Page 16

— П Е Р С О Н А — 2015 август

июнь 2015 

лет. С тех пор я побывал там впервые после отъезда тринадцать лет назад, приезжал на неделю с гастролями. Там я начал учиться в девять лет в Вагановском на подготовительном курсе, приходил после общеобразовательной школы три раза в неделю на классический урок. Это длилось полгода и сначала мне не очень нравилось. Потом сдал экзамены и поступил в начальные классы, где отучился четыре года.

Черно-белый фон выделяет главное. Если убрать краски, видна суть фотографии, можно очень ярко выразить эмоции. А в красках теряется смысл, душа теряется.

Моя мама сама занималась балетом, но до определенного времени. Время было послевоенное, и ее родители сказали, что не видят будущего в балете. Тогда она стала аптекарем. Но мои родители познакомились в театре. У  них  была общая любовь — театр, основой их отношений было искусство. В маме балет, правда, больше проявлялся чем в папе, поэтому она заставляла меня учиться. А папа доставал билеты в Мариинский, хотя в то время это было сложным делом. В Питере очень много драматических театров, и мои родители знали все пьесы, имена всех актеров. Мы ходили в театры по два раза в неделю, постоянно посещали в музеи. В выходные дни меня и сестру все время куда-то водили. Нам было по 4–5 лет, в этом возрасте заставить ходить ребенка в музеи очень сложно.

Выбирая детские фото, вы бы тоже предпочли черно-белые? А у меня цветных фотографий детства нет. Мой папа любил фотографировать дома, улицы, где я родился, нашу семью. У него был потрясающий взгляд, он умел передать настроение. Я думаю, снимать душой научиться нельзя. Можно научиться архитектуре, правильно строить линии, а запечатлеть момент — такое удается в одной из тысячи фотографий.

Как часто вы бываете в СанктПетербурге? Мы уехали из Санкт-Петербурга в Германию, когда мне было тринадцать

Ваша мама очень любила балет?

Какие у вас воспоминания об Академии Русского балета имени А. Я. Вагановой? Чтобы туда попасть, проходишь много конкурсов. В девять лет тебя уже оценивают: как ты выглядишь, какой у тебя потенциал, гибкость, как ноги поднимаются, какой прыжок. Идет тщательный медицинский отбор. Через полгода после зачисления проходит большой экзамен, где половина класса отсеивается. Это, конечно, жестоко, но мне кажется нельзя рисковать будущим ребенка. 14

Как складывалась ваша судьба после переезда в Германию? Там я окончил Берлинскую государственную школу балета. Для меня это была очень хорошая школа — я смог научиться играть мимикой лица, показать себя. А после Германии приехал в Данию на три года, танцевать в Датском королевском театре. Думаю, мне очень повезло, что я попал туда. Дания маленькая страна. И балеты, соответственно, маленькие, аккуратные, веселые, смешные, хорошие, простые. Там особо танцевать не надо, идет в основном игра. Интересно, но мне как молодому танцовщику хотелось больше техники. А у лондонского Королевского театра очень большая русская классика, все русские балеты, чего в Дании практически не было. Здесь современные хореографы идут постоянно: Баланчин, Макмиллан, Аштон. В одном балете присутствуют и техника, и драма.

И вы захотели танцевать в Королевском балете? В школе мы изучали историю балета, историю театра, у нас были балетные журналы. Мы знали кто где танцует — это все rutage.com

©Andrej Uspenski, from his book Dancers (Oberon Books)

Сергей Полунин, Михаил Барышников и другие звезды балета участвуют в рекламных кампаниях, клипах, и везде присутствует черно-белый фон. В ваших фотографиях тоже много черно-белого. Действительно ли в балете нет красок?

Profile for Rutage

Rutage # 3 - Russian London Lifestyle Magazine  

www.rutage.com info@rutage.com

Rutage # 3 - Russian London Lifestyle Magazine  

www.rutage.com info@rutage.com

Profile for rutage
Advertisement