Родники мои

Николай Коробицын

Родники

мои Сборник стихов и несен

Тотьма

/ \ Мир стихов автора очень разнообразен. В нем живут \ проникновенные строки о годах учебы в речном училище, о безбрежных далях морей - океанов, о дальних походах, о трудностях милицейской службы, о встречах с разными ' людьми, о родных и друзьях, о жителях его родной деревеньки. С особой теплотой и нежностью автор . говорит о своих родителях. Со знакомства с первыми I стихами становится понятно, что Николай Коробицын человек бывалый, впечатлительный, неравнодушный к | окружающей действительности, какой бы она не была, | | живо откликающийся на события, происходящие на \ I большой и малой родине.

I Его душа и сердце наполнены творческой энергией, I добром и светом, стремлением дарить свое слово людям. Родная земля, добрые воспоминания о прошлом, близкие люди - вот источник вдохновения автора. . То, что волнует его, тревожит, радует, впечатляет I находит отражение в стихах. Многие из них стали песнямщ | Музыку к ним пишет сам автор, он же исполняет под , | собственный аккомпанимент на гитаре или гармошке. \ | В этой книжке помещены далеко не все стихи, которые \ I написал Николай Коробицын. Конечно, над многими из I I них еще нужно много работать, оттачивая поэтическое I мастерство, уделяя серьезное внимание работе над словом, ■ над рифмой и ритмом стиха. Но хочется верить, что для Коробицына все трудности преодолимы и мы, читатели, ■ еще не раз соприкоснемся с его творчеством, порадуемся I вместе с ним его новым творческим успехам.

/ I I I

Мой милый друг - незнакомый читатель! Тебе представляю в стихах я судьбу. Пусть мной не воспето все окончательно, Своею дорогой тебя проведу. Быть может, какой-то знакомый сюжет Сроднит нас и сердце в волненьи забьется. А значит, и мой поэтический след Тебе не пустыми строками прольется! С добром,

I

I

В.Скорюкова, г.Тотьма |

I

* з|е *

...каждый пишет, как он слышит. Каждый слышит, как он дышит. Как он дышит, так и пишет, Не стараясь угодить... Так природа захотела. Почему? Не наше дело. Для чего? Не нам судить. Булат Окуджава

Жоршжо о себе. Родился 1 мая 1959 г. в деревне Полюдово Рослятинского района Вологодской области Мать - Вера Ивановна (учитель), отец- Геннадий Павлович ( колхозник). Начал учебу в Полюдовской начальной школе, затем учился в Рослятинской средней, Калининской и Матвеевской восьмилетних школах уже Тотемского района. Далее учился в Великоустюгском речном училище. В старинном городе написаны первые мои стихотворения. Во время курсантской практики и до службы в ВМФ работал на судах Северного и Сухонского речных пароходств. Осенью 1978 года был призван в армию. Три года служил на гидрографических судах « Полюс» и «Аджария» Балтийского флота. Участник двух дальних океанских походов. С 1981 года служил в МВД. Прошел службу от сержанта милиции до майора. Вышел в отставку в 2006 году. Жена-Нина Константиновна ( продавец). Дочери-Юля и Марина, внучка-Катюша, братья-Василий { механик АТП) и Павел (капитан Речфлота). Печатаюсь в областных и районных газетах. Мои стихи вошли в сборники местных поэтов «Незабудки», «О чем шумят друзья мои поэты...». Напечатано около 30 моих самиздатовских сборников стихов. Сочиняю музыку, исполняю под гитару, гармошку свои песни. Записывался на областном радио с песнями, принимал участие в фестивалях народного творчества, авторской песни в Вологде, Архангельске, Пскове по линии МВД. Дважды лауреат в номинации «Авторские песни» и «Авторские стихи».

Искренне благодарен родителям, родне, судьбе, что свела меня с хорошими людьми, товарищам в речном и военноморском флоте, на службе в милиции.

/.

РАЗдел Г о л у Б А Я ВО A N А Курсанты

Совсем немного осталось нам учиться, Еще два месяца, без малых - полтора. Уже три года, как курсантские мы лица Движки все знаем и устройство корабля. Проложим на карге прокладку И «график движений порта». Учтем в перекате раскатку И двигатель пустим слегка. Нас не романтика ведет сюда учиться. Душе мы предпочтенье отдаем. Полувоенная муштра и дисциплина, И по тревоге ночью мы встаем. Здесь мы живем семьею дружной, Единой формой и уставом сплочены. И город Устюг стал для нас любимым, Где юные мы годы провели. И не всегда порой мы слушались начальства, А, может, просто привыкали к распорядку. За каждое, казалось бы, простое нарушенье Давали нам ведро и тряпку в наказанье! Бывало, как шагали на параде,

И на приветствие кричали мы: «Ура!» Смотрели девушки на нас влюбленным взглядом, Вышагивала следом детвора. А этой раннею весною, И не сойдут еще снега, Вольемся мы в речфлот с тобою Теперь надолго, навсегда. Пойдут суда по Волге, Енисею, По Лене, Вычегде и Северной Двине. И мы докажем вам своей судьбою О правильном призваньи на земле!

1977 г.

Моряк Если ты за штурвалом, моряк, Ты не ной, не стони. Если вовремя не поймешь Что там: риф иль топляк? С перепугу штуртрос не рви, Еще штормы все впереди. Ты на верном стоишь пути, Лучше зорче смотри. Ты на палубе «волком» будь. Здесь не берег, а море тут. В миг накроет тебя волна, Не достанешь и дна. Жизнь не легкая ждет впереди, Много трудностей будет в пути. Нет романтиков в море, учти. Сильные, смелые морю нужны!

1977 г.

«Юг-77» За поворотом скрылся город Устюг, И повернули на восток суда. И нас предупредил диспетчер «УСТЮГ»: «У вас, друзья, осадка велика!» Загрузка на носу у нас «за красной», И крен, и дифферент сбавляют ход. И кэп сказал, что нет у нас балласта, Не выбросишь цемент теперь за борт.

А там, в глуши таежной, тоже люди, Им нужен хлеб, цемент и модное пальто. И это все у них, конечно, будет, Вот только потерпели б день еще. Ни отдыха, ни сна, покоя ночью, Прожектор жадно шарит острова.

Вперед-назад, работаем всей мощью Опять сидим на перекате мы, друзья. Но скоро мы опять готовы Без мыла лезть сквозь эти берега. Нам вдохновенье придает кок-повар, И стала глубже, кажется, река. Южане нас приветствуют радушно, Вон выстроились кучей, пялят рот. Л ночью с берега, ватагой дружно, По-братски «угощают» камнем в борт. Четвертый день, конец мученьям близок. Все мели, трудности сумели мы пройти, На связь с Никольском самоходка вышла: «Спасибо, земляки, не подвели!»

***

Поздней осенью сойду на землю на родную, Здравствуй, Тотьма, город мой! Встречу дорогую! Вьются ленты за спиной, якорем сверкая. Здравствуй, милая моя, самая родная. И не прячь ты серых глаз, дай мне наглядеться, За три года истосковалось по тебе сердечко! Я тебя прижму к груди, обниму, как прежде. Буду крепко целовать, мой цветочек нежный. Расскажи, как ты одна время коротала, Три зимы и три весны милых губ не знала. Слезы катятся из глаз - вот и зарыдала. И, как птица над волной, вся затрепетала: «Если б знал, как я ждала три зимы, три лета, Лучше сразу чайкой стать и лететь в край света!» Все родные водку пьют, чистую, как слезы, Вспоминаю океан, дальние походы. Бросил якорь золотой на родной сторонке, Слышу голос дорогой милой моей женки...

1980 г.

Мы с тобой расстались поздней осенью, Не считая встречи наши звездные, Вот пора пришла моя с повесткою. Не успел назвать тебя невестою. Пятый месяц мы не видим берега, И теперь в тебя лишь только верю я. За штурвал держусь я крепко-накрепКо, А волна бросает с борта на борт нас. Разделяют мили и туманы нас, Не могу забыть твоих любимых глаз. Не признался я тебе, не сказал: «Люблю!» Я признанье с чайкою тебе пошлю! Ты моя русалка неизменная, Очень трудно оставаться верною. Три зимы, три лета - время долгое. Юность пролетит, как цвет черемухи. А весна вот ныне очень ранняя. Белый цвет черемух очень ранит нас. Не могу поверить, что любимая Станет с кем другим еще счастливее...

Почему с любовью нашей в жизни сложно? Ну как непросто в океане без огней. Но без СНО* дойти до дома еще можно, Очень трудно без любви твоей. .. .Не спеши ворошить свои чувства. Кто такая она - посмотри. Разве мало хороших девчонок, Или мало на свете любви? Снова день весь в работе тяжелой, Мы ОИС* свой готовим в поход. Чтоб нам на море было спокойно, Пусть в какой бы то ни было шторм. Посмотри, дорогая, на небо И на звезды во тьме ночной, Это небо представь себе морем, А корабль наш - полярной звездой. И звезде этой трудно придется, Бури, штормы - все нужно пройти И держаться зубами за леер, Чтобы друга спасти от беды! И поверь, мне никто не расскажет, Как впервые он в качку попал, С бледным видом, хоть служба со стажем От поста да каюты шагал.

Ненавижу тебя, злое море, Дуры - волны, о, черт побери! Пусть любуются с берега морем, Может, мне не дожить до земли. Нас качает пучина морская, И в дали от родных берегов Справлюсь я, ты поверь, дорогая. Сколько будет в сей жизни штормов... Все так просто у вас на «гражданке», Пой, работай, пляши, отдыхай. А у нас уж такая забота Всех вас, милых, родных, защищай. Не жалею о службе на флоте, Мы, матросы, и чуждо нам ныть. Просто горько мне станет однажды, Если скажешь: «Меня позабудь». Не зажгла мой маяк, дорогая, По которому дом я найду, И, как прежде, судьбу проклиная, Я по картам и звездам иду. Не спеши, посмотри в это небо, Как мертво в эту ночь без звезды. Неужели такой бессердечной В это время останешься ты?

Шторм Уж поход наш к концу приближался, За кормою Рейкьявик остался. Пара айсбергов, горы из льда, И китов кочевавших стада. Мы привыкли к красивым пейзажам, К этой сине-зеленой воде, И к работе, и вахте на море, И к закату, и к багряной заре. Нас наука прогнозом пугала, Завтра точно прихватит нас шторм, Десять раз уж циклон обещала, А циклон тот прошел стороной. Шутки-шуткам, только, похоже Волны делают дело свое, Ветер воет в стальных растяжках, И в барометр стучим давно. Вот удар в лобовую надстройку, Залепила все люмы волна, Наше судно трясет, как телегу, И на баке гуляет вода. Все задраено, к шторму го товы, Командир зорко смотрит вперед, Что-то думает, бьет в барометр, А паденье давленья идет...

Ты любишь? Я не буду писать писем, Даже думать о тебе, Потому что эти мысли Не дают покоя мне. Буду лучше говорить я О просторах голубых, О любви матросов к морю, И о чайках нам родных. .. .твои глаза - вода морская, Твой волос - водоросли дна, А руки - теплая волна, А губы - пресная вода. Твой голос - крики альбатроса. Твоя улыбка - солнца свет! Все, что осталось у матроса... Скажи, ты любишь или нет?

В Кронштадскую осень

Рейкьявик

Осень, осень, снова золотом сияет, Ветер, ветер сильный листья с веток рвет. Дождик, дождик частый землю умывает, Золотое лето теперь долго не придет.

Бороздят атлантические воды Корабли моей страны, Вспоминаем мы с тобою, друг, походы, Сколько миль несчитанных прошли?

А Канада в порт свой нас не принимает, Проклянем Рейкьявик и Святой тот Джонс. Айсберги большие в памяти остались, Адская работа, больше ничего.

Вспомним мы Исландию, Канаду, Англии зовущие огни. Было трудно, солнца не хватало. Но флаг «Аджарии» мы с честью пронесли.

Берег, берег, берег, нас зовет родимый. Нервы, нервы-струны все напряжены. С вахты, вахты, вахты нас старпом снимает. Водкой, водкой, водкой вылечимся мы.

Та девчонка со слезами на причале Долго машет ручкой морякам. Анна, Анна-школьница -исландка: «До свидания, « Аджария», прощай!»

Матом, матом, матом боцман нас ругает, И «сундук» зеленый на меня орет, Волны, волны, волны наш корабль качают, Скоро, скоро, скоро кончится поход!

За пять дней сдружились с детворою, Презент-жвачка, презент-«Беломор», А под вечер снова на швартовой Две гитары начинают разговор.

А в Кронштадте милом солнышко сияет, Без стакана снова моряк водку пьет, И под вечер женщину хорошую снимает. Через пару месяцев опять уйдет в поход.

Исполняем русскую «Калинку» По заявке женщины одной. Так приятны песни о России На земле исландской, нам чужой.

1980 г.

Жадно, жадно, жадно губы ей ласкает, Нежно, нежно, нежно за руку берет, Крепко, крепко, крепко тело прижимает, И опять он счастлив и душа поет!

ч

Русский север, храмов лик великий, Вы уносите меня в те времена, В ту эпоху, в дух морских открытий, Где Холодиловых, Пановых имена. Двадцать океанских экспедиций снарядила горсточка купцов. В утвержденье «Русской заграницы» Свою лепту внес Иван Кусков. Тотьма, Тотьма - древнерусский город В синеву стремящихся церквей. Тотьма, Тотьма — красоты истоки, Город вечной юности моей.

1990 г.

*

Ко мне без тебя не придет весна, Без твоих слов мне корабль-тюрьма. Это время для меня как «срок», И хожу я, как в бреду, без ног. Волна соленая зовет меня. Ты сделай шаг и обними меня. Забудешь ты, моряк, про все вокруг. Над головой твоей сомкнется круг. Как я живу и чем живу все эти дни. Не нахожу на это я ответ. Опять по палубе, как тень, иду И постоянно я чего-то жду. Я жду тебя, ищу, зову все эти дни, Возьми, приди, в глаза мне загляни!

Голубая волна Голубая волна, ты бежишь, За собой увлекая прохладу. Ты мне сердце, порой, бередишь, Я душой прикипел к Ленинграду. Я все больше в разлуке с тобой. Остров Котлин, Крондштадт, стенка пирса. Никогда не смирюсь я с судьбой, Что свернула с заветного курса. Голубая волна, ты неси Мою память в просторы морские. За измену меня ты прости За меня несут вахту другие. Пожалей молодых моряков, В долгом штиле им дай опериться. В жизни хватит им крепких штормов. Все успеют тобой просолиться! Голубая волна, вдохнови В поздний вечер иль ранней зарею Складной рифмою чьи-то мечты, Посвященные морю и дому! Голубая волна, ты бежишь, В МВД я служу - вновь погоны, Чтоб сберечь чье - то счастье и жизнь, Чтя тебя и морские законы.

Речникам Сухоны Снова собираются друзья Экипаж родного теплохода. В прошлый год расстались в холода. Загнала в затон нас непогода. Вспомним мы осенний караван: Снег, шуга и корпуса трещанье, И усталость наша и машин Приближала наше расставанье. По весне зовут к себе суда. Не могу сдержать свое волненье, Запуская двигатель легко, Слушаю его сердцебиенье. «Малый ход!» - и корпус задрожал. «С дымом!» - поздравляют все ребята. Не мешало бы теперь и по 100 грамм! Но мы слышим КЭПовское «Вахта!»... Лаконичным голосом на связь Нас диспетчер Тотьмы вызывает. Снова жизнь речная началась. В первый рейс родные провожают! Не проста ты, наша Сухона-река: Путь извилистый в твоем верховье, К Тотьме сузились немного берега, Мелководье в нюксенском низовье. Люди ждут с надеждою суда, Грузы доставлять у нас работа. Мы причалим к пирсу в холода, Лишь в затон загонит непогода...

Война на море. Зеленая вода, балтийские просторы. Уходим в никуда, сплотило всех нас горе. Нам чайки машут в след, печально провожают Сигнальный семафор удачи нам желает. Война - сиротеют дома. Война - овдовела жена. Война - что с тобою, земля? Война - кто придумал тебя? В кильватере «ПЛ*» - глубинное оружье, Здесь воздуха предел и солнца свет так нужен. А за кормой Кронштадт, на курсе враг фашист. Торпедный залп - и вот, корабль с крестом горит.

Кильватер поредел подводных лодок тоже. А тот, кто уцелел, угрюмей стали, строже. С невидимым врагом и молчаливой смертью Мы вновь на минном поле испытываем нервы...

1991 г.

В городе юности Сердца трепет, как в первой любви, Снова в юность свою возвращаюсь. Добрый Устюг, ты вечно живи! Скупо в чувствах тебе я признаюсь. Как хмельного шатает меня И без кружки хваленого пива. Здравствуй, милая сердцу земля, На поэзию ты вдохновила! Я, пропащий, причалил, встречай. Весь измотанный в море событий. Эй, речник! Ты меня здесь узнай Без каких-либо знаков различий! Пусть сменил я речные гюйсы На погоны и службу в милиции. Мы с тобой навсегда здесь свои И как братья, в старинном величии. Зеленеет бульвар у реки, купола у церквей посвежели. Как же молоды вы, пареньки, В этих новеньких, черных шинелях...

1991 г.

23 февраля За тех, кто в море, мы скажем тост, И служит Российской границе, Кто охраняет вверенный пост — Шлет вам привет Николай Коробицын. На милую Балтику в город Кронштадт Летят мои позывные. Вовек не забуду в тельняшках ребят, Что за три года стали родные. Защитник Отечества — бывший матрос, Я повидал немало. Российская армия, славный наш флот — Что с нашей гордостью стало? Гордились все мамы своими сынами, С почетом отправив на службу. Сегодня услышишь: «Дите не отдам, Пусть лучше другие в Чечню и Афган. В гробу мы видали их дружбу..». Кичатся подростки «ходкою» в зону, В их разговоре тюремный жаргон. Они не приемлют морского закона. Хоть выбрит затылок «под ноль».

Не достучались Это Баренцево море Принесло большое горе, На подводной лодке «Курск» Изменился резко курс. В том причин никто не знаетИх путина укрывает. Больше согни моряков В бездне этих темных вод. Экипаж спасенья просит, Снова «колокол» относит, Кто-то слышал в лодке стук, Но задраен мертво люк. Из отсеков пузырьки Лишь немножечко пошли. В миг, когда открыли люк, Оказалось всем.... А ответственный главком Интервью давал потом... Вдовам в траурных платках, С ужасом и потемками в глазах. Адмиралы нам вещают: «Экипажи побеждают, Погибают вместе».

-Извините-нам не легче.

Так давайте выживать И вовремя помогать. В этом российском жизненном море, Чтоб не скорбила по сыну мать, Оплакивая в одиночку горе, Его отправив на службу в море.

2000 г.

Марш курсантов Курсанты, мы пока не капитаны! В этих стенах наших славного ВУРУ Нам речные и морские званья даны. Все прошли мы: и закалку, и муштру! Мы - училище речное. Носим звание I Пашкова. Будем помнить наши юные года. И любимый древний Устюг Вспомним с вами где-то с грустью... У причалов дожидаются суда! Ждет река нас. до свиданья, командир! И родные капитаны - педагоги. Те девчата, кто курсантов так любил. Впереди ждут нас всех флотские дороги! Будут встречи, расставанья и не раз. Мы обнимемся и вспомним звуки марша. Как «Славянка» побрагата в добрый час Нет нам званий недоступных, даже маршал!

2003 г

Речники Нам всем бы скинуть двадцать пять, И стать курсантами опять. В семидесятые года, Где Бритвин ротным был тогда, Латынцнев правил у руля. Подстрижен наголо речник, В колхоз отправлен коллектив. Нас на берег сгрузил « ПТ‘» Всех с дядей Геной на заре... С железом утром поднимал Нас с коек Леша- комендант, И Миша кулаком грозил, Своей кувалдой, кто бузил! И их шальные рупора Знавала в кубриках братва! Трещали клинья в брюках «клеш» На смотре строевом, ну что ж, Тогда любили мы форсить, В обтяжку фланочку носить! Вино мы брали по руб., две, Здесь на углу, лишь в « Огоньке» За занавески прятали И лишь стаканы брякали, Когда дежурный проходил, Он за порядочком следил Никто, нигде что бы не пил, Ведь Новый год не наступил... ...и отработав все наряды, Мы в увольненье шли, и рады.

ПТ* - пассажирский теплоход

Что посетим родной «Речник», Где встретим девочек своих. Ревнуют девок к речникам « Сельхоз» и « Авто» по ночам. Ведь форма наша видная И шоферам завидная! С « Горы*» катились калачом. Не поддавались никому! Из самоволок ждет окно, Где простынь связана давно. Не залететь бы на наряд, Наряд «залетчикам» так рад! Мы на парадах классно пели В строю в тех черненьких шинелях. Маршировало все В-УРУ На первомайских по утру! Гордился ими весь народ, Традициями флот живет И славит Устюг добрыми делами, Вы в этом убеждались не раз сами. За курсом-курс идет процесс Вот мотористом стал - прогресс, Уже на практике пашу, Все перекаты опишу. Отростил волосы до плеч, Как «волк» со шваброй не прилечь. Конспект по «ДВС*» пишу, Нам все казалось по плечу. Здесь Кочин, Кузнецов, Шаров, Латынцев, Бритвин, Соколов И Торичнева Лида, Лесукова

В училище встречали, как родного... Кого я не назвал, прошу простить И Новикова с Тушиным, конечно, не забыть! Нам всем бы скинуть двадцать пять И всех в В-УРУ опять собрать. Где Бритвин - ротным в те года, Латынцев - правит у руля!

2004 г.

Я из странствий морских домой возвращусь.

Морские души. Отдав свой долг сполна Отчизне, Не запятнав Андреевский наш стяг, Благодарим судьбу, что в этой жизни Внес лепту флоту тотемский моряк!

Мне порой подмигнет иностранный маяк. Сам секстантом вожу я по «Малой медведице». Лот прощупать знакомый фарватер так рад, Что ведет меня к милой, желанной мне девице!

Нам не забыть морские души, Соленых брызг, родной прибой, Где сходни упирались в сушу И мили оставались за кормой!

Я из странствий морских к земле возвращусь, И поднимется вовремя мой перископ. К голым сопкам родным сегодня мой курс, Телеграф дал команду машинам «на стоп»!

Морской походкой снова землю мери гь Рвались на берег из своих кают. И ждали «карасей», что нас заменят«годков», мечтавших про земной уют!

Прощай, море, да здравствуй, земля! До свиданья шторма и глубины, На причале заждались меня. Провожают касатки, дельфины.

Устав от качки, северных штормов, От крика боцмана, учебных тех тревог Бегом по трапу из своих трюмов, На ют спешили. ..рано - видел Бог.

Я со страстью, измерив твою глубину, Вновь бортами коснусь губ унылых ущелья. И подлодкой своей нагоняя волну, Я в тоннель устремлюсь милых вод своей кельи!

Нам не забыть морские души, Грех лет, корабль, братву, свой пост. И пусть сегодня «весла сушим», Нас с курса не собьет норд - ост*!

Отзовется вибрацией берег родной И балласты продуются в радостных взрывах. Моя лодка вспорхнет над фиорда волной Оросят брызги счастья поверхность залива.

Мечты о доме в море у матроса, О море - на земле, в чем су ть вопроса!

Жадно взглядом окинув родные места, Я вдыхаю в себя твой, земля, аромат. Растворяюсь в тебе, словно в детских мечтах, Мой швартовый конец в твоих крепких кнехтах!

2007 г.

2006 г. Норд - ост* - северо-восточный ветер

Буква « Ф» на погонах Проводила меня мать до порога: «Пусть на службе будет гладкой дорога!» И колеса засгучали вагонов, 11ам светила буква «Ф» на погонах. Знали мы, девчонки нас не дождутся. Затри года женихи им найдутся. И домашние харчи доедали. Вновь пошла по кругу кружка вторая. Не сердись на нас «сундук» - покупатель, Расскажи-ка ты о флоте, приятель. Не всегда подлодки в море всплывают, Беды в водах океанских бывают... Третий тост поднимем мы за Героя За Преминина Сергея пьем стоя. Мы помянем моряка, кто без боя Выиграл сражение святое. Окрестились мы соленой водою, Любовались синевой и зарею, Нет почетней нашей службы - не скрою, Мы в кильватере морском, брат, с гобою! Проводила меня мать до порога: «Пусть на море будет' мирной дорога И семь футов под килем вашим будет, Пусть невеста моряка не забудет!»

Пароход «Шевченко» Родной дебаркадер, каменный спуск. Гудок, разворот; створ на ивовый куст. В волну парохода спешит детвора, Им всем покачаться настала пора. Красные лапы, белая грудь. Эй, уступите колеснику путь! В Тотьму из Вологды нас он доставил: «Шевченко» трехпалубный флот раньше славил. Там пиво под воблу и клюквенный морс В буфете знавали напитков тех спрос. Встречи при свете волшебной луны... И какие беседы при плеске волны! Бывали и драки, речной криминал, Но это лишь с теми, кто «меры не знал». Служил бы еще не один он нам год, Но вскоре его заменил теплоход. Миг «Зари» и «Зарницы» был быстро закончен, А Сухоны берег заметно подпорчен. Мелеет фарватер, уходит вода. Где ж вы, капитаны? Ау, господа! Диспетчер последний в порту сокращен, Да - был ли «Шевченко»? Все в прошлом, как сон... *** Красный «Икарус», асфальтовый путь. Вологда - Тотьма, багаж не забудь! Часа нас за три с половиной доставил До дома. Лишь выхлоп солярный оставил...

2008 г.

2.рлзлел Честь

- в

служив

Память (Посвящается сотрудникам Тотемского РОВД, погибшим на милицейском посту). Заметает дома белым снегом пурга, Мы с тобой на посту у того-же угла. Над рекою нам слышится где-то, как эхо, Голос парня, какого не знали вчера. Кто он был? Офицер иль простой рядовой? Только в памяти нашей для нас он герой. Жизнь немного узнал, не успел полюбить. Задержал негодяя, нас сумел защитить. Где он жил и где рос? Здесь, на нашей земле. Верно делу служил, выручая в беде. Но проходят года, кто ушел навсегда, Мы сегодня о них вспоминаем, друзья. Пусть он был слишком крут, может, с кем-то из вас. Или скромен и тих в этих днях боевых. Нашу Тотьму и Сухоны милый пейзаж Он в минуты борьбы видел также, как вас. Так давайте хранить нашу память о них, О товарищах павших, чьих-то родных. За спокойствие города, нашей земли Будем красным петлицам, присяге верны!

Заметает дома белым снегом пурга, Новобранцы уже несут службу с утра. И над ними звучит, как знакомое эхо, Голос парня, какого не знал я вчера...

1987 г.

Телефон «02» Звонком резануло сердце, Снова чья-то незримая боль. Не могу я привыкнуть, поверьте, К этим цифрам с началом «ноль». «Да, милиция, говорите. Не волнуйтесь, ваш адрес, как звать? Выезжаем немедленно, ждите. Да, придется его задержать!» Разрезает тьму синим блеском маяк. Опергруппа спешит - боевой экипаж. Законтачены клеммы «02» на беду, Я смириться со злом не хочу, не могу! Ночыо окутан город, Встревожен любимых сон. В основном вроде все спокойно, Только мы продолжаем бой. «Да, «тридцатый», на связи, слышу, Будем вовремя, точно в пять. Все понятно, всегда готовы От любого вас зла защищать.» Заступает на сутки дежурный наряд. День и ночь на посту служит праву солдат. Защищает от зла, хамства нашу страну. Вновь «02» принимает людскую беду.

1988 г.

Марш милиции В годы бурные служим с тобой, Не легка наша жизнь молодая. Беды Родины - наши с тобой, И ответственность наша большая. Не судите вы нас горячо, За проступки тех, с нами стоявших, Ведь порядочных нас большинство, Осуждаем мы честь потерявших. В этом слове «милиция» только добро, Страха нет и не будет для честного! В этом слове «милиция» только тепло, Наша служба для вас беззаветная.

Охраняя покой, вашу честь, Защищая российские нравы, Побеждаем мы зло и спесь, В схватке сами порой погибаем. Мы, сотрудники внутренних дел, Мы, милиция ваша - народа. Верьте нам, помогая везде, И отступит беда от порога. Тесно сплотим свои мы ряды В этой жизни за правое дело, Не взирая злорадства судьбы Будем биться за правду мы смело! Наша поступь, как камень тверда. Также четко ее направленье. По велению сердца всегда Выс тупаем за ваше спасенье.

Отрезвлён Что-то мутно в моей голове, И не помню, что было вчера. Открываю глаза, как во сне Вновь палата - но нету окна. Что мне делать? Опять закричать? Вдруг проснется угрюмый сосед? Как же быть? Прокурора позвать? Хоть танцуй на кровати балет! Что же все-таки я натворил? За какие грехи здесь лежу? Может, снова жену я побил? Или чем насолил я «менту»? Что за мысли дурацкие прут? Неужели такой я плохой? Скоро двери уже отомкнут. Счет предъявят - отпустят домой... Все же, что мне пророчит визит В это зданье? Наверно, не радость... ЛТП? Нет! Нет! Разум трезвит: Зарекаюсь - не пить эту «гадость»!

1990 г.

Милицейским женам За го, что вы есть, дорогие, на свете. Любимые наши, в нелегкой судьбе. Пред вами клоню я колени. ПоверьтеНе каждая вынесет это вполне. Вы выбрали путь, милицейские жены. Тревожных ночей, бесконечных разлук. Дели ть вам приходится наши заботы, Дарить теплоту ваших ласковых рук. И пусть за окном вой свирепой метели, В соседних квартирах уснули давно— Не спать тебе в теплой и мягкой постели— Ты смотришь с тревогой в ночное окно. Меня ты поймешь — хорошо это знаю, Оставить свой пост не могу я сейчас, Ведь мир и покой я людей охраняю, Чтоб был без беды каждый миг, каждый час

Когда но выслуге уйдешь из РОВ/],, Забыть сей мир не надо торопиться. Вся жизнь твоя посвящена судьбе, Которой можешь ты всегда гордиться! Людской покой, законы защищая, Вы не щадили сердца своего. И было время- неудача постигала. На друга верного надеялось плечо. Лови ть, судить и снова повстречаться С преступником не каждому дано. Душой не отвердеть ,на полпути не сдаться Не каждому судьбой предрешено. ] [усть будет не забыта вами дверь. В родной отдел, все наши ветераны. Почетный МВД пенсионер. Вас не поднимешь но тревоге очень рано.

1995 г.

« Мент поганый - мусор, отвали!» Стало чаще слышаться, не скрою, А настигнет горе - « Помоги!», Обратятся жалобно, с мольбою. Что поделать - каждому свое. И обиды мы не в праве помнить. Обсуждая общество свое, Свой священный долг спешим исполнить. И рискуя жизнью в этот час, И седея молодым до срока, Не желаем никому из вас Испытать судьбу «мента» и рока. Не стращайте мамочки детей, Этим дядей с красною фуражкой. Будет меньше в обществе людей, Обзывающих его напрасно.

1995 г.

Связан я с тобой, моя милиция Всего шестнадцать из твоих восьмидесяти лет Несу свой крест я, связанный с тобою, Моя милиция, здесь свой оставлю след. По праву я горжусь своей судьбою: Я моряком из Дальнего похода Пришел в тот, кабинет родного РОВД, Где Жилинский А. В., напутствуя нестрого, Мне предложил: «Дежурным в КПЗ...». От старшего сержанта до майора Прошел немало служб и должностей, Где для меня всегда была опора На мать, жену и преданных друзей!

Милицейский УАЗ (п есн я )

Снова мчится в ненастье сегодня встревоженной птицей Мой «дежурный» УАЗ на борту с голубой полосой. Завихряется след, опергруппам ночами не спится. Пропадают во тьме..., мою душу уносят с собой. Сколько было ночей, напряженных той службою сугок? Что сегодня остались с моей сединой за спиной. Вой сирены, стрельба, телетайпа дежурного стуки И звонков череда по ноль два, не со мной, не со мной! Не скрипят сапоги, портупея не врезалась в пояс. И пылится в комоде с наградами синий мундир. Милицейский УАЗ, вновь с мигалкой, сиреною воя В поздний час, в поздний срок душу мне бередил. бередил...

1997 г.

ГИБДД ГИБДД - звучит не в рифму, Родней - знакомое ГАИ. Лишь вывеску сменить я мыслю, И то на деньги не свои. Толк не в названии, а в работе. У ДПС не меньше дел, И постоянная в заботе ГАИ летает каждый день. Спешат ГАИшники-ребята, Мигают с крыши фонари. Опять какой-то там растяпа Иль пьяный шлепнул «Жигули. А может, бабушка глухая Через дорогу бойко шла, По сторонам не озираясь, Такой бедлам здесь навела? Летят ГАИшники-ребята, И вой сирены воздух рвет, В салоне их два автомата И «бронник» на колени жмет. Погоня, ведь и есть погоня: Ие дать преступнику уйти, Но если он погоней «донял» От пуль по скатам не уйти! Спешат ГАИшники-ребята, Где левый лес иль спирт везут. Где денежки нетрудовые Предприниматели гребут... И в деле шоферам помогут,

Советом, кто сейчас в нужде, Укажут верную дорогу, Не безучастны к нам везде! Чтоб не летали, не спешили И мы спокойно чтобы жили ГАИ давайте помогать И все законы соблюдать, Названий больше не менять! ГИБДД звучит не в рифму, Родней знакомое ГАИ...

2003 г.

Честь - в службе! Лишь только за то, что надел милицейский мундир Я тебе поклонюсь, молодой человек. Не каждому смелости хватит и сил Нести эту ношу в сумбурный наш век! « Честь - в службе!» - старинное русское правило. Стоять на защите невинных и слабых людей. Щитом от несчастья и зла вас время поставило Ответственных, смелых и честных российских парней. Не мало в ваш адрес несется наветов и лжи. Но верит народ вам сегодня и очень надеется. Что справиться органы с «грязью» достойно должны... На это все силы и средства, конечно, имеются!

2004 г.

Гимн Тотемскому РОВД. Наша служба родному району В Вологодских суровых краях. В милицейских мундирах - закону Служит честно и доблестно рать! День и ночь на посту, в снег, в жару, Исполняем мы нашу работу, Чтобы рапортом сдать поутру, Что вложили в людскую заботу... В Тотьме есть милицейский отдел, Которому присущи сотни дел. Всегда готов в защиту чести встать И ваш покой и счастье охранять! Не всегда нам преступник сдается, Но мы дело ведем до конца. Речи лживые, слезные льются, Все - же маску сорвем с наглеца. Свято матушке - Родине служим. Если снова звонок по «ноль - два». Свое дело почетное любим. Мчимся туда, где случилась беда!

э.рлздел Л / i ОН П р и З Н А Н Н Я Признание Я люблю тебя, край вологодский, И скажу, не кривя, душой, Ты - родитель мой, край таежный, Как горжусь я своею землей. С детства милые мне лес и дороги, В даль зовущие сердце поля. Не смотря на летящие годы, Я все больше люблю тебя. Кто не видел у нас сенокосы, Не плутал по дремучей тайге, И не стряхивал светлые росы, Утром ранним идя по траве. Я люблю гебя, край вологодский, За причуды суровой зимы, Как и прежде, встречают здесь гостя, Наши русские чай и блины. Тотьма, Вологда, Устюг Великий Вы плените своей стариной. Сколько сделали разных открытий Земляки-тотьмичи порой! На орбите земляк наш Беляев, Вся страна устремила взор Это наш вологодский парень

На борту корабля «Восток»! Люблю север с ее природой, Города с ее красотой, И горжусь трудовым народом, Правом зваться твоим земляком!

1977 г.

Родное Полюдово Давай-ка, брат, сегодня бросим якорь На фарватер детско - голубой, Продрейфуем за старинным баком И по чарке выпьем мы с тобой! Вспомним наши прежние годины. Старые в Полюдове дома. Наши, брат, с тобою именины Здесь ведь не забудем никогда! Не судите, дяди нас и тети, Жизнь идет, как взрослое кино. .. .Что на курсе этом жизни взрослой, К вам не заходили мы давно. Давай-ка, брат, нальем еще по чарке За потомство, новые порты. За здоровье наше и за счастье Я сегодня пью до дна, а ты? Все встречает реже на причале В деревушке родственников строй. Дяди Коли нет и дяди Гари. Что ушли от нас в земной покой. Время след теряет за кормою, Впереди неясные огни. Знаем, что Полюдово родное Милый сердцу уголок земли!

1987 г.

Прошла война Грозы и розы в майские дни, В этом соцветье нашей страны, Видим рейхстага пылают огни, Слышим мы эхо прошедшей войны! Прошла война, прошли года. Все реже сгрой ваш, ветераны. Болит душа, болит земля. Все не залечатся твоих сражений раны. Радость и слезы в весенние дни, Несчастные вдовы военной поры, Сколько невзгод на себе пронесли, В буднях своих укрепляя тылы. Чистого неба желаем все мы. Просим задуматься, люди земли. Помнить о тех, не пришедших с войны. Память о павших в душе сохраним.

1987 г.

Любвеворот На дворе отступили холода. На крыльцо вышла девушка молода. Озорною улыбкой меня обожгла, Грудь косою увенчана — как она хороша! На дворе отступили холода. На крыльцо вышла женщина — до чего мне мила! Глаза счастьем светятся, на щеках румяна Губы алым цветом, как магнитом манят... На дворе отступили холода. На крыльцо вышла дочь и родная жена. Нет счастливей на свете молодого отца, Сердце радостно бьется - и любви нет конца...

1987

Как живет моя родная сторона? (песня)

Белым снегом запорошены ресницы, Белой шалью вновь укрылась вся земля, Только нет вестей из Вологды-столицы: Как живет моя родная сторона? Припев: Как живет, как трудится? Что пройдет, что сбудется? Кто уйдет, кто родится? Что в народе водится? Лист зеленый приукрасил ветвь березы, Луг весенний весь в цвету, как бахрома. Только мысль о доме все меня тревожит: Как живет моя родная сторона? Припев: Как живет, как трудится? Что пройдет, что сбудется? Кто уйдет, кто родится? Что в народе водится? Дождь осенний тушь размоет на ресницах, Белый снег ложится снова на поля. Я приеду, а пока я за границей. Я приеду, чтоб увидеть вновь тебя! Припев: 1987 г.

«Осень» (песня)

Песнь о Тотыие

Обрывает ветер лист с берез последний, Уже покрыты ими старые мостки. Журавлиный клин исчезает в небе. Мне сегодня грустно, полон я тоски.

На берегу реки Сухона, Где темный лес стоял. Родился город Тотьма И знаменитым стал. Тотьма, Тотьма - древнерусский город, Тотьма - город церквей. Тотьма, Тотьма - дома старинные, Тотьма - город любви моей. Между Вологдой и Устюгом Город древний вырастал. А случилась бойня грозная С честью землю защищал.

В ожиданьи снега, в слякоти осенней, Этой темной ночи, холодов к утру, Вспоминаю лето и живую землю. Каждый день луч солнца я средь туч ищу. Почему же грустно в эту непогоду? В прошлом уже лето, нами прожит год. Снова просим цвета у родной природы... Не вернешь обратно убежавших вод.

1988 г.

Мореходами град славится. Благородием купцов. Из поэтов больше нравится Ну, конечно, наш Рубцов! Все растет, цветет и строится Город мой родной. И кричат над водной гладью Чайки порой.

1987 г.

Эхо «необъявленной» войны Сколько песен спето об афганцах. Сколько не вернулось их домой. Повстречаем молодого парня С боевой наградой, сединой. Мы его расспрашивать не станем О войне минувшей, затяжной. В скалах темных и песках Афгана Юность покалечена судьбой. Как вчера, приказ в восемнадцать лет Отстоять рубеж, сохранивши честь, С криком друг упал, не успел сберечь, И душмана ждет моя кара - смерть! Заметет кровавый след барханом, Солнце выжжет пятна на земле. Только не залечится с годами Сердца боль, утрат его друзей. Сколько песен спето об афганцах, Не пора ли хор остановить!? Лучше дать, что заслужили парни, Все в урок истории включить.

1990 г.

Играй, гармонь! Перламутровые клавиши, Узорами меха. Вы послушайте красавиц Переливов голоса. Звонче нет на целом свете, Чем российская гармонь, Убедитесь в том, поверьте. Только нежно кнопки тронь. Приоткроет ваши души И расслабит в тот же миг. Только ноги вас послушно Завлекут в знакомый мир. Сразу вспомнятся былые Наши с вами времена. Ах, какими молодыми Были, кажется, вчера! Задушевная «цыганочка» И «русский» перебор. Ты играй, моя тальяночка, Веди свой разговор. Озорной частушкой с ходу Режешь ты не в бровь, а в глаз. Всем изъянам нет проходу. Что открылись в жизни раз!

Радость нашу и невзгоды Своей песней изольешь. В деревенском хороводе Всех нас вместе соберешь!

1990 г.

н итям»»

О черемухе Ты цвела под окном каждый год, Ароматами май наполняя. И вдруг в жизни крутой поворот— Новой жертвой природы ты стала. Отбелели все ветви твои И, порадовав нас, словно тают: В этот цвет заползли червяки, Паутиною ствол обвивают. И, расставшись с последнем листом. Где-то силы для жизни находишь, Оживаешь с немалым трудом. Этим самым гопор вновь отводишь.

1991 г.

Цыганская доля А мне бы цыганом родиться порой, Бежать за повозкой скрипучей, родной. По пыльной дороге, по чистой росе, Потом окунуться в природной красе. Ах, цыганская доля - дом четыре колеса, Ах, цыганская доля - попляши из-за куска. Ах, цыганская доля - без обмана не прожить, Ах, цыганская доля - все умеем ворожить! Нетленное пламя костра ворожит. Под вечер мой табор к ночлегу спешит. Усталые кони из реки воду пьют. А струны гитары мелодию льют. А мне бы в цыганку влюбиться порой, Лежал бы теперь я в кибитке цветной. И пел для любимой все те же слова. От съездов* не пухла б моя голова!

1993 г.

Родные места Я не забыл Рослятинскую школу, Хоть помню я не всех учителей. Шагала утром из Полюдова вся в гору Ватага не совсем проснувшихся друзей.

***

Волнуют мне сердце родные места, Когда я в поселке, уже КрасотаИ Юза , Рослятка и «Чайная», Березы - и школа начальная! Я всматриваюсь в лица земляков. И сам хочу, чтобы меня узнали, Но, видно, много пронеслось годков Во мне поэта и майора не признали...

2001 г.

Мне снился очень дивный сон: с поэтом пели в унисон Я тоже, как Рубцов, служил на флоте. И не по книжкам знал «девятый вал». Я с детства равнодушен был к пехоте, И шум прибоя меня снова к дому звал. Моя гармонь звучала и гитара На юте у Канадских берегов, Хотя два лета не видали мы загара, Но насмотрелись айсбергов, китов! Звучат мелодии в душе Рубцовских песен, И как понятна мне его судьба, И мир с годами, кажется, так тесен Как будто с НИМ встречался я вчера...

Ему сказал я: «Ты, тезка, знаменит! На берегу реки твой памятник стоит, Библиотека наша - имени Рубцова! И даже в Вологде есть улица Рубцова!» « Звучат и песни на твои стихи И популярна «Горница» и твой «Букет», Так что напраслины в твоих твореньях нет. Все, что писал, увидит Божий свет!» Я тоже, как и ты, служил на флоте, И у меня стихи и песни - если хочешь: Ты на гармони, я на гитаре, Мы будем до утра друг другу шпарить!» Рубцов, конечно, с этим согласился У Коробицына... Такой вот стих сложился!

Рубцов развел старинную « трехрядку», Легко нажав скрипучие басы: - Что, Николай, скажи и по порядку Меня здесь помнят? И кто будешь ты?

2004 г.

Я разливал напиток по стаканам, И слышал лишь его напутствия слова: « Писать - ниши, мы все не без изъяна, Наладь же рифму, красок больше - голова! Он все про лес и про паром в Николу, Про Тотьму, Сухону ведет свой разговор, И как попасть бы вовремя в гу школу? Взглянуть на рыжики и посетить тот бор..

—

68 —

— 69—

В Полюдове (в доме деда)Посвящаетсн Павлу Дмитриевичу Коробицыну, бывшему председателю колхоза, столяру, плотнику, и Анне Осиповне. Снова память уносит туда. Где деревня стоит дорогая. На угоре, над речкой изба Там стояла, гостей собирая. Бился в лампе огня язычок, Рамки с фото и стол освещая, Где казался дед Паша так строг, Баба Аня - такая простая. Пахнет в доме черемух корой, На крыльце пахнет ивовым лыком. Чунки здесь и корзины горой, И орудует дед коточигом. Угощает парным молоком Баба Аня с горою оладий. Самовар зашумел на столе Гам под крышкою варятся яйца. Керосинкою пахнет из клеги, Сковородка с картошкой томится, В печке русской играют огни, Освещая любимые лица. Скоро праздник в деревню придет, Пахнет суслом здоровая кадка. Из-под пробки прольется, как мед, Молодое пивцо - ох, как сладко! Будут женщины печь пироги, И запахнет в жилье ароматом: -Не забудь ты, на Пасху приди,

Вместе с нашим Полюдовским сватом. И в Полюдово грянет родня Из Рослятина, Лиственки, Зайчиков, Из Попова, Шонорова, Жубрина: -Не желей, гармонист, своих пальчиков! Тесно в сутках «цыганке» порой И от «русского» пол содрогнется. Вновь частушкой кольнут озорнойЛишь игрок им в ответ улыбнется!

Свадьба Пусть Тотьму и Сокол сегодня сроднит Андрея и Юли веселая свадьба! На счастье пусть будет бокал мой разбит. Мы рады за вас от души - это правда!

Дочке Юле Накатило - и слезы из глаз. Уезжает в чужие края Моя дочь дорогая сейчас. Вот и кончилась юность твоя...

Любимых детей пусть дорога ведет В семейную жизнь, чтоб печали не знали. Пусть будет не горек в семье вашей мед, Душа в душу жили, во всем помогая!

Я не очень-то баловал вас

И любовью отцовской не так уж и тешил. Не растрачены чувства - в слезах К вам, в характере грешен...

Экзамены вам преподаст жизнь не раз, Чтоб вышли из них вы всегда и достойно! Пусть слезы лишь счастья польются из глаз, Чтоб были за вас папы, мамы спокойны!

Можно мне на работу пенять, Что от части с ней сердце черствеет, Но я знаю, ты сможешь понять. Что любовь к вам, родным, не скудеет!

2004 г.

И Варя, и Леня, и Нина, и Коля, Сроднится с роднею родня. Пусть будет горька лишь сегодня, не боле В бокалах хмельная вода! Пусть Тотьму и Сокол сегодня сроднит Андрюши и Юли добрая свадьба, Пусть вечер чудесный гостей веселит. Любви вам огромной - любимая пара!!!

2004 г.

Ж■ 'Я

За окошком моим листопад За окошком моим листопад, Вновь в правах золотая осень. Бабьим летом согрегься я рад Солнца луч да небесная просинь. Не кричат до поры журавли. На дворе ярко рдеет рябина. Где-то бродя г мои корабли. Кто-то греет себя у камина. Затихает в миру суета В огородах, полях, на болотах. Жизнь идет: и твоя, и моя То в больших, а то в малых заботах... Все отдав, отдыхает земля. Одарив, кто зерно в нее сеял. Плодородные всходы не зря Он весною и летом лелеял. Сорняком лишь остался сорняк, Нагло отпрыски в стороны кинув. Не годится он в жизни никак, И лишь «тень на плетень» вновь накинув. Он опугает нога твои, Намекая - ему с нами тесно, Поведеньем заявит своим: Для него в жизни гоже ес ть место. За окошком моим листопад, Вновь закину я ручку и книжку И соседский сорняк весь подряд Попадет под стальную мотыжку...

2005 г.

Она приехала учиться, Кто говорит в лицей, кто - в пед, Как не пришлось бы ей судиться Соблазнов много, много бед. Глотнув свободы городской, Найдя подруг себе под стать, Сегодня блещет красотой, Спешит от жизни не отстать. Затяжка и глоток пивца, Из носа сигаретный дым, Забыли про нотации отцов, Все по колено молодым. Идет «на колбасу», дуреет От вседозволья молодежь. Рожают - папы не найдешь! Что я пишу? А разве ложь?

2005 г. v '

О чем шумят друзья мои, поэты. Достали! Зима в Россию, кажется, приходит. В Москве температура - тридцать пять! Мороз на москвичей беду наводит: Похолодало - в панику опягь. Какие нежные к погоде, как в Америке, Чуть что - смотри, уже в истерике. Круг лиц одних меня доводит! Тошнит от петросянов и киркоровых. Чубайс с экрана нагло не уходит, Убрали б их - никто бы не заплакал. Все захватили в РФ кланы, А еще пошлые рекламы! Вчерашний друг наш с НАТО ходит. Наглеет братска Украина! На нашем маяке уж колобродит И дармового хапнула бензина...

« О чем шумят друзья мои, поэты...» О музе и о творчестве своем. Хоть не всегда мы ярко разодеты, Но песни на стихи свои споем. У каждого из нас судьба сложилась, Быть может, и не так на этот час, Но верю, сердце радостно забилось В миг появленья музы, озарившей нас. Пусть наши мысли скованы лишь рифмой, В понятный каждому изложены сюжет. Несут признание в любви земле родимой, Всем милым женщинам, родным...и много лет! И все же как прекрасно - есть поэты, Есть композиторы, хорошие певцы! Как благодарны музе мы за это! Недаром преподносят им цветы!

2006 г.

Васильковые места Спросите: «Ты родом откудова, Где Енгиш - река, озерко?» Отвечу: «Из деревни Полюдово.». Свет детст ва уже далеко.

Мечтаю - приеду на родину, Гармони меха разведу, Под старую сяду смородину, Вновь песней друзей соберу. Родные места васильковые И зелень твоих перелесков, Вдохнете в меня чувства новые Для чудных песенных всплесков!

С праздником, Тотьма - любимый город! Ты мне, как прежде, и мил и дорог! Воды величаво Сухона несет И поэт стихами край свой вознесет. Лебедями белыми плывете вы, церквушки. Под ваши перезвоны дремлют деревушки. По зеленым волнам тотемских угоров В куполах несете крест злагой в узорах! Вы увековечили славных мореходов, Кто пушнину привозил из морских походов. Край наш возвеличен промыслом купцов, В заграничном Форте - наш земляк Кусков! С карг морских на храмы каргуши легли. Купола уж мачтами кажутся вдали. В водах отразились кораблей борта И расправил ветер ваши паруса. Так плывите с миром, восхищайте люд, Пусть святыни эти дети сберегут. По зеленым волнам тогемских угоров В куполах несите крест злагой в узорах!

2007 г.

Памяти Вячеслава Белкова Не шатко, не валко пройдет твоя жизнь. Жаль, это мгновенье в вечности. Быть может, нестись в ней «только держись», Боясь растерять человечности. Судьбу не сменить нам в середине дорог. Постой, оглянись и подумай . А многим ли ты бескорыстно помог? Всегда ли ты чтил край родимый? На взгляде прохожего ты задержись, С улыбкою встреть снова друга. Сведет ли нас завтра Господь, ведь жизнь Идет по спирали не круга. Сияй, как звезда, своей добротой, Не бойся врагов, что осудят. Пусть спорят потом: «А был ли Святой? Терпел все, а думал о людях...»

2007 г.

Дом, что над Толшмой в деревне, Дороже хрустальных дворцов. Стоит у околицы, дремлет, А жил в нем когда -то Рубцов. ***

Я признаюсь, что вас люблю. Без вас не представляю жизнь. Судьбу свою не тороплю Не для меня - «Только держись!»

Леса и поля здесь воспеты, В речушках святая вода. С них пишут картины поэты. Над краем « Рубцова звезда».

Живу, творю не напоказ, Мои заслуги - ваши тоже. Ведь сочиняя свой рассказ, Пишу о тех, кто всех дороже.

Быть может, когда - то деревня, Мой край также будет воспет. Ведь Муза моя вдохновенья Оставит в Полюдове след.

2008 г.

Скажи, что может быть милей Зем;га, где ты родился? Родителей, семьи - родней Тех мест, где пригодился? Я признаюсь, что вас люблю, Но вы меня не торопите. Я песни лучшие для вас еще спою.. Жду Музу на своей орбите.

Пуля брата в меня угодила Зачесались у вояк кулаки, Получают они по заслугам, Кто с мечом на своих - дураки. Остудить бы вас северной вьюгой! Знаю, жарко в ваших краях, И от зноя «мозги кипят». Не работать, а воевать Разве так вас учила мать? Было время, нас было «15» По родне, по крови и по дому, И за младшего заступаться В чести было брату родному. Уж не слушает нынче брат брата, А все больше Запад да Нато. Растащили добро по палатам. И распался Союз наших братьев. Мой сосед и хороший приятель, Гость вчерашний - сегодня предатель, Не для этого мать нас родила Пуля брата в меня угодила...

Поэты из народа Я оставлю след в своих стихах.

Ты прославишь жизнь свою скандалом. А другой - в своих особняках... Не терпим поэт к ворью, нахалам! Ты не лезь мне в душу, не завидуй. Палки мне в колеса не вставляй! Жизнь прекрасна у поэтов только с виду, А проблемы, как у всех, хоть отбавляй. Да, ранимы мы, сужу я по себе. Нерв певцов чувствительней других. Радость нашу, боль в своей судьбе От души и сердца пишем в стих. Любим мы и воспеваем край, Где несем свой крест, а он от Бога. Песнь мою о Тотьме запевай, Мы с тобой поэты из народа!

B.C. Высоцкому

С Новым годом! Кружит белый пушистый снег, В свете ламп-фонарей играет. Старый год, позамедли свой бег, Новогоднюю сказку встречаем! Дай доделать сегодня дела, Что с добром для людей заложили. Не жалейте друг другу тепла, Чтоб невзгоды легко пережили. В новогоднем наряде стоит Вся в шарах наряженная елка. Вновь шампанского бокал испит За желанья наши, их столько... Чтобы в здравии мама жила, Вся семья и вы, добрые люди, Пусть дорога всем будет светла, В вашем доме любовь, счастье будет! Кружит белый пушистый снег, Фейерверками ночь сверкает. Дней грядущих безудержный бег Снова Тотьма родная встречает!

Хриплый голос, гитары звон, Песней душу он рвал, как струны. С наших «магов» из всех окон В те года, когда были юны! Песнь набатом нам в сердце бьет. Нет нам правды его правдивей, Кто, скажите, сейчас споет Так, как он, о жизни России?! Километры с бабин скрутив Той запретной бардовской пленки, Пели мы на его мотив, Жадно слушали нас девчонки. Счастлив был наш Высоцкий тем, Что в твореньях своих опасен: Выбивался из штатных систем С большинством был всегда не согласен. Хриплый голос - его баритон Слышу я из далекого детства. В песнь Высоцкого, в роли влюблен, Не приемлю с ним фальши соседства!

2009 г.

Звезды мои ведомые Мне свегила «Звезда морей» Флотская образцово. Вдохновила «Звезда полей» Яркая Николая Рубцова. На погоны звезда легла Золотого цвета. Ты по жизни звезда вела Душу поэта. Родники моих звезд все быот, Силой питают. Стихотворство мое признают, Стихи читаю!. Люди, помните свой родник Зимой и летом, И ведомой звезды вашей лик Не угаснет при этом.

2009 г.