Page 1

#17

16+

2013

РомановБорисоглебск чужд всему суетному, мятежному и дисгармоничному стр. 18

2013

За выгодные торговые точки в центре города едва не дрались стр.34

Вам обязательно покажут сосну на волжском берегу, у которой пел Шаляпин стр. 180

1


НАД журналом РАБОТАЛИ: Выпускающий редактор Анатолий Марченко Верстка, дизайн, подготовка фотографий – Ирина Ирхина Фотограф Сергей Метелица Корректор Ольга Кожаева Главный редактор Алексей Суслов

Редакция «Углече Поле» выражает благодарность Администрации городского округа город Рыбинск, Администрации Тутаевского муниципального района. Благодарим за предоставление фотоматериалов государственные историко-архитектурные и художественные музеи-заповедники Ярославля и Костромы.

Историко-краеведческий и литературный журнал #17 2013 год Адрес редакции: 152610, Углич, ул. Ярославская, 50 тел. (48532) 2-06-39, тел./факс (48532) 2-12-39 e-mail: uglgazeta@rambler.ru www.gazetauglich.ru Перепечатка любых материалов только с разрешения редакции «Углече Поле» Отпечатано в ОАО «Полиграфия» Ярославль, ул. Республиканская, 61 Заказ 766 Тираж 5000

2013

Учредитель (соучредители): Закрытое акционерное общество «УгличТелеКом» (152615, Ярославская обл., Угличский р-н, г. Углич, пл. Успенская, д. 3, оф. 226); Журнал зарегистрирован в Управлении Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций 2 по Ярославской области Регистрационный номер ПИ № ТУ 76-00280 от 9 января 2013 года

В оформлении обложки использовано фотоизображение фрагмента портала Воскресенского собора в городе Романов-Борисоглебск.

Уважаемые читатели! Новый номер журнала посвящен истории старинного волжского города РомановБорисоглебска (современный Тутаев). Двойное название, как вы знаете, неслучайно: на левом берегу Волги издревле стоял город Романов, а на правом – Борисоглебская слобода, позднее она становится городом Борисоглебском, и в 1822 году оба города объединились в один. Кстати, в процессе работы над номером мы столкнулись с неожиданной «проблемой»: как правильнее писать название города, поскольку еще с XIX-го века бытует упрощенная народная форма – Романово-Борисоглебск, которая оказалась настолько жизнеспособной, что используется многими и в наше время. После кратковременных споров и исторических экскурсов мы все же решили держаться изначального названия и его литературного написания: Романов-Борисоглебск. Но исконное название города волновало нас не только в связи с двояким его написанием, но и, в большой степени, в свете того, что мы взялись делать номер, посвященный Романов-Борисоглебску, как раз в то время, когда в Тутаеве все прогрессивные силы, возглавляемые епископом Рыбинским и Угличским Вениамином и главой Тутаевского района Сергеем Левашовым, в очередной раз начали сражаться за возвращение городу исконного названия (а баталии начались еще в конце перестроечных восьмидесятых, когда многим стало понятно, что надо возвращаться к корням). Сейчас нет никакого сомнения, что большевики назвали город Тутаевым, приняв незаконное волюнтаристское решение, будучи опьяненными революционными битвами и имея странные представления о героизме. Юный красноармеец Илья Тутаев, убитый шальной пулей при штурме Лопатинской дачи, где держали оборону восставшие белогвардейцы, никак не заслужил вековой посмертной славы (кстати, тогда, в 18-ом году, на полном серьезе рассматривались и многие другие абсурдные названия для города – Спартак-Коммуна, например, или Тутаев-Луначарский). Недаром даже отец красноармейца (богобоязненный, видимо, человек) был категорически против переименования города в честь бесшабашного сына. Но решение приняли, и город почти сто лет носит название, не имеющее к нему никакого отношения. С каждой интересной статьей, которую мы ставили в этот номер, крепло убеждение, что Романов-Борисоглебск, город, корнями уходящий в глубокую древность, имеющий неповторимую историю, должен снова обрести свое историческое имя. Согласно опросу общественного мнения тутаевцев, который совсем недавно проводила инициативная группа, заинтересованная в скорейшей смене названия города, из 16% опрошенных жителей (тех, кто имеет право голосовать) почти 80% за то, чтобы городу вернулось исконное название. Этот внушительный, сделанный строго в рамках законодательства, срез общественного мнения показывает, что большинство жителей города за то, чтобы историческая справедливость восторжествовала. Так что, сейчас все необходимые документы для принятия решения по переименованию передаются в областное Законодательное собрание. Со своей стороны мы надеемся, что данный выпуск «Углече Поле», выходящий в свет в такое важное судьбоносное для города время, внесет свою маленькую лепту в общее, как нам кажется – справедливое и очень полезное для дальнейшего хода истории, дело. Надеемся, что разноплановые материалы такого, невиданного ранее по объему двухсотстраничного номера (да еще, кстати, пятитысячным тиражом), будут востребованы вами, дорогие читатели. Мы постарались привлечь в него очень интересных авторов – как профессионалов-историков, так и увлеченных краеведов. Причем не только из Романов-Борисоглебска, но и из Рыбинска, Ярославля, Углича. Такой широкий взгляд на историческое прошлое волжского города, по-нашему мнению, должен быть интересен многим читателям Ярославской области. Мы очень благодарны нашим замечательным авторам за их интересные статьи и предоставленные иллюстрации, за их искреннюю заинтересованность в том, чтобы проведенные ими исторические изыскания дошли до читателя журнала в самом лучшем виде. Мне остается добавить, что приобрести «Углече Поле» теперь можно практически во всех городах нашего региона. Со второго полугодия для удобства и экономии можно оформить подписку на три номера. В ближайших планах редакции – выпустить номер, посвященный нашему родному Угличу, потом написать о том, чего еще не касались в богатой истории Рыбинска, затем переключиться на тайны затопленной Мологи… Родная история безгранична, и «Углече Поле» продолжает делать ее живой. Главный редактор журнала Алексей Суслов


СОДЕРЖАНИЕ 2-11

100-105 Надежда Манерова Романовское коклюшечное кружево 106-109 Юрий Стародубов Где закалялась сталь

Виктор Ерохин Над веками и Волгой

12-17

Евгений Ермолин Город на пороге праздника

18-25

Отец Антоний Зачем возвращать исторические имена

26-29

116-123 Ирина Хохлова Шедевры Максима Архиповского

Нина Обнорская Торговля и промышленность в истории Романов-Борисоглебска

30-33

124-129 Анатолий Горстка Всемилостивый Спаса

Ольга Скибинская Трактирный промысел в Романов-Борисоглебске

34-41

130-139 Игорь Сагнак Углич, Романов и старая вера. Надгробное слово

Юрий Стародубов Как рождался Романов купеческий

42-55

140-147 Ольга Тишинова «Я в Ваулове, прекрасном как рай Божий…»

Дмитрий Нечаев, Елена Богородицкая Соляные склады Строгановых

56-61

148-153 Ольга Скибинская Пасторское служение без страха смерти

Владимир Коломенский Романовский дом Бирона

62-65

164-171 Сергей Овсянников Забытый полководец из Романова

Галина Колесниченко Виктор Рагозин и его завод в Константиновском

66-79

172-179 Надежда Манерова Кустодиевская «Провинция» писана с Романова

Нина Обнорская Классены и Романовская мануфактура

80-85

180-183 Оксана Гожалимова Шаляпин на Волге

Оксана Гожалимова Кузнецовский фарфор с берегов Волги

86-93

184-187 Юрий Стародубов Колокол рождается в «рубашке»

Нина Нефедьева Гордость романовцев

94-99

188-193 Андрей Петров Топонимическая система Тутаевского района

110-115 Дмитрий Селицкий А пожары возникали часто

154-163 Людмила Зуммер Соборные песнопевцы

2013

У колыбели города стоял князь Роман Угличский. Интервью епископа Рыбинского и Угличского Вениамина

3


Епископ Вениамин:

у колыбели города стоял князь Роман Угличский

2013

предмет разговора

Е

4

пископ Рыбинский и Угличский Вениамин родом из вологодских земель. Школу закончил на Украине, какое-то время жил во Владимирской области и оттуда уже приехал в Ярославль для получения священного сана, который просил у митрополита Иоанна. И вот он и направил его, тогда еще отца Николая Лихоманова, в первый приход в Воскресенский собор Тутаева. С этого момента жизнь священника была неразрывно связана с этим городом. Отец Николай проявил организаторский талант и хозяйственные способности. Стараниями настоятеля была заменена на соборе кровля, восстановили ограду. Благодаря государственным средствам и благотворительности, традиции которой начинают постепенно возрождаться, батюшке удается провести весьма дорогостоящие реставрационные работы в Воскресенском соборе. Несколько позже потребовалась реставрация и главной его святыни – уникальной иконы Всемилостивого Спаса. Но душа пастыря болит и о других разрушенных церквах и храмах древней Романово-Борисоглебской земли. Не терпится поднять их из руин. Понимая, что одному такая великая работа не под силу, ищет единомышленников, способных так же как он посвятить свою жизнь этой работе. Усилиями всех заинтересованных людей удается восстановить Леонтьевскую церковь, начать восстановление храмов в селах Савинское, Верещагино, Борисоглеб. В 1991 году по инициативе настоятеля Воскресенского собора в Тутаеве открывается православная школа. С 1996 года отец Николай возглавляет духовное училище в городе Ярославле. Возобновляется выпуск «Ярославских епархиальных ведомостей», и по поручению владыки в 1997 году он начинает исполнять обязанности редактора этой газеты. А в начале 2000-х у отца Николая появляется еще одна забота – строительство церкви Священномученика Вениамина во вновь отстроенном районе города. Однакао жизнь свя-

щеннослужителя течет по своим законам. По благословению владыки Михея в 2003 году отец Николай принимает монашество с именем Вениамин (в честь священномученика Вениамина, епископа Романовского). По решению священноначалия, в июле 2004 года на несколько лет он покидает Тутаев. Служит настоятелем Феодоровского кафедрального собора в Ярославле. Но и тогда не оставляет без внимания тутаевцев и их город. Именно он поддержал идею издания в городе краеведческого В 1991 году по инициативе настоятеля Воскресенского собора в Тутаеве открывается православная школа. С 1996 года отец Николай возглавляет духовное училище в городе Ярославле. Возобновляется выпуск «Ярославских епархиальных ведомостей», и по поручению владыки в 1997 году он начинает исполнять обязанности редактора этой газеты. журнала. Можно сказать, что журнал «Романов-Борисоглебская старина» сначала получил его духовное благословение, а затем и конкретную помощь. В 2007 году архимандрит Вениамин возвращается благочинным в Тутаевский район. Быстро включается в жизнь города, начинает, как и раньше, тащить на себе громадный воз дел: продолжает строительство и восстановление храмов, возобновляет выпуск газеты «Собор», ведет издательскую деятельность. По благословению батюшки Вениамина проводится конференция общественности, которая учреждает общественный комитет по возвращению Тутаеву исконного имени Романов-Борисоглебск. Поэтому нет ничего удивительного в том, что тутаевцы в свое время присвоили владыке Вениамину звание «Почетный гражданин Тутаева». С вопроса о необходимости переименования города мы и начинаем разговор с правящим архиереем Рыбинской епархии Вениамином, являющимся председателем упомянутого комитета.


2013

5

Епископ Рыбинский и Угличский Вениамин.


2013

предмет разговора

– Владыко Святый, в настоящее время в Тутаеве идет активное обсуждение вопроса о смене названия города Тутаева на прежнее – Романов-Борисоглебск, собираются подписи в поддержку этой инициативы. Известно, что вы активный сторонник такого волеизъявления многих тутаевцев… – Да, я считаю, что город должен носить то имя, которое сформировалось исторически и было дано ему изначально. Мы заинтересованы, чтобы город снова назывался Романов-Борисоглебском. В этом имени мы чтим, благодарим трех святых: Бориса и Глеба, наших страстотерпцев русских, в честь именем которых была названа вначале правобережная слобода – Борисоглебская, потом город – Борисоглебск, и благоверного князя Романа Угличского, который основал город Романов на левом берегу Волги. – Но к данному городу имеет отношение еще ярославский князь 6 Роман. Это который Васильевич? – Да. Но все-таки есть более древние рукописи, и в житийных литературных церковных источниках угличский князь Роман Владимирович считается основателем города Романова. А князь Роман Васильевич, скорее всего, восстановил его в 14-ом столетии. – Владыко, вы служили очень долго в Воскресенском соборе… Собор в архитектурном плане очень мощный, как бы столичного масштаба даже. Так ведь? – Да, хотя он и строился в слободе.

Элементы архитектурного декора в оформлении стен собора.

Воскресенский собор.

Воскресенский собор города РомановБорисоглебска на открытке, сделанной с фотографии И. Козлова. 1912 г.


2013

– А с чем такое связано? Какие-то исторические предпосылки были? – Архитектурный образ собора сложился по желанию и возможностям купцов и местных жителей. Первоначальный собор был одноэтажным, и возведен он был в честь Смоленской иконы Божией Матери Одигитрии. Но когда своды храма дали трещины, решили перестраивать его, и уже отстроили его двухэтажным, таким вот красивым, какой он есть сейчас. В то время напротив, на Романовском берегу был уже возведен Крестовоздвиженский собор. Так что, может быть жители Борисоглебской стороны хотели, чтобы их собор был не хуже, чем левобережный.

– Я вот знаю, что приезжал в Тутаев в девяностых годах патриарх Алексий II. Вы помните этот приезд? – Патриарх Алексий приезжал к нам два раза. Первый раз в 1993 году, 11 мая была отслужена Божественная литургия. И в следующий раз – в 1997-ом. Для нас это было большим событием: патриарх – в нашей глубинке! График посещения был очень плотным, и святейший тогда сетовал, что владыка Платон, в то время управляющий епархией, немножко не рассчитал время, потому что служба еще не закончилась, а по протоколу надо было уже посещать следующие места. А тут еще

7


2013

предмет разговора

Патриарх Алексий Ii во время своего визита в Тутаев (1997 г.).

8

встречавший патриарха Алексия отец Павел уговорил его зайти к нему в сторожку чайку попить, похлебки отведать. Потом святейший зашел во двор православной гимназии, что возле собора. В здание он не стал подниматься – людей там много было, а времени на посещение не оставалось. Но он благословил всех встречавших, и в дар ему преподнесли икону. После этого Патриарх проследовал в недавно организованный Дом милосердия, где тоже отслужил краткий молебен и благословил сотрудников и всех проживающих там. После этого делегация отправилась на пароходике

в заводской Дом отдыха «Красный Октябрь», где был устроен прием. – Вот вы, Владыко, упомянули отца Павла. Что вы можете сказать о нем как о духовной личности? – Это замечательный подвижник XX-го века, перенесший все выпавшие на его долю тяготы и испытания, репрессии и притеснения. Когда стали закрывать монастыри, храмы, он находился в Мологском Афанасьевском монастыре. Затем в Новгороде, в Хутынском монастыре, который тоже при нем закрывали. Потом – Молога, а когда затопили ее, он переехал с отцом в город Тутаев, на

левый берег. В 1941 году отец Павел был репрессирован. После одиннадцати лет лагерей и поселенья и последующей реабилитации, в 1958 году епископом Угличским Исаией отец Павел рукополагается во священника. Но тут настали непростые для церкви и духовенства хрущевские времена. Правда, отец Павел со своей жизненной энергией никогда не унывал и везде старался быть близким к людям, а добрые люди всегда находились, и поэтому он не боялся трудностей. Помнится, что когда-то предлагали перевести его служить в Тутаев, но уполномоченный отвечал: там у вас есть чудотворная икона, и другого чудотворца нам не надо! Знали, что к нему будут тянуться прихожане так же, как и там, в глухой деревушке, где он служил в то время. И действительно – вся округа шла к отцу Павлу, а впоследствии приезжали и из Рыбинска, Ярославля, из Москвы и других городов. В частности, во времена уполномоченных если я, допустим, служил в каком-то одном храме, то уже не мог прийти и послужить в другом. Или, предположим, ко мне, настоятелю храма, приехал священник – так вот он тоже не имел права служить в моем храме, за нарушение этого запрета уполномоченный мог лишить его регистрации, забрать справку на право ведения службы. А вот у отца Павла все было проще: кто бы ни приезжал – все служили. – Уполномоченный-то от Советской власти? – Да, в каждой области был уполномоченный от Совета по делам религии. И хотя власти контролировали дела церкви, у отца Павла почемуто эти правила не действовали, все сходило. Во всяком случае, мы себя чувствовали с ним спокойно, поэтому могли и послужить, где хотели, и поведать ему все свои переживания, трудности. Он всегда шутил, но


В 1941 году отец Павел был репрессирован. После одиннадцати лет лагерей и поселенья и последующей реабилитации в 1958 году епископом Угличским Исаией отец Павел рукополагается во священника.

Соборный дом и Святые ворота в ограде Воскресенского собора.

в сторожку при Воскресенском соборе. Первое время он часто служил, потом уже пореже, в связи с болезнью. – А похоронен тоже там? – Нет, на Леонтьевском кладбище на левом берегу. Потому что его отчий дом там был: он с родителями и сестра- 9 ми переехал туда из Мологи (его младший брат жил там же) и был, конечно, прихожанином Леонтьевского храма. В то время там служил священник отец Николай Воропанов. Кстати, они вместе были арестованы, по одному делу. Отца Николая расстреляли, а отца Павла отправили в лагерь. В настоящее время священник Леонтьевского храма постоянно совершает панихиды на могиле отца Павла. – Я вот знаю, что вы, Владыко, выпустили книгу про репрессированных священников. Из Тутаева тоже много таких было?

2013

молился искренне, от души, дерзновенно, по его молитвам многим Бог помогал, давал просимое. – То есть он своего рода духовником был? – Для многих он был духовником, можно сказать – старцем. Конечно, мы знаем старцев, которые жили в монастырях или в затворе, взять того же преподобного Серафима Саровского. Отец же Павел несколько иного склада. Он мог и водочки выпить, и рассказать какую-нибудь забавную историю, посмеяться. Но вот внутренне он был собран и близок к Богу. Все это чувствовали и тянулись к нему. И, конечно, жизненный опыт ему помогал. – Ну, а в конце жизни он уже при вашем храме был… – Где-то с 1992 года он, получив разрешение уйти за штат, переехал


предмет разговора •

2013

10

– В книге только половина пострадавших священнослужителей Ярославской областиИз них в самом Тутаеве у нас служили епископ Вениамин, причисленный к лику священномучеников (скончался в лагере), настоятель собора – священномученик Николай Розов, староста собора Георгий, прославленный как исповедник. И еще свяОтец Павел всегда шутил, но молился искренне, от души, дерзновенно, по его молитвам многим Бог помогал, давал просимое. щенномученик Михаил Белороссов, который служил на левом берегу. – Это новомученики? – Да, их четверо. И еще пять священников, которые служили в округе, то есть в районе. – Хочу спросить вас, Владыко, про старообрядчество в Романов-Борисоглебске. Какое место занимало оно в церковной жизни города? – Очень сильной была вначале старообрядческая, а потом едино-верческая община, которой специально передали Спасо-Архангельский храм. До этого на правом берегу у единоверцев были часовни, впоследствии снесенные. Все иконы из часовен были перемещены в этот двухэтажный храм, и он считался по


Клир, монашествующие и прихожане Мологского Афанасьевского монастыря. Крайний слева мальчик – Павел Груздев.

значимости и количеству прихожан примерно таким (если не больше) как Воскре-сенский собор. В городе еще есть небольшая старообрядческая церковь, но она построена уже где-то в начале XX-го века. – Действующая? – Нет, она также была закрыта, как и остальные храмы. Мы обращались к старообрядческому епископу и получили разрешение пользоваться зданием (так что будем восстанавливать эту церковь). Когда я начал служить, в 70-е годы, то старообрядцы еще были в Тутаеве, но сейчас уже практически никого не осталось. – А Иоанн Кронштадтский как связан с Романов-Борисоглебском? – В б л и з и г о р о д а Ро м а н о в а , в 11-ти верстах, было имение графа Владимира Мордвинова (сейчас частично сохранились остатки центральной усадьбы), а он был знаком через известную игуменью Таисию (Солопову) с отцом Иоанном Кронштадтским. Возможно игуменья и посодействовала тому, что граф Мордвинов передал это имение батюшке Иоанну. Таким образом 110 лет назад здесь был основан скит Санкт-Петербургского Иоанновского монастыря под руководством игумении Ангелины, и отец Иоанн Кронштадтский не раз посещал эти места летом. Известны его неоднократные встречи здесь с архи-

Усилиями всех заинтересованных людей удается восстановить Леонтьевскую церковь, начать восстановление храмов в селах Савинское, Верещагино, Борисоглеб.

епископом Тихоном (Белавиным), будущим патриархом. Епископ Арсений Жадановский приезжал сюда, и вообще много людей собиралось в Ваулове во дни пребывания в селе батюшки Иоанна. В общей сложности отец Иоанн Кронштадтский в Вауловском Успенском скиту провел довольно много времени, и поэтому Ваулово дорого нам как место, связанное с именем праведного Иоанна Кронштадтского. Именно здесь, в скиту, служил Владыка Тихон на 40-й день по кончине отца Иоанна Кронштадтского. – В Романов-Борисоглебске до революции вообще сколько было храмов? – На Романовской стороне, в левобережье, – девять церквей, и еще одна – тюремная. После революции два храма из них уничтожили, взорвали. На правом же берегу было всего два храма – Воскресенский

собор и Благовещенская церковь. На сегодняшний день к ним добавляется храм в честь священномученика Вениамина Романово-Борисоглебского, строительство которого близится к завершению. На левом берегу действует пять приходов. – Наверное, все-таки и монастыри были в черте Романова и Борисоглебска? – До XVII-го века монастыри располагались там, где сейчас Воскресенский собор, Покровская церковь, Казанская церковь. Монастыри небольшие, с небольшим числом келий и монашествующих. Потом они были упразднены (наверное, в екатерининское время). – Я еще хотел про икону Спаса вас расспросить, Владыко. Она ведь известная на всю страну, чудодейственная. Что с ней связано, с этой иконой? Она же в вашем соборе была, да? – Она была и до сих пор находится в Воскресенском соборе. По преданию, икона написана для деревянного храма, построенного раньше, когда еще действовал монастырь. Написана преподобным Дионисием Глушицким – известным игуменом, иконописцем и подвижником. Она предназначалась для потолка, – тогда в купол часто писался образ Спаса Вседержителя. Поэтому понятно, почему икона такая большая.

2013

Леонтьевская церковь.

11


2013

предмет разговора

Когда же каменный собор был сооружен, то деревянный, конечно, разобрали, и эту икону перенесли, как и многие другие, в новый храм. Она находилась там за иконостасом, пока не произошло вот что. Поскольку старообрядцев было много в этих краях, и они пользовались старинными иконами XV-XVI веков, то у них было желание подрисовать на иконе Спаса двоеперстие. И, по всей вероятности, в связи с этим митрополит Ростовский Арсений Мацеевич, объезжая приходы, дал распоряжение увезти эту икону к себе, в хранилище. Прошло 43 года, и жители, уже другого поколения, зная, что такая икона существует, обращаются к архиепископу Арсению Верещагину и получают разрешение на ее возвращение. Из Ростова образ несут на руках. За три версты до города останавливаются и омывают икону от дорожной пыли. Из Борисоглебска выходит навстречу иконе Спаса Вседержителя крестный ход. По преданию, на том месте, где омывали образ, образовался источник, который до сих пор существует. Опять же по преданию, совершались чудеса от этой иконы – исцеления от глазной болезни и другие. В честь возвращения чтимой иконы – по старому стилю 18 сентября – был установлен праздник: Память обратного принесения Образа. Эта традиция утрачена, но мы пытаемся ее восстановить. В общем, икону поставили в киот, специально устроенный в Воскресенском соборе, и каждый год в праздник Десятого воскресенья после Пасхи стал совершаться крестный ход с вновь обретенным чтимым образом Спасителя вокруг города Борисоглебска. А в год 900-летия Крещения Руси, в 1888-ом, поскольку центр к тому времени объединенного города Романов-Борисоглебска находился в левобережье, было решено для торжественного празднования этого события брать икону Спаса Вседержителя и, переправившись через Волгу, проходить крестным ходом 12 по левому берегу. Правобережные купцы возмущались: как же так – мы останемся без иконы в этот праздник, нам тоже надо! Но слово архиерейское пришлось выполнить. С тех пор каждый год именно в дни, связанные с празднованием памяти равноапостольного князя Владимира, или в воскресенье перед Ильиным днем, стал уже традиционным этот крестный ход на левый берег. Таким образом, у нас с иконой Спасителя получается два крестных хода, да еще два раза ее торжественно переносят – из зимнего храма в летний и из летнего в зимний.

– Это к ней надо пролезать где-то? – Традиция проползать под иконой возникла на крестных ходах. Образ Всемилостивого Спаса помещали на специальные носилки, устроенные так, чтобы люди могли, приклонившись, проходить под иконой. Иногда верующие становились на колени, и над ними проносили образ. Но крестные ходы совершались всего два раза в год, а люди к иконе приезжали в течение всего года. Поэтому в киоте был сделан особый лаз, чтобы каждый, приехав, в любое время мог по этой традиции помолиться у образа Спасителя. На доске, по которой проползают на коленках, даже выемки образовались. Совершается некий труд, малый молитвенный подвиг. И могу еще добавить, что когда я начинал служить, то не было дня, наверное, без паломников: из Кинешмы, Иванова, Весьегонска, Вологды. Даже, когда первый год я служил, в праздник Десятого воскресенья было 600 причастников. Пока такое больше не повторялось. Со временем все меняется, состав прихожан теперь другой. Раньше во время крестных ходов людей было намного больше. – А среди самих тутаевцев много верующих? – Я не скажу, что много верующих, но то, что они есть, – слава Богу! Да и как-то удается все же в школах города преподавать основы православной культуры. У нас действует православная школа. Но возникли проблемы с помещением, поскольку здание, которое нам передал завод, стало муниципальным, и теперь его надо освободить для детского сада. – К Романов-Борисоглебской земле имеет отношение также адмирал Ушаков. В какой мере? – Фёдор Фёдорович родился в Романово-Борисоглебском уезде, в деревне Бурнаково, а крестился в селе Хопылеве. В этом селе сейчас стоят два разрушенных храма – Богоявления и Благоверного князя Александра Невского. А когда-то совсем рядом был монастырь Богоявления-на-острову, который со временем был перенесен на берег, и тогда же был построен этот большой храм в честь Богоявления. В нем как раз и крестились и Фёдор Ушаков, и его дядя преподобный Феодор Санаксарский (который потом стал настоятелем обители Санаксарской, где завершил свой земной путь выдающийся русский флотоводец, прославленный в лике святых). На сегодняшний день это знаменательное место принадлежит рыбинскому району, Рыбинской епархии. В городе Рыбинске почита-

Адмирал Ф.Ф. Ушаков. Портрет работы П. Бажанова.

ют праведного воина Феодора Ушакова. Есть памятник ему, освящен придел в Спасо-Преображенском соборе. В день памяти праведного воина Феодора в городе совершается торжественное шествие с участием администрации, общественности, кадетского корпуса и речного училища. А в Романов-Борисоглебске, то есть – в Тутаеве, тоже есть памятник и музей адмирала Федора Ушакова, школа, которая носит его имя и чтит память прославленного земляка. – Я слышал, существует какая-то проблема на родине адмирала. Чтото хотели восстановить? – Храм, в котором он был крещен, находится в аварийном состоянии. В свое время выделялись определенные средства, на которые был покрыт купол, сделана документация. Но дальнейшее финансирование прекратилось, и работы приостановились. Сейчас мы бьем тревогу, обращаемся в разные инстанции – и появились некие надежды на восстановление хотя бы одного храма. После воссоздания Богоявленской церкви в ней будут проходить богослужения. При храме планируется создание мемориального комплекса для увековечения памяти нашего великого соотечественника адмирала Федора Ушакова, а также Центр духовно-нравственного и патриотического воспитания молодежи. Мы там проводили молодежные патриотические лагеря в свое время, но, поскольку ужесточаются требования СЭС, нам в последние три года не разрешают организовывать лагерь в палатках. А так – мы готовы. – И в заключение, Владыко, еще такой вот вопрос. Были моменты, когда город Романов вносил ощутимый вклад в судьбу всей страны? – Конечно. Вот, к примеру, участие романовского ополчения в Куликовской битве. Романовские отряды принимали участие в освобождении России от польской интервенции. В 1812 году во главе Ярославского ополчения стал романовский дворянин Иаков Дедюлин. Наш земляк генерал Сабанеев был одним из полководцев войны 1812 года. И наша задача об этом не забывать и сохранять благодарную память о наших предках. Беседу вел Алексей СУСЛОВ


13

2013


Над веками и Волгой Виктор ЕРОХИН

Среди многих десятков стоящих на брегах великой реки от Ржева до Астрахани больших и малых городов этот небольшой городок не пропал и не затерялся. Он заметен и узнаваем среди исторических городов верховий «русского Нила». Пусть его семивековая история не отмечена в древности политическим возвышением, как у Твери, экономическим расцветом, как у соседнего Рыбинска, всероссийски значимыми школами искусства как у недальних Ярославля и Костромы или таинственными трагедиями, как у Углича. Но и в его жизни отразилось, как и он сам в глади волжских вод, многое из того, что пережила Россия.

Общий вид РомановБорисоглебска, разделенного Волгой. Открытка, выпущенная фотографом М. Дмитриевым (Нижний Новгород, 1912 г.)

2013

предмет разговора

В

14

олга делит город на две части, долгое время существовавшие самостоятельно: в средневековье на левом берегу располагался удельный город Ярославского княжества Романов, на правом – Борисоглебская рыбная слобода. Местные предания относят возникновение правобережной Борисоглебской слободы к 1238 году. Основание ей положили беженцы, спасавшиеся в дремучих приволжских лесах от монголо-татарских завоевателей. От слободы город Романов «начало восприем». Как сообщает «Угличский летописец», город основал около 1280 года святой угличский князь Роман Владимирович (1263-1283), ко-

торого здесь почитают: его иконы и настенные изображения есть в местных храмах. Первое достоверное упоминание о Романове относится к XIV веку. В 1345 году Роман Васильевич – один из сыновей ярославского князя Василия Давыдовича Грозные очи – получил во владение удел к северу от Ярославля по левобережью Волги и «поставилРоманов-городок во имя свое». А сведения о Борисоглебской слободе в актовых источниках появляются в конце XV века. В середине XV столетия Романовским уделом владела великая княгиня Мария Ярославна. В 1468 году по ее распоряжению город укрепили: между речкой Медведкой

и Леонтьевским оврагом насыпали высокие валы и поставили рубленые стены по их гребню. В 1472-ом Мария Ярославна передала Романов своему сыну – угличскому князю Андрею Большому. После заточения Андрея Большого, который был одним из главных деятелей антимосковской удельной оппозиции, Романовские земли отошли к великокняжеским владениям. В Судебнике 1497 года Романов значится в числе административно-судебных центров Русского государства. Иван Грозный посетил Романов в 1553 году, возвращаясь с богомолья в Кирилло-Белозерском монастыре. В 1563-ем он передал город татарским мурзам, которые несли службу по

Виктор ЕРОХИН родился в 1948 году. Окончил исторический факультет Ярославского педагогического института им. К.Д. Ушинского и с 1971 года и по сей день работает в Угличском историкоархитектурном и художественном музее. Он – автор путеводителей (в том числе и по Романов-Борисоглебску (Тутаеву), фотоальбомов, статей по истории и культуре Угличского края, участник около 300 передач и сюжетов, прошедших по общероссийским телеканалам, а также по областному и местному телевидению. Виктор Иванович заслуженный работник культуры Российской Федерации.


охране Поволжья и восточных границ государства. В 1587 году на южной окраине Борисоглебской слободы и примыкавшего к ней села Ново-Благовещенья, которое принадлежало Ярославскому Спасскому монастырю, для связи с Архангельском была основана Ямская слобода. В начале XVII столетия, в драматический период Смуты под валами Романова неоднократно разгорались ожесточенные бои. В 1608-1609 годах город стал участником освободительной борьбы с польской интервенцией, из него отправилось на освобожде-

ние Ярославля ополчение Воеводы Никиты Вышеславцева. Во второй половине 1609 года городские посады были выжжены отрядом пана Гальбовича. Через три года романовская дружина влилась в ополчение Минина и Пожарского и приняла участие в освобождении Москвы. А спустя десятилетие, в 1622 году были сожжены деревянные стены Романовского кремля – сделал это один из отрядов интервентов, который еще бродил в здешних местах после заключения Деулинского перемирия с Польшей в 1618 году. Это разорение стало

последним событием затянувшейся смуты на Романовской земле, стены крепости с тех пор не восстанавливались. Во второй половине XVII века город и слобода пережили значительный экономический подъем. Этому способствовала транзитная торговля по Волге и соседство крупнейшего после Москвы торгового центра страны – Ярославля. Через Романов проходили пути от Архангельска к большим торговым городам Поволжья. В Романове велись обработка кож, производство солода, кирпича,

Панорамный вид с Волги на Борисоглебскую сторону (в центре – Воскресенский собор). Открытка М.Дмитриева, 1912 г.

2013

Валы у Романова городища (1468 г.). Крестовоздвиженский собор (XVI-XVII вв.).

15


Волга. Романовские берега.

2013

предмет разговора

строительство барок-«романовок». Основным занятием жителей Борисоглебской слободы были ловля «стерлядей про государев обиход» и кузнечное производство, сырьем для которого служили болотные руды Мологско-Шекснинского междуречья. Вокруг Воскресенского собора на Черной горе располагалось до сотни кузниц, которые изготавливали гвозди, необходимые для строительства барок, металлическую посуду, утварь. Не минуло Романов и острое религиозно-общественное движение XVII столетия – церковный раскол. Город стал одним из главных центров старообрядчества. В нем вел службы и проповеди видный деятель «староверия» – Лазарь, написавший многочисленные поемические сочинения 16 в защиту «старой веры». В смутной атмосфере «бунташного» XVII века возникла легенда о приезде в город Степана Разина, основанная на предании о посещении им опального патриарха Никона в Ферапонтовом монастыре. Если эта встреча действительно была, то Разин не мог миновать Романова на пути с Нижней Волги в Белозерье. События бурной Петровской эпохи способствовали дальнейшему развитию города и слободы, этому содействовали казенные заказы на изделия романовских ремесленников. При Петре I в Романов были завезены гол-

ландские овцы, из которых местные крестьяне, получившие опыт овцеводства в XVI веке от татар, вывели знаменитую романовскую овцу, что положило начало известному шубному промыслу. Даже Александр Дюма, побывавший в Романове в 1858 году, в своих путевых записках отметил: «… мы добрались до Романова, где делают лучшие тулупы в России, для чего держат романовских баранов, привезенных сюда еще Петром I. Царь Петр, который отнюдь не был ягненком, не погнушался дать им свою фамилию. Градоначальник Романова оказался французом, и звали его граф Люксембург де Линь». Экономический подъем второй половины XVII–XVIII веков способствовал расцвету монументального церковного строительства. В этот период было воздвигнуто большинство храмов города. Новые каменные церкви и соборы заняли вершины холмов на высоких волжских берегах. В XVIII–XIX веках местные зодчие сооружали при них колокольни, состоявшие из стройных, высоких восьмериков, увенчанных устремленными в небо шатрами.Такую колокольню назвали «ярославской свечой». Во время губернской реформы Екатерины II в 1777 году Романов стал центром уезда Ярославской губернии. На правом берегу Борисоглебскую и Ямскую слободы и село

Ново-Благовещенье объединили в город Борисоглебск, ставший центром одноименного уезда. В 1822 году объединили и оба этих города – под названием Романов-Борисоглебск. В 1784 году были утверждены Регулярные планы застройки городов на обоих берегах. Основу плана составили проложенные параллельно берегу улицы. Они пересекались выходящими к Волге и воде по овражным спускам короткими улицами и переулками. Новые планы во многом повторяли старую систему градоустройства, органично связанную с ландшафтом и занятиями жителей. После принятия их началась застройка города каменными домами, и в наше время эти сохранившиеся здания во многом определяют облик исторической части Романова-Борисоглебска. А окраины города застраивались деревянными домами. Большая часть их была построена плотниками бытовавшей в восточной части Ярославской губернии и в смежных с ней костромских уездах «осеневско-писцовской» школы плотницкого дела. Перепланировка, храмовое и гражданское строительство XVIII–XIX веков завершили формирование живописной пространственной композиции архитектурного облика города на обоих берегах. Он сложился как целостный, высоких эстетических качеств архитектурно-природ-


ра, впоследствии – «Рольма», в 1879 году в поселке Константиново, в семи километрах от города, был основан предпринимателем В. Рагозиным «Завод русских минеральных масел», а в 1890-ом в уезде начала работать овчинно-меховая фабрика. В архитектуре промышленных зданий этой поры использовались элементы «кирпичного стиля», переосмыслившего мотивы средневековой европейской архитектуры, а позднее – конструктивизма.

Советская власть была установлена в Романове-Борисоглебске 10 декабря 1917 года. Смена исторических эпох не обошлась без утрат в культурном наследии. В 1930-е годы были разобраны на левобережье храмы Воскресения и Спаса «на торгу», на правом берегу – колокольня, завершение и алтарная часть Благовещенского храма, снесена была пожарная каланча. Позже, в 1960-е годы, на площади Романовской стороны разобрали корпус Торговых рядов. Все

Колокольня Казанской – Преображенской церкви (1658 г.), левый берег Волги. Вдалеке Воскресенский собор и Борисоглебская сторона, правый берег.

2013

ный ансамбль и город-заповедник, в уникальных памятниках и рядовой застройке которого отразились различные стили и этапы развития русской архитектуры и градостроительства. В период развития капитализма в городе и его окружностях было основано несколько крупных промышленных предприятий: в 1864 году стала выпускать продукцию основанная Е. Классеном льнопрядильная фабрика – Романовская льняная мануфакту-

17


предмет разговора •

2013

18

это обеднило архитектурный облик города. Значительные утраты понесло убранство закрытых церквей. В те же 1960-е годы на правобережье развернулось строительство большого завода дизельных моторов и новых жилых микрорайонов в достаточном удалении от исторического центра города, что не искажает заповедного вида его старой части. В 1960-1980-ые годы была проведена реставрация нескольких храмов, а в 1990-ые они были возвращены Церкви. Но более всего город известен своими архитектурно-художественными памятниками и живописным расположением на высоких волжских берегах, делающими его заметным и узнаваемым среди других старинных городов Верхнего Поволжья. Увенчанные храмами прибрежные холмы, по которым свободно и просторно раскинулись городские кварталы, разделены глубокими оврагами, а широкая Волга открывает неповторимые виды на город и его окрестности. Ощущение простора и уюта одновременно присутствует на его старых улицах, живописный ландшафт и памятники старины создают яркий эпически возвышенный ансамбль – один из самых поэтичных и запоминающихся на Волге. Еще в середине XIX века городу посвятил свои работы местный уроженец, выдающийся мастер видописи И. Белоногов. В эпоху русского ренессанса конца XIX–начала XX веков город и его памятники посещали и запечатлели Н. Рерих, Б. Кустодиев. И потому вполне естественно, что такую исключительную живописность романовских пейзажей еще в XIX веке отмечали многие путешественники, писатели. Об этом оставили строки в своих сочинениях старые краеведы, составители первых «спутников»-путеводителей по Волге и русским водным маршрутам. Посмотрим и мы их глазами на

сказочно-былинный волжский город полуторавековой давности без утрат и привнесений XX века. В одном из первых путеводителей «Волга от Твери до Астрахани», составленным Н. Боголюбовым (Санкт-Петербург, 1862), говорится: «Обе части города расположены на высоких берегах, из них левый круче правого, оба покрыты зеленью, между которою идут строения амфитеатром, левая сторона застроена сплошь, а правая не имеет сплошных строений, в промежутках разводятся сады, придающие красоту пейзажу. На каждой из сторон есть соборные церкви, из них как памятники древности замечательны: Воздвиженский собор с старинными иконами и колоколами, первой половины XVII столетия, и Троицкая церковь с голландскими

Вид на Воскресенский собор. Спуск к Волге.

Церковь Троицы на погосте (1783 г.). Романовская сторона.


Иллюстрированный путеводитель по Волге Н. Андреева (Москва, 1911) отмечает: «Верстах в 50 от Рыбинска лежит г. Романово-Борисоглебск, красиво раскинувшийся на высоких зеленых холмах по обе стороны Волги. На правом берегу – Борисоглебск, на левом – главная часть Романова с красивым бульваром наверху, куда ведет довольно крутая лестница. «Красиво и картинно раскинулся наш городок по обе стороны Волги. Волга здесь не широка, но оба берега довольно высоки, и глаз зрителя приятно ласкает зелень деревьев и садов, местами сбегающих по косогору к са-

Местные предания относят возникновение правобережной Борисоглебской слободы к 1238 году. Основание ей положили беженцы, спасавшиеся в дремучих приволжских лесах от монголо-татарских завоевателей. От слободы город Романов «начало восприем». Как сообщает «Угличский летописец», город основал около 1280 года святой угличский князь Роман Владимирович (1263-1283), которого здесь почитают: его иконы и настенные изображения есть в местных храмах. тому с Волги весьма красивый вид. На обоих берегах, как справедливо заметил К. Случевский, кустится зелень садов, виднеются церкви и строения, теснящиеся вдоль кручи самого берега. Как декорация, это одна из самых законченных, с первыми и вторыми планами и дальними перспективами извивающейся и уходящей в даль Волги». Путеводитель «Турист. По русским водным маршрутам» (Москва, 1908) отмечает исключительную живописность города: «Обращаю внимание на местность у Отуры и Омшары, верстах в пяти выше РомановаБорисоглебска, и на этот редкий по красоте городок, раскинувшийся по обоим берегам Волги, богатый старинными церквами «ростовскаго стиля».

мой Волге. Среди других строений видно много церквей» – так пишет о городе автор одного из краеведческих трудов «Старина и святыни города Романова» Н. Теляковский в начале 20 века.

Исследователи второй половины 20 века, посвящая архитектурно-художественным памятникам города, в начале своих трудов тоже отмечали исключительную его живописность и неразделимое слияние архитектурного наследия с русским волжским пейзажем: «В 50 км выше Ярославля берега Волги резко меняют свои очертания. До этого чуть всхолмленные и пологие, они поднимаются почти на сорокаметровую высоту. Здесь вдоль обоих прибрежных скатов привольно раскинулся город Тутаев, в прошлом РомановБорисоглебск. Его неповторимый облик неотделим от необъятных волжских просторов. Это один из самых поэтичных и запоминающихся заповедных уголков среднерусского пейзажа. Многочисленные памятники зодчества этого небольшого древнерусского города вписали одну из самых ярких страниц в историю ярославского искусства XVII в.» (Б. Гнедовский, Э. Добровольская, М., 1981). И над этим великолепием и очарованием волжского пейзажа, храмами, древностями веками зримо присутствует никогда не уходившее историческое имя города, естественно и достойно представляющее его в русской истории, культуре и жизни.• Вид с высоты на Воскресенский собор (1678 г.) – шедевр ярославского зодчества, столичной роскоши и масштабов.

2013

колоколами. Всех же церквей в городе 10, в том числе два собора». Известный ярославский краевед К. Головщиков в своем очень содержательном краеведческом труде, посвященном старому городу, – «Город Романов-Борисоглебск и его историческое прошлое» (Ярославль, 1890) – отметил: «Обе части этого города стоят одна против другой, разделенные Волгой: Романов на левом берегу, Борисоглебск на правом. Волга не приняла еще на этом месте своей обычной физиономии нагорного и лугового берега. Здесь оба берега высоки, круты, и город имеет поэ-

19


2013

20

Крестный ход в городе РомановБорисоглебск, Нач. XX в.

Евгений Ермолин родился в 1959 году в Архангельской области. Закончив факультет журналистики МГУ, он с 1981 года работает в ярославских СМИ, а с 1989 года преподает в Ярославском госпедуниверситете: Е. Ермолин – заведующий кафедрой журналистики, профессор. Он также заместитель главного редактора журнала «Континент» (Москва – Париж). Живет Евгений Анатольевич в Ярославле и Москве.


Город на пороге праздника Евгений ЕРМОЛИН

У

2013

дивительный, сказочный кустодиевский Романов несказанно, несбыточно прекрасен. Всего-то ведь и было несколько живописных работ русского художника-дачника, посетившего эти места в начале ХХ века, но в них, как в капле воды, претворился и воплотился счастливый гений этих мест. Наивная радостность кустодиевского мира, конечно, иссякла уже на дымном перегоне от года 1909-го к году 1919-му, от очерковой «Прогулки на Волге» к мифической «Провинции», написанной по воображению на страшном изломе, над глубоким историческим провалом. Начались суровые, тутаевские, времена, не то перестрелка, не то пересменка, жестоковыйно-индустриальная эпоха. Эпоха, гайки которой сначала закручивались с превеликим усердием, с риском сорвать резьбу, а потом раскатились и затерялись, так что уже, кажется, ничего не собрать. Но если все же искать какую-то суммарную, объединяющую формулу для дивного РомановаБорисоглебска, то она проще и естественней всего рифмуется с яркими восторгами, с нарядными, роскошными коврами здешних и ярославских церковных росписей XVII века, с запечатленным на них акафистным пением («Радуйся, купели живописующая образ!» – «Радуйся, чаше, черплющее радость!»), с живописью Бориса Кустодиева и поэзией ярославского уроженца Михаила Кузмина, воспевших городки Верхневолжья как живой и наглядный образ Русского Рая. Как-то вот так, в одном изумительном кузминском стихотворении:

Светлая горница – моя пещера, Мысли – птицы ручные – журавли да аисты, Песни мои – веселые акафисты, Любовь – всегдашняя моя вера. Приходите ко мне, кто смутен, кто весел, Кто оробел, кто потерял кольцо обручальное, Чтобы бремя ваше, светлое и печальное, Я как одежду на гвоздик повесил. Над горем улыбнемся, над счастьем – поплачем, Не трудно акафистов легких чтение, Само приходит отрадное исцеление В комнате, освещенной солнцем негорячим. Высоко окошко над любовью и тлением, Грусть и печаль, как воск на огне смягчаются, Новые дороги, всегда весенние, чаются, Простясь с тяжелым, темным томлением.

21


предмет разговора •

2013

22

Небо здесь ближе, и не только потому, что берег сильно крут. Хотите простодушной гармонии – ищите ее в Романове-Борисоглебске. Если не в том, какой есть, то в том, какой был и в том, какой будет. Город этот чужд всему суетному, мятежному и дисгармоничному, всему драматически-патетическому и торжественноДровишки поколем, на Волгу посмотрим…

печальному. Храмы его, извлеченные недавно из обморока, особняки былых эпох не претендуют на величие, не подавляют масштабом. Даже самый большой Воскресенский собор сияет приязненно,как некий чудесный терем. И даже странно, что так было не всегда, что в стародавние времена

Панорама Романовского левобережья с видом на Казанскую церковь.


23

2013


предмет разговора 2013

Не обойтись городу без косаря.

кипели здесь нешуточные страсти, о которых повествует нам старообрядческий писатель конца XVII века инок Ефросин в замечательном своем 24 сочинении «Отразительное писание о новоизобретенном пути самоубийственных смертей»: «было весь Романов согласился в воду и огонь без запности готов». На Руси в очередной раз ждали тогда «светопреставления», которое должно было случиться в 1687 году. Тогда, как никогда, город был близок к концу света и к вечности.Шли в церквях богослуженья, кипело молитвенное рвенье, а у Казанской церкви, рядом с пристанями и взвозом, проповедовал яростный поп Лазарь, собирал народ и убеждал идти на костер за веру. «О, братья и сестры! Довольно идти

к попам на поклон, а давайте вместе с женами и детьми в Царство Божие». И здешние пассионарии Поликарп Петров и Андрюха вещали так: «Хотел бы я, дабы весь Романов пришел на берег Волги с женами бы да с детьми, побросалися бы на дно, чтобы не увлекаться соблазнами мира… Взял бы я сам огонь и запалил бы город, как бы было весело, как бы сгорел он из конца в конец со старцами и младенцами, чтобы никто не принял из них антихристовой печати». Но город ни в огне не горит, ни в воде не тонет. И может неспроста говорили меж собой романовские мальчонки, переводя историческую драму на язык чудесной сказки: «Пойдем в огонь, на том свете рубахи будут золотые, сапоги

красные, меду, орехов и яблок довольно…» Перегорело страстное, отожгло и претворилось в мечтательность, в чистую энергию умиления, в ворожбу заветных старорусских снов. Такому городу оказался вполне впору добрый старец Павел Груздев, с его шутками-прибаутками, с его теплой сердечностью и простоватой нежностью к людью. Случившееся внезапно, как в подарок, человеческое средоточие вечного света и безгрешной радости среди сует многобедственной жизни. Праздничная кустодиевскокузминская безмятежность, бывает, и нас посещает даже сегодня, в веселом блукании меж крутых романов-борисоглебских оврагов, на флягинском мосту над Медведкой


Борисоглебская сторона города. Храм Казанской иконы Божией Матери. Обе открытки с фото И. Козлова. 1912 г.

прореха в бытии? …Прошла уж четверть века, а мне помнится, как гулящий мужичонка размахался здесь, на романовской стороне, топором на автобусной остановке. Тогда я впервые оказался в этих местах и получил свою дозу адреналина. Но укоротили его, и сник гримасничавший паяц. Рушится и рушится на соборной фреске Вавилонская башня. С тех пор уж кто только ни убеждал местных жителей, что пора бы им сменить прикид, расстаться с кличкой, потому что не может же карнавал длиться так долго. Сам Гречухин витийственно вопрошал однажды: «Я не пытаюсь полемизировать. Я с печалью в сердце говорю сам с собой, и все пытаюсь осознать, как же можно святое и великое заменить малым и случайным?» Святые Борис с Глебом и Роман, конечно, никуда не спешат. Скачут себе и скачут на лошадках в вечности... Но уж если петь да плясать, так есть у нас и песни веселее, и танцы чудесатее.

2013

– памятнике любовной страсти. Кузнечики, птицы, котофеи… И какие-то то ли еще тосканские, то ли уже прованские мерещатся вокруг пейзажи, хотя ведь ни в Тоскане, ни в Провансе нет такой великой реки (зато есть ветер с моря). Наверное, не зря отметился здесь в 1990-е годы и итальянский сыровар Джузеппе Боницци. Но нежная акварель этих мест все же ни тогда, ни теперь не раскрылась из-под наслоений и наростов чужих времен и сил. Есть что-то малосерьезное, беспечно-карнавальное в здешнем существовании. Что еще сказать, если город почти целый век щеголяет под театральной маской, с какойто комической усмешкой на лике, кривизна которой, однако, принимает все более гротескный вид?! Чем больше вникаешь, тем сильнее недоумеваешь, громадяне: какой-то Тутаев, даже непонятно откуда взявшийся, никем не узаконенный, – историческое недоразумение, карнавальная шутка нелепого юмора? Чей это взгляд вприщур, откуда эта

25


26 2013 •

{сельская столица}


27

2013


ЗАЧЕМ ВОЗВРАЩАТЬ ИСТОРИЧЕСКИЕ ИМЕНА

Исторические названия — это культурообразующие скрепы между прошлым, настоящим и будущим. Д.С. Лихачев

Игумен АНТОНИЙ (Таньков) Дискуссия о том, нужно ли вернуть Тутаеву историческое название РомановБорисоглебск, ведется уже давно. Проведенный активистами нашего города опрос общественного мнения выявил, что более 50% всех опрошенных были бы не против перехода к исконному наименованию. Поэтому я, будучи одним из участников общественного движения в поддержку возвращения исторических топонимов, предлагаю немного поразмыслить об этом.

2013

предмет разговора

Н

28

азвания городов и улиц, сел и деревень – ценнейшие памятники духовной культуры народа. Они передаются от поколения к поколению и в течение многих веков и тысячелетий хранят память народа о его прошлом. Еще в XIX веке русский географ Н.И. Надеждин писал: «Земля есть книга, где история человеческая записывается в географической номенклатуре». Он отмечал далее, что все местные названия – не пустые, лишенные значения звуки; они – отражение прошлого. Прошлое есть у каждой улицы, каждой деревни, поселка или города. До сих пор не теряют своей актуальности также такие строки Константина Георгиевича Паустовского: «Названия – это народное поэтическое оформление страны. Они говорят о характере народа, его истории, его склонностях и особенностях быта. К названиям нужно относиться бережно и с должным уважением.  Однако приходится с сожалением констатировать, что наша страна знает немало примеров ненадлежащего обращения с таким своим наследием, как исторические географические названия. Будучи частью истории, эти названия неоднократно изменялись

в угоду доминирующему политическому курсу, «пересматривались» вместе с пересмотром предыдущего исторического периода, которому принадлежали. В этом смысле Россия подтверждает данную ей нелестную характеристику «страны с непредсказуемым прошлым». Топонимика – это наш ориентир в пространстве. Древний мыслитель Конфуций, философствуя, отмечал в

Игумен АНТОНИЙ (в миру Василий Таньков) родился в городе Пенза в 1971 году. Закончил Московскую духовную семинарию, с 2000 года – настоятель Крестовоздвиженского собора города Тутаева. С 2010 года игумен Антоний является президентом Фонда «Русские традиции». Он также член редакционной коллегии краеведческого, историко-литературного журнала «Романов-Борисоглебская старина».

Князь Роман Угличский, фрагмент иконы «Избранные (угличские) святые». Нач. XVIII в. Князь Роман Угличский, фрагмент иконы «Свв. Роман и Димитрий».


частности, что исправление дел в государстве следует начинать с исправления имён: «Если имена неправильны, то … дела не могут осуществляться и народ не знает, как себя вести». Значение имён прекрасно понимали большевики, когда пришли к власти. Несмотря на гражданскую войну и разруху, они первым делом поменяли топонимику всей страны. Почему они это сделали? Все просто: если спилить дерево, то есть вероятность, что оно возродится, поскольку корни целы.

Поэтому важно было вырвать корни, разорвать связь времен. Советский строй с его хоть какимто «моральным кодексом строителей коммунизма» рухнул без боя, а старых корней не осталось, вот и пожинаем плоды в виде захлестнувшей волны безнравственности и пьянства, рушится институт семьи… Нам нужны корни, для того чтобы жить! Выросло поколение, которое может и не знает истории, но рассуждает так: раз улица названа именем какого-то

человека, значит – это был хороший человек. Так позитивное отношение к идеологам революции, к творцам репрессий и террора закладывается в подсознание. Но заслуживают ли они такой памяти? Нормальный человек не в силах понять, как можно славить убийц. Например, Калинин в советской мифологии – этакий безобидный старичок, «всесоюзный староста». Но именно он подписал приказ, предписывающий расстреливать без суда и следствия детей «врагов народа», начиная с 12-летнего возраста. Примечателен пример двух русских городов, очень похожих по своей судьбе: Пскова и Великого Новгорода. В Пскове многие улицы по-прежнему носят советские названия: Урицкого, Дзержинского, Свердлова… В Новгороде древние названия вернули, и теперь он на фоне Пскова процветает. Город стал более ухоженным, там больше туристов. Изначально в русской традиции названия улиц сообщали о направлении в пространстве: улица Романовская вела к переправе на Романовскую сторону, улица Крестовоздвиженская задавала направление на Крестовоздвиженский собор, Рыбинская – на Рыбинск, Даниловская – на Данилов. Название же города несет в себе духовный вектор. Примечательно, что в исконном названии нашего города запечатлены имена трех исторических личностей: Романа, Бориса и Глеба. Князь Роман отличался благотворительностью, а умирая, оставил завещание: «жить в мире и согласии». Братья Борис и Глеб предпочли отдать свою юную жизнь, чем участвовать в братоубийственной междоусобице. Все они канонизированы, прославлены в лике святых. Это некий образец жизни, ориентир в духовном пространстве. А в нашей современной жизни такой прекрасный ориентир как мир и согласие в обществе был бы не лишним! Однажды в «Аргументах и фактах» была опубликована дискуссия об исторических названиях, участниками которой являлись руководитель движения «Возвращение» историк Юрий Бондаренко и депутат Госдумы Николай Харитонов – противник возвра-

2013

Святые Борис и Глеб. Икона.

29


2013

предмет разговора

щения исторической топонимики. Харитонов заявил тогда: «Кому в голову приходит эта нелепая идея – вымарать с карты страны целый пласт нашей великой истории? Может быть, это внуки и правнуки тех, кто был обижен cоветской властью – раскулачен, репрессирован? Иначе трудно объяснить, почему они с такой ненавистью нападают на людей, стоявших у истоков советского государства». Но давайте все-таки быть последовательными: почему бы последние слова не отнести к куда более мощному пласту нашей великой истории и к тем историческим лицам, которые стояли у ее истоков. Уж по отношению к ним-то подобная претензия подходит в первую очередь, или, то была не история?! Проблема возвращения исторических названий – это проблема отхода от логики гражданской войны. А логика эта была проста: чтоб победить в такой войне, нужна стопроцентная победа – по всем фронтам, во всех направлениях. Вот именно тогда и была «зачищена» географическая карта России от прежних названий, от «следов» дореволюционной истории. Да что названия, людей ведь тоже «зачищали» руководствуясь именно этой логикой – «шлепнуть» тех, кто «не такой», и будет остальным счастье! Так действовали красные, так действовали и белые. Но логика гражданской войны в головах многих и многих наших граждан и их выступлениях до сих пор живет и здравствует! Сегодня, слава Богу, мы уж осознали, что убивать того, кто думает «не так», не надо, плохо это. Но уж раз наше общество пришло к таким выводам, раз теперь у нас не расстреливают за взгляды, так может стоит выделить оппонентам хотя бы небольшой кусочек жизненного пространства? Пускай живут. Эти слова я обращаю и к сторонникам советских названий, и к приверженцам исторических переименований. Раз уж среди нас так много сторонников коммунистических идей и советского прошлого, то совершенно нелогично будет, согласитесь, взять и вымарать с карты города все советские назва30 ния, а в особенности названия тех улиц, которые и появились-то именно в то время. С другой стороны, ведь есть же и верующие, для которых Борис и Глеб – святые имена. Есть просто люди, может и не обязательно церковные, но которым просто дорога история нашей России, города Романова. Что делать с такими? Поставить «к стенке»? Если вы так не думаете, то совершенно логичной будет и мысль, что раз уж есть такие люди в нашем городе, то могут быть и улицы Романовская, Крестовоздвиженская, Казанская, а может и сам город может быть Романов-Борисоглебском?

Разве не так? Так в чем же тогда смысл столь ожесточенной полемики по поводу возвращения исторического названия? Раз мы не хотим стрелять друг в друга, значит необходимо, наконец, учиться жить вместе. Сторонники возвращения исторических названий всего лишь руководствуются принципом историзма. Это касается любых первоначальных названий, как дореволюционных, так и советских. Если вдруг кто-то захочет переименовать улицу Моторостроителей в Соборную – подход будет тот-же: кто строил – тот и называл! Исключения могут быть лишь в одном случае: если исконные советские названия связаны с именами палачей. Иногда приходится слышать и такое: мол, экономически сложный период, кризис – не лучшее время для дискуссий по возвращению имен. Но кризис-то не в клозетах, как говаривал профессор Преображенский, а в головах! Если обратиться к истории, то мы окажемся в большом недоумении. Блокадный Ленинград, 1944 год… Война еще не закончилась. Город продолжает вымирать. И вдруг советская власть решает вернуть улице 25 Октября её историческое название: Невский проспект. И вернули! Неужели другого времени не нашлось? Или делать больше было нечего блокадникам? Да нет – просто власть понимала, что в трудные времена народ может черпать силы для выживания только из глубины веков, из своего исторического бытия. Именно поэтому в годы Великой Отечественной войны танковые колонны и эскадрильи самолетов называли в честь славных русских непобедимых полководцев Александра Невского, Дмитрия Донского и других. Это называется связью времен, которая давала человеку почувствовать себя частью единого могучего и непобедимого русского воинства, народа. Таким образом, из глубины веков, из своих исторических корней русские люди черпали ту силу, которая вызывала недоумение у превосходящего по численности и боевому оснащению противника. Исторические названия – это не блажь. Необходимо, чтобы история была примером для подражания, частью нашей жизни, а не суммой знаний, записанных где-то в учебниках. Связь времен должна прослеживаться не с 1917-го, а с 1238 года – момента основания нашего города. Согласитесь, получается значительно больше примеров для подражания и воодушевления. Глубже корни – больше сил для жизни.•


31

2013


торговля и промышленность в истории Романов-борисоглебска Нина ОБНОРСКАЯ Старинный город Романов, располагавшийся на левом берегу реки Волги, был начальным пунктом гужевого пути до Вологды далее на Архангельск для товаров, следующих с верховьев Волги. Шел товарный поток и в обратном направлении1. Переориентация иноземной торговли с Архангельска на С.-Петербург в XVIII веке способствовала развитию хлебной торговли по Волге и Вышневолоцкой системе до новой столицы. В нее активно включились и романовские купцы. Помимо этого, уже в 1720е годы они стали поставлять в С.-Петербург холст и продукты питания, такие как мясо и масло.

2013

развитие экономики

М

32

естные, романовские купцы зимой скупали у уездных жителей замороженные говяжьи и свиные туши, гусей, индеек, уток, поросят и разную дичь, а также холст, и отвозили все это на продажу в С.-Петербург. Продолжали они заниматься этим и через столетие. Кроме того, многие из местных купцов торговали в своем городе шелковыми, полотняными, кожевенными и другими товарами, съестными припасами, обеспечивая как местных городских и уездных жителей, так и огромную армию работников речного транспорта (бурлаков и др.).2 Ежегодно весь период навигации, который длился со вскрытия Волги ото льда

Вид на Романовскую мануфактуру. Борисоглебская сторона. Открытка с фото И. Козлова. 1912 г.

и вплоть до ледостава, то есть в среднем около шести с половиной месяцев, река представляла собой самую оживленную магистраль России. Так что спрос на еду-питье был немалый. Бороздили волжские воды и романовки – особого вида относительно небольшие суда (лодки), предназначенные для перевоза пассажиров или грузов и изготавливавшиеся в Романове и его окрестностях. А вот когда речная суета затихала, реки сковывало льдом, а горожане оставались предоставлены сами себе, без «гостей», то становилась заметнее местная промышленность. Спрос на холст привел к появлению в Романове его производства. В 1765

году по дозволению Государственной мануфактур-коллегии была основана полотняная фабрика. В середине 80‑х годов XVIII века ею владел романовский купец Дмитрий Пятошин. Преемник Пятошина борисоглебский (с 1810 года – романовский) купец П.А. Горбунов (скорее всего его зять) значительно расширил производство. В 1802 году на предприятии было задействовано 350 станов, на которых выпускали 660 кусков фламского полотна и 5600 кусков равендука на общую сумму 78 420 рублей. Статистик К. Герман называл ее третьей по значению среди полотняных мануфактур Ярославской губернии после ярославских Большой и Малой


Торговопромышленное здание (конец XIX– нач. XX вв.), Романовская сторона города.

мануфактур и писал о 400 станах и 480 вольнонаемных рабочих на 1806 год. Продолжало существовать это предприятие и в дальнейшем, как минимум до 1832 года, когда ее владельцу – последнему в своем роду – было уже 70 лет.3 Другие романовские купцы также вкладывали свои капиталы в текстильную промышленность. В 1772 году романовец А. Дырышев испрашивал разрешение на основание в Ярославле шелковой мануфактуры, но открыто было полотняное предприятие при селе Диево-Городище Ярославского уезда со зна-

Кроме текстильной, развивалась в Романове и кожевенная промышленность. В 1780-х годах существовало два подобных предприятия, принадлежавших купцам Сушиным. В начале XIX века на них производилась красная юфть (особый сорт мягкой кожи) на сумму 21 250 и 9 000 рублей соответственно. Кроме них к 1790 году в городе существовали еще два небольших завода этой же отрасли – один скорняжный купеческий, и другой – для производства «рукавичного баранового мастерства», принадлежавший мещанину, – а также пять мелких мастерских, из которых две были организованы купцами. Одна из таких мастерских

2013

чительным объемом производства (на 1794 год – 74 337 рублей) и подневольным трудом. К началу XIX века эта мануфактура перешла к С.Петербургскому купцу Грибанову.4 В середине 80-х годов XVIII века в Романове местным купцом С. Свешниковым было организовано шелковое производство на двух станах с восемью мастерами, но к 1800 году оно закрылось5. В 1795 году другой романовец, Х. Пятошин, открыл полотняную мануфактуру с семью станами, которая просуществовала до 1817 года, когда она была закрыта из-за расстройства дел содержателя и поступления на него претензий со стороны кредиторов.6

33


Купец Иван Тихомиров занимался овчинно-шубным промыслом. Фото 1906 г. Купцы Лисихины из РомановоБорисоглебского уезда. Неизвестный художник. Вид города РомановБорисоглебск со стороны Волги. 1840-1850 гг. Собрание Ярославского художественного музея

2013

развитие экономики

(купца И. Трутнева) к 1802 году превратилась в крупное предприятие, выпускавшее в год кож на 10 000 рублей. Продукция крупных предприятий отправлялась для продажи в С.-Петербург. Всего в 1802 году в городе было зафиксировано четыре кожевенных и три сыромятных завода, из которых шесть были организованы местными купцами. К 1818 году сохранилось лишь четыре предприятия этой отрасли, другие же были закрыты. Так, например, крупнейшее кожевенное предприятие Романова, принадлежавшее

34

Е. Сушину, в 1810 году перешло после его смерти к его зятю И. Юрину, а после смерти последнего в 1815 году закрылось7. Крупными предприятиями были местные сальные заводы. Два из них были основаны в 70-е годы XVIII века теми же купцами Сушиными, которые владели и кожевенными предприятиями. Причем, если учитывать стоимость производимой продукции – сальные предприятия были крупнее. Готовое сало (2000 пудов на 10 000 рублей и 10 000 пудов на 50 000 рублей с каждого из

этих заводов) отправляли на судах в С.-Петербург. Еще одним предприятием этой отрасли был устроенный в 1800 году местным мещанином Юриным свечной заводик. Но столь успешно начавшаяся развиваться отрасль уже в 1815 году была представлена лишь двумя предприятиями, одно из которых находилось в собственности мещанина. Романовским купцам принадлежал и ряд более мелких предприятий: один из двух солодовенных заводов, часть продукции которых отвозилась (за удовлетворением местного спроса)


в С.-Петербург; два из трех уксусных заводов, снабжавших Романов и отправлявших уксус в Ярославль и Москву; работавшие на местный рынок один из двух кирпичных заводов и один масляный (сведения на 1802 год)8. Борисоглебская слобода, получившая при образовании Ярославской губернии статус города, имела очень сильные связи с находившимся от нее на противоположном берегу Романовом и мало чем отличалась от него в экономическом плане. Слабое развитие промышленности компенсировалось развитым ремеслом, особенно производством железной посуды, составлявшей существенную долю в общей отпускной торговле города. В 1822 году Романов и Борисоглебск были объединены9.

годового производства (на 1853 год) вплоть до революции оставалось, под именем Романовской льняной мануфактуры, крупнейшим, в городе.12 Ко второй половине XIX века в уезде широко распространилось производство знаменитых «романовских» шуб, первоначально развивавшееся как крестьянский промысел. Но в 1875 году здесь появляется крупное овчинно-шубное заведение купца Е.П. Тихомирова.13 В результате описанных выше процессов Романово-Борисоглебск к началу ХХ века остался (находясь в тени своих экономически более сильных соседей) на периферии крупной торговли, что не способствовало накоплению в городе крупных капиталов, а следовательно – и появлению богатых купцов. И в то же время Романов-Борисоглебский уезд стал местом вложения иногородних капиталов, внешних по отношению к Романов-Борисоглебску: здесь надо назвать строительство предприятия для производства минеральных масел фирмы «В.И. Рагозин и Ко», а также завода «Товарищества по производству фарфорово-фаянсовых изделий М.С. Кузнецова». 14 Единственной местной крупной торговой фирмой в конце XIX века была хлебная и лесная торговля А.Е. Чеснокова, в которой был занят и собственный пароход хозяина.15 И все же Романов-Борисоглебск начала ХХ века в первую очередь ассоциировался у путешественников, посещавших его, не только с древними церквями и классеновской мануфактурой, но и с замечательным романовским луком и огородами, на которых его выращивали. В утопавшем в зелени садов и огородов городе, казалось, время остановилось. Нарождавшееся индустриальное общество обходило его стороной. • 2013

Что же касается торговли, то уже к середине XIX века значение Романов-Борисоглебска сильно упало. Развитие пароходства по Волге в совокупности с близостью города к Ярославлю и Рыбинску способствовало тому, что Романов-Борисоглебск перестал быть транзитным пунктом торговли. Суда, скорость которых значительно возросла с появлением паровых котлов, успевали теперь дойти из Ярославля в Рыбинск или в обратном направлении без остановки в Романов-Борисоглебске. А с переходом от использования труда бурлаков к внедрению паровых судов был ликвидировала спрос на снабжение их продуктами питания и другими припасами. Теперь Романов-Боригоглебск из пункта транзитной торговли, где кипела деловая жизнь и «сколачивались» капиталы, превратился скорее в красивую декорацию, которой могли полюбоваться пассажиры проходящих мимо волжских пароходов. Остановки

у пристани пассажирских судов были коротки: только для того, чтобы тем, кому надо было сойти, сошли, а на борт взошли бы новые пассажиры. Грузовые же суда вообще «пробегали» мимо города, оглашая сонную тишину гудками. Сильно потерял город и от строительства железных дорог. Ранее через него проходило большое количество отходников из Костромской, Вологодской и Архангельской губерний. Теперь же они стремились в Рыбинск, из которого на пароходах добирались до Твери, а далее – по железной дороге (а позже и прямо из Рыбинска по железной дороге). Местные уездные товары торговцы также стали отправлять иногородним потребителям прямо из Рыбинска, без заезда в свой уездный центр10. Та же тенденция продолжалась и в дальнейшем, усугубившись появлением Рыбинско-Ярославской и Ярославско-Вологодской железных дорог, которые окончательно прекратили поддерживавший ранее местную торговлю проход через Романов-Борисоглебск отходников. Так что, к концу XIX века торговля Романов-Борисоглебска находилась в застойном состоянии.11 К середине XIX века ситуация в промышленности внешне мало изменилась. По-прежнему немногочисленные крупные предприятия города принадлежали к кожевенной и льнообрабатывающей отраслям. Что касается последней отрасли, то в 1850-е годы она была представлена льноподготовительной мануфактурой, содержавшейся бывшим владельцем архангельской конторы по экспорту льна Е. Классеном (записавшимся во вторую гильдию ярославского купечества), а после – его наследниками. Это предприятие с 300 рабочими и 200 тысячами рублей

Примечания 1 М.Я. Волков. Города Верхнего Поволжья и Северо-Запада России. Первая четверть XVIII в. М.,1994. 2 А.Б. Дитмар. Над старинными рукописями (“Топографические описания” Ярославского края конца XVIII века). Ярославль, 1972. РГВИА. Ф.ВУА, д. 19176, л. 28. 3 Старина и святыни города Романова. Ярославль,1991. К. Герман. Статистическое описание Ярославской губернии. Спб., 1808. Список фабрикантам и заводчикам Российской империи 1832 года. Спб., 1833. РГВИА. Ф.ВУА, д. 19176, л. 28 об. ГАЯО, ф. 213, оп. 1, д. 4198, л. 28 об; ф.100, оп. 7, д. 240, л. 44 – 45; оп. 8, д. 433, л. 843; д. 1270, л. 2об.-3. 4 А.Б. Дитмар. Указ. соч. (см. сноску 2). Е.И. Индова. О российских мануфактурах второй половины XVIII в. // Историческая география России XII – начала XX веков. Сборник статей к 70‑летию профессора Любомира Григорьевича Бескровного. М., 1975. ГАЯО, ф. 72, оп. 2, д. 1775, л. 50-51. 5 РГВИА. Ф.ВУА, д. 19176, л. 28 об. ГАЯО, ф. 213, оп. 1, д. 4198, л. 28 об. 6 Старина и святыни города Романова. Ярославль, 1991. ГАЯО, ф. 73, оп. 2, д. 21, л. 9 об.

7 Старина и святыни города Романова. Ярославль, 1991. РГВИА. Ф.ВУА, д. 19176, л. 28 об. ГАЯО, ф. 72, оп. 2, д. 1486, л. 29 об., ф. 73, оп. 2, д. 21, л. 9. 8 Старина и святыни города Романова. Ярославль, 1991. ГАЯО, ф. 73, оп. 2, д. 21, л. 9 об. 9 РГВИА. Ф.ВУА, д. 19176, л. 52 об.; Статистическое описание Ярославской губернии, сочиненное Карлом Германом. Спб., 1808. 10 Экономическое состояние городских поселений Европейской России в 1861-1862 гг. Спб., 1863. 11 .ГАЯО, ф. 100, оп. 2, д. 3, л. 3-8. 12 Подробное статистическое обозрение фабрик и заводов Ярославской губернии, обозначенных на промышленной карте той же губернии. (Сведения, собранные в 1853 году губернским механиком Мейшеном). Спб., 1857. П.А. Орлов. Указатель фабрик и заводов Европейской России с Царством Польским и Великим Княжеством Финляндским. Материалы для фабрично-заводской статистики. СПб., 1881. М.Н. Барышников. Деловой мир России: Историко-биографический справочник. Спб., 1998. 13 Список фабрик и заводов Европейской России. Спб., 1903. 14 ГАЯО, ф. 100, оп. 4, д. 891, л. 186 об. 15 ГАЯО, ф. 100, оп. 3, д. 1193, л. 196 об, 239 об.

35


Трактирный промысел Ольга СКИБИНСКАЯ

Город Романов в плане питейных заведений и пристрастий к ним местного населения в общем-то ничем не отличался от остальной России. Еще в начале XIX века, как указывал И.Д. Троицкий, здесь имелись «казенные строения: камена ветхая палатка, тюрьма и восемь питейных домов». Широкое развитие трактирного промысла в Российской империи объяснялось тем, что промышленность и торговля в целом имели более высокую доходность, чем занятие земледелием, и питейнозакусочные заведения были весьма востребованы в дореволюционной России со стороны всех сословий. Различие состояло лишь в том, что купцы посещали более дорогие трактиры, порой с изысканной кухней и предлагаемым широким кругом сопутствующих развлечений, а мещане победнее и крестьяне довольствовались более дешевыми трактирами или пивными лавками.

Т

2013

купеческое сословие

ак или иначе все эти заведения приносили их владельцам хороший доход, несмотря на периодически ужесточавшуюся «водочно-спиртовую» политику правительства. Так, в 1880-х годах государственные налоги и пошлины взимались со спирта и вина, с водок, выделываемых из спирта, с портера, пива всех сортов и меда. Кроме того, существовал «патентный сбор с заведений для выделки напитков и изделий из вина и спирта, с заведений для продажи напитков и с трактиров в уездах состоящих». В 1883 году данный налог по Романово-Борисоглебскому уезду составил весьма солидную сумму в 21 268 рублей, а «с трактирных заведений, постоялых дворов и съестных лавочек» самого уездного центра – 4 175 рублей.1 С 1 июля 1901 года в Российской империи была введена «казенная продажа питей», то есть государственная монополия на алкоголь. После этого количество «заведений трактирного промысла» в стране заметно сократилось. В Ярославской губернии казен36 ные винные склады существовали в двух городах: в Ярославле (склад

«оборудован в расчете на производительность вина в 600 тыс. ведер в год») и в Рыбинске (на 400 тыс. ведер в год). Следствием жестких мер 1901 года стало значительное сокращение поступлений в государственную казну (потребители перешли на самогон и денатурат), а потому довольно скоро в централизованном порядке условия для торгующих спиртными напитками смягчили. Похоже, в России для государственной власти окончательный выбор между огромными доходами, поступающими в казну от реализации алкоголя (и соответствующими негативными последствиями пьянства для населения), и здоровьем нации так и не был окончательно сделан за минувшие с тех пор сто лет. Несмотря на то, что с XIX века на процессы, связанные с объемами производства и потребления спиртных напитков, помимо непосредственных производителей алкоголя и торговцев активно пыталась влиять и прогрессивная общественность. Борьба общественных организаций за трезвый образ жизни, против пьянства беднейших слоев

населения в дореволюционной России особенно широко развернулась в конце XIX – начале ХХ века. Столичная общественность, активно боровшаяся против «спаивания народа», потерпев неудачу на высшем государственном уровне, обратилась к органам местного самоуправления. Романов-Борисоглебская городская дума оказалась в числе откликнувшихся на этот призыв: 9 апреля 1902 года было издано «Постановление о воспрещении публичного распития крепких напитков в городе». Но этот документ неожиданно «сработал» в пользу местных трактирщиков: желающие похмелиться потянулись в ближайшие питейные заведения. *** По данным городской управы, на 1 января 1913 года в Романов-Борисоглебске проживал 12 291 человек, в том числе недвижимым имуществом владели 957 человек. Общее число лиц, выбравших на 1912 год промысловые свидетельства в черте города на торговые предприятия, составляло 200 человек. А всего промыслом и торговлей в городе

Ольга СКИБИНСКАЯ родилась в 1959 году в Ярославле. Закончила Ярославский госуниверситет, Литературный институт им. А.М. Горького. С 1987 года по настоящее время занимается издательско-редакционной деятельностью, полтора десятилетия сотрудничала с редакциями областных и центральных газет. Ольга Николаевна – автор восьми книг, член правления Ярославского областного отделения Союза писателей России, заместитель главного редактора литературно-художественного журнала Ярославской области «Мера». Она также преподает в Ярославском педуниверситете.


2013

37

Б.М. Кустодиев. Трактирщик.


2013

купеческое сословие

занимались 884 человека2. Вот почему конкуренция в городе среди торговцев и трактирщиков была довольно жесткая: документы, хранящиеся в фонде «Романово-Борисоглебская управа» архива Ярославской области, свидетельствуют, что за выгодные торговые точки в центре города едва не дрались. В левобережной части РомановБорисоглебска, 1-й части города, в начале ХХ века жизнь била ключом. К началу первой мировой войны в уездном центре работали семь пивоваренных лавок (акциз с них за год составил 420 рублей), а также насчитывалось 17 владельцев трактирного промысла. Большая часть последних, включая наиболее состоятельных, имели заведения именно в левобережье: А.И. Соколов – в собственной гостинице «Биржа» на улице Александровской, А.М. Демидов – также в гостинице, на Базарной площади, предлагая к услугам приезжих не только «уютные и меблированные номера от 50 к. и до 1 р. 25 к. в сутки», но и «биллиарды», и «кухню под управлением опытнаго повара». За внимание клиентов боролись всеми способами, в том числе вполне цивилизованными. Сохранилась городская реклама начала ХХ века, по которой видно, в частности, как преподносил свое дело

38


будущим клиентам Павел Сергеевич Яковлев: «Гостиница «Москва» с крепкими напитками, гор. Романово-Борисоглебск, Александровская ул., собственный дом. Существует с 1875 г. Номера от 50 коп. и дороже. Биллиарды. Хорошая кухня. Большой выбор всевозможных вин. Прием заказов на свадебные и похоронные обеды. Для г.г. приезжающих бесплатная доставка багажа с пароходных пристаней и обратно». Как видим, трактирный промысел А. И. Соколова, А. М. Демидова и П. С. Яковлева по сути дела уже поднялся на уровень ресторанно-гостиничного бизнеса. Более скромными питейными заведениями владели Ф.Н. Ворон-

ков, А.П. Балякин, П.И. Молчугин, И.С. Самолетов, И.Г. Смирнов, В.И. Смирнов, Е.А. Тарасова, Н.С. Павлов. Примечательно, что при наличии смекалки и терпения в трактирщики средней руки вполне мог выбиться вчерашний крестьянин. Так, упомянутый выше Иван Григорьевич Смирнов (1878 – около 1923) происходил из рода крепостных крестьян княжны Е. М. Елецкой, несколько поколений которых проживали в деревне Вороново, что в 9 верстах от уездного центра3. В конце 1890-х он перебрался в город, начав свою «карьеру» мальчиком при одном из трактиров романовской стороны. Через несколько лет, скопив денег, он завел собственное «питейное дело»4.

В 1908 году ему уже «принадлежали две пивные лавки с распивочной и выносной торговлей. Лавки находились в Романово-Борисоглебске, на углу Казанской и Новинской улиц, и в деревне Долгополово»5. Городские лавки Ивана Смирнова размещались в месте довольно бойком, буквально в шаге от многолюдной городской торговой площади, а значит давали хорошую прибыль их владельцу. К началу войны Иван Григорьевич – владелец трактира, располагавшегося в доме Белоусова, в центре города; согласно документам Ярославской губернской казенной палаты, сумма оборота за 1914 год составила 3 000 рублей. Сам хозяин с женой и семью детьми проживал в собственном бревенчатом доме

Семья романовборисоглеб­ского трактирщик­а И. Г. Смирнова. 1917 г.

2013

Романов Борисоглебск Вид на Волгу и правобережную часть города. 1912 г. Из коллекции Н.Лебедева.

39

Раскладка акциза на 1916 год. ГАЯО.


на улице Воздвиженской 6 (ныне Красноармейская, 71), который сохранился по начало XXI века. Масла в огонь конкуренции между трактирщиками победнее и мелкими торговцами подлил принятый властями план системной застройки городских площадей и начавшееся в его рамках упорядочение местной торговли. Порядок на территории города наводили и «ввиду проведения железной дороги и уступки городской земли под вокзал железной дороги», и в связи с ужасающими санитарно-эмидемиологическими условиями. Городской думой Романов-Борисоглебска было «постановлено снести все лари в городе». 18 ноября 1910 года избрали комиссию по плановой застройке площадей с целью привести их «в более благообразный вид и обезопасить город в этих частях, <…> чтобы существующие на площадях деревянные лари и лавки, стесняющие проезды, были постепенно сносимы»7.

техники, 92 завода специально за нимавшихся очисткой политуры и лака, и 60 – производивших очистку денатури рованного спирта»9. Как следствие, не только заметно сократились суммы, поступающие в госказну в виде налогов, но и резко выросла смертность в результате отравлений. Число жертв «зеленого змия» в России исчислялось тысячами. «В ноябре 1914 года ярославский губернатор сообщал управляющему акцизными сборами о том, что большинство лиц, привлеченных к ответственности за появление в общественных местах в нетрезвом виде, использовали в качестве напитка денатурированный спирт. Денатурат отпускался по специальным талонным книжкам из казенных лавок как топливо для нагревательных и осветительных приборов. Помимо алкоголя в его состав входили древесный спирт, керосин, кетоновое масло и другие химиче­ские соединения. Спирт для освещения

Следствием жестких мер 1901 года стало значительное сокращение поступлений в государственную казну (потребители перешли на самогон и денатурат), а потому довольно скоро в централизованном порядке условия для торгующих спиртными напитками смягчили.

2013

купеческое сословие

Но первым серьезным катаклизмом для трактирщиков стало начало первой мировой войны и введение в связи с этим в России «сухого закона». 19 августа 1914 года на заседании городской думы депутатами было принято решение ходатайствовать перед российским правительством о продлении срока действия распоряжения «о запрещении продажи вообще всех крепких напитков, включительно с виноградными винами, как из казенных винных лавок, так и из заведений трактирного промысла и из ренсковых … погребов в г. Романов-Борисоглебске до окончания войны»8. Однако история повторилась: 40 повсеместный запрет на спиртные напитки, вина и пиво привел к тому, что в стране начали действовать подпольные предприятия, резко выросли объемы производства и продажи суррогатов. По данным Министерства финансов, за шесть месяцев с момента запрещения продажи спиртных напитков «в России было обнаружено 1 825 тайных винокуренных заводов, занимавшихся производством особого сорта водки, так называемой «кумушки». Также было найдено 160 винокуренных заво­д ов, оборудованных по всем правилам современной

подкрашивали фиолетовой краской, а для обогревания – зеленой. В специальном обращении ярославское акцизное управление особо указывало, что даже ничтожный прием этого спирта внутрь ведет к резкому ослаблению зрения, а при значительном употреблении вызывает не только его потерю, но также полное отравление организма и смерть. Но данные предупреждения нисколько не смущали потребителей и в осо­ бенности продавцов денатурата, который иначе именовали «мотором», так как он еще использовался для технических целей и служил автомобильным топливом»10. Как следствие, уже с 1 ноября 1914 года по всей стране была разрешена «выносная торговля пивом и потером из оптовых складов и пивных лавок»11. Образовавшуюся рыночную нишу в Романов-Борисоглебске сразу попыталось занять Российско-Богемское пивоваренное Товарищество «Богемiя», одно из представительств которого находилось в Рыбинске. Прошение об этом в Романов-Борисоглебскую управу в октябре 1914 года прислал председатель его правления И.И. Дурдин. Не замедлили откликнуться и конкуренты – Товарищество пивоваренного завода

«Съверная Бавария» и содержатели ренсковых погребов. Однако сторонники трезвого образа жизни не сдавались, и на заседании городской думы 4 ноября 1914 года ходатайства всех просителей были решительно отклонены во укрепление «мер поддержания среди населения трезвого настроения»12. Местные власти в регионах упорно продолжали «запретную» политику, отказывая в возобновлении торговли даже виноградными винами крепостью 16 градусов и пивом до 3 градусов. Романов-Борисоглебский городской глава весной 1915 года заверял управляющего Ярославской казенной палатой, что «прекращение продажи вин дало безусловно положительный результат: почти исчезло нищенство; так называемые зимогоры – отрезвели, прилично оделись, занялись трудом, кончилось хулиганство на улицах – обычное явление во время свободной продажи водки. Увеличилась покупательная способность населения, в особенности крестьян…»13. Насколько эти заверения соответствовали действительности, история о том умалчивает. В России в это время сложилась тяжелая ситуация. Страна вела одну войну с врагом явным – на фронтах первой мировой; а вторую – с врагом тайным, очевидно ему проигрывая, так как поле битвы за народную трезвость было покрыто тысячами жертв потребления суррогатов. Пить меньше не стали, а вот налоги, отчисляемые в госказну, сократились заметно. Вот почему правительство страны начало разрабатывать вопрос о лишении городских дум права решать вопрос о продаже вин. Борьбу

С 1 июля 1901 года в Российской империи была введена «казенная продажа питей», то есть государственная монополия на алкоголь. После этого количество «заведений трактирного промысла» в стране заметно сократилось. с центром за сохранение за местными властями их права возглавил председатель Всероссийского Союза городов – московский городской голова Челноков. Противостояние сторон шло с переменным успехом. Между тем для романов-борисоглебских трактирщиков наступили тяжкие времена. Перевод трактиров по сути дела на положение чайных заставил двух владельцев закрыть


2013

41

свои заведения, другие предпочли лишь несколько сократить масштабы своей деятельности. *** Каким образом большинству трактирщиков удавалось сохранить свое дело? Ведь кроме введенного «сухого закона» в условиях войны «все

буквально вздорожало – удвоилось, утроилось: топливо, доставка воды, содержание служащих при заведениях» 14 , поднялся и акциз на «безалкогольные» трактирные заведения. Неужели чай и кренделя позволяли обеспечить столь же безбедное существование как торговля водкой? Сохранившиеся документы фискальных структур позволяют ответить на этот вопрос.

Главной темой полотен художника Б. Кустодиева была жизнь купеческого сословия.


купеческое сословие •

2013

42

«В 1916 г. начальник ярославского жандармского управления сообщал, что… спирт привозили, главным образом, из Петрогра­д а и Москвы, где он, как было установлено следствием, свободно и в любых ко­ личествах отпускался из нескольких частных свечных лавок… и большей частью поставлялся в провинцию. Спекулянты-оптовики или «мотористы» предпочитали денатурированный спирт петроградского завода «Кенига» и «Российского об-

щества винокуренных заводчиков». Спирт завода «Кенига» содержал менее всего окрашивающих веществ и примесей, чем денатурат, произведенный в Москве или в Ярославле, и сбывался в гостиницах, ресторанах и на пароходах в смеси с безалкогольным коньяком «Шустова» под видом настоящего коньяка, «Зубровки» или других специальных водок. Изготовлением таких напитков занималась прислуга из ресторанов и буфетов,

хотя не брезговали этим промыслом и фармацевты, продукция которых стои­ла значительно дороже». Нередко «под видом денатури­ рованного спирта, сбывался обыкновенный чистый спирт, склад которого имелся в Ярославле, а, кроме того, были и агенты, развозившие спирт по всем городам губернии… Погрузке «мотора» в поезда способствовали носильщики, а провозу – проводники. Денатурат обычно выгружался на ближай-


Денатурат отпускался по специальным талонным книжкам из казенных лавок как топливо для нагревательных и осветительных приборов. Помимо алкоголя в его состав входили древесный спирт, керосин, кетоновое масло и другие химиче­ские соединения. Спирт для освещения подкрашивали фиолетовой краской, а для обогревания – зеленой. В специальном обращении ярославское акцизное управление особо указывало, что даже ничтожный прием этого спирта внутрь ведет к резкому ослаблению зрения, а при значительном употреблении вызывает не только его потерю, но также полное отравление организма и смерть.

зором. Но при этом следует особо отметить, что нередко низшие чины полиции получали от «мотористов», промышлявших тайной торгов­лей денатуратом, взятки… В феврале 1916 года в Ярославской губернии был обнаружен тайный виноку­ренный завод, производивший продукцию из хлебных запасов. В деревне к этому времени невиданную силу приобрело самогоноварение и продажа браги и пива. К ответственности за производство и реализацию спиртосодержащей продукции привлекались представители всех сословий. Так, например, 3 мая 1916 года в Романов-Борисоглебске на пристани пароходства «Кавказ и Меркурий» была задержана крестьян­ка А.А. Александрова с 18 бидонами денатурированного спирта, оказавшимся питьевым спиртом завода «Кенига»15. Политические события в столице начала 1917-го стали первым сигналом о том, что жизнь в России

Литература и архивные источники 1 Труды Ярославского губернского статистического комитета. Т. 9. – М., 1885. 2 Государственный архив Ярославской области, ф. 512, оп. 1, д. 1048. 3 Там же, ф. 230, оп. 1, д. 205. 4 Там же, ф. 100, оп. 3, д. 3568. 5 Там же, ф. 932, оп. 1, д. 173. 6 Там же, ф. 642, оп. 2а, д. 194. 7 Там же, ф. 512, оп. 1, д. 996. 8 Там же, д. 1094. 9 К.В. Карандашов. Ярославское купечество и реализация «сухого» закона в 1914-1917 гг. // Ярославль купеческий: история и современность : материалы науч.-практ. конф., 8 июня 2006 г.,

отныне меняется необратимо. Пришедшее к власти Временное правительство 27 марта 1917 года издало постановление, «воспрещающее изготовление и продажу для питьевого потребления крепких напитков и спиртосодержащих веществ». Новая власть поддержала и борьбу с незаконным изготовлением, продажей и распитием денатурата, политуры и прочих суррогатов. Романов-Борисоглебские трактирщики затянули пояса еще туже… Впрочем, смена власти проблемы пьянства не решила. Так, в циркуляре прокурора Московской судебной палаты от 4 сентября 1917 года сообщалось, что местами выгонка спирта приняла повальный характер, а примитивный способ, к которому прибегали крестьяне, во много раз увеличивал затраты хлеба. Даже запрет на продажу денатурированного спир­та частным лицам и закрытие казенных лавок во всех городах, кроме губернских и «имевших особое торгово-промышленное значение», не давали желаемых результатов… Романов-Борисоглебская управа с 1 января 1917 года начала перезаключать с торговцами договора на аренду торговых точек сроком на шесть лет. Работы по оформлению всех необходимых документов с трактирщиками было много: на арендаторов, кроме уплаты соответствующих сумм, возлагались также «ремонт помещений в сумме до 100 рублей, очистка снега как с улицы, так и со двора, а равно и с крыш»16, прочие обязанности. Эти договора оформлялись городской управой по июнь 1918 года Далее в хронологии документов следует двухмесячное многозначительное молчание… В сентябре 1918 года от частных предпринимателей в управу начали поступать заявления с просьбами освободить их от арендной платы за торговые помещения, реквизированные у них советской властью. Заявления жалобные и кажущиеся с высоты пережитого исторического опыта наивными…•

Ярославль: МУ «Гор. науч.-метод. центр соц. Политики», 2006. – С. 86-89. 10 Там же. 11 ГАЯО, ф. 512, оп. 1, д. 1094. 12 Там же. 13 Там же. 14 К.В. Карандашов. Ярославское купечество и реализация «сухого» закона в 1914-1917 гг. // Ярославль купеческий: история и современность : материалы науч.-практ. конф., 8 июня 2006 г., Ярославль : МУ «Гор. науч.-метод. центр соц. Политики», 2006. - С. 86-89. 15 ГАЯО, ф. 512, оп. 1, д. 1121. 16 Там же, д. 1176.

2013

ших к месту назначения полустанках и разъездах, а оттуда гужевым способом доставлялся в нужное место. Та же схема действовала и при провозе спирта водным транспортом. Власти знали способы и каналы доставки спирта, большинство «оптовиков» и мелких торговцев, так называемых «шакалов», были известны полиции. Многие из них состояли под над-

43


Как рождался Романов купеческий Из истории застройки романово-борисоглебского левобережья в конце XVIII – первой половине XIX вв.

2013

купеческое сословие

Юрий СТАРОДУБОВ, Фото Даниила Силенко

44

ЕКАТЕРИНИНСКАЯ «ПЕРЕСТРОЙКА» Боярская, Коржавина, Ярышкина, Пробойная – все это забытые названия улиц старого Романова, исчезнувших на рубеже XVIII и XIX веков. Тот город, каким мы его знаем, – с «шахматной сеткой» кварталов и добротными купеческими особняками – появился около двухсот лет назад. Причиной тому стала градостроительная реформа, затеянная Екатериной Великой и затронувшая всю Россию. По воле императрицы сотни городов получили регулярные планы застройки. В 1784 году был высочайше утвержден и план города Романова. Вместо старых извилистых улиц должны были проложить прямые, пересекающиеся под прямым углом и образующие кварталы прямоугольной формы. Реализация плана в Романове растянулась на несколько десятилетий и была в ос­ нов­ном завершена уже к середине XIX века. Главными застройщиками стали купцы и богатые мещане. Сегодня старинные особняки не только украшают наш город – они способны рассказать об истории целых родов и торговых династий, многие из которых известны еще с XVII века. НАСЛЕДСТВО ФАБРИКАНТОВ Самые богатые купцы, владельцы заводов и фабрик, начали строить

себе каменные палаты во второй половине XVIII столетия, еще до начала регулярной застройки города. Таких особняков у нас сохранилось всего два. Один из них расположен по соседству со второй школой – это дом 92 по улице Ленина. В 80-е годы XVIII века этот особняк был центром обширной усадьбы купца Дмитрия Ивановича Пятошина, при которой находилась и крупнейшая в городе полотняная фабрика. В старых русских городах еще не существовало такого понятия как промзона. Чаще всего купцы строили фабрики и заводы рядом с домом – и далеко ездить не надо, и хозяйство всегда под присмотром. Пятошины жили в этой части города еще в начале XVIII столетия, а в 1742 году на месте усадьбы стоял двор отца фабриканта, Ивана Федоровича Пятошина. Оборотистые купцы потихонечку прикупали соседние участки, пока усадьба не стала одной из самых больших в Романове. В 1765 году с дозволения Мануфактур-коллегии Дмитрий Пятошин учреждает здесь фабрику, на которой в середине 1780-х годов трудились 36 рабочих на 24 ткацких станах. Выпускали здесь равендук (вид парусины), почему фабрику иногда называли парусинной. Владения Пятошина простирались до соседней Уклеинской

Юрий СТАРОДУБОВ родился в 1979 году. Он коренной москвич и потомок нескольких купеческих родов Романов-Борисоглебска, сопредседатель краеведческого общества «Кузьминки», автор трех книг и десятков статей по истории московских районов. В 2000-е годы в качестве командира трудовых отрядов добровольческого объединения молодежи «РеставросЪ» участвовал в восстановлении храмов Романов-Борисоглебска, в 2003 году стал соучредителем и председателем межрегиональной общественной организации «Романовский посад», организовал издание двух книг по истории Романов-Борисоглебска и литературно-краеведческого альманаха «Романовская сторона». С 1997 года Ю. Стародубов занимается журналистикой, был главным редактором нескольких районных газет в Москве, в настоящее время – редактор журнала «Православный паломник».


2013

45

План города Романова 1773 года (фрагмент).

Боярская, Коржавина, Ярышкина, Пробойная – все это забытые названия улиц старого Романова, исчезнувших на рубеже XVIII и XIX веков.


улицы (ныне улица Толбухина), где стоял каменный корпус с «ткацкими светелками» – возможно, он в перестроенном виде сохранился (ул. Толбухина, д. 91). Бурный рост производства начался, когда фабрику унаследовал зять Пятошина, купец 2-й гильдии Петр Афанасьевич Горбунов (1761–1839), представитель одного из древнейших родов соседнего Борисоглебска. В 1780 году он построил на правом берегу Волги каменную богадельню на 24 человека и передал ее городу. За этот «благотворительный подвиг» по представлению губернатора Горбунов был «Всемилостивейше награжден золотою медалью на красной ленте». Расцвет фабрики Горбунова пришелся на 1802-1806 годы, когда число ткацких станов достигло четырех сотен. Трудились здесь около пятисот рабочих, которые производили два сорта дорогого фламского полотна и два сорта равендука.

2013

купеческое сословие

В 80-е годы XVIII века этот особняк был центром обширной усадьбы купца Дмитрия Ивановича Пятошина, при которой находилась и крупнейшая в городе полотняная фабрика. В старых русских городах еще не существовало такого понятия как промзона. Чаще всего купцы строили фабрики и заводы рядом с домом – и далеко ездить не надо, и хозяйство всегда под присмотром.

46

Дом ПятошинаГорбунова.

Готовое полотно доставляли в Петербург, откуда его отправляли на экспорт. Романовская мануфактура считалась третьей по значению после ярославских Большой и Малой мануфактур. А в 1822 году, вскоре после объединения Романова и Борисоглебска, Петра Афанасьевича избрали городским головой. После смерти Горбунова все досталось его внучке, даниловской купеческой невестке Александре Григорьевне Коматовской. А во второй половине XIX века усадьбу продали романовскому купцу Ивану Шумилову. Второй каменный терем екатерининских времен – дом 58 по улице Ушакова. С большой уверенностью можно утверждать, что построил его 2-й гильдии купец Евграф Дмитриевич Сушин (1737–1820). И здесь, как у Пятошина, земельный участок изначально простирался до соседней Новинской улицы (ныне улица Ленина), на которой в 1788 году Сушин построил каменный кожевенный завод. Сейчас на его месте (а может на его фундаментах) стоит кирпичный двухэтажный жилой дом советского времени (ул. Ленина, д. 43а). Фамилия Сушиных некогда была одной из самых распространенных в Романове. В 1621 году жил в Романове некто Богдашко Суша. Был он пролубщиком, то есть отвечал


и произошла фамилия. В XVII – XVIII веках среди Сушиных были и огородники, и кузнецы, и торговцы. В екатерининскую эпоху братья Александр и Евграф Сушины владели несколькими заводами, лавками в торговых рядах и амбарами на торговой площади. Старший, Александр, в 1760х годах был в Романове бургомистром. После его смерти Евграф Дмитриевич стал первым среди купцов города, в 1800-е годы на его средства содержалась романовская богадельня. Сыновей у Евграфа Сушина не осталось, и весь капитал унаследовали его зятья. Одному из них, Ивану Юрину, достался дом, который впоследствии уже от его наследников перешел к санкт-петербургскому купцу Ларионову.

за содержание городских прорубей (прорубь первоначально называлась на Руси словом «пролуб». – Ред.). Вполне возможно, от его прозвища

КАК ПОЯВИЛАСЬ ЛЕОНТЬЕВКА Если сопоставить старый и новый планы города, нетрудно догадаться, что его предстояло фактически отстроить заново. От властей при этом требовалось решить слож-

нейшую задачу – как перекроить город, не ущемив при этом права землевладельцев. В некоторых случаях новые улицы пролегали так, что у горожан оставалось достаточно земли для постройки нового дома уже в соответствии с регулярным планом, но возникали и очень непростые ситуации, когда земля у владельцев уходила под новые улицы или площади «вся без остатку». Городу срочно потребовались бы свободные территории для застройки, а потому об этом подумали заранее. К востоку от городского вала находился обширный и свободный участок земли, принадлежавший Крестовоздвиженскому собору, – «пустошь Куницино,

2013

Дом Евграфа Сушина – Ларионовых.

47


2013

48

План города Романова 1800 года (бледными линиями показаны старые улицы дорегулярной застройки). Из собрания документов Госархива Ярославской области.


49

2013


2013

50

Фрагмент плана города Романов-Борисоглебска 1851 года. Из собрания Российской государственной библиотеки.


51

2013


2013

купеческое сословие

Дом Кайдаловых – Доводчикова.

52

Мамоново тож» (по-видимому, так называлась располагавшаяся там когда-то деревня). На этом месте по регулярному плану должны были возникнуть сразу несколько кварталов. Так выросла та часть города, которую сейчас принято называть Леонтьевкой. Название свое она получила от старинной Леонтьевской слободы, существовавшей уже в начале XVII века и получившей имя от стоявшего поблизости древнего храма святителя Леонтия Ростовского чудотворца. Еще в начале XVII века на самом берегу Волги, ниже того места, где сейчас начинается Леонтьевская улица, стояли два деревянных храма – святителя Леонтия Ростовского (летний, он же впоследствии Вознесенский) и великомученицы Параскевы Пятницы (зимний). К началу описываемой «перестройки» один из них сгорел, а другой обветшал, да и деревянных храмов в городе больше не осталось. Словом, решили местные купцы построить каменный храм, да при том на новом месте. Основную часть здания возвели в 1795 году «тщанием купца Григория Карповича Сырейщикова с прихожанами». Но строительство растянулось, и современный облик храм обрел лишь к 1815 году. В нем устроили придел святителя Леонтия Ростовского чудотворца, но официально храм стал называться по главному престолу – Вознесенским. К началу регулярной застройки города единственная улица Леонтьевской слободы проходила в районе нынешней Крестовоздвиженской улицы (дома 29 – 39), но под острым углом


грозила привести к длительной тяжбе и большим убыткам, а между тем истекал положенный срок строительства дома на Крестовоздвиженской (это оговаривалось, когда город выделял землю). И предприимчивый мещанин принял, по-видимому, самое верное решение. Вскоре он приобрел два соседних участка, расширив таким образом свои родовые владения, и смог, наконец, построить каменный дом. Этот показательный случай позволяет представить, с какими проблемами сталкивались многие застройщики.

Вознесенский – Леонтьевский храм.

Казанский спуск. Вид на Казанский – Преображенский храм и Воскресенский собор. Открытка начала XX в. из собрания Даниила Силенко.

2013

к ней и к Волге, визуально продолжая линию восточного вала городских укреплений. Дома стояли только по одной стороне, справа, если идти из центра, а дворы и огороды были вытянуты в сторону Волги. Жителям Леонтьевской слободы повезло: поскольку верхняя граница квартала (нынешняя Крестовоздвиженская улица) прошла под углом к старой улице слободы, образовавшийся «треугольник» прирезали к старым участкам. Так произошло и с землей мещанина (позднее – купца) Ивана Кирилловича Кайдалова. В 1807–1810-х годах он построил здесь один из самых красивых в Романове каменных особняков – сейчас это дом 33 по Крестовоздвиженской. Этому предшествовала весьма занятная история. Первоначально тут разрешили строительство деревянного дома (повидимому, для каменного недоставало земли), и Иван Кайдалов хотел построить дом в другом квартале, где также имел землю. Но поскольку и там для каменного двухэтажного дома ее не хватало, Иван Кириллович попросил кусочек («не более двух сажен с половиною») у соседа, мещанина Тимофея Сапожникова. Тот вначале согласился на уступку, а потом взял свои слова обратно. К тому времени Иван Кайдалов уже заготовил камень для фундамента и готов был начать стройку. Ситуация

53


2013

купеческое сословие

Род Кайдаловых – один из древнейших в Романове. Первое упоминание об этой фамилии встречается в 1617–1618 годах, когда Иван Кайдалов был сотским романовских посадских людей (сотский – выборная должность посадского общественного самоуправления, нечто вроде участкового на общественных началах). В 1661 году среди братии романовского Новопокровского монастыря упоминается старец Корнилий Кайдалов. В XVIII и XIX веках среди Кайдаловых были бургомистры и гласные городской думы. Большинство представителей этой купеческой династии были прихожанами Вознесенского (Леонтьевского) храма. «Родовое гнездо» их было на Коприной горе – так называли часть города, расположенную между восточным крепостным валом и нынешней улицей Ленина (район вокруг пятой школы). Упомянутый выше строитель 54 дома 33 Иван Кириллович владел крупяным заводом (делал овсяную крупу) и двумя лавками в каменном торговом ряду. Дом принадлежал его потомкам еще несколько десятилетий, а затем, на рубеже XIX–XX веков, перешел врачу, дворянину Кириллу Кирилловичу Доводчикову. В середине прошлого столетия по неизвестным пока причинам у дома разобрали южное крыло, но он все же не потерял своего очарования. Кроме дома Кайдаловых на Леонтьевской площади сохранились три каменных особняка: дом 39 по улице Крестовоздвиженской и дома 24

и 26 по улице Ушакова. Их построили три брата из купеческой династии Раззореновых: дом 24 по улице Ушакова – Степан Андреевич Раззоренов, соседний особняк – дом 26 – Петр Андреевич, а здание тутаевской больницы (Крестовоздвиженская, дом 39) – Филипп Андреевич Раззоренов. Изначально все три брата получили участки по-соседству, на улице Ярославской (нынешней Ушакова). Петр и Степан благополучно построились, и дома потом перешли к их потомкам. У Филиппа же не обошлось без приключений. Вначале он построил деревянный дом по соседству с братьями, но вскоре его большой семье стало тесно. Тогда Филипп попросил разрешения построить «каменный наугольный

Дом Степана Раззоренова.

Филипп Раззоренов прожил долгую жизнь – почти до 95 лет – и оставил многочисленных потомков, но – увы! – в старости ему пришлось быть свидетелем горького оправдания собственной фамилии. дом» в Леонтьевской слободе (то есть ближе к Волге). В его прошении на полях есть красноречивая приписка: «а за просимую мною градскую землю добровольно жертвую в доход обществу денег пятьдесят рублей». Но вот незадача – по «высочайше утвержденному» плану там должны были проложить дорогу к Волге (это было бы продолжением Городской, а ныне Гражданской улицы, по сути, еще один взвоз). Поэтому, чтобы решить вопрос в пользу купца Раззорено-


ВОКРУГ ИСЧЕЗНУВШЕГО ХРАМА Начало улицы Панина сейчас украшает памятник нашему земляку, уроженцу Романовского уезда святому

адмиралу Федору Ушакову, а когдато здесь была небольшая площадь, посреди которой красовалась церковь Воскресения Христова. Безбожные власти разрушили ее в начале 30-х, и сейчас на ее месте стоят дома 6 и 8 по улице Панина. Ближайшим к храму каменным особняком был дом 57/9 по Крестовоздвиженской улице, где с советских времен и по сей день находится почта. Его на своей родовой земле возвели купцы-хлеботорговцы братья Василий и Андрей Сергеевичи Новиковы (Василий в 1840-х годах был бургомистром романово-борисоглебского магистрата). По соседству, прямо напротив алтаря Воскресенского храма, построил свой дом мещанин Василий Никанорович Юрин, представитель одной из древнейших в Романове фамилий. Речь идет о доме 7 по улице Панина. В XVIII-XIX веках Юрины разделились на несколько самостоятельных купеческих династий. Их предок Савка

Храм Воскресения Христова. Разрушен в 1930-е годы.

2013

ва, городским властям даже пришлось писать губернатору, дескать, лишний взвоз там не нужен. Филипп Раззоренов прожил долгую жизнь – почти до 95 лет – и оставил многочисленных потомков, но – увы! – в старости ему пришлось быть свидетелем горького оправдания собственной фамилии. К 1830-м годам семье пришлось за долги продать старый деревянный дом. А потом, по-видимому, и каменный – в 1840 годах он уже принадлежал наследникам санкт-петербургского купца Ивана Иларионова (Ларионова). Во второй половине столетия зданием владели крестьяне Богородской волости, а затем он стал принадлежать романово-борисоглебской земской управе, которая и разместила там больницу.

55


купеческое сословие

Юрин упоминается еще в дозорной (переписной) книге 1621 года. Василий Никанорович также оставил свой след в истории города – в 1832 году он пожертвовал тысячу рублей (по тем временам сумму немалую) на устройство взвоза у Казанского храма, который сохранился до наших дней в сильно заросшем виде. Облик площади у Воскресенского храма начал меняться еще до революции, когда рядом построили дом причта (ул. Панина, д. 12). До этого угловым в квартале был дом 53 по Крестовоз-

2013

движенской улице. Изначально он входил в большую усадьбу, которую построил 3-й гильдии купец, торговец «всяким теплым и рукавичным товаром» Тимофей Яковлевич Козлов. Сейчас большую часть территории усадьбы занимает детский сад. А через дорогу до 1998 года стоял подобный деревянный дом (Крестовоздвиженская, дом 20), к сожалению сгоревший. Его построил купец Евлампий Иванович Кишкин. Возможно, строительство обоих домов по соседству не случайно 56 и связано с историей Покровского храма. Дело в том, что представители обоих родов – Кишкины и Козловы – были давними его прихожанами. В 1831 году храм из-за финансовых проблем решили закрыть. Тимофей Яковлевич Козлов на тот момент был его старостой, а Евлампий Иванович Кишкин – церковным строителем. Они вместе с другими прихожанами пытались спасти приход от упразднения, но тщетно. Впрочем, через несколько лет приход открыли вновь, но бывший староста и церковный строитель переселились к Воскресенскому храму.

Дом БыковыхАпаховых. Фото 1950 г.

Дом Тимофея Козлова.

В этом же церковном приходе в начале XIX столетия появился каменный особняк, ставший своего рода «визитной карточкой» нашего города и одним из лучших его украшений (ул. Ушакова, д. 21/15). Во всех путеводителях он фигурирует как дом Апаховых. Здание действительно принадлежало какое-то время купцам Апаховым, но построили его представители совсем другой купеческой династии – Быковы. В 1802 году в романовском купечестве состояли Сергей Федорович Быков и его сыновья Семен, Матвей и Лев. Они-то и возвели знаменитый дом со скругленным углом не позднее 1817 года. Быковы успешно торговали холстом и к 1840-м годам получили потомственное почетное гражданство. В 1848 году у дома было два владельца: 3-й гильдии купцы Лев Сергеевич Быков и его племянник купец Алексей Семенович Быков. Впоследствии на дочери первого, Юлии Львовне, женился купец Александр Петрович Апахов, которому в качестве приданого и перешла часть дома. Перед революцией и во времена нэпа здесь жила семья его сына, Александра Александровича Апахова.•

Окно в доме Василия Юрина. Начало XIX века.

Мост через городской ручей и вид на дом БыковыхАпаховых.


Фото Даниила Силенко.

57

2013


соляные Склады Строгановых Дмитрий НЕЧАЕВ, Елена БОГОРОДИЦКАЯ

2013

гражданская архитектура

В центральной части бывшего Романова на старой Торговой (Базарной) площади (современной площади Ленина) расположено, по-видимому, единственное в городе и редкое для всей Ярославской области гражданское здание рубежа XVII–XVIII веков. По данным «Списка объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) федерального значения, расположенных на территории Ярославской области», Склады соляные Строгановых (конец XVII – начало XVIII веков) – площадь Ленина, дом № 6а – поставлены на государственную охрану Указом Президента Российской Федерации от 20 февраля 1995 г. № 176. Данная статья не является полным и исчерпывающим исследованием по названному памятнику, а представляет собой всего лишь комментарий и предварительную постановку комплекса вопросов, связанных с датировкой, принадлежностью (функциональной и владельческой) и архитектурой здания.

58

Датировка Документальные свидетельства датировки, выявленные на настоящий момент, связаны исключительно с картографическим материалом по городу Романову. Дорегулярный план города из фондов РГВИА (до 1784 года) показывает вытянутое по оси восток-запад каменное здание к северу от Спасской церкви на Торговой площади. Та же постройка фигурирует и на дорегулярной под­о снове регулярного «Плана города Романова Ярославского наместничества», утвержденного в Царском Селе 13 августа 1784 года. Указанное на планах здание по своим габаритам и ориентацией по сторонам света и к красным линиям вновь запроектированного квартала не вызывает сомнений в своей идентичности с современным домом № 6а на площади Ленина. Таким образом, данные картографического анализа позволяют однозначно отнести данную постройку к дорегулярному периоду города Романова – до 1784 года.

План города Романова, приводимый совместно с планом «заштатного города Борисоглебска» в «Атласе Ярославской губернии 1817 года», показывает исследуемое строение разделенным практически поровну на две половины: западная пронумерована в экспликации под винным магазином № 3, а восточная – под соляным (№ 4). Указания на владельческую принадлежность на чертеже 1817 года отсутствуют. Письменных источников, подтверждающих строительство исследуемого здания, на данный момент не выявлено, поэтому датировка здания рубежом XVII-XVIII веков, по-видимому, была осуществлена на основе стилистического анализа архитектуры здания, а именно: по наличию системы сводов с распалубками в некоторых компартиментах здания, значительной толщине стен, форме некоторых кованных оконных решеток и кирпичному наличнику с белокаменными элементами небольшого заложенного окна в центральной части южного фасада.

Архитектура здания Вытянутое в плане одноэтажное здание разделено вдоль на две равные части, каждая из которых в свою очередь разбита на три части, благодаря чему образуются три пары комплементарных (дополняющих друг друга. – Ред.) помещений. На главном, ориентированном на Торговую площадь, фасаде данное трехчастное деление выявлено широкими лопатками. Со стороны площади входов в здание четыре: два на крайних пряслах стен и два в центральной части. Центральное южное помещение с двумя входами имеет дополнительную поперечную стенку, делящую его на два меньших помещения, когдато соединенных арочным проемом, в настоящее время заложенным. Над восточной внутренней поперечной стеной возведена поздняя (отнести ее надо к XIX веку) брандмауэрная (противопожарная) стена XIX века, по конфигурации которой устроена существующая стропильная конструкция крыши, обрушившаяся в восточной части здания.

Дмитрий НЕЧАЕВ – искусствовед, выпускник СПбГАИЖСА, заместитель директора по научной работе ООО «ПСФ «София» (г. Ярославль), автор проектов реставраций ряда объектов культурного наследия.

Елена БОГОРОДИЦКАЯ – архитектор-реставратор, выпускница ГИСИ (Нижний Новгород), директор ООО «ПСФ «София» (г. Ярославль), автор проектов реставраций объектов культурного наследия Ярославской области, Архангельска, Саратова и других городов.


2013

Южный фасад.

59

Юго-западное помещение здания перекрыто сомкнутым сводом с парными распалубками с четырех сторон, причем распалубки с южной и западной сторон соответствуют оконным проемам верхнего света (западные окна заложены).

Одно из южных центральных помещений перекрыто цилиндрическим сводом, в другом –перекрытие отсутствует, сохранились поздние гнезда от заведенных балок. Остатки рухнувшего сомкнутого свода с распалубками выявлены также в северо-

восточном помещении здания, северное и юго-восточное помещения не имеют остатков сводчатых каменных перекрытий. Доступ в северо-западное помещение отсутствует. Визуальный анализ кирпичной кладки выявил значительные


Наличник центрального прясла южной стены.

2013

гражданская архитектура

поздние переделки и ремонты в центральной части здания. Так, цилиндрический свод в одном из южных центральных помещений является поздним, так как кладка южной стены не перевязана с кладкой свода и в настоящее время грозит обрушением в связи с раскрытием трещин шириной до 8 сантиметров. Само центральное прясло южной стены несет на себе следы многочисленных переделок и значительных перекладок, изменены формы дверных проемов, уничтожены первоначальные оконные проемы. Представить, как выглядел южный фасад здания в середине XIX века, можно по чертежу из фондов архитектурной графики Ярославского музея-заповедника, выполненному за подписью архитектора А. Гаитенова: «План, фасад и профиль магазину, принадлежащему графине Строгановой, состоящему в городе Романов-Борисоглебск, в коем может поместиться 20 000 ведер вина». Точная дата на чертеже отсутствует, и назначение его неясно, так как отсутствует заявленный в заголовке 60 «план … магазину», располагавшийся, вероятней всего, в нижней части листа (четко видна линия обреза чертежа), но подпись архитектора А. Гаитенова позволяет отнести данный чертеж к середине XIX века. Для дальнейшей работы над датировкой чертежа необходимо проведение дополнительных историко-архивных исследований по деятельности архитектора А. Гаитенова в Ярославской губернии. Ввиду отсутствия полного объема чертежей, точно сказать, является ли данный чертеж фиксационным или проектным, не представляется возможным. Вероятней всего, он

был выполнен с целью внутреннего переустройства для увеличения количества размещаемого товара, на что указывает модальность будущего времени «в коем может поместиться 20000 ведер вина» и изображение дополнительных деревянных перекрытий в северной части здания для устройства второго этажа. Сравнительный анализ существующего состояния южного фасада здания и лицевого фасада на чертеже А. Гаитенова позволяет установить следующее. Крайние (западное и восточное) прясла южной стены сохра-

веденными в советский период. Два восточных оконных проема также утрачены (возможно, один из них переделан в существующий восточный дверной проем). Самое же примечательное отличие чертежа от существующего состояния южного фасада здания – отсутствие на чертеже кирпичного тесаного наличника под карнизом здания. К данному вопросу мы вернемся немного позднее. Переделки коснулись также других частей здания. Как уже упоминалось, сомкнутые своды с распалубками

...в настоящее время здание строгановских складов находится в аварийном состоянии, на грани разрушения, и необходимо принятие срочных мер консервационного, противоаварийного характера с последующим проведением научно-исследовательских и реставрационных работ. нились практически без изменений – хорошо просматриваются форма и местоположение, узнается прием перспективного заглубления проемов входных групп и окон верхнего света в нишу (искаженный разрушениями и поздними ремонтами, но легко прочитывающийся). Центральное же прясло южного фасада претерпело значительные изменения, что подтверждают данные визуального обследования здания. По-видимому, практически вся центральная часть здания южного фасада была переложена: дверной проем, показанный на чертеже, утрачен совсем (возведена поперечная стена в интерьере здания), западное окно, по-видимому, переделано в существующий западный дверной проем – с расширением и заведением металлической перемычки, произ-

сохранились не во всех помещениях. Возведенный в XIX веке брандмауэр и уже показанный на чертеже А. Гаитенова (в настоящее время невозможно определить, запроектирован ли он Гаитеновым или устроен ранее), изменил форму крыши здания, многие внутренние стены имеют следы заложенных ниш, проходов, арочных проемов (по-видимому, поздних, – один из них показан на разрезе чертежа А. Гаитенова с каменной лестницей за ней) и т. д. Владельческая принадлежность Вопрос о первоначальной владельческой принадлежности здания на настоящее время остается открытым. Планы конца XVIII – начала XIX веков не указывают владельца здания, письменные источники XVIII –


61

2013


Богородицкая башня СпасоПреображенского монастыря в г. Ярославле. Фото нач. XX в.

2013

гражданская архитектура

первой половины XIX веков требуют проведения скрупулезной архивной работы. На настоящее время можно утверждать, что наиболее ранним документальным источником, относящим исследуемое здание к владениям Строгановых, является чертеж архитектора А. Гаитенова, указывающий в качестве владелицы графиню Строганову и позволяющий датировать время владения серединой XIX века. «Книга учета недвижимых имуществ по 1-й части города Романова-Борисоглебска» указывает владельца имущества следующим образом: «№ 111. Каменный амбар с землею. Земля графини Строгановой; 2/3 амбара купца Ивана Бабушкина и 1/3 купца Ефима Дериглазова. Относительная стоимость или ценность имущества – 700 рублей, причитающийся налог на имущество пропорционально его стоимости – 8 рублей 40 коп.». Дело госархива Ярославской области не датировано, но косвенные признаки позволяют отнести его к концу 1880-х годов, не ранее 1881-1885 гг. С достаточной точностью нельзя утверждать, что за графиней Строгановой сохранилась только земля под постройкой, а амбар был выкуплен в собствен62 ность купцами И.А. Бабушкиным и Е.И. Дериглазовым, так как «Описания недвижимых имуществ 1912 года» по 9 кварталу Романова-Борисоглебска не указывают названных купцов собственниками здания, вероятней всего – здание сдавалось в аренду. Отсутствие точных сведений о графине и невозможность установить, является ли графиня Строганова, упоминаемая на чертеже А. Гаитенова, и графиня Строганова в «Книге учета недвижимых имуществ по 1-й части города Романова-Борисоглеб-

Сама графиня С. С. Строганова родилась и умерла в Санкт-Петербурге, похоронена в Федоровской церкви Александро-Невской Лавры. С 1 октября 1843 она числилась фрейлиной. От брака с И.П. Толстым у нее были сын Петр Иванович (1849-1925) – отставной поручик лейб-гвардии Конного полка, затем чиновник Министерства внутренних дел, обер-камергер и дочь – графиня Наталия Ивановна Ферзен.

Проект приспособления Богородицкой башни В.И. Шишкина. 1895 г.

ска» одним и тем же лицом, вводит в исследовательское поле достаточно большое количество лиц из дома Строгановых, а именно – двенадцать человек. Из всех этих кандидатов по известным на сегодняшнее время историческим данным с РомановоБорисоглебским уездом Ярославской губернии связь имеет только одно лицо – графиня София Сергеевна Строганова – через своего мужа графа Ивана Петровича Толстого (1810-1873), статского советника, прокурора 5-го Департамента Сената, герольдмейстера Сената, с 1841 года – камергера, затем действительного статского советника, помещика Костромской, Московской, Нижегородской и Ярославской губерний. В 1860 году за ним числится село Новое Романово-Борисоглебского уезда Ярославской губернии (457 душ, 2 420 га) и село Маресьево Сергачевского уезда Нижегородской губернии (201 душа, 1000 га).

Функциональная принадлежность Возвращаясь к вопросу о функциональной принадлежности, повторим, что первые известные сведения об использовании исследуемого здания относятся к 1817 году, к плану города Романова, в экспликации к которому указано, что в западной части здания расположен винный, а в восточной – соляной магазины. Связать соляную торговлю в Романове в начале XIX века (такой же магазин существовал в 1817 году на Борисоглебской стороне на Волжской набережной, у спуска к современной пристани) с соляными промыслами Строгановых более чем легко, но данные «Топографического описания Ярославской губернии 1803 года» указывают следующее о ввозе соли в Романов: «Доставляемые в город товары: … соль из саратовских запасных магазинов, ассигнованная для Романова с уездом в количестве 22 105 пудов 25 фунтов». А как известно, Строгановы не занимались солеварением в Астраханском крае. Поэтому вопрос о возможности торговли солью Строгановыми (вероятней всего, через Вологодский торговый дом) в Романове до начала разработки эльтонской соли и начала ее поставки в Романов остается открытым. В 1895 году купец Ефим Иванович Дериглазов строит на территории своего домовладения в бывшем квартале № 9 каменную одноэтажную баню в кирпичном стиле, вплотную примыкающую к исследуемому зданию и, соответственно, к своей части амбара Строгановой. По данным «Описания недвижимых имуществ 1912 года» в одноэтажной каменной постройке с 1900 года располагается круглогодичная колониальная и винная торговля владельца; возможно, данный товар Е.И. Дериглазов складировал и торговал им и в своей части исследуемого здания. Точных данных об использовании купцом И. Бабушкиным 2/3 помещений здания нет, но, вероятней всего, помещения использовались под склады продукции, связанной с мучным производством, которым занимался владелец.


И напоследок вернемся к архитектуре здания, а именно – к существующему кирпичному наличнику с белокаменными элементами на центральном прясле южного фасада здания. Выше сравнительным анализом архивного чертежа и натурных данных нами установлено, что наличник появился во время или после практически полной перекладки фрагмента южной стены здания со стороны площади Ленина. Визуальный осмотр выявил следы разборки существующей кладки стены и установки на ее место наличника, отсутствие как такового оконного проема и его следов с внутренней стороны стены, следы перекладки венчающего карниза здания для устройства навеса над наличником, а также и сами металлические кронштейны навеса. Вероятней всего, данная перестройка южной стены с устройством наличника в «русском стиле» имела место в самом конце XIX–начале XX веков.

Различные переделки древних сооружений производились чаще всего в связи с утилитарными нуждами, но одновременно решались и определенные художественные задачи. Как отмечает А. С. Щенков, перестройки были широко распространены, прежде всего, – в самой многочисленной группе памятников – в культовых постройках. Но следует отметить, что причины переустройства и методы, используемые при этом, также можно отнести и к гражданским зданиям, как в случае с исследуемым нами памятником. В качестве одной из важных причин перестройки были трещины в стенах и сводах, другие признаки обветшания конструкций. В качестве ближайшего регионального примера остановимся на переустройстве угловой Богородицкой башни Спасского монастыря в городе Ярославле (площадь Богоявления), предпринятой в 1895 году Ярославским архиепископом Ионафаном. «Решено было разместить в первом этаже часовню, а во втором – Дмитриевское братство и его библиотеку. Проект был заказан […] губернскому архитектору Шишкину и, будучи представлен в Московском археологическом обществе (МАО), получил одобрение. Было только выражено желание, чтобы шатер был повышен, причем образцом обработки могла бы послужить башня Варварских ворот в Москве. В 1906 году Импера-

торская археологическая комиссия (ИАК), рассмотрев доработанный проект, одобрила рекомендации МАО, но указала, что пропорции шатра и рисунок его окон не отвечают указанному образцу, равно как и устройство черепицы. Снова отмечена недостаточная высота шатра, который будет зрительно «заваливаться» за линию бойниц. Кроме того, указано на несовпадение членений фасада на чертеже и на фотографии существующего вида башни, на то, что украшения дверей и окон не отвечают общей простоте постройки». Как сообщает А.С. Щенков, ИАК потребовала переработки проекта, в ответ на что архиерей отказался от проекта вообще, проведя приспособление «с устройством двери и окон в прежних проемах» и без изменения внешнего вида, но иконографические материалы подтверждают, что часть работ по проекту Шишкина была выполнена. Так что, вполне вероятно, что работы по соляным складам Строгановых проводились в это же время под руководством губернского архитектора В.И. Шишкина, и, возможно, архивные данные, подтверждающие это, еще будут выявлены. И в заключение хочется отметить, что в настоящее время здание строгановских складов находится в аварийном состоянии, на грани разрушения, и необходимо принятие срочных мер консервационного, противоаварийного характера с последующим проведением научно-исследовательских и реставрационных работ. Физическое состояние объекта таково, что его полная утрата не за горами, если не принять мер по спасению этого интересного и редкого по своей архитектуре, типологии, истории и древности объекта культурного наследия.• 2013

Истоки такого рода перестроек (реставраций) древних зданий лежат в историософской мысли и основанной на ней реставрационной практике середины XIX века и последующих лет. Проведенные в последние годы исследования показали, что большая часть общества не видела в старых сооружениях ничего неприкосновенного. «Это и те слои населения, которые нигилистически относились к культурному наследию или для которых проблема наследия просто не существовала; это и те, для которых ценимое ими духовное наследие не связывалось непосредственно с вещественным историческим материалом. Первые в наш период сравнительно редко имели отношение к работам на памятниках, вторые

же, наоборот, очень часто. Несмотря на серьезные различия во взглядах, те и другие склонны были очень сходно обращаться с архитектурными памятниками, которыми они пользовались и которые они так или иначе перестраивали». При этом речь шла не о реставрации зданий, а об их переделке.

Литература и архивные источники 1. Русское градостроительное искусство. Градостроительство Московского государства XVI-XVII веков. Под общей редакцией Н.Ф. Гуляницкого. – М., 1994. С. 221. 2. Полное собрание законов Российской империи (собрание первое). Книга чертежей и рисунков (планы городов). Спб., 1839. 3. Государственный архив Ярославской области, ф. 560, оп. 1, д. 391. 4. ГАЯО, ф. 512, оп. 1, д. 1257. 5. ГАЯО, ф. 485, оп. 5, д. 379. 6. Родословная гг. Строгановых. Составлена Ф.А. Волеговым и дополнена А.А. Дмитриевым. // Пермский край. Сборник сведений о Пермской губернии. Пермь, 1895, т. 3. – С. 197, 198. 7. И.В. Купцов. Род Строгановых. – Челябинск, 2005. С. 127, № 160. 8. La Noblesse de Russie. Publes par Nikolas Ikonnikov. – Paris, 1961, Vol. P.2. – Р. 439-441, № 134. 9. В.В. Руммель, В.В. Голубцов. Родословный сборник русских дворянских фамилий. – Спб., 1886-1887, т. 2. С. 510, 517. 10. Великий князь Николай Михайлович. Московский некрополь. – Спб., 1907-1908, т. 3. С. 214. 11. La Noblesse de Russie. Publes par Nikolas Ikonnikov. – Paris, 1961, Vol. P.1. – Р. 107, № 518.

12. Петербургский некрополь, или Справочный исторический указатель лиц, родившихся в XVII-XVIII столетиях, по надгробным надписям Александро-Невской лавры и упраздненных Петербургских кладбищ. Сост. В. Саитов. – М., 1883, с. 132. 13. Великий князь Николай Михайлович. // Петербургский некрополь. – Спб., 1912-1913, т. 4. С. 269. 14. Boettger Timothy F. La descendanced’AlexandrAndreivitch, 1er prince Bariatinski. Unegenealogiebiographique. – Seattle, 1996, Vol. 3. – P. 2171, 2173. 15. Топографическое описание Ярославской губернии (1803 г.) // Ярославская губерния в начале XIX века. Материалы историкостатистических описаний. – Ярославль, 2008. С. 138. 16. Г.А. Мишин. И соль города строит. // http://ukrvolga.seun.ru/science/ mischin.html. 17. А.С. Щенков. Практика реставрационных работ 1890-1917 гг. // Памятники архитектуры в дореволюционной России. Очерки истории архитектурной реставрации. – М., 2002. С. 369, 379, 381. 18. Древности. Труды Московского археологического общества. Т. 17. С. 375. 19. Известия Императорской археологической комиссии. В. 26. – Спб., 1908. С. 128-129.

63


Романовский дом Бирона Владимир КОЛОМЕНСКИЙ

Листая пожелтевшие страницы документов, касающихся истории нашего древнего города, неоднократно встречаешь упоминание дома Бирона. Какого же это Бирона, уж не знаменитого ли фаворита императрицы Анны Иоановны? Оказывается – да. Но все же более правильным было называть это здание по фамилии его владельцев: дом мещан Дергаловых.

Д

2013

гражданская архитектура

ергаловы – выходцы из Романова, проживали они в столице и были очень близки ко двору императрицы. После переворота 1740 года временщик Бирон был сослан в город Пелым Тобольской губернии. Однако вскоре в Петербурге происходит новый, второй в жизни Бирона переворот, в результате чего на трон взошла дочь Петра Первого Елизавета. Когда-то Бирон спас Елизавету от заточения в монастырь, и теперь пришла очередь Елизавете спасать Бирона. В конце января 1741 года в Пелым прискакал сенатский курьер с императорским указом, возвращавшим Бирону полную свободу и одно из его имений. Но буквально следом Бирона ждало разочарование. По дороге из своей несостоявшейся ссылки он получает новый императорский указ, по которому ему повелевалось отправиться в Ярославль и жить там безвыездно. Причина такого решения императрицы до сих пор доподлинно неизвестна. К месту своей новой ссылки Бирон ехал кружным путем и, по всей видимости, на пути к Ярославлю сделал последнюю остановку в доме мещан Дергаловых. А поскольку постоялец был личностью очень известной, народ и закрепил впоследствии имя 64 Бирона за этим домом. В Ярославле Бирон проживал в разных домах

Луи Каравакк. Портрет императрицы Анны Иоанновны. 1730 г.

и, по свидетельству источников, не бедствовал, несмотря на то, что находился в ссылке. Бывший регент и его семья задержались в Ярославле почти на 20 лет. В 1761 году Петр III освободил Бирона из ссылки и вернул ко двору. Уезжал герцог Курляндский по прямому тракту на Москву и заехать в Романов-Борисоглебск уже не мог.

А что же представлял знаменитый дом Бирона в архитектурном отношении? Заслуживает ли история строительства подобных домов нашего внимания? Общеизвестно, что на протяжении первой половины XVIII века наблюдался процесс формирования характерного вида жилых сооружений, предназначенных для жилья и парадных приемов одновременно. Но построить такой огромный дворец мог не каждый, и поэтому наибольшее распространение получают дома усадебного типа. Обладая различными объемами, эти здания имеют общие принципы внутренней планировки, что позволяет объединить их в единую группу домов-дворцов. На планах можно четко выделить парадные покои и служебные помещения, а также длинный коридор-сени. Нижний этаж как правило использовался в хозяйственных целях, верх – для приемов и жилья владельцев. Верхняя парадная комната получила название большой столовой комнаты, а позднее – залы. Одним из примеров таких архитектурных сооружений и являлся дом мещан Дергаловых, который стоял на правом берегу Волги, на Борисоглебской стороне. Время постройки дома Дергаловых точно не известно, но по свидетельству И. Тихомирова «он старше 1784

Владимир КОЛОМЕНСКИЙ родился в 1960 году в городе Тутаеве. С 1984 по 1991 годы работал старшим пионерским вожатым в тутаевской средней школе № 1, затем методистом по пионерской работе Дома пионеров. Закончив заочное отделение Ярославского государственного педагогического института им. К.Д. Ушинского, в 1992-93 гг. преподавал историю в вечерней школе. С 1993 года Владимир Валентинович трудится в Администрации Тутаевского муниципального района – сначала ведущим специалистом по охране исторического наследия и развитию въездного туризма, а с 2004 года – начальником отдела ЗАГС.


2013

65

Портрет герцога Курляндского Э.И. Бирона.


гражданская архитектура

Как отмечает все тот же И. Тихомиров, дом «был сложен из хорошо обожженного кирпича и имел на втором этаже сводчатые потолки,нижний этаж внутри был оштукатурен, в своде заделаны большие кольца, на которых подвешивались, по всей видимости, котлы для варки». Высота второго этажа составляла 3 м 30 см, восьмиугольное окно на нем служило для освещения коридора. Нижний этаж не отапливался, а в верхних покоях было всего две печи. Внутри дома этажи

2013

года, т.к. на первых картах этого периода он уже есть и обозначен как старый». Дергаловы приобрели дом у Винокуровых и владели им в течение четырех поколений. По данным оценочной описи недвижимого имущества за 1883 год, в 26 квартале Борисоглебской стороны дом числится «за Александром, Николаем и Никитой Дергаловымимещанами». Впоследствии дом был по частям приобретен Е.Е. Классеном – владельцем Романовской льняной мануфактуры.

Дом Дергаловых в РомановоБорисоглебске. Нач. XVIII в.

не сообщались между собой,поэтому можно сделать вывод, что для связи служили две наружные лестницы. Это вызывало определенные неудобства для прислуги при подаче блюд во время приемов. К сожалению, усадьба мещан Дергаловых до наших дней не сохранилась. Весной 1909 года он сгорел, после чего постепенно разрушался. И. Тихомиров предлагал восстановить и реконструировать дом Дергаловых и даже разработал проект реставрации, но он так и не был реализован из-за недостатка средств. Подобные дома-дворцы сохранились во многих городах России. Это дом Иванова в Ярославле (улица Чайковского, 4), дом Ромодановских в Курске, дом Симона Ушакова в Москве…•

66

Литература 1. А.А. Тац. Русское каменное зодчество XVII века. 2. А.В. Тыдман. Развитие внутреннего пространства домов-дворцов 1700-1760 гг. 3. И. Тихомиров. Дом мещан Дергаловых в г. Романов-Борисоглебске. 4. Л. Фабричникова. Палаты Бирона у Мякушина спуска. (Газета «Золотое кольцо» за 21 мая 1997 г.).


67

2013


“Feci, quod potui, faciunt meliora potentes” – «Я сделал все, что мог, и пусть, кто может, сделает лучше».

Виктор РАГОЗИН И ЕГО ЗАВОД В КОНСТАНТИНОВСКОМ

2013

российские промышленники

Галина КОЛЕСНИЧЕНКО

68


19 (31) августа 2013 года исполнится 130 лет со времени рождения Виктора Ивановича Рагозина. Для судеб истинно великих людей характерно, что со временем их имена не тускнеют. Наоборот, возрастает интерес к ним, и даже не столько к их делам, сколько к их жизни и индивидуальности. Жизнь Виктора Ивановича богата событиями и переменами, но ярче всего она предстает в его книгах, статьях, спорах об экономических путях развития Родины. Деятельность этого человека и сегодня представляет огромный интерес для развития нефтяного дела, является ярким примером на поприще мирного труда, посвященного русской нефтеперерабатывающей промышленности, которой он отдал лучшие годы своей жизни. Веря в решающее влияние технического прогресса на развитие России, он много работал над созданием безотходных технологий в нефтепереработке. Яркие страницы жизни Виктора Ивановича Рагозина связаны также с созданием и строительством Константиновского завода по производству минеральных масел в Романово-Борисоглебском уезде Ярославской губернии.

Виктор Иванович Рагозин. Конец 50-х годов Х1Х века.

Виктор Рагозин в студенческие годы.

нечистоплотность дел, низкопоклонство, с которыми постоянно стал встречаться молодой человек с пытливым, деятельным умом и смелым независимым характером, оттолкнули его от этого вида деятельности. Однако найти другое место оказалось весьма сложно… И тут случай свел Виктора Ивановича (произошло это в 1857 году)

готовиться по университетской программе к вступительным экзаменам. Работать приходилось много. Страстью его в гимназические годы были история и литература, но постепенно математика и физика все больше увлекли Виктора, и он, помня наставления отца, избрал физико-математический факультет Московского университета. И вот Виктор Рагозин – студент этого замечательного учебного заведения. Окончив в 1853 году с отличием физико-математический факультет университета, В.И. Рагозин поступил служить в канцелярию Московского коммерческого суда. Но его не прельщала чиновничья карьера. Равнодушие, невежество,

Галина Колесниченко родилась в 1941 году в Бурятии. Окончила Ленинградский институт культуры им. Н.К. Крупской. Много путешествовала по Сибири, Башкирии, Якутии, Средней Азии. Более тридцати лет работала на Ярославском нефтеперерабатывающем заводе им. Д.И. Менделеева. Сегодня живет и работает в Ярославле, занимается историей нефтяного дела. Автор ряда статей и книг «Очерки истории ЯНПЗ им. Д.И. Менделеева» (2001 г.), «Братья Рагозины. Начало нефтяного дела России» (2009 г.). В 2011 году состоялась встреча с потомками Виктора Ивановича Рагозина в г. Аугсбург, Германия.

2013

1. Виктор Иванович Рагозин происходил из старинного обедневшего дворянского рода, восходящего к первой половине ХVI века. Его отец Иван Егорович Рагозин окончил Московский университет. Родственные связи были самыми обширными, с семьями дворян Яковлевых, Кучиных, Мертваго. Родители братьев были людьми образованными, полными любви к просвещению, впитавшими идеалы 30-х годов Х1Х века. Иван Егорович, служивший при правлении Московского университета, уделял серьезное внимание обучению сыновей, воспитывал в них стремление служить России и, надо сказать, добился этого. И.Е. Рагозин – здоровый, красивый мужчина – умер от холеры в расцвете сил. Супруга его, Евдокия Федоровна, была подавлена страшным горем. На руках у нее остались пятеро детей, которых нужно было учить. Объявились старые долги, от имения прок был небольшой, но деловая, энергичная женщина серьезно взялась за ведение хозяйства, даже соседи в округе завидовали ее хватке, умению вести дела. Видя, что знаний недостаточно для подготовки сыновей, она устроила Виктора в гимназию вольноприходящим. Юноша стал

69


2013

российские промышленники

с представителем делового мира Александром Павловичем Шиповым, проживавшим в Костроме, которому был нужен репетитор для сына Павла, собиравшегося поступать в Московский университет. И Рагозин решился оставить столицу и перебраться в Костромскую губернию, на берега Волги. Шиповы, известные коммерсанты, основали одну из первых акционерных пароходных компаний в Костроме, были владельцами механического и пароходного заводов. Просвещенные представители старинного дворянского рода, они прекрасно понимали необходимость промышленного перевооружения России. Глубина знаний, самобытность взглядов, отличавшие Рагозина, сразу же вызвали восхищение у молодого поколения Шиповых. Особое впечатление Виктор Иванович произвел на старшую дочь Александра Павловича пятнадцатилетнюю Лизу. Александру Павловичу нравился Виктор, крепкий, уверенный в себе, обладавший прекрасными умственными способностями. Видя чувства дочери, он не стал противиться столь раннему браку. Приданое было значительным, но, самое главное, Виктор Иванович вошел в семейное дело Шиповых, в управление пароходным обществом «Дружина». Переехав в купеческую Кострому, он, Рагозин, вплотную занялся делами компании. Тесть оказал на него серьезное влияние, заинтересовав проблемами рус­ ского транспорта и судостроения, экономической стороной дела. Судоходство по Волге в те времена было примитивным. Вид пассажирского парохода на реке представал как диковинка, не было ни бакенов, ни беpеговых знаков. Виктору пришлось начинать с нуля. Он изучал Волгу, ее притоки. Без всякой подготовки взялся за закладку барж, заводил склады для топлива, занимался перегрузкой караванов судов на мелях. В простой рыбачьей 70 лодке изъездил Волгу от Рыбинска до низовий. Продолжительные и увлекательные путешествия, безусловно, обогатили молодого служащего огромным количеством ярких, навсегда запомнившихся впечатлений, поездки оказали огромное влияние на его характер, отношение к жизни, простым людям, на обостренное чувство к несправедливости. Смелый, сильный духом и телом, упорный и неутомимый в труде, преодолении препятствий, с замечательной памятью, Рагозин нашел себе дело по плечу и душе. Волга очаровала его, когда он увидел

Виктор Иванович внешне походил на богатыря земли русской, который идет по ее дорогам, познавая жизнь народную. Богатырское угадывалось у него во всем – в рослой статной фигуре, пылком, неукротимом темпераменте и поразительной, завидной работоспособности, и немудрено, что Рагозинпредприниматель заслонил в нем на долгие годы Рагозина-писателя.

и почувствовал невыразимую спокойную красоту царицы-реки. Он полюбил Волгу глубоко и преданно, понимая огромное ее значение для промышленного развития России. Он почувствовал себя уверенным, единым с великой рекой, простыми рыбаками и бурлаками, с которыми бывал на местах стоянок, у костров, на которых варилась их скудная пища. Для всех недюжинных личностей путешествия являются хорошей школой, просто необходимостью. Виктор Иванович и внешне походил на богатыря земли русской, который идет по ее дорогам, познавая жизнь народную. Богатырское угадывалось у него во всем – в рослой статной фигуре, пылком, неукротимом темпераменте и поразительной, завидной работоспособности, и немудрено, что Рагозинпредприниматель заслонил в нем на долгие годы Рагозина-писателя. Места путешествий его обширны: Поволжье, Кавказ, Средняя Азия, Франция, Германия, Англия, Соединенные Штаты Америки. По делам компании он объехал большинство европейских городов, спускался в рудники и шахты, взбирался на вершины гор, посещал торговые и художественные выставки, в Париже поднимался над городом на воздушном шаре. Почти каждое такое путешествие нашло подробное отражение в его книгах, статьях. Крупный след в развитии экономики и географии России оставило задуманное Виктором Ивановичем еще в 50-е годы и в итоге сделанное им описание Волжского бассейна. Его вообще отличало в течение всей жизни страстное стремление к познанию, литературной деятельности, краеведению, лингвистике и этнографии. Но осуществить мечту, касающуюся описания Волжско-

го бассейна, он сумел только через 20 лет, когда в 1880 году выпустил первый из трех томов сочинения, задуманного по обширному плану под общим названием «Волга». Ясность изложения, последовательность развития мысли, добротный исследовательский фундамент, живой интерес к окружающему миру делают это издание интересным и в наши дни. Видя талант, инициативу, компетентность Виктора Ивановича, владельцы компании выдвинули его из рядовых служащих и, несмотря на молодость, назначили директором пароходства. Руководил компанией он в течение семи лет, за эти годы приобрел солидность, надежность, максимум восприимчивости, гибкость, подвижность, поворотливость ума и острую наблюдательность. Рагозин обладал редкостной способностью находить здравый смысл, глубоко развитым нравственным чувством, был по-настоящему добродушен, хотя и пытался это скрывать. Люди, с которыми он сталкивался, на долгие годы оставались ему верными. «Никто по доброй воле не служит другому, но, уразумев, что тем самым служат себе, они уже рады стараться. Так уж устроена человеческая порода», – считал он. Изучив Волгу, он начинает жить ее интересами, и в этот период не было ходатайства перед правительством, проекта или записки по экономическому развитию судоходства, в каких он не принимал активного участия. Обладая государственным видением, он замечал, конечно, узкие места в развитии русского судоходства, у него возникли замыслы перестройки работы речного транспорта на опыте зарубежной перевозки грузов. Для этого он серьезно изучает историю судоходства вообще. Около двадцати лет Виктор Иванович Рагозин занимался пароходными делами, и то, что через некоторое время вместо нескольких пароходов по Волге стали плавать сотни речных красавцев, – в этом была и его прямая заслуга. Когда он непосредственно перешел к руководству пароходным обществом «Дружина», то добился значительной прибавки капитала, который к 1879 году составлял уже около трех с половиной миллионов рублей, все компаньоны получали солидные барыши. Но имя Рагозин сделал себе как прекрасный организатор и эксперт по речному судовождению и транспортировке грузов и кладей. Он «вез» это огромное хозяйство из сотен барж, десятков пароходов и пристаней, капитанов, матросов, кочегаров, грузчиков, служащих,


стал лидером литературного кружка и вместе с другими участниками его попал под негласный надзор полиции. Он беспощадно разоблачал нерешительность правительственных реформ, робость и мнимую расчетливость и показывал, как они со своими компромиссами изменяют Отечеству. Александр Павлович Шипов пишет в это время жене: «... Виктор набрался таких анархистских идей, что даже говорит, что революция необходима России». Новые взгляды на развитие России вносили в отношения между людьми некоторую жесткость, раздражение, резкость, все очевиднее были разногласия между бесплодностью верхов и прогрессивной деятельностью новых демократов. В начале 60-х годов Виктор Рагозин, вместе с братом Евгением, вошел в тайное революционное движение «Земля и воля». Это были годы широкой противоправительственной пропаганды. Передовые русские люди оказались в этой борьбе на революционных

Титульный лист книги В.И. Рагозина «Волга от Оки до Камы» и приведенная в ней карта.

и реализация новых проектов никогда не внушала ему опасений. Наоборот, новое захватывало его целиком, он не боялся потерять своего состояния, его всегда прельщала возможность организовать дело с нуля и увидеть его результаты. На протяжении более тридцати лет «Дружина» оставалась ведущей компанией на волжских путях, гарантировавшей перевозку грузов без потерь и коммерческого брака. Удивительно в Викторе Ивановиче сочетались умение пользоваться самыми роскошными вещами и полный аскетизм при необходимости. Рагозин, склонный к общественно-политическим событиям своего времени, увлекся идеологией революционного просветительства,

позициях. Для людей, мыслящих новыми понятиями, жизнь становилась просто непереносимой – унылой, бессмысленной, унизительной и нелепой. Великая национальная идея избавления народа от притеснений пронизала все передовые слои общества. Среди ее приверженцев оказался и Виктор Иванович Рагозин, европейски образованный, гордый и непреклонный, с убеждением, что предательство народа – прямое следствие мещанской глупости, самообольщения. И заработала чиновничья машина, половина дел по борьбе с пропагандистами были сфабрикованы и раздуты жандармами, особенно это видно по документам, связанным с арестом Виктора Ивановича Рагозина и всех, кто проходил по его делу.

2013

Буксирный пароход 1850-х годов общества «Дружина».

71


2013

российские промышленники

Бдительный повсеместный надзор в те годы был так нескрываем, что не мог не посыпаться отовсюду ливень доносов, надзором этим возбуждаемый и подстрекаемый. Однако именно в такие времена людям, словно воздух, необходимо человеческое общение. И во время занятий в воскресной школе, и в губернаторском доме, и на службе Виктор Иванович не скрывал осудительных взглядов по отношению к власти. Он был весь наружу – говорил убежденно, красноречиво все, что думает о России и реформах, о необходимости конституции. Виктор Иванович не закрывал глаза на зло, страдания и насилие. Появление на прибрежьях Волги «возмутительных воззваний» оказалось достаточным для принятия строгих мер. После ареста в Москве Павла Шипова, в Нижнем нескольким жандармским офицерам доверительно поручили следить за семьей Шиповых и братьями Рагозиными, особенно, за старшим. В Нижний Новгород из Петербурга еще 25 августа 1861 года был командирован дежурный штаб-офицер корпуса жандармов полковник Майвалдов по известному только ему весьма секретному поручению, который стал рьяно собирать все сведения, касающиеся семейства Шиповых и братьев Рагозиных. В Самаре 7 июня 1862 года, в 10 часов вечера, укрывшись в тени тополей, подполковник жандармерии Смальков и поручик Суханов следили за приближающимся пароходом. Как только он причалил, они вбежали на него по трапу и после длительного обыска с изъятием бумаг и писем, которые опечатали и отправили в следственную комиссию, арестовали Виктора Ивановича Рагозина. Несмотря на полное отсутствие доказательств виновности всех арестованных, в Невской куртине Петропавловской крепости Виктор Иванович провел два месяца. Благодаря прошению тестя, действительного статского 72 советника Александра Павловича Шипова, поданному на имя императора, 14 августа Виктора Ивановича освободили из крепости. 2. Обороты пароходного общества «Дружина» по тем временам были довольно крупные, при сравнительно небольшом действовавшем капитале компании. Объяснялось это тем, что она пользовалась для перевозок не только своими судами, но и чужими, и кроме того – помимо судоходных операций она занималась торговлей нефтью и нефте­

Александр Павлович Шипов, тесть В.И. Рагозина.

продуктами. Наибольший валовой доход получен был компанией в 1879 году. И вот с этого самого момента начинается постепенное падение доходности, что было связано с конкуренцией развивающихся на Волге пароходов американского типа и с вложением крупных средств «Дружины» в нефтеперерабатывающее производство. Расположение Нижнего Новгорода при впадении Оки в Волгу было весьма удобно для подвоза и складирования нефти и нефтепродуктов. Первыми возможность развития нефтяной промышленности в России поняли предприниматели, занимавшиеся перевозкой ее по Волге. На складах густо запахло нефтью. Изменился ритм жизни. Любой журнал, любая провинциальная газетенка помещали на своих страницах курсовые таблицы, вели постоянную рубрику биржевых новостей, ежедневно публиковали рекламные материалы о вновь образованных фирмах и новых акциях. Купечество Москвы, Нижнего Новгорода, Петербурга прекрасно понимало свою роль первооткрывателей в экономической жизни государства российского, это поколение россиян напоминало тех евреев, которых Моисей вел через пустыню. Оно должно было только завоевать новый мир, чтобы потом сойти со сцены, – нужно было дать место людям, созревшим для этого мира. Свой путь изобретателя в топливной промышленности Рагозин начал с чисто практического предложения – перевозить нефть по Волге в спе-

циальных нефтеналивных баржах. До этого, начиная с 80-х годов восемнадцатого столетия, когда нефть впервые появилась на Волге, она перевозилась в бочках, что было дорого и нерационально и не могло способствовать широкому потреблению нефти, хотя бы в качестве топлива. В первые годы появления пароходов нефть все еще транспортировали на парусных судах, так как судовладельцы не решались перевозить ее на пароходах, боясь пожаров. В 1872 году во время путешествия по Европе Рагозин посетил нефтяные месторождения Эльзаса и Ганновера, где тогда добывали нефть. Виктор Иванович подробно изучает историю добычи и переработки европейской нефти, производит экономические расчеты, непосредственно останавливаясь на производстве нефтяных масел. Виктор Иванович приступил к изучению нефтяного дела примерно около 1873 года, когда с отменой откупов на нефть началось бурное развитие русской нефтяной промышленности. Впоследствии он так описывал начало своей деятельности: «Первым мне пришлось говорить и об утилизации для освещения тяжелых соляровых масел, о необходимости создать новую лампу для русского керосина и назначить премию за ее изобретение: и все потому, что я первый добыл соляровые масла поневоле, так как они стояли на пути между керосинами и смазочными маслами, и чтобы выгодно добывать последние, должен был найти средства утилизировать промежуточные.


Место впадения Оки в Волгу у Н. Новгорода во время разлива. (Влево – Ока, за нею ярмарочный новый собор, крайнюю правую часть рисунка занимает Волга, внизу – часть Нижнего Базара).

Иллюстрации взяты из книги В.И. Рагозина «Волга от Оки до Камы».

Появление на прибрежьях Волги «возмутительных воззваний» оказалось достаточным для принятия строгих мер. После ареста в Москве Павла Шипова, в Нижнем нескольким жандармским офицерам доверительно поручили следить за семьей Шиповых и братьями Рагозиными, особенно, за старшим.

В вопросе полной переработки нефти мне пришлось быть новатором, указаний науки не было, техника ее опередила, приходилось долго идти ощупью, блуждая в потемках, пока не получились результаты. Может быть, имея готовые исследования и указания, я не додумался бы до многого, до чего должен был по необходимости додуматься, находясь в одиночестве». Но на этот раз за сорок лет своей жизни Виктор Иванович точно знал, чего ему хочется, как воплотить свои планы. Прежде чем приступить к реализации их, ведомый безошибочным инстинктом, он решил создать хорошо оборудованную

химическую лабораторию. Постройка и оборудование новой лаборатории шли под его наблюдением. Она размещалась рядом с домом и соединялась узким коридором с кабинетом. Во время поездки за границу в 1872 году в Германии он закупил необходимое оборудование. А когда все распаковал и установил, руки сами начали делать нужную работу. Помощник у него был один. Виктор Иванович с увлечением работал, аккуратно и добросовестно записывал все опыты, выводы, характеристики получаемых продуктов. Ему эта работа казалась такой же прекрасной, как литература, искусство.

2013

Нижегородская ярмарка. Вид с Окского берега.

73


Количество добываемой нефти неуклонно увеличивалось, возрастало и накопление неиспользуемых нефтяных остатков – этого бремени для нефтезаводчиков. Использование только малой доли добытой нефти (в виде керосина) вызывало естественную потребность бороться с такими потеpями. Нахождение способов большей утилизации нефти сулило, естественно, немалые пpибыли. Органические жиры (говяжье, баранье, свиное и тюленье сало, китовый жир, сурепное и другие растительные масла), применяемые для смазки механизмов, обходились дорого, не удовлетворяли требованиям по качеству. А с pазвитием машинных технологий, безусловно, должны

мотивах, толкнувших его на занятие нефтью: «Почему при богатстве нефтяных залежей России так ничтожна их разработка? Почему Америка вывозит свои нефтяные продукты во весь мир, наша же нефтяная промышленность находится почти в постоянном кризисе? Почему Америка получает до 90% товара из своего сырья, мы же получаем едва 30%?.. Заинтересовавшись русской нефтью, я принялся за изучение ее отбросов, думая, что в утилизации их лежит корень всего дела, и стал фабрикантом смазочных масел из остатков, полученных после выделки керосина, которые обыкновенно сжигались без всякой пользы». Дмитрий Иванович Менделеев

российские промышленники

Химическая лаборатория, аналитическое отделение Константиновского завода.

Лабораторные приборы для исследования смазочных масел.

2013

были измениться и тpебования к качественным хаpактеpистикам смазочных пpодуктов. Необходимо было, чтобы смазочное масло отвечало своему назначению: прежде всего оно должно было быть нейтральным, 74 свободным от кислотных примесей, постоянным в химическом отношении в условиях работающей машины. Большую роль играли цвет, вязкость, удельный вес, однородность. Виктоp Иванович Рагозин понимал, что только пpи соответствии всех необходимых тpебований к качеству можно употреблять масло и получить успешный результат смазки. Он все учел в полной мере. И это определило его новое призвание, коренной переворот в его прежних делах. Значительно позже Виктоp Иванович так вспоминал о побудительных

«Нельзя, – утверждал Виктоp Иванович, – найти какое-нибудь оправдание к продолжению безумного расточения, так как расточается не частное имущество, а достояние народа и государства, то, что дала народу его земля, то, чем вечно владеет народ»... Виктор Иванович Рагозин, как и Дмитрий Иванович Менделеев, считал, что надо создавать крупную нефтяную промышленность своими силами. Для этого необходимо было осуществить полную переработку нефти, включая получение нефтяных смазочных масел, запретить вывоз сырой нефти за границу. Эти условия он выдвигал за основные, он разделял мнение Д.И. Менделеева, что для успешного нефтяного дела надо, чтобы одни добывали нефть, другие возили, третьи перерабаты-


Объявление, опубликованное в «Нижегородских губернских вестях».

Титульный лист рекламной брошюры «Товарищество производства минеральных масел В.И. Рагозин и Ко». 1885 г.

вали ее. Пpомышленник развивал и иллюстрировал это положение убедительными доводами и яркими примерами. Он считал, что в Баку должна быть сосредоточена только добыча нефти, а ее переработку нужно перенести в центр России. В 1874 году Рагозин ходатайствует перед правительством о разрешении на устройство временного завода «с целью испытания нового способа переработки нефти» на осветительные и в особенности на смазочные масла. Разрешение было получено. В 1875 году на укрупненной установке в Сормове был проверен технически совершенный способ полной переработки бакинских нефтяных остатков для получения высококачественных смазочных масел. Начал Виктор Иванович изготовление чисто нефтяных минеральных масел с четырех сортов: веретенного, машинного, вагонного зимнего и вагонного летнего. Маслам этим Рагозин дал название «олеонафты», через короткое время они получили широкое распространение,

а новое слово вошло в энциклопедические словари. Но одному было невозможно провести все исследовательские работы, и В.И. Рагозин заключает договоры с ведущими химическими лабораториями столичных университетов по изучению бакинской нефти и возможности получения из нее высококачественных смазочных масел. В лаборатории Московского университета под руководством профессора В.В. Марковникова проводились необходимые исследования для pагозинских пpедпpиятий, а в Петербурге в химической лаборатории Д.И. Менделеев не только организовал исследование нефти, но и способствовал советами всей деятельности Виктоpа Ивановича. Великий ученый, как и В.И. Рагозин, считал, что «смазочное масло и тяжелое осветительное масло – вот что должно делать из нефтяных остатков, а не жечь их как грубое топливо»... В Париже товарищество «В.И. Рагозин и К о» тоже устроило свою

прекрасно оборудованную химическую лабораторию. Ведение работ в этой лаборатории было поручено одному из техников товарищества, Ионину, а главное руководство над персоналом принял на себя парижский профессор College de France П. Шютценбергер. Вскоре Виктоp Иванович приобрел участок земли на правом берегу Волги в городе Балахне Нижегородской губернии и на основании опыта, приобретенного в Сормове, построил к осени 1876 года крупный масляный завод, который давал ежегодно продукции на два миллиона рублей. Необходимо было подобрать для завода способных и энеpгичных людей. Управляющим завода стал Г.А. Эльсниц, окончивший естественный факультет Московского университета в 1867 году. Перебирая свои знакомства в техническом мире, В.И. Рагозин остановился на молодом механике завода Курбатова Василии Ивановиче Калашникове. Виктору Ивановичу понравился этот решительный, талантливый самоучка-инженер, он оказал ему безграничное гостеприимство, нравился ему подход Калашникова к делу, да и Василию Ивановичу по душе была работа в новом для него производстве, требовавшем уникальных решений. Все нужно было изобретать заново. Для управления заводом и наблюдением за ходом работ в разных его отделениях были приглашены выпускники Петербургского технологического института и российских университетов. Впоследствии, когда развернулось производство, у Рагозина работало до 15 специалистов с высшим техническим образованием. Для установления деловых контактов в 1876 году Виктор Иванович собрался посетить Францию, Англию, Бельгию и Германию. Счастливая его способность к языкам доставляла ему возможность непосредственного общения с людьми самого разного общественного положения. Умение наблюдать, быстро схватывать и реально оценивать ситуацию – всем этим он был одарен вполне, что особенно проявлялось во время путешествий. Он стал звеном, которое связывало русское нефтяное дело с Европой. Нужны были новые заказы – и он намечает рекламное турне, в ходе которого должен был объехать пол-Европы. Для выставочных работ в предместье Парижа в 1876-77 годах Виктор Иванович аpендует помещение, в котором демонстрировалась работа механизмов на русских и на американских маслах. На выставку были приглашены представители деловых зарубежных кругов и военных ведомств.

2013

Счет на 500 рублей, выписанный Д.И. Менделееву от Товарищества «В.И. Рагозин и Ко».

75


российские промышленники •

2013

76

Худ. Г.И. Незнайкин. Основание Константиновского завода по производству минеральных масел «В.И. Рагозин и К0».

Произошло сенсационное событие – рагозинские смазочные масла по качеству пpевзошли амеpиканские! Лишь после того, когда упрочилось мнение о русских маслах как продукции высочайшего качества, были заключены договоры о поставках масел в европейские страны. Виктоp Иванович Рагозин, рассказывая об этих начинаниях в своей книге «Нефть и нефтяная промышленность», вспоминал: «Русский фабрикант вселял так мало доверия, что в 1876 году я прожил 6 месяцев за границей и успел убедить только две небольшие фабрики ввести в употребление русское масло. Через четыре года положение было неузнаваемо. Французское морское ведомство решило не употреблять никаких масел, кроме минеральных, и русские военные суда, покупавшие в Петербурге деревянное масло, привезенное из Марселя, покупали в Бресте и Гавре наше масло, привезенное из Нижнего. Английские железные дороги ставят в кондициях на поставку масел, чтобы они были олеонафты, или им подобные.

Американские смазочные масла с 15 фунтов за тонну упали до 8, когда за наши масла плата составляла от 25 до 33 фунтов стерлингов. Французские торговцы подали петицию в палату депутатов о возвышении пошлины на русское минеральное масло, ввоз которого наносит ущерб внутренней производительности растительных масел. Все торговцы маслом объявляют, что они торгуют минеральными маслами, а американцы прибавили к своим маслам характеристику: «like Russian oil» («подобно русскому маслу»). При монополии американских нефте­ продуктов, необходимо было создать свои агентства в Великобритании. Пришлось использовать местных специалистов, как рекомендовал тесть, что не совсем оправдало себя впоследствии. Многочисленные и разносторонние сведения и материалы, собранные Виктором Ивановичем о состоянии европейской нефтяной торговли, точно отражали истинное положение дел. В результате систематизации материала Виктор


Иванович составил четкую программу развития нефтяной промышленности России, глубоко и правильно понимая ее экономические задачи для государства.

Владимир Васильевич Марковников.

Владимир Григорьевич Шухов.

3. В молодые годы, путешествуя от Рыбинска до Нижнего, Виктор Иванович Рагозин обратил внимание на красивый волжский городок Романов-Борисоглебск, как он писал позднее – «двойной город на обоих берегах Волги: Романов – на левом, Борисоглебск – на правом. На возвышенности и по скатам весьма высокого правого берега живописно расположились дома и древние церкви». Место, выбранное для нового завода по производству минеральных масел, чрезвычайно понравилось промышленнику. Сельцо Константиновское на правом берегу речки Печегды привлекло удобством для возведения пристани и завода, а лесистый левый берег был так красив, что он решил приобрести его для строительства собственной дачи. В протоколе общего собрания пайщиков завода по производству русских минеральных масел «В.И. Рагозин и Ко» читаем: «В.И. Рагозин изложил обстоятельства дела, высказал необходимость постройки нового завода, и затем изложил условия различных местностей на реке Волге, которые были осмотрены как пункты постройки нового завода, причем он доложил собранию, что лучшее место, какое им могло быть найдено для этой цели, – это есть сельцо Константиновское, лежащее на правом берегу Волги, на 28 верст выше Ярославля и на 7 верст ниже Романово-Борисоглебска». Земельный участок, пpиобpетенный за тpидцать тысяч рублей, в общей сложности составил 411 десятин, для заводской территории пpедназначалось 247 десятин, 164 десятины при впадении реки Печегды в Волгу пpинадлежали лично Виктору Ивановичу. Собрание постановило: приступить к постройке нового завода на указанном месте. Географический выбор места, намеченного для постройки завода (при условии проведения железной дороги), несомненно, представлял экономические удобства: возможность доставки сырья из Баку в летнюю навигацию водным путем и отправки продукции по притокам Волги и водным системам до Петербурга; близость завода к таким промышленным центрам как Москва, Ярославль, Рыбинск, Нижний Новгород, Иваново-Вознесенск. Лесные массивы, окружавшие завод,

давали возможность иметь дешевые строительные материалы, дровяное топливо и клепку для изготовления бочек. Д.И. Менделеев писал в 1881 году: «Я считал бы места, избранные г. Рагозиным (около Балахны... и в Константинове) неудобными, потому что они не примыкают к железным дорогам (а потому зимой, как сам был ныне свидетелем, надо везти продукты на подводах); если бы между Рыбинском и Ярославлем не предполагалось провести ветвь железной дороги, которая пройдет через новый (Константиновский) завод...» Действительно, вскоре Ярославль и Рыбинск соединились железной дорогой; она прошла через станцию Чебаково – в 10-12 километрах от Константиновского завода. Рагозин знал о предстоящем строительстве этой магистрали, и в его планы входило связать Константиновский завод и станцию Чебаково железнодорожной веткой. Но кроме этого компания предлагала и другие варианты. Владимир Онуфриевич Ковалевский в сентябре 1881 года подал записку на имя председателя Романово-Борисоглебской управы о строительстве конно-железного пути от Ярославля до Рыбинска, по примеру малонаселенных местностей в Европе, с просьбой уступить ограниченное пространство существующей почтовой дороги для прокладки рельсов конно-железной дороги. Товарищество В.И. Рагозина брало на себя все расходы по строительству пути. Трудностей было много. Позднее Виктор Иванович так описывал строительство завода: «Кирпич... для Константиновского завода... был куплен в Балахне и привезен в Константиново, где обошелся в 16 рублей: кирпич, выделанный на своих заводах в Константинове, стоил около 8 рублей. Железо котельное было куплено в Германии, после того как были взяты справочные цены из Англии и Бельгии, и куплено дешевле существовавших в то время цен, так как заказ был большой. Постройка их была отдана г. А.В. Бари, предложившему наивыгоднейшие условия из трех конкурентов. Перегонные аппараты работались тремя заводами: Шипова, Миллер и Фугельзанга и Шмидта по ценам, нисколько не превышающими те, на которых производится котельная работа в России. Вся посуда была сделана артелью клиновощиков, работавших на заводе. Машины частью работаны в России, а большей частью заказаны в Англии и Америке, краны и трубы большей частью выписаны

2013

Константиновский завод минеральных масел.

77


2013

российские промышленники

Группа рабочих завода. Фото XIX в.

78

прямо с заводов Америки и Англии. Газовый завод заказан в Лейпциге Гирцелю. Все цементные работы делались Деварсом». По своему проектированию и оснащению завод выгодно отличался от современных ему предприятий. Где только была возможность, дерево заменялось железом и чугуном, были использованы железные стропила, рельсовые балки, чугунные колонны; все помещения завода разбиты на части, разделенные брандмаурами с железными дверями. Руководил строительством выпускник СанктПетербургского технологического Рабочая слобода. Фото XIX в.

института Антон Кушелевский. Котлы и аппараты были изготовлены фирмой А.В. Бари, в которой проектные и конструкторские разработки осуществлял главный инженер фиpмы Владимир Григорьевич Шухов, внесший неоценимый вклад в развитие нефтяной техники. Тонкий математический анализ, блестящий инженерный расчет в сочетании с экономическими соображениями позволили Шухову дать законченную теорию и практические указания для сооружения резервуаров минимального веса. Для Константиновского завода им было

спроектировано нефтехранилище на берегу Волги, и фирмой Бари за лето 1881 года сооружены 10 резервуаров из стандартных металлических элементов, общим объемом 16 000 пудов. В марте 1879 года был заложен фундамент завода. Весной правый берег Волги при впадении в нее реки Печегды стал пристанью для первых барж с лесом, прибывших из Балахны. В.И. Рагозиным был составлен план завода и рабочего поселка. Весь берег Волги в этом месте представлял две террасы,


нижнюю занимал завод, а на верхней был вытянут параллельно реке ряд домов заводских служащих, который далее заворачивал к Волге, следуя за берегом реки Печегды. К противоположной домам служащих стороне раскинулась рабочая слобода, образующая широкую улицу своими кварталами отдельных домиков. Еще ряд кварталов был расположен в некотором отдалении, отделяясь от улицы небольшим лугом с прудом посредине. Каждый квартал состоял из 8 домиков, выстроенных в виде прямоугольника. Таких кварталов было 12, но последний был при Рагозине не достроен. Невдалеке заложили оранжерею, в которой выращивали рассаду для огородов, расположенных в пойме реки Печегды. Летом прибыли из Балахны с семьями на баpжах первые рабочие. Это Кузьма Жилкин, Федор Рябов, Иван Голубев, Федор Щепалов, Павел Салтыков, Яков Иванов, Александр Багдарин, Иван Вантенкин, Федор Шелков, Василий Мизин, Александр Хвастунов и другие, основавшие pабочие комнаты с отдельными входами. Большие семьи занимали целую комнату, в некоторых поселились по две небольшие семьи. Между домами должны были быть разбиты бульвары и проведены мостовые. Между рабочей слободой и домами служащих должен был быть парк, в середине которого возвышалась бы церковь, соединенная со зданием школы. Кроме приехавших из

При постройке завода число рабочих было значительным, до 1000 человек и более, но это было временное явление, с прекращением больших построек вся эта масса людей была распущена, постоянно работали около 300 человек.

Балахны на строительство завода пpинимали крестьян ближайших деревень Панфилово, Брюшково, Реброво, Калово, Кузьминское, Пшеничище, Родионово. При постройке завода число рабочих было значительным, до 1000 человек и более, но это было временное явление, с прекращением больших построек вся эта масса людей была распущена, постоянно работали около 300 человек. Виктор Иванович стремился поднять технический уровень русского рабочего, построил школу, не жалел денег на социальные нужды. Из прибылей должен был отчисляться известный процент для пенсионного капитала. Возведена была больница, назначены врач, фельдшер и акушерка. При заводской больнице был открыт амбулаторный прием больных, где все окрестные жители получали медицинскую помощь и лекарства бесплатно. Больница была выстроена по плану Московского земства

– по павильонной системе, с боковым коридором, с ней были связаны помещение аптеки с комнатой для приема амбулаторных больных и квартиры фельдшера и акушерки (каждая из двух комнат). Больница имела 4 палаты на 14 кроватей, но при нужде могла свободно вмещать 16 кроватей. Рабочие ценились, и исправный хороший мастеровой не замедлял получить повышение положения и жалованья. Заметив способности, им давали возможность развиваться. Отношение администрации к рабочим было человечным, если трудящийся находил нужным побывать дома, его отпускали без задержки и без всякого счета за прогул; а если был нужен отпуск по важному делу, например – по случаю женитьбы, то его отпускали на неделю-полторы без всякого вычета. Заболел рабочий по какой бы то ни было причине или лежал в больнице продолжительное время – он получал за это время половину жалованья. На левом берегу реки Печегды на возвышении среди дубравы был построен изящный особняк. Ширина и богатство орнамента перил чугунной лестницы, отлитой на Костромском механическом заводе М.И. Шипова, соединившей все внутреннее жилье между собой, восхищали. Стены были покрыты деревянными панелями. Все было сделано прочно и солидно. В доме была великолепная столовая с изразцовыми печами и стеклянная веранда-оранжерея.

2013

Администрация завода. Фото XIX в.

79


Из окон открывался вид на противоположный берег Волги. На обеды приглашались специалисты, инженеры и техники. При усадьбе держали стадо коров швейцарской породы, позднее они были приобретены Классеном, и от них пошла порода ярославских коров (известных под названием «ярославка»), представленных на романовской выставке 1894 года.

2013

российские промышленники

1 октября 1879 года завод выпустил первую продукцию. В этот осенний день небо было без облачка, вокруг было удивительно хорошо. Два ряда производственных зданий из красного кирпича, прочных и фундаментальных, построенных на века, восхитили прибывших на открытие завода гостей. После освящения начали работу: перегонку нефти, отбор дистиллятов. С этого дня началось производство константиновских смазочных минеральных масел. К 1884 году на заводе из мазута получали более двух десятков пpодуктов, до тех пор миpовой технике неизвестных. Это были чисто нефтяные, без всяких примесей смазочные масла, названные В.И. Рагозиным олеонафтами различных марок – «Олеонафт S», «Олеонафт шпиндель», «Олеонафт П,1,1А,0,10» и так далее, которые удовлетворяли самым разнообразным требованиям прядильных, ткацких и других фабрик. В ассортимент выпускаемой продукции входили также вазелиновые масла различных качеств: «Парфюмерное 1», «Парфюмерное П», «Парфюмерное О», «Парфюмерное белое», вазелиновое желтое под названием «Специальное К», вазелиновое жидкое «Плантоль», использовавшиеся для приготовления вазелинов, а также для освещения. Вырабатывались цилиндровые масла для смазки паровых машин, работающих при различных давлениях и температурах. Они выпускались под марками «Цилиндровое ООК», «Цилиндровое ОООК», «Цилиндровое ОООА», «Экстроль 280», «Экс80 троль 300», «Цилиндровое масло типа вискозолей» (употреблялись для двигателей внутреннего сгорания). Изготовлялись смазочные масла для грубых механизмов (называвшиеся черными цилиндровыми маслами, аппаратными гудронами), а также различные марки колесных мазей, минерального дегтя, нафтеновых кислот, эмульсий для мыловарения и так далее. 4. Одна из самых впечатляющих страниц в историю Константиновского завода вписана Дмитрием Ивано-

вичем Менделеевым. Этот ученый обратился с горячим призывом к русским промышленникам: «Господа московские и всякие иные русские капиталисты! Пустите ли вы французов, немцев, шведов, англичан и американцев эксплуатировать это русское богатство и нажить на нем хороший барыш, или сами догадаетесь взять его, когда вновь вам указывает на большое наживное дело тот, кто давно следит за судьбой русской нефтяной промышленности и ничего больше не хочет, как того, чтобы она развилась до тех размеров, какие соответствуют природным запасам страны». Приезду Дмитрия Ивановича на Константиновский завод предшествовали события, круто изменившие его жизнь. Семейный разлад, длившийся много лет, закончился разводом и вторичной женитьбой. Его избранницей стала умница и красавица, очаровательная Анна Ивановна Попова, слушательница Академии художеств и консерватории. Непринужденно и свободно чувствовала она себя на вечерах в доме Менделеева, которые устраивались каждую среду, где собирались известные художники – Репин, Шишкин, Куинджи, друзья Дмитрия Ивановича. Интерес к девушке перерос в глубокую симпатию, а потом пришла и любовь. По условиям развода требовалось все университетское жалованье отдавать первой жене с детьми. Новая семья существовала главным образом на деньги, поступавшие от издания менделеевских «Основ химии». Нуждаясь в средствах, Дмитpий Иванович во время мартовской встречи в Париже договаривается с Виктором Ивановичем Рагозиным о работе на Константиновском заводе. На завод Менделеевы приехали 21 мая. В их распоряжении был домик из пяти комнат на берегу Волги, с простой обстановкой дачного типа. Там же жили некоторые из сотрудников Дмитрия Ивановича, приехавшие из Петербурга. Хозяйство вела подруга жены, молодая художница. Она сердечно привязалась к Анне Ивановне, усердно помогала по дому, а когда все были свободны, вместе шли к Волге, подолгу рисовали, писали маслом. Настроение было бодрое, рабочее. В биографических заметках Д.И. Менделеев оставил запись: «У Рагозина в Константинове я жил уже с Анной Ивановной и много работал». Дмитpий Иванович нашел завод в Константинове в полном действии. Масштабы заводских корпусов поразили его. Заводские здания и новый жилой поселок были разбро-

саны на огромной территории. 23 мая Дмитрий Иванович приступил к исследованию перегонки нефти с водяным паром в чугунном кубе. Сам Менделеев позже писал об этом так: «В 1881 году В.И. Рагозин пригласил меня на свой завод в Константинове, чтобы испытать предложенный мною способ непрерывной гонки нефти и изучить добывание вазелина (себонафта). То и другое было сделано». С помощью своих сотрудников, инженеров и техников, Дмитрий Иванович занимался изучением состава и свойств бакинской нефти, усовершенствованием техники ее переработки. Очень важным было создание и укрепление исследовательской лаборатории, полупромышленных установок, благо в начале работы Рагозин на средства не скупился. К концу пребывания на Константиновском заводе Дмитpий Иванович в результате многочисленных экспериментальных работ разработал технологию изготовления и способ применения массового «безопасного» керосина, названного «промежуточным осветительным маслом» с высокой температурой кипения и температурой воспламенения до 135 градусов. Важно подчеркнуть, что летом 1881 года Менделеев с сотрудниками лаборатории завода, прекрасно оснащенной приборами и располагающей коллекцией различных ламп, выполнил большие исследовательские работы, котоpые относились не только к технологии получения необходимых нефтяных фракций и к pазличным способам их очистки, но и к горению осветительных масел в лампах. Всевозможные расчеты, сравнение силы света с эталонной спермацетовой свечой, выявление расхода масла в единицу времени подтвердили пригодность и выгодность применения нового осветительного масла. В это время газеты Петербурга и Москвы сообщали: пpофессоp химии Д.И. Менделеев открыл новый осветительный материал, эта жидкость столь же бесцветна, прозрачна и без запаха, как вода: сгорает без остатка, горит светлым белым пламенем, воспламеняется при нагревании до 135 градусов. Слова, сказанные великим ученым о важности деятельности Виктора Ивановича Рагозина, золотыми буквами вписаны в истоpию Константиновского завода и историю российской нефтепереработки: «Заводы В.И. Рагозина для меня доpоги... они воочию опpавдывают то, что утвеpждают, дают сумму убедительных доказательств того,


Усадьба Н.Ф. Некрасова – бывшая дача В.И. Рагозина в селе Константинове.

что пpедлагаемое мною с пеpвого же pаза дает выгоды личные и выгоды наpодные». 5. С первых лет работы Константиновского завода его масла и нефтехимические продукты получили множество наград на международных выставках в Париже и Риме, Брюсселе и Ницце, Ливерпуле и Антверпене, а также на отечественных выставках в Нижнем Новгороде, Петербурге, Туле, Риге, Ярославле. За создание высококачественных минеральных масел, получение из нефти новых продуктов нефтехимии Константиновский завод Товарищества «В.И. Рагозин и Ко» был отмечен дипломами почета, золотыми и серебряными медалями. Корифеи русской нефтяной науки по справедливости отмечали новаторскую роль В.И. Рагозина. Однако и он был высокого мнения о деятелях отечественной науки и техники. Именно поэтому Виктоp Иванович привлек к разработке технологии нефтепереработки Константиновского завода профессора Московского университета В.В. Марковникова, его сотрудника В.Н. Оглоблина, который считался лаборантом В.В. Марковникова, но жалованье получал от В.И. Рагозина, профессора А.А. Летнего, Ю.В. Лермонтову – первую женщину химика-нефтяника, магистра геологии и палеонтологии В.О. Ковалевского, парижского профессора Поля Шютценбергера, химиков Г.А. Шмидта и Е.К. Гутковскую, гениального изобретателя В.Г. Шухова, талан-

тливого русского механика-самоучку В.И. Калашникова, которого А.М. Горький называл «бездипломным инженером», и многих других. Особое значение имела, несомненно, работа Д.И. Менделеева. Усилиями этой, говоря образно, «могучей кучки» передовых деятелей науки и техники того «времени были разработаны самая совершенная технология переработки нефти и необходимое для нее обоpудование, позволившие почти полностью использовать черное золото», тогда как на бакинских заводах выход целевого продукта – керосина – составлял лишь 30 процентов, а остальное сырье шло в отходы и уничтожалось, а на заводе братьев Нобель сжигали даже бензин. Последние годы жизни Виктоp Иванович посвятил реализации давнишней мечты – созданию аппарата непрерывной гонки, основанному на совершенно новом принципе, и на это изобретение получил привилегию. До конца он продолжал интересоваться любимыми вопросами. Каждый возраст имеет свои преимущества и недостатки. В сорок лет он круто изменил свою жизнь, в шестьдесят же понимал, что многое не удалось, не исполнилось. Когдато в своем литературном детище под названием «Нефть и нефтяная промышленность» он писал о Джавате Меликове, одном из пионеров создания керосинового и парафинового производства в Баку и Грозном: «Как все люди, которыми овладела идея, он во всяком начинании видел только средство воплотить идею, и бакинцам казался чудаком и стран-

ным человеком. Еще бы не казаться странным, когда человек не искал наживы: отдал до последней копейки все, что имел, не думая о завтрашнем дне, лишь бы достигнуть цели. В истории развития технических производств мы часто встречаемся с подобными чудаками, которые дают толчок производствам, двигают их вперед, но сами остаются не у дел и погибают в нищете и неизвестности; а толпа, не доверявшая им и смеявшаяся над ними, овладевает созданным на их работе достоянием». Виктор Иванович Рагозин скончался 9 августа 1901 года, находясь у себя на даче на станции Финляндской железной дороги «Озерки» близ Петербурга. Умер он на 68-ом году жизни. А похоронен на Шуваловском кладбище, которое считается одним из старейших погостов в Петербурге. На небольшой территории кладбища насчитывается двадцать дорожек, названных по особенностям местности, или в честь известных людей, захороненных на кладбище. По легенде, Александр Блок именно здесь написал начало стихотворения «Над озером»: С вечерним озером я разговор веду Высоким ладом песни. В тонкой чаще Высоких сосен, с выступов песчаных, Из-за могил и склепов, где они Лампад и сумрак дымно-сизый, – Влюбленные ему я песни шлю... Я на уступе. Надо мной могила Из темного гранита. Подо мной – Белеющая в сумерках дорожка...•

2013

Виктор Иванович Рагозин.

81


«…Романов в фабрично-промышленном отношении замечателен производством льно-прядильных товаров…» Г.П. Демьянов. Иллюстрированный путеводитель по Волге.1898.

Классены и Романовская мануфактура Нина ОБНОРСКАЯ

2013

российские промышленники

Романов-Борисоглебск не воспринимался как крупный промышленный центр: небольшие домики, зелень садов, патриархальный быт. Но между тем, одной из главных достопримечательностей города, о которой с середины XIX века не забывали упоминать всевозможные путеводители, была льнопрядильная фабрика, да не какая-нибудь рядовая, а «одна из самых значительных» в своей отрасли в Центральной России. Фамилия основателей и владельцев предприятия тоже была необычна для провинциальной русской глубинки – Классены. И действительно, семейство Классенов не было местными уроженцами. Не были они и русскими. Иная национальность, иной язык, иная религия, иные традиции – все это выделяло семью из среды местных «городских обывателей», не давало им ассимилироваться, стать «как все» в этом русском городке, знавшем в своей истории лишь татар, да и то выселенных отсюда окончательно в середине XVIII века. Так кем же были создатели промышленной славы Романов-Борисоглебска?

82

К

орни Классенов надо искать в герцогстве Шлезвиг-Гольштейн, где в 1776 году родился Иоганн Георг Классен – первый известный нам представитель этого семейства. Родным языком Классенов вплоть до начала XX века был немецкий, а религией – лютеранство. Открытие в XVI веке англичанами торгового пути через Архангельск сделало этот город «воротами в Европу» для России. Основание Петербурга несколько поколебало значение Архангельска в международной торговле, но все же и в конце XVIII века этот северный город продолжал привлекать иностранцев как пункт транзитной торговли, через который на Запад,

преимущественно в Англию, шел поток российских товаров, среди которых лен играл не последнюю роль. Напомним, что в те времена флоты всех стран были парусными (и крупнейший английский – не исключение), а паруса – изо льна. Но ко льну мы еще вернемся, а пока заметим, что именно в Архангельск Иоганн Георг перебирается в 1797 году, став одним из наиболее предприимчивых деятелей иностранной купеческой диаспоры города. Здесь же он находит и свое личное счастье – обзаводится семьей. Его женой в 1799 году стала Доротея Брёхер, семья которой поселилась в Архангельске еще до ее рождения. В этом браке было девять детей, из которых до взрослых лет дожили пятеро. Нина Обнорская родилась в Ярославле. Закончила исторический факультет Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Кандидат исторических наук – защитила диссертацию по теме: «Купечество Ярославской губернии в конце XVIII - начале ХХ вв.» Автор нескольких десятков статей по данной тематике. Преподаватель исторического факультета ЯрГУ.


Через несколько лет после переезда в Россию Иоганн Георг принимает российское подданство и записывается в первую гильдию архангелогородского купечества, за успешную масштабную торговую деятельность он получает звание коммерции советника. В русской среде его все чаще именуют Егором Ивановичем. Занимался Иоганн Георг торговлей (например, привозил в Россию «колониальные» товары, к которым относились кофе, пряности, рис и др.) и лесоразработками. В 1836 году Егор Классен был возведен в потомственное почетное гражданство.

Что касается детей Иоганна Георга и Доротеи Классен, то судьба их среднего сына, носившего, как и отец, имя Георг, оказалась тесно связана с Ярославским краем и городом Романово-Борисоглебском. Георг родился в 1808 году в Архангельске. Мы не знаем, какое образование он получил, но известно, что в 1825 году он находился в Лондоне, «чтобы посвятить себя основательному изучению английского языка». Кроме родного немецкого и английского он хорошо знал русский и имел прекрасный почерк. В 1838 году Г. Классен был

Романовская мануфактура. Фото нач. XX в. Архив заводского музея.

2013

Е.Е. Классенвторой.

возведен в потомственное почетное гражданство. Георг Классен, а по-русски Егор Егорович (мы будем называть его первым, так как и его сын, и внук в русской среде тоже будут зваться Егорами Егоровичами), был женат на Доротее (Дарье Ивановне) Штуцер (1816–1883), дочери архангелогородского третьей гильдии купца Ивана Христофоровича Штуцера. Мы не знаем точно, когда Георг и Доротея поселяются в РомановоБорисоглебске. Но, несомненно, что связано это было с коммерческими делами семейства. Дело в том, что Ярославская губерния была одним из центров выращивания льна, пользовавшегося спросом за границей, прежде всего в Англии. И именно этому виду коммерции посвятил себя Егор Егоровичпервый, открывший в Архангельске контору по экспорту русского льна. Известно, что в 1838 году он получает в архангельской городской думе паспорт «для свободного в Российской империи проживания». В 1845 году Георг Классен подает прошение о записи его во временное второй гильдии купечество города Романово-Борисоглебска. «По коммерческим делам» он продлевал свое членство в местном купечестве до 1848 года включительно. В более поздние годы он значится в документах в разное время «архангельским потомственным почетным гражданином» (в 1851 г.), «ярославским второй гильдии купцом» (в 1854 г.), «временным романово-борисоглебским третьей гильдии купцом» (на 1854 г.), «романово-борисоглебским второй гильдии купцом» (в 1859 г.), «временным романово-борисоглебским первой гильдии купцом» (в 1867 г.)

83


Рабочие казармы в 64 комнаты. Часть ткацкого отделения.

2013

российские промышленники

Фото нач. XX в.

84

Но Классены задумываются о рас­ширении производства. Решено было устроить льнопрядильную фабрику. Для ее размещения в 1857 году было приобретено смежное с землей Классенов владение – каменный ветхий, с надворным строением и землею, дом в 27-ом квартале, принадлежавший купеческой вдове А.П. Трутневой, за 1300 рублей серебром. Для устройства фабрики необходима была реконструкция старых и строительство новых зданий. Чтобы осуществить это, в 1859 году доверенный Е.Е. Классена А.И Штуцер берет в аренду на три года три десятины городской выгонной земли близ речки Рыкуши для устройства там кирпичного завода. В 1864 году льнопрядильная фабрика была пущена. и т.д. Что касается Дарьи Ивановны Классен, то в первой половине 1850-х годов она значится «ярославской временной второй гильдии купчихой». Но несмотря на различный в разное время статус, семья все сильнее привязывается к Романов-Борисоглебску, обзаводится здесь недвижимостью, строит здесь промышленные предприятия.Уже в декабре 1845 года на имя Дарьи Ивановны в 28-ом квартале второй (Борисоглебской) части города приобретается за тысячу рублей старый обгорелый после пожара двухэтажный каменный дом с ветхим деревянным строением и землей, а в 27-ом квартале той же части – смежный с предыдущим земельный участок с деревянным амбаром. Продавцом выступил местный купец Федор Дмитриевич Алаев, приобретший эту недвижимость «с аукционного торга» у купца Никиты Федоровича Селиверстова и его брата Ивана, мещанина. Дом отстраивается, для защиты от разливов Волги насыпается земляной вал, разбивается сад. И именно здесь устраивается «льноподготовительная фабрика» – мануфактура по первичной обра-

ботке льна-сырца. Сырье скупали в Ярославской, Вологодской, Владимирской и Костромской губерниях. Примерно 300 рабочих ежегодно обрабатывали до 100 тысяч пудов льна на сумму до 200 тысяч рублей серебром. Готовую продукцию, а также закупленные в разных регионах страны «российские товары» на своих и нанятых судах отправляли по преимуществу к Санкт-Петербургскому порту для сбыта, прежде всего в Англию. Сначала скупали необработанный лен, но к началу 1860-х начали принимать только лен, прошедший первичную обработку. На фабрике лен только «улучшался» на чесальной машине и разделялся по качеству на три сорта, после чего он сбывался за границу. Для приведения станков в действие первоначально использовался конный привод, а потом был приобретен паровой двигатель.

К этому времени вырос и помощник отцу – опять же Иоганн Георг (Егор Егорович-второй), родился он тоже в Архангельске, в 1842 году. Именно он унаследовал, продолжил и расширил дело родителей (похоже, что других сыновей в семье не было, только дочери). И именно с его именем связана большая часть дореволюционной истории Романовской льняной мануфактуры. Мануфактура эта становится крупнейшим предприятием города и одним из наиболее значительных в губернии. На 1871 год здесь под управлением самого владельца (Егор Егорович-первый прожил до 1877 года) изо льна, на станках с паровым приводом, производились мешки и брезент, которые отправлялись потом для продажи «во все города Российской империи». Годовой оборот предприятия составлял около 225 тысяч рублей.

Но не все было так безоблачно. В феврале 1896 года на фабрике случился страшный пожар, уничтоживший предприятие. Пришлось отстраивать мануфактуру заново. Да и рабочим на фабрике жилось нелегко – тесные переполненные казармы, высокие цены в фабричной лавке. И все же условия на этом предприятии были лучше, чем на многих других.


Бухгалтер фабрики И.Г. Ильин с супругой.

Егор Егорович-второй умер за границей в городе Зелисберге (Швейцария), где находился на лечении, но завещал похоронить себя в Романов-Борисоглебске, который стал для него родным. В июле 1910 года тело потомственного почетного гражданина купца Егора Егоровича Классена было предано земле на городском кладбище. После революции 1917 года предприятие было национализировано, получив название «Тульма» (т.е. «Тутаевская льняная мануфактура»). И хотя и город, и фабрика носят уже почти сто лет другие названия, создателей крупнейшего промышленного предприятия города – Классенов – помнят и почитают до сих пор.•

Бюст Е.Е. Классенавторого на заводском дворе.

На мануфактуре было задействовано до 350 рабочих. Около фабрики располагались принадлежавшие Классенам продуктовая лавка, постоялый двор для фабричных, где они могли погреться и получить горячую воду (чай надо было приносить свой), и питейный дом, торговавший винами «распивочно». Предприятие и в последующем расширялось и модернизировалось. К 1880 году на нем – две паровые машины, 10 ватеров (прядильных машин) с 4000 веретенами, 250 ткацких станов, 400 рабочих. Само производство оценивалось в 200 тысяч рублей. К 1886 году многие показатели повысились – например, число ватеров увеличилось до 28 штук (с 10-ю тысячами веретен). Рабочих трудилось уже 600 человек, а годовое производство оценивалось более чем в 600 тысяч рублей. Продукцией предприятия были пряжа, мешки и полотно. Расширяется и территория, принадлежащая фабрике. На ней возводятся казармы для рабочих, хозяйственные и общественные здания. Растет и семья Классенов. Летом 1868 года Егор Егорович-второй венчался по лютеранскому обряду с Генриеттой Евгенией Каммерер (родилась в Архангельске в 1844 году), дочерью чиновника, уроженца Гамбурга Генриха Эдуарда

Каммерера (получил образование в учительской семинарии в Гамбурге), проживавшего впоследствии в Романово-Борисоглебске в семье своей дочери. В семье Егора Егоровича-второго и Генриетты Эдуардовны было девять детей, в том числе четверо сыновей: Георг Эдуард (Егор Егорович-третий) – (родился в 1870 году), Август Оскар (родился в 1879 г., инженер-технолог фабрики, возглавлял вольную пожарную дружину), Теодор Эдгар Андреас (Федор Егорович) – (родился в 1882 г., врач) и Рудольф Эдуард (родился в 1885 г.). Но не все было так безоблачно. В феврале 1896 года на фабрике случился страшный пожар, уничтоживший предприятие. Пришлось отстраивать мануфактуру заново. Да и рабочим на фабрике жилось нелегко – тесные переполненные казармы, высокие цены в фабричной лавке. И все же условия на этом предприятии были лучше, чем на многих других. И хотя забастовочное движение не обошло фабрику стороной, но рабочие выступления сначала проходили под общеполитическими лозунгами, вызванными ситуацией в стране, а не на фабрике. Экономические стачки прошли только в 1912 и 1915 годах.

2013

Памятник на кладбище.

85


2013

86

Семья Классен на веранде за чаем.


87

2013


Кузнецовский фарфор с берегов Волги

2013

российские промышленники

Оксана ГОЖАЛИМОВА

88

Кузнецовский фарфор … Стоит назвать два этих слова, как тут же на память приходят изящные фарфоровые чашечки, блюдечки, сервизы. Во многих семьях чайные пары производства Кузнецовских заводов хранятся как семейная реликвия. Мода на собирание фарфора вошла в Россию в XIX веке. Фарфор помещали в гостиных в горки, буфеты, им любовались, восхищались. Это был признак благосостояния. Поменялось отношение к фарфоровым изделиям, когда ручной труд на производстве фарфора был заменен механическим. Появилось понятие «кузнецовщина», то есть фарфор «на потребу публике». Кузнецова ругали за его технический прогресс, а он только усмехался себе в бороду да скупал фабрику за фабрикой. В начале ХХ века семье Матвея Сидоровича Кузнецова принадлежало 18 заводов. Он выкупил завод Гарднера в Вербилках, завод Ауэрбаха в Конакове, фабрики в Харьковской, Калужской губерниях. А одним из последних его приобретений был небольшой фарфоровый завод в селе Песочном Романово-Борисоглебского уезда Ярославской губернии. Здесь не было залежей коалина – белой глины, зато были рабочие руки, и, самое главное, – пролегал через Песочное водный путь до Азии. Именно здесь сметливый купец и хотел наладить производство восточного ассортимента.


то же такой этот «фарфоровый король» России? Основателем династии фарфоровых промышленников был Яков Кузнецов. В 1810 году в деревне Новохаритоново Бронницкого уезда Московской губернии бывший кузнец основал свой первый фарфоровый завод. Правнук же Якова Васильевича и стал самым знаменитым из Кузнецовых. Матвей Сидорович Кузнецов родился в 1846 году. С раннего детства его отец старался прививать ему деловую жилку, учил собранности, аккуратности. Мечтая передать свое производство сыну, он воспитывал в нем твердость характера, терпение, выдержку и упорство в достижении цели. В 1861 году в возрасте 15 лет Матвей по воле отца отправляется в Ригу. Здесь на фабрике управляющий Рудаков знакомит его со всеми премудростями изготовления фарфора, но, самое главное, учит тому, каким должен стать хозяин производства. Здесь же, в Риге, Матвей закончил коммерческое училище. В дальнейшем по распоряжению правительства он в качестве специалиста участвовал в разработке тарифов для железнодорожного транспорта и таможенных пошлин. В девятнадцать лет Матвей Сидорович женится на дочери купца Митюшина – Надежде Викуловне. Потом в семье появилось семеро сыновей – Николай, Сергей, Александр, Георгий, Михаил, Иван, Павел – и дочь Клавдия. Полновластным хозяином заводов М.С. Кузнецов стал в 1867 году, в возрасте 21 года. В 1887 году он учреждает «Товарищество производства фарфоровых и фаянсовых изделий М.С. Кузнецова» с правлением в Москве. Все дети Матвея Сидоровича были совладельцами, входили в правление товарищества1. Товарищество расширяло свои обороты, приобретало новые предприятия. Каждый завод имел свою «наклонность»: Дулевский фарфор – для крестьянства, завод Ауэрбаха и завод в Будах – для городского обывателя, завод Гарднера – для высшего света. Но оставался еще один потребитель, который не был охвачен Кузнецовым, восточный, для которого ассортимент

продукции был очень обширен. В него, наряду с обычным товаром – чайниками, чашками, входил традиционный специфический набор предметов – пловницы, кальяны, пиалы. Именно восточный ассортимент и начнет впоследствии осваивать на Песоченской фабрике Матвей Кузнецов. Чем так приглянулось Песочное Кузнецову, и как на берегах Волги возникло фарфоровое производство? Песочное, а особенно его левый берег, богаты красной глиной. Местные глины и бурное строительство Рыбинска и Романов-Борисоглебска дали толчок к выпуску кирпича – на базе местных ресурсов, конечно. В 1882-1883 годах рыбинский купец второй гильдии Никитин Павел Андреевич основал в деревне Песочное кирпичный завод с числом работающих в 20 человек, а в 1884 году он дал первую продукцию. Через год Никитин перепрофилирует свой кирпичный на производство фарфора. Видно, поменялись запросы горожан. Кирпичных заводов в округе было достаточно, но не было ни одного крупного предприятия по производству посуды. Поскольку многие хозяйственные и финансовые операции шли через Рыбинск, завод значился «в Рыбинске», а по территориальному признаку находился в соседнем Романово-Борисоглебском уезде. П.А. Никитин в 1886 году продает фабрику петербургскому купцу Г.С. Рахманову и рыбинскому мещанину В.А. Карякину, которым она принадлежала до 1894 года. А в 1894 году фабрику вместе с постройками и землей купило Товарищество М.С. Кузнецова2. Завод находился на самом берегу Волги, рядом была устроена пристань, что было очень привлекательно для сбыта продукции в Азию. Кузнецов выписал из Дулева лучших мастеров, художников, и работа закипела. С 1894 по 1911 годы владельцем фабрики в Песочном был Матвей Сидорович Кузнецов, а с 1911 по 1918 год – его сын Сергей Матвеевич Кузнецов. Два раза в месяц М.С. Кузнецов лично приезжал на фабрику, останавливался в специально построенном для него доме3.

Мастерские фабрики, представлявшие ранее одноэтажные деревянные сараи, были заменены новыми каменными корпусами по проекту архитектора К. Зубрилкина.

Руководство деятельностью завода осуществлялось через правление товарищества, объединявшего несколько фарфоровых и фаянсовых фабрик Центральной России. В Москве ежегодно проходили съезды членов правления, директоров, управляющих, доверенных приказчиков заводов. Здесь рассматривались и решались вопросы производства фарфора и фаянса, утверждались сметы расходов на производство предприятий, ассортимент и сортность выпускаемой продукции, утверждались разделки фарфора красками, деколью, золотом, устанавливалась цена на фарфоровые изделия.4 В 1897 году завод имел уже несколько основных отделений: точильное, поливное, живописное и мастерские. Здесь же располагались хозяйственные постройки (сараи, кладовые, амбары) для обслуживания производства. Для хранения фарфоровой посуды на заводе использовали двухэтажный посудный амбар. Для производственных и хозяйственных нужд предприятие имело водопровод и водокачку, свой конный двор, хлебопекарню, пристань и баню5. К 1910 году завод изменился основательно. Мастерские фабрики, представлявшие ранее одноэтажные деревянные сараи, были заменены новыми каменными корпусами по проекту архитектора К. Зубрилкина6. Фарфоровой фабрике принадлежали земли, лес на сруб в Новгородской губернии при деревне Логиново размером 10 десятин 936 кв. саженей. Приобретен был в 1916 году лес на сруб и у нескольких владельцев в РомановоБорисоглеском уезде.7

Оксана Гожалимова родилась в Рыбинске. Закончила исторический факультет Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова. Работает заведующей сектором истории экспозиционного отдела Рыбинского музея-заповедника. Соавтор книги «Рыбинск в первых лицах». Автор статей, опубликованных в сборниках научных конференций в Рыбинске, Ярославле, Череповце, Кемерове. Темы исследований: история Рыбинска XIX-XXI веков, история рыбинского купечества.

2013

К

89


2013

российские промышленники

Купец Матвей Сидорович Кузнецов (18461911), владелец фабрики в Песочном с 1894 года. Из собрания Рыбинского музеязаповедника.

90

Производство фарфора на фабрике постепенно росло. В 1901 году она выпустила 155 горнов фарфоровых изделий, а в 1904-ом – уже 182 горна, причем чистая прибыль составила 45 тысяч рублей. В 1905 году по стране прокатилась волна забастовок железнодорожников и почтово-телеграфных работников, что создало значительные трудности в сбыте продукции. Это привело к снижению прибыли до 18 тысяч рублей. Кроме того, фабрика в 1905 году понесла большой убыток

в результате пожара, случившегося в октябре.8 Сгорело тогда два деревянных фабричных корпуса, где находились горновое, шлифовальное и точильное отделения, слесарная мастерская и кузница. Однако дело не останавливалось, взамен сгоревших деревянных корпусов строились каменные, одновременно модернизировалось производство. К 1910 году возрастает выпуск фарфора на фабрике, она получает прибыль уже на сумму без малого 581 тысяча рублей.

Что касается восточного ассортимента заводской продукции, то он сложился с конца 1890-х годов. В это время вырабатывались чайники бухарские и петербургские, сервизы французские и венские, чайные чашки, в небольшом количестве – столовые сервизы. С началом Первой мировой войны на военные нужды фабрика выпускала санитарный фарфор, изоляторы, аптекарские баночки, которые до войны производились в Риге. Кроме того, без задержки выполнялись заказы Союза земств и городов на фарфоровую посуду для армии. Продукция сбывалась в южные губернии, шла на ярмарки: весной – две баржи в Казань и Астрахань, летом – столько же в Нижний Новгород, осенью – баржа в Ярославль, к Петрову дню (12 сентября по новому стилю) – баржа в Рыбинск (одна баржа равноценна была 20 вагонам), зимой – 3-4 обоза в месяц на близлежащую железнодорожную станцию Лом. Продукция шла в Персию (по заказам купцов, которые давались на год вперед, причем заказ каждого купца выполнялся в течение зимы). В 1911 году фабрика по требованию Нижегородской и Астраханской ярмарок увеличивает выпуск фарфора азиатского и персидского ассортиментов, а также ходовых сортов русского фарфора (выпуск чайных сервизов и чашек с деколью)9. Фабрика работала на привозном сырье. Из-за границы она получала лучшие сорта глин – немецкую и английскую, – кварц, шпат, кремень из Норвегии, Швеции, Финляндии. Имела она тесные связи и с русскими промышленными и торговыми Мастера и конторские служащие фарфоровой фабрики. Начало XX века. Из собрания Рыбинского музея-заповедника.


фирмами, поставщиками русских сортов глин: так, глуховская глина привозилась из Черниговской области от братьев Скоропатских, воронежская глина поставлялась обществом Боровичского завода товарищества «Вахтер и Ко».10 Сырье и глазури доставлялись в основном железнодорожным транспортом через С.-Петербург и Ригу, а также по Волге в летний период. Краски и жидкое золото для раскрашивания и разделки фарфоровых изделий, а также требовавшиеся для их оформления переводные рисунки приобретались у различных немецких, английских, французских и польских фирм и фабрик, а также поступали с Дулевской фабрики товарищества. Ввиду недостатка заграничных материалов во время войны на фабрике потребляли русские сорта глины,

2013

Вид на корпуса фарфоровой фабрики с Волги. Начало XX века. Из собрания Рыбинского музеязаповедника.

91

Традиционный ассортимент фабрики: чайная пара. Из собрания Рыбинского музеязаповедника.


Пиала – типичный восточный ассортимент фабрики. Рыбинский музей-заповедник.

2013

российские промышленники

камня, шпата, кварца, доставляемых из центральной части России. Фабрика приобретала материалы у заводов по производству кирпича, алебастра, изразца. Живописные краски немецких фирм были заменены французскими и английскими, деколь фабрика получала от акционерного общества «Цветная бумага», английская глина шла на фабрику через Архангельск. В чем заключался производственный процесс изготовления фарфора на фабрике? Имеющееся оборудование – барабаны, жернова, прессы, мешалки – использовалось для разделки глины и камня, приготовления фарфоровой и капсельной массы, глазури. Основные же производственные операции по оформлению фарфоровых изделий (точильные работы, в ходе которых изделию придавали нужную форму, глазурование, шлифовка, сортировка и раскрашивание фарфора) производились вручную. Вручную выполнялись и все работы по подготовке белого 92 и глазурованного фарфора к обжигу в трех горнах и обжигательных печах периодического действия, а также раскрашенного фарфора – к обжигу в муфельных печах. Фарфор раскрашивали различными рисунками, прозолотью, цветами, переводными рисунками, французскими рисунками, пурпурными и зелеными листами, виноградом, золотой и синей отводкой, китайской печатью, крытьем. В 1905 году на фабрике было занято 735 рабочих, в 1913-ом – 1169 человек.11 Условия же труда, надо сказать, были тяжелыми. Рабочий день про-

должался 11-12 часов, причем люди трудились в духоте, в непроветриваемых помещениях, так как вентиляция отсутствовала. Мужчины летом начинали работать в 4 часа 30 минут утра, заканчивали в 7 часов 30 минут вечера, зимой трудились с 5 до 20 часов. Перерывы устраивались в определенное время: на завтрак отводилось 45 минут, на обед – 1,5 часа, на чай – 45 минут. Женщины работали с 5 часов утра. В субботу перед выходным и перед праздниками рабочий день оканчивался на два часа раньше. Следует, впрочем, отметить, что до Октябрьской революции было тридцать праздничных дней в году, поскольку предприятия не работали в религиозные праздники и «царские дни» (дни рождения членов императорской семьи). Рабочим строго запрещалось вносить на фабрику спирт, водку, вино, пиво. Но в то же время сами служащие могли просить рабочих за два ведра водки освободить печь от готовой продукции, если срочно нужно было ее реализовать, – делать это приходилось при температуре в 100 градусов Цельсия, так как печь была неостывшей.12 Запрещено было устраивать драки, кулачные бои, играть в азартные игры на деньги (в карты, «орлянку»). Штрафовали за грубое обращение к старшему по должности. В случае неисполнения правил из зарплаты вычитали штраф в размере от 25 копеек до одного рубля.13 А составляла заработная плата, например, в 1915 году от 7 до 45 рублей14. Оплата труда строилась на сдельной основе, расценки менялись очень редко. Зарплата выдавалась

в первую субботу после первого числа каждого месяца. Рабочие вынуждены были покупать продукты в «харчевой» лавке хозяина, где товары продавались по завышенным ценам (так что приходилось оставлять там до сорока процентов своего заработка). Все расчеты в лабазе велись в расчетной книжке, куда также записывались различные «услуги» – пользование баней, съем казенной квартиры. К пасхе рабочих рассчитывали и нанимали на новых условиях. Фарфоровое производство всегда считалось вредным для здоровья. А раз на фабрике не было вентиляции, о чем мы уже упоминали, то пыли при работе было столько, что в нескольких шагах не видно было своего товарища по работе. В некоторых цехах рабочие, кроме того, страдали от жары. Точильщики болели чахоткой, то есть туберкулезом, и силикозом. Многие рабочие умирали в возрасте 35-40 лет15. Однако же, несмотря на тяжелые условия труда, люди с фабрики не уходили. М.С. Кузнецов, проводя соответствующую социальную политику, поставил дело так, что при фабрике начали строить жилые дома для рабочих, которые получали денежные средства и материалы для строительства. Площадь дома составляла 25 кв. метров, но при тогдашней многодетности семей на человека приходилось всего два с половиной метра. Высокооплачиваемые служащие строили себе пятистенные дома. Если работник увольнялся, он должен был очистить занимаемый участок или же продать свой дом. Служащим и высокооплачиваемым


рабочим предоставлялись также квартиры в многоэтажных домах, называвшихся «грунтами». Планировка этих квартир была простой – кухня, где стояла кровать и устроены были полати, и комната. Из обстановки – обеденный стол, шкаф-горка, сундуки. На стенах развешаны были фотографии в рамках, картинки, небольшие зеркала. Окна убраны были занавесками и цветами в горшках, вдоль стен расставлялись обычно стулья количеством от трех до пяти.16 Недалеко от фабрики были построены дома, прозванные «Чулочным рядом» из-за их архитектурных особенностей. В этих домах длина комнаты составляла 4,38 м, ширина – 2,48 м, высота – 2,16 м. Много места занимала печь17. Часть рабочих держала коров, свиней, птицу, а огородничеством заводчане практически не занимались.18 При домах были сараи-«майки»: на первом этаже – скотник, второй этаж – сеновал, под полом – яма. В Песочном было открыто двухклассное училище для детей фабричных рабочих и служащих. Была открыта больница, состоявшая из амбулатории, стационара на 15 мест, родильного

отделения и аптеки. При предприятии работали больничная касса, касса невест и касса взаимопомощи. В поселке была построена почта с телеграфом (кстати, в этом здании почта находится и сегодня). Фабрика имела связи с местными промышленными предприятиями, торговыми фирмами и домами Ярославля, Рыбинска, а также других городов Центральной России. Они поставляли на фабрику металл, горюче-смазочные материалы, выполняли заказы фабрики на металлоизделия. Так, например, чугунно-литейный завод А.П. Головкиной в Рыбинске и фирма К.Н. Пастухова поставляли для фабрики сталь, железо, трубы, медные и железные изделия, а купец Мутовкин и товарищество Нобель, его рыбинское отделение – мазут, масло и другие нефтепродукты.19 В начале первой мировой войны западная граница России была закрыта, поэтому фабрика испытывала большую нехватку сырья и материалов, которые она получала до войны из-за границы и из южных русских территорий. Производство фарфора на фабрике с началом войны сократилось сразу на 25 %. По этой причине правление товарищества предписывало руководству фабрики, в целях экономии, организовывать работу на предприятии так, чтобы она производилась преимущественно без электрического освещения. Сокращены были обед, время на чай и завтрак. После Октябрьской революции 1917 года фирмы товарищества М.С. Кузнецова по решению ВСНХ были национализированы.•

Литература и архивные источники 1 М.Н. Барышников. Деловой мир России: историко-биографический справочник. – СПб, 1998. – С. 215-217. 2 Рыбинский музей-заповедник (далее РБМ), 23941. – Летопись Рыбинской фарфоровой фабрики. – С. 3. 3 РБМ, 10115/1-2. – Полевая опись экспедиции в Песочное, март 1961 г. – С. 6. 4 Российский государственный исторический архив (далее – РГИА), в. 23, оп. 24, д. 34, л. 253. 5 РБМ, 10115/86/8. – План владения, принадлежавшего Товариществу М.С. Кузнецова. 6 РБМ, 10115/86/11. – Проект точильногорнового корпуса и генеральный план фарфоровой фабрики Кузнецова в Песочном, 1906 г. 7 РГИА, ф. 23, оп. 14, д. 197, л. 158. 8 РБМ, 23941. Летопись Рыбинской фарфоровой фабрики. – С. 5. 9 РБМ, 10115/1-2. – Полевая опись экспедиции в Песочное, март 1961 г. – С. 39. 10 РБМ, 2394. – Летопись Рыбинской фарфоровой фабрики. – С. 7. 11 РГИА, ф. 23, оп. 14, д. 197, л. 190. 12 РБМ, 10115/1-2. Полевая опись экспедиции в Песочное, март 1961 г. – С. 12. 13 РБМ, 23424. – Расчетная книжка Липунковой А.П., работницы фарфоровой фабрики Кузнецова в поселке Песочном. 1897 г. 14 РБМ, 10115/1-2. – Полевая опись экспедиции в Песочное, март 1961 г. – С. 15. 15 А.П. Малинин. Материалы по обследованию рабочих Первомайской фарфоровой фабрики Рыбинского уезда. – Ярославль, 1926. – С. 7. 16 Там же. С. 122. 17 РБМ, 10115/1-2. – Полевая опись экспедиции в Песочное, март 1961 г. – С. 21. 18 Там же. 19 Там же. – С. 37.

2013

Продукция фабрики: чайник с характерным рисунком «кузнецовского фарфора» («виноград»). Рыбинский музейзаповедник.

93


94 2013 •

российские промышленники


2013

Интерьер живописного цеха фарфоровой фабрики в Песочном. Начало XX века. Рыбинский музейзаповедник.

95


ГОРДОСТЬ РОМАНОВЦЕВ Нина НЕФЕДЬЕВА Современный туризм ориентирован на бренды. Слово «бренд» в переводе с английского языка означает «торговая марка». В действительности это понятие более емкое и многогранное, относящееся не только к конкретному предмету, сказочному образу, но и к ментальной пространственной конструкции. Бренды придают туристическим маршрутам привлекательность и индивидуальность. Тутаев, в прошлом Романов-Борисоглебск располагается на «главной туристической дороге России – Волге». Город имеет богатое историческое прошлое, великолепные памятники культового зодчества XVII – XVIIIвеков, необычный природный ландшафт и яркие бренды, которые все начинаются со слова «романовские».

2013

наши бренды

Ладьи назывались романовками Романов – город волжский. Для перевозки людей и разнообразных грузов необходимо наличие речных судов. Романовцы научились их строить. Суда-ладьи были устойчивы, надежны и достаточно грузоподъемны при малой осадке. Они могли поднимать груз до 3 тысяч пудов (48 тонн), ходили не только по Волге, но и её притокам. По месту рождения судно получило название «романовка». Кстати, в «Толковом словаре живого великорусского языка» В. Даля о местных судах сказано: «Романовка – речное судно, ладья, прозванная по городу». Петру Великому до всего было дело. Он обратил внимание на местные суда, отметил их положительные качества. Основатель морского флота не оставил без внимания и речной флот. Указом «1719 года от 9 июня Петр Великий предписал корабельному мастеру Сурмину переделать по новому образцу все здешние суда старой постройки, с угрозою, если старинные суда появятся в следующем году, брать с каждого из них 300 96 рублей штрафу».

не могли соперничать. Однако еще долго они перевозили грузы по волжскому мелководью. Даже в начале XX века их можно было увидеть на Волге. Одна из последних романовок, которая принадлежала торговцу А. Соленикову, была разобрана в 30-е годы XX века. На одном борту судна была надпись: «С нами Бог и крестная сила – Солеников Акила», а на другом борту: «С нами крестная сила и Бог – Акил Солеников».

Романовки строили на стапелях, сооруженных прямо на волжском берегу в черте города. Строили быстро и много, благо корабельного лесу в те времена хватало, в строительстве участвовали как романовцы, так и борисоглебцы, да еще жители волжского села Устье. Для постройки судов использовали сосновый и еловый лес, крепили железом. Затем конопатили паклей и смолили. Длина романовки от 8,5 до 14 м, ширина – 3-4 м, а глубина – 2-4 м, осадка 0,51,25 м. Стоили эти ладьи от 300 до 600 рублей, служили от 3 до 5 лет. В середине XIX века на Волге появились пароходы, с ними романовки

Гвозди для российского флота С далеких времен романовские кузнецы славились умением ковать гвозди. Они изготавливали крошечные гвоздики, которыми к кирпичной кладке крепился специальный грунт – основа фресковых росписей в храмах. Длина популярных или, как в народе говорили, «ходовых» гвоздей составляла от 10 до 20 см, а «гвозди-богатыри» – около 1 м – чаще использовались при строительстве причалов. Когда молодой царь-реформатор Петр Алексеевич начал строительство российского флота у города Воронежа, он бывал в романовском крае по пути следования в Архангельск, останавливался в торговом селе Да-

Нина НЕФЕДЬЕВА родилась в 1954 году в Ярославской области, с 1961 года проживает в Тутаеве, имеет два высших образования – за плечами у нее историко-филологический факультет Ярославского педагогического института им. К.Д. Ушинского и Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова. Трудовую деятельность Нина Петровна начинала учителем во 2-й школе, одной из старейших в городе. Работала также научным сотрудником в филиале Ярославского художественного музея «Дом на Новинской», почти 20 лет возглавляла Центр занятости населения города Тутаева. Н.П. Нефедьева награждена медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени. В настоящее время она работает методистом в экспокомплексе «Борисоглебская сторона», занимается обучением экскурсоводов, участвует в подготовке буклетов по истории города.


97

2013


Романовское кружево Романовское кружево когда-то было широко известно. Слово «кружево» происходит от слова «окружать», то есть украшать нарядной отделкой белье, одежду. Романовское коклюшечное кружево называют самым загадочным и таинственным в истории русского кружевоплетения. Для его изготовления требуется подушка-валик, величина и форма которого зависит от вида и величины кружева. На ней устанавливаются образец рисунка – сколок, коклюшки с намотанными на них нитками и булавки. Плетется романовское кружево на немецкий манер, при этом используется 6-7 пар коклюшек, которые изготавливаются из березы, клена, липы и даже делались из слоновой кости. Трудоемкое романовское кружево стоило дешево, оно не обеспечивало мастерицам сносного существования – они находились в полной зависимости от торговок, скупавших кружева за бесценок. Существовала еще одна проблема: наличие качественного сырья. Тонкая нить покупалась на Хлудовской фабрике в Москве,

что увеличивало стоимость затрат на производство готового изделия. Поэтому кружевницы пытались плести кружево из хлопчатобумажной нити, оно получалось тонкое и изящное, но после первой стирки приходило в негодность. В 80-х годах XIX века кружевоплетение в романовском крае испытывало кризис. Оставалось 48 мастериц, которые в совершенстве владели двумя приемами коклюшечного кружевоплетения: парным и сцепным. В фондах филиала Ярославского художественного музея «Дом на Новинской» имеются уникальные образцы романовского кружева, например – подзор, выполненный узором «шленский», когда-то принадлежавший княгине Галине Вяземской. Исследовательница кружевоплетения С.А. Давыдова, путешествуя по Волге в 1880 году, случайно познакомилась с образцами романовского коклюшечного кружева, но никаких сведений о нем найти не смогла. В статистическом комитете города Ярославля не было данных о таком виде промысла. По её словам, у жителей города Романов-Борисоглебска тоже было удивление, ибо кружева, которые они покупали, считались изготовленными не местными мастерицами! Городской же голова Дегтярев подтвердил наличие кружевного промысла в городе. Познакомившись с образцами романовского кружева, Софья Александровна отметила, что ей еще не случалось видеть лучшие работы – чтобы они были с таким прелестным и тонким рисунком. Архимандрит Павел Груздев последние годы своей жизни провел в древнем городе на Волге при Воскресенском соборе. Он с большой

М.И. Калинин на похоронах В.И. Ленина был в романовской шубе, подаренной коллективом Ярославского овчинно-шубного завода в 1922 году.

2013

наши бренды

выдково в доме боярина Стрешнева. По его указанию Разрядный приказ издал распоряжение: «Имати на романовских заводах Ивана Боргина сколько будет надобно, а ему, Ивану, за то железо будут даны деньги». Так что романовские купцы поставляли железо и гвозди для строительства первого российского флота. Жители города Романова шутили – мол, мал золотник да дорог, без гвоздей корабли не построишь. Они гордились исполнением государственного заказа на гвозди.

98

«На Соловках у меня был овчинный полушубок, его привезли мне родители, когда приехали на свидание. Настоящий романовский полушкубок – их так называют по старинномму городу на Волге, в котором их столетиями делают. Романовские полушубки славились на всю Россию. Этот полушубок очень помог мне выжить — не меньше, чем окружавшие меня люди. А потом, уже в ленинградскую блокаду, он спас меня от верной смерти... У него очень длинные рукава, это сделано еще в традициях древнерусской одежды, чтобы согревать руки... Недавно дома мы перебирали вещи. Оказалось, что он очень хорошо сохранился. Даже не побит молью. Я надел его и удивился, как он до сих пор удобен. Получается. что я прошел с ним всю жизнь, хотя пользовался им нечасто, когда надо было выжить”. («Об интеллигенции».) Фото с обложки журнала “Огонек” за 1991 год.


любовью собирал романовские кружева. Мудрый старец знал им цену. Хранительницей этой удивительной коллекции стала его племянница Елена Александровна Родинская, причем она не только сберегатель вещей, украшенных удивительным романовским коклюшечным кружевом, но и творец. Е.А. Родинская, Л.Н. Денежкина и А.М. Залалдинова немало усилий прилагают к возрождению гордости края – романовского кружева. Их деятельность должным образом оценил популярный кутюрье Вячеслав Зайцев. Золотое руно России Романовская овца – одна из старейших пород грубошерстного и мясного направления в России. Животные этой породы короткохвостые, крепкой конституции. Появление романовской овцы связано с многогранной деятельностью Петра Великого. Как гласит легенда, по его указу от 1716 года были выписаны из Силезии два опытных овчара, два тонкорунных силезских барана и 1000 овец голландской породы. Животных разместили в пяти вотчинах ярославского края, четыре из них оказались в Романовском уезде. Постепенно, методом народной селекции была выведена овца с великолепными шубными качествами. Её шерстный покров состоит из ости и пуха. Пуховые волокна длиннее ости, на их кончиках образуются завитки. Остевые волокна более короткие, они имеют черный цвет, а пуховые – серые с

голубоватым оттенком. Грубая ость поддерживает пуховые волокна, не дает им скатываться. Соотношение ости и пуха чаще составляет 1 к 7. Об овчине романовской овцы говорят, что она мягкая и теплая как заячий пух, красивая как шкурка песца и прочная как волчья шкура. Из неё шьют тулупы, телогрейки, различные меховые куртки, и нет им износу. Особой славой овеян романовский полушубок. В народе говорили, что весу в нем четыре фунта, а жару как от четырех печей. Меховые изделия из романовской овцы неоднократно удостаивались золотых и серебряных медалей на международных выставках – в Лондоне в 1851 году, в Париже в 1867 году. В 90-х годах XIX века братья Тихомировы основали овчинномеховую фабрику, она работает и в наши дни. В 1922 году рабочие предприятия пошили Всесоюзному старосте М.И. Калинину бекешу до пят (мужское пальто в талию со сборками), её вес составлял 2 кг 100 г (в 1955 году художник А.Ф. Мальцев написал портрет М.И. Калинина в этой бекеше). В зимнее время на прогулках царя Николая II и цесаревича Алексея согревали романовские полушубки. Отправляясь с семьей в ссылку, в список необходимых вещей император внес романовский полушубок. Академик Д.С. Лихачев отмечал, что у каждого человека есть любимая вещь. У А.С. Пушкина – халат, у Н.В. Гоголя – шинель, а у него самого – романовский полушубок,

который спас его во время блокады Ленинграда и ссылки на Соловки. Дмитрий Сергеевич так трогательно сказал: «Как хорошо иметь в жизни вещь, которая согревает и сопровождает всю жизнь, особенно когда ты остаешься один». У неприхотливой романовской овцы, кроме способности давать драгоценную овчину, есть и другие превосходные качества и достоинства. Она хорошо приспособлена к пастбищному содержанию. Её острые и косо поставленные зубки, подвижные губы позволяют поедать на пастбищах самые различные растения: крупный рогатый скот потребляет 50-60 видов луговых трав, а романовская овечка – до 570! После овечьего стада трава на лугу словно бритвой срезана. Плодовитость овцы оценивается специалистами в 250-300%, средний показатель составляет 150%. Она два раза в год может приносить потомство от 2 до 5 ягнят за один окот. Через 5 – 6 месяцев вес ягнят превышает 30 кг. В период лактации овечка дает от 50 до 200 кг молока при жирности 7%. Романовская овца всегда была надежным подспорьем в крестьянском хозяйстве. Она одевала (овчина), обувала (валенки) и кормила (мясо). В течение года овцу стригут 3 раза, настригают 1,8 кг шерсти, с барана чуть более 2 кг. Из овечьей шерсти катали валенки – национальную обувь русского человека. В народе говорили, что они в огне не горят и в воде не тонут, а тепло сохраняют долго. На высокие мужские валенки

2013

Романовская овечка в выставочном загоне.

99


В. Стожаров. Романовский лук. 1970 г.. Курская государственная картинная галерея.

2013

наши бренды

с загибом требовалось 5-6 фунтов шерсти (около 2.4 кг). Не так уж и много. Тем не менее, в целом ряде крестьянских семей в силу бедности на 10-12 человек приходились лишь 2-3 пары валенок, которые носили по очереди. А еще романовскую овечку называют «домашним доктором». Вещи, связанные из шерсти овцы, обладают целебными свойствами, помогают при артрозах и артритах. В далекие времена недоношенных новорожденных заворачивали в овчину романовской овцы, и дети выживали. В наше время ежегодно в левобережной части города в предпоследнюю субботу июля проходит фестиваль «Романовская овца – золотое руно России». У него есть свои традиции: переправа на «поющем» пароме в Овечье государство, получение иностранной валюты «барашей». На романовской стороне фестивальное шествие идет на главную площадь, где работает Город мастеров, там проходят конкурс стригалей и представление «Как овцу замуж выдавали». Кульмина100 цией праздника является выставка романовских овечек, прибывших из разных далей и весей. Они располагаются в деревянных вольерах.

И лук, и баранки – романовские.


Романовский лук Романовский лук является одним из высокоурожайных сортов лука России. Он был выведен огородниками города Романова в конце XVI века, а в начале XVII века это сорт получил широкое распространение. Подтверждением тому служат таможенные книги ряда городов, в них романовский лук упоминается в первой половине XVII века. В Белозерской таможенной книге 16281630 годов есть записи: «…спрос на романовский лук был высок. Так, например, романовец Михаил Курочкин 2 (марта) 1649 года вывез 30 четвертей лука и чеснока (четверть – 4 кг. – Авт.). Первой Найденов 12 марта 1649 года вывез 6 возов луку, а Василий Лычков 17 марта – 5 возов». Имея давнюю историю, романовский лук упоминается в «Житии протопопа Аввакума», написанном им в 1673 году. Аввакум возвращался из сибирской ссылки и на Байкале написал следующие строки: «Лук на них (склонах гор) растет и чеснок, – болши романовские луковицы, и слаток зело». Откуда мог знать Аввакум о романовском луке? Вероятно, лук был широко известен. Различные источники подтверждают, что среди разнообразных занятий жителей Романова в начале XVII века на первом месте было огородничество, которое в те времена называли «луковничеством». Выращиванием лука занималось 38 дворов. На втором месте стояли извоз и гребля на судах – 30 дворов. В «Топографическом описании Ярославской губернии» 1797 года отмечается, что жители города Романова выращивали различные овощи на продажу, особенно много – романовского луку. Его продавали

непосредственно в городе, развозили водой и сухим путем, в больших количествах поставляли в Москву и Петербург. Ежегодно продавали луку на 20 тысяч рублей, а в городе проживало около 2 тысяч человек. В среднем на каждого жителя приходилось 10 рублей, а по тем временам это очень солидная сумма. Так что, романовский лук можно с уверенностью назвать двигателем экономического развития города. Романовский лук имеет красный или темно-красный цвет, луковицы обычно крупные, как большая репа. Он обладает прекрасными вкусовыми качествами и имеет целебные свойства. Лук сочный и не горький, его часто используют для приготовления холодных блюд, он не требует тепловой обработки. Зеленые листья (перо) являются источником витаминов и микроэлементов. О романовском луке существует много поговорок: «Романовский лук от семи недуг», «Романовский лук – здоровью друг». В старину говорили, что он «угар вышибает». Лук широко использовался как бытовое «химическое» средство: очищенной луковицей натирали пятно, потом счищали его, и одежда становилась чистой и опрятной. Луковую шелуху не выбрасывали, ею на Пасху красили яйца. Чаем из луковой шелухи лечили простудные заболевания. Опытные хозяйки чистили лук только перед самым употреблением, иначе он силу теряет. Что за ярмарка без баранок! Романовские баранки являются изобретением местных мастеров. Они пользовались большой популярностью среди населения города и далеко за его пределами, принесли городу известность, были одним из главных лакомств во время ярмарок и необычным товаром, который охотно увозили в разные края. Баранка представляла собой хлебец из заварного теста в виде удлиненного кольца, пекли такие изделия из лучшей муки в городе. Высокая конкуренция среди пекарей привела к появлению высококачественного продукта питания. Романовская баранка не черствела почти 30 дней. Колокола с романовским звоном Колокол как церковный атрибут пришел на Русь в самом начале XI века. В легендах и преданиях он является защитником добрых сил, отгоняет злых духов, не звучит в неволе и недобрых руках. В Романово-Борисоглебском уезде в начале XX века насчитывалось

около 90 храмов, из них 12 располагались в черте города. Традиционно на церковных колокольнях размещали несколько колоколов. Колокольный звон на правом берегу начинал величественный Воскресенский собор, а на левом – Крестовоздвиженский храм, затем включались все церкви, и плыл он над городом и Волгой, вызывая благоговейные и трепетные чувства. Не зря на Руси при звуке колокола мужик снимал шапку и осенял себя крестным знамением. Литьем колоколов местные мастера занимались с XVII века. Н.Н. Теляковский в книге «Старина и святыни Романова» отмечает, что в 1657 году борисоглебцы отлили колокол для главного храма Воскресенского собора. Краевед К.В. Конюшев подтверждает, что знаменитый род колокололитейщиков Моториных идет из Романовского уезда (отец и сын Моторины, как известно, отлили главный колокол России – Царьколокол). А недавно, на тысячелетие города Ярославля, как подарок от Тутаева, был отлит 1000-пудовый благовестный колокол. В 90-х годах XX века науку литья колоколов стал изучать Николай Александрович Шувалов, приехавший в город с семьей из Ижевска. На воссоздание старинной технологии ушло у него 6 лет. Колокололитейное производство Н.А. Шувалова единственное в стране, в котором все этапы создания колокола основаны на ручном скрупулезно-точном труде. Знатоки колокольного звона отмечают, что колокола, изготовленные мастером Н.А. Шуваловым, не уступают знаменитым колоколам ярославских мастеров Оловянишниковых. Туристы и гости города посещают колокололитейное производство, знакомятся со старинными технологиями отливки колоколов. Они увозят с собой сувенирные романовские колокольчики, отлитые вручную, как символ города, как талисман, который охраняет человека от невзгод и неприятностей.•

2013

Начинается конкурс на звание «мисс овца» текущего года. Шумная толпа наслаждается невиданным зрелищем: овечки, украшенные бантиками, бусами, бараны в галстуках, в костюмах мушкетеров, а комиссия специалистов по установленным параметрам определяет победительницу. На её голову торжественно водружается корона. Праздничное гуляние продолжается на Кустодиевском бульваре, где гости и жители города попадают в атмосферу конца XIX – начала XX века, так ярко воспетую Борисом Михайловичем Кустодиевым. В костюмах той эпохи степенно прогуливаются «местная элита» и заезжие гости. Колоритная фигура городового то и дело мелькает в нарядной толпе.

101

Литература 1. Житие Аввакума и другие сочинения. Сост., вступ. ст. и коммент. А.Н. Робинсона. – М., «Советская Россия», 1991. 2. Путеводитель по Ярославской губернии. 1859 3. А. Залялдинова. Русское кружево. – Журнал «Антиквариат», 2011 г., №№ 7-8. 4. Страницы истории РомановБорисоглебского края. Сборник. Выпуск первый. – Тутаев, 2002. 5. К.В. Конюшев. Тутаев. Исторический очерк. – Ярославль: Верхн.-Волжск. кн. изд-во, 1989.


Романовское коклюшечное кружево Надежда МАНЕРОВА

На территории Ярославской губернии было два центра по кружевоплетению: в Романов-Борисоглебске и Ростове Великом. Кружевоплетением занимались мещанки как в Романове, так и в Борисоглебске. Промысел своими корнями уходит предположительно в 18-й век, да и по воспоминаниям старых кружевниц, живших в конце 19-го века, они «не помнят того времени, когда бы у них не плели кружев: почитай с самой Екатерины все плетут да плетут». К концу 19-го века кружевниц насчитывалось 48 человек и считалось, что промысел был в упадке. То есть получается, что раньше кружевами занималось почти все женское население города.

И

2013

рукоделие

с с л е д о в а т ельница кружев конца XIX века Софья Давыдова, которой мы обязаны описанием промысла, после знакомства с образцами романовского кружева писала: «Надо сознаться, что мне не случалось видеть ничего более изящнее и лучше. Прелестный рисунок, прекрасное исполнение». И это не просто слова. Образцы романовского кружева, собранные краеведами и хранящиеся в Тутаевском филиале Ярославского художественного музея, в Ярославском музее-заповеднике и в частных коллекциях, наглядное тому подтверждение. Плели в основном на заказ, на продажу – мало. Заказчиками выступали местные купеческие семьи. В конце 18-го века и в 19-ом все романовское кружево шло на приданное купчихам: согласно местным обычаям, подобная заготовка белья невестам начиналась с 10-летнего возраста, причем все полотенца, 102 простыни. покрывала для подушек

обшивались кружевом, и все приданое для новорожденных также отделывалось местным кружевом. Отсюда и требование использовать тонкие нитки, которые закупались в Москве на Хлудовской фабрике. Кружевницы изготовляли кружево только известной длины: по

Надежда МАНЕРОВА по профессии историк, закончила историко-педагогический факультет КГПИ им. Н.А. Некрасова, главный редактор журнала «РомановБорисоглебская старина», автор целого ряда публикаций про романовские промыслы, народное образование, старообрядчество, по истории комсомольской и областной пионерских организаций.

размерам простынь или полотенец и т. д. Подобные требования обычая мастерицам исполнять было удобно, так как способ плетения, существовавший в Романове, – немецкий манер (при помощи шести-семи пар коклюшек) – дозволял заканчивать каждый кусок кружева так называемым «заплетом». Самое оригинальное и сложное кружево выполнялось только на заказ. Мастерицы, судя по образцам, были способны изготовлять кружева очень красивые и тонкие, рисунки их типичны, составлены они с необыкновенным вкусом и умением пользоваться весьма неразнообразными элементами, входящими в состав узоров на немецкий манер. Романовские кружевницы дали своим кружевам своеобразные названия: сцепной растительный мотив именовался «бачино», зубец в форме семилепестной розетки назывался «бантиком», а геометрический волнистый зубец – «бараньими рожками». В парном плетении

Кружево, которое сплела Любовь Николаевна Денежкина – преподаватель обслуживающего труда средней школы № 6 города Тутаева.


103

2013


2013

рукоделие

Образцы романовских кружев.

104

выделялся узор «шленский», в котором сочетались решетчатые ромбы, простой фон, оживленный «паучками», и плотные сердцевидные мотивы с плотными же треугольными зубцами посредине. Плетение производилось при помощи круглых подушек, устанавливаемых на лукошки. Подушки мастерицы шили себе сами, набивая их мхом, так как считали, что мох делает подушки более упругими и тяжелыми. Коклюшки были точеные, в основном кленовые, изготовлением их занимались мастера, делающие деревянную посуду. Стоили коклюшки от 10 до 25 копеек за десяток. Бумагу для сколок брали любую. Плели кружевницы в основном полностью семь месяцев в зимнее время, а летом – урывками между огородами и сбором ягод и грибов в лесу. Естественно, встает вопрос: почему этот самобытный промысел таких искусных мастериц пришел в упадок и не дожил до наших дней?

Надо сказать, что окончательно он прекратил свое существование не на рубеже 19-го и 20-го веков, как пишет В.Л. Фалеева в своей монографии «Русское плетеное кружево», а в конце 30-х годов, а возможно и еще позднее. Об этом говорят находки романовского кружева, сделанные научными сотрудниками Тутаевского филиала ЯХМ в начале 90-х годов прошлого века: это кружево княгини Галины Вяземской, датируемое первой половиной 20-х годов, Антонины Луковкиной, Марии Третьяковой, которая умерла в 1934 году. Сохранились великолепные образцы отделочного кружева и готовые вещи на Борисоглебской стороне, где кружевоплетением занимались иногда целые семьи. В семье Алановых было двенадцать детей, с детства сестры Екатерина, Анна, Елизавета, Глафира плели кружева. До нас дошли работы Глафиры и Елизаветы Алановых, которые поражают техникой исполнения, качеством; ниточка тонкая, кружево просто воздушное,

Кружевница с Борисоглебской стороны города Елизавета Васильевна Аланова, 1920-е годы.


105

2013


2013

рукоделие

особенно «шленское» на полотенце. Уже известная нам Софья Давыдова писала. что кружево на романовской стороне тоньше и изящнее, чем на борисоглебской. Но встречающиеся образцы кружев по обе стороны Волги опровергают это утверждение исследовательницы 19-го века. Все дело в нитках: если нитки были тонкие, то и кружево выходило тонким, если же нитка закупалась толстая, то и кружево было соответствующим. Последние находки позволяют мне сделать выводы о том, что кружево плели и в 40-60-х годах 20-го века, но кружевниц было немного. Плели для себя и на заказ, ассортимент был небогатый: уголки на

106

Коклюшки – главный инструмент при плетении кружева.

наволочки, накидушки, концы для подзоров и задинок на кровати. Из этого периода в жизни промысла на сегодняшний день известны два имени кружевниц: это Прасковья Рыжова, которая принимала участие в областных выставках декоративно-прикладного искусства (о чем свидетельствует Диплом I степени за достигнутые творческие успехи в Ярославском областном смотре от 1967 года), и Евфалия Кузнецова. Обе они жили на

Сводные бухгалтерские таблицы, отражавшие трудозатраты и оплату при изготовлении различных видов романовских кружев.

Последние находки позволяют мне сделать выводы о том, что кружево плели и в 40-60-х годах 20-го века, но кружевниц было немного. Плели для себя и на заказ, ассортимент был небогатый: уголки на наволочки, накидушки, концы для подзоров и задинок на кровати.


Фото Елизаветы АЛАНОВОЙ

узнать действительную рыночную стоимость товара. Другого сбыта, через посредников, кружевницы не знали. Такая торговля привела к обесцениванию труда кружевниц – это одна из главных причин упадка промысла: плести кружево, ввиду его дешевизны, стало просто невыгодно. Вторая причина – это первая мировая война и революция. Произошли события, изменившие сознание, быт и образ жизни человека. Женщина (молодая женщина!) активно включается в производственную сферу: встает к станку, садится за трактор, отправляется на стройки первых пятилеток, занимается общественной деятельностью. Естественно, на этом связующее звено в передаче ремесла, навыков от старшего поколения к младшему обрывается. А третья причина – это мода, которая также повинна в исчезновении промысла: в этот период начинается увлечение машинной вышивкой «ришелье». Стало на долгие десятилетия модно украшать свои дома и белье этой вышивкой. В 90-е годы прошедшего века сотрудниками местного музея была предпринята попытка возродить промысел. Отдел культуры направил на обучение к известной

ярославской кружевнице Л.В. Обижаевой энтузиастов, учителей обслуживающего труда средней школы № 6, с которой сотрудничал тогда музей: Е.А. Родинскую, Л.Н. Денежкину, А.М. Залялдинову. Все они освоили технику кружевоплетения на коклюшках. По имеющимся образцам в музее и частных коллекциях сделали сколы романовского кружева. Стали обучать этому искусству своих учениц. Но массового развития промысел в наши дни так и не получил.• 2013

Борисоглебской стороне, одна – Е. Кузнецова – в фабричных казармах. Сохранившиеся образцы поражают виртуозностью мастерицы, ее умением сочетать разные рисунки. Нитки в этот период использовали более толстые и разные по цвету: кроме белых, бежевые и черные. Прасковья Рыжова была родом из Вологодской губернии, поэтому в ее кружеве присутствуют и вологодские мотивы. В чем же причина упадка промысла и полного его исчезновения? На мой взгляд, здесь можно выделить три причины. Первая причина – в сбыте продукции. На это обратила внимание и Софья Давыдова. Кружево плели на заказ, а то немногое, что поступало на рынок Романов-Борисоглебска, имело своих монополистов, которые скупали эти чудесные кружева за бесценок (так, два конца полотенца «бантик» стоили 40 копеек, «бачино» – 45 копеек, «куличики» – 15 копеек, аршин «шленского» – 1 рубль). Один их них – купец Дегтярев, который отправлял их по почте в модные магазины и белошвейные мастерские и таким же образом по почте получал за них деньги. Такой способ торговли был очень удобен. Но имел и свою негативную сторону: при нем невозможно было

107 Литература 1. Л. Лукашева. Русское кружево. – М., АСТПРЕСС, 1998. 2. Е.И. Третьякова. Русское кружево. – СПб., Лениздат, 1995. 3. Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности в России. Вып. X. СПб, 1883. 4. В.Л. Фалеева. Русское плетеное кружево. – Л., «Художник РСФСР», 1983.


Где закалялась сталь Из истории кузнечного дела в Романове

2013

ремесло

Юрий СТАРОДУБОВ Фото Даниила СИЛЕНКО

Такие фонари украшали вход в городскую поликлинику на улице Панина (д. 28). Снимок из собрания В. Коломенского. 108

Мастера ножевой слободки В наши дни туристам расхваливают романовскую овцу да романовский лук, вспоминают о местном кружевном промысле, парусниках-романовках да о румяных романовских баранках. Но кто вспомнит о том, как славились здешние ножи? Дело было в XVIII веке. На окраине Романова образовалась целая слободка кузнецов-ножевщиков. Она так и называлась – Ножевая, а среди тамошних обитателей даже была распространена фамилия – Ножевщи-

ковы. Благодаря старинным планам города можно точно определить, где располагалась Ножевая слободка. Единственная улица ее проходила почти параллельно Волге внутри двух современных кварталов, ограниченных улицами Покровской, Крупской, 2-й Овражной и Толбухина. Юговосточной границей слободки служил ручей, который течет на 2-й Овражной. Дворы кузнецов стояли на одной стороне улицы – на месте нынешних огородов домовладений 115–137 по улице Крупской, а сами кузницы – на другой стороне, ближе к Волге.

Известны фамилии хозяев, содержавших здешние кузницы в 1780-е годы: Брылины, Дружинины, Ножевщиковы, Круговые, Дехтеревы, Заверкины (или Заверткины?), Шестунины. Все они относились к приходу Покровского храма. Подковы и не только Продукция романовских умельцев нужна была не только рачительным хозяйкам (ножи, ножницы, кочерги да ухваты, сковородники-чапельники, тесаки для лучины и т.п.).


Не обходились без нее и строител– кузнецы поставляли им и разнообразный инструмент (например, топоры, тесла, скобели) и стройматериалы – немалого труда стоило выковать стальные тяги для укрепления кирпичной кладки, а еще кронштейны, петли и жиковины для дверей да ворот, гвозди от мала до велика. Дивные фрески Крестовоздвиженского и Воскресенского соборов написаны по штукатурке, которая держится благодаря тысячам особых гвоздей

– тонких, но с большими шляпками. А сапожнику куда без кузнеца? Ему ведь не только гвоздики нужны, но и подковки на обувь. Про нехитрые средства транспорта и говорить нечего – конские подковы первыми на ум приходят. А оси, а обода стальные на колеса! Все делали не где-нибудь на дальних заводах, а рядом, по соседству. Кроме ножевой слободы, которая имела, видимо, особую специализацию, кузницы в Романове располагались еще на месте дворов и огородов нынешних домовладений 76–82 по улице Толбухина. В 1780-е годы принадлежали они Захарьинским (или Захарьиным?), Козловым, Извощиковым, Зубавиным, Шумиловым, Дериглазовым, Дехтеревым, Елсаковским, Поплескиным, Скомо-

роховым, Хабаровым, Заверткиным, Шестуниным. Это не просто фамилии, упомянутые в архивных документах, а целые кузнечные династии, известные уже в начале XVIII столетия.

2013

Образцы работы романовских кузнецов.

109

Зачем переезжали кузницы Поскольку кузнечное производство связано с открытым огнем, ради пожарной безопасности кузницы строили всегда на окраинах, а то и вовсе за чертой города. В начале XVII столетия, когда еще не было Уклеинской и Ножевой слобод, возникших позднее примерно на уровне нынешней улицы Толбухина, крайней была улица Большая Новиношня, или Новинская улица, – «прообраз» улицы Ленина. Там жило много кузнецов, и кузницы стояли наверняка побли-


ремесло

зости. В следующем веке их ставили уже на местах, описанных выше. Расцвет ремесла пришелся на петровское время, когда строился СанктПетербург и создавался российский флот. К этому времени относится и упоминание о кузнечном заводе, что стоял на огородной земле посадских Кайдаловых, на Коприной Горе (эта улица шла от валов через территорию пятой школы до нынешней улицы Ленина). В очередной раз кузницам пришлось «переезжать», когда город стали застраивать по конфирмованному, т.е. «высочайше утвержденному» плану, на рубеже XVIII-XIX веков. Многие кузнецы, жившие на Ножевой улице, переселились на Уклеинскую (ул. Толбухина), а кузницы выстроили «при Пошехонской дороге» – на выезде из города (сейчас там 150-е – 170-е дома по улице Толбухина или поселок племхоза). В середине XIX века там стояли кузницы Евстропьева, Омелина, Соленикова, Поплескина, Дериглазовых, Круговихина, Заверткина, Ломанова и Едугина. Стояли кузницы и в самом начале Уклеинской (со стороны Ярославля). В 1850-е годы принадлежали они Молчанову и Сусленикову. Еще несколько кузниц располагались «при Даниловской дороге», также на выезде из города (в районе нынешнего автовокзала). Их хозяева – Таракановы, Козлов, Солеников и Елсаковский. По-разному сложились судьбы романовских кузнечных династий. Некоторые просуществовали до полутора веков, а то и дольше! Потом одни фамилии постепенно исчезли, другие (например, Солениковы, Дериглазовы или Брылины) занялись торговлей и перешли в купечество. Потомки их до сих пор живут в нашем городе.

2013

Девушка с … молотом? Утверждение, что кузнец – не женская профессия, наверное, не вызовет ни у кого сомнений. А зря… Вот, например, выдержка из документа, поданного местным властям в 1806 году «От романовской мещанки девицы Агафьи Матвеевой дочери Грачевой» (пунктуация сохранена): 110 «Имею я намерение построить в здешнем городе Романове по лежащей к городу Пошехонской дороге на отведенном по конфирмованному плану месте для постройки кузниц на пустопорожней после мещанина Ивана Скоморохова градской и никому не принадлежащей земле деревянную кузницу потребную по коретному колясному и прочему моему мастерству…» Комментарии, как говорится, излишни. Позволим себе лишь предположить, что в кузнице барышня была хозяйкой, а уж молотами махали все-таки ее работники.

«Остатки былой роскоши» Творения романовских кузнецов и сейчас украшают наш город. Начать небольшую экскурсию можно с Торговой или Спасской площади. Если идти от Волги, слева от пожарной каланчи стоит кирпичная громада – строгановские соляные склады конца XVII века (площадь Ленина, д. 6а). Здесь сохранились старинные кованые решетки с «кривыми зубьями». А по соседству, у двухэтажного кирпичного дома – ажурный кованый козырек над входом (площадь Ленина, д. 6). Отсюда через проулок попадем на Казанскую улицу, и – направо к улице Ленина. Снова справа обогнем квартал и полюбуемся еще одним кованым козырьком над входом в дом 65 по улице Ленина. А если пройдем до улицы Панина и повернем к Волге, увидим прекрасные кованые украшения балкона и козырьков на здании бывшего уездного земства (городской поликлиники) – ул. Панина, д. 28. Когда-то вход в здание украшали большие кованые фонари – теперь они находятся в местном музее «Дом на Новинской». Это творения мастеров конца XIX – начала XX вв. и они, конечно, – далеко не все, что есть в городе. Чтобы вспомнить славных мастеров еще, стоит прогуляться по улице Толбухина. Ближе к началу ее, в доме 28/23 сохранилась еще одна «зубастая» решеточка, а в конце улицы стоят дома настоящих кузнецов. Один из самых старых (д. 120) построили Солениковы. Им же принадлежали дома 115 и 116/38. Двухэтажный каменный особняк под номером 144 построили потомки кузнецов – Извощиковы. А в деревянном двухэтажном доме 148 жили представители еще одной кузнечной династии – Жаренковы.•


111

2013


а пожары возникали часто... Дмитрий СЕЛИЦКИЙ Пожары, уничтожавшие порой не только отдельные дома, но и целые кварталы, случались в Романов-Борисоглебске довольно часто. Как многие другие города русской провинции, он большей частью был занят деревянной постройкой (в смысле строениями. – Ред.). В конце XIX века здесь имелось 616 жилых деревянных домов и только 102 каменных1. Каменные дома, принадлежавшие богатым купцам и мещанам, как правило, находились в центральных кварталах, деревянные теснились на окраинах. Город имел два пожарных депо и пожарную команду, содержание которой в конце XVIII века обходилось в 4 999 рублей2, а спустя столетие сумма эта уменьшилась до 3147 рублей3. Пожарная команда в 1890 году состояла из 15 человек. В оснащении ее имелось 17 лошадей, 13 труб, 11 больших бочек для воды, а также лестницы, рукава, багры, ломы, ведра.4 Интересно, что пожарные рукава изготавливались здесь же в Романов - Борисоглебске, они славились своим качеством и по специальным заказам поставлялись даже в другие города. Пожарная команда состояла из двух частей: романовской и борисоглебской, в каждой из них имелся свой начальник – брандмейстер. Одна часть располагалась в пожарном депо на Романовской стороне (сначала в пристройке к дому Хомутова, находившемуся на углу улиц Даниловской и Воздвиженской, а с 1912 года на Спасской площади), другая часть – на Борисоглебской стороне (депо было на углу Торговой площади, ныне это – улица Луначарского, 43).

К

Пожарная каска. Экспокомплекс «Борисоглебская сторона».

2013

в старом городе

ак отмечалось в докладе Ярославской губернской земской управы пожарно-страховому съезду в городе Ярославле, одной из причин возникновения опустошительных пожаров служила скученность городских построек. Романов-Борисоглебск же по ширине улиц (а она должна была составлять не менее 10 саженей 5, т.е. 21 м) был признан наихудшим среди городов губернии. Поэтому для предотвращения пожаров вводились строгие меры: запрещалось разводить открытый огонь ближе 25 саженей от жилых построек, а огнеопасные производства – кузницы и кирпичные заводы – выводились за пределы города. Для подобных промышленных заведений выделялись в аренду участки общественной земли, например – в Борисовской пустоши (кирпичный и купоросный заводы). Кузницы стоя112 ли за чертой города по Пошехонскому,

Даниловскому и Рыбинскому трактам. Считалось необходимым в городской черте возводить пожарные водоемы: в Романов-Борисоглебске имелось около 20 таких прудов.

В начале XX века действовали во многих населенных пунктах вольные пожарные дружины. В Ярославской губернии их было 58, а район действий пожарных дружин распространялся на 2000 селений. Подобная дружина в Романов-Борисоглебске сформировалась в 1897 году при Романовской льняной мануфактуре Е.Е. Классена. Возглавлял ее Август Оскар Классен – инженер-технолог, сын владельца фабрики. А буквально в следующем году на мануфактуре произошел большой пожар, во время которого сгорели все деревянные фабричные помещения. Правда, благодаря полученной страховке владелец вновь отстроился и возобновил производство. В конце 1901 года был издан новый закон о взаимном земском страховании. Страхование имущества от пожара могло обеспечить возможность восстановления построек почти в пре-

Дмитрий СЕЛИЦКИЙ родился в 1958 году в деревне Радикино Первомайского района Ярославской области. Высшее образование получил, обучаясь с 1978 по 1983 годы на историко-филологическом факультете Ярославского педагогического института имени К.Д. Ушинского. Работал на текстильных предприятиях и объектах строительства Ярославля и Тутаева, в экспокомплексе «Борисоглебская сторона». В настоящее время Дмитрий Антонович является научным сотрудником музея «Святого праведного адмирала Фёдора Ушакова и Русского флота». Он краевед, городской экскурсовод, автор ряда краеведческих статей, опубликованных в тутаевских газетах, участник Слепушкинских встреч и XIII Тихомировских краеведческих чтений.


жней их стоимости. Выдавались пособия на возведение каменных построек и приобретение кровельного железа, что считалось надежным средством против распространения пожаров. Приветствовалось использование гонта – керамической черепицы, и этот материал действительно был очень популярным для покрытия крыш в Романов-Борисоглебске. В исторической памяти местных жителей сохранились сведения о большом пожаре на Романовской стороне, который произошел в 1848 году и уничтожил значительную и лучшую часть города. Тогда сгорело 94 здания, в том числе 4 завода: кожевенный, крупяной, уксусный и солодовенный6. Попытки потушить пожар не удались. Это послужило суровым уроком для городских властей, вынужденных большое внимание уделять состоянию пожарной команды. Архивные сведения, которые удалось собрать о работе пожарной команды Романов-Борисоглебска, относятся ко второй половине XIX века. Это документы Романов-Борисоглебской городской управы, в ведении которой находилось кроме всего прочего и пожарное дело. Городская управа

начала свою деятельность с момента ее учреждения в 1873 году. Члены ее подчинялись городскому голове, а на эту почетную должность был избран тогда и утвержден ярославским губернатором купец 1-й гильдии Иван Александрович Трутнев. Поэтому многие документы, имеющие отношение к истории пожарного дела в Романов-Борисоглебске, связаны с его именем. Из документов, датированных 1872 годом (т.е. до назначения И.А. Трутнева), следует, что работа пожарных того времени была крайне неудовлетворительной из-за низкой дисциплины и неорганизованности. Так, в рапорте уездного исправника о пьянстве пожарных, которое выявилось во время тушения пожара в доме купца Ласкина, сообщалось: «Имею честь уведомить Градскую Думу, что на бывший пожар 3 ноября пожарные служители как здешней, так и борисоглебской стороны, явились большей частью в пьяном виде, некоторые едва стояли на ногах, именно мещанин Николай Селиверстов и солдат Тихон Платонович Сидоров, (который) во время пожара ушел спать. Брандмейстеры вовсе не занимаются пожарными инструментами, так что я не могу вытребовать ни одного топора и лома, трубы попорченныя, лошади хотя и кованы, но спины оглажены, отчего не могли ввести на взвозе бочки с водой… А потому покорнейше прошу Градскую Думу

ныне же безотлагательно сделать распоряжение о приведении пожарной части в должный порядок и пьяниц заменить благонадежными людьми и в последущем не оставить меня уведомлением, причем нужным считаю присовокупить, что если… все вышеозначенное не будь приведено в должный порядок, так как это дело не требует наималейшего отлагательства, то об этом сочту обязанностью доклада Губернатору, причем дополняю, что брандмейстер Докучаев за ослушание за самовольный без моего ведома уход с командою с пожара предан мною суду. Уездный исправник Шмаров.»7 Следующий рапорт в городскую думу уездный исправник направил 28 февраля 1873 года. Он сообщал: «Сего числа в доме г. Скульского случился пожар, на который прибыла пожарная команда без брандмейстера.»8 Несмотря на рапорты полицейского, меры не были приняты, дисциплина в пожарной команде по-прежнему оставалась низкой. Об этом свидетельствует другой документ – обращение уездного исправника к городскому голове И.А Трутневу: «1 октября по случаю получения пожарными служителями жалования все они были пьяны так, что если бы случился пожар, то никто из них не в состоянии был бы выехать на службу.

2013

Эскиз Б.М. Кустодиева, на котором изображена Спасская площадь РомановБорисоглебска с каланчой.

113


2013

в старом городе

2 октября в 10 часов вечера я громким криком вызвал на ответ часового с каланчи, но тот мертвецки спал от перепоя так, что разбудить его можно только пинками. 24 сентября мне рассказала верная очевидица, что один из пожарных вез с реки бочку на пожар опрокинотою набок.. Я имею честь покорнейше просить вас Милостивейший государь переменить состав пожарных и назначить нового брандмейстера».9 Очевидно, рапорт возымел действие и все, о чем просил уездный исправник, было выполнено. Больше на пожарных жалоб не поступало. Все же появилась необходимость навести порядок в пожарном деле, не ограничиваясь только заменой недисциплинированных пожарных. Инициатором преобразований в этой области выступил гласный думы дворянин Николай Андреевич Скульский. Он внес в думу предложение об улучшении организации пожарного дела и о действиях во время пожара. 1 мая 1875 года для рассмотрения предложения Н.А. Скульского была образована комиссия из гласных думы Е.А. Чесночкова, А.П. Апахова, И.С. Сазонова и Т.Н. Соловьева.10 Николай Андреевич Скульский, обобщив имеющийся опыт и свои представления, написал и направил в думу пожарную инструкцию. Этот любопытный документ, отражающий быт уездного города, приводится здесь без изменений: «Инструкция о порядке, коим должны руководствоваться пожарная команда и частные лица при тушении пожара. 1. При вывешивании с каланчи сигнального фонаря или поданной тревоге посредством удара церковного колокола, обозначающий пожар в городе, пожарная команда должна немедленно являться вовремя с пожарными снарядами как то: с бочками, наполненными водой, трубами, лестницами, баграми и войлочными парусами, намоченными водой 114 и чтобы закладка под бочки была пароконная с проводником. 2. Имея в виду общую опасность для всех и каждого, обыватели города также должны принимать участие при тушении огня. А потому все домовладельцы и чиновники, имеющие лошадей, обязаны высылать бочки (а не кадки) с водою и стараться по возможности в подвозке воды к месту пожара в таком количестве, чтобы действие главных труб не прекращалось. 3. Обыватели, имеющие лошадей, занимающиеся более умственным трудом, являлись на пожар с багра-

ми, плотники с топорами, трактирная прислуга с мешками. 4. Держать в полной исправности городские пруды, а именно: Леонтьевский, Трутневский, и за садом купца Жучкова. Для этого в зимнее время они должны быть очищены от льда. Как легковые, так и троечные извощики обязаны выставлять тройное количество в збруе лошадей для возки воды в случае утопления пожарных лошадей.

5. Нижние чины местной воинской команды должны находиться на пожаре во все время оного. 6. В постоялых дворах, в трактирных заведениях, питейных домах иметь новый снаряд Экктинктор, который в момент первого воспламенения легко потушает даже такие вещества как деготь, смола, керосин».11 Применение инструкции Скульского способствовало противопожарной безопасности города. Но в 1876 году


2013

115

Пожарная команда, охрана и оркестр Константиновского нефтеперерабатывающего завода.

городскую думу известили об изношенности пожарного оборудования: вышли из строя водяные насосы, которые назывались пожарными машинами, и главные трубы. Тогда городской голова И.А. Трутнев обратился к владельцу «Водопроводно-механического заведения Э.А. Тепен», находившегося в Ярославле, по поводу возможности ремонта пожарного оборудования: «Милостивый государь Экзакус-

тодиан Арсеньевич! При личном свидании дали вы слово осмотреть Пожарный обоз в городе РомановБорисоглебске, а потому имею честь покорнейше просить Вас пожаловать ко мне и посмотреть обоз, дать свое заключение относительно прочности и улучшения его и какая сумма для того потребна. В ожидании Вашего прибытия остаюсь с искренним к Вам уважением, с которым имею честь быть ваш И.А. Трутнев. 1876 г. ноябрь»12.


На это письмо последовал ответ от Э.А. Тепена: «Милостивый государь Иван Александрович! Согласно вашей просьбы я имею честь препроводить при сем мою смету на переделку пожарных машин при городе Романов-Борисоглебске.. Присовокупляю, что переделка не может быть в Романов-Борисоглебске, потому что машины следует проверить на самоточных станках при моем заводе. А взамен взятой машины я вышлю для пользования вам во время ремонта вашей машины свою, так что без машины не будете оставлены.»13 28 апреля 1876 года состоялось заседание городской думы которое было посвящено вопросу «о исправлении Здание пожарной части на Романовской стороне. Современный вид здания пожарного депо и полиции на Борисоглебской стороне. Площадь Ленина (в прошлом Спасская площадь).

2013

в старом городе

пожарных инструментов ввиду двух конкурентов – ярославских купцов Тепень (вероятно, надо читать: Тепена. – Ред.) и Шушняева, предлагающих свои услуги к исправлению пожарных труб». Дума приняла решение: «Предложить городской управе пробное исправление двух труб с употреблением необходимых для этого расходов из общих городских сумм».14 Пожарные помпы были отремонтированы на заводе Тепена. Объяснить обеспокоенность городских властей состоянием пожарного оборудования можно тем, что в 1875 году произошел пожар на Спасской площади, во время 116 которого сгорели деревянные торговые ряды15 (очевидно, во время этого пожара обнаружилась неисправность насосов). Следует добавить, что на Спасской площади лавки стояли в три ряда, всего в городе было 150 торговых лавок. Торговые ряды были восстановлены, но они вновь горели в конце 90-х годов XIX века. В этом пожаре пострадало и здание присутственных мест. В январе 1877 года городская управа закупила для пожарного депо в лавке местного купца Сергея Тагунова 6 дубовых бочек вместимостью каждая 2 пуда 19 фунтов за 17 рублей 56 копеек и у крестьянина Якова Андреева

Фотография семьи члена вольной пожарной дружины, рабочего Романовской льняной мануфактуры Андрея Каструлина.

50 дубовых ведер с железными обручами за 15 рублей серебром. Покупки было поручено сделать члену городской управы купцу Дмитрию Егоровичу Дегтяреву16. Таким образом, городской управой пожарное оборудование было приведено в порядок. В 90-е годы управа была поставлена в известность, что существующее в правобережной части города деревянное здание пожарного депо и полиции находится в аварийном состоянии и грозит обрушением. Полицейский надзиратель 2-го участка Авдулин рапортом от 25 апреля 1895 года на имя городского головы сообщал: «Помещение каземата

и пожарных служителей 2-й части города пришли в ветхость и угрожают опасности обрушиться, особенно крыша».17 Для определения состояния здания была создана комиссия в составе полицейского надзирателя Авдулина, члена городской управы купца Бориса Саввича Ветчинкина и плотника родом из Солигалича Костромской губернии Николая Михайловича Грязева. Комиссия подтвердила опасения Авдулина. В своем рапорте от 12 мая 1895 года полицейский надзиратель просил о немедленном предоставлении нового помещения для каземата 2-й части, которое, по его словам, «желательно


строительной компании. Барыкин представил комиссии новую смету и план, подготовленные инженером компании господином Саренбо, и обязался выполнить строительные работы по смете за 5 482 рубля22. Комиссия, рассмотрев смету и план, нашла их вполне приемлемыми. Техник Барыкин в письме к городскому голове Федору Капитоновичу Ячменцеву обещал: «Сделаю красиво. Эта постройка будет украшением для города»23. И он не обманул ожиданий городского головы: это здание – памятник архитектуры – до сих пор радует глаз своим нарядным и богатым фасадом. Однако нужно отметить, что пожарное депо строили не ярославские, а местные мастера. Кирпич поставил купец Нифанов, фундаментные работы взял на себя И.А. Мазов, плотницкие и столярные работы выполнил подрядчик А.П. Соловьев. Нет сведений только о том, кто взялся за каменные работы. Это мог быть один из подрядчиков, чьи фамилии упоминаются в решении городской управы: «Пригласить подрядчиков Дудичева, Сергея Савельева, Соловьева, Грязева, Раздвигалова, Копрова и других, отобрать от них сведения, не желают ли они взять на себя производство каменных и плотничных работ»24. Даты окончания строительства пожарного депо в документах нет, судя по датам на корочке архивного дела (1904–1908) – это может быть 1906 год. А еще надо сказать здесь же, что и здание пожарной команды, находившееся в одноэтажной пристройке к дому коллежского асессора Н.А. Хомутова (улица Крестовоздвиженская, 24/14) на Романовской стороне, стало слишком тесным, к тому же расположено оно было неудачно, не в центре города. Необходимо было построить новое здание. Еще в 1825 году городская дума наметила постройку пожарного депо на Спасской площади на месте двух торговых амбаров, принадлежавших наследникам купца Михаила Ивановича Трутнева. В одном из документов того времени имеется фраза: «В 9 квартале за чертой забора общественной земли весьма удобно для выстроения по тесному

ныне помещению пожарной команды службе сарая и конюшен для хранения пожарных инструментов, так как место сие состоит внутри города»25. И в 1912 году на Спасской площади было-таки построено новое здание пожарного депо (площадь Ленина, 8). К постройке приступили не раньше 1910 года – времени окончания выплаты губернскому земству долга (денег, взятых на возведение пожарного депо на Борисоглебской стороне). В заключение следует сказать, что городские власти Романов-Борисоглебска уделяли много внимания пожарному делу, но устраняли затруднения по мере их возникновения. А пожары, как и в других городах, возникали часто. Жители города еще с середины XIX века страховали свои жилища. В начале двадцатого века была выявлена интересная закономерность: дорогостоящие здания горели чаще бедных домов. Иногда владельцы для получения страховки сами поджигали свои дома. Но основной причиной пожаров являлось неосторожное обращение с огнем. Однако после пожара 1848 года город значительным бедствиям от огня уже не подвергался. Пожары, хотя и случались, но носили локальный характер. Несмотря на бедность городской казны, выделялись средства на нужды пожарной команды, и в то же время жалование служителей-огнеборцев было невелико. Большую помощь в тушении пожаров в Романов-Борисоглебске, несомненно, оказывала упоминавшаяся вольная пожарная дружина. Пожарное дело являлось важной частью быта и общественной жизни Романов-Борисоглебска. Пожарная безопасность нашла отражение в архитектуре. Сам факт увеличения строительства каменных городских зданий, в пожарном отношении более безопасных, говорит сам за себя. С оживлением предпринимательства в начале XX века в городе было построено два пожарных депо, сохранившихся до нашего времени и ставших памятниками истории и культуры. Они являются украшением древнего города Романов-Борисоглебска (Тутаева).•

Литература и архивные источники 1 К.Д. Головщиков. Город РомановБорисоглебск (Ярославской губернии) и его историческое прошлое. – Издание В.К. Иванова. Ярославль, 1890. – С. 35 2 А.Б. Дитмар. Над старинными рукописями. (Топографические описания Ярославского края конца 18 в.) – Ярославль: Верх.-Волж. кн. изд-во, 1972. – С. 32. 3 К.Д. Головщиков. Город РомановБорисоглебск (Ярославская губерния) и его историческое прошлое. – Издание В.К. Иванова. Ярославль, 1890. – С. 35.

4

Там же. Доклад Ярославской губернской земской управы пожарно-страховому съезду в г. Ярославле. – Ярославль: типолитография губ. Земской управы, б. г. – С. 6. 6 Государственный архив Яросл. обл., ф. 502, оп. 1, д. 72, л. 3-4. 7 Там же, ф. 512, оп. 1, д. 12, л. 1, 1 об. 8 Там же, л. 24. 9 Там же, л. 37. 10 Там же, д.132, л.1. 11 Там же, л. 10. 12 Там же.

13

5

14

Там же, л. 18. Там же, л. 20. Там же, д. 106. 16 Там же, д. 132, л. 26. 17 Там же, д. 672, л 3. 18 Там же, л. 9. 19 Там же. 20 Там же, д. 843, л. 1. 21 Там же, л. 2. 22 Там же, л. 9. 23 Там же. 24 Там же. 25 Там же, ф. 502, оп. 1, д. 1143, л. 34. 15

2013

устроить в пределах 2-й же части хотя бы небольшое.» (Каземат – это помещение для задержанных, арестованные же содержались в тюрьме)18. «Имею честь уведомить, – сообщал Авдулин, – что каземат при 2-й части города Романов-Борисоглебска служит главным образом для помещений пьяных задержанных в устранении буйства их в публичных местах и для охранений общественного порядка и спокойствия, в виду чего сопровождение таковых лиц в каземат при 1-й части на двухверстном почти расстоянии через реку Волгу на перевозе становится невозможным… во время по недостаточному составу полицейской команды, а во вторых потому, что от подобных лиц при переправе на перевоз можно оказать буйство и различных беспорядков»19. Но в 1895 году новое здание построено не было, власти ограничились только ремонтом, благодаря которому старое пожарное депо простояло еще 10 лет. А 12 июня 1904 года на заседании городской думы вновь было внесено предложение о необходимости постройки нового пожарного депо. Городской управе было поручено выяснить возможность получения ссуды у Ярославского губернского земства. Местный житель чертежник Рыженков подготовил смету на сумму 4 292 рубля и план нового здания20. Требуемая сумма была получена. И также на средства губернского земства в 1905 году городом были приобретены две пожарные машины (ручные помпы) «Гидрофиль» ценою по 325 рублей каждая21. Была создана комиссия по устройству пожарного депо, в комиссию входили гласные думы В.Ф. Дедюхин, Е. Классен и В.А. Смирнов. Позже в состав комиссии вошли еще К.Е. Нифанов, А.И. Сабанеев и К.К. Доводчиков. Председателем комиссии был избран А.И. Сабанеев. Чертеж, представленный Рыженковым, комиссией одобрен не был, поскольку здание пожарного депо было спроектировано тесным и неудобным. Тогда городская управа поручила разработку плана и сметы технику Барыкину – владельцу ярославской

117


ШЕДЕВРЫ МАКСИМА АРХИПОВСКОГО Ирина ХОХЛОВА

Имя талантливейшего романов-борисоглебского иконописца Максима Федоровича Архиповского (1784-после 1848-го) было известно ещё дореволюционным знатокам и ценителям старообрядческого иконописания XIX столетия. Первооткрыватель «романовских писем» академик Н.П. Лихачев охарактеризовал его как новатора «индивидуального в письме и никогда не ограничивавшегося копированием» 1. Надолго забытые, во многом утраченные, рассеянные по всему миру иконы М.Ф. Архиповского и других мастеров-романовцев впервые были собраны вместе на выставке лишь в 2010 году в стенах Рыбинского музея-заповедника. В 2012 году вышла в свет книга «Иконы «романовских писем». Тайны и открытия забытой традиции Ярославской земли» – плод усилий 15 авторов, в том числе из крупнейших музеев Москвы и Санкт-Петербурга. В книгу включено 106 икон, в ней есть сведения о 32 иконописцах-романовцах. Сейчас мировые аукционы, зарубежные галереи и частные коллекционеры России и Европы борются за право обладания иконами романовских мастеров.

С

2013

иконописцы

охранившиеся пять икон с авторской подписью Максима Архиповского, несомненно, самый крупный бриллиант в алмазном венце «романовских писем». Они оставляют впечатление сияющего радужными гранями самоцвета или расправленного веером хвоста жар-птицы, кажется, что краски этих икон отсутствуют в обыденной земной жизни и передают отсветы небесного огня Духа. Виртуозность исполнения, элитарность подхода, рассчитанная на избранных, становятся своего рода творческим кредо и М.Ф. Архиповского, и мастеров его круга. Эту устремленность к идеалу прекрасно выражают слова девиза-наставления, начертанного на листе прориси с образом Распятия (обращен он к романовцу Федору Васильевичу Калашникову, а исходит от собрата по цеху Дмитрия Михайловича Козлинского): «Хорошо делать все хорошо». Эта эстетическая формула свято соблюдалась и Максимом Архиповским. Откуда в этой тихой глубинке, каким был и остается Романов-Борисоглебск, такой взлет искусства? В чем кроется объяснение этому феномену? В числе первопричин следует назвать подлинное чудо храмовых росписей Крестовоздвиженского и Воскресенского соборов, исполненных лучшими изографами Костромы и Ярославля в XVII веке. Будучи живым пособием по обучению мастерству, стенное письмо городских храмов явилось художественной программой будущих «романовских писем». Романовские иконописцы из плеяды М.Ф. Архиповс118 кого и прежде всего сам ведущий мастер «генетически»

восприняли самый дух, образную систему, пластику, монументальный размах и подробнейшую детализацию, стиль и почерк своих великих предшественников. Это наследие они сумели нести дальше и развивать. Правда, в несколько иных, камерных формах. Второе не менее важное обстоятельство: Романов-Борисоглебск, благодаря деятельности сподвижника протопопа Аввакума романовского священника Лазаря, уже в XVII веке был крупнейшим очагом старообрядчества, представляя собой мощную цитадель сторонников «древлего благочестия». В первой трети XIX века – в золотой век «романовских писем» – романовское старообрядчество, благодаря лояльности властей, вышло из изоляции и затвора. Старообрядцы богатели, ворочая немалыми капиталами, владея заводами, баржами, ведя торг, заставляли считаться со своими интересами, занимали влиятельные посты и должности. Почти все романовские купеческие роды были из старообрядцев. Купцы-староверы открыто крестились двуперстием, не скрываясь пристраивали к своим домам обширные молельни (как у купцов Дегтяревых, Новиковых, Трутневых, Солениковых). Приверженцы «древлего православия» стали верными хранителями уникальных образцов древней иконописи и продолжателями традиций иконописания. Многие редкие памятники иконографии оказались спасены ими, сохранены в исторической памяти. Ирина ХОХЛОВА по профессии искусствовед, она – выпускница Государственного Академического института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина, научный сотрудник Рыбинского музея-заповедника, автор книг «Иконы Рыбинска» и «Иконы «романовских писем», а также ряда изданий и публикаций по поздней иконописи.


2013

119

«Архангел Михаил, святитель Леонтий Ростовский и преподобный Иоанн Кущник». 1830-е годы. Собрание русских икон при поддержке Фонда святого всехвального апостола Андрея Первозванного (Москва).


иконописцы •

2013

120 «Преподобный Исаакий Далматский в житии». 1833 год. Собрание Государственной Третьяковской галереи.


2013

Фрагмент иконы «Священномученик Афиноген в житии».

121

Дом Архиповских. Борисоглебская сторона.

Документально известно, что вся династия иконописцев Архиповских – лицо «романовских писем» – принадлежала к старообрядчеству. Это важнейшее для понимания их искусства свидетельство содержится в исповедных ведомостях Воскресенского собора: «у исповеди не были за расколом» – это обо всем семействе2. Вообще, сведения об этой семье крайне скудны, в них много досадных пробелов, поэтому целиком реконструировать биографию Максима Архиповского пока невозможно. Ревностно оберегая привычную обрядность, Архиповские с любовью собирали еще дедовские листы прорисей – контурных рисунков с икон. Федору Михееву Архиповскому (1746-1805?), родоначальнику династии,


2013

иконописцы

принадлежало около 200 листов. Известно, что все три сына главы семейства стали иконописцами. Несомненно, они перенимали секреты мастерства у отца. Какое-то время семья, вероятно, работала единой артелью. Старший брат Максима Архиповского Василий (1779-1844?) – видимо, работал по заказам от Нерехты до Пошехонья3, принадлежал к купеческому сословию. Икон Василия Архиповского пока не обнаружено. Он известен по подписям на нескольких листах иконных образцов из собрания Государственного Исторического музея. О младшем брате Александре (1790-после 1839-го) на настоящий момент известно лишь, что он был на шесть лет моложе Максима Архиповского. О его творческом облике можно судить по уцелевшей в Покровской церкви на романовской стороне Тутаева иконе Богоматери Феодоровской с подписью мастера. Максим Федорович Архиповский, самый знаменитый из братьев, дожил по крайней мере до 1848 года (хотя последний его подписной образец датирован 1845 годом). В «Алфавите жителей города», составленном РомановБорисоглебской городской думой в 1848 году, он значится одним из первых иконописцев, «63-х лет, мещанин, старожил... женат на мещанской дочери Пелагее Ильиной Вагиной, 59-ти лет»4. Максим Архиповский с женой жил в третьем квартале на Борисоглебской стороне, поблизости от Воскресенского собора, в каменном двухэтажном доме, купленном Пелагеей Архиповской5. В 1832 году они выдали замуж дочь6. По сей день в Тутаеве, неподалеку от Воскресенского собора, сохранился деревянный дом – на улице Луначарского (ранее улица Рыбинская), под номером 78, – в котором жила семья Архиповских в конце XIX – начале XX века. Интересно, что потомки тех самых иконописцев Архиповских поныне живут в Тутаеве. Такое постоянство, когда жизнь одной и той же городской фамилии можно проследить на протяжении двух-трех сотен лет, вообще характерная черта Романов-Борисоглебска. Как уже говорилось, до настоящего времени сохранились пять икон, имеющих надписи об авторстве М.Ф. Архиповского. Это прежде всего образы святых аскетов «Священномученик Афиноген в житии» (1824 года, из собрания икон общины храма святителя Николая Чудо­творца

122

Ревностно оберегая привычную обрядность, Архиповские с любовью собирали еще дедовские листы прорисей – контурных рисунков с икон. Федору Михееву Архиповскому, родоначальнику династии, принадлежало около 200 листов. Известно, что все три сына главы семейства стали иконописцами. Несомненно, они перенимали секреты мастерства у отца. в Толмачах при Государственной Третьяковской галерее) и «Преподобный Исаакий Далматский в житии» (1833 года, из Государственной Третьяковской галереи). Образ святого Афиногена был написан «по усердию романовскаго купца Петра Афанасьевича Горбунова». П.А. Горбунов – один из богатейших горожан, владелец полотняной фабрики, которая в 1802 году была крупнейшей. Как писал о ней И.Д. Троицкий, «в ней 350 станов, на коих вольнонаемными людьми вырабатывается в год фламского полотна 660, равендуку 5600 кусков, – всего на 78 420 рублей»7. Заказчиком образа святого Исаакия выступил городской кожевенный «магнат» Александр Иванович Трутнев, купец первой гильдии, долгое время бывший в Романове городским головой. Старообрядческая молельня Трутневых по богатству и древности икон была одной из первых, в ней только книг печатных и рукописных имелось около тысячи8. Личности заказчиков икон Максима Архиповского, потомственных гильдейских купцов, красноречиво свидетельствуют об элитарности его искусства. Его понастоящему драгоценное в своей миниатюрности письмо стоило дорого. Косвенно, из упоминаний Д.А. Ровинского, известно, что мастер работал по церковным заказам: «В Рыбинске в соборной церкви есть образ Югской Божией Матери с деянием…, с подписью: «Писал сей образ города Романова Борисоглебска иконописец Максим Федоров Архиповский, он же и Агапов»9. Сейчас местонахождение иконы неизвестно. Автограф М.Ф. Архиповского на иконе «Священномученик Афиноген в житии».


2013

123

«Священномученик Афиноген в житии». 1824 год. Собрание икон общины храма св. Николая Чудотворца в Толмачах.

Иконография житийных сцен раннехристианских святых Афиногена и Исаакия не просто редчайшая, она не имеет аналогов и на основе литературного жития самостоятельно сочинена М. Архиповским, обладавшим своим неповторимым живописным почерком. В творчестве М. Архиповского сочетаются, казалось бы, взаимно противоположные качества. Миниатюризм до микроскопичности, когда на небольшой площадке средника разворачиваются батальные сцены, насчитывающие около сотни персонажей, – и вместе с тем поразительное чувство целого, монументальность строя.


иконописцы •

2013

124

«Святой Иоанн Богослов в молчании». Ок. 1826 года. Собрание И.В. Арсеньева. Москва.

Это достигается головокружительным по смелости соотношением масштабов фигур в иконах святых Афиногена и Исаакия. Центральные образы этих главных героев иконописного повествования возвышаются не только над сценами собственного жития, но как бы прорастая в Вечность и касаясь главами неба духовного. Точно и образно выразила свое впечатление от иконы святого


строго ложатся на форму, не допуская ее деформаций. В световых частях одежд видна цветовая растяжка гранями от темного тона к светлому с пробелами в виде петелек или зигзагов наподобие острых лепестков. В своем зачатке эта трепетная подвижность струящихся тканей уже присутствует в раннем «Благовещении». В иконе же святого Иоанна Богослова она превращается в орнамент, некую стихию. Чрезвычайно характерно для икон Архиповского тяготение к орнаментализации всего изображения. Здесь и изобретенный художником кудрявый шрифт автографа, порхающий как соло на клавире, и мерный ритм оркестрового вступления архитектуры, и патетика ведущей темы – игры бликов на ликах и мускулах, и их вариации в облачениях, кольчугах, драпировках, и лирическая соната интерьеров. Будучи прекрасным каллиграфом, Максим Архиповский использует сразу три типа шрифта. Первый – витиеватый, разного нажима, с выносными росчерками и титлами, с вкраплением видоизмененных латинских букв в автографе. Второй шрифт – роскошная вязь, стилизованная под поморскую книжную. Характерны поготически утрированные широкие вертикали букв и едва заметные, в толщину волоса, горизонтальные перекладины с крюками и петлями. Третий шрифт выглядит приземистым и плотным, с оквадраченными буквами в длинных, почти нескончаемых строках текстов жития. Существуют в авторском почерке Архиповского и своего рода «фирменные знаки» – неизменные детали, переходящие из одной иконы в другую. Во-первых, розетки из восьмилепестковых цветов на полях. Во-вторых, облака, напоминающие кучевые, в виде маленьких отдельных тучек с фестончатыми краями, вырастающие друг за другом как ангельское оперение. Третья деталь: коричневые шашечки пола с цветочными раппортами в каждой плитке. Из иконы в икону у Максима Архиповского повторяются также живописные горки, цветочные узоры и нити крохотных белильных жемчужин на фелони св. Афиногена, доспехах архангела Михаила, окладах Евангелий и облачениях святителя Леонтия Ростовского. Сейчас общепризнанно: в иконах Максима Федоровича Архиповского – изысканных и авторски неповторимых – оказались сфокусированы все лучшие достижения романов-борисоглебского иконописания периода его наивысшего расцвета. В настоящее время несколько икон без подписи автора приписываются его кисти. Это «Благовещение» из собрания Рыбинского музея, иконы из московских частных коллекций: «Распятие» из собрания В.А. Бондаренко, «Сошествие Святого Духа на апостолов» из бывшего собрания М.Е. Де Буара (Елизаветина). Несмотря на то, что искусству Максима Архиповского уже суждено было пережить забвение и второе рождение, нас ждут еще впереди новые открытия его шедевров.•

2013

Афиногена московский искусствовед Т.В. Котрелёва: «…посмею сравнить этот необыкновенный барочный узор с резным золоченым иконостасом – в этом случае епископ Афиноген предстает перед нами как бы в проеме открытых Царских врат»10. Режиссура цвета у М. Архиповского включает в себя не только композицию локальных декоративных плоскостей, но и заданность направления их движения, ритм цветовых ударов, резкость или стушеванность контрастов. Предпочтение отдается теплой части спектра, розовой гамме. Бархатистые синие и пламенеющие алые, серебристо-зеленые и златоткано-розовые, чернично-серые и нежно-песочные – каждый цвет на иконах Архиповского обладает своей самостоятельной ценностью, красотой и узнаваемостью. Если пытаться подобрать поэтическую метафору общей тональности колорита двух житийных икон М. Архиповского и ранней иконы Благовещения, то, пожалуй, их можно сравнить с короткой и элегичной порой «первоначальной осени», когда по-тютчевски «весь день стоит как бы хрустальный и лучезарны вечера». Еще один показательный симбиоз казалось бы взаимоисключающих качеств: традиционализм, консервирующий в себе лучшие достижения ярославских мастеров, и смешение черт больших стилей барокко и классицизма в самом рафинированном и нетривиальном их выражении. В одной иконе сосуществуют преизобильные в своих барочных завитках троны, картуши, короны и в то же время – полукруглые арки с муаром мраморных гладких плит и коринфскими капителями, адресующие к кессонированным сводам петербургских соборов. Подвижность рисунка ярославских кружевных кораллов, процветших горок и луковичных глав храмов соседствует с аккуратизмом и безупречной геометрией плит пола и вычерченных как по лекалу форм медальонов. Кажется, что мастер взял от каждой эпохи самые эффектные изобразительные атрибуты, переплавив их в новый синтез. Возникает маньеристичность исполнения лика и кистей рук на иконе «Апостол Иоанн Богослов» около 1826 года из коллекции И.В. Арсеньева; чистота и отточенность собственного стиля и откровенное стилизаторство. Все это – при потрясающей тонкости и пластичности письма, округлости очертаний, где нет ничего грубого и угловатого. В личном письме во всех иконах Архиповского синтезируются два принципиально разных подхода: анатомическая точность, живоподобие и телесность мягких юных ликов и по контрасту – схематизм, графичность морщин, образующих своего рода узор. Суставы нарочито геометризованы, повороты форм заострены, свето-теневые контрасты усилены. Очень самобытно письмо облачений на иконах М. Архиповского. Складки по-барочному вычурные, вьющиеся и вздымающиеся, но при этом они всегда

125 Примечания 1 Н.П. Лихачев. Материалы для истории русского иконописания. Атлас снимков. Ч. 2. СПб., 1906. С. 10. № 615. 2 З.П. Морозова. Иконописцы города Романова-Борисоглебска. / 2-е научные чтения памяти Ирины Петровны Болотцевой (1944-1995). Сборник статей. – Ярославль, 1998. – С. 89. Государственный архив Ярославской области, ф. 230, оп. 3, ед. хр. 1, л. 1, об. 2. 3 Архиповские // Православная энциклопедия. Т. 3. С. 579 (авторы Н.И. Комашко, З.П. Морозова). 4 Л.Л. Полушкина. Сведения о романовских иконописцах по документам XIXначала XX вв. Государственного архива Ярославской области // 15-е Научные чтения памяти Ирины Петровны Болотцевой (1944-1995). Сборник статей. – Ярославль, 2011. – с. 257-266. (См.: ГАЯО. Ф. 502. Оп. 1. Д. 290. Л. 3.). 5 . Там же. (См. ГАЯО. Ф. 502. Оп. 1. Д. 290. Л. 3). 6. ГАЯО. Ф. 230. Оп. 1. Книга, данная из Романова-Борисоглебского правления г. Романова-Борисоглебска Вознесенской церкви причету для

записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших на 1832 г. Л. 12. И.Д. Троицкий. Романов в 1802 году: современные записки // Старина и святыни города Романова. / Сост. А.Л. Беляков, А.Ю. Плотников; научн. ред. Л.Л. Шаматонова. – Ярославль: Верхне-Волжское книжное издательство, 1991. – С. 82. 8. «Из прошлого Романова», журнал «Молодость» за 1918 год, № 1 (Архив ТФЯХМ, д. 4) // М. Ленский. Страницы истории Романов-Борисоглебского старообрядчества (XVII- начало XX века) // Романов-Борисоглебская старина. Краеведческий, историко-литературный журнал. – 2006. Декабрь. № 1. С. 17-25. 9. Д.А. Ровинский. Обозрение иконописания в России до конца XVII века. – М., 1903. С. 120. 10. Т.В. Котрелёва. «Священный Богу Афиноген, в жертве служитель…» Икона Максима Фёдоровича Архиповского «Священномученик Афиноген, епископ Пидахвойский, в житии» 1824 г. // Толмачевский листок. 2010. Январь. № 1 (37). 7.


Всемилостивый Спас Анатолий ГОРСТКА

В Тутаеве, на Борисоглебской стороне, среди привольно раскинувшейся городской застройки, уступами сбегающей к речной отмели, в окружении слегка покосившейся каменной ограды стоит величественный Воскресенский собор. Здесь восхищает буквально все – внушительные размеры, пышный наружный декор фасадов, многоцветные росписи, покрывающие стены и своды папертей и храмовой части, ктиторские места с львиными подножиями, тускло мерцающие серебряными окладами старинные иконы. Среди них особенно выразителен строгий и скорбный лик «Всемилостивого Спаса», одна из главных православных святынь Верхневолжья, образ, «глубоко чтимый населением Ярославской губернии, не исключая и раскольников», как писал о нем в 1890 году ярославский краевед К.Д. Головщиков.1

2013

иконописцы

Ц

126

ерковная традиция относит икону к XV веку и производит из деревянной монастырской церкви Свв. Бориса и Глеба, где, как считается, она располагалась в куполе храма, то есть была «небом»2. Около 1652 года икону перенесли в новую каменную трёхшатровую церковь Смоленской Божьей Матери и поместили в приделе Свв. Бориса и Глеба над царскими вратами. Позднее, в 1678 году, по сооружении Воскресенского собора, она заняла в нем достойное место – с левой стороны от входа, у столба. Все время образ «Спаса» находился в соборе, привлекая верующих людей со всех окрестных земель. Но однажды ему пришлось покинуть стены храма и долгие годы пребывать за его пределами. Предыстория этого события такова. В 60-70 годах XVII века в городе Романове и Борисоглебской слободе

«пустил» глубокие корни раскол3. И хотя еще с августа 1667 года глава романовского старообрядчества поп Лазарь был отлучен от церкви, предан анафеме и по приговору «градского суда» страдал «закопанным» в вечную мерзлоту Печорского края в Пустозёрском остроге, на Верхней Волге повсеместно «прорастали» брошенные им в прошлом «семена раскола». И главной святыней жите-

«Всемилостивый Спас». Рисунок Б.М. Кустодиева.

Анатолий ГОРСТКА родился в 1941 году на Украине – в городе Ахтырка. Закончил Кишинёвский университет (исторический факультет), с 1968 по 1972 годы трудился в Кирилло-Белозерском музее-заповеднике (научным сотрудником, заместителем директора по научной работе), в музеях Кишинёва и Саратова. А начиная с 1980 года живет и трудится в Угличе. Анатолий Николаевич Горстка до выхода на пенсию являлся заведующим художественным отделом Угличского музея, написал около десятка книг на историко-культурную тематику, привязанную к Угличу (последняя из них – солидный альбом «Иконы Углича»), опубликовал 10 статей в серьезном академическом сборнике «Памятники культуры. Новые открытия», автор путеводителя по Романов-Борисоглебску (Тутаеву). А.Н. Горстка – почетный гражданин Угличского муниципального района.


2013

127

Перед образом Спаса.


2013

иконописцы

лей Романова и Борисоглебской слободы, приверженных расколу, стал почитаемый ими образ «Всемилостивого Спаса» из Воскресенского собора. В начале XVIII века по решению борисоглебской старообрядческой общины его «поновили», и тогда же были дописаны десница с двуперстным сложением, характерным для последователей «древляго благочестия», и раскрытое евангелие в левой руке. Эти поновления отрицательно сказались на композиции иконы 128 и существенно изменили первоначальную иконографию «Спаса оплечного». С другой стороны, они придали образу еще большую известность, и к нему устремились сотни верующих, ищущих утешения и укрепления веры. Такая популярность провинциального образа у верхневолжских старообрядцев вызвала беспокойство у епархиальных властей. Особенно усердствовал «гонитель староверов» ростовский митрополит Арсений (Мациевич). Он приказал «немедля изъять» икону у ее почитателей и привезти ее в свою резиденцию, в Архиерейский дом. Но оказалось, что

выполнить его «владычье повеление» было не так просто. Сначала прибывшим из Ростова Великого членам комиссии соборный служитель дерзко ответил, что у него нет ключа от места, где хранится образ. Когда ключ все-таки был «найден», не оказалось лошадей, чтобы вывезти огромную икону. Когда и это препятствие было преодолено и лошади были выделены, жители слободы, отчаявшись, «учинили бунт» и стали стеной на защиту образа. Владыке ничего не оставалось, как послать солдат на усмирение бунтовщиков и под охраной штыков вывезти икону. И 44 года борисоглебский образ «Всемилостивого Спаса» находился «в заключении» в Ростове Великом. За это время из-за возникшего конфликта с императрицей Екатериной II Арсений (Мациевич) по повелению Синода, к немалой радости борисоглебских старообрядцев, был лишен архиерейского сана и «отправлен на послушание» в отдаленный Никольский Корельский монастырь. Впоследствии строптивого архиерея перевели в Ревель и заключили в крепость, где он и

скончался в феврале 1772 года. Жители Борисоглебской слободы никогда не забывали о своей святыне. И, наконец, в 1798 году, после перевода архиерейской кафедры из Ростова Великого в ярославский Спасо-Преображенский монастырь, их настойчивая просьба о возвращении иконы была удовлетворена. Летописец описывает, что от Ростова до Борисоглебска «чудотворный» образ несли на руках, на подходе к слободе у реки Ковать процессия остановилась. Здесь икону бережно омыли от дорожной пыли, а затем торжественно внесли в Воскресенский храм. В 1850 году её одели в серебряную ризу и увенчали чеканным венцом. К сожалению, убранство это не дошло до нас. Существующий на иконе венец, – точная копия утраченного, – выполнен в начале 20-х годов прошлого столетия. Такова церковная история образа. В целом она совпадает с оценкой современных исследователей образа, кроме одного – установления авторства иконы. Все, кто в прошлом писал о «Всемилостивом Спасе», датировали его XV ве-


Кирилл Белозерский. «Образ списан <…> еще живу сущу чудотворцу Кириллу в лето 6932 <1424>». Работа Дионисия Глушицкого. Госуд. Третьяковская галерея.

ком как наиболее вероятным временем написания, и нет оснований сомневаться в этом. Даже беглый осмотр иконы, при учете поздних записей, указывает на ее древность. Столь крупные размеры иконы – 2,96х1,96 м – указывают на то, что она вполне могла быть тем самым «небом» в храме, о чем повествует предание. Писалась она, скорее всего, на месте, иначе трудно представить себе, чтобы такую большую икону везли издалека, из глухих вологодских лесов, где протекала жизнь Святого Дионисия Глушицкого, которого церковная традиция считает автором иконы. Но по чьему заказу она писалась? Об этом источники умалчивают. Лишь Ю. Шамурин в 1912 году вскользь коснулся местного предания, упоминавшего о даре какого-то князя.4 Если считать, что икона действительно создавалась в XV веке, то таким князем мог быть Андрей Угличский. Именно он в 1472 году получил в дар от матери, великой княгини Марии Боровской прежнюю ее куплю «городок Романов», что было подтверждено «Докончаниями» великого князя

Ивана III с угличским князем Андреем Большим5. Полученный «городок», вместе с правобережной Борисоглебской слободой, он включил в состав своих обширных владений. И тогда понятно, какому художнику заказал икону угличский князь. Конечно же, это был не Дионисий Глушицкий! Как следует из текста его «Жития», Дионисий Глушицкий (1363-1430) прославился основанием иноческих пустынножительств в вологодских лесах – у Кубенского озера и на реке Глушице. Деятельность его, как и большинства современных ему основателей, была обширной. Он был книгописцем, резчиком по дереву, плотником, занимался кузнечным ремеслом. Писал он и иконы, хотя особым умением здесь не отличался, будучи старательным, но посредственным иконописцем. О нем можно сказать словами неизвестного жизнеописателя Св. Антония Сийского, что «не хитр был мудростью сею (иконописанием. – А.Г.) преподобный (т.е. Антоний. – А.Г.), но препросто иконописание его было, более же в посте и молитве упражнялся, восполняя сими недостаток хитрости».

В свое время мне довелось работать в Кирилло-Белозерском музее-заповеднике и заниматься творчеством Дионисия Глушицкого. Результатом этих занятий стала статья «Дионисий Глушицкий и северные письма», в которой я изложил свои наблюдения над особенностями почерка этого иконописца. Интерес к нему как художнику был определен его пребыванием в белозерской обители и написанием там в 1424 году «портрета» Кирилла Белозерского. Я не оговорился – не иконы, а именно «портрета», поскольку Кирилл Белозерский был написан Дионисием Глушицким «еще живу сущу», т.е. при его жизни, за три года до его блаженной кончины и почти за двадцать лет до его общерусского почитания. Этот совершенно уникальный факт был закреплен в работе белозерского иконописца Никиты Ермолова, написавшего в 1614 году в одном из клейм на створке киота под упомянутую икону сцену, где Кирилл Белозерский откровенно «позирует» Дионисию Глушицкому.6 Все это не нашло пока объяснения у специалистов.

2013

Крестный ход с иконой Спаса. Романовская сторона Тутаева.

129


«Дионисий Глушицкий». XVII век. Из собрания КириллоБелозерского музеязаповедника.

2013

иконописцы

«Василий Великий». Работа Дионисия Ферапонтовского. Ок. 1502 г.

130

Рассматриваемая икона сохранилась и находится в собрании Государственной Третьяковской галереи (ГТГ). Ее малые «аналойные» размеры – 28х24 см – и ремесленный уровень исполнения дают весьма наглядное представление о характере творчества Дионисия Глушицкого. качестве дополнительных примеров не лишним будет привести две небольшие иконы из Успенской церкви Семигородней пустыни в Вологодской области «Успение Пр. Богородицы» и «Св. Иоанн Предтеча», приписываемые кисти этого художника.7 Достаточно взглянуть на них, чтобы окончательно убедиться в том, что монументальный образ «Спаса» из Тутаева не имеет с ними ничего общего. Здесь видна рука другого художника и тоже Дионисия, но не Глушицкого, а Ферапонтовского. В прошлом, как известно, Дионисию Глушицкому приписывали большое количество произведений, но приписывали по той причине, что не был известен другой Дионисий – Ферапонтовский. После реставрации некоторых икон, проведенной в 1919-1920 годах, оказалось, что ни хронологически, ни стилистически они никак не могут относиться к Дионисию Глушицкому. Так, например, долгое время считавшаяся его работой икона «Св. Димитрий Прилуцкий, с деянием»,8 на самом деле, как выяснилось, была выполнена между 1487-1491 годами по заказу князя Андрея Угличского Дионисием Ферапонтовским.9 Другая, к сожалению не дошедшая до нас, икона «Св. Павел Обнорский, с деянием», ранее приписываемая Дионисию Глушицкому,10 тоже могла быть работой Дионисия Ферапонтовского, поскольку последний, как известно, работал в стенах ПавлоОбнорской обители, где писал иконы для соборной церкви Св. Троицы – «деисус, праздники и пророки». Из всех этих икон сохранилась «деисусная» – «Спас в силах» (ГТГ) и две «праздничные» – «Распятие» (ГТГ) и «Уверение Фомы» (Государственный Русский музей). Так что образ основателя Павло-Обнорского монастыря скорее всего был написан Дионисием Ферапонтовским.

А теперь стоит вернуться к ранее высказанному мною предположению о том, что «Спас Всемилостивый» из Борисоглебской слободы мог быть даром князя Андрея Угличского. Сейчас, после серии научных статей Н.К. Голейзовского, не возникает сомнений относительно связей угличского князя и Дионисия Ферапонтовского.11 Известно, что в 70-80 годах XV века Андрей Большой развернул небывалое в своем княжестве церковное строительство, украшая при этом вновь построенные храмы стенной живописью и иконными образами. И Дионисий, по словам Н.К. Голейзовского, находясь на службе у этого князя, «не мог не принять участия хотя бы в наиболее ответственных и финансируемых Андреем мероприятиях».12 Одним из таких «ответственных мероприятий» являлся заказ угличского князя работавшему при его дворе прославленному иконописцу – написать большой образ «Всемилостивого Спаса» для деревянной церкви Свв. Бориса и Глеба, расположенной в слободе напротив полученного им в дар от матери «Романова городка». Монументальность решения, выразительность образа, косвенные свидетельства в местных источниках – все говорит в пользу Дионисия Ферапонтовского. Конечно, тяжело расставаться с красивой легендой о «чудотворной» иконе письма святого, созданной вековой традицией и подкрепленной религиозным опытом верующих, но в данном случае – «истина дороже». К тому же следует помнить, что подобных примеров в церковной истории было немало. Достаточно назвать одну икону – всемирно известный константинопольский образ «Богоматери Владимирской». Долгое время эта икона приписывалась руке великого христианского святого Апостола Луки, и лишь проведенная в 1918 году Г.О. Кириковым реставрация показала, что икона была написана в XII веке, и стало быть к евангелисту не имеет никакого отношения. И церкви пришлось смириться с данными науки. Так и здесь, отвергая сомнительную местную легенду об иконе письма известного святого и иконописца-ремесленника Дионисия Глушицкого, мы восстанавливаем справедливость и возвращаем нашему великому художнику Дионисию Ферапонтовскому созданный им по заказу угличского князя Андрея Большого знаменитый образ «Всемилостивого Спаса», икону, которой по праву может гордиться прекрасный город на Верхней Волге – возрождающийся в прежнем названии Романово-Борисоглебск.•


2013

Воскресенский собор Тутаева.

Примечания 1 К.Д. Головщиков. Город Романов-Борисоглебск и его историческое прошлое. – Ярославль, 1890. – С. 49. 2 Воскресенский собор и храмы Романова-Борисоглебска. – М., 2002. – С. 28-30. 3 См. об этом: Н.Н. Теляковский. Старина и святыни города Романова. – Ярославль, 1891. – С. 44-45. 4 Ю. Шамурин. Ярославль. Романов-Борисоглебск. Углич. – М. 1912. – С. 72. 5 Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. – М.-Л., 1950. – С. 259. 6 Икона находится в собрании Кирилло-Белозерского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника. 7 Иконы находятся в собрании Вологодского областного краеведческого музея. 8 М.В. Толстой. Путевые письма с севера. – М., 1868. – С. 28-29. 9 Н.К. Голейзовский. Дионисий и его современники. Ч. I. – М., 2005. – С. 139-152: «О датировке местной иконы «Димитрий Прилуцкий с деянием из Вологодского Спасского Прилуцкого монастыря». 10 М.В. Толстой. Рассказы из истории русской церкви. – М., 1901. – С. 175, сн. 59: «В церкви замечательна икона чудного пустынножителя Павла (Обнорского), писанная преп. Дионисием Глушицким». 11 Н.К. Голейзовский. Дионисий и его современники. Ч. I. – М., 2005. – С. 99-138: «Дионисий и князь Андрей Угличский». 12 Там же, стр. 117.

131


«И толико едино имам души моея ограждение – святое ми Благоверие...»

УГЛИЧ, РОМАНОВ И СТАРАЯ ВЕРА. НАДГРОБНОЕ СЛОВО Игорь САГНАК

2013

подвижники веры

Город Углич: угол забвения» и «горящий угль» пророка Исайи; груда углей на пепелище раззоренного града и «виноград», издавленный в точиле; головни-мощи первого градского благоверного князя и преображающее чудотворение веры; плач об утрате и уверенная полнота упования... Град Романов: Светлояр задремавшей в изножии Волги; мирно бредущие сонмы серебряно-рунных овец, вдруг разогнанных бурею по оврагам и буеракам; голос Пастыря, собирающего распуженное стадо... ...Выговская киновия: «староверческия Афины», «северная столица» древлеправославной Руси, всплывший в преддверии конца сказочный град-Китеж, отчий дом, училище правоверия и благоречия. Чем окажется для нас, нынешних, безценное их наследие, слабые контуры которого мы только-только начинаем прозревать: историческим артефактом, сведенным до уровня кунстштюка, курьеза, или той реальностью нашей жизни, которая властно потребует от нас перевода – нашего вялого душевного устроения на высокий язык своих безсмертных образов и понятий? Нет ответа...

132

Игорь САГНАК родился в 1962 году в Киргизии. Учился в Ленинградском государственном университете на факультетах прикладной математики и психологии. Работал в государственном музеезаповеднике «Ростовский кремль». Занимается историей русского старообрядчества, увлечённость которой и привела его на Угличскую землю. Живёт крестьянским трудом в сельце Родичево Угличского района. Председатель Угличского родословно-краеведческого общества им. Ф.К. Кисселя. Автор многочисленных статей в журналах и краеведческих сборниках. Инициатор возвращения в обиход духовно-богатого церковноисторического книжного наследия.


2013

133

«Родъ правыхъ благословится...» Древо рода Андрея и Симеона Дионисиевичевъ господъ Вторушиныхъ – прямых потомков князя-рюриковича Бориса Александровича Мышецкого, – с панорамой Выго-Лексинского общежительства, основанного ими, яко садие при рекахъ. Настенный лист, Выг, 1-я половина XIX века. Тихая апофатика Русского Царства...


2013

подвижники веры

«Житие и жизнь святаго и благоверного князя Романа Владимировича Угличскаго». Миниатюра из рукописи-автографа Г.Д. Тихомерова-Серебреникова, отправленной им на Выг для составления парадного полууставного списка. Парадная скоропись,Углич, 1800-е годы.

134

Страница рукописи парадного списка Угличского летописца. Выг. Первая треть XIX века.

Рукопись Угличского летописца конца XVIII века с выговской правкой-врезкой первой трети XIX века.


2013

135

Блаженный младенец Иоанн Никифорович Чеполосов. Главная миниатюра основного лицевого списка жития. Углич, 2-я пол. XVIII века.


2013

подвижники веры

П.К. Гусев. Родовой дом Серебрениковых в Угличе. 1945 год. Серед. XVIII века. В бревенчатой пристройке до середины XIX века размещалась поморская моленная.

136

Автограф сочинения Г.Д. Тихомерова-Серебреникова. Плач на погребении детей о матери своей. Находится в рукописи, содержащей автограф духовного стиха об углицком младенце. Конец XVIII века. Углич.


137

2013


2013

подвижники веры

Братья Андрей и Симеон Дионисьевичи, князья Мышецкие – основатели Выгорецкой пустыни, сродники святого благоверного князя Романа и святого царевича Димитрия. Настенный лист, 1810-е годы.

138


2013

«Слово надгробное...» Автограф Г.Д. ТихомероваСеребреникова. Углич. 1796 год.

139


2013

подвижники веры

«Древо надгробного слова». Книжная миниатюра из выговского учебника риторики со схемой построения текста сочинения. Выг, 1712 год.

140


2013

Голгофский крест. Центральная часть севернорусского староверского надгробия. Выг, XVIII век.

141 Примечания 1 .О теснейших связях Романова с Выгом см. информативную статью московской исследовательницы Е.М.Юхименко: Ярославский край и Выговское поморское общежительство // «200 лет первому изданию Слова о Полку Игореве. Материалы юбилейных чтений по истории и культуре Древней и Новой России 27-29 августа 2000 г.», сс. 214-219. Кроме множества сведений о Г.И. Корнаеве, впервые вводимых в «научный оборот», содержатся здесь таковые и о романовцах Тимофее Андрееве (Серебрякове) и Федоре Петровиче Бабушкине, бывших в свое время выговскими настоятелямибольшаками. 2 .Полностью Стих духовный опубликован в книге: Житие и страдание святаго и праведнаго Иоанна убиеннаго Углицкаго. (Житие, Служба и Стих духовный). Издание Угличского родословно-краеведческого общества, серия Письменные памятники древнего Углича, кн. 2, Рыбинск, 2010 г., сс.105 – 119. В третьей кн. серии в 2012 г. опубликованы Житие благов. кн. Романа и Служба ему по рукописи Г.Д. Тихомерова-Серебреникова. 3. Старообрядцами, по сложившейся к началу 19-го столетия внутристаробрядческой терминологии, староверы-безпоповцы называли приверженцев поповщины, подчеркивая свою верность Вере, а не только обряду. 4 .Чтения в Обществе Истории и Древностей Российских, 1863, кн. 1, М. 1863. (Выделения в цитатах – наши. – И.С.) 5 . РГБ, ф. 17, №81, Сочинения и переписка настоятеля Григория Ивановича Романовского (Корнаева). 6. Фрагменты публикуются впервые по единственному списку, автографу Г.Д. Тихомерова-Серебреникова: ИРЛИ (Пушкинский Дом), Древлехранилище, собр. ИМЛИ,№ 24. В полном виде Слово надгробное входит в подготавливаемый нами к печати том малых сочинений Г.Д. Тихомерова-Серебреникова.


«Я в Ваулове, прекрасном как рай Божий…» Ольга ТИШИНОВА

Протоиерей Кронштадтского Андреевского собора Иван Ильич Сергиев (Иоанн Кронштадтский), уже при жизни почитался русским народом как святой, по молитвам которого совершались многочисленные чудеса духовного и телесного исцеления. Отец Иоанн много путешествовал по России, ежедневно совершая богослужения. Проплывая на пароходе по Волге, он неоднократно останавливался в Романово-Борисоглебске. А летом 1903 года впервые посетил село Ваулово, находившееся в 10 километрах от города. Причина его поездки состояла в осмотре родового имения сенатора Мордвинова, подарившего свое поместье недавно созданному в Петербурге Иоанновскому монастырю. Отец Иоанн, принимавший непосредственное участие в создании монастыря, планировал устроить в Ваулове скит, где могли пребывать на покое престарелые и больные монахини.

Б

2013

подвижники веры

лагодаря опубликованным очеркам и рисункам художника Сергея Васильевича Животовского, сопровождавшего отца Иоанна, сохранилась живая картинка прекрасного пейзажа вауловских окрестностей: «Дорога идет по гористой, в высшей степени живописной местности. Тенистые рощи сменяются богатыми нивами. Целое море созревшего хлеба колышется с левой и правой сторон дороги. Высокие ветряные мельницы с полуободранными недавней бурей крыльями стоят на пригорках. За ними виднеются богатые избы зажиточных крестьян. Не избы, а хорошенькие дачки с узорчатыми окнами и крылечками и нередко с железной крышей. Да и неудивительно, потому что хозяева большей частью занимаются торговлей в Петербурге или Москве. Только семьи их живут здесь. Но вот среди зеленой рощи показались две белые старинные церкви, такая же белая колокольня и боль142 шой барский дом. Это и есть Ваулово,

бывшая собственность сенатора Мордвинова…» Село Ваулово с XVI века принадлежало дворянскому роду Алябьевых (портреты владельцев имения хранятся в Ростовском музее). На их средства были построены две небольшие каменные усадебные церкви: Успения Пресвятой Богородицы (1751 г.) и во имя преподобного Александра Свирского (1767 г.). Затем, в качестве приданого, имение отошло к знатному княжескому роду Урусовых, а потом по наследству досталось семье дворян Мордвиновых. Последний владелец Ваулова граф Владимир Павлович Мордвинов, получив блестящее образование и достигнув чина действительного статского советника, вышел в отставку в 1855 году. В личной жизни он был несчастлив и бездетен. Его четыре сестры тоже были бездетны. Оказавшись единственным владельцем огромного состояния, Владимир Павлович решил большую его часть,

Ольга ТИШИНОВА родилась в Рыбинске. Закончила историко-филологический факультет Ярославского пединститута, работала преподавателем русского языка и литературы в средней школе Рыбинска, научным сотрудником Рыбинского музея-заповедника, в настоящий момент она – специалист по туризму и сохранению культурного наследия Рыбинского муниципального района. Ольга Юрьевна – автор статей и публикаций многих краеведческих и литературных сборников, журналов, энциклопедий, в том числе: «Москва», «Новый мир», «Русские писатели».

в том числе и Ваулово, передать на благотворительные нужды. С этой целью он стал приводить имение в порядок, и в первую очередь обновил обе церкви. Примечательно, что новые иконы были заказаны профессору исторической живописи Федору Григорьевичу Солнцеву. А на новой колокольне Александро-Свирской церкви были установлены 14 колоколов, настроенных самим протоиереем Аристархом Израилевым, известным на всю Россию звонарем и духовным композитором. И теперь жители Ваулова и окрестных деревень могли слушать не простые колокольные звоны, а музыкальные, например, «Коль славен наш Господь в Сионе» или «Боже, царя храни». Для Успенской церкви В.П. Мордвиновым была заказана икона Божией Матери «Благодатное небо» (список иконы московского Архангельского собора, что в Кремле) и освящена в петербургском доме В.П. Мордвинова священником подворья Леушинского

Портрет, подаренный отцом Иоанном Кронштадтским Александре Сретенской (супруге священника Вауловского Успенского скита Михаила Сретенского). Фото 1904 года.


143

2013


2013

подвижники веры

монастыря Евгением Иерусалимским, о чем свидетельствует надпись на обратной стороне сохранившейся до наших дней иконы. 12 сентября 1903 года по указу императора Николая II имение было принято в дар с утвержденным названием: Вауловский Успенский женский скит С.-Петербургского Иоанновского женского монастыря. Настоятельницей Иоанновского монастыря была игумения Ангелина, а заведующей нового скита была назначена монахиня Евпраксия, приходившаяся игумении родной теткой. Вскоре в новом скиту появляются монастырские постройки: дома для сестер и причта, больница, богадельня, гостиница для богомольцев и хлебопекарня. Увеличился скотный двор, в прудах стали разводить рыбу, была устроена пасека. Священником в Вауловский скит был назначен иерей Михаил Сретенский. Именно он и стал главным вауловским пчеловодом, недаром его ласково называли «медовым батюшкой». В бытность учебы в Ярославской Духовной семинарии он окончил курсы по пчеловодству, а потому, приехав в Вауловский скит, устроил незамедлительно пасеку на 60 ульев. Один улей, как рассказывали старожилы, был сделан из прозрачного стекла специально для отца Иоанна, который любил, отдыхая в Ваулове, наблюдать за пчелами. Ваулово стало для отца Иоанна

144

Сенатор Владимир Павлович Мордвинов.

Храм Успения Божией Матери (разрушен в советское время).


двухэтажный домик, а в саду за домом была устроена беседка, которую он называл «мое уединение». В Ваулове отец Иоанн бывал ежегодно, особенно после перенесенной им тяжелой болезни в 1906 году. К весне 1908 года он стал совсем слаб и почти не покидал Кронштадт. Прощальную поездку на родину в Суру пришлось отменить, но побывать в Успенском скиту было насущно необходимо. «Я прибыл в Ваулово всего за трое суток, – сообщал он в письме своей духовной дочери настоятельнице Леушинского монастыря игумении Таисии. – Переезд для меня был мучителен: холодно было, как зимой… Но как ни как, а я в Ваулове, прекрасном как рай Божий. Вся растительность в полной красе и благоухании.» Целебный здешний воздух и душевный покой пошли батюшке на пользу и спустя несколько дней он пишет домой: «Я начинаю чувствовать себя лучше с каждым днем.

Отец Иоанн Кронштадтский, игумения Ангелина (стоит слева), сестры и гости в окрестностях Ваулова.

Пасека, устроенная священником Михаилом Сретенским в Вауловском скиту.

2013

приютом отдохновения от бесчисленных забот и многочисленных почитателей. В одном из писем он писал домой в Кронштадт: «Здесь дивная красота природы. Но в духовном отношении храмы Божии здесь – первая красота. Они и выстроены в доброе старое время весьма архитектурно по изящному вкусу бывших помещиков-князей. Внутреннее изящество храмов – великолепное, порядок во всем образцовый. Я служу ежедневно, причащаюсь, и монахинь и мирян причащаю часто. Луга, леса – загляденье, рай земной. Благодарю Господа, даровавшего нам этот земной рай. Он краше вашей Тарховки в сто раз, если не больше. Монахини все за послушанием; поют стройно и умилительно. Есть монастырский скот; куры, козел и коза, лошадки. Гуляю вдоволь каждый день; езжу в экипажах подышать ароматным воздухом. Сообщение скита с столицей удобное.» Спустя некоторое время для батюшки был построен деревянный

145


2013

подвижники веры

И действительно, местность здесь так хороша, что для восстановления физических сил не нужны никакие другие дачи или заграничные курорты». В Ваулове отца Иоанна навестил его давний знакомый архимандрит Игнатий, настоятель Антиохийского подворья в Москве, который приехал специально послужить с кронштадтским пастырем в скитской Успенской церкви. А 28 июля в Вауловский скит приехал архиепископ Ярославский и Ростовский Тихон. Здесь, в Ваулове, состоялась встреча двух будущих святых и здесь отец Иоанн предсказал патриаршество святителю Тихону. Монахиня Арсения, присутствовавшая при их встрече, рассказывала, что «когда им были поданы два кресла, они сели, а потом батюшка вдруг встает и говорит: – Владыко, пересядьте на другое кресло. Ваше место – патриаршее». Интересные воспоминания о пребывании отца Иоанна в Ваулове оставил епископ Арсений (Жадановский), также побывавший в Ваулове летом 1908 года: «… Время, проведенное мной у отца Иоанна в Ваулове, я считаю дорогим, счастливым и исключительнейшим в моей жизни. Здесь мне пришлось видеть великого пастыря в домашнем быту, изучить его характер и настроение. Прежде всего, он отличался гостеприимством: за его обеденным столом располагались все приезжие гости. Меня отец Иоанн усаживал около себя и усердно угощал. Однажды я ему сказал: «Батюшка, Ваш прием и ласка напомнили мне родной дом и родителей, недавно умерших. Бывало, приедешь к ним на каникулы после трудных экзаменов – и начнут подкреплять тебя всякими яствами». Батюшка приятно улыбнулся на это …. «Как предохранить себя от самомнения и превозношения?» – продолжал я спрашивать батюшку. В ответ он взял с письменного стола Библию и прочитал раскрытую страницу из четырнадцатой главы Книги пророка Исайи, где говорится о низвержении с неба за гордость первого ангела. 146 Возвращая затем книгу на место, отец Иоанн сказал: «Часто я прибегаю к чтению сей Боговдохновенной речи и дивлюсь ужасному падению Денницы. Как легко чрез высокоумие ниспасть до ада преисподнего! Воспоминание о гибели предводителя бесплотных чинов весьма предохраняет меня от тщеславия и смиряет гордый мой ум и сердце». Тогда же заметил я изношенность листка читаемой главы. Мне показалось даже, будто батюшка всегда держит на столе Библию раскрытой на указанном повествовании пророка, что произвело на меня неизгладимое впечатление.

Икона Божией Матери «Благодатное небо».

Здание, в котором находится общежитие для сестер и домовая церковь во имя святого праведного Иоанна Кронштадтского (на переднем плане слева).

«А как спасаться от дурных помыслов и чувств?» – осмелился я далее предложить вопрос великому пастырю. «Это наша общая человеческая немощь», – сказал он. – Крепкая любовь к Спасителю и постоянное духовное трезвление предохраняют от нечистоты. Предохраняют, говорю, но не спасают; спасает же единственно благодать Божия. Вот и я, старый человек, а не свободен от скверны. Правда, днем, совершая Божественную литургию и следя за собой, почти не испытываю ничего дурного, но за сон не ручаюсь. Иногда враг представляет такие отвратительные картины, что, проснувшись, прихожу в ужас, и стыдно мне делается». Так батюшка укорял себя, да и вообще, когда я ему исповедовался, считал мои немощи как бы своими собственными. Укажу грех, а он скажет: «И я тем же страдаю», затем уже предложит совет. Во время нашей беседы отец Иоанн пожаловался, между прочим, на свою мучительную болезнь: «Трудно здоровому представить, как невыносима боль при моем недуге, — нужно большое терпение».

На прощание я просил батюшку благословить меня, что светильник Божий с любовью исполнил, истово оградив тем крестом, который был на моих персях, а затем подарил мне много своих вещей: подушку, одеяло, верхнюю рясу, смену белья, портрет с собственноручной подписью и последний выпуск дневника…» Отец Иоанн покинул Ваулово 5 августа, это было последнее пребывание в «раю земном», предстоял путь в рай небесный.


В Ваулове отец Иоанн бывал ежегодно, особенно после перенесенной им тяжелой болезни в 1906 году. К весне 1908 года он стал совсем слаб и почти не покидал Кронштадт. Прощальную поездку на родину в Суру пришлось отменить, но побывать в Успенском скиту было насущно необходимо.

Память об отце Иоанне сохранялась и по сию пору сохраняется в этом святом месте. Заступничеством великого праведника и его молитвами Ваулово стало воскресать после советского безвременья и последовавшей мерзости запустения. Здесь снова живет община сестер во главе с игуменией Дамианой. Восстановлен дом для общежития сестер с домовым храмом во имя святого праведного Иоанна Кронштадтского, а в 2011 году была освящена заново отстроенная церковь Александра Свирского. Возобновлены вауловские крестные ходы. Насельницы монастыря ежедневно с пением молитв проходят по окрестностям Ваулова к памятному кресту, установленному в конце липовой аллеи, разбитой при жизни отца Иоанна. По преданию, липовые саженцы были посажены

монахинями в конце лета, и чтобы липы прижились, сестры попросили отца Иоанна помолиться. Тенистая липовая аллея – одно из украшений и святых памятных мест нынешнего Ваулова. Сестры говорят, что осенью во время крестных ходов и грибы здесь частенько находят – от отца Иоанна утешение. Придут после крестного хода, грибы – на кухню, вот тебе и супчик постный. Благодать этого места особо ощущается по возвращении в Ваулово чудотворной иконы Божией Матери «Благодатное небо». Икона эта, написанная на металле, была в числе прочих икон передана «на утилизацию» на один из Тутаевских заводов и чудом уцелела. По просьбе прихожан тутаевского Воскресенского собора она была возвращена верующим и до 2007

года находилась там, почитаемая как чудотворная. Возле этой иконы любили молиться не только отец Иоанн Кронштадтский, но и архимандрит Павел Груздев, доживавший на покое в сторожке около собора. Приезжают сюда помолиться паломники из других городов – Тутаева, Ярославля, Рыбинска и даже Петербурга, особенно 19 марта – в день празднования иконы «Благодатное небо». И, конечно, 2 января, день памяти святого праведного Иоанна Кронштадтского, небесного покровителя Ваулова – тоже один из главных праздников. Будем надеяться, что по молитвам батюшки будет восстановлен Успенский Вауловский скит и заблистает во всей своей райской красе.•

2013

Липовая аллея, посаженная по благословению отца Иоанна Кронштадтского. В конце аллеи – поклонный крест. Зима 2013 г.

147


2013

148

Вауловские монахини с игуменией Дамианой (1-я слева) на фоне церкви Александра Свирского. Зима 2013 г.


149

2013


Пасторское служение без страха смерти Ольга СКИБИНСКАЯ

Романов-Борисоглебский Воскресенский собор никогда не закрывался, даже во времена помрачения душ, каковыми оказались несколько атеистических десятилетий минувшего века. Однако в истории храма, перевалившей на четвертое столетие, встречаются и трагические страницы. Одна из них связана с последним дореволюционным настоятелем собора – отцом Михаилом Виноградовым. Городские старожилы рассказывают то ли легенду, то ли быль: в начале 1920-х годов приходили красноармейцы в храм, требовали ключи от собора, но батюшка вышел на крыльцо и твердо заявил: «Не дам ключей!» Его тут же и стрельнули… О чем же свидетельствуют архивные документы и потомки священника?

А

2013

подвижники веры

втор этих строк реконструировала историю рода Виноградовых, предков и потомков Михаила Васильевича Виноградова (1866-около 1922), прослуживших в Воскресенском соборе Романов-Борисоглебска в общей сложности тридцать лет. Оказалось, что из девяти восстановленных нами поколений этого рода с середины XVIII по начало XXI века представители шести поколений являлись священно- и церковнослужителями. Родоначальниками Виноградовых являются Петр и его сын Федор Петров. Последний в конце XVIII – начале XIХ века был священником церкви села Ставотина1, которое находилось на границе Ростовского и Ярославского уездов, а его дети, внуки и правнуки служили в сельских церквях, разбросанных почти по всей территории Ярославской и Ростовской епархии – в Любимском, Даниловском, Ростовском, Ярославском уездах. С чего начинался путь будущего церковнослужителя? Конечно, мальчики сначала прислуживали в храме отцу-священнику, а уже следующим 150 их шагом было поступление в духовное учебное заведение. С Ярославским духовным училищем и семинарией впоследствии будут связаны судьбы пяти поколений Виноградовых. Семинария давала достаточно глубокие и разносторонние знания; здесь имелась библиотека – одно из богатейших по тем временам книжных собраний края. Однако в семинарии существовала строгая система наказаний: за побеги, плохое поведение и неуспеваемость семинаристов наказывали лозами. Родители несли ответственность за своих детей, но в силу различных причин («неспособность к учению»,

чисто экономические затруднения и др.), большинство учащихся не заканчивало полный курс семинарского образования… Отец Михаила Виноградова, Василий Иванович Виноградов (18361905), начинал свое священническое служение с храма села Троицкого, что на Волчьих горах Даниловского уезда. Приход был по меркам того времени бедным: тысяча душ крестьян обоего пола из близлежащих деревень. Здесь он прослужил более двадцати лет, а с 1882 года еще столько же – в селе Шильпухове Любимского уезда. Прихожан шильпуховского Преображенского храма в конце XIX века насчитывалось около 1 300 человек: по большей части крестьяне, дворянская

семья из четырех человек, семьи военных и 19 «дворов» купцов и мещан2. Духовное сословие до конца XIX века оставалось самым образованным в Российской империи. При этом его представители сами являлись активными участниками образовательного процесса, даже женщины – супруги и дочери священнослужителей, которые преподавали в церковно-приходских школах, в частных учебных заведениях, собирали церковные библиотеки. Представители рода Виноградовых не были исключением. В 1884 году Александр III утвердил «Правила о церковно-приходских школах», число которых после этого начало быстро расти. В их создании и работе главная роль отводилась приходскому духовенству. Речь идет не только об организации учебного процесса, но и о его финансовом обеспечении. Отец Василий Виноградов открыл церковно-приходскую школу при храме в 1886 году; отныне на ее содержание «взносится в год от причта 17 р. 70 к., от церкви… 20 р. 70 к.»3. Все четыре десятилетия священнической службы Василия Виноградова – это сорок лет бескорыстного служения православной церкви. Примечательно, что сам Василий Иванович так и остался бессребреником, не обзавелся даже собственным домом, несмотря на большую семью, – Виноградовы жили в доме, принадлежавшем приходскому храму. Императорский указ, отменивший сословные ограничения и дозволивший детям церковнослужителей устраивать жизнь по-своему, а не следовать в обязательном порядке духовной стезей отцов, сыграл огромную роль. Сыновья церковнослужителей в значительной


РомановБорисоглебский Воскресенский собор. Из коллекции Н. Лебедевой.

степени и составили основу российской разночинной интеллигенции… В какой степени разрушение сословных границ повлияло на судьбы четырех сыновей отца Василия Виноградова? Его старший сын, Николай, из-за болезни глаз покинул семинарию и сначала ушел в Корнилиев монастырь, однако монашеского пострига не принял и вскоре вернулся в мир. Младший сын, Алексей, закончил Ярославскую духовную семинарию, но стать священнослужителем тоже не захотел. В начале ХХ века мы застаем его служащим московского почтамта. А вот Михаил и Иван пошли по стопам предков. Иван Васильевич сначала служил в церкви села Реброва Дани-

ловского уезда, а затем сменил отца в шильпуховском храме. Выпускника же Ярославской духовной семинарии Михаила Виноградова сначала направили преподавать в церковно-приходскую школу села Шильпухова, затем – в церковно-приходскую школу, действовавшую при Андриановском монастыре (Пошехонский уезд). В начале 1890-х Михаил Виноградов закончил курсы пения и получил свидетельство на право обучения церковному пению в школе. В это же время он обвенчался с дочерью священника, выпускницей РомановБорисоглебского женского училища. А в 1892 году его рукоположили во

священство в Воскресенском соборе Романов-Борисоглебска. Двадцатишестилетний батюшка Михаил Виноградов со всем жаром души принялся за дело на новом поприще. С 1904 по 1910 годы он являлся членом благочинного совета по 1-му округу Романов-Борисоглебского уезда. Всего в приходе Воскресенского собора в начале ХХ века насчитывалось 2 250 православных. Приход «по части священника Михаила Виноградова» состоял из романов-борисоглебских мещан и крестьян (483 человека обоего пола), а также жителей деревень Яганово, Митинское, Демидово, Шишкино, Голенищево, Брюханово, Алексейцево, Олюнино, расположенных недалеко от уездного центра (большинства из этих населенных пунктов в начале XXI века уже нет на карте Ярославской области). Деревни были небольшие – в 3-11 дворов и проживало в них от 7 до 55 человек. Всего же отец Михаил окормлял 770 человек. Кроме того, отец Михаил состоял наблюдателем церковно-приходских школ и школ грамоты 3-го округа Романов-Борисоглебского уезда и одновременно городским катехизитором. В это же время, в 1893 – 1896 годах, он являлся членом Романов-Борисоглебского отделения епархиального училищного совета и уездным наблюдателем церковно-приходских школ уезда, преподавал Закон Божий в начальном училище Романовской льняной мануфактуры4 . Как мы упоминали выше, часть ответственности и расходов на народное образование брал на себя причт храма. Клировая ведомость Воскресенского собора за 1912 год отмечает: «В церковной библиотеке находится книг, для чтения предназначенных, 1000 томов… Имеются в приходе школы: два начальных училища – городское приходское, училище Романовской льняной мануфактуры; в приписанном к сему собору селе Ново-Никольском – церковноСемья отца Михаила.

2013

Протоиерей Иоанн Сергиев Кронштадтский. Июнь 1908 г. ГАЯО.

151


2013

подвижники веры

приходская школа. Церковная школа помещается в доме собственном, на содержание отпускается из Романов-Борисоглебского отделения епархиального училищного совета 60 руб. и местных средств 50 р. В сем году в ней обучается 28 мальчиков и 12 девочек» 5. Однако деятельность священника главного храма уездного центра не ограничивалась церковным служением и просветительской деятельностью. На плечи духовенства в конце XIX – начале XX века ложились и немалые общественные обязанности. Например, Леонид Васильевич Сретенский, служивший настоятелем Воскресенского собора с 1898 года, являлся членом Ярославской губернской ученой архивной комиссии, депутатом комитета попечительства о народной трезвости, депутатом от духовенства в Романов-Борисоглебской думе, депутатом уездной исполнительной комиссии. Находившийся в это 152 время на должности первого священника М.В. Виноградов представлял интересы местного духовенства в Романов-Борисоглебском земстве и в городской думе (на последней выборной должности он пребывал на протяжении почти десяти лет) и состоял депутатом от духовенства в уездной санитарно-исполнительной комиссии. Последние обязанности были не из простых. В уездном Романов-Борисоглебске в конце ХIХ века работали лишь 4 врача, 2 акушерки и 3 фельдшера, а единственная в городе земская больница имела всего 20 коек. Санитарное состояние

городских улиц, торговых площадей и особенно фабричных казарм было ужасным. Слово пастыря в таких условиях порой служило единственной поддержкой для страждущих и было достаточно веским в решении вопросов с местной властью. Второй священник собора Михаил Алексеевич Голиков преподавал Закон Божий в Ново-Никольской церковно-приходской школе и в частной прогимназии М.Л. Лютейн, а также заведовал книжным складом Братства Св. Димитрия при Воскресенском соборе… Неустанный труд Михаила Виноградова был по достоинству оценен: в 1896 году он «за труды по преподаванию Закона Божия награжден набедренником», год спустя – бархатной фиолетовой скуфьей, в 1901 году – Библией от Святейшего Синода, в 1904-м – бархатной фиолетовой камилавкой. Нельзя не сказать о встречах М.В. Виноградова с духовными лидерами начала ХХ века. В 1907-1913 годах в бытность свою архиепископом Ярославским и Ростовским в Воскресенском соборе Романов-Борисоглебска служил святитель Тихон (Белавин), будущий Патриарх Всероссийский. Михаил Виноградов встречался и с Иоанном Кронштадтским, неоднократно бывавшим на Ярославской земле (в Леушинском монастыре подвизалась в вере его духовная дочь игуменья Таисия, основательница многих монастырей в России; она и открыла для него Ярославский край).

Подписи причта в клировой ведомости Воскресенс­кого собора за 1912 г. ГАЯО. «Ярославские епархиальн­е ведомости».

Внук Михаила Виноградова, Сергей Сергеевич Виноградов, вспоминает: – Родные рассказывали, что отец Иоанн по приезде в Романов-Борисоглебск заходил в гости к моему деду – попить чаю. На память он подарил и подписал свою фотографию для моей бабушки, Марии Евгеньевны. Эта фотография святителя с его автографом десятилетия спустя оказалась единственным, что мне напоминало деда-священника. Очень жаль, что со временем она затерялась… До наших дней сохранилась только фотография Иоанна Кронштадтского, подписанная им супруге настоятеля собора А.А. Сретенской6. В мае 1916 года скончался Леонид Сретенский, и Михаил Виноградов был перемещен на должность настоятеля собора7. В этой ипостаси он и встретил октябрьский переворот 1917-го… Сложную обстановку тех лет можно реконструировать по публикациям местной газеты. «Известия Тутаевского исполнительного комитета солдатских, рабочих и крестьянских депутатов», выходившие в 1919 году, полны тревогой «текущего момента»:


153

2013


154 2013 •

подвижники веры


сводки с фронтов чередуются с отчаянным призывом «Все на борьбу с голодом!». Новая, революционная, ротация сословий России уже налицо: в опубликованном «Списке профессий по продовольственным категориям» официально объявлено, что «служащие всех религиозных культов: священники, певчие и т. д.» отнесены к низшей, 3-й категории8. Закончилась гражданская война, страна начала строить мирную жизнь, и настрой газеты за 1923 год (теперь это «Трудовая мысль») уже другой. Одна из центральных тем – «борьба с религиозными предрассудками», стремление «рассеять вековой религиозный туман». Вместе с рассеянием «тумана» атеистическая идеология новой власти рассеяла по ссылкам и лагерям сотни церковно- и священнослужителей. Наступило время, страшное для любого лица духовного звания и его семьи. Кое-кто из духовенства не выдерживает морального террора – снимает с себя крест и публично отказывается от служения… И сегодня, почти сто лет спустя, нераскрытой остается тайна смерти или гибели священника Михаила Виноградова. Последнее документальное упоминание о протоиерее Михаиле Виноградове нами обнаружено в метрической книге Воскресенского собора: его подписи подтверждали записи о рождении, браке, смерти прихожан храма по октябрь 1918 года, то есть до прекращения церковной регистрации этих событий и передачи ведения актов гражданского состояния государственным органам… Местные краеведы утверждают, что в списке духовенства Тутаевского уезда за 1919 год протоиерей Михаил Виноградов уже не значится. Однако внучка отца Михаила, Вероника Сергеевна Виноградова (1920-1974), в детстве вместе с родителями проживавшая в левобережной части города, утверждала: – Бабушку я хорошо помню – маленькая, старенькая, все в платочке ходила… А деда помню хуже. Он священником был. Черный, красивый, интересный такой… Они за Волгой жили. Мы иногда гостили у них… Местные городские легенды передают, что «приходили красноармейцы в храм, требовали ключи от собора, но батюшка вышел на крыльцо и твердо заявил: “Не дам ключей!” Его тут же и стрельнули…» Девяностолетний

тутаевский старожил Елизавета Николаевна Соловьева в 2009 году подтвердила автору этих строк озвученную версию: да, именно так рассказывали люди о гибели священника, но сама она тому свидетелем не была – слишком мала была. Считать городскую легенду исключительно вымыслом? Или народная память через десятилетия сохранила, донесла до нас подвиг отца Михаила хотя бы в таком виде? Автор этих строк склоняется к последнему. – В 1930-х годах, не доходя до ворот Воскресенского собора, стояла колонка водяная, – вспоминает внук протоиерея С.С. Виноградов. – Недалеко от нее виднелся холмик – могилка с крестом. Без надписи, безымянная. И кто-то нам, мальчишкам, году в тридцать девятом, наверное, шепнул: под этим холмиком ваш дед и похоронен. Пока мы в Тутаеве жили, бабушку навещали, и эта могилка сохранялась. А после окончания Великой Отечественной войны однажды приехали на родину, а там уже ничего нет, ни могилки, ни креста. Все сровняли с землей. Но ту могилку я помню. Многое с тех пор за минувшие годы изменилось. И кладбище в Тутаеве снесли бульдозером. Ничего теперь не найдешь... Вот почему внуки и правнуки священника Михаила Виноградова считают, что свой земной путь он окончил примерно в 1922 или 1923 году. Полное отсутствие в семейном архиве Виноградовых каких-либо документов и фотографий отца Михаила, на наш взгляд, косвенно подтверждает обстоятельства его гибели: дабы не подвергать опасности детей, Мария Евгеньевна могла уничтожить все, что могло бы при возможном обыске напомнить представителям репрессивных органов новой власти о «строптивом» протоиерее. *** У отца Михаила было трое сыновей и пять дочерей. Старший сын, Сергей, закончил Ярославскую семинарию. Время его учебы замечательно тем, что с 1911 по 1916 годы должность преподавателя священного писания (он же занимался семинарским хором) исполнял Василий Константинович Воскресенский – будущий епископ Романовский Вениамин, один из ярчайших духовных просветителей Ярославской епархии, не бросивший проповедничества и в суровые послереволюционные годы (в 2000 году В.К. Воскресенский был канонизирован как священномученик). В 1914 году Сергей Виноградов был мобилизован в действующую армию. После отравления, получен-

ного во время газовой атаки, долго лечился. Но потери русской армии оказались столь значительными, что медкомиссия посчитала его годным к несению военной службы. Солдата зачислили в лейб-гвардейский Преображенский полк, который дислоцировался в Петрограде. Чью сторону в октябре 1917-го занял сын священника, достоверно не известно. Сергей Михайлович никогда не рассказывал об этом позже ни жене, ни детям. Обронил лишь както, что был свидетелем так называемого штурма Зимнего дворца – вместе с сослуживцами по Преображенскому полку охранял винные подвалы от разграбления разношерстной толпой… Впоследствии С.М. Виноградов работал бухгалтером. Старшая дочь отца Михаила, Руфина, закончила Ионафановское епархиальное женское училище. До 1917 года Руфина Михайловна Виноградова работала учительницей Чебаковской церковно-приходской школы, в советское время – в начальной школе Тутаева. За многолетний самоотверженный труд ей было присвоено почетное звание «Заслуженный учитель», награждена орденом Ленина. Вторая дочь священника, Фива Михайловна Виноградова, закончила в Ярославле частную гимназию Антиповой. Переехала жить и работать в Москву: трудилась акушеркой в так называемой Кремлевской больнице; была награждена орденом Трудового Красного Знамени. Сыновья священника, Иван и Серафим, работали в лесном хозяйстве. Оба погибли в 1943 году. – Эшелон, в котором ехал на фронт Иван, немцы разбомбили во время авиационного налета, – вспоминает С.С. Виноградов. – А про другого моего дядю, Серафима, говорили, будто попал он в плен, и его сожгли в печах Бухенвальда… Младшие дочери, Маргарита и Мария, которых вдова священника поднимала уже одна, стали впоследствии медицинскими работниками, а дочь Екатерина – экономистом...• ЛИТЕРАТУРА И АРХИВНЫЕ ИСТОЧНИКИ 1 Государственный архив Ярославской области, ф. 230, оп.1, д. 4016. 2 Там же, ф. 230, оп. 2, д. 3691. 3 Там же. 4 Там же, ф. 230, оп. 2, д. 5355. 5 Там же. 6 Воскресенский собор г. РомановаБорисоглебска. – М., изд-во «Отчий дом», 1998. – С. 50. 7 Журнал «Ярославские епархиальные ведомости». 1916, № 23. 8 ГАЯО, ф. Г 698: «Известия Тутаевского исполнительного комитета солдатских, рабочих и крестьянских депутатов», 1919.

2013

Внук М.В. Виноградова Сергей Сергеевич (в центре), правнук Евгений, его жена Светлана и дети Христина и Дмитрий Виноградовы. Ярославль, 2010 г.

155


СОБОРНЫЕ ПЕСНОПЕВЦЫ

2013

духовное

Людмила ЗУММЕР

156

Православные храмы невозможно представить без творений зодчих и изографов. Однако богослужение может совершаться и вне прекрасных храмовых помещений, в простой и строгой обстановке. Но вот без пения служба церковная на Руси немыслима. Действительно, стройное хоровое пение – наивысшее выражение религиозных чувств. Пение, как неотъемлемая часть литургии, уже не только и не столько церковное искусство – это служение Господу.


Священник Михаил Сретенский. Начало XX в.

И

Диакон Воскресенского собора Михаил Сретенский. 1902 г.

По отзывам слушателей, особенно хорошо прозвучали произведения Д. Бортнянского: ирмосы «Помощник и покровитель», херувимская песнь № 7 и концерт «Блажени людие» – технически сложное песнопение, доступное лишь солидному хору, но хор любителей блестяще справился с трудностями исполнения. Концерт проходил в зале земской управы и, к удивлению устроителей его, почти треть небольшого зала оставалась пустой. А причиной холодного отношения к выступлению местного творческого коллектива послужило то, что накануне в Ярославле состоялись два концерта столичных хоров: известной капеллы Д. Агренева-Славянского и московской капеллы Д.А. Нешумова, которые посетили многие жители Романов-Борисоглебска.

До первых месяцев октябрьского переворота жизнь в этом маленьком провинциальном городе протекала спокойно и размеренно. Но особо памятные события происходили в духовной жизни города и окрестностей, связанные с приездом высокочтимого протоиерея о. Иоанна Сергиева (Кронштадтского) в Вауловский Успенский скит, находившийся в 15 километрах от Романов-Борисоглебска. В скиту большое внимание уделялось клиросному пению, монастырский же хор пополнялся за счет сестер, присланных из С.-Петербургского Иоанновского монастыря. Клиросное послушание исполняли около двадцати насельниц скита, две из них были регентами. В 1903 году по благословению отца Иоанна Кронштадтского в Вауловский скит был назначен молодой священник

Людмила ЗУММЕР родилась в Великом Устюге Вологодской области. Закончила музыкальное училище (отделение теории музыки) и регентскую школу при Московской духовной академии. В 1981-2009 гг. состояла регентом ярославских храмов и регентом архиерейского хора Феодоровского кафедрального собора города Ярославля. Преподавала церковное пение в воскресных школах, в Ярославском духовном училище, в Ярославской школе колокольного искусства. В настоящее время Людмила Александровна – преподаватель регентской школы при Ярославской духовной семинарии. Она является исследователем творчества ярославского священника-композитора В.Н. Зиновьева, автором-составителем нотных сборников его сочинений и нотной серии «Библиотека регента», имеет ряд публикаций в «Православной энциклопедии», журналах «Ярославль многоликий», «Регентское дело», «Ярославские епархиальные ведомости».

2013

здавна церковный хор занимал особое место в истории каждого русского собора, где осуществлялись самые торжественные богослужения. Его руководителем, сплачивавшим исполнителей в единый организм, являлся регент. Он должен был обладать хорошими знаниями богослужебного устава и пения, в его обязанности также входило обучение хоровому пению церковных певцов, обязательных участников богослужения. Каким было пение в соборе и храмах Романов-Борисоглебска мы можем судить по сохранившимся нотным рукописям, архивным документам, публикациям в местной печати и по немногочисленным свидетельствам современников. «Ярославские губернские ведомости» в 1887 году писали о состоявшемся в Романов-Борисоглебске благотворительном концерте в пользу 2-го городского училища. Концерт состоял из трех отделений. Выступал любительский хор, которым управлял священник села Богословское, что на Погосте, отец Феодор Миров. Он был знатоком пения и имел большой опыт управления хором – ранее был регентом семинарского хора.

157


духовное

Духовенство и сестры Мологского Афанасиевского женского монастыря. Начало XX в. В центре, справа – монахиня Надежда Козлова, певчая. Личное собрание Е.А. Шаровой.

Автограф М.Д. Коптелова.

славная Церковь начала испытывать жестокие гонения за веру. В 1933 году был арестован и отправлен в ссылку на три года в Северный Край и отец Михаил, но через полгода был освобожден. Указом архиепископа Ярославского и Ростовского Алексия (Сергеева) от 22 января 1945 года отец Михаил был назначен вторым священником Воскресенского собора города Тутаева, где и исполнял свой пастырский долг до конца жизни. Он был не только заботливым пастырем, душепопечителем, устроителем древнего

2013

Михаил Сретенский, сын протоиерея Романов-Борисоглебского Воскресенского собора Леонида Сретенского. Михаил Сретенский (22.10.1877– 23.07.1960) родился в селе Скобееве Пошехоно-Володарского уезда. После окончания Ярославского духовного училища (1894 г.) он был назначен псаломщиком к Благовещенской церкви в Скобееве. Имея свидетельство на звание учителя, он преподавал в земской сельской школе. Организованный и руководимый им хор крестьян радовал прихожан прекрасным пением. За устройство и правильную постановку церковного хора он был награжден архипастырским благословением с выдачей свидетельства от архиепископа Ионафана. Впоследствии, в годы долгого и нелегкого пастырского служения, он всегда проявлял интерес к пению на клиросе. Увлечение музыкой и церковным пением разделяла с ним и его супруга, Александра Алексеевна. По окончании Ярославского епархиального Ионафановского женского училища она состояла регентом ученического хора. В июне 1901 года преосвященным Сергием, епископом Угличским, Михаил Сретенский был рукоположен во диакона и определен к Воскресенскому собору города РомановБорисоглебска. Два года диакон Михаил был регентом соборного хора. А в 1903 году он, уже в сане священника, с семьей переезжает в Ваулово и становится духовником и наставником насельниц скита. С закрытием и упразднением Вауловского женского скита в 1919 году отец Михаил Сретенский вынужден был покинуть его и в дальнейшем служил на разных приходах Ярославской епархии. С первых же дней революции 1917 года Русская Право-

158

Нотный автограф М.Д. Коптелова.


В первой четверти ХХ столетия произошли события, которые нанесли чувствительный удар большинству церковных хоров. Мужчины призывались на военную службу, вследствие чего сокращался мужской соста в хора. В 1917 году в фабричном районе Романов-Борисоглебска группой интеллигенции и рабочих был создан культурно-просветительский кружок, при котором функционировали библиотека, читальня, создавался хор, оркестр и драматическая труппа.

Силами кружка устраивались лекции, беседы, спектакли и концерты. Однако спектакли и концерты посещались неохотно, отношение местного населения к ним было пассивное, а слушателей лекций больше интересовали вопросы политические и экономические. В связи с закрытием храмов многие регенты вынуждены были уйти из церкви и преподавать в музыкальной школе. Например, Архангельский Андрей Павлович, сорок лет управлявший церковными и светскими хорами, стал преподавать хоровое пение в Тутаевской музыкальной школе. Марков Семен Георгиевич, выпускник Московского синодального училища церковного пения, становится преподавателем теории музыки. В 1921 году в Тутаеве была организована секция

МУЗО, в планы которой входила и организация народного хора. Заведующим отделом народного образования было вынесено следующее постановление: «Всем, без исключения, музыкантам и музыкантшам, певцам и певицам, регентам, дирижерам и проч., как профессиональным, так и любителям, как в г. Тутаеве, так и в Тутаевском уезде, предлагается зарегистрироваться в отделе МУЗО. Уклоняющиеся от регистрации будут привлечены к строгой ответственности и мобилизованы как дезертиры музыкального труда, нежелающие работать в пользу народа в Советской России». Несмотря на такие сложные условия, пение на клиросе Воскресенского собора не умолкало. Многие певцы из закрытых храмов перешли в соборный

2013

храма, но и заботился о благолепном пении в Воскресенском соборе. В 1950 году Святейшим Патриархом Алексием отец Михаил был удостоен высокой награды – митры.

159


хор. Этот факт свидетельствует не только о любви жителей города к церковному пению, но и о самоотверженности регента хора, о его искреннем отношении к певческому делу.

2013

духовное

Нотный сборник из библиотеки Воскресенского собора.

160

В 2001 году при описи библиотеки Воскресенского собора было обнаружено множество нотных рукописей и певческих книг с надписями: «Музыка Михаила Дмитриевича Коптелова». Рукописи находились в сейфе Никольского придела верхнего соборного храма. Спустя год в Борисоглебском приделе, среди печатных и рукописных сборников и тетрадей, были обнаружены новые рукописи сочинений М.Д. Коптелова. Эта удивительная находка заинтересовала Анастасию Семенову, ученицу 10 класса тутаевской школы-лицея № 1, и вскоре ее исследовательская работа о творчестве неизвестного композитора и регента Воскресенского собора М.Д. Коптелова на областной краеведческой конференции «Отечество» (в 2002 году) заняла II место в номинации «Культурное наследие». Нам стало известно, что Михаил Коптелов начальное музыкальное образование получил в церковно-

приходской школе при Покрово-Паисиевском мужском монастыре в трех верстах от Углича (в 1935 году обитель была уничтожена при строительстве Угличской ГЭС), о чем свидетельствует надпись на «Обиходе нотного пения»: «Сей Обиход принадлежит ученику старшего класса Покрово-Паисиевской двухклассной церковно-приходской школы Михаилу Калинину-Коптелову. 1898 года января 12 дня». Церковное пение и чтение входили в число обязательных предметов для изучения в церковно-приходской школе. На уроках музыки школьники изучали обиходное пение и нотную грамоту. Музыкально-певческая подготовка в приходских школах была поставлена на довольно высокий уровень. В воскресные и праздничные дни школьный хор участвовал в пении и чтении в монастырском храме. Самых голосистых мальчиков приглашали петь в основной монастырский хор, которым руководил опытный регент. Надо отметить, что в духовном воспитании детей богослужение и церковное пение играло центральную роль. Многие мальчики-певчие, не имеющие специального образования, но имеющие большой опыт пения


Архиепископ Сергий (Ларин).

в церковных хорах, впоследствии организовывали в городских и сельских храмах хоры, управляя ими, обучали музыкальной грамоте и пению детей и взрослых. Некоторые из них становились регентами и композиторами. Закончив церковно-приходскую школу, получив практические знания и навыки местной певческой школы, Михаил Коптелов посвятил свою жизнь служению Богу – пению на клиросе. К сожалению, нет документаль-

ных свидетельств о том, в каком году Михаил приехал в Тутаев. Надписи в нотных сборниках указывают на то, что с 1906 по 1909 годы, а возможно и дольше, он служил псаломщиком-регентом в церкви Параскевы Пятницы в Большом Селе Ярославской губернии, затем, в 1913 году – в Рыбинске. Вполне возможно, что в конце 1920-х годов он уже был регентом-псаломщиком Воскресенского собора города Тутаева. В архивных документах за

Епископ Вениамин с духовенством, певчими и мирянами, сидит 2-й слева – протодиакон Александр Дьяконов, стоит 3-й справа – регент М.Д. Коптелов (?), 1926 г.

2013

Священномученик Вениамин, епископ Романовский.

1930 год, в списках людей, лишенных избирательных прав, отмечен и Михаил Дмитриевич Коптелов, с указанием рода деятельности: псаломщик-регент Воскресенского собора. Репертуар исполняемых песнопений во время богослужений был очень разнообразным и в то же время традиционным для большинства церковных хоров России первой половины ХХ века. Это произведения А. Ве­деля, С. Дегтярева, Д. Бортнянского, Г. Ломакина, П. Турчанинова, А. Архангельского и др. Стараниями регента приобретались нотные сборники и исполнялись сочинения новых авторов – П. Чеснокова, А. Кастальского, В. Самсоненко, Е. Рютова. Также в репертуаре хора были и сочинения ярославского композитора священника Василия Зиновьева. Обиходные гласовые напевы исполнялись по напеву ярославского архиерейского хора. Этот местный ярославский напев был обязательным для всех церковных хоров Ярославской епархии. В 1920-е годы, когда прекратилось издательство нотных сборников духовных песнопений, многие регенты пробовали свои силы в сочинении новых песнопений. Пробовал свои силы в композиции и регент Михаил Коптелов. В соборной библиотеке сохранилась довольно внушительная стопка рукописных нот с надписью: «Сочинение М.Д. Коптелова». Глядя на рукописи его сочинений, можно сказать, что напевы в их внешней обработке довольно просты. Скорее всего, он не имел специального музыкального образования и теорию музыки, гармонию изучал самостоя-

161 Посещение Воскресенского собора 12.07.1965 г. архиепископом Ярославским и Ростовским Сергием (Лариным). Слева направо: протоиереи Владимир Серебров и Димитрий Смирнов, архиепископ Сергий, протоиерей Борис Старк.


тельно, знакомился с образцами как старой, так и новой музыкальной литературы. М.Д. Коптелова можно отнести к разряду композиторов-дилетантов. В его сочинениях ярко прослеживается подражание композиторам-классикам петербургской школы конца XIX века. Это вполне естественно, так как Коптелов с юношеского возраста был воспитан на композициях учеников и последователей итальянской школы. В своих духовно-музыкальных сочинениях он не использовал определенную и точную мелодию одного из существующих древних распевов, а создавал собственную музыку на тексты богослужебных песнопений. Документальные свидетельства о Михаиле Дмитриевиче Коптелове заканчиваются 1938 годом. Дальнейшая судьба его неизвестна. Одна из старейших прихожанок Воскресенского собора утверждала, что он похоронен на городском кладбище.

2013

духовное

4 июня 1921 года состоялся съезд духовенства и мирян Тутаевского уезда, на котором епископом Романовским был избран бывший преподаватель Ярославской духовной семинарии Василий Константинович Воскресенский. Василий Воскресенский получил прекрасное богословское и музыкальное образование. Он родился в семье сельского священника отца Константина. В семье Воскресенских любили церковное пение, сочиняли музыку, все дети были музыкально одаренные. Василий, будущий епископ Вениамин, с детства пел на клиросе, а в годы учения в Ярославской духовной семинарии являлся регентом хора. После окончания Московской духовной академии Василий Воскресенский получает направление на должность преподавателя в Кутаисскую духовную семинарию, затем в Тифлисскую, где, состоя преподавателем, оканчивает Тифлисское Императорское музыкальное училище по классу теории музыки. В 1911 году он получает назначение в Ярославль на должность преподавателя Священного Писания в духовной семинарии, в ко162 торой прослужил до 1918 года. Все эти годы он занимался с семинарским хором, передавая воспитанникам любовь к церковному пению. Василий Константинович был большим ценителем и хранителем местных напевов и певческих традиций. «Не человек для субботы, а суббота для человека, не человек для пения, а пение для человека, – писал он. – … Местные напевы – это священное достояние местного церковного предания, священный мир, в котором пели и горячо молились многие люди». В нотной библиотеке Воскресенского собора бережно хранится ста-

рый нотный листок с песнопением «Припев на акафисте святым Борису и Глебу», на котором написано: «Муз. епископа Вениамина». К нему, опытному профессиональному музыканту, обращались за советом ярославские регенты и музыканты, представляли они также для рецензии свои духовные композиции. На нотной рукописи регента ярославской Власиевской церкви Леонида Цветкова «Милость мира» (соч. 1919 г.), на последней странице рукой епископа Вениамина написано: «Одобрено Василием Константиновичем Воскресенским (ныне епископом Романовским Вениамином)». В 1921 году Василий Константинович принял монашеский постриг с именем Вениамина и был рукоположен в сан епископа Романовского, викария Ярославской епархии. Вероятно, первое архиерейское служение владыки Вениамина состоялось в Крестовоздвиженском соборе, на левом берегу Волги. Но, как показывают документы, кафедральным стал Воскресенский собор, а церковный хор получил статус архиерейского. В 1922 году в газете «Творческие дни» была опубликована антирелигиозная статья, в которой некий корреспондент возмущенно писал, что епископ Вениамин, приехав в Тутаев, «очень энергично принялся насаждать в уезде православие и частенько разъезжает по глухим деревням и своими проповедями подогревает христиан. Эти выезды с большим сонмом дьяконов, певчих и т.д., безусловно, действуют на психологию наших темных крестьян, особен-

богослужения, возглавлял крестные ходы. Проявляя заботу о благолепии церковных служб, особое внимание он уделял церковному пению на клиросе. «Религиозная цель, – писал он, – самая главная в церковно-богослужебном пении. … Можно сказать, в значительной части клирос руководит всем молитвенным настроением церкви. Клирос поет, по всему храму разносится его стройное, полнозвучное пение. Священная мелодия глубоко падает на душу молящихся, запечатлевается неизгладимо в слухе внимающих. Народ стоит и тихо вторит несущимся мелодиям, или же мысленно, безмолвно следит за ними и как бы вкладывает их где-то в душе своей, собирая запас церковных песней. С годами накапливается этот запас, образуя, в конце концов, знающих по памяти все общеупотребительное церковное пение. С раннего детства слышались эти мелодии, из года в год повторялись они, врезались в слух, в память. Из совокупности распевавшихся мелодий, вместе с чтением, со всем церковным распорядком, с внешней обстановкой, созидается годами и глубоко запечатлевается в сознании, в душе соответственный религиозноцерковный уклад представлений, образов, чувств, настроений, где все – на своем месте, все – в стройном порядке, где давно проложены как бы хорошо проторенные тропинки, ведущие душу к небу, к Богу.» В 1922 году епископ Вениамин был арестован. Вернувшись из заключения в 1926 году, он по-прежнему исполнял

В 1922 году епископ Вениамин был арестован. Вернувшись из заключения в 1926 году, он по-прежнему исполнял архиерейское служение, проповедовал. В 1927 году он вновь был арестован и сослан в Казахстан. В ссылке владыка вел активную переписку с духовенством и духовными чадами. В неволе епископ Вениамин тосковал по службе в храме и пению. В одном из писем отцу Александру Соколову (село Переславцево Угличского района) он пишет: «Как празднуете ныне Рождество Христово, много ли было народу в Церкви, хорошо ли было пение? Славили ли по приходу? Ужели последнее должно прекратиться?»

но женщин, которые, под впечатлением торжественного моления, блестящей проповеди, пересыпанной красивыми словами, и поражающей внешности владыки Вениамина, делались покорны «яко овцы» и без рассуждения поддавались влиянию владыки. Шутка ли! В глухой приход приехал сам владыка, в былое время это случалось однажды в столетие!». Действительно, владыка Вениамин с первых же дней своего пастырского служения знакомился с жизнью приходских храмов, совершал в них

архиерейское служение, проповедовал. В 1927 году он вновь был арестован и сослан в Казахстан. В ссылке владыка вел активную переписку с духовенством и духовными чадами. В неволе епископ Вениамин тосковал по службе в храме и пению. В одном из писем отцу Александру Соколову (село Переславцево Угличского района) он пишет: «Как празднуете ныне Рождество Христово, много ли было народу в Церкви, хорошо ли было пение? Славили ли по приходу? Ужели последнее должно прекратиться?»


Протодиакон Петр Алексашин. 1940-е годы.

Епископ Вениамин скончался после тяжелой болезни в лагере 5 октября 1932 года. В 2000 году Русской православной церковью он причислен к сонму русских святых в лике священномучеников. В декабре 1942 года архиепископ Ярославский и Ростовский Иоанн (Соколов) назначил для служения в воскресенском соборе протодиакона Петра Павловича Алексашина. Тридцать лет прослужил отец Петр в соборе и оставил о себе добрую память в сердцах прихожан. Протодиакон Петр Алексашин родился в 1884 году в Московской области, в семье псаломщика. Певческие знания он получил еще в детстве, когда пел и читал на клиросе, помогая отцу. Специального музыкального образо-

вания у него не было. Закончив в 1902 году Московское городское училище, он становится псаломщиком и певчим в московской Троицкой церкви, что у Горбатого моста, при городском сиротском доме и одновременно заканчивает Московские пастырские курсы. В 1912 году епископ Рыбинский Сильвестр рукоположил его во диакона и определил к служению в Покровскую церковь села Новоселки Мологского уезда. В течение 10-ти лет отец Петр был законоучителем и учителем пения в церковно-приходских школах Мологского уезда. В 1924 году его назначили в Покровскую церковь города Рыбинска, где помимо диаконского служения он уделял много внимания местному церковному хору. В 1936 году он был удостоен высокой награды – саном протодиакона.

2013

Духовенство и миряне Воскресенского собора, 1950-е годы. Сидят слева направо: протодиакон Петр Алексашин, протоиерей Михаил Сретенский и протоиерей Иоанн Ястребцев.

163

Отец Павел Груздев.


Протодиакон Петр обладал красивым тембром голоса и особенной любовью к церковному пению. Имея за плечами солидный певческий опыт, он много сил и времени отдавал работе с соборным хором. Каждую неделю проводил спевки, тщательно разучивая каждую партию с хором, аккомпанируя пению на скрипке.

2013

духовное

Долгие годы пела на клиросе Воскресенского собора Елизавета Николаевна Соловьева. Несмотря на свои годы (а ей 96 лет!), она является активной прихожанкой собора и, что очень важно, сохранила память о священнослужителях и певчих собора. По окончании Великой Отечественной войны основной состав хора, по воспоминаниям Е.Н. Соловьевой, состоял приблизительно из 15 человек. В памяти Елизаветы Николаевны сохранились имена некоторых из них: Курочкина Александра, Розанова Екатерина, Коносова Агафья Антоновна (альт), Кокушкина Александра, Смирнова Лидия, Зайцева Нина Георгиевна, Аксенова Мария Петровна, Моржухина Антонина, Тит Яковлевич (бас, он на клиросе пел и печки в соборе топил), Николай Александрович (бас, по профессии – врач). Очень сильный голос был у Календрина Павла Федоровича, но в соборе он пел недолго: когда заболел регент хора протодиакон Петр Алексашин, принял руководство хором на себя. С детства в храме пела Покровская Ирина. Очень красивый голос был, говорит Е.Н. Соловьева, – у певчей Соловьевой (?) Юлии Николаевны, дочери священника. Однако здесь возникает сомнение. Дело в том, что в начале 1950-х годов в Воскресенском соборе вторым священником служил Николай Алексеевич Соколов, и вероятнее всего Юлия Николаевна – его дочь. Видимо, Елизавета Николаевна Соловьева перепутала созвучные фамилии. С 1945 по 1948 годы настоятелем собора был протоиерей Михаил Николаевич Вертоградский. Его супруга, Валентина Павловна (урожденная 164 Цветаева), дочь протоиерея единоверческого храма на Волковском кладбище Петрограда, была большой любительницей пения романсов. Она приглашала певчих к себе домой и исполняла для них романсы под сопровождение фисгармонии. Пела она и на клиросе, но голос у нее был «такой трескучий!» и выделялся из хора. Однако ж певчим и регенту приходилось терпеть, замечаний ей сделать регент не мог – супруга настоятеля! Сама Е.Н. Соловьева имела красивый низкий женский голос – альт, и, по ее словам, «сколько хватало сил,

Регент В.А. Миронов. Конец 1970-х гг.

Настоятель Покровского храма города Тутаева протоиерей Димитрий Сахаров.

пела на клиросе». Елизавета Николаевна вспоминает, что службы в соборе были очень торжественные, батюшки все были с хорошими голосами, и пение на клиросе было очень красивое. Особенно ей помнится пение в Великий Пост «Да исправится молитва моя»: «Господи, как хорошо мы эту молитву пели! Какое время было!» А это было время, когда верующие люди подвергались сильному моральному давлению. Запрещалось ходить в церковь, а верующих людей публично высмеивали. Несмотря на это, хор в соборе был приличный, а на праздники усиливался певчими-любителями. Регент хора, отец Петр Алексашин, всегда умел тактично подшутить на певчими. Так, женскую половину хора он шутливо называл «растрепами»: «Сегодня, растрепы, хорошо пели!». Отец Петр отличался скромным и миролюбивым характером. Архиепископ Ярославский и Ростовский Димитрий (Градусов) уважал и ценил тутаевского протодиакона-регента. Об этом свидетельствует следующая запись владыки: «Тутаевский протодиакон Алексашин является полезно-незаменимой силой величавого Воскресенского собора, при коем несет бессменно и диаконские, и псаломщические, и регентские обязанности. Любимец тутаевцев. Нравственности (хотя и вдовец) – прекрасной, в службе – истов и усерден.» В сердцах соборных прихожан сохранилась память еще об одном ру-

ководителе церковного хора. В начале 1970-х годов в Тутаев приехал новый регент – Василий Александрович Миронов. Он был родным братом монахини-затворницы Антонины, служившей при Воскресенском соборе. Василий Александрович в юности получил высшее образование, был очень музыкален, обладал красивым голосом и прекрасно играл на фисгармонии и скрипке. Почти вся его жизнь прошла в Ленинграде, и лишь по семейным обстоятельствам он покинул родной город. Тутаевцы помнят его красивым, статным и импозантным мужчиной с тростью в руке. Он был одинок и жил в соборной сторожке. Скончался В.А. Миронов 13 января 1980 года, похоронили его на Леонтьевском кладбище Тутаева. Частым гостем на клиросе был и любимый всеми батюшка – архимандрит Павел (Груздев). Еще в 30-е годы он пел и читал на клиросе Воскресенского собора. Большим любителем церковного пения он был, собрал богатую нотную библиотеку, в которой были ноты и с автографами композиторов, в частности ярославского священника Василия Зиновьева, регента ярославского архиерейского хора Михаила Воскресенского (брат священномученика Вениамина Романовского), даниловского протодиакона Леонида Цветкова. Епископ Рыбинский и Угличский Вениамин (Лихоманов) в своих воспоминаниях об отце Павле пишет: «Батюшку трогало все, что касалось храмового богослужения. Бывает, споют у нас на клиросе ка-


кое-то песнопение новым распевом. Так батюшка после службы, у себя в сторожке, обязательно попросит, чтобы его спели еще раз, и сам начинает подпевать». Е.Н. Соловьева, знакомая уже нам певчая, рассказывала: «Придет отец Павел на клирос перед службой, каждому певчему чтонибудь скажет, пошутит, напутствие даст. Начнет петь с нами, а потом, уходя в алтарь, как бы между прочим

Сама Е.Н. Соловьева имела красивый низкий женский голос – альт, и, по ее словам, «сколько хватало сил, пела на клиросе». Елизавета Николаевна вспоминает, что службы в соборе были очень торжественные, батюшки все были с хорошими голосами, и пение на клиросе было очень красивое. Особенно ей помнится пение в Великий Пост «Да исправится молитва моя»: «Господи, как хорошо мы эту молитву пели! Какое время было!»

скажет: «Пойте-пойте – все для Бога!» Ходила я к нему и домой, в сторожку. Наберу ягодок, пирожков напеку. Он обоймет меня. Давай, говорит, «Ветку» петь! Любил он песни петь, а эту особенно… Господи, в какой благодати я жила рядом с храмом!» Непременным участником самых торжественных богослужений в соборе был церковный хор Покровского храма в левобережной части Тутаева. С 1901 по 1914 годы псаломщиком и регентом церковного хора в этом храме был Геннадий Сергеевич Саха-

дил служение в должности регента и псаломщика в селе Станилове Мологского уезда, в селе Караш и в Благовещенском храме Ярославля. С 1906 по 1910 годы был преподавателем пения в Ярославском кадетском корпусе и регентом хора в домовой Петропавловской церкви при корпусе. Архиепископом Тихоном (Белавиным) Дмитрий Сахаров был рукоположен во священника и определен в Мологский Афанасиевский женский монастырь, где и прослужил 20 лет.

В 1932 году митрополит Павел (Борисовский) определил место служения отца Димитрия – Покровский храм города Тутаева. В храме к этому времени уже существовал хорошо организованный и поставленный церковный хор с обширным репертуаром. По окончании войны регентом хора был Федор Захарович Петров, но всю репетиционную работу с певчими проводил отец Димитрий как опытный профессиональный регент. Помимо музыкальных увлечений его интересовали и история древнего Покровского храма, живопись и иконография. Скончался протоиерей Димитрий Николаевич Сахаров в ноябре 1955 года. В 1950-х годах в Покровском храме в праздничные и воскресные дни пели два хора. «Правый» хор состоял из 15 человек, управлял им регент Павел Федорович Календрин. Пение хора было хорошим, вполне приличным для городского храма. Как главному хору ему ежемесячно выплачивалось 600 рублей. Второй хор – любительский, так называемый «левый» – пел службы и в будничные дни. Руководили пением две бывшие инокини Мологского Афанасиевского монастыря, приехавшие по благословению отца Павла Груздева в 1954 году в Тутаев, Надежда Всеволодовна Козлова (1896-1976) и Марфа Давидовна Зайцева. В пении обоих хоров участвовал и второй служащий молодой священник Владимир Конев, большой любитель и знаток церковного пения, обладавший прекрасным слухом и красивым голосом. Клирос всегда пел сосредоточенно и молитвенно. Примечательно, что в храмах небольшого уездного городка служили у престола Божия и несли послушание на клиросе замечательные музыкально одаренные священнослужители. Хороший ансамбль звучания голосов священника, диакона и хора доставлял исключительное удовольствие для молящихся за богослужением. Это способствовало и эстетическому воспитанию населения. Священнослужители, бывшие выпускники семинарий и духовных училищ, воспитанные в местных церковно-хоровых традициях, изучившие полный курс пения и музыки, являлись главным двигателем духовно-музыкальной культуры в православных храмах Романов-Борисоглебска. *** (В статье использованы материалы Государственного архива Ярославской области, архива и библиотеки Воскресенского собора города Тутаева, документы и фотоматериалы из личного архива автора).•

2013

Е.Н. Соловьева, старейшая певчая Воскресенского собора. 1950-е годы.

ров (1883-1931), сын диакона. После окончания Ростовского духовного училища и Ярославской церковнопевческой школы при братстве свт. Димитрия Ростовского, в течение трех лет исполнял обязанности псаломщика и певчего при Ярославском Архиерейском доме. Безграничную любовь к церковному пению он сохранил до конца своих дней. Все дети Г.С. Сахарова, а их было семеро, прекрасно пели и знали нотную грамоту. Увлеченность музыкой была настолько сильна, что Геннадий Сергеевич много сочинял и делал переложения духовных песнопений. Его сын Виталий (впоследствии священник Вознесенской церкви города Данилова) унаследовал музыкальные дарования отца – все свободное время посвящал музыцированию и сочинению музыки. Певческий коллектив Покровского храма в дальнейшем совершенствовался усердными трудами настоятеля храма протоиерея Димитрия Николаевича Сахарова (однофамилец Г.С. Сахарова), профессионального музыканта и богослова, прослужившего в Покровском храме в должности настоятеля 20 лет. Дмитрий Сахаров родился 14 сентября 1876 года в семье священника села Караш Петровского уезда Ярославской губернии. В 1900 году окончил Ярославскую духовную семинарию, а в 1903 году получил профессиональное музыкальное образование в Санкт-Петербургской придворной певческой капелле со званием регента II разряда. Прохо-

165


личности •

2013

166

Забытый полководец из романова Сергей ОВСЯННИКОВ


С Романовской землей связано множество имен военачальников. И просто бравых генералов, и полководцев мирового масштаба, таких как знаменитый адмирал (он, конечно, флотоводец) Федор Ушаков. Правда, та часть Романовского уезда, где находилась малая родина великого человека – сельцо Бурнаково, ныне относится к Рыбинскому району, однако славы адмирала хватает на куда большую территорию. Своими ушами слышал, как предприимчивый экскурсовод в Мышкине взахлеб рассказывал про «мышкинского адмирала Ушакова»… рыбинским туристам, явно спутав их с москвичами. Под стать Ушакову и герой Великой Отечественной – освободитель Крыма, Болгарии, Югославии, Австрии маршал Федор Иванович Толбухин, уроженец деревни Андроники, что между Тутаевом и Ярославлем.1 Многие уроженцы Романовского уезда принимали участие в войне с наполеоновской Францией. Среди них родственники адмирала Павел Николаевич Ушаков – первый и сложивший голову совсем незадолго до окончательной победы Сергей Николаевич Ушаков – второй (оба были тогда генерал-майорами). Это же звание носил и возглавлявший Ярославское ополчение 1812 года Яков Иванович Дедюлин, владевший усадьбой Маковесово. Правда, если честно, то никого из этих заслуженных и храбрых генералов полководцами назвать нельзя. Все они командовали силами, не достигавшими по численности и дивизии (это я про Ярославское ополчение, остальные подразделения были еще меньше) и самостоятельно стратегических задач не решавшими. Есть только одно исключение – к сожалению, незаслуженно полузабытый генерал Иван Васильевич Сабанеев.

абанеевых в романовской земле – почти как Ушаковых. Происходил этот род от татарского мурзы Сабан Алея, принявшего русское подданство еще в XV веке. Через сто лет Иван Грозный отдал, как тогда выражались, «в кормление» татарским мурзам волжский городок Романов к явному неудовольствию его православного населения. Но – все проходит… В 1645 году романовский служилый татарин Кутлу-Мамет Ишкеев Сабанеев крестится в православие, становясь Федором Ишкеевичем. И в 1772 году наш герой является на свет абсолютно русским дворянином. Лишь остатки старой мечети в родовой усадьбе Аннинское (ныне слившейся с деревней Выползово близ Тутаева – бывшего Романова) напоминали о происхождении рода вплоть до середины ХХ века. Для большинства людей фамилия Сабанеев вызывает одну устойчивую ассоциацию – с книгой «Жизнь и ловля пресноводных рыб». Известность замечательного исследователя природы Леонида Павловича Сабанеева (1844-1898), чью славу поддерживает Технологический центр SABANEEV, выпускающий «на самых современных заводах Южной Кореи и Китая из лучшего в мире японского углеволокна» удилища SABANEEV, несомненно, заслуженна. Однако она, увы, явно затмевает всех остальных Сабанеевых, среди которых, помимо нашего героя, были

и другие интересные фигуры. Так, его сын, Леонид Леонидович (1881-1968), большую часть жизни проведший в эмиграции, «выделялся удивительно естественной совместимостью противоположностей: профессор Московского университета, автор научных работ по математике и естествознанию и музыкант в «трех лицах» — критик, композитор, пианист»2. Двоюродный брат Леонида Павловича Евгений Александрович Сабанеев (1847-1913) был архитектором и педагогом, директором Рисовальной школы Общества поощрения художеств в Петеребурге. При этом он, не забывая родной город Романово-Борисоглебск, построил в нём здания земской управы и Александровской больницы и курировал реставрацию фресок Воскресенского собора. Ну и нельзя, наконец, не сказать, что в этом городе проживал родной брат Л.П. Сабанеева – уездный агроном Аркадий Павлович Сабанеев, а еще один брат, Владимир Павлович Сабанеев, будучи землевладельцем, состоял гласным (избирался неоднократно) Романово-Борисоглебского земского собрания. Но мы вернемся в XVIII век к Ивану Сабанееву. Как тогда водилось, мальчик был с детства записан в гвардейский полк, накапливая стаж, необходимый для получения первых воинских званий. Правда, то ли родители не Сергей ОВСЯННИКОВ родился в городе Рыбинске в 1963 году, там же закончил школу. Высшее образование получил в Ленинградском институте живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина, а в 2006 году защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата искусствоведения. С. Овсянников работает в Рыбинском музее-запведнике заместителем директора этого учреждения, он автор альбома «Русская живопись в собрании Рыбинского музея» и путеводителя «Рыбинск», соавтор книг «Господа Лихачевы», «Страницы истории Рыбинского музея», «Рыбинск: градостроительство и архитектура».

2013

С

167


а в Швейцарии – подполковником. Особенно ответственная и сопряженная с постоянной опасностью участь выпала ему в Швейцарском походе, где способного егерского офицера назначили начальником передовых постов корпуса Розенберга. И Сабанеев блестяще справляется с самыми сложными поручениями, его егеря успешно действуют против наседающего со всех сторон врага. После тяжелого боя в Мутенской долине Суворов отправил в Петербург ходатайство о присвоении Пленный майор бывал на учениях и занятиях, изучал неприятельские уставы, а многое уже понял в ходе сражений. Александр I одобрил «наблюдение русским офицером тайн военного искусства» самой передовой армии мира. Подмеченные Сабанеевым прогрессивные тактические приемы французов перекочевали в руководства и наставления русской армии. «храброму майору Сабанееву» сразу и очередного звания, и ордена Анны 2-й степени «с алмазами». Вот только самого Сабанеева, тяжело раненого в этом бою, пришлось оставить «на милость неприятеля». К счастью, в тот галантный век солдатам не были чужды рыцарские чувства. Нашего героя вместе с другими русскими пленными французы увозят в свою страну, лечат его там, а после заключения мира – возвращают в Россию.

2013

личности

давали своему чаду даром терять время, то ли само оно было таким любознательным, но к началу фактической службы в армии Иван успел пройти курс… Московского университета. Не зря позднее молодому офицеру сопутствовала характеристика: «умница и образованный Сабанеев». Наверняка он смог бы отличиться и на гражданской службе, указ о вольности дворянства появился еще до его рождения. Однако он выбрал военную карьеру. Впрочем, какую карьеру – судьбу! Первое, что он сделал, оказавшись в полку, так это подал рапорт о переводе из гвардии в армию – 19-летний капитан просто рвался на поле боя. И вот он уже марширует со своей ротой на юг, туда, где идет война с Турцией. По пути с ним, кажется, происходит одно необычное происшествие, но мы вспомним о нём позднее. А пока Сабанеев прибывает в действующую армию, и как раз вовремя – он успевает принять участие в последней битве русско-турецкой войны 1787-1791 годов – в сражении при Мачине! Сабанеев дрался в составе корпуса генерала М.И. Кутузова, наносившего главный удар по туркам, и дрался успешно, получив Высочайшую благодарность. Проходит несколько лет, не отмеченных для нашего героя знаковыми событиями (бегать за польскими повстанцами и кавказскими горцами явно не его призвание). Зато знаменитый поход Суворова против войск наполеоновской Франции в 1799 году сразу выявляет не просто храбрость, но и незаурядные способности Сабанеева, ставшего в Италии майором,

168

Сражение при Мачине. (Русскотурецкая война 1787-91 гг.)


Он приехал на Родину не с пустыми руками, а… с «проектом стрелкового учения», который сумел довести до самого царя. «Ловкий, умный и пламенный в ощущениях», Сабанеев в плену быстро сошелся с французскими офицерами, тем более что Россия на тот момент считалась уже потенциальным союзником Франции. Пленный майор бывал на учениях и занятиях, изучал неприятельские уставы, а многое уже понял в ходе сражений. Александр I одобрил «наблюдение русским офицером тайн военного искусства» самой передовой армии мира. Подмеченные Сабанеевым прогрессивные тактические приемы французов (рассыпной строй стрелков, прикрывающий мощные колонны), перекочевали в руководства и наставления русской армии. А Сабанеева отправили служить на Кавказ. Заработав там орден Владимира 4-й степени с бантом и тяжелую лихорадку, он в начале 1805 года вышел в отставку «из-за ран и по болезни».

Отставка была недолгой. Может быть, как раз тогда полковник Сабанеев последний раз побывал в родном Романове и Аннинском? Но начало 1807 он встретил уже на фронте в Восточной Пруссии, где русская армия снова противостояла французам, пытаясь спасти разгромленное Наполеоном Прусское королевство. Нового командира 3-го егерского полка радостно приветствовал его начальник и товарищ по суворовским походам П.И. Багратион. После нескольких ...Наполеон всеми силами навалился на левый фланг русских (командовал им Багратион), стремясь сбросить его в реку Алле.

боев отдаст должное Сабанееву и шеф полка3 – М.Б. Барклай-де-Толли. Увы, прошло несколько месяцев, и русская армия потерпела тяжелое поражение под Фридландом, решившее исход войны. В этом сражении Наполеон всеми силами навалился на левый фланг русских (командовал им Багратион), стремясь сбросить его в реку Алле. Отступление могло превратиться в катастрофу, и тогда полковник Сабанеев сам повел свой 3-й егерский в контратаку. Егеря понесли тяжелые потери, но сдержали наседавшего врага. И – редчайший случай! – Сабанеев (получивший, кстати, рану штыком в лицо) удостоился за проигранное сражение золотого оружия, а его полк – серебряных труб. После заключения Тильзитского мира с Францией Сабанеева вместе с его егерским полком тут же перебрасывают на шведское направление. Здесь он получает еще одну рану, орден св. Георгия 3-й степени, эполеты генерал-майора и славу умелого коман-

2013

Ю. Фалат. Мост через Березину. 1890 г.

169


2013

личности

дира, готового решать самые сложные боевые задачи. Его начальник граф Н.М. Каменский – второй не переставал удивляться способностям Сабанеева. И когда в 1810 году графа назначили главнокомандующим армией, воевавшей в Турции, тот просто потребовал у военного руководства, чтобы Сабанеева отправили с ним . Стоит отметить, что у нашего земляка всегда прекрасно складывались отношения с командирами. Оно и понятно, любому приятно иметь дело с человеком скромным, честным и дружелюбным. При этом его боевые качества были продолжением его качеств человеческих, помноженных на несомненный талант полководца. Сабанеев не просто успешно руководил полком, но всегда был готов взять на себя инициативу, помочь попавшим в сложное положение соседям. При необходимости он возглавлял куда более значительные соединения, чем полк. Так это было в битве при Батине, где именно Сабанеев в решающий момент взял на себя командование ударной группировкой, хотя рядом с ним было несколько генералов более высокого ранга. Здесь он удостаивается ордена Анны 1-й степени и алмазных знаков к нему, ордена Владимира 2-й степени, золотого оружия с алмазами. Сабанеев даже руководит всей армией, пока на смену смертельно заболевшему Каменскому не приезжает М.И. Кутузов. Наш герой – уже начальник штаба армии – находит общий язык и с Кутузовым, и с турками, которых в мае 1812 удается заставить подписать мир (Сабанеев активно участвует в переговорах), и со сменившим Кутузова требовательным и энергичным адмиралом П.В. Чичаговым. Утверждают, что Александр I даже собирался назначить нашего героя, теперь уже генерал-лейтенанта, ни больше ни меньше чем военным министром(!), но кто-то из придворных нашептал царю, что Сабанеев якобы злоупотребляет спиртными напитками. Близкий к Александру генерал А.П. Ермолов, хорошо знавший Сабанеева, опроверг клевету, но, как гово170 рится, осадок остался, а тут наступила Отечественная война 1812 года. Как мы знаем из истории, летом 1812 года Наполеон двигался вглубь России, а 1-я и 2-я русские армии отступали перед значительно превосходящими силами противника. Третья же армия генерала Тормасова, действовавшая на Украине, выиграла несколько боев и… добилась того, что Наполеон направил против нее дополнительный корпус австрийского генерала К. Шварценберга. После этого положение 3-й армии стало угрожающим, она начала медленно отходить к югу.

В 1815 году Барклай трогательно прощается с Сабанеевым: «...выражаю искреннюю благодарность за отличное усердие и деятельность в должности начальника главного штаба, когда он был мне важнейшим помощником в затруднительных и славных кампаниях 1813 и 1814 годов», и тот возвращается в Россию. В Россию, но не в город Романов на реке Волге.

Тревожную ситуацию разрядила армия Чичагова, быстро подошедшая на помощь. Адмирал возглавил объединенную 3-ю армию, а Сабанеев стал руководить ее штабом, одновременно командуя и одним из корпусов. Чичагов с Сабанеевым вскоре вытеснили войска Шварценберга на территорию Польши (тем самым они спасли Украину от оккупации). Повернув на восток, 3-я армия 16 ноября освободила Минск и вскоре вышла к реке Березине встречать отступавшего от Москвы Наполеона. Причин относительной неудачи русских войск на Березине, разгромивших французов, но не сумевших пленить императора Франции, как мечталось Александру I, несколько. Главная из них – несогласованность действий наших полководцев, включая и самого Кутузова. Старый фельдмаршал то ли просто считал это сражение ненужным, то ли коварно «подставлял» царского любимца Чичагова, фактически оставив его наедине с французами. В довершение всего Чичагов не угадал место переправы главных сил Наполеона. Не угадал и не поверил интуиции Сабанеева, «прочитавшего мысли» французского императора. В результате Наполеон с остатками армии прорвался на запад. Чичагова не вполне заслуженно сделали козлом отпущения, а вот авторитет Сабанеева лишь укрепился. «Ген. Сабанеев один из отличнейших генералов, – писал лорд Тэрконнель, английский эмиссар при армии Чичагова. – Если бы последовали его советам, то Наполеон не ушел бы».

После того, как обиженный Чичагов сдал командование 3-й армией Барклаю де Толли, Сабанеев сохранил свой пост. Более того, когда Барклай в 1813-ом снова стал главнокомандующим, наш герой успешно возглавлял штаб уже всей армии, воевавшей с Наполеоном. Правда, после отпадения Австрии от союза с Наполеоном общее руководство союзной армией по политическим соображениям было передано (о ирония судьбы!) уже известному нам Карлу Шварценбергу. Барклаю же с Сабанеевым оставили командование лишь ее русско-прусской частью. Впрочем, жарких дел хватило на всех. Сабанеев принимал участие практически во всех крупных сражениях 1813-1814 годов, не раз лично руководя боем. Он получает орден Александра Невского и алмазные знаки на него, Владимира 1-й степени, 30 тысяч рублей за взятие Парижа… Через несколько лет его портрет появится в знаменитой галерее 1812 года в Зимнем дворце. В 1815 году Барклай трогательно прощается с Сабанеевым: «...выражаю искреннюю благодарность за отличное усердие и деятельность в должности начальника главного штаба, когда он был мне важнейшим помощником в затруднительных и славных кампаниях 1813 и 1814 годов», и тот возвращается в Россию. В Россию, но не в город Романов на реке Волге. Наш земляк теперь живет в Одессе, оказывая большое внимание местой публичной библиотеке, куда он делает регулярные вклады. Однако его главная задача прежняя – руководство крупными войсковыми соединениями (от корпуса до армии) на юге страны. Он это делает умело и с душой, открывая полковые школы, «воюя» (говорят, вплоть до выдранных кое у кого бород) с поставщиками припасов в армию. Сохранились любопытные наставления – «катехизис» для солдат, составленный Сабанеевым совершенно в суворовском духе. Вот лишь три его пункта: – Быть вежливу к деревенскому мужику делает честь ему самому и его родителям. – Быть бодрым прилично всякому: мы и в бабе похваляем бодрость, а солдату бодрость должна быть природна. – Кто грабит во время сражения, тот подлец и каналья. Хотя Сабанеева несколько раз обходят чином (ему очень не по душе аракчеевская муштра, воцаряющаяся в армии), он в 1823 году получает звание генерала от инфантерии, но еще раньше женится. Обстоятельства женитьбы генерала Сабанеева отличались большой ориги-


2013

171

Иван Васильевич Сабанеев. Художник Дж. Доу.


личности 2013

нальностью. Его Пульхерия Яковлевна была прежде женой некоего доктора Шиповского, у которого генерал забрал ее вместе с детьми. Кажется, что у просвещенного умницы Сабанеева внезапно проснулись гены баринакрепостника, если не вообще средневековых татарских мурз. Впрочем, все современники отмечали неподдельную и взаимную любовь генерала к своей 172 супруге, атмосферу счастья, царившую в их доме. В начале 1824 года на ужине у Сабанеева побывал высланный на юг за дерзкие стихи молодой чиновник А.С. Пушкин. Он «был весел, разговорчив, даже до болтовни, и очень понравился Пульхерии Яковлевне». Похоже, разговорился и Сабанеев, среди всего прочего якобы поведавший поэту совсем невероятную историю из собственной биографии. Будто бы много лет назад юный капитан Сабанеев, следуя с солдатами к театру военных действий с Турцией (возвращаемся к обещанному выше рассказу!), увидел в молдавском

селе свадебную процессию с красавицей невестой, ожидавшей своего жениха у церкви. Недолго думая, наш бравый офицер окружил площадь солдатами и сам занял пустовавшее рядом с невестой место, тем более… что щедро одаренные им новоявленные его родственники и священник особо не сопротивлялись… И каково же было потом, спустя годы, его изумление, когда он обнаружил в докторше, ставшей его женой, свою тогдашнюю невесту! Не правда ли, хотя жаркий юг мало напоминает заснеженные среднерусские просторы, сюжет пушкинской «Метели» узнается сразу же? Увы, Пушкин, очарованный свободомыслящим генералом, начал рассказывать о его либерализме всем знакомым, чем не на шутку разозлил и, кажется, даже перепугал храброго в бою Сабанеева: «Пушкин, щенок всем известный, во всем городе прославляет меня карбонарием и причиной всех неустройств». Был и еще подобный неприятный случай, когда в 1822 году

НовоСабанеевские ванны (ныне Пушкинские).

либеральному генералу пришлось отдавать приказ об аресте заговорщиков – будущих декабристов. Эту драматическую историю прекрасно описал в своей книге «Первый декабрист» Натан Эйдельман, вообще уделивший много внимания фигуре Сабанеева… Увы, здоровье генерала, подорванное ранами, болезнями и годами походной жизни, все явственней напоминало о себе. Возможно, своим прозвищем «Лимон» он был обязан не столько характеру, с возрастом становившемуся


В. Суриков. Иллюстрация к повести А.С. Пушкина «Метель». 1898 г.

раздражительным, сколько болезни печени, вызвавшей характерный желтый цвет лица. В 1825 году Сабанеев одним из первых испытывает на себе полезное действие горячих источников в Пятигорске, впоследствии названных Сабанеевскими ваннами (знал бы он, что в ХХ веке их переименуют в Пушкинские!). В 1827 году он вынужден окончательно уйти в отставку и через некоторое время уезжает лечиться за границу, откуда ему уже не суждено было вернуться живым. Тело Сабанеева, умершего в 1829 году в Дрездене, перевезут в Одессу и похоронят на Старом кладбище. Увы, могила с мраморным памятником в виде гроба не переживет перипетий ХХ века. Зато в Одессе его имя сохранили Сабанеевский мост и одноименная улица. Однако это – в Одессе. А вот в наших краях про замечательного земляка почти не вспоминают. Правда, в Ярославле есть расположенные рядом аж две Сабанеевских улицы (Малая и просто Сабанеевская) и целых шесть Сабанеевских

проездов, однако, похоже, они обязаны своим названием всему потомству мурзы Сабан Алея в целом. Не очень помнят об Иване Васильевиче и тутаевцы: ну – генерал и генерал… А ведь Иван Сабанеев – полководец общероссийского уровня, крупная фигура, вполне достойная и «индивидуальной» улицы, и собственного памятника. Впору задуматься об увековечении. В 2022 году ему исполнится 250 – время подготовиться пока еще есть!• Примечания 1 В составе толбухинских войск самоотверженно воевал, командуя дивизией, и генерал-майор Фёдор Иванович Зиновьев, родившийся в деревне Бабкино, что стояла когдато между Романовом и Рыбинском. 2 Из предисловия Т.Ю. Масловской к книге Л.Л. Сабанеева «Воспоминания о России». (М., «Классика-XXI», 2004). 3 В то время главной должностью в полку считался шеф. Командир полка был его первым заместителем.

2013

В. Галущенко. Пушкин в Одессе. Графика, 2001 г.

173


Кустодиевская «Провинция» писана с Романова Надежда МАНЕРОВА

Имя известного русского художника Бориса Михайловича Кустодиева знакомо многим. Своей яркой, сочной палитрой он воспел Русь: ее шумные, пестрые базары, спокойные провинциальные городки, чарующую красоту россиянок. Работы Кустодиева находятся в Русском музее и Третьяковской галерее, в Астраханском, Костромском, Ярославском и других художественных музеях страны, в частных коллекциях. Но мало кто знает, что творчество Бориса Михайловича тесно связано с нашим городом. Здесь написаны его знаменитые «Провинция», «Гуляние» и большинство работ, на которых запечатлены живописные уголки нашего города, навеяные воспоминаниями художника о Романов-Борисоглебске.

2013

личности

Н

174

и один из исследователей творчества Б.М. Кустодиева, даже такой известный как М.Г. Эткинд, не связывал создание Борисом Михайловичем своих картин с нашим городом. Впервые на это обратил внимание наш краевед Леонид Дмитриевич Беляков, когда к нему в руки случайно попали открытки с репродукциями Кустодиева «Гулянье на Волге», «Гулянье». А доказать тесную связь творчества художника с нашим городом взялся Эдвард Яковлевич Выржиковский – художник, выпускник Санкт-Петербургского института имени И.Е. Репина, который более тридцати лет жил и работал в нашем городе. Эдвард Яковлевич провел серьезную работу в архивах, фондах музеев, встречался с исследователями творчества Кустодиева, членами его семьи, долго искал, сопоставлял, сравнивал. На помощь пришли старые открытки и фотографии города. Они-то и позволили Выржиковскому сделать очень интересное открытие о несомненном влиянии нашего города на все творчество Кустодиева. Романов-Борисоглебск оказался для него тем же, чем и Плес для И. Левитана. Результаты поиска Э.Я. Выржиковского и Л.Д. Белякова, заставившие по-новому взглянуть на Кустодиева, впервые были опубликованы в журнале «Художник» в 1978 году. Возникает вопрос: почему и когда мог попасть художник в наш город? По совету своего первого учителя рисования Власова Кустодиев пос-

тупает в 1896 году в Академию художеств города Петербурга, а в 1903 году заканчивает ее с золотой медалью. Он на два года становится пенсионером Академии, получив возможность познакомиться воочию с лучшими образцами западноевропейского искусства, но, не пробыв в Европе и полгода, возвращается на родину: его тянули к себе Россия, Волга, наши просторы. В этом же году он вместе с женой предпринимает поездку по Волге от Рыбинска до Астрахани. И видимо тогда в душу художника запал Романов-Борисоглебск, несомненно, один из самых живописных волжских городков.

Б.М. Кустодиев. «Елочный торг». 1918 г.


2013

175

Б.М. Кустодиев. Автопортрет. 1912 г.

В 1905 году Кустодиев строит себе под Кинешмой дом с мастерской (впоследствии названный им «Теремом»). Оттуда он в октябре того же 1905-го отправляется в Санкт-Петербург, но из-за всеобщей забастовки задерживается в Ярославле. Из Ярославля художник совершает поездку в Романов-Борисоглебск на пароходе компании «Самолет». Он знакомится с городом (Э.Я. Выржиковский предполагает, что Кустодиев на сутки-двое

останавливался в гостинице «Эрмитаж»), и, возможно, его тогда уже покорили волжские дали, бульвар, виды Романов-Борисоглебска, и тогда же у него созрели замыслы новых работ. Эдварду Яковлевичу удалось найти рисунок Кустодиева цветными карандашами «Старый гостиный двор», помеченный 1905 годом. В 1906 году Кустодиев специально приезжает в Романов-Борисоглебск,


2013

личности

по предположению Выржиковского, с двумя большими холстами. (Известно, что на этюды Кустодиев не ездил ни в один волжский город, кроме Романов-Борисоглебска). Остановился он в уже знакомой ему гостинице «Эрмитаж», располагавшейся в левобережной части города на Волжском бульваре. Из окон той же гостиницы, может быть в первый же вечер, Борис Михайлович темпераментно, широко написал огромный этюд (100x125) «Гулянье», на котором изображен приволжский бульвар с павильонами, скамейками, гуляющей публикой, панорамный вид на Волгу и противоположный берег, а среди зелени возвышается наш Воскресенский собор. К этому этюду Кустодиев возвращается в 1909 году, когда начинает большую работу над «Гулянием» 176 (Кострома). Он меняет композицию – бульвар виден уже не сверху, вся композиция разворачивается фронтально. Усиливает настроение праздничности в воскресный вечер: в павильоне играет духовой оркестр. По набережной прогуливается богатая публика. Красочное решение картины стало более декоративным – благодаря изысканным градациям голубого, сиреневого, фиолетового, сине-зеленого, золотистого цветов. Работа эта была закончена в 1910 году. На долю картины выпал большой успех: на международной выставке

в Брюсселе, где она экспонировалась, ее удостоили серебряной медали. Затем она была представлена на VII выставке «Союза русских художников», а в 1911 году – на международной художественной выставке в Риме, но уже под названием «В провинции». А какова же судьба этюда? Считается, что Кустодиев его дописал, создав работу «Гулянье на Волге» (Русский музей), ввел одиннадцать новых фигур, конкретизировал детали пейзажа, усилил впечатление праздничности. Благодаря этому картина ожила. По бульвару задвигались толпы людей (каждый человек – характерный типаж!). Павильон, где «заиграл» духовой оркестр, облепила детвора, вместо кассы открылась палатка «Воды». Оживилась и Волга: появился плот с костром, пароход, который только что отчалил от пристани и двинулся в сторону Ярославля, по лестнице поднимаются приехавшие. В общем, перед зрителем возник, заметно преобразившись, знакомый по старым фотографиям вид города Так появилась новая картина Кустодиева. В начале 1915 года она была представлена на выставке «Мир искусств», где ее приобрел в частное собрание Е.М. Терещенко, а в 1918 году она поступила в Русский музей. Но вернемся к 1906 году, когда художник был в Романов-Борисоглебске. Выржиковский утверждал, что «Провинция», а речь сейчас пойдет именно о ней, вещь натурная и напи-

сана с конкретного места за один-два сеанса. Писал Кустодиев от весовой и не в базарный день: площадь пуста, на ней видны Романовский гостиный двор с вывеской (разобран в 1960-х годах), здание казначейства, пожарная каланча. Мы видим двух кумушек, обсуждающих последние новости. Чувствуются полдень, жара… До последнего времени было неизвестно, что на ней изображены конкретный город Романов-Борисоглебск, конкретное место – торговая площадь в левобережье. Полотно это считали символом русской провинции. Так, упоминавшийся выше М. Эткинд писал: «Картина «Провинция», выросшая из этюда, лишенная топографической и хронологической привязки, – горбатая площадь с торговыми рядами, каланчой, фонарем и парой судачащих обывательниц под зонтиками, – синтезировала сонный ритм жизни и «черты лица российских медвежьих углов». Кустодиев дорожил этой работой: на фотографии, сделанной в доме Бориса Михайловича в «Тереме», мы видим, что она висела над диваном. В 1907 году художник экспонировал ее на выставке «Союза русских художников». А задний план «Провинции» Кустодиев дважды использовал в декорациях к пьесе А.Н. Островского «Горячее сердце» в 1913 году. Неизгладимое впечатление на художника произвели также и живописное местоположение Казанской


Б.М. Кустодиев. В базарный день. 1922 г.

2013

Б.М. Кустодиев «Гулянье на Волге». 1909 год.

177


церкви, бульвар, они нашли свое отражение в работах «Весенний вечер», «Купанье», «Купанье на Волге» и других. Воображение Кустодиева потрясла огромная икона «Спас Вседержитель» в Воскресенском соборе, сохранился рисунок с изображением главной городской святыни. Художник планировал написать большую работу «Крестный ход с иконой Спаса в Романов-Борисоглебске».

2013

личности

Итак, мы видим: Борис Михайлович Кустодиев, действительно, воспел наш город и, конечно, прославил своими работами «Провинция», «Гулянье», «Гулянье на Волге», а исследования Э.Я. Выржиковского по-новому заставили взглянуть на творчество великого русского живописца. В 1983 году художники России подарили городу бюст Б.М. Кустодиева работы московского скульптора Маргариты Воскресенской, который до сих пор не установлен на городском бульваре. В Тутаевском филиале Ярославского художественного музея находится портрет Бориса Михайловича работы петербургского художника Николая Николаевича Баскакова, который, как и Кустодиев, родился в Астрахани и у него с Кустодиевым в юности был один и тот же первый учитель рисования П.А.Власов (имя его сейчас носит Астраханское художественное училище). Вот так неожиданно на РомановБорисоглебской земле сошлись дороги двух талантливых учеников П.А. Власова, один их которых, Н.Н. Баскаков, увлеченный рассказами Э.Я. Выржиковского о красивом городе на Волге, написал портрет Кустодиева, сам мечтал побывать у нас, но так и не смог – в 1993 году его не стало. Портрет Б.М. Кустодиева (художник изображен молодым на фоне бульвара и Воскресенского собора) стал последней работой Николая Николаевича. Администрацией города портрет был приобретен у вдовы Н.Н. Баскакова Инны Алексеевны, находится он в Тутаевском филиале Ярославского 178 художественного музея. А бульвар, где была гостиница «Эрмитаж» и который писал знаменитый художник, назван Кустодиевским. Здесь в день города проходит костюмированное театрализованное действие «Кустодиевские гуляния».

Б.М. Кустодиев «Провинция». 1906 год.


179

2013


180 2013 •


2013

Б.М. Кустодиев «Гулянье.». 1910 г.

181


Шаляпин на Волге Оксана ГОЖАЛИМОВА

В двадцати верстах от города Романова, вверх по Волге, на высоком живописном месте находилась усадьба Отрадное директора императорских театров Владимира Аркадьевича Теляковского. Семье Теляковских принадлежали земли в Романово-Борисоглебском уезде Ярославской губернии. Одной из усадеб и было Отрадное, где летом отдыхали известные артисты, музыканты, художники. Барский дом был деревянный двухэтажный с балконом и стеклянными верандами. Рядом стояли два флигеля для гостей. Хозяйство состояло из овчарни с романовскими овцами, кирпичного завода. Усадьбу окружали березовая роща и сосновый бор.

В

2013

личности

ладимир Аркадьевич Теляковский был выпускником элитного военного заведения Пажеского корпуса, затем Николаевской академии Генерального штаба, дослужился до чина полковника в Конной гвардии. В 1898 году он был назначен управляющим Московской конторой Дирекции Императорских театров, а с 1901 года становится главой Дирекции Императорских театров, сохранив за собой непосредственное руководство московскими Императорскими театрами. О своем назначении на должность управляющего императорскими театрами В.А. Теляковский писал так: «Назначение это было крайне неожиданно для всего театрального мира и вызвало немало разговоров. Обсуждалось в обществе как петербургском, где меня знали, так и в московском, где меня совсем не знали. Артисты обеих столиц, кроме некоторых оркестровых музыкантов Мариинского театра, с которыми я был хорошо знаком, меня совершенно не знали, тем более что я последние десять лет мало посещал общество и театры. Что будет делать полковник, да еще к тому же кавалерист (а этот сорт

182

Реклама кирпичного завода В.А. Теляковского из «Спутникапутеводителя по Северному краю и Верхнему Поволжью» (СПб, 1912 г.)

военных пользуется славой особенно легкомысленных людей), – была загадка! Я и сам был немало смущен. Согласился скоро – уж очень хотелось поближе быть к искусству, – но, конечно, чувствовал, что особых прав на это не имею, а вывеска моя была, как я уже говорил, самого легкомысленного свойства1». С приходом Теляковского в театры были привлечены новые молодые талантливые мастера, такие как Ф.И. Шаляпин, Л.В. Собинов, А.А. Фокин, К.А. Станиславский, К.А. Коровин, А.Н. Бенуа, Л.С. Бакст. Со многими Владимир Аркадьевич был дружен, некоторые из них приезжали погостить в Отрадное. Неоднократно бывал в усадьбе и знаменитый бас. В своих воспоминаниях Теляковский пишет: «Летом Шаляпин приезжал к Коровину и подолгу гостил у него в свободное от гастролей время, нередко заезжал в мое имение Отрадное, находившееся недалеко от Рыбинска. Часто приезжал он с Коровиным и гостил у меня по нескольку дней.2» У Коровина была дача недалеко от станции Итларь Ярославской железной дороги. Друзья доезжали до Ярославля, а там пересаживались

К. Коровин. Портрет В.А.Теляковского, 1901 год.

Борис Кустодиев. Портрет Ф.И. Шаляпина 1921 год.


183

2013


2013

личности

на пароход общества «Самолет» и ехали до Шашкова, что против Песочного. Проезжая Романов, Шаляпин всегда выходил из своей каюты и любовался храмами, видом города. Однажды он даже сделал остановку в своем путешествии и посетил Романов. Когда Шаляпин стал много зарабатывать, он купил у Коровина его имение, выстроил себе по плану и рисунку Коровина большой деревянный дом в русском вкусе и прикупил еще участок земли с лесом. Купив имение, Шаляпин был полон искренней радости по поводу своего приобретения, намеревался впредь проводить здесь лето с семьей, стал горячо интересоваться вопросами сельского хозяйства и целыми днями мог об этом говорить с увлечением. В мае 1905 года из только что купленного имения Шаляпин пишет письмо Теляковскому: «Дорогой Владимир Аркадьевич, сейчас я, Костя Коровин и Серов (художник) едем в Переяславль-Залесский. Собираемся с Костенькой приехать в первых числах июня к Вам. Живем, слава богам, ничего себе, грустим о событиях, что-то Вы? Имение замечательное. Хозяйствую вовсю, крашу крыши, копаю земляные лестницы на сходнях к речке и вообще по хозяйству дошел до того, что самолично хочу выводить гусей и кур. Шлю искренний привет. Ваш Ф. Шаляпин.» В Отрадном Коровин написал один из лучших своих портретов певца. Шаляпин в сером костюме сидит в свободной позе у окна на красном диване, в правой руке бумажные листки – он поглощен чтением письма. Его лицо освещено солнцем. За окном видны распустившиеся цветы и зелень сада. На портрете подпись: «Конст. Коровин 1905. Июль 1. Отрадное». Хранится сейчас эта работа в Государственной Третьяковской 184 галерее. Когда Шаляпин стал много зарабатывать, он купил у Коровина его имение, выстроил себе по плану и рисунку Коровина большой деревянный дом в русском вкусе и прикупил еще участок земли с лесом.

Что касается самого отдыха в имении, то протекал он активно. Ходили в лес за черникой и грибами, купались в Волге. Местные жители вспоминают, что в один из своих приездов Шаляпин ходил под парусом по Волге и его бас разносился по окрестным берегам. Любимым же местом прогулок для всех был сосновый бор, расположенный на берегу Волги. Вечерами Федор Иванович нередко любил читать вслух новейшие беллетристические произведения, увлекаясь в это время Л.Н. Андреевым и Горьким. Бывало, приходили к нему на прослушивание местные самородки, которые хотели услышать о себе авторитетное мнение оперного гения. Одним из таких просителей был рыбинец Константин Полтевский, ставший впоследствии оперным певцом. «Служил я телеграфистом в Рыбинске, – вспоминает Константин Иванович, – и было мне восемнадцать лет. Как-то ночью, во время дежурства, получил я телеграмму из Петербурга: управляющий императорскими театрами Теляковский телеграфировал Шаляпину, который жил в его имении. А находилось оно в двадцати пяти верстах от Рыбинска, на левом берегу Волги... Захватив ноты – каватину Фауста, которую я любил и хорошо знал, – сел утром на пароход и часа через три был уже в имении Теляковского. На открытой террасе увидел человека громадного роста, в русской рубашке. На голове у него красовалась малиновая феска с кисточкой. Я сразу же узнал

В.А. Теляковский, Ф.И. Шаляпин и К.А. Коровин на берегу Волги в Отрадном.

Шаляпина, узнал по фотографиям, которые продавались во всех книжных магазинах. – Федор Иванович, прошу вас, послушайте мой голос... Шаляпин недоверчиво взглянул на меня, помолчал и спросил: – Баритон? – Нет, Федор Иванович, тенор... – Тенор, говоришь? Ну, пойдем, послушаем твой теноришко... Теперь, брат, хороших голосов днем с огнем не сыщешь... Шаляпин сел за инструмент, я начал распрямлять свернутые трубочкой ноты. Федор Иванович дал вступление, и я запел... – Хватит! – остановил меня Шаляпин, хлопнув крышкой рояля. – Все ясно. Голос у тебя хороший. Поезжай в Москву учиться. Учись обязательно. Только думай над тем, что поешь, над каждой фразой думай, над каждым словом... Окончил я консерваторию по классу знаменитого Умберто Мазетти, у которого училась и А.В. Нежданова. Служил в разных театрах. Конечно, корифеем я не был, нет, но пел много и неплохо, есть что вспомнить». Кстати, в 1919 году Полтевский снова встретился с Шаляпиным. Он пел вместе с ним в опере «Борис Году-


2013

К. Коровин. Портрет Ф. Шаляпина. 1905 г.

нов» (Полтевский исполнял партию Шуйского). Шаляпин любил бывать в Отрадном, он вспоминал эти места, путешествуя за границей. «Жду не дождусь, когда сяду на пароход, чтобы ехать в Отрадное», – писал Федор Иванович Теляковскому, находясь на гастролях в Италии. Кстати, в Италии, на острове Капри Шаляпин познакомился с рыбинцем Алексеем Золотаревым (публицистом-краеведом, писателем.

– Ред.), теплые дружеские отношения с которым поддерживал на протяжении всей жизни. Воспоминания о посещениях Шаляпиным села Шашково живут среди местного населения до сих пор. Приезжайте туда, и вам обязательно покажут знаменитую сосну на волжском берегу, у которой, по преданию, пел Федор Иванович. Увидите вы место, где была усадьба, полюбуетесь волжскими просторами с высокого крутого берега.•

Литература 1 В.А. Теляковский. Воспоминания. – М., изд-во «Искусство», 1965. – С. 25. 2 В.А. Теляковский. Мой сослуживец Шаляпин. / Воспоминания. – М., изд-во «Искусство», 1965. – С. 380. 3 А.Л. Лесс. Рассказы о Шаляпине. – М., 1973.

185


КОЛОКОЛ РОЖДАЕТСЯ В «РУБАШКЕ» Как мастера-литейщики из древнего Романов-Борисоглебска раскрыли секрет старых мастеров Юрий СТАРОДУБОВ Николай Шувалов – потомственный литейщик, родом из Ижевска. Предки его варили оружейную сталь, но отливкой колоколов никто в семье не занимался. Сам Николай после Ижевского механического института долго занимался строительством. Сейчас у него близ Ярославля в небольшом городке Тутаеве один из самых известных колокольных заводов. А славен он тем, что единственный льет колокола по старинной технологии – почти всё делают на заводе вручную и бережно хранят секреты мастерства.

2013

личности

В ЭПОХУ ДЕФИЦИТА Все началось в конце 80-х, когда Николай с большой семьей (родители, жена, пятеро детей и два брата) переехал жить в старинный Романов-Борисоглебск (в 1918 году большевики переименовали его в Тутаев в честь местного красноармейца). Здесь Шуваловы купили большой дом невдалеке от знаменитого Воскресенского собора – это один из немногих храмов в стране, который никогда не закрывался. Он сохранил и главную святыню – огромный чудотворный образ Всемилостивого Спаса. – Начали мы работать, помогать настоятелю, отцу Николаю Лихоманову (сейчас он – епископ Рыбинский и Угличский Вениамин), – рассказывает Н.А. Шувалов. – Однажды возник вопрос: где взять колокол? Деньги у собора имелись, а вот потратить их в те годы было 186 невозможно: все по распределению – доски, кирпич не купишь. Решили заказать колокол. На моторном заводе нам отказали сразу, хотя там есть литейка. А в местном кооперативе мучились полгода, но тоже ничего у них не вышло. Тогда настоятель посоветовал съездить к одному священнику, который занимался отливкой колоколов. Он очень хорошо нас встретил, показал, как сделать плавильную печь, а потом и говорит: «Забирай все оборудование! Я – священник, должен служить, а не производством заниматься». И благословил.

ПО СЛОВУ СТАРЦА Первую плавильную печь сделали прямо у себя во дворе. Но оказалось, что современная технология фасонного литья для колоколов совсем не подходит. – Внешне получилось все красиво, а звука нет! – вспоминает Николай Александрович. – А тут еще новая напасть. – Как-то лопнул тигель, котел для плавки меди, и весь расплавленный металл вылился на землю, а брызги фейерверком полетели выше крыши – чуть не спалили свой дом! После этого родители запретили нам дома экспериментировать. Пришлось срочно искать помещение. А городок маленький – в одном месте ничего не дают, в другом просят большие деньги. Что делать? И вот сидим мы как-то с нашим старцем, архимандритом Павлом (Груздевым), и он, заметив мою печаль, спрашивает: что случилось? Я отвечаю, что заниматься колоколами больше не буду – вроде никому это не надо, проблемы одни… А он говорит: «Не отчаивайся, все будет, главное – трудись!» И после этого разговора я узнал, что сдается помещение в бывшей «Сельхозтехнике». Нам выделили уголок, потом цех. А сейчас здесь уже целый завод. СЕКРЕТ ФИРМЫ – В ФОРМЕ Несколько лет мастера мытарились, пытаясь отлить колокол, подобный дореволюционным образцам. Наконец решили вернуться к старой технологии.

– Мы сравнивали свои колокола с теми, что лили еще на знаменитом заводе Оловянишниковых, – продолжает рассказ Шувалов. – Коегде в ярославской глубинке такие «старожилы» еще сохранились. В архивах, библиотеках искали технологии старинного литья. Оказалось, все дело в литейной форме! Ее делали вручную из глины, добавляя толченый кирпич, квасное сусло, коровью шерсть, конский навоз. Пропорции в источниках не указаны, поэтому нам пришлось методом проб и ошибок это выяснить. Только через шесть лет внешний вид и звон наших колоколов стали неотличимы от старинных. «СЛОЕНЫЙ ПИРОГ» Создание колокола начинается с расчета. Учитываются вес, нота, которая требуется заказчику. Вычерчивают профиль будущего изделия, потом по нему делают два металлических лекала. Их закрепляют на вертикальный стержень, а дальше начинается самое интересное. Чтобы изготовить литейную форму, мастерам надо сделать нечто вроде глиняного «слоеного пирога» из трех частей. Причем все вручную! Сначала лекалом выкручивают центральную часть, болван: он повторяет внутреннюю форму колокола. Его высушивают, а затем на нем с помощью второго лекала выкручивают так называемый фальшивый колокол – внешне он точно такой же, каким будет


2013

187

настоящий, только из глины. На него наносят восковые украшения, иконы и объемные надписи. Высох­ ший фальш-колокол обмазывают пастообразной полужирной глиной, а когда и она застывает, получается внешний кожух, или «рубашка». Все три части (болван, фальш-колокол и рубашка) делают послойно и очень долго – слои исчисляются десятками, а каждый наносят вручную и высушивают. Окончатель-

ная форма обжигается, при этом выпариваются восковые украшения, фальш-колокол разбивается и в образовавшуюся пустоту заливается расплавленный металл. На изготовление маленьких колоколов, весом в несколько килограммов, уходит до месяца, а вот тысячепудовый могут делать и полгода. Секретом фирмы остается состав формовочной глины и ее происхождение.

Отливка нового колокола.


Романовские звоны За 23 года на заводе Николая Шувалова отлили около пяти тысяч колоколов весом от шести килограммов до 16 тонн (1000 пудов). Самые большие, тысячепудовые, звонят в брянском кафедральном соборе и в Успенском кафедральном соборе Ярославля, построенном к 1000летию города. В хорошую погоду и на открытом пространстве их голос слышен на 20 километров! Десятитонные исполины созывают на службу в Александро-Свирском монастыре и в Рождественском монастыре во Владимире, а рядом, в Боголюбове звонит романовский восьмитонник. Произведения искусства здешних литейщиков есть и в столице – например, в Покровском женском монастыре, в древних храмах Троицы в Листах и преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках, в храме Новомучеников и исповедников российских на Бутовском полигоне. Слышны их голоса и в самом Романов-Борисоглебске, в Воскресенском и Крестовоздвиженском соборах, в Покровском храме. Звонят романовские колокола не только в России, но и в Сербии, Болгарии, Чехии, Германии, Финляндии и странах Балтии.

личности

Николай Шувалов, глава колокольного предприятия.

2013

Рождается новый колокол. Заказ из КабардиноБалкарии.

188

Главный художник литейного цеха Всеволод Алаев.

В 2010 году предприятие приняло участие в грандиозном проекте, приуроченном к грядущему в этом году 400-летию Дома Романовых. В Санкт-Петербурге к этой дате возрождается собор Фёдоровской иконы Божией Матери, построенный в 1913 году к 300-летию Дома Романовых. В советские годы его изуродовали и превратили в молокозавод. Был утрачен уникальный колокольный набор «Романовский звон», отлитый на знаменитом заводе Оловянишниковых. Повторить великий труд предшественников


2013

и полностью воссоздать «Романовский звон» смогли на заводе Николая Шувалова. Здесь для собора отлили одиннадцать колоколов весом от восьми килограмм до 8,9 тонны – на целую звонницу. Девять из них посвящены членам царской семьи и носят их имена. Самый большой – праздничный благовестник – называется «Михаил–Николай» в честь первого и последнего представителей династии. Все колокола украшены медальонами с рельефными портретами Романовых (соответственно именам

колоколов), образами их небесных покровителей, а также гербами рода и старинных русских городов. Сегодня звонкоголосые плоды труда романовских литейщиков можно услышать не только в храмах – вот уже много лет подряд они участвуют в фестивалях звонарей. Одно время у предприятия была даже передвижная звонница. В заводских цехах охотно проводят экскурсии – а познакомиться с древним ремеслом приезжают и из Москвы, и из Ярославля, приходят и местные школьники.•

189


Топонимическая система Тутаевского района Андрей ПЕТРОВ

Тутаевский район – это по своему уникальная природно-культурная территория, расположенная почти в самом центре Ярославской области. Первые поселения на месте будущего Тутаева стали появляться еще в XIII веке, а в окрестностях города и того ранее, о чем свидетельствуют такие памятники археологии, как, например, стоянка первобытного человека в поселке Фоминское. Вполне естественно, что первым поселенцам было очень тяжело обживать новые территории, поскольку на тот период на месте современного Тутаева был «глухой Черный лес». Но, тем не менее, люди приходили и осваивали земли, заселяли город и окрестные деревни: «…и приидоша иные скитальцы и такоже ставиша клети. Таче паки в другое лето приидоша мнихи и постави храм во имя стых страстотерпцев двою брату князей русских Бориса и Глеба и прозвашася весь Борисоглебска, а по сих же премножися прозвалась есть слобода Борисоглебская». Из отрывка этой старой летописи четко прослеживается, откуда появилось название одной из сторон города Тутаева – правобережной Борисоглебской слободы. Но если Тутаев – достаточно крупный город, и о нем немало существует упоминаний в различных исторических документах, то вот окрестные деревни и села уже не столь известны, за редким исключением, конечно. И сегодня судить об истории их образования, характерных для них (возможных) ремеслах и промыслах, их географических особенностях нам помогает топонимика – наука, изучающая географические названия, их происхождение, смысловое значение, развитие.

2013

{по соседству}

П

190

о существу, топонимические исследования не проводились в пределах Тутаевского района. Небольшие заметки о тутаевской топонимии на страницах интернет-ресурсов, незначительные упоминания в различных топонимических трудах – вот, пожалуй, и весь перечень того, что могут найти люди, интересующиеся данной тематикой. Поэтому цель предлагаемой статьи – провести пока обзорный экскурс в богатый топонимический мир нашего родного края. А он, этот мир, привлекателен, современные названия рек и деревень – это следы минувших столетий на карте нашего региона. Наименования рек, ручьев и других водных объектов (гидронимы) мы не будем затрагивать, а поговорим лишь об ойконимах – названиях населенных мест. На сегодняшний день все ойконимы Тутаевского района имеют разную степень древности и разное происхождение. В разное время появлялись и получали распространение различные

термины живой и неживой природы, они развивались, получали новые значения и смыслы, становились именами собственными. Очень часто можно наблюдать картину, когда им на смену приходили новые названия под гнетом нового времени. Тем не менее, становление любого термина в качестве имени собственного – это начало новой жизни, ничем не похожей на старую. О чем могут говорить нам эти названия? Прежде всего, они могут отражать и характеризовать наиболее приметные черты местной природы, которые в той или иной степени контрастируют на фоне окружающей действительности; рассказывать о хозяйстве и быте, социальной и этнической жизни в старые времена. Но, конечно же, наибольшая часть современных ойконимов в своей основе несет личные имена первопоселенцев или владельцев. Источниками для изучения ойконимов могут служить старинные хозяйственные рукописи и документы, переписи населения, списки Андрей ПЕТРОВ родился в 1978 году в поселке Песочное Рыбинского района, в настоящее время он проживает в поселке Констатиновском Тутаевского района. Закончил Рыбинскую государственную авиационную технологическую академию по специальности «инженер по двигателям внутреннего сгорания», работает фрилансером в области интернет-рекламы, регулярно печатается в небольшом электронном издании «SeteWiki». Увлекается историей родного края.


191

2013


Тутаевские ойконимы можно разделись на несколько групп по их значениям. Первая крупная группа – это ойконимы, в основу которых легло название близлежащего водоема: река Эдома – деревня Николо-Эдома, река Нокринка – деревня Нокрино, р. Рыкуша – д. Рыково, р. Урдома – пос. Урдома. Десятки деревень, сел и поселков имеют названия на «водной» основе, поскольку расположены на берегах соответствующих рек и речек. С другой стороны, порой бывает достаточно трудно определить, что первично – гидроним или ойконим. Вторая крупная группа ойконимов объединяет названия населенных пунктов, произошедшие от терминов, характеризующих местный рельеф, особенности водных и почвенных ресурсов. Например: деревня Вышницы (Артемьевское сельское поселение, правый берег Волги); вероятнее всего, название произошло от слов высота, вышина – селение расположено на ярко выраженной возвышенности, прилегающей к речке Медведке; д. Горинское – по всей видимости от слова гора: деревня расположена на довольно заметной естественной возвышенности в водоразделе рек Печегда и

2013

{личности}

населенных мест, атласы и карты и другие письменные и устные источники. В Тутаевском районе в настоящее время насчитывается 332 населенных пункта. К сожалению, их число неуклонно уменьшается с каждым годом, уже сейчас от многих деревень, изображенных даже на современной карте, вы ничего не найдете, кроме пустующих и покосившихся изб. А от иных и вообще осталось только голое поле, на котором лишь фундаментные ямы и остатки техногенного мусора указывают на существование некогда на этом месте населенного пункта.

192

Когда-то здесь жили люди.

Возможно, память об этом селении останется лишь в названии.

Пажица, южнее Чебакова; д. Подольское (Чебаковское сельское поселение) – от слова подол – подгорье, угорье, равнина под горами; название этого населенного пункта достаточно точно описывает особенности местного ландшафта; Если существуют ойконимы, произошедшие от гидронимов, то особенности близлежащих водоемов и их непосредственная близость расположения просто не могли не оказать влияние на формирование названий деревень по каким-то признакам: деревня Николо-Заболотье (Чебаковское сельское поселение); д. Прибрежная, располагается на берегу реки Печегды;

д. Студенец (севернее Першина, на речке Саха, впадающей в Ухру); от слова студенец – копанка на холодной водяной жиле, ключ из земли, родник; д. Каменка от слова камёнка – речка по каменистому ложу; деревня расположена на берегу реки Эдома, в ее верховьях. Не менее информативны «ботанические» названия селений: деревня Залужье (Чебаковское сельское поселение) – слово означает место, угодье, расположенное за лугом; поселок Красный Бор (Помогаловское сельское поселение) – расположен практически на берегу Волги, рядом с Романовской стороной, и окружен хвойным лесом; д. Березино (Родионцевское сельское поселение) – хотя происхождение названия наиболее вероятно от мужского имени-прозвища Берёза (тем более, что на это указывает и окончание топонима: -ино), но нельзя до конца исключить вероятность того, что в ойкониме отражено наличие березового леса в данной местности. Освоение новых земель, преобразование природы, создание человеком культурных и техногенных ландшафтов также отображено в тутаевских ойконимах. Особенно богаты в этом отношении названия, описывающие различного рода поселения, характеризующие их с той или иной стороны: деревня Великое Село – здесь топоним является названием именно деревни, слово село употребляется в топониме в качестве селенья вообще,


Тутаева: под этим словом понимается выселок, новоселок. Сельцо (деревни в Артемьевском и Помогаловском сельских поселениях) – так именовалось барское селенье, более – где барский дом; деревни Дор (Родионцевское сельское поселение) и Дорки (Борисоглебское поселение): слово дор означало роспашь, росчисть, починок; д. Кулиги (Борисоглебское сельское

поселение, восточнее Тутаева) – от слова кулига – выкорчеванный под пожню или пашню лес; д. Ломки (около Великого Села): от слов лом, ломина – пойменный луг с кочкарником и мелколесьем; село Пшеничище (Родионцевское сельское поселение, по левому берегу Волги на юго-востоке от Тутаева): название означает место, где некогда сеяли пшеницу;

А за этим выпасом, к горизонту – наверное, деревня Залужье. 2013

а слово великое обозначает размер этой деревни по отношению к окрестным населенным пунктам; д. Выползово – слово это означает предместье или крайние в поселении дома; в данном случае это населенный пункт, отделившийся некогда от деревни Помогалово; Починок (деревни с таким названием есть в Борисоглебском и Великосельском сельских поселениях), севернее

193


д. Столбищи (Артемьевское сельское поселение, на юго-западе района): слово столб означало участок земли, клин, отмежованный (застолбленный) загон. Есть небольшое количество названий, которые связаны с профессией или же просто именем владельца поселения: д. Киверники (Помогаловское сельское поселение) – в данном ойкониме возможно указание на место жительства киверника – мастера по изготовлению киверов, либо он связан с именем-прозвищем Киверник. В любом случае, одно не обязательно исключает другое; д. Князево (Родионовское сельское поселение) – вероятнее всего от мужского имени Князь; д. Попадино (Великосельское поселение) – возможно, от мужского имени Попадья.

2013

{личности}

Достаточно большое количество названий различных поселений имеет храмовое происхождение. Вот лишь несколько примеров: село Благовещенье (Борисоглебское сельское поселение) – по церкви, названной в честь праздника Благовещенья Пресвятой Богородицы; храм этот с ярусной колокольней и был построен в 1770 году на вклады помещиков Заборовских и Селифонтовых; с. Борисоглеб (на северо-востоке от Тутаева) – в честь святых Бориса и Глеба – русских князей, сыновей киевского великого князя Владимира Святославича; на данный момент в селе храма или часовни, посвященных этим святым, не существует; с. Вознесенье (Помогаловское сельское поселение) – в честь церкви Вознесения Господня (зимний храм построен в 1785 году на пожертвования прихожан, а в 1832 году на средства Н.В. Сабанеева возведен летний храм); д. Ильинское (Артемьевское сельское поселение) – в честь церкви Илии Пророка, построенной в 1731 году. Храм этот – небольшой двус194 ветный четверик, вытянутый вдоль поперечной оси и завершенный одной

главкой, с трапезной, в которой – Никольский и Борисоглебский приделы; многоярусная колокольня в стиле классицизма пристроена в 1-й половине XIX века. Церковь поддерживается в порядке, функционирует. Названия, в основе которых лежат имена собственные людей, основавших и проживавших в деревнях, занимают львиную долю всех ойконимов. Среди таких имен наиболее заметны древнеславянские, которые зачастую являлись двухосновными: среди них наиболее часто встречались корни -слав-, -люб-, -мир-, -благ-. От имен, представляющих собой сочетание этих основ, образованы и некоторые тутаевские топонимы: д. Ратислово (Помогаловское сельское поселение); древнеславянское имя Ратислав восходит к понятию ратная слава. Упоминания имени встречаются еще в 864 году (Ратислав, славянский князь); с. Ратмирово (Борисоглебское сельское поселение, восточнее Тутаева); древнеславянское имя Ратмир означало ратующий о мире; упоминается имя в IX в. – князь хорватов Ратмир, в 1200 г. – Ратмир Нежатич, новгородец, в 1241 г. – Ратмер, слуга князя Александра Невского, и т.п.; д. Рославлево (Великосельское поселение) – от уменьшительно-ласкательного имени Рослав (то есть Ростислав, означало «расти в славе»; очень распространенное имя на Руси). Имя собственное – и топоним не является исключением, – это явление языка, зачастую источник исторической географии, и такой же полноценный памятник, как, скажем, древние курганы или селища. В целом же изучение топонимов может стать серьезным подспорьем и даже отдельным направлением в поисковой краеведческой работе. В данной статье были рассмотрены основные примеры формирования ойконимов в Тутаевском районе, но этот материал далеко не полон, пространства для работы и изучения просто огромные. В частности, практически не затронуты такие разделы топонимики как гидронимия, оронимия.•

Литература В.М. Воробьев. Тверской топонимический словарь: названия населенных мест. – М., «Русский путь», 2005. Н.А. Петровский. Словарь русских личных имен. – М. изд.: «Астрель: АСТ», 2005. А. Баженова. Славян родные имена. Словарь исторических родокоренных имен и прозваний славян и руссов за два тысячелетия. – М., ООО «Издательство Ладога-100», 2006. Атлас Ярославской области. – М. изд.: «Арбалет: АСТ», 2010.


195

2013

Profile for uglgazeta

17_  

17_  

Profile for uglgazeta
Advertisement