F.R.E.E. Большого Чикаго, филиалом которой является синагога в Найлс.

Дорогие друзья!

Мы приглашаем вас отметить прекрасный праздник Песах вместе с нами! Первый сейдер состоится в пятницу 30 марта. Зажигание свечей и молитва в 6.58, начало сейдера в 7.45 вечера. Второй сейдер состоится в субботу 31 марта, начало в 8.30 вечера. Мы ждем вас по адресу:

Chabad & F.R.E.E. of Niles 9401 Margail Des Plaines, IL 60016

Забронировать места можно по телефону (847) 296-1770

Сердечно желаем всем вам исполнения надежд, крепкого здоровья и счастья! C уважением Рабби Нафтоли Гершкович Рабби Биньомин Шаймон

стр.

5778 март 2018

13

Выпуск 427

фоторепортаж Торжественно и, конечно, очень весело мы отметили Пурим. Это праздник поистине особый: с одной стороны – самый веселый день еврейского календаря, с другой стороны – Пурим символизирует нерушимую духовную крепость, духовное единство нашего народа. Нынче Пурим можно было отпраздновать с семьей и друзьями в Buffalo Grove Versailles Banquets; в CHABAD F.R.E.E. of Niles; во F.R.E.E. of Chicago и во F.R.E.E. of Uptown - новом, активно развивающемся филиале нашей синагоги.

стр. 14

5778 март 2018

Выпуск 427

Семен Каминский - прозаик, редактор, издатель. Родился в 1954 году в городе Днепропетровске. Образование высшее техническое и среднее музыкальное. Публиковался в России, Украине, Белоруссии, США, Канаде, Израиле, Германии, Финляндии, Дании, Латвии. Работы Каминского переведены на английский, французский и финский языки. Автор трёх книг. Лауреат премий журналов «Дети Ра» (2011-2012), «Сура» (2012), «Северная Аврора» (2012). Член Международной федерации русских писателей, Союза писателей XXI века, Международной ассоциации писателей и публицистов, Санкт-Петербургского отделения СП России. Член редколлегий журнала «Зарубежные записки» (Германия – Россия), еженедельника «Обзор» (Чикаго), газеты «Наша Канада» (Торонто). Живёт в Чикагo.

У НАС В ГОСТЯХ

Семён Каминский Хотя мне ещё не очень много лет, иногда, вспоминая какое-то событие или место, я вдруг с удивлением и некоторым смятением понимаю, что некоторых из тех, кто был со мной там, уже нет в живых... А те, кто есть, – где они? Где те, кто делил, играя «в ножичка», очерченный кругом кусочек грязной земли старого двора? Ел восхитительную, коричневую со светлыми выпуклостями орехов трубочку мороженого, купленную в «стекляшке» на углу за целых 28 копеек? Дышал рядом в невыносимо потной тесноте июльского трамвая по дороге в провинциальный Дворец культуры, куда «Поющие гитары» привезли на один вечер рок-оперу «Орфей и Эвридика»? Я не знаю. Попытки описать что-то такое, живущее теперь только в моей голове – жене, детям, новым друзьям – совершенно бессмысленны. Им просто становится скучно. И я вполне понимаю, почему: нет у меня таких слов, чтобы описать воспоминание, имеющее некий чёткий смысл для меня, но для всех остальных – совсем незначительное. Неброское. Неяркое. Банальное... Как передать, например, тягучий сонный летний мир морской слободки старого приморского городка, куда родители много раз привозили нас на лето? Мир, в котором остался запах высохшей морской травы, набитой в хрустящие матрасы. Вкус манной каши с большим куском сливочного масла – это мама подала нам завтрак в круглой беседке, сбитой из деревянных планочек во дворе дома, где мы остановились. Длинный огород, выходящий прямо к морю. Большущий паук с крестом на спине, в паутине, под потолком этой беседки (раньше никогда не приходилось видеть такого!). И тяжёлое солнце, долгими июльскими днями настойчиво давящее курортников к горячему мелкому пляжному песку... А потом, уже в другой, более поздний приезд: босые, крепко загоревшие ноги и лёгонькие светлые волосы абсолютно недоступной девчонки – соседки наших хозяев. Наверно, ровесница... Совершенно немыслимо даже заговорить с ней. Даже подумать о том, чтобы заговорить с ней... И как передашь тревожное ощущение своих четырнадцати лет?

*** Каждое пляжное утро отдыхающие начинали с ритуала сооружения личного шалаша. Все приходили со связкой четырёх аккуратно обструганных палок, которые вбивались в песок, и на них старательно привязывался тент из полосатых простыней. Не помню, возможно, родители послали меня к Лёшкиному шалашу одолжить на пару минут нужный камень для забивания палок? Или Лёшка подошёл посмотреть, как мы с отцом играем под нашим тентом в шахматы на старой, немного примятой картонной доске? А может, наш бадминтонный воланчик упал на их подстилку? Помню только, что, познакомившись, мы сразу и накрепко прилипли друг к другу, счастливые оттого, что здесь наконец-то нашёлся человек, с которым будет совсем не скучно делить размеренное летопровождение. Оказалось, что у нас похоже всё: возраст, любимые Стругацкие и Рей Брэдбери, преподавательские профессии родителей, небольшие квартиры в центре больших

соседних промышленных городов, количество братьев и сестёр. А улыбка у него была такая: вроде бы человек долго-долго ждал чего-то, почти не надеялся найти и вдруг нашёл… и улыбнулся. Как здорово теперь было вместе часами болтаться в мелкой, совершенно спокойной и почти не отличимой от температуры тела морской водичке! А вечером в десятый раз смотреть в душном местном клубе «300 спартанцев» и «Парижские тайны». И секретно обсуждать ту самую соседскую девчонку, к которой никому из нас никак не подойти... Впрочем, с девчонкой всё решилось просто. Во время нашего вечернего променада по морской слободке один из знакомых «пляжных» мальчишек вдруг подвёл её к нам со словами: «Это – Ирка, она тут хотела с вами познакомиться». Ирка оказалась приветливой простушкой, много и безостановочно тарахтела, и стало понятно, что нам с ней совсем неинтересно. Однажды Лёшка сильно занозил на пляже ногу – видно, на какую-то щепку наступил. Он долго и тщательно вытаскивал непослушную занозу из ноги, потом сообщил, что срочно идёт домой – обработать ранку. А в ответ на мои умненькие ироничные замечания по этому поводу заявил: – Отец Маяковского, между прочим, умер оттого, что укололся булавкой, сшивая бумаги... А был крепким человеком, лесником, ходил на медведя в одиночку... Понял? …Потом мы уезжали домой – в наши разные города, и ещё одно детское летнее знакомство грустно подходило к концу. Мы решили, как это обычно бывает, обменяться адресами и стали записывать их друг другу на клочках какой-то бумаги. Я очень стеснялся своей фамилии, однозначно и бесповоротно открывающей мою принадлежность к «некоренной» национальности. К той самой, которой вроде бы и не существовало в нашей большой советской стране. Но делать было нечего, и я, с чувством падения в пропасть, отдал ему свою бумажку... О, сча-

стье! Совершенно ненашенское окончание «штейн» моей злополучной фамилии вполне соответствовало его «ман»... похоже, мы были одного поля ягодки!

*** Мне лет пять. Я гуляю с бабушкой по улице Ленина, недалеко от старого трёхэтажного дома, где мы тогда жили. Проезжают редкие машины (и это одна из ближайших к центру улиц большого города – сейчас на этом месте просто постоянный затор). Медленно плетётся вверх по улице телега старьёвщика. Старенькая лошадь тянет, старается, периодически оставляет на дороге пахучие кучки – метит свой нелёгкий путь. Старьёвщик – лето, а он в телогрейке – придерживает на коленях вожжи и хитровато посматривает по сторонам. Во рту у него белая свистулька от воздушного шарика, время от времени она издаёт зудящий пронзительный звук. Толстенные дубы вдоль тротуаров, незаасфальтированные круги серой земли вокруг каждого дерева. Мне всё интересно, и я подолгу разглядываю гигантские корни, уходящие в землю. Мне легко это делать не наклоняясь, потому что я маленький, земля ко мне близко. Из-под арки дома выскакивают несколько мальчишек постарше – наши соседи по двору. Чумазые, воюют, чем-то бросаются. Баба Люба недовольно поглядывает на них. – Почему они такие грязные? – спрашиваю я. – Русские дети... – она поджимает губы. Я не понимаю её ответа и, поразмыслив, через какое-то время спрашиваю: – Это... как? – Русские, – повторяет баба Люба. Видимо, мне всё уже должно быть ясно, но я по-прежнему не понимаю, что она хочет этим сказать. – А мы кто? – А мы – евреи. Я больше ничего не спрашиваю. Мне уже не до вопросов и не до этих маль-

чишек. Я потрясён.

*** Осенью меня, «домашнего мальчика», почему-то решают «устроить» в детсад. Я покорно иду туда с мамой. Прихожая, одинаковые шкафчики, на дверцах которых намалёваны небольшие цветные картинки. «Этот шкафчик с арбузом – твой», – как-то чересчур радостно и настойчиво говорят мне, и уже сразу хочется домой. Это желание еще больше усиливается от ненавистного мне запаха и вкуса сладких макарон с молоком. После трёх дней посещения этого заведения бабушка и мама застают меня дома, бегающим и прыгающим по дивану с громкой задорной присказкой, смысла которой я не понимаю, но которая нравится мне незнакомым жужжащим словцом: Жид, жид, жид - По верёвочке бежит! И так – раз сто. Я слышу, как бабушка твёрдо говорит маме: – Чтоб я про этот детский сад больше не слышала! Моё знакомство с детским садом благополучно заканчивается. Навсегда.

*** Мне – двенадцать лет. Я иду записываться в районную детскую библиотеку имени М. Светлова – это недалеко от дома, только проспект перейти. Читать я люблю, дома все книжки уже перечитаны по много раз, у знакомых и друзей – тоже. В маленькой библиотеке, которая расположена в полуподвале белой кирпичной пятиэтажки, всё время очередь. Наконец немолодая библиотекарша за стойкой начинает заполнять на меня формуляр: – Имя? Я достаточно громко говорю ей свое имя. – Фамилия? Я говорю фамилию. Тише. – Национальность? По-моему, меня с интересом слушает вся очередь. Я невольно еще понижаю голос…

стр.

5778 март 2018 Спустя какое-то время отец высмеивает меня: – Моя знакомая, Полина Давидовна Натансон, которая работает в детской библиотеке, рассказала мне, что ты стеснялся назвать свою национальность, когда пришёл записываться?

*** Много лет мы с Лёшкой регулярно писали друг другу пухлые письма. В них было всё: и жизнь, и стихи, и наши неразделённые влюблённости. Ездили друг к другу на каникулы, по очереди нетерпеливо просиживая тяжкие четыре часа в духоте общего вагона. Щенячья радость встреч, долгие-долгие ночные разговоры... о чём-то важном... бог знает о чём... запах бобинной «Дайны», разогретой от многочасового проигрывания «Beatles For Sale»: This happened once before, When I came to your door, No reply… С горем пополам мы учили в школе английский и почти не понимали, что они поют, эти удивительные парни. Только отдельные фразы… «No reply» – нет ответа... Нет ответа.

*** И опять лето, мы – студенты второго курса. Еле-еле я «добил» свою вторую экзаменационную сессию. В этот раз Лёшка приезжает ко мне. Я почти не сплю несколько ночей перед его приездом. За полтора часа до поезда прихожу на вокзал, до которого мне от дома – рукой подать. Слоняюсь по влажному от короткого летнего дождя перрону, подгоняю взглядом чёрные ажурные стрелки старых вокзальных часов. Наконец на вокзал неспешно вползает голубой фирменный поезд из его города. Мы говорим, говорим не умолкая. Основная тема, по-прежнему, – «о них»: он, конечно, завидует – у меня уже есть девушка, и я,

чувствуя себя солиднее и удачливее, задираю свой большой нос. А у него, такого красавчика, так ничего и не клеится: слишком много сомнений, рассуждений, слишком мало напора. Девчонки с ним дружат, гуляют – и выходят замуж за других. В одной из своих прогулок мы оказываемся на берегу Днепра. Лёшка стоит спиной к реке, опираясь на светло-серый гранитный парапет, молчит, а я что-то оживленно рассказываю и рассказываю, стоя перед ним: продолжаю, честно говоря, здорово хвастать. Вдруг кто-то сильно толкает меня сзади, да так, что я почти падаю на Лёшку. Это – местные «пацаны». Самого крепкого из них я припоминаю – Тарас или Стас – из того дома, где живёт моя девчонка. – Ты! – начинает он и всё остальное добавляет «матюгами». – Чтоб я тебя... с Люськой больше у нас во дворе не видел, понял? Я понял: их – пятеро. И сам – не герой, и втягивать Лёшку в эти разборки не хочу. Когда они уходят, я уже совсем не чувствую себя перед ним героем-любовником и замолкаю. А Лёшка, наконец, потихоньку начинает рассказывать о себе. О прочитанных книгах, о Тарковском, фильмы которого, особенно «Андрея Рублёва», он обожает, о живописи...

*** В двадцать лет, во время студенческого туристического похода на лодках по рекам Алтайского края, Лёшка неожиданно заболел тяжёлой почечной болезнью. Товарищи подумали, что его сильно покусали комары, и всё время шутили по этому поводу. Правда обнаружилась уже дома. Я приезжал к нему, ходил в больницу, откуда его почти не выпускали. Было страшно видеть его тонкое лицо до неузнаваемости отёкшим, похожей оставалась только улыбка. Похожей… Кто-то знакомый с медициной сказал мне: «Он не протянет больше трёх лет…» Я очень

Поздравляем!

Издающаяся в Чикаго газета «Реклама» не нуждается в особом представлении. Вот уже долгие годы читатель находит в каждом номере газеты многообразную панораму современной действительности. Особо отметим то, с каким постоянством «Реклама» рассказывает о духовном наследии евреев, достижениях государства Израиль, его истории и проблемах, о борьбе еврейского народа с международным терроризмом. Есть и еще одна особенность в работе «Рекламы». Русскоязычная эмиграция часто не имеет единого центра – именно так получилось в Чикаго. Потому уже давно «Реклама» является инициатором многих важных начинаний в нашей общине – идет ли речь о сборе воспоминаний людей, переживших Холокост, жертв сталинизма или о многочисленных благотворительных акциях. В январе этого года чикагская «Реклама» отметила 25-летний юбилей. А в марте исполнилось четверть века с тех пор, как творческий коллектив газеты возглавила Люба Мелешко. Насколько важна эта дата? Вопрос риторический. Ведь именно она, неизменный главный редактор «Рекламы», является «душой» издания. Высокий профессионализм, подлинная интеллигентность, точное ощущение пульса времени – вот отличительные черты редакторского стиля Любы Мелешко. Признаемся: мы очень рады тому, что все эти годы дружим и сотрудничаем с Любой Мелешко и ее коллегами. От души желаем «Рекламе» дальнейшего процветания, а издателям, редакторам, авторам и сотрудникам газеты - крепкого здоровья, благополучия, счастья!

разозлился на говорившего– как он осмелился такое…?! Да этого просто быть не может! Ни заботливые родители, ни хорошие врачи, ни лучшие в то время лекарства не смогли спасти Лёшку. Он провалялся в разных больницах своего города чуть больше года – диализ, диализ... опять диализ! – потом родители решились перевезти его в Москву. Он умер осенью в Склифе. В одном из последних писем Лёшка с обычным юмором описывал свои приключения в больнице перед отъездом в Москву. Оказывается, там он умудрился познакомиться с красивой девчонкой лет восемнадцати. Её не смутила его болезнь, его вид тяжёлого почечного больного... Её звали Ирой. Она лежала в каком-то другом отделении, кажется, ей вырезали гланды, и вскоре выписали, но она продолжала каждый день навещать его. К концу тон письма неожиданно менялся: «Ты знаешь, это всё-таки произошло. В пустом актовом зале. Это так здорово».

*** Я прилетел в его город, такой знакомый город, и в этот же вечер мы – друзья и какието незнакомые мне люди (оказалось, что сотрудники института, где преподавал Лёшкин отец) – встречали самолёт из Москвы. Вышли родители – тихие, очень уставшие. Все стояли кучкой посреди зала, долго чегото ждали, негромко переговариваясь. Не сразу я понял, что ждут, когда из самолёта выгрузят гроб – цинковый гроб со стеклянным окошечком на крышке. Я заглянул в окошечко – там был мороз, чужой желтоватый высокий лоб и чёрные волосы, почемуто зачёсанные назад. Мы помогли внести его в какой-то микроавтобус, а дома – поднять по лестницам в квартиру. Поставили на столе в гостиной. Вместе с родителями нас осталось всего несколько человек – самые близкие. Стали отпаивать крышку разогретым

15

Выпуск 427

утюгом. – Нужно переодеть... рубашку и костюм, – сказала Лёшкина мама, – помогите, пожалуйста, приподнять. – Очень тяжёлый, – сказал отец. Мы переодевали Лёшку – ничего страшнее в моей жизни никогда не было. Дай Б-г, не будет. Говорили по-прежнему тихо, междометиями. – Какой же ты холодненький, Лёшенька! – вдруг зашлась в крике мама… Утро похорон было дождливое. Во дворе большой сталинки собралась толпа, высокий Лёшкин папа, сгорбившись, косо держал над гробом зонтик. Я обнаружил стоящую рядом со мной симпатичную заплаканную девушку и поймал себя на том, что разглядываю сбоку её лёгонькие светлые волосы, покрасневшие веки и пухлые губки… и немного улыбаюсь… Да как же я могу?! В такой момент! Я даже незаметно посмотрел по сторонам – не увидел ли кто эту ужасную мою улыбку? Преступную улыбку? Слава Б-гу, вроде бы никто...

*** Нет старых дубов на улице Ленина, вместо них уже давно посадили молоденькие клёны. И клёны эти успели вырасти. И чтобы увидеть что-то на земле, мне нужно не просто наклониться – мне нужно стать на колени на эту землю. Впрочем, это уже совсем другая земля – далеко-далеко от старого дома (его снесли в девяностых), чумазых русских мальчишек, библиотеки имени М. Светлова и сладких макарон с молоком. А я... мне ещё не очень много лет, но иногда, вспоминая какое-то событие или место, я вдруг с удивлением и некоторым смятением понимаю, что некоторых из тех, кто был со мной там, уже нет в живых. Только саднит и саднит вросшая, назойливая заноза моей памяти. И уже никак эту занозу не вытащить – пока думается и помнится... Пока живой.

Поздравляем!

6 марта отметил свое 60-летие известный еврейский поэт, выдающийся знаток и исследователь языка идиш Дов-Бер Керлер. Юбиляр родился в Москве в семье замечательного еврейского поэта Иосифа Керлера, который был репрессирован советской властью «за буржуазно-националистическую деятельность». В 1971 году подросток покинул с родителями СССР. В 1983 году ДовБер Керлер окончил Еврейский университет в Иерусалиме, а в 1984-м стал первым аспирантом в только что открывшейся в Оксфордском университете программе исследований идиша. С 2000 года Дов-Бер Керлер — профессор еврейских и германских исследований, заведующий кафедрой идиша в Индианском университете в Блумингтоне. Дов-Бер Керлер - автор многочисленных научных публикаций, заслуживших международное признание, а также прекрасных поэтических сборников (под псевдонимом Борис Карлов). После смерти отца (2000) он продолжил выпуск «Иерусалимского альманаха». Возрождению и пропаганде идиша служат летние интенсивные учебные программы, которыми в течение многих лет руководит Дов-Бер Керлер. Уникальны и чрезвычайно плодотворны руководимые им экспедиции по записи последних носителей юго-восточного диалекта идиша на территории Украины, Молдавии, Румынии и Словакии. Научная и литературная деятельность Дов-Бера Керлера отмечена многочисленными премиями. Сердечно поздравляя профессора Дов-Бер Керлера, желаем ему крепкого здоровья на долгие годы, много нахеса, больших успехов в его благородной миссии!

стр. 16

Выпуск 427

5778 март 2018

Чьи-то растаявшие жизни Беседа с прозаиком Семёном Каминским

Евсей Цейтлин ЕЦ Ваша творческая судьба обычна... своей внешней необычностью. Так часто случается в искусстве. Долгие годы в той, «другой жизни», были отданы вовсе не литературе. Несколько строчек Вашей автобиографии: «Работал инженером, преподавателем, руководителем юношеского фольклорного ансамбля, менеджером рок-группы, директором подросткового клуба и рекламного агентства, режиссёром и продюсером телевизионных программ». Писать прозу Вы начали в эмиграции. Что же послужило толчком?

СК Сразу уточню: писать я начал отнюдь не в эмиграции – в эмиграции начал публиковаться. Сочинять же стал ещё в детстве, и толчком к этому, как и у многих других, послужило чтение книг, причём чтение взахлёб. И сначала это моё сочинительство никак не отражалось на бумаге. Я выдумывал занимательные истории для мальчишек из соседних дворов. Сочинял экспромтом, совершенно не готовясь. Вечерами собирались на лавочке вокруг меня ребята, и я начинал импровизировать – рассказывать довольно складные истории (часто с продолжением), якобы вычитанные мною в книгах или виденные в кино. Врал, короче говоря. Мальчишки эти (в основном, из простых семей) читали мало, обмануть их таким образом было легко. Слушателями они были прекрасными, внимательными, тихими. Я тогда впервые остро почувствовал свою власть над ними – власть рассказчика над слушателем, читателем – и это было упоительное, почти наркотическое ощущение. А фантазии мои я частично заимствовал, компилировал из любимых книг Жюля Верна, Беляева, Уэллса, Конан Дойла, Льва Кассиля. И ещё – из киносценариев. Мой папа – преподаватель эстетики – подрабатывал лектором по киноискусству общества «Знание». Он очень любил кино, несколько раз побывал на Московских кинофестивалях (случалось – и на закрытых просмотрах), а потом читал лекции перед сеансами в кинотеатрах нашего города и области. Поэтому в доме было полным-полно литературы по кино, недоступной рядовому зрителю: книги с киносценариями зарубежных фильмов (которые в то время не выходили на большой экран), специальные журналы для кинопрокатчиков и т.п. Папа с увлечением беседовал о кино и со мной. Его беседы, его книги – вот мои важнейшие источники информации и вдохновения. Кроме того, для дворовой публики, я несколько раз умудрился показать кукольные спектакли собственного сочинения (и куклы, и декорации тоже изготавливал сам из подручных материалов). Позднее – выпускал рукописный журнал фантастики, а в тринадцать лет, во время летних каникул, написал со своим другом большой фантастический роман (правда, кроме нас с ним, никто эту толстую тетрадь-рукопись так и не увидел). В пятнадцать-шестнадцать (опять же – как обычно), прорвались стихи. Сейчас нашёл некоторые из них – на тему, близкую нашему разговору (что весьма странно, ведь написаны они почти полвека назад): Убери вензеля и виньетки и сними из углов образа. Запах жизни – он мятный и едкий

Из цикла «Откуда и куда. Писатели Русского зарубежья»

Самое интересное у Семёна Каминского – это, конечно, история человека. Её каждый писатель создаёт заново, будто не было Стендаля и Чехова. «Чья-то прошлая жизнь». Название рассказа. Символ литературного движения Каминского: через годы, страны и души. Человек – это только его память. И ничего больше. Сегодня многие захотят оспорить категоричный тезис древних мудрецов. Но герои Каминского многократно подтверждают эту мысль. Собственно, так и возникают почва и воздух его прозы. Так (в мучительных поисках человеком самого себя, своих следов, исчезающих в песке времени) складываются сюжеты. На первый взгляд, обычные: происходит ли действие в украинском городке, американской глубинке, шумной столице. В самих коллизиях этой прозы таится спокойное понимание тщетности попыток изменить человека. Однако рассказы Каминского переполнены глубинной любовью к героям, по счастью, нигде не прорывающейся в текст, не оборачивающейся сентиментальностью. И неизбывна уверенность автора: «чья-то прошлая жизнь» – пусть даже суетливая, растаявшая в пустяках – может обрести в литературе подлинную гармонию, зазвучать как мелодия. То насмешливо, то скорбно, то весело, чаще – печально. и подчас разъедает глаза. Ущипни себя за руку крепче и живи – не загадывай даль. Дни-икринки история мечет в неразысканных дальних прудах. Проживи, всё потом объяснится в биографии, в памяти граф: недовыдуманные ресницы и концы недописанных глав. Вытри белой резинкой виньетки так, как ветер туманы слизал. Запах жизни – он мятный, но едкий и подчас разъедает глаза.

Так и произошло: мечтал о Литинституте, но родители были категорически против («не поступишь из-за пятой графы!»), пришлось стать инженером. Можно ещё долго рассказывать о том, как увлечение сочинительством продолжалось в самых различных формах: писал стихи к собственным песням (их исполняла созданная мной фолк-рок группа, получившая в 80х на Украине звание «Народный»), сценарии к концертным программам этого же коллектива, сценарии телепередач и статьи в газеты. А опубликовать первые рассказы решился только в начале 2000-х, уже в Чикаго. И тоже – типичная история: тяжело заболел, пришлось долго лежать в постели, почти не мог ходить. Чтобы отвлечь меня от дурных мыслей, жена сказала: «А почему бы тебе не записать какую-нибудь из твоих историй?» Записал... ЕЦ Есть ли литературная традиция, которая важна для Вас в прозе?

СК Критики находили в моих вещах сходство с рассказами Довлатова и Шолом-Алейхема. Очень приятные сравнения, но, конечно, это был просто обман зрения. А нравятся, нет, лучше сказать – люблю: рассказы Бунина, Чехова, Моэма, Набокова. Учусь ли у них? Помните маленький шедевр Бунина «В одной знакомой улице» из «Темных аллей»? Я перечитывал его (и перечитываю) десятки раз.

ЕЦ Пять лет назад Вы создали своё издательство, которое выпустило уже немало книг. Среди авторов – прозаики и поэты нашей эмиграции. Что это для Вас – хобби, заработок? СК Сначала это было просто желание переиздать собственную книгу рассказов – да так, чтобы иметь к ней доступ. Дело в том, что эту книгу, «Тридцать минут до центра Чикаго», первоначально выпустили в Москве. Но точно понять, где, как и в каком количестве она реализуется, оказалось почти невыполнимой задачей. А уж тем более, при-

обрести десяток-другой экземпляров для себя по разумной цене, чтобы подарить знакомым, устроить авторский вечер. А так как я по одной из своих профессий программист, то постарался освоить процесс книгоиздания с помощью онлайн сервиса компании «Амазон». Результат превзошёл ожидания: книга выглядела совершенно профессионально, сразу же оказалась в продаже на сайтах «Амазона» по всему миру, приобрести её очень легко, а для автора – совсем недорого. Потом я сделал пару книг по просьбе друзей… и, в конечном итоге, занялся этим бизнесом уже всерьёз. Удалось привлечь замечательных молодых профессионалов: редактора, дизайнера, нескольких художников. Словом, издание книг для меня – это и хобби, и бизнес. И «философия»: таким способом борюсь с мировой энтропией... А что? Правда! Это ж удовольствие: видеть, ощущать как строчки рукописей, частенько неухоженные, с ошибками, опечатками, превращаются в достойную книжку в тщательно продуманной нами обложке! ЕЦ Одна из опасностей, которая очевидно угрожает современной литературе, – графоманы. Конечно, они существовали во все времена. Но сейчас, как Вы подтвердили, книгу издать совсем легко. И недорого. Да и некоторые журналы гостеприимно предлагают автору опубликовать его опусы... за деньги. Как оградить литературу от графоманов? А, может быть, на них просто не надо обращать внимания?

СК Не вижу здесь большой беды. Знаю: оградить никого ни от чего не удаётся. А то, что никому не нужно, никуда и не пойдёт. При том способе печати, что мы сейчас практикуем (он называется «print-on-demand», то есть «книга по требованию»), книги уже не печатаются массовыми тиражами, не тратится зря бумага, не гибнут рощи деревьев. А если, к примеру, человеку хочется увидеть свои мемуары в виде книжки – пусть порадуется, дадим ему такую возможность. Плохая литература сгинет сама по себе. Есть другая проблема: хорошая литература мало кому теперь нужна, и вот это – огромная беда! Но тут, как говорится, уже совсем другая история. ЕЦ Любимый литературный жанр, в котором Вы работаете, рассказ. Чем он дорог Вам?

СК Кто-то из знаменитых сказал: написать роман легче, чем хороший рассказ. Абсолютная правда. Каждый мой рассказ, даже крошечный, - несколько месяцев жизни.

Каждый рассказ – целый мир со своими отдельными стилем, слогом, темпом, музыкой, шумами и запахами. Нужно в тесном пространстве нескольких страниц уместить всё это, не говоря уже о самой истории. И мне важно, чтобы читатель не остался равнодушным к созданному мной миру. Пусть ему не понравится, пусть поёжится, покривится, усомнится или заплачет – лишь бы не отложил в сторону. У меня был такой, можно сказать, мистический случай. После публикации моего рассказа «Заноза» в русской газете во Флориде редактор сообщил мне: один из читателей очень хочет со мной связаться. Я разрешил дать этому человеку мой электронный адрес – и ко мне пришло поразительное письмо. Автор писал, что, не будучи постоянным читателем газеты, взял её в руки, только для того, чтобы немного развлечься во время какого-то затянувшегося ожидания, и случайно открыл на странице, где был напечатан мой рассказ. Бегло просмотрев несколько абзацев, он неожиданно заинтересовался, стал читать внимательнее. В герое рассказа он узнал парня, с которым познакомился в детстве, хотя имя героя было мной изменено. Трагедия, описанная в рассказе, действительно случилась в реальной жизни в середине 70-х: её герой, мой близкий друг – умный, спортивный, тонкий, необычайно обаятельный молодой человек – умер в возрасте двадцати лет от тяжёлой болезни. Так вот, тот человек, что написал мне письмо из Флориды, был ещё восьмилетним мальчиком, когда познакомился с моим другом в больнице. Они пролежали в одной палате недолго – мама мальчика была рентгенологом и договорилась, чтобы сына обследовали во взрослой больнице, где она работала (советские времена!). Мой друг был смертельно болен, однако за несколько дней сумел произвести на ребёнка такое впечатление, что тот запомнил его навсегда. Парень рисовал незамысловатые, но смешные рисунки (которые мальчик сохранил и, став взрослым, привёз с собой в эмиграцию, в Америку), рассказывал много интересного. Потом мальчик узнал, что мой товарищ через полгода после их встречи умер, ему сказала об этом мама. Прочитав письмо, я позвонил этому человеку и выслушал его историю ещё раз – более подробно. Меня, без преувеличения, била мелкая дрожь: после ухода моего друга из нашего мира прошло сорок лет, но, кажется, я вернулся в то время. Я спросил, как он узнал запомнившегося парня в герое рассказа, ведь там многое изменено. Не раздумывая, он ответил: «Я сразу понял, что это о нём. Вы передали не только ситуацию, но что-то неуловимое – суть человека»… Вот чем мне дорог жанр рассказа.

стр.

5778 март 2018

17

Выпуск 427

Александр Гордон

«Там, за синей мглой моря, была Палестина, эта страна выгоревшего камня, страна песков и зноя, - эта страна, где больше, чем где-либо, прошло великое разрушение древних цивилизаций, безводная страна, где только у оазисов растут пальмы... В Палестине девять месяцев в году нет дождя, и тогда над землей стоят столбы красной пыли, и тогда такой жар над землей, жар пустыни, что нужны усилия фантазии, чтобы не спутать Палестину со сплошною печью». Борис Пильняк, «Повесть непогашенной луны» (1926).

Какая основная проблема Арабского Востока? Шиитские экстремисты из Ирана, Ливана, Бахрейна, Йемена и Ирака? Израиль? США? Чрезмерная рождаемость? Отставание в образовании, науке, технологии? Среди множества ответов есть один, который не занимает большого места в публикациях, не привлекает пристального внимания политиков и международных организаций и не звучит как лейтмотив арабского «весеннего», кровавого наводнения, начавшегося в 2011 году: Арабский Восток высыхает. Большая часть территории арабского мира – пустыня. Сирийская пустыня, располагающаяся на территории Сирии, Иордании, Ирака и Саудовской Аравии, занимает площадь в 1 миллион квадратных километров, что составляет 35% общей площади четырех стран. Арабам необходима вода, много воды. Восточные ветры в арабском мире – горячие, веющие из пустыни, иссушают, сжигают, засыпают песком, вызывают жажду. Происходит мощное опустынивание арабских стран из-за нехватки пресной воды и неумения ее добывать и эффективно использовать. Страны арабского мира сталкиваются с беспрецедентным дефицитом пресной воды, который поддерживает порочный круг насилия, называемого «арабской весной». Арабские «весенние» восстания начались с роста цен на продовольствие, обусловленного обострившимся водным кризисом в регионе. Ближний Восток имеет самый низкий на душу населения уровень потребления воды в мире. На фоне истощения и деградации природных экологических систем отмечается самый высокий прирост населения, что еще больше усугубляет ситуацию с водой. Среднее количество потребления воды в мире на душу населения составляет 7 тысяч кубометров. В 1960 году на душу населения на Арабском Востоке приходилось в год в среднем 3300 кубометров воды. В данное время потребление воды арабским населением снизилось в среднем до 1300 кубометров: в Ираке этот показатель составляет 2700, в Сирии – 1400, а в Ливане - 1100. В 2000 году 130 миллионов человек на Ближнем Востоке и в Северной Африке потребляли менее 1000 кубометров на человека в год. 30 миллионов жителей государств Арабского Востока не имеют доступа к чистой воде, а 27 миллионов лишены базового са-

нитарного водообеспечения. ОАЭ, Ирак, Ливия, Тунис, Алжир, Марокко расходуют больше воды, чем получают от выпадения осадков. Опреснение морской воды в странах, имеющих доступ к морю, практикуется редко, как и современные методы сельскохозяйственного орошения. Сокращение водоснабжения ведет к снижению сельскохозяйственного производства. В результате арабские страны затрачивают на импорт продовольствия ежегодно 30 миллиардов долларов. Экологические, демографические, экономические факторы усиливают дефицит воды, а возникающие изза этого безработица и нестабильность становятся причиной социальных беспорядков, политических волнений и экстремизма. На Арабском Востоке проживает более 350 миллионов человек. Нехватка возобновляемых водных ресурсов сопровождается засушливым климатом, малым количеством осадков, высоким уровнем испарений, наличием в основном не возобновляемых подземных вод, а также неэффективным ведением сельского хозяйства и плохим управлением. Семь из десяти стран, больше всех в мире испытывающих дефицит воды, находятся на Ближнем Востоке. Это Бахрейн, Иордания, Кувейт, Катар, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты, а также сектор Газа. Запасы не возобновляемых водоносных горизонтов (толщ, близких по составу водопроницаемых, насыщенных водой пластообразных отложений) на Ближнем Востоке, являющихся основным источником воды для некоторых стран, будут сокращаться по мере увеличения спроса на нее. Более богатым и стабильным странам, - Саудовской Аравии, Катару, Кувейту, ОАЭ, проще решать проблему нарастающего водного кризиса. Они могут активно инвестировать капиталы в опреснение воды и совершенствование инфраструктуры для уменьшения потерь воды при ее доставке потребителям. В странах, где бушуют конфликты, эта проблема только обостряется. В большинстве арабских стран население растет, а вода уменьшается по объему и ухудшается по качеству. Плохое положение усугубляется также из-за неэффективности

использования водных ресурсов по причине устаревших технологий, особенно в сельском хозяйстве. Потери воды в некоторых странах достигают 60% из-за неэффективности системы ирригации и сетей водоснабжения. Плохо с водой в секторе Газа. Там, как и в Йемене, нет рек. Потребление воды осуществляется за счет прибрежного водоносного горизонта, в который просачивается соленая вода из Средиземного моря, а также неочищенные сточные воды, впадающие в море из Газы. Такая ситуация может спровоцировать холеру и брюшной тиф. Большие потери воды в Газе связаны с плохой системой водопроводных труб. По оценкам ООН, более чем 80% жителей Газы из 1.8 миллионов вынуждены покупать импортную бутилированную питьевую воду. На это у них уходит треть семейного дохода. Серьезная нехватка воды имеет место и в Иордании. Эта страна одна из самых засушливых стран Ближнего Востока. 90% процентов ее территории занимает пустыня. Одним из крупнейших потребителей воды является сельское хозяйство (до 50%), дающее всего лишь 3% ВВП. Текущее водоснабжение на душу населения составляет 150–200 кубометров в год. Еще до наплыва в страну сирийских беженцев прогнозировался рост численности населения Иордании с 6 до 9 миллионов к 2025 году, что приведет к резкому снижению водоснабжения на душу населения – до 91 кубометра. Одной из причин этого может стать в том числе и изношенность сетей водоснабжения. В целом по стране 40–50% воды, добытой из водоносного горизонта, теряется из-за протечек в трубопроводах. В северных районах Иордании этот показатель достигает 70%. По некоторым оценкам, количество ежегодно теряемой воды могло бы удовлетворить основные потребности не менее 2.6 миллионов человек. Иордания становится еще более пустынной. Дополнительным источником напряжения в арабских странах стал очень высокий уровень рождаемости. По данным доклада ООН, из-за этого среднегодовая доступность воды в странах арабского мира может упасть до 460 кубометров на душу населения – это

меньше половины от минимального норматива потребления воды, равного 1000 кубометрам. При таком сценарии выкачивание воды будет вестись еще более агрессивными методами, чем сейчас. Запасы воды, ограниченные уже сегодня, будут исчерпываться невиданными темпами, что будет подливать масло в огонь растущих беспорядков. Сирия с 2006 по 2011 год страдала от засухи, сильнейшей за 900 лет. Это привело к падежу домашнего скота, сокращению посевных площадей, резкому росту цен на продукты питания и массовому переселению семей фермеров и скотоводов (по некоторым оценкам, не менее 1.5 миллионов человек) в города. Это, а также высокий уровень безработицы вызвали волнения, перешедшие затем в гражданскую войну, в ходе которой идет ожесточенная борьба между племенами, в том числе и за водные ресурсы. В стране значительно сократились площади обрабатываемых сельскохозяйственных земель, все труднее становится обеспечивать население водой, пригодной для приготовления пищи и бытовых нужд. По данным ООН, порядка 15 миллионов граждан Сирии не имеют в данный момент доступа к воде. Семьи вынуждены тратить на покупку питьевой воды четверть своего скудного дохода. Палестина начала ХХ века, в которой арабы составляли большинство, а евреи меньшинство, была по большей части пустыней. Если бы не борьба евреев с пустыней, на Ближнем Востоке, планируемом арабами в бывшей провинции Османской империи, именовавшейся Большая Сирия, всюду были бы горы песка, нехватка воды, отсутствие зеленых насаждений, запустение, словом, пустыня, как в эпиграфе к этой статье. Соседние с Израилем Иордания и Газа высыхают. Мало кто может покупать минеральную воду в бутылках. Израиль - оазис в пустыне арабского мира. Он интенсивно опресняет морскую воду, создал одну из лучших систем ирригации в мире и эффективно практикует вторичное использование сточных вод в сельском хозяйстве. Израиль стал мировым лидером по производству пресной воды из морской и по переОкончание на стр. 23

стр. 18

5778 март 2018

Выпуск 427

По техническим причинам список "Вечная память" будет напечатан в следующем номере "Шалома"

МЫ - В АМЕРИКЕ

Влад Каганов

ГАРИ ШТЕЙНГАРТ

Несколько лет назад, издание «The New York Times» в список 100 выдающихся книг включила произведения четырех иммигрантов из России. В этом списке был и Гари Штейнгарт. Игорь родился в 1972 году в Ленинграде, как он сам говорит, в типичной советской еврейской семье. Его отец Семён работал инженером на заводе ЛОМО, а мать была пианисткой. Игорь рос очень слабым и болезненным, поскольку в те годы не было эффективных методов лечения астмы, так что почти каждую неделю ему приходилось ложиться в больницу. Поэтому в том, что в 1979 году семья решила переехать в Америку, судьба семилетнего сына сыграла не последнюю роль. Как и большинство иммигрантов, первые годы семья жила очень бедно. Как вспоминает Гари, у них в квартире не было даже телевизора, а английский не был домашним языком. Больше того, «хотя мы и жили в Америке, - рассказывает он, - родители приучали меня читать Чехова и Достоевского с самого раннего возраста и я сохранил какой-то русский язык.» Родители отправили мальчика в ев-

рейскую школу в Квинсе, но первое время Игорь чувствовал себя в ней совершенно потерянным. Во-первых, он не знал ни одного слова по-английски, а говорил на языке, который никто в школе не понимал, поэтому его посадили отдельно от всех. Во-вторых, он приходил в школу в шубе и меховой шапке, что тоже вызывало удивление и раздражение, не только у детей, которые над ним постоянно смеялись, но и учителей. Больше того, кто-то из учителей отвел его в сторону и сказал: «Ты не можешь быть таким пушистым. Ты не можешь одеваться в эти меха. Если столько меха, дети не будут играть с тобой.» И всё-таки к четырнадцати годам Игорь, которого теперь стали на американский манер звать Гари, избавился от русского акцента и начал с увлечением писать свой первый многостраничный комический роман. После окончания Stuyvesant High School в Нью-Йорке

ВЛЮБЛЕННЫЕ В НОВУЮ СТРАНУ И ЕЁ ЯЗЫК «Если в 1970-80-е годы, - отмечает профессор русской литературы Эмиль Дрейцер, - в американскую культуру пришли дети эмигрантов, родившиеся и выросшие в Америке, то сейчас речь идет о писателях, приехавших в эмиграцию молодыми людьми, хорошо знающими русский язык, но при этом пишущих по-английски и интегрированных в американскую культуру.» Гари посещал колледж Оберлин (Oberlin College) в Огайо, где получил степень по политологии, а затем окончил Хантерколледже (Hunter College) университета Нью-Йорка, где получил степень магистра по специльности «creative writing». Любопытно, что теперь Гари сам преподает «writing» в том самом Hunter College, а, кроме того, в Колумбийском университете (Columbia University). Успех пришел к Гари Штейнгарту в 2002 году, уже после первого романа «The Russian Debutante's Handbook» («Пособие русского дебютанта»), действие которого происходит в вымышленном европейском городе Право. За книгу начинающий автор получил сразу две премии: Стивена Крейна (Stephen Crane Award for First Fiction) и «National Jewish Book Award for fiction». Такими же успешными стали и последующие романы Штейнгарта: «Absurdistan» («Абсурдистан»), объявленный в 2006 году лучшей книгой сразу десятком американских изданий, а сам автор включен в число 20 самых популярных писателей моложе 40 лет по версии «The New York Times» и «Time»; футуристический сатирический роман «Super Sad True Love Story» («Супер печальная правдивая история любви»), получивший престижную премию Вудхауза (Bollinger Everyman Wodehouse Prize), как лучшая юмористическая книга года. Последний по времени (опубликован в январе 2014 года) «Little Failure: A Memoir» («Маленькая неудача: воспоминание») - откровенный, остроумный и глубоко проницательный рассказ о жизни американских иммигрантов, как всегда, наполненный юмором. В том же году книга стала финалистом премии «National Book Critics Circle Award» в разделе «автобиография». Осенью 2007 года Штейнгарт получил стипендию (fellowship) Американской академии в Берлине. Сегодня Гари Штейнгарт - один из самых успешных молодых американских писателей, чьи книги были переведены на 26 языков. «Что делает мои книги привлекательными для читателей? - рассуждает автор.- С одной стороны, то, что они написаны с точки зрения иммигранта, а американцы либо сами иммигранты, либо их предки. Во-вторых, юмор, поскольку американцы любят посмеяться. И, в третьих, ими интересуются русские, чтобы сравнить свою молодость с моей.»

ИЛЬЯ КАМИНСКИЙ

Илья родился в 1977 году. «Мы жили на Дегтярной, в сердце Молдаванки, — вспоминает он. — На лестнице соседи со стуком, как в домино, играли в шахматы, и часто курсанты мореходки строем и с песнями проходили под нашими окнами. Это был 90-й — год «Рабыни Изауры»,

когда в восемь вечера город абсолютно утихал, а в двориках было слышно: «Начинается! Жора, быстро иди сюда! Рая, сейчас, бульон только потушу». В 13 лет умненький не по годам Илья, который в четыре года почти лишился слуха и учился читать по губам, начал писать стихи и был принят в клуб поэтов «Круг», которым руководил прекрасный человек и поэт Юрий Михайлик (эмигрировал в 1993 году в Австралию). А ещё мальчику повезло с преподавателем русской литературы в школе - автором нескольких книг и монографий о Пушкине - Лидией Адольфовной Щербина. Учительница открыла в школе Воскресный Пушкинский лицей, который Илья стал посещать, а перед отъездом передал ей для лицея немало книг из богатой домашней библиотеки. Потом был 1991 год, когда страна распалась и началась война в соседней Молдове, до которой на машине - два часа, и в городе множество беженцами оттуда. А

ещё убивают на улице твоих кумиров, журналистов, потому что они пишут о неправильных вещах в неправильное время. Когда в 1993 году семья отправилась в США, Илья, которому было 16 лет, жутко боялся стать в новой стране изгоем, боялся языкового барьера, поскольку дома до этого на английском не общался. В Америке он получил слуховой аппарат, но в первое время английский давался ему очень тяжело, а избавиться от русского акцента он так и не сумел . В 1994 году, через год после переезда в Нью-Йорк, умер отец, который первым привил Илье любовь к русской поэзии, к Пушкину, Цветаевой, Мандельштаму. И тогда Илья вдруг почувствовал, что невозможно будет написать о его смерти на русском. «Писать стихи о нем на русском языке, делать красивые рифмы о таком горе я просто не мог себе позволить. - рассказывает он.- Это казалось кощунством. Но поэт перестать писать стихи просто не может. Поэтому я начал писать их на новом языке, где, казалось бы, еще не было смерти в моем понятии, не было горя, не было потери любимых людей, любимого города. Все было новым, воздушным - другой образ видения мира, другая сказка, так сказать. Для меня это не был сознательный выбор просто так вышло в жизни. С тех пор пишу по-английски.» Потом был Джорджтаунский университет и степень бакалавра искусств, и диплом юриста Калифорнийского университета, выступления и лекции в различных литературных центрах, колледжах и университетах США , и сборники стихов, удостоенные множества престижных литературных премий США, а ForeWord Magazine в 2005 году назвал его сборник «Dancing in Odessa» («Танцующий в Одессе»), представляющий яркие зарисовки из жизни обычного одесского мальчугана, который оглох, но «видит звуки», книгой года в поэзии. В 2013 году за этот сборник, который переиздавался более десяти раз, профессор Илья Каминский был даже номинировании на Нобелевскую премию. О своей номинации он узнал от коллег, с которыми преподает в аспирантуре государственного университета в СанДиего. Поэт, переводчик, критик, литературовед Илья Каминский, как и прежде, живет у моря, точнее у океана, и любит в выходные дни выбраться на набережную, и тогда ему кажется, будто время остановилось, будто он и не покидал город у Черного моря. «Я себя не cчитаю американским поэтом, - говорит он, - я просто одессит, который пишет на английском языке и живет в Америке - вот и всё. »

стр.

5778 март 2018

ВЗГЛЯД ИЗ ГЕРМАНИИ

Григорий Галич

ЕШЧЕ ПОЛЬСКА НЕ СГИНЕЛА?

Написать эту статью меня побудил закон, одобренный обеими палатами польского парламента. Согласно этому закону запрещается в любой форме упоминать о причастности поляков к Холокосту и, соответственно, запрещено называть в устном или письменном виде концлагеря на территории Польши «польскими лагерями». За нарушение закона – крупный денежный штраф или три года тюрьмы. Вследствие этого между Иерусалимом и Варшавой возникла эмоциональная с привкусом горечи дискуссия относительно вины поляков в массовых убийствах евреев во время Холокоста. Нетаниягу раскритиковал закон, заявив, что историю постфактум никаким законом изменить невозможно, как невозможно отрицать Холокост. Об этом же говорила с премьер-министром Польши Матеушем Моравицким посол Израиля в Варшаве на памятной церемонии 27 января. Моравицкий в свою очередь возразил, что преступниками были только немцы и название лагеря смерти Аушвиц-Биркенау и надпись на его воротах «Арбайт махт фрай» - немецкие, а не польские. Лидер израильской Партии будущего, депутат Кнессета Яир Лапид возразил ему: «Я обвиняю этот закон, который отрицает очевидное – польское соучастие в геноциде евреев: сотни тысяч евреев Европы погибли, не встретив ни одного немецкого солдата». Министр образования Израиля Нафтали Беннет дал указание всем школам разъяснять на уроках роль европейских народов, включая поляков, в уничтожении евреев. Исторический факт – лагеря уничтожения планировались немцами именно на территории Польши, учитывая «специфическое» отношение поляков к евреям, и никакой закон этого не изменит. Музей Яд Вашем предупредил, что польский закон желает стереть из памяти людей помощь поляков фашистскому режиму в осуществлении Холокоста. Ограничение высказываний на эту тему свидетельствует о косвенном участии поляков в этом позорном деле. Президент Израиля Реувен Ривлин также предостерег Польшу о недопустимости фальсификации истории: «Среди поляков были такие, кто непосредственно помогал нацистам. Осужден должен быть каждый преступник». Президент Польши Анджей Дуда на возмущение израильтян ответил в телеинтервью, что Польша не станет пересматривать свое решение. А у автора закона заместителя министра юстиции

Польши Патрика Яки хватило цинизма заявить, что «реакция Израиля является доказательством того, что этот закон нужен». И тут к месту будет вспомнить о «подвигах» поляков в Едвабне и Кельце, к которым немцы не имели никакого отношения. Когда советские войска в 1941 году покидали Польшу, в нее вступили войска немецкие. Они не задерживались в городках и селениях, продолжая наступать на восток, а власть там оставалась в руках польского самоуправления, а именно – польских партизан, боровшихся до этого с Советами. Они создали свою милицию и боевые дружины. Именно эти власти призывали местное население расправляться с евреями, а немцы намеренно не участвовали в подобных акциях, извлекая из них пропагандистский эффект. Итак, 10 июля 1941 года в городке Едвабне состоялся страшный еврейский погром. Триста женщин и детей были загнаны в сенной сарай и там заживо сожжены, а всех мужчин заставили разрушить памятник Ленину, после чего их забили кольями и топорами. О подобных деяниях поляков в 1941 в Едвабне и еще тринадцати населенных пунктах написали в своих честных книгах «Соседи» Ян Томаш Гросс и «Соседские еврейские погромы» - Мирослав Тырчик. 4 июля 1946 года (через год после войны!!Г.Г.) в г. Кельце поляки, поощряемые полицией, устроили зверское избиение евреев. Причиной его послужил инспирированный католической церковью слух о ритуальном убийстве евреями польского мальчика, отцу которого был дан наказ на несколько дней отослать его к бабушке в деревню. В здании бывшей еврейской общины на улице Планты 7 нашли приют несколько десятков чудом спасшихся во время Холокоста евреев. Толпа выбрасывала их из окон дома и добивала железными прутьями, топорами, молотками. Мародеры растаскивали жалкие остатки еврейского скарба. Было растерзано сорок два человека. На требование тогдашних лидеров польских евреев наказать виновных министр общественной безопасности Польши Радкевич ответил : «Не могу же я восемнадцать миллионов поляков сослать в Сибирь». Определеннее выразился глава польской церкви кардинал Август Хлонд: «Евреи сами виноваты, так как должны были понять, что после войны в Польше им делать нечего». В двадцатую годовщину этой трагедии министр иностранных дел Польши Дариус Росати в письме Всемирному еврейскому конгрессу писал: «Мы будем оплакивать жертвы погрома в Кельце. Этот акт польского антисемитизма – наша общая трагедия. Нам стыдно, что Польша совершила это преступление. Мы просим у вас прощения». Еще один характерный эпизод времен Холокоста. В результате восстания узников-евреев в лагере смерти Собибор удалось вырваться на волю нескольким сотням заключенных. Тем из них, кто добрался до Украины и Белоруссии, удалось выжить; все, кто остались на территории Польши, были убиты местными жителями или выданы ими немцам. И совсем недавние истории. Во Вроцлаве и Варшаве прошли националистические марши, в которых приняли участие около шестидесяти тысяч человек. Планировались они как антимусульманские, но их участники изменили намерения и превратили марши в антисемитские сборища, где скандировались гнусные «речевки» в адрес евреев, а известный польский нацист Петр Рыбак, «прославившийся» тем, что на антимусульманской демонстрации сжег чучело еврея, на принадлежащем ему отеле в пригороде Вроцлава укрепил транспарант со словами: «Запрещен вход евреям, ворам и

предателям Польши». В ответ на реакцию Израиля относительно нового закона неофашисты в лице «Национального радикального лагеря» (ONR) и «Всепольской молодежи» (MW) оповестили власти о намерении провести митинг протеста перед посольством Израиля в Варшаве. Митинг был разрешен городскими властями, но у главы МВД Польши Иоахима Будзиньского хватило ума запретить это сборище. В свете всего вышесказанного вспоминается сентенция Ильи Эренбурга из его книги «Люди, годы, жизнь»: «Для некоторых поляков антисемитизм – национальный вид спорта».

А КАК ГЕРМАНИЯ?

Не без удовольствия пишу эти строки о событиях в еврейской и околоеврейской жизни в Германии. После заявления Трампа о переводе американского посольства в Иерусалим вся арабско-мусульманская накипь в Европе и в Гемании резко вспенилась. В Берлине это выразилось в виде «палестинских» «протестов» со сжиганием израильского флага. Наряду с другими проявлениями юдофобии пришлой братией этот эпизод дал толчок к учреждению должности комиссара по борьбе с антисемитизмом при правительстве ФРГ. Бундестаг проголосовал «за». Там об этом назначении было сказано как о реакции на всплеск антисемитизма, вызванный вторжением миллиона радикализированных мусульман из стран, где ненависть к Израилю и евреям является стержнем их внешней и внутренней политики. Одним из инициаторов учреждения этой должности была новая правоцентристская антиисламистская партия АдГ (Альтернатива для Германии). «Про-

19

Выпуск 427

тив» голосовала только партия «Левых» жалких ошметков гэдээровской компартии. В обязанности нового коммиссара будет входить в том числе и надзор за соответствующими федеральными программами в школах и центрах размещения беженцев. Рассматривается предложение о высылке из страны по упрощенной прцедуре иммигрантов, замеченных в антисемитизме. На состоявшемся во Франкфурте съезде Центрального Совета евреев Германии выступил постоянный и верный друг Израиля, глава крупнейшего издательского концерна «Аксель Шпрингер» Матиас Дёпфнер, который призвал всех занять четкую позицию в отношении юдофобии неонацистских партий, леваков, маскирующих свой антисемитизм под критику Израиля и, особенно, мусульманских иммигрантов. Он особо подчеркнул исторический вклад евреев в развитие немецкого общества, в его культуру, в науку, искусство. Бывший редактор газеты «Бильд» - одной из самых популярных и влиятельных в ФРГ Кай Дикман был избран новым председателем общества друзей мемориала Яд Вашем в Германии. Это общество кроме повседневной произраильской деятельности поддерживает Яд Вашем материально и финансирует реальные проекты в Израиле и Германии. Кай Дикман организовал в Яд Вашеме семинары для немецких журналистов, а в немецком Историческом музее - выставку «Искусство времен Холокоста». В ответ на свое избрание Дикман сказал: «Каждый немец должен помнить о Холокосте. Уничтожение нацистской Германией шести милионов евреев – это беспрецедентный в истории человечества акт уничтожения цивилизации. Чтобы это не повторилось, я считаю естественным служить Яд Вашему на этом посту.»

стр. 20

5778 март 2018

Выпуск 427

Моисей Борода Он сидел, откинувшись на спинку стула, слегка запрокинув голову – так ему было легче дышать – и ждал, пока подступившая к горлу тошнота отойдёт и даст ему возможность спокойно обдумать то, что он собирался делать в ближайшие дни. Прошёл уже час, как ушли, отужинав с ним, его „соратники“ – ничем, кроме исполнительности и любви к балеринам не примечательный Булганин, с годами всё больше напоминающий раскормленную свинью, хитростью деревенского куркуля хитрый Хрущёв, раздувшаяся жаба Маленков и эта толстая кобра в пенсне, всегда точно рассчитывающая свой удар. Ушла, убрав со стола и спросив, не нужно ли чего – „Нет, спасибо“ – подавальщица Бутусова. Охрану он впервые за долгие годы отпустил спать. И сейчас он сидел, борясь с тошнотой и ожидая, когда же она в конце концов пройдёт. Она пришла к нему во время их ужина, пришла внезапно, ударив в голову. Заныло под ложечкой, во рту появился вкус чего-то отвратительного. Удар был таким неожиданным и сильным, что он побледнел и едва сдержал стон. Стараясь ничем не выдать своё состояние, он улыбнулся Булганину, рассказывавшему в этот момент какую-то нудную историю, казавшуюся рассказчику комичной, поднёс к губам бокал с боржоми, отпил пару глотков и поставил бокал на место. От него не укрылся промелькнувший на мгновение особенный взгляд, которым обменялись друг с другом Хрущёв и Маленков, он заметил, как блеснули за стёклами пенсне глаза Берия, как посмотрел на него Булганин, запнувшись на мгновение в своём рассказе. Он, всегда внимательно следивший за своими собеседниками, отмечавший малейшие подземные толчки в настроении окружающих его людей, понял, что приглашённые им на ужин люди, и ранее замечавшие его слабость, отметили сейчас чтото для себя новое, важное, обнадёживающее. И он ещё раз сказал себе, что этих людей и вообще всё его ближнее окружение, надо убирать как можно скорее, пока у него ещё есть силы и пока у них ещё недостаточно решимости, чтобы попытаться убить его. Как можно скорее. И это надо готовить уже сейчас. Да, сейчас. Именно. Дав ему в руки „дело врачей“, подбросив в костёр, как сухие поленья, жизни „врачей-отравителей“, эти его так называемые соратники не поняли, что раздули пламя, которое неотвратимо пожрёт их самих. Ибо в обстановке всеобщей растерянности, ненависти и страха вновь вознесётся над страной – так же высоко, как вознёсся он в день Победы – её единственный спаситель: он, Сталин. И то, как он устранит своё окружение – и прежде всех эту кобру в пенсне – прямо связано с решением, которое он должен обдумать и принять сегодня... Только бы поскорее отступило то, что его сейчас так мучает. Откуда это? Правда, ему уже несколько дней было как-то не по себе. И предыдущие две ночи никак заснуть не мог, наутро с головной болью вставал. Но всё же так плохо, как сегодня, ему ещё не было. В чём дело, в чём? ...Отравление? Бутусовой ведь могли приказать. …Нет, нет, эта скорее отравилась бы сама, чем согласилась бы отравить его. Для неё ведь он был чем-то вроде земного бога. Нет, она исключена. Его дегустатор? Он вроде бы предан. Впрочем… предан? Кто его там знает? Сказал же он, Сталин, как-то в своём ближнем кругу: „Наиболее преданный предаёт первым“. Вот Ворошилов был тоже предан, а за-

косил в сторону Англии. Вот и святая троица – Никита с Маленковым и мегрелом чуть ли не под ручку ходят. Опасаются мегрела, ненавидят – а под ручку ходят. Даже Булганин, всегда державшийся в тени, серый как его габардиновый плащ – Булганин, возведённый, на потеху военным, в маршалы, присматривается сейчас, не переметнуться ли ему, не примкнуть ли ему к паре Хрущёв-Маленков. Нет – резать надо всех! Всех! Пока они не зарезали его, Сталина. Всех!! …Нужно выпить боржоми, это прогонит тошноту. Всегда помогало после ночных ужинов, почему сейчас не поможет? Встать, пройти в столовую… Нет, позже. Пусть сперва уйдёт эта подлая дрожь в ногах. И голова кружится. Нет, он ещё немного посидит. Что с ним в последнее время происходит? Усталость? Возраст? Или правда, что его врачи, которым он в течение стольких лет доверял, лечили его… неправильно? Ничего, из них выбьют всё. Всё! Рюмин, этот хитрожопый, готовый на всё ради своей карьеры садист с мозгом ящерицы, не раскрыл это дело до конца. Не сумел. Ничего, это сделают теперь другие – в МГБ достаточно людей. Игнатьев, которого он, Сталин, пересадил на смену предателю Абакумову, уж постарается. Знает, что его ждёт в случае неуспеха. Помнит предупреждение "Мы вас разгоним, как баранов!" Перегрызёт глотку любому, лишь бы не пойти вслед за предшественником… Нет, тут всё будет нормально, не это сейчас его беспокоит, не здесь причина его бессонницы, его головной боли. Его взгляд упал на лежащее перед ним письмо. ...Вот причина его бессонных ночей! С того дня, как оно легло на его стол, прошёл почти месяц, а он так ничего и не решил. За это время он несколько раз возвращался к нему, перечитывал, хотя запомнил его наизусть после первого же прочтения. Читал, перекатывая в памяти каждое слово, связывая его со всем, что предполагал делать – и всё же не мог найти решения. ...Хитрая лиса этот Эренбург. Хитрая! Пытается спасти своих соплеменников его, Сталина, руками. Совета просит! Дайте, мол, совет подписать – подпишу немедленно. Писатели, художники, композиторы, артисты как по команде подписали, а ему, видите ли, нужно благословение товарища Сталина! Без этого благословения – не может. А сам втихую бомбу подкладывает. И не совета он просит у товарища Сталина, он Сталину советы даёт! Такое письмо, мол, создаст на Западе впечатление, что еврейский народ как что-то отдельное от советского народа у нас существует. В то время, как это не так, и … ...Не так? Нет – так! Так! Как бегали они за этой дурой Голдой Меир, когда она приехала в Москву! Посол! Дура из Бердичева – или из Киева – один чёрт! – которая так и не отучилась от своих местечковых привычек. И Америка не помогла! Посол! Дипломат! Ха-ха-ха! Он с испугом услышал свой хриплый, лающий смех, заставивший его надсадно закашляться. …В чём дело, в чём? Он что – болен?

Может, простудился во время последней прогулки? Нет, вроде непохоже. Тогда что? Опираясь руками на стол, он встал и медленно зашагал по комнате из угла в угол. ...Да, о чём он только что думал? Об этой дуре Меир. Почему вспомнил её? Ясно почему – всё из-за этого проклятого письма. "Еврейский народ как что-то отдельное от советского народа не существует"? „Нет такого народа?“ Есть он, есть, товарищ Эренбург! Есть! Проявился! Как они за этой Меир бегали! Землю готовы были целовать, по которой она ступала! Что творилось в Москве! Торжественная встреча в хоральной синагоге! Совсем с ума посходили! С ума посходили? Нет – предали! Предали! И эта шваль Жемчужина туда же. Уединилась с Меир во время официального приёма по случаю годовщины Октября! Уединилась на глазах у всех!! И скандала не побоялась! „Я – еврейская дочь.“ О чём они там дальше говорили – неизвестно: болваны не успели записать. Но хватило и этого. А Молотов, этот его соратничек, не сумел, идиот, жену к рукам прибрать. Что ж – сейчас пусть расплачиваются все! Он, Сталин, выжжет эту заразу, выжжет её, выжжет, выжжет, выжжет так, что… Он почувствовал, что задыхается. Застучала в висках кровь, заколотилось сердце. Медленными шагами, ощущая, как каждый шаг отдаётся головной болью, подошёл он к столу, сел, опустив голову, положив на стол сжатые в кулаки руки. …Чего хочет от него эта маленькая народность? На что могут они надеяться – они, проигравшие всё в своей истории? Он, Сталин, подарил им государство. Да, он. Он! Не будь его… И что – отблагодарили? Отблагодарили?!! Волна дрожи прошла по его телу. Усилилась боль в голове. Он вдруг перестал чувствовать левую руку. Превозмогая головную боль, закрыв глаза, он принялся массировать правой рукой левую Чувствительность не восстанавливалась. Страх и злоба на себя и на что-то ещё, чему он не мог дать названия, охватили его, но он упорно продолжал массировать: вверх-вниз, вверх-вниз. Наконец чувствительность в руке восстановилась. Он открыл глаза. Письмо лежало перед ним, призывая его к решению, на которое он сейчас не был способен. Проклятое письмо! Что оно хочет от него – что хотят от него они? Он схватил письмо и отшвырнул его на другой конец стола. ...Нет! Нет! Нет! Эта маленькая народность должна получить своё! Как получили своё те в пятьдесят втором. Как получат сейчас своё врачи-убийцы, когда их под крики толпы "Смерть предателям!" будут вешать на Лобном месте. Как исчезнут те, которые пойдут в лагеря. Кто будет плакать о них? Кто будет мстить? Их Б-г? Где же он был и что он делал, этот самый Б-г, когда их как скот загоняли в товарные вагоны, когда их травили газом, тысячами, сотнями тысяч гнали на убой, укладывали в землю? Где он был? Где?! И где он был потом, уже после войны, когда измученных, похожих на ходячие скелеты людей оста-

вляли в тех же бараках, в каких их раньше держали! В бараках, где они, в ожидании решения их участи, продолжали умирать – под смех их бывших мучителей, а теперь надсмотрщиков, поставленных на этот пост американцами? Той самой Америкой, которой они поклоняются! Так где же был в это время их Б-г и что он делал? Или этот самый Б-г отвернулся от них? Назвал же он их „жестоковыйным народом“ – и когда ещё! Правильно назвал! Что мешало им жить в мире с Римом? Ведь жили же другие – и ничего. Находили общий язык, мирились со своим положением, извлекали из него выгоду. Эти – нет! Восстание за восстанием. Чёртово, сатанинское желание свободы. Независимости. Желание, затмившее разум. Глухое к чувству опасности. Что ж – награда была достойной. И сейчас она будет такой же. …Да, жестоковыйность. Это в них есть. С избытком. Но ничего – он, Сталин, с этим справится. Он сломает эту выю. Чем она жёстче, тем легче будет её ломать. …И всё же… всё же надо признать: бомбу ему сделали они. Да, они – из песни слова не выкинешь. Харитон, Зельдович, Фриш, Кикоин,… Впрочем, почему только бомбу? Пушка Нудельман и Рихтер, артиллерийские прицелы – Люльев, САУ1 - Горлицкий. Ванников – хорошо, что вовремя опомнились, не расстреляли. Гинзбург, Зальцман – Танкоград, Вишневский, и...и...и. Да и в войне тоже – он ведь сам продвигал многих, награждал… Да, продвигал, да, награждал, да, позволял дать Героя! Но... Мало им, видно, показалось! Не пожелали сидеть тихо. Рванулись! Список своих Героев иметь захотели. Болван из ГлавПура – ротозей, преступник! – выдал. Растрезвонить на весь мир захотелось, сколькие из их сородичей Героями стали? Захотели поссорить его, Сталина, с русским народом – единственным, на поддержку которого он мог рассчитывать? Нет, не этой дуре Железновой, не их проклятому ЕАКу было лезть в дела государства! Вмешались. Что ж: сунулись, куда не надо – получили. А те, другие – ну да, те служили верой и правдой, те были верны. …Служили – да. Искренне любили государство, в котором жили? Нет! Нет! Этой любви, в которой они так уверяли других, которую всеми силами старались доказать, убедить в ней самих себя – этой любви они до конца не верили сами. Верны они были только себе, своей семье – и их непонятному для других, страшному Б-гу. Даже не зная о нём ничего – эту талмудическую заразу, хедеры с ешивами, он, Сталин, кажется, вырвал с корнем. Кажется. Вот именно – кажется. …Ему вдруг послышался шорох. Он привстал и прислушался. Шорох повторился. Он шёл со стороны большой столовой. Он повернулся в сторону столовой, медленно встал и неслышными шагами прошёл к двери. У двери он постоял, прислушиваясь,

стр.

5778 март 2018 затаив, сколько мог, дыхание. Шорох не повторился. Тогда он протянул руку к дверной ручке – и вдруг резко, так что у него на мгновение потемнело в глазах и задрожали ноги, открыл дверь и осмотрелся. Всё было тихо, и единственное, что он слышал, было его собственное хриплое дыхание. Он постоял на пороге, внимательно вслушиваясь. Всё было по-прежнему тихо. Льющийся от плафонов на стене ровный, приятный свет успокоил его. Он отошёл, закрыл дверь и так же медленно, как шёл к столовой, прошёл к своему столу. Сейчас он шёл увереннее. Дрожь в ногах прошла. …Нет, с ним всё же не так плохо. Устал – да. И может быть, надо ему прекратить есть так поздно. Может быть… Нет, с ним, в общем, всё в порядке. И если бы не это письмо, всё бы было... …Впрочем, не в нём одном дело. Нет, не в нём. Этот народ, эта маленькая нация, посмела захотеть быть свободной, посмела противопоставить себя тому, что он, Сталин, создал? Израиль их родина – не Россия? Америка – их бог? …Перед его взором вдруг возникло лицо Михоэлса. Чем мешал ему этот уродливый комедиант, почему он приказал его убить? Он ведь совсем неплохо сыграл свою роль во время войны. Чем мешал? Он был – центром! Как мухи на мёд слетались на его спектакли. На его еврейского короля Лира. На "Вениамина Третьего" с намёками на путь в их Землю Обетованную. Он – заражал! Заражал националистическим духом. Духом, противным, враждебным этому государству. Государству, в котором не должно быть и тени народа, отдельного от всех. И... Крым, Крым! Ошалев от собственной наглости, этот комедиант со своими подельниками из ЕАКа пишет письмо ему, Сталину, в котором просит об организации еврейской автономии в Крыму. Посмели вообразить себя чем-то, чем не были! Вмешаться в дела государства! Что ж – он закрыл это дело по-своему, посталински. Так, как этого требовало от него ещё в сорок втором его окружение. Как этого требовал во время и после войны народ. ...ЕАК! Михоэлс. Зускин. Фефер. Бергельсон. Лозовский - мерзавец, шпион, устроивший из Совинформбюро синагогу! И Маркиш! Маркиш, про которого он в тридцать девятом сказал: "Прекрасный поэт". Которому дал орден Ленина. Маркиш, сказавший в сорок восьмом: "Гитлер хотел нас уничтожить физически, а Сталин хочет духовно"! Маркиш, написавший в день похорон этого комедианта – самого тогда опасного из них всех! – "О, Вечность! Я на твой поруганный порог Иду зарубленный, убитый, бездыханный…"! Зарубленный? Убитый? Бездыханный? На поруганный порог? Что ж, господа, вы пришли. Вы переступили через порог. И вы получили то, что должны были получить. Вы забыли, что есть пороги, которые нельзя переступать без риска для жизни. ...Нет, всё было правильно в пятьдесят втором. Их не защитил тогда никто. Не помогли жалкие вопли с Запада. Молчал их таинственный Б-г. И так будет и… Эти люди – разве они могут быть ему попутчиками? Нет – не могут! Разве они приучены к запаху крови? Разве могут они, сатанея от злобы и замешанного на страхе восторга, орать "Смерть! Смерть! Смерть!"? Разве способны они понять, что это значит – построить из ничего страшную своим величием страну. Страну, способную наводить ужас на всех – тех, кто вовне и тех, кто внутри? Нет, на это они не способны. Мир, их чёртов „шалом“ – вот их идеал. ...Что будет если он, наконец, примет решение "пойти навстречу просьбе трудящихся евреев"? Оно не "будет" – оно уже есть. Уже сейчас из всех глоток рвётся: „Смерть предателям!“ – как рвались из глоток призывы к погрому. Нет – громче! Сильнее! Страшнее! И когда ЭТО прорвётся по-настоящему, топор не сможет остановить никто, кроме Него, Сталина! Кто услышит в рёве: "Смерть им! Смерть!" голос бросаемых в топку? Кто посочувствует им? Им не посочувствует никто. Живые про-

бегут усталыми, мутными от страха глазами сообщение в газете "...Суд приговорил предателей и двурушников..." – и пойдут по жизни дальше. В тайной радости, что не они сегодня пошли на заклание. В надежде, что их это минет и завтра. Что ж – так нужно. Страх должен быть. Всегда. Иначе, видимо, нельзя. ...А ЭТИ? Они, в своей жестоковыйности, кажется, забыли о страхе. Забыли? Что ж – им напомнят ещё раз. ...Что будет, когда покатятся эшелоны с "искупающими вину"? То, что уже бывало: как стая голодных шакалов, ринутся "чистые кровью" на освободившиеся места. В больницы. На кафедры. В журналы, газеты – всюду. …Новые будут не так хорошо работать? Может быть. Научатся со временем – страх научит. ...Что будет ещё? То, что должно быть. Пройдёт немного времени – и все забудут, что когда-то здесь трудились не только они. Забудут о соседях. О бывших друзьях. О знакомых. Сколькие из тех, кто воевал, был награждён, пошли после войны в топку! Кто помнит их? Их не помнит никто. А те, кто всё же ещё помнит, постараются загнать свои воспоминания подальше вглубь памяти – и будут цепенеть от страха, когда эти воспоминания вдруг всплывут. И ровно так же забудут тех, которые исчезнут сейчас. Они исчезнут из книг. Из энциклопедий. Отовсюду. И прошлое, в котором они были героями, станет прошлым без них. Поскольку их не было никогда. Кто это сказал: "Кто управляет прошлым, тот управляет будущим"? Правильно сказал. Точно. Или... почти точно: надо бы ещё "тот управляет и настоящим". Разве так не было здесь, в этой стране, всегда? Всегда, сколько она себя помнит. Или не были в ней всегда "органы", доносы, застенки, палачи? Или это его, Сталина указ о награде за доносы "на подлых, но и на самые знатные лица без всякой боязни" и о смертной казни тому, кто не донёс2? Или это его слова: «А буде кто, сведав или услыша на царьское величество в каких людях скоп и заговор или иной какой злой умысел, а… про то не известит… и его за то казнити смертию безо всякия пощады»3? Нет, не он, Сталин, всё это придумал. Террор был тылом этой страны, её духовной скрепой. И такой же скрепой была смешанная со страхом перед ИХ непонятностью ненависть к НИМ. Готовность громить, убивать. До самого последнего момента держал он эту карту в своём рукаве. А как тормошили его со всех сторон – эта затопившая в водке последний ум, задыхающаяся от ненависти к НИМ толстая свинья Щербаков! Александров – ничтожество, бордельный герой – писавший в сорок втором! – враг у ворот Сталинграда! – записки секретарям ЦК о том, где и сколько ИХ засело! Идиоты, не понимавшие, что когда можно, а что нельзя! Тупые болваны, нацеленные на "дави!" Хорош был бы он, если бы им тогда поддался! Впрочем, то, что было не нужно тогда, понадобилось потом. Значит, всё было правильно. Надо всегда иметь что-то впрок. Всегда. Чтобы потом в спешке не искать, упуская время. ...Верит он, Сталин, сам в это "дело" до конца? Верит ли он, что врачи - ведущие врачи страны - выполняли задания агентов американской разведки? Верил ли он тогда в то, что Плетнёв с Левиным и Казаковым убили Горького? В то, что они связаны с троцкистами, что действовали по их заданию? ...Что значит – „верит“? Верят пусть старушки-богомолки в церкви. Верил он или не верил – это не касалось никого. Важным было раздавить ещё не раздавленное сопротивление. Показать, что неприкасаемых нет. Что их нет нигде. И что их не будет и дальше. И ещё: те, кто знал о предательстве Плетнёва с компанией, поняли, что значит противостоять Ему. Увидели, как непрочна нить, на которой держится их жизнь. Жаль, что эта тварь Канель не дожила – она бы отправилась вслед за ними4. ...О чём он только что думал? Что-то важное было. ...Что будет, когда покатят эше-

лоны? ...Нет, не то. Что с ним сегодня? ...Ах, да, вот оно: кем он заменит тех, кто куёт сейчас оружие стране? Кем? Он не будет их трогать. Исподволь, медленно он будет заменять их другими – насколько это возможно. А до этого – до этого они... …Ему вновь послышался шорох. Шорох нарастал, отдаваясь шумом в ушах. Откуда это идёт? Из столовой? Нет, нет: он только недавно осмотрел там всё. Тогда откуда? Охрана не послушалась его приказа и находится поблизости? Для чего? Может быть, сейчас они... Нет, нет, надо успокоиться и, может быть, перейти в столовую. Если он захочет лечь, он может лечь и там. Сейчас он возьмёт это проклятое письмо, отнявшее у него покой, и пройдёт, оставив открытой дверь, в столовую... Или может быть вызвать по домофону охрану? Нет! Никто не должен видеть его в смятении. Может быть, единственным человеком, которого он потерпел бы, даже хотел бы видеть сейчас рядом с собой, была бы Валечка Истомина – преданная, влюблённая, умеющая заботиться о нём так, как это не умел никто другой! Ей, простой крестьянской душе, он бы, может быть, раскрылся. Она бы поняла, как ему сейчас плохо, как страшно одиноко, как он, в предвидении кровавой борьбы, не может решиться на, казалось бы, очевидный шаг. Но она не здесь, и он не может сейчас просить её привезти. …Этот шорох – откуда он всё же? Или это просто шум в ушах? Но если так – почему? ...Письмо, это проклятое письмо! Оно виновато, оно взбудоражило его до последней степени, оно не даёт успокоиться. ...Нет, не оно. Не оно. То, что он не может принять окончательного решения – вот что будоражит. И ещё – измена! Измена! Эта маленькая народность посмела сказать его стране "Нет"! "Отпусти народ мой!" Да? "Отпусти"? Так они – или их Б-г – могли разговаривать с фараоном. Но не с ним, Сталиным! Не с построенной им страной! …Израиль – ваша родина? Вы хотели бы поехать на Восток? Чтобы строить государство, которое он, Сталин, вам подарил и которое предало его, развернувшись передком к Америке? Что ж, готовьтесь к отъезду, господа! Готовьтесь к вашему весеннему празднику, вашему Пуриму. Празднику вашего спасения – вы ведь так его называете? Только вот где вы будете праздновать ваш праздник – это вам неизвестно. И будет ли у вас вообще возможность его праздновать – это вам неизвестно тоже. И Эсфирь, на помощь которой вы, может быть, надеялись, недоступна для вас – с ней как раз разбираются на Лубянке. …Да, вы поедете. Товарищ Сталин удовлетворит ваше желание. Только будет это не совсем так, как вы себе представили. И не совсем туда. Вы поедете! Поедете! – чувствуя, как в нём всклокотала волна бешенства, с которой ему в последнее время всё труднее было справляться, он изо всех сил ударил кулаком по столу, по тому месту, где прежде лежало отшвырнутое им в угол стола письмо. Страшная боль пронзила всё его тело, голова его раскалывалась, он задыхался от этой боли и жжения в груди. ...Нет, надо лечь. Лечь на диван, под голову высокую подушку – пройдёт. Или – или пройти в столовую, выпить боржоми и потом лечь? Но пока… пока ему надо немного посидеть, успокоиться. Если бы хоть чуть утихла боль в голове. И это жжение в груди – жжёт так, как будто туда воткнули раскалённый нож. ...Нет, сидеть сейчас будет только хуже. Надо всё же лечь. Сейчас он медленно, медленно встанет, пройдёт в столовую – там ему дышится легче, да и диван, кажется, удобнее – подойдёт к дивану, ляжет, может быть, заснёт, и завтра... Он встал, держась за стул, вышел в столовую, прошёл несколько шагов к дивану – и рухнул на пол. ...Он лежал, не ощущая ни рук, ни ног, чувствуя только, как в груди с перерывами и выскоками бьётся сердце, и каждый его удар отдавался чугунной болью в голове. Он по-

21

Выпуск 427

пытался что-то сказать, но губы и язык плохо подчинялись ему. Чувствуя, как из него уходит то, что составляло основу его существа, он напрягся, пытаясь всеми силами это удержать. Подпол…зти к дивану… к… сте…не... Кноп…ка сигна…ли…зации... Выз…вать... выз... нет, нель…зя, что…бы виде... „Письмо…. Проклятое племя!“ – промелькнуло в его голове – и в это мгновение он вдруг услышал страшный по своей силе, мгновенно заполнивший всё пространство, голос:

Я – всесильный Б-г отца твоего, всесильный Б-г Авраама, всесильный Б-г Ицхака и всесильный Б-г Яакова... И вот, вопль сынов Израиля вознесся ко мне, и увидел я также, как притесняют их египтяне... ...Я – Б-г, всесильный твой, всесильный Б-гревнитель, карающий за вину отцов детей до третьего и до четвертого поколения, тех, кто ненавидит меня...

Он напрягся из последних сил, пытаясь хотя бы мысленно уйти от этого голоса, пронизывающего его до костей, уйти от этих слов, так знакомых ему с семинарских лет – но его напряжения хватило лишь на миг. А голос звучал, отдаваясь эхом от стен, и лежащий на полу вдруг с ужасом почувствовал, что спрятаться от этого голоса нельзя, что даже если сюда войдут люди, войдёт вся его охрана, он останется один на один с этим голосом, и этот голос, звучащий всё громче, всё страшнее, разрывающий стены комнаты, прижимающий его к полу так, что он не может и двинуться, его убьёт. В голове его вдруг пронеслось воспоминание детства, когда он, травимый деревенскими мальчишками, вбежал в дом с криком „Мишвеле, деда! “ – и как мать обняла его, а он приник к груди матери, зарылся в неё, понимая, что сюда не войдёт, не посмеет войти никто из его обидчиков… – „Мишвеле, деда!5“ шептали его холодеющие губы. Потом эта картина сменилась другой. Он – совсем маленький мальчик. Вечер. Они одни с матерью. Мать покормила его и сейчас читает ему перед сном из библии. Заворожённый услышанным, он спрашивает: „Деда, гмерти сад арис?6“ и слышит в ответ, уже почти засыпая: „Швило, гмерти квелганаа7“ Он не понимает этого, хочет переспросить, но веки его слипаются, и он засыпает... Слёзы брызнули у него из глаз, и последнее, что смогли произнести его губы, было – „Миш…ве…“ – но ни язык, ни губы уже не повиновались ему, и лишь хрип, которого он почти не слышал, вырывался из его борющегося со смертью тела… Потом он, уже не осознавая ничего, чувствовал, как его подымают и куда-то кладут. Потом и это ощущение прошло, и серая, быстро чернеющая пелена навсегда затмила его взор.

1 самоходная артиллерийская установка ("самоходка") 2 Указ Петра I в начале 1715 года (С.М. Соловьёв. История России с древнейших времен. Шестнадцатый том) 3 Соборное Уложение, 1649 4 Александра Канель, главврач Кремлевской больницы. Отказалась подтвердить фальшивый диагноз смерти жены Сталина: "аппендицит". Так же поступили профессорa Левин (консультант лечсанупра Кремля; приговорён на "Третьем Московском процессе" к расстрелу; расстрелян в 1938), Плетнёв (один из основоположников отечественной кардиологии, член ряда зарубежных медицинских обществ; осуждён в 1937 г. на 2 года по фальшивому обвинению в насилии; вторично арестован и осуждён на 25 лет на "Третьем Московском процессе" в 1938 г.; расстрелян в 1941 году в ходе "ликвидации заключённых" накануне вступления в г. Орёл немецких частей) и Казаков (приговорён на "Третьем Московском процессе" к расстрелу; расстрелян в 1938) 5 мама, спаси! (груз.) 6 мама, где бог? (груз.) 7 сынок, бог – он везде (груз.)

стр. 22

5778 март 2018

Выпуск 427

НАШЕ ОБОЗРЕНИЕ

Анатолий Либерман Приняв решение написать не об отдельной книге, а о творчестве писателя в целом, я стараюсь прочесть всё или почти всё, что вышло из-под пера избранного мною автора. Но в данном случае подобный план оказался невыполнимым. Борис Акунин (под своим именем и под этим псевдонимом) пишет быстрее, чем кто бы то ни было в состоянии прочесть его книги. Тот, кто проходил мимо полок с собраниями сочинений Честертона, Троллопа или Коллинза, не может не подивиться количеству томов с их именем на обложке (полузабытого Боборыкина и Льва Толстого я оставлю в покое, но у Толстого половина изданного — письма). Еще большее изумление вызывает каталог опусов Баха и Моцарта. Ну, пусть полубоги; пусть домашнюю работу за них делала прислуга, но ведь должны же они были спать, есть, встречаться с людьми и болеть, а еще ездить всюду в дилижансах. И детей (особенно Бах) они «в свободное от работы время» производили, и не все были плохими отцами. Как они ухитрялись? Вот и Акунин написал непредставимо много. Я прочел только малую часть фандоринского цикла (о внуке Фандорина и Пелагее я не знаю ничего) и отваживаюсь высказать свое мнение на основе этого сверхограниченного материала, поскольку мне кажется, что в непрочитанном я не обнаружу ничего принципиально нового. Дело давно поставлено на поток. Признание к Акунину пришло и дома, и за рубежом: переводы, премии, почетные и почтенные должности. «Сам Путин» высказался о нем с полуодобрением, что не могло не прибавить Акунину популярности: свободомыслящий человек, слегка в оппозиции, но больше дома, чем замужем. О моем мнении он никогда не узнает, так что пишу я, хотя и вполне осознавая меру моей неосведомленности, без священного трепета. Итак, герой наиболее популярных акунинских книг — единственный в своем роде сыщик Эраст Петрович Фандорин, близкая родня (как я полагаю) почти бессмертного физика и химика Самсона фон Дорина. Я не очень точно считал, но появился Фандорин на свет где-то около 1850 года; его приключения происходят в девятнадцатом веке и в начале двадцатого. Он современник Шерлока Холмса, и в одной повести эти сыщики даже встречаются. Они вместе расследуют готовящееся преступление и оказываются равными друг другу по искусству дедукции. Дедукция — ключевое слово в этом цикле: в какой-то момент Фандорин сосредоточивается, и его мозг производит решение. Детективы — опиум для народа. При этом не может быть сомнения, что Конан Дойль и Агата Кристи — великие мастера и славу свою заслужили. Есть и другие удачливые авторы, но от тех двоих они отстают на световые годы. Если история расставит всех по своим местам (пустая надежда, которую лелеем мы все и которой, как давно известно, не суждено сбыться), акунинским романам места там не найдется. Интрига в них закручена лихо, но, как ни странно, читать приключения Фандорина не очень интересно: то ли из-за усредненного, приземистого языка и неизменно серьезного тона, то ли из-за нелепости некоторых ситуаций. Всё это уже было, и не перескочить через формулу: преступником окажется тот, кого и заподозрить невозможно (поэтому я несколько раз ча-

многочисленные перепечатки из старого, а «Самая таинственная тайна» — это, как пояснено, четвертый том в этом жанре. Основной материал для блога — отходы производства. Готовя сценарий будущих романов, Акунин прочитывает массу литературы: о роковых женщинах, о смертной казни, о молодых (иногда чуть ли не юных) генералах, о природных катастрофах и о нераскрытых преступлениях (среди сотен других тем). У блога много читателей. Акунин ведет с ними переписку о своих любимых книгах (к которым принадлежит «Что делать?» Чернышевского), о нелюбимых исторических деятелях (он ненавидит Наполеона; вот тут бы и сказать что-нибудь не совсем банальное: как получилось, что не только французы чтут своего корсиканца, но и русские вскоре после войны восхищались им?) и о литературных героях. Он их спрашивает, что они думают о Николае II и предпочли ли бы они жениться на Татьяне Лариной или на Настасье Филипповне. Семь тысяч людей присылают ответы. Россияне, как видно, живут в свободной и беспечной стране: что хотят, то и пишут, и у них масса свободного времени.

Борис Акунин с картинками и без

стично угадывал развязку, чего никогда не случается при захватывающе интересном чтении Агаты Кристи). Кроме того, Фандорин и его японский слуга — слишком знакомая пара. Мисс Марпл тоже оставила след в творчестве Акунина. Фандорин блистает своими дедуктивными способностями в разных частях России, в Европе и в Америке. Фон для своих расследований Акунин изучает с большой тщательностью, и огрехи в описаниях редки. Например, он назвал американский Боулинг Грин Баулинг Грином; допустил, что человек, привыкший к британскому английскому (но всё же не англичанин), начнет почти сразу понимать диалект ковбоев Дальнего Запада; поверил какой-то книге, что легендарные берсерки (древнескандинавские воины), чтобы впасть в раж наподобие амока, до битвы ели мухоморы; не учел, что женщина, годами носившая на глазах черную повязку, должна была ослепнуть. Всё это я говорю лишь для того, чтобы подтвердить высказывание одного из героев Акунина, что на всякую старуху бывает проруха. В разработанном с редким знанием дела историческом заднике таится гораздо большая опасность, чем шанс допустить почти незаметную ошибку. Пространные описания пейзажа, внешности действующих лиц и всяческих реалий нарушают главный закон детективного жанра: постоянно держать читателя в напряжении. Каждая деталь должна быть функциональна: приближать сыщика к разгадке и отдалять от нее читателя. Кроме того, «триллеру» противопоказан большой объем, и у Акунина тоже, чем рассказы короче, тем они лучше, так как нельзя разбавлять насыщенный раствор. В «Квесте» (в нем американские диверсанты действуют в СССР 1930 года) шестьсот страниц почти сплошной макулатуры. Пришлось ввести второй план: Россия времен наполеоновского нашествия — скука от начала до конца; даже обидно за автора. Растянутые романы с немыслимыми приключениями с трудом давались самому Александру Дюма. Я, конечно, не знал, что у Акунина есть популярный блог и лишь заинтересовался его книгами с картинками. Оказалось, что блог целиком переходит в печатные издания: коротенькие статьи на самые разные темы с прекрасными цветными иллюстрациями (а в романах черно-белые иллюстрации плохие). Я прочел три книги: «Самая таинственная тайна и другие сюжеты» (2012), «Северный часовой» (2015) и «Нечеховская интеллигенция» (2016); все изданны АСТ в Москве, причем в последнюю из названных книг вошли

Всё, что я прочел из акунинских сочинений, оставило меня равнодушным (прочел и забыл), но беседа с Михаилом Шишкиным вызвала активный протест. Эта беседа была впервые опубликована в журнале «Афина» в июле 2013 года. Шишкин — автор плохих, на мой взгляд, но повсеместно расхваленных романов и хорошей книги «Русская Швейцария» (обо всех них я в свое время писал в «Мостах»). Два старых друга говорили о сегодняшней России и ее судьбах. Ну, какой уважающий себя человаек станет обсуждать в печати подобные темы, учитывая, что сказать собеседникам по этому поводу нечего (Россия то ли к сердцу прижмет, то ли к черту пошлет)? В беседе ни одной новой мысли, ни одной запоминающейся формулировки — сплошная риторика. Добавлю, что Акунин пишет восьмитомную историю России. Уверен, что напишет. Акунин прекрасно образован. Как я уже говорил, язык его неиндивидуален, но это всегда язык культурного, интеллигентного человека. В блоге же его беспокоит, достаточно ли он близок к народу. А как к нему приблизиться? Шпиговать тексты блатным жаргоном выше его достоинства, и он «пошел другим путем»: где может, вставляет нелепые англицизмы: челлендж, выпустила пару сиквеллов, хайлайтом и главным ивентом было...; ... я, как положено моему гендеру, люблю оружие; при этом аппроуче, молоток фейковый, и так всё время. Совсем я рассердился, узнав, что, по мнению Акунина, Улицкая заслуживает Нобелевскую премию. «Она заслуживает ей-богу». Еще он «болеет» за Владимира Сорокина («Самая таинственная тайна», с. 226). Но рассердился я зря: в блогах уйма любопытных сведений и, как сказано, масса великолепных иллюстраций. Не знаю, с чем сравнить эту фейковую продукцию: с той ли корзинкой, где лента, кружева, ботинки — что угодно для души, или с гонораром, на который можно купить гробик младенцу и ужин отцу. Каждому своё.

стр.

5778 март 2018 А. Гордон

Окончание. Начало на стр. 17 работке и вторичному использованию сточных вод в сельском хозяйстве. Для переработки сточных вод используются их 86%. Идущая на втором месте Испания использует 17% сточных вод для переработки. Израиль превратился в водную сверхдержаву. Сопротивление арабских стран признанию государства Израиль вызвано не только религиозными причинами и национальными мотивами. Арабы не принимают процветающее еврейское государство не только как «сионистское образование», но и как чуждую цивилизацию, победившую пустыню, под давлением которой они отступают и живут все хуже и хуже. Пустыня захватывает фраг-

Б. Гулько

Окончание. Начало на стр. 10

рой, способной на долгое время парализовать американскую общественную жизнь, опустив её в дрязги. Именно такую картину рисует и предъявленное комиссией спец-прокурора Миллера обвинение 12-ти троллям, работавшим на «Агентство интернет-исследований» Евгения Пригожина. Начиная с 2014 года, эти ребята организовали структуру для влияния на общественное мнение американцев. Тролли создали в Facebook и Instagram страницы на английском с названиями: «Надёжные границы», «Blacktivist” (это для членов движения «Чёрные жизни важны), «Объединённые мусульмане Америки», «Армия Иисуса», «Единый юг» и «Сердце Техаса». Похоже,

менты планируемого палестинского государства. Лава исламского экстремизма, разливающаяся на соседних с Израилем территориях, может сжечь борцов за независимое палестинское государство раньше, чем они поймут, что стали жертвами пустыни и ее миражей. Французский писатель Фердинанд Дюшен написал роман «Под медленный шаг каравана» («Au pas lent des caravans», 1922). Этот шаг и есть ритм жизни на Востоке. Но ритм смерти на нем изменился. Восток не приблизился к цивилизации. Темп его жизни остался тем же, но темп смерти резко возрос. Ценность жизни на Востоке всегда была низкой. С повышением цен на воду и на нефть цены на жизнь неимоверно упали - много ниже средневековой отметки. На Востоке сплелись медленное созидание и быстрое разрушение. Жизнь на Востоке ползет улит-

кой, смерть летит ракетой. Арабы страдают от жажды. Жаркое солнце выжигает их жизнь. Наступление пустыни подрывает арабский мир изнутри. Обезвоживание дает власть песку, засухе и социальным пожарам, сотрясающим всех соседей Израиля. В миражах пустыни время от времени появляется привидение еще одного арабского государства – палестинского, которое подается как спасение от многочисленных бед и поражений. Максимилиан Волошин в стихотворении «Пустыня» изобразил галлюцинации и болезнь пустыни:

пригожинцы искали возможности натравить американцев друг на друга. В период выборов они поддерживали аутсайдеров против фаворитов: Джиллу Стайн, Берни Сандерса, Дональда Трампа. Большинство – 56% обращений российских троллей увидели свет, когда выборы уже завершились. В один из таких дней тролли сумели организовать в Нью-Йорке две демонстрации: одну в поддержку Трампа, другую – против него. При этом в обвинительном заключении прокурора заявлено, что никто из американцев с пригожинскими троллями сознательно не сотрудничал, в нелегальной активности не участвовал, и никакого влияния на исход выборов тролли не оказали. Facebook сообщил, что 25% обращений обвинённых не прочёл никто, и «подавляющее большинство обращений... не говорило конкретно о президен-

тских выборах в США, о голосовании или о конкретном кандидате». Наконец, масштаб деятельности пригожинской команды был мизерным, почти неразличим. Клинтон и Трамп потратили на выборы вместе 2,4 млрд долларов, львиную часть из них – Хиллари. Для сравнения, обвинённые потратили в ключевых штатах: в Висконсине – $1979, в Мичигане – $823, в Пенсильвании - $300. После публикации минюстом США обвинения против российских троллей, ведущие органы американских СМИ сообщили, что документ раскрывает катастрофу, худшую, чем 9/11, другой вариант – чем Перл Харбор. И что вывод расследования, будто кампания Трампа не была связана с Россией, демонстрирует именно эту связь. Трамп написал в Твиттере: «Если целью России было создать

Застывший зной. Устал верблюд. Пески. Извивы желтых линий. Миражи бледные встают Галлюцинации Пустыни… И тени мертвых городов

23

Выпуск 427

Уныло бродят по равнине Неостывающих песков, Как вечный бред больной Пустыни.

Пустыня больна и разносит болезни. К «бреду пустыни» примешиваются религиозные галлюцинации. В мареве религиозного бреда строительство нового арабского государства представляется окончательным решением еврейского вопроса, тогда как повсюду в арабском мире государства разваливаются. Реки крови текут там, где не хватает рек с пресной водой. Считая капли воды, перестали считать капли крови. Кровь в арабском мире намного дешевле воды и нефти.

Библиография

The United Nations Water Development Report, 2016. Water and Jobs. разногласия, раскол и хаос в США, со всеми этими комитетскими слушаниями, расследованиями и ненавистью между партиями, то им это удалось выше их самых смелых мечтаний». Поживших в СССР не потрясает тотальная лживость левой прессы и политизация любой информации в Америке. Однако важно не забывать, что решения насущных мировых проблем, таких, как сдерживание ядерной опасности Северной Кореи и развития ядерной программы Ирана, локализация войны в Сирии, предотвращения мирового джихада требуют сотрудничества крупнейших мировых держав. Такое сотрудничество с Россией для Америки необходимо, но должно сочетаться с программами вроде «Закона Магницкого», предотвращающими расползание по миру российской преступной коррупции.

стр. 24

Выпуск 427

5778 март 2018