November 2020

Из бесед Любавичского Ребе: Начало проявлений

предназначения

Встречи с Ребе

Борис Гулько.

Лариса Берман.

Евсей Цейтлин.

стр. 2

стр. 4

Разговор с израильтянкой

Лиана Алавердова.

Местечко Любавичи

Сумасшедшие Штаты Америки (окончание)

Житейская история

стр. 6

стр. 7

стр. 8

стр. 9

Человек первой тропы

Александр Матлин. Зад к стенке. Рассказ

стр. 14

Юлия Грабарь. Точки бифуркации, или роман с математиком

стр. 18

Вера Корчак. Наше обозрение. Откуда идёт зло?

стр. 22

Дина Рубина. “Все мы дети твои...” Из израильских зарисовок Григорий Галич. Взгляд из Германии

стр. 16

стр. 21

КАЛЕНДАРЬ

Наш великий учитель

Как вы знаете, в течение 102 лет центром нашего Движения Хабад был маленький город Любавичи. И до сих пор это название откликается теплом в сердце каждого любавичского хасида. Здесь жили и работали наши великие Ребе. Свет их учения расходился сначала по всей Европе, а затем и по всему миру. А основал хабадскую столицу Второй Любавичский Ребе. 25 ноября мы отмечаем день его рождения и годовщину смерти, а 26 ноября – праздник Освобождения его из тюрьмы. Рабби Дов Бер был сыном основоположника Движения Хабад гениального рабби Шнеур-Залмана из Ляд, или, как еще его называли, Алтер Ребе. Он не только продолжил дело своего прославленного отца. Он сам был оригинальным мыслителем и блестящим оратором. Его толкования текстов отца свидетельствуют о высочайшем интеллектуальном уровне. Рабби Дов Бер жил в годы, когда в обществе ощущались последствия не-

давней войны с Наполеоном. Российские евреи неприязненно относились к Наполеону. После вторжения Наполеона в Россию в июне 1812 года большинство евреев заняли патриотическую позицию. Они помогали русским в качестве разведчиков, проводников и связных. Последствия войны с Наполеоном были разрушительны для еврейской жизни. Тем не менее, время рабби Дов Бера стало эпохой возрождения хасидизма. И в этом огромная заслуга Второго Любавичского Ребе. Кроме таланта выдающегося ученого, он обладал огромным талантом организатора. Ребе посылал своих хасидов во многие общины. Он много сделал для того, чтобы повысить уровень образованности еврейской молодежи. Вскоре в хасидской общине начало появляться все больше ученых. Позже многие из них стали учителями и лидерами различных общин. И это качественно повлияло на жизнь еврейских местечек. В 1814 году Ребе создал специальный совет по восстановлению разрушенных во время войны с Наполеоном еврейских местечек. Позже Второй Любавичский Ребе добился выделения в Херсонской губернии земель для еврейских колоний и стал непосредственно заниматься их созданием. Ребе Дов Бер основал также общину Хабада на Святой земле, в Хевроне. Рабби Дов-Бер родился 9 кислева 1773 года. В 17 лет он начал руководить молодыми хасидами. В 1813 году, после смерти Алтер Ребе, сменил отца на посту главы хасидов Хабада. Осенью того же года, в день рожденья отца, Рабби Дов Бер вместе с тысячами своих хасидов переехал в местечко Любавичи, сделав их новым центром Хабада. Окончание на стр. 2

2935 W Devon Ave, Chicago, IL 60659

F.R.E.E.

PERMIT 3223 CHICAGO, IL

PAID

NONPROFIT US POSTAGE

стр. 2

Выпуск 459

“SHALOM”

Published monthly by Synagogue F.R.E.E. The Samuel G. Bellows Educational & Cultural Center

Editor-in-Chief Rabbi Shmuel Notik Editor Yevsey Tseytlin

Synagogue & Headquarters: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com Rabbi/Executive Director Rabbi Shmuel Notik Building Campaign Chairman Shael Bellows Endowment Campaign Chairman Glenn Morris President Mrs. Reitza Kosovsky Director F.R.E.E. of Chicago Rabbi Levi Notik Director Satellite Center/ F.R.E.E. of Niles Rabbi Naftoli Hershkovich Associate Rabbi of F.R.E.E. of North Suburbs Rabbi Sholom D.Notik Youth Development Director Rabbi Ari Rendler Educational Center Abraham Lapson Hebrew School Social/Vacational Services Mrs. Chana Tsetlin Hecht Chassidus Library Lyuba Golz Russian Judaica Library Редакция: yevseyts@gmail.com Евсей Цейтлин (редактор) Алексей Лоскутов (дизайн) Рабби Элиэзер Бакалейник (консультант) Лариса Боярская Бела Горелик Нина Дубровская Илья Куксин Клара Левина Мила Левин Наталья Минина Владимир Темкин Компьютерное обеспечение: Юрий Шлеймович IO Digital, Inc.

Организация F.R.E.E. в Большом Чикаго Главный офис и синагога: 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: free@obshina.com www.obshina.com Центр в Riverwoods. Синагога и учебные классы Тел. (847) 444-1265 (773) 456-3441 Воскресная еврейская школа имени Абрама Лапсона Центр по подготовке к бар- и бат-мицве Тел. (847) 830-8152 Синагога в Des Plaines: 9401 Margail, Des Plaines, IL 60016 Tel. (847) 296-1770 Редакция ежемесячника “Шалом” и еженедельной радиопрограммы “Беседы об иудаизме” 2935 W. Devon Avenue Chicago, IL 60659 (773) 274-5123 Fax (773) 274-3810 E-mail: yevseyts@gmail.com

Редакция не отвечает за содержание объявлений и не гарантирует кошерности предлагаемых продуктов. Мнения, высказываемые авторами публикаций, необязательно совпадают с мнением редакции. Присланные рукописи не возвращаются, в переписку по этому поводу редакция не вступает. Перепечатки возможны только с разрешения редакции. Дизайн является собственностью газеты.

© Shalom. All Rights Reserved.

Из бесед Любавичского Ребе Рабби Менахема М. Шнеерсона

5781 ноябрь 2020

Начало проявлений предназначения

Ты – сын Мой, породил тебя сегодня Я. Псалмы, 2:7 Рождение – это Б-г, который излагает вам суть. Ребе

На вечере, когда семья с друзьями праздновала день рождения ребенка, Ребе назвал три разновидности радости по этому поводу: радость всего мира по случаю рождения нового члена; радость родителей, которых, благословили ребенком; радость ребенка в связи с тем, что он появился на свет. Один из присутствующих удивился: как можно праздновать рождение ребенка, если неизвестно, что он собой представит в будущем? – Рождение есть мгновение, когда душа входит в тело, – объяснил Ребе. – А поскольку душа напрямую связана с Б-гом, мы радуемся.

ПОЧЕМУ МЫ БЫЛИ РОЖДЕНЫ?

Постепенно продвигаясь по нашей хлопотной жизни, мы становимся старше и все больше удаляемся от момента своего рождения. Не каждый из нас останавливается,

Рабби Шмуель Нотик

Окончание. Начало на стр. 1

Приехав в Любавичи, Ребе отправился на пустое место. Дома, стоявшие там, сгорели за два года до этого. Ребе Дов Бер сказал: «68 лет назад, когда отцу было 10 лет, он учился в синагоге, которая стояла именно на этом участке. А когда я готовился к этой поездке, сказал мне отец мой, чтобы я выбрал место своего проживания именно здесь». Алтер Ребе благословил городок проживания руководителей Хабада на долгие дни и годы. А причину, согласно которой такой маленький город, как Любавичи, был избран столицей Хабада, объясняет другой наш Ребе – Иосиф Ицхак: «Любавичи неспроста были предназначены для того, чтобы занять столь значимое место в жизни скрытых праведников, а позже в жизни раббеим и хасидов Хабада. Для людей одухотворенных Любавичи были местом в особой степени подходящим для того, чтобы полностью предаться Торе и Служению Всевышнему».

чтобы посмотреть, насколько чудесным был этот момент. Чтобы понять самих себя и свою жизнь, мы должны вернуться к ее началу и осмыслить собственно рождение свое. Смысл вашего рождения определяется тем, что вы – дитя Б-га. Вы родились не случайно, Он выбирает нас для выполнения особой миссии в этом мире, подобно тому как композитор подбирает каждую музыкальную ноту для своего произведения. Уберите только одну ноту, и пострадает все произведение. Каждый человек важен, каждый незаменим. Ваша жизнь постоянно ведет вас к вашей участи, и каждый отдельный момент этой жизни полон смысла, драгоценен. Как полагают многие, коль скоро мы не имели свободы выбора при появлении на свет, наше рождение есть счастливое и случайное стечение обстоятельств или совпадение случая с нашим последующим желанием. Это далеко не так. Рождение – это способ, с помощью которого Б-г сообщает, что вложил Свою волю и энергию в создание вас. Когда вы рождаетесь, Он итытывает великую радость, величайшее наслаждение, ибо момент рождения свидетельствует о Его желании дать вам жизнь. И это желание включает в себя потенциал всех ваших будущих свершений.

При рождении человека душа входит в его тело, создавая жизнь, которая поддерживает сама себя, уже определенного человека. Разумеется, плод является живым организмом, наделенным функционирующими мозгом, сердцем, конечностями. Но он – лишь продолжение, хотя и живое, существа своей матери. Он содержит жизнь, однако это еще не самостоятельная жизнь, поддерживаемая собственной силой (Талмуд, Огалот, 7:6; Сангедрин, 726 и комментарии Раши. Нахманид на Талмуд, Шабос, 1076 и Нида, 446. Мейри на Талмуд, Шабос, 1076 и Сангедрин, 726). Предмет разногласий по вопросу о допустимости аборта часто представляется в ложном свете как зависящий только от того, является или не является плод «жизнью». В первом случае его уничтожение становится «убийством», во втором – речь может идти о «контроле, осуществляемом женщиной над собственным телом». Но помимо убийства, следует учитывать и другое, моральное зло. Согласно Торе, аборт не есть убийство в

Не могло не притягивать и само название городка – Любавичи. Оно появилось, потому что жители городка всегда славились особым дружелюбием. И это было символично, соответствовало главной заповеди иудаизма «Люби ближнего как самого себя». Около 102-х лет Любавичи служили местом проживания четырех поколений руководителей Хабада и центром хасидизма. Осенью 1826 года Ребе Дов Бер был арестован в Витебске по ложному доносу. Основным содержанием доноса было то, что Ребе отправляет деньги в Землю Израиля. Для подтверждения доноса составители подделали письмо Ребе. Но он доказал следователям, что написанный на него донос основан на лжи, а все средства, отправляемые им в Землю Израиля, предназначаются для бедных. После того, как следователи довели до губернатора ответы Ребе Дов Бера, тот попросил, чтобы к нему привели Ребе вместе с теми, кто на него донес. Ребе оделся в белые субботние одежды и на роскошной карете отправился к губернатору. Губернатор оказал Ребе великие почести. После этого при-

был доносчик и стал излагать свои доводы. Но они были настолько нелепы, что губернатор воскликнул: «Хватит лаять!» Доносчик ушел с позором. В1827 году, когда стало известно о царском указе брать еврейских детей на воинскую службу, рабби Дов Бер поехал на могилу отца, чтобы молиться в святом месте об отмене этого указа. По дороге назад, в городе Нежин Черниговской губернии, душа Рабби Дов Бера покинула этот мир. Как я уже сказал, это был день рождения Ребе. Такое совпадение еще раз подчеркивает его великую святость. Огромно значение практической и теоретической деятельности Рабби Дов Бера. Он продолжил и укрепил учение своего отца. Рабби Дов Бер подчёркивал важность углублённого изучения Торы. Каждая из его книг была нацелена на определённый круг хасидов, а две ("Врата Света" и "Врата Единства"), дают общие познания основ хасидского учения. Сегодня хасиды Хабада внимательно изучают его труды, в том числе и мы – в своих классах по изучению Торы и каббалы.

КОГДА ИМЕННО НАЧИНАЕТСЯ ЖИЗНЬ?

стр. 3

5781 ноябрь 2020 первичном значении этого слова и поэтому оправдывается, если беременность сопряжена с опасностью для жизни матери. Но аборт является уничтожением жизни как живого продолжения матери, так и потенциала для вполне оперившейся «души». Здесь не уместны рассуждения о «правах женщин» и личной свободе. Никто, будь то мужчина или женщина, не имеет права уничтожать свою жизнь и тело или какую-либо часть его, а общество несет ответственность за предотвращение такого поступка, за воспитание любви к жизни и ее неприкосновенность. Момент рождения знаменует собой начало нашей миссии на земле, которая сводится к преобразованию нашего духовного мира в средство духовного выражения и Б-жественности. Процесс жизни гораздо сложнее простого биологического существования. Он охватывает рост, развитие и реализацию нашего потенциала. Человек не ощущает себя вполне живым до тех пор, пока не настроится на высшую цель своей души и не реализует своего предназначения. Многие из нас чувствуют духовную сторону своей жизни. Возможно, мы периодически и разыскиваем ее. Но занятые повседневными делами и одержимые жаждой немедленных удовольствий, часто забываем (или никогда не находим времени задуматься над этим), почему мы находимся в данный момент в данном месте. У каждого есть выбор. Мы можем быть живыми просто биологически или действительно живыми, духовно живыми. Даже будучи взрослыми, мы можем жить так, как живет плод, – есть, пить и спать, оставаться человеком, который теряет свой самый важный элемент, душу. С другой стороны, у нас есть возможность воспользоваться своей способностью быть душевно чуткими, активно участвовать в жизни. Образ жизни в состоянии зародыша весьма заманчив. Даже мудрецы допускают это: «Гораздо приятнее не быть рожденным, чем быть им» (Талмуд, Эрувин, 136). Не легче ли провести жизнь в сытости и тепле, с удобствами, защищенным от внешнего мира, чем подвергаться воздействию суровых сил жизни, которые ее сопровождают? Многие действительно пытаются отгородиться от жизни, как-то реагируя на нее, но никогда полностью не участвуя в ней. В этом свете очевидно, что рождение (в большей мере, чем какое-либо другое событие) является испытанием всех сил, первым и, быть может, самым трудным испытанием, с которым мы когда-нибудь столкнемся. Попробуйте проанализировать опыт, пережитый ребенком, а затем нарисовать картину своего рождения. Подумайте, какой это был поразительный момент! Какие чувства вы испытали? Какие голоса вы слышали? Ученые и психологи только начинают познавать то, чему учит Тора уже тысячи лет. Познавать, что наш опыт, приобретаемый новорожденным, оказывает большое влияние на наши души. Новорожденный восприимчив, как губка. Он слышит, возможно, больше, чем взрослый. Именно потому, что его сознающий ум еще не работает, и потому, что он не понимает слов, новорожденный гораздо более впечатлителен. Он поглощает все из окружающей среды в самом чистом виде, не испорченном «я» или интеллектом взрослого. Очевидно, что воспитание ребенка начинается с самого его рождения. Это накладывает на нас большую ответственность в отношении того, как мы ведем себя в его присутствии и как обращаемся с ним с момента его появления на свет. Помните, что душа новорожденного совершенно живая, что у него

открыты уши, которые все слышат. Почитаемого всеми рабби еще маленьким часто приносят в плетеной кроватке в Дом Учения, чтобы он лог слушать звуки учебы (Иерусалимский Талмуд, Иевомос, 1.б). Он вырос, стал великим ученым, и его встречали благословением «Блажен тот, кто породил тебя.» (Поучения Отцов, 2:9).

ЧТО ЯВЛЯЕТСЯ САМЫМ ВАЖНЫМ В СВЯЗИ С РОЖДЕНИЕМ?

Нет большего благословения, чем способность произвести на свет человека. Это единственная данная нам возможность действительно творить. И творить из собственной плоти и крови. Мы, как правило, тратим наши жизни на воспроизведение существующих вещей. Вкладываем деньги, чтобы получить еще больше денег. Располагаем уже известные слова в новом порядке, чтобы получить литературное произведение. Преобразуем необработанный материал в нечто более совершенное, более полезное, более ценное. Рождение ребенка – это не только преобразование вещества одной формы в другую. Это крайне таинственный акт, физическое создание чего-то из ничего. Какого бы прогресса ни достигли мы в технологиях, никогда самые способные из нас не смогут воспроизвести модель тайны рождения. А поскольку новорожденный в свое время обретет способность иметь собственных детей, рождение, кроме того, обеспечивает нам доступ к бесконечному, к вечности. Деторождение является нашей единственной возможностью действовать истинно Бгоподобным путем, как подлинным создателям. И прикоснуться к вечности. Вы смотрите на новорожденного, наблюдаете за его родителями. Они не могут не чувствовать себя бесконечно взволнованными, испытывающими великую любовь, удивление в связи с тем, что ими создано нечто внушающее благоговение. Молодые родители понимают, что жизнь – это гораздо больше, чем наш ограниченный мирок тщеславия. Некоторые вещи делают нас очень гордыми: накопленные деньги, основанная нами предпринимательская деятельность и т. д. Все это бледнеет в сравнении с этим простым, но удивительным достижением. Почему же мы не проносим это благоговение через всю свою жизнь? Вероятно, потому, что нас постоянно отвлекает наша повседневная борьба за существование. У нас нет времени оценить непрерывные чудеса жизни, из которых рождение – лишь первое чудо. Всякий раз, когда у членов наших семей или у кого-либо из друзей появляется ребенок, мы должны признать это событие как повод для того, чтобы подумать о приоритетах и оценить силу вечного. И как необходимость проявить ответственность за появление жизни в этом мире и за реализацию потенциальных возможностей нового человека. Мы должны высоко оценить способность создавать жизнь. Эта способность – дар Бжий. Если вы наделены этим величайшим даром, не угнетайте его. Учтите, что здоровье человека зависит от использования всех его возможностей, врожденных эмоциональных и духовных сил, способности создавать жизнь. Отказываясь от их использования, вы подвергаете себя и негативному психологическому воздействию.

КАК СЛЕДУЕТ ПРАЗДНОВАТЬ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ?

Существует добрая традиция выражать благодарность за все, что у вас есть в жизни, за то, что вам удалось достигнуть. Но откройте глаза на более широкую картину. Если мы должны ценить плоды жизни, то это прежде всего дерево, которое их приносит. Рождение – это ваше начало, окно в шанс жизни, в шанс реализации вашей уникальной миссии. Несомненно, день рождения надо рассматривать как праздник. Этот день – гораздо больше, чем повод для получения подарков. Отмечая важное событие вашего появления в этом мире, поразмышляйте над тем, как вы исполняете свое предназначение в нем. Каждый год в ваш день рождения происходит нечто особенное. В этот день вы снова ощущаете ту самую энергию, которую Б-г вложил в вас при вашем рождении. Ваш долг – быть восприимчивыми к этой энергии, к этой силе, разумно ими распорядиться. Каким путем? Приверженностью к жизни, вдохновляемой Б-жьей волей, использованием способностей и возможностей, с которыми вы родились, для совершенствования самого себя и общества, преобразованием мира в чистое и священное жилище для Б-га. В день рождения, когда мы празднуем радость жизни, важно критически осмыслить свою жизнь, определить, как велико несоответствие между тем, что вы совершили и что могли совершить, как проводите вы свое время – достойным образом или занимаетесь делами, отвлекающими вас от высшего призвания, как укрепить нить, которая соединяет вашу внешнюю, видимую жизнь с внутренней, скрытой. День вашего рождения может обратить вас

Выпуск 459

к идее возрождения. Отмечать этот день – значит мысленно возвращаться к началу. Независимо от того, что произошло вчера или в прошлом году, вы всегда можете начать сначала. День рождения способен служить напоминанием о существовании возможности возрождения, не только материального, но и духовного. Нет лучшего способа отпраздновать этот день, чем сделать доброе дело. Недостаточно сказать, что вы благодарны Б-гу за свое появление в этом мире. Покажите это, совершив особый акт доброты, что-нибудь такое, чего вы не делали вчера. Не потому, что ктото принуждает вас или советует вам так поступить, а потому, что ваша душа желает выразить свою признательность за свое рождение и жизнь. Это доставит Б-гу огромную радость: Он увидит, что дитя, в которое Им вложен большой потенциал, – необыкновенное дитя, которое по Его желанию родилось в особый день и живет в соответствии со своим потенциалом. И ничто, конечно, не приносит большей радости родителю. Это истинное испытание жизни, истинное начало жизни, полной смысла. В 1992 году писатель, который занимался сбором материалов о Ребе в связи с его предстоящим девяностолетием, спросил, какое заявление Ребе хотел бы сделать по случаю своего дня рождения. – Девяносто – это цифровое значение буквы, название которой на иврите означает «справедливый», – ответил Ребе. – все мы должны постоянно стремиться быть более справедливыми. Сегодня мы должны быть лучше, чем вчера, и подготовиться стать лучше завтра. Составитель - Симон Якобсон

Дорогие друзья!

Синагога F.R.E.E. приглашает вас на еженедельную дружескую встречу для молитвы и совместного завтрака.

Мы будем молиться за благополучие наших семей, здоровье родных и близких, за процветание Израиля.

После завтрака - беседа об иудаизме, еврейских традициях, истории и культуре нашего народа.

Мы ждем вас каждый четверг в 9:00 утра по адресу:

1109 W. Lawrence Ave., Chicago

За дополнительной информацией звоните Рабби Леви Нотику по телефону 847. 830. 8152

стр. 4

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

ВСТРЕЧИ С РЕБЕ

На другом континенте Р-н Шабсай Альперн

В 1976-м году один из членов нашей общины пожертвовал значительную сумму на строительство синагоги и миквы. Звали его Генри, а жену его звали Мирьям. Через несколько дней после того, как строительство было закончено, Генри, катаясь на лошади, – его любимое занятие – упал и ударился головой о камень. В течение шестидесяти одного дня он был в коме. До своего падения он каждый день возлагал тфилин и произносил молитву "Шма Исраэль" ("Слушай, Израиль"). И теперь каждый день, кроме суббот, я приходил в еврейскую больницу, где он лежал, и, держа его за руку, произносил эту молитву, а по пятницам еще желал ему "Шаббат шалом". Так продолжалось два месяца. За две недели до того, как он вышел из комы, я пришел в больницу. Там сидела вся семья. Они обсуждали планы похорон: его состояние настолько ухудшилось, что выглядело совершенно безнадежным. В те годы очень трудно было дозвониться до США. Иногда приходилось ждать ответа часами. А я в ту пятницу дважды звонил Ребе с просьбой о благословении. Увидев, что они обсуждают похороны, я стукнул кулаком по столу и воскликнул: "Вы с ума сошли! Вы понимаете, что Б-гу тут терять больше вашего?! Что скажут люди? Что вот он построил синагогу, построил микву и помер?! Б-г не дурак! Он же понимает, как это будет! Значит Генри будет жить!" Это их немного успокоило. А надо сказать, в час нужды эта семья всегда обращалась к одной ведьме. Сейчас в Бразилии этого почти нет, но в те времена как евреи, так и неевреи были очень суеверны, занимались всякого рода мистикой, пытались решать проблемы с помощью черной магии. И у многих богатых еврейских семей были свои семейные ведьмы, знатоки вуду, которые давали им благословения и советы. И я знал, что у Мирьям была такая женщина, Сюзанна, которая жила на севере Бразилии, в нескольких часах езды. И я сказал: "Мирьям! Я сейчас иду домой, потому что уже скоро наступит суббота. И я хочу тебе что-то сказать. Я понимаю, что ситуация у Генри критическая. Но если ты сейчас обратишься к Сюзанне, ничего не получится. Ни Сюзанна тебе не поможет, ни Ребе, потому что это будет как короткое замыкание. Это совершенно противоположные вещи. И если ты сейчас позвонишь Сюзанне, ничего не выйдет. Пожалуйста, оставь все как есть. Я уже дважды звонил Ребе!" Она дала обещание. Суббота подошла к концу, и я делал Авдалу – церемонию разделения субботы и будней. Внезапно раздался стук в дверь, и вбежала Мирьям. Не такая она была женщина, чтобы ждать, когда откроют, просто вошла. И такой бледной я ее никогда не видел. Я подумал, что ее муж умер. А она говорит: – Нет, он жив, и он чувствует себя лучше! – А почему вы так побледнели? – Потому что вчера в 10 часов вечера я не могла вам звонить, а похоже было, что это конец, и я позвонила Сюзанне. – Ну, и что произошло? – Знаете, что сказала Сюзанна? Из-за этого я такая бледная. Она сказала: "Чего ты меня дергаешь? Кто-то на другом континенте уже молится за него!" В следующую пятницу, когда я пожелал ему доброй субботы, он уже мог говорить и ответил: "Шаббат шалом". И он жил еще после этого восемь лет.

"Исключительные" воины Йосеф Лаутенберг

Будучи основателем союза инвалидов-ветеранов Армии обороны Израиля, в 1976-

м году я возглавлял израильскую делегацию на паралимпийских играх в Торонто. Когда соревнования закончились, у меня возникла идея привезти всю нашу группу на встречу с Ребе, и когда я позвонил в штаб-квартиру Хабада с этим предложением,

положительный ответ был получен немедленно.

В назначенный день я привез в Краун-Хайтс два автобуса , заполненных пара-

лимпийцами. Среди нас было много демобилизованных солдат, получивших тяже-

лые ранения несколькими годами ранее в войну Судного Дня. Нас тут же проводили

в главную синагогу, в которой ощущалась особая атмосфера. Казалось, святость на-

полняет воздух. И должен добавить, сам я ожидал появления Ребе с большим волнением.

Когда Ребе вышел к нам, он заговорил на иврите, хотя обычно его выступления

проходили на идиш. Его речь записывалась на пленку. А начал он так:

"Подобно тому, как весь еврейский народ способен достичь единства, преодолев

пространственные ограничения, так же он может объединиться, преодолев ограни-

чения времени. И в этом, в частности, состоит сила Израиля, вечного народа. Хотя евреи зовутся "наименьшим среди народов", нас мало лишь в каком-то конкретном

месте и в какой-то конкретный момент. Но на самом деле все евреи – от горы Синай

и до конца всех поколений – гаранты один для другого и составляют одно целое,

один народ. Таким образом, они многочисленны и могущественны также и количественно по сравнению с другими народами. И здесь мы видим, что способность ев-

рейского народа превосходить ограничения пространства и времени происходит из

врожденной способности евреев возносить духовное над физическим и качество над количеством…"

Он говорил это тем, кто лишился конечностей, был жестоко ранен, и его слова пои-

стине входили в сердце каждого. Некоторые из нас были, что называется, традиционными евреями, некоторые – нет, но каждый из нас был счастлив встретиться с Ребе. Несомненно, все были тронуты, особенно когда он обратился к нам прямо.

Он продолжил, сказав, что даже если человеку недостает чего-либо количественно,

это не повод погрузиться в меланхолию. Наоборот, сам факт, что ему не хватает чего-либо физически – не по его вине и тем более, если травма получена в резуль-

тате того, что он делал что-либо хорошее, и особенно если он жертвовал собой, защищая евреев где бы то ни было, и особенно – на Святой земле, это само по себе

доказательство того, что Создатель наделил его особыми духовными силами. "Этот человек не просто такой же, как окружающие, – утверждал Ребе, – его возвышенный

дух позволяет ему преодолеть видимый физический недостаток. Другими словами, он способен добиться успеха на уровне, который не доступен обычному человеку".

А затем Ребе поразил нас следующим заявлением: "По этой причине я против

определения "инвалид", что подразумевает какую-то неполноценность. Наоборот,

следует подчеркивать, что этого человека Сам Создатель определил как особенного и исключительного, наделил его способностями выше любого обычного человека. И

эти способности помогают ему преодолеть трудности и препятствия, которые обычный человек преодолеть не может. Поэтому, следуя еврейскому обычаю давать со-

веты даже по тем вопросам, которые официально не входят в сферу компетенции

стр. 5

5781 ноябрь 2020 советчика,.. я вношу предложение поменять термин "инвалидность" на "исключи-

Выпуск 459

вслед. Он уже был на пороге, но внезапно повернулся и пошел назад. Приблизив-

тельность", независимо от того, случилось ли это в результате войны или нет. И это

шись ко мне, он без всяких предисловий сказал: "Есть мнение в еврейском законе,

Мы сидели, пригвожденные к своим местам, слушая его. А я, всю мою жизнь ра-

тот, кто изучает Тору. Счастливого пути и успехов". Ребе повернулся и скрылся у

изменение – не просто семантика, оно отражает истинное положение вещей".

ботавший в этой области, могу сказать, что слова Ребе осветили мне путь. Я встре-

чал раненных самым ужасным образом – слепых, парализованных... И с тем

что тот, кто занимается общественными делами прямо и искренне, стоит выше, чем себя в кабинете.

Слова его повергли меня в шок. То, что у меня случилось ранее, я с Ребе не об-

немногим, что у них было, они оказывались способны достичь величайших сверше-

суждал. Хотел бы, но в данных обстоятельствах это было невозможно. А он бук-

вряд ли способен поверить такому. Но Ребе понял это в тот же момент, что встре-

момент.

ний, которые только можно себе представить. Тот, кто не знает это дело изнутри, тился с нами. И его слова затронули нас до глубины души.

Под конец он добавил: "Когда евреи встречаются, они обмениваются рукопожа-

тием, чтобы показать, что они – одно целое. На это намекает то, что при даровании Торы мы получили две скрижали с десятью Заповедями: пять заповедей, выграви-

рованных на одной скрижали, и пять – на другой. Когда два еврея обмениваются ру-

копожатием, пять пальцев одного встречаются с пятью пальцами другого и вместе символизируют десять Заповедей, а также десять Речений, которыми Всевышний сотворил мир, и Б-жественное провидение, пребывающее над каждым человеком,

где бы он ни находился. Поэтому, прежде чем закончить, я почту за честь обменяться

с каждым из вас рукопожатием и ответить на ваши приветствия".

И Ребе спустился к нам со своего места, – как нам объяснили позднее, такого еще

никогда не было, – и он пожал руку каждому представителю нашей делегации. Это

зрелище невозможно описать... Каждому он дал один из своих знаменитых долларов. Все это заняло не меньше часа, может, больше, но Ребе не пропустил ни одного и обменялся несколькими словами с каждым из нас.

Мы чувствовали, что этот человек по-настоящему любит нас, – тех, кто пожертво-

вал своим телом за сохранение Земли Израиля. Это было физически ощутимо. Люди приходили к Ребе всегда, но эта встреча, мы все так чувствовали, была совершенно необыкновенной.

Общественная работа Р-н Авраам Лейзерсон

Долгое время я работал пресс-секретарем в отделе абсорбции иммигрантов из

России от партии Агудат Исраэль. Каждый раз, когда мне доводилось бывать в Аме-

рике, я приезжал в Краун-Хайтс, чтобы увидеться с Любавичским Ребе и попросить о благословении. В 1992-м году, направляясь в Нью-Йорк на конференцию, я собирался сделать то же самое.

В тот день, прежде чем увидеться с Ребе, я отправился в управление Агудат Ис-

раэль в Манхэттене, где столкнулся с человеком, который знал моего отца. Мой отец

был очень богобоязненным, большим хасидом, большим знатоком Торы. В свое время он был учителем покойного Гурского ребе. И человек, с которым я столкнулся,

заявил, что я должен идти по стопам своего отца. Он сказал мне: "Что ты тратишь время на общественную работу? Твой отец был полностью погружен в изучение

Торы, то же самое должен делать и ты. Открой коллель, пригласи молодых женатых знатоков Торы, учи их и учись сам. Если ты это сделаешь, я обещаю взять на себя все расходы коллеля в течение нескольких лет."

Этот человек был очень богат, и, должен признаться, его предложение совершенно

потрясло меня. Он также пробудил во мне "еврейское чувство вины", и я начал ду-

мать: "Общественная работа трудна; тех, кто так самоотверженно ее исполняет, никто не ценит". Эти мысли закружились у меня в голове, и мне подумалось, что

наша встреча – не простое событие. А вдруг это знак с Небес? Появляется незнако-

мец, возможно – посланник Свыше, и произносит слова упрека, которые задевают

меня до глубины души...

Но разговаривать с ним я уже не мог. Я торопился в Краун-Хайтс, чтобы успеть в

3:15 на минху и получить благословение у Ребе. Я записал номер телефона этого человека, поймал такси и отправился в штаб-квартиру Хабада в доме 770 на Истернпарквей.

Приехал я немного запоздав. Минха уже началась, так что я стал ждать Ребе на пе-

редней лестничной площадке, через которую он должен проходил в свой кабинет после молитвы. Несколько человек уже ждали там.

Когда Ребе вышел в коридор с молитвенником в руке, его секретарь, раввин Лейбл

Гронер, заметил меня и сказал ему: "Это раввин Лейзерсон из Иерусалима". Ребе кивнул и ответил: "Да, я знаю его".

Я сказал: "Я возвращаюсь сегодня домой и прошу благословения на путешествие".

И он ответил, как всегда: "Счастливого пути и успехов".

И все это время меня одолевали мысли о предыдущей встрече. Я не мог выбро-

сить из головы тот разговор и думал: "Может, это хорошая идея".

Благословив меня, Ребе направился к своему кабинету, а все мы глядели ему

вально прочитал мои мысли – те самые, что неслись у меня в голове в тот самый Всю дорогу назад я снова и снова прокручивал в голове этот короткий разговор. А

по возвращении в Израиль я рассказал о том, что произошло, нескольким ведущим

раввинам из различных общин и говорил им: "Вот что случилось со мной. Я слышал

это собственными ушами и видел собственными глазами. Ребе прочел мои мысли!" Перевод Якова Ханина

стр. 6

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

Борис Гулько Начиная с шести дней войны 1967 года я внимательно слежу за жизнью Израиля, прочёл несколько книг его истории. Многие мои родственники и друзья живут здесь. Но меня удручало, что я вижу эту страну только глазами русскоязычных израильтян, и плохо понимаю остальных. Меня последнее время занимало, что ведёт тысячи людей демонстрировать в ночные часы с чёрными флагами перед резиденцией премьер-министра? Хотя занимало не настолько, чтобы поехать на улицу Бальфур и расспросить их. Однако недавно правительство издало приказ, разрешающий проводить демонстрации протеста не дальше, чем в километре от своего дома. А наш дом находится в единственном районе Иерусалима, жители которого на последних выборах в большинстве проголосовали против партии Нетаньяху. Вчера, выйдя на вечернюю молитву в шул (на идише это школа; так ашкеназы называют синагогу), который находится прямо в нашем дворе – я услышал звуки труб. Вспомнилось из любимой книги моего детства: «В школу нужно поворачивать направо, музыка слышалась налево. Буратино стал спотыкаться...» В отличие от моего героя я дошел до шул, помолился в её садике, и только потом помчался на площадь. Там действие было в разгаре. Несколько десятков человек с чёрными флагами и плакатами, которые я к своему стыду не могу прочесть, дули в дудки. В общем, демонстрировали. Я подошёл к молодой женщине, постоянно разворачивавшей свой плакат к трамваям, проходившим то в одну сторону, то в другую, и спросил – говорит ли она по-английски? – Да, говорит. – О чём всё это? – спросил я, показав на толпу. – Мы протестуем против Нетаньяху. – А что неправильно с ним? Всё! – решительно заявила женщина. Я задумался, ответ для меня был слишком общ. – Что Вы думаете о его договоре с Объединёнными эмиратами? – завёл я беседу. – Многим он не нравится. – Но не бывает ничего, чтобы нравилось всем, – возразил я. – Мы должны считаться с мнением наших соседей. Почему бы нам не создать с ними федерацию? Я удивился. – Федерация – это как? Год – её глава еврей, а год араб? Вы хотели бы жить в стране, которой руководит Абу Мазен или хамасовец из Газы? А то и нобелевский лауреат Арафат? Тут выяснилось, что моя собеседница умеет отвечать на вопросы, издавая неопределённый звук вроде м-м-а. – А как Вы относитесь к переносу посольства Америки в Иерусалим? – продолжил я допрос. – Я против. – Вы признаёте Иерусалим столицей Израиля? – Конечно, Иерусалим – столица Израиля, – решительно подтвердила демонстрантка. – Так почему посольство США не должно находиться здесь? – м-м-а. Я зашёл с другого бока: – Считаете ли Вы, что посольство нужно перенести назад в Тель Авив? – Да… М-м-а Тут моя собеседница перешла в контратаку: – А Вы знаете про его коррупцию? – спросила она. Я продолжил тактику отвечать вопросом на вопрос: – Вы имеете в виду бу-

тылки шампанского, которое дарили Биби? Это серьёзная тема? Демонстрантка на бутылках не настаивала и осведомилась – слышал ли я о деле с немецкими субмаринами? Я слышал, и даже знал, что расследование не нашло нарушений со стороны Биби. – Да зачем нам вообще нужны эти подлодки! – пыталась поддержать инициативу собеседница? Мне пришлось пуститься в рассуждения о стратегии: – Иран представляется мне опасным врагом Израиля. И если его вожди будут знать, что где-то поблизости под водой плавают субмарины и могут в любой момент пульнуть в них ракетой, да ещё, быть может, с ядерным зарядом… Демонстрантка сменила тему: знаю ли я, как много вокруг живёт бедных людей? Я вздохнул – знаю. Но Биби, вроде, улучшил экономику? Он хорошо образован в этой области. Предпочла бы она иметь премьером Барака или коррумпированного Ольмерта? И вообще – кого бы она предпочла? От этой темы израильтянка ушла и сказала, что хотела бы жить при социализме как в Скандинавии, а не при капитализме. – Это чтобы не было богатых? – спросил я. – Вы хотели бы, чтобы от них избавиться, платить большие налоги? Кажется, не хотела бы. Да вот и с вирусом не благополучно в Израиле. Тут я не стал спорить – как многолетний американец я не доверяю правительству излишне вмешиваться со своими правилами в мою жизнь. Тем более, что мир не дал достойных образцов борьбы с этой напастью. Как я помог в борьбе с эпидемией тем, что не ходил в бассейн и не гулял по лесу, тянущемуся за нашим домом? – И вмешательство религиозных в нашу жизнь мне не нравится, – покосившись на мою кипу заметила женщина. – Это – реальный повод для демонстрации, – согласился я. – Но Израиль всё-таки еврейская страна. Поддержали бы Вы, например, требование перенести выходной с субботы на воскресенье, как у всех? Или праздновать Рождество вместо Рош Хашана?

Нет, так далеко желания демонстрантки не идут. Получаются какие-то частности, не «федеральный вопрос», как говорят американцы. – Партия Нетаньяху выиграла выборы. Вы требуете отменить из результат? Это были честные выборы? И почему люди пришли с чёрными флагами? – продолжал я пытать израильтянку. – Черные флаги служат символом у пиратов, у анархистов, ещё у ИГИЛа. – Может, это знак траура? – предположила израильтянка, иногда вспоминая взмахивать проходящим трамваям своим плакатам. – Траур по поводу чего? – поинтересовался я. –М-м-а Даме надоело отвечать на вопросы, и она, проявив знакомство с американской прессой, спросила сама: зачем Трамп решил лишить людей возможности голосовать по почте и приказал убрать с улиц почтовые ящики? Такая дезинформация действительно распространялась американской медиа вместе с роликом, на котором увозят такой ящик. Но почтовое ведомство её опровергло, сообщив, что производило замену ящиков старого образца на новые, – объяснил я. – А как я в принципе оцениваю Трампа? Мне пришлось признаться, что считаю его величайшим президентом в современной истории. – Этого я вынести не могу! – возмущённо воскликнула израильтянка, подхватила свой плакат и бежала с площади.

Я огляделся. Празднование продолжалось. Молодой мужчина ходил кругами и во все лёгкие дудел в дудку, что несколько портило удовольствие, когда я беседовал с израильтянкой. Дули в дудки и другие. Какой-то мужик лупил принесённым молотком в железный столб электропередачи и, судя по всему, наслаждался извлекаемым им звуком. Энергичная девушка студенческого возраста размахивала красным флагом. Мне не хотелось плохо о ней думать, и я вспомнил, что когда-то в Союзе сленговое выражение «выбросить красный флаг» имело не политическое, а физиологическое значение. Мне вспомнилось – я читал где-то мысль

Бен-Гуриона, будто Израиль станет реальным государством, когда у него появятся свои воры, проститутки… и идиоты? Я засомневался: а может, это такая игра с флагами? Очень весёлая игра – в пиратов: Вьётся по ветру «Весёлый Роджер», Люди Флинта песенку поют. Или меня разыгрывают? Кажется, есть такой прикол: кампания сговаривается против самого наивного среди них и сообщает ему, что вчера над городом летал крокодил и гадил на головы прохожим. На возражения разыгрываемому рассказывают, что всё это уже было в новостях, что все это знают, а заводила даже сообщает, что ему самому пришлось сегодня утром нести в чистку свой синий костюм (вы его знаете!). Наивный начинает сомневаться, говорит, что проверит информацию, кажущуюся ему по-прежнему сомнительной... Реальность таких розыгрышей мне начинает видеться и в других местах. Не являются ли весёлыми розыгрышами итоги опросов к президентским выборам в США? Джо Байден уже 27 лет известен американцам как тупица и трепло. Когда-то на ТВ, в интервью каналу АВС, его спрашивали, почему он рассказывает, будто был первым студентом в своей университетской группе и даже получал специальную стипендию, когда, судя по сохранившимся ведомостям, он был по успеваемости предпоследним? Из президентской гонки 1988 года Байден выбыл потому, что был пойман на плагиате: повторил речь, сказанную до него английским профсоюзным лидером Кинноком. А в демократических праймериз 2012 года без всякого жульничества наскрёб лишь жалкие 0,5% голосов. В вице-президенты Байден был избран Обамой за свою бесцветность – не оттенял блеска молодого президента. Запомнился Байден истерикой, которую закатил, когда во время его пребывания в Израиле здешнее правительство сообщило «во втором чтении» (там ещё должно было быть «третье чтение»), что построит несколько домов в иерусалимском районе Гило. Администрация

стр. 7

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

Лиана Алавердова Окончание. Начало в №458 У кого из наших читателей хорошая память – те, возможно, вспомнят мою статью в предыдущем номере, где я перечислала причины, которые, на мой взгляд, довели Америку до нынешнего кризиса. Социалистическая зараза даст фору по части живучести любому вирусу, будь он хоть тыщу раз коронован. И все же почему эта идея столь притягательна? Почему из века в век, с континента на континент она кочует, словно Вечный Жид? Подобно вирусу, она мутирует, иногда выступает в полную силу, а порой только в виде прививки (возьмем, к примеру, идею кибуцев в Израиле). Любопытно было обнаружить причину живучести социалистических идей в статье-рецензии на книгу Стивена Хикса (Steve. R. C. Hicks) Explaining Postmodernism: Skepticism and Socialism from Rousseau to Foucault. Автор статьи, Макс Хокутт, объясняет притягательность социалистической модели общественного устройства эволюцией человека. Он утверждает, что за исключением последних 10000 лет люди жили родоплеменными группами, управляемыми патриархами. Трайбализм продолжал доминировать даже после образования земледельческих поселений. «Таким образом, 99% времени существования человечества мы, люди, находились под влиянием жесткой логики эволюционного отбора в общинах, управляемых коллективистскими ценностями и обычно под предводительством единого патрирахального авторитета. <…> Альтруистические чувства и вера в патернализм, необходимые для жизни в такой общине, были впечатаны в наши гены». Перевод Л.А. (Max Hocutt. Review: Hicks versus Postmodernism. The Journal of Ayn Rand Studies. Spring 2006. Vol. 7, #2, p. 453). Вот почему, продолжает автор, возникли утопические фантазии интеллектуалов, а индивидуализм и поиск коммерческой выгоды казались им не только ненатуральными, но и воплощением морального зла. Социализм как помощь наименее защищенным слоям населения с его ликом (или личиной?) борьбы за справедливость привлекает молодежь и тех, кто ждут благодеяний от нового порядка.

Но это, так сказать, вечные причины живучести окаянного призрака коммунизма. Что же касается нынешних, наиболее злободневных для Америки, то к ним относится радикализация и резкое полевение Демократической партии США. То есть нынешние беспорядки – это использование демократической партией своего боевого крыла – левых радикалов Antifa и BLM, чтобы запугать и парализовать волю противника. Идет элементарная борьба за власть. Раздувая пожар под лозунгами борьбы за социальную справедливость, демократы руководствуются только жаждой власти, а именно желанием смести консервативное большинство в Сенате и завладеть Белым Домом. Они поступают близоруко, не задумываясь о законе всех революций, пожирающих своих детей. Демократическую партию поддерживает сильно полевевший Голливуд, средства массовой информации-дезинформации (за редким исключением), сильно кренящиеся влево гиганты современных электронных технологий, такие как Google, Tweeter, Facebook, Amazon, и другие, а также многочисленные (имя им – легион!) нонпрофитные организации, которые и существуют ради того, чтобы бороться за те права, которые уже у них давно имеются. Но им же надо

поддержать свое существование, пусть и благодаря раздуванию малозначимых проблем, и придумывая мифы об Америке, в том числе о якобы «институциональном расизме». Этого чудища никто в глаза не видел, но все, словно под гипнозом, повторяют одно и то же, что вот она, проблема, с которой надо бороться! Профессора-неомарксисты, горлопаны-общественники – всем хочется подчеркнуть свой вклад, свою значимость и, в конечном счете, дорваться до власти. Вот отчего горит Америка, и американский флаг стал символом расизма в глазах не только сумасшедших анархистов, но даже директора одной из нью-джерсийских школ, словом, наступила пора перемен. Под знаменами борьбы за равенство и справедливость идет атака на Западную цивилизацию и ее культурное наследие. Как пишет Александр Непомнящий в статье «Что такое неомарксизм, чем он опасен и как с ним бороться?», «в последние годы неомарксисты обрели союзников в широких кругах левого истеблишмента, утратившего надежду добиться успеха на демократических выборах. Левые опрометчиво надеются вернуть власть с помощью агрессивных боевиков-коммунистов. Как видно, не осознавая, что в случае победы

Обамы так бушевала от этой еврейской бестактности, что казалось, была готова объявить Израилю войну. До сих пор непонятно, что так взбесило Байдена? В этой истории с объявлением намерения меня удивляет сам обычай израильского правительства перед тем, как что-то сделать, долго кудахтать, как курица-несушка. Недавно мы это наблюдали в связи с планом распространения суверенитета Израиля на некоторые части Иудеи и Шомрона. После оглашения администрацией США проекта «Сделки века» ничто не мешало правительству Израиля в тот же вечер распространить этот суверенитет. Даже переносить пограничные столбики не было нужды. Так провозгласил когда-то суверенитет над Голанами премьер Бегин. Вместо этого был объявлен двухмесячный инкубационный период. За это время план распространения суверенитета успели осу-

дить правые и левые партии Израиля, Германия, Англия, Франция, ООН и Римский Папа. После подписания договора об отношениях с Арабскими эмиратами план распространения суверенитета отложили на неопределённый срок. Эту задержку, не очень последовательно, осудили правые и левые партии Израиля, хотя ООН и Папа Римский промолчали. Вернусь к Байдену. Он в своё время сообщил, что был против уничтожения Бин Ладена. Это не выглядит мнением мудрого государственного лидера. Но тут Байден, наверное, лгал, чтобы подчеркнуть мужественность Обамы. Сейчас Байден производит впечатление синильного старика. Он выглядит манекеном, за которым скрываются реально ищущие власти социалисты, их боевые отряды Антифы и BLM. И кандидат в вице-президенты сверх-левая Камала Харрис, как и сам Бай-

ден, уже произносила: «администрация Харрис» при президенте Байдене. Перед недавними дебатами «штаб» Байдена отверг предложение Трампа, чтобы оба диспутанта прошли тесты на допинг и на электронного подсказчика. В интернете появились кадры, как Байден во время дебатов поправляет что-то припрятанное под своей рубашкой, мелькнул какой-то провод. Есть сомнения, способен ли ещё Байден самостоятельно скроить законченную мысль? Иначе зачем было сохранять подозрения, отказываясь от проверки кандидатов на «радиофикацию»? Большинство американцев, судя по опросам, готовы избрать Байдена своим президентом. Может действительно над Вашингтоном летает крокодил и гадит на головы избирателям?

неомарксисты сметут их вместе со всеми остальными институтами либерально-демократической модели. В итоге именно неомарксисты контролируют сегодня дискурс в большинстве средств массовой информации, в системе образования (школах и университетах), в кампусах, в социальных сетях, в интеллектуальном пространстве в целом и на улицах. При этом, обладая всеми необходимыми рычагами влияния, без малейших колебаний используют насилие – как интеллектуальное, так и физическое – для продвижения своего нарратива и подавления любого инакомыслия. Так, масштабное подавление свободы слова, насаждение так называемой cancel culture в социальных сетях, СМИ и в целом в общественном дискурсе, травля и даже физическое преследование инакомыслящих происходит под эгидой мнимой борьбы с языком ненависти. Подрыв национальных, традиционных, семейных и гендерных ценностей объявляется защитой прав меньшинств. Разрушение государственных границ – обеспечением прав мигрантов. Окончание на стр. 23

Двухтомник «Поиски смыслов». 136 избранных эссе, написанных с 2015 по 2019 годы. $30 в США, 100 шекелей в Израиле. Емейл для заказа: gmgulko@gmail.com По этому же е-мейлу можно заказать и другие книги Бориса Гулько

стр. 8

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

Лариса Берман Известие о моей беременности муж встретил весьма агрессивно. Рождение ребёнка считал преждевременным и воспринимал, как крах своей карьеры военного атташе. На аборте не настаивал, но беременность мою окрасил нелепыми обвинениями, запретом говорить о ребёнке, что-либо обсуждать, подготавливать квартиру к появлению малыша. Заводить детей никак не входило в его жизненную программу по крайне мере на ближайшее десятилетие, и он не желал даже думать о предстоящем отцовстве. А мне так хотелось вместе с мужем готовиться стать родителями, делать необходимые покупки, оборудовать детскую, выбирать имя нашему первенцу. Но… совместной подготовки не получилось. Беременность мою словно обокрали, ведь ожидание ребёнка, пожалуй, самое счастливое время в жизни женщины, а я была лишена возможности даже говорить о скором пополнении нашего семейства. Отношения с мужем менялись на глазах, с каждым днём он отдалялся от меня всё больше и больше, а привычные комплименты и нежности теперь сменили нелестные восклицания, обидные слова, постоянные недовольства. Ночами любил меня по-прежнему, а днём не замечал, не видел и не слышал, не удостаивал и мимолётным взглядом. Не знаю, то ли убегал от разговора, то ли никак не мог простить мою оплошность, а быть может просто обдумывал как бы уйти в сторону, не навредив своей карьере. А я… я любила до безумия, страдала, панически боялась его потерять, но терпела, давая ему время всё обдумать, принять случившиеся, свыкнуться с мыслью о будущем, теперь уже неизбежном отцовстве. Малыш наш родился задолго до положенного срока, родился ровно через пару дней после отъезда мужа в длительную секретную командировку. Роды были тяжёлые с массой всяких осложнений и неожиданностей. Несколько недель я провела с ребёнком в госпитале, он был настолько мал и слаб, что с трудом отсасывал молоко. А дома как-то быстро начал поправляться, и вскоре набрал почти богатырский вес. Когда муж вернулся из командировки, нашему сыну было уже около четырёх месяцев. Прелестный черноглазый малыш радостно встретил отца своей не-

забываемой улыбкой. А муж неприязненно взглянув на ребёнка: - Господи! Какой еврейский ребёнок, ну весь в тебя. Надеюсь, ты хоть сообразила не дать ему еврейское имя? - Я записала его Давидом по имени моего покойного отца. - А почему не Николаем по имени моего отца? Хотя, верно, какой из него Николай! Русское имя ему совсем не к лицу, а вот Хаим самый как раз. А что ж обрезание не сделала, у вас вроде как положено.

Он бесконечно обжигал меня своими язвительными репликами, унизительными замечаниями: - Посмотри кого ты родила, это типичный мальчик Мотл. Ну хоть бы чтонибудь унаследовал наше русское. Я безропотно сносила его колкости, терпела и ждала, что вот-вот он примет и полюбит своего собственного сына. Но время шло и раздражение его нарастало день ото дня, ребёнок раздражал ежеминутно, мешал спать, мешал заниматься любовью, просто всё время мешал. А тут, как назло, у меня грудница, температура за сорок, малыш орёт, а я не в силах даже пошевельнуться: - Поменяй пелёнку и дай ему соску, попросила мужа. -Знаешь, для тебя я сделаю что угодно, а до него не хочу дотрагиваться. И тогда…, не знаю где я взяла силы, как сумела встать, перепеленать, покормить и успокоить ребёнка: - Ну хватит, больше терпеть не буду, собирайся и уходи. И никогда не смей

появляться на нашем пути, забудь, что у тебя есть сын и исчезни из нашей жизни навсегда. Хлопнула дверь… Сердце моё колотилось так сильно, что готово было вырваться из груди, тело била мелкая дрожь. Кажется такой боли я не испытывала никогда в жизни. Ночь провёл в машине, а наутро вернулся: - Прости, ну сдурил, наговорил глупостей. Наверное, в свои тридцать я просто ещё не готов к отцовству. Прости. Торопливо собрал свои вещи и подойдя к детской кроватке в последний раз взглянул на своего так и не принятого сына. Так, спустя пять лет, оборвался наш безоблачный брак. Я просто сходила с ума, временами казалось, что никогда не смогу пережить это мучительное расставание. Не знаю, как это могло случиться, когда и почему к нам незаметно подкрался антисемитизм, ведь за все наши совместные годы и слабая тень его не пробегала мимо. Долго пришлось мне залечивать душевную рану, но надо было начинать жить новой, незнакомой мне жизнью. Через некоторое время я вернулась на службу в Министерство Военно-Морского флота, где работала переводчицей. Давид рос спокойным и разумным малышом и радовал меня безмерно, только часто спрашивал скоро ли папа вернётся из космоса. А папа…, папа, живя в том же городе на соседней улице, буквально в десяти минутах ходьбы от нашего дома, ни разу не позвонил, не зашёл взглянуть на своего сына.

То ли такой уж сильной была неприязнь к еврейскому ребёнку, то ли возмущение, что я ослушалась и рождение сына нарушило все его планы. Я старательно искала объяснения, но мой мозг не давал ответа, отказывался объяснять что- либо. Только сердце разрывалось на части и слёзы постоянно застилали глаза. Проплакав столько дней, что казалось уже весь город был затоплен моими слезами, я дала себе слово освободиться от этой назойливой любви и вычеркнуть его из своей жизни. Шли годы, я всех держала на расстоянии, никого не подпускала близко. А через какое-то время сдалась, вышла замуж за одного из наших высокопоставленных сотрудников. Он был намного старше меня, опытнее, мудрее, сразу же настоял на усыновлении Давида, правда, звал его на русский манер - Данила, но захотел стать отцом моему сыну и честно выполнял эту добровольно взятую на себя миссию. Особой любви к малышу не испытывал, но был внимательным и заботливым, проводил с ним массу времени, многому научил, много дал ему всего в жизни. Но мечтал о своём ребёнке, торопил меня, постоянно напоминая, что ему уже сорок пять и дальше ждать нечего. А я так боялась отнять у сына право иметь папу, так боялась нарушить нашу семейную гармонию, что тянула как могла. Хотя каждый день чувствовала нарастающее недовольство мужа и едва уловимую трещину в наших отношениях. Приближался Новый год. Всё Министерство охвачено весёлой суетой, подготовкой к Новогоднему балу. Я тоже

5781 ноябрь 2020 Когда заходит речь о Торонто, я всегда вспоминаю Эрнста Зальцберга — геолога, музыканта, романтика, который многие годы своей жизни безоговорочно посвятил одной цели. Что делал Зальцберг? Он инициировал исследования по истории российских евреев в Америке, а потом издавал их на собственные деньги. Помню, однажды мы говорили с Эрнстом Абрамовичем об энтропии — мрачной силе, которая уничтожеает труды человека. Особенно разрушительна энтропия в эмиграции, где отсутствуют многие культурные институты, призванные систематизировать и сохранить созданное людьми. «Конечно, нам никогда не справиться с песком забвенья, — сказал я. — Но мы, сообразно правилу, которое так любил Толстой, должны делать то, что должно, и пусть будет то, что будет». Зальцберг помолчал, а потом воскликнул, как-то особенно аккуратно подбирая слова: «Знаете, а я всегда думал, что песок забвенья можно расчистить. Разве стал бы иначе выпускать РЕВА?» РЕВА — это его сборники «Русские евреи в Америке». Приведу сейчас несколько мнений об уникальной книжной серии. Известный московский профессор Владимир Телицын с удивлением констатировал: «Глобальное исследование по истории эмиграции из России». Знаменитый петербургский литературовед и критик Константин Азадовский утверждает: «Многие публикации, помещенные в этих томах, открывся в предпраздничной суете: ёлка, новогодние подарки, новое дорогущее платье, салон красоты, парикмахерская… Новогоднее настроение! Часы показывают десять, машина уже у подъезда. Внутри всё поёт от предвкушения счастливого праздника. Я почти готова к выходу, осталось нанести лёгкий макияж, один последний штрих. Муж, придирчиво всматриваясь в моё отражение в зеркале: - Пожалуйста, положи побольше косметики, чтобы твоя еврейская внешность не так бросалась в глаза. Шок! Горький комок в горле! К новому удару я не была готова. Почему сегодня, почему именно в этот вечер, которого я так долго ждала. Едва сдерживая слёзы постаралась взять себя в руки и казаться невозмутимо спокойной. Нет, второго всплеска антисемитизма в своей семье я не переживу. Это был наш последний Новый Год и последний вечер вместе. И снова, как израненный зверёк, я металась из стороны в сторону, снова зализывала свою рану в одиночестве. А супруг никак не мог

стр. 9

ЧЕЛОВЕК ПЕРВОЙ ТРОПЫ

Выпуск 459

Памяти Эрнста Зальцберга (1937-2020)

вают совершенно новые темы». А вот обращение к Зальцбергу выдающегося лингвиста и литературоведа Анатолия Либермана (Миннесотский университет, США): «Чужие дети быстро растут и редко болеют. Так и нам, с неизменным одобрением следящим за Вашим детищем, трудно оценить, чего стоит издавать том за томом РЕВА... Сотни имен в указателях — это не просто списки: это часто люди, воскресшие из небытия. Перед нами прошли великие деятели науки и искусства, писатели, политические деятели и, что не менее важно, люди, которые переселились в Новый свет из притеснявшей и травившей их Европы. И здесь улицы не были вымощены золотом, но эмигранты пробили стену упорством и способностями. РЕВА — памятник не только героям всех Ваших выпусков, но и Вам, Вашему бескорыстию и усердию...». Писательница Маша Рольникайте («литовская Анна Франк», которая тоже вела в гетто дневник) когда-то назвала Зальцберга одиноким мечтателем. А я не раз думал: парадокс нашего прагматичного времени состоит в том, что именно идеалисты часто побеждают в своей схватке с «песком забвенья». ...На первый взгляд, его биография таила в себе постоянный и неизбежный конфликт. Сначала он окончил

геологический факультет Горного института, а вскоре — с отличием Ленинградскую консерваторию как пианист. Шли годы. Зальцберг защитил кандидатскую диссертацию по гидрогеологии, опубликовал множество научных работ, добился международного признания. Одновременно появлялись его глубокие очерки о деятелях культуры, прежде всего — музыкантах... Нет, никакого конфликта в его душе не было. Так Эрнст Зальцберг реализовывал разные грани своей яркой личности. При этом он не шел на компромиссы в главном. Он решился на эмиграцию после того, как в декабре 1979-го советские войска вторглись в Афганистан. С 1980 года Зальцберг жил в Канаде. Его эмигрантские «хождениях по мукам» оказались тяжкими – как у всех нас. Перебивался случайными заработками (здесь, кстати, ему пришлось вспомнить и профессию пианиста — играл на уроках в балетных классах). Наконец в 1988м был принят в Министерство защиты окружающей среды. Он

понять, как это «невзначай оброненные слова» могут разрушить брак и разбросать нас в разные стороны. Наверное, это невозможно понять, это можно только почувствовать, когда всего одно единственное слово обжигает больнее удара, когда от одного слова перехватывает дыхание и останавливается сердце. Как видно «любовь» к евреям в нашей стране мало кого обошла стороной, вирус антисемитизма коснулся людей независимо от их профессионального статуса, высоко занимаемой должности, блестящего образования. Невольно вспоминались школьные годы с постоянными антисемитскими оскорблениями, язвительными прозвищами. Помню, отправили меня родители в пионерский лагерь. Панический страх, что будут обзывать жидовкой, навёл на мысль выдать себя за узбечку. Ночью, когда весь лагерь погрузился в глубокий сон, тихо прошла в туалет и заплела себе сорок косичек. А утром, на торжественном открытии лагеря, каждый пионер должен был сделать шаг вперёд назвав свою фамилию и город

проживания. В свои девять лет, не имея и малейшего понятия, как звучат узбекские фамилии и какие города в этой далёкой республике, свою фамилию Розентур я изменила на Розеншвили. И, когда подошла моя очередь, то смело шагнула вперёд и громким голосом отрапортовала: - Розеншвили, город Улан Удэ, республика Узбекистан. - Что-о… ? Посмотри на свой красный галстук и повтори! – истерически закричали начальник лагеря и пионервожатая. Сколько же грязи вылили на меня в этот торжественный день, сколько унижений, обвинений, судилищ. С линейки меня с позором удалили, а на грудь повесили табличку, где крупным шрифтом красовалась моя фамилия «РОЗЕНТУР». Захлёбываясь слезами, провела два дня в постели, а ночью решила бежать. Где мой дом и куда бежать не знала, но главное убегала оттуда. Меня вскоре догнали, вернули в лагерь, вызвали родителей. Наутро меня забрали домой. Много лет прошло с тех пор, но эта грустная история, наверное, останется в

работал в области практической гидрогеологии, но снова опубликовал ряд статей теоретического характера — некоторые цитируются до сих пор. Однако сейчас очевидно: издание сборников «Русские евреи в Америке» стало его миссией. Он успел выпустить двадцать томов РЕВА. Эрнст Зальцберг ушел от нас 28 сентября 2020-го. В Йом Кипур самый святой для евреев день. Не сомневаюсь, память об этом «одиноком мечтателе», который всегда упрямо выбирал первую тропу, будет светлой и долгой.

Евсей Цейтлин

моей памяти навсегда. А потом взрослые студенческие годы, много унизительных замечаний, нелепых реплик приходилось слышать вслед: - Смотри, баба красивая, жаль, что евреечка. - Фигурка - точёная, совсем не еврейская. Мысли неотступно суетились в моей голове. Понимая, что не сумею оградить своего сына от антисемитских выпадов, не сумею защитить его, невольно привели меня к необходимости эмигрировать в Израиль. Нелегко далось мне это решение, ведь ещё совсем недавно меня удивляли люди, покидающие свою страну, любимую работу, друзей, Москву, где каждый уголок так дорог и любим. Через некоторое время мы с Давидом покинули Россию. Конечно, первое время в чужой стране было не просто, но я знаю, что этот выбор был самым правильным в моей жизни.

стр. 10

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

Дорогие друзья!

Счастливы те, кто щедры во все времена. Псалмы, 106:3 Благотворительность превращает вещество в дух, обращает монету в пламя. Ребе

Мы искренне признательны тем, кто оказывает материальную поддержку нашей организации. Это благодаря вашей бескорыстной помощи мы осуществляем свои многочисленные программы. “Шалом” публикует сегодня имена спонсоров, которые сделали свои пожертвования с 16 СЕНТЯБРЯ по 15 ОКТЯБРЯ. Возможно, по техническим причинам чьи-то фамилии отсутствуют в списке - в этом случае позвоните нам, пожалуйста.

С искренним уважением, Шмуель Нотик, главный раввин и исполнительный директор организации F.R.E.E. Большого Чикаго

Мы сердечно благодарим Mrs. Anna Povalinsky и газету “Реклама” за спонсорскую поддержку организации F.R.E.E. Мы от души благодарим Mr. Igor Tsesarski и газету “Обзор” за спонсорскую поддержку организации F.R.E.E. Мы горячо благодарим газету "7 дней" за спонсорскую поддержку организации F.R.E.E. Мы искренне благодарим Mrs. Lilia Averbukh & Mr. Michail Smekhov, радиопрограммы “Новые горизонты” и “Эхо планеты” за информационную поддержку организации F.R.E.E.

Abramov, Yulia Abramova, Yelena Agarunov, llya & Bella Albert, Roman Amburg, Dmitriy Arlinsky, Kosta Arlinsky, Steve & Liya Aron Charach, Philip Charach Aronova, Anzhelika Augenlicht, Robert Azoulay, Avi Azrikan, Leon & Inna Babel, Rostislav & Raphaela Babich, Alexander & Yelena Bachrach, Daniel Badalov, Rosty Bakaleynik, Eliezer & Avigail Balyasny, Sofie Barkon, Igor A. & Inna Baron, Alexander & Alexandra Bart-McGowan, Ellen Becker, Eugene & Marina Beckov, Irene Belsky, Moisey & Gyulli Ben David, Israel & Tirtza Bennish, Levi & Minna Berele, Nathaniel Bereznyakov, Boris Bergovoy, Shalom & Shizue Chana Berkovich, Eli & Baila Bibian, David Binn, Yisroel (Jack) & Chana Birger, Leonid Birgin, Michael & Sonya Birman, Ilya & Nataliya Bodner, Miron Bond, Rita Borkhovik, Ilya & Kira Botvinik, Olga Brody, Yaakov & Dena Brusilovsky, Roman & Irena Bukhalo, Michael Bunin, Gregory & Marina Burd, Zlota Burgess, Susan Bushkova, Marina Chernyak, Mikhail & Tsilya Chernyakovsky, Gregory Chessky, Yakov & Serafima Community, Benevity Cubacub, Joshua & Elka Daniel, Lana Davidovich, Gene & Sophia Deborin, Alex & Valerie Dragilev, Joseph & Emma Dragunsky, Alex & Mira Dragunsky, Boris Dubinsky, Chaim Meir & Miriam Dubinsky, Vladimir & Larissa Dubinsky, Yuriy & Svetlana Dugan, Shlomo & Lea Dvorkin, Dmitry Elizar, Henry & Rita Elizar, Rachel Elkind, Salvina

Emanuel, Chaim & Sora Enterprises, ML Estis, Anatoly & Irina Estrin, Albert & Svetlana Etingen, Mikhail & Margarita Farbman, Galina Feiner, Yisroel Feinstein, Henry & Maria Sonina Feldman, Dmitry & Larisa Feldman, Gregory & Alice Feygin, Leonid & Nadia Finkel, Mordechai & Hadassah Fisher, Arkady & Faina Flatte, Charlotte Fleyder, Volko Freydin, David & Julie Fridberg, Felix & Ella Galison, Eugene & Mary Ganzman, Nella Garmel, Marina Genadiynik, Zoya Gershengorin, Anatoly & Isabella Gershengorin, Morris & Marina Gershong, Roza Liya Gimelman, Alex Ginzburg, Nikka Giter, Miriam Giterman, Michael Gladshteyn, Marina Golber, Inna L. Goldberg, Boruch Boris & Nechama Goldbloom, Schneur Zalman Goldin, Mark & Sofia Golub, Elena Golubchik, Arkady & Rose Goodman, Shmuel & Sharone Gorashchenko, Sergey & Marina Grach, Michael & Galina Greenstein, Rafi Grinberg, Mark & Yelena N. Grinshteyn, Boris & Nataliya Grinshteyn, Mikhail & Khana Hakimi, Natan & Mandy Halberstam, Shalom Ber & Nechama Dina Haller, Alla Harari, Zohar Hecht, Chaim & Miriam Hecht, Shmuel Hecht, Sholom Heifetz, Alexander & Inna Heller, Alla Hershcovich, Lazer Hershkovich, Avraham & Rivka Hoffman, Michael I. & R. Shoe Co. Itskovich, Valentin & Ethel Jacobson, David Jaworowski, Rafael & Tzivia Jewish Federation of Metropolitan Chicago Kachkova, Enta & Natasha Kagan, Jordan & Penny Kanter, Simcha & Gittel

Kaplan, Brett (Binyamin) & Ettel Kassman, Richard Kats, Yelena Katsevman, Alex Katsnelson, Yan & Flora Katz, Michael Katzman, Gene & Stella Katzman, Konstantin & Elena Khaskina, Rita O. Khomutov, Michael & Julia Khorolinsky, Leonid & Kate Khvilovsky, Michael & Angela Kirzhner, Arkadiy & Esfir Kiss, Maxim & Svetlana Klein, Eli Klein, Menachem (Mendy) Kleinerman, Michael Klempert, Robert & Jane Kleper, Vladimir & Julia Klovsky, Daniel Konnikov, Grigoriy & Viktoriya Konyukhov, Arkadiy & Mila Korin, Mark & Raissa Kovacs, Yehuda & Chava Krasner, Leonid & Yelena Kraychik, Igor & Alona Krivopisk, Leyzer & Dora Krivoruchko, Arkadiy & Yelena Krivoruchko, Gennadiy & Irina Krockey, Alan Krohmalnik, Shimon Krohn, Asher Laber, Levi Lakhovsky, Vladimir & Sofia Lanchina, Betya Lapson, Alexander & Ann Leclerc Sveinsson, Rey Lelchuk, Boris & Victoria Lerner, Ilya & Jane Lerner, Iosif & Ilona Levin, Boris & Rima Levin, Michael Levina, Faina Levine, Elizabeth Leyderman, Lyubov & Sosya Liberov, Alexander Lipskier, Michoel & Chayale Lipskier, Moshe & Mushkie Lis, Michael Livs, Arkady & Irina Lomsky, Roman & Valentina Lozner, Leon & Inna Lyushkova, Polina Makagon, Rosie Malin, Arthur Mamedov, Rafik & Alla Manrose, Yuri & Irene Markoff, Bruce & Jucimara Matlin, Boris & Ludmila Melnikov, Rimma Messerman, Grigory & Larisa Meyerson, Alexander & Zhenia Mierzejewska Mikhaylov, Alec & Lyubov Miller, Moshe L. & Leah

Minina, Nataliya L. Minkowicz, Shloimi & Bracha Mirgorodsky, Alex Miroshnik, Rozaliya G. Mogill, Ariel & Erena Mopsik, Dmitry & Nella Moscowitz, David Moshe & Leah Moscowitz, Efraim & CynthiaTzivia Moscowitz, Yosef & Sara Musat, Aaron & Aliza Nabrinsky, Stan & Angelica Nathan, Yosef & Tova Nisenbaum, Arkadiy & Libby Notik, Aharon Chaim & Pessie Nudelman, Mikhail & Alla Nutenko, Victor Olen, Alexander (Vadim) & Olga Osipov, Gennadiy & Svetlana Ostrov, Mikhail & Lina Panich, Roman & Anna Pazin, Mark & Bianna Pekelis, Maria Pekler, Alex & Katherine Perlstein, Howard Perlstein, Moshe (Mozes B.) & Rebecca Peysin, Boruch & Adina Peysin, Ilya Pilchin, Anatol & Rose Polevoy, Michael & Helen Popper, Yehoshua & Hindy Pozin, Marat & Raisa Pshetnitskiy, Igor & Svetlana Pulik, Boris & Victoria Quinn, Samuel Rabinovich, Inna Radutny, Alex & Irina Rafalson, Howard Raskin, Boris & Svetlana Raytsina, Yelizaveta Rendler, Dovid & Nechama Dina Rendler, Moshe & Rivky Reyderman, Izya & Smirno Reynish, Alex D. & Irina Reznik, Galina E. Reznik, Mikhail P. & Allison Zabelin Reznikov, Jeffrey S. & Sophia Ris, Alexander & Natalie Rosenblit, Galina Rosenbloom, Micha & Breina Rosin, Michael & Ella Rosselson, Boris Rovner, Izya & Rozalia Roytman, Bob & Malvina Roytman, Michael & Alla Roytman, Naum & Maya Rozenbaum, Alexander & Galina Saacks, Israel & Melissa-Miriam Safir, G. Salganik, Zhanna Samoylovich, Valere & Faina Sapozhnikov, Igor Schanowitz, Chaim & Mina

Schanowitz, Mayer & Lieba G. Schwarcz, Michael D. & Basya Schwartz, Joel (Yosef) & Devorah Shapiro, Yakov Shatz, Aryeh Shelest, John & Irina Shenkman, Igor & Tatyana Shestopalov, Anatoliy & Janie Sheynin, Boris & Anna Shklover, Sam & Marina Shkolnikov, Zev & Miriam Shkurenko, Alex & Galit Shlyapochnik, Valery & Alla Shnayder, Svetlana Shubs, Alexander & Yelena Shuster, Mark M. & Courtney Shwartsman, Igor & Marina Silber, Yechiel & Musky Simuni, Ilya & Julia Snitkovsky, Anatoly & Svetlana Sokolovsky, Michael & Yelena Sorokin, Anatoly & Olga Sorokin, Peter & Olga Spalter, Moshe Spector, Leonard & Galina Spevak, Irina Spitz, Anthony Steinberg, Shmuel & Nava Steinberg, Shmuel & Sarah R. Talyansky, Aryeh Leib (Lev) & Anna Taub, Gershom & Rivkah Tenser, Alexander & Tatyana The Family Fund Titarenko, Fedor & Olga Trachtenberg, Lorraine Tseytlin, Yehoshua (Yevsey L.) & Regina Tsimerman, Vladimir & Nelya Tsinman, Michael & Gelena Ulitsky, Igor & Nora Ulyanov, Vladimir & Stella Uster, Ilya & Larisa Varnai, Avraham & Rivka Vaynman, Boris I & Nina L Vaysburg, Dimitry & Margarita Vaytsman, Alexander & Luybov Verkholaz, Tatyana Vingart, Leonid & Leah Weingrow, Yakov & Sheryl Weiss, Yehoshua & Tova Ilana Werbler, Ari & Deborah Yeker, Jeff & Elina Younes, Joseph & Rosanne Yurovsky, Greg Zaltsman, Dmitry & Larisa Zarkhin, Yevgeny & Raisa Zatsepin, Julia Zavilevitz, Tatiana Zeltser, Aleksandr & Gelena Ziskind, Michael & Nataliya Zlobinskiy, Leonid & Genya Zolotareva, Marina Zoob, Alexander & Zhanna Zusstone, Natalya N.

5781 ноябрь 2020

стр.

11

Выпуск 459

Юрий Шлеймович

7 октября 2020 г. скоропостижно скончался Юрий Шлеймович. Это известие потрясло всех, кто его знал. А знали и любили Юрия в Чикаго многие люди. Это был человек-праздник. И он всегда стремился сделать праздником жизнь других: родных, друзей, знакомых и незнакомых, в том числе детей - актеров и зрителей - самодеятельного детского театра, в котором с увлечением играл долгие годы. Не случайно с лица Юры никогда не сходила улыбка. Юрий Александрович Шлеймович появился на свет 30 августа 1968 г. в Одессе в еврейской семье. Его родители - инженер-проектировщик Александр Петрович и врач-терапевт Алла Борисовна – привили сыну лучшие качества подлинного интеллигента: порядочность, гордость за свой народ, неутомимое стремление к совершенствованию. Их семья эмигрировала в США в мае 1995 года. К сожалению, отец, принимавший участие в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, тяжело болел и прожил в США недолго. Юрий, бесконечно любивший отца, назвал в его память сына. И, конечно, он всегда трогательно заботился о маме. «Он был счастливым человеком, потому что сумел претворить в жизнь свои главные мечты». Так сказал на похоронах Леонид Шлеймович – старший брат и лучший друг Юрия. Юрий Шлеймович всегда мечтал построить свой дом. И встретив в Чикаго Аллу Злобинскую, вместе с ней создал прекрасную семью. Он стал замечательным мужем, помнящим завет еврейских мудрецов: «Муж должен любить жену, как самого себя, а уважать ее больше, чем себя». Живя в Одессе, Юра мечтал о театре. Мечта неожиданно сбылась в Чикаго, когда он пришел в детский театр Людмилы Шайбл. Здесь Юрий сыграл немало ролей. Здесь нашел верных друзей и преданных зрителей. Окончив Одесский университет, Юрий приобрел три профессии – математика, программиста и педагога. Он стал в США высокопрофессиональным программистом. Бесспорно, он обладал и подлинным педагогическим талантом. Тут одна из причин, почему Юрия так притягивал детский театр. В Чикаго есть несколько человек, которых он успешно учил программированию. Вместе с женой Аллой они воспитывали чудесных детей – Сашу и Изабеллу. Вот лишь одна деталь: их дети, в отличие от типичных американских подростков, много читают. Причем, не только на английском, но и на русском языке. Юрий стремился помочь многим и многим людям, согреть их своей добротой. Он любил сыновней любовью родителей жены. С радостью долгие годы заботился о компьютерном обеспечении нашего ежемесячника «Шалом». Добрая и светлая память о Юрии Шлеймовиче преодолеет забвение. Редакция ежемесячника «Шалом»

P.S. Друзья Юрия создали фонд помощи его семье. Будем благодарны за ваш вклад: https://www.gofundme.com/f/yuriy-shleymovich-memorial-fund

Нина Дубровская

24 октября 2020 года от нас ушла Нина Аркадьевна Дубровская. Человек большой души, прекрасный журналист и редактор, верный друг, замечательная мать и бабушка. Нина Дубровская родилась в Москве 14 июля 1928 года. Её жизненный путь был похож на биографию многих людей её поколения, в паспортах которых в пресловутой пятой графе стояла запись: еврей. Увлеченная журналистикой, Нина поступила на редакторский факультет Московского полиграфического института. Потом, по распределению, она попала в Ташкент, где в течение нескольких лет работала ответственным секретарем республиканского литературно-художественного журнала «Звезда Востока». Здесь Нина Дубровская приобрела бесценный профессиональный опыт. Однако, когда она вернулась с восторженной характеристикой в Москву, то не смогла устроиться ни в одну газету, ни в один журнал. Долгие годы Нина Аркадьевна руководила редакционно-издательским отделом в научно-исследовательском институте; там высоко ценили ее деловые качества, высокую квалификацию редактора. По-настоящиму счастливыми оказались для Нины Дубровской годы перестройки. Она организовала и стала главным редактором женского журнала, который пользовался большой популярностью. Любовь и глубокое уважение связывали Нину и её мужа Наума Либермана. Наум прошёл войну, был тяжело ранен, но после победы занялся научной работой, стал кандидатом наук. К сожалению, он рано ушел из жизни. Одна из причин этого, считала Нина Аркадьевна, - преследование антисемитов. В 1991-м Нина Дубровская вместе с семьей сына эмигрировала в США. Здесь начался новый, очень интересный этап ее жизни. Она с энтузиазмом взялась за редактирование газеты «Моя Америка», которую издавала её невестка Соня Либерман. Нина обрела много новых друзей в литературной студии под руководством известного детского поэта Ефима Череповецкого. Стала студенткой колледжа, где изучала английский язык. Активно участвовала в работе общественной редакции нашего ежемесячника «Шалом». В последние годы Нина тяжело болела. Но ее по-прежнему трудно было застать дома. Ее, как и в молодости, притягивали концерты и спектакли, на которые писала рецензии. Она гордилась тем, что в 92 года успешно пересдала экзамен на права водителя. Старость ее была наполнена радостью. Она ощущала тепло и заботу любимого сына Юры, невестки, внуков. Светлая память о Нине Дубровской всегда будет жить в сердцах всех, кто ее знал. Редакция ежемесячника «Шалом»

стр. 12

Выпуск 459

5781 ноябрь 2020

Рабби Залман Нотик

24 октября 2020 г. в Израиле после тяжелой и продолжительной болезни скончался известный раввин Движения ХАБАД рабби Залман Нотик. Он был преданным посланником Любавичского Ребе, всю жизнь работал с полной отдачей и самоотречением, руководствуясь великой заповедью "любовь еврея к еврею". Раввин Залман Ниссан Пинхас Нотик родился 20 тевета 1969 года в Самарканде в семье раввина Якова Нотика и его супруги ребецин Ханы. Когда ему было два года, родители репатриировались в Израиль. Получив прекрасное образование в учебных заведениях ХАБАДа, рабби Залман потом долгие годы сам преподавал в них. Он являлся духовным наставником в иешивах Иерусалима, Ришон леЦиона и других городов. Рабби Залман Нотик был хорошо известен

и любим в еврейском мире как замечательный знаток хасидизма, великолепный лектор, оказавший влияние на многих людей. Он славился своими ясными и краткими объяснениями самых сложных и глубоких концепций хасидизма и каббалы, своим необыкновенно добрым, душевным отношением ко всем, с кем встречался. Ведь в дополнение к своей деятельности в области образования, рабби Залман также принимал участие в часто незаметной помощи многим людям, например, консультировал семьи по различным вопросам. Как вспоминают те, кто хорошо знал рабби Залмана, он «делился, вдохновлял, поддерживал, ободрял и отдавал своим ученикам, их семьям» много времени и душевных сил. «Неутомимый, он как бы растягивал себя весь день и часто до ночи - для молодых, старых и всех, кто был рядом». Рабби Залман мужественно боролся с тяжелой болезнью – лейкемией. Но даже во время болезни рабби Залмана Нотика улыбка не сходила с его лица, и он постоянно ободрял окружающих. Скорбящая вдова рабби Залмана ребецин Нехама и четверо младших детей теперь должны задуматься о жизни без него. Но они не должны делать это в одиночку. Когда они стремятся двигаться вперед, мы можем помочь им. Создан специальный фонд для оказания помощи этой семье. Пожалуйста, сделайте свой вклад онлайн: https://www.charidy.com/notik/10 *** Рабби Залман был родным братом главного раввина организации F.R.E.E. Большого Чикаго Ребе Шмуеля Нотика. Мы приносим свои искренние соболезнования Ребе Шмуелю Нотику, семье и соратникам покойного.

Хочу сердечно поблагодарить всех тех, кто поддержал меня в эти тяжелые дни, когда я переживаю потерю моего младшего брата. Пусть Всевышний воздаст вам за вашу доброту. Дай Б-г, чтобы вы всегда получали добрые вести, и мы разделяли с вами только радостные события. Ребе Шмуель Нотик

Знакомство с самим собой

Рав Залман Нотик

Один из посланников Любавичского Ребе, назовем его условно Ицхак Бен Авраам, находящийся в месте далеком от какой-либо религиозной еврейской общины, написал письмо Ребе. Он написал о своих трудностях и о том, что не видит особого успеха в своей работе и в общем чувствует себя очень одиноким. Он попросил у Ребе послать к нему кого-то ещё для помощи в его работе. На это Ребе ответил, что он уже послал в помощь ему посланника, с котором он ещё не знаком. Зовут его... Ицхак Бен Авраам. Мораль из этой истории проста. Мы просто не знакомы с собой, со своими силами. В книге «Тания» сказано, что каждый еврей обладает Б-жественной душой которая является «частью Б-га свыше, в буквальном смысле слова». У нас есть бесконечные силы, данные нам Творцом, но зачастую мы просто не знаем об их существовании. В календаре «День за днем», который составил Ребе по указанию предыдущего Ребе, в отрывке на 5 Мар-Хешвана сказано: «Евреи уподоблены Всевышним звездам, мерцающим на небесном своде. При их свете идущий в ночной тьме также не собьется с дороги. Каждый из евреев, мужчина он или женщина, обладает достаточной силой убеждения и достаточными духовными силами на то, чтобы оказать влияние на знакомых ему, для

Любавичский Ребе дает Рабби Залману Нотику свое благословение того чтобы поместить их в луч света». Нам не следует думать так: «Я слаб, глуп, ленив, мало учен, недостаточно религиозен и т.д.» Надо помнить, что каждый еврей имеет бесконечные силы осветить весь мир и привести Мошиаха.

стр.

5781 ноябрь 2020

13

Дорогие друзья!

Мы надеемся, что эпидемия скоро закончится, и двери синагоги откроются для вас.

Выпуск 459

стр. 14

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

Александр Матлин

Позвонила Линда Гойберг из местной еврейской благотворительной организации «Семейное счастье». – Привет! – говорит. – Тебе нужна помощь? – Какая помощь? – Любая помощь, – говорит Линда. – Ты же знаешь, это наша работа. Мы помогаем. – Кому? – Всем. Не только евреям. Всем, кто попросит. – А кто просит? – Никто не просит, – вздыхает Линда. – В этом проблема. Мы так без работы можем остаться. – Какой ужас! – пугаюсь я. – Не знаю, чем тебе помочь, Линда. Вернее, не знаю, чем ты можешь мне помочь, чтобы я таким образом помог тебе. – То-то и оно, – говорит Линда. – Евреи, вообще, народ привередливый. На них нет надежды, никто не просит помощи. Поэтому мы помогаем всем остальным – мексиканцам, китайцам, сирийцам, украинцам… – Понимаю. Нелегальным иммигрантам, что ли? – Такого слова нет, – говорит Линда. – Они теперь называются по-проcтому: обездокументенные граждане. Но с ними тоже трудно. Слишком много общественных организаций и групп хотят им помогать. Этих несчастных обездокументенных буквально рвут на части. На всех не хватает. Мы с нашим скромным бюджетом на выдерживаем конкуренции. Линда снова вздохнула и окончательно закручинилась. Я говорю: – Послушай, может, вам придумать какую-нибудь грандиозную программу? Такую, чтобы всё человечество растро-

галось и начало делать пожертвования. – От человечества не дождёшься, – объясняет Линда. – Главное – чтобы наше федеральное правительство растрогалось. Это то, откуда деньги сочатся. – Понятно. Значит, программа должна быть политически корректной. Например, «Защита обездокументенных граждан от изменения климата». – Звучит красиво, – соглашается Линда. – Но безнадёжно. Всю эту лакомую тематику уже расхватали. Кстати, ты мне напомнил. У нас есть одна программа, с которой ты можешь помочь. Ты родился в России? – Вроде того. В Советском Союзе. – Никогда не слышала. Это где-нибудь в Европе? – Частично. – Подходит. Сколько тебе лет? – Ох, много, – вздохнул я. – Помирать пора. – Замечательно! – неожиданно обрадовалась Линда. – Значит ты жил во время Гражданской войны? Я насторожился. – Ты имеешь в виду войну Севера с Югом? – Ах, нет, это я немного перепутала. Я

имела в виду Мировую войну. Ты её помнишь? – Первую – нет. Вторую немного помню. – Прекрасно! Значит, ты пережил Холокост. И теперь можешь в рамках нашей просветительной программы для начальной школы выступить и рассказать детям, как ты его пережил. – Ну, вообще-то, честно говоря, я его особенно не переживал. В то время я был ничтожно мал и жил в глухой деревне вдали от военных действий. – Как ты туда попал? – Эвакуировался вместе с семьёй. И жил там, пока война не кончилась. – Ну вот, значит, ты и есть жертва Холокоста. Ты спасся бегством от наступления нацистов. И теперь можешь с полным правом рассказывать детям про своё страшное детство. Как насчёт следующего вторника в два-тридцать?.. … В назначенный вторник Линда привезла меня в начальную школу имени Барака Обамы, запустила в спортивный зал и велела ждать. Зал был пуст. Он сверкал чистотой. На стенах, помимо Обамы, висели портреты Франклина Делано Рузвельта, Мартина Лютера Кинга и какой-то женщины с головой, замотанной в платок. Открылись одновременно две двери, и четыре учительницы ввели в зал густую ораву детей, от которых у меня зарябило в глазах. Их было не меньше сотни. Меня поразило, что в такой небольшой округе, к которой относилась школа, так много рожают. Не иначе, как экономят на презервативах, подумал я. Дети разом сели на пол, скрестив ноги, и уставились на меня. В их широко раскрытых глазах трепетало волнение людей, увидевших наяву живого птеродактиля. Старшая учительница, которая, возможно, была даже директором школы, ласково погладила меня по голове и сказала, обращаясь к детям: – Это мистер Алекс. Он пережил Холокост и сейчас расскажет, как ему это удалось. Давайте похлопаем мистеру Алексу. Дети дисциплинированно похлопали и затихли. Я сказал: – Здравствуйте, дети. Сколько вам лет? – Им всем по девять, – ответила за детей одна из учительниц. – Это третий

класс. – А мне ещё больше, – бездарно пошутил я. – Если взять ваш возраст и умножить на ваше количество, то как раз получится мой возраст. Учительницы в ужасе переглянулись. Дети никак не отреагировали на это известие, и я понял, что они ещё не проходили умножение. – Да, дети, я родился давно и, как видите, надолго, – сказал я, стараясь загладить глупую шутку и разжечь в себе воодушевление. – Но родился не в Америке, как все люди, а в другой стране, ко-

торая называлась Советский Союз. Теперь она называется Россия. Но это та же самая страна, как её ни называй. Когда я был совсем маленький, на эту страну напала другая страна, Германия, которой правили нацисты. Получилась война. Далее я рассказал детям, как моя семья вместе со мной, спасаясь от нацистов, эвакуировалась далеко на восток и поселилась в маленькой глухой деревне, в убогой бревенчатой избе. В этой деревне не было ни электричества, ни водопровода, ни канализации. Электричество по вечерам заменяли свечи. Водопровод заменяла речка в полумиле от деревни. Канализацию заменяли родные просторы. Я рассказал о том, как мы голодали, и как мне всё время мучительно хотелось есть, а есть было нечего, и как деревенские мальчики постоянно крали у нас всё, что могли украсть, и как я пошёл в школу, в первый класс, где меня дразнили ев-

стр.

5781 ноябрь 2020

реем. Дети слушали, затаив дыхание, а я продолжал говорить, удивляясь своей немеркнущей памяти. Неожиданно для себя я открыл, что воспоминания семилетнего ребёнка отпечатываются в мозгу навек и не стираются временем. В конце концов мои воспоминания исчерпались, я затих, и учительницы разрешили детям задавать вопросы. Взметнулось сразу не меньше полсотни рук. Пятьдесят пар глаз зажглись страстным желанием дойти до самой сути. – Вот вы говорите, что вас в школе дразнили евреем, – сказал прыщавый, неряшливого вида пацанёнок. – А почему вы не могли ходить в школу без ермолки, чтобы вас не дразнили? Вам что, родители не разрешали? – А я и ходил без ермолки, – признался я. – У меня её даже не было. – Если так, то откуда они знали, что вы еврей? – не унимался прыщавый. – Они не знали, – сказал я. – Я тоже не знал. Это просто было такое ругательство – еврей. Деревенские мальчики друг друга тоже евреями обзывали, когда ссорились. Въедливый пацанёнок явно не удовлетворился моим ответом, но продолжать диспут с ним я не мог. Надо было дать слово другим. Ближе всех ко мне сидела щупленькая рыжая девочка, которая смотрела на меня влюблёнными глазами и тянула руку так, словно хотела достать до потолка. Я её безжалостно проигнорировал и дал слово другой девочке, которая спросила с волнением: – Почему в вашей деревне не было электричества – с целью охраны окружающей среды или в это время была забастовка работников электростанции? – Электричество туда не провели, – разъяснил я. – Но жителей деревни это не беспокоило, потому что они всё равно не знали, что такое электричество. А что касается окружающей среды, то с ней было всё в порядке. Окружающую среду в этой деревне ничто не загрязняло, кроме лошадиного навоза. Следующий. Рыженькая продолжала изо всех сил тянуть руку, но я опять не обратил на неё внимания и, чтобы не заподозрили в расизме, дал слово чёрной девочке. – Вы сказали, что вам всё время хотелось есть, – сказала девочка, и в её голосе звучало неподдельное сочувствие. – А почему нельзя было просто заказать пиццу? Этот вопрос вогнал меня в ступор, и я мучительно старался придумать, как на него ответить. Неожиданно выручила учительница. – Дети, – сказала она, – пицца – не очень питательная еда. Конечно, она богата жирами и углеводами, но в ней недостаёт белков и растительных полифенолов, необходимых организму. Так что, мистер Алекс правильно делал, что не заказывал пиццу. – Спасибо, – сказал я учительнице за

её чёткий, исчерпывающий ответ на поставленный вопрос. И, чтобы окончательно оградить себя от подозрений в расизме, предоставил слово чёрному мальчику, тем более что его звали Алекс, как меня. Алекс оказался довольно агрессивным типом. – Вот вы говорите, будто бы вы ходили в лес за грибами, – сказал он, явно стараясь уличить меня во лжи. – Зачем это надо было делать, если грибы продаются в любом супермаркете? На моё счастье, опять вмешалась учительница. – Ходить в лес за грибами – это аллегория, – сказала она. – Мы все знаем, что дикие грибы есть нельзя, так как ими можно отравиться и попасть в больницу. Когда мистер Алекс говорит, что он ходил в лес, он имеет в виду, что супермаркет, где продавали грибы, был очень далеко. Правильно, мистер Алекс? – Да, конечно, – тоскливо согласился я. – Жуть как далеко. В другом измерении. Следующий. Рыженькая девочка продолжала тянуть руку, и я, наконец, сжалился и предоставил ей возможность задать вопрос. Она радостно вскочила на ноги, открыла рот и вдруг оцепенела. Выражение её лица начало меняться и за несколько секунд пронеслось через весь спектр человеческих эмоций, включая радость, испуг, смущение, отчаяние. – Ну-ну, говори, – подбодрил я. – Что ты хотела спросить? – Не знаю, – прошептала девочка. – Я забыла, как это называется. – Ничего, потом вспомнишь, – успокоил я. – Следующий. Поднялся толстый, чисто одетый мальчик, типичный отличник. – У меня такой вопрос, – вежливо сказал отличник. – У вас в этой деревне были друзья? – Конечно. Деревня была маленькая, поэтому там все были друзьями. – Как вы с ними проводили время? – По-разному. Главным образом, наше времяпрепровождение заключалось в том, что они меня били. – За что? Они вас не любили? – Отчего же. Очень любили. Били просто для удовольствия. – Вы получали от этого удовольствие? – Я – не очень. Но моим деревенским друзьям это нравилось. Толстого отличника перебил другой мальчик: – Вы играли в какие-нибудь игры? – спросил он, хмурясь и волнуясь от важности своего вопроса. – А как же. В школе на переменках самая популярная игра называлась «зад к стенке». Какой-нибудь мальчик громко кричал «зад к стенке!», и все быстро прижимались задом к стене. А кто не успевал или потом отходил от стены, того били ногой по заду. Очень увлекательная игра. – Зачем били? – не понял мальчик.

– Чтобы держал зад к стенке. – А зачем держать зад к стенке? – Чтобы не били ногой. Дети понятливо закивали. Рыжая девочка вдруг снова повеселела, вскочила на ноги и закричала: – Я вспомнила! Я вспомнила! Можно вопрос? – Можно. – У вас есть меланома? Я покрылся холодным потом. Учительницы встревожились и подбежали к девочке. Некоторое время они, сгрудившись над ней, о чём-то беспокойно шептались, а потом с облегчением оставили девочку в покое. Одна учительница подошла ко мне и вполголоса объяснила: – Понимаете, это очень умная девочка, отличница. Она хотела вам сделать приятное и показать, что она знакома с еврейскими обычаями. Она имела в виду то ли менору, то ли мезузу. Перепутала слова. Так что, не беспокойтесь. Прозвенел звонок. Дети вскочили на ноги и бросились из зала, стискиваясь в дверях. Я перевёл дух. На следующий день позвонила Линда Гойберг. Её голос звенел от радости. – Поздравляю с успехом! – кричала Линда. – Администрация школы и дети в восторге от твоего содержательного выступления. Они говорят, что благодаря тебе узнали много интересного про Холокост. Надеюсь, ты не откажешься выступить ещё в одной школе? – А как же, конечно. С удовольствием, – сказал я упавшим голосом. – Прекрасно. Как насчёт следующего вторника в два-тридцать? … Так моя жизнь наполнилась новым содержанием. Я стал регулярно посе-

15

Выпуск 459

щать начальные школы и рассказывать детям про маленькую русскую деревню, где не было канализации и нельзя было заказать пиццу. Когда дело доходило до вопросов, первое, о чём меня просили дети, – рассказать об игре «зад к стенке». Их интересовали правила этой удивительной игры во всех деталях. Мне сказали, что теперь в начальных школах нашего графства дети на переменках играют в «зад к стенке». Правда, они её переименовали, заменив слово «зад» другим, более привычным для школьников словом. Популярность игры растёт, и в следующем году намечается турнир по «заду к стенке» между школами графства. Учителя школ и администрация отдела народного образования не возражают. Они считают, что игра «зад к стенке» повышает интеллект учащихся и отвлекает их от употребления наркотиков. Моя популярность тоже растёт. Среди школьников графства я известен как «Мистер Зад к стенке». Каждый день я получаю текстовые послания по телефону и почтовые открытки, где меня благодарят и желают здоровья. Одна девочка пожелала мне счастливого Холокоста. Я подозреваю, что это та самая рыженькая, которая путает слова. Благодаря мне агентство «Семейное счастье» получило большой грант и теперь процветает. Линду Гойберг повысили в должности. А я стал настоящей знаменитостью. Думаю, надо будет попросить администрацию отдела народного образования повесить мой портрет в гимнастическом зале рядом с портретом Барака Обамы. Иллюстрации Вальдемара Крюгера

стр. 16

Выпуск 459

ИЗРАИЛЬСКИЕ ЗАРИСОВКИ

5781 ноябрь 2020

Дина Рубина

Ох, люблю поругать страну, в которой живу! Смачно, с оттяжкой, с употреблением широких пластов неформальной лексики, с приведением многочисленных, надо сказать, примеров бытовых, политических, социальных и прочих безобразий…Люблю поругать страну, в которой живу… желательно у себя на кухне. И обязательно – с теми, кто живет со мною в этой стране бок о бок, точно так же, как я, ждет (или ждал, или будет ждать) своих детей на побывку из армии, платит неисчислимые налоги, потеет в жару и чинит вечно протекающую зимой крышу… С гостями же, иностранными журналистами и на выступлениях перед широкой аудиторией в разных странах я становлюсь стыдно признаться! - неприличной и всесторонней заступницей этой крошечной, скандальной страны, всегда как заноза в глазу торчащей на первых новостных полосах газет. И лишь по одному поводу я не только позволяю посторонним в своем присутствии хаять этот Святой огрызок суши, но и хмуро поддакиваю: да, в Израиле ужасно ездят! Да, хуже чем в Италии… Да-да, гораздо хуже, чем на Сицилии…О, да – почти так же ужасно, как в Москве! Это я к чему? – учусь водить машину! Решилась, наконец, поменять свой транспортный статус. А получить водительские права в Израиле, это – как писали классики – не ешака купить. Предприятие суровое. Для начала нужно взять уроков столько, сколько тебе исполнилось по паспорту лет. А лет мне, уж признаюсь, не семнадцать. Хотя, мой учитель Юра называет меня «девчонкой», как и всех своих учениц от 17 и до 87 лет. - Девчёнкя, гонщица, не дави на газ! Та-а-рмози перед поворотом! Пропусти ту девчонку на «мицубиши». (За рулем «мицубиши» восседает седовласая дама лет шестидесяти пяти, наверняка, какой-нибудь почтенный адвокат). Едва я сажусь за руль, закрепляю ремень и завожу двигатель, я знаю – что услышу. - Вперед, на Варшаву! – восклицает Юра меланхолично. Человек он мягкий, дружелюбный, с бабами… то есть, с «девчёнкями», терпеливый, в отличие от многих учителей. - Ты когда меня на экзамен выпу-

стишь? – интересуюсь я. – Я уже замечательно езжу. И совсем не боюсь! - А я боюсь, - грустно признается Юра. – Знаешь, сколько меня били? Я битый-перебитый весь… устал уже судиться со страховыми кампаниями… Я ж весь день в машине. А эти чокнутые израильтяне так ездят, что хочется пересесть в танк… О!О! (навстречу из переулка выскакивает такси, водители которых в Израиле с одной стороны невероятные виртуозы, с другой – невероятные наглецы. Юра бьет по тормозам, таксист тоже, оба размахивают руками с бешеной скоростью, и оба ругаются). - Видала это лысое чудо?- отдышавшись, говорит мой учитель. - Вот так, как он, не делай никогда! В течение сорокапятиминутного урока нам подворачиваются самые разные случаи научиться на примерах «от обратного»: - Видала, как тебя подрезала справа та девчёнкя на сером «Ситроене»? Вот так, как она, не делай никогда! Да, в Израиле ужасно ездят! Ежегодно публикуют данные о погибших

на дорогах. Их неизменно и значительно больше, чем жертв терактов и военных действий. Психологи, социологи, журналисты, министерство транспорта проводят опросы граждан, пытаясь выяснить и снизить причины столь безумного ежеминутного риска. Объяснения самые разные – тяжелый климат, национальный темперамент, недостаток общей культуры общения, социальная напряженность, нервные срывы… И так далее, и так далее… Хотя, непонятно – отчего это климат тяжелее, чем в Южной, например, Аризоне, а национальный темперамент круче, чем в Буэнос, например, Айресе? «Ну, в самом деле, - вопрошает журналист на экране телевизора (а за спиной его вжикают по шоссе легковые автомобили, срезают и дырявят пространство мотоциклы и мопеды, ныряя между мчащихся машин) – ну, почему, в самом деле, мы не умеем водить спокойно и культурно, по правилам, как в Германии, в Швейцарии, в Швеции, наконец?!» Вопрос, что называется, риторический…

Вот сегодня у нас тяжелый день: выступаю в Кармиэле, это на севере, езды часа четыре… Готовимся с утра, причем, больше - психологически. В машину садимся, как истребитель садится в самолет. Пристегиваемся… «Ну, с Б-гом!» говорит мой муж, включая зажигание. И буквально сразу, еще на нашей улице, слева выскакивает, как черт из табакерки, серый «Пежо», чуть не утыкается в нас, резко тормозит. За рулем – девушка, на вид лет четырнадцати. Лихо поворачивает, ложится на крыло, мчит дальше…Текст, посылаемый ей вдогонку нами обоими, я привести здесь не могу… А на подъезде к Тель-Авиву, волочась в непонятной пробке минут сорок, переживаем еще одно потрясение: с леденящим воем мчатся «амбулансы», унося раненых или убитых. На обочине мятый обугленный «шевроле», видимо, только что оттащили его с дороги. На уцелевшем заднем стекле полустертая голубая наклейка: «Господи! Все мы дети твои…»

стр.

5781 ноябрь 2020

17

Выпуск 459

В ДЕКАБРЕ в синагоге будет читаться поминальная молитва Кадиш в день Йорцайта (годовщину смерти по еврейскому календарю) родных и близких наших прихожан. Даты общепринятого календаря не совпадают с датами по еврейскому календарю, поэтому некоторые имена будут опубликованы в следующем месяце.

Вечная им память!

Abdurashmanov, Dora Abramzon, Eduard Aizenshtat, Yevgenia Aksel, Mark Amstislavskiy, Meir Anbinder, Matus Aptekar, Victor Arshinova, Raisa Babishenko, Shmuel Bakshi, Yusef Bal, Cherna Balis, Yeva Bardenshteyn, Fanya Barsky, Mikhel Basin, Shneyer Bekerman, Peter Belenkaya, Kuna Belyatskaya, Frida Berenboim, Luba Berezovskaya, Zhanna Berger, Klara Berina, Sonya Berkovich, Moshe Berkovich, Zaharia Bibikman, Yosef Bilinkis, Mordho Boldun, Riva Bomshteyn, Maria Borkhovik, Vladimir Bragilovskaya, Vera Bratkovskiy, Nochum Britvan, Miriam Brodskaya, Esther Brodskiy, Moisey Buks, David Burman, Etel Chalyk, Valentina Chazkevich, Yakov Cherno, Alexander Cheyfets, Samuel Chystyakov, Larisa Czutrin, Chava Dadiomov, Gita Darer, Riva Darer, Rivka Abramovna Derin, Iosif Dinenzon, Lubov Dobromislov, David Dolinsky, Matvey Drapkin, Yekaterina Drozd, Shlomo Dubrovskaya, Vera Dukach, Pinchas Dukhman, Maria-Mera Dvorkin, Abram Zelik Dvorkin, Klara Dymarets, Tatyana Elinson, Solomon Elterman, Gersh

Epshteyn, Rasya Eydelman, Samuel Eydelshteyn, Jacob Eydelshteyn, Yaakov Faktorovich, Rivka Faltushanskiy, Zelman Fayenston, Ruvim Fayman, Sura-Leah Fefer, Mordechai Feldman, Isaac Feldman, Noach Feldman, Reva Feyman, Bella Fiskin, Morduch Fiskina, Esfir Fleysher, Ilya Flink, Fima Fradkin, Yosef-Shlomo Freger, Sofia Fremderman, Mikhail Frenkel, Leib Frenkel, Reiza Fridman, Mara Gaft, Yaakov Galperin, Lazar Garber-Bussel, Chana Gedalin, Mila Gelberg, Yudel Gelfand, Jacob Gelfand, Lubov Geller, Boris Geller, David Gerenstein, Sara Gershengorin, Gregory Gershman, Mendel Gertzberg, Volf-Ber Gichtei, Zeilik Giller, Joseph Giller, Sonya Gluzkin, Manya Gnoyenskaya, Tzipora Gokhman, Israel Golant, Sofia Golbert, Nechama Goldberg, Ilya Goldin, Favish Goldman, Freydal Goldman, Iosif Goldshtein, Ilya Golman, Moshe Gorelik, Nikolay Goresht, Isaac Gorodezky, Aharon Granovskiy, Leiba Greenshpun, Sarah Grinshpun, Asya Gusinskiy, Eduard Gut, Channa Hakohain, Yona

Harag, Yosef Hasdan, Boruch Horenstain, Nina Ilyaguyev, Porat Ingerman, Gisya Iosevich, Leib Kagan, Guma Kandelis, Iosif Kaplan, Lazar Kaplunova, Katya Karpman, Lazar M. Katashiner, Fanja Katashiner, Naum Kats, Aleksander Kats, Leonid Katsnelson, David Katz, Asya Katz, Yoyna Kazimirovskaya, Tzilia Kernerman, Yaakov Khayut, Berel Khazanov, Erlen Khazanov, Irina Khazina, Sura Reiza Khomutov, Saveliy Kirshenbaum, Faniy Kleban, Shomo Kleyner, Mariya Kogan, Manya Kogan, Shaya Komisarenko, Munya Komornik, Hinda Konrad, Braina Kopilevich, Yuriy Kordonskaya, Ides Korol, Nina Kotin, Mikhail Kratzer, Boruch Kraverskiy, Moshe Krichevskiy, Anatoliy Krichevskiy, Vladimir krichevsky, Zina Krugman, Raisa Kutsaya, Shendlya Lakhman, Chaim Lakhman, Shakhna Lantsman, Fanya Lapitskiy, Iosif Lapushin, Simcha Lebedeva, Lyola Lekhtman, Arkadiy Levin, Ruvim Levina, Klara Levina, Tsilya Levinson, Janna Levinzon, Yenta Levits, Moshe Lichtmaher, Miron Lieberman, Tsal

Lisker, Maria Livshits, Iosif Logovinsky, Leib Lomsky, Solomon Lubarsky, Layzer Lurye, Naum Lyakhovetskiy, Larisa Lyubkin, Michoel Markevich, Rostislav Markus, Mendel Matusora, Zlata Matz, Chana Mazina, Yevdakiya Maziya, Grigoriy Melnikov, Leo Menaker, Yuriy Minkovskiy, Leba Minkovskiy, Leonid Mizevich, Bunya Moshkovich, Anna Mosky, Shirley Naiman, Evsei Naishtut, Tsilya Nesterovsky, Michael Nisenboim, Samuel Nisman, Kofa Novodvorskiy, Elif Nudelman, Froim Nulman, Ida Nutlis, Mariya Obetfeld, Vladimir Oletskyay, Lyusya Olkanetskaya, Ita Omelchenko, Anna Ostromogilskaya, Anna Parnis, Motel Pazin, Meir-Eliezar Pecherskaya, Raisa Pecherskiy, Vladimir Pechersky, Shava Perkin, Semen Pesotskiy, Sara Pikovsky, Lubov Pikus, Chaya-Ester Pilch, Moisey Pint, Yakov Podberezina, Roza Poljakov, Mark Portnaya, Rosa Potashin, Osher Presman, Mishail Pustylnik, David Rabinoff, Lazar Rabkin, Moisey Radkovskaya, Musya Radovilsky, Chezkel Radovilsky, Motl Rapoport, Abraham Raskina, Soffa

Кадиш читается каждый день в течение первого года после смерти человека, а затем в день Йорцайта (годовщину смерти). В настоящее время по просьбе родных и близких в синагоге F.R.E.E. в течение года читается Кадиш в память об ушедших из жизни наших прихожанах:

Ravikovich, Channa Razumovskiy, Peysach Revzina, Sofia Reynya, Anna Riskina, Leah Rivkina, Etya Roizen, Khaya Rosin, Gregory Rotshteyn, Nachman Roytman, Revekka Rozenberg, Roza Rozenfeld, Vera Rudyak, Ezra Russo, Roza Rutman, Mordechai Sakhnovskaya, Galina Salganik, Yefim Schmidt, Alexsandr Sector, Bella Segal, Gregoriy Segal, Hersh Segall, Dvoyra Shafir, Ira Shames, Samuil Shapiro, Esfir Shehtman, Tzina Shekhtman, Grigoriy Shevtsov, Natan Shiber, Ilya Shinkorovskaya, Yacha Shlain, Samuil Shleymovich, Rachel Shmelkina, Sima Shmin, Lev Shmukler, Shimon Sholomis, Yankel-Chaim Shpanover, Huna Shtivelberg, Isaac Shulman, Lazar Shvarts, Leonid Shvarzman, Mark Simanduyev, Hananil Sirota, Boris Slavina, Genya Slavina, Rimma Slezberg, Felix Slipak, Chanah Slutskiy, Yitzchak Sobolev, Igor Sokiryanskaya, Rakhil Sorkin, Naum Spivak, Ludmila Stolyar, Lyudmila Stupnitsky, Chaim Tabachnikova, Nechama Tabachnikova, Tsilya Talalay, Solomon Telman, Anna Tenser, Benyamin

Beyer, Mira Brodsky, Luba Gimpeleva, Fanya Medow, Sheila Spivak, Anatoly

Unger, David Mosky, Shirley Goldyuk, Shepsel Goldyuk, Leib Vildaver, Beatrissa

Tokar, Sophie Tokarskiy, Moysey Triliskay, Isaak Tseitlin, Naum Tseitlin, Reiza Tsekhanskiy, David Tserulnik, Moyshe Tsesarskaya, Dvora Tseytlin, Naum Tsimerman, Emma Tsirkis, Feyga Tsukerman, David Tsurkis, Fayga Tsybulevskaya, Tatyana Tzirulnik, Izya Unger, David Urovskaya, Bluma Valershteyn, Leva Varshavskiy, David Vatel, Bronislav Vaysman, Anatoly Veksler, Ger-Ary Vernik, Solomon Vernikova, Ida Vernikova, Maria Markovna Vernovsky, Moshe Vinnik, Lana Vistman, Berl Vistman, Rochel Vitkin, Esfir Vitkin, Leonid Volfson, Chana Volodarskaya, Asya Volodarskaya, Feyga Volodarskiy, Grigoriy Volodarsky, Dima Voloshin, Yakov Vorobeychik, Rakhil Weinstien, Fania Yacub, Doba Yaroslavskiy, Mordechai Yerman, Berel Yudovich, Leib Yumanskaya, Basya Yusubov, Nanash Zakon, Malka Zbazskaya-Lindenboim, Manya Zeldich, Raisa Zeygermaher, Leah Zheleznyak, Yakov Ziskind, Sonya Zisman, Reuvim Zitomirsky, Shepard Zlobinskiy, Meyer

Reznik, Pinchas Sokolim, Meer Libman, Konstantin Moore, Michael Basya Bas Tzilya

стр. 18

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

Юлия ГРАБАРЬ

Моему хорошему другу, редактору, критику и поводырю Евгению Берковичу посвящается

*** Этот сюжет завязался опрометчиво. Опрометчивость заключалась в том, что, во-первых, он — математик. Математик для скромного борзого писаки — это как грузинский джигит для ивановской ткачихи: сердце екает. Математики — особая каста. У них ведь как: вопрос — ответ, полный и четкий. Вольному перу разгуляться негде. Математик только пожмет плечами: «Откуда это? Из чего вытекает?». Вторая нешуточная проблема заключалась в том, что он был энциклопедистом, немного как бы даже вынужденным. Будучи редактором четырех журналов (сетевых и бумажных), лично работающим с авторами, редактирующим сотни работ, поневоле становишься энциклопедистом. Голова хочешь не хочешь полнится самой разносторонней информацией. Пробовали ли вы удивить энциклопедиста? Порадовать изощренный ум какой-нибудь новизной? То-то и оно! Ну и третье. Как математик он подозрительно относился к разного рода гиперболам или художественной приблизительности. «…тут маленькая натяжка, незначительный обман читателя. Допустимо ли это в документальной прозе? — спрашивал он. — Как вы думаете, вправе автор немножко подтасовывать факты, чтобы изложение было „более художественным“?». Ответ подразумевался отрицательный. И поскольку я как раз очень любила “художественные” отступления и ремарки, я поняла что наш виртуальный роман вряд ли получит дальнейшее развитие. Нет, все это были попытки с негодными средствами! Становилось ясным, что не вольным пером, но постижением сути, не наскоком, но исподволь, войду я в мир моего избранника. Так действуют опытные писатели, политтехнологи и гейши. Это был правильный путь! Для этого я отправилась в далекий 1959 год.

***

Даже если сердце математика поначалу и выглядит, как сделанное изо льда и стали, воспоминания детства растапливают лед! Я ударилась в воспоминания. Он был потенциальным вундеркиндом. Это такой вундеркинд, который может и не раскрыться и, скорее всего, не раскроется, если не поймет что-то важное. Он учился в довольно заурядной московской школе 413 в Берниковом переулке. Впрочем, уровень ее немного поднялся, когда рядом построили высотный дом на Котельнической набережной, и в класс пришли дети академиков, номенклатуры и другие неслабые ребята. В 413-й он учился легко, не напрягаясь. Но когда попал в 711-ю, то понял, что это другой мир: по каждому предмету там был свой лидер, причем вместо школьной программы они изучали вузовскую. И легкие успехи, к которым он привык, растворялись на глазах. Тогда он сделал первый важный вывод: лидерство требует сверхнапряжения. Он стал изучать вузовские учебники, записался в математический кружок в МГУ, стал слушать лекции для поступающих… К концу полугодия он стал отличником по всем предметам, кроме, увы, физкультуры. Соревнования в беге-прыге казались ему детской забавой и, по правде говоря, тратой времени. Сейчас он так не думает. Потом наступили хрущевские времена с его школьно-вузовской реформой. Родители поддержали сына в довольно смелом решении: завод и вечерняя школа. ШРМ он за-

Редакция "Шалома" сердечно поздравляет с юбилеем д-ра Евгения Берковича - замечатель-

ного редактора русско-еврейских журналов, глубокого историка, яркого публициста. Желаем юбиляру крепкого здоровья, радости, счастливого и долгого продолжения пути! кончил с золотой медалью, но главное — он уже научился работать самостоятельно. Оказывается, образование, при всей важности хороших учителей и престижного заведения, это очень личное дело. Вот эту личную ответственность он понял еще в подростковом возрасте, и это стало одним и переломных моментов его жизни. Таких критических перепутий, своеобразных точек бифуркации, в жизни было несколько.

***

Бифуркации, образуя водоворот, могут быть предвестниками катаклизма. А могут и вывести в незнаемые воды. И тут все зависит от личных качеств: выплывет — не выплывет. И если выплывет — то куда? Под воздействием личных качеств, о которых я расскажу ниже, судьба, в непреодолимость которой яростно верили древние греки, вполне способна изменить направление во времени и пространстве. Вторая точка бифуркации связана с поступлением не куда-нибудь, а в МГУ, на физический факультет. Он вступил в нешуточную схватку с Молохом и победил. Это действительно была та самая «госпожа Победа». О том, что евреев режут на экзаменах, он слышал, но почему-то не думал, что это случится с ним. Может, это и помогло справиться с неожиданной атакой со стороны экзаменаторов. Предложенная экзаменатором задачка оказалась сложной и необычной. «— Как я теперь понимаю, - вспоминал он в своем блоге, — это был вариант «задачи Бюфона», — когда на разлинованную плоскость бросают иголки и нужно подсчитать максимальное число пересечений иглы с линиями на плоскости. По сути, это была непростая комбинаторная задача «с повторениями», хотя даже простая комбинаторика была из программы школ изъята и в программу экзаменов тем более не входила. Я комбинаторику знал, но формул «с повторениями» не помнил и решил искать решение „под другим фонарем“.

Я взял сначала две иголки и быстро посчитал нужное число пересечений — оказалось их 3. Потом рассмотрел три иголки — и нужное число оказалось равным 5. Потом 4 иголки, и число стало равным 9. Тут уж я увидел закономерность: если n иголок, то число получается 2(n-1) +1. Ну, а если есть формула, то доказать ее можно без всякой комбинаторики методом математической индукции. Это значительно легче, так как перейти от n иголок к (n+1) относительно просто. Т.е. я, вместо ответа на вопрос об 11 иголках, получил ответ для любого n. Оставалось только подставить n=11 и получить ответ: 1025 пересечений. Когда экзаменатор, а им был страшный в прямом и переносном смысле слова Владимир Борисович Гласко, увидел мое решение, он обалдел не меньше застигнутого врасплох абитуриента. Все, что он смог спросить: в каком ВУЗе вы учились? Это я-то, в неполных 17 лет! Короче, придравшись к какой-то мелочи, он все же поставил тройку. Он не знал, что даже тройки мне достаточно для поступления (вот когда пригодился трудовой стаж!). Я поступил». Да, сколько стружки потом сняли с Гласко за невыполненное “государственное” задание, можно только догадываться. Но я в роли очеркиста видела свою роль в том, чтобы быть антагонистом и задавать немного провокационные вопросы. — Вы ведь действительно уже как бы “учились” в ВУЗе — ходили на курсы МГУ, слушали лекции университетских преподавателей для старшеклассников. Тем более, вы жили в самом центре Москвы, то есть в центре “Империи”? Это помогало? — Конечно, помогало. Но тем труднее было сделать важный (для подростка тем более!) вывод: настоящее образование — это самообразование, это личная увлеченность и ответственность.

***

Предыдущий отрывок из воспоминаний моего героя меня как-то особенно взволновал. И не потому что случай был чем-то из

ряда вон выходящим (дело было как раз вполне обыденное. Более того, в начале хрущевского правления, которое не случайно назвали оттепелью, евреям были сделаны некоторые послабления в деле поступления в вуз и устройстве на работу). Но в целом… Ведь в ущерб же себе! Своей стране, своей науке, обществу в целом! Неужели уповали только на то, что все удастся “стянуть” на Западе, а собственные светлые головы под черными шевелюрами не нужны? Впрочем, мы оба поняли, что вопрос — риторической. — Но вот теперь? Что происходит теперь? Гидра антисемитизма опять на подъеме? Причем, и на демократическом Западе? — Еще как! — ответил мой герой, которого, я наконец, назову по имени. Герой моего очерка — Евгений Беркович, хорошо известный на всех континентах (это без преувеличения) редактор и организатор Портала “Заметки по еврейской истории”, публицист, писатель, издатель, исследователь жизни и творчества Томаса Манна и Альберта Эйнштейна. — Но не зря говорят, все развивается по спирали. Нынешний виток какой-то особенный. Подход не только национальный, но расовый, гендерный и культурный! У нас в журналах и в Гостевой книге много авторов пишут о делах в Америке. Там на университетских кампусах отводят специальные места “безопасности” для белых студентов. Гости из Израиля не допускаются к выступлениям. Точки зрения, не соответствующие убогому перечню “разрешенных”, признаются преступлением и в мгновение ока разрушают карьеры и жизни. Беркович продолжал: — Я вспомнил дела 1937 года в Германии (история науки в Германии — одна из областей его интересов - ЮГ). 15 июля 1937 года в еженедельнике «Черный корпус», была опубликована огромная — на всю газетную полосу — статья против молодого физика-теоретика под убийственным названием „Белые евреи в науке“. В статье объяснялось значение этого терПродолжение на стр. 20

5781 ноябрь 2020

стр.

19

Выпуск 459

Новый свиток Торы для нашей общины Дорогие друзья!

Начну с радостной новости: недавно cостоялась церемония написания первых букв нового Свитка Торы... Почему это так важно сейчас, в трудные дни эпидемии коронавируса? Наши мудрецы не раз указывали: Всевышний посылает особое благословение общине, где пишется Свиток Торы. Хорошо известна история, которая случилась во времена основоположника хасидизма Баал Шем Това. Во многих местечках произошла тогда вспышка страшной болезни. Она не щадила никого - мужчин, женщин, детей. Что сделал великий Баал Шем Тов? Он поручил евреям принять участие в создании новой Торы. И община начала исцеляться. Б-г всегда помогает таким людям, дарует им здоровье и успех. Во время сегодняшней разрушительной эпидемии организация F.R.E.E. начала написание Свитка Торы во имя благословения и защиты членов еврейской общины. Этот Свиток должен быть совместным проектом, в котором участвует каждый из нас, спонсируя хотя бы одну букву. «Твоя» буква в Свитке Торы становится твоей связью с большей Б-жественной защитой в период эпидемии. Знаю, что многие жители Большого Чикаго хотят символически принять участие в этом важном процессе, то есть стать спонсорами.Как это сделать? Можно приобрести одну букву (ее цена составляет всего 1 доллар) или строчку в Новом Свитке. А кто-то, с Б-жьей помощью, станет спонсором написания целой главы. Вы также можете сделать эту покупку не только для себя, но и для друзей, близких. Будет очень хорошо, если вы посвятите свою мицву памяти ваших ушедних из жизни родных. Стать участником написания Свитка Торы очень просто – нужно воспользоваться этой ссылкой в интернете: www.thechicagotorah.com От всего сердца я благодарю тех, кто уже стал спонсором написания Свитка Торы, и тех, кто, читая эти строки, принял такое решение сейчас. Ваши имена обязательно будут опубликованы в нашем ежемесячнике «Шалом». Пусть Б-г услышит наши молитвы и даст нам всем, а также нашим семьям и всему человечеству исцеление от жестокой пандемии. Да услышим мы хорошие новости уже в самом близком будущем! С уважением

Ребе Нотик

www.thechicagotorah.com

стр. 20

Ю. Грабарь

Продолжение. Начало на стр. 18

мина: „Победу расистского антисемитизма можно оценить только как частичную победу. Ибо не сам по себе расовый еврей нам опасен, сколько дух, который он распространяет. И если носителем этого духа является не еврей, а немец, то с ним нужно бороться вдвое решительнее, чем с расовым евреем, который не может скрыть происхождения своего духа. Народная мудрость придумала даже специальное обозначение „белый еврей“ для подобных бациллоносителей“. То есть антисемитизм, помимо конкретной и узнаваемой юдофобии, это еще и ненавистник любого прогресса, и интеллектуализма. Интересы страны, общества? О чем вы? Тенденции к разрушению этого самого общества и лежат в основе антисемитизма в широком его понимании, как бы его сторонники и апологеты ни трактовали его.

***

После успешного (с красным дипломом) окончания университета последовал неожиданный отказ от приема в заочную аспирантуру. — Напомню, что дело происходило в 1967 году, сразу после Шестидневной войны. Отношение к Израилю, сионистам и ко всем евреям в официальной пропаганде становилось все агрессивнее и нетерпимее. Оттепель закончилась! Как теперь стало известно, на самом высоком политическом уровне тогда было принято решение об „очистке" от евреев фундаментальной науки, оборонных отраслей и высшего образования. — Так завершение оттепели, которая так и не перешла в весну, каким-то образом связана с Шестидневной войной? — Конечно! Советская военная машина получила пощечину, и как это происходило в истории не раз, стала отыгрываться на евреях. В моем случае это реализовалось в отказе под каким-то смехотворным предлогом (на Ученом совете якобы потеряли мои документы) в приеме в заочную аспирантуру. Но мой более информированный научный руководитель посоветовал мне благодарить небеса за то, что удалось добиться приема на работу в ВЦ МГУ, а об аспирантуре лучше забыть. Свою десятилетнюю (с 1965 по 1975 год) работу в науке он вспоминает как самый счастливый творческий период. Ему удалось получить весомые результаты, которые и сейчас не потеряли значения. Тем не менее, после защиты диссертации Евгений услышал недвусмысленное: никаких перспектив в НИВЦ МГУ у него нет, и лучше искать другую работу. На банальное увольнение по сокращению штатов руководство не решилось, но сделало все, чтобы его пребывание там стало невозможным.

***

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

Институты научно-технической информации, как и многочисленные отраслевые институты автоматизированных систем управления (АСУ — это был период, как тогда шутили, “АСУчивания всей страны”) были, по существу, не научными, а проектными институтами. Ширма „научно-исследовательский" нужна была для получения более высоких окладов и более почетного статуса их руководителей. Кстати, именно отрасль научно-технической информации и АСУ оказалась чуть ли не единственной, куда могли устроиться евреи, вытесняемые из „запрещенных" отраслей — науки, оборонки, высшего образования. Так что там оказывались порой очень квалифицированные кадры. — Если верно, что человечество вступает в „информационное общество", то нельзя не признать, что мы занимались достаточно

актуальными вещами, насколько, конечно, ими можно было заниматься в условиях „развитого социализма". Все-таки внедрение разработок — это само слабое место системы. Не умеет она этого делать не умеет, боится, не заинтересована. Это очень давняя проблема. Это только в Америке из гаражей, где собирались 2-3 увлеченных фаната, вышли миллиардные компании с налаженным выпуском продукции. Они как бы с самого начала знали, что делают продукт для реализации. У нас разработчик от этого далек не только физически, но и ментально. Деятель науки заинтересован в статье в научном журнале. Это мерило его труда, а не внедрение, не реализация и не получение прибыли. Впрочем, тут мы не должны путать прикладную науку с фундаментальной.

***

Точка бифуркации под названием “эмиграция” знакома многим. Для кого она была сладким пряником с медовой начинкой? Нет таких. Мы все оставили и отправились „в неизвестность". Говорить о причинах бессмысленно. Это был вихрь, массовый исход, и рассуждать о резонах, которые заставили отдельную птицу подняться общей стаей и лететь в неведомое, — не приходится. «Лететь нельзя остаться». Да, вот именно по этой формуле, у которой нет однозначного решения, мы все действовали. — Конечно, не последнюю роль играло беспокойство за судьбу нашего младшего сына, которому за два дня отъезда исполнилось тринадцать. Было еще желание опять испытать себя в абсолютно новых условиях, прожить, так сказать, еще одну жизнь. Может, это было неосознанное желание ощутить себя молодым. Ведь через два месяца после приезда в Германию ему исполнилось 50. Казалось бы, в Германии человеку, которому исполнилось 50, можно расслабиться, пожить в свое удовольствие, почитать книги, поездить по миру. Социальная поддержка приехавших в те годы эмигрантов была довольно сильной, и многие ровесники моего героя быстро перешли в статус «социальщика» и забыли о том, что такое работа. Но не таков мой герой, этот выбор был не для него. На первый взгляд поиск работы по специальности в новой стране произошел у Берковича необыкновенно быстро. Полгода изучения языка, потом десять месяцев повышения квалификации в одном из немецких институтов, освежение своих знаний по специальности, затем поиск места для обязательной двухмесячной практики и десятки писем работодателям — и вот она, удача: его пригласили на беседу с директором одного ганноверского предприятия, где после долгого разговора предложили вместо практики поступить на постоянную работу. Так началась его трудовая деятельность в одной из крупнейших на севере Германии фирме по производству программных систем, или, как он ее называет, Институте финансовой математики. Добиться этого было нелегко. Вот какие барьеры пришлось на этом пути преодолеть. Сначала нужно было поступить в институт, чтобы «повысить квалификацию», соотнести ее с требованиями в Германии. Рассказывает Беркович: — Мне хотелось найти работу по своей последней специальности – разработчика программных и информационных систем. При этом я ясно понимал, что ни иностранный университетский диплом, ни ученая степень, полученная в другом государстве, не помогут при поиске работы здесь, в Германии. И я решил получить еще один, на этот раз немецкий документ о профессиональном образовании. Только тогда можно было хоть на что-то надеяться при поиске работы. Но легко сказать — получить еще одно об-

разование! Когда он первый раз завел об этом речь в ведомстве по труду (по-немецки оно называется арбайтсамт), то чиновник просто высмеял его. «О какой учебе вы говорите, — поражался он. — Вам за пятьдесят, какой работодатель даст вам работу? Обучать вас бесполезно, мы не можем впустую тратить государственные деньги». Все же Евгений был настойчив. Нет, его не послали сразу учиться. Сначала он должен был выдержать специальный экзамен, чтобы доказать, что в состоянии воспринимать новые знания. Экзамен состоял из серии психологических тестов, проверявших способность логически мыслить, запоминать и анализировать информацию, умение грамотно излагать свои мысли на немецком языке. Сдав его, нужно было найти институт, готовый взять на обучение. Институты так же устраивали тестирование претендентов и неохотно принимали в число студентов немолодых людей. Ему еще пришлось еще несколько раз проходить экзамены на профпригодность, причем ни один из них не был похож на другой. Особенно запомнился экзамен в Гамбурге, который устраивала знаменитая немецкая фирма «Сименс». Испытания продолжались восемь часов, на решение задачи давалась минута, один тест сменял другой как картинки в калейдоскопе. Тот экзамен он выдержал, и ему было предложено переезжать в Гамбург с семьей, но на домашнем совете было решено от выгодного предложения отказаться — очень уж не хотелось расставаться с Ганновером, где сын только-только поступил в гимназию, пережив нелегкий период адаптации, обзавелся первыми друзьями... Поиски подходящего вуза пришлось продолжить. И они, в конце концов, дали результат. Нашелся институт повышения квалификации программистов и специалистов по банкам данных в Ганновере. Снова пройдя вступительный экзамен (который по счету?!), он попал в число студентов. Тридцать лет в программировании – немыслимо большой срок! За это время успели смениться не только несколько поколений вычислительных машин, появились персональные компьютеры, изменились языки программирования... Важнее, что несколько раз менялся сам подход к составлению программ, радикально и даже неоднократно менялось мышление программистов. Изменить стиль мышления труднее всего, поэтому, как правило, новую компьютерную парадигму осваивает новое поколение. Вот это оказалось самой трудной задачей. Преуспеть не в своем поколении! Одной этой фразой очерчена главная проблема возрастной эмиграции. К тому же, не в родной языковой среде, не будучи сведущим в нюансах культурной жизни, менталитета, тонкостях общения - именно это оказалось самым трудным.

***

Итак, достигнута немыслимая для большинства «пожилых» эмигрантов цель – найдена любимая работа по основной специальности. Да еще в министерстве науки официально признали, что он «доктор естествознания». В Германии это имеет особое значение. В отличие от многих стран, докторская степень тут играет роль дворянского титула — она сопровождает фамилию человека во всех официальных документах. Теперь мой герой стал «господином доктором Берковичем», вошел в элиту немецкого общества. И оклад на работе позволял жить не так, как живут «социальщики» — очень скоро появилась собственная уютная современная квартира с небольшим садом, подземный гараж, дача и прочие атрибуты «красивой жизни». Казалось, что теперь-то можно успокоиться – работай и наслаждайся жизнью обеспеченного и уважаемого чело-

века. Но вы плохо знаете моего героя. Размеренная жизнь не для него. Проснулась одна давняя страсть. Он всю жизнь увлекался философией, литературой, историей, особенно еврейской историей, которая, как он понял, пронизывала всю мировую историю через события, через открытия, через религию, через судьбы людей. Он понял, что больше всего хочет заниматься именно этим. И Беркович стал писать исторические очерки и эссе на разные темы еврейской истории. Причем писал параллельно с работой в Институте финансовой математики. Это было трудно представить его коллегам: напряженный рабочий день, требующий полной отдачи всех сил и душевного напряжения, а вечером изучение исторических материалов и источников и создание текстов, которые шли нарасхват во многих русскоязычных газетах и журналах всего мира. К 2000-му году очерков и эссе стало так много, что появилась первая книжка, название которой перешло потом к созданному Порталу: ”Заметки по еврейской истории". Книга была напечатана сначала в Ганновере, а потом в том же году издана в Москве. В 2003 году вышла книга "Банальность добра", подводящая определенный итог работам по тематике Холокоста. Она всколыхнула читателей, о ней много говорили, обсуждали. Ведь это боль, с которой мы живем и будем жить. В дальнейшем основной темой его исследований стали история науки и литературы. Известность получили книги Евгения Берковича «Томас Манн и физики ХХ века» (вышла в 2017 году), «Альберт Эйнштейн в фокусе истории ХХ века» в 2018. Готов к выходу в свет большой труд «Альберт Эйнштейн и "революция вундеркиндов"». В основу ее легли статьи в 17 номерах журнала "Наука и жизнь" — редкий случай в истории этого журнала! — опубликованные в период с сентября 2018 года по апрель 2020-го. За эту серию, кстати, Евгению присудили вторую Беляевскую премию – «за лучшую серию научно-популярных статей». Первую он получил за журнал «Семь искусств», о чем речь еще впереди. Но почему все-таки история? Наверное, эмиграция сыграла свою роль. Впрочем, можно ли обозначить таким формальным словом тот тектонический сдвиг, который тогда происходил? Вдруг уменьшились расстояния, ожило прошлое, география вместо многоцветной карты стала осязаемой реальностью, история наполнилась живыми людьми, перекличкой эпох. Казалось бы, у Беркович на большее уже не может быть сил: работа программиста-исследователя весь рабочий день, а вечером и в выходные подготовка статей и книг по истории науки, литературы, общества… Но вы еще не знаете моего героя. Он решил издавать журналы, в которых бы могли публиковаться другие авторы. Кто-то вкладывает заработанные средства в еще один дом, он решил их вложить в новый проект, который казался поначалу очень-очень сложным. Почему людям так нравится глуповатая по сути поговорка: «Все гениальное просто»? Почему же так нравится простота? Потому что сложность мира пугает, делает человека беззащитным, маленьким, уязвимым, незащищенным. Осознанно действовать в окружающем мире человек может лишь тогда, когда сложность этого мира соизмерима со способностью человека принимать решения, т.е. с его «внутренней сложностью». Задача, поставленная Евгением перед самим собой, была сложная задача со многими неизвестными. Помимо увлеченности историей она требовала серьезной логистики

Ю. Грабарь

Продоллжение. Начало на стр. 18

стр.

5781 ноябрь 2020

ВЗГЛЯД ИЗ ГЕРМАНИИ

Григорий Галич

САГА О НАРКОТИКАХ

Правящая в Газе "элита" - лидеры ХАМАСа - весьма комфортно проживает в особняках-виллах на берегу Средиземного моря, не отказывая себе ни в одном из земных удовольствий. Недруги Израиля - они же спонсоры ХАМАСа КНДР, Иран, Сирия, Судан щедро субсидируют его для безбедного существования и антиизраильских террористических вылазок. Важной статьей дохода ХАМАСа является также и выручка от торговли наркотиками, которые доставляются его агентами по многочисленным контрабандным туннелям из Египта. Сбываются наркотики тоже контрабандным путем соседям по Ближнему Востоку. А народ Газы, обреченный ХАМАСом на безработицу, нищету и безысходность, находит какоето утешение в употреблении гашиша и марихуаны. По свидетельству палестинской журналистки Мирват Оафы в Газе имеется 150 тысяч наркоманов при количесте жителей там около полутора миллиона, т.е. каждый десятый житель сектора является наркоманом. Подавляющее большинство потребителей наркотиков - молодые люди, как правило, безработные и лишенные всяческих перспектив. Это позволяет главарям террористов использовать этот контингент в своих интересах. "Обкуренных" и "обнюханных" юнцов посылают с опасностью

Ю. Грабарь

Окончание. Начало на стр. 18

и настойчивости. Но организационных способностей и настойчивости ему было не занимать! Первый номер сетевого журнала, который получил название “Заметки по еврейской истории”, как и его первая книжка, вышел на исходе 2001 года. И сразу стало видно, как важен и нужен был этот проект для наших соотечественников. Материалы полились рекой. Собственно, для того, чтобы их разграничить по тематике и качеству, Беркович возобновил альманах “Еврейская Старина”, который сто лет назад издавал знаменитый историк Шимон Дубнов, а через несколько лет буквально с нуля всё тот же Беркович создал журнал “Семь искусств”, ежемесячный «толстый» журнал, где публикуются материалы на темы науки, культуры,

для жизни рыть туннели на территорию Израиля для проведения терактов, на прорыв пограничных заграждений, на запуск огненных шаров, на убийство израильтян. Своим же согражданам ХАМАС разъясняет, что именно "сионистская разведка наводняет Газу наркотиками, чтобы уничтожить ее народ". В тон ХАМАСу Махмуд Аббас и его подручный Саиб Эрекат обвиняют Израиль в "обнаркочивании" жителей Палестинской автономии, заявляя буквально, что "Израиль изрыгает шокирующее количество наркотиков на нашу землю". В этом деле ни ХАМАС, ни аббасовский ФАТХ не пионеры - еще в 2017 году видный исламо-фашист имам Имат Хамаду, выступая на официальном канале ПА, заявил, что "евреи распространяют коррупцию, наркотики, проституцию по всему арабскому миру, они являются убийцами пророков и невинных". Евреям от этих арабских деклараций ни жарко. ни холодно, ибо одним кровавым наветом больше или меньше суть отношений к ним в мире не меняется. Между тем, напичканный наркотой молодняк из ПА забрасывает камнями проезжающие израильские автомобили, кидается с ножами на мирных евреев, на несущих дежурство военнослужащих ЦАХАЛа, на поддерживающих порядок в автономии израильских полицейских. Жизнями и здоровьем молодых арабов и ХАМАС и ФАТХ не дорожат, ибо помнят завет своего "пророка" Ясира Арафата: "Наше главное оружие детородные органы наших женщин" (Арафат выразился более грубо - Г.Г.). Что же касается наркотиков как таковых - у Израиля в связи с ними есть свои проблемы. Специалисты оценивают количество потребителей наркотиков в стране примерно в 30 тысяч. В их числе 25% русскоязычных граждан (т.е. около 7.5 тысяч - Г.Г.), прибывших в Израиль с начала девяностых годов. Социологи объясняют это как "последствия иммиграционного стресса", ибо эти люди стали употреблять наркотики после въезда в Израиль. Конкретные причины словесности, словом «все, что интересно интеллигентному человеку», как написано в его девизе. Я уже упоминала, что в 2018 году журнал «Семь искусств» был отмечен престижной Беляевской премией как лучший просветительский сайт на русском языке. Портал, который неофициально в читательских кругах стал так и называться “Портал Берковича”, живет уже двадцать лет и постоянно набирает обороты. Публиковаться в его изданиях – заветная цель очень многих авторов. Мне даже довелось слышать уважительное: «Он печатается у Берковича!» как высокую оценку успеха. Скоро и этих изданий руководителю Портала показалось мало. Беркович продолжает: — Вдруг мы поняли, что академическая периодичность (одно издание в месяц или квартал) отстает от сумасшедшей скорости нашего времени. Интернет нас всех приучил к закаливающей оперативности. Как пели

здесь в обстоятельствах, возникших в результате иммиграции - семейных, экономических, трудоустройства. Свой "вклад" в употребление наркотиков делают и африканские нелегалы, сумевшие в свое время проникнуть в страну, воспользовавшись отсутствием защитной стены. Не обошлось в наркоэпопее и без полукомического эпизода: из зависшего над площадью Рабина в Тель-Авиве дрона высыпались десятки аккуратных пакетиков с марихуаной. Все пакетики были снабжены этикетками с указанием веса их содержимого - один грамм. А предшествовало этому событию сообщение в интернете, где некие "благодетели" обещали, что на днях сделают подарки своим землякам. Позднее полиция вычислила и задержала двух мужчин - инициаторов этой акции. Тем не менее, некоторые прохожие с удовольствием воспользовались просыпавшейся с неба "манной".

ЕВРЕИ, К СЧАСТЬЮ, ОКАЗАЛИСЬ В СТОРОНЕ

Главная площадь одного из крупнейших городов Германии Франкфурта-наМайне - Опернплац стала местом тусовки распоясавшихся анархистских орд - духовных братьев тех, кто в США бил витрины, грабил магазины, поджигал автомобили и нападал на полицейских. Они регулярно "отрывались" на Опернплац, начиная с вечера в каждую пятницу, и продолжали свои оргии днем и ночью в субботу и воскресенье - пьянствовали, взбодрялись наркотиками, дрались. Не последнюю роль в этой бесовщине исполняли и "гости" Ангелы Меркель, которые старались максимально удовлетворить свои, утомленные карантинными ограничениями организмы. Наведением порядка занимакогда-то куплетисты-юмористы: “утром в газете - вечером в куплете”. И вы знаете — удалось! Мы с нашими замечательными коллегами придумали такой симбиоз — журнал-газету под названием «Мастерская». Там материалы публикуются каждый день, причем, это интереснейшие тексты, вызывающие горячие обсуждения и отклики. На нашем портале вообще все отклики на любую статью в любом издании автоматически показываются в нашей общей Гостевой книге, которая в какой-то мере служит объединяющим началом, капитанским мостиком, соединяет все издания в единый портал. Кроме того, мы придумали разные информационные связи между изданиями, поддерживаем диалоговый режим общения с читателями, даем им возможность вести свои блоги... И наконец, last but not least – наша издательская деятельность. В «Киоске» у нас — бумажные версии наших жур-

21

Выпуск 459

лись, естественно, полицейские, которых встречало агрессивное сопротивление "отдыхающих". Главные германские телеканалы ARD и ZDF, которые полностью контролируются "зелеными" и "левыми", сверхделикатно освещали эту тему, чтобы не обидеть участников тусовок, и с легкой руки премьер-министра земли Рейнланд-Пфальц Малу Драйвер укоряли полицию и призывали ее, чтобы та "вела себя менее вызывающе". Потому полиция просто-напросто поставила глухие ограждения вокруг площади, чтобы перекрыть отныне доступ на нее любителей оргий. А совсем недавно публика, подобная вышеописанной, в буквальном смысле штурмовала здание Рейхстага, где проводятся заседания германского парламента - Бундестага. 30-тысячная толпа, оскорбленная карантинными требованиями государства обязательно носить в транспорте и помещениях маски, соблюдать санитарные дистанции, не собираться большими компаниями и т.д., устроила грандиозный митинг на центральной плошади Берлина, а потом пошла на приступ, пытаясь ворваться внутрь здания Рейхстага. Дежурные полицейские с помощью подкрепления оттеснили демонстрантов и поставили защитные ограждения. Состав "протестантов" был по-своему интересен - над толпой развевались трехцветные флаги кайзеровского Рейха - символа правых радикалов, радужные знамена активистов сексуальных меньшинств; представители отвязанной "Антифа" вздымали протестные транспаранты. Несколько странными смотрелись здесь "озабоченные" дамы "бальзаковского" возраста. И ведь вся эта агрессивная возня пустоголовых граждан происходила на фоне угрозы второй волны COVID-19 в Европе, тем более, что в ежедневных сводках германских теленовостей сообщается о росте числа инфицированных граждан. Поэтому трудно однозначно сказать, что это - повальное помутнение рассудка у части общества или кем-то срежиссированные и организованные массовые действа.

налов, а также десятки книг разных авторов, изданных издательствами «Семь искусств» и «Еврейская Старина».

***

Не случайно я сказала, что мой герой известен на всех континентах. Везде, где есть наши эмигранты, найдутся читатели Портала. Канада, США, Болгария, Уругвай, Израиль, Австралия, Германия, Новая Зеландия, большинство европейских стран, Россия, Украина… От лица всех — с юбилеем, дорогой Евгений Беркович! Нужный нам всем, важный для всех, безмерно уважаемый человек! Редко о ком можно с искренностью сказать такие слова, и они не будут преувеличением!

стр. 22

5781 ноябрь 2020

Выпуск 459

НАШЕ ОБОЗРЕНИЕ

Откуда идет зло?

Вера Корчак

Название книги “1948” сразу заставляет задуматься о том, почему выбран именно этот год. Наверняка не случайно. На титульном листе автор сообщает, что 1948 - високосный год, что это - 1948 год нашей эры, 948 год второго тысячелетия, 48 год двадцатого века и так далее. Но конечно, не поэтому выбран именно этот год. На самом деле 1948 год был действительно особым. Вот только некоторые его события, которые будут оказывать влияние на много десятилетий вперед: в 1948 году введен план Маршалла; создано государство Израиль; СССР прибрал к рукам Венгрию и Чехословакию, но потерял Югославию (разрыв с Тито); СССР блокировал подъезды к Берлину, тем самым прекратив наземные поставки продовольствия и оборудования, а США в ответ начали воздушные поставки; образованы две Германии - Восточная и Западная; холодная война набирает обороты, до создания НАТО остается меньше года; обнародована Международная декларация прав человека. Не лучше обстоят дела и на азиатском континенте: в 1948 убит Ганди, образованы Северная и Южная Корея; в Китае свирепствует гражданская война между силами Чан Кайши и (будущего) председателя Мао. Эту войну выиграют коммунисты Мао, и всего через год будет создан тоталитарный Китай. Каток коммунизма катится по всему миру. “Империя зла” распространяется вдаль и вширь. Вот на таком фоне и развиваются события в книге Владимира Батшева “1948”. Книга разбита на главы по месяцам, и первая часть охватывает период с января по июнь. Помимо поступательного развития событий этого периода автор включил вставки из прошлого (flashbacks), в основном из периода Второй мировой, из которых мы узнаем предысторию некоторых действующих лиц драмы (а скорее, трагедии), а также подробности некоторых хорошо известных (а иногда и малоизвестных) событий прошлого. Некоторые из действующих лиц - это реальные исторические персоналии - Сталин, Э. Кардель и М. Джилас, Галили и Бен Гурион, директор француз-

О книге Владимира Батшева “1948”, часть первая. (Изд-во Литературный европеец, 2020). ской контрразведкой Вибо и некоторые другие. Многие действующие лица - бывшие подданные СССР, которых разметала судьба по миру. Это перемещенные лица, иммигранты, беженцы, отбившиеся от своих подразделений казаки, люди со всех краев земли - с Украины, Смоленской, Курской и Орловской областей - бродят по чужой земле, прячутся в ущельях, сараях, находят земляков, собираются в небольшие группы… Среди героев есть и бывшая узница нацистского концлагеря, Рашель, трагически погибающая в последней главе первой части (“Июнь”). Героев много, и повествование часто переключается от одного к другому. Поэтому поначалу мне пришлось не раз заглядывать в удобно предусмотренный автором список главных действующих лиц. Но после первого десятка страниц этого делать уже не приходится. Действие тоже постоянно смещается из одного места (главным образом) Европы в другое. Некоторые персонажи появляются только один раз, о чем-то рассказывают, делятся своей судьбой, а потом исчезают. Но рассказы их - это рассказы очевидцев, и это зачастую страшные рассказы (отчеты). Страшен, например, образ палача Страхини, юного исполнителя приговоров, почти ребенка, главным занятием которого стали расстрелы... И еще один, некий Вервиль, который со смаком рассказывает о том, как убивал и расстреливал, насиловал. Страшен рассказ о расстрелах энкавэдэшниками местного населения в Катыни (“...Если покопать, то там внизу, под поляками, наши русские косточки в несколько рядов…”). Тема Катыни поднимается несколько раз, причем через разных действующих лиц: сначала это Джордж (Юрий) Олонецкий, бывший князь со Смоленщины, теперь служащий американской армии его встреча с подполковником Ван Влитом (реальное историческое лицо). Ван Влит первым поднял вопрос о том, что Катынь - дело советских, а не немецких палачей, и представил соответствующий отчет в Пентагон. Отчет американскими властями был удобно потерян, а Ван Влит был позже передан советским властям во время корейской войны и видимо погиб в лагерях. Потом отчет о Катыни ведется через другого героя повествования - Кирилла Проталина, в прошлом советского журналиста, а теперь журналиста эмигрантского, со страшными подробностями того, как именно велись расстрелы (“Это ведь не расстрел из пулеметов или автоматов, когда в течение минуты или нескольких секунд погибают сотни. Здесь наоборот, каждый умирал долго, каждого расстреливали по отдельности, каждый ждал своей очереди, каждого тащили на край могилы тысячу за тысячей”). Построение книги очень необычное, и

жанр нелегко определить. На первой странице указано: роман. Но роман этот очень необычен. Иногда читается как хроника, или исторический отчет, как газетное эссе, а иногда действительно как роман. В книге много ниточек-повествований, как будто не связанных друг с другом. Но складывается впечатление, что они все как-то сойдутся, и уже начинают сходиться ко второй половине первой части. Два американских военных - уже упомянутый выше князь Олонецкий и лейтенант Фрэнк Миллер - работают с директором французской контрразведки Вибо. Перехватив радиосигналы, как они считали, скрывающихся от союзников нацистов, они выходят на радистов, которыми оказываются евреи-сионисты, готовящиеся к переселению евреев на свою историческую землю после окончания протектората палестинских территорий англичанами в мае 1948. Для этого они закупают суда под видом торговых компаний. Одним из таких судов будет печально известная Альталена, расстрелянная у берегов Тель-Авива по приказу Бен-Гуриона. Во время своего контакта с группой сионистов Олонецкий знакомится с членом группы еврейкой Рашель, бывшей узницей концлагеря Берген-Бельзен. У них завяжутся теплые отношения. Олонецкий будет ей помогать. Они вместе окажутся на Альталене. Рашель погибнет при обстреле судна. Развитие советско-югославского конфликта прослеживается через восприятие Милована Джиласа, ведущего переговоры с ”людоедом” Сталиным на его подмосковной даче (глава 1, “Январь”). Именно во время этих переговоров Джилас под взглядом “людоеда” пытается мучительно вспомнить, у кого он раньше видел такие же глаза. И в конце концов память подсказывает: в их партизанском штабе, у юного палача по имени Страхиня. Отдельной нитью ведется повествование о московских событиях 1948-го года от лица режиссера еврейского театра ГОСЕТ Ефрема. Затронута судьба этого театра и его художественного руководителя Соломона Михайловича Михоэлса, его убийство в январе 1948 года, которое будет замаскировано под дорожное происшествие. Это - начало сталинской кампании антисемитизма, приближение которой Ефрем чувствует интуитивно, по еще едва уловимым признакам. “Откуда идет зло? От толпы или от власти?” размышляет он (с. 51). Вопрос вечный, и вместе с Ефремом нельзя не задуматься над ним вновь и вновь при чтении этой книги. Позже на место Михоэлса заступит его заместитель Зускин Вениамин Львович (он тоже фигурирует на страницах книги), но в конце 1948 года его арестуют (в 1952 г. будет расстрелян). Власть (в данном случае в лице “людоеда”) - источник зла, его режиссер, но ведь есть и исполнители, начиная от ста-

линского (или гитлеровского) окружения и кончая всеми этими Страхинями, Вервилями и прочими людоедиками, руками которых и осуществляется это зло. Журналист Проталин - свидетель и участник “великого переселения” народов во время и после войны. Ему удалось “выскочить” из Смоленска перед самым приходом советских войск, и он к концу войны оказался в Австрии. Во время этих скитаний, кстати, пересекутся пути двух героев книги - Проталина и Олонецкого. В послевоенной неразберихе народ бежал кто куда. Всем хотелось домой. Да, но где теперь дом, куда ехать? Особенно тем, кто имел несчастье быть подданным государства-победителя. “Где такое место найти, чтобы меня не нашел никто?... В какую бы Америку махнуть что ли? Да как туда махнешь?” - восклицает шофер из Орла, неведомыми путями оказавшийся в Австрии и отсиживающийся в каком-то дворе вместе с Проталиным и многими другими соотечественниками. И далее: “Двор располагался очень удобно для наблюдения за “быстротекущей жизнью”: в ста метрах перед ним шоссе, а позади начинаются годы, у подножия которых тянутся невидные тропки. По ним бредет скрывающаяся жизнь: идут домой, минуя американские посты, переодетые в штатское немецкие солдаты, группы каких-то еще людей, текут русские люди по тропкам, под чужим небом, на чужой земле, за тысячи километров от своей земли, думал Проталин, но разве можно возвращаться на свою землю?” Проталин во время своих скитаний знакомится с некоей Ольгой. Он с ней впервые встречается в заключении у немцев-оккупантов, когда она сумела сыграть роль его жены. Это позволило ему убедить немцев в том, что он - законный местный житель, с документами и даже свидетельством о браке. А таких они отпускали. В дальнейшем Ольга эмигрирует в Америку. Замечательны ее письма Проталину, живо описывающие приключения на пути в эту страну - символ свободы и покоя, “в страну, в которой, наконец, - в первый раз в жизни! можно будет жить по человечески и из которой больше никуда не надо бежать” (из первого письма, с. 130). Путешествие через океан осуществляется на американском военном корабле под названием Marine Marlin. Это судно действительно

стр.

5781 ноябрь 2020 существовало, и о нем можно прочитать в Википедии. Пассажиры окрестили его “Мариной Марлен”, получилось что-то вроде красивого женского имени. “Америка, - пишет Ольга, - здесь чувствуется в каждой мелочи: всюду щедрость и изобилие”. Когда я читала письма Ольги (а их в первой части три), меня не покидало ощущение символизма описываемых ею событий. “Марина Марлен” упорно двигалась к своей цели через “хаос воды, пены, туч и тумана… В этом беснующемся океане она была такой беспомощной и временами казалось что она не выдержит неравной борьбы…” И далее, после окончания шторма и установления ясной солнечной погоды: “... Этот резкий переход от шторма к штилю был для нас в некотором роде символическим: шторм в океане был последним штормом нашей чересчур уж бурной жизни… А состояние покоя, сознание, что нам никто и ничто не угрожает, было действительно чувством необыкновенным. Тут только мы пережили давно забытое состояние уверенности, что можно жить, ничего не боясь.” Во втором письме Ольга описывает увиденное с борта “Марины” крошечное суденышко вдали, среди бушующих волн, то вздымающееся ввысь, то пропадающее среди огромных волн. В суденышке сидели какие-то люди, храбрые мореплаватели. Куда они плыли? Что гнало их? Позже она прочитала в газете сообщение о группе эстонцев (ди-пи, перемещенные лица), прибывших в порт Саванны на маленьком судне из Швеции. Ей хотелось думать, что это те самые путешественники, виденные ею с борта “Марины”. “Хороша же та власть,

от которой люди бегут, идя на такой подвиг - иначе нельзя назвать их необыкновенное плавание по океану”, - пишет в письме Ольга. Замечательно и ее третье письмо, в котором описывается встреча с Америкой (“обильная, праздничная, ликующая страна”), с Нью-Йорком (“Этот чудогород только и мог возникнуть в стране, где царит настоящая свобода и где дан полный простор для развития творческих сил человека”). Ее поразило “благополучие во всем: и в величественной архитектуре города, и в изнемогающих от обилия товаров магазинах, и в наводнении электрическим светом…, и, главное, во внешнем облике американцев, здоровых, спокойных и уверенных.” В конце письма: “Сумеем ли мы, немногие счастливцы, попавшие в эту лучшую в мире страну, воспользоваться величайшим благом - свободой, о которой мы мечтали всю жизнь?..” Удивительно, такие же чувства испытывала и я, когда впервые вступила на американскую землю сорок с лишним лет спустя после описываемых в книге событий, и именно этот последний вопрос тоже себе задавала. А каковы Америка и Нью-Йорк сегодня, в 2020 году, 72 года спустя после описываемых в книге событий? За это время отошла в прошлое холодная война и распалась коммунистическая “империя зла”. Ну и что, успокоились ли страсти, живут ли люди мирно и спокойно, наслаждаются ли так дорого заработанной предыдущими поколениями свободой? Нет, не успокоились, не живут и не наслаждаются. Что бы сегодня (июнь 2020) увидела Ольга на так полюбившихся ей улицах Нью-Йорка? Она увидела бы колючую проволоку, разбитые витрины,

Л. Алавердова

гатыми слоями и средним классом. Что ж, и это имеет место быть, как говорится, но конфликт не был бы до такой степени зажигателен, если бы ограничился только этими двумя классами населения. Подключение к нему низов или, как раньше говорили, люмпенов всех мастей и делает его коктейлем Молотова, брошенным в здание государства, на верность которому мы присягали. Не претендую на то, что перечислила все мыслимые причины сегодняшнего взрыва. Напоследок приведу слова Александра Фрэйзер Тайтлера (Alexander Frayser Tytler) в своем переводе. «Демократия не может существовать как постоянная форма правления. Она может только существовать до тех пор, пока избиратели не обнаружат, что они могут голосовать за присвоение денег из государственной казны… С того момента большинство всегда будет голосовать за кандидатов, обещающих больше денег из общей казны, и в результате демократия всегда будет разоряться из-за плохой финансовой политики, а на смену ей приходит диктатура. …Средний период существования великих мировых цивилизаций длится 200 лет. Эти нации прогрессировали в такой последовательности: от рабства к духовной вере; от духовной веры к великому мужеству; от мужества к свободе; от свободы к изобилию; от изобилия к эгоизму; от эгоизма к апатии; от апатии к зависимости; от зависимости назад в рабство». Не хотелось бы, чтобы это пророчество сбылось...

Окончание. Начало на стр. 7 Лишение демократических институтов защиты от посягательств глубоко чуждых и враждебных демократии структур, вроде радикальных исламских группировок, и прежде всего, "Братьев-мусульман" подается как борьба с исламофобией. И, наконец, подрыв экономики, науки, культуры и собственно основополагающих ценностей и принципов западной цивилизации декларируется как отказ от "белых привилегий" и всех их "проявлений", в том числе: научного подхода, рационального мышления, объективизма, стремления к успеху, индивидуализма и других качеств, несущих в себе «порочную белизну»». (https://www.9tv.co.il/item/16598) Интересный довод, с моей точки зрения, привел телеведущий Fox News Такер Карлсон. Он подтверждает, что нынешние беспорядки – результат борьбы за власть, но считает (внимание!), что это не расовый, а классовый конфликт. Между какими классами? – спросите вы. Т. Карлсон считает, что технологические крупные компании и богатая элита хотят в ходе беспорядков и в случае победы демократов сокрушить средний класс Америки: он слишком независим, он владеет оружием и многие из среднего класса являются сторонниками нынешнего президента. То есть это конфликт между бо-

развороченные полки магазинов, изуродованные граффити стены величественных зданий, объедки и прочий мусор на некогда чистых и красивых улицах города, горящие остовы машин…По улицам Нью-Йорка носятся банды оголтелых бездельников, размахивают коммунистическими, анархистскими и фашистскими плакатами, грабят магазины, разбивают машины, изгоняют блюстителей порядка, требуют отмены существующего порядка (капитализма) … Все это при громком одобрении, оправдании и подстрекании средствами массовой информации, многочисленными политическими деятелями и знаменитостями. Тех, кто осмеливается не соглашаться с вандалами, подвергают осмеянию и осуждению и требуют пуб-

23

Выпуск 459

личного раскаяния. Что многие поспешно и делают. Более того, теперь подвергают осуждению и просто молчащих, требуя их публичного согласия и публичной поддержки позиции бунтующей толпы. Ох, как это все знакомо! “Свобода слова заканчивается там, где начинаются призывы к свержению существующего порядка” - верно отметила Рашель в книге Владимира Батшева. И не являемся ли мы свидетелями зарождения новой “империи зла”, создаваемой руками этой толпы? И кто дирижирует этой бунтующей массой? Кто дергает за веревочки? Где прячется режиссер-постановщик? Откуда идет это зло? Вот на такие размышления наводит чтение первой части этой интересной книги. С нетерпением ждем вторую часть.

стр. 24

Выпуск 459

5781 ноябрь 2020