Эпоха опадающей листвы

Александр Д О Б Р Ы Н И Н

ЭПОХА ОПАДАЮЩЕЙ ЛИСТВЫ Избранные сти х о тво р ен и я и сти х о тво р н ы е переводы

Вологда

2010

Добрынин А . П . Э поха опадающ ей листвы . Избранные стихотворения и стихотворные переводы. Вологда, 2010.— 2 96 с.

В книгу «Эпоха опадающей листвы» вошли стихотворе­ ния, тексты песен и стихотворные переводы, которые, по мне­ нию автора, ему удались. Тематика стихотворений достаточно обширна, что может способствовать появлению интереса к книге у столь же обширной читательской аудитории.

© Добрынин А . П ., 2010 г.

О Т А ВТО РА

Дорогой читатель! Как автор нескольких поэтических сборников, могу откровенно при­ знаться, что не каждое из написанных стихотво­ рений нравится автору. Бывают стихи, которые удались, и бывают стихи, которые не получи­ лись. В этой книге я попытался собрать то, что, как кажется мне самому, получилось. В неё не включены напечатанные ранее сказы, анекдоты в стихах и другие более значительные по объёму произведения, в т. ч. и большая половина текстов песен. Лишь два или три стихотворения будут для читателя новыми. Особую часть книги (без параллельных тек­ стов оригинала) составляют наиболее удавшиеся стихотворные переводы. Здесь я также не при­ вожу, как это делал в предшествующих сборни­ ках, и названий книг английских, французских и немецких поэтов, послуживших материалом для перевода. В целях облегчения поисков читателем оригинала после русского названия стихотворений мною в круглых скобках приводятся авторские названия, а в фигурных скобках —первые строки оригиналов (поскольку бывает, что у поэта по­ является несколько стихотворений с одинаковым названием, как, например, целая подборка сти­

хотворений «Spleen» у LU. Бодлера или много­ численные, не имеющие особого названия сонеты других авторов). Во всяком случае, при желании читателя, он, имея указанную информацию, всег­ да может легко отыскать этот оригинал на своей книжной полке, в библиотеках или в Интернете и самостоятельно оценить качество перевода. С надеждой на Вашу благосклонность А. Добрынин.

С ТИХО ТВОРЕНИЯ

ЛАД О Н Ь КЛЕН О ВО ГО ЛИ СТА Сквозь листопад вдвоём путём негаданным, октябрьским ветром мысля и дыша, легко идти и слушать, как на радость нам сухие листья о любви шуршат. Под заревом вечерним клёна старого легко молчать всего не досказав, сгорать в огне осеннего пожара и видеть, приоткрыв чуть-чуть глаза, как прядь твою, развеяться успевшую, ласкает, семипала и желта, с моей ладонью рядом, облетевшая ладонь кленового листа.

1979 5

* -к * Июльской ночью, В туманный час, Пейзаж восточный Знакомил нас. И люди спали, И петухи, Когда читал я Тебе стихи О чувстве смутном, Мечте хмельной, Тоске минутной, Любви земной. Теперь я знаю, В туманный час Полынь степная Венчала нас, Над степью спящей, Вдали от хат В рассудки наши Вливая яд Тревоги смутной, Мечты хмельной, Тоски минутной, Любви земной. Пройдёт, быть может, Короткий год, И встреча тоже — З а поворот, И лишь напомнит, Лишая сна, В квартире тёмной Печаль-струна О лете смутном, Мечте хмельной, Тоске минутной,

Любви земной, О том, как ночью, В туманный час, Пейзаж восточный Знакомил нас.

1979

* * * Ни всплеска в тишине, ни огонёчка, И только над излучиной реки Проносятся, сгущая одиночество, Трассирующей пулей светляки. И кажется: в обыденных желаньях Мы сами, уповая на дела, Над миром пронесёмся светляками, Не подарив ни искорки тепла.

1981

к

к

к

Сказав «прощай» привычно и беспечно, Уходишь ты уже в который раз, Уходишь, не назначив место встречи, Ни год её, ни день её, ни час. Уходишь, сбросив общие печали, Не думая о них, примерно так, Как сбрасывает путник на привале Осточертевший к вечеру рюкзак, Забыв, что путь не кончился на этом, Что отдых у огня —не на века, Что завтра он, проснувшись на рассвете, Возьмётся вновь за лямки рюкзака.

7

Уходишь ты. По сопкам август бродит. Ну, оглянись же! Невзначай хотя б! Ведь ты придёшь, я знаю, как приходит И з года в год за августом сентябрь.

1982

* * * Как будто жёлтый плед на лес набросили И серый —на приникший небосвод. Походкою, присущей только осени, Подходит к октябрю и этот год. Поток стерни давно разлился по полю, А у крыльца уж много дней подряд Четыре липы и четыре тополя Покорны ветру зябнут и шумят. Под каблуком на лужах льдинки хрустнули — Залог того, что стало подмерзать, И звёзды смотрят тихие и грустные, Как при разлуке милые глаза.

1983

•к

-к

-к

Одни —с печалью, Другие —без Идём по жизни, не зная цели, Не замечая, Что дней — в обрез, Что сделать многого не успели. Стихи и прозу Своей души

Храним от всех под большим секретом, Так воды озера В камыши Прозрачность прячут в сухое лето. Порою даже В двух-трёх словах Сказать не можем хорошим людям О чувствах наших, О наших снах, О том, что знаем, о том, как любим. Входя неспоро, Как в тёмный лес, В любой непрожитый день недели, Одни —с тоскою, Другие —без Идём по жизни, не зная цели.

1985

к

к

к

Мы встретились с тобой и разошлись, И в полном одиночестве под вечер Нелепыми, совсем как наша жизнь, Мне кажутся мгновенья этой встречи. Всё между нами было так давно, И слышать мы могли тогда, и слушать... Перебродили страсти, как вино, И превратились в пепел наши души. Всё общее отправлено на слом, И потому случайно, при народе, Мы встретились, не вспомнив о былом, И поделились мненьем о погоде.

1985

9

* * * Немыслим круг земных противоречий: Вчера был против, нынче скажешь «да», Вчера была разлука, нынче —встреча, Вчера —удача, а теперь —беда. Под вечер принимают благосклонно, Под утро бросят гневные слова, Вчера на голове была корона, А день прошёл —на плахе голова. Недавно был забыт, а нынче признан, Хотел быть трезв —напился допьяна, Вчера по-детски радовался жизни — Двугривенный сегодня ей цена. Средь бела дня теряют, в полночь —ищут... Да я и сам сегодня, как изгой, Припомнил вдруг у ног твоих в ..., Что завтра мой приют у ног другой, На том краю планеты.

1985

к

к

к

Осень небо накроет Тёмно-серым сукном, Порастреплет левкои У меня под окном, Облетевшие листья Разнесёт по кустам И рябиновой кистью Вспыхнет здесь или там, Прошагает дождями По озябшим лугам И окажет груздями Честь свою пирогам,

Глянет миру на диво Чудным солнечным днём, На стогах сиротливых Прокричит вороньём, На уставшие плёсы Набросает шугу, В овдовевших берёзах На пустом берегу Зашумит, захохочет, Как в трубе домовой, И ноябрьскою ночью Обернётся зимой.

1985

* * * V ieilles am ours et v ieu x tisons s'allum ent en toutes saisons, (С т а р а я л ю б о в ь , как гол ов еш к а , м ож ет в с п ы х н у т ь в л ю б ой м о м ен т ).

Французская пословица

Семь лет назад я болен был тобою, На край земли пошёл бы и за край, Твоей квартиры пёстрые обои Воспринимал я, словно вечный рай. Но твой отъезд и долгая разлука Помалу охладили прежний пыл, И голос твой, твои глаза и руки, Признаться, я почти совсем забыл... И вот опять блуждаю под окошком, И, видимо, пословица верна, Что старая любовь, как головешка: Чуть-чуть подуй —и вспыхивает она.

1986

11

к

•к

‘к

Прошло стремительное лето, когда от взглядов вдалеке чертили мы кленовой веточкой слова смешные на песке, и позабытой всеми парой могли, утрачивая следы, в ночное море, взявшись за руки, дорожкой лунной уходить, и любоваться на закате, как волны, тихи и мягки, катают милыми котятами шипящей пены колобки, как подступив к ладоням нашим и, видно, что-то затаив, приникнут белыми кудряшками, совсем как волосы твои.

1987

* * * Приятно, если, расставаясь, вам о любви напомнит кто-то

и, слёзы первые теряя, украдкой с пристани махнёт вам рукой, до родинки знакомой, рукой, пока ещё не вашей, или припрятанным из дома букетом простеньких ромашек.

1987

к к к Посреди буревала, там где ветры показывали стать, ты меня целовала, но об этом просила молчать. И о маленькой тайне, что возникла недавней весной, знают только лишь майник да брусника на круче лесной... Здесь, бродя одиноко еле зримой тропинкой у скал, я нашёл эти строки, только имя твоё не назвал.

1987 13

•к

-к

-к

Немного сладости, Немного горести, Чуть-чуть интимности, Вино, свеча. А сколько радости У этой повести, И жар взаимности В твоих очах. Сгорать от нежности, Любить в безвестности Нам счастье выпало И маета. Мы —в неизбежности Свой тяжкий крест нести О т встреч под липою И до креста. У входа нашего Шуршит порошею Декабрь непрошенный, И не во сне Родною ставшая Изящно брошена Рука хорошая На плечи мне. И мир не узок ли Под этот взлёт руки, А в милом имени Так нежен слог. Под звуки музыки, Под счастья отзвуки, Ну, обними меня Ещё разок.

1987

•к

•к

-к

Затянут город клочьями тумана, А чёрной лентой —шёлк твоих волос. О т столь необычайного романа Чуть-чуть смешно (и радостно до слёз): Ведь в поисках укрытия от ветра С полуночи до третьих петухов Исхожен был десяток километров, Прочитано десятка три стихов (Средь авторов —Есенин, Бунин, Клюев), Рассказано семь-восемь небылиц, Подарено полсотни поцелуев (И часть из них не с пользой для ресниц), Поведано и много, и о разном. Но в час, когда рассеялся туман, Я рад, что удержался от соблазна, Что ни душой, ни телом не обязан, Что был определённо в меру пьян. Не знаю, это много или мало, Но счастлив, что не будешь помнить зла: Ты ничего (забудем ленту) не теряла. Отметим (впрочем), что и не нашла.

1987

* * * Я п от ерял себя в Н а ход к е

Г. Лысенко

Я потерял себя в Находке Туманной ночью, В час, когда Меня чуть валкою походкой Ты заводила в невода.

15

Я растерялся, Н а рассвете Себя почувствовав в сетях, Грешил на май, на ночь, на ветер, На номер тот, где был в гостях. Казалось, Сеть порвать несложно Или нырнуть туда, где дно, Или с ругательством безбожным Бежать на край планеты, но БЫ Л О П О З Д Н О !

1987

•к

-к

-к

Если снится мне стук твой в дверь И эпоха твоих визитов, Значит, ты далеко теперь, Только мною не позабыта. Если видишься в мираже Мрачным утром и ночью белой, Значит, ты не со мной уже, Только сердце не отболело. Половину его щедрот Унесла ты в своё далёко, Как уносит частицу вод Касикьяре из Ориноко, Как уносит бытия финал Всё, что было достойно кисти, Как уносит осенний шквал С нашей липы сухие листья.

1988

* * * Поплескал октябрь из кружки, А теперь трещит мороз По берёзам на опушке, По опушкам из берёз, По засыпанным заборам, По заснеженным дворам, По соседним косогорам, По нехоженым горам, По залому над берлогой, По наличникам избы, По столбам, что при дороге, По дорогам столбовым. День и ночь работать надо — У него не первый год С наступленьем снегопада Срочных дел невпроворот: Напугать, как выстрел, звуком Белку в домике её, Застудить до боли руки, Что вывешивают бельё, О т стогов луга очистить, У соседей взять взаймы Три-четыре добрых кисти Для побелки озимых, Разузнать, где лёд непрочен, Не промёрзли родники, Где спешат ещё не очень Пришивать воротники, Где ночами стынут хаты, Где сквозь мирный летний сон Утеплить забыли ватой Дверь и окна на балкон, Где покой людской расколот Недомолвкой у крыльца,

Где царят сердечный холод И холодные сердца. А вернувшись в чащу снова, Не жалея тишины, Грохнуть посохом сосновым В медный колокол луны.

1988

■к -к -к

Опускается ночь, Непомерно сгустив одиночество. Ощущаю вполне, Что вдали и друзья, и жена. Исполняя точь-в-точь Чьё-то злое-презлое пророчество, Подступает ко мне И заснуть не даёт тишина. Безысходность опять Нагнетает тоска-полуночница, Чёрных мыслей змея Шевелится в уставшем мозгу. Если ж правду сказать, Так и жить совершенно не хочется, И не ведаю я, Как прожить до рассвета смогу. Звон часов —как труба, Время за полночь клонится, Я забыться не смог, Но на это не сетую я. Значит, это судьба — Умирать одному от бессонницы. Значит — это мой рок, Значит — это планида моя.

1988

18

В Р Е М Е Н А ГОДА •к "к -к Вращается судьбы калейдоскоп, Дни-стёклышки сплетаются в узоре: То счастлив ты, то ты убит тоской, То, всё презрев, остался беспризорен. Но в памяти решив восстановить Порядок низвергавшихся событий, Лишь краткие мгновения любви Отыскиваешь в давнем и забытом. И эти возгорания сердец, Как месяцы, предстанут вереницей, Заставив убедиться наконец, Что ради них и стоило родиться.

Март Таился март средь ночи городской, И я таился у дверей безликих. Он уносил из города покой, А я украдкой нёс тебе гвоздики. А утром, удивлённые теплом, И пышных шуб уже не надевая, К салону мод, на площадь, за углом, Катили горожанки на трамваях. Я ж всё бродил, не в силах постучать, И талый снег толок, как воду в ступе, Ещё не понимая сгоряча, Что чёрный ход не всякому доступен.

Апрель Две полыньи сомкнулись на реке, Серёжки распускались на ракитах, Спускалась вниз лыжня, а вдалеке, Как солнце, восходил твой жёлтый свитер.

19

Съезжались, вздыбив снежную канву, И расставались в полдень еле-еле... Мне кажется, я всё ещё живу Надеждами прошедшего апреля, Х оть отшумел до срока ледоход, Цветки ракит уплыли в путь неблизкий, Там, где была лыжня, причален плот, А жёлтый свитер ты снесла в химчистку.

Май Под дуновеньем майского тепла Черёмухи вели свой бальный танец, Пел ранний соловей, а ты плела Венок из ослепительных купальниц. И лунной ночью, сняв его с колен, Ты голову мою на них склонила... И это было тягостно, как плен! И это было, словно счастье, мило! И это было в самый первый раз! И это было жарко, точно пламень!.. Не потому ль купальницы у нас И называют издавна жарками?

Июнь Пух тополей сугробы наметал, Не уставал позёмкою стелиться, Слепил глаза и тысячами жал Впивался в распростёртые ресницы. Седою становилась смоль волос, Залатанной казалась смоль асфальта, Июнь крутил пластинку тёплых рос, И солнце день и ночь крутило сальто.

20

А я узнал на радость иль беду, Что отмелькав в июньском белом вальсе, Ты до утра ждала меня в саду, Но я туда прийти не догадался.

Июль Июль минувший вспомнится подчас Как месяц недомолвок и ощибок, Полынных губ и васильковых глаз, Нежданных слёз, загаданных улыбок, Случайных взглядов, неслучайных встреч, Желанных слов, ненужных словопрений И трёх страниц, что не решился сжечь, Написанных тогда стихотворений... Теперь о голосах июльских фуг Напоминают только эти строки, Полынный запах, васильковый луг Да разве что знакомые сороки.

Август Мальцом-Амуром август наплывёт И стрелы молний яростно обрушит, И ненасытно, как громоотвод, Приемлют их заждавшиеся души. И вот тогда, как изгнанные прочь, Бросаемся, хладея и сгорая, То в гомон полдня, то в глухую ночь, То в пекло ада, то в сугробы рая. Бросаемся туда, где новизна, Где то, чей символ — ржавая подкова... И, старые ошибки осознав, Спешим зачем-то понаделать новых.

21

Сентябрь

Сентябрь был тёплым, как и тот, другой, Как и тогда, пылало бабье лето, Но нынче появились у него Особые и грустные приметы: Когда звенят кузнечики в ночи, Уже не жду тебя у кромки леса, Захлопнут ставень, сердце не стучит В преддверии червонных интересов. Ты снилась всех прекрасней и добрей, Но это было при царе Горохе... Меж двух таких похожих сентябрей Прошли столетья, минули эпохи.

Октябрь В порывах ветра кружится листва, Октябрь-кутила красок не жалеет, Октябрь приносит странные слова, Что выдохнула ты в конце аллеи. «Н е забывай меня,—произнесла,— Не забывай хотя б до снегопада», Безмолвно проводила до угла И посмотрела вслед усталым взглядом. А листопад вершил свой пёстрый бал, Лимонно-жёлтый парк казался чудом... Но я ещё прошедшим летом знал, Что никогда тебя не позабуду.

Ноябрь О т шумных улиц ты бежала прочь, На хуторе скучаешь одиноко, И чтобы хоть чуть-чуть тебе помочь, По почте отправляю эти строки.

А там, где ветер рвёт лесную тишь, Иль в лозняке, краснеющем и гулком, Ты их прочтёшь для любопытства лишь, Холодным утром выйдя на прогулку. И, может быть, вернувшись в хуторок, Замедлишь шаг за крайнею избою, А снег засыплет клочья этих строк, По ноябрю развеянных тобою.

Декабрь Как не хотел я утром уходить, Как уезжать надолго не хотел я, На сходнях отстраняя от груди Твоё не отстранявшееся тело. Потом, мелькнув сквозь снега кисею В окне вагона, словно на экране, Фигуру безучастную твою Оставил декабрю на поруганье. Три зимних дня прошли как краткий миг, Три зимних ночи были быстротечны, Твой шёпот отзвучал... Остался крик! И путь!.. Иль транссибирский, или Млечный.

Январь Гадала по ночам давным-давно, Хотела знать, в душе моей не ты ли? А нынче неприветлива со мной: Притёрся, примелькался, опостылел. Знать, был неласков карточный расклад — Безденежье, болезнь, размолвки, ссоры, Смешные сцены, несмешной разлад, Казённый дом, пустые разговоры.

23

И нынешний январь оставил след, Запомнились упрёки и угрозы. В твоей душе мне нынче места нет — И в том причина сей метаморфозы.

Февраль Ф евраль подкрался, побелил виски, Пути назад засыпала пороша, И годы поджимают, как тиски, И собственные мысли, словно ноша. И ради восхитительных минут И миража счастливого мгновенья Пусть совершают свой сизифов труд Иные, молодые поколенья. Ты письма присылаешь —я молчу, Ты рядом появилась — не хмелею... А заполночь опять зажгу свечу, Чтоб погрузиться в «Тёмные аллеи». *

*

*

Забьёшься в темень комнаты, как крот, И медленно раскручиваешь мысли: Проходит жизнь, а кажется, что год, И сколько дней в запасе —как исчислить? Всё явственней и явственней предел, Всё ощутимей каменные плиты, Но уходить туда, на свалку тел, Я не могу тобою позабытым. И пусть до въезда в райские сады Остались только считанные метры, Хочу ещё хоть раз увидеть дым Твоих волос, разбросанных по ветру.

1988-1989 24

к

к

к

Здесь не греет весна, Здесь теряются силы. Бездна, боль и вина Материнской могилы. Здесь не пахнут цветы, Здесь и розам не рады; Бурой глины пласты Между прутьев ограды. Здесь минута, как год, Здесь вино, как водица. И с какой из невзгод Эта может сравниться? Здесь убоги слова: В вопле руки воздеты. Здесь кустится трава. Здесь даются обеты.

1989

к -к к Хотели сдвинуть мир, А сделать что сумели? Сумели не свернуть Левее иль правей, Сумели стать людьми В житейской карусели И проводили в путь Достойных сыновей. Изведали печаль, Горели и любили, Сумели разорвать Блокадное кольцо, Кумиров развенчав, 25

Пойти на штурм Бастилий, Россию чтить, как мать, И метить подлецов. Сумели сжечь мосты, Постигли крепь металла, Сумели различать Порок и благодать, И маску доброты, И мерзость с пьедестала Умели сгоряча Срывать и низвергать. О т тюрем и сумы Не прятались в кусты мы И совесть пронести Смогли сквозь мрак и жуть... А не сумели мы Остаться молодыми, До истины дойти И мир перевернуть.

1989

* * * Не смог я стать таким, как ты желала, Взрывоопасен был, как аммонал, И, будучи далёк от идеала, Я в качестве надёжного причала Твоих надежд никак не оправдал. Я не дарил нарядов и браслетов, Не смог коснуться струн твоей души, Был скверным мужем и плохим поэтом, Любил тебя, но вот стихи об этом, Как ты нашла, совсем не хороши.

26

С тобою был, наверное, неласков, Нуждался в малом и в мороз, и в зной, Менял характер, как листва окраску... И всё-таки когда-нибудь, как сказку, Ты вспомнишь всё, что связано со мной.

1989

к

к

к

Когда во тьме костра лучи Увязнут в кроне, Мир замирает и молчит Потусторонне. А ветер в жгучие тяжи Свивает пламя, И возникают миражи Перед глазами. А вместе с ними, осмелев, Огнём согреты, Вдруг появляются во мгле И силуэты. Пока костёр не догорит, Проходят рядом И те, кто ненависть дарил, И те —кто радость. Приходят вновь сквозь бездну лет Лжецы и сводни — Все те, кого давно уж нет,— И з преисподней. Тот —был несносен для других, Разносчик сплетен, А этот мерзок был, но тих И незаметен. И что-то стелется слегка, Не облака ли?

27

О, нет! Косыночка в руках, Что так ласкали! Но мгла не вечна на земле, Она всё меньше, И вот становятся тусклей Улыбки женщин. Всё тише слышны голоса, Всё дальше лики... И дружно вспыхивает роса На землянике.

1990

к

к

к

Свой путь держа сквозь племена и годы, В попытках страх и голод превозмочь, Мы заблудились, обретя свободу, И на болоте нас настигла ночь. Один из нас зажёг фонарь от трута, И с этим еле тлеющим огнём Фонарщик вёл по хлябям и по трупам, А мы послушно шли за фонарём. Но сник фитиль в осенней круговерти, Над ряскою сомкнулась темнота, И хохотнуло где-то: может, черти, А может быть, болотный газ —метан? И эхо захлебнулось этим смехом И глухо прокатилось по Руси. Как выбираться из заросших вехом Забытых богом дьявольских трясин?

28

Тепло из тел ноябрь по капле выжмет, И на спасенье шансов больше нет... Мы будем холодны и неподвижны, Когда над нами выльется рассвет. С П А С И Т Е Н А Ш И Д У Ш И !!!

1990

■к -к -к

Пробившись из трамвая-черепахи И радуясь, что дома нет гостей, Беру перо. А ямб и амфибрахий Уносят в мир совсем иных страстей. Где веруют, где зёрна зла не сеют, Где милосердны к ближним и чужим, Где места нет лжецам и фарисеям, Где рады вам полжизни одолжить, Где путнику всегда открыты двери И где кистень не прячут под полой, Где могут незнакомому поверить, Где птице могут вылечить крыло, Где знают цену слова, радость встречи, Где в почести не тело, а душа, Где поминутно думают о вечном, Где не присвоят жалкого гроша, Где не стреляют в лики на погостах... Но раздаётся вновь трамвайный звон. Светает... И приходится непросто Самаритянам нынешних времён.

1990

29

* * *

Дни истории страшны и тяжки, И не раз убеждались мы в том, Как стремительно время поблажки, Как томительно жить под кнутом. Попиралось, что честно и свято, И всегда в переломный момент Появлялся Малюта Скуратов, И топор был его аргумент. Становились багровыми плахи, Стон стоял за решёткой тюрьмы, И рубаки в казачьих папахах При нужде выправляли умы. Вопреки болтовне демократов И надеждам людским вопреки Появлялся Малюта Скуратов, Где царю это было с руки. Нынче держим мы смелые речи И порой что хотим говорим, Но, быть может, сегодня под вечер Будет каждый из нас пилигрим. Вновь повяжут нам тяжкие путы, Вновь возникнут ряды мертвецов, И как прежде Скуратов Малюта Мимоходом покажет лицо.

1990

•к 4с 1е Завидую всем тем, кто, осовев Под утро, не писал стихи ни разу, Простую и единственную фразу Отыскивая в тяжёлой голове.

30

Жалею тех, кто мирно спит в ночи, Ещё не ощутив незримой власти Обычных слов, земных деепричастий И бликов догорающей свечи.

1991

* * * Запоздалые рассветы Дарят осени приметы, З а пригорком скрылось лето, Пролетело много дней. Нынче вы грустны и хрупки, Посерели ваши юбки, А оранжевые губки Стали тоньше и бледней. Не сердитесь, не скучайте И меня не опечальте, А на солнечном асфальте, Где вальсирует листва, Вы меня обворожите, В общем танце закружите И загадочно скажите Или слово, или два. Удаляясь в танце ретро Ш аг за шагом, метр за метром, Вы лицо подставьте ветру, Листопаду, сентябрю. А на том конце аллеи, То трезвея, то хмелея, Я , наверно, осмелею И признанье подарю.

1991

31

к

к

к

Хотел вчера при встрече нашей Тебя о многом известить, И ослепительных ромашек Хотел букет преподнести. Тебе ж любовь —простая шалость: Всё ха-ха-ха да хи-хи-хи, «Я с милёнком целовалась Возле дерева-ольхи...».

1991

к

к

к

Ночь набросит покрывало, Дом опустится во тьму, Будет полночь. Но сначала Будет страшно одному. Не приемля силуэта, Нагоняя пот на лоб, Зашагает по паркету Всеобъемлющий озноб. И храня от злой юдоли, И чтоб свет в окне сберечь, Ш есть старинных жирандолей Запылают сотней свеч. Но по некому условью Страх приблизит свой оскал, Подступая к изголовью Полукружием зеркал. Тяжесть этой адской муки Довершат обрывки гамм: Где-то реквиема звуки Стиснут гвалт эпиталам.

32

И возникнут чьи-то лица, И проникнет в сердце жуть, Воск, стекая на страницы, Пораскатится, как ртуть, Загремит под кем-то крыша... И совсем нельзя помочь Тем свихнувшимся, кто пишет В предрождественскую ночь И, неполных два сонета Разбросав на пол-листа, Ждёт пришествия рассвета, Как пришествия Христа.

1991

к

к

к

Нас уводят дороги О т дворцов расписных В рудники и остроги, Ко снегам от весны. Экипажи и дроги Исчезают в пыли, Нас уводят дороги До окраин земли. На конях быстроногих О т родимых могил Нас уводят дороги В те края, где враги. О т родного порога, О т знакомых рябин Нас уводят дороги На Париж и Берлин. В годы смут и тревоги, И людской маеты Нас уводят дороги И от истин святых.

33

Но когда-нибудь все мы, Кто был свыше храним, Сквозь пространство и время Возвращаемся к ним. Нас уводят дороги С бубенцом под дугой О т крыльца недотроги К изголовью другой. Но минуты и вёрсты — Это знак перемен, И опять мы не гости У любимых колен. Ходоки, а не боги З а обшивкой ракет, Нас уводят дороги На орбиты планет. И столицы, и смоги Исчезают вдали, Нас уводят дороги З а пределы Земли. Но когда-нибудь все мы, Став мудрей и нежней, Доказав теоремы, Возвращаемся к ней. Ну, а вместо привета Снова грянем, друзья: «Н ам дороги эти Позабыть нельзя».

1992

к

к

к

Тяжёлыми бессонными ночами Случится вдруг, предстанет отчий дом С недальними таёжными ключами, С медведем повстречавшимся случайно, 34

С ракитою, растущей над прудом, С отцовской шапкой, повидавшей виды, Служившей не один десяток лет, С рассказом о погибшей Атлантиде, С последней двойкой, с первою обидой, С калиткой, потревожившей рассвет, С проказою, что вылилась пожаром, С титиканьем точильщика в стене, С безвестных лет заброшенным амбаром И с формулой «Володя + Тамара», Начертанной соседом на сосне, С цветущим лугом в пору сенокоса, С гудками пароходов сквозь туман, С раскуренной украдкой папиросой И с вовсе неожиданным вопросом: «Н е время ли готовить чемодан?» Когда же не отторгнутые глушью Мы прилетаем к ней издалека, Вскипают городские наши души, Как мчащей к нерестилищу горбушей Вскипает на излучине река.

7992

* •к "к Вновь та пора, когда свои приметы Меняют заповедные леса, Когда к селу крадётся незаметно Соседний холм, как рыжая лиса, Когда закат неласков и печален, А на меже, лишь отгорит заря, Кузнечики на сотнях наковален Звенят о приближеньи октября. И тихий месяц, побродивши в кронах, Как в окнах кельи тусклая свеча, 35

Вдруг скатится неслышно с крутосклона В немые воды спящего ключа, Где робкая, покорная ветрам, На отмели скрывая след лосиный, Псалмы читает старая ветла И до рассвета молятся осины.

1995

к

к

к

Я в страхе продирался через лес, И в сумерках на просеке таёжной В меня вселился ярко-рыжий бес, Наполнив сердце похотью и ложью. И новый грех, и первозданный грех Проникли внутрь, как дьявольское зелье: Утрачены желания и смех, Утеряны надежды и веселье. Я корчусь в чреве адского огня, И на душе, и в помыслах —нечисто. Друзья мои! Молитесь за меня! А лучше —пригласите экзорсиста!

1996

к

к

к

Раздвинув полумрак ветвей лохматых, Попробуйте, немного помолчав, Всезрящим оком фотоаппарата Увидеть мир таёжного ключа; Когда октябрь уже раскрасил дали, И в ясный день видны за полверсты 36

Горящие на солнце, как медали, В иголках пихт зависшие листы. И, очевидно, ради интереса, Покинув тихо свой дуплистый дом, Помашет вам сама хозяйка леса С вершины кедра дымчатым хвостом... Да только любопытствуйте не слишком, А то, беззвучье леса возмутив, Обронит белка сорванную шишку И разобьёт сверхмощный объектив.

1996

-к * * (Рассказ о том , как порыбачили) «Брательник вытащил подъязка, Сосед —приличного язя. Ну что заладил: «Сказка, сказка!», Приврать по-божески нельзя? Ну... к месту прибыли под вечер. Камыш! Вода! Красой-краса! Успели чокнуться за встречу Да закидушки побросать. Потом сосед ещё подносит — А как не выпьешь при костре?! Проспали семь утра и восемь И клёв на утренней заре. Ложились шумно, встали вяло. Сосед сидит совсем смурной. А водки больше не осталось, Ну... и поехали домой».

1997 37

* * * История слагалась на земле Войной и миром, голодом и хлебом, Писалась Тамерланом, Ришелье, Иваном Грозным и Аурангзебом. Не превратился мир в цветущий сад, Не иссякают страхи и обиды, Сбирают урожай кинжал и яд, Предательства, конфликты, спады, спиды. Действительность в житейский кавардак Вплетает невесёлые картины: Нежданно проявляется краплак Сквозь неподъёмный слой ультрамарина. Блаженства муки, счастье под кнутом, Громады мыслей, дел великих малость... В начале было Слово, а потом Всё то, что в этом Слове содержалось.

1998

•к -к -к

Р а б о т н и к а м б и б л и от ек

Здесь мудрость берегут из века в век, Здесь берегут свидетельства и опыт, Хранилищ тишь, шуршанье картотек, Читальных залов гулкий полушёпот. Х вала тому, кто этот мир постиг, Вдвойне хвала —тому, кто приумножил, Прибавя хоть страницу в книгу книг И даже полстраницы лишь... Но всё же 38

Давайте вспоминать и о руках, Что пыль сметают с дальних книжных полок, Что книгу, как иглу в горе иголок, Находят в потайных запасниках. Давайте вспоминать о них, сердечных, О рыцарицах дел библиотечных!

1998

•к

*

*

Дни сочтены и истины забыты. Всё обозревши с кухонных вершин, Безбожники, лжецы и сибариты Подводят мир под собственный аршин. Залатана, замызгана, огромна, Забыта, обескровлена, пьяна Россия жар скрывает, словно домна, Его когда-то выплеснет она. Потом начнём доискиваться снова До предпосылок, следствий и причин Бунтарства на Руси очередного. А русский бунт... Об этом умолчим!

1998

•к

к

*

Мы не мучим себя вопросами, Всё расставивши по местам, Не атланты и не колоссы мы, Не адепты великих тайн. Мы глумимся над снами вещими, Не уроним слезу с ресниц, 39

Превозносим благие вещи мы, Исповедуя власть вещиц. Оглянись! Нас такое воинство! Путь вершим всё вокруг губя. Восхваляя своё достоинство, Недостойно ведём себя. Наши лица надменно холодны, А квартиры —мрачней тюрьмы, Не оракулы мы, не Воланды, Но свой путь предрешили мы. Возмечтав стать за миг богатыми, Мы разрушили мир мечты. Не строители мы, но атомы Всеобъемлющей суеты. Написать бы две добрых повести, Оплатить бы земной транзит, Заполняя пробелы совести, А не банковский реквизит. Одинокими и убогими Мы поймём лишь на склоне лет: Совесть —место, где встретим Бога мы И не сможем держать ответ.

1999

В Ж А Н РЕ ЯП ОН СКО Й П О ЭЗИ И В жанре танка 1 Снег всю ночь падал, И утром за окнами Мир чуждым предстал. Знаю, и сердце твоё Другому принадлежит.

2

Закончился век. Торжества миновали. Немного грустно О т седины в волосах И ушедшей надежды.

3 Сбивает с толку Ваш поздний звонок ночной. Если же снова Темень он потревожит, Абсурдными станут дни.

4

Крепчает мороз, И ключ подо льдом журчит, Недосягаем. А ключ от дверей твоих Ты возвратить велела.

5

Тропы знакомы, Дороги дороги нам, Но рядом пропасть, Где пропасть нам придётся, Коль удача минует.

6

Всё, что когда-то Нашими было снами, С нами случилось. Только пройдёт и это: Всё на земле проходит.

41

7

При встрече всегда Киноварь покрывала Всё лицо твоё. Утром же путь мой являл Покрывала снежные.

8

Ночью встречали И с винцом, и с песнями — Сплошным весельем. Провожая ж, грозили Проклятьями и свинцом.

9

Согнём былинки, Соберём листьев ворох, Костёр разведём. Но чувства скроем свои: Опасно с огнём играть.

10 Что же предскажут Мне карты гадальные? Что напророчат? Поживём и увидим. Впрочем, и ждать не нужно.

11

Мокрые глаза. Капли на красных щеках И на ладонях. Много воды утекло! Не верю слезам твоим!

42

12

Стихия в ночи. Февраль резвится вволю, Творя сугробы. А в комнатушке тёплой Тихо творю стихи я.

13

Вернёмся быстрей В тёплый уют квартиры, Где на скатерти Бутыль с настойкой крепкой. Выпьем после мороза!

14

Скверный разговор, Небылицы, мелочи, Абракадабра. Помолчим хоть сегодня! Тихо посидим!

15

Мы были вместе. И в месте потаённом Возникло чувство. Но ты ноты терзаешь, Старый рояль и меня.

В жанре хайку 1 Мелькают листья. Шурша, подобно листьям, Мелькают и дни.

43

2

Ночь. Одиноко. И печальная песня С телеэкрана.

3 Случайным взглядом Ты о многом сказала. Излишни слова.

4

Весна бушует. И не цветёт в овраге Лишь папоротник.

5

Пурга заметёт Следы твои у крыльца. Грусть останется.

6

Упрёки твои Проникают мне в душу. Да есть ли душа?

7

Так много снега Не падало никогда. Растает ли он?

8

Клад не даётся. Найти бы разрыв-траву (Латынь не помню).

44

9

Неожиданно Н а юбилей мой пришла. Узнал кое-как.

10 Столетье прошло. Что принесёт нам теперь Век двадцать первый?

11 Туш в твою честь смолк. Слёзы теперь смывают Тушь с ресниц твоих.

12

Позвонил тебе. В ответ слышал рыданья. Звонить ли ещё?

13

Всё ждём чего-то, Но погоды у моря Долго ожидать.

14

Жаль расставаться, Но выбор сделан тобой. Будь счастливою!

15

Тюрьма и сума. Не думай часто о них — С ума ведь сойдёшь.

2000-2001 45

* * * В начале было Слово, и Слово было у Бога... Величественно и строго Оно освещало путь. Потом появилось слово, и слово было убого, И было тех слов так много, Что в них потерялась суть. Менялись нравы, моды, правители и народы, Нашествия и невзгоды, Столетних конфликтов жуть. Летели в безбрежность годы, и в чрево её —природы, Калеча и твердь, и воды, Сумел человек шагнуть. Грубели наши души. А наших потомков души Когда-то ещё обрушат Н а нас справедливый гнев. Нет времени жечь и рушить, нет времени бить баклуши, Когда надлежит нам слушать Священных тех слов напев. Бессилен ныне гений. И где же найти спасенье? С субботы на воскресенье Не ведаем, что нас ждёт. В свидетельствах поколений, в пожарищах рощ весенних Всё чаще сквозит сомненье, Что Слово до нас дойдёт.

2000

ТАМ , ГДЕ Ц В Е Т Ё Т КАЛИ ПСО Чем же влекут нас горы? Что там пленяет нас? Может быть, разговоры В тихий полночный час?

46

Может быть, переборы Тонких гитарных струн? Может быть, чьи-то взоры С отблеском полных лун? Может быть, панорамы? Может быть, чудеса? Что ж мы спешим от мамы Прямо под небеса? Там широки просторы! Там мы в своём кругу! Там мой рюкзак, в котором Всё, что нести смогу! Там не возникнет ссоры, Если костёр погас! Гневные кредиторы Там не отыщут нас! Там налицо таланты! Там не гнездится ложь! Там даже и бриллианты Где положил —возьмёшь! Там редколесий проседь, В дымке —хребтов горбы. Там нас никто не бросит На произвол судьбы! Там увлекают дали. Там так прекрасны сны! Если же вздох с печалью — Значит, мы влюблены! Там поднимают рано, Можно сказать, чуть свет! Так же, как ресторанов, Там и киосков нет! И неуместны чипсы, Соус для шашлыка Там, где цветёт калипсо В шаге от родника!

47

Чем же влекут нас горы? Что там пленяет нас?... Призрак удачи скорой? Или ночной экстаз?

2000

*

*

*

Играем, смеёмся и шутим, Слагаем и пишем стихи, Не зная, что в эти минуты Уж мчится к нам тройка лихих. А сзади по белому снегу. Беззвучный летит экипаж. В нём дремлет угрюмый фельдъегерь, И судя по шляпе —не наш. Посланец обителей горних, Быть может, ещё до утра Нежданно нагрянет во вторник, Сказав: «Собирайся! Пора!»

2000

к

к

к

Понахохлились у грядки Бледно-жёлтые хохлатки, Прострелил листву прострел, Хмель на солнышке хмелел, Чередою череда Поднималась у пруда, И ломали камни, звонко Корни поздней камнеломки, 48

З а завалами у скал Дремлик с устали дремал, А к ногам куда попало Прилипало прилипало.

2000

rk rk ic

По заросшей трясине Незавиден маршрут: Под ногами пружинит Моховища батут. В хороводах осочки Растворяешься здесь, На единственной кочке Так и тянет присесть. Здесь багул и морошка, Сгнивших сосен труха, Здесь росянка, как кошка, Затаилась во мхах. Здесь на мартовской мари В свете красной зари Будут в вешнем угаре Токовать глухари.

2000

•к -к -к

Снег и дождь —на сплошные лужи. Перемешаны времена, И в единстве тепла и стужи Проявляет себя весна. Проявляет себя разливом Малых речек и крупных рек, 49

Проявляет апрельским дивом — Сочетаньем: адонис —снег. Проявляет сумбурным танцем, Что снежинки вершат у глаз И по воле протуберанцев Испаряются в тот же час. Дождь со снегом пронзает чащи. Перемешаны времена. И уже говорят всё чаще: Задержалась опять весна.

2001

к

к

*

Подавляли, приучали, Призывали, повели, Прозевали, одичали, Убеждали, провели, Засылали, высылали, Ущемляли, стерегли, Принуждали, отбирали, Убивали... Не смогли!

2001

РУССКАЯ ДУШ А Русская душа непроглядна, Русская душа широка: Нынче мил ей сок виноградный, А под утро — кружка пивка, А под вечер — водки рюмашка... Оттого её не поймёшь.

50

То она совсем нараспашку, То и в шубе —бросает в дрожь. Иногда она не на месте (Коль уходит в пятки она) — Грех принявшая, от бесчестья Богу вскорости отдана. Часто еле держится в теле. Чистота —её атрибут. Покривить душой захотели — Глядь, а кошки в душе скребут. То раскроется песней звонкой, То замрёт, не желая быть, То захлопнется, как потёмки, А окошек не прорубить. Неподатлива на признанья, А бывает —и не в чести: Отпускают —на покаянье, И гуляют —чтоб отвести. Подсмотрите, когда встречают, Посмотрите, когда поют, Если любят —души не чают, Не задумавшись, отдают. И , привыкшая жить свободно, Нераскрыта и хороша, Пусть живёт, как душе угодно, Наша страждущая душа. Мы позволим себя подслушать, Душа в душу согласны жить, Только, просим, не лезьте в душу, Просим искренне, от души!

2001

51

*

к

к

Абсолютные истины И горят, но не греют, Припадают монистами На поникшую шею, Оскорбляют бесспорностью, Навевают банальность, Издеваясь над совестью, Создают ирреальность... Согрешаем и каемся На пути к удивленью: В абсолюте пытаемся Обнаружить сомненье.

2001

к к к С . В . П арт ут а

Озеро Ханка. Волны бьют круто. Эх, хулиганка Эта Партута: Нет, чтоб барахтаться, Глубь избегая, Хочет похвастаться — Вдаль заплывает. Хочет куражиться, Думает, видно, Что не отважиться Нам, инвалидам, Старым да немощным Кролем иль брассом Тоже всамделишно В Ханку забраться.

52

Где не по пояс нам, Где еле видно. Как ей не совестно? Как ей не стыдно?

2001

•к -к -к

Судьба, она пассивна иль капризна? Рок пресловутый, так ли он силён? Мы сами выбираем линию жизни, Иль путь наш кем-то предопределён? Судьба бросает нас то вверх, то наземь, Рок скручивает нас в бараний рог, И, может быть, от бед в цепи оказий Нас некий высший разум уберёг? И мне, как персонажам Еврипида, Не вникнуть в суть житейских эпопей... Ведь безразличный светофор планиды Мог увести и по другой тропе!

2001

* * * В снегах лежат луга и стёжки, Заснула мёртвым сном земля, Мороз, крепчая за окошком, Н а стёклах пишет вензеля. Согласно дедовским приметам — Продлится стужа. Но смотри! В густом рябиннике о лете Уже судачат снегири!

2001 53

*

к

к

Ю . И. М анъко

Под небом есть страна большая — Без королей и без столиц, Туда никто не приглашает, Не заставляет падать ниц. Там склон дремучий, там загадки, Там тайной дышат кроны пихт, Там в удивительном распадке Журчит ручей, и выпь вопит. Там у корней аянской ели Сплошной ковёр зелёных мхов. Уйди туда на две недели! Вернёшься с ворохом стихов! Там на неведомых дорожках Следы невиданных зверей, Там досаждает белоножка, И клещ нисколько не добрей. Там и в жару, и в непогодье Тайга простёрлась широко, Там чудеса, там леший бродит — И бродит в образе Манько. Так пусть и впредь шумит могуче Её величество тайга, Даря ему благополучье И силу свежую —ногам. Так пусть на ельниках помешан, С лесной наукой обручён, Ещё полвека бродит леший — Ведь лешим возраст нипочём!

2001

54

•к

‘к

•к

И вот опять приоткрыта книга, Вновь поселилась в душе весна, Пронзают сердце романсы Грига, И з ничего сплетена интрига. Вопрос: на долгие ль времена? Известно, ближе своя рубаха, И это, в общем-то, неспроста. По окончании прибамбаха Симптом привычки, стыда и страха Поставит всё на свои места.

2001

•к к

*

Под покровом полыни дикой Ты прилипчива и мила, Тонкой ниткою повилики Ш ею бедную обвила. И теперь в непрогляде ночи Я не знаю, хотя учён, То ль судьбой твоей озабочен, То ль любить тебя обречён.

2001

•к -к -к

Теплом божественного света Зажглись мечты, Когда, как будто бы с портрета, Явилась ты. Завороживший и согревший Возник огонь, 55

Когда моей, вдруг онемевшей, Твоя ладонь Коснулась (следствие причуды). Чуть-чуть! Слегка!.. «В моей руке —какое чудо — Твоя рука».

2001

М ЕТ А М О Р Ф О ЗЫ (письмо в стихах) Жду четверга. Увижу! Вновь увижу тебя! И там, где неба синь, на мой вопрос, становишься ль ты ближе? — ответит мудрый Сихотэ-Алинь.

P .S .

Свалив в рюкзак палатку, снедь и спички, Посуду, компас и бутыль вина, Я мчался утром к первой электричке, В которой ехать ты была должна. Боялся, не влекут тебя курумы И не прельщает ранняя езда, Боялся, что могла ты передумать, Могла элементарно опоздать.

56

Я нёс с собой и коврики, и свечи, Суперкроссворд (в пути нельзя без дел!), Но, возмечтав твой отдых обеспечить, Погоду обеспечить не сумел. Была вершина. Но разверзлись своды. Под шум дождя клинтония цвела. Как горестно, что подвела природа. Как радостно, что ты не подвела!

P .P .S .

Я понял Вас. О бунинских «Качелях» Я сам когда-то Вам и рассказал... Внезапно встречи наши поскучнели. Всё длительней меж ними интервал. И, видимо, Теперь уже не будет Мгновений лучше... А в лесной глуши Нечаянно найдут однажды люди Утерянную капельку души.

2001

*

*

*

Разумно ль мне не спать ночами, Скучать по ней, желать и ждать, Теряться вдруг, её встречая, Во встрече видя благодать. Разумно ль мне, томясь от света, Терзаться мыслями о ней. «Мне не к лицу и не по летам... Пора, пора мне быть умней!»

2001

57

•к -к -к В . А . Н едол уж к о

В иную обитель уходят друзья. Куда? Не отыщешь ответа! Поверить возможно. Постигнуть нельзя — Реальность ли это? Навек пленены всепрощающим сном, Они нас, наверно, простили. Но мысль досаждает, и мысль об одном: Простила ль? Простил ли? Всё это условность. Всё это тщета — Надгробные камни и речи. Вокруг пустота. И в душе пустота. Так будет до встречи.

2001

РАДУГА (цикл сонетов в стиле поэтического абстракционизма) Сонет красный Пожары отражались в облаках, Катилось солнце красное в Европу. М ы проносили факелы в руках, Болезненно мечтая о потопе. На площади, безудержен и дик, Мгновенно скрыв седой узор брусчатки, Шумел ковёр из маков и гвоздик, Кумач смещая в сторону Камчатки.

58

Но в перекличку красных петухов Вдруг вторглись неожиданные звуки, И рухнул храм безбожья (как науки), Х рам пятилеток, съездов и грехов... То девушка прекрасно пела песню,— И это было много интересней.

Сонет оранжевый Как странен цвет Оранжевой реки. Здесь все оранжевы, точнее —буры, Здесь Чака обращал свои полки В подобье государственной структуры. Здесь горсть алмазов, если знать места, З а день собрав, не назовёшь удачей. Здесь два сверхудивительных листа Вельвичия удивительная прячет. К несчастью, мы живём в краю простуд, Где только нос снеговика оранжев, Да с перепоя —собственный, а также, Как в песенке, оранжевый верблюд В оранжевой пустыне ест колючки (Дотягивает, видно, до получки).

Сонет жёлтый Купальницы привносят желтизну В канву развеселившегося луга, Июнь катает жёлтую луну По ободу мерцающего круга. Н а жёлтый свет настроен светофор, И в жёлтой и замасленной спецовке 59

Дорожники замешивают раствор Совсем без огонька и без сноровки. З ато и с огоньком, и с матерком Руководит работой бригадирша... Тому же, кто строчит такие вирши, Был символ желтизны едва ль знаком: Иначе он, быть может, и с трудом, Давно бы перебрался в жёлтый дом.

Сонет зелёный Всё зелено. Прекрасный изумруд В чужом колье на скатерти зелёной. З а окнами бледно-зелёный ксут Порхает вверх и вниз на фоне клёнов. В кармане зелень долларов шуршит, Под каблуком шуршит лужайки зелень, Мир перемешан с зеленью души, А зелень моря взбалтывает форштевень. З а зелень листьев прячется балкон, А на крыльце с балконом в унисон Молчит швейцар в зелёной же ливрее. Н ад рощею стоит зелёный звон. Я сам зеленоват со всех сторон, Но думаю, что к осени созрею.

Сонет голубой Здесь голубеют в поле васильки И голубые голуби воркуют. Здесь даже прописные остряки Оттенки цвета всуе не смакуют.

60

Здесь голубеют небеса и лён, И купола церквей на косогоре, Здесь распорядок дел определён Серьёзностью в шутливом разговоре. Здесь после ледостава ждут весны, Гоняя чай у голубых экранов И слушая рассказы ветеранов, Уставших от такой голубизны. Когда ж мы повстречаемся с тобою, Ты тоже приоденься в голубое.

Сонет синий У синих вод душою б не остыть, Осуществляя тела омовенье, И в нужный час часы остановить, Чтоб сохранить прекрасное мгновенье. Чтоб синь небес и столь же синих глаз Ещё не раз высвечивала память, Чтоб всё всерьёз, чтоб всё не напоказ, Чтоб всё не стало тягостными снами. Чтоб в жизни своё место отыскав И седину заметив на висках, Не охладеть к друзьям и небылицам. И, пережив случайную печаль, Опять с надеждой устремиться вдаль, Как в отрочестве, вслед за синей птицей.

61

Сонет фиолетовый На общем фоне августовских гроз З а перелесок скатывается лето, Валун прибрежный тиною зарос, На солнце нестерпимо разогретый. Знакомый парус режет горизонт, На ближнем пляже продают фиалки, Малыш совсем забыл про пляжный зонт При виде фиолетовой скакалки. А в сотне метров от прибрежных скал, Для волн когда-то ставших наковальней, Мелькает фиолетовый купальник (Я без бинокля еле отыскал). То делает заплыв соседка Света В лучах любви и ультрафиолета.

2001-2002

СОНЕТЫ ВНЕРАДУЖНЫЕ (в то м же стиле)

Сонет белый Там в полдень было всё белым-бело, Как будто белки сделали побелку: И снежники над ближнею скалой, И куропаток белых посиделки. О т белизны расширились зрачки, Едва-едва просматривались невесты. И солнечные тёмные очки Совсем не шли начальнику гужтреста.

62

По небу цепи белых облаков Катились к югу, к горизонтам белым, Писались второпях и без пробелов Десятка два докучливых стихов. Открыв бутыль с наклейкой «Изабелла», Ты тоже почему-то побелела.

Сонет чёрный Твои дела, как и глаза черны. Чернейший лак покрыл твои ресницы. Таких, как ты, в пределах сей страны Совсем немного. Может, единицы. Чтоб тьму развеять, надобны труды, Да трут приличный, да ещё кресало... Идут довольно чёрные следы С тех улиц, где нога твоя ступала. Там часто и молился я, и плакал, Там зажигал свой немудрёный факел, Но не смогла его заметить ты — И потому сейчас мечта иная: Замыслил я, куда —ещё не знаю, Навек сбежать от этой черноты.

2002

-к

"к

-к

Мы опять коротаем ночи У излучины Икуры, А прогноз, как всегда, неточен В обещаньях сухой поры.

63

Струи дружно стекают с крыши, У палаток стоит вода, По дорогам, совсем раскисшим, Ходят волны туда-сюда. Поломались, наверно, спицы В вековом колесе времён: Всех и дел-то —чайку напиться, Поварам учинив разгон, И не ради одной потехи, Неподдельно раскрывши рот, Подытожить поддельным смехом Сто раз слышанный анекдот, Поколоть, не спеша, дровишки, Подкативши два чурбачка, Д а от скуки сыграть в картишки — В немудрёного дурачка, Расспросить о мостах и плёсах, О тропе, где медвежий след, Предвкушая, что на вопросы Сам Ответчиков даст ответ, Наблюдать, как, опять внезапен Потревожа лесную рань, Из-под лапника выйдет Лапин, А из бани вернётся Збань, Ожидать, когда солнце брызнет, Разогнав облака окрест, Чтоб Крестов на походной жизни Сгоряча не поставил крест.

2002

•к *

*

Был звездопад. И каждая звезда Желаний сгусток в космос уносила: Ведь в наши несмышлёные года Желанья нас находят без усилий.

Был камнепад, когда июльский гром Камней лавину двигаться заставил. И если всё закончилось добром, Так это —исключение из правил. Был водопад, чья радуга плела Узоры спектра над палаткой нашей, Но ты вдали гнездо своё свила, Кому-то став женою и мамашей. Был листопад. И у своих берёз, Совсем не так, как в мае у черёмух, Я, наконец, расстался с миром грёз, Уразумев, что всё былое —промах. Был снегопад. Белела голова, Копну волос пороша заметала — Теперь она без лишнего труда Оттенки седины изобретала. Был просто пат. Подобье тупика. Знать, в постоянно давящем цейтноте Поторопился где-то я слегка Или напрасно всё одонкихотил.

2002

•к *

*

Чьи -то следы на снегу, Кто-то вчера сквозь порошу Здесь, на пустом берегу, Нёс свою тяжкую ношу. Может быть, в гости спешил? Может быть, изгнан был Ею? Это в таёжной глуши Я разгадать не сумею.

2002 65

•к •к "к

Все снега ждут. По комьям мёрзлой глины Стучат и каблуки, и острия тростей. Сев под окном на старый куст калины, Позднеосенний ворох новостей Вновь принесла сорока на хвосте. И новостей не лучших. Сообщают, Что настораживает здоровье друзей, Что возвращать долги никто не обещает, Что ты пустилась по иной стезе, А наши чувства сдать пора в музей. Пошёл бы снег. При нём всегда спокойней И планы составлять, и завершать дела, Взирая, как на ближнем крутосклоне Детишки веселятся, да ветла Заштопывает белым два ствола.

2002

к

к

•к

Вчера стихийно собрались, Опять шумели, много пили. Казалось всем: взмывали ввысь, А оказалось — нисходили. И утром вспомнятся едва ль Детали канувшей пирушки... Диван. Больная голова. Купальник чей-то на подушке. Дым сигаретный. Перегар. Гора невымытой посуды. Два апельсина. Курага. Д а маятник (без амплитуды).

2002 66

* * *

Покинуть бы квартиры неуют, Послать бы к чёрту этот мегаполис И , хорошенько выверив маршрут, Купить билет на самый первый поезд. Бежать бы от свихнувшихся людей, Рвануть бы по весне в места иные, Где нет опустошающих идей И признаков крутой шизофрении, Где на опушках всходит черемша — Деликатес для пришлого гурмана... И, может, успокоится душа, Как некогда у Диоклетиана.

2002

к к *

Что скажут ясновидцы и пророки? И как расшифровать расклад, когда Подряд два раза выпадает джокер, Гаданье превращая в кавардак? Кто к нам спешит неслышно и незримо? Что за молва идёт по-за глаза? Что предпринять, когда столкнёшься с ними — С проделками пикового туза?

2002 к к

"к

Снежит. Под снегом лёд. Смотрите в оба. Ступеньки лестниц вовсе не видны, Под своды окон вздыбились сугробы, Загородив январский свет луны.

67

На улицу выходишь неохотно, Да и нужды особой в этом нет. Здесь у настольной лампы так вольготно. Здесь так легко рождается сонет.

2002

•к * * Опять тревожит давняя идея: Нарушив свой однообразный быт, Отправиться туда, где орхидея Ведёт себя как явный эпифит, Где в джунглях, распростёртых на полмира, Рискуя угодить в петлю лиан, О т хитрой чёрно-пепельной Багиры Скрывается бесхвостый павиан, Где всё многообразно, многолико, Где череда тропических дождей, Где в каждой капле отразились лики И маски неуступчивых вождей, Где, корни развернув, цветёт панданус, Где ночью раздаётся жуткий крик, Где постепенно, как двуликий Янус, И сам я стану сказочно двулик.

2002

* * * Покинувши давно постылый замок, Уже не возвращаться дав зарок, Бреду из царства жалких куртизанок, Сцепив свои вериги на замок. Блаженного собой напоминая, А может быть, сошедшего с ума, Влачусь в края придуманного рая — Тряпьё на икрах, на плече —сума, В руке зажат кривой и грубый посох

И з тополя, что осенью посох, В суме сухарь, просеянное просо, Да мыла нерастраченный кусок, Да белая рубаха-домотканка, Да медь кресала, да засохший трут, Да вместо кружки сколотая склянка... А путь неблизкий, коли лапти трут. А испытаний тягостнейших —пропасть, Среди соблазнов как бы не пропасть! И кто я сам? Расстрига иль растрёпа? Босяк богатый? Или нищий князь? З а кем несётся лающая свора, Да с кольями —ватага мужиков? Опять, наверно, приняли за вора, Что лиха фунт украл да пуд оков. Вокруг мечетей, мимо синагоги Бреду к высоким маковкам церквей, И, право, сердцу дороги дороги, Где лишь один попутчик —суховей. Уводят вдаль старинные поверья, И слишком рано торжествует бес — Напрасен будет труд его, поверь я В многоголосье сказок и чудес! Купеческий обоз навстречу —с мехом Да с солью —продувные чумаки. Они проводят вдаль весёлым смехом Того, с кем и водиться не с руки, Того, с кем не годится ехать вместе. И нехотя двугривенный подав, Они меня покинут скоро в месте, Где черемша, лужайка и вода, Где отдохнуть смогу, объятый снами, Проснувшись же —молитву совершить И испросить, чтобы осталось с нами Извечное спокойствие души.

2002 69

*

к "к

Как часто мы, себе наметив цель, Идём к ней, устраняя все преграды (О панацее бредил Парацельс, О чистоте религии —Торквемада). И столь же часто замыслов обман Лишь истощает нас и души наши (Сбежал из Рима Диоклетиан, В безмерной власти разочаровавшись). Для пользы ли гранит наук грызём? И слава —не она ль лишь утешенье?.. Хотела пешка сделаться ферзём, Да не дошла до поля превращенья!

2002

•к *

*

Пламя бежевого оттенка В непогоду —основа основ. У костра греет кости Костенко, Присмирел, согреваясь, Смирнов, Подобрел понемногу Добрынин, Прикимарил, откинувшись, Ким. А костёр, и неярок и дымен, Ест поленья одно за другим. Пламя бежевого оттенка Побуждает прилечь, поспать... Жаль, фамилию Нестеренко Не получится обыграть.

2003

70

*

к к

Сжечь за собой мосты И, наконец, решиться Бежать от суеты В ту местность, где ушица Кипит на костерке На августовской зорьке, Маслята в кузовке Да бык соседский Борька Бодает частокол, А в ноябре студёном Становят на прикол Флотилию плоскодонок, И дым из чёрных труб Уходит вертикально В мороз, и лесоруб Спешит к делянке дальней. Там нас парком сухим Так оживляет баня, Там пишутся стихи О тайнах мирозданья.

2003

•к к -к

Внезапен был вопрос: «Чуть не упал? Сознанье потерял? Едва не умер? А может, две секунды просто спал И лишь во сне услышал долгий зуммер?» Я знаю, этот тягостный звонок Был самым первым в длительной цепочке. Когда-нибудь он снова свалит с ног. И точка!

2003 71

* * *

Читаю чужие строки, И строкам тем —больше века, Но как же они глубоки: Слезами взбухают веки. Нашли ль они ту, которой Раскрылась душа поэта? Или лишь меня, не скоро — Сто лет спустя —рикошетом?

2003

* * * Пальцы на веки, а слёзы —на платье... Ну, скройся ж в толпе, словно в сене иголка. Боже, избавь нас от долгих объятий: Долго прощаться —прощаться надолго! Чтобы не плакать над фотопортретом И не терзаться потом втихомолку, Поотстранись же. Плохая примета: Долго прощаться —прощаться надолго!

2003

* * * Проходит время шквалов и тайфунов, Над городом прилично сентябрит, На Шаморе тепло и семиструнно — Там снова конкурс бардовский открыт. Осмыслить трудно, что случилось с нами,— Мы не встречались много дней подряд. Быть может, лишь торнадо и цунами Опять когда-то нас соединят.

2003 72

* * *

Когда пора ошибок и смятений Усугубит эпоху неудач, Воспользуйся своим изобретеньем — Ты вновь мне позвони и озадачь. Припомнив адрес навсегда забытый, Купи билет на самый первый рейс И поспеши ко мне, как к Айболиту, Как к корифею лекарских чудес. Освободись, обмолвись и опомнись, Сбрось с мокрых глаз обмана паранджу, Наждачкой слёз свою очисти совесть,— И я тебя совсем не осужу. Я осмотрю тебя, не насмехаясь, Не сомневаясь ни на миг, смогу ль Сыскать в твоей душе хаос и хаос И излечить всё это без пилюль. Я отыщу и обезврежу боли, Установив диагноз без труда, И как всегда опять тебе позволю Забыть легко мой адрес навсегда.

2003

■к *

к

Время летит, как пуля, Целит февраль в лицо. Скоро сезон сосулек Скатится на крыльцо. Скоро капелью звонкой Вновь потревожит март, Вслед за шальной девчонкой Вдаль увлечёт азарт.

73

Будет ночами сниться, Крохотна и мягка, Звёздочка медуницы В тёплых её руках. Будут светлы и нежны Томные взоры их — Ветрениц белоснежных, Ветрениц молодых.

2003

* * * Ночь поглотила сад, цветник, Стволы и листья, И лишь горит светляк-ночник В траве росистой. И вдруг захочется опять С крыльца спуститься, Чтоб ту травинку отыскать, Где он ютится. И в жизни так. Уйдёшь во мрак, Когда в тумане Мечты мерцающий светляк К себе поманит.

2003

* * * Знаю я край чудесный, Где голубой закат, Где озорные песни Взяты не напрокат, Где глубоки поверья, Где немудрёный быт, 74

Где за скрипучей дверью, Может быть, клад зарыт. Где пеленают росы Дедовский сенокос, Где задают вопросы В шутку или всерьёз, Где увлекают сказки, Где поджидают нас И колдовские ласки, И незаметный сглаз, Прелести ожиданья, Скованности разлук, И вопреки желаньям — Новых сомнений круг, Скрытые катастрофы, Радости напоказ... Месяц там светит в профиль, А вот луна —анфас.

2003

* * * Проходит день за днём, эпоха —за эпохой, И наших скромных дел века не сберегут. Ни пришлый корифей, ни местный выпивоха Не вспомнят нас добром, но и не проклянут. Откуда ведать им, всезнающим потомкам, Среди своих забот, что много лет назад Мы тоже были здесь и чувствовали так тонко И терпкий вкус любви, и флокса аромат. Мы сами в свой черёд, не кротки и не сиры, Не помнили о тех, кто канул в никуда, Мы познавали мир, не сотворив кумира, Но зла не натворив и ближних не предав.

75

Страдали —как могли, грешили —понемногу, Достигли — не всего. И не печалься, брат! Всё так, как должно быть! А значит, слава Богу, Что гимн нам не споют! Но и не обвинят!

2003

СВЯТЫ Е МЕСТА Места святые светлы по-вешнему, И звуки благовеста вдали, Здесь даже люди почти безгрешные, А у колодезей —журавли. Здесь, если в воду посмотришь пристально, Увидишь свой незнакомый лик, Раскрыть же душу, такую чистую, Не в состоянии наш язык.

2003

-к

"к

Jc

В те дни, когда в руках играла силища, З а дальними оврагами и рощами Я потаённый вход искал —в чистилище — Х оть к свету путь, наверное, попроще был. Потом я шёл родными пепелищами И подыскал надёжное убежище. Меня здесь не найдёте, если ищете, В краю, где духом нищ и телом немощен. И в этом отдалённом обиталище, Таящемся в затерянном урочище, Не слышу я наветов, в сердце жалящих, И домыслов, безжалостно порочащих, 76

Не ведаю упрёков, насмерть колющих, Не чувствую намёков, слух мой режущих, Оно во мне, заветное сокровище, Хранимое от злобных и несведущих.

2003

к к

к

Кареты, ментики, эполеты, Последуэльный немой озноб. З а честь Констанции иль Джульетты Уже разряжены пистолеты, И кто-то молча упал в сугроб. Ушли в былое мечи и шпаги, В чести доносы, обман и лесть, В цене порочащие бумаги, Кинжал, припрятанный под обшлагом, Да без разбора слепая месть. Быть может, женщин уже не стало, С ума в мгновенье способных свесть, Тех, что пленяли, вели, блистали, З а честь которых и жало стали Спокойно примешь, сочтя за честь. О нет! Бессильны времён оковы. Пробьётся светоч, исчезнет мрак, И вот тогда к нам вернутся снова И несравненные Гончаровы, И Черубины де Габриак!

2003

77

* * *

Как часто внешность полна обмана: З а ней — личина, и ложь, и сглаз. Поверь поспешно иль слишком рано — И ты в пучине грехов погряз. Лица изнанку не видно сразу, А коли видно — так повезло. Дьявол безОбразен — не безобрАзен, И потому так коварно зло.

2003

•к

-к

-к

На спину давит тяжесть книг. Халат —заплата на заплате. Я, словно суфий, всё постиг, И мир реальный мне понятен. Познал я, чем страдал наш век, Чем обольщён был слабый разум 78

Ещё в тот миг, как человек Явился миру, то есть сразу. Я вник во всё, чем болен мир, Что в нём нужней, что бесполезней. И кто богат, и тот, кто сир, Не избежат его болезней. Я знаю, что нас завтра ждёт: Напрасный труд, недуг планеты И постепенный переход О т гепатита к диабету.

2003

•к -к

-к

Преодолеть препятствия несложно, Несложно также обойти углы, Но сделать то, что сделать невозможно, Смогли лишь мы. Ведь только мы могли В предназначенье светлое поверить, З а плечи взявши, не бросать сплеча, Всё раздарив, не ощутить потери И умереть от жажды у ручья.

2003

к

к

к

Спокойны наши мысли, мирны, тихи, Дела —не велики и не быстры До той поры, когда неразбериху Поселят в нас нежданно три сестры. Не выслав предварительно курьера И не отправив срочных телеграмм, Они придут — Любовь, Надежда, Вера И цепь сюрпризов адресуют нам.

79

И мы уже не те, что были прежде, И мы уже в плену своих страстей. Любовь и Вера, а ещё Надежда — Эмоции и сёстры во Христе. И им сопротивляться бесполезно, И проявленью их — не прекословь: Умеют нас держать в тисках железных Надежда, Вера, а ещё Любовь.

2003

* * * Лёгкой жизни я просил у Бога, Лёгкой смерти надо бы просить.

И. И. Тхоржевский

Когда был юн и не был обездолен, Когда имел желания и стать, Я жить хотел без горя и без боли, Да вот не знал, где счастье отыскать... Уже в запасе мало дней осталось, И силясь всё былое обозреть, Теперь итожу —счастье заключалось Лишь в том, чтобы без боли умереть.

2003

■к "к

"к

З о в родимой земли, он ещё не растрачен. Как прозрачна листва у знакомых берёз, У знакомых берёз сок по-детски прозрачен, И стекают на землю виноградины слёз. Где-то очень давно, где-то в самом начале, Здесь звенела коса, здесь был дедов покос.

80

У знакомых берёз я стою, опечален, И слезу утираю у знакомых берёз. Сознаётся вполне, сколько лет за плечами, Сколько минуло дат, и событий, и рос. Наши вешние дни отбурлили ручьями, Но остался родник у знакомых берёз.

2003

■к *

*

Сразу малопонятны (Если делаешь кросс) Необычные пятна В кронах ближних берёз. На лугу какофония: В перьях, чёрных как фрак, Пораспелись вороны, Обеспечив аншлаг. Бьют рогоза сосиски По рукам и плечам, И туман по-английски Наплывает с ручья... Лишь на дальнем покосе, Где тоскует ветла. Осеняет: то осень Незаметно пришла.

2003

* "к к Мы по реке плывём на лодочке, То отдыхаем, то гребём, Попьём водички, выпьем водочки... Короче —весело живём.

81

Откроем, как Колумб Америку, Какой-то малый островок, Под вечерок причалим к берегу, Организуем костерок, На донку ёршиков надёргаем Совсем немного —для ухи, А утром с новыми восторгами Отвяжем лодку от ольхи. Отдав себя во власть течения, Мы уплывём от костерка С неуловимым огорчением, Что где-то кончится река.

2003

* * * Хворост в огне трещит, С ветром ведут беседу Мхи, плауны, хвощи Древней страны венедов, Тихо шумит в ночи, Спрятавши звёзды, рамень, В дуплах ворчат сычи: Совы не спят ночами. Гул комариных орд, Рядом с кострищем —майник, С той стороны, где норд, Кроет стволы лишайник. И довершает вид Пень, до основ истлевший... Кто-то из тьмы глядит — Это, наверно, леший.

2003 82

Б Е З ВАС ... ther’ ll be Autumn Summer Spring ...and W inter — all o f them without you.

A. Henri

Безудержно катится год, Меняют друг друга сезоны, Но все они — сгусток невзгод, тягчайших, почти похоронных. Без Вас я зимой и весной, Не краше и лето, и осень. Пространство и время — в одной Последней сырой папиросе.

2003 •к -к к

Поделитесь нежностью — что Вам стоит! Улыбнитесь — от того не убудет Вас!

83

Может быть, я этого не достоин (Если наблюдать за мною анфас). Потому меня рассмотрите в профиль Веселей, чуть-чуть снизу и не свысока. Вы ведь не восходите на Голгофу! Но и не взмываете в облака! Пусть всё спутается в цепи событий, Всё закружится загадочно, как в кино. Притворитесь просто! Не полюбите! Когда нет водки, я пью вино!

2003

* * -к Отцвёл болиголов, и голова болит, болит совсем не вовремя и жутко.

Так будет ли твой образ позабыт, Коль зацветут ещё и незабудки?

2003

В САДУ МОЕЙ ЛЮБВИ Аи clos de notre amour, I'ete se continue...

E. Verhaeren

В В В В

саду саду саду саду

моей моей моей моей

любви любви любви любви

не утихает лето, безумствуют шмели, романсы не допеты, цветы не отцвели,

В В В В

саду саду саду саду

моей моей моей моей

любви любви любви любви

бушуют ароматы, не замолкает смех, рождаются кантаты, есть место не для всех,

В В В В

саду саду саду саду

моей моей моей моей

любви любви любви любви

закат высок и светел, твой вечно юный лик, не утихает лето, безумствуют шмели.

2003

ДРУЗЬЯМ Я солнцу рад и обществу друзей, Я выпить рад в компании нескучной, Я рад, что мы по жизненной стезе Ступаем до сих пор благополучно.

85

А время каждый миг меняет нас, А время подступает всё надменней, И в глубине знакомых ваших глаз Всё реже вижу жажду к перемене. Поскольку всё так хрупко —c’est la vie, Дай Бог вам торжества и благодати, Дай Бог здоровья, денег и любви, И времени, чтоб это всё растратить.

2003

ЗВЕЗД А Т. л. Звезда упала, расчертив полнеба, Умчав свой блеск в немую глубину, Я ж на земле, я одинок. И мне бы Хотелось видеть женщину одну. Она не так стремительна в движеньях, Да и горит в реальности иной, Но я согласен стать хотя бы тенью Её, такой земной и неземной. И там, где космос безмятежно стынет, Куда нельзя доехать и дойти, «Среди миров, в мерцании светил Одной Звезды я повторяю имя...»

2003

86

•к

-к "к

Сколько свершилось событий! Сколько судеб решено! Памяти старое сито Так расточительно, но Я не вязал узелочков, Я не записывал в тетрадь Всё, что в коротеньких строчках Ныне хочу рассказать, Всё, что ещё не забыто, Что не сгорело дотла, Что рассказала ракита, Что нашептала ветла.

2003

к

к к

Всё реже север дышит холодами, „ Но в то же время как-то не ясны И признаки крадущейся садами И ближними пригорками весны. Мерцают звёзды смело и глазасто, Звенят ледышки утром у крыльца, И вдоль оврага носятся по насту Два шустрых незнакомых сорванца. Когда-то вновь знакомые берёзы Бутыль наполнят соком, а пока Апрель робеет, и застыли слёзы На выпуклых щеках снеговика.

2003

87

к

к

*

Спустилась ночь, и тишина объемлет Старинных комнат милый полумрак... Со мною рядом кот беспечно дремлет, Уверенный, что близко нет собак, И сам я, беззаботен и беспечен, Внимаю сквозь волшебный полусон, Как в коридоре догорают свечи И первый снег ложится на балкон.

2003

•к к к

Пространство многозвучно и огромно, Душа же —вне пространства, но порой, Приобретая свойства камертона, Вдруг отзовётся дивною игрой. Я буду рад, когда, преграды руша, Звучанием тончайшего стекла Мои стихи затронут чью-то душу, Что в унисон настроена была.

2003

•к

к

к

Пустынных пляжей сказочный интим так незаметно, но легко сближает, что, не успевши насладиться им, вдруг сознаёшь: она же уезжает.

88

И уезжает, чувства увозя, те, что ещё бодрят не понарошку, как грудь её, вместившаяся вся в холодную и мокрую ладошку.

2003

к

к

к

Суть Ваших слов за праздничным столом Внезапностью своей меня смутила, Естественность, обиду и надлом Тогда она в себе соединила. Легко ль признаться в чувствах? Боже мой! А высказать их вслух —ещё сложнее! Наверно, Вы приехали домой, Ежеминутно плача и краснея. Гоните ж слёзы! Экая беда, Однажды откровенность проявивши, Немного поболтать! Пройдут года! Что Вам тогда напомнят эти вирши? А ничего! Быть может, Ваш сосед Решит скрутить из оных самокрутку, Опохмелясь! Поэтому, мой свет, Впредь Ваш порыв считать давайте шуткой! О! о Вам не вспомнится за пеленою лет Йог, суфий и непризнанный поэт!

2003

89

С УЛЫБКОЙ (в стиле супермодерн) * * к E specially fo r С . Б . Г он чаровой

Стремишься к цели, пыхтишь, скрипишь, То размышляя, как Марк Аврелий, То уточняя значение П То открывая на Солнце

Не То задыхаясь в когтищах мук, То собирая в глоссарий глоссы... Но всё огромней порочный

• И всё внушительней 9• И повседневно играя роль, Порой удачно, порой неловко, Ты в угол прячешься, как

Спасает 0 -0 -0 Спасает нрав терпеливый наш, Спасает свет, что в её оконце, Почти нейтральное слёз

pH Да то, что утром восходит

О 2003

90

* * *

Бранят зазря и осуждают всуе, И вовсе не испытывая вины, Я всё же как-то никну и пасую, Забы в завет библейской старины, Который игнорировался веками, Но чья идея в общем не плоха: Пусть в ближнего посмеет бросить камень Лишь тот, кто сам не совершал греха.

2003

П ЯТЬ С Т И Х И Й Стихия первая —воздух Ломает ураган стволы и ветви, Повергнут дуб —столетний великан, Созревший хлеб опять повален ветром, Смерч воздымает крыши к облакам. На накренённой мачте порван парус, Фрегат заморский выброшен на риф — Совсем под стать свирепому корсару Осенний шквал врывается в залив. Стог сена быстро катится к обрыву, Неровный шлейф по лугу волоча... Сорвавшим ставень яростным порывом В твоём окне погашена свеча. Стихия в т о р а я —земля Всё рушится за несколько мгновений. Обвалы, оползни, подвижки, камнепад — Вот страшный результат землетрясений, Дыханья тверди страшный результат.

91

Когда курумы движутся к подножью, Когда несутся вниз обломки скал, Мы уповаем лишь на волю божью В надежде на спасительный финал. Сбирает урожай, калечит жизни Холодная разгневанная твердь... И выбор при подобных катаклизмах — Случайно выжить или умереть. Стихия т р е т ь я —вода Ещё с времён Великого Потопа Вода вселяет в наши души страх — В пучину уходящая Европа Возводит сотни дамб на берегах. И снос мостов, и паводки, и сели, И решето разверзшихся небес Всё время добавляют канители Региональным службам М Ч С . И даже тех, что повидали виды, Кто не по сказкам знает слово «смерть», Рассказы о погибшей Атлантиде Мгновенно заставляют цепенеть. Стихия четвёртая —огонь Пылает лес, таинственный и старый, Огонь и дым, зола и чернота, В объятьях рукотворного пожара С планеты исчезает красота. Прибавим извержения вулканов И пламя догорающих домов, Огни в открытых окнах ресторанов — Растлителей не вызревших умов.

Прибавим мощный ядерный реактор, Что в скорлупу свинцовую одет, И безобидным кажется, как трактор (Везущий груз потенциальных бед!) Стихия п я тая —человек Рождающий жестоких войн стихию, Стихию злобы, мщений и обид, Он накопляет замыслы лихие. Лишь видимость —его смиренный вид. Он усмирил неусмиримый атом, Он подчинил себе и тьму и свет, В материи, на атомы разъятой, Найти пытаясь истинный ответ. Поработив и мощь огня, и воды, Познавши глубь, поднявшись к небесам, По отношенью к матери-природе Он постепенно стал стихией сам.

2004

■к -к -к

Континуальна ли дискретность? И объективен ли субъект?.. Тут, брат, такая несусветность, Что не решатся даже свет На эти старые проблемы Пролить философы! Так вот, Чтоб говорить на эту тему, Мы повернём наоборот Резьбу вопроса. Как банальна Дискретность наших мудрых лет, Когда она континуальна, 93

И предстоит ещё ответ Найти о сущности субъекта, Коль наш субъект —анахорет — Сражает светом интеллекта И просыпается чуть свет!!!

2004

* * * В бутылке —джин. Изысканность стола Подчёркивали контуры бутыли, Но то, что в ней, для пьющих —кабала, И было б лучше, если б пропустили Мы званый ужин. В бутылке —джинн. А найдена была Сия бутыль, наверное, в барханах, Но то, что в ней —сплошная каббала, И околдованным бродить —не то, что пьяным... Гораздо хуже!

2004

к к к

Кап, кап, кап — Падают капли жизни, Кап, кап, кап — Трудно оставить след. Всякий живущий —слаб, Все мы — на чьей-то тризне, Жизнь —небольшой этап: Ты обречён, пришед. Кап, кап, кап — Эхом звучит в душе.

94

Кап, кап, кап — Бьют по карнизу капли, Кап, кап, кап — Им просто счёта нет. Подлость и мелкий крап — Это —сюжет спектакля, В жизни ж — иной масштаб: Ты обречён, пришед. Кап, кап, кап — Эхом звучит в душе.

2004

* * * Вокруг такое множество людей. Все говорят, но мир безмолвным кажется, А родственную душу отыскать В толпе безмолвной мало кто отважится. Прислушиваюсь к безмолвью, не дыша. Так одиноко —даже жить не хочется... И если есть бессмертная душа, Ей вечно умирать от одиночества.

2004 к к к

Минуты убегают неустанно, Невидимо проносятся года, И с вечностью, как капля с океаном, Ты в некий час сольёшься навсегда. Так очищай же душу, а не тело И наполняйся светом, чистотой, Чтоб вечность ни на миг не помутнела, Вместив в себя прозрачность капли той.

2004 95

Je к к

Октябрь набросил в одно мгновенье Н а крутосклоны наряд осенний, Но с каждым днём всё видней прорехи На теле сопок. И даже эхо Как будто нехотя и нетвёрдо Вам отвечает. А ветер с норда, Сгущая тучи, кроит прилежно Наряд особый —пушисто снежный.

2004

* * * А в помутневших лужицах Уже цветёт калужница, И скатертью зелёною Предстал апрельский луг, А на тропинке солнечной Проснулся селезёночник, И обнаружил скромные Цветки гусиный лук. Тихохонько, украдкою Засиневел хохлаткою И кроткой медуницею Пригорок над рекой, А за сухой колодою Скучает тихо ллойдия Девицей белолицею, Подснежником-цветком.

2004

96

* * *

Конверт неброский Навеял грусть... Я —вологодский И сим горжусь. Там край болотный, Чудной народ, Там город Тотьма Над лоном вод. Там восьмилетки Старинный сруб, В тени беседки Вкус милых губ, Погосты предков И камень «Лось»... И хоть я редкий Там ныне гость, Но разговоры Наперебой Веду с упором На букву «о». Привычку «окать» Да скромный вид Могила только Искоренит. И стали, братцы, Всё чаще мне Во снах являться Ясней, ясней Пейзаж неброский, Берёзок грусть... Я —вологодский И сим горжусь!

2004 97

* * *

Огонь желаний вспыхивает всё реже, Всё реже сердце бьётся в унисон Другим сердцам. Пора уйти с манежа В числе иных дряхлеющих персон. Пора уйти куда-то в тень, понеже Стать явью должен тот далёкий сон, В котором мир —и мал, и безмятежен, И потому —почти понятен он. Но сон был в детстве, то есть в дни, когда Всё, что вокруг —необычайно просто, Когда ещё безмолвие погоста Совсем не снилось. Снился ж иногда Край радости, свободы и идиллий, Где жизнь совсем не требует усилий.

2004

* * * Наполнена наша планета Взрывчаткой измен и предательства, Убийств, воровства и наветов В угоду земным обстоятельствам. Эпоху обмана и горя Сменяет эпоха отчаянья: Егор норовит объегорить, И Каин не знает раскаянья.

2004

98

*

ж

*

Философичны осени картины: порою, пробирая холодком, внезапный шквал подхватит паутину с застывшим от испуга пауком и унесёт в неведомые дали, в края паучьих крохотных невзгод... И мы с тобой отнюдь не угадали, Куда нас шквал судьбины унесёт.

2004

* * * Уходят обычаи древние, Редеет крестьянский народ, Заброшены сёла, деревни, Добро, коли есть огород. Прапрадеды наши не чаяли, Что станет в диковинку скот, Поля зарастут молочаем И мельница наша сгниёт.

99

Но временем многое свёрстано, По сёлам в назначенный срок Проехал каток продразвёрстки, Чуть позже —колхозный каток. Кому-то путём раскулаченных Пришлось отправляться с семьёй, Иным был ГУ Л А Г обозначен «Полсотни восьмою» статьёй. Потом проскочили колхознички Сквозь мелкое сито войны, Потом сквозь «хрущёвские» козни Пройти они были должны. Потом, обольстив перестройкою, Другие пришли времена... О, где вы, Савраски и Зорьки, Где сельская эта страна? Щетинятся срубами старыми Безлюдные улицы сёл... И возле остатков амбара — Хомут невесть кем принесён. А с крыши, заросшей крапивою, Чуть слышится жалобный вой — Там, видно, скулит сиротливо, Оставшись один, домовой.

2004

100

П О СЛ ЕД Н ЕЕ ЗА СТО Л ЬЕ ... З а юность нашу выпьем доброй водки в последний раз... И чарки разобьём.

Б. Ручьёв

В последний раз, быть может, поднимаю Наполненный бокал в кругу друзей — Отнюдь не новоявленных князей, А тех, кого полвека знаю. Проигнорировав жён своих советы, Советы наших лечащих врачей, Сегодня всё же выпьем... И на этом, Чтоб избежать своих параличей, Поставим точку!!!

2004

БЕГ ВРЕМ ЕН И (рондо) Бег времени, почти неуловимый, Румянца след со щёк моей любимой И чудный блеск густых её волос, Сплетённых в золотые цепи кос, Стирает день за днём неутомимо. Мы в этой жизни только пилигримы (Один —в сандалиях, другой —согбен и бос), Куда бы нас коварно не занёс Бег времени. Беззвучно, не спеша, неукротимо, Меняя облик наш неумолимо, Уносит нас из мира юных грёз Вершитель возрастных метаморфоз, Творец всей этой жуткой пантомимы — Бег времени.

2004 101

идиллия Который год живу в уединении, Как схимник, Диоген, анахорет, К несчастью, неудачны все сравнения — Скорее —как непризнанный поэт Значенья местного. А жизни суть простая — Ленюсь и сплю, порой стихи пишу. Неважно, что никто их не читает — Ведь бедному июльскому ершу, Что на крючок попал неосторожно, Стихи —до лампочки. Он норовит в реку. Петух куда лиричнее: возможно, Что он творит своё «кукареку» В порыве страсти... Вот она —идиллия. Забыто всё. И собственной фамилии Боюсь не вспомнить. Попросту —она В прекрасной сей глуши и не нужна.

2004

"к

"к

"к

Надеется страдалица Россия, Что явится властитель-патриот, Пророк, целитель, праведник, мессия И за собой державу поведёт. Но кто ж над нами? Воры, самодуры, Растратчики, растлители, лжецы, Искатели наград и синекуры, Разбойники и просто подлецы. Кто ж поведёт? Терпенья наберитесь. Далече тот, кто будет знаменит. Быть может, не родился этот витязь Иль на распутье всё ещё стоит.

2004 102

* * *

Что было в воспалённых их умах В ту самую жестокую эпоху, Когда скрестили копья диадохи: Седой Селевк и пылкий Лисимах? Не жажда ль покорения земель, Безмерной власти и великой славы Свела в бою Редедю и Мстислава, В бою, так походившем на дуэль? Что помышлял один и что другой? Никто не даст разумного ответа! И схватка Челубея с Пересветом Нам тоже не подскажет ничего. Ведь каждый ясно слышал за спиной Дыханье многотысячного войска. А потому безумьем, иль геройством, Или первопричиною иной Мы объясним их действия?

2004

•к ’к *

Легли сугробы на луга, резьбу крыльца их тяжесть рушит. Могли ль мы оба проморгать свои сердца и даже души?

103

Как жить, коль вечно снится мне холодных рук твоих касанье?.. Пуржит в поречье (при луне!), и слышен стук дверей и ставней. Мне 6 дверь и веки приоткрыть слегка (хоть к вечеру), но чтобы Теперь навеки не застыть в тисках сердечного озноба.

2004

■к -к -к

Как человек, утративший сокровище, Что было и надеждой, и судьбой, Ищу тебя в том номере, где всё ещё Витает дух, оставленный тобой. Как холодно теперь в объятьях тьмы ночной... Пытаюсь вспомнить твой весёлый взор 104

И мучаюсь в чистилище гостиничном: Ведь ты уже не выйдешь из-за штор. А час назад они казались райскими — З а ними ты и солнце, и балкон, Но время нас недолго тешит сказками — Всё исчезает, словно некий сон. Твой самолёт уже за дальней тучею, Под ней —столицы суетная стать... Ты промелькнула звёздочкой падучею, Но я успел желанье загадать!

2004

•к

"к

-к

Посмотрев мне в глаза, пожалей моих старых седин, И ночами, и днём глубину моих чувств умаляя, Я жалею и сам, что взмываю, когда я один, А когда мы вдвоём, почему-то всегда приземляюсь. И гордыня твоя, словно оспа, не сходит с лица, Только я не Гален, а совсем неприметный провизор. Ты не требуй, чтоб я на коленях стоял у крыльца, Не вставая с колен, потакал бесконечным капризам.

105

Не титан и не гном, я как все — не живу без невзгод, И не думаю жить в неестественном мире простраций, И прошу об одном: позови, когда лихо придёт — Я готов послужить, но совсем не готов преклоняться.

2004

к

к к

Ноябрь расточает остатки теплыни: На крыше в капель превращается иней, И запах оттаявшей к полдню полыни Стоит у крыльца. Но мы, к сожаленью, не станем моложе И , всё пережитое нами итожа, Уже понимаем, что сердце не может Гореть без конца, Оттаять однажды иль вспыхнуть однажды, Или прежней страсти почувствовать жажду, Что, сердцем оттаявши, осенью каждой Не сможем уже Как в детстве подальше от глаз домочадцев, Боясь потихоньку в окно постучаться, Пройти по селу и украдкой встречаться На дальней меже.

2004

106

* * *

Всё чаще приступы, а волосы —белей. Крадётся вновь походкою неслышной с хлопком игристого серьёзный юбилей, и стынет кровь — ведь дело —никудышно: деянья — мелочны, спать не даёт вина, когда один — пугает тьма слепая... Свой жёрнов мельничный вращают времена, мукой седин виски нам засыпая.

2004

к к

к

По самому секретному секрету Признаюсь вам: мне очень много лет, Я слишком долго странствовал по свету, Презренный всеми дервиш и поэт. А в общем-то, совсем не ново это: Ведь жил чудак, коль не забыли вы, Он тоже как-то требовал карету, Чтоб навсегда уехать из Москвы. И з рук его я принял эстафету, Мир замелькал, соблазнами дразня, Прецессия хиппующей планеты Почти совсем запутала меня.

107

Я спать ложился рано на рассвете, Я просыпался, глядя на закат, Смеялись надо мной чужие дети — Им в диво был затёртый мой халат. Что делать мне? Никто не даст ответа: Весь мир ещё нелепей, чем я сам, И , даже выпав из кордебалета, Не так легко подняться к небесам.

2005

ПУСТЬ БУДЕТ, ЧТО БУДЕТ Страх —источник предательств — И безлик, и внушаем, Под ярмом обстоятельств Мы грехи совершаем. И святым, и героям, Тем, что значатся в святцах, Приходилось порою Предавать, отрекаться. Ведь и Пётр, даже трижды, Отрекался от Бога, И до смерти подвижник Сим казнился премного. Так отбрось осторожность, Сделав главным орудьем Лозунг: «Делай, что должно, И да будет, что будет!»

2005

108

к к к

Сжигает ритм цивилизации, Тиранит душу суета, Страшат врачей рекомендации И текст больничного листа. Столичным шумом оглоушенный, Я скрылся в тотемской глуши — Душа должна иметь отдушину, Чтобы себя не задушить.

2005

к к к

В прибрежном ивняке безумствуют жерлянки, Поверхность вод, проснувшись, вздыбил язь, А на рыбачьей крохотной стоянке Уж закипать ушица собралась. Н а старой скатерти, лежащей на лужайке Нарезан хлеб, и «Русская» стоит... Давай, дружок, по первой наливай-ка: Как раз ушица наша закипит.

2005

СВЕТ ...Я — свет солнца и луны

Бхагават-гита. Гл. 7. Ст. 8 ...Да будут светила на тверди небесной

Библия. Бытие. Гл. 1. Ст.14 ...К ладёт ся свет на свет

Коран. Сура 24. Свет. Ст. 35

Провозгласивши нам, что царство тьмы не вечно, Во время оно Всемогущий бог, Свершая Божий путь и сотворяя Млечный, На небесах светильники зажёг.

109

Мы в свете их легко одолеваем темень, Их неземной немыслимый полёт Даёт нам знать, что существует время: Миг, час, секунда, сутки, вечность, год. Сияет Солнца лик и одаряет Землю Священным светом, миром и теплом, Всё сущее на ней сей щедрый дар приемлет, В лучах Добра превозмогая Зло. В песках мерцанье звёзд укажет нам дорогу Для каравана, а в морях —судам, И приведёт назад, к знакомому порогу, Спасая нас, Полярная звезда. Нежнейший свет луны, и месяц на ущербе Своей красой пленяют всякий раз... И , вспыхнув в некий час по воле Бога в небе, Божественный огонь обожествляет нас.

2005

* * * Наст оящ ее — эт о миг перехода многовариантного будущ его в одновариантное прошлое

Очарованье... Разочарованье... Кто между ними грань времён постиг, Тот понимает — этой тонкой гранью Является порой всего лишь миг. Калейдоскоп надежд и ожиданий Нам предлагает сонм грядущих лет... А в прошлом, после разочарований, Застыло всё. Там вариантов нет.

2005 110

к к к

Н а горе мне, твой домик —на горе, Давно б уже пора домой, но чую, Что ныне я не у себя ночую: Темно ночами в мокром сентябре. Ты скатерть свою белую протри И расскажи мне просто по секрету Про сто дорог неблизких и про три Таких холодных и печальных лета. О травах небогатых расскажи, О сенокосах, что ушли под воду, Отравах обещаний, мелкой лжи И не забудь про ветхую подводу, Что некогда и нас по-сельски просто Доставит до ближайшего погоста.

2005

ЗЕМ Л Я К А М - О ДНОФАМ И ЛЬЦ АМ У мемориальной плиты, установленной в чест ь погибших земляков в деревне Коченьга Тотемского района В ологодской области

Стою один у каменной плиты. А что теперь поведать может камень? Но будто бы на встречу с земляками Пришёл сюда из общей суеты. А в общем списке девятнадцать строк — Погибших земляков-однофамильцев... Но вот представить их глаза и лица Никак при всём желании не смог.

111

Им довелось протопать три страны И останавливать вражеские танки, Н а полземли их бренные останки Разбросаны разрывами войны. Я думаю, что многие из них По юности ещё и не любили, Но в неком из колен роднёй мне были... Д а и теперь роднее всех родных!!!

2005

к "к "к

Так «быть или не быть?» —ещё Шекспиром Вопрос поставлен нам и небесам, Поздней великий Шиллер написал: «Любовь и голод правят миром». Мне ж кажется тогда и в нашу бытность С оптимистичным лозунгом «То be!»? Не отречась от пищи и любви Землёю правит беспринципность!

2005

к

к к

Зачем живём мы? Нет ещё ответа Н а этот столь естественный вопрос. Труды, стихи, любовь —зачем всё это? Ведь стопроцентно выданный прогноз Вещает нам: всё тщетно, преходяще, Всё попросту исчезнет в некий час, 112

Когда мы впопыхах сыграем в ящик, И жизнь не остановится без нас. Как много лет я жаждал объясненья, И в бунинских строках нашёл ответ: «Всё ритм и бег. Бесцельное стремленье, Но страшен миг, когда стремленья нет!»

2005

к к к

Не прекословь и не дыши, Души сокровища души, Иначе кто-то гнев обрушит На наши крохотные души. Кто этот кто-то? Он при чине. По этой тягостной причине Года сугробы намели Н а наши старые затылки, Невольно тянешься к бутылке, Поскольку вечно на мели. Букет болезней налицо, В глазах какое-то мерцанье, Морщины сели на лицо — И не до самосозерцанья Уж ныне нам. А долгой ночью В кромешной темени воочию (Н е раз почувствовать пришлось) — Под крышкой темени клокочет Незатихающая злость... Да всё с надеждой на авось!

2005

113

•к к к

И застынут взоры, И замрёт душа... Надпись на заборе Чудно хороша. Ей почётней место Было б на стене, Но такого текста Не встречалось мне: «Как-то на рассвете Человек добра На тропинке встретил Человека зла, И з гранатомёта Хрясть его, козла... Всё-таки добро-то Посильнее зла!!!» А и то! Попробуй, Разберись со злом. Чувствуешь утробой — Значит —повезло. Но бывает чаще, Изменивши вид, Зло предстать блестяще Благом норовит. Нешто добродетель В гневе не найдёт (Уж прости, свидетель) Свой гранатомёт? Злу —не до улыбок, И добру —не мёд... И волосья —дыбом: Думает народ.

2005 114

к к к

Бесстрастна речь —но буйствует толпа, Летящий в пропасть —достигает выси, Дремавший мир —поставлен на попа, О т денег —независимость зависит. Творишь роман —а выдашь анекдот, Любой скандал —заканчивается тишью. А почему?.. Читатель не найдёт Ответа и в моих четверостишьях!

2005

■к -к -к

Идут года. Ряды друзей редеют. Не те и конституция, и прыть. Но встретившись и сердцем молодея, Мы всё ещё стараемся острить. Что из того, что мало нас осталось, Что вскорости и нам —в объятья тьмы... Над нами жизнь изрядно посмеялась, Так хоть над смертью посмеёмся мы!

2005

к к к

Скрыт от мира то ли дымкой, То ль наличником с резьбой, То ли шапкой-невидимкой, То ль злодейкою-судьбой. То ли трын-траву сгребаю, То ль разрыв-траву кошу, То ль денёчки прожигаю, То ль сокровище ищу.

115

Просыпаюсь спозаранку, С печки-лавочки встаю Д а на скатерть-самобранку Медовуху достаю, Чай попью из самовара Д а хозяюшке спою Под страдалицу-гитару Песню грустную свою.

2005

к к к Она плескалась среди кораллов, Своим кларнетом был занят он — Скороговоркой всё это стало, Исчезнув утром, как некий сон. Где эти волны, ветра и скалы, Поток мелодий, морской рассвет?.. Но Карл у Клары не крал кораллы, Ей —был не нужен его кларнет...

2005

•к *

*

Тыперсонаж из скандинавской саги, ты — жрица глиптики, и твой объект — алмаз, я ж доверяю свой талант бумаге, и что-то не стыкуется у нас.

Твой идеал — могуч и благороден, мой идеал — поёт под звук сурдин, когда тобой овладевает Один, я остаюсь, естественно, один. Что для тебя напевы, ритмы, струны? Что значат звуки песен для глухих? Ведь ты скорее расшифруешь руны, чем взгляд уронишь на мои стихи. Не ляжет на строку слеза скупая и не оставит влажный след на ней — когда тебя стихами засыпаю, ты засыпаешь у своих камней.

2005 117

к к к

Морозец запечатал лужи, и в них, как в зеркало, глядит знакомый тополь, он —сконфужен, узревши свой согбенный вид в осеннем зеркале... А скоро и мы свой блеклый вид узрим в глазах у женщины, которой не надоело бредить им.

2005

к

к

к

Глаза, Что не похожи ни на чьи, Какие-то русалочьи — В ночи. Слеза, Точнее, слёзы горячи Сливаются, стекаючи, В ручьи.

118

А за Стеклом по листьям алычи Дождь миллиардом саранчи Стучит. Гроза. У изголовья две свечи. Тебя я чем-то огорчил. Молчим.

2005

к

к

к

Тихий день, голубые озёра Приютились на фоне гор, Светят звёздочки белозора По краям голубых озёр. Облака посылают тени На замшелую гладь тайги. В этом мире лесных растений, Боже, спрятаться помоги!

2005

к

к

к

Организуй мне маленькое счастье, Позволь взлететь в невиданную высь, Сомкни свои браслеты на запястье, Преобразись! Признайся в чувствах бедному поэту И подари свой яшмовый браслет, Он будет и мечтой, и амулетом На много лет!

2005 119

к к к

Столько храмов неспроста в Вологде! Луч рассветный на крестах — вона где! Луч закатный на крестах — золотом! Жил с надеждой на Христа город-то! Не короток путь сюда — долог он, Вот и двигались суда волоком, Паче полнилась земля слухами, Шли, стружки свои смоля, к Сухоне. Вёсла били по воде — глыбче где, Что влекло тогда людей к Вычегде? Царь —им вовсе не указ — сами правили, Приставали много раз, срубы ставили, Волю, рыбу и сосну заприметили, Отыскав свою страну. Эту ли? Деревеньки и поля — всё неброское... Так осваивалась земля вологодская. Смотрят с дивной высоты в Вологде 120

Православные кресты — вона где! Луч закатный на крестах — золотом, Жил с надеждой на Христа город-то!

2005

к к к

На косогоре бредит бредина, А бредит половодьями она, Когда ручьи сливаются в поток И жадно устремляют на восток Её цветки опавшие, и ветер Теплынью наполняет синеву Небес и вод, и в первую листву Себя оденет тополь, а потом Купальница сверкнёт по-за кустом, Как глобус круглым венчиком...

2005

* * * Меняется несчастный наш народ, он стал мобилен, скуп и равнодушен,— и деньги — этот дьявольский помёт — безмерно осквернили наши души. Охватывает смертная тоска, 121

и хочется за всех просить прощенья, но знак креста творящая рука едва ли обеспечит очищенье.

2005

к к к

Я не судья, не пастор и не бог, но я познал, как вопль родится в горле, не надо мной ли едкий дым и смог свои объятья гневно распростёрли? Что замышлял — и я свершить не смог, что променял — не выменять обратно. И, коль вам дорог пыльный шлейф дорог, старайтесь камни вовремя собрать, но 122

простите мне высокопарный слог, он, как есть —мой, не инспирирован свыше... И пусть сей полуночный монолог когда-нибудь и кто-нибудь услышит!

2005

к

к

к

Путешествуя по России, постоянно впадаю в раж, не жалею своих усилий и украденный саквояж. Как прекрасны названья станций — Петушки, Златоуст, Зима, как им в памяти не остаться, рекам: Мама, Сестра, Кума? Как пленительны разговоры летней ночью под стук колёс! О, Россия! Твои просторы не дают мне идти в разнос!

2005

123

к к к

Лет, когда был маленьким — не видать. Под крылом у маменьки — благодать! Не сыскать, где старенький наш плетень. Маменька —что яблонька — свет и тень. Закрывала ставенки на ветру, Нагревала валенки нам к утру, Сидя на завалинке, и не раз, Ожидала маменька ночью нас. Пароход. Печалинка... вышел срок, Яблочки от яблоньки — прыг да скок!

2005

к к к

Сколько уж предано — мысль не угонится, сколько уж продано — оптом и в розницу, сколько уж сказано — прямо иль косвенно (мерзость —за фразами, зло —за вопросами)!

124

Что нам их важность и высокомерие? Что нам продажность их и лицемерие? Станем же просто — простыми и добрыми! Станем же просто — с высокими пробами!

2005

•к "к к

Минует череда успехов — наступит время неудач, и вспомню я с тяжёлым смехом года, когда я был горяч и молод. А рассудок выдаст микропараметры вины, что всё же, женщины, не вы нас, а мы вас чествовать должны!

2005

*

*

*

А что мне нужно? Лишь кусочек неба, Частичку солнца (ведь не дефицит!), Щепотку соли да краюху хлеба... А впереди бескрайний путь лежит. Куда ж дойду? Конечно ж, не до края, Скорей вссего, до незнакомых ив... Напьюсь воды, краюху обкорнаю, Щепоткой соли густо посолив.

2005 125

* * * Друзья мои, я не решился гриф «Секретно» наложить на эти строки, И потому, любитель звонких рифм И почитатель помыслов высоких, Лови момент! Надеюсь я, что тот, Кто наделён любовью к рифмам свыше, Когда-нибудь стихи мои прочтёт, А прочитав —ещё и сам напишет!

2005

■к -к -к

Метелью отцветающих черёмух покрыты все проулочки села, а мне до каждой мелочи знакомы все трещины на старых их стволах. Да, исподволь, друзья, стареем все мы, а на стволах черёмух у реки годичным слоем застывает время, и опадают в вечность лепестки.

2005

126

к к к

Случается — идёт за годом год, а мы живём в плену своих иллюзий, и вдруг — необъяснимый апперкот действительность почти мгновенно сузит... Всё, чем я жил — Ты, Ты И только Ты! Тебя был видеть рад и рад был слушать! Как ты смогла низвергнуть с высоты тобою же возвышенную душу?

2005

к к к

Падут снега, ударят стужи, зима нагрянет наяву, и я, наверное, не сдюжу, едва ль её переживу.

127

И вспомнят в зимнем полумраке меня у выстывших перил лишь две бездомные собаки, которых изредка кормил.

2005

к к к

Не раскрывай души-то: Раскрытая до дна По-детски беззащитной Становится она!

2005

ЗВ Ё ЗД Н О Е В к а ч е ст в е ш у т к и E s p e c ia lly f o r С . Б . Гончаровой

Ночами за деревней воет ветер, Пугающе шумит соседний лес, Сквозь ветви сосен робко месяц светит, Напоминая чем-то букву

С Я на ветру ладонью слёзы вытер, Вгляделся в небо, глянул на часы, А в небе рядом с месяцем

ч 128

Бросает свет в созвездие Бросает горячо, неугомонно, И свет, пронзая дальние миры, Достигнет где-то

а Скорпиона Иль черноты чудовищной «дыры». Я небом удивлён и очарован, Я поражён созвездием Кита, Что скажет мне однажды

Всё это ненароком прочитав? Изменит ли свой блеск, совсем как Мира? Нет! Возмутится, в ярости крута, Сказав: «Не сотвори себе кумира!» И даже чертыхнувшись раз до

100 А я дождусь эпохи полнолунья, Опять печален и всегда 1 Когда луна, как свежий апельсин, Покатится. И всякая колдунья Взовьётся вдруг, начертит зодиак С истошным криком в триста

ДБ А я бы взял тот апельсин да сел... Ах, пропустил случайно

ъ

2005 5—2080

129

к к к

Трудно покинуть края и места, Где все берёзы до боли знакомы, Где перекрёсток, перила моста И теплота много лет согревавшего дома. Трудно забыть всё, что в кружеве лет Исподволь, крадучись, мало-помалу В нас оставляло волнующий след И на большие дела, как на рать, вдохновляло. И словно что-то ударит под дых, И словно что-то нас держит незримо... Так от любимых уходят своих Иль, навестив, покидают могилы любимых.

2005

к к к

У всякого Яго особое эго, И он ни на миг не отринет его: Отнюдь не бродяга, по жизни —коллега, Совсем не старик, а по духу —другой. У всякого Яго доносов —телега. О шеф! —преклонись перед бывшим слугой! Всё стерпит бумага... Лишь мощь оберега — Да здравствует жизнь! — защитит от него.

2005 130

* * * ...Х о ч у , конечно, в сад войт и небесный И яблочк о ком у-т о предлож ит ь.

Л. Соломонова

Хочу свершить всё то, что замышлял, Хочу познать глубины мирозданья, Хочу не пропустить девятый вал, Хочу вкусить томленья ожиданья, Хочу преодолеть тернистый путь, Хочу пьянеть от счастья и удачи, Хочу весь божий мир перевернуть, Хочу наш век собою обозначить, Хочу исторгнуть свой победный клич, Хочу взрастить всё то, что я посею, Ну а ещё... ещё хочу постичь Вкус яблочка, предложенного Ею.

2006

к

к

к

Что б ни случилось —холодны, Спокойно дышим, Мы даже в сказочные дни Стихи не пишем. Душа —базальт. Не камертон! Что за эпоха? Мир «прозовеет». Скучен он! И это плохо!

2006

131

они Они стараются быть на виду, О них пишут журналы и газеты, Они —на экранах телевизоров, У них скандальная известность, И они думают, что это —слава! Они хитры и подозрительны, Они не доверяют даже близким, Они носят при себе оружие, Они содержат особый штат охраны, И они думают, что они —в безопасности! Они скупают недра и земли, Они владеют заводами, Они приобретают дворцы на Кипре, У них много денег и золота, И они думают, что они богаты! Они ищут острых ощущений, Похоть их не знает границ, У них множество любовниц, У них есть секс, И они думают, что это любовь! Они могут приказывать, Они могут наказывать, Они умеют подчинять себе других, У них есть власть, И они думают, что они —боги!

2006

132

•к Jc Jc

С времён Баяна (опущу детали!) Поэтов, как известно, почитали, То при дворе держа их, то в опале, Случалось —чтили, часто —не читали, А потеряв, по-детски причитали. К судьбе поэтов русских присмотритесь! — Уж сколько раз по возгласу «Сходитесь!» Шли умирать они с оружием в руке На Чёрной речке иль на Машуке, Или на неизвестной нам опушке. С времён Баяна в матушке-России В эпохи и бессилий, и насилий Поэтов, как известно, поносили, А потеряв, прозревши, возносили, Не возводя, однако, в ранг мессии, То громко называя «гений слова», То ставя к стенке (вспомним Гумилёва!), То делая объектом лжи и скверн... Но разве б знали мы об Анне Керн, Когда б её не обессмертил Пушкин?

2006

В Е Х И ЛАДАН (Диалог) Вех: Я возмужал в губительной трясине, Я накоплял там свой смертельный сок. Ладан: А я родился в выжженной пустыне, Мне покрывалом был её песок.

133

Вех: Шутя я сокращаю годы жизни, Я сокращаю месяцы и дни. Ладан:

Я тоже не последний гость на тризне, И мы с тобою, кажется, сродни.

2006

•к к

-к

Опять в дому бессонница царит, Мозг совершает странную работу, И времени застывший монолит Тончает и листается, как фото В альбоме старом. Сколько милых лиц... Иных уж нет средь нас, иные живы, Иные там, по-за чертой границ России и хмельной, и терпеливой. Хоть на бок повернись, хоть свет включай, Хоть в книгу погрузись, хоть в телевизор, Хоть подогрей уже остывший чай, Хоть подчинись бессоннице капризной, Ладонью лоб прикрывши невзначай!

2006

к

к

к

Звезда, горящая в колодце — Не Альтаир! Лишь тем, что нам не поддаётся, И прочен мир! А с тем, кто движется навстречу — Не по пути!

134

К началу, если сзади вечность, Вновь не прийти! Коль в некий час не будет денег — Ты не банкрот! И если ты не шизофреник, Ты —идиот! И Tertium non datur ab origine!

2006

к

к

к

Разливы луж, раскисший снег У края тонущей платформы. И разговор двух человек — Почти пустой и нервно вздорный. Желая не встречаться вновь, Мы даже здесь не помолчали — «Была без радостей любовь, Разлука будет без печали».

2006

•к к

к

Одних уж нет давно, а те —далече... В России виноватых не найдёшь. Здесь выбьют зубы, души искалечат И окунут в чудовищную ложь. Начнёшь болеть —не слишком яро лечат, Будь рад тому, что ты ещё живой. Когда ж умрёшь, в слезах поставят свечи И трижды выпьют в день сороковой.

135

З а волокитой —козни, проволочки, Не разберёшь —откуда непокой, А разберёшь —читай вторую строчку, Утешась заодно шестой строкой.

2006

■к -к -к

Завершается март, и коты серенады отпели, И к калитке очищен от снега проход, Пробудившись от звуков весёлой капели, Скоро-скоро, в последней декаде апреля, На соседней реке зашумит уплывающий лёд. А потом над оврагом, весенним потоком размытым, Над камнями —пристанищем летних стрекоз, Как-то исподволь, можно сказать —деловито, Понабухнут, наполнив себя динамитом, Отогретые почки до боли знакомых берёз. Ах, о чём говорить, говорить непонятно и длинно, Разве выскажешь всё, что скрывает душа? С сей землёй, где обычаев столько старинных, Я ещё до сих пор не порвал пуповину И прихода весны ожидаю, почти не дыша.

2006

•к к

"к

По законам фракталов, Становясь всё сложней, Мы мельчаем помалу — Дети дьявольских дней.

136

Усложняются формы, Маскируя корысть... А в основе реформы — Упрощённая мысль.

2006

■к

* *

Смотрю на свечку, как глядит На пламя древний троглодит, Взгляд устремивши вглубь огня — Такая участь у меня — Смотреть на этот дивный свет. Что делать, если ты поэт? А вдруг сейчас предстанет мне В его манящей глубине Ответ на давний мой вопрос — Зачем я жил и что принёс В мир этих трав, медовых рос, В мир этих радуг и стрекоз, Мелодий, слышанных в лесу?.. И что с собою унесу?

2006

Н А З Н А Ч Е Н И Е ПО ЭЗИ И Стихи, конечно, пишешь ты не сам! Что вытворит перо —никто не знает! Скорее, кто-то, близкий к небесам, Тебе неслышно рифмы навевает. Поэт —всегда невольник. Он в плену! Но у кого? И не ответишь даже! И проникая в прозы глубину, О прозе слов таких никак не скажешь.

Как жажда плыть к нездешним берегам Вела скитальцев к рифам Полинезии, Поэзия приближает нас к богам, И в этом —назначение поэзии.

2006

"к

"к

к

Вот кубик Рубика —попробуйте собрать, Квадрат магический —попробуйте заполнить, Ещё кроссворд извольте разгадать И, выслушав задачу, что-то молвить, Попробуйте проверить свой талант, Попробуйте найти в его просторе Всё, что нашёл когда-то Диофант, Не говоря уже о Пифагоре. Найдите логарифм, но без таблиц, И корень извлеките без таблицы... Пусть это всё из ранга небылиц, Но этим можно даже насладиться. А вот ещё —возьмите интеграл, Ну, например, того же Пуассона... И, если кто-то раньше крепко спал, То эта ночь окажется бессонной, И он поймёт: рассвет его застал З а чудной тайной символов и чисел... Но человек и встал на пьедестал, И сам себя над прочими возвысил, Когда познал гармонию числа, Пленительность стиха, оттенки звука... И приравнял к разряду ремесла Религию, искусство и науку!

2006 138

ЭТО ВСЕ О Т Ц ВЕ Т У Щ ЕЙ СИ РЕН И Это всё от цветущей сирени, Это всё от сиянья луны — В дни своих половодий весенних Мы страдать и влюбляться должны. Это всё от затмений рассудка, Это всё от душистых стогов — Называя одну незабудкой, Мы несём незабудки другой. Это всё от берёзок осенних, Это всё от снегов ноября — В лабиринтах своих сновидений Мы судьбу проклинаем зазря. Это всё от цветущей сирени, Это всё от сиянья луны — В дни своих половодий весенних Мы страдать и влюбляться должны.

2006

•к "к "к

По улицам гуляют кришнаиты, Пророки не известных нам мастей. Входите! Мы беспечны и открыты! Нет более открытых крепостей! Что не войдёт в слепые наши уши? Что не вместит глухая слепота? Что не проникнет в выстывшие души, Отринувшие веру во Христа?

Уж нам ли привечать пророков пришлых?.. Исконно православный наш народ Навязчивая мантра «Харе, Кришна» Едва ли в некий час убережёт.

2006

к

к

к

Средь благ земных поэты не родятся, Там, где поэт —суровый мир царит: Ведь благодушью нечем отозваться, А в горе —наше сердце говорит. Средь благ земных сонетов не слагают, Средь радостей —лишь здравицы поют. А миссия поэзии —другая: Вину признать и вынести на суд — Тот —Высший Суд.

2006

AMOR VINCIT OMNIA* (венок сонетов)

I Порой и нам, поэтам-перестаркам (Ведь каждый был хотя бы раз влюблён), Так хочется спеть песню в честь мадонн, Любивших нас давным-давно, но жарко, Иль написать однажды, выпив чарку, Пред тем, как погрузиться в тяжкий сон, Прекраснейший сонет, но чтобы он Был без истерик, сплетен и помарки, любовь побеждает всё

( л а т .)

И чтобы в нём просматривалась нить, Звенящая струной в душе и теле — Ведь это и не грех, и не порок. Его наверно смогут оценить Изящные мадонны «Порт-Апреля», Хотя, быть может, он излишне строг.

II Хотя, быть может, он излишне строг, В нём гамма чувств, в нём признаки желанья, Нелепость затаённого признанья — Всё то, что голос сердца уберёг. Мадоннам это было невдомёк: Под спудом своего очарованья Они в себе уверены заранее И только ждут, когда наступит срок. Но как найти, как выбрать некий миг, Как подобрать слова для пылкой речи, Как отыскать естественный предлог? Кто, испытав, всю эту боль постиг, Тому в надежде вновь расправить плечи Становится желанным чудный слог.

III

Становится желанным чудный слог Изысканных классических сонетов, Изысканных классических поэтов, Изысканных классических эклог. Но где ж найти эпитеты, мой бог, Чтобы сравнить Её с небесным светом, С прошедшею весной и ранним летом, Чтоб стих не превратился в эпилог?

141

Чтоб не кончался радостный сюжет, Чтоб не терялся милый силуэт В ущербном свете позднего огарка, Чтоб не рождалась скверная молва, Чтобы нашлись такие же слова, Что видим мы у Данте и Петрарки.

IV

Что видим мы у Данте и Петрарки? Безмерность восхищенья, боль утрат, Невысказанность, нежность и каскад Волшебных снов о встречах в лунном парке. Ещё совсем не вспыхнул и пожар, как Себя уже надеждой мучим мы: Страшнее, чем за стенами тюрьмы С единственным окном под узкой аркой Нам жизнь предстанет. Только в том ли суть Мы, как впотьмах, теряем верный путь, Мы, как матросы с тонущего барка, Плывём в ночи на проблеск маяка С желанием доплыть наверняка, Пусть наши дни уже не слишком ярки.

V

Пусть наши дни уже не слишком ярки, Под стенами любви и мы стоим, Но Рим не покорился даже им — Бесстрашным детям Гамилькара Барки. Тут был бы рад и крошечной хибарке, И з труб которой вьётся едкий дым. Да что поделать? Каждый одержим Великой страстью к собственной Одарке.

Так думаю, увы, не я один, И всякий в серебре своих седин, Признав, что эти строки —не подлог, Мои слова воспримет благосклонно, А молодым и искренне влюблённым Пусть будет скучен этот монолог.

VI

Пусть будет скучен этот монолог, Печален, долог и не интересен. Что молодым до наших древних песен, Когда свой бал вершит тяжёлый рок, Когда весь мир испуган и продрог, Обидно беден и надменно тесен, Когда его гнетёт наживы плесень, Покрыв кого-то с головы до ног? А мы —простые люди, не из стали, Мы до сих пор транжирить не устали Стихов и песен золотой песок И, не жалея длительных усилий, Его без сожаленья приносили Мы на алтарь любви, кто сколько мог.

VII

Мы на алтарь любви, кто сколько мог, Всё, что имели, щедро возлагали Без сожаленья, боли и печали, И ничего не требовали в залог. А сколько огорчений и тревог Взамен своих щедрот приобретали, Без сна немые ночи коротали, Набрасывая строки на листок.

А на рассвете отправлялись в путь, Судьбой не огорчённые ничуть — Эффект недосыпанья шёл насмарку, И мы, превозмогая утра хмарь, На тот же ненасытный наш алтарь Несли свои бесценные подарки.

VIII

Несли свои бесценные подарки Примерно так, как пчёлы носят мёд, Как Енисей несёт пучину вод В районе славной пристани Игарки. Ты корчишься, кряхтишь, но держишь марку, И чувствуешь, тебя вот-вот сожжёт, А может, всё как раз наоборот — Ты сам конструктор этой скороварки. Так, день за днём терзаешь ты себя, Ревнуя, негодуя и любя, Куда-то устремляешься, спешишь. Где б мы ни находились в этот час, Капкан страстей не отпускает нас В столицах и в неведомой глуши.

IX

В столицах и в неведомой глуши Уж сколько раз людей губили страсти. От этакой губительной напасти Умчаться прочь спеши. Спеши! Спеши, Пусть будут даже очень хороши Джульетты, донны Анны, Лизы, Насти, Не покоряйся сей коварной власти И в честь Её сонетов не пиши!

144

Ан нет! Опять объятия раскрыты! Никто не помышляет в этот час, Преграды и препоны сокрушив, Остаться у разбитого корыта. И что-то вновь обязывает нас Нести огонь возвышенной души.

X Нести огонь возвышенной души И славить красоты неувяданье, И приходить на первое свидание, И мириады глупостей свершить. И вот они —пустые шалаши, Безденежье и разочарованье, И сатанинский ступор состоянья — Как после гашиша и анаши. И обобщим. Мы их встречаем рядом: Надежду, ревность, тихую отраду, Восторги, слёзы, свадебный покров И рощу, где чаруют соловьи, И боль всепобеждающей любви, И череду меняющихся строф.

XI

И череду меняющихся строф, И вздохи од, и сложности кантаты Дарили мы, желанием объяты, В эпоху наших юных катастроф. Сюжет их был, естественно, не нов — Ведь и от деда, от отца, от брата Мы слышали рассказы об утратах, Какими наделяет нас любовь.

Но в разные эпохи и века Колдует над бумагою рука — Рука творца де-факто и де-юре, Который, не сомкнув уставших вежд, Рождает в предрассветный час всё те ж Сонетов строки, ноты партитуры.

XII

Сонетов строки, ноты партитуры, Романсы, благозвучье серенад Уж не одно столетие подряд Определяют уровень культуры. Отнюдь не легендарные авгуры Формировали общества уклад, А горы книг, хотя, быть может, рад Их кто-то обозвать макулатурой. Не слышат нас, зови иль не зови. Где ж отыскать лекарство от любви, Хотя б не панацею, а микстуру. И, уповая только на добро, Однажды мы берёмся за перо Во славу Беатриче и Лауры.

XIII

Во славу Беатриче и Лауры Рождаются романс и мадригал, Всё то, что кто-то искренне назвал Шедевром мировой литературы. И в старости, склонив главу понуро, Мы всё ещё вникаем в идеал, Хотя блестящей собственностью стал Затылок лысый вместо шевелюры.

Где этот идеал, велик и мил? Стремимся мы к нему по мере сил, А путь к нему не ясен и суров. И для него, кто б и когда б ни жил, Мы не жалели нервов и чернил, Мы не жалели самых нежных слов.

X IV

Мы не жалели самых нежных слов, А коль начистоту, на самом деле Мы времени и сердца не жалели, И скрипа наших письменных столов. И так, покамест пальцы не свело, Расставить сети мы всегда умели, И точные метафоры —доселе Был самый ценный творческий улов. Так за любовь! Уж ей не прекословь! З а тех, кто дарит трепет и любовь! Виват! И баронессам, и кухаркам! Как хочется, забившись в уголок, Сплести подобный этому венок Порой и нам — поэтам-перестаркам.

XV

Порой и нам —поэтам-перестаркам, Хотя, быть может, он излишне строг Становится желанным чудный слог, Что видим мы у Данте и Петрарки. Пусть наши дни уже не слишком ярки, Пусть будет скучен этот монолог, Мы на алтарь любви, кто сколько мог, Несли свои бесценные подарки.

В столицах и в неведомой глуши Несли огонь возвышенной души И череду меняющихся строф, Сонетов строки, ноты партитуры. Во славу Беатриче и Лауры Мы не жалели самых нежных слов.

2006

* * * Устав от фальши жизни —как игры, Как хочется упасть куда-то в бездну Иль, провалившись вмиг в тартарары, Исчезнуть. Чтоб все, по эту сферу бытия Живущие, кто в счастье, кто в печали, О том, что здесь был некогда и я — Не знали.

2006

* * * Здесь рядом вера, гений и злодейство, А потому давно признать пора: Не ладно что-то в датском королевстве И в закутках мадридского двора. Всё так легко и гладко на бумаге, Но как изменишь наш российский быт? Куда ни глянь —всё тот же Копенгаген, Куда ни кинь —таинственный Мадрид.

148

Кто разберёт, куда идёт Россия, Как разгадать её безмолвный лик? Нам обещают —будем жить красиво... Но чешет репу пьяненький мужик.

2007

"к "к "к

Увы, и в будущем, и в нынешнем, и в прошлом, Уж как бы наше дело ни пошло, Найдётся то, что мерзостно и пошло, О что невольно расшибаешь лоб. Стремился столько лет, но не сумел объять я Огромность мира краткостью строки: Мои, такие жаркие объятья Скорей всего —не слишком широки. Всё, вроде, правильно, но и не очень, вроде, И среди правды вдруг проглянет ложь. Неразбери-поймёшь, что происходит, И что сбылось —неразбери-поймёшь.

2007

к

к

к

Где-то выше —истоки реки, Где-то ниже —сольются реки. По ладони одной руки Не прочесть судьбу человека. Перемелется —будет мука, Перетерпится —будет мука: Там и письма издалека, И томительная разлука, И походы на зов трубы, И сгоревшей деревни трубы...

149

В тихом таинстве ворожбы, Как в разгадке седой мансубы, Ты прочтёшь, оробев слегка И невольно сжимая руку: Перемелется —будет мука, А не сбудется —будет мука.

2007

D E JA VU У омута —бревенчатый мосток, Заросшая росистая долина, Знакомая со школьных лет рябина И прошлогодний выбуревший стог... В сознание внедряется покой, Покой прошедшей без меня эпохи, И всё, что было при царе Горохе, Как в фильме, возникает за рекой: Вот мчится разномастна и шустра Ватага наша, слышны смех и крики, Вот дальний наш поход за земляникой, Вот едкий дым рыбачьего костра, А вот купальниц солнечный ковёр, Вот всплеск воды в предутреннем тумане И девушка нагая в час купанья... Но это уж... особый разговор.

2007

150

* * * На земле величавой, Над знакомой рекой, Боже, благий и правый, Ты меня упокой, Чтоб оттуда, где выше, Я, оставшись один, Мог и слушать, и слышать Звук столкнувшихся льдин, Крик мелькающих чаек, В октябре —журавлей, И по-русски печальный Плач забытых полей, Чтобы мог я подслушать Трепет ближних осин И прогнозы кукушек На судьбину Руси, Чтоб меня пробуждали От нездешнего сна Сказы сухонских далей, Вековая сосна, Всплеск весла на рассвете, В час, когда отдохнув, Выволакивают сети, Предвкушая уху, Чтоб однажды под вечер (Уж писал про рассвет) Состоялась та встреча Через тысячу лет, Пусть не встреча, а случай (Этак —даже милей): Появившись на круче У могилы моей, Человек незнакомый, По-рыбацки одет, Спросит вдруг по-земному: «Как живётся, поэт?»

2007 151

* * * Проступают морены и озы, З а завесой дождя острова, На прильнувшей к окошку берёзе Поминутно редеет листва. Недалече снега и морозы — Север всё же предъявит права... Не сумеет сей метаморфозы Избежать и моя голова, Побелев как-то разом...

2007

* * * Бывает, потеряв ориентир, Мы верный путь в чащобе не находим, Ждём ночи, созерцаем звёздный мир, Чтоб отыскать его на небосводе. Среди светил, таких как Альтаир, Одно отметить —дело не простое: Кто сможет отыскать ориентир, Что мы зовём Полярною звездою? При этом бесполезен зодиак, Как и планеты все, но, слава богу, Заботливые Дубхе и Мерак Найти её бесхитростно помогут... И так бывает: к истине спеша, Не отличим её от наваждений? Подскажет ли заблудшая душа? Поможет ли друг парадоксов —гений? Скорее —нет! Как две звезды «ковша», Как некий неземной путеводитель, Здесь помогает сделать верный шаг, Уж как хотите —гуру иль учитель.

152

Он незаметно даст заметный знак, Не предлагая истину как дар, но Путь к истине укажет точно так, Как Дубхе и Мерак —к звезде Полярной.

2007

■к -к -к

Ах, какою трепетной надеждой На земное счастье жили мы, Только ныне мы не те, что прежде, Средь забот бесплодной кутерьмы. Даже веря, что за дальней дымкой Вправду существует благодать, Знаем: нам под шапкой-невидимкой Скрытую её не распознать!

2007

* * * В к а ч е ст в е ш у т к и о се р ь ёзн о м E s p e c ia lly f o r С . Б . Г о н ч а р о в о й

Параграф первый Книги Бытия Ещё в том веке тщательно прочитан, И в деловые скучные края Нам, слава богу, дверь уже закрыта. Там только те, кто скупостью могуч, Кто нас умом и возрастом моложе, И потому-то наш

Ту дверь открыть, конечно, не поможет. И ключ к венку сонетов —не гарант 153

Того, что дверь раскроется с размаху: Кому там нужен гений и талант, Кого волнуют -

±

Я

-

±

-

Там славен

$ Даже, может быть, Известная продукция Гознака... Иначе дверь в ту клетку не открыть, Где на цепи надёжная По правде ж —нам приятнее простор, Нас больше привлекают джунгли, мангры, Костёр в тайге, гитары перебор... Но это уж —совсем другой

§ 2008

•к к

к

П ри ходи , как уходят , ост авляя следы.

Г. Лысенко

Одинокая чарка... Новогодняя ночь... Год —похоже, насмарку, И уже не помочь. Карнавальные маски — Щит для праздничных лиц: Откровенья —как сказки, Как набор небылиц, 154

Как ответ без вопроса — Их без боли в душе Ты ещё произносишь, А забыла уже. А постольку, поскольку (Слово —что воробей), Говорить без умолку Не накладно тебе, Эту ночь новогодья Ты собой оживи, Приходи, как приходят Потрещать о любви.

2008

к

к

к

В простых вещах отыскиваем сложность, В крутой вираж заваливаем судьбу, Святую правду называем ложью, Ещё не зная термина «табу»... Но время нас невидимо остудит: Зигзаги жизни вытянутся в нить — Когда понятно даже то, что будет, И то, что невозможно объяснить!

2008

к

к

к

Российский путь по-своему красив, Так почему так слепо, без оглядки, Стараются сегодня на Руси Внедрить заокеанские порядки?

155

У нас же свой, особенный подход К понятиям стыда, греха и рая, Так почему смиренный наш народ Теперь свои обычаи теряет? И говоря серьёзно, без прикрас, Не должно забывать нам о расплате: Что, потеряв Россию в некий час, Мы с нею вместе и себя утратим!

2008

■к -к -к

Коль события играют нами Так, что ход их смутит умы, С божьим промыслом или снами Их связать поспешаем мы. Мозг становится вялым, ватным, В рассужденьях —теряешь нить: Непонятное непонятным Нет возможности объяснить.

2008

ТАМ , ГДЕ...

1 Там, где над мерой довлеет размеренность, Там, где не личность, а лишь визави, Там, где не вера, а только уверенность — Место влюблённости, а не любви!

2

Там, где в песнь не сольются звуки И в корысть обращён досуг, Там, где походя, лишь от скуки 156

Погружают в пучину мук, Там, где зло берут на поруки, Замыкая порочный круг, Там, где деньги приходят в руки — Преступления сходят с рук!

2008

к

к

к

Порой трудился неустанно, Порою был горяч и крут, Сам из огня таскал каштаны, Легко вершил Шемякин суд, Мог расписать с друзьями «пульку» Нетрезв был чаще, чем влюблён, Баклуши бил, играл в бирюльки, Лез, не подумав, на рожон, Обычно был в себе уверен, Всегда дудел в свою дуду, Во благо врал, как сивый мерин, Подмётки резал на ходу, Не сожалея, не конфузясь, Порою руки умывал, Нередко пьяный брёл, как зюзя, Дары данайцев принимал, Мог пеплом голову посыпать, От печки танцы танцевать И, из привычной стаи выпав, Мог встрепенуться и опять Сжечь корабли, бежать позора, Блистать во всей своей красе, Свалиться яблоком раздора, Крутиться белкой в колесе, Отдать последнюю рубаху, Прикрыться фиговым листом, Твердить, что доллары не пахнут,

В сие не веруя при том, Потом петь Лазаря открыто, Проснувшись голым королём, И у разбитого корыта С давно не стиранным бельём В своей тарелке очутиться, Определить ориентир И взмыть над миром, словно птица, Поднявши на смех этот мир.

2008

В Л ЕСУ ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ Занимательная история. Отправился как-то мой старший брат с сыном (т. е. моим племянником) Василием в лес за грибами. Ушли довольно далеко в сторону ныне заброшенной деревни Кирженьга, где на старых, уже давно заросших сосной полях, обычно бывает много груздей. Договорились, где встретятся. Василий свернул с тропы влево чуть раньше, а брат —пройдя вперёд ещё метров двеси Далее привожу рассказ Василия: «Грибов было много. Корзину быстро наполнил. Вышел на тропу. Прилёг недалече: погода была тёплая. Стал ждать отца. Вдруг слышу, что-то справа трещит. Смотрю — мимо меня по тропе мчится медведь, всё время оглядываясь назад. Пробежал. Сижу дальше. Снова слышу треск справа. По тропе в том же направлении, тоже всё время оглядываясь назад, бежит отец. Ну, думаю, в лесу что-то случилось: пора и мне убегать».

158

Как впоследствии выяснилось, брат и медведь, неожиданно столкнувшись, бросились друг от друга в разные стороны, но, выбежав на тропу, метнулись по ней в одном и том же направлении. Мы от души посмеялись над его рассказом.

2008

А У ТИ ЗМ Когда приступы жестокого аутизма, сопровождающегося появлением абсолютного безразличия к окружающему миру и к окружающим людям, начинают вершить свою невидимую работу, желание сбежать на самый край земного диска всё более цепко овладевает сознанием... Так уходят обманутые надежды.

2006-2008

Н Е Т У Ж -Д У Д К И ! В том месте, где Рабаньгская Сухона сливается сразу с двумя реками —Вологдой и Лежей, часто во время ледохода наблюдается странное явление — подпор воды этих рек настолько велик, что лёд в Сухоне начинает двигаться в сторону Кубенского озера, то есть в противоположном направлении, что, на первый взгляд, выглядит как-то противоестественно и продолжается до полутора недель. «Эх, вернуться бы на полторы недели в свою юность!

159

Как много можно было бы сделать за полторы недели вернувшейся юности!»,— поделился я своими раздумьями с соседом. «Нет уж —дудки!» —с какой-то бесшабашной грустью подытожил сосед. И мы надолго замолчали.

2006-2008

ЛИНИЯ жизни На одном из занятий, где студенты знакомились с методами измерения длины кривых линий, на моё задание определить длину кривой, заданной функционально, причём предполагалось, что студенты определят её с помощью курвиметра или с использованием нити и линейки, один очень ответственный и одарённый студент представил точный ответ, получив его путём решения довольно сложного интегрального уравнения. Тогда в шутку я попросил его определить и длину моей линии жизни, на что он весьма логично и почти серьёзно потребовал, чтобы я ознакомил его с соответствующим алгоритмом расчёта. К сожалению, ни длину линии жизни, ни точек перегиба на ней нельзя определить даже посредством дифференциального и интегрального исчисления. Алгоритм расчёта собственной судьбы едва ли когда-нибудь будет найден.

2006-2008

160

Б О Л Е З Н Ь Н А Ш ЕГО В РЕМ ЕН И Иногда кажется, что социальные проблемы нашего ошалевшего от технических достижений, ошпаренного политическими катаклизмами и утратившего религиозную и вековую гражданскую мораль общества заключаются в том, что доброту, доброжелательность, простоту, доверчивость и участие в судьбе ближнего оно воспринимает как слабость. Это уже глубоко проникло в сознание и нервы. Это тяжело осознавать и принимать как данность. Блаженны ж будут нищие духом!

2007-2008

Н ЕИ ЗБЕЖ Н О Е У каждого поэта должна быть своя Полетика!

2007-2008

ВОЛНЫ Е.В.

Память моя постоянно воскрешает яркие картины почти тридцатилетней давности, когда мы познакомились, и как-то исподволь у нас возникло всё заполняющее и скрываемое от посторонних глаз чувство. Такое тайное общение только усиливало прелесть той давней истории. Особенно запомнился воскресный коллективный выезд на противоположный берег залива на арендованном для этой цели катере.

6— 2080

161

Мы практически не выходили из воды, заплывая как можно дальше от берега и от любопытствующих взглядов. При жаркой и солнечной погоде море было довольно неспокойным. Двухметровой высоты волны то поднимали нас вверх, и тогда берег был хорошо виден, как и мы с берега, то опускали глубоко вниз, и тогда мы оставались наедине. И всякий раз до подхода следующего гребня волны у нас было шесть-семь секунд, чтобы поцеловаться. Волны давным-давно рассеялись брызгами при ударах о прибрежные камни, но впечатления тех дней, дней нарастающего чувства и ныне накатывают, как волны, то вознося вверх на гребне неиссякающей памяти, то свергая вниз, в пучину неумолимого времени.

2007-2008

•к к к В озвра т и сь к себе, Р о сси я , Только грудью, а не в сп я т ь !

В. Гриханов

Быть может, пред последней грозной битвой, Быть может, пред последним судным днём, Как встарь, обременим себя молитвой, Перед иконой в рубище своём. Во имя долгожданного спасенья, Во имя самых добрых перемен, Взывая к Богу, станем на колени, Чтоб Русь опять смогла восстать с колен.

2008

162

*

*

*

М н е есть ч т о спеть, представ перед всевыш ним , М н е есть чем оправдат ься перед ним.

В. Высоцкий

Конечно, я совсем не идеал, Конечно, не достоин обелиска, Но не был скуп, не крал, не убивал, Чужих не оговаривал и близких, Учился сам, потом других учил, В стихи свой долгий опыт облекая, Что тех, кто в добродетели почил, Поблажка ждёт какая-никакая, Всегда существовал своим трудом... И потому, кто знает, может статься, Представ однажды пред Его судом, Я всё-таки сумею оправдаться.

2008

СО СЕД СТВО Скучно мне без чучел в огороде, Без цветков космеи у крыльца — Всё объемлет за полночь и в полдень Дымный небосвод Череповца. В городе —я словно вне закона, Благовест средь звуков попурри, И с берёзкой скромною с балкона Я всегда готов поговорить Словно с загрустившею соседкой, Что знакома близко и давно... Вот она опять стучится веткой В пыльное балконное окно.

2008 163

•к к

к

В Мадриде матч —«Реал» играет с «Барсой», К туристам вышел снежный человек, Космический корабль отправлен к Марсу, На Арарате вновь нашли ковчег, Повсюду —с террористами нет сладу, Пираты рыщут в водах Сомали, Возможно, там же прячется бен-Ладен, Назвав себя спасителем Земли, Скучает явно блок военный —НАТО, Быть может, помышляя о войне... А где-то внучки, Даша и Агата Живут, совсем не зная обо мне.

2008

■к -к -к

Нет, не поймёт досужий свет: Нужна не женщина, а тема. Смысл этой древней теоремы Постигнуть может лишь поэт... (А потому, что много лет Он был хозяином гарема — Гарема рифм).

2008

ГОВОРЯТ, ЧТО... Говорят, что Идалия Полетика, ради которой, по словам П. А. Вяземского, А. С. Пушкин на некоторое время оставил поэзию, однажды (причина остаётся не ясной и ныне) так обиделась на него, что потом, до самой своей смерти (быть может, оттого,

что ею руководила её португальская кровь) отзывалась о поэте с неизмеримой ненавистью, причём ненависть эта была настолько велика, что даже в глубокой старости своей, когда в Одессе ему был открыт первый в России памятник, она съездила в этот город из столицы на перекладных и, плюнув на памятник, тут же села в карету, чтобы ехать назад (правда существуют и другие версии, по одной из которых она переехала в Одессу на постоянное место жительства, дабы ходить к памятнику постоянно и выражать своё отношение к Пушкину подобным неординарным образом). Говорят, что одной из причин дуэли Лермонтова и Мартынова, возможно, было то, что последнего к дуэли подбивал князь А. Васильчиков (впоследствии один из секундантов), обиженный на поэта за дерзкую эпиграмму, написанную однажды после того, как Васильчиков во время неудачной карточной игры слишком энергично выразился. Эпиграмма эта нелестным образом касалась родословной князя. Приводится и текст этой эпиграммы: Наш князь ВасильЧиков —по батюшке. Шеф простофиль, Глупцов —по дядюшке, Идя в кадриль, Ш у т о в —по зятю ш ке, В речь вводит стиль Донцов по матуш ке.

—

165

Впрочем, как оказалось, Мартынов и сам писал эпиграммы на Лермонтова. Говорят, что вообще редко смеявшийся Лев Николаевич Толстой рассмеялся над содержанием его же собственной книги. Когда из Парижа издатели прислали ему несколько экземпляров повести «Казаки», переведённой на французский язык, он очень серьёзно и углублённо читал перевод до эпизода, где старый казак, дед Ерошка играет на балалайке и поёт «Ах вы сени, мои сени...» На французский манер это звучало как «Вестибюль, мой вестибюль». Вот это-то и заставило Льва Николаевича от души рассмеяться. Говорят, что Ги де Мопассан очень не любил Эйфелеву башню, поскольку, по его мнению, она уродует вид Парижа. Тем не менее, его часто видели в ресторане на верхних этажах этой башни. На вопрос присутствующих, чем объясняется его нахождение внутри так презираемого им объекта, иначе говоря, такое непоследовательное поведение писателя, Мопассан отвечал, что здесь (наверху) находится единственное место в Париже, откуда Эйфелевой башни не видно. Говорят, что однажды, выходя из ресторана, изрядно выпивший Юрий Олеша заметил на крыльце человека, форму которого украшали лампасы, и окликнул его: «Эй, швейцар! Мне карету!»

166

Последовал ответ: «Я не швейцар. Я —адмирал». «Тогда —катер!»,—не унимался Олеша. Говорят, что однажды между сидевшими в ресторане Велимиром Хлебниковым, Владимиром Маяковским и Юрием Саблиным, одним из первых в стране награждённым орденом Красного Знамени, состоялся следующий разговор. Показывая на свой орден, Саблин сказал: «Таких, как я —в России всего несколько человек!» На это, имея в виду самого себя, Маяковский отреагировал следующим образом: «Таких, как я —всего один!» «А таких, как я —вообще больше нет!»,— подвёл итог разговору Хлебников. После этого заявление Маяковского воспринималось уже не совсем впечатляюще. Говорят, что однажды в числе других приглашённых представителей футуризма в студии художника И. Е. Репина (где-то в пригороде Санкт-Петербурга) оказался и Велимир Хлебников. В процессе разговора Репин решил написать портрет Хлебникова и предложил ему попозировать. Хлебников ответил: «А не нужно. Бурлюк только что написал мой портрет». «Покажите»,—попросил Репин. И Хлебников показал рисунок, на котором был изображён чёрный треугольник. «?????»,—читалось в глазах Репина. Так что «Чёрный квадрат» К. Малевича — это тоже, может быть —чей-то портрет?

167

Говорят, что выдуманный М. Волошиным и Е. Дмитриевой и существовавший лишь в письмах образ Черубины де Габриак воспринимался настолько реально, что редактор «Аполлона» С. К. Маковский заочно был влюблён в не существовавшую Черубину, наделял её божественными и совершенно фантастическими чертами, писал ей письма, добивался встречи и абсолютно не подозревал, что Волошин, к которому он обращался с просьбой познакомить его с этой загадочной женщиной, сам и был составной и вдохновляющей частью этого образа.

Говорят, что, находясь в эмиграции, уже будучи в преклонном возрасте, Иван Бунин закончил своё письмо к поэтессе Тэффи (Н. А. Лохвицкая) шуткой: «Целую Ваши ручки и штучки-дрючки!» На что столь же великовозрастная поэтесса ответила, что ручки из вежливости ей ещё целуют, а вот «штучки-дрючки» ей уже лет пятьдесят никто не целовал.

Говорят, что некий корреспондент в беседе с Иосифом Бродским настойчиво задавал ему один и тот же вопрос: «Как Вы относитесь к женщинам?» В конце концов Бродский ответил: «А что с них взять? Хорошо, если от общения с ними остаётся хотя бы одна удачная строчка».

168

Эту историю я рассказал одной своей знакомой. Выслушав её до конца, она с некоторой обидой, сказала: «Так ведь это же можно сказать и о мужиках. Если хотя бы одна удачная строка от него останется, так это уже хорошо». Одни и те же слова, но какой различный смысл они несут. Мужское начало —сотворить и отдать, женское —подвигнуть на сотворение и присвоить сотворённое».

Говорят, что один из экипажей космической станции «Мир» отправил в Центр управления полётами необычное сообщение, при этом разговор проходил примерно так: Экипаж: — Видим в океане непонятное явление — нечто похожее на волну пересекает весь Атлантический океан. Не можем понять, что бы это могло быть. Центр: — В каком направлении вытянута эта «волна», в широтном или в меридиональном? Экипаж: — В широтном. Центр: — Так это —экватор!

2008

169

к к к

Хоть миновали прежние напасти, И волосы покрылись сединой, Я всё ещё подвержен давней страсти, Которая довлеет надо мной. Не отрекаюсь... каясь, каясь, каясь, А потому, попробуй, позови... Я всё ещё порой воспламеняюсь От искр твоей неискренней любви.

2009

И ЧЁТ, И Н Е Ч Е Т • о • о • о • о • о • о • о • о • о • о

Тьма за окном. Уже не различаю Ветвей берёзы тонкой и беспечной. Засохших лип с заснувшими грачами Не разгляжу, задумавшись о вечном. Свой юбилей опять один встречаю, И это всё немного огорчает З а кружкой остывающего чаю С едва заметным привкусом печали. Стихи совсем не пишутся. Старею, Что делать? Потихоньку засыпаю. У тёплой, но бездушной батареи Сегодня ничего не накропаю. Найти ль от безысходности микстуру, Найти ли в этой жизни сверхзадачу, Коль сам ты —на себя ж карикатура, Коль сам живёшь без цели, наудачу? Не пишется... На этом ставлю точку... Но если Вас бессонница калечит, Прочтите эти строки через строчку, Прочтите вновь (хоть чёт сперва, хоть нечет).

2009

170

сон (в то м же стиле)

• о • о • о • о

Сегодня ночью вновь приснился мне Твой голос позабывшийся, а не Твой силуэт в оправе белой пены — Видение у края ойкумены, И будто где-то там, на глубине, Приснившись, зазвучал среди камней, Где всё приметил хищный глаз мурены, Опять призывно и проникновенно.

2009 "к

"к

к

Шум крупных городов людей пугает, Беззвучье деревень людей томит. От скуки покупают попугаев, А на рыбалку тащат динамит. На автотрассах превышают скорость, По поводу и без безмерно пьют, Совсем нетрудно забывают совесть, При этом позабыв и самый труд.

2009

Я НИКОГДА И Х Н Е КОПИЛ Теперь и думат ь не моги о хмурых д н я х с весёлой метой, когда я м ог прощ ат ь долги или плат ит ь другой м онет ой.

Г. Лысенко

Давно и прочно уяснил, Что деньги —тяжкие вериги: Сберкнижек я не заводил, А собирал годами книги.

171

Был при деньгах —с друзьями пил, Но трезво шёл к заветной цели, Я никогда их не копил И не жалел, когда имелись. Не замыкался на вещах И к должникам не шёл с клещами — Я должникам легко прощал Да и теперь легко прощаю. И потому на склоне лет Не угнетает ноши малость: Своих долгов, ей богу, нет — Я сделал всё, что замышлялось.

2009

КОГДА Н Е П И Ш ЕТСЯ Появились слёзы у берёзы, Появились вздохи у ольхи... Что-то не могу засесть за прозу, И не получаются стихи. А вокруг —морены, камы, озы, На камнях —лишайники и мхи... Что-то не могу засесть за прозу, И не получаются стихи. Бог —во всём. Так говорил Спиноза. А неверье —кара за грехи... Всё мутнее слёзы у берёзы, И всё глуше вздохи у ольхи.

2009

172

QUO VADIS? Добычи ради — Галдёж, грабёж!.. Болезнь не лечится!

Quo vadis? Куда идёшь, Человечество?

2009

ЗО В Земля родная кличет нас, как матерь, И только ей по праву, по плечу Или подзарядить аккумулятор, Или задуть прощальную свечу. Ход времени не можем побороть мы, Он не подвластен нашему уму... Пока живу, стремлюсь поехать в Тотьму, А умерев, я устремлюсь во Тьму.

2009

к

к

к Бы ла душ а, как роща после пала...

В. Кузнецов

Теперь не вспомнить, где оно, начало, Где завершенье счастья и невзгод... Была душа, как роща после пала, А может, всё как раз наоборот — 173

Наоборот, в душе скрывалась роща, В душе вмещался весь цветущий дол, Кувшинки в летней речке Чагодоще И даже глушь, где папоротник цвёл.

2009

ПО ЛЁТЫ ...А было время — я мечтал светло и непорочно, как наяву во сне летал почти что еженочно... По воле жизненных ветрил я странствовал, влюблялся, влюбляясь, как во сне парил и нехотя спускался. Когда ж свершил я всё, что мне свершить предназначалось,

174

я перестал летать во сне... Так подступала старость.

2009

СО ВЕС ТЬ Николаю Бердяеву принадлежит Впечатляющее выражение: «Совесть — это место встречи с Богом». Действительно, если нам придётся когда-то предстать пред его судом, что мы предъявим ему в своё оправдание за мелкие и большие наши прегрешения? Недвижимость? Драгоценности или деньги? Красивую внешность? Опытного адвоката? Всё это имеет ценность лишь здесь, а в иной, не имеющей материального наполнения плоскости, все эти атрибуты нашего мира потеряют не только её, но и смысл. Только духовные качества можно будет прихватить с собой на суд Божий. И только в том случае, если они достигнут какого-то, не понятого ещё нами предела, можно будет рассчитывать на благосклонность Божию. А критерием духовности и является наша совесть в самом широком понимании этого слова. (И , может быть, она определяется той памятью о себе, которую мы оставляем на земле).

2009

175

А Л Ь Ф А И ОМ ЕГА E s p e c ia lly j o r С . Б . Гончаровой

Вместивши всё, как

а и со негаданно нагрянет добрый миг, когда нас под эгидой оберега не выследит седая ДФ минуют бесконечные печали

&

благодать рассыплется с небес. И нужно лишь, чтобы душа звучала полнотой выше! Вспомним же

й

2009

М ОТОР ПОДВЁЛ Приехал как-то, будучи в отпуску, на родину, в наш таёжный посёлок, бывший его житель, ныне проживающий где-то в Сибири и работающий там взрывателем на добывающем предприятии. Привёз с собой взрывчатку. Отправились с соседом на рыбалку. Выехали на моторной лодке на самое рыбное место. Заглушили мотор. Обеспечили пять минут тишины (на большее терпения не хватило). Подожгли шнур. Опустили «снасти» на дно... Мотор почему-то не завёлся... В фуфайках и в сапогах к берегу доплывали с трудом.

2009 176

Я УП А Л А Недавно мне, по просьбе своих давних знакомых, ночью пришлось срочно съездить в аптеку, купить и отвезти уже заказанное лекарство в больницу. В безлюдном коридоре приёмной в это время суток никого не было за исключением одинокой девушки, сидевшей с вытянутой вперёд правой ногой. Мне пришлось ждать. И она сама обратилась ко мне со словами: — Вы читали в газете «Вечерние новости» о том, как с моста упала и сломала ногу женщина?

— Нет, не читал,— ответил я.

— Ну, если прочитаете, так это — обо мне. Прошло ещё некоторое время. Напротив сидевшей девушки открылась дверь, появился человек в белом халате и сказал: — Лечиться вам предстоит в гинекологическом отделении!

— Ничего себе «упала»,—подумалось мне.

2009

■к -к

-к

Июльских практик простенький уклад, Не страшен дождь под старенькою крышей. А комариных тягостных рулад Репертуар подобный где услышишь? Здесь дух природы, выходы в маршрут, Сбор материалов, блажь экспериментов, Вечерний чай, бивачный неуют, И за стеной — весёлый смех студентов.

2009

к к к

В осенних кронах — листьев суматоха, Их разноцветье — в зелени травы: Стремительно проносится эпоха — Эпоха опадающей листвы. Кленовый лист упал на флаг Канады, Сложились строки в дивные тома. Стихи — как листья в пору листопада: Осыпались —и вот она —Зима...

2009

к к к

Когда-то завершится этот век, Несчастный век безверья и бессилья, Когда опять расправит человек Давным-давно утраченные крылья, Чтоб улететь от скверны и чумы... И засияют солнечные блики, Дорогу освещая среди тьмы Всем, кто живёт —и малым, и великим.

2010

ПИШУ Н А ВЕКА Где-то прочитал об оригинальном разговоре между Ю . Любимовым и В. Высоцким, происходившем примерно так: Л ю б и м о в : «Володя, Вы сейчас что-нибудь пишете?» В ы с о ц к и й : «Несколько новых песен пишу на диск. А Вы?» Л ю б и м о в : « А я пишу на века!»

2010 178

ПЕСНИ

ВАЛЬС ПРИ СВЕЧАХ Вечер не вечен, он быстротечен, скоро придёт рассвет, Скажутся речи, выльются свечи сгустками на паркет. Но в одночасье, нет, не погаснет отблеск огня в очах. Он и опасен, он и прекрасен вальс этот при свечах. Взгляды, жесты, плечи да нежных рук чета, Свечи, свечи, свечи — много, не сосчитать; Свечи, догорая, плачут, Вечер нам сулит удачу, В вальсе окрыляется мечта. Жили, не знали горя-печали, просто и не спеша, В рамках морали предпочитали душу не искушать, Но очень круто эти минуты переиграли жизнь, Близится утро, а потому ты несколько слов скажи! Взгляд, как залп картечи, да нежных рук чета, Свечи, свечи, свечи — много, не сосчитать, Свечи, догорая, плачут, Речи слов любви не спрячут, В вальсе окрыляется мечта. В сумрачном свете трудно заметить, как пролетает ночь. Фразы, ответы — разве всё это мыслимо превозмочь? Шёпот горячий встречу назначил там, где листва кружит, А это значит, переиначил всё, чем я раньше жил. Вмиг пленён, обвенчан — перейдена черта, Свечи, свечи, свечи —что их теперь считать?! Свечи, догорая, плачут, Нечет, как и чёт,— к удаче, В вальсе окрыляется мечта.

1988-1992 179

ГОРОД ТУМ АНОВ Выглядит странно, Как чародей, Город туманов, Город дождей, Город, где плечи Сопок круты, Город, где встречи, Город, где ты. П рипев:

Письма плутают Где-то в пути, Сам попытаюсь Счастье найти... Рейсом вечерним Путь недалёк, А назначеньем — Владивосток. Там, где оставил Каплю души, Волны о скалы Бьют голыши, Зло и могуче, С моря пришед, Катятся тучи На Эгершельд. П р и п ев.

Станет началом Добрых начал Необычайный Летний причал. Разве случайно 180

В первых лучах Он и венчал нас И разлучал? П р и п ев.

Роется ветер В календаре, Верю, что встретишь Ты в октябре, Знаю, заманит, Как чародей, Город туманов, Город дождей. П р и п ев.

1989-1991

ПОГАДАЛА Ты осторожно держала Чашу ладони моей, А на запястье лежала Прядь, что заката рыжей. Линию жизни искала Или начало начал. Очи — как лампы накала. Шёпот — как эхо звучал. П р и п ев:

Голосом этим со звоном расколота Тусклая чаша судьбы.

181

Волосы цвета червонного золота Разве могу я забыть? Что нагадала — не помню — Всё было словно в бреду. В городе этом огромном Где тебя завтра найду? Буду бродить одиноко С верою в сказочность встреч: Может быть, вспыхнет твой локон, Может, услышится речь? П р и п ев.

1990

А РОССИЯ ТАК БЛИЗКО Не залечены раны, не забыты обиды, Под парами британский грузовой пароход, За бортом иностранным исчезает Таврида, Наша первая слава и последний оплот. Всё уже не по-русски, а Россия так близко, Виден в призмы бинокля севастопольский рейд, Но теперь без закуски пьётся горькое виски, Значит, в грешной России нам пристанища нет. Где-то там догорают подожжённые степи, Большевистские песни распевает орда. Так куда уплывает вездесущий Кутепов? И неистовый Врангель уплывает куда?

182

Гневом или молчаньем — чем-то встретит Европа? И в одной из весёлых несовдеповских стран Будет сниться ночами цитадель Перекопа, А в соседней лавчонке будет куплен наган. Нам в Европе богатой будет тесно, как в клетке, Кто родился в России — здесь уже не жилец. И, наверно, когда-то эхо русской рулетки Жизнь бесславную эту оборвёт наконец. Зарубцованы раны, позабыты обиды, Под парами британский грузовой пароход, За бортом иностранным исчезает Таврида, Наша первая слава и последний оплот.

1990

А ГДЕ-ТО ПЛЫЛ АВГУСТ Ф ё д о р у Конюхову

Шальная пороша шуршала шесть суток подряд, И память о прошлом, как ноша, тянула назад; И льдины трещали, и след заметали снега, И злые торосы отнюдь не ласкались к ногам. П р и п ев:

А где-то томительный август над пляжами плыл... Там смуглые лица, там вовсе не носят бахил, Там южное солнце и знойных мелодий каскад, Там мир поцелуев и звонкое царство цикад. Гирляндам полярных сияний здесь вовсе не рад, Шальная пороша шуршала шесть суток подряд, Палатка дрожала, нисколько не грея в ночи, Никто и нигде не услышит, кричи не кричи. П р и п ев.

Хватило бы сил, а награда одна за труды — Увидеть в зените мерцанье Полярной звезды. Шальная пороша шуршала шесть суток подряд. И северный полюс предстанет наградой наград. П р и п ев.

Лицо огрубело, усы от дыханья седы, Сосульки, как с крыши, свисают с седой бороды. Слегка затянулся такой небольшой маскарад: Шальная пороша шуршала шесть суток подряд. П р и п ев.

1991

НЕ ПЛАЧЬ! О б утратах наших говорить не любим, Тихо чертыхнёмся на чужой вопрос. Только незаметно что-то шепчут губы, Да глаза становятся красными от слёз. П р и п ев:

Если тяжело — не плачь! Слякотное дело — плач. Плач для нежных душ — палач Ныне и вовек! В горе виноват —не бес! А где-то на краю небес, Может, в этот миг воскрес Близкий человек! Мы давно привыкли в чудеса не верить, И надежды наши —не на чудеса. Но зачем-то в полночь открываем двери, В темноте заслышавши чьи-то голоса. П р и п ев.

184

О б утратах наших говорить не любим, Тягостно стараясь пережить беду: С плачем — в одиночку, с кротостью — на людях И с самообманами — к нашему стыду! П р и п ев.

2000

ЗАВИТКИ У ВИСКА ( романс)

Прошлогоднее лето, голубая карета. Коренной бьёт копытом неистово. Переезды, приметы, веера, силуэты, А в бокалах вскипает игристое. Опьяняют слегка завитки у виска И вопросы надрывно неясные. Три фиалки в руках, кринолин в лепестках, И надежды такие прекрасные. Прошлогодняя осень. Золотые колосья. Вечера и свидания тайные. Осень праздно уносит, унесёт — и не спросит И помолвки, и грёзы случайные. Опьяняют слегка завитки у виска И ответы совсем непонятные. Три записки в руках на измятых листках, И признанья твои троекратные. Появляется иней на дохе тёмно-синей. Не спешит лошадёнка крестьянская. И теперь в полудрёме на промёрзшей соломе Вспоминаю июль и шампанское. Опьяняют слегка завитки у виска, Очаровывают взгляды влюблённые. Уезжаю! Пока! Может быть, на века! И в места уж не столь отдалённые!

2000 185

КАК ЖЕ ВСЁ ЭТО ВЫШЛО? ( ноктюрн)

Флокс от росы поник, В спальне окошко настежь, Светит луны ночник В царстве цикад звенящих. Только сквозь этот звон Милых шагов не слышно. Сон это иль не сон? Как же всё это вышло? Скоро придёт рассвет, Астрами утро брызнет. Ты — как и лунный свет: Не отыскать капризней. С полночью в унисон Трогательно неслышен, Сон это иль не сон? Как же всё это вышло? Будут другие сны, Будут другие ночи, Вспыхнут огни вины Строками многоточий. Высветит Орион Контур знакомой крыши... Сон это иль не сон? Как же всё это вышло?

2001

186

ГДЕ-ТО Где-то мир причуд, где-то нас не ждут, нам не рады, Но поют свои песни соловьи и цикады, Сорок сороков сереньких сорок звук подхватят, Истину и вздор будет вторить хор на закате. Где-то Где-то Где-то Где-то

в сентябре сказку о добре растрезвоньте! горизонт, где-то просто зонт, где-то зонтик, водопад, где-то камнепад у подножья, листопад, где-то снегопад, бездорожье.

Где-то Где-то Где-то Где-то

клад зарыт, где-то дом открыт, где-то — заперт, злится смерть, где-то круговерть, где-то паперть, светотень, где-то полутень, где-то полдень, страх и риск, где-то обелиск, где-то орден.

Где-то Где-то Где-то Где-то

в сентябре сказку о добре растрезвоньте! горизонт, где-то просто зонт, где-то зонтик, наперёд верх берёт расчёт, где-то случай, у ребят безобиден мат, где-то — круче.

Где-то Где-то Где-то Где-то

злая быль, где-то водевиль, где-то драма, чёрный ус да краплёный туз, где-то дама, бурый ил, где-то Белый Нил, чапарали, суета, где-то до креста обобрали.

Где-то Где-то Где-то Где-то

в сентябре сказку о добре растрезвоньте! горизонт, где-то просто зонт, где-то зонтик, суперматч, где-то просто мяч, где-то мячик, добрый маг, где-то славный знак. И удача!

2002

187

ШМЕЛЬ Весенний шмель посадку совершит На золотистый венчик горицвета, И не беда, что снег запорошит Весь этот мир, когда минует лето. Какой-нибудь непризнанный поэт Вдруг посвятит весне венок сонетов, И не беда, что солнечный сонет, Как и поэт, когда-то канет в Лету. В венце светил вращается Земля, Сгорают годы быстро, как зарницы... Полёт души, как и полёт шмеля, По существу, уже не повторится. Венец светил закроют облака, Венок сонетов не воспримут уши, Проникнуть в венчик жёлтого цветка Не сможет шмель, ленив и добродушен.

2003

ПОСЛЕДНИЙ ТЕПЛОХОД (романс)

Вдоль стылых берегов уже теснятся льдинки, У пристани стоит последний теплоход, Ты помаши мне вслед сиреневой косынкой И тихо прошепчи молитву от невзгод. Не стану обещать, что я вернусь однажды, Нельзя предугадать превратности дорог, Скажу наверняка — не быть мне магараджей — И никакой иной не смею дать зарок.

188

Дни будут коротки, а путь надменно длинен, Но память сохранит событья дней других, Когда ноябрь и норд преображали в льдины Сплошную кисею густеющей шуги. Шуга вдоль берегов. Свободна лишь стремнина. У пристани стоит последний теплоход. И этот хмурый день мазком ультрамарина Последнюю черту разлуке подведёт. Ты, сердце мне отдав, не стала половинкой, Н о скрасила собой мой немудрёный быт, Прости мне мой отъезд, стерев слезу косынкой, А прочие грехи, надеюсь, бог простит.

2004

ПИСЬМА (ром анс)

Ж гу Ваши письма. Боже! Как горят! И, догорая, обжигают пальцы! Когда-то был так несказанно рад Вдыхать их долгожданный аромат И смыслом слов прекрасных наслаждаться! Жгу Ваши письма. По ветру летит Всё, что осталось от заветных строчек. И довершают сей печальный вид Седые кроны сгорбленных ракит, И только пламя весело хлопочет. Жгу Ваши письма, стоя на ветру, Не для того, чтоб Вас из сердца вырвать, А просто... вдруг нечаянно умру... И кто-то перечтёт их поутру... Они могли бы Вас скомпрометировать!

189

Жгу Ваши письма. Боже! Как горят! Любовь, пылая, обжигает пальцы! Когда-то был им несказанно рад... Но даже их легчайший аромат Стал ныне в тягость дряхлому скитальцу.

2004

ТОТЕМСКИЕ НОЧИ Тотьма встречает деньками пригожими, Сумраком белых ночей; В памяти вновь возникает из прошлого Взгляд материнских очей. П р и п ев:

И под ковром, ею сотканным, Снова заснуть я не смог: За невысокими окнами Слышится мне диалог. Фразы ловлю я рассеянно, Боже, как я знаком С тем говорком мосеевским, С толшменским говорком. Скрипы уключин доносятся с Сухоны, Там гомонит ребятня, А из заречья таинственно ухает Филин, встречая меня. П р и п ев:

Я полуночкою росною Встал побродить с полчаса, А за соседними соснами Вновь мне слышны голоса. Строятся фразы по-дедовски, 190

Боже, как я знаком С тем говорком медведевским С пятовским говорком. Всё, что здесь было, с годами не выстынет, Здесь зарождались мечты, Здесь же украдкой махнула мне с пристани Веткой черёмухи ты. П р и п ев:

Коротки сумерки летние, Краток полночный маршрут. Слышу в часы предрассветные Где-то тотьмички поют. Пусть побелели мои виски, Боже, как я знаком С тем говорком матвеевским, С вожбальским говорком.

1997

С

191

ПЕРЕВОДЫ (2000-2009)

С АН ГЛИ Й СКОГО

И з п р о и з в е д е н и й Э . С п ен сер а (1 5 5 3 —1 5 9 9 )

X X X V II {«W h a t guyle is this, that those her golden tresses...»}

Они коварны — золотые пряди Её волос под сеткой золотой. Как различить в сверкающем наряде Суть красоты, сокрытой красотой? Как простодушны те, чьи взгляды слепы, Кому так часто даже невдомёк, Что сердце, сражено великолепьем, Уже попало в дьявольский силок. Я начеку, и глаз мой насторожен. Я не желаю в эту сеть попасть: В мои года уже совсем негоже Игры подобной вдруг изведать власть. Друзья мои! Возьмите на заметку, Что золотая клетка — тоже клетка!

192

И з произведений Д . Мильтона (1 6 0 8 —1674) О СЛЕПОТЕ («On his blindness») {«W h en I consider how my light is spent»}

Когда я думаю, что гаснет свет дневной И что полжизни будет править тьма, Губя талант, сводя меня с ума И вознося навеки надо мной Покровы пустоты, тогда как свет души Стремится неустанно ввысь, к Творцу, И упрекать Его мне не к лицу Словами: «Неужель я прегрешил Настолько, что стал трудным дар писать?» В ответ услышал шёпот: «Знай, что Бог Трудом не наказует. Будь терпим, Терпение зачтут на небесах, И, может статься, тот лишь, кто убог И будет в некий час замечен Им».

И з п р о и з в е д е н и й Т. М у р а (1 7 7 9 —1 8 5 2 )

Песня КОЛОКОЛА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА («The Bells of St. Petersburgh») (в переводе И. И. Козлова песня известна под названием «Вечерний звон») {«Those evening bells! those evening bells!..»}

Колоколов вечерний звон, Вновь оживляя связь времён, Напомнил мне на склоне дней О нежной юности моей, 7—2080

193

О том, что мило и светло, О том, что было и прошло, О тех, кто спит во тьме могил, Кого я помнил и любил. Уйду и я. И вязью слов Восславит звон колоколов, Вечерний звон, закатный свет Уже совсем другой поэт.

И з п р о и з в е д е н и й Ч. К и н г с л и (1 8 1 9 —1 8 7 5 )

П ЕСКИ ДИ («The Sands of Dee») {«O h , M ary , go and call the cattle hom e...»}

«О , Мэри, Мэри, скоро ночь, зови домой коров, Зови домой коров, Гони домой коров, Гони песками Ди». А ветер с запада подул, внезапен и суров, И путь ей преградил. Морской прилив терзал, сердясь, прибежище песка, Бескрайнего песка, Пустынного песка, И плыл туман немой. Своих коров гнала она сквозь эти облака И не пришла домой. «Трава ли, рыба ли видна, иль прядь густых волос, Прядь девичьих волос, Прекраснейших волос Среди морской воды?» Такое видеть никому ещё не привелось С песчаных склонов Ди.

194

Её в песке и погребли, он ей —постель и кров. Безбрежен этот кров, Пустынен этот кров. И море впереди. Лишь часто слышат рыбаки, она зовёт коров С песчаных склонов Ди.

И з п р о и з в е д е н и й Д . Г. Б ай р он а (1 7 8 8 —1 8 2 4 )

ФРАГМЕНТ написанный вскоре после того, как мисс Чаворт вышла замуж

{«Hills o f Annesley! bleak and darren...»}

Холмы Анслея! Пустошей унылость, Где детство безрассудное прошло, Как чёрной тучей ныне вас накрыло Неистового времени крыло! Здесь больше не сыскать минут доверья В заветном уголке при свете дня, Здесь больше не живёт улыбка Мэри, Как даль небес — она не для меня.

СТРОКИ, НАПИСАННЫЕ В АЛЬБОМ ВО ВРЕМЯ ПРЕБЫВАНИЯ Н А МАЛЬТЕ («Lines written in an album, at Malta») {« A s o’er the cold sepulchral stone...»}

Как текст кладбищенского камня Задержит путника порой, Текст этих строк издалека мне Взор задержать поможет твой.

195

Когда же будет текст прочтён, Скажи, уняв печаль и жалость, Что нет поэта, умер он, Но сердце... сердце здесь осталось.

И з п р о и з в е д е н и й Д . Китса ( 1 7 9 5 —1821)

СОНЕТ {«T h e day is gone, and all its sweets are gone...»}

День миновал, и всё исчезло с ним: Твой милый профиль, губы, грудь и руки, Счастливый шёпот, вздохи, нежный дым Волос, глаза, лобзаний звуки. Поблекли краски, разноцветье дня, Исчезло предвкушенье обладанья — Свой полумрак вокруг распространи, Ночь проникает в дебри подсознанья. Явь постепенно переходит в сон — Был праздник дня, спустился праздник ночи: Войти за ширму век со всех сторон Уже дремоты власть неслышно хочет. Я днём прочёл любовный часослов — В молитве ж на ночь — много меньше слов.

СОНЕТ {«W h en I have fears that I may cease to be...»}

Когда, поняв, что смертен, как все люди, Я собираюсь взяться за перо, Страшась того, что собрано не будет В единый том, как в закром, серебро 196

Моих стихов, когда я вижу ночью На небе многоточия светил, Я убеждаюсь в мыслях и воочию, Что бездну мирозданья Fie вместил Мой слабый ум, что, умерев, навеки С тобой расстанусь я и больше не смогу Постигнуть власть любви над человеком,— Тогда на незнакомом берегу Я чувствую, как и любовь, и слава Теряются в пространстве величавом.

СОНЕТ. К МОРЮ {«It keeps eternal whispering around...»}

Оно плескало тысячу веков, Оно, колеблясь, разрушало скалы И двадцать тысяч гротов заполняло Совсем непринуждённо и легко. Оно порою так спокойно спит, Что не тревожит даже сон ракушек, Порою же ужасный шквал обрушит, Свергая вниз базальты и гранит. Вы все! кто сохранил глаза в глазницах, Спешите к морю, дайте им покой! И вы! кто проклинает шум мирской В неугомонных суетных столицах, Попробуйте заснуть под шум морской — И пусть сирены песня вам приснится!

197

И з произведений О. Уайльда (1854—1900) ВПЕЧАТЛЕНИЯ УТРА («Impressions du matin») {«The Thames nocturne o f blue and gold...»}

На сине-золотой ноктюрн реки Гармония серого незримо наступала. С соломой серой баржа проплывала, На Темзе волн рождая гребешки. Седой туман закрыл пролёт мостов, На стены зданий утра тень упала, Над ними силуэт Святого Павла Стремился вверх сереющим крестом. Жизнь просыпалась, и неровный стук Повозок сельских силился пробиться Сквозь стынь и тяжесть воздуха, и птица Уже взмахнула нехотя крылом... У фонаря ж одна в преддверье дня Стояла женщина. Свет локонов касался. Но свет тот ею не воспринимался... Что выстывшему сердцу —блеск огня?

TAEDIUM VITAE {«Т о stab ту youth with desperate knife, to wear...”» }

Ножом пороков юность погубить. Носить Столетья жалкого цветистую ливрею, Сокровища души отдать злодею Иль в сеть волос блудницы угодить, В конюшнях у Фортуны грумом быть. Друзья!

198

Всё это не по мне. Всё это стоит меньше, Чем пена на воде, чем пух, пооблетевший С чертополоха. И не стану я Стоять в ряду напыщенных глупцов, Честь позабывших. Лучше уж под скаты Лачуги сельской, где в конце концов Могу смириться с ролью пастуха! Но не туда, где я и сам когда-то Подставил рот под поцелуй греха.

И з п р о и з в е д е н и й У. Д э в и с а (1 8 7 1 —1 9 4 0 )

ДОСУГ («The leisure») {«W h a t is this life if, full o f care...»}

Живём ли мы, коль целый год Нас окружает мир забот, Коль не замрём хотя б на миг, Чтоб созерцать природы лик, Чтоб постоять у сосен тех, Где белка прячет свой орех, Чтоб подсмотреть в тиши ночей, Как звёзды падают в ручей, Чтоб напоить свои мечты Великой мощью Красоты, Чтоб восприять Её венец И улыбнуться наконец. Мы не живём, коль целый год Нас окружает мир забот.

199

И з произведений Дженис Гэйл (1926—2 0 0 7 ) ИТАЛЬЯНСКИЕ ПРОСТОРЫ («Italian Fields») {«T h ey were not the only tw o...»}

Соединённые как любовью, так и духовно, они не были исключением, и мы знаем из жизни святых много подобных преданий, накопившихся за время существования христианства, знаем, что любовь разделяют на «святую» и «мирскую», но не знаем были ли возлюбленными Франциск и Клара или только духовными братом и сестрой, бездомными и жившими за чертой города среди птиц и цветов, каждый с чашей для подаяния, то наполненной, то пустой. М ы знаем, что любовь и беседа сопутствовали им на тропах, пересекающих просторы лугов. Но кто сможет разделить любовь на составляющие её части, назвать их или выделить в ней оттенки духовного? Мы знаем лишь то, что Святой Франциск умер у неё на руках, а Бедная Клара была канонизирована в итальянском городе Ассизи в год одна тысяча двести девятый.

200

ВОЛОСЫ ЭННИ («Annie’s Hair») {«In open country air, her hair...»}

Распущенные волосы её, Как сетью паутины ловят ветер, А вместе с ним и вести из краёв, Лежащих на другом конце планеты. Костёр багрово освещает их, Оттенки цвета чередуя быстро, Как хиппи на ристалищах своих, На фоне их вершат свой танец искры. Когда ж всё заполняет свет луны, И патио — в убранстве бугенвиллей — Короной представляются они, Что королевы некогда носили.

РАССКАЗЫВАЕТ КАРЛОС («Carlos Speaks») {«T he sea is a sob-sister...»}

А море нас любовью не балует, и потому почти любой из нас припомнить мог бы и отнюдь не всуе о нём душещипательный рассказ. Морские птицы не поют, а стонут, окраска их совсем не так ярка, как у лесных пичуг, и монотонно они терзают душу моряка. Кокосы в море сбиты ураганом — для тонущих — соломинка в руках, совсем не образец небесной манны и вовсе не источник молока.

А Бог и солнце — не одно и то же, луна в ночи — тем более не Бог, хотя создать на глади моря может одну из самых сказочных дорог. И всякий, здесь родившийся однажды, всегда живя в плену своих забот, когда-нибудь, услыша море, скажет: «Да, жизнь прошла». И, так сказав, умрёт однажды.

DUO {«T w o women are playing music...»}

Серебряная флейта, пианино, Две женщины в экстазе музыкальном... И это не на вермерской картине, Где старый полированный паркет И боковой, уже вечерний свет, Паркетом отражаемый зеркально Уже в течение многих сотен лет. Но так же в затухающих лучах Блестят пюпитр и волосы, и руки, В тональных (и загадочных) ключах Затаены пленительные звуки Давно забытой музыки старинной, Такой необычайной и печальной... Серебряная флейта, пианино, Две женщины в экстазе музыкальном.

202

п олевой лагерь

(«Campsite») {« A far-off camper driving spikes...

Лагерь полевой, домик на колёсах, гомон бытовой на краю утёса, он тревожит мир седловин открытых с красным, как порфир, танцем маргариток, мир седых камней с графикой прослоек, смолкнувших при мне деловитых соек, мир, где лунный круг заблудился в чаще, дятлов перестук, нервный и дрожащий. А вблизи тропы, проходящей рядом, спят птенцы скопы, и трещат цикады, славя сосен звон, моховища свиток и соседний склон, полный маргариток — всё, что, торжествуя, вечно существует.

АКВАЛАНГИСТЫ («Divers») {«D o w n in the sunlit depths...»}

Базальты скал. А несколько мористей, средь водорослей, в синей глубине охотятся на рыб аквалангисты, сближаясь с ними так, чтобы верней произвести в упор беззвучный выстрел. Вот окунь приближается бочком, акула спит меж зарослей подводных, да пара устрашающих бычков, толстоголовых и всегда голодных, почти у дна стоит особняком в тени слегка оранжевых кораллов, где атеринки стаею плывут. Гирлянды пузырей, больших и малых, вверх уходя, мельканье создают, как светомузыка на стенах дискозала. И в этой экзотичной глубине аквалангисты, водоросли, рыбы, как, почему-то, показалось мне, существовать в гармонии могли бы среди течений, рифов и камней.

ЕСЛИ Б («If») { « I f a god should speak...»}

Если б всевышний мог что-то сказать нам, он указал бы нам место, где можно с духом лесов пообщаться приватно, плед постелив перед тем осторожно, 204

лечь, глядя в небо сквозь листья и иглы, ветром сплетённые в сеть, отрешиться так, чтобы скорби уже не достигли, так, чтобы явь обрели небылицы, и наслаждаться до сумерек летних, быстро собравшись лишь в час, когда тыквой солнце за горы покатится, встретив месяц ущербный и к звёздам привыкнув.

ПЛОХИЕ ДЕТИ («Bad Babies») {«W e clap our hands...»}

Мы хлопаем в ладоши, встречая божественное солнце, катящее свою колесницу над тусклым морским горизонтом, золотые струи ниспадают от её колёс, везущих в Мексику новый день. Мётлы дворников везде приступают к своей работе, а люди начинают наматывать утренние мили. Но мы двое — плохие дети, лишь наблюдаем, как солнце приносит нам новый золотой день, становясь центром нашего утончённого западного мира.

205

Я УЧИЛА ИСПАНСКИИ («I learned Spanish») {«in a classroom in New York...»} o

в классной комнате в Нью-Йорке, декламируя на безупречном кастильском диалекте поэму «Печальная принцесса» — в которой говорилось об испанской принцессе и о её белом пиано, хранившем молчание, когда она касалась его клавиш. Но потом было очень много безмолвных пиано и могил. Лорка пришёл и, написав стихи о Нью-Йорке, нашёл смерть где-то в холмах зелёной Гранады, став жертвой предательства. Я учила испанский среди лачуг в богатой калифорнийской Долине Салинас и в маленькой комнатке деревенской клиники около чесночных полей с рабочими-мексиканцами в Сан Хуан Батиста. Позднее я учила испанские слова, общаясь с приговорёнными к смерти, сиротами, ворами и монахинями и слушая громоподобные речи 206

деспотов и сторонников инвестиций в Сальвадоре и в Гватемале. Я также учила испанский, слушая родителей, ласкавших своих детей, и испанца, завтракавшего с книгой у дверей университета, описывая сосны Тотоникапана, монументы в Тукстла, и очистку песчаных пляжей у Барра де Навидад. Вы уже поняли, что я хочу сказать: растения должны стремиться к свету, потрёпанные ветром сосны на морском берегу должны противостоять ему, а мы должны, не жалея времени, изучать языки, позволяющие воспевать множество явлений земной жизни.

НЕСКОНЧАЕМОЕ ШЕСТВИЕ («Endless Procession») {«Figures move in the early fog...»}

Фигуры движутся в тумане, густом и раннем, К чесночным движутся полям, почти бескрайним. Под утро урожай собрать всего удобней, Пока округу не пленит жарища полдня. Фигуры медленно идут и одиноко В плащах и куртках дождевых. И шляп широких Поля над лентами шарфов соломой жёлтой Всё покрывают в этот час до горизонта.

207

А в прилегающих домах, с дорогой рядом, Владельцы судеб и земель спят на верандах, Что краской цвета молока и сливок жирных Напоминают нам коров, жующих мирно. Чеснок, туман, домов мираж, Рабочих шляпы над полями — М ы назовём такой пейзаж: «Беднейший люд навеки с нами».

ИЗ ВИННОГО ПОГРЕБА («From a Wine Cellar») {«T he label on the wine shows Venice...»}

На винной этикетке изображена Венеция с высоким обелиском позади арок и церковных сводов — символом средневекового могущества, достижений архитектуры, успешной торговли и роскоши купечества. Здесь же мы видим гондольеров, до сих пор воспевающих любовь под чувственные вздохи туристов. Но современные гондольеры — обычные люди, иногда весьма легкомысленно с огорчения или радости поднабирающиеся вина, хотя и не так, как бочки в винном погребе, но сполна.

ЛЮБО ПОСМОТРЕТЬ («Beautiful to Look At») {«B ack then, when milk was still delivered...»}

Давным-давно, когда зимой по утрам молоко ещё доставляли на дом, крышка молочного ящика часто бывала покрытой 208

высокой белой шапкой снега, соскальзывавшего сразу после щелчка задвижки, иногда же ящик был покрыт синевато-белым, как сатиновое платье матери с его замечательными пуховыми рукавами, льдом. Отец делал молочные ящики, и его сырой лесоматериал был чёрным, как смокинг, который он надевал, когда они с матерью выходили танцевать. Восхитительная родительская чета внешне была холодна, как ледник Фрэнсиса, где несколько миллионов лет назад море, следы волн которого видны и ныне, замёрзло внутри створок синеватых раковин. Я научилась распознавать внешность, так часто скрывающую истинное чувство любви, переполняющее человека. И сейчас мои родители остаются изумительной парой — любо посмотреть.

ПИСЬМО («Letter») {«W h en you left, slamming out...»}

Когда ты хлопнул дверью и ушёл к кому-нибудь ещё, угодник дамский, твоё авто смотрелось хорошо, фырча перед окном, как кот сиамский. Тогда я знать и ведать не могла, что это будет и моей свободой, что стол с резьбой старинной по углам — немой свидетель твоего ухода, свидетель сотен наших вечеров с мерцаньем свеч на тёмной полировке, свидетель сцен, случавшихся порой, 8— 2080

209

объятий, и желанных, и неловких, свидетель продолжительной борьбы за лидерство в преддверии обмана — об этих переломных днях судьбы напоминать мне будет непрестанно. И вот, когда промчалось столько дней, оттуда, где сидел ты, опечален своею жизнью, как и я — моей, пишу тебе с любовью изначальной, хотя ты ныне в ранге старика, и поднимаю пенистый бокал шампанского, добра тебе желая за всё, за всё, быть может, исключая мой труд по воспитанию детей и труд других, детей твоих вскормивших, да лозунг твой, звучавший без затей и лишних экивоков, говоривший, что главное — свобода на земле, мужчина ж должен проявиться в деле: иль капитаном быть на корабле, иль отираться в кабаках Марселя.

ПИЦЦЕРИЯ ПАУЛО («Paulo’s Pizza») { « I often go alone for pizza...»}

Я часто хожу одна в пиццерию на северную сторону и сажусь снаружи под решёткой с виноградной лозой, плетущейся от корней, таких же старых, как я, таких же старых, каким стал ныне сам Пауло; и уже нельзя представить его таким, каким он был в его двадцать после партии в теннис, 210

да и меня тоже в белом, молодую, сильную и вспотевшую после трёх сетов — ничего этого давно нет. Здесь деревянные столы с многослойным лаковым покрытием и с вырезанными любовными посланиями, напоминающие чем-то ослов, играющих привычную роль на фотографиях детей, посаженных на них в жарких увеселительных парках, животных послушных и уступчивых даже при фотовспышках, раздражающих их уставшие глаза. Я в одиночестве захожу к Пауло, чтобы почувствовать течение жизни около университета с постоянным потоком студентов, взрослеющих здесь, но вспоминающих воё студенческое прошлое в других городах. Я не вполне уверена, что прекрасное время вообще бывает, но возможно, это и есть время пиццы, вина, выпитого под свисающей виноградной лозой, итальянских оперных ночей и позднего чтения в библиотеках — старого и проверенного способа познакомиться с будущим мужем.

211

ОТПРАВЛЯЮЩЕЙСЯ В ПУТЬ (Дот Стилмэн, 1907—1996) («Journeying» [for Dot Stillman, 1907—1996]) {«Sandstone rocks and a tender hollow.. ■»}

Песчаник, скалы, меловые выступы, тихая лощина и прозрачный горизонт, распростёртая сосна и старый молельный дом с изображением голубого восхода. Так пребывай же в его животворном свете, как и всякий плачущий у твоих ворот, ты отправляешься в горнюю обитель, и место твоё далеко от них. Так успокойся же в объятиях времени и укрепи дух твой, быстро ускользающий вдаль, подобно порыву наполненного ароматом нежного весеннего ветра.

ПОСЛЕДНЕЕ ТАНГО («Last Tango») {« M y hands are out, palms up...»}

Руки взлетают В ритме знакомых мелодий, Лица красны (Трудно представить Столько эмоций в природе, В бликах весны).

212

Страсти гротескно Их искажают невольно В нимбах волос. Бешеный темп. Но Хватит! Довольно! Довольно! Рады до слёз, Быстры и гибки, Мы, наконец, присмирели, В кресла упав. Сникли улыбки, Дух возвращается в тело, Тяжесть в стопах, Плечи устали, Дрогнули пальцев фаланги... Чувств не тая, Мы станцевали Наше последнее танго... Мама и я.

Из произведений У. Вордсворта (1770—1850) ЛЮСИ («Lucy») {«Strange fits o f passion have I known...»} I

Как накрывает страсти шквал И распаляет кровь, Поймёт лишь тот, кто сам познал Великую Любовь... Тогда, в дни юности моей, Бурлившей, как весна, Я каждый вечер мчался к Ней, И полная луна 9—2080

213

Мне освещала дальний путь Средь пастбищ и полей, И конь, который знал тропу, Бежал всё веселей. Вот сад знакомый за холмом, Нехитрое жильё — Совсем обычный сельский дом, Но это дом Её... Однажды сон мне шёл с трудом, Природы дивный дар, И мнилось, что на этот дом Скатился лунный шар. Копыта мчащего коня Вдруг стали не слышны, Но в полусне смутил меня, Тускнея, диск луны. Казалось, что она плыла В объятья небытья... «О Боже! Люси умерла»,— Проснувшись, понял я.

II

В краю ключей жила Она, Далече от дорог, О ней почти никто не знал Да и любить не мог — Фиалку скромную средь гор, Что взору чуть видна, Звезду, что в небе тешит взор, Когда она одна.

214

О, Люси! Как была мила, Мой ангел и кумир. С тех пор, как Люси умерла, Так изменился мир.

III

В далёких, чуждых мне краях, Где очень долго жил, Не знал я, Англия моя, Как я тебя любил. Мелькали годы, словно сны. Любимая земля, Теперь полей твоих родных Уж не покину я. Здесь дом стоял, и у огня Ютилась в нём семья, За прялкой в нём ждала меня Избранница моя. Заснула ночь, и день затих В беседке среди гор, Когда направила на них Она последний взор.

IV

Здесь восторгаться и блистать, Под милым солнцем расцветать Судьба велела ей. Тогда я знать ещё не мог, Что в некий час позволит Бог Назвать её моей,

215

Что путь наш неисповедим, Что буду ею сам любим, Что средь равнин и скал На лоне вод и ближних рощ Любви почувствую мощь И сильных чувств накал. Весёлой ланью на лугу И на озёрном берегу, Где так легка волна, Бальзам спокойствия и тишь Могла излить на сердце лишь Она, одна она. И вёсен солнечный разлив, И желтизна плакучих ив, И ранний соловей, И долгожданная лазурь, И шквал рождающихся бурь Завидовали ей. Ей звёзды слали благодать, Когда меня случалось ждать В укромном уголке, Где танцевал поток ручья, Чья бесконечная струя Скользила по руке. Когда влюбляться и блистать, Приобретя святую стать, Уже могла она, Кто видеть мог когда-нибудь Такую чувственную грудь Хотя бы в дебрях сна? Она — природы торжество, Основа счастья моего Мне сниться вновь и вновь.

216

И жизнь её, и смерть её — Всё достояние моё И вечная любовь.

V

Пугая, мне явился сон, Что, умерев, Она С печальной поступью времён Столкнуться не должна. Ей уготован путь иной По замыслу творца: С планетой нашей заодно Вращаться без конца.

СОНЕТ {«Nuns fret not at their convent’s narrow room »}

Монахинь не пугает узость кельи; Отшельнику не тесен скромный скит; Студент в углу над книгами корпит, Не жалуясь, а пряха — над куделью; Жужжа, пчела летит к вершинам с целью Собрать нектар в кубышке лепестков; И узников, влачащих груз оков, Порою посещает час веселья. Поэтому так хочется и мне, Когда душа полна добра и света, Вместить её в чистилище сонета С надеждою, что кто-то в тишине Прочтёт его и, позабыв невзгоды, На краткий миг почувствует свободу.

217

,

Надпись на статуе Свободы в гавани Нью-Йорка сонет, принадлежащий перу Эммы Лазарус (1849-1887) НОВЫЙ КОЛОСС («The New Colossus») {«N ot like the brazen giant o f Greek fam e...»}

He бронзовая мощь античного колосса, Что над каналом гордый лимб вознёс, Здесь встанет над водой иной колосс — Фигура женщины над солнечным утёсом С зажжённым факелом. И имя ей отныне — Мать Изгнанных. Её рука-маяк Господствует над миром, режет мрак, Надежды искру дарит на чужбине. «Историю земли прекрасной сохраните»,— Она взывает молча,— «Этот край — Обиженных, бродяг и нищих покровитель, Чья жизнь была — ложись да помирай, Кого никто не относил к элите. Кто ад познал, тому здесь будет рай!»

С Ф РАН Ц УЗСКОГО

Из произведений Т. Готье (1811—1872) А Л М А З СЕРДЦА («Diamant du coeur») {«Tout amoureux, de sa maitresse...»}

Подарок женщины любимой Кто в сердце, кто в столе хранит, Откуда, вспомнив её имя, Извлечь с надеждою спешит.

218

Один ласкает прядь густую Черней вороньего крыла, Что после клятв и поцелуев Ему подарена была. Другой лелеет светлый локон Той, что смогла его пленить, Преобразуя, словно кокон, Касаньем в шёлковую нить. А третий из глубин коробки — Ковчега памяти его — Перчатку вдруг достанет робко, Как будто это — божество. Иной, дрожа и цепенея, В саше под вензелем хранит Фиалки, срезанные ею, Давно утратившие вид. Целует туфельку, как в сказке, У Сандрильоны одолжив, Иной, иль женской полумаски Вдыхает запах еле жив. Я ж не сберёг волос, перчаток, Фиалок, масок, башмачков И лишь слезинки отпечаток Храню меж выцветших листков. Однажды в кубок изумрудный, Где страсть вскипает, как вода, Она упала каплей чудной И растворилась навсегда, Преобразившись в этом мире В едва заметное пятно. И всех сокровищниц Офира Теперь ценнее мне оно.

219

Слезинка эта тем дороже, Что, став ответом на вопрос, На мой сонет упала всё же Из глаз, ещё не знавших слёз.

ЗИ М НИ Е Ф АНТАЗИ И («Fantaisies d’hiver») I

{« L e nez rouge, la face blame...»}

Hoc покраснел от непогоды, Кряхтят пюпитр и инструмент, Зима в чреде сезонов года Выводит свой дивертисмент. Она фальшиво исполняет Фрагменты арий, старый гимн И ритм ногами отбивает, Да и подошвы вместе с ним. Октавы скучные меняя, Главой потряхивая слегка, Она на землю снег роняет, Как Гендель пудру с парика.

II

{«D an s bassin des Tuileries.. ■»>

Пленённый стужей лебедь белый Плывёт в бассейне Тюильри, В саду стволы дубов замшелых Утрами иней серебрит. Закоченев в старинных вазах, Цветы нарушили ряды, 220

И непривычными для глаза Сорочьи кажутся следы. На пьедестале, где Венеру Ласкал счастливый Фокион, Зима творит свои химеры Манерно, а-ля Клодион.

III

{«L es femmes passent sous les arbres...»}

Проходят женщины аллеей — Все в горностаевых манто И, словно статуи, белеют, Покрыты снежной красотой. Венера Анадиомена Надела белый капюшон, Подбор покрова на колена Застывшей Флоры завершён. И по сезону все пастушки Куазевокса и Кусту В боа застыли, по макушку Прикрыв от взоров наготу.

IV

{«Sur la mode parisienne...»}

Явился север, на богатых Красавиц шубы возложив, Так на афинянку когда-то Бросал медвежью шкуру скиф. Зима Пальмиру приодела, Скрыв тьму достоинств и грехов Под пеленой сугробов белых И русской роскошью мехов.

221

И страсть рождается в алькове, Когда заждавшийся Амур Увидит стан Венеры новой, Освободив от рыжих шкур.

V

{«Sous le voile qui vous protege...»}

Вуаль спасёт средь улиц узких, Когда вам кто-то смотрит вслед, Но ваших ножек андалузских Запечатлён в сугробах след. Снег, словно матрица, надёжно Снял отпечатки с ваших ног, Хотя вы крайне осторожно Скользящий ставили сапог. И то вздыхая, то бледнея, По следу муж ваш, зол и хмур, Отыщет место, где Психею Целует, встретивши, Амур.

ЗАВИТКИ Н А ВИСКАХ («Les accroche-cceurs») {«Ravivant les langueurs nacres...»}

Чтобы усилить взгляд твой томный, Ты носишь, как набор колец, Два завитка неугомонных Для обольщения сердец. Когда же вдруг движеньем дивным Ты тронешь их чуть-чуть хотя б, Они взмывают, как пружины Под колесницей феи Маб, 222

Иль как Амура лук разящий, Уже натянутый слегка, Соприкасаются изящно С виском стрелка-озорника. Два завитка — вот суть кокетства — А сердце у меня одно! Чьему же сердцу по соседству С моим качаться суждено?

КАРМЕН («Carmen») {«Carmen est maigre—un trait de bistre...

Кармен тонка. В очах цыганских Всегда сквозит восточный пыл, К ней был неласков зной испанский И дьявол кожу ей дубил. К ней не подходят дамы близко, Мужчина ж каждый — видеть рад. В Толедо сам архиепископ У ног её свершал обряд. Шиньон — и рыжий, и огромный — Взметнулся веером над ней, Лишь он один в алькове тёмном Одеждой служит много дней. А на лице смуглянки нашей Рот приоткрыт. Победно он Смеётся, пурпуром окрашен, Любовным зельем окроплён. Она красавиц затмевает И побеждает без труда, А взор её не оставляет О т пресыщенья — и следа.

И обольстительна без меры, Сама себе назначив срок, Она выходит, как Венера Когда-то вышла на песок.

ХОРОШ ИЙ ВЕЧЕР («La bonne soiree») {«Q u el temps de chien! — il pleut, il neige...»}

И снег, и дождь! — И холод зверский. Но кучер прибыл без задержки И ждёт меня. В такой глухой декабрьский вечер Зажечь бы в доме ярче свечи, Сев у огня На мягкий стульчик прикаминный, Что освещён наполовину, Но видно всё ж, Как он протягивает руки, Взывая голосом подруги: «Ты не уйдёшь!» Над лампой — конус абажура. Мне грудь девичью под гипюром Напомнил он, Создав из теней и из света На потолке и на паркете Изящный сон. Среди всеобщего молчанья Чуть слышно маятник качает Свой жёлтый круг, Да в дверь с надеждой на удачу Стучится ветер, злясь и плача, Как пьяный друг.

224

О эти сборы, беспокойство! В английском чопорном посольстве Сегодня бал. Рубашки, фраки, и жилеты, И белоснежные манжеты — Мой арсенал. Ботинки с узкими носками Гордятся лаком и сверкают В лучах лампад. Висит в отменнейшем порядке Тончайший галстук, и перчатки, Как воск, блестят. Пора в дорогу. Ну и бремя! Стоять у входа, тратя время, Среди гостей, Смотреть на пышные кареты, Гербы, красавиц силуэты, Их декольте, Тесниться в гуще приглашённых Маркизов, графов и баронов, Чего-то ждать, Не замечая вовсе даже И безупречные корсажи, И чью-то стать, И меланхолией объятых Высокомерных дипломатов Прыщавых лиц, И посылать тихонько к чёрту Всю эту длинную когорту Вельмож, девиц... И не суметь, хотя б в награду, Преодолеть одну преграду — Фалангу вдов: 225

Услышат чуткие старушки, Когда прошепчешь ей на ушко: «Моя любовь!» Я не поеду! — бал отставлю, Но ей в букетике отправлю Словечек пять, Чтоб оживить её средь бала Желаньем, скрытым меж фиалок,— И стану ждать. А чтоб унять биенье сердца, Прочту из Гейне «Интермеццо», Пленит и Тэн. И из Гонкуровского плена Я попаду всенепременно В любовный плен.

ЧАСЫ («La montre») {«D eu x fois je regardema montre...»}

Коварны времени проделки: Застыв в недвижности своей, На циферблате дремлют стрелки — А час отправлен в небытие. А по соседству, из гостиной Часов настенных слышен звон, Своей руладой длинной-длинной Мне дерзкий смех напомнил он. И тень глумливого кадра на Смеётся явно надо мной, Напоминая неустанно О быстротечности земной.

226

А голос дальней колокольни Ещё сильнее режет слух, На каланче часы невольно Три пробивают вместо двух. Ах, вот в чём дело! Заводною Пружиной не занялся я Ещё вчера. Тому виною Была мечтательность моя. Подобно бабочке не бьётся Внутри футляра балансир Туда, сюда. Не шелохнётся, Как будто вправду замер мир. Таков уж я! Судьба ль такая! Я над собой теряю власть, Когда Пегаса оседлаю, За Синей птицей уносясь. А рядом вечность мерно глухо, Подстать пространству, небесам, Свершает бег, приблизив ухо К уже умолкнувшим часам, Где, как мы верим в раннем детстве, Есть тоже сердце, что стучит, Стучит синхронно с нашим сердцем За ширмой шёлка и парчи. Сейчас оно затихло тоже, Но там, у Млечного пути, Есть тот, кто позабыть не может Его однажды завести.

227

ПАСТЕЛЬ («Pastel») {«J ’aime a vous voir en vos cadres ovales...»}

Красавицы, влиятельные дамы С букетами, утратившими цвет, Люблю смотреть на вас в овальных рамах Портретов, замутнённых толщей лет. Румянца щёк коснулся зимний ветер, И лилий, и гвоздик испортил вид, Излишком мушек прелесть лиц пометил, Засыпал пылью твердь могильных плит. Успехов ваших канула эпоха, Эпоха Парабер и Помпадур, Быть может, лишь какой-нибудь пройдоха, Любитель сплетен, лжи и авантюр О вас напишет. Вы ж, чей дух бесплотен, С букетом, потерявшим аромат, Всё так же улыбаетесь с полотен Тому, кто умер много лет назад.

Из произведений Э. Верхарна (1855—1916) НАСТЕННЫ Е ЧАСЫ («Les horloges») {«L a nuit, dans le silence en noir de nos demeures...»}

В наших жилищах ночами в молчании мрачном Звук, что на звук костыля или посоха в стенах глухих Так похож, опускается с лестниц чердачных. Часы — это поступь их.

228

Древних эмалей, эмблем, под стекло заключённых, Служит носителем белый и круглый, как диск, циферблат, И в коридорах — мерцание цифр золочёных. Часы — это же их взгляд. Мёртвые звуки — как молот, а чаще — как рашпиль, Четверти частые метят, о близком рассвете твердят, Символизируя немощь секунд уходящих. Часы — это их набат. Тёмный дубовый футляр, оставляющий тени, Напоминает собой вертикально поставленный гроб, Старые кости и вздохи ночных привидений. Часы — это их озноб. Часы Неусыпно, надменно, Словно служанка в сабо неизменном, Звуком своим в полумраке ночей донимают. Часы, укорачивая наши часы, Страх перед временем циркулем стрелок сжимают.

НОЯБРЬ («Novembre») {«Feuilles couleur de lie et de douleur...»}

А листья всё надменней и грубей Заполоняют ближние равнины, И каждый, как уставший скарабей, Подкатывает к сердцу ком скорбей. Лохмотьями нависших облаков, Бельмом распространившихся с востока, Покрыты синь небесная до срока И солнца оживляющее око. Ноябрь в душе моей.

229

Печальны ивы в грязно-серых лужах, Чернильные бакланы в небе кружат, Их бесконечный крик упрям и мрачен, Мистически и жутко однозначен. Ноябрь в душе моей. И лист, опавший утром рано С каштана, И не кончающийся дождь, И монотонный крик баклана Опять бросают душу в дрожь.

СТРАХ («La реиг») {«P ar les plaines de та crainte, tournee au Nord...»}

Через пространства стылые мой страх, Как тот чабан, к овчарне старой гонит Отару мыслей о часах агоний Иль глиною засыпанных гробах. Но прежде, чем опустят в землю прах, О т угрызений совести застонет Душа моя, кружась в посюстороннем Водовороте притчей о грехах. Грехи, как овцы, дёгтевым крестом Клеймённые, гонимые хлыстом, В кошаре черепа сберутся поневоле, Свернув рассудок мой в бараний рог. А что ещё надменно приберёг Пастух согбенный — страх — к концу земной юдоли?

230

ДЕКАБРЬ. ГОСТИ («Decembre. Les hotes») { « — Ouvrez, les gens, ouvrez la porte...»}

— Откройте, люди, хотя б ответьте,— Стучусь я в двери, давлю плечом. Откройте, люди, я зимний ветер, В листву опавшую облачён.

— Входите смело, входите, ветер, Для Вас есть место в печной трубе, Живётся трудно ветрам на свете, Как нам, бродягам, в пустой избе.

— Откройте, люди, без опасенья. В туманно-сером своём плаще Я дождь декабрьский, пустите в сени, Я не присвою чужих вещей.

— Входите запросто, дождь декабрьский, Мы уважаем Ваш важный сан, Мокрицы скучные без опаски Разделят с Вами сырой чулан.

— Откройте, люди, засов железный, Откройте, люди, я первый снег. В одежде рваной и бесполезной Я тоже должен искать ночлег.

— Входите, снег и снежинок ворох Впустите тоже в трущобный мрак, Они не вспыхнут, они — не порох, Они растают там, где очаг. Входите все, мы простые люди, Мы знаем поступь седой зимы, Мы Вас страшимся, но мы Вас любим, Поскольку с Вами сроднились мы.

231

МЕЧ («Le glaive») {«Q u elqu ’un m’avait predit, qui tenait une epee...»}

Явившийся с мечом, вещал мне кто-то свыше, Смеялся над пустой гордынею моей: Безумен будешь ты и праздностью унижен, И скорбью о делах давно минувших дней. А в теле скиснет кровь твоих достойных предков, Слабея и томясь, разбитое, оно Для сердца твоего предстанет мрачной клеткой, Скрипящей, как скрипит повозка под окном. И нервы задрожат, как нити паутины, Тоска тебя изъест, и блеск твоих ногтей Предстанет синевой, и холодом могильным Повеет от зеркал в подвальной темноте. Коль сможешь, убегай! Но страшная усталость, Как камень на спине, тебя потянет вниз, Ты будешь вызывать презрительную жалость, Став слабым памятью, беспомощен и лыс. Бесцельно побредёшь один в чужие земли, Туда, где всё ещё горит огонь сердец, И, даже не поняв, что смерть тебя объемлет, Ты с миром дальних гроз простишься наконец.

С М Е РТЬ («L a mort») { « — Triste dame, топ am e...»}

— О госпожа печальная, душа, Откуда, цвета траура и злата, Беседовать со мною прибыла ты, О госпожа печальная, душа?

232

— Я из дворцов, парящих в небесах, Чьи двери пред тобою я открыла, И для твоей, уж вырытой могилы Я пурпурные розы принесла.

— О госпожа нежнейшая, душа, Спасибо за подобную услугу, Но я её внезапностью испуган, О госпожа нежнейшая, душа.

— Тогда скажи, чего боишься ты? Жизнь в небесах и смерть под слоем глины, Они, по существу, всегда едины Перед лицом вселенской красоты.

— О госпожа прекрасная, душа, Года летят, лик смерти всё страшнее, Я пред косой нависшей цепенею, О госпожа прекрасная, душа.

— Но время — только выдумка, поверь, Для тех, кто жил в плену своих творений, Сумеет в судный день великий гений Открыть в бессмертье потайную дверь.

Б ЕСК О Н ЕЧ Н О Е («Infiniment») {«L e s chiens du desespoir, les chiens du vent d’automne...»}

Как псы бездомные, осенние ветра, Пронзая темень ночи жутким воем, Луну преследуют до самого утра, Напав на след её у водопоя. За горизонт куда-то цепь огней идёт, А сверху диссонанс ужасных звуков Собой заполнил всё — и мир ночных болот, И мир озябших облетевших буков, 10— 2080

2 33

И мир раскисших под потоками дорог, Глухих, пересекающихся, мрачных, Мир, что, как нищенка, под звёздами продрог — Испуган, одинок и озадачен.

Из произведений П. Верлена (1844—1896) О С Е Н Н Я Я П ЕСНЯ («Chanson d’automne») {«L es sanglots longs des violons...»}

Злобный Эол Звуки виол Доносит. В сердце звучат Дальний набат И осень. Только рыдать: Тщетно мне ждать Удачи. Вспомнив о них — Днях молодых — Я плачу. И поутру Я на ветру, Уставший, Улицей вниз Мчусь, словно лист Опавший.

234

СВ ЕТ ЛУНЫ («Clair de lune») {«Votre ame est un paysage choisi...»}

Твоя душа — подобье полотна, На нём мазками — маски, полумаски, Она — как лютня, каждая струна Которой приглашает взвиться в пляске. В напевах, где господствует минор, Любовь и жизнь победно торжествуют, Но искры счастья не содержит взор, Лишь, как луна, пронзает тьму густую. Печальный и прекрасный свет луны! В нём — на деревьях птичьи силуэты, В нём — водопада струи, валуны, В нём — вдохновенье и экстаз поэта!

С Е Н Т И М Е Н Т А Л Ь Н Ы Й Р А ЗГО В О Р («Colloque sentimental») {«D an s le vieux pare solitaire et glace'...»}

В парке старинном, пустынном и стылом Как-то две тени бродили уныло. Взгляд их безжизнен, улыбка мертва, Ветер глушил этих теней слова. В парке старинном, пустынном и стылом Речь шла о том, что забылось, но было.

— Помнишь ли ты об экстазе тогдашнем?

— Боже, зачем вспоминать о вчерашнем?

— Вздрогнешь ли ты, моё имя услышав?

— Нет, грудь моя не вздымается выше.

— А х, что за время! Всё чисто, не ложно! Вкус поцелуя ты помнишь? —Возможно.

— Небо синело, надежда рождалась!

— О, от неё ничего не осталось. Так они шли. Лишь ночная листва Слушала в парке двух теней слова.

•к "к "к

{«О triste, triste etait т о п ате ...»}

Душа грустна и холодна, Причиной — женщина одна. Я безутешностью убит, Но сердце, сердце не молчит. В сердцах я ей сказал: «Прощай!», Душа ж застыла, трепеща. Я безутешностью убит, Но сердце, сердце не молчит. Но сердце, сердце не молчит, Твердя душе: «Позор и стыд! Ведь это было, был тот миг, И не гордыня ли в тупик Нас завела?» — Душа ж — в ответ: «Кто б знал, как спрятаться от бед, И всё минувшее подчас Не наповал ли целит в нас?»

236

•к "к "к {«Dans I'interminable ennui de la plaine...»}

Равнины унылой Бескрайние дали Песком засияли Иль снегом застылым. Луна, словно с кручи, Скатилась по ветру З а медные тучи Без проблеска света. На фоне, летящем, Дубовые сучья Судьбой неминучей Сплетаются в чаще. Луна, словно с кручи, Скатилась по ветру З а медные тучи Без проблеска света. Ворона устало Над волчьею стаей Кричит, пролетая К спасительным скалам. Равнины унылой Бескрайние дали Песком засияли Иль снегом застылым.

237

SPLEEN («Spleen») {«Les roses etaient toutes rouges...»}

Цвет розы был чрезмерно красен, И плющ излишне тёмным был, Но профиль Ваш был так прекрасен, Что я в отчаянии застыл. Сейчас чрезмерно сине небо, Прибой излишне мил сейчас. Боюсь признаться в том, но мне бы Хотелось вновь увидеть Вас. Мне надоели мрачный падуб, Поля пшеницы, сельский кров, Самшитов зелень, тишь, ухабы, Всё, кроме Вас, моя любовь.

ИСКУССТВО поэзии («A rt poetique») Шар лю М ор ис у {«D e la musique avant toute chose...»}

В основе —М узыка стиха, А для неё приятней Нечет, Он песне лёгкость обеспечит, Когда душа твоя глуха. Ищи двусмысленность в словах: Неясность фраз всего чудесней Рождает ж аж ду слиться с песней, Хмельком блуждая в головах.

238

На На На На

томный взгляд —набрось вуаль, жар полудня —трепет выси, небо —звёзд дрожащих бисер, лес —осеннюю печаль.

Ещё —Нюанс, отнюдь не Цвет, Всего Нюанс найти сумей ты, Мечту и сон, рожок и флейту Он соберёт в один букет. Отбрось все тонкости острот, Насмешки гневного рассудка: Л азурь прольётся ливнем жутким От этих кухонных щедрот. Над Рифмой всё же потрудись, Коль спит она —она увечна, И откажись от красноречья — Оно едва ль уводит ввысь. Кто в рифме чувствует дефект, Дикарь иль баловень-ребёнок? Кто осознал, насколько тонок Нематериальный сей объект? Так М узыки ж! Ещё и вновь! Чтоб стих стал чем-то невесомым, Стремясь к просторам незнакомым, Где всё ещё живёт любовь, Где всё ещё —избыток лета, Где зыбок утренний туман, Где пахнут мята и тимьян... Всё прочее —не от Поэта.

239

РАКО ВИН Ы («Les coquillages») {«Chaque coquillage incruste...»}

Чудны ракушки там, где грот, В котором было нам так мило И беззаботно. Ну так вот Одна из них так поразила, Имея форму двух сердец, Что наша страсть соединила; Д ругая —шейки образец, Но шейки бледной, что обидно, И эта —бледности близнец; А здесь —подделка очевидна: Не те и ушки, и окрас, И форма щёк, и странный вид, но... Одна... совсем смутила б вас.

V

{«A vant que tu пе t’en allies...»}

З везда, пока ты так светла И не исчезла на рассвете, — Перепела В тимьяне песнь поют о лете,— Лучами помани меня, Поэт всегда стремится к цели, — И зазвенят Весёлых жаворонков трели,— Ты одари меня мечтой Проникнуть в дальний блеск зарницы, — И красотой Заворожат поля пшеницы! —

Пролей и мне чуть-чуть красы Такой безмерно величавой,— — Фонтан росы В лучах зари украсит травы,— Я верю в странствия души, Я вижу профиль спящей милой. Спеши, спеши! Уж солнце кроны осветило,— VI

{«L a lune blanche luit dans les bois...»}

Луна мне светит Сквозь полог крон, И шепчет ветер, Рождая сон Волшебно томный... Люблю и помню. На водном лоне Играет свет: То блик уронит, То силуэт Печальной ивы... Какое диво! С высот бескрайних Покой небес Прекрасной тайной О кутал лес И дол окрестный... О миг чудесный!

241

ЗА К А Т («Soleils couchants») {«Une aube affaiblie...»}

Н ад немым раздольем Догорает день, Дарит меланхолию Солнечная тень. Дарит меланхолию Песни перелив, Наполняя болью Средь вечерних нив. Странные виденья Вечер породил. Призрачные тени На песок и ил Медленно ложатся — Всё длинней, длинней... Здесь в игре теней Можно затеряться.

к

к

к

{«Beaute des femmes, leur faiblesse, et ces mains pales.. ■»>

Очарованье женщин —в слабости. Их руки И одарят теплом, и причиняют боль, Глаза их могут нам, теряющим контроль, Сказать «довольно» вдруг в тяжёлый миг разлуки. Как часто голосов баюкающих звуки Врачуют раны нам или на раны соль Насыпать могут нам, нас обманув не столь Уж убедительно, изображая муки.

242

Жестокий род мужской! Ты так устроил мир! О, если б мы могли без копий и мортир Остаться навсегда на занятых высотах, Где прелесть детская так трогает умы Красой и нежностью! И вспомнит ли нас кто-то, Когда, презревши смерть, уйдём из жизни мы?

Из произведений П. де Ронсара (1524—1585) X LVII {«H a! que je porte et de haine et d ’envie...»}

Чтоб провалиться мне! И ненависть, и зависть! Ведь этот эскулап опять сюда идёт, Чтобы ощупывать и груди, и живот Моей любимой девушки. Мерзавец! Не лечит он её! Он ест её глазами, Она ж его всегда как панацеи ждёт, Вообразившая, что нынешний приход Ей распрощаться с болью и слезами Поможет. Но живущие в тревоге, Родители!., гоните же с порога Субъекта этого! Уж нет его наглей! Он сам влюблён! Но в нем притворства много! Пусть снизойдёт теперь по воле Бога К нему —вся боль моя, и исцеленье —к ней!

243

X LIII {«Q uand vous serez bien vieille, au soir, a la chandelle...»}

Когда вы будете, уже больной и старой, Сидеть за прялкою и тихо нить крутить, Вы сможете весь дом словами удивить: «Давным-давно, друзья, я нравилась Ронсару». От этих ваших слов, как будто от удара, Прислуга вдруг начнёт подробностей просить, З в у к имени «Ронсар» всех может пробудить Не хуже в час ночной возникшего пожара. Я буду под землёй, но призрак мой бесплотный Промолвит вам одной, оставившей работу, При вспышках очага и стынущих углей: «Наверное, уж вы совсем согласны ныне: Напрасен ваш отказ, что дали мне в гордыне. Любовь прекрасна лишь... лишь в юности своей!»

LX II {«II пе faut s’ebahir, disaient ces bons vieillards...»}

«Н е мудрено понять,—старейшины рекли, С троянских стен приветствуя Елену,— Что за неё стоять на этих стенах Решились, страх презрев, и меч мы извлекли. Однако же, пока ахейский флот вдали, Чтоб не нашли нас злые перемены, Не лучше ли свершившую измену Вернуть на родину? М ы б мир спасти смогли!»

244

«Отцы! Не надлежит поддаться вам испугу И юным храбрецам давать дурной совет, М ы поддержать теперь должны друг друга, Чтобы спасти затмившую весь свет!»... Но Менелай был прав, решив вернуть супругу, И пылок был Парис, ему сказавший «Н ет!»

Из произведений Ж. Дю Белле (1522—1560) CLIII {«O n donne les degres au savant ecolier...»}

Студентам умным степень дать спешат, Богатство же —служителям закона, Придворным дарят должность возле трона, А полководцам —множество наград. Отмычкой же пройдоху наградят, Солдату в дни боёв дают патроны, Служаке старому —два полных пансиона, Поэту ж дать венок благоволят. Жодель, зачем же ты терзаешь Каллиопу Чредою жалоб, равною потопу, Что мы, поэты, так жалки на вид? Забудь же навсегда стихосложенье, Ведь М уза бескорыстным быть велит! Творить стихи —и есть вознагражденье!

245

Из произведений Ф. Менара (1562—1646) к

к

к

{«Je donne а т о п desert les restes de ma vie...»}

Остаток дней моих я проведу в пустыне, Чтобы зависеть лишь от неба и себя. Покинувши Париж, не должен я отныне Жить возле короля, достоинство губя. Теперь я здесь живу, похищенный лесами, Здоровье здесь найду и телу, и уму. Одобри мой приезд туда, где мы и сами Вослед за предками опустимся во тьму. Бывал я при дворе, был очень обеспечен, Самим Великим Генрихом замечен Пред тем, как захотел сказать «прощай». А годы шли, и свет мне так наскучил, Что я тогда ж себе пообещал Фортуне не служить... на всякий случай.

Из произведений М. Ренье (1573—1613) НЕКСТАТИ («Les contretemps») {«Lorsque j'etais comme inutile...»}

Когда была я неумела, Не распознав любви накал, Я мужа пылкого имела, Что день и ночь меня ласкал.

246

Другой мой муж дороден в телеОбъят и днём, и ночью сном, Лежит, храпит в моей постели, Ни дать, ни взять, бревно —бревномОдин был ласково-прилежныМ, Другой же... Боже, сохрани! И возврати мне возраст нежнЫи Иль мужа первого верни!

Из произведений П.-Ж. Беранже (1780 1857) Ч ЕРД А К («Le grenier») {«Je viens revoir l asile ou ma jeuricsse...»}

Я вижу вновь убежище, где юность И нищета прощали мне грехи, Мне было двадцать, жил, не приг°рюнясь: Со мной друзья, подруга и стихи О дураках, о мудрецах, и песни, Порочившие весь безумный свет. Мне блеск и слава не были известны. На чердаке прекрасно в двадЦаТЬ летРодной чердак. Мне нечего стесняться. Когда-то здесь была моя кровать, А здесь был стол, на стенке ж, может статься, Видны стихи, что ночью дописать Углём не смог. Вернитесь же отралы И радости, которых ныне нет. Пусть мой брегет раз двадцать был в закладе, На чердаке прекрасно в двадЦать лет247

К ак будто снова здесь со мной Лизетта, В красивой шляпке, чувственно нежна, Считая, что под крышей много света, Она прикрыла шалью створ окна. Изящно платье с плеч её скользило. Ей много стоил этот туалет. Я знал тогда все родинки у милой. Н а чердаке прекрасно в двадцать лет! Застолье длилось, исчезали деньги, Пел хор моих друзей что было сил: Была причина —в битве при Маренго Наш Бонапарт австрийцев победил. Гремели пушки всё сильней и ближе, Нас опьяняли отблески побед — Нет, королям уже не быть в Париже. На чердаке прекрасно в двадцать лет! И, запьянев под этой старой кровлей, Что сказкою являлась для меня, Я за часок с друзьями и любовью Готов остатки жизни променять, Чтоб воспылать, творить, мечтать о славе, Чтоб на земле оставить добрый след, Всё повторить светло и величаво! На чердаке прекрасно в двадцать лет!

МОИМ ДРУЗЬЯМ, СТАВШИМ МИНИСТРАМИ («А mes amis devenus ministres») {«Non, mes amis, non, je ne veux rien etre...»}

О нет, друзья, я не могу быть кем-то, Зачем мне титул, должности, кресты? Я рад, что стал певцом-интеллигентом, Свободной птицей в годы суеты.

248

А что мне нужно? Чтоб подруги пели, И шла беседа в дружеском кружке. Ещё когда лежал я в колыбели, Господь повелевал мне: «Будь никем!» Докучлив мне блестящий светский вечер, Ведь время зря не тратит рифмоплёт, Кому-то свет достаток обеспечил, Мне ж этот хлеб едва ли подойдёт. Имею ли я право непрестанно Держать свою судьбу на поводке И не краснеть за скудные карманы? Господь повелевал мне: «Будь никем!» Когда с небес ко мне восторг нисходит, Не нахожу я снизу идеал, Мне всё равно, кто в рабстве, кто свободен, Король иль шут, солдат иль генерал. Я слышу гул, гул собственной победы, Но он грохочет где-то вдалеке, Я лавров славы не хочу изведать. Господь повелевал мне: «Будь никем!» Теперь вы у кормила королевства, Достойны любованья моего, Ведь говорят, что вы вершите действо Во славу процветания его, Блуждая по провинциям. Счастливо! Удачи и достоинства вам всем! Я ж здесь на вас взираю сиротливо. Господь повелевал мне: «Будь никем!» Вас, без сомненья, пышно похоронят, Я ж буду очень скромно погребён, Прощаясь с вами, весь народ застонет, Меня ж, боюсь, совсем не вспомнит он. Напрасно мчаться за звездой упавшей, 249

Различье в том лишь: в глине иль в песке Могильщик будет рыть могилу нашу. Господь повелевал мне: «Будь никем!» И , покидая этих стен величье, Я остаюсь по-прежнему собой. Прощайте, други! А меня уж кличут В далёкий путь —и лютня, и сабо. Так пусть Свобода будет вам опорой, Её найдёте и в моей строке. Я ж с шумных улиц к вам приду нескоро. Господь повелевал мне: «Будь никем!»

БЕЗУМЦЫ («Les fous») {«Vieux soldats de plomb que nous sommes...»}

М ы ведомы чужою рукой, М ы в строю оловянных солдат, Если кто-то покинет наш строй, М ы кричим: «Эй, безумцы! Н азад!» Их порой отправляют в острог, А порою их ждёт эшафот, Век спустя —монумент с парой строк: Ж аждет славы бесславный народ. Разум дан нам довольно давно. Всё напрасно. Господствует страсть, Все безумцы влюбляются. Но Мудрый скажет им: «Бойтесь пропасть!» Но безумец, презревши совет, Верит в завтра, в удачный исход. Вот детишки увидели свет: Ж аждет счастья несчастный народ.

250

Я слыхал, что твердил Сен-Симон — От богатства идти к нищете, Так представил грядущее он, И народ покорился мечте. В упоенье от начатых дел И в надежде, что к благу зовёт, Он спасти населенье хотел: Ждёт спасенья заблудший народ. И Ф урье говорил нам: «Вставай!», Но подъём этот вёл в пустоту, И подобных призывов слова Предвещали одну суету. Мол, земля, позабывшая стон, С небесами в согласье придёт, Н ад людьми будет властвовать закон: Ждёт закон беззаконный народ. Анфантен роль полов упростил, Женщин вёл к уравненью в правах. Что ж осталось от этих светил, От безумцев-мечтателей? —прах! Господа, коль не найдена суть И причина забот и невзгод, Честь безумцу, узревшему путь: Ведь всезрящим так верит народ. Кто рождает поток новостей? Лишь безумец, что всем пренебрёг! Кто прольёт свою кровь на кресте? Лишь безумец, в ком жив ещё Бог! Если завтра, презрев целый мир, Вновь безумец пожар разожжёт, Он предстанет как новый кумир: Жаждой пламени болен народ.

Из произведений Л . Рембо (1854—1891) МОЯ БОГЕМНАЯ ЖИЗНЬ (Ф а н т а з и я )

(«М а boheme») {«Je men allays, les poings dans mes poches crevees...»/

Я с кулаками в порванных карманах В видавшем виды клетчатом пальто Спешил к тебе, о М уза, веря в то, Что я иду к земле обетованной. Мечтатель, Мальчик с пальчик, я скитался, Рифмуя строки в такт своим шагам, Мне звёзды посылали звуки гамм, А ковш Большой Медведицы —ритм вальса. Я слушал их с обочины дорог, Росы сентябрьской холод мне помог Наполниться по капле хмелем славы. Я постигал упорно мрачный мир, Когда шнурки, как струны древних лир, На башмаках натягивал дырявых.

Из произведений Ж. де Нерваля (18 0 8 —1855) КУЗИНА («La cousine») {«L h iver a ses plaisirs; et souvent, le dimanche...»}

Печальный солнца луч и бледно-жёлтый наст... Но у зимы свой шарм: в воскресный день у нас С кузиною моей —забава. Д аж е в стужу Выходим погулять. «Н е пропустите ужин»,— 252

Кричит вдогонку мать... А в парке Тюильри Деревьев и одежд цветистый колорит, Озябшая совсем кузина... А под вечер Сырой туман идёт откуда-то навстречу. И мы идём домой под впечатленьем дня, Прошедшего как миг... и скрытого огня... И чувствуем ещё у выстывших дверей, как Там пахнет, на углях зажарившись, индейка.

СИДАЛИЗЫ* ( «Les Cydalises») {«О й sont nos amoureuses»}

Где любимые наши? Далеко-далеко. Может, легче и краше Им могильный покой! В неземной эйфории Они ангелов ж дут И в честь Девы Марии Тихо гимны поют. Где же те кринолины? Где Ваш дивный экстаз? Где же ваша невинность? К ак же тускло без вас! Но и здесь, в полумраке, Снятся ваши глаза... Не гасите же факел, Что горит в небесах! * Сидализа — имя воспетой Т. Готье французской оперной ктрисы.

Из произведений Марселины Деборд-Вальмор (17 8 6 -18 5 9 ) ВОСПОМИНАНИЕ («Souvenir») {«Q uand il palit un soir, et que sa voix tremblante...»}

Когда он побледнел и голосом дрожащим, К ак будто у сошедшего с ума, Спешил мне рассказать о чувствах, в нём бурлящих, Безумной стала только я сама. Когда его глаза внезапно засветились Неискренним огнём, От искр его любовь воспламенилась В моей душе. Не в нём!

Из произведений В. Гюго (1802—1885) •к "к * {«Helas! Tout est sepulcre. On en sort, on у tombe...»}

Увы! Всё мрак и тлен. Приходят и уходят. А смерть легко гранит могильной тьмы возводит И поглощает искорки светил: Меркурий, Марс, Юпитер, Спика, Вега — Лишь валуны, мешающие бегу На этом нескончаемом пути. О днажды ночью мне во сне явился некто, Сказавши: «Я —орёл с небесного объекта, Чей дальний мир не сможешь ты постичь, 254

Я отодвинул тёмный край пространства, Чтобы познать Земли непостоянство И над тобой его нависший бич. Когда ж я пересёк небесную громаду, Когда увидел я жестокую преграду И бездну, поражающую глаз, Я спрашивал, возможно ли страданьем Когда-нибудь наполнить мирозданье, Безмерностью пугающее нас. И вот я здесь, орёл, ужасный и нездешний, К тебе, орлу, сошёл на берег грешный, Где ты, мечтатель, факел погасил. Ответь, орёл, способен ли твой разум Объять сей мрак?» И я ответил разом: «М ы —черви из соседних двух могил».

К Л. («А L.») {«Toute esperance, enfant, est un roseau...»}

Н адежда наша —что трава, что стебли тростника, По воле Бога, о дитя, струятся наши дни, Веретеном простым в божественных руках, Пока не грянет смерть, вращаются они. Гроб с колыбелью на века, Увы, сродни. Когда ты видишь всё вокруг в сияющих лучах, Лучами этими, как день, пронзается душа, И небо в звёздах всё, и счастья свет в очах, Лужайка зацвела безумно хороша. Всё, как прощальная свеча, Сгорит, спеша.

255

И если рядом, близ тебя, вдруг раздаётся плач, Не требуй объяснить в тот миг причину этих слёз, Возможно, этот плач —знак будущих удач И милостив к тому, кто горе перенёс. Слезами горе обозначь, Поплачь всерьёз.

Из произведений Ш. Бодлера (1821—1867) SPLEEN («Spleen») {«Pluviose, irrite contre la ville entiere...»}

На тихий город наш рассержен плювиоз, Разверзлась хлябь небесная, скрывая В потоках вод предместья и погост, На горожан унынье навевая. Мой рыжий тощий кот на кафельном полу Катается, теряя шерсть при этом, Внезапно проявляется в углу Д ух прежнего хозяина —поэта. Нудят колокола, в печи дрова чадят, И маятник рождает сонм рулад, В колоде ж карт, разбитой на две части, Которую оставил здесь старик, Валет червей с седою дамой пик Толкуют о давно ушедшей страсти.

256

БЕЗДНА («Le gouffre») {«Pascal avait son gouffre, avec lui se mouvant...»}

Н ад тайной бездны власть имел Паскаль. Увы! Они во всём —объятья этой бездны: В желаньях, действиях, сомненьях бесполезных И в страхе, что навеет нам мистраль. Вверху, внизу, далече и окрест Царят молчанья ж уть, неистовость пространства, Пугающая мощь и грех непостоянства — Бог всякому уже назначил крест. Страшусь я погрузиться в тяжкий сон, Страшусь, не распознавши связь времён, В любом окне увидеть бесконечность, Исчислив всё под игом забытья; Давно стремлюсь во тьму небытия, Но как соотнести Число и Вечность?

ОЩУЩЕНИЕ НЕБЫТИЯ («Le gout du neant») {«Morne esprit, autrefois amoureux de la lutte...»}

Вкусив надежды, что могла пришпорить, Мой мрачный ум, так жаждавший борьбы, Не вздумай снова сесть в седло, дабы, Как старой лошади, не пасть на косогоре. Смирись с мечтой, где горю нет простора.

257

Мой побеждённый ум, с повадкой мародёра, Тебе любовь —что блажь, проделки ворожбы, Прощайте ж, флейты клич и медный звук трубы, Я вас уже забыл или забуду скоро. О, юность далека! И нет её задора! А время всё течёт, минута за минутой, И старые грехи шутя заносит снег, Кружится шар земной, и, старый человек, Я не найду на нём дальнейшего маршрута. Быть может, мне пора в объятья Абсолюта?

АЛЬБАТРОС («L’albatros») {«Souvent, pour s’amuser, les homes d ’equipage...»}

Морской народ, порою веселится, И, альбатроса вытащив на ют, Большую, независимую птицу Дразнить выходит дружно из кают. И вот уже под вопли экипажа Неловок, обессилен и смешон, Среди толпы, деталей такелажа, Король небес, безумно бьётся он. Он стал таким комично уязвимым, И дуги крыльев хлещут невпопад. Вот кто-то в клюв пускает кольца дыма, А те —набросить сетку норовят. Так и Поэт: униженный бессильем, Привыкший к бурям и попавший в сеть, Поймёт однажды, что большие крылья Порой мешают заново взлететь.

258

DE PROFUNDIS CLAM AVI { « J ’implore ta pitie, Toi, I’unique que j ’aime...»}

К тебе, к тебе, моей единственной, взываю И з тёмной бездны сердца моего, Где богохульный страх царит кругом, Вселенная мертва от края и до края. Ш есть месяцев над нею солнце светит, Ш есть месяцев владеет ею тьма, Ни жизни и ни проблеска ума, В пустыне льда свирепствует лишь ветер! Но эта пустота —не та, что удивляет, О т солнечных лучей там лёд совсем не тает, Там вечный Хаос навевает сон. И с завистью к животным тех времён, Когда они невзгоды сном встречали, Разматываю я клубок печали!

Из произведений Э. Парни (1753—1814) ДРУЗЬЯМ («А mes amis») {«Rions, chantons, o mes amis...»}

Спешите жить, друзья мои, И погрузиться в лень и праздность, Пусть унывает заурядность, Не распознавшая любви. Д а, время радости пройдёт, Его даётся очень мало, 259

Так пусть весёлый звон бокалов Нас защищает от невзгод. Д а, старость может нас унять, Тяжки её худые руки, Но и тогда, сбежав от скуки, Д рузья, отнимем у старухи Всё, что получится отнять.

Из произведений Ж .-М. де Эредиа (1842—1905) ОГНЕННЫЕ ЦВЕТЫ («Fleurs de feu») {«Bien des siecles depuis les siecles du Chaos. ..»}

Век Хаоса давно утратил пыл, И, зародившись в пламени вулканов В обличье дымно-огненных султанов, Век нынешних ландшафтов наступил, Пик Чимборасо медленно остыл. И там, где пепел падал непрестанно, Творя материки, хребты и страны, Потоки вод откладывают ил. Но, словно отзвук канувших стихий, Здесь, на песках, горячих и сухих, На скалах, в прах жарою превращённых, Пыльцу роняя в бездну пустоты, Со взрывом превращаются в цветы Невозмутимых кактусов бутоны.

260

Из произведений Р. Кено (1903—1977) НЕ ТАК УЖ СТРАШНО МНЕ («Je crains pas 5а tellment») {«Je crains pas ga tellment la mort de mes entrailles...»}

He так уж страшно мне, что некогда исчезнут Моё лицо и нос, и всё, что мне дано, Не так уж страшно мне, что поглотится бездной Сей мотылёк, Рэймон, а по отцу —Кено. Не так уж страшно мне, что я утрачу книги, Что смерть легко войдёт в мой пыльный книжный зал, Не так уж страшно мне познать её интриги — О них, как и о ней, я много раз писал. Не так уж страшно мне, что ночь сгустит оттенки, Сомкнувши берега моих уставших век, Она нежна, та ночь, как волосы шатенки, К ак снежность полюсов, как мёд волшебных рек. Не так уж страшно мне заснуть без пробужденья Сном, тяжким как свинец, и лёгким, словно пух, Горячим, как вулкан во время изверженья, И чёрным, как земля, когда вулкан потух. Скорее, я боюсь страданий и болезней, Потери сил своих в неведомых краях, Скорее, я боюсь стать глухо бесполезным, В пространстве-времени боюсь исчезнуть я. Не так уж страшно мне увидеть старый заступ Могильщика, потом —упасть в могилы клеть, Утратить, уходя, безмерность и глазастость, И красок радуги весенней не узреть.

261

Хотелось бы ещё Улисса и Ахилла С Энеем мне воспеть. И славный Дон Кихот Отнюдь не позабыт. И загородной виллы Ещё мила мне тишь, и мил рыбачий плот. Сегодня же, когда унынием объятый Столь удручён впотьмах вращеньем стрелок я, Пред бледным черепом ночного циферблата Позвольте тихо спеть вам песнь небытия.

СПИТ ТЮИЛЬРИ НАДМЕННЫЙ («Tuileries de mes peines») {«Tuileries de mes peines...»}

Спит Тюильри надменный, Властвуют тьма и тишь. М ёртвая рядом Сена, Мёртвый над ней Париж. Пары идут степенно, Платьев —не разглядишь. М ёртвая рядом Сена, Мёртвый над ней Париж. Площадь Согласия. Стены. Ночь. Черепица крыш. Мёртвая рядом Сена, Мёртвый над ней Париж. М рак под Мостом Иены. Всё миновало. Лишь Мёртвая рядом Сена, Мёртвый над ней Париж. Жертва своей измены, Ты смущена, молчишь. Мёртвая рядом Сена, Мёртвый над ней Париж.

262

Лжива, неоткровенна Рядом со мной стоишь. М ёртвая рядом Сена, Мёртвый над ней Париж. Длится немая сцена, Блекнет любви престиж. М ёртвая рядом Сена, Мёртвый над ней Париж.

И з п р о и зв ед е н и й Р . Г и К а д у ( 1 9 2 0 —1 9 6 1 )

А З Б У К А СМЕРТИ («Alphabet de la mort») {«О mort parle plus bas on pourrait nous entendre...»}

О смерть, молчи, ведь жест костлявых пальцев Без слов понятен мне. Он быстро и легко Развеет пепел жалкого скитальца, Похитит голос мой и слёзы над строкой. Узнал тебя. И речь твоя всё та же, Что прошептала ты в предсмертный час отца. Присвоишь ты и роскошь экипажей, И даль морских дорог, ограбив мертвеца. М ы побредём по улицам осенним, Где мрак обступит нас, кинжал покажет стать, До чёрных вод. Там мы с тобой исчезнем. Так поспешим же мы —мы можем опоздать. Друзья, возьмите грудь мою. Охотно Я отдаю друзьям и страсть, и теплоту. Я не боюсь признать себя животным, Заслышав дикий крик «А ту его, ату!»

263

Лампады дней моих я задуваю пламень, Утрачиваю я густой румянец щёк. Я ухожу. Отворотите камень, Чтоб я теперь вздохнуть уже свободно смог!

И з п р о и зв е д ен и й Г. А п о л л и н е р а ( 1 8 8 0 —1 9 1 8 )

БОЛЬНАЯ ОСЕНЬ («Automne malade») {«Automne malade et adore...»}

О осень-краса, ты больна, И умрёшь, когда скука-зима, холодна и бледна, Бросит снежный наряд На пустеющий сад. Осень-мот, расточительна ты, Но, листву раздарив, ты в богатстве умрёшь Средь обилья сугробов и льда. А вверху, в синеве Ястреб серый кружит Н ад четой длинновласых русалок, ещё Не познавших услады любви. На опушке вдали Олень протрубил. Люблю я, о осень, твой ропот простой: З в у к яблок упавших, плач белых берёз В лесу поредевшем, где ветра лишь вой Д а капли на листьях —подобие слёз. Листья. Грусть. Невмочь. Поезд Вышел в ночь. Жизнь Уходит прочь.

264

Из произведений Ж. Превера (19 0 0 —1977) PARIS AT NIGHT {«Trois allumettes une a une allumees dans la nuit...»}

Три спички, одну за другой, зажигаю в ночи: Одну —чтоб лицо твоё разом увидеть, Другую —чтоб видеть родные глаза, А третью —чтоб губы твои разглядеть. Ещё мне нужна темнота, чтобы сделать всё это, Сжимая в объятиях тебя.

Из произведений Л . Арагона (1897—1982) КАМНИ («Pierres») {«Pierres de jour pierres de nuit...»}

Камни полудня и камни ночей, Камни колодцев и камни ключей, Камни потоков и камни могил, Камни подъёмов, лишающих сил, Камни за пазухой, камни сердец, Камни брегетов и камни колец, Камни, упавшие с гор и с небес, Камни с небесным рисунком и без, Камни полей, распростёртых окрест, Камни строений и жертвенных мест, Камни любовных посланий и грёз, Камни темниц, обелисков и слёз, Камни столбов межевых, пустырей, Камни церквей, очагов и морей, Камни с печатью эпох, перемен, Камни, что знали касанье колен, Камни —преграда векам и волнам. Камни —они поддаются лишь нам.

11— 2080

2 65

Лампады дней моих я задуваю пламень, Утрачиваю я густой румянец щёк. Я ухожу. Отворотите камень, Чтоб я теперь вздохнуть уже свободно смог!

Из произведений Г. Аполлинера (18 8 0 —1918) БОЛЬНАЯ ОСЕНЬ («Automne malade») {«Automne malade et adore...»}

О осень-краса, ты больна, И умрёшь, когда скука-зима, холодна и бледна, Бросит снежный наряд На пустеющий сад. Осень-мот, расточительна ты, Но, листву раздарив, ты в богатстве умрёшь Средь обилья сугробов и льда. А вверху, в синеве Ястреб серый кружит Н ад четой длинновласых русалок, ещё Не познавших услады любви. На опушке вдали Олень протрубил. Люблю я, о осень, твой ропот простой: З в у к яблок упавших, плач белых берёз В лесу поредевшем, где ветра лишь вой Д а капли на листьях —подобие слёз. Листья. Грусть. Невмочь. Поезд Вышел в ночь. Жизнь Уходит прочь.

264

Из произведений Ж. Превера (19 0 0 —1т PARIS AT NIGHT {«Trois allumettes une a une allumees dans la nuit '

Три спички, одну за другой, зажигаю в но*1 Одну —чтоб лицо твоё разом увидеть, Другую —чтоб видеть родные глаза, А третью —чтоб губы твои разглядеть. ( Ещё мне нужна темнота, чтобы сделать всё • Сжимая в объятиях тебя.

Из произведений Л . Арагона (1897—19? КАМНИ («Pierres») {«Pierres de jour pierres de nuit...»}

Камни полудня и камни ночей, Камни колодцев и камни ключей, Камни потоков и камни могил, Камни подъёмов, лишающих сил, Камни за пазухой, камни сердец, Камни брегетов и камни колец, Камни, упавшие с гор и с небес, Камни с небесным рисунком и без, Камни полей, распростёртых окрест, Камни строений и жертвенных мест, Камни любовных посланий и грёз, Камни темниц, обелисков и слёз, Камни столбов межевых, пустырей, Камни церквей, очагов и морей, Камни с печатью эпох, перемен, Камни, что знали касанье колен, Камни —преграда векам и волнам. Камни —они поддаются лишь нам.

ИЗ ПОЭМЫ «НЕОКОНЧЕННЫЙ РОМАН» * * * {«Je tombe je tombe je tombe...»}

Я падаю, я падаю, я падаю, И каждый миг всё ближе к аду я, И воскрешаю в мыслях жизнь мою Всего лишь за одно иль два мгновенья. И эти скоротечные виденья Передо мной беззвучно предстают. Под веками картина создаётся, Как волны на воде на дне колодца, Когда туда бросает кто-то камень. Прошедшее, расплывчато и смутно, Меняет ту картину поминутно... И солнце где-то там, за облаками. И дождь наводит грусть неодолимо, Я сквозь неё лечу куда-то мимо, Дыханье превращается в туман. Куда ж лечу так быстро и откуда? Лечу или от чуда, или к чуду? И, может, мой полёт —самообман.

Из произведений Ж. Кокто (1895—1963) МОГИЛА ДОН ЖУАНА («Le tombeau de Don Juan») {«En Espagne, on orne la rue...»}

Улицы Мадрида песней славятся, Серенад звучаньем неустанным.

— Кто ж вон та весёлая красавица?

— Это смерть пришла за Дон Жуаном.

266

Из произведений Ж. Сюпервьеля (1905—1960) ПОЙМАТЬ НА ЛЕТУ ( «Saisir») {«Saisir, saisir le soir, la pomme et la statue...»}

Поймать бы статую и вечер беглым взглядом, Поймать бы яблоко и улицу, что рядом, Поймать бы тьму, восход и шею девы спящей, Потом ладонь раскрыть... О, сколько птиц летящих Смогли б увидеть мы в обличье стен и статуй, Тьмы, яблок, вечеров и шеи розоватой!

Из произведений Г. Надо (1820—1893) ЖЕНАТЫЙ САТАНА («Satan marie») {«Satan dit un jour: «Je commence a mennuyer...»}

Противно дьявольское дело — Кощунствуй, злись... Вот сатане и надоела Такая жизнь. М ысль овладела сатаною: «О бзаведусь-ка я женою!» Ей-ей, сатана! Подведёт тебя жена! Отрезал хвост, рога, копыта И выстриг шерсть, И, чтобы было шито-крыто, Утратил спесь, 267

Сокрыв зрачков коварный пламень Под затемнёнными очками. Ей-ей, сатана! Подведёт тебя жена! Он недоступным стал и важным И в свете —свой. И встретил девушку однажды, Что и красой Была отменна, и ногами, А перво-наперво —деньгами. Ей-ей, сатана! Подведёт тебя жена! И вот прекрасная Агнесса, Скромна собой, Туда стремится с нашим бесом, Где аналой. И от сего святого места — Она жена, а не невеста. Ей-ей, сатана! Подведёт тебя жена! Так год, другой и третий прожит. Им позабыт Вид своего хвоста и рожи, И вид копыт. Он признан высшими кругами... Д а вот проснулся вновь... с рогами! Н у что, сатана! Подвела тебя жена!?!?

268

Из произведений А . Боске (1919—1998) к к к {«Je frappe l aube a coups de poing...»}

М огу зарю повергнуть в прах И кулаками горы рушить, Но одиночество и страх Уже давно проникли в душу. Разграблен мною горизонт, И на леса ниспослан иней, И, погрузившись в тяжкий сон, Я не читаю книжек ныне. Но кто ж надежду поселил Взлететь ещё раз выше, выше, Чтоб как лунатик я бродил По потемневшим в полночь крышам? И мрачный гнев, и эта тьма Сумеют скрыть восторг румянца, Убив в чистилище ума И лжепоэта-иностранца Внутри меня. А век глухих Звучанье рифм настолько любит, Что, сжав в объятиях своих, И самого поэта губит.

Из произведений Ф. И. Тютчева (1803—1875), написанных на французском языке k

k

к

{«Nous avons pu tous deux, fatigues du voyage...»}

Уставшие, вдвоём, мы сели, обессилев, На придорожный камень лишь на миг, И тени прошлого внезапно воскресили Весь долгий путь. Велик или безлик?

269

Бег времени, к несчастью, непреклонен, Разъединяет нас, соединив. Что ждёт его на дальнем небосклоне, Не знает человек, покуда жив. Мой друг, теперь с позиций дней минувших Хочу спросить, что сохранил нам путь? Печаль во взглядах? Выстывшие души? И знали ль радость мы когда-нибудь?

"к "к к

{«Que I’homme est реи reel, quaisement il s’efface!..»}

К ак облик твой изменчив, человек! Он —образец непостоянства! — Он —нечто, если он вблизи, и он —ничто, когда далече он. Его присутствие —деталь, набросок, сон,— Его отсутствие —вселенная, пространство.

Е. Н. АННЕНКОВОЙ {«D une filled и Nord, chetive et languissante...»}

Реально ль то, что томною и бледной, Уединённой в северных лесах, Хотите стать Вы, если столь победно Сияет Ваша дивная краса В столице? И боюсь заранее, Не поразит ли свет такой вопрос: «К ак может это южное созданье Уехать вдруг в суровый край берёз?»

270

Из произведений А . С. Пушкина (1799—1837), написанных на французском языке МОЙ ПО РТРЕТ («Mon portrait») {«Vous т е demandez т о п portrait...»}

Вы попросили мой портрет, Но чтобы был, как есть. Мой милый, дела проще нет Его воспроизвесть. Я был включён в число повес Ещё с лицейских лет, К всему имею интерес. Я не кривляюсь, нет. Докучлив и срываюсь в крик, Известен болтовнёй: Сорбонны доктор —ученик В сравнении со мной. Не вышел ростом, не сравнюсь С высокими людьми, Я свеж, румян, довольно рус, Д а и кудряв вельми. Ш умиха света мне мила, Когда один —томлюсь, Раздоры, тяжбы и дела — Мне непосильный груз. На людях я люблю блеснуть, А если напрямик, Люблю... Сказал бы я, не будь Лицея выпускник.

271

Узнать меня по свойствам сим Легко средь бела дня. Люблю казаться, уж таким Бог вылепил меня. Набор моих проказ, гримас Лишь обезьяне —честь. И, коль портрет устроит Вас,— Вот Пушкин, как он есть!

КУПЛЕТЫ («Couplets») {«Q uand ип poete en son extase...»}

Когда поэт спешит в экстазе Читать творение своё, Когда рассказчик тянет фразу, Как попугай, твердя её, Невольно станешь засыпать, Чтоб засмеяться —нет и речи, Ты ждёшь минуты, чтоб сказать: Д о скорой в с тр е ч и .

Наедине ж с красоткой милой Или в кругу друзей своих Ты переполнен жизни силой, Ты весел, лёгок, даже лих. И встрепенувшись только лишь В тот миг, когда закончен вечер, Ты с сожаленьем говоришь: Д о скорой в с тр еч и .

Но время! Что за огорченье! Всё исчезает, словно сны, Любовь —и та не исключенье — Лишь проявление весны.

272

Все те, к кому ты так привык Исчезнут вдруг, уйдут далече. Уже не скажешь в этот миг: Д о скорой в стр еч и .

Всё скоротечно, и в итоге Косая нас везде найдёт, Но иногда по воле бога От смерти случай бережёт. К другим отправившись дверям, Но прихватив с собою свечи, Смерть отступает, говоря: Д о скорой в с тр еч и .

Но что ж! В теченье получаса, Вас утомляя, я устал, Спустившись в тот же миг с Парнаса, Где я в экстазе пребывал. Экстаз вселяется порой, Стихам удачу обеспечив... Я всё сказал. Прощай, перо! Д о скорой в с т р е ч и !

С Н ЕМ ЕЦ КО ГО

Из произведений Г. Гейне (1797—1856) к к к {«D er Brief den du geschrieben...»}

He любишь! —смысл посланья, А мне читать смешно: Ведь чересчур пространно Написано оно.

273

Изящных строчек давка На дюжине листов... Когда дают отставку, Не тратят столько слов! к к к {«D as Herz ist mir bedruckt, und sehnlich..

Я поглощён воспоминаньем Далёких юношеских дней, Когда горел огонь желаний, И сердце чувствовало сильней. Всё испарилось понемногу, Желанья стали —без затей: Попасть бы после смерти к богу, А не в объятия чертей. Реальность пасмурна и скорбна На бренном жизненном пути... Наверно лишь любовь способна От безысходности спасти! к к к {«Sie haben mich gequalet...»}

Вниманье красавиц опасно — Измучили, мир заслоня, Или полюбив меня страстно, Или ненавидя меня. И жизнь мою ядом ужасным Наполнили день ото дня, Или полюбив меня страстно, Или ненавидя меня.

Но та, что смертельно обидеть Назначена роком была, Меня не могла ненавидеть... И полюбить не могла. к к к

Ich weibfi nicht, was soil es bedeuten..

He знаю причины, но снова Я грустен в течение дня, Интрига преданья седого Никак не покинет меня... Вздымается Рейн на стремнине, Прохладою веет с ручья, И камни соседней вершины Блистают в закатных лучах. Сидит на них юная дева, В чьём взоре печаль и наив, Под звук своего же напева, Расчёсывая пряди свои. Её гребешок золотистый Скользит в волосах на виске, А голос и звучный, и чистый Уходит с вершины к реке. Певунью отыскивает взглядом Задумчивый кормчий, а чёлн На скалы, нависшие рядом, Плывёт по волнам, обречён... Я снова всем сердцем жалею Гребца и речную ладью... Погибель грозит, Лорелея, Заслышавшим песню твою.

к к к {«Hab ich nicht dieselben Traume.

Можно ль жить, мечты не зная И не думая о счастье? Можно ль, встречи забывая, Охладеть к ним в одночасье? Как забыть ручья журчанье, Зелень листьев, мрамор статуй? Как забыть необычайность Поцелуев на закате? Ах, я знаю, всё минует. Время снежным покрывалом Сладость этих поцелуев Заметёт в сердцах усталых. И никто понять не сможет Чувств, надежд и мыслей наших, И сердец, когда-то тоже И любивших, и пылавших.

Н А ЧУЖ БИНЕ («In der Fremde») {«Es treibt dich fort von Ort zu Ort...»}

1

Когда припомнишь милый дом И волю дашь слезам, Сам ветер вдруг шепнёт о том, Что ты оставил там, Чему был так безмерно рад, Кого ты так любил, Шепнёт: «Люблю, вернись назад, Ты мне, как счастье мил».

276

Так манит тот далёкий свет, Но крут обратный путь: Когда разлуке много лет, Былого не вернуть.

Из произведений Р. Рильке (1875—1926) ОСЕНЬ («Herbst») {«Die Blatter fallen , fallen wie von weit...»} Всё падает и падает листва — В садах небесных осень наступила, С листвою вместе падает уныло В пучину мглы, пленившую светила, И шар земной —творенье божества. М ы падаем. Во всём —паденья власть. И даже руки пали на колени. Но Тот, кто запустил процесс паденья — Он любит нас и не даёт упасть.

СЕРЬЁЗНЫЙ ЧАС («Ernste Stunde») {«W er jetzt weint irgendwo in der Welt...»}

Кто-то плачет на свете сейчас без причины рыдает сейчас — надо мной этот плач. Кто-то нервно смеётся в ночи, без причины смеётся в ночи — надо мной этот смех.

277

Кто-то в дальний отправился путь, без причины отправился в путь — он стремится ко мне. Кто-то, смерть принимая теперь, без причины пришедшую смерть — умирает со мной.

*

* *

{«D er Bach hat leise Melodien...»}

Спасает музыка ручья От пыли городов. Мельканье крон в моих очах И теней —над водой. И дикий лес, луной таим, И в сердце —свет зарниц... Пред одиночеством своим Я опускаюсь ниц.

к к к {«Ein weifies Schlo/3 in weifter Einsamkeit...»}

Белеет замок, стар и одинок, В пустынных залах ужас мглы и тлена, И плющ вцепился в каменные стены, И снег покрыл седую пыль дорог. Н ад замком распростёрт небесный свет, А в нём самом, нема и близорука, Держась за стены, всё блуждает скука, И бой часов не слышен много лет.

278

II

{«D as war der Tag der weifien Chrysanthemen...»}

Цветут, пугая белым, хризантемы, Но по другой причине мне невмочь: Моя душа к тебе умчалась в темень, В глухую ночь. Но и во сне твой голос дальний-дальний Не может мне таинственно помочь... Лишь образ твой, столь светлый и реальный, Изгонит ночь.

П РО Щ А Н И Е («Abschied») {«W ie hab ich das gefiihlt was Abschied hei/3t...»}

Я тоже вкус прощания постиг, Который сочетает боль и сладость, То Нечто, что дарует нам отраду, Но отдаляет всё ж отрадный миг. И с этим Нечто сладить я не мог, Оно являлось мне и ускользало, И покрывалось дымкою дорог, Теряя облик, женское начало. Прощальный взмах руки —уже не мне, Ответный чей-то взмах, слегка игривый. Так иногда взметнётся ветка сливы, Когда взлетит кукушка в тишине.

279

БУДДА («Buddha») {«A ls ob er horchte. Stille: eine Ferne...»}

Он вслушался в седую тишь эонов, И разум наш ту бездну не вместил, Его звезда взошла во время оно В числе других мерцающих светил. И Он —есть всё. Он недоступен нам. Но видит ли он нас? А , может, слышит? Является ли нам хоть что-то свыше? Подвластны ль мы его священным снам? И всё, что не вмещается в наш ум, И истину, что нас не посещает, Он миллионы лет в себе вмещает, Но так далёк от наших малых дум.

П РО ГУЛ КА («Spaziergang») {«Schon ist mein Blick am Hiigel, dem besonnten...»}

Мой взгляд уже давно сосредоточен на высверке холмов, и начат путь вперёд. Бывает, путь не выяснен, не точен, но к неизменной цели нас ведёт. И направляет нас, и защищает незримая всевышняя рука, а мы, сего не зная, ощущаем лишь лёгкое касанье ветерка.

280

Н А ПУСТОШ И («Fiir Heide») {«Sieh mich nicht als Sietes und Erbautes...»}

Я —не мост, что приближает к цели, Не строитель и не цитадель, Я —всего лишь тонкий звук свирели, Д аж е, может быть —сама свирель. Я —всего лишь ветра дуновенье, Счастья дождь и слёзы неудач, Тяжкий труд в часы отдохновенья И в одном лице —игрок и мяч.

М А ГИ Я («M agie») {«A us unbeschreiblicher Verwandlung stammen...»}

«М ысль изреченная есть ложь». Слова напрасны. М ы в чувстве мимолётном видим суть! Зола останется, когда огонь погаснет, Искусство ж —из золы огонь раздуть. Здесь —сила магии. Она, простерши руки, К умам людей шлёт тайные лучи. Так иногда голубка ловит звуки, Когда далёкий голубь прокричит.

281

БО ДЛЕР («Baudelaire») {«D er Dichter einzig hat die Welt geeiriigt...»}

Творить достойный мир —доступно лишь поэту, Но даже в нём распад вершит свой пир, И прелесть жизни он представил свету, И пыль руин им бережно воспета... И сам поэт однажды канул в Лету: Уничтоженьем —жив весь сущий мир.

282

СО ДЕРЖ АН И Е

ОТ А В Т О Р А ....................................................................................... ..... з

СТИХО ТВОРЕНИЯ Ладонь кленового л и с та..........................................................................5 «Июльской ночью в туманный ч а с ...» .............................................6 «Н и всплеска в тишине, ни огонёчка...»......................................... 1 «С казав «прощай» привычно и беспечно...».................................7 «К а к будто жёлтый плед на лес набросили...»...........................8 «Одни —с печалью, другие —б е з ...» .................................................8 «М ы встретились с тобой и разош лись...»............................. ......9 «Немыслим круг земных противоречий...»............................. ......10 «О сень небо накроет тёмно-серым сукн о м ...»...................... ......Ю «С ем ь лет н азад я болен был то б о ю ...».........................................11 «Прошло стремительное л е т о ...» ........................................................12 «Приятно, если, расставаясь...» .........................................................12 «Посреди буревала, там где ветры показывали стать...». 13 «Немного сладости, немного горести...».........................................14 «З атян у т город клочьями т у м а н а ...» ................................................15 « Я потерял себя в Н ах о д ке...»............................................................15 «Если снится мне стук твой в д в е р ь ...» .................................. ......16 «Поплескал октябрь из к р у ж к и ...»............................................. ......17 «О пускается ночь, непомерно сгустив одиночество...» .... 18 Времена го д а ........................................................................................... ......1" «З д есь не греет в е с н а...».................................................................. ......25 «Хотели сдвинуть м и р ...»......................................................................25 «Н е смог я стать таким, как ты ж е л а л а ...»..................................26 «Когда во тьме костра лучи увязн ут в кр о н е...»...................... 27 «Свой путь держа сквозь племена и г о д ы ...»............................. 28 «Пробившись из трамвая-черепахи...»............................................ 29 «Д ни истории страшны и т яж к и ...»............................................ ..... 30 «Завидую всем тем, кто, осовев под у т р о ...» ............................. 30 «Запоздалы е рассветы дарят осени п р и м еты ...»...................... 31 283

«Х отел вчера при встрече наш ей...»........................................... «Ночь набросит покрывало...»....................................................... «Н ас уводят дороги от дворцов расписны х...»..................... «Тяжёлыми бессонными н очам и ...»............................................ «Вновь та пора, когда свои п р и м еты ...»................................... «Я в страхе продирался через л е с ...» ........................................ «Раздвин ув полумрак ветвей л о хм аты х...»............................. «Брательник вытащил п о д ъ язка...»............................................ «История слагалась на зем л е...»................................................... «З десь мудрость берегут из века в век...» ............................ «Дни сочтены и истины заб ы ты ...»............................................ «М ы не мучим себя вопросами...»............................................... В жанре японской поэзии................................................................. «В начале было Слово, и Слово было у Б о га...»................. Там, где цветёт калипсо................................................................... «И граем, смеёмся и ш ути м ...»....................................................... «Понахохлились у гр яд к и ...».......................................................... «П о заросшей трясине незавиден марш рут...»...................... «С нег и дож дь —на сплошные л у ж и ...».................................... «П одавляли, приучали...»................................................................. Р усская д у ш а .......................................................................................... «Абсолютные истины и горят, но не гр ею т...»..................... «О зеро Х ан ка. Волны бьют к р ут о ...»....................................... «С удьба, она пассивна иль капризна?..»................................... «В снегах лежат луга и с тё ж к и ...»............................................... «П од небом есть страна больш ая...»......................................... «И вот опять приоткрыта к н и га...»............................................ «П од покровом полыни д и ко й ...»................................................ «Теплом божественного света зажглись м е ч т ы ...».............. Метаморфозы (письмо в стихах) ............................................ «Разум н о ль мне не спать ночам и...»........................................ «В иную обитель уходят д р у з ь я ...»............................................ Р адуга (цикл с о н е т о в ) ................................................................... Сонеты внерадуж ны е......................................................................... «М ы опять коротаем ночи у излучины И кур ы ...».............. «Б ы л звездопад. И каж д ая зв е з д а ...» ....................................... «Чьи-то следы на с н е гу ...» .............................................................. «В се снега ж дут. По комьям мёрзлой гл и н ы ...».................. «Вчера стихийно со б р али сь...»...................................................... «П окинуть бы квартиры н еую т...»..............................................

284

32 32 33 34 35 36 36 37 38 38 39 39 40 46 46 48 48 49 49 50 50 52 52 53 53 54 55 55 55 56 57 58 58 62 63 64 65 66 66 67

«Что скаж ут ясновидцы и пророки?..»..................................... «Снежит. Под снегом лёд. Смотрите в о б а ...» ..................... «О пять тревожит давняя и д е я...»................................................ «Покинувши давно постылый з а м о к ...» ................................... « К а к часто мы, себе наметив ц е л ь ...»....................................... «П лам я бежевого оттенка в непогоду —основа основ...» «С ж ечь за собой мосты и, наконец, реш иться...»............... «Внезапен был вопрос: «Ч уть не у п а л ? » ...» .......................... «Читаю чужие стр о ки ...».................................................................. «П альцы на веки, а слёзы —на п лать е...».............................. «Проходит время шквалов и тайф унов...»............................... «К огда пора ошибок и см ятений...»............................................ «Время летит, как п ул я...»................................................................ «Н очь поглотила сад, ц ветн и к...»................................................ «Знаю я край чудесны й...».............................................................. «Проходит день за днём, эпоха за эпохой1.. . » ........................ Святы е места........................................................................................... «В те дни, когда в руках играла си ли щ а...».......................... «К ареты , ментики, эп олеты ...»...................................................... «К а к часто внешность полна о б м ан а...».................................. «Н а спину давит тяж есть к н и г...»............................................... «Преодолеть препятствия н еслож н о...».................................... «Спокойны наши мысли, мирны, ти хи ...»................................ «Когда был юн и не был обездолен...»..................................... «З о в родимой земли, он ещё не растрачен...»...................... «С р азу малопонятны (если делаешь к р о с с )...»..................... «М ы по реке плывём на лодочке...»........................................... «Х ворост в огне трещ ит...»............................................................. Без В а с ...................................................................................................... «Поделитесь нежностью, что Вам с т о и т !..».......................... «О тцвёл болиголов, и голова болит...»..................................... В саду моей любви............................................................................... Д р узьям ...................................................................................................... З в е з д а ......................................................................................................... «Сколько свершилось со б ы ти й ...»............................................... «В сё реже север дышит холодам и ...»........................................ «Спустилась ночь, и тишина о бъ ем лет...».............................. «Пространство многозвучно и огромно...».............................. «П устынных пляжей сказочный и н ти м ...»............................. «С уть Ваших слов за праздничным столом...»...................

67 67 68 68 70 70 71 71 72 72 72 73 73 74 74 75 76 76 77 78 78 79 79 80 80 81 81 82 83 83 84 85 85 86 87 87 88 88 88 89 285

С улыбкой................................................................................................. «Б ранят зазря и осуждаю т в с у е ...» ........................................... ; П ять стихий............................................................................................ «Континуальна ли ди скретн ость?..»........................................... «В бутылке —джин. Изысканность с т о л а ...»........................ «К ап, кап, кап —падают капли ж и зн и ...».............................. «Вокруг такое множество лю дей...»............................................ «М ин уты убегают н еустанн о...»................................................... «О ктябрь набросил в одно м гновенье...»................................. « А в помутневших луж и цах...»...................................................... «Конверт неброский навеял гр у с т ь ...»....................................... «Огонь желаний вспыхивает всё р еж е...»................................ «Наполнена наша п л а н е т а ...»........................................................ «Философичны осени кар ти н ы ...»............................................... «Уходят обычаи древние...»............................................................. Последнее застолье............................................................................. Бег времени (рондо)............................................................................ И диллия..................................................................................................... «Н адеется страдалица Р о сси я...»................................................. «Что было в воспалённых их у м а х ...» ....................................... «Легли сугробы на л у г а ...» .............................................................. «К ак человек, утративший сокровищ е...»................................ «Посмотрев мне в глаза, пожалей моих старых седин...» «Ноябрь расточает остатки теплыни...».................................... «В сё чаще приступы, а волосы б елей ...»................................. «П о самому секретному с е кр ету ...»............................................ П усть будет, что б удет....................................................................... «С ж и гает ритм цивилизации...»................................................... «В прибрежном ивняке безумствуют ж ерлянки ...»............. С вет.............................................................................................................. «Очарованье... Р азочарованье...»................................................ «Н а горе мне, твой домик —на го р е ...».................................... З ем лякам —однофамильцам........................................................... «Так «быть или не бы ть?» —ещё Ш експиром...»............... «З ачем живём мы? Н ет ещё о т в е т а ...» .................................... «Н е прекословь и не ды ш и...»....................................................... «И застынут взоры, и замрёт д у ш а ...» .................................... «Бесстрастна речь —но буйствует то л п а...»............................ «И д ут года. Р яды друзей редею т...»......................................... «С кр ы т от мира то ли д ы м к о й ...»...............................................

286

90 91 91 93 94 94 95 95 96 96 97 98 98 99 99 101 101 102 102 103 103 104 105 106 107 107 108 109 109 109 110 111 111 112 112 113 114 115 115 115

«О на плескалась среди кораллов...»........................................... «Ты —персонаж из скандинавской с аги ...»............................. «М орозец запечатал л у ж и ...» ......................................................... «Глаза, что не пошжи ни на ч ь и ...» ........................................... «Тихий день, голубые о зё р а...»...................................................... «О рганизуй мне маленькое с ч ас т ь е ...»..................................... «Столько храмов неспроста в В ологде...»................................ «Н а косогоре бредит бреди н а...».................................................. «М еняется несчастный наш н ар о д...»........................................ «Я не судья, не пастор и не б о г ...» ............................................ «П утеш ествуя по Р о сси и ...»........................................................... «Л ет, когда был маленьким, не в и д ать ...»............................... «Сколько уж предано —мысль не уго н и тся...»..................... «М инует череда усп ехо в...»............................................................. « А что мне нужно? Лишь кусочек н еб а...»............................ «Д р узья мои, я не реш ился...»...................................................... «М етелью отцветающих черём ух...»........................................... «Случается, идёт за годом го д ...»................................................ «П адут снега, ударят с т у ж и ...»..................................................... «Н е раскрывай д уш и -то ...»............................................................. З в ё зд н о е ................................................................................................... «Трудно покинуть края и м е с т а ...».............................................. «У всякого Яго особое эго ...»......................................................... «Х очу свершить всё то, что зам ы ш лял ...»............................. «Что б ни случилось —холодны, спокойно ды ш им ...»....... О н и .............................................................................................................. «С времён Баяна (опущу д етал и !)...»........................................ Вех и ладан (д и а л о г) ......................................................................... «О пять в дому бессонница ц ар и т...»......................................... «З в е зд а , горящая в колодце —не А л ь т а и р !..»...................... «Р азли вы луж, раскисший сн ег...»............................................... «Одних у ж нет давно, а т е —дал еч е...».................................... «Заверш ается март, и коты серенады отпели...»................. «П о законам ф ракталов...».............................................................. «Смотрю на свечку, как гл я д и т ...».............................................. Назначение поэзии............................................................................... «В от кубик Рубика —попробуйте со б р ать...»........................ Это всё от цветущей сирени........................................................... «П о улицам гуляют криш наиты...».............................................. «С редь благ земных поэты не р о дятся...»...............................

И6 116 118 118 119 119 120 121 121 122 123 124 124 125 125 126 126 127 127 128 128 130 130 131 131 132 133 133 134 134 135 135 136 136 137 137 138 139 139 140

287

Am or vincit omnia (венок с о н е т о в ) ........................................... «Устав от фальши жизни —как и гр ы ...»................................... «З д ес ь рядом вера, гений и злодейство...»............................. «Увы, и в будущем, и в нынешнем, и в прош лом...»........ «Где-то выше —истоки р еки ...»......................................................

Deja v u ....................................................................................................... «Н а земле величавой...».................................................................... «Проступают морены и о з ы ...» .................................................... «Б ы вает, потеряв ориентир...»....................................................... «А х , какою трепетной н адеж д о й ...»........................................... «Параграф первый Книги Б ы т и я ...» ......................................... «О динокая чарка... Новогодняя н о ч ь ...»................................. «В простых вещах отыскиваем слож ность...»....................... «Российский путь по-своему кр аси в...».................................... «Коль события играют нам и ...».................................................... Там, где....................................................................................................... «Порой трудился неустанно...»...................................................... В лесу что-то случилось.................................................................... А у т и зм ....................................................................................................... Н ет у ж —д у д к и !.................................................................................... Линия жизни........................................................................................... Болезнь нашего времени.................................................................... Неизбежное.............................................................................................. Волны.......................................................................................................... «Б ы ть может, пред последней грозной б и тво й ...».............. «Конечно, я совсем не и д е а л ...»................................................... Соседство ................................................................................................. «В М адриде матч — «Р еал » играет с «Б ар со й »...»............. «Н ет, не поймёт досужий свет...»................................................ Говорят, что.............................................................................................. «Х о ть миновали прежние напасти...»........................................ И чёт, и нечет........................................................................................ С он................................................................................................................ «Ш ум крупных городов людей п у гае т...»................................ Я никогда их не копил...................................................................... Когда не пиш ется.................................................................................

Quo v a d is?................................................................................................ З о в ................................................................................................................ «Теперь не вспомнить, где оно, н ачало...».............................. П олёты .......................................................................................................

288

140 148 148 149 149 150 151 152 152 153 153 154 155 155 156 156 157 158 159 159 160 161 161 161 162 163 163 164 164 164 170 170 171 171 171 172 173 173 173 174

Совесть ..................................................................................................... Альфа и омега........................................................................................ Мотор подвёл.......................................................................................... Я у п а л а ...................................................................................................... «И юльских практик простенький у к л а д ...» ............................ «В осенних кронах —листьев с ум ато х а...»............................... «Когда-то завершится этот в е к ...» ............................................... Пишу на в е к а .........................................................................................

175 176 176 177 177 178 178 178

ПЕСНИ Вальс при свечах................................................................................... Город тум ан о в........................................................................................ П о гад ал а................................................................................................... А Россия так близко........................................................................... А где-то плыл август........................................................................... Не п л ач ь!.................................................................................................. З авитки у виска (р о м а н с ) .............................................................. К ак же всё это выш ло?..................................................................... Где-то.......................................................................................................... Ш м е л ь ....................................................................................................... Последний теплоход (р о м ан с ) ...................................................... Письма (р о м а н с ) ................................................................................. Тотемские ночи .....................................................................................

179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 188 189 190

ПЕРЕВОДЫ X X X V II (Э . Спенсер) ..................................................................... О слепоте (Д . М и л ь т о н ) .............................................................. Песня. Колокола Санкт-П етербурга (Т. М ур ) ................... Пески Д и (Ч . К и н гсли ) .................................................................. Ф рагмент (Д . Г. Б айрон ) ................................................................. Строки, написанные в альбом во время пребывания на М альте (Д. Г. Байрон) ..................................................................... Сонет (Д . К и т е ) ................................................................................. Сонет (Д . К и т е ) ................................................................................. Сонет. К морю (Д . К и т е ) ............................................................. Впечатления утра (О . У а й л ь д ) ....................................................

Taedium vitae (О . У а й л ь д ) .............................................................. Д осуг (У . Д э в и с ) ................................................................................. Итальянские просторы (Дженис Г э й л ) .................................. Волосы Энни (Дженис Гэй л ) .......................................................

192 193 193 194 195 195 196 196 197 198 198 199 200 201 289

Р ассказы вает Карлос (Дженис Г э й л ) ....................................... 201 Duo (Дженис Г э й л ) .......................................................................... ..202 Полевой лагерь (Дженис Г э й л ) ................................................... ..203 А квалангисты (Дженис Г э й л ) ........................................................204 Если б (Дженис Г э й л ) .......................................................................204 Плохие дети (Дженис Г э й л ) ............................................................205 Я учила испанский (Дженис Гэйл) .............................................206 Нескончаемое шествие (Дженис Г э й л ) ......................................207 И з винного погреба (Дженис Г э й л ) ......................................... ..208 Любо посмотреть (Дженис Гэйл) ............................................... ..208 Письмо (Дженис Г э й л ) ......................................................................209 Пиццерия Пауло (Дженис Г э й л ) ................................................ ..210 Отправляющейся в путь (Дженис Гэйл) ..................................212 Последнее танго (Дженис Г э й л ) ................................................ ..212 Люси (У. В о р дсв ор т) ..........................................................................213 Сонет (У. В о р дсвор т) .................................................... ................ ..217 Новый колосс (Э м м а Л а з а р у с ) ................................................... ..218 А л м аз сердца (Т . Г о т ь е ) ..................................................................218 Зимние фантазии (Т. Г о т ь е ) ....................................................... ..220 Завитки на висках (Т . Г о т ь е ) ........................................................222 Кармен (Т . Г о т ь е ) ............................................................................. ..223 Хороший вечер (Т. Г отье) ...............................................................224 Часы ('Т. Г о т ь е ) ................................................................................. ..226 П астель (Т . Г о т ь е ) ............................................................................ ..228 Настенные часы (Э . В ерхарн) ........................................................228 Ноябрь (Э . В ерхарн) ...........................................................................229 Страх (Э . В ер хар н ) ..............................................................................230 Декабрь. Гости (Э . В ер хар н ) ....................................................... ..231 Меч (Э . В ерхарн) .................................................................................. 232 Смерть (Э . В ерхарн) ......................................................................... .. 232 Бесконечное (Э . В ер хар н ) .............................................................. .. 233 Осенняя песня (77. В ер лен ) ........................................................... .. 234 С вет луны (77. В ерлен) ........................................................................235 Сентиментальный разговор (77. В е р л е н ) ...................................235 «Д уш а грустна и холодна...» (П . В ер лен ) ............................. ...236 «Равнины унылой бескрайние дали...» (77. В е р л ен ) ........ ...237 Spleen (77. В е р л е н ) ............................................................................. ...238 И скусство поэзии (77. В е р лен ) .................................................... ...238 Раковины (77. В ерлен ) ...................................................................... ...240 «З в е зд а , пока ты так светла...» (77. Верлен) ...........................240 290

«Л ун а мне светит сквозь полог крон...» (П. В е р л е н ) ...... Закат (77. В е р л е н ) ...............................................................................

«Очарованье женщин —в слабости. И х руки...» (П. В е р ­ л е н ) .................................................................................................. «Чтоб провалиться мне! И ненависть, и зави сть!..» (П. д е Р о н с а р ) .......................................................................................... «Когда вы будете уже больной и старой...» (П. д е Ронсар) «Н е мудрено п о н я т ь ,— старейшины рекли...» (П. д е Р о н ­ сар) ................................................................................................. «Студентам умным степень дать спешат...» ( Ж . Дю Белле) «О статок дней моих я проведу в пустыне...» ( Ф . Мена р) Некстати (М. Р е н ь е ) ......................................................................... Чердак (77. -Ж. Б е р а н ж е ) ........................................................ Моим друзьям, ставшим министрами (П.-Ж. Б ер ан же ) Безумцы (П.-Ж. Б е р а н ж е ) ........................................................... М оя богемная жизнь (А. Р ем бо) ................................................ Кузина (Ж. д е Н е р ва ль ) .................................................................. Сидализы (Ж. д е Н е р в а л ь ) ..................................................... Воспоминание ( Марс елина Д е б о р д - В а л ь м о р ) ................... «Увы! Всё мрак и тлен. Приходят и уходят...» ( В . Гюго) К Л . (В. Г ю г о ) ..........................................................................

Spleen ( Ш. Б о д л е р ) ................................................................... Бездна (Ш. Б о д л е р ) ................................................................. Ощущение небытия (Ш. Б о д л е р ) ........................................ Альбатрос (777. Б о д л е р ) ...........................................................

De profundis clamavi (Ш. Бодле р ) .............................................. Д рузьям (Э. П а р н и ) .................................................................. Огненные цветы (Ж. -М . д е Э р е д и а ) ..................................... Н е так у ж страшно мне (Р. К е н о ) .............................................. Спит Тюильри надменный (Р. К е н о ) ........................................ А зб ука смерти (Р. Г и К а д у ) ....................................................... Больная осень (Г. А п о л л и н е р ) ....................................................

Paris at Night (Ж. П р е в е р ) ............................................................. Камни (А. А р а г о н ) ............................................................................. «Я падаю, я падаю, я падаю ...» (Л. А р а г о н ) ...................... М огила Дон Ж уана (Ж. К о к т о ) ................................................ Поймать на лету (Ж. Сюпервъель) ............................................ Женатый Сатана (Г. Н а д о ) ........................................................... «М о гу зарю повергнуть в прах...» (А. Б о с к е ) ..................... «Уставшие, вдвоём, мы сели, обессилев...» ( Ф . И. Тютчев)

241 242 242 24^

244 244

245 246 246 247

248 250 252 252 2^

254 254 255

256 257 257 2^®

259 259 260 261 262 2(>3 264 265 265 266 266 267 267 269 269 291

« К а к облик твой изменчив, человек...» (Ф . И. Т ю тчев) Е. Н . Анненковой (Ф . И. Т ю т ч е в ) ........................................ Мой портрет (А . С. П уш кин) ................................................... Куплеты (А . С. П уш кин) ............................................................... «Н е любишь! —смысл посланья...» (Г. Гейне) ..................... « Я поглощён воспоминаньем...» (Г. Г ейне) ............................ «Вниманье красавиц опасно...» (Г. Г ей н е) ............................. «Н е знаю причины, но снова...» (Г. Г ейне) .......................... «М ожно ль ж ить, мечты не зн ая...» (Г. Гейне) .................. Н а чужбине (Г. Г ей н е) ..................................................................... Осень (Р . Р и л ь к е ) ............................................................................... Серьёзный час (Р . Р и л ь к е ) ........................................................... «Спасает м узы ка ручья...» (Р . Р и л ь к е ) ................................. «Белеет замок, стар и одинок...» (Р . Р и ль к е ) ..................... «Ц ветут, пугая белым, хризантемы...» (Р . Р и ль к е ) ......... Прощание (Р . Р и л ь к е ) ..................................................................... Будда (Р . Р и л ь к е ) ............................................................................... Прогулка (Р . Р и л ь к е ) ...................................................................... Н а пустоши (Р. Р и ль к е) .................................................................. М агия (Р . Р и л ь к е ) ............................................................................. Бодлер (Р . Р и л ь к е ) ............................................................................

270 270 271 272 273 274 274 275 276 276 277 277 278 278 279 279 280 280 281 281 282

А. Добрынин ЭПОХА ОПАДАЮЩЕЙ ЛИСТВЫ Избранные стихотворения и стихотворные переводы

Подписано в печать 11.03.2010 г. >мат 84x108/32. Уел. печ. л. 15,54. Тираж 300 экз. З аказ 2080. П Ф «Полиграф-Книга», 160001, г. Вологда, ул. Челюскинцев, 3.