Page 1

№1(43) февраль 2014

русский пионер №1(43). февраль 2014

литературный иллюстрированный журнал


orlova

О мир, ты — спорт!

1

Андрей Колесников

русский пионер №1(43). февраль 2014


Клятва главного редактора стр. 1 первая четверть Урок правды. О политике высших достижений. Сергей Нарышкин о том, является ли политика спортом, а спорт — политикой стр. 6

Урок труда. Как я стал министром. Михаил Терентьев о том, что жизненные силы обязательно проявятся, если у человека есть цель стр. 8 Урок уроков. Буду должен. Дмитрий Чернышенко о художественном прозрении стр. 10 Прогул уроков. Кровь на снегу. Марк Гарбер про отличие горных лыж от беговых стр. 12 вторая четверть Пионер-герой. Столетний бабник. Сан Саныч, не только факелоносец стр. 16 Следопыт. Золотая китайская жила. Наш корреспондент раскрывает секрет триумфа китайских спортсменов на Олимпиаде в Пекине стр. 22

русский пионер №1(43). февраль 2014

2


третья четверть Диктант. Классики в силе. В тему номера стр. 30 Дневник наблюдений. Факел Подгурского. Концептуальный очерк про начальника 12-го цеха добычи нефти и газа стр. 32 Урок поэзии. «Кричалки» (памятка болельщика). Стихи поэта Карлуши стр. 38 Сочинение. Ставка на аутсайдера. Рассказ

Майка Гелприна стр. 40 Комикс Андрея Бильжо стр. 47 четвертая четверть Урок мужества. Как я однажды

нереально застрелился. Обозреватель «РП» и альтернативный биатлон стр. 52

Урок истории. Нелегкая атлетика. Латышские стрелки в спорте стр. 56 Галерея. Трамплин Дмитрия

Чернышенко. Творчество главы Оргкомитета «Сочи-2014» стр. 63

3

русский пионер №1(43). февраль 2014


группа продленного дня Центровой. Капитанская точка. Павел Дацюк о том, как обыграть канадцев стр. 74 Знаменосец. Все отболит. Андрей Макаревич о том, как болеть на Олимпиаде стр. 76 Правофланговый. «Болельщик я нервный». Александр Жуков о том, почему он играет в хоккей в фигурных коньках стр. 78 Правофланговая. Заточение в форму. Ксения Собчак о своей йоге стр. 82 Отличница. За мужем. Юлия Бордовских про свой путь в Сочи стр. 84 Физрук. Скуби. Иван Скобрев про открытость как форму жизни стр. 86 Пионервожатый. Две мечты. Виктор Ерофеев дискутирует с мэром и с собой стр. 88 Пионервожатая. Я сделала это. Светлана Журова о своих мечтах стр. 92 Звеньевой. Укус чемпионки. Андрей Бильжо про свою связь со спортом стр. 96 Запевала. Идем на спорт. Диана Арбенина о том, как терпеть стр. 98 Горнист. Ген подскажет. Вита Буйвид про высокие достижения в зимних видах стр. 100 Внеклассное чтение. В Сочи всегда солнечно. Маргарита Симоньян стр. 102 Урок правды шеф-редактора. Подведение итогов стр. 111 русский пионер №1(43). февраль 2014

4


Урок правды. О политике высших достижений. Сергей Нарышкин о том, является ли политика спортом, а спорт — политикой. Урок труда. Как я стал министром. Михаил Терентьев о том, что жизненные силы обязательно проявятся, если у человека есть цель. Урок уроков. Буду должен. Дмитрий Чернышенко о художественном прозрении. Прогул уроков. Кровь на снегу. Марк Гарбер про отличие горных лыж от беговых.

русский пионер №1(13). февраль–март 2010

5


риа-новости

текст: сергей нарышкин рисунок: анна всесвятская

Спикер Госдумы Сергей Нарышкин сравнивает спорт и политику и находит очень много общего. Так, и у спортсменов, и у политиков одна цель: победить. Но речь не идет о победе любой ценой. А о чем речь, вы можете узнать прямо сейчас.

русский пионер №1(43). февраль 2014

МЫ ПРИВЫКЛИ смотреть на спорт как на явление, прямо не связанное с политикой. Однако пересечений слишком много, и очень уж они показательны. С самых первых в истории Олимпийских игр прошло без малого три тысячи лет. Уже тогда стало понятно, что побед можно добиваться и мирным путем. Ведь во время Олимпийских игр не только укреплялись международные контакты, но даже прекращались войны. Корни представительной демократии также уходят в глубь тысячелетий. А сам институт выборов позволяет выявлять сильнейших в условиях мира, а не войны. И спортсмен, и политик ставят перед собой главную цель — победить. Или, что называется, «потренироваться», проверить возможности соперника и опробовать свои силы перед решающим рывком. В конце концов — элементарно заявить о себе. Одной из целей олимпийского движения изначально было вовлечение максимального числа участников. Если первая в истории Белая, то есть зимняя, олимпиада (в 1924 году) собрала всего 16 стран (и нашей среди них не было), то спустя 90 лет

к нам в Сочи приедут спортсмены из более чем 80 государств. Давайте на минуту представим, что к следующим Играм будут допущены лишь те страны, которые квалифицируют своих спортсменов абсолютно во всех олимпийских дисциплинах. Их, думаю, будет не больше десятка. Будет это благом для развития спорта в мире? Вряд ли. И здесь вновь можно провести параллели с политикой. Так, в результате прошлогодней реформы число партий в России увеличилось на порядок — сегодня их уже более 70. Условия борьбы — равные для всех. Но возможности самих участников, конечно, различаются. Похожее происходит и в спорте. Несмотря на общие правила, многое зависит от возраста, веса, «послужного списка» и т.д. Однако нет ничего плохого в том, что кто-то мечтает бросить вызов сильнейшим. К примеру, во всем мире популярны ежегодные открытые марафоны, собирающие не только профессиональных спортсменов, но даже детей и пенсионеров. И там никто не жалуется на отсутствие зрелищности или неравные условия. Еще пример. Вспомните, как широко обсуждалась история венесуэльского лыжника Сезара Баэны, кото-

6


рый даже рискнул обратиться к Президенту России с просьбой допустить его до сочинских Игр в 2014 году. Отечественная избирательная система сегодня работает по таким правилам, что практически любой «новичок» может участвовать в гонке и даже победить. Но к чему это порой приводит? Как в спорте — к разочарованиям или к нарушениям правил. Известно, что иногда недостаток квалификации пытаются компенсировать так называемой спортивной дурью. Они лихо начинают, но выдыхаются уже к середине дистанции. Есть здесь и обратная сторона. От политиков со стажем звучат предложения создать дополнительные барьеры для молодых партий. В том числе после региональных выборов с широким списком конкурентов, итоги которых опять показали, что «старожилы» политического процесса в целом крепко удерживают свои позиции. Дополнительной страховки им не нужно. На классической беговой 110-метровке

7

установлено 10 барьеров высотой чуть более метра. Некоторые специалисты (намеренно пишу без кавычек) для начинающих предлагают, по сути, поставить еще два барьера или поднять существующие (скажем, процентов на 15). Или вообще — поставить барьер сразу после старта, где участник забега не сможет даже шага сделать. Так стоит ли в партийном строительстве наступать на «старые грабли»? На мой взгляд, все участники избирательных кампаний (вне зависимости от их опыта и заслуг) должны находиться в одинаковых условиях. Ведь у более опытных все равно будет объективное преимущество. И дело не в пресловутом административном ресурсе, который якобы используют парламентские партии. Речь о другом ресурсе — их собственном, политическом. Во-первых, победителям всегда легче на следующих соревнованиях — как с психологической, так и с имиджевой точки зрения. А во-вторых, «новички» должны знать, что легких побед не

бывает. Чтобы стать первыми, им требуется выступить на голову выше соперников. Это крайне трудно, но достижимо. И такие примеры есть не только в политике, но и в истории нашего спорта. Подчеркну: речь не идет о «победе любой ценой». Ведь и в вольной борьбе, и в плавании вольным стилем (несмотря на их название) есть свои строгие ограничения. Нарушения же влекут серьезные наказания, вплоть до дисквалификации. Да, все сравнения здесь достаточно условны. Я ни в коем случае не смешиваю спорт и политику. Цена ошибки в политике — несоразмерно выше. На законодательном поле любой депутат чувствует себя поистине сапером, который должен обдумывать каждый свой шаг, каждое решение. Одна строчка в бюджете, который рассматривает Государственная Дума, может повлиять на жизнь миллионов или развитие целой отрасли. Спортивный азарт здесь уж точно неуместен. Именно с этих позиций мы будем продолжать работу и над новым законом о выборах депутатов. Пусть в «политике высших достижений» смогут проявить себя не все — стартовые возможности у них должны быть в целом равными. Лишь тогда результат будет справедливым. Но все же главным условием побед являются вовсе не правила игры, а личные качества. А еще — честность в борьбе и готовность биться за свои идеалы. Принципиальность всегда ценит и спортивный болельщик, и избиратель. Про верность спортивному хобби есть замечательный анекдот. Два британца преклонных лет играют в гольф на поле, которое граничит с кладбищем. Вдруг вдали появляется похоронная процессия. Увидев ее, один из игроков опускает клюшку, обнажает голову и замирает в скорбной позе. Второй удивлен: «Джон, я не знал, что вы так чувствительны к чужому горю!» В ответ слышит: «Все-таки мы прожили с Бетти 40 лет». Конечно, приверженность своей партии и ее идеологии у политиков не так сильна, как у этих двух заядлых гольфистов. Однако само наличие политических убеждений и умение их отстаивать необходимы для достижения успеха. А тот, кто готов менять «команды» и партийные программы от выборов к выборам, вряд ли когданибудь станет «чемпионом» в условиях любого избирательного законодательства.

русский пионер №1(43). февраль 2014


риа-новости

текст: михаил терентьев рисунок: маша сумнина

Паралимпийский чемпион Михаил Терентьев — о том, что всегда необходимо ставить перед собой большие цели и, несмотря ни на какие обстоятельства, не отказываться от мечты. Потому что в каждом человеке скрыты огромные жизненные силы, которые обязательно проявятся, если у человека есть цель.

русский пионер №1(43). февраль 2014

В 1998 ГОДУ на зимних Паралимпийских играх в Нагано я впервые завоевал свои медали. Сбылась моя мечта, мечта моего детства. В 12 лет я начал заниматься лыжным двоеборьем и мечтал попасть на Олимпийские игры. Иногда казалось, что это никогда не сбудется. Особенно после того момента, когда неудачно приземлился во время первой попытки в прыжках с 40-метрового трамплина в городе Кирове на первенстве ДСО «Буревестник». В 15 лет я сломал позвоночник. Это был 1986 год. Какое-то время я думал быстро восстановиться, но уже никогда не прыгать с трамплинов. Решил, что обязательно буду заниматься биатлоном. Несколько долгих лет восстановления были безрезультатными. Понимание того, что это надолго, пришло через три года, когда познакомился с такими же людьми на коляске, которые «сидели» уже десятки лет. Я не верил, что коляска — это надолго. Я не понимал, как можно жить, как можно передвигаться на коляске. Из дома не выходил месяцами. Первый год после травмы вообще не было инвалидной коляски. Общеобразовательную школу, Красноярский государственный университет я окончил

благодаря родителям и дяде (родному брату мамы), преподавателям. В 1991 году я впервые увидел спортивную коляску. Я понял, что очень хочу заниматься гонками на колясках. Как и где — не понимал. Красноярский завод телевизоров, где работали родители, помог купить первую коляску. Она, к сожалению, развалилась через полгода тренировок. Купили вторую, но она была широкая. Спортивная коляска должна быть как спортивная одежда — удобной и по размерам. Помню, как пришел на завод. Папа у меня профессиональный фрезеровщик шестого разряда. Вместе с коллегами, друзьями по цеху вырезали небольшой кусок коляски, сузили. Примерил. Попросил еще подкорректировать. Потом уже основательно заварили. Я два года гонял на ней в Москве, Омске, Киеве. Тренировался дома — в Красноярске и деревне Емельяново Красноярского края. Конечно, большая сложность была выходить из дома, так как любой бордюрный камень был непреодолимым препятствием. Но я понимал, что только регулярные тренировки могут дать результат. К тому же не было никакого представления, как тренироваться в зимний период. Зимой было практически невозможно

8


передвигаться на коляске. Она вязла в снегу, и пройти 50 метров было нереально. Однако сила желания победила все преграды. В 1993 году на марафоне в Киеве я и мой друг Сергей Шилов, с которым мы вместе ездили на соревнования по России (он тоже на коляске после автоаварии), познакомились с тренером Ириной Громовой. Ирина занималась лыжными гонками до 1984 года и входила в юниорскую сборную СССР. Но после того, как ее муж Дмитрий Громов сломал шейный отдел позвоночника и стал передвигаться на коляске, она закончила свою спортивную карьеру, но из спорта не ушла. Ирина помогала таким, как я, вернуться в спорт. За что я ей безмерно благодарен. Сегодня она старший тренер паралимпийской сборной России по лыжным гонкам и биатлону. Об Ирине можно написать отдельную повесть. Для меня важно, что мы пошли вместе по жизни. Так я оказался в Москве. С Сергеем Шиловым мы жили в Бирюлеве. На третьем этаже в доме без лифта. Каждый день мы шли на станцию Бирюлево-Товарная, поднимались на платформу и ехали на электричке. На Павелецком вокзале Ирина и Дмитрий нас ждали на стареньком микроавтобусе «фольксваген». Все

9

вместе мы ехали на тренировку в Измайлово, Крылатское или на Воробьевы горы. И так каждый день. Летом и зимой. Для нас было шоком, когда Ирина предложила не терять время зимой и тренироваться на лыжах. Навсегда запомню первые два километра на лыжах. Кто знает, что такое перелом позвоночника в грудном отделе, понимает, как тяжело держать равновесие, а здесь еще лыжи. Падали через каждые десять метров. Ирина нас поднимала, и мы шли дальше. А ведь год назад ни я, ни Сергей представить не могли, как каждый день выходить на улицу зимой. Удивительно, но первый тренировочный сбор прошел именно в том городе, где я сломал позвоночник, — в Кирове. Так мы тренировались с 1993 по 1997 год. Легче стало, когда один инвалид из Германии подарил нам микроавтобус с ручным управлением. Мы с Сергеем стали до места тренировки добираться сами. Моя мечта участвовать в Играх сбылась уже в 1994-м. Хотя это были Паралимпийские игры, но они проходили там же, где Олимпийские, — в норвежском городке Лиллехаммере. Теперь я понимаю, что если бы сразу после травмы в 1986 году знал, что есть спортсменыпаралимпийцы, то, конечно, не переставал бы мечтать о таком прекрасном спортивном событии, как Игры. Я убежден, что всегда необходимо ставить перед собой большие цели и, несмотря ни на какие обстоятельства, не отказываться от мечты. Потому что жизнь — удивительная штука и в каждом человеке скрыты огромные жизненные силы, которые обязательно проявляются, если у человека есть цель. Хочу привести еще один пример из жизни. После восьмого класса я поступил в железнодорожный техникум на специальность «машинист подвижного состава». Я смог проучиться только 4 месяца, потом случилась травма. После нее я вернулся в школу, так как машинистом уже точно не смог бы быть. Почему-то вспоминается фраза декана нашего факультета, который видел мое стремление в учебе и тренировках и как-то сказал, что я обязательно буду министром путей сообщения. Тогда, после травмы, я посмеялся над его словами. Но в 2007 году меня избрали депутатом Государственной Думы, статус которого приравнен к федеральному министру. Тогда я еще раз убедился, что жизнь — удивительная штука.

русский пионер №1(43). февраль 2014


итар-тасс

текст: дмитрий чернышенко

Глава Оргкомитета «Сочи-2014» Дмитрий Чернышенко признается в том, что в детстве занимался не только легкой атлетикой и боксом, а и рисовал. Причем рисовал трамплин, как две капли воды похожий на сочинский, построенный через 30 лет после этих рисунков (эти рисунки мы публикуем в Галерее на стр. 63—72). Кроме того, выяснится, что он никогда больше не будет заниматься Олимпиадой. Впрочем, заявка Санкт-Петербурга на летнюю Олимпиаду не за горами… русский пионер №1(43). февраль 2014

ТАКОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, что Олимпиада была в моей жизни всегда. Недавно даже обнаружил этому подтверждение. По работе мне, как и всей команде организаторов Игр, пришлось переехать из Москвы в Сочи. Появилась возможность почаще навещать живущих здесь родителей, бывать в отчем доме. И вот однажды мама достала откуда-то увесистую кипу моих детских рисунков. Дело в том, что в детстве я не только занимался легкой атлетикой и боксом, но и ходил в художественную школу. Даже получил как-то медаль на художественном конкурсе в Финляндии. И эту медаль смело можно назвать олимпийской, потому что, перебирая рисунки, я нашел серию работ, посвященных… спорту! И не просто спорту, а именно зимним олимпийским видам! Ума не приложу, с чего бы это я их нарисовал, если в те годы жил в месте, где и снега-то толком не видел? Не знаю, что за магическая сила водила в тот момент моей рукой, но на одном из рисунков я тогда изобразил трамплин, похожий на наш, сочинский, как две капли! Мало того, там же нарисована копия нашей олимпийской санно-бобслейной трассы, по которой едут спортсмены в форме… российской

сборной! Лет 35 назад я все это нарисовал! Естественно, я о подобных художествах не помнил. И надо же было такому случиться, чтобы именно в предолимпийские дни именно эти работы из тысячи других вдруг попались мне на глаза! Как тут не начать верить в судьбу — ничего в этой жизни не бывает просто так. Вообще, первое мое осознанное воспоминание об Олимпиаде связано с почтовыми марками. Как и многие советские дети, я их коллекционировал. И многие мои ровесники наверняка помнят, что самыми яркими марками всегда были те, которые посвящены Олимпиаде. Пламенные такие приветы из-за «железного занавеса»: Мюнхен-72, Монреаль-76… Правда, филателию я давно забросил, и сейчас в моей коллекции пока нет ни одной сочинской олимпийской марки, хотя их мы тоже постарались сделать запоминающимися. Надо будет это исправить. Олимпиаду-80, конечно, уже помню отчетливо. Вспоминаю, как соревнования по своей любимой легкой атлетике я бегал смотреть в ближайший санаторий — цветной телевизор тогда еще был для многих непозволительной роскошью. Собственно, поэтому и в санатории его хранили как необычайную ценность —

10


в огромном железном ящике, запирающемся на ключ. На время олимпийских трансляций его извлекали оттуда, и телевизор нетерпеливо обступала толпа отдыхающих, в которую протискивался и я. С самого детства все олимпийское пропитано для меня особым очарованием. Я бережно хранил олимпийские монетки с эмблемой Игр. На школьном костюме гордо носил значок с олимпийским Мишкой. Мечтал о сумке с логотипом Олимпиады-80, но она была жутко, неподъемно дорогая. Поэтому я только ходил в магазин и с упоением смотрел на нее. Рядом стояла точно такая же сумка, но без логотипа. Стоила она существенно дешевле. На мои вопросы по этому поводу продавщица сухо отвечала: «Олимпийская наценка». Так я впервые столкнулся с понятием «лицензионная олимпийская атрибутика». И для меня делом чести было сделать так, чтобы лицензионные товары «Сочи2014» по цене не отличались от таких же вещей без логотипов. И мы этого добились! При этом я, разумеется, никогда даже и не помышлял о том, что судьба сведет меня с Олимпийскими играми. Спортсменом я был, в общемто, весьма заурядным, хоть и выигрывал когда-то армейские соревнования по боксу. Увидеть Олимпиаду в качестве зрителя? Абсолютно бредовая мечта для тогдашнего провинциального подростка. Попасть в Москву — вот был предел этих мечтаний. И я, как золотой медалист, туда попал — поступил на физтех, на далекий от олимпийских дел факультет проблем физики и энергетики. Затем перевелся в «Станкин» и стал изучать никому не понятные тогда IT-технологии и программирование. Но жизнь в стране переменилась лихо, я начал заниматься маркетингом, а в какой-то момент даже пребывал в иллюзии, что мне удастся создать в нашей стране индустрию спортивного маркетинга. Увы, считаю, что она до сих пор у нас не создана. Но тогда, в 2004-м, мне все это было жутко интересно, и я даже в качестве расширения кругозора поехал на афинские Игры — посмотреть, как там все на этих соревнованиях организовано. Покупал билеты, ходил на бокс, легкую атлетику (тогда первый и последний раз посещал на Олимпиаде те старты, которые хотел, а не те, которые надо), впитывал… И, как скоро выяснилось, не напрасно. Именно в качестве продвинутого спортивного маркетолога, отучившегося в Лондоне, меня однажды

11

пригласил к себе в кабинет тогдашний министр спорта Вячеслав Фетисов, из уст которого первый раз, и услышал идею о проведении Олимпиады в Сочи. Тогда я получил задание просто разузнать у своих влиятельных западных коллег, возможно ли реализовать такую идею в принципе, получит ли она международную поддержку. Проведя серию встреч, быстро понял: множество факторов сложилось таким образом, что шансы на успех есть, и, как ни странно, очень большие. В общем, я, как человек рациональный, в отличие от многих скептиков никогда не считал проект «Сочи-2014» утопическим. Включился по максимуму в работу, и результат не заставил себя ждать. С той поры на целых десять лет Олимпиада стала неотъемлемой, самой главной частью моей жизни. Ведь я бы никогда не простил себе, если бы мы, страна, город, упустили уникальнейший шанс принять эти Игры. Поэтому уверенность в итоговой победе не покидала меня ни на секунду. Мы жаждали отомстить за Москву, которую прокатили в первом же туре сингапур-

рассказал, что может выкроить себе в космосе пару часов для личных дел. У меня не получается. Сейчас, когда все, что мы когда-то рисовали на салфетках, высится в Олимпийском парке, когда на кону стоит результат десяти лет жизни, расслабляться нельзя. Я необычайно и ежедневно горжусь нашей страной. Тем, что она сделала на олимпийском поприще. Но ради больших целей приходится идти на некоторые жертвы. Проект практически не оставляет личного времени — редко удается, например, читать книги. Хотя собрал за эти годы приличную библиотеку — стоит на даче под тем же девизом «воттолькобудетвремя». А пока трачу драгоценное время только на самое нужное — в первую очередь это очерки об истории Игр и опыте предыдущих организаторов. Еще одна жертва — я почти не вижу семью. Сложно представить, что они будут со мной делать, когда я вдруг свалюсь им опять на голову после окончания всех олимпийских дел. Понимаю, что мы сильно отвыкли друг от друга и, наверное, нам придется заново учиться жить вместе.

Для меня делом чести было сделать так, чтобы лицензионные товары «Сочи-2014» по цене не отличались от таких же вещей без логотипов. ского голосования по Играм-2012. Мы не могли позволить себе проиграть первоначальную отборочную битву нашим бывшим союзным республикам — Казахстану, Грузии. Ну а как мы могли в финале пропустить вперед австрийский Зальцбург, если мой дед воевал на Кавказе, защищая наши горы как раз таки от укомплектованной австрийцами дивизии «Эдельвейс»? Все факторы работали только на победу. Правда, я пообещал в случае выигрыша нашей заявки выучить французский язык. С сожалением признаюсь: за эти семь лет я не слишком в этом направлении продвинулся. Виноват и задачи с себя не снимаю — буду должен! Вот только станет у меня чуть побольше свободного времени… Сейчас времени этого нет. Совсем. Я даже позавидовал космонавту Федору Юрчихину, который в ноябрьском номере «Русского пионера»

Совсем скоро все закончится. Пройдут игры Олимпийские. И даже Паралимпийские. И я уже знаю, что буду делать после. Сперва воплощу в жизнь свое самое заветное желание — поспать. Хотя бы пару дней, но от души. Ну а потом надо будет хорошенько отметить завершение Олимпиады с трудовым коллективом. Сейчас-то у нас сухой закон, если кто не в курсе. И Новый год наступит только 18 марта. А к тому времени как раз и Великий пост к концу подойдет. А еще я знаю, чего точно не буду делать по окончании Игр. Я больше не буду заниматься Олимпиадой. Категорически. Это невероятно интересный проект, равного которому, наверное, уже и не будет. Я благодарен за него судьбе, но Игр было слишком много в моей жизни. Чтобы понять это, стоит посмотреть хотя бы на мои детские рисунки.

русский пионер №1(43). февраль 2014


наталия львова

текст: марк гарбер рисунок: анна каулина

Инвестиционный банкир Марк Гарбер находит в себе мужество вспомнить и в деталях передать читателю эпизод, когда он на деле узнал, чем же отличаются горные лыжи от беговых. Если спускаться с горы на базе подготовки олимпийцев.

русский пионер №1(43). февраль 2014

МОИ ОТНОШЕНИЯ со спортом складывались как-то нейтрально: я вместе со всеми бегал, прыгал, сдавал какие-то нормы, но это были весьма формальные физкультурные успехи в рамках школьной программы. Один раз в школу пришел тренер по волейболу и сказал, что первые пять человек в шеренге могут прийти на пробные занятия. В тот день я был дежурным и стоял первым, и, не будучи исполином, тем не менее решил воспользоваться уловкой и пошел на волейбол. Глянув на меня, тренер сразу осознал свою ошибку, и мне даже не дали подержать мяч. Мой папа любил популярный тогда конькобежный спорт и купил мне настоящие беговые коньки. Мы ходили на стадион «Торпедо», который теперь назван в честь великого футболиста Эдуарда Стрельцова, а тогда был просто «Торпедо», и зимними вечерами мы катались по залитой льдом беговой дорожке, обрамлявшей футбольное поле. Не все получалось, и проходить виражи, забрасывая одну ногу за другую и держа при этом руки за спиной, я так и не научился, но ощущение морозного воздуха и залитого светом прожекторов стадиона осталось на всю жизнь.

Мы, как и все, играли в футбол, где могли, в хоккей (преимущественно без коньков) и постоянно дрались, поскольку это был главный спорт мест моего рождения и обитания — Пролетарского района города Москвы. Уже в институте стало страшно модно заниматься карате. Это была настоящая эпидемия. Шились кимоно, в школьных спортзалах арендовалось время, и самоназначенные сенсеи проводили занятия, порой сами не очень понимая, что преподают. Ходили невероятные рассказы про знаменитого Алексея Штурмина и его учеников, про необыкновенные случаи в темных переулках, и было важно продемонстрировать набитые в сплошную мозоль костяшки кулака, который назывался «кентос». Это увлечение быстро прошло, как только карате запретили. Ходили слухи, что многих посадили в тюрьму, что частично имело место, но в условиях советского контроля заниматься было уже небезопасно, хотя отдельные фанаты и продолжали нелегальные тренировки, вызывая трепетный восторг окружающих. И вот начинавшийся олимпийский, 1980 год не только подарил мне знакомство со спортом, который я полюбил, но и дал прикоснуться к спорту высоких достижений.

12


13

русский пионер №1(43). февраль 2014


Мы с моим институтским товарищем собрались поехать в Армению, в легендарный Цахкадзор, где находилась база подготовки олимпийцев. Ехали мы в дом отдыха на студенческие каникулы и собирались попробовать себя в горных лыжах. Поскольку нас предупредили заранее, что обувь напрокат мы вряд ли сможем взять — только лыжи, я поехал в спортивную комиссионку покупать ботинки. Выяснилось, что уже появившиеся импортные пластиковые ботинки стоят почти как машина и единственное, что мог позволить мне мой бюджет, были кожаные отечественные ботинки «Терскол» на шнурках. Следующей труднопреодолимой задачей было найти подходящий костюм, поскольку не было ничего близко похожего на горнолыжную экипировку. Помог случай: мой приятель-хирург подрабатывал врачом в спортивном диспансере и, узнав за рюмкой о моей проблеме, вызвался помочь, сказав, что точно возьмет форму у парня-бобслеиста, поскольку, по сути, они ничем не различаются. Он был так убедителен, что мне не оставалось ничего, как поверить ему. Дата нашего отлета стремительно приближалась, а формы все не было. Я нервничал и названивал приятелю-хирургу, который меня убеждал, что все в порядке, просто кого-то нет, кто-то заболел и так далее. Я понял, что буду кататься в имевшейся у меня шубе из искусственного меха. Но, к моему удивлению, утром в день отлета раздался звонок, и через час я распаковывал сумку, в которой были синие эластичные брюки и потрясающая красная куртка. Они мне были почти в самый раз, но ужас состоял в том, что на спине куртки гордо красовались четыре буквы «СССР», а на груди и на брюках, дабы не оставалось сомнений, был пришит герб ныне не существующего государства. Я тут же поинтересовался, могу ли я все это спороть, а потом пришить на место. Ответ был однозначным — ни за что: всех расстреляют, все равно точно не пришьешь. Цахкадзор встретил нас армянским коньяком, бастурмой и невероятно теплой атмосферой. Мы поселились в новой фантастической гостинице «Наири» (путевки достали родители моего приятеля по большому блату). Наутро мы взяли в прокате лыжи. Вариантов тогда не было: либо польские «Польспорт», либо болгарские «Младость». О югославских «Эланах» можно было только мечтать. Тогда еще не

русский пионер №1(43). февраль 2014

придумали стопперов (это такие скобки на современных креплениях, которые не дают лыже уехать, если она отцепилась), и лыжи крепились к ботинкам кожаными ремешками. Я с детства ездил на обычных лыжах, это было привычное занятие, и полагал, что горные лыжи — лишь некая разновидность привычных гоночных лыж, и уж поскольку я отлично катаюсь с горок, проблем не будет. Именно поэтому, надев чужую форму и почувствовав на себе восхищенные взгляды девушек, я еще не знал, на что иду. Надо сказать, что в Цахкадзоре был очень длинный подъем с двумя остановками одноместного кресельного подъемника. Доехав до первой остановки, где все сходили, я решил, что большинство идет в ресторан, расположенный тут же, а не кататься. В глубине души у меня были сомнения насчет моей квалификации, но я их гнал от себя прочь. К тому же я справедливо решил, что надо уехать подальше от любопытных глаз, чтобы там отточить мастерство и предстать во всей красе, уже освоив этот несложный спорт. По мере продвижения кресла подъемника наверх вместе с нараставшим ветром, снегом и внезапным пониманием, что еду я один, начали расти сомнения. Кресло раскачивалось, было уже страшно, я вцеплялся в лыжи, мои тоненькие перчатки (они в олимпийский комплект не входили) не грели, а кожаные ботинки стали превращаться в ледяной камень. Когда я доехал до верхней точки, мой лексикон ограничивался парой известных слов непечатного характера. Обледеневшими пальцами я приспособил ремешки и застегнул-таки крепления. Первые же движения выявили несостоятельность моего предположения о родственности беговых и горных лыж. Из деревянной будки подъемника на меня смотрело удивленное лицо спасателя, пытавшегося совместить несовместимое: полный «чайник» в костюме сборной. Это сейчас, спасибо «Боско», каждый может одеться как член сборной, а тогда такое было попросту невозможно. Мимо меня проносились настоящие спортсмены с таким же выражением на лицах, как и у застывшего в шоке спасателя. Я не понимал, как они поворачивают, но знал, что надо вниз, чтобы выжить.

Я немного ехал вниз, набирая скорость, потом присаживался и падал, если не удавалось остановиться. Периодически эмпирически получался плуг, я как-то двигался вниз, но не быстро. Думал снять лыжи, но понял, что не смогу их нести. Время растянулось в вечность, во рту пересохло, несмотря на лютый холод и ветер. И вот я приблизился к точке, с которой был виден из ресторана, где сидели все мои новые приятели и, о ужас, приятельницы. Как назло, туман рассеялся, вышло солнце — я был как на ладони. Я понял: это момент истины! И я поехал! Поехал как умел — то есть вниз прямо, как с горки на санках… Ресторан стоял на пригорке. Развив первую космическую скорость, я, приближаясь к ресторану и соображая, как буду тормозить, зацепился за кочку и полетел вперед. При этом лыжи мои отцепились, но полетели рядом на ремешках. Я врезался в ресторанный холм, как истребитель, сбитый вражеским огнем. По голове ударили долетевшие лыжи, я лежал ничком на снегу, наблюдая, как на нем расплывается красное пятно. Пошевелив конечностями, я не без радости обнаружил, что в общем цел. Кровь лилась из пореза на лице — еще одним не предоставленным мне реквизитом были очки. Их я позаимствовал у приятеля; очки были фирменными, но вместо давно разбившегося стекла в них была вставлена самодельная целлулоидная пластинка, которая, треснув, ранила щеку. Потери были минимальные: порез на щеке. Пока ко мне бежали люди, план был готов: я получил травму и кататься уже не смогу. Это спасало мою репутацию и позволяло носить заветный костюм. Я хромал, точнее прихрамывал, порою забывая, на какую ногу. Остаток отдыха я восседал в том самом ресторане на солнце в компании восхитительных поклонниц горных лыж. С тех пор прошло немало времени, я в меру возможностей научился ездить на горных лыжах и побывал на разных горнолыжных курортах, но мой по-настоящему олимпийский старт восьмидесятого года остался самой яркой страницей в моей спортивной биографии. 2014, январь, Куршевель

14


Пионер-герой. Столетний бабник. Сан Саныч, не только факелоносец. Следопыт. Золотая китайская жила. Наш корреспондент раскрывает секрет триумфа китайских спортсменов на Олимпиаде в Пекине.


В жизни Сан Саныча две страсти — пинг-понг и женщины. Это обстоятельство ничуть не привлекло бы внимания к персоне Сан Саныча Каптаренко, будь ему двадцать лет. Пусть даже сорок. Да хоть бы и пятьдесят. Ему сто два года в январе исполнилось.

русский пионер №1(43). февраль 2014

16


текст: дмитрий филимонов фото: андрей шапран

Обозреватель «РП» Дмитрий Филимонов отправляется в Новосибирск, чтобы познакомиться, а потом и познакомить читателя не просто с олимпийским факелоносцем — но с самим Сан Санычем Каптаренко. Факелоносцем-рекордсменом в определенном смысле.

17

русский пионер №1(43). февраль 2014


В

жизни Сан Саныча две страсти — пинг-понг и женщины. Это обстоятельство ничуть не привлекло бы внимания к персоне Сан Саныча Каптаренко, будь ему двадцать лет. Пусть даже сорок. Да хоть бы и пятьдесят. Ему сто два года в январе исполнилось. И он бежал с олимпийским факелом по главной улице Новосибирска. Про факел узнал в департаменте физкультуры и спорта. «Я туда захожу часто. Мариночка там, секретарь, приятная такая девушка, у меня для нее несколько стихов есть. Только потискать ее собрался — начальник выходит: привет, Сан Саныч, будешь нести факел, мы так решили! Им рекорд нужен был, потому что в Лондоне олимпийский факел несла женщина столетняя, а мне уж поболе. Ну ладно, говорю, спасибо за честь — и пошел тренироваться». Дело-то, видишь, серьезное: факел то в космос запустят, то на дно Байкала опустят. Не сплоховать бы. Тут серьезная тренировка нужна. Сперва с гантелей по клубу ходил — на вытянутой руке. Он трижды в неделю в клуб «Металлург» ездит. На автобусе. На окраину города. Двадцать лет ездит. У него там партнер есть, Руслан Щипков, он же Щипок, семьдесят шесть лет — старше не нашлось. Вокруг мальчишки, девчонки скачут, а Сан Саныч с Щипком стоят за своим столом: пинг-понг, пинг-понг, пинг-понг. Потом Сан Саныч берет гантелю — и по клубу трусцой. Гантелька маленькая такая, на полкило. А факел кило восемьсот весит — так в департаменте сказали. Не тот вес, не подходит гантелька. Домой вернулся — стал искать что-то более подходящее. Взял кубок. Хрус тальный, увесистый. В прошлом году получил на первенстве мира в Стокгольме. Сан Саныч тогда с чемпионом Франции сразился. Не за победу получил кубок, нет, — за участие. Какая может быть победа, когда он единственный в своей возрастной категории? Чемпиону Франции всего-то восемьдесят шесть. В общем, ходит по квартире с хрустальным кубком — и все равно не то, кило в нем, не больше. А тут как раз выходные — на рынок поехал, вина гру-

русский пионер №1(43). февраль 2014

зинского купить и красной рыбки. Сан Саныч с некоторых пор каждую субботу на рынок ездит — за грузинским вином и семужкой. Взял с прилавка мороженую рыбину, за хвост держит — опа! — чем не факел? А ну-ка, говорит, взвесьте мне еще одну, чтоб на кило восемьсот! — Мой папа — бабник, — разводит руками дочка Вера, — у него любовница моложе меня. Она грузинское вино любит. И закусить красной рыбкой. Сан Саныч две недели с этой рыбиной по квартире ходил, как с факелом. Тренировался. Достанет из морозилки, походит, обратно в морозилку спрячет. Сан Саныч и сам к грузинскому вину пристрастился. Раньше-то все больше кубанское попивал. И вообще, у него стали привычки меняться, как сто лет исполнилось. Жизнь другим боком повернулась. Интерес к нему у людей проявился. До ста лет не было интереса, а тут взял и появился. Вот по миру стал ездить — на всякие международные соревнования приглашают. Опять же корреспонденты в дом повадились. Вернее, все больше корреспондентки. Рецепт долголетия

спрашивают. Он винца грузинского корреспондентке нальет, за бедро ущипнет легонько, по коленке погладит, а на закуску — котлетку. Сан Саныч котлетки делает собственноручно, из отборного мяса. Потому что хорошая закуска — это важно. Он знает! Он дважды в жизни напивался вусмерть — оттого, что хорошей закуски не было. Первый раз еще до войны, в Ленинграде. Он тогда нормировщиком служил на заводе Чкалова. Нормировщик — важный человек: от него же размер получки зависит. В общем, мужики из кузнечного купили водки и нормировщиков позвали — Саньку с Юркой. А закусочка так себе: огурчики, помидорчики. Санька с Юркой быстро надрались и стали друг друга кулаками месить. Утром приходят на смену — у Юрки нос опухший, у Саньки челюсть разбита, от обоих перегаром разит. Профорг, гадина, быстренько собрание созывает. Женщины жалеют Саньку с Юркой, мужикам все равно — им бы самим опохмелиться. И тут Санька, не дожидаясь профорга, берет слово. Так, мол, и так, мы с Юркой вели себя недостойно, опозорили звание

18


пролетария, готовы понести наказание. Покаяние было принято, порицание было вынесено — тем и кончилось. Другой раз — в эвакуации. Их завод — номерной, авиационный — эвакуировали из Ленинграда в самом начале войны. В Новосибирск. Ехали долго, муторно, а когда прибыли на место и выгрузились из эшелона, пошли искать пропитание. В магазинах — лишь кофе в зернах, крабы в банках и шампанское. Все остальное местное население повымело. Санька получил жилье: пол-избушки с отдельным входом, печка с плитой, дощатое подобие стола и лампочка под потолком, изредка светившая ночью. Санька распорол наматрасник, в котором привез из Ленинграда все свое добро: копченого угря, коробку печенья, кулек конфет, несколько пикейных манишек, целлулоидные воротнички и пятьдесят галстуков. Вытряхнул добро на пол, набил наматрасник свежескошенным сеном и произвел учет. Угорь по

19

...Не за победу получил кубок, нет, — за участие. Какая может быть победа, когда он единственный в своей возрастной категории? Чемпиону Франции всего-то восемьдесят шесть...

дороге протух, печенье раскрошилось, конфеты слиплись. Дорогу пережили только манишки, целлулоидные воротнички и пятьдесят галстуков. Однако в условиях эвакуации эти вещи не представляли ценности. Девчонка из заводской бухгалтерии, вместе с которой они ехали в эшелоне и с которой целовались еще в Ленинграде, отказалась жить с Санькой, потому что получила более солидное предложение. Ему не оставалось ничего иного, как позвать в свой дом местную жительницу Дусю, которую он и лишил девственности на пахнувшем свежим сеном матрасе. Однако ему хотелось возвышенного и светлого, поэтому Санька писал в Ленинград письма в стихах — той единственной, которую звали Нина. Из дальнего края К Неве голубой, К тебе, дорогая, Я рвусь всей душой.

русский пионер №1(43). февраль 2014


Берег гранитный, Твой тонкий овал Не позабыть мне — Куда б ни попал. С Ниной они познакомились еще в Ленинграде — по дороге от заводской проходной к автобусной остановке. Юрка толкнул его в бок и сказал: «Глянь, какой зайчик без привязи!» Следующим эшелоном Зайчик-без-привязи прибыла в Новосибирск и потеснила местную жительницу Дусю на пахнувшем свежим сеном матрасе. Потом, уже в конце сорок первого, когда Санькину жену — да-да, в Ленинграде у него была жена, — так вот, когда жену с малолетним сыном эвакуировали из блокадного Ленинграда по «Дороге жизни» и она приехала в Новосибирск, и вошла в Санькину избу с ребенком на руках, худая, изможденная, и увидала на матрасе, который к тому времени перестал пахнуть свежим сеном, и своего Саньку, и Зайчика-без-привязи, и двух ее

русский пионер №1(43). февраль 2014

...Ну а факел у него дома стоит. Точнее, на балконе. Когда к нему корреспондентки приходят, он им факел показывает. Но в дом не вносит. Потому что воняет сильно. Внуки факел купили. У спонсоров. За двенадцать тысяч рублей...

подружек, она вздохнула и устало молвила: «Другого я от тебя не ожидала». Две подружки упорхнули. Зайчикбез-привязи повернулась спиной к происходящему, однако осталась. Так они зажили вместе. Потом была еще красавица Виктория с русой косой, которая потеснила на матрасе и жену, и Зайчика-без-привязи, однако эта история ничего нового к вышесказанному не добавляет. Тем временем на заводе начались чистки, искали вредителей и диверсантов, и половина конструкторского бюро попала под трибунал, а потом под расстрел, однако личное дело Саньки, который к тому времени числился конструктором, даже не стали рассматривать. Начальник особого отдела глянул на папку с его фамилией и фыркнул: «У этого только бабы на уме!» И бросил папку в стопку благонадежных. Вот тогда он напился вдрызг второй раз. Шампанским. Потому что кофе в зернах — плохая закуска.

20


…В то утро Сан Саныч встал в шесть часов. Сварил себе кофе. Не завтракал. Нервничал. Рыбину из морозилки не доставал. Хватит, натренировался уже. К семи съехались родственники. Дочка Оля, дочка Вера, внуки. Посадили в машину — поехали к месту сбора. В библиотеку. Там его обступили девицы: Сан Саныч, сейчас мы вас переоденем! Олимпийскую форму на диване разложили, куртку ему расстегивают. Сан Саныч заулыбался, нервничать перестал. Девиц щиплет. Девицы повизгивают тихонько, хихикают, пальчиками грозят. Штаны спортивные натянули, фуфайку. Сан Саныч стоит, глазки зажмурил, лапки подставил — девицы ему перчатки натягивают. Потом — инструктаж. «Сперва к вам подойдут люди в красном. Потом люди в белом. Это спонсоры. С ними надо радостно обняться». Ладно, все сели в автобус, поехали на Карла Маркса. Выйдя на площади, он радостно обнял людей в красном, потом людей в белом, вышел на трибуну, сказал про мир во всем мире, взял факел и представил себе, что это красная рыбина, а вовсе не факел, потому

21

...— Есть хочу, — сказал Сан Саныч родственникам, и они сели в машину и поехали к нему домой, и Сан Саныч намазал хлеб маслом, достал из морозилки свою красную рыбину, настрогал, посолил — и съел. А что не доел — на потом оставил. Знамо кому...

что ему так спокойнее, и он нес эту рыбину, полыхавшую пламенем, и от нее было жарко и воняло горелым, и кто-то в толпе сказал: а что за старый хрыч топает с факелом, и кто-то ему ответил, что этому деду сто лет с гаком, и первый ответил: ой, ни хрена ж себе, и тут его подхватили под руки и отобрали факел, потому что дистанция была пройдена! — Есть хочу, — сказал Сан Саныч родственникам, и они сели в машину и поехали к нему домой, и Сан Саныч намазал хлеб маслом, достал из морозилки свою красную рыбину, настрогал, посолил — и съел. А что не доел — на потом оставил. Знамо кому. Ну а факел у него дома стоит. Точнее, на балконе. Когда к нему корреспондентки приходят, он им факел показывает. Но в дом не вносит. Потому что воняет сильно. Внуки факел купили. У спонсоров. За двенадцать тысяч рублей. Он говорит внукам: «На кой черт мне этот факел, у меня ж пенсия тринадцать тысяч». А дочка Оля ему: «Надо, папа!» И все тут. Дочка Оля — человек жесткий. У нее своя клиника в Киеве. Зубная. Когда на чемпионат Европы в Чехию ездил, дочка Оля сопровождала. На обратном пути решила папе сюрприз сделать — в Париж заскочить на недельку. Он говорит ей: «Леля, на кой черт мне этот Париж!» А дочка Оля ему: «Надо, папа!» И поехали они в Париж. И видели Эйфелеву башню. И видели собор Парижской Богоматери. И по Сене плавали, и в метро катались, и вот, наконец, пришли они к Лувру. И встали в очередь. В эту бесконечную очередь, которая подлиннее, чем очередь в Мавзолей в лучшие годы советской власти. И вот стоят они и понимают, что не видать им этого Лувра, не выстоять. «Леля, на кой черт нам этот Лувр», — говорит Сан Саныч, и тут подходят к ним охранники, и выдергивают Сан Саныча из очереди, и ведут под ручки в Лувр, и ставят прямо перед «Джокондой». И он смотрит на нее. И она смотрит на него. — Вот это женщина, на всю жизнь! — восхищенно шепчет Сан Саныч, поднявши кверху большой палец. — Oui, — соглашается охранник.

русский пионер №1(43). февраль 2014


На летней Олимпиаде в Пекине китайская сборная завоевала больше всех «золота». Обогнала Америку, Россию и прочих. Это переполнило чашу терпения, и люди стали негодовать: как такое возможно?

русский пионер №1(43). февраль 2014

22


текст: николай фохт рисунки: александр ширнин

В спортивном номере — спортивное расследование: безбоязненный следопыт «РП» Николай Фохт доходит до корней, до оснований невиданного успеха олимпийской сборной Китая на Играх в Пекине. Больше нет такой загадки.

23

русский пионер №1(43). февраль 2014


«Я закрываю

глаза. Моя левая нога наливается тяжестью. Моя правая нога тяжелеет. Вверх по левой ноге, затем по правой ноге поднимается тепло. Левая кисть руки тяжелеет и наливается теплом, правая тяжелеет и наливается теплом. Я направляю внимание на позвоночник, на шею. По каналам, по меридианам тепло разливается по шейному отделу. На уровне копчика у меня образовался упругий, прохладный шарик. Шарик медленно прокатывается по позвоночнику и собирает все негативное, все неудачи, проблемы и поражения. Шарик прокатывается до шеи и обратно — и исчезает, унося с собой отрицательную энергию. А я оказываюсь на берегу теплого моря в солнечный день. Прохладный ветер обдувает мое лицо, а мои ноги утопают в тяжелом, горячем песке…» Я сижу на стуле в позе кучера: локти упираются в бедра, спина согнута, голова опущена, глаза закрыты. Я повторяю эти простые, но чужие и бессмысленные слова. К нам в спортивную школу приехал психолог, и весь наш класс в порядке эксперимента учится аутогенной тренировке. Чего греха таить, мы это все восприняли несерьезно — как игру, блажь. Из приемов аутотренинга остался только навык во время соревнований найти укромный уголок, сесть в позу кучера и закрыть глаза. Дальше уж как пойдет: получится заснуть или подремать — счастье. Трехминутный или пятиминутный сон повышал успех процентов на пятьдесят. У меня никогда этого не получалось — ни тогда, ни теперь. Пытался применить техники аутотренинга — ничего, кроме лишней траты сил, эмоций и злости, что и тут ничего не выходит, не получал. И забыл надолго. А вот пришлось припомнить этот опыт — в связи с китайцами. Эти китайцы не дают покоя прогрессивному человечеству, включая, как ни странно, Россию. Сначала всех бес-

русский пионер №1(43). февраль 2014

покоило качество китайских джинсов, потом качество китайских телефонов, ну и, наконец, с начала века люди стали с недоумением смотреть на китайских спортсменов. Честно говоря, трудно вообразить, чему бы цивилизованные люди могли искренне и по нарастающей так долго удивляться. А вот на тебе — спорт, точнее, «необычайный взлет результатов и побед» спортсменов из, разумеется, Поднебесной. Я поначалу не разделял этого удивления. Мне казалось, раз страна большая, миллиарды, можно сказать, то и спортивные результаты должны быть громкими. Но люди резонно замечали: а чего же раньше такого не было, а к Олимпийским играм в Пекине как раз и подоспел грандиозный триумф? Пятьдесят одна золотая медалька — это не хухры-мухры, это одной дисциплиной и мобилизацией человеческого фактора не обеспечишь, правильно? Возможно, что правильно, осторожничаю я и перехожу в наступление: а чем обеспечишь? И тут мне на голову сыплются версии одна жестче другой. Секрет обретает габариты тайны, тайна дрейфует в сторону глобального заговора и величайшей аферы нового века. Таким образом, к моей радости, есть что раскрывать. Размеры неизведанного таковы, что отгадка опять принесет пользу человечеству, а мне — удовлетворение от хорошо проделанной работы, от озарения, от олимпийской гармонии. Так в чем же дело? Все знают, что на летней Олимпиаде в Пекине китайская сборная завоевала больше всех «золота». Обогнала Америку, Россию и прочих. Это переполнило чашу терпения, и люди стали негодовать: как такое возможно? Ну ладно нас, но США — это уже слишком. Такого просто не бывает, чтобы команда (олимпийская в данном случае), которая всегда плелась в середине мировой десятки сборных, вдруг стала лучшей. И главное, не только в пинг-понге завоевали «золото»,

но и в совершенно некитайских видах спорта — в парусных гонках, например. А их штангисты, особенно штангистки? Да такие заоблачные веса без тайных инструментов, одной штангой и силой не взять! И на поверхность всплыли версии тайного китайского оружия, одна секретней другой. Самая безобидная, вегетарианская в прямом смысле слова, сформулирована, в частности, Юрием Гущо. Я этого человека знаю: он победил сложную болезнь, при этом сам мастер спорта по самбо — для этого вида спорта серьезное звание. И специализация Гущо — долголетие, что тоже большая тайна, к которой наверняка еще припаду, чтобы разгадать. Ну так вот, по горячим следам Гущо сделал смелое предположение, что тайна китайских побед — в хорошем питании. Не просто в хорошем питании — в правильном употреблении пищи. По наблюдениям ученого-геронтолога, всякий китаец в канун одноименной Олимпиады в шесть раз лучше питался, чем американец, и в четыре — чем русский человек. Чем лучше? Грубо говоря, Юрий Гущо делает вывод, что китайцы вообще и китайские спортсмены-олимпийцы в частности стали вегетарианцами. То есть растительная пища (это уже я сам додумался и интерпретирую) способствует стрессоустойчивости, лучшему восстановлению организма после нагрузок, выведению всяких шлаков и хорошей работе этих… антиоксидантов, что бы это слово ни значило на самом деле. Доказательством вегетарианской версии служит информация, что чуть ли не указ вышел в Китае: спортсмены высоких достижений, которые готовятся к Олимпийским играм, должны отказаться от употребления мяса. Эта информация существует независимо от исследований Гущо, который, кстати, даже и не ссылается на этот, казалось бы, козырь. Следующей версией по возрастанию идет догадка, что врачи китайской сборной пользуются плодами многовековой, знаменитой своей народной

24


медицины. О чем идет речь? В первую очередь о женьшене. Я нигде не встречал информации о том, что этот знаменитый растительный эликсир — в запрещенном списке WADA, антидопинговой комиссии. Но ведь и дураку понятно, сообщают адепты этой версии, что женьшень — это килотонны дополнительной энергии. А особо продвинутые подливают масла в огонь: женьшень на китайца действует в несколько раз эффективнее, чем, скажем, на европейца или представителя африканской расы. Что китайцу женьшень, русскому просто зеленый чай. Но ведь кроме женьшеня есть еще китайский лимонник и иглоукалывание. Лимонник, как я понимаю, тоже призван тонизировать спортсмена, а также усиливать действие психотропных препаратов — если они применяются. Разумеется, все составляющие применяются вкупе, системно. Это заставляет спортсмена не только тренироваться на пределе возможностей, но и опираться на чудодейственные травы-иголки непосредственно во время состязаний. К этим вполне понятным и все-таки медицинским инструментам присовокупляется традиционная китайская духовность, в смысле буддизм. А именно медитация. Все мы смотрели китайское кино про боевые искусства. Если исключить из него спецэффекты и гимнастику, останется боевитость китайских героев, их одержимость идеей достичь победы. Одержимость эта воспитывается (ну, в кино так) в монастырях Шаолиня с помощью ушу (а также модификаций этого вида единоборств) и медитации, которая ведет к просветлению и отказу от всякой чепухи. А именно чепуха мешает любому мужчине или женщине превзойти себя, прыгнуть выше головы; забыв про боль, сон и еду (даже вегетарианскую), вести бесконечный и кровопролитный бой с врагами. И побеждать, соответственно. Именно на китайцев это действует потому, что плоть от плоти: женьшень, иголки, медитации. И все это совершенно разрешенные сущности — если, конечно, женьшень не на спирту. Но он только в западном мире на спирту,

25

а тут его, скорее всего, сразу в кровь вкалывают, свеженьким, только что с грядки. Наблюдательные участники пекинской Олимпиады рассказывали, как спортсмены перед стартом, а то и сразу после финиша заходили в специальные комнатки — и выходили из них еще более сильными и здоровыми. Наверняка не массажем единым и барокамерой там дело обходилось, горько замечали очевидцы.

...Эти китайцы не дают покоя прогрессивному человечеству, включая, как ни странно, Россию. Сначала всех беспокоило качество китайских джинсов, потом качество китайских телефонов, ну и, наконец, с начала века люди стали с недоумением смотреть на китайских спортсменов...

Самым, пожалуй, жестким сценарием, который сделал возможным китайское чудо, является допинг. Не секрет, что в восьмидесятых-девяностых по распоряжению политбюро коммунистической партии именно Китая спортсмены высоких достижений в обязательном порядке стали принимать допинг. Собственно говоря, как это ни печально, именно с этого времени и начался взлет китайского спорта вообще и улучшение олимпийских достижений в частности. Именно с того момента я вдруг увидел, что существует и китайская сборная по футболу, и что Китай зачем-то играет в баскетбол, а сами китайцы не такие уж маленькие; ни с того ни с сего прорезалось китайское фигурное катание, и даже биатлон замаячил на горизонте — китайский биатлон. А большой теннис! Это же действительные чудеса. Надо сказать, что подавляющее большинство всех людей на Земле связывали непривычные успехи в спорте с успехами в экономике. В частности, мы, русские, усматривали причину быстрого прогресса, того, что все в каком-то смысле братской стране стало быстрее, выше и сильнее, в том, что завелись деньжата. На эти деньжата «таукитайская братия» построила несколько катков, вообще спортплощадок и, главное, наняла иностранных тренеров, в основном из России и бывшего СССР. Ну и, разумеется, в сочетании с известной китайской работоспособностью и не менее известным всем советским гражданам фанатизмом это принесло плоды. В канун нового века плоды эти были втоптаны в грязь лакированным сапогом WADA. С первых

русский пионер №1(43). февраль 2014


дней существования, с конца девяностых, эта организация добрых развила бурную деятельность. Пропали и немцы, и русские, и американцы — китайцам сам бог велел. В смысле, наказал. Тут вроде бы и раскрылась тайна, все облегченно вздохнули и даже злорадно стали потирать ладони. Хотя, в общем, допинговые скандалы с китайскими спортсменами, насколько я помню, возникали не чаще, чем с российскими спортсменами. Но удобно было думать, что хитроумные азиаты только и делали, что жрали стероиды и пили тот самый фуросемид, чтобы вывести с мочой следы от стероидов. Внезапно, в преддверии Афинской Олимпиады, парабола и парадигма побед коммунистического Китая устремилась вверх, да как-то вертикально. Ага, усмехнулись антидопинговые канадцы, сейчас мы вас и… А и ничего не вышло, не удалось в глобальном смысле и масштабе схватить атлетов из КНР за руку. Попадались опять в основном русские да американцы. А результаты китайцев росли. Накануне домашней Олимпиады каждый сезон Китай наращивал преимущество и к своим Олимпийским играм подошел в лидерах практически во всех дисциплинах. И смел за четыре олимпийские недели всех конкурентов. Без допинговых скандалов. Поверить в это было невозможно — вот никто и не поверил. Так родилась версия о загадочном допинге, который придумали китайцы; допинге, который не может выловить WADA. Как такое возможно? Во-первых, рассказывают любители данной теории, во время Пекинской Олимпиады китайских спортсменов мало проверяли. Во-вторых, добавляют они, пользуясь положением хозяев, китайцы ловко манипулировали самими анализами. Ну, мы знаем и про искусственный пенис Майка Тайсона, который наблюдатели принимали за настоящий, когда контролировали анализ мочи. И в курсе, что есть способ вводить катетером чужую, хорошую, правильную мочу в мочевой пузырь спортсмена — и не нужен уже никакой искусственный пенис. Или не пенис. И в-третьих, самое главное:

русский пионер №1(43). февраль 2014

...Такого просто не бывает, чтобы команда (олимпийская в данном случае), которая всегда плелась в середине мировой десятки сборных, вдруг стала лучшей. И главное, не только в пинг-понге завоевали «золото», но и в совершенно некитайских видах спорта — в парусных гонках, например. А их штангисты, особенно штангистки? Да такие заоблачные веса без тайных инструментов, одной штангой и силой не взять!..

китайцы благодаря своей растущей экономике сделали рывок не только в легкой промышленности, но и в генной инженерии. Опередили страны Запада и США (что само по себе сенсация — если правда оно). С помощью этих мирных и полезных на первый взгляд достижений китайцы соорудили генно-модифицированный допинг. Что это такое? Я не знаю. Если на пальцах (а везде на пальцах и объяснено), в организм живого человека запускается специальный вирус, который временно или навсегда изменяет определенные участки генов. Специальные участки ответственные, скажем, за переработку кислорода в крови. И через определенное время человек, спортсмен, китаец начинает, например, усваивать кислород из воздуха в два раза быстрее (или в два раза большего объема) по сравнению со своим обычным состоянием. Примеры генно-модифицированных атлетов история спорта знает — финский лыжник Ээро Мянтюранта, олимпийский чемпион Скво-Валли (1960) и Инсбрука (1964). В начале девяностых ученые как следует обследовали Ээро и обнаружили естественную генную мутацию, которая наблюдалась у всех близких и дальних родственников олимпионика. Он как раз на пятьдесят процентов дышал быстрее, чем обычный человек. И самое главное, допинг-тест не выявляет генно-модифицированный допинг, то есть даже если обнаружена мутация, невозможно сказать, она наследственная или генно-модифицированная. Так говорят сторонники этой версии. Есть и четвертый вариант: просто Китай вложил в спортивную инфраструктуру невероятную уйму денег: в спортивную науку, в строительство спортивных сооружений, в самих китайцев, которые занимаются спортом. Деньги тратятся и на «сопровождение» победителей и призеров Олимпиад: это — кроме безусловного почета, а может, и славы — премии, пенсии, жилье, автомобили и прочее. Причем гарантированно, без

26


задержек, в полном объеме. И, как говорится в китайских инструкциях к смартфонам, life warranty. Но это скучно, потому что у всех и условия созданы, и джипы выдают, и любят аж до дрожи олимпийских чемпионов. Почему же именно китайцы осуществили прорыв? Я понял, что пришло время, — и принял позу кучера. На самой моей макушке образовался шарик. Шарик катается по темечку, мысли собираются вокруг шарика, к голове приливает тепло. Шарик лопается, а мысли остаются. Тепло уходит в отяжелевшие кисти рук и ступни ног. Интуиция подсказала, что я знаю ответ. Но к черту интуицию — дело серьезное: Сочи на носу. А вдруг, когда распознаю ответ, успею доложить куда положено? И мои наработки помогут, мои выкладки и логические цепочки скромным даром упадут в копилку наших побед? То есть дело-то ответственное; интуиция — интуицией, но надо и у людей спросить, которые разбираются — хотя бы не хуже моего. И я направился в тренажерный зал, к тренеру Артему. Артем — футболист, даже в команду киевского «Динамо» входил, но травмы заставили уйти из большого спорта. Окончил инфизкульт. Артем выслушал мой вопрос и добавил на гриф штанги блин. Пока я жал, Артем размышлял. — А я бы не сбрасывал со счетов все варианты. — Я отдышался, а Артем накинул вес. Я справился и с этим подходом. В награду за проявленную силу тренер все-таки конкретизировал наблюдения. — Да, не сбрасывал бы со счетов все факторы. Но мне кажется, решающим стало то, что у них очень хорошая селекция. Они выбирают из миллиарда, когда все выбирают из миллиона. Насколько я знаю, в Китае нет преград для этой селекции. — А что, где-то есть? И что это за преграды?

27

...Женьшень на китайца действует в несколько раз эффективнее, чем, скажем, на европейца или представителя африканской расы. Что китайцу женьшень, русскому просто зеленый чай. Но ведь кроме женьшеня есть еще китайский лимонник и иглоукалывание...

— Обычное дело — у нас не каждый мальчишка может попасть в секцию, даже талантливый. И особенно из небогатой семьи. Вот футбол… Несколько раз пытался попасть в секцию большой команды — меня не брали, потому что отец другого мальчика мог приплатить тренеру, чтобы тот взял его сына. Я стал футболистом, но до того же «Динамо» добрался уже взрослым практически футболистом — а мог бы заиграть намного раньше, да и травм бы столько не собрал. Чем мальчишка из небогатой семьи лучше, чем папенькин сынок? А у него мотивация совсем другая. Он знает, что, кроме спорта, ничего не светит, — и упирается до конца. А сынок, когда повзрослеет, когда начнутся девочки и гулянки, забьет на тренировки — зачем, у него все есть и все будет, как он думает. Вот в Китае нет такого: любой мальчишка или девчонка гарантированно пройдут сквозь тренера, причем не одного вида спорта. И будет не только приток талантливых ребят — они достаточно рано смогут понять, в чем ребенок талантлив: штангу тягать, с вышки прыгать, в настольный теннис играть. Ведь можно, конечно, и стероидами накачать, и в нирвану ввести, и болевые центры отключить. Да и про генную инженерию я как раз кино китайское смотрел: там ген змеи пересадили младенцу… или еще в утробе… не важно… Ну, в общем, все равно, если нет данных — ничего не поможет. Точнее, все эти нюансы дадут результат только на очень хорошем материале. Я думаю, все-таки дело в селекции. И навесил еще по блину с каждой стороны. В общем, нагрузка в результате моего интервью сама собой получилась очень приличной. Я сидел в баре тренажерного зала и мелкими глотками пил протеиновый коктейль. Мне вдруг остро захотелось быстрее решить проблему китайцев. Можно, конечно, сказать, что «всего понемножку»: и инвестиции в спорт, и китайская мудрость, и генная инженерия. И ведь, скорее всего, не ошибусь. Сдерживает только одно: но ведь и у всех

русский пионер №1(43). февраль 2014


допинг, своя хитрая медицина (это еще посмотреть надо, хуже ли западная медицина восточной), свои медитации: моя аутогенная тренировка — в чистом виде европейское изобретение, ее вообще для фашистов придумали. Нужен четкий ответ на поставленный вопрос. И снова поза кучера, и снова шарик на голове… Но едва я приступил к воображаемому закату на воображаемом берегу, в мозгу вспыхнуло слово: математика! Так, действительно, математика — китайцы в ней сильны не меньше, чем в медицине, химии и ушу. Что если дело в математике? Я стал тупо и неуклюже жонглировать цифрами. Итак, с 1996 года по 2012-й олимпийское «золото» эволюционировало так: Атланта — 18, Сидней — 28, Афины — 32, Пекин — 51, Лондон — 38. Что это нам дает? Ну как минимум понимание, что мы имеем дело не с прорывом, а с системной, целенаправленной, мощной эволюцией. Никакой неожиданности, что в родном Пекине китайцы выиграли медальный зачет, нет. Хотя бы потому, что в Афинах они уже были вторыми за США, с отставанием в три (ха-ха-ха) медали. Если продолжить золотую прогрессию предыдущих Олимпиад (а каждый раз китайцы прибавляли в среднем около 20 процентов золотого запаса), в Пекине они должны были «отдай не греши» выиграть не меньше 45 золотых медалей. Ну хорошо, даже если по худшему варианту, если прирост будет, как на Афинской Олимпиаде, — около 10 процентов, это все равно 42 «золота». И задача, чтобы остальные сборные не провалили свои медальные планы и не позволили Штатам получить незапланированные награды. И есть, если рассуждать логически даже, а не математически, способ гарантировать себя от случайной американской агрессии: довести превосходство в своих коронных видах до тотального, абсолютного. Я проделал неприятную, но, может быть, необходимую работу — выписал распределение золотых медалей

русский пионер №1(43). февраль 2014

китайцев по видам спорта на пяти Олимпиадах. Общая картина такая. За двадцать лет китайцы методично, с одной стороны, прибавляли в экзотических для себя видах спорта (в парусных гонках, в легкой атлетике, в дзюдо), но главное — с другой стороны. Очевидно, что они наращивали свое чемпионское присутствие в своих дисциплинах. И Пекин стал кульминацией. Вот что говорят упрямые цифры. По сравнению с Афинами китайцы прибавили: прыжки в воду — 1 «золото» (всего 7), спортивная гимнастика — 8 (всего 9), стрельба — 1 (всего 5), настольный теннис — ни одной не прибавили, потому что и в Афинах, и в Пекине выиграли все, что можно было, — 4 «золота», тяжелая атлетика — 3 (всего 8). Вот уже плюс тринадцать — при том, что своего ничего не отдали или разменяли кое-что (легкую атлетику, в которой вообще «золота» не выиграли, на одну медаль в большом теннисе). То есть абсолютно рациональная, совершенно реалистичная тактика побед. Никакого чуда. И все-таки секрет-то в чем? Я выбираю самый скучный вариант. Вегетарианское питание неубедительно. К тому же тот приказ — не есть мяса — был вызван совершенно невегетарианскими причинами: просто китайские тренеры боялись, как ни смешно, генномодифицированной говядины (или свинины). Решили, что на короткий срок лучше отгородить сборников от вредных веществ. Что косвенно опровергает и версию про генно-модифицированный допинг. История с мясом как раз доказывает, что спортивное руководство, скорее, боялось внешнего воздействия на организм — воздействия с непредсказуемым результатом. Что, конечно, не отменяет специальную, проверенную фармакологию. Ну, допинг то есть. К тому же в 2012 году западные специалисты объявили, что найден способ «выловить» генно-модифицированный допинг — по биопсии мышц. Теоретически уже сегодня можно было бы вылавливать

китайских чемпионов — и поставить под сомнение результаты как минимум двух последних Олимпийских игр. Только чтото мне подсказывает, что не найдут этого страшного и ужасного допинга-мутанта. Иглоукалывание и медитация тоже не могут обеспечить рывка, сами по себе не могут. Остаются математика и селекция. Очень многие специалисты объясняют китайское чудо на примере тяжелой атлетики. Например, чемпионат страны по штанге длится там месяц. За это время в соревнованиях успевают принять участие «десятки тысяч» тяжелоатлетов. Конкуренция в сборную в каждой весовой категории — по пятьдесят человек. И, я думаю, практически в каждом виде та же ситуация. При таком выборе никакого допинга не надо, никакого Шаолиня. А уж если их добавить да отлакировать правильным питанием, ну и уж чего там, давайте и кое-где, в том же парусном спорте, генную мутацию присовокупим — тут и на шестьдесят золотых медалей можно рассчитывать. А еще и дисциплина, и глухая закрытость тренировочного процесса, и последующие почести — запросто можно горы свернуть. И всему этому предшествуют громадные инвестиции и, скорее всего, ликвидация коррупции — как минимум на последнем, предпекинском цикле. Да, в Лондоне Китай сбавил обороты, собрал всего 38 золотых, уступил командное первенство США, но по сравнению с Афинами добавил почти 20 процентов. И еще: если уж мы говорим про чудеса, почему никто не изумляется рывку британцев на домашней Олимпиаде? Они-то прибавляли каждую Олимпиаду по десять медалей, с 9 в Афинах до 29 в Лондоне, — это не чудо? Наверное, нет. Во всяком случае, это уже не мое дело. Я в позе кучера, в позе своего спортивного детства — ищу свою нирвану. И не нахожу. Шарик никуда не исчезает.

28


Диктант. Классики в силе. В тему номера. Дневник наблюдений. Факел Подгурского. Концептуальный очерк про начальника 12-го цеха добычи нефти и газа. Урок поэзии. «Кричалки» (памятка болельщика). Стихи поэта Карлуши. Сочинение. Ставка на аутсайдера. Рассказ Майка Гелприна. Комикс Андрея Бильжо.


getty images/fotobank

текст: игорь мартынов

В своем зачине к главной теме номера — «Спорт» — Игорь Мартынов собирает непобедимую отечественную команду, которая готова прийти на помощь, если вдруг на каких-то позициях, на отдельных участках, в некоторых дисциплинах нашим спортсменам станет туго.

русский пионер №1(43). февраль 2014

30


Команда,

без которой нам не жить! Дримтим светил, косяк героев, основа сборной! Русский классик только на первый взгляд мог произвести обманчивое впечатление видом расслабленным, нетренированным. Так вспоминает современник встречу с поэтом и писателем А.К. Толстым: «Красивый молодой человек, с прекрасными белокурыми волосами и румянцем во всю щеку. Он походил на красную девицу; до такой степени нежность и деликатность пронизала всю его фигуру. Можно представить мое изумление, когда однажды мне сказали: “Вы знаете, это величайший силач!” Отзывы многих других лиц положительно подтвердили, что эта нежная оболочка скрывает действительного Геркулеса: он свертывал в трубку серебряные ложки, вгонял пальцем в стену гвозди, разгибал подковы». Закрепив за А.К. Толстым позицию силача, определимся с А.С. Пушкиным. Фехтовальщик? Вот свидетельство прапорщика Лугинина: «…потом дрался с Пушкиным на рапирах и получил от него удар очень сильный в грудь», затем, позже: «…опять дрался с Пушкиным, он дерется лучше меня, и следственно бьет…» Наездник? Он брал уроки верховой езды у самого героя Отечественной войны 1812 года Дениса Давыдова. Стрелок? Из письма Алексея Вульфа, которое как нельзя лучше характеризует Пушкина-стрелка: «Вы, вероятно, знаете, что Байрон так метко стрелял, что на расстоянии 25 шагов утыкивал всю розу пулями?.. Чтобы сравняться с Байроном в меткости стрельбы, Пушкин вместе со мной сажал пули в звезду над нашими воротами». В Михайловском он «из пистолета в погребе выпускает до ста зарядов в утро». Пловец? Сергей Сухотин, воспитывавшийся в 1830-е годы в школе гвардейских подпоручиков, вспоминает: «Мы с братом ходили каждый день в большую купальню… Один раз, барахтаясь в воде и кой-как еще плавая, я не заметил, как ко мне подплыл какой-то кудрявый человек и звонким, приветливым голосом сказал: “Позвольте мне Вам показать, как надо плавать”… стал

31

нам показывать настоящую манеру; но вдруг от нас отплыв, сказал вошедшему в купальню господину: “А, здравствуй, Вяземский”. Мы с братом обомлели: “Это должен быть Пушкин”». Боксер? По сообщению П.П. Вяземского, «в 1827 году Пушкин учил меня боксировать по-английски». Копьеметатель? Свидетельствует крестьянин деревни Гайки: «Бывал идет Александр Сергеевич, возьмет палку и кинет ее вперед, дойдет до нее, поднимет и опять бросит вперед и продолжает другой раз кидать до тех пор, пока приходит домой». Пушкин, таким образом, в сборной классиков — многоборец. А кто же будет «глыба, матерый человечище» Лев Толстой? Спортивная ходьба — первая дисциплина, безусловно подходящая графу. Но ведь не только! В апрельском номере московского велосипедного журнала «Циклист» за 1895 год находим заметку под заголовком «Л.Н. Толстой»: «К числу сторонников велосипеда мы можем теперь причислить нашего маститого писателя графа Л.Н. Толстого. На прошлой неделе мы видели его катающимся в манеже в своей традиционной блузе. Искусство владеть велосипедом графу далось очень легко, и теперь он ездит совершенно свободно». Кто же будет в команде борцом? Александр Блок увлекался атлетизмом, «неразрывно с этим связан для меня расцвет французской борьбы в петербургских цирках; тысячная толпа проявляла исключительный интерес к ней; среди борцов были истинные художники». Тяжелоатлет? Став известным писателем, Максим Горький не потерял хорошую физическую форму. Он мог десять раз не торопясь перекреститься пудовой гирей… Теннисист? Владимир Набоков не только сам играл, но в трудные времена подрабатывал уроками тенниса… Борец Александр Куприн… Стрелок Николай Гумилев… Гимнаст Антон Чехов… Сборная русских классиков воистину непобедима! И если вдруг на каких-то позициях, на отдельных участках, в некоторых дисциплинах нашим спортсменам станет туго — они придут на помощь. Сомненья прочь! Классики в силе.

русский пионер №1(43). февраль 2014


Огонь греческих богов и пламя сибирской нефти. Факелы с вершины Олимпа и из глубин русской земли. Мифические атлеты и реальные люди, добывающие народное золото.

русский пионер №1(43). февраль 2014

32


текст: александр рохлин фото: наталья львова

В концептуальном очерке Александра Рохлина про начальника 12-го цеха добычи нефти и газа Владимира Сергеевича Подгурского — удивительная связь времен и символов. Огонь греческих богов и пламя сибирской нефти. Факелы с вершины Олимпа и из глубин русской земли. Мифические атлеты и реальные люди, добывающие народное золото. 33

русский пионер №1(43). февраль 2014


Мы

— в кабинете начальника 12-го цеха добычи нефти и газа (ЦДНГ-12) Владимира Сергеевича Подгурского. Отмечаем простоту обстановки. Ничего лишнего, минимум комфорта: карта Приобского месторождения, кубки и вымпелы за победы в производственных соревнованиях, картина с изображением легендарной бурвышки 181-й разведки, с которой началось освоение знаменитой Приобки. По всему видно, что наш герой — не кабинетный человек. Не любит он просиживать кресло начальника. Не зря добрая молва гласит: где Подгурский, там работа кипит! И, что немаловажно, — ладится. ЦДНГ-12 — флагман объединения «Юганскнефтегаз». По итогам года цех уверенно выполняет план по добыче — почти 8 млн тонн. До Нового года всего несколько дней, в городах предпраздничная суматоха, но здесь, на левом и правом берегах Оби, на сорокаградусном морозе, нефтяники и не думают расслабляться. Стране нужна нефть, и, значит, работа всех цехов и подразделений должна вестись в неослабевающем темпе. И за это на своем участке несет персональную ответственность начальник ЦДНГ-12 Подгурский. А приехал он сюда молодым пареньком. Молодым, но основательным. Север не терпит мямлей и рохлей. На заполярных широтах, в немыслимых по сложности условиях, характер проявляется скоро. Кто за себя боится — уходят, кто себя не щадит — идут на-гора. Именно таким человеком-на-гора и стал для объединения и всей Приобки Владимир Сергеевич. Четверть века работы, подвигов, лишений, побед. Всегда на острие, лучший в промысле, скромный в быту, готовый решать государственные вопросы любой сложности, гореть в горниле индустрии, своими руками строить мощь Родины и раздвигать границы возможного… Север героев привечает. И вот нефтяник Подгурский первым в Ханты-Мансийском автономном округе удостоен высокой чести — пронести факел с олимпийским огнем. Олимпиада в Сочи — событие государственное. Кому, как не нефтяникам, этим атлантам,

русский пионер №1(43). февраль 2014

поддерживающим здание российской экономики, нести главный олимпийский символ. — Едем! — приказывает Подгурский, как только немощный приполярный рассвет начинает преодолевать сумеречную зимнюю мглу. Небо нехотя светлеет. Над Приобским месторождением занимается день. Нефтяники давно на ногах, операторы нефтедобычи — в бригадах и на кустовых площадках. Штаб пустеет. Мы едем совсем недолго. Взору открывается внушительное здание. Это первая на месторождении газотурбинная электростанция. Самая крупная электростанция, работающая на попутном газе, в России (слова Президента России Дмитрия Медведева в 2010 году). Мы выходим на дорогу. — Вот отсюда я начинал эстафету, — говорит факелоносец Подгурский, и глаза этого мужественного и сурового человека теплеют. Бесценные минуты в жизни настоящего мужчины. Какая удивительная связь времен и символов. Огонь грече-

ских богов и пламя сибирской нефти. Факелы с вершины Олимпа и из глубин русской земли. Мифические атлеты и реальные люди, добывающие народное золото. Кажется, еще мгновение, и в кристально чистом морозном воздухе мы воочию увидим эту связь времен, увидим, как из глубины прошлого века и прошлого тысячелетия бежит с факелом, начиная трудовую эстафету, молодой ставропольский парень, нефтяник Подгурский, бежит навстречу будущему, чтобы своими руками сделать его настоящим. Приглядимся к нему пристальнее. Родился в городе Нефтекумске в простой рабочей семье. Окончил школу, но кем быть и куда идти учиться, не думал. Думал только, что на земле надо крепко стоять и семью кормить. Это дело, отличающее мужчину от всех прочих. Отсюда и самостоятельность в решениях и поступках, пришедшая рано, но навсегда. — Я на земле работал с пятнадцати лет, — с гордостью вспоминает Подгурский.

34


Куда идти учиться? Туда, где сложно, но интересно. Нефтяной техникум в Грозном. Конкурс — восемь человек на место. Но целеустремленного юношу не испугать. Он блестяще сдает экзамены по математике, литературе и русскому языку. — До сих пор не терплю орфографических ошибок, — говорит суровый нефтяник… Ох уж и крепко достается его подчиненным. Не дает он спуска нигде и никому. И автор этих строк, честно говоря, не страдающий особой грамотностью, поджимает хвост и отодвигает блокнот в сторону, подальше от глаз Подгурского. А время катит вперед. Учеба, работа, общественная жизнь — везде молодой Подгурский как на передовой. И в математике, и в ночной разгрузке вагонов. А позовет комсомол, он пулей летит в стройотряд, в станицу Червленую собирать виноград. Затем первое рабочее крещение по специальности. Девять месяцев в должно-

35

...Кажется, еще мгновение, и в кристально чистом морозном воздухе мы воочию увидим эту связь времен, увидим, как из глубины прошлого века и прошлого тысячелетия бежит с факелом, начиная трудовую эстафету, молодой ставропольский парень, нефтяник Подгурский, бежит навстречу будущему, чтобы своими руками сделать его настоящим...

сти помбура — помощника бурильщика третьего разряда в цехе капитального ремонта скважин. Растет человек, как тот самый виноград. Прививаясь заботливой рукой Родины, зреющий соком высокого качества профессионализма. Еще несколько шагов, зим и лет в щедром плодоносном пласте учебы. Затем один поворот судьбы, толчок, удар изнутри, и забьет фонтан густого черного золота — рождается мастер-нефтяник. Этот поворот случается с Подгурским в октябре 1984 года. По приглашению старшего брата он едет на Север. Страна на пороге открытий новых месторождений и последних свершений, плоды которых мы пожинаем и сегодня. За плечами двадцатичетырехлетнего парня — служба в Советской армии и работа оператором ДНГ в организации «Ставропольнефтегаз». Ударник коммунистического труда. Но Север не был бы Севером, если бы не испытывал искателей счастья, этих ковбоев нефтяных

русский пионер №1(43). февраль 2014


прерий, промысловиков и добытчиков стратегического сырья. Владимир долго не может найти работу. Приходится даже подрабатывать грузчиком в ОРСе. Деньги на исходе, он подумывает об отступлении. И вдруг удача поворачивается к нему лицом. Его принимают в ЦДНГ-1 «Правдинскнефти». И он остается, прикипает к Северу, как и многие тысячи молодых, искренних, неизбалованных комсомольцев последних советских лет. А девушка, которую он взял с собой на Север, становится его женой и пройдет бок о бок сквозь все невзгоды и чудовищную неустроенность жизни первооткрывателей. И, как направляющий жизненные силы луч, сверкнет в тот момент открытие уникальной жемчужины Западной Сибири — Приобского месторождения. Владимир Сергеевич станет одним из первых людей на Земле, кто начнет «огранять» эту жемчужину.

русский пионер №1(43). февраль 2014

...Ушла в прошлое романтика героических будней Приобки. Больше не примерзают волосы спящих нефтяников к стенам стылых балков. Не надо дважды кипятить воду, чтобы приготовить суп, и вода не взрывается метаном, и ходить в одном комбинезоне до его истлевания не приходится, и до места работы теперь не на болотных вездеходах добираются, а на легковых авто и по прекрасным дорогам...

Информационная справка. Приобское месторождение — крупнейшее в Западной Сибири. Расположено в ХантыМансийском автономном округе. Геологические запасы — 5 млрд тонн. Доказанные и извлекаемые запасы составляют 2,5 млрд тонн. Месторождение удаленное, труднодоступное, 80% территории находится в пойме реки Обь и затопляется в паводковый период. Глубина продуктивных запасов — 2400—2600 метров. Толщина пластов — от 20 до 40 метров. — Мы сейчас живем в сказке! — говорит человек, совсем не похожий на доброго сказочника. У него тяжелый, бульдозерный подбородок, выдающий человека властного, жесткого, бескомпромиссного, не принимающего возражений, не пускающего слов на ветер. От одного его взгляда хочется встать по стойке «смирно» и вытаращить глаза от усердия или, наоборот, провалиться под лед. С таким не забалуешь, не сдрейфишь. С ним не пропадешь, но и горя хлебнешь. Он в работе себя не жалеет, тем более другим сопли не даст разводить. Время меняется, и даже политический строй, казавшийся незыблемым, ушел в небытие. А главный лозунг на левом и правом берегах Оби остается прежним: стране нужна нефть! Ушла в прошлое романтика героических будней Приобки. Больше не примерзают волосы спящих нефтяников к стенам стылых балков. Не надо дважды кипятить воду, чтобы приготовить суп, и вода не взрывается метаном, и ходить в одном комбинезоне до его истлевания не приходится, и до места работы теперь не на болотных вездеходах добираются, а на легковых авто и по прекрасным дорогам. И никто не требует нырять в фонтанирующие нефтью прорывы труб, чтобы устранить течь. Время подвигов ушло. Но время Подгурского еще с нами. Это наше время. С гордостью ЦДНГ-12 рапортует о наличии 76 кустовых площадок, 895 скважин, дающих на сегодняшний день 22 500 тонн нефти. А до конца года введут еще 67 новых скважин. И добрых полвека уверенно

36


...?????...

и безусловно будут недра Приобья отдавать свои нефтяные запасы. Все это и позволяет Владимиру Сергеевичу говорить о сказочном и богатырском продолжении истории. Но у каждого Ильи Муромца есть свои слабости. Какие же слабости у Подгурского, ведь он не курит, на зависть сослуживцам? А сухой закон — железное правило этих широт… Не поверите, но это — сады. Вечнозеленые, цветущие растения: фикусы, пальмы, китайские розы и прочие обитатели южных широт. Предмет гордости начальника цеха — культурно-спортивный комплекс. Здесь, в отдельно стоящем здании, где вахтовики могут отдохнуть, расслабиться, почитать книги или заняться гиревым спортом, все свободные площади отданы во власть пальм и фикусов. Владимир Сергеевич знает каждого в лицо. Его историю, особенности, предрасположенности к болезням. Знает, когда его любимцы должны цвести, и очень бывает не в духе, если период цветения проходит мимо внимания окружающих. Мы выходим на аккуратные аллеи цеховой конторы. Они любовно обсажены березами, кедрами, рябинами. Мы обращаем внимание на глыбу снега перед входом в контору. — Что это? — Народное творчество, — с хитрецой улыбается начальник цеха. — Вот провожу вас, дам ЦУ мастеру, и из этого сугроба родится белая лошадка — символ наступающего Нового года. Нет сомнений, праздник Нового года придет и на «улицу» приобских нефтяников. Труженики недр встретят его в добром расположении духа. А наш герой, олимпийский факелоносец Владимир Сергеевич Подгурский, отпразднует новолетие в кругу семьи. Посидит с родными до трех утра и затем даст себе поспать лишних полчаса. Но в пять утра 1 января 2014 года он проснется и в полседьмого будет уже в цеху. Потому что Родине нужна нефть. Нефть. Нефть!

37

русский пионер №1(43). февраль 2014


текст: поэт карлуша рисунки: инга аксенова

Оригинальные частушки, посвященные Мы Олимпиаде, можно прочесть в журнале, а также прослушать на вложенном в «РП» диске. На том же диске размещена жизнерадостная песня про олимпийский Сочи, созданная силами творческого коллектива «Мамульки Bend».

поедем в город Сочи, На трибунах посидим, Мы болеем громко очень, Всех по крику победим. От Москвы и до окраин Все у нас в хоккей играют, И в Якутии-Сахе Любят спорт на букву «х»! В мире знают, что в хоккее Мы реально всех сильнее. А если дело не пойдет, Свалим все на скользкий лед. Мы возьмем медалей тонну По саням и скелетону, А канадец и норвег Будут кушать желтый снег! Зрелище культурное — Катание фигурное. Судьи, прекращайте терки, Выставляйте нам «шестерки»!

русский пионер №1(43). февраль 2014

38


Отдавайте нам медали, Пока вам чего не дали. Если мы не победим, Всем по полной раздадим! Я на керлинг очень злой: Девки бегают с метлой. На фига нам это надо — Спорт уборщиц из Канады? Мы с утра пораньше встали — Ексель-моксель, нет медали!.. Вот она, вот она, Честно заработана! Каждый знает, что шорт-трек — На коньках короткий бег. Русские, покажем стать! Всех в лепешку укатать! Вот картинка, е-мое: Девки, лыжи и ружье, Трасса биатлонная И золото законное! Мы катались на сноуборде, Получить медали чтоб. Пусть соперник с кислой мордой Улетит башкой в сугроб! Знаю я же, знаешь ты же: На фига нам, русским, лыжи? Победить мы можем всех, Если в Сочи будет снег! На Олимпиаде в Сочи Победить мы очень хочем! Нет, не «хочем», а «хотим», Значит, точно победим!

39

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

40


текст: майк гелприн рисунки: олег бородин

41

русский пионер №1(43). февраль 2014


День

заканчивался. Алые росчерки пересекли зеркальные витрины и старые окна, сверкнули богатым золотом купола, бронзовые санкт-петербургские кони рванули напоследок к заходящему солнцу. Скорым шагом Маша пересекла фойе спортивного комплекса, ускользнула от стайки репортеров с камерами наперевес и выпорхнула наружу. Остановилась, запрокинув лицо, осознавая и не веря. Она сделала, сделала, сделала это! Час назад в седьмой, решающей, партии шведская теннисистка ошиблась на приеме последней подрезки. Этой подрезкой Маша вырвала победу на балансе, а значит, совершила невероятное — вышла в финальную сетку Олимпиады-2024. Маша перевела дух. Позади десять лет упорных тренировок, изматывающих, на износ, по пять-шесть часов в день, включая выходные и праздники. Впереди… Завтра в одной шестнадцатой финала Машу ждет встреча с Эльзой Кирхнер, седьмой ракеткой мира. На этой встрече Олимпиада для Маши и закончится — разница в классе слишком велика. И пускай! Десять лет назад, когда неуклюжая и нескладная девчонка-переросток впервые взяла в руки ракетку, на нее глядели снисходительно и потешались за спиной. В настольный теннис надо начинать играть с детства, а не когда тебе уже семнадцать. И уж точно не годится бросать из-за него институт, тем более если и спортивных данных у тебя особенных-то и нет. Как бы тебе ни нравилось бить по мячу, а вместе с ним по собственной некрасивости, серости, бесполезности… Смешки за спиной смолкли, когда восемь лет спустя Маша неожиданно для всех выиграла первенство города. Еще через полгода победила в областных соревнованиях и сразу вслед за ними в зональных. А годом позже на чемпионате России вырвала «бронзу». — Тебе бы начать лет на десять раньше, девочка, — сказал тогда тренер сборной. — Теннис — это не только стальная воля и чертовское трудолюбие. Это еще и школа. Третья ракетка России — твой потолок. А значит, вторая сотня в мировой квалификации. Маша и сама знала, что потолок и вторая сотня. Все это знали, все. Кроме Вадима. Для него потолков не существовало в принципе. Маша вдохнула полной грудью и шагнула вперед. Вадим, расталкивая прохожих, спешил к ней с исполинской охапкой белых роз в руках. Миг спустя Маша прильнула к нему, успокаиваясь в объятиях и наполняясь терпкой радостью, которую Вадим, казалось, излучал. Вскоре, однако, упоение победой ссохлось, сжалось до размеров орешка в кармане, найдя который удивляешься — откуда. Маша с тоской косилась в гостиничное окно, за которым полоскались на ветру подсвеченные прожекторами флаги Олимпиады. Вадим заметил или почувствовал, прижал Машу к себе. — Ты лучшая, — сказал он. — Верь мне. Лучшая в мире спортсменка и лучшая в мире баба. Через четыре дня у меня в койке будет скакать олимпийская чемпионка.

русский пионер №1(43). февраль 2014

Маша закрыла глаза. Вадим был несколько грубоват и в выражениях не стеснялся. Он вообще ничего не стеснялся и не признавал условностей. Зато от знакомого запаха, от тепла сразу притихла тревога. — Финалистки тебе мало? — покраснев, шепотом спросила Маша. — Мало, — отрезал Вадим. — Завтра ты сделаешь немку, вот увидишь. Порвешь ее на куски. Сэм Бартон, ведущий эксперт лондонской букмекерской конторы «Уильям Хилл», вылетел в олимпийский Санкт-Петербург частным рейсом. В девять вечера он пожал руку своему давнему знакомцу, старшему тренеру германской сборной по настольному теннису Вильгельму Рогге. — Я сразу к делу, Вилли, — бросил Сэм вместо приветствия. — У нас дисбаланс. Рогге подобрался. Чем чреват дисбаланс в ведущей букмекерской конторе мира, он знал не понаслышке. — Насколько большой? — Небывалый. Ставки на аутсайдера стали поступать сразу после жеребьевки. Я связался с коллегами — в других конторах ситуация аналогичная. Следующие пять минут Сэм Бартон излагал подробности. Эльза Кирхнер была заявлена фаворитом с коэффициентом одиннадцать с половиной в предстоящей назавтра встрече с Марией Никифоровой. Через два часа после жеребьевки букмекеры понизили коэффициент до девяти с четвертью, но ставки продолжали поступать. — Если завтра твоя девчонка проиграет, — подытожил Сэм, — мы накроемся минимум на пять миллионов евро. Что скажешь?

...Она сделала, сделала, сделала это! Час назад в седьмой, решающей, партии шведская теннисистка ошиблась на приеме последней подрезки. Этой подрезкой Маша вырвала победу на балансе, а значит, совершила невероятное — вышла в финальную сетку Олимпиады-2024... 42


С минуту Рогге молчал. — Вот что, дружище, — медленно проговорил он наконец. — Мы знакомы не первый год. Кривой игры нет, да ты и сам понимаешь: Олимпиада не тот случай, чтобы брать мзду за проигрыш. Бартон кивнул. Кривая игра на Олимпиаде наверняка означала бы скандальный конец спортивной карьеры как для спортсменки, так и для тренера. Никакими деньгами это не окупишь. — Остаются два варианта, — резюмировал Сэм. — Я отрабатываю версию свихнувшегося капера. Вторая версия на тебе. Времени в обрез — до утра. На этот раз кивнул Вильгельм Рогге. Каперами или гандикаперами называли игроков, профессионально ставящих на спорт. С появлением онлайн-ставок определить личность капера, пожелай тот остаться анонимным, было непросто. Сэма ждет немало работы, а тренера так попросту прорва. Предстоит отработать версию «темной лошадки» — спортсмена, намеренно пребывающего в безвестности долгие годы. Таких теннисистов иногда выставлял на соревнования Китай, там это называлось «вырастить чуланного чемпиона». Но одно дело Китай, где настольный теннис — часть национальной культуры и где будущего чемпиона «в чулане» готовили лучшие тренеры и спарринг-партнеры. И совсем другое — Россия, в которой высококлассных теннисистов попросту нет. Тем не менее уже через полчаса тренер на пару с технарем-ассистентом приступил к скрупулезному просмотру видеозаписей. — Нет, — резюмировал Рогге на следующее утро. — Теннисистка, конечно, неплохая, но не более чем. У нее хорошо поставлена защита, а вот с атакой проблемы. Классные подрезки, этого не отнять, но топсы слабоваты, да и вообще удары слева неуверенные. Подача вялая, ко всему. Координация и мобильность в норме, но не выдающиеся. Так или иначе — против Эльзы у Никифоровой шансов нет. Собственно, седьмая ракетка мира против сто семьдесят седьмой — комментарии излишни. Что у тебя? — Ничего. — Сэм Бартон развел руками. — Ставки сделаны командой российских каперов, это единственное, что удалось установить наверняка. Сегодня я посажу на это дело десяток детективов, к вечеру буду знать больше. — К вечеру все уже закончится, — усмехнулся Рогге. — Эльза в прекрасной форме, проиграть она может разве что чудом. Только я не верю в чудеса. В третьей партии при счете 10:8 Маша дважды ошиблась на приеме. Смахнула со лба непокорную русую прядь, стерев заодно липкие капельки пота. Предыдущие две партии она проиграла, в третьей вела с разрывом в два очка, и вот теперь счет сравнялся. Маша бросила быстрый взгляд на трибуну. Вадим, сосредоточенный, насупленный, ожег ее взглядом со своего места в первом ряду. Маша привычно омылась в исходящей от Вадима уверенности. «Ты сделаешь немку, вот увидишь, — вспомнила она. — Порвешь ее на куски».

43

Надо собраться. Вадим верит в нее, а значит… Рассудок упорно твердил, что ничего это не значит, немка быстрее, сильнее, и намного… Нечто иное, безрассудное, горячее яростно сопротивлялось. Вадим, поняла Маша. Это Вадим сопротивляется. Это он не дает сдаться, это он держит, подбадривает, подстегивает ее. С Вадимом она познакомилась на областных соревнованиях в Новосибирске, с тех пор он не пропустил ни одной официальной встречи с ее участием. Властный, сильный, энергичный и щедрый. Влюбленный в нее, серую мышку, никакую и невезучую. Поначалу Маше было трудно поверить даже в то, что такой человек обратил на нее внимание. — Зачем я тебе? — спросила она однажды. Вадим усмехнулся. — Зачем-зачем. Мне от тебя ни хрена не нужно, — буркнул он в своей обычной грубоватой манере, — только ты сама в койке и место на трибуне в первом ряду. Это место, одно из тех, что были зарезервированы для родных и близких спортсменов, он с тех пор и занимал. «Жених, — объяснила Маша товаркам по сборной. И добавила с нескрываемой гордостью: — Без пяти минут муж. Если что, отбить не получится»… Она заставила себя собраться. Приняла стойку, пару секунд помедлила, настраиваясь. Выдохнула и, высоко подбросив мяч, подала в правый угол стола. Эльза Кирхнер приняла мяч коротким накатом, Маша ответила подрезкой в левый угол, и Эльза, стремительным движением сместившись влево, провела мощнейший топс. Маша отскочила в среднюю зону. Чудом дотянувшись ракеткой до мяча, отразила его бессильной свечой. Эльза рванулась к столу для завершающего удара… Она ошиблась. Принятый в высшей точке траектории мяч, тот, который должен был колом резануть по столу, тот, который отразить невозможно, срезался и вонзился в сетку. Секунду Маша глядела в ошеломленное лицо немки, потом ошеломление на нем сменилось растерянностью. Он оказался переломным, этот розыгрыш. Маша без труда выиграла подачу соперницы, а с ней и партию. Затем уверенно победила в следующих трех. Иши Одзаки, тренер японской сборной, выслушал Бартона, ни разу его не прервав. Затем молча поднялся и заходил, опустив голову и сцепив руки за спиной, по гостиничному номеру. Остановился, суровое морщинистое лицо с раскосыми глазами, казалось, закаменело. — Это очень серьезно, — резко бросил Одзаки. — Каков дисбаланс сейчас? — Невиданный. Вдвое больше вчерашнего против Кирхнер. Мы снизили коэффициент до шести, но каперов это не остановило. На данный момент мы вычислили пятерых, по единому сценарию ставящих на аутсайдера в крупнейших конторах Европы. Это афера, господин Одзаки. Только не известно, ни в чем ее суть, ни кто играющий против нас аферист. Ваша подопечная — четвертая ракетка мира, но я боюсь…

русский пионер №1(43). февраль 2014


— Не продолжайте. Возможно ли аннулировать ставки? — Увы. Для «Уильям Хилл» это означало бы потерю репутации. О судебных процессах и конфликте с МОК даже не говорю. Я хотел бы посмотреть записи двух последних встреч против Линстрем и Кирхнер с вами вместе, господин Одзаки. И обсудить каждый подозрительный розыгрыш. Просмотр занял без малого шесть часов и закончился далеко за полночь. — Я вижу лишь одно, — отчеканил японский тренер. — И Линстрем, и Кирхнер слишком часто ошибались на приеме. Невероятно часто. Обычным волнением такие вещи не объяснить. — Гипноз? — предположил Сэм. — Допустим, кто-то из зрителей чрезвычайной силы гипнотизер. Или даже несколько таких. Предположим, их наняли каперы. — Полноте, — отмахнулся Одзаки. — Во-первых, загипнотизировать теннисистку в игре невозможно. Во-вторых, мы бы увидели, будь одна из спортсменок не в себе. Или обе. Вы ведь наверняка беседовали с ними, не так ли? Девушки чувствовали что-либо необычное во время матчей? — Нет. Обе жаловались на невезение. Но ни малейшего недомогания или слабости не ощущали. Обе боролись до конца и проиграли. Вы осознаете, что если мы не поймем, в чем афера, то завтра?.. Иши Одзаки угрюмо кивнул. — Вполне осознаю, — подтвердил он. — Давайте подытожим: что известно о Марии Никифоровой? — Очень мало, почти ничего. Ей двадцать семь лет, не замужем, детей нет. Трудолюбивая, упорная, хорошо подготовленная. Но не более. Ее тренер удивлен случившимся не меньше нашего. Есть жених, некий Вадим Алейников, вы его видели в кадре — он сидел в первом ряду рядом с отцом Кирхнер. Тридцать пять лет, окончил Новосибирский университет, с Никифоровой познакомился около полугода назад, с тех пор ходит за ней как привязанный. Больше ничего выяснить не удалось. Понимаете, у меня было слишком мало времени. — Мало времени, — задумчиво повторил Одзаки. — Да, понимаю. Давайте посмотрим еще раз, — обернулся он к ассистенту. — Я хочу взглянуть на этого жениха. Крупным планом. Полчаса спустя Иши Одзаки устало вздохнул и сказал угрюмо: — В нем что-то есть. Что-то особенное, необычное. Он напоминает мне самурая, сконцентрированного на достижении цели. Не пойму лишь, какой именно. На этот раз пробиться сквозь строй репортеров удалось с трудом. — Комментариев не будет, — ожесточенно повторяла Маша. — Не будет, понятно вам? Японскую теннисистку она разгромила в четырех партиях. Машу передернуло, когда она вспомнила, как та беззвучно плакала после матча на груди у тренера, а тот безотрывно смотрел на Машу, и во взгляде его… Во взгляде узких раскосых глаз не было гнева, злости или ненависти. А было в них… Презрение, поняла

русский пионер №1(43). февраль 2014

вдруг Маша. Старый японец глядел на нее с презрением, будто она не в честной борьбе одолела соперницу, а украла у той победу. Отбившись от репортеров, Маша выскочила из вращающихся дверей наружу. Радости почему-то не было, словно она не обыграла четвертую ракетку мира, а смошенничала там, где мошенничества не может быть априори. Вадима с охапкой хризантем в руках она увидела, когда тот оказался от нее в пяти шагах. Маша облегченно вздохнула, бросилась к нему, тесно прижалась. Вобрала в себя исходящие от него уверенность и надежность. — Ты отлично играла, — похвалил Вадим. — Просто шикарно, а завтра отыграешь еще эффектней. Ощущение заслуженной радости вернулось. — Завтра у меня встреча с Ксиу Шихонг, — улыбнулась Маша. — Неужели ты веришь, что я выиграю у первой ракетки мира? Вадим коротко хохотнул. — Ни хрена ты не понимаешь, — снисходительно сказал он. — Первая ракетка мира сейчас ты. Тренер китайской сборной Вей Цзан пришел к Сэму Бартону сам. — Коллеги Рогге и Одзаки ввели меня в курс дела, — представившись, сообщил он. Сэм поднялся. Он едва держался на ногах после двух бессонных ночей. — Присаживайтесь, — предложил он. — Вас наверняка интересуют новости по известному делу, не так ли? — Не откажусь их выслушать, — подтвердил Вей Цзан. — Однако в первую очередь меня интересует, что вы собираетесь делать.

...— Я вижу лишь одно, — отчеканил японский тренер. — И Линстрем, и Кирхнер слишком часто ошибались на приеме. Невероятно часто. Обычным волнением такие вещи не объяснить. — Гипноз? — предположил Сэм. — Допустим, кто-то из зрителей чрезвычайной силы гипнотизер. Или даже несколько таких. Предположим, их наняли каперы... 44


Сэм пожал плечами. — С нас достаточно, — ответил он. — «Уильям Хилл» замораживает ставки на настольный теннис. Пока не разберемся, в чем дело, новых ставок не будет. Так же поступят и остальные ведущие букмекеры мира. — Напрасно. — Китайский тренер улыбнулся краями губ. — Что если я попрошу вас ставки возобновить? — То есть как? — опешил Сэм. — Мы понесли огромные убытки, колоссальные. Вы предлагаете нам понести еще большие? — Вовсе нет. Я погашу дисбаланс из личных средств, поставив на фаворита. Сэм Бартон невесело усмехнулся. — Вы, видимо, не вполне представляете масштаб, — обронил он. — Речь идет о десятках миллионов евро. Вы располагаете такой суммой? И готовы рискнуть ею? — Всю сумму в одиночку мне не покрыть. Но рискнуть я готов. На пару с вами. С минуту Сэм ошеломленно молчал. Гость, по-прежнему улыбаясь краями губ, терпеливо ждал ответа. — Вы шутите? — пришел наконец в себя Сэм. Вей Цзан неторопливо покачал головой. — Нисколько. Скажите: вы не задумывались, почему аферисты выбрали именно настольный теннис, а не какой-либо другой вид спорта? — Нну, — замялся Сэм. — К стыду признаться, нет. — А я задумался. Это единственная игра, где спортивный снаряд весит всего четыре грамма. — И что же? — Сэм подался вперед. — Что отсюда следует? — Я бы сказал, что отсюда следует все. Давайте я объясню вам позже. А пока позвольте представить вам господина Ли, он ждет распоряжений за дверью. Это очень сильный человек, прекрасный боксер-полутяж и мой друг. Кстати, он родился в Казахстане и прожил там долгое время, так что сносно говорит по-русски. К сожалению, позавчера Ли проиграл в четвертьфинале кубинцу. Зато теперь он полностью в нашем распоряжении. — Простите, — устало вздохнул Сэм. — Зачем нам боксер? — Как это зачем? — деланно удивился китайский тренер. — Как говорят здесь, в России, чтобы бить морды. Правда, в нашем случае морда всего одна, и одного удара ей вполне хватит. Первую партию Маша проиграла всухую. Тоскливо посмотрела на пустующее место в первом ряду. Вадим не пришел — впервые пропустил ее матч. И какой — четвертьфинал Олимпийских игр против первой ракетки мира, самый важный в ее жизни. Надо собраться, принялась уговаривать себя Маша. Вадим попросту немного задерживается: к примеру, застрял в пробке или элементарно проспал. Усилием воли Маша заставила себя успокоиться. Она подала в левый угол, Ксиу Шихонг ответила мощным топсом в правый. В первой партии Маша трижды не су-

45

русский пионер №1(43). февраль 2014


мела принять такой удар, но в этот раз, метнувшись вправо, ответила силовым перекрутом и забрала очко. Вновь подала и после обмена накатами завершила розыгрыш подрезкой из ближней зоны. На этом удача от Маши отвернулась. Обе свои подачи китаянка выиграла и сравняла счет. После чего продемонстрировала все то, на что способна первая ракетка мира во встрече со спортсменкой из второй сотни. Накаты, топсы и завершающие удары один за другим обрушились на Машину половину стола. Столпившиеся на трибунах в ожидании очередной сенсации репортеры после второй партии потянулись на выход. К концу четвертой их не осталось вовсе. Глядя в пол, на негнущихся ногах Маша поплелась в раздевалку. Вадим так и не пришел.

в первом ряду. И представьте, что теннисный мяч весом в четыре грамма отклоняется от траектории на приеме. При этом отклонение на малую долю миллиметра ведет к неминуемой ошибке принимающего. — Вот оно что, — ошарашенно выдохнул Бартон. — То есть получается, что Мария Никифорова ни при чем? — Бедная девочка, — кивнул тренер. — Думаю, что этот ее якобы жених втерся в доверие, влюбил в себя, и вот… Полагаю, что девочка ничего не подозревала. Знаете, я отправил к ней Ли. — Зачем? — удивленно поднял брови Сэм. — Ну как же… Больше всех пострадала в этой истории она. И я решил послать ей небольшую компенсацию. Думаю, сотня тысяч поможет пускай не исправить случившееся, но хотя бы сгладить.

— Ну вот и все. — Вей Цзан довольно потер руки и подмигнул Сэму. — Сегодня несколько хороших людей стали значительно богаче. А несколько нехороших — значительно беднее. Сэм Бартон пожал тренеру руку. — Спасибо. Но как… Как вы догадались? Вей Цзан усмехнулся. — В мои годы в подготовку теннисистов в Китае входило регулярное самосовершенствование в монастырских кельях, — поведал он. — Раз в году я проводил месяц в буддийском храме — учился стойкости духа. Среди монахов и послушников там были люди весьма одаренные. В частности, некоторые из них умели перемещать легкие предметы усилием мысли при условии, что находились от них достаточно близко. Теперь представьте, что одаренный от рождения человек сидит на трибуне

Едва плечистый китаец со среднеазиатским акцентом ушел, Маша разревелась и проплакала, не в силах уснуть, всю ночь. Наутро она кое-как покидала в чемодан вещи и вызвала такси. Новосибирский рейс через три часа. С нее довольно. Сенсационные победы оказались обычным мошенничеством. А человек, которого она любила и за которого собиралась замуж, — обычным жиголо. Вернее, с учетом экстрасенсорных способностей — необычным. В гостиничном холле у выхода топтался, переминаясь с ноги на ногу, Вадим, на этот раз без цветов, зато с перевязанной головой и фингалом под глазом. Маша секунду помедлила, затем стремительно пересекла холл и с размаху влепила пощечину. — Постой. — Никакой уверенности от Вадима больше не исходило, а голос звучал просительно и жалко. — Постой, пожалуйста. Понимаешь, я не смог вчера прийти. Я угодил в больницу, с сотрясением. Меня избили, ни за что, представляешь? Какой-то киргиз. Или узбек. — Ничего страшного, — презрительно бросила Маша. — Этот киргиз или узбек велел передать, что способности к телекинезу не пострадают. Вадим замер в растерянности. Маша обогнула его и двинулась к дверям. — Подожди. — Вадим догнал, ухватил за локоть. — Поверь, я не хотел. Это не я придумал, меня принудили, заставили. Обещали деньги, много. А теперь я еще и должен остался — эти люди, каперы, поставили огромную сумму на вчерашний матч. А у меня нет денег, вообще нет. — На. — Маша выхватила из сумочки конверт и швырнула Вадиму под ноги. — Здесь сотня тысяч. Забирай. Можешь считать, что это плата за сотрясение и потраченное на меня время. А теперь пошел вон! — Да подожди же, — заскулил Вадим. — Я ведь привязался к тебе. Не только в койке, а вообще. Думал, заработаю денег, и мы с тобой… Маша размахнулась, собираясь влепить новую пощечину, но в последний момент сдержала руку.

...На этом удача от Маши отвернулась. Обе свои подачи китаянка выиграла и сравняла счет. После чего продемонстрировала все то, на что способна первая ракетка мира во встрече со спортсменкой из второй сотни. Накаты, топсы и завершающие удары один за другим обрушились на Машину половину стола. Столпившиеся на трибунах в ожидании очередной сенсации репортеры после второй партии потянулись на выход. К концу четвертой их не осталось вовсе... русский пионер №1(43). февраль 2014

46


русский пионер №1(43). февраль 2014

48


49

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

50


Урок мужества. Как я однажды нереально застрелился. Обозреватель «РП» и альтернативный биатлон. Урок истории. Нелегкая атлетика. Латышские стрелки в спорте. Галерея. Трамплин Дмитрия Чернышенко. Творчество главы Оргкомитета «Сочи-2014».


текст: николай фохт

итар-тасс

В этом, особенном, номере «РП» все рубрики так или иначе связаны со спортом, с Олимпийскими играми. Вот и урок мужества Николая Фохта рассказывает о его посильном вкладе в развитие отечественного биатлона. Или непосильном — это как посмотреть.

русский пионер №1(43). февраль 2014

52


Это

было непростое время — зима. Всюду снег и снегири, под ногами нет твердой почвы, а лишь лед да в лучшем случае редкая соль. Самая заря вставания с колен, закат лихолетья. Соответственно эпоха жидких реагентов не пришла в Москву: февральские дороги похожи на окопы по ту и другую сторону близкой линии фронта; люди — в черном и прекрасно видны на фоне белого с солью снега, особенно если они лежат на нем где-нибудь в Бутове, или на улице Красного Маяка, или в Измайловском проезде, напротив циркового училища; люди в черном лежат на теплом снегу и не думают замерзать — они лежат ради веселья, для развлечения и из любознательности. И даже в лунную ночь их запросто видно со спутника — это космические люди, в черном. Тогда зимой все люди были в черном — суровое, прекрасное время. Скрывать нечего: я сидел как бы на втором этаже одноэтажного флигеля в самом центре Москвы, на Большой Никитской. На двери кодовый замок и латунная табличка «ТМТ». Даже пытаться не следует расшифровать: посвященные знают, что аббревиатура не расшифровывается — это шутка завсегдатаев спецслужб, подполковников в отставке, залетных резидентов и журналистовмеждународников. Самое главное — со двора. Там, в скрытом от посторонних глаз чисто московском атриуме, — чугунная лестница. В свое время эта лестница была незаметно конфискована после пожара в пакгаузе 6Б Казанского вокзала. Отшкурена, хорошенько протравлена и оболифена, покрыта несмываемой зеленой краской. Такие есть лишь на кладбищах и в ремонтных цехах Челябинского тракторного завода, где делают танки. Такая богатая история у чугунной лестницы, что шагаешь по ней с замиранием сердца, но так уверенно, будто в конце железного пути — заветный портал в мир грез, в страну незаходящего солнца и вечной весны, а не зимы. На самом деле на конце лестницы — пельменная.

53

Пельмени тут лепят самостоятельно по секретной пермской технологии, а кроме пельменей всегда водка «Абсолют», виски «Чивас», джин «Гордонс». Конечно, все остальные разносолы присутствовали, но пельмени — главное. Еще главное то, что в пельменную как на работу ходили четыре бывших гэбэшника, придумавшие и эту пельменную, и закрытое акционерное общество, конечно же, «Кварта». В пельменную я попал случайно: мне хотелось есть, и я шел на запах. Просто сел, просто съел мясную солянку, оливье, пельмени, выпил четыреста «Абсолюта кюрант» и попросил счет. Счет принес не официант, а здоровенный детина в солнцезащитных очках. Он сел за столик, положил папочку со счетом под свою огромную ладонь, снял очки и сказал: — Привет, Коля. Без очков я его все равно не сразу признал. Но деваться было некуда — чувак смотрел прямо в глаза. — Игорь! Да ты ли это? Килограммов пятнадцать набрал. Если бы не этот шрам на щеке, никогда бы не узнал тебя. Да еще очки. Ты как тут? Игорь Гонгаев кивнул. — Согласен, разжирел. Но это, знаешь, только на пользу. Устойчивее себя как-то чувствую, да и с левой теперь без шансов — срубаю намертво. Игорек коротко дернул левой, как бы сдерживая ее изо всех сил. И это был явный намек на ту драку в школьном туалете, когда я устоял после его левого бокового и в ответ нанес свой неотразимый и сокрушительный рубящий удар правой, сверху и по диагонали. От того удара шрам на щеке. Конечно, я узнал свою метку. — Я сам знаешь, где работал, а вот теперь занимаюсь хорошими мирными вещами. — Пельменями? — Не только и не столько. Мирными. Спортом, например. Скажи, тебе тут нравится? Еда, бухло, интерьер, лестница наша, вообще — Москва, центр?

русский пионер №1(43). февраль 2014


— Вообще-то, Гарик, я тут живу, у Никитских. Это я тебя спрашивать должен, нравится ли тебе в Москве. — А спрашиваю я. Потому что, знаешь, сегодня ты в центре, а завтра — на окраине. И не Москвы, а, например, Соликамска. — Ты чего, чувак? Это из-за счета или из-за шрама? Игорь смотрел не мигая прямо мне в глаза и вдруг как-то дико и неопрятно рассмеялся. — Да ладно, Колян, ты чего. Я же прикалываюсь. Ты совсем потерял чувство юмора. Но уехать придется. На время. В Ижевск. Ради спорта, Николай, если ничего не путаю, Вячеславович. И Игорь изложил странную и очень страшную идею. Оказывается, «Кварта» задумала создать команду по биатлону. И Игорек сообщил мне по глубокому секрету, что это будет альтернативная сборная России. Теневая сборная. Первые шаги уже сделаны. Ребята собраны, лыжи куплены, база построена. — А за всем этим присмотр нужен, хороший глаз, — перешел к сути предложения Гонгаев. — Я хочу тебя сделать директором базы с зарплатой четыре тысячи долларов. Надо сказать, что, пока мы разговаривали, мы пили. Сейчас я понимаю, что в совокупности во мне прижилось к тому времени, когда надо было срочно давать ответ, около литра крепких напитков. Я задал, конечно, ключевой вопрос: — А почему я? Ведь зашел я случайно, ты же не мог этого даже предположить. — Да в том-то и дело, Колян, что не мог. Я был, Коля, в тупике, понимаешь, в кризисе. Ведь если я завтра не найду кандидатуру, к двенадцати дня, ижевцы поставят начальником директора своего завода. А он вор, реальный вор, он и сидел четыре года за воровство. — А при чем тут Ижевск? — А при том, что для биатлона это очень хорошо. Ижевск — это что?

русский пионер №1(43). февраль 2014

Это оружейное предприятие, это Калашников — во всех смыслах. А биатлон — это что? Это стрельба на лыжах. Сечешь? Все близко, все компактно: снег, Ижевск, ружья. Наша база прямо под боком у завода, на одном из испытательных полигонов мы устроили тренировочную трассу с огневыми рубежами. Не хватает только тебя, Колька, друг ты мой закадычный. Вот билеты, вот подъемные. Давай. Машина у подъезда, за час соберешь манатки. Давай, Колька, я с тобой! В смысле, с тобой до Ижевска — там введу в курс дела. Все клево, все ровно будет, не бзди. Я так растрогался, что сразу согласился. Я не помню, как мы собирали мои вещи, как доехали до аэропорта, как погрузились на борт и вообще, как мы оказались в гостинице «Юность» посреди Ижевска. Но я точно помню две вещи: всю дорогу мы пили коньяк и пели песню «Sealed with a Kiss». А вот дальше началось самое страшное. Меня оформили на работу. Но не это страшное. К концу дня я с ужасом обнаружил, что Игорь абсолютно отошел от ночного путешествия и уже что-то тревожное говорит мне в моем номере.

...И я напялил черный лыжный костюм. Загрузились в минивэн, с лыжами и винтовками в чехлах, как будто мы ехали на рок-концерт не с ружьями ижевского завода, а с гитарами — мы будто хотели сыграть наконец живьем «Sealed with a Kiss». Прямо тут, на огневом рубеже «Ижмаша»...

— Такая ситуевина, Колян. Ты как к лыжам относишься? Не важно. Короче, тебе срочно надо подтянуть биатлон. — Как не важно! Я ненавижу лыжи. Я не умею стрелять, ты что? — Что-то типа этого я и предполагал, — трагически закивал Гонгаев. — Я же помню, как ты бегал пятерку в Сокольниках на лыжах. Понимаешь, не может всем этим руководить человек без биатлонных навыков. — Так на фиг ты меня сюда притащил? — Да чего-то обрадовался, когда тебя увидел, забыл эту мелочь. — Ничего себе мелочь. — Да мелочь, конечно, сейчас поправим. Я неплохо это делаю, натаскаю тебя за один раз. Давай, вот костюм. Лыжи получишь внизу, винтовку дам на полигоне, точнее, на огневом рубеже. И я дал слабину, согласился. И я напялил черный лыжный костюм. Загрузились в минивэн, с лыжами и винтовками в чехлах, как будто мы ехали на рок-концерт не с ружьями ижевского завода, а с гитарами — мы будто хотели сыграть наконец живьем «Sealed with a Kiss». Прямо тут, на огневом рубеже «Ижмаша». И встали мы на лыжи и пошли. Игорек шел рядом. Сначала он подсказывал. На третьем километре, когда я стал падать через каждые десять шагов, он прервал наш забег — мы были рядом с рубежом. Зарядили, Игорь показал, куда стрелять. Я попытался лечь. Игорь попросил стоя, он уверял, что это намного удобней. Я согласился. Потом я начал стрелять, прямо так, стоя на лыжах. Стрелял я быстро — это же спорт, гонка на время. Когда приехали мишени, Игорь беззвучно зашевелил губами, что-то считал. Потом с надеждой спросил: — Ты что, носишь очки, зрение какое? — Сто процентов у меня. Игорек кивнул. — Ладно, собирайся, едем в отель. Наконец мне удалось поспать. Я проснулся, конечно, в ужасе. До меня

54


55

Повторим урок 1. Два этажа в одноэтажном особняке — не редкость.

2. Раньше после литра водки я мог петь на английском.

3. В Ижевске снега больше, чем в Москве.

анна всесвятская

дошло, в какую авантюру я угодил. В том смысле, что теперь всюду будут лыжи. Лыжи и бухгалтерия — эти два самых главных кошмара моей жизни никогда не являлись одновременно. Я чуть не заплакал. И тут зазвонил мой «эриксон»: мобильный телефон — это было одно из моих пьяных условий. В те дни мобильные шли на вес золота. В трубке голос Гонгаева: — Николай Вячеславович, дорогой. У меня плохая новость: нам придется расстаться. Руководство запросило ваши мишени. Люди пришли в ужас, честно скажу, от вашей стрельбы из положения стоя. Нам не по пути. Вам придется вернуться в Москву. Ту часть подъемных, которую я вам передал в пельменной, можете оставить себе, и телефон. Но выехать надо уже сегодня. На сборы час. Машина в аэропорт уже ждет. Сам не смогу проводить — срочно убыл в Уренгой, за новым директором. Ты, конечно, нереально застрелился. — Чего? — Ну, в биатлоне так говорят, когда мажут. — Игорек, еще один вопрос, можно? — Валяй. — Откуда ты знаешь слова «Sealed with a Kiss»? — Мы в спортроте ее играли на танцах. Я пел. А что, плохо исполнил? — В голосе Игорька зазвучали нотки, знакомые мне со школы: именно в такой интонации начал он тот самый разговор, который закончился в школьном туалете. — Да нет, отлично спел, лучше Донована. После паузы он сказал: — Ладно, прости, что дернул. Ценю, что откликнулся и решил помочь. Но, старик, нельзя не уметь бегать на лыжах. Про стрельбу вообще молчу. Подтяни. Ну и заходи на пельмени. В Москве я пересчитал доставшийся мне гонорар — десять тысяч долларов. Я понял, что у нашей сборной хорошие перспективы. Если, конечно, найдут толкового директора.

4. Биатлонная трасса на территории «Ижмаша» — отличная идея.

русский пионер №1(43). февраль 2014


на фото august birznieks фонд латвийского музея спорта

К открытию олимпиады в Риге император написал поздравительное послание: «Сожалею, что лишен удовольствия лично приветствовать участников. Шлю пожелания полного успеха для дальнейшего развития столь необходимого молодым поколениям спорта в России».

русский пионер №1(43). февраль 2014

56


текст: игорь мартынов

В своем историческом расследовании военнореволюционных достижений латышских стрелков Игорь Мартынов наглядно показывает, к каким глобальным результатам может привести лишение народа возможности реализовать свой спортивный потенциал.

57

русский пионер №1(43). февраль 2014


…Стокгольм

на фото nikolajs svedrevics фонд латвийского музея спорта

1912 года стал для России, как сформулировал Александр Куприн, «олимпийской Цусимой»: одна из самых многолюдных команд на Играх заняла предпоследнее место. Нашлись оправдания: чиновники не успели оформить спортсменам загранпаспорта — в итоге сборная жила и тренировалась прямо на борту парохода «Бирма», в мало пригодных для того условиях. Гимнасты установили свои снаряды на палубе, тут же щетинились клинками фехтовальщики, хаотично метались легкоатлеты. В итоге медалей досталось чуть-чуть: например, «бронзу» в стрельбе взял рижанин Гарольд Блау, выбивший 91 из 100 глиняных голубеймишеней. Оргвыводы сделаны незамедлительно: учреждена Канцелярия главнонаблюдающего за физическим развитием народонаселения России, о чем председатель Совета министров Коковцев уве-

домил: «Государь Император, придавая особое значение правильной постановке дела физического развития подрастающего поколения в учебных заведениях всяких наименований, всех ведомств и признавая вместе с тем необходимым внести должное объединение в деятельности частных учреждений и обществ, преследующих цель физического развития, изволил высочайше повелевать наблюдение за постановкой упомянутого дела и строжайшее руководство им в учебных заведениях, а также принятие надлежащих мер к объединению деятельности частных учреждений и обществ, преследующих вышеуказанную цель: физическое развитие населения». Но главное, в рамках подготовки к Олимпиаде 1916 года в Берлине, чтоб там не осрамиться, было решено проводить Всероссийские олимпиады. Так сказать, боевые смотрины, контрольные замеры, прицел на будущее. Первая Всероссийская олимпиада 13-го года в Киеве про-

русский пионер №1(43). февраль 2014

извела унылое впечатление и на участников, и на власть. Поэтому к подбору места для второй олимпиады подошли максимально серьезно: взоры спортивных функционеров обратились на самую организованную и развитую провинцию империи, на центр Лифляндской губернии город Ригу. Здесь вовсю развивались спортивные общества, многие латышские имена гремели в Европе. Тяжелоатлет Ян Краузе, по кличке Железный бухгалтер (он работал счетоводом в пивной), славился рекордами в тяжелой атлетике. Говорили, что он пьет кровь на скотобойне, от животных, откуда и черпает свою нечеловеческую силу. Фактически не имел равных борец в греко-романском стиле Янис Полис. Достойно на европейских чемпионатах смотрелись стрелки, фехтовальщики, велосипедисты. К открытию олимпиады в Риге император написал поздравительное послание: «Сожалею, что лишен удовольствия лично приветствовать участников. Шлю пожелания полного успеха для дальнейшего развития столь необходимого молодым поколениям спорта в России». Полный успех был, как и следовало ожидать, за спортсменами Риги, но награды вручить успели не всем. 19 июля, за день до окончания олимпиады, в Петербурге немецкий посол граф Пурталес вручил министру иностранных дел С.Д. Сазонову ноту об объявлении войны России. Объявлен царский указ о всеобщей мобилизации. Спортсмены-офицеры получили предписание немедленно возвращаться в свои части. «Неужели война способна сбить наш прицел на Берлинскую Олимпиаду, неужто растеряем спортивный дух из-за превратностей истории?!» — сетуют рижские атлеты. Тренировочный процесс, уж если он начат, не может быть так бесславно остановлен! Стремлению к победе, к чемпионству, тем более в мировом масштабе, непременно найдется выход, пусть даже в самом нежданном виде! Так оно и вышло: атлетические и стрелковые способности латышей настолько потрясли командование русской армии, что Лифляндии, впервые в империи, разре-

58


59

getty images/fotobank

на фото janis polis фонд латвийского музея спорта

шают укомплектовать свои, национальные, воинские подразделения в рамках царской армии. Так, на сугубо спортивной основе, в 1915-м возникают «латышские стрелки». История мира переходит в мускулистые, образно говоря — железные, руки. Духом соревнований пронизана, насыщена боевая жизнь латышских стрелков от самых их истоков. Командир Первого стрелкового батальона Рудольф Бангерскис прямо на фронте организует для своих солдат спортивные игры, о которых газета Lidums пишет: «Сначала стартует бег без препятствий, затем бег с препятствиями, участники преодолевают барьеры, окопы, ямы, колючую проволоку, причем в полном обмундировании. При этом они еще должны успевать целиться и стрелять. В какой-то момент создается впечатление, что для наших воинов-атлетов нет никаких преград, что они не бегут, а парят над землей, прижимая к груди свои Георгиевские кресты, как прижимали бы олимпийские награды». Рацион латышских стрелков адаптирован под особые физические нагрузки. Что получал ежедневно обычный солдат 12-й армии Северного фронта в 1915 году? Мука — 775,5 г, крупа — 103,2 г, рис, макароны, перловая, чечевица или горох — 34,4 г, сушеные овощи — 17,2 г, свежие овощи или квашеная капуста — 258 г, сахар — 64,5 г, сухари — 309,6 г, соль — 47,3 г, чай — 3,29 г, перец — 0,7 г, жиры (масло) — 43 г, мясо: для прифронтовых воинских частей — 307,5 г, для армейских подразделений в тылу — 205 г (солдаты в тылу не получали мяса дважды в неделю, в так называемые рыбные дни). Меню же стрелков куда как разнообразнее: во-первых, поскольку они служили вблизи родных территорий, их активно подкармливали родные и близкие. Во-вторых, для обеспечения солдат свежим молоком, творогом, сметаной латышские батальоны укомплектованы коровами. Коровы размещаются вместе с армейскими лошадями, их кормят сеном, предназначенным для лошадей, — причем подчас прежде лошадей.

русский пионер №1(43). февраль 2014


...Атлетические и стрелковые способности латышей настолько потрясли командование русской армии, что Лифляндии, впервые в империи, разрешают укомплектовать свои, национальные, воинские подразделения в рамках царской армии...

по материалам книги «pulcejatias zem latviesu karogiem!»

Ибо именно молочный или сывороточный белок лежит в основе правильного спортивного питания; по химической и биологической ценности молоко превосходит все другие продукты. Это же любой тренер скажет. Война — войной, но при первой же возможности латыши включаются в любые состязания. Вот, например, офицеры стрелкового батальона отправлены на учебные курсы в Витебск. Выясняется, что в городском цирке как раз проходит турнир по греко-романской борьбе. Тут же один из офицеров, Эмилс Вайнбергс, записывается в участники под именем «Черная маска» и вскоре становится абсолютным фаворитом зрителей, особенно дам. Публика валит валом на финальную схватку турнира: против «Черной маски» выходит невысокий, но крепко сбитый чернокожий борец. Что победит — нордическое хладнокровие или горячий темперамент? К неудовольствию публики, бой прерван: офицера Вайнбергса срочно призывают вернуться

русский пионер №1(43). февраль 2014

в расположение войск. Случилась Февральская революция, необходимо делать выбор: остаться ли латышским стрелкам в российских рамках или устремиться к всемирному, общепланетарному триумфу под красным знаменем. Какие могут быть сомнения! «Мы, делегаты латышских стрелков, все, как один, голосовали за первые декреты Советской власти, за Ленина…» 39 000 стрелков переходят на сторону большевиков, на жалованье и довольствие — становясь, по сути, первыми наемниками Советов. Ильич называет их «железной гвардией Октября» и бросает на самые заковыристые задания. Латышские стрелки разгоняют Учредительное собрание, подавляют восстания казаков на Дону, бунты в Муроме, Рыбинске, Калуге, Саратове, Нижнем Новгороде. Один из участников тех рейдов вспоминает: «1917 год, Новгород. Враждебный большевикам русский город. На углах улиц группы людей. Спорят, обсуждают, говорят: “Нельзя заключать мир без союзников… Воевать до победного конца… Не поддаваться большевистской демагогии!”» Говорунам не дали закончить. Латышские стрелки вошли в город. Фуражки заломлены на затылок. Воротники защитного цвета гимнастерок открыты и подворочены внутрь. Повешенные на плечах винтовки — дулом вниз. Закоптелые на позициях котелки бренчат о заткнутые за ремень ручные гранаты. Весь город задрожал от безмерно громкой латышской песни… Они не спрашивают, что их здесь ждет. Ясное дело: вся Россия уже знает об их победах на фронте. Ходит народная легенда, как когда-то про казаков. «Господь Спаситель, латыши идут. Бегите, спасайтесь!» Умолкла в городе песня. Исчезли группы горожан на углах улиц. Закрываются ворота. Бабы прячутся с детьми на печках. Мужчины молятся у икон, другие всматриваются через щели в ставнях. Случайно где-то на дворе щелкнул выстрел. Командир взвода дал короткий приказ. В одно мгновение группа разделилась на две части: каждая — по сторо-

60


на фото karlus bensons фонд латвийского музея спорта

61

нам улицы. Таясь вдоль заборов дворов, группа в 40 человек стремительно продвигается вперед. Где заметят группу людей — гранату. Как оглушительные удары, разрываются «еловые шишки» — «лимонки». Потянул кольцо, вытащил капсюль и давай: «Трах-тарарах!» — звучит в воздухе. «Покажем вам пекло, темные души!» — ругаются стрелки. Город замер. Умер он, и никому не придет в голову оказать сопротивление. О, такая шутка стрелкам только нужна. Повеселить душу. Прилечь на улице и пострелять. «Давай только сюда!» Так в Новгороде. И в Петрограде. И в Ярославле — тоже, и в Казани — тоже. «Давай сюда!» И победили большевики… Точнее, победили закаленные в Тирельских болотах стрелки. Сотни «шишек» — как плевок в глаза одному «сонному русскому городу». И тут же, в честь победы, — непременное акробатическое представление, этюд. Или показательная борцовская схватка. Показать наглядно — на чьей стороне сила. В июле 1918-го в Москве Ленин трепетно поручает латышскому стрелку Иоакиму Вацетису — начальнику охраны Кремля — подавление левоэсеровского мятежа: «“Товарищ, выдержим ли мы до утра?” Задавая этот вопрос, Ленин смотрел мне прямо в глаза. Я понял, что от меня ждут категорического ответа, но я к этому не был подготовлен. Под настойчивым взглядом Ильича я сформулировал свой ответ: положение еще не выяснено, обстановка осложнилась, 7 июля в четыре часа наступление состояться не может, так как невозможно собрать войска, поэтому я прошу дать мне два часа времени, чтобы объехать город, собрать необходимые сведения, и тогда в два часа я смогу дать определенный ответ. Владимир Ильич согласился и, ответив: “Я буду ждать вас”, вышел столь же торопливо, как и вошел». Мятеж успешно подавлен. Вацетис назначен первым Главнокомандующим Вооруженных сил Советской России. И по линии спорта есть результат: в 1918 году создается, с опорой на латышских стрелков, Всеобуч — обязательное всеобщее

русский пионер №1(43). февраль 2014


итар-тасс

обучение военному делу, в котором совмещены и физкультура, и стрелковое дело. Разумеется, латышские стрелки, легко меняя гимнастерки на борцовские трико, становятся первыми инструкторами и устраивают соревнования и чемпионаты в рамках Всеобуча. При этом не упуская ни малейшей возможности для тренировок, для поддержания себя в тонусе, в форме. Корреспондент газеты «Революционная Россия» писал: «Чрезвычайка, возглавляемая Петерсом, заработала. Очень часто сам Петерс участвует в казнях казаков… Красноармейцы говорят, что за Петерсом всегда бегает его сын, мальчик 8—9 лет, и постоянно пристает к нему: “Папа, дай я!”…» «Какой пострел! — умиляются соратники Петерса. — Чемпионом будет!» Энергичные стрелки стоят у основания ЧК, ГУЛАГа, чемпионатов по тяжелой атлетике: латыш Янис Спаре к 1920 году стал 17-кратным чемпионом России и 29 раз побил мировые рекорды.

русский пионер №1(43). февраль 2014

...Без вклада пламенных атлетов, без этих фаворитов Ильича финальные результаты революции и Гражданской войны были бы совсем иными. Но и история спорта была бы другой, если б латышский коллектив не отвлекался на мировой катаклизм...

«Мы были сильны командным духом!» — вспоминают бойцы. В командной копилке латышских стрелков — победы над Деникиным, Юденичем, Врангелем, тамбовским крестьянским восстанием. По статистике, в 20 губерниях Центральной России было зарегистрировано 245 крупных контрреволюционных выступлений, в подавлении которых использовались латышские стрелки. Без вклада пламенных атлетов, без этих фаворитов Ильича финальные результаты революции и Гражданской войны были бы совсем иными. Но и ис тория спорта была бы другой, если б латышский коллектив не отвлекался на мировой катаклизм. Все ушли на революцию, в итоге на Первых зимних Олимпийских играх в Шамони в 1924 году сборную Латвии представляли всего два участника: один шел с национальным флагом, другой изображал делегацию, а вот нести табличку с названием страны было некому. Упросили кого-то из зрителей.

62


все фотографии в рубрике «фотоувеличитель» валерий левитин/риановости

трамплин дмитрия чернышенко

Галерея «РП», новая рубрика журнала, посвящена очень личному творчеству главы Оргкомитета «Сочи-2014» Дмитрия Чернышенко. Она состоит из его детских рисунков, посвященных спорту. Эти рисунки, его детское увлечение, предвосхитили его взрослое увлечение: подготовку к Олимпиаде в Сочи. Как же все связано-то в жизни.

63

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

64


65

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

66


67

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

68


69

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

70


71

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

72


Центровой. Капитанская точка. Павел Дацюк о том, как обыграть канадцев. Знаменосец. Все отболит. Андрей Макаревич о том, как болеть на Олимпиаде. Правофланговый. «Болельщик я нервный». Александр Жуков о том, почему он играет в хоккей в фигурных коньках. Правофланговая. Заточение в форму. Ксения Собчак о своей йоге. Отличница. За мужем. Юлия Бордовских про свой путь в Сочи. Физрук. Скуби. Иван Скобрев про открытость как форму жизни. Пионервожатый. Две мечты. Виктор Ерофеев дискутирует с мэром и с собой. Пионервожатая. Я сделала это. Светлана Журова о своих мечтах. Звеньевой. Укус чемпионки. Андрей Бильжо про свою связь со спортом. Запевала. Идем на спорт. Диана Арбенина о том, как терпеть. Горнист. Ген подскажет. Вита Буйвид про высокие достижения в зимних видах.


риа-новости

Капитан сборной России по хоккею Павел Дацюк не писал раньше колонок в «РП». Он их вообще никуда не писал. Он играл в хоккей и давал интервью. Для «РП» он сделал исключение. Получилось исключительно.

текст: павел дацюк

НА ДНЯХ было объявлено, что тренерский штаб назначил меня капитаном олимпийской сборной России. Не буду скрывать, я обрадовался. Это серьезный осознанный шаг. И сейчас я понял, что к этому готов. Хотя раньше капитаном никогда не был. Кроме одного случая. Я капитанствовал целых два года в хоккейной школе Свердловска — с 9 до 11 лет. И это было замечательное время. У меня все начиналось со двора, как и у миллионов детей. Раньше было так, что хорошие люди по доброй воле собирали команду маленьких ребят, чтобы те не слонялись без дела. Нас организовал дядя Вова. Мы чистили и заливали каток (кортик, как его называли), пропадали там целыми днями. И вот однажды дядя Вова убедил папу, что меня надо отдать в ДЮСШ «Юность». Хотя тогда никто даже не думал, что я стану хоккеистом. русский пионер №1(43). февраль 2014

Я начал ходить в секцию, а наша команда стала выступать на первенстве области. Был нужен капитан, и тренер Валерий Георгиевич Голоухов выбрал меня. А через два года звание передали моему лучшему другу Алексею Булатову, с которым мы выходили в одном звене, — так же неожиданно забрали букву «К», как и дали. В 15 лет я решил бросить хоккей. Очень тяжелый период, когда умерла мама. Я стал больше пропадать во дворе, начал пропускать тренировки. Да и надоело мотаться с баулом через весь город. Приходилось ездить из окраинного района Сортировка в центр — а это почти час в один конец. Но побоялся сказать папе об этом. Терпел, стиснув зубы. И спустя несколько месяцев переборол это скользкое чувство. Идущий в гору да осилит. В 20 лет у меня случилась серьезная травма, после которой я понял, что деваться некуда: или останусь инвалидом, или буду играть в хоккей. Я выступал уже за

«Автомобилист», получил вызов в сборную России на Кубок «Балтики». Но после матча в Ярославле вместо того, чтобы ехать в Москву, попал в Екатеринбург — на стол хирурга. Полетели связки колена… Операцию сделали хорошо. Но в больнице не оказалось спортивного реабилитационного центра. Прошел месяц, а я не мог согнуть ногу. Ходить еще как-то получалось. Но встал вопрос ребром: смогу ли вообще быть хоккеистом? Переломный момент, чтобы понять, зачем тебе вообще спорт, что ты в нем делаешь и чем дорожишь. Благодаря тренеру Владимиру Васильевичу Крикунову, ставшему моим крестным отцом, и двум клубам — «Ак Барсу» и «Автомобилисту», договорившимся между собой о моем переходе, я смог вернуться в большой хоккей. Вот уже 13 лет играю в НХЛ. И благодарю то время в жизни, когда встретил хороших людей, которые отнеслись ко мне с любовью.

74


владимир соколаев/фотосоюз

Делай добро и бросай его в воду. Никогда не забываю о том, через что прошел сам. Поэтому мы с друзьями создали в Екатеринбурге спортивный лагерь для детей, который проводим ежегодно вот уже шесть лет. Вообще, проблем в детском хоккее очень много. Не хватает льда. Мало тренеров, которые реально хотят чему-то научить ребят. Небольшая зарплата у наставников. Нет инвентаря. А самое главное, у самих детей не горят глаза. Я вижу, что это глаза их родителей, которые приводят сыновей в секцию, чтобы воплотить собственные мечты. Они сами когда-то хотели стать хоккеистами, но не смогли. У сегодняшних мальчишек уже не будет того детства, какое было у нас. Нет этих дворовых секций с дядями Вовами. Но мы все еще можем им помочь. Я всегда говорю детям: «Любите то, что вы делаете». Если относиться к хоккею как к рутинной работе, то чем это отличается от рабочего на заводе? У него тоже есть смены, производственный план. Но нет мига волшебства, когда ты творишь

75

Никакие победы не могут заменить счастье наших детей. Важнее не может быть ничего. что-то необычное на льду и этому радуются сотни тысяч людей. Как белого кролика из шляпы волшебника достаешь. И это чувство терять нельзя. Однажды у меня спросили: «Может ли “золото” Олимпиады сделать тебя счастливым?» Конечно, это самая важная награда в хоккейной карьере. Высшая цель, к которой стремишься всю спортивную жизнь. Победа — лишь мгновение. Оно дорогого стоит, но быстро проходит. А абсолютное счастье — глобальное состояние. И его нельзя загнать в рамки счета на табло. Я всегда помню, для кого играю в хоккей. Через Интернет могу поддерживать связь с болельщиками и незнакомыми мне людьми. Они часто пишут в Твиттер, и я стараюсь отвечать. Вот совсем недавний пример: «Дорогой Кристофер, спасибо большое за твое теплое письмо.

Мне очень жаль, что ты потерял свою маму Линду из-за рака. Я через это прошел, тоже остался без мамы. Желаю тебе и твоей семье счастья и здорового Нового года. С наилучшими пожеланиями, Павел». Ценно то, что, делая любимое дело, ты можешь кому-то помочь. Иногда достаточно услышать слово и почувствовать тепло, чтобы стало легче. А когда у тебя есть возможность отозваться людям, которые любят, смотрят и переживают за тебя, мимо проходить нельзя. В этом сезоне мне задают кучу вопросов, и главный из них: «Что для вас значат Игры в Сочи?» Я отвечаю, что домашняя Олимпиада — большая честь и огромная ответственность. Мы это понимаем, поэтому сделаем все, чтобы победить. Но никакие победы не могут заменить счастье наших детей. Важнее не может быть ничего.

русский пионер №1(43). февраль 2014


orlova

Хотя в самом начале своей колонки Андрей Макаревич сообщает, что никогда сакральным болельщиком не был, читатель из дальнейшего текста узнает, что все далеко не так однозначно в его спортивной, точнее — олимпийской биографии, как считает автор.

текст: андрей макаревич

НИКОГДА я, надо вам сказать, не был спортивным болельщиком — стадные инстинкты меня пугали и отталкивали. Хотя отец очень любил посмотреть хороший футбол или хоккей — через маленькое черно-белое окошечко телевизора. А вот на Олимпиаде в Калгари (восемьдесят восьмой год, если кто не помнит) на финальной хоккейной игре, когда наши окончательно разделали всех, я сидел у самого бортика, практически с запасными игроками, и когда метрах в двух от меня кого-то по ходу игры приложили к борту, и раздался грохот, и борт задрожал, я вдруг понял, что хоккей — это совсем не то, что мы видим по телевизору; это битва, это бой гладиаторов. Нет, болельщиком в сакральном смысле я так и не стал. А вот на Олимпиадах бывал часто. Посчитал и даже удивился: Калгари, Турин, Ванкувер, Лондон… Москву восьмидесятого даже не русский пионер №1(43). февраль 2014

считаю — ее неожиданная пустота, внезапные напитки, иностранные сигареты и индивидуально расфасованный финский сервелат произвели сильное впечатление, не скрою, но неприезд американской сборной сделал Олимпиаду какой-то не совсем настоящей, а потом вдруг умер Высоцкий, и очередь к Театру на Таганке перекрыла все очереди на стадионы, и даже улетающий с закрытия Игр Мишка (хотя трогательно было придумано) отошел на второй план. В Калгари (заря перестройки!) я приехал с небольшой группой артистов поддерживать боевой дух наших спортсменов. В силу этой самой зари перестройки все было по-новому и весьма наивно. Наверно, не вспомню весь состав: певица Катя Семенова (замечательная, смешная), певец Мартынов (царствие небесное), артист театра Маяковского Фатюшин (царствие небесное), фокусник Данилин, я, кто-то еще. Жили мы в стран-

ном лесном пионерлагере километрах в тридцати от города — Олимпиада шла совсем рядом, но практически мимо нас. Предполагалось поднимать боевой дух спортсменов нашими концертами перед их выступлениями на Играх. Идея, по-моему, дурная: спортсмены были целиком сосредоточены на выполнении своей задачи, мы своими песенками их только отвлекали. Помню, как какие-то комсомольские шишечки бегали втихаря продавать прямо перед стадионом билеты на соревнования; билеты им выдавались совсем не для этого, и мне было стыдно — за страну, за них. Еще на всю жизнь запомнил, как мы летели домой спецрейсом с нашей сборной по хоккею (а какой составчик был!), и финал отыграли только вчера, и они (мы!) увозили из Канады золотые медали, и Тихонов (они говорили — Тиша) не то чтобы разрешил, а не возразил по поводу того, чтобы ребята немного выпили, — и как

76


же мы восхитительно выпили! И пели песни, и Макаров собственноручно записал мне в записную книжку текст поразившего меня дворового шедевра: «Я б назвал такую королевой, что у нас давно запрещено…» На прощание в Калгари нашей команде подарили белые ковбойские шляпы — так же естественно для Канады, как у нас подарить матрешки. Мы приземлились поздно вечером, мела метель, на поле играл оркестр. Ребята машинально надели шляпы (а куда их было девать?) и потянулись к выходу. Вдруг ворвался, забегал какой-то мелкий гэбэшник, крысеныш: немедленно снять американские шляпы! И наши бойцы, герои испуганно и послушно сняли. И мне опять стало стыдно. Даже не знаю за кого. В Турин меня привезли в качестве факелоносца. Я пытался отказаться — надо

где-нибудь под горку. Иначе общая красота может быть непоправимо нарушена. Конечно, сказали корейцы, даже не сомневайтесь, у нас все записано. Подготовка к процессу напоминала подготовку к террористической акции. Нас погрузили в тесный минивэн, подвезли к какой-то переполненной народом кофейне, где мы должны были переодеться в олимпийские костюмы (по очереди, в сортире, вызывая изумление посетителей!), после чего на этом же вэне отвезли на трассу и расставили по местам. По обочинам уже ликовал и бесновался народ, сверкали фотовспышки. Я взглянул на уготованный мне участок и окаменел: это была самая крутая горка в окрестностях Турина. Протяженностью (да и высотой) как раз метров триста. Вэн уехал, что-либо менять было поздно. Я стоял один красивый посреди совер-

силы до последнего вдоха, до последнего удара пульса. Весь мир сейчас смотрит на меня. Спортсмен-охранник пристраивается справа. Он настоящий спортсмен, ему эта горка — семечки, это для него вообще не бег, ему скучно. И он затевает со мной неспешный разговор: кто я, откуда, чем занимаюсь? И я понимаю, что это мой конец: бежать и еще разговаривать с этим негодяем выше моих возможностей, а не отвечать просто невежливо. Тем не менее я пытаюсь (еще улыбаясь в камеру, которая едет передо мной!) хоть как-то имитировать бег и поддерживать беседу, метров через сто плюю на все и перехожу на шаг. Горделиво. И не отвлекаясь больше на идиотские вопросы. Я дошел. Ребята! Сегодня у нас Олимпиада в Сочи. Я знаю, что я рискую навлечь на

И наши спортсмены будут очень-очень стараться победить. А мы будем их поддерживать и за них болеть. Вы будете? Я буду.

же красиво бежать и нести! — но меня уверили в том, что главное — участие. Да и компания собралась хорошая. В общем, полетел. Генеральным спонсором Олимпиады был тогда, кажется, «Самсунг», и всем заправляли корейцы. Это были очень подробные и внимательные люди. Они проинструктировали нашу команду (вместе и по отдельности) раз пять. Каждому для несения факела полагался участок в триста метров. Я, в принципе, смирился со своей участью и просил только об одном: весь Турин состоит из весьма крутых горок, а поскольку мне месяц назад прооперировали колено — поставьте меня, пожалуйста, господа,

77

шенно пустой мостовой, в руке у меня располагался факел (тяжелый, собака!), и ко мне неумолимо приближалась процессия — открытый грузовичок с телекамерами, факелоносец с горящим символом Олимпиады, специальный спортсмен, бежавший справа от него. Была придумана такая подстраховка — мало ли что, вдруг споткнется, уронит. Или из толпы какой-нибудь безумец выскочит. Процессия приближалась, ее сопровождала нарастающая волна криков и аплодисментов. И вот они рядом со мной (волнение, между прочим, жуткое!), вот я поджигаю свой факел от факела (горит!) и начинаю бежать в нужном направлении. Я рассчитываю свои

свою голову, и тем не менее: давайте хотя бы на это время отделим мух от котлет. Да, опять наворовали, наверное, немерено и как с гусей вода. Да, даже факелы нормально горящими сделать не получается. Но! Это единственный и, по-моему, последний в мире праздник такого масштаба, и он призван не ссорить, а объединять людей всей планеты. И это сегодня необыкновенно важно. И наши спортсмены будут очень-очень стараться победить. А мы будем их поддерживать и за них болеть. Вы будете? Я буду. А с воровством будем разбираться потом. Или не будем — как обычно.

русский пионер №1(43). февраль 2014


риа-новости

Президент Олимпийского комитета России Александр Жуков в детстве не только играл в шахматы. В детстве он занимался и более серьезным делом: фигурным катанием. И до сих пор в хоккей он играет в фигурных коньках. А в шахматы — в ботинках.

текст: александр жуков

СПОРТ в моей жизни, мне кажется, был всегда, с детства. Всерьез, то есть с тренером, в секции, я занимался шахматами и фигурным катанием. В 1965 году в Москве впервые в СССР прошел чемпионат Европы по фигурному катанию. У счастливчиков, у которых был телевизор, собирался весь дом, чтобы поболеть за Белоусову и Протопопова. Фигурное катание было тогда, пожалуй, самым модным видом спорта. Бабушка решила, что я обязательно должен стать фигуристом, именно она и привела меня на каток. Это сейчас везде много катков, есть лед и можно тренироваться круглый год. Тогда искусственного льда в Москве почти нигде не было — только «Кристалл» в Лужниках и Сокольники. И вот два раза в неделю в шесть утра, когда на улице еще совсем темно, мы с бабушкой на трамвае ехали из Измайлова в Сокольники, чтобы успеть на тренировку. На этих же площадках тренировались профес-

русский пионер №1(43). февраль 2014

сиональные спортсмены с высокими разрядами, участвовавшие в соревнованиях, так что у нас, детских групп, как правило, лед был ранним утром, часов в шесть. Группы были немаленькие, но большинство были девочки. Как же фанатично они занимались! А мальчиков почти не было — один-два. И я всегда ждал, когда наконец закончится занятие, чтобы поиграть в хоккей: сразу после нас тренировались ребята из ЦСКА. Я выдержал целых четыре года, серьезно занимался лет до двенадцати, даже получил первый юношеский разряд. На соревнованиях прыгал аксель в полтора оборота, до двойных тулупа, риттбергера и флипа не дошел. Вращения мне плохо давались. Ласточку делал. Ее, конечно, все делают, но выполнить этот элемент красиво на самом деле непросто: то ногу не получается выпрямить, то достаточно высоко ее поднять не удается. У меня ласточка получалась. Занимался в основном по-

тому, что бабушке очень нравилось, как я катаюсь. Почему-то ее очень радовал в моем исполнении совсем простой элемент — дорожка, после которой я ехал на одной ноге, а вторую клал на колено. Она возила меня на тренировки, всегда смотрела на меня и про этот элемент говорила: «Ох, как красиво!» У меня были свои программы, специальные костюмы. Музыку я теперь не вспомню, но пластинки, подписанные «Жуков», еще долго пылились в квартире — это была музыка для моих выступлений на соревнованиях. Но в какой-то момент стало ясно, что надо выбирать: или серьезно заниматься на профессиональном уровне, или уходить. Старшим тренером общества «Спартак», где я занимался, был Виктор Кудрявцев. Он и сейчас работает, консультирует сборную, я недавно встретил его в Сочи. Он меня, конечно, не помнит: был мальчик и быстро закончил. На одной из трениро-

78


итар-тасс

Чтобы добиться серьезного результата в спорте, недостаточно иметь хорошие данные, хорошего тренера, условия для тренировок.

русский пионер №1(43). февраль 2014


вок он разговаривал с бабушкой по поводу моего спортивного будущего. Тогда решали, кто из группы будет всерьез заниматься фигурным катанием и идти к олимпийским вершинам. И тренер сказал бабушке: «Он хорошо катается, все замечательно, но он не хочет этим делом заниматься, он фигурное катание не любит так, как необходимо». Это правда: чтобы добиться серьезного результата в спорте, недостаточно иметь хорошие данные, хорошего тренера, условия для тренировок. Этот спорт надо очень любить. Со мной в одной группе был Сергей Волков — он стал чемпионом мира в свое время. Так вот он фанатично любил фигурное катание, мог целый день провести на льду. А я только и ждал, когда закончится занятие, чтобы поиграть в хоккей. Не любил я фигурное катание: спортивную часть на льду я еще мог потерпеть, но вот хореография меня убивала. Я и батман — не очень меня это радовало... Десять девочек у станка и я один, иногда двое, если на занятие приходил еще один мальчик, но это не спасало ситуацию. Бабушка была вынуждена смириться, что фигуриста из меня не получится. Была, правда, предпринята еще одна попытка — они решили поставить меня в пару с какой-то девочкой. Она была на голову выше меня: девочки же в этом возрасте быстрее растут. Я пытался с ней кататься, но это продолжалось совсем недолго — я завязал. А вот хоккей остался в моей жизни, играю, хотя и не часто, до сих пор. Правда, должен признаться, что играю в фигурных коньках — на хоккейных я кататься не умею. Я же оставался играть в хоккей сразу после занятий, коньков, разумеется, не менял. Когда вырос, ситуация не изменилась: играли за сборную университета — я выходил на лед в фигурных. Был один случай: в честь 60-летия Вячеслава Старшинова мы играли в юбилейном матче. Тройка — Старшинов, Шадрин и я. Я вышел не просто в фигурных коньках, но к тому же еще и белых. На той игре был Виктор Степанович Черномырдин, премьер в то время.

русский пионер №1(43). февраль 2014

Матч закончился, все собрались, чтобы поздравить Старшинова. И Виктор Степанович мне говорит: «Саша, что это у тебя за коньки такие? Что это ты на фигурных коньках в хоккей играешь?» Долго он мне потом эти фигурные коньки вспоминал. А я не умею на хоккейных, ну никак… Они другие. У фигурных каблук довольно высокий, они шире, и зубчики опять же. Одновременно с фигурным катанием в детстве я начал заниматься шахматами. Меня научил играть дедушка, когда мне было года четыре, и это увлечение со мной всю жизнь. И если в Сокольники меня отвела бабушка, то в Центральный шахматный клуб на Гоголевском бульваре, где мы занимались два раза в неделю, я попросился сам. Было мне семь лет. И еще одна страсть с самого детства — футбол. Я каждый день приходил из школы, бросал портфель и бежал во двор. Я и сейчас играю раз в неделю, по воскресеньям, теперь-то уж точно понятно, что это любовь на всю жизнь. Шахматы и футбол — абсолютно разные виды спорта. В шахматах ты один на один с соперником, футбол — игра командная, где без партнеров выиграть невозможно. Конечно, шахматы сильно отличаются от других видов спорта. Многие спорят о том, что это такое: шахматы — они на грани науки, искусства и спорта. Хотя со временем спортивная составляющая проявляется все больше. Раньше чемпионами мира становились обычно лет в сорок или сорок пять, при этом шахматисты еще курили и выпивали, как Алехин, например. Сейчас, конечно, это невозможно. Для того чтобы стать гроссмейстером, нужно поддерживать спортивную форму — шесть часов сидеть за доской очень тяжело, знаете ли. В шахматы играешь головой, а не ногами, но хорошая физическая форма нужна обязательно. Да и в футболе, как показывает жизнь, выигрывают те, кто не только быстро бегает и отлично бьет, но и хорошо работает головой. В работе, вообще в жизни мне помогают и шахматы, и футбол. Любой шахматист умеет считать вперед — для человека очень важное качество. Стратегическое

мышление, тактический расчет и усидчивость. Шахматы развивают способность самостоятельно мыслить, принимать решения, а футбол — командный дух, умение взаимодействовать с людьми. Хотя это приходит со временем: если посмотреть на мальчишек во дворе, то каждый из них хочет самостоятельно обвести всю команду и забить гол. Шахматы достаточно популярны в Государственной Думе, мы проводим и внутренние турниры, играем и с журналистами, с парламентами других стран. Среди коллег много достойных соперников: Анатолий Евгеньевич Карпов, например, более чем достойный соперник. Он не часто сам участвует в турнирах, но мы изредка играем. Чем хороши шахматы — они позволяют играть с гандикапом с любым соперником. Например, по времени. Мы играем блиц. Карпов ставит две минуты против пяти — это болееменее уравнивает наши силы, хотя все равно, конечно, сложно играть с одним из сильнейших шахматистов мира. С депутатом Андреем Макаровым мы когда-то вместе защищали честь университета на шахматных турнирах. Говорухин неплохо играет, еще депутатов пять-шесть. Во всяком случае, все командные соревнования мы обычно выигрываем. У меня были запоминающиеся матчи. Один из таких — с Крамником в ГУМе. Мне всегда хотелось сыграть с великим шахматистом. Понятно, что в равных условиях это сделать невозможно, вернее, можно, но ты точно проиграешь. Поэтому мы договорились, что я могу пользоваться подсказкой компьютера. На сегодняшний день компьютер может обыграть любого шахматиста, даже самого высокого уровня. Я мог смотреть только каждый третий ход. И оказалось, что силы практически равны: было две партии — первую я выиграл, вторую сыграли вничью. Володя, конечно, такого результата не ожидал, но я и компьютер были довольны. Люблю осваивать новые виды спорта: до керлинга еще не добрался, но у меня появилось новое увлечение — гольф. С возрастом совсем уж подвижные игры нелегко практиковать, а гольф — то,

80


что надо, хотя это, конечно, довольно сложный вид спорта. Больше всего в гольфе меня привлекает то, что очень трудно сделать хороший удар. Это в сто раз сложнее, чем в теннисе, например, но и доставляет в сто раз больше удовольствия. Второй важный момент: это хорошая физическая нагрузка — пройти 18 лунок по пересеченной местности (это 10 километров). И в-третьих, это возможность провести пять часов на природе. Болельщик я очень нервный: больше переживаю на трибунах, чем когда сам играю. В Лондоне, на финале по волейболу, на мне нитки сухой не было. Ведь когда сам играешь, нет возможности переживать, потому что полностью переключаешься на игру. Как только ты отвлекаешься — проигрываешь. Все профессионалы завоевывают медали

81

и выигрывают турниры не потому, что они думают, как они должны сыграть, — они это делают подсознательно, каждое движение отточено до автоматизма. Были проведены специальные исследования, я видел фильм об этом: футболист, когда бьет по мячу, не думает, как ему поставить ногу, как замахнуться. Никакой реакции человека не хватит, если все время думать, что надо делать. Профессионалы все делают инстинктивно — этим отличаются выдающиеся спортсмены от любителей. Хотя Анатолий Тарасов, как мне когда-то рассказывал Слава Фетисов, говорил, что хороший хоккеист должен в момент броска видеть ворота, всех защитников, своих партнеров и еще блондинку в третьем ряду. Вот тогда это великий хоккеист. Кстати, Слава смог увидеть блондинку и даже женился на ней.

Жду Олимпиаду и понимаю, что болельщик должен быть готов к любому результату. Жду хороших результатов в бобслее, лыжах, биатлоне, фигурном катании, коньках и, конечно, в хоккее — ведь это самая эмоциональная и национальная игра в России. Я был на четвертьфинале с канадцами в Ванкувере и, конечно, помню тот обидный счет на табло — 7:3, но я не отношусь к той категории болельщиков, которые бросают свою команду после поражения. Спорт не может состоять из одних побед. Я точно знаю, что на соревнованиях, особенно на таких, как Олимпиада, каждый спортсмен выкладывается до конца. И я понимаю, какой путь прошел каждый спортсмен, чтобы на эту Олимпиаду попасть. Буду болеть, поддерживать наших и верить в победу.

русский пионер №1(43). февраль 2014

виктор ахломов/фотосоюз

Шахматы — они на грани науки, искусства и спорта.


orlova

Телеведущая Ксения Собчак пишет о виде спорта, который вряд ли войдет в олимпийскую программу. Да и спортом в чистом виде не является. Потому что речь идет о йоге. Для нашего колумниста это больше, чем спорт. И даже больше, чем Олимпиада. Только с самой жизнью сравнить можно.

текст: ксения собчак

КОГДА в Фейсбуке или в интервью мне задают все вот эти вопросы про «главных учителей жизни» или про «наиболее повлиявшие книги», сразу думаешь о том, что нужно назвать что-то такое значительное, большое: не может же на тебя, такого масштабного, могучего человека, без ложной скромности «человечища», повлиять что-то незначительное, маленькое, правда? Учителя — так гении или в крайнем случае родители (объяснимо и все поймут, а в моем случае так и неприлично по-другому ответить), книги — ну, тут меньше Достоевского с Пушкиным никто и не рассматривается в принципе. Не ответишь же, что на тебя букварь влияние оказал. Или журнал «Плейбой», найденный под родительским матрацем. Но наедине с собой, чувствуя неловкость за то, что пришлось впутать Александра Сергеевича и Федора Михайловича в свои личные проблемы, русский пионер №1(43). февраль 2014

я понимаю, что главные учителя, конечно, самые неожиданные люди, события и ситуации в нашей жизни: мимолетная картинка, прохожий и даже твой обидчик или тот, кто поступил с тобой, по твоему мнению, несправедливо, может стать твоим главным учителем, а вовсе не тот, на кого такие надежды возлагались. Наверное, как любому человеку, мне, когда я задумываюсь о событиях собственной жизни и пытаюсь их както систематизировать, свойственно что-то упускать или искажать, но, думая о своем прошлом и своей внутренней кропотливой работе над собой, я точно знаю, что йога изменила мою жизнь. Йога вошла в мою жизнь случайным прохожим — и осталась навсегда. Первые года два я ходила исключительно из-за эффекта освобожденной от тяжести спины и растянутых конечностей. И только потом стала понимать, почему

православные священники выступают против йоги (правильно, кстати, исходя из своей системы ценностей делают): йога заманивает невероятным физическим эффектом легкости, освобожденности и покоя, а потом открывает тебе главное — свой взгляд на мир, на бытие, на природу человека. Удивительно, но самые глубокие познания о себе самой и о вопросах бытия были по-настоящему поняты мною именно через йогу, а не из книг, хотя философией я увлекалась со школы. Благодаря йоге мне были явлены банальные, но такие сложные — не для произнесения вслух, а для «чувствования» — вещи. Самое главное, пожалуй, — осознание того, что по-настоящему счастье тебе приносит не постоянная рябь мыслей, наполняющих твое сознание, твои вечные «хочу», «нужно», «можно», а именно выключение этой машинки. Твои амбиции, желания, постоянное обдумывание

82


проблем, кажущихся тебе предельно важными, создают вечный круг несчастья: эти мысли наращивают внутреннее беспокойство, потом лопаются, как мыльный пузырь, в твоей голове, но на их месте мгновенно возникают новые заботы и хлопоты — и за этим бесконечным и бессмысленным процессом проходит жизнь, и ужас нелепости всего этого раскрывается только перед смертью, да и то не всегда. Умение заглушить собственный вечно работающий жадный двигатель желаний — этому учит меня йога. И в редкие моменты глубокой медитации к тебе, как подарок, приходит простое и ясное понимание того, что человек ищет простой гармонии с миром, единения с собой и желания любви. Такие простые слова — и так мало они весят без внутренней проработки. Второе важное открытие: как же сопротивляется наш разум, когда мы хотим пройти вглубь себя самих, как изо всех сил старается он нас остановить! Как только ты идешь глубоко в ту или иную асану — вдруг с удивлением начинаешь замечать, с каким постоянством твой мозг старается любым способом не пустить тебя глубже, не дать тебе пересилить страдание от растянутых мышц. Сразу и коврик неудобный, и цепочка на шее мешает, и почесаться срочно нужно. Через несколько лет занятий ты вдруг явственно видишь, что это и есть главный твой враг — мозг, борющийся за то, чтобы вырвать тебя из глубокого состояния, в которое ты можешь войти, только преодолев раздирающую тело боль, через состояние, когда ты больше не можешь терпеть эту боль, и сознание изо всех сил вырывает тебя из твоей асаны. И если ты выдерживаешь эту борьбу — что получается далеко не всегда, — ты вдруг перестаешь чувствовать боль, тело смиряется, сознание тоже, и ты попадаешь в минуты блаженства полного принятия. И вдруг понимаешь, что только принятие абсолютно всего и есть главное оружие, главная сила этого мира. В этом состоянии принятия ничто не может тебя сокрушить или разрушить. В этом состоянии принятия

83

разрушение в принципе невозможно, потому как нечего разрушать. Есть только твой дух. Он бессмертен, и в эти редкие секунды ему совершенно все равно, где быть и в какой форме: он вечен и спокоен и не соединен с твоей личностью, которая в отличие от него, конечно, смертна и, до ужаса боясь умереть, заставляет твой дух через сцепку разума думать, что он и личность — единое целое. А это совсем не так. Не так не потому, что об этом написаны сотни священных книг, а потому, что ты можешь физически это ощутить, просто выполняя последовательность сложных и странных со стороны телодвижений. Третье открытие: твоя человеческая сущность везде проявляется одинаково. И ты так же будешь выполнять «собаку головой вверх» или позу верблюда, как и жить, работать или любить ближних. И вопрос не в красоте или профессиональности исполнения, а в характере. Все твои качества проявляются здесь, на маленьком коврике, так явственно, и ты, становясь наблюдателем себя самого, получаешь невероятный урок. Те же отговорки, те же страхи, те же амбиции — все будет видно на коврике в каждом движении. Не говоря о том, что в книгах о практике йоги с удивительной точностью описано, какие асаны отвечают за какие аспекты жизни: человеку, который боится будущего, будут тяжело даваться прогибы назад, человек, не умеющий отпустить прошлое, будет не любить наклоны вперед, а есть еще и исследования по поводу целых народов. И я лично имела возможность убедиться в том, что они правдивы, занимаясь с Дэвидом, основателем школы джавамукти в Нью-Йорке. Удивительно, но даже начинающая группа в Америке почти сразу делает стойку на голове (ширшасану), а в России я занимаюсь в очень продвинутом классе, и именно эта асана дается мало кому. Считается, что перевернутые позы, с точкой опоры на голову, отвечают за связь человека (или в данном случае народа) с божественным.

И, наверное, самое главное: именно благодаря йоге я стала понимать, что такое ад. Ад — это заточение в форму. Все божественное не имеет формы, находится на духовном уровне, в чувственном восприятии. Стареющее тело человека, обреченное на смерть, — наш персональный ад. Желание любому явлению сразу дать обозначение — это тоже наш разум, воспроизводящий ад. Это хорошо, а это плохо — мы сразу с ходу даем всему оценки, и именно это свойство нашего сознания обрекает нас на вечные мучения: мы вначале решили, что есть хорошая погода и плохая, а потом начали страдать из-за плохой, вместо того чтобы принимать абсолютно все как есть в этом мире — и добро, и зло, и дождь, и солнце, и то, что доставляет удовольствие, и то, что доставляет боль. Если бы только человек научился безоценочному мышлению, ад сразу бы перестал существовать, так как страдать было бы больше не из-за чего, проживая и принимая каждый момент жизни. Я думаю, йога — всего лишь один из путей постижения не на словах, а через ощущения тела всех этих вещей. Путей этих много, и, кстати, большой спорт, я думаю, один из них. Я не знаю, что чувствовал Сенна, разгоняя свой болид, но почему-то мне хочется думать, что он поймал ощущение полного покоя за рябью страха и страдания. Я не знаю, что чувствуют наши лыжницы, ставя рекорды, но думаю, что за мучительной рябью в глазах и невыразимой усталостью человеческого тела, работающего на грани человеческих возможностей, тоже есть точка абсолютной тишины и взгляда только внутрь себя. В конце концов, медали, стадионы, чиновники и сама Олимпиада — это все форма, тренажер-симулятор для нашего сознания, а все самое интересное происходит, только когда мы находим силы посмотреть вовнутрь самих себя. А я ведь и не думала, когда садилась писать этот текст, подвести не заснувшего еще читателя к мысли о том, что Олимпиада — это ад. Просто как-то само получилось.

русский пионер №1(43). февраль 2014


итар-тасс

Журналист Юлия Бордовских рассказывает, какой путь способны преодолеть любящие друг друга люди. И куда такой путь может привести. Например, на Олимпийские игры в Сочи. Все возможно!

текст: юлия бордовских

ВОТ вы знаете, что такое, когда встречаются два человека в зрелом возрасте, немолодых по биографии? Ему 43, ей 37. Привычки, устои, капризы, хочу — не хочу, люблю — не люблю. У нее вся жизнь — спорт, фитнес, спортивная журналистика, романы со спортсменами, о которых, кстати, никто до сих пор не знает… Ответственность в любой ситуации запредельная, сила воли, преодоление в крови, по-честному поступательное движение вперед, как учили в спортивной школе олимпийского резерва… Дочь… Такая немножко пионерка. У него — компьютеры, с которыми она на «вы», рейв, который ей кажется взрывом мозга, дайвинг, который она считает самым нелепым занятием и делает все, чтобы эта любовь прошла, насыщая его жизнь другими глубокими событиями… Он ни разу не был на футболе, не интересовался золотыми медалями российской сборной на Олимпиаде и вообще слабо русский пионер №1(43). февраль 2014

себе представлял, зачем все это… А еще у него сын, и он, сын, — подросток, отравленный учебой в Англии и жаждущий быть в России и быть этой стране полезным, искренне уважающий заведенные здесь порядки, и с портретом Путина на рабочем столе в бывшем РИА Новости. Из всего этого понятно, что объединяло их немногое, хотя любили они и любят друг друга щедро и подолгу. Ее фанатизм спортсменки со стажем медленно, но верно перекинулся на всю семью, и вот уже они воплощали в жизнь ее заветы из книги «Фитнес для двоих», подстегивая друг друга на общих тренировках. Это была подготовка к главному событию в их жизни, которое, как оказалось, было предначертано им судьбой. Поженились они ровно в тот год, когда Олимпиаду отдали Сочи. Символичность этого стала очевидной лишь сейчас, когда после четырех лет его президентства в Союзе конькобежцев России вся

их жизнь переплелась спортивными ниточками из ее опыта, чувств, знаний и признаний и его уникального настроя на результат, здорового максимализма и тяги к созиданию. Все это она смогла рассмотреть в нем, а потому на семейном совете четыре года назад продвинула поступившее ему предложение применить свои менеджерские способности на благо российского спорта. Наконец-то! Они будут работать, болеть, мечтать, созидать на одном поле! На самом историческом для страны — олимпийском! На пути к Сочи, на пути к победам, на пути к радости и слезам, поту и медалям… Так они оказались в Ванкувере, на первой для него Олимпиаде и восьмой для нее как журналиста, на этот раз в команде Bosco! И так для них началась новая жизнь, где отныне коньки руководили не только семейным расписанием, но и семейным бюджетом. Цель была государствен-

84


ная, а потому бриллианты она просить перестала… Так же как строить планы на выходные, которые он теперь стал проводить на сборах и соревнованиях. Но в душе она была счастлива, потому что знала, что конькобежцам повезло: любое дело он привык доводить до конца. Он любил результат так, как она любила процесс. Ему пришлось непросто в походе за этим результатом, пришлось разрушить старое, изжившее себя и построить новое, что вывело бы этот спорт на советский уровень побед! Так в команде появился иностранный тренер Константин Полтавец, украинец, проработавший в Мекке коньков — Голландии — 15 лет! Так в команде появился итальянский тренер Маурицио Маркетто, подготовивший на пьедестал в Ванкувере Ивана Скобрева. Так в команде стали зажигаться новые звездочки — Денис Юсков и Ольга Фаткулина. Так за четыре года подготовки в этом сезоне конькобежцы пришли к тому самому результату, о котором перед Сочи можно только мечтать: пять медалей на чемпионате мира, причем две из них золотые! Но это еще не все! Потому что он влюбился! Сначала долго присматривался к предмету обожания, изучал, исследовал, потом вкладывал, проталкивал, продюсировал и организовывал. Так в составе Союза конькобежцев появился шорт-трек, невиданный доселе в России спорт, где победы нам даже и не снились, спорт, ранее существовавший и прозябавший как отдельная и никому не понятная единица. Уже через полгода его президентства, в августе 2010-го, шорт-трек приказом Минспорта вошел в состав Союза конькобежцев и получил новую жизнь, как в компьютерной игре. К этой его новой любви она отнеслась прохладно, пока сама впервые вживую не увидела, что это такое. В общем, все было готово к появлению в команде настоящей звезды и настоящего тренера! Так, в марте 11-го он получил письмо от трехкратного олимпийского чемпиона и пятикратного абсолютного чемпиона мира Ан Хён Су,

85

от которого после его тяжелой травмы в корейской команде отказались. Это было трудное решение, но он поверил в этого парня, дал ему имя Виктор (победитель) и за полгода натурализовал, что было очень непросто! Только невероятная интуиция и умение принимать решение, выработанные за долгие годы в бизнесе, помогли ему хоть и шумно, но вовремя расстаться с корейскими тренерами, чьи методы подготовки могли оказаться убийственными для нашей команды. И тогда ему опять повезло! Получить в команду французского тренера, подготовившего канадскую женскую сборную по шорт-треку к победной Олимпиаде в Ванкувере! В середине олимпийского сезона! Везунчик! Просто Себастьян Крос захотел переместиться поближе к Европе, а тут мы! Так его новая любовь получила заботу и отличные условия подготовки к самому

может уйти в тень, а сильной женщине это иногда очень полезно. Чем ближе Олимпиада, тем больше проклятых разговоров про медальные планы, разносимых далекими от понимания всей ценности ситуации людьми. Президенты федераций на эти вопросы отвечают неохотно, перемигиваясь и шутя, что при плохом сценарии из Сочи билет надо брать не в Москву. Но у них-то ответственность за один вид спорта, а у моего за целых два! Лететь придется далеко! Вы спросите, как мы жили эти последние два-три месяца перед Олимпиадой? Лучше не спрашивайте! Во имя спорта национального масштаба я прощала ему все: и бесконечные нервы, и неотвеченные вопросы, и невыбранный новогодний подарок, и упреки от усталости. Но что удивительно, в этих жертвах рождались бесконечная нежность и всепоглощающие любовь и уважение

Чем ближе Олимпиада, тем больше проклятых разговоров про медальные планы, разносимых далекими от понимания всей ценности ситуации людьми. Президенты федераций на эти вопросы отвечают неохотно, перемигиваясь и шутя, что при плохом сценарии из Сочи билет надо брать не в Москву. важному событию в спортивной жизни. Так, в этом сезоне они выиграли уже 12 медалей, из них две золотые! Теперь он всегда в центре внимания за любым столом, в любой компании, гордо отвечает на вопросы, потому что спорт теперь — дело его жизни, причем до такой степени, на которую она не рассчитывала… Но ей тоже гордо, она

к человеку, который смог все изменить, к тому, который не побоялся фактически прыгнуть в болото и очистить его с самого дна… В Сочи мы поедем вместе. Это будет наша третья Олимпиада вместе. Я вновь с радостью поработаю в команде Bosco, хотя могла бы уже и президентской женой заделаться… Но это не про нас!

русский пионер №1(43). февраль 2014


риа-новости

Конькобежец Иван Скобрев считает четыре последних года, прошедших после Олимпиады в Ванкувере, лучшими в своей жизни. И подробно объясняет почему. И мы ему верим на слово. Потому что все слова в этой колонке — очень честные и искренние. К тому же, если кто не знает, колумнист «РП» будет нести знамя российской сборной на церемонии закрытия Игр.

текст: иван скобрев

ЧЕТЫРЕ года назад на Олимпиаде в Ванкувере, в тот день, когда я выиграл бронзовую медаль, я давал интервью Андрею Колесникову. Оно получилось одним из самых интересных. Андрей сказал тогда, что Иван в начале своей карьеры открытый и веселый человек, жизнь его еще ничему не научила, но через некоторое время он изменится. За эти четыре года я прошел большой путь. Много ли событий произошло в моей жизни? Очевидно, что очень много: были интересные события и не очень, были взлеты и падения. Но, мне кажется, я не изменился, как и мое отношение к людям. Свою открытость я оставил на прежнем уровне. Даже не то чтобы я ее оставил — это просто форма моей жизни, и я не собираюсь в ней что-то менять из-за каких-то серьезных побед или больших денег, которые, безусловно, я заработал за это время. После Олимпиады в Ванкувере мы с братом отдыхали в Майами, и после опреде-

русский пионер №1(43). февраль 2014

ленного отмечания моих медалей Артем затащил меня в тату-салон «Майами инк»: — Давай! Надо увековечить нашу встречу и твои медали, давай сделаем татуировку! Меня называют Скуби, поэтому я попросил изобразить знаменитую собаку из мультфильма — только на коньках, с ванкуверскими медалями и олимпийскими кольцами. Мне не столько хотелось саму татуировку, сколько было желание побывать в знаменитом салоне. Не знаю, стал бы я делать что-то подобное сейчас. Конечно, с появлением двоих детей появилось больше ответственности, да и задачи стали серьезнее по жизни. Наверно, изменилось многое, но суть моя все равно осталась прежней. Прошедшие четыре года не обошлись без скандалов. Не секрет, что мои родители живут в Америке, и уже довольно давно. Они уехали, когда мне было 15 лет, как раз в тот год, когда мне предложили

выступать за Санкт-Петербург и пригласили в училище олимпийского резерва. Они строили свою жизнь там, я строил свою карьеру в России. Конечно, родители еще помогали мне на протяжении трехпяти лет. Хоть в училище меня кормили и поили, на карманные расходы мне высылали деньги родители. Не скрою, что возникали вопросы, где все-таки лучше тренироваться и жить — и для меня, и для семьи. В итоге я выбрал Россию, но часто бываю в Штатах, люблю начинать там тренировочный сезон. Как-то на одной из тренировок (я со своим итальянским тренером работал на обычном школьном стадионе в городишке Норфолк) ко мне подошел местный корреспондент и спросил (я был в российской форме): — Я тебя видел. Ты случайно на зимней Олимпиаде не выступал? — Да, — говорю, — участвовал. Я конькобежец.

86


Разговорились, вышло большое интервью на английском языке. Один из последних вопросов был — какие остались несбывшиеся мечты, на что я ответил: — Было бы здорово выиграть «золото» на Олимпиаде в Сочи, а также иметь возможность почаще приезжать к своим родителям, находиться в США. Я это сказал с намеком на то, что было бы неплохо получить американский паспорт. В итоге РИА Новости перевели, что Скобрев мечтает выиграть «золото» на Олимпиаде в Сочи с американским паспортом, имея в виду американское гражданство. Передернули. Был определенный скандал, но, мне кажется, это только добавило внимания к моей персоне. Конечно, это, может быть, не совсем положительный пиар, но при этом я стал узнаваем, но также, надеюсь, доказал свою узнаваемость не только вот этими слухами и непонятными новостями, но и победами на чемпионатах мира и Европы уже после Олимпийских игр. За пределами дорожки все мое время и силы я отдаю семье. Шутка ли — за недолгий срок стать отцом сразу двоих детей. Если с медалями для меня все более-менее понятно, я знаю, как делать свою работу и делать ее на том уровне, который позволяет добиваться успеха, то вот воспитанию детей мне еще учиться и учиться. Я не стесняюсь советоваться как со старшими товарищами, у которых уже есть взрослые дети, так и со своими родителями. Иногда читаю статьи в Интернете, потому что это нечто особенное, когда ты не можешь совладать с двухлетним ребенком. Филипп пытается все крушить и ломать, настаивает на своем, диктует свои правила. Правду говорят про генетику. Мама рассказывала, что так же сложно было со мной. В два с половиной года Филипп переплывает 50-метровый бассейн, стоит на коньках, он сознательный молодой человек, с которым надо находить общий язык. Так что завоевывать медали для страны, наверно, проще, чем воспитывать детей. Оба ребенка названы, как я считаю, русскими именами, но при этом эти имена приняты на всех языках мира,

87

во всех странах, где бы потом детям ни пришлось жить и работать. Как Филипп, так и Даниил — Фил, Дэниел — эти имена везде созвучны, так что мы преследовали определенную практичность. За эти четыре года я достроил дом, где у каждого члена семьи есть свой уголок, большая кухня и гостиная, где мы можем собраться вместе, и небольшой кабинет для решения будущих задач, которые будут стоять передо мной после окончания спортивной карьеры. Думаю, я невыносим в быту, потому что я человек, от которого на работе требуют очень много дисциплины. Задача одна — добиться результата. Я такой же и дома: люблю, когда у меня все по порядку, все запланировано, все лежит на своих местах, когда я понимаю, что, где и как происходит. Я даже свой первый небольшой дом отчасти сам строил: таскал кирпичи, красил, штукатурил. Строительство второго дома благодаря IT-технологиям я контролирую по

еще более эмоциональной, теперь болеет не только она, но, как минимум, и Филипп понимает, чем занимается папа. Пока не решили, повезем ли мы детей в Сочи: Ядвига хочет посвятить все время вне соревнований мне и моему настрою, а также тем эмоциям и переживаниям, которые ждут ее на трибуне, когда я буду бежать. Так что не исключено, что дети останутся смотреть нас по телевизору. Я бы с удовольствием проводил больше времени с моей семьей, но пока это невозможно. Вы не поверите, но я люблю готовить. В новом доме я сразу решил, что нам нужна просторная кухня. Когда я был маленький, я любил с мамой печь торты и готовить всякие вкусности к праздникам. Когда у меня будет больше времени, я обязательно займусь своим хобби. Иногда Ядвига может меня удивить: она любит рыбу и иногда что-то делает в духовке, но делает не часто. Порой выручает няня-узбечка — она готовит вкусные

Дом построил, сыновей родил, осталось только олимпийское «золото». Это та медаль, которой мне не хватает. Интернету дистанционно. Мы в процессе переезда: по окончании Игр мы вступим в новую жизнь в новом доме. Моя жена Ядвига — по-настоящему семейный, домашний человек, вытащить ее куда-то на вечеринку практически невозможно. Мне даже не удалось ее уговорить пойти на встречу с Дмитрием Анатольевичем Медведевым в Кремле после Олимпиады в Ванкувере, что уж тут говорить о какихто тусовках. Своеобразный она у меня человек, за это, наверно, я ее и люблю. Хоть я триста дней в году и на сборах, я могу быть спокойным за свою семью. Наверно, все помнят, как Ядвига умеет болеть на трибуне. В Ванкувере ее сняли все каналы. С рождением детей она стала

манты и другие свои национальные блюда, которые я с удовольствием ем. Дом построил, сыновей родил, осталось только олимпийское «золото». Это та медаль, которой мне не хватает, это то, ради чего трудился четыре года, безумно интересных четыре года, самых интересных в моей жизни. Конечно, хочется их достойно завершить. Дорожка, дорожка… Мысленно я тысячу раз проходил олимпийские дистанции, но я даже думать не хочу, взойду я на пьедестал или нет. Я как-то сказал, что хочу это сделать вместе с сыном, но сейчас, за несколько дней до Олимпиады, я думаю лишь о том, как показать наилучший результат. А там уже можно подняться и с сыном, и с женой, и со всей страной.

русский пионер №1(43). февраль 2014


orlova

Поначалу писатель Виктор Ерофеев вроде бы дискутирует с мэром олимпийского Сочи Анатолием Пахомовым. Но постепенно читатель становится свидетелем острой дискуссии писателя Виктора Ерофеева с самим собой. Увлекательное раздвоение личности. В духе времени.

текст: виктор ерофеев рисунки: павел пахомов

— А МОСТЫ и туннели у нас теперь лучше, чем у итальянцев и канадцев! — восторженно хлопнул по столу сочинский мэр. Мне показалось, что мы сейчас залезем на этот стол и, повернувшись к закатному солнцу, отдадим честь России. Вместо этого я сказал: — Но почему лучше, если они — итальянцы и канадцы — сами эти мосты и туннели строили? — Ну, смотри. Сначала они строили, а мы помогали, но в конце концов мы построили, а они только помогли. — Вот как! — вымолвил я. Итак, Игры. Ничто им не помешает. Ни антигейские законы Думы, ни сладострастно-имперское отношение к Украине, ни то, что эти Игры уже давно называют путинскими и что царем Олимпиады будет именно он. Запад проглотит свою неприязнь к России, явится на Олимпиаду вместе с другими странами. Кое-кто из мировых элит пробойкотирует их, считая,

русский пионер №1(43). февраль 2014

как и непримиримая отечественная оппозиция, царя «нерукопожатным», но для многих он еще не перешел (хотя ногу занес) некую окончательную красную линию, которую перешел Лукашенко. Запад предпочтет не отравлять праздник сотням мировых спортсменов (большинству из них плевать на политику!), тихо сникнет перед необходимостью иметь с Россией дело. Наш герой разыграет в Сочи роль щедрого и скромного, почти застенчивого царя. Его не слишком будут волновать победы русских спортсменов. Ведь он сам станет главным победителем Олимпиады. Вместе с ней и преображенным по его милости в шикарный земной рай Сочи он и войдет в историю России. Для меня Сочи тоже связан с раем. Это был мой детский рай, пахнущий розами, шуршащий большими пальмами, рай правительственного санатория со сталинской архитектурой. Сюда я приезжал в середине 1950-х годов, здесь

мой папа (крупный советский дипломат) научил меня плавать в Черном море, и здесь я, счастливый, впервые понял, что жизнь — это великий дар. Когда я вырос, я посмотрел на Сочи другими глазами: бесконечно длинный город-курорт с рассыпающимися зданиями санаториев, бедно живущими жителями — жалкий летний бедлам. И вот в ноябре я вновь отправился в Сочи, взял с собой восьмилетнюю дочку Майю, научил ее плавать, поразил ее розами и магнолиями. Уже на подлете к Сочи я увидел, что город радикально изменился. Мне захотелось встретиться со своим давнишним приятелем, которого я знал по Анапе и «Киношоку», — нынешним мэром субтропического мегаполиса. Когда мэр Сочи с сильным, волевым взглядом, Анатолий Пахомов, показал мне с гордостью и любовью олимпийские объекты космических масштабов, я не поверил своим глазам. Но показ был

88


Игры. Ничто им не помешает. Ни антигейские законы Думы, ни сладострастно имперское отношение к Украине, ни то, что эти Игры называют путинскими.

русский пионер №1(43). февраль 2014


неофициальным, субботним, дружеским: мэр показывал стройку родственникам, сыну, жене Лене, внуку и как бы заодно мне, — и я постепенно уверовал в то, что видел. Особенно хорош был его внук Леха, пятилетний парень в черной кожаной чекистской куртке, который держал в своих детских руках игрушечные наручники и игрушечный пистолетик с присоской — он всех веселил своими причиндалами, а охранников объектов приводил в замешательство. О, эти символы русского времени! Ледовые дворцы, похожие на огромных приземистых насекомых, сосущих из земли кровь, роскошные развязки, туннели, как вестибюли пятизвездочных гостиниц, будущий сочинский Диснейленд с элементами баварского барокко, отели на море и в горах, Олимпийская деревня… Я думал: что это мне напоминает? Ну, кружевная белая железная дорога до Красной Поляны напомнила мне лучшие страницы Гарри Поттера с платформой девять и три четверти, а все вместе? Я увидел перед собой две мечты. Олимпиада в Сочи — это отсылка к Петербургу. Там и здесь строили на болоте. Только там были елки, а здесь бамбук. Там строили, надрываясь, крепостные, а здесь подневольные таджики? Но мэр сказал: нет. Строили русские, особенно хорошо — кубанские: в этом проявился его региональный патриотизм… Но стоны, я понял, еще как раздавались, свойственные вообще нашей истории. В Сочи стонали жители от перегрузок строительства и требований переехать с насиженных мест или привести ветхие жилища в порядок… Мы проехались по городу — все заборы подтянулись, стояли по стойке «смирно!». Фасады пахли свежей краской, крыши перекрасили в красный цвет, который идет европейскому южному городу… Да, а вторая мечта — Константинополь. «Константинополь должен быть наш!» — мечтал Достоевский. Вместо Константинополя мы получили на Черном море олимпийский город Сочи. Отсель грозить мы будем… кому? Всегда найдется кому!

русский пионер №1(43). февраль 2014

Я был в Красной Поляне два года назад. Мимо моих окон по пыльной дороге носились ошалевшие грузовики — все это напоминало какой-то итальянский неореалистический фильм, в конце которого любовная трагедия. Я был уверен: к Олимпиаде не справятся! Рубили деревья, штурмовали оползающие горы — было страшно за экологию. Но какова была экология финских болот до строительства Петербурга? Разливалась ли тогда Нева? Кто об этом вспомнит? На вопрос о сумасшедших деньгах, потраченных на Олимпиаду (некоторые говорят, что 50 миллиардов долларов, самая дорогая Олимпиада в мире!), мне отвечают, что, во-первых, строили на пустом месте, во-вторых, вложено много частных денег… — Подождите! Не больше 10 процентов! Строили как раз на бюджетные деньги! И разворовали больше половины! Умопомрачительная коррупция! — И тут я чувствую, как я раздваиваюсь. Во мне просыпается голос критика нашей действительности: — По данным независимой экспертизы, квадратный метр автострады, идущей в горы, обошелся в 10 тысяч долларов! А не лучше ли было все эти деньги бросить на здравоохранение? На образование? Пахомов за ужином сказал мне так: — Нужны цель, команда и мотивация — тогда все получится. Эта триада двигала строительство. Мотивация — не осрамиться перед иностранцами? На здравоохранение триада не распространяется. Деньги бы обязательно все растащили. — Значит, Сочи — это историческая реплика Петербурга, — продолжает мой критический голос. — Там себя прославил Петр Великий, а тут кто? — Ядовито: — Рядовые строители? — С нажимом: — Приехавшие гастарбайтеры из Средней Азии, рабы, у которых отняли паспорта!.. Мэр молчит (про русских рабочих ни слова). — Солнце России, — говорю я мэру с легкой улыбкой, — встает теперь в Сочи. Он обрадованно кивает. Он может говорить только о Сочи. Еще, конечно, о дружной своей семье, но прежде всего о Сочи. Говорит, что из Сочи свалил кри-

минал… Испугались… Беспрецедентное количество безопасности… Целая дивизия! Конечно, думаю я, Сочи — это подарок спорту, спортсменам, болельщикам… — Но от кого мы принимаем этот подарок? — звучит мой критический голос. Мы с этим голосом погружаемся в историю олимпийского движения. В 1980 году из-за вторжения CCCР в Афганистан Московскую Олимпиаду бойкотировал Запад. Получилась куцая Олимпиада. И я помню: нашей интеллигенции это не понравилось. Считалось, что бойкот прошел мимо русского сознания. Пусть бы лучше приехали американцы… — Власть натянет на себя все одеяло, — продолжает критический голос, — а это значит, что мы будем славить тех, кто засадил Pussy Riot, устроил «болотное дело», кто держал за решеткой Ходорковского. И я вот что думаю: всех отпустите! Сочинской Олимпиаде дышать будет легче! Но критический голос говорит: — Всех не отпустят! Не жди! Новая показуха: зовут в гости геев наравне со всеми. Добро пожаловать! А сами закручивают гайки. Знаете, на что это похоже? — На что? — На 1936-й. — Как? — На Берлинскую Олимпиаду! Там на время соревнований нацисты приказали не преследовать евреев и гомосексуалистов, запретить антисемитские статьи! — Но, знаете, нельзя все-таки сравнивать… Кто теперь Сталин и кто Гитлер? Да, мы сбились сегодня с пути. Вместо того чтобы вместе с Украиной отправиться в Европу, мы устремились в Евразию, нам культурно далекую, неприглядную. Но Питер остался в истории как европейская столица России. Сочи тоже послужит нашей европеизации. А представьте себе, уклоняюсь я от политической темы, что подумают спортсмены и туристы, оказавшись в Сочи. Они скажут: нам говорили, что Россия — морозильник. А Россия — это солнечная Ривьера! — Вот-вот, — раздается недовольный голос, — придумали тоже! Зимнюю Олимпиаду проводить в субтропиках! Совсем оборзели!

90


— Ну, не совсем так, — говорю я, — всетаки там высокие горы, снежники. — Значит, поддерживаете? — Знаете, я десять лет назад написал автобиографию под названием «Хороший Сталин». Об отце, о своем сталинском детстве. Но никогда не думал, что мы станем государством хороших Сталиных — потому что иначе мы не научились управлять. Плохой Сталин — это 37-й год: большой террор. А хороший — он радеет за народ, строит плотины, наказывает, но не в миллионных масштабах. И вот такой хороший Сталин взялся за сочинскую Олимпиаду и довел дело до конца. — А сочинцы ездят на машинах, к багажнику которых приклеено: «Это моя земля, и идите вы все в ж…»!

— Ну да, я это видел… Но, наверное, чухонцы тоже были недовольны строительством Петербурга. — Так то чухонцы! А тут наши жители! — Иностранцы, которые долго живут в России, считают, что Россия должна пройти через путинизм, прежде чем дойти до демократии. — Оправдываете? — Коммунисты до революции называли нашу страну тюрьмой народов. Затем они сами сделали супертюрьму народов. С тех пор прошло только 20 лет. Сердце России до сих пор бьется в тюрьме. Мы, если не хотим компромиссов, должны валить отсюда или уходить во внутреннюю эмиграцию, которая и рождает русскую интеллигенцию. У нас не самый плохой режим, да, много гадости, но исторически не самый гадкий. Если мы

пойдем в революцию, нас ожидает новая катастрофа… — Так говорят все оппортунисты! А чем все кончится? После Олимпиады сгниют за ненадобностью все эти стадионы! Вот такой замкнутый круг нашей замечательной истории России. Но я все-таки, при всех «но», выступаю за европейский Петербург, и, понимая, что сегодняшняя власть решила создать свой шикарный Петербург в олимпийском Сочи, понимая, что это будет оправданием репрессивным законам в Думе (с их точки зрения), я говорю: — Спасибо строителям! Спасибо мэру с волевым взглядом! Счастья болельщикам! Удачи спортсменам! Не сходите с ума, если победите, и не рвите на себе волосы, если проиграете. Это всего лишь игры. Только игры. Пусть даже Олимпийские.

«Константинополь должен быть наш!» — мечтал Достоевский. Вместо Константинополя мы получили на Черном море олимпийский город Сочи.

91

русский пионер №1(43). февраль 2014


риа-новости

Конькобежка Светлана Журова сделала невозможное: вернулась в спорт после рождения ребенка и выиграла Олимпийские игры. О том, как делается невозможное, она рассказывает читателям «РП».

текст: светлана журова

КОГДА смотришь на свою жизнь через множество событий и людей, феерических триумфов и жестких падений вниз, до той отметки, куда не надо падать, через преданную дружбу и предательство, то понимаешь, что это все не случайно. Но я, честно, не знаю ответа на вопрос, почему именно мне было суждено стать олимпийской чемпионкой. Я не заигрываю с вами и не лукавлю, а хочу сама попытаться разобраться в причинах. Можно предположить магическое предназначение. Что боги Олимпа выбирают своих героев… Но, живя с Богом в сердце, я точно не думала об олимпийских богах, хотя в юности очень увлекалась изучением мифов Древней Греции. Правда, однажды, побывав в Олимпии, ощутила благоговение к месту, где зажигают олимпийский огонь. Может, это просто многовековая история Олимпиад и связь с другими олимпиониками, из прорусский пионер №1(43). февраль 2014

шлого, заставляют тебя чувствовать невидимое дыхание прошлого. В этот момент, поддавшись откуда-то возникшему желанию, я скинула туфли и босиком пробежала стадию на олимпийском стадионе, как это делали атлеты древности. Вот так же, босиком, маленькой девочкой я безостановочно носилась по поселку Павлово на Неве, увлекая за собой и других детей. Именно с этого все и началось. Меня сложно было увидеть спокойно сидящей и играющей в куклы. Мне было интересно двигаться, и желательно быстро. В 4 года я узнала, что такое кататься на коньках, и это была любовь навсегда. Взаимная любовь, потому что у меня получалось все сразу и хорошо, как будто я родилась в коньках. Будучи слишком худой девочкой и, может быть, не очень подходящей для конькобежного спорта, я скользила с большой для своего возраста скоростью и была счастлива, проводя часы на дворовом катке. А потом пришли тренеры

в школу и пригласили меня в секцию. Так началось все по-серьезному. В Ленинградской области зима не длинная и не слишком холодная, поэтому мы использовали зимнее время по максимуму, катаясь по два раза в день. В моем родном городе Кировске в 7 утра рабочие шли на завод, а мы им навстречу на первую тренировку. А после школы была еще и вторая. Зато это приносило хороший результат. В 11—12 лет я стала победительницей первенства Ленинграда вне конкурса, потому что «деревенские» не могли официально участвовать в городских соревнованиях, пока в 13 лет меня не зачислили в школу-интернат спортивного профиля, а впоследствии — училище олимпийского резерва № 2. Но хотела бы немного вернуться назад в своем рассказе. Я уже писала статью для «Русского пионера», и она называлась «Размечталась».

92


лаевич, научил меня многим правильным вещам. Во-первых, он не пускал никого на тренировку с тройками и двойками, и было стыдно не исправить оценки и не сделать уроки. Хотя я училась всегда хорошо. Во-вторых, никогда не выделял меня как лучшую, хотя я таковой была, порой обгоняя мальчиков. В-третьих, научил заботиться о своем здоровье. Если что-то болит, прислушайся к себе и скажи тренеру. Поэтому у меня никогда не было серьезных травм. Он же вместе с моей семьей в ключевой момент практически заставил меня пойти в школу-

интернат. Я так не хотела расставаться со своими кировскими друзьями и любимым классом, где была лидером пионерскокомсомольской жизни. А может, просто боялась, что заканчивается детство и я остаюсь совсем одна в уже «большой» спортивной жизни. Но я послушала «семейный совет», который состоял из бабушек, дедушек, родителей и других родственников, которые к тому моменту уже были моими яростными болельщиками и даже купили мне коньки за 1100 рублей (безумные деньги для 1985 года). Тем более я, ко-

Истинный спринтер, пытающийся что-то изобразить на длинной дистанции. В общем, честно говоря, не очень. Такой «танец умирающего лебедя».

анатолий егоров/фотосоюз

Сейчас придется немного повториться про мечту! Мне было 9 лет. Я смотрела по ТВ чемпионат мира по конькам. Ко мне подошел мой дядя и спросил как бы в шутку: «А ты тоже когда-нибудь будешь так бегать?» Я помню, как, не задумываясь, ответила ему с детской уверенностью: «Я стану олимпийской чемпионкой». Откуда тогда это мне пришло… Но я не сомневалась, что моей мечте суждено сбыться. Конечно, я была обычным ребенком и иногда ленилась, особенно на «суше», но как только вставала на лед, то неслась к своей заветной мечте. Я вела спортивный и личный дневники, и теперь очень интересно читать, как каждый год в конце сезона я анализировала результаты, ошибки и ставила новые цели. Может, и наивные, но чаще всего очень серьезные и амбициозные. Однако были события и люди, которых я считаю знаковыми в своей судьбе. Мой первый тренер, Новиков Юрий Нико-

93

русский пионер №1(43). февраль 2014


нечно, прекрасно понимала, что этим приближаю свою мечту. В «большой спортивной жизни» на уровне первенства СССР было очень много талантливых девчонок, и Светлана Журова уже не была самой лучшей, как на городских соревнованиях. Но зато появилось безумное желание доказать всем, что способна на большее, поэтому в 15 лет я поставила себе задачу — во что бы то ни стало попасть в юниорскую сборную. Но так уж вышло, что меня не взял главный тренер Гудин Николай Васильевич, потому что пришел посмотреть забеги на 1500 и 3000 метров на молодежных Играх. Это были совсем не мои дистанции. Я всегда считалась истинным спринтером, но в возрасте до 19 лет у нас не было разделения по специализации. Мы бегали от 500 до 3000 метров. Представьте, как это выглядело… Истинный спринтер, пытающийся что-то изобразить на длинной дистанции. В общем, честно говоря, не очень. Такой «танец умирающего лебедя». Зато на 100 метрах разгона на пятисотке мне не было равных, но тогда такой дистанции в коньках еще не существовало, она появилась на Кубках мира лишь в начале 2000 года. Кстати, по прошествии многих лет я была очень благодарна Николаю Васильевичу, что он не взял меня. Ну, конечно, сначала я ужасно расстроилась, но судьба сразу преподнесла мне очередной неожиданный сюрприз. Впервые в истории моего вида спорта 16-летнюю девочку включили в основной состав женской спринтерской команды, только за то, что увидели у нее невероятные спринтерские способности. Вот так я оказалась среди взрослых именитых спортсменов, олимпийских чемпионов, чемпионов мира и Европы. Я осознавала, что это аванс, что пока не заслужила и занимаю чье-то законное место. Поэтому ловила на себе гневные взгляды и даже однажды получила шлепок чехлами по мягкому месту. Приходилось опускать глаза и тренироваться с двойной силой, чтобы доказать, что могу, что не просто так меня отметили… Уже через год ни у кого не было никаких сомнений, а в 18 лет я выиграла

русский пионер №1(43). февраль 2014

взрослый чемпионат СССР и уже многие заговорили обо мне как о будущей олимпийской чемпионке, но путь к золотой медали оказался не таким легким, как казалось в начале. Он растянулся на 25 лет, восемнадцать из которых я находилась в сборной команде страны. Дальше, как и положено по жизненному сюжету, подростковая самостоятельность и уверенность в своей правоте чуть не сбили меня с олимпийского пути. Я отказалась от своей мечты ради первой любви и поступления в медицинский институт. Так мне захотелось. Я никого не слушала и не слышала, сколько меня ни пытались убеждать. Как же… Мой любимый сказал, что ему не нужна жена — олимпийская чемпионка, и если я продолжу тренироваться, то обязательно ею стану, а ведь он сам собирался стать чемпионом, и это для одной семьи многовато… Я бросила спорт, а он через три месяца бросил меня. И в мединститут мне поступить не удалось. Не хватило одного балла. Сначала казалось, что жизнь разорвало на мелкие кусочки и собрать ее обратно уже невозможно. Но это продолжалось недолго. Я решила, что, значит, так и должно было случиться. Мне не суждено было стать домохозяйкой или педиатром. Зато я возвращаюсь к своему предначертанному пути, и уже с полной уверенностью, что больше никто и никогда меня с него не собьет! А судьба опять преподносит подарок, и я встречаю «своего» тренера — Филиппова Владимира Сергеевича. Он увидел меня, пришедшую на стадион, разбитую и не понимающую, что делать дальше, и сказал только несколько слов: «Девушка, хватит заниматься дурью. Приходи завтра на тренировку». Мы проработали с ним вместе 17 лет и достигли всех высот тоже вместе! Без него у меня бы ничего не получилось. Я стала ему третьей дочерью, и мы понимали друг друга по взгляду, по особым жестам. Но только теперь, когда сама стала дважды матерью, могу признаться, что все равно была иногда непослушным «ребенком». И, может, если бы…

То значительно раньше выиграла бы Олимпиаду. Но разве мы это понимаем, когда молоды и амбициозны? Кажется, что ты умнее всех. А сколько правильных советов он мне давал, но мне же надо было набить свои шишки. И спасибо, что тренер не сломал меня через колено, а только каждый раз «замазывал йодом» очередной «глупый жизненный ушиб» и совсем в меру применял «кнут». Ведь, тренируя женскую команду, по-другому не получится. Нужен кнут и пряник попеременно и дозированно. Вспоминаю, как в 1992 году мы со слезами на глазах сидели с ним у телевизора и смотрели открытие Игр в Альбервилле, от которых нас «отцепили» из-за политики, только потому, что я была из РСФСР, а команда СНГ формировалась из спортсменов из всех республик бывшего Советского Союза. Это стало для меня серьезным уроком, который я усвоила со следующим выводом: если ты первый, тебя никто никогда не сможет «вычеркнуть». После этого я практически ничего не проигрывала в России. Правда, были у руководителей еще попытки «расправиться» со мной, но безуспешные. Помню, как иностранные спортсмены собирали подписи и международная федерация просила, чтобы президент Союза конькобежцев России заявил меня на Кубок мира и чемпионат мира. Просто ему не понравилось, что я за свои деньги поехала туда раньше, чем вся команда! Но в итоге я завоевала серебряную медаль. Перед Туринской Олимпиадой у меня вообще состоялся неприятный разговор, и мне было высказано, что он укусит свой локоть, если я выиграю. Но сатисфакции я не попросила. Но соглашусь, что в чем-то он был прав, говоря после Турина, что если бы не препятствовал мне, то я бы не выиграла Олимпиаду, что у него была роль некоего «злого следователя», а у меня появлялась дополнительная мотивация, чтобы доказать, что я могу побеждать. В итоге есть золотая олимпийская медаль и есть путь к ней, и на этом пути должны были быть не только розы и аплодисменты поклонников, но и свист недовольства

94


и критические замечания. Иначе чемпионами не становятся. А я стала олимпийской чемпионкой в 34 года и за свою долгую спортивную карьеру успела увидеть и пережить слишком многое. Четыре Олимпиады, и только на последней все сложилось и получилось. И это после рождения ребенка. Когда я уходила в декрет, то в глубине души допускала, что вернусь и попробую еще раз. Но 19 месяцев вне коньков плюс 17 кг лишнего веса и полная потеря спортивной формы как бы говорили, что возвращение в мировой «топ» — это утопия и большая авантюра. Может,

я видела нескрываемые слезы в глазах мужчин-журналистов, комментировавших мой победный забег. Это было так трогательно, ведь я их знала много лет. На трибуне радовались ветераны спорта, а особенно олимпийские чемпионки Лидия Павловна Скобликова и Людмила Евгеньевна Титова, которые мне перед стартом на ухо прошептали особую молитву. Кстати, именно Людмила Титова за 38 лет до меня была последней обладательницей золотой медали на дистанции 500 метров, и я стала ее правопреемницей. А Лидия Павловна однажды приютила молодую 19-летнюю спортсменку у себя дома, когда ту по странным обстоятельствам перед

болельщиков, мне незнакомых, но в тот момент отдававших свою позитивную энергию, которая просто «снесла» ударной волной моих соперниц, и я чувствовала невероятную поддержку каждого из них. Ну а сейчас, думаю, нетрудно догадаться, что на трибуне был и тот, ради которого я когда-то чуть не отказалась от своей мечты. Я говорила ему спасибо за то, что он тогда отверг меня. И я не стала его женой, а стала олимпийской чемпионкой! А еще я искренне благодарила всех, кто в меня не верил. Ведь и без них тоже ничего бы не получилось! Что бы ни происходило в моей спортивной карьере, я знала: вперед меня всегда

В 4 года я узнала, что такое кататься на коньках, и это была любовь навсегда. Взаимная любовь, потому что у меня получалось все сразу и хорошо, как будто я родилась в коньках. для кого-то это было и так, но не для нас с тренером. Мы верили, что все будет по-нашему, и приняли решение, что надо попробовать еще раз войти в бурлящую и манящую «олимпийскую воду». Тем более дома меня ждала самая большая мотивация — маленький Ярослав. Через три месяца я уже выиграла чемпионат России, а к концу сезона была в десятке лучших конькобежек мира. Все шло по плану, хотя некоторые мои близкие друзья и подруги, потом делясь со мной своим видением той ситуации, думали, что я, по всей видимости, совсем сошла с ума, если еще верю, что верну себе пьедестал. А я не просто его вернула, а выиграла сложнейший чемпионат мира по спринтерскому многоборью и Олимпиаду в один месяц. До сих пор практически каждый день я встречаю людей, которые описывают свои чувства от моей победы. Как они сопереживали мне: кто на стадионе, кто перед экраном телевизора. Но, совершая свой круг почета с российским флагом,

95

чемпионатом мира забыли включить в список на сбор в Москве. Ликовал и Вячеслав Фетисов, в тот момент министр спорта; только он из всех руководителей верил в успех и пошел на нарушение закона, вернув мне президентский грант для подготовки к Играм. Я видела и двух олимпийских чемпионов, Николая Гуляева и Сергея Фокичева, которые помогали, когда я ребенком пришла в сборную СССР. Я разглядела и своих голландских друзей; именно они в сложные кризисные годы конца 90-х нашли спонсоров и всегда финансово поддерживали. Но особенно я понимала, что творилось с моими близкими, которые всегда были рядом, и помню, как они мне потом рассказали, что 2-летний Ярослав, который, конечно, не все понимал, радостно показывал пальчиком в телевизор на маму, стоящую на пьедестале, и говорил: «Это моя медаль!» Она действительно в тот момент была его, но сейчас я знаю, что это медаль огромного количества людей, как принимавших участие в моей судьбе, так и обычных

вела мечта и безумная любовь к катанию на коньках! И поэтому я никогда не считала, что у этой победы слишком высокая цена. Когда ты готов заплатить не задумываясь, то цена не имеет значения. Даже если я себе во многом отказывала, чего-то не могла делать, как другие, переживала взлеты и падения, интриги и разочарования. Это все стоило того, чтобы отдать спорту 25 лет жизни. Сейчас осталось совсем немного времени до начала зимних Игр в Сочи. Я буду мэром Олимпийской деревни, которую мы придумывали вместе со спортсменами и защищали с Евгением Плющенко перед членами МОК в финальной презентации в 2007 году. Вот и еще одна мечта практически сбылась! После этого можно будет опять мечтать о чем-то новом! А нашим ребятам я желаю ярких побед. А болельщикам — переживать за них так же, как 8 лет назад вы болели за меня!

русский пионер №1(43). февраль 2014


orlova

Андрей Бильжо, писатель и художник (его очередной комикс смотрите в этом номере), обнаруживает в своей биографии эпизоды, связанные с олимпийской темой. Связи неожиданные — но кто ждал от Бильжо других?!

текст: андрей бильжо

ВОТ уж с чем не сложилось у меня, так это со спортом. Никак. Хотя я и боксом занимался, и борьбой самбо. Даже одна схватка у меня была. Я вышел на ковер, забыл все приемы, которым меня учил тренер, схватил соперника за обе ноги и резко дернул. Чистая победа! Но дальше к соревнованиям тренер меня не допустил. Еще я бегал на лыжах за сборную команду школы. В своей команде я приходил исключительно последним. Но именно по мне считалось командное время. Последний, а ответственный! Через козла перепрыгивать не мог совсем. Просто садился на козла, и все. Кросс бежал с разбитой накануне физиономией и гигантской пульсирующей нижней губой, в которой отдавался каждый шаг. Били меня накануне ногами. Кличка главаря была Пупок. И он ею очень гордился. Ну, в общем, не сложилось со спортом. русский пионер №1(43). февраль 2014

Впрочем, со спортом-то нет, а вот с олимпийским движением как раз сложилось. Я, между прочим, участвовал в строительстве Дворца спорта «Олимпийский», что на проспекте Мира. Это меня и еще группу младших научных сотрудников направили на прорыв. Строители не укладывались в сроки, и на помощь им была брошена «наука». Я представлял НИИ гигиены водного транспорта, куда попал по распределению по окончании Второго медицинского института. Я все время вру, когда говорю, что работал в НИИ морской медицины. Просто это второе, придуманное мной, название звучит романтичнее и суровее. А в первом случае огорчает унизительное для врача слово «гигиена». Это легкомысленное «гиги», это японская «иена», и это непонятно откуда взявшееся «гиена». В общем, все в целом звучало не очень гигиенично. А потом еще это название кандидатской диссертации, случайно по-

павшееся мне на глаза и запомнившееся мне на всю жизнь: «Гигиеническая оценка перегретого подсолнечного масла». Правда, тошнит уже от названия? В общем, я работал тогда в НИИ ГВТ. Звучало это именно так, как вы услышали, — НИИ ГаВнаТэ. Но вернемся на олимпийский объект. Это была дождливая осень. Мы приходили рано утром, переодевались в вагончике, надевали резиновые сапоги и каску и шли что-то таскать либо снаружи, либо внутри уже построенного Дворца спорта «Олимпийский». И вот однажды нам дали очень серьезное задание. Я бы сказал, государственной важности. Дело в том, что в одной из комнат в полуподвальном помещении обнаружилась неизвестно как попавшая туда и кем-то забытая гигантская неподъемная труба. Как она там оказалась, понять никто не мог, даже из научных сотрудников. В диаметре труба была

96


больше метра. В длину метров пять. На пол этой комнаты надо класть ковролин, а тут лежит полуржавая труба. Вынести ее было никак невозможно. И тогда прораб принял единственное правильное мужественное решение. Долбить дырку в стене. Заметьте, в уже готовой и облицованной плиткой с двух сторон стене. «Долбите!..» — сказал прораб, добавив еще несколько слов, никак не меняющих приказ. И мы стали долбить. Дыра в стене должна была быть больше диаметра трубы. Мы долбили каждый день. Нас так и называли — «бригада долбо…в». Долбили тем, что нам дали. Кувалдами. И вот она, долгожданная, рваная, как пробоина в борту корабля, дыра. Трактор снаружи подцепил обвязанную проволокой злосчастную трубу, и труба нехотя, медленно, со скрежетом поползла из комнаты прочь. Объект к Олимпиаде-80 был готов!

97

Что там сейчас, в этой комнате, я не знаю. Но то, что там нет трубы, я знаю точно, и в этом есть и моя заслуга тоже. Во время Московских Олимпийских игр я уже работал психиатром в больнице имени П.П. Кащенко. В холлах отделений стояли черно-белые телевизоры, и больные психиатрической больницы № 1 болели за наших, советских, спортсменов, собравшись около телевизионных экранов. Болели, надо прямо сказать, вяло. Ну подождите, это же еще не вся моя связь с олимпийским движением. Однажды летом на Тверской средь бела дня в предплечье правой руки меня укусила оса. Рука стала отекать просто на глазах. Как в мультфильме.

На следующий день я дежурил в приемном покое психиатрической больницы, закатав рукава белого халата по локоть. И вот поступает ко мне многократная олимпийская чемпионка по художественной гимнастике. В состоянии психомоторного возбуждения. Два санитара держат ее на всякий случай под руки. И тут она, эта олимпийская чемпионка, делает какую-то невероятную гимнастическую фигуру, прогибается и кусает меня в другое предплечье. Еще долго веселые коллеги, встречая меня в отделении, спрашивали: «Ну, как укус олимпийской чемпионки, заживает?..» Вот такие у меня олимпийские достижения. Будьте здоровы и держите себя в руках.

русский пионер №1(43). февраль 2014

владимир филонов/фотосоюз

Что там сейчас, в этой комнате, я не знаю. Но то, что там нет трубы, я знаю точно, и в этом есть и моя заслуга тоже.


саша мановцева

У музыканта Дианы Арбениной отношение к профессиональному спорту сложное — есть на это семейные обстоятельства. Тем неожиданней финал колонки. Но когда речь заходит о спорте — непредсказуемость неизбежна.

текст: диана арбенина

БРАТ пришел и говорит: когда х…ня с монтажом зае…т, иду на спорт. я, отечески-приветливо относящаяся к братовому сленгу, матюгам и современной косноязычности, вдруг взорвалась. какого черта, парень! одно дело — случайно оставшись у рублевской овцеобразной фемины в уже постгероическое утро услышать, как она тычется в презерватив айфона: «ляля, ты идешь на спорт? я заеду за тобой, давай, куколка, давай! после зала пошопимся, дося!» другое — услышать то же «иду на спорт» от пацана, который нас всех иметь хотел с нашей угрюмой антидетской страной и ее реалиями. нет, я все могу понять, в том числе адское словосочетание «праздник спорта» из уст помилованного михаила ходорковского в адрес олимпиады, черт с ним. но мне никогда не будет понятно «иду на спорт». вот «иду на грозу» даниила гранина я понимаю. а спортом ЗАНИМАТЬСЯ надо, а не идти на него. не так ли?

русский пионер №1(43). февраль 2014

потерпи дружок — именно в заблуждениях о подъеме стопы вьют гнезда кроссовки адидас. и мы о спорте. я не забыла, не думай. брат пришел и говорит: олимпиада — это никак. я тормознула, а потом говорю: это значит что? что тебе стыдно за показуху? он говорит — мне не стыдно и не позорно. мне ни-как. это все просто смешно и муть и не стоит того, чтобы я оторвался от своих синтюков. вчера вон к нам мой дружбан шевелев пришел — мы такое изображаем с ним, сестра! такое музло варим! Космос, блин. ну чем не «праздник спорта» в лофте на красной пресне? а я вообще-то хотела спросить: а ты в сочи не едешь болеть за наших? начала с общего вопроса про олимпиаду. хорошо, что сразу не спросила. до сих пор ходила бы красная как бурак. потерпи дружок — именно в заблуждениях о подъеме стопы вьют гнезда кроссовки адидас. и мы о спорте. я не забыла, не думай.

брат пришел и говорит: папа уволился из сборной. пять лет прослужил у известной тети в ну очень известной сборной. наблюдал за тренировками, и, судя по всему, его в итоге прорвало. и подорвался он от методов достижения перманентных побед. ребята, нельзя быть постоянным чемпионом. как нельзя быть острым журналистом, не знающим похмелья на рассветном невском поребрике. как нельзя быть постоянным удачником в спорте и в рок-нролле, и в кулинарии, и в сборе мандаринов в марокко. год на год не приходится. урожай обязан быть разным. курица несет неодинаково вкусные яйца. музыканты пишут то хорошие, то неудачные альбомы. закон. и вот тут и собака зарыта. сборная побеждала ВСЕГДА. как надежно работающий механизм с винтиками и шурупами. вылетел — заменили — победили. ништяк. гордость страны и кузница невест для сильных мира сего. а теперь взглянем на свалку поломанных «запчастей».

98


марк редькин/фотосоюз

А утром — следующая тренировка, и нет им конца. я однажды наблюдала их в предзакатных летних сумерках у себя в саду. стабильное насилие над девочками, не осознавшими себя даже девочками. ор на тренировках. оскорбления. поломанная психика. молодость без мальчиков и любви. отсутствие образования. в самом начале третьего десятка — пенсия и закат. свалка. мусор. скамейка запасных. ими побеждали. ими завоевывали медали, и про них терли на пьянках захмелевшие тренеры и скалились распертые гордостью. в то время как поломанные девочки спали, а утром — следующая тренировка, и нет им конца. я однажды наблюдала их в предзакатных летних сумерках у себя в саду. девочки-тростиночки стайкой шугано смотрели на меня, а я им резала дыню и плакала внутри себя — сироты. без детства, без друзей, без мамы и возможности болеть. так вот, постоянство здесь отнюдь не признак мастерства, а примета гестапо. не думайте, я не скачусь написать, что все это — преступление. слишком очевидно. достаточно того, что сказал своей военачальнице на прощание мой отец. сказал, видимо, крепко и ушел. так вот, живите с этим, и выигрывайте, и стройте

99

себе дворцы из юношеских костей. булава вам в руки. гангрена танцев на брусьях. и очень долгий разговор с господом после. брат пришел и сказал: погиб володя. тур. турчинский. 5-й месяц беременности. мне нельзя иметь эмоцию. я постаралась ничего не почувствовать. но через неделю после его смерти моя сущность попыталась не справиться с горем. мозг написал песню «нецке», а тело стало выкидывать марту с артемом. они, и я, и сэллинджер с «над пропастью», которую я не выпускала из кулака в реанимации, были против. все случилось. дети растут. но володька так и не увидел их, а они не повисли на его правой руке гроздьями торжества любви взрослых добрых великанов. я всегда думала, что турчинский бессмертен. он олицетворял для меня спорт как таковой, все его виды и подвиды. он был обречен иметь безупречное здоровье — он же спортсмен. после его смерти я обхожу спортзалы стороной, а от слова «фитнес» меня мутит. потерпи дружок — именно в заблуждениях о подъеме стопы вьют гнезда кроссовки адидас. и мы о спорте. я не забыла, не думай.

парадокс — ошибок враг. мне говорят: можно радоваться футболу, вдувая игру за игрой. можно усаживаться перед теликом с орехами, женой, пивком, положив на колени пузо, а на пузо — голову карликового пинчера. и сосисками фаланг по подлокотнику кресла — «ну гол! ну гол же, ну!» вот это круто. и это как раз победа очаровательной фразы «идти на спорт». сходил в свое кресло — пронаблюдал — в итоге уснул. и снится этому пете, или феде, или максику, что он — самый главный и важный игрок и аршавин зыркает в него своими глазами опоссума и дает подачу, и федя ловит и забивает. и счастлив. а через секунду петю-федю п…дят в душе 15 человек — как 15 подсолнухов в вазе ван гога. и феде уже нечем дышать и он все заблевал и мама спаси спаси спаси мамочка и как же больно и как же больно и как страшно страшно, и внутри около сердца что-то рвется, что-то рвется рвется и — я просто хотел играть. Мама, прости, я просто хотел играть в футбол, хотел играть в хоккей и бокс и хотел побеждать. я хотел, чтобы ты гордилась мной. мне почему-то нечем нечем нечем дышать нечем вдохнуть, мама. мама, не бросай меня! мама, мама, пожалуйста, мама, пойдем со мной, я хороший — я умер, мама — пойдем со мной. я хороший, я такой спортивный, такой терпеливый!!!! вдох — выдох — вдох — выдох — вдох — выдох — вдох — выдох — вдох……………………… мне говорят: можно радоваться тому, что жив, даже если ты только начал собой историю спида. мне говорят: можно радоваться, что есть завтра, а я вообще-то не особо уверена, что оно есть. но все же, может, прав ходорковский про «праздник спорта», который не стоит отбирать у людей? может, народ действительно хочет олимпиаду? жаль, спросить не у кого. народ безмолвствует и едет кататься с гор во францию. и я ставлю своих 4-летних карапузов на лыжи и, выбирая им шлемы, лыжи и ботинки, шучу: вот оно, рождение будущего лыжного спорта! вот он, первый день будущих чемпионов мира! и почему-то радуюсь. искренне. ну что, пионеры, идем на спорт?

русский пионер №1(43). февраль 2014


маша королева

Были, конечно, сомнения: нужна ли алкогольная рубрика в номере, посвященном спорту? Будет ли уместна? Но бессменная ведущая рубрики, фотодиректор «РП» Вита Буйвид нашла подход к теме. Такая уж генетика, ничего не попишешь!

текст: вита буйвид

НУ ВОТ, опять двойка. Все вокруг про спорт и Олимпиаду, а у меня рубрика алкогольная. Что же мне, рецепт «коктейля Платини» писать теперь? Ну уж нет, на это я пойти не могу. Дрянь коктейль. Пить эту сладкую гадость совершенно невозможно. Его моя однокурсница изобрела. Прогуливала лекции, все, кроме французского, смотрела дома футбол, запивала этой гадостью и томно так басила: «О, Мишель». Еще требовала, чтобы мы, тоже у нее прогуливающие, тоже пили коктейль и тоже восхищались ее любимым футболистом. Другой наш однокурсник — махровый ботан, ничего не смыслящий в футболе, — чуть не передумал на ней жениться из-за этого Мишеля. Такая вот трогательная история. Но рецепта все равно не будет, ни к чему он вам. Говорю же, гадость редкая. Можно еще пару историй написать из жизни болельщиков (пьющих, разумеется), но это скучно. И прямого отношения к Олимпиаде не имеет. А вот что имеет русский пионер №1(43). февраль 2014

прямое отношение к Олимпиаде? Правильно, спортивное поведение. Спортивное поведение — это очень серьезно. Это не каждому дано. Мне даже кажется, что за спортивное поведение какой-то специальный ген отвечает. Нет этого гена — и все, хоть обтренируйся. Так вот, наличие этого гена и при распитии спиртных напитков тоже очень важно. Потому что если вас угораздит выпивать с человеком, не имеющим такого гена, — я вам не завидую. Правда-правда. Либо вам страдалец достанется, который после пары стаканчиков займется правдоискательством, либо некто, кто в момент самого куражного куража не поддержит вас, а просто отправится спать, либо некто, впадающий в примитивное пэтэушное буйство, а еще иногда попадается страшное — рыдающая женщина. Все это примеры вопиющего неспортивного поведения, и я бы таким людям не рекомендовала пить. Совсем. Особенно зимой. Переход на зимние виды

спорта — он ведь особой выдержки требует. И стойкости. Этот переход обычно происходит неожиданно. Приходишь вечером домой, а организм говорит тебе: знаешь, не буду я сегодня бордо. Как так «не буду»? Может, риохи хлопнешь? Да нет, говорит, мне бы водочки. Мерзну я, что ли... И еще бы супом закусить горячим. Хрен с ним, с профессором Преображенским. Никто не заметит. А утром просыпаешься — за окном обязательно или снег срывается, или вода в лужах замерзла. Вроде осень еще, но организм — он чуткий и тонкий инструмент, и нужно к нему прислушиваться. Да, зимой, особенно в наших широтах, крепкие напитки лучше усваиваются. Но только у людей с геном спортивного поведения. Тут ведь все важно: и общая подготовка, и воля, и умение вовремя остановиться тоже значение имеет. Только с такими правильными собутыльниками можно получить количество эндорфинов,

100


сравнимое разве что с победой в спортивном состязании. Делается это очень просто, сейчас научу. Для этого нужно: зимний заснеженный лес, мороз от 3 до 15 градусов, удобная теплая одежда, хорошие друзья, хорошая водка, немного вкусной еды. Детей и собак тоже можно брать с собой, если дети, конечно, унаследовали ваш ген спортивного поведения, а собаки хорошо дрессированы. Вы выходите из дома, гуляете по лесу минут сорок, находите уютное место, желательно с большим пнем посредине. На пне раскладываете закуску, разливаете водочку. Рюмки нужны маленькие. Пьете медленно, беседы беседуете. Главное — не перебрать. На морозе опьянение не сразу чувствуется, поэтому не торопитесь. И берите с собой чуть меньше водки, чем нужно. Это очень важно! Проверено. Если возьмете больше — никакой ген вам потом не поможет. Несколько лет назад я в составе милейшей компании вышла именно на такую неспеш-

101

ную прогулку в районе Шишкиного леса. Прошлись, пень нашли. Разложили на нем все, выпили по рюмке. Восемь огурцов громко хрустнули на морозе практически в унисон. Потом еще по одной. В ход пошли аккуратные черно-белые квадратики бородинского хлеба с салом. Следующая. В этот момент солнце вышло и птица чирикнула. Проводник грозно так поинтересовался, кто телефон не выключил. Там правило такое у истинных сибаритов — на таких прогулках ничего отвлекающего. Только водочка, только хардкор. Но затесался, оказывается, неспортивный элемент в эту дивную компанию. И начал он вещать. Про урбанизм и его вред, про то, как мы отдалились от природы, про какихто бедных кузнечиков, которых мы не видели десять лет, и про полное незнание животного мира своей Родины, в частности птиц. «Это же клест!» — уже почти со слезами умиления воскликнул совершенно размякший вещун. И это всего лишь после

тимофей изотов

Главное — не перебрать. На морозе опьянение не сразу чувствуется, поэтому не торопитесь. И берите с собой чуть меньше водки, чем нужно.

третьей крохотной рюмки. В это время телефон предательски чирикнул снова. Хохотали. Долго и громко. Потом еще водочки налили. Выпить за птиц Родины. Но орнитолог уперся и пить отказался наотрез. Ну где, скажите, командный дух? Ну фальстарт, ну осечка, ну планку сбил — возьми себя в руки и продолжай бороться. Нет, не понимают некоторые. Уговаривали его, лучшие куски снеди предлагали — ни в какую. Плюнули, продолжили без него. Градус веселья понизился, конечно. Но еще держался. За кузнечиков, за ежиков. Осталось буквально еще за божьих коровок и зайчиков, но тут замерзший без водки воспитатель сообщил, что идет домой. Все переглянулись и засобирались. Нет-нет, пейте-пейте, дойду-дойду. Ну, мы допили, конечно, но в ускоренном режиме. Быстро все собрали в рюкзачки, и к дому. Ключа-то у орнитолога не было. Приходим домой — никого. Пока чай заваривали, мнения разделились. Пойти искать или плюнуть. Взрослый вроде человек. Кстати, про чай. Когда возвращаетесь с такой прогулки — ни в коем случае не продолжайте. Чай горячий с лимоном и вздремнуть часок. С книжкой, музыкой, пледом или собакой. И только потом, когда проснетесь почти счастливым, можете продолжить. Выпитая в морозном лесу водочка адаптируется к теплому дому, и вам будет понятно, сколько еще нужно добавить для полного счастья. Вы же знаете, когда нужно остановиться: ген спортивного поведения подскажет. А пропавшего орнитолога нашли. Он отправился в деревню, в магазин. Купил себе коньяк, чтобы не замерзнуть. Пил по дороге без закуски, количество не контролировал. Хорошо еще, что наши сообразили, где его искать. Бутылку отобрали, пожурили, снегом растерли. Привели в чувство. Я ведь говорила уже: тут очень важна и хорошая команда с хорошим играющим тренером, и подготовка, и правильное питание, и режим, и сила воли. Как в большом спорте. Ну что же, по-моему, я справилась с задачей. Этот ген — он в любом деле поможет. Лучше бы он у вас был.

русский пионер №1(43). февраль 2014


русский пионер №1(43). февраль 2014

102


(Отрывок из сценария) текст: маргарита симоньян рисунки: анна каулина

Главный редактор информационного агентства «Россия сегодня» Маргарита Симоньян после долгого перерыва по более или менее уважительным причинам вернулась к исполнению своих обязанностей в качестве колумниста «РП». Правда, на этот раз мы имеем дело с отрывком ее сценария многосерийного фильма про Олимпиаду и Молдовку. Про Молдовку и Олимпиаду. Не пожалеете!

103

русский пионер №1(43). февраль 2014


УЛИЦА ВОЗЛЕ ДОМА ГАДАЛКИ

ХИНКАЛЬНАЯ

(ФРАНЦУЗ ЖИВЕТ НА ТОЙ ЖЕ УЛИЦЕ)

Француз сидит с умным видом над какими-то тетрадями. Элита тоже с умным видом расхаживает туда-сюда. Француз одет в розовую рубашку и яркие полосатые шорты. Офелия варит кофе в турке. Дядя Аскер стоит у другого стола, счищает бороды с мидий.

Цолак и Вован с сумками палок лопуха ходят по дворам. За калиткой сын гадалки делает лук. Девочка ножиком ковыряет землю. Вован. Смотри, братан. Ты хорошо подумай. Чтоб потом без соплей. Цолак ставит тяжелый мешок на землю. В этот момент они дошли до двора гадалки. Со двора валит еще больше дыма, чем в прошлый раз. Цолак. Я подумал. Мне терять нечего. У меня пахан третий день с кровати не поднимается, матушка ревет. Серафиму заперли. Я этой Олимпиады мамину маму и дедушку. Вован. Ну смотри. Твое решение. (Кричит.) Пугр нужен? Сын гадалки (в глубину двора). Пугр нужен? Цолак (тихо). Слава богу, отпустили его. Сосик сказал, его в городе не было, когда первых иностранцев били. Голос гадалки. Тебе сказать, что с этим пугром сделать? Сын гадалки. Тебе сказать, что с этим пугром сделать?

Голос дяди Аскера. Миша, дорогой. Один совет тебе дам. Бесплатно, чисто по-братски. Ты у нас тут так не ходи. Люди могут неправильно понять. Элита (отмахиваясь от дяди Аскера). Пиши. Черный — сэв. Белый — спитак. Красный — гармир. Француз (глядя на рукав своей рубашки). А розовый? Элита останавливается. В замешательстве. Потом спрашивает у всех. Элита. «Розовый» как будет? Дядя Аскер. На вашем или на нашем? Элита. На нашем. Дядя Аскер. И на вашем, и на нашем «розовый» так и будет «розовый». Смотрит на шорты француза.

Девочка очень зло показывает Цолаку и Вовану язык. Дядя Аскер. Полосатовый — полосатовый. Вован. Ну вот. Теперь сами будем эту траву жрать.

КОМНАТА АБИКА Корова мычит. Вован с Цолаком останавливаются у следующей калитки. Из калитки выглядывает хозяин. Цолак. Хозяева! Пугр надо? Хозяин. А шо цэ такэ — пугр? С гаража в бинокль наблюдают мальчишки, едят незрелую жерделу. Голос мамы. Я кому сказала, хватит жрать жерделу зеленую! Смешно выбегает бабка. Цолак с Вованом во все глаза заглядывают во двор из-за калитки. Бабуся (кричит из окна). Часночкив продам, нэ хочите? Тетка из соседнего двора. Сливы у меня возьмите! Хозяин. Поросятки будут к Рождеству! Вован. А у вас тут больше никто не живет? Хозяин. Хранцузик живэ, архитэктор, чи как его. А шо? Цолак (мнется). Может, ему пугр надо? Хозяин. Та ни, вин тильки свои крусаны жрэ, чи как их. Вован. А когда дома бывает? Хозяин. Та вин нэ докладает. Ищо жинка с ним, Элита, чи как ее. Цолак (в ярости и изумлении). Жинка???

В комнате полумрак из-за зашторенного окна. Смех и голоса хинкальной доносятся в окно. Абик лежит на кушетке, подложив руку под голову. Жужжит комар. Абик вяло следит за полетом комара глазами. Абик безучастно смотрит в одну точку. Во время всей сцены с Абиком за кадром слышны раздающиеся к нему в окно голоса из хинкальной. Слышатся голоса. Голос дяди Аскера. Тебе зачем армянский учишь? Других времяпрепровождений нет? Голос Элиты. Э! А какой ему еще учить? Армянский будет знать — куда хочет поехать может! Хочет — в Лос-Анджелес, хочет — в Ереван! Хочет — Шарлю Азнавуру позвонит, хочет — Шер позвонит! Хочет — Филиппу Киркорову даже! Голос дяди Аскера. Киркоров болгарин. Голос Элиты. Конечно. А ты туркмен. Голос француза. Я люблю изучать языки. Хочу быть полиглот. Как ваш Грибоедов. Комар, насосавшись, с громким звуком улетает.

ХИНКАЛЬНАЯ Офелия (Элите). Грибоедов ова? (Перевод бесстрастным женским голосом: «Грибоедов кто такой?») Элита. Тебе не надо. Офелия (кричит в дом). Абик, тебе с сахаром или нет?

Уходят дальше. Цолак. Ты смотри, везде успел! Архитектор!

русский пионер №1(43). февраль 2014

Никто не отвечает. Офелия молча сыплет в турку сахар. Вздыхает, качает головой.

104


Элита (чуть кривясь). Что-то живот у меня. Офелия. Опять? Вчера болел, на той неделе болел. Иди к врачу!

надлежит совхозу. И всегда принадлежала. И никому ничего не докажешь.

За кадром раздается громкое и страшно счастливое пение Сержика. При этом он поет так, как человек, который очень возбужден, но очень хочет в туалет.

Абик молча отворачивается к стене.

ПУСТАЯ ПОЛЯНА По поляне ходят Валек с директором совхоза.

Голос Сержика. До утра мы кайфуем… ссс… До утра мы гуляем! В хинкальную влетает Сержик. Не видя француза, он пулей пролетает в туалет, продолжая петь. В туалете сразу замолкает. Повисает тяжелая пауза. Все смотрят на француза. Элита (кричит в туалет). Сержик, что ты там делаешь? Голос Сержика. О тебе думаю, что я еще могу тут делать?

Директор. Это мушмула, это лавровишня. Валек. Да я понял, понял. Это тоже ваши участки? Директор. Да, все наше, совхозное. Валек. А вон тот участок, с которого море видно? Директор. Тоже наш. Его тоже изымают. Че-то строить там будут. Церковь, что ли. Валек вынимает из барсетки несколько паспортов.

Слышится звук спускаемой воды. Из туалета выходит Сержик. Сержик (продолжая петь). Я бумажки получил, компенсацию решил! В этот момент Сержик видит француза. Мгновенно замолкает. Точка обзора Сержика — цветастые шорты француза.

Валек. Короче, вот тебе паспорта. Лавровишню на вот этот оформишь, мушмулу — на вот этот. А тот, где море видно, — на меня. С тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года я там живу. Всю жизнь. И пусть кто-то докажет, что это не так! Валек смеется.

Сержик. Офик, вывеску поменяйте, напишите: «Гей-клуб “Ромашка”»! Одни петухи у вас тут последнее время. Элита. Ругается на него по-армянски. (По аудио бесстрастный перевод: «Пусть черные собаки нагадят твоему дедушке на голову».) Сержик. Ругается обратно. («Твоя бабушка пусть от соседского козла козленка родит! Стрекоза переваренная!») Француз (восхищенно). Какой красивый язык!

Валек. По рукам? Директор. Смотри, осторожно только надо. Сейчас по Олимпиаде так смотрят… Валек. Не боись! За мной такие люди — ты таких даже по телевизору не видел!

КАБИНЕТ МОСКВИЧА КОМНАТА АБИКА Абик по-прежнему лежит, глядя в одну точку. Входит Офелия. Ставит на столик у кушетки кофе. Офелия. Кофе тебе принесла. Абик никак не реагирует. Офелия смотрит на него, качает головой. Потом уходит, приговаривая под нос. Офелия. Помоги нам, Аствац, помоги, Аствац.

В комнате задернуты плотные жалюзи. Москвич сидит в полумраке на подоконнике с ногами, фотошопит в айпэде фотки Ледового дворца. Под нос мурлычет песню. Москвич. Я проснулся сегодня рано — мама чао, мама чао, мама чаочао-чао. Я проснулся сегодня рано в нашем лагере в лесу… Улыбается довольно, поднимает голову, смотрит на большую рыбу в аквариуме. Рыба в упор смотрит на него. Они с рыбой чем-то похожи. Москвич посылает рыбе воздушный поцелуй. Открывается дверь, кто-то просовывает голову. В темноте мы не видим, кто это.

Входит Сержик. Сержик. Абик! Вставай! Я сегодня все бумажки получил! Такую компенсацию дадут, ты столько ноликов даже на калькуляторе не видел! Офелия. Молодец. Что делать будешь? Сержик. В Лос-Анджелес уеду, к брату. Там армян больше. Абик, вставай, твои бумажки тоже найдем! Офелия. Не найдем. Валек их еще месяц назад из архива запросил. Нету наших бумажек. По бумажкам теперь эта земля при-

105

Голова (хрипло). Можно? Москвич (пультом поднимая жалюзи на втором окне). Пришел? Ну, как у нас дела? Свет озаряет дверь, и мы видим, что это Валек.

ПЛЯЖ Громыхает музыка «Адлер-Сочи для меня». Цолак и разные местные парни жарят шашлык на пляже. Вокруг них наматывает, рисуясь, круги открытый

русский пионер №1(43). февраль 2014


джип, на котором возят на джипинг и рафтинг: музыка орет оттуда. Три девушки пляшут в открытой части джипа, в руках у них бутылка шампанского, которую они передают друг другу, отпивая из горла, иногда обливаясь. С пассажирского сиденья во время одного из кругов выпрыгивает друг Цолака, тот самый, из первой серии. Цолак нанизывает мясо на шампуры.

Друг Цолака. Конечно! Так навернуться! (Цолаку.) Вообще нырять не умеет! Прыгнула прямо вот так (показывает), на лицо, на живот — все отбила. Один из парней. Так иди, научи! Ты же профессор! Цолак молчит.

Друг Цолака. Отвечаю, братан, в другой раз на рафтинг опять не поедешь с нами — ты мне больше не брат! Цолак. Я тебе и так не брат. Друг Цолака. Ты мне не брат? А кто тебе тогда брат? Этот кореш твой из Урюпинска? Цолак. Из Челябинска. Девушки в это время выскакивают из машины, подходят к ним, рассаживаются к парням. Друг Цолака по-хозяйски обнимает одну. Рыжая подходит к Цолаку. Третья садится на колени к другому. У Цолака безучастный вид. Из машины играет песня «Солнце и море». Девушка. Кто из Челябинска? Я тоже из Челябинска! Друг Цолака. О, вот и сестра тебе нашлась. Рыжая. Ты откуда? Цолак. Да отсюда я. Рыжая. Местный? А мы волонтерами приехали на Олимпиаду. Цолак. Поздравляю. Рыжая. Давай помогу. Цолак (безучастно). Та не надо.

Друг Цолака. Иди, вставай! Сидишь с такой рожей — смотреть тошнит. Рыжая смотрит с надеждой. Цолак. Шорты не хочу мочить. Друг Цолака. Ты сам не ныряй, ты человеку покажи! Она что, до конца лета должна нырять не научиться? Варя, вставай, иди! Рыжая встает. Цолак нехотя встает за ней. Идут на волнорез. Дальше их видно на заднем плане через сидящих у мангала и во время их разговора. Цолак и Варя идут на волнорез. Он ставит ее, как правильно для ныряния. Она неправильно держит руки, он поправляет.

ВОЛНОРЕЗ Крупным планом Цолак и Варя. Цолак кладет ей руку под голый живот, как бы выпрямляя спину. Второй рукой чуть приподнимает вытянутые руки.

Девушка сама берет шампур, нанизывает мясо. У Цолака отстраненный вид, он как бы не здесь. Друг Цолака. Смотри, умеет. Рыжая. Я дома в походы хожу. Со школы еще. Очень люблю — природа, шашлыки. У вас горы тут нереальные. Я поэтому приехала. Друг Цолака. А ты почему приехала? Его девушка. Я знала, что тебя встречу! Друг Цолака. Вот молодец, правильный ответ! Заворачивает зелень и сыр в лаваш. Друг Цолака. У нас Цолак по горам великий профессор. Если будешь себя хорошо вести, в горы тебя повезет, рододендроны покажет. Рыжая. Рододендроны? Правда? Здесь растут? (Цолаку.) Я их только в школе в учебнике видела! Цолак рассеянно донизывает последнее мясо. Молча встает, кладет шампур на мангал. Переставляют песню. Играет местная медленная. Одна из пар встает танцевать. Рыжая смотрит на Цолака так, что понятно, что она ждет, чтобы он пригласил ее. Он этого то ли не замечает, то ли не хочет замечать. Вид у него рассеянный. Рыжая поджимает губы, понимая, что он ее не пригласит. Рыжая трет лицо ладонями. Смотрит на друга Цолака. Рыжая. Болит до сих пор.

русский пионер №1(43). февраль 2014

...На пляже разбросана одежда Вована и Цолака, их шлепанцы. Из моря выходят Вован и Цолак. Цолак снимает шорты, Вован — плавки (ничего не видно, естественно). Поворачиваются к морю, мы видим только их голые попы. Выжимают свои плавки... 106


107

русский пионер №1(43). февраль 2014


Цолак (инструктор по плаванию на весь объект «Волнорез») (нехотя, но уже смягчаясь). Вот так, вытяни и вниз смотри. Варя. Получается? Цолак. Ну так, ничего. Давай.

Подходит официант, хочет зажечь свечу. От вспыхнувшей зажигалки мы видим лица Валька и москвича.

Чуть подталкивает ее. Она ныряет. Он смотрит на ее нырок. Она выныривает, улыбается.

Опять полумрак. Валек кладет на стол бумаги. Они оказываются рядом с айпэдом москвича. Он подвигает айпэд, оставляя его на столе.

Варя. Ну как?

Валек. Вот адреса.

Цолак долго смотрит на нее.

Москвич забирает бумаги. Двигает айпэд обратно. Не слишком демонстративно для зрителя, но заметно.

Москвич и Валек (хором). Не надо!

Цолак. Нормально.

ПЛЯЖ В полном изумлении на всю эту картину на волнорезе смотри Филипон. В руках у него рыба. Он разжимает рефлекторно пальцы, рыба падает на камни.

ПЛЯЖ Играет «Адлер-Сочи для меня — это райская земля». Сидящие у мангала смотрят на волнорез, где Цолак учит Варю нырять. Варя протягивает ему руку из воды, он, чуть приобнимая ее, помогает ей выбраться из воды. Идут обратно. Это все на общем плане. На среднем плане оставшиеся у мангала смачно едят шашлык. Подходят Цолак и счастливая Варя. Друг Цолака. Прямо ныряешь, как Мария Шарапова! Девушка друга Цолака. Она же теннисистка! Друг Цолака. Какая разница, э!? Красиво! Варя (смущенно). Спасибо! Цолак. Короче, я пошел. Друг Цолака. Э! Ты че? А шашлык? Цолак. Не, не хочу. Варя. Так ты рододендроны мне покажешь? Цолак. Какие рододендроны? Варя. Ну, в горах! Цолак долго смотрит на нее. Она ждет его ответа, прямо трепеща. Цолак. У нас не растут рододендроны. Уходит.

КАФЕ «ЛАГУНА» Громко играет музыка. За одним столиком мордой на столе спит пьяный мужик. Певица поет. За другим столиком двое в пиджаках и галстуках, уже изрядно пьяные. За угловым столиком двое затемнены. На столе — жареная барабулька, половинки лимона, грузинский лаваш, минеральная вода.

Москвич (изучая бумаги). Пять участков. Если мы за них тебе выплатим даже стандартную компенсацию, сколько получится? Достает айфон, считает в калькуляторе. Цифры на калькуляторе не в кадре. Глядя на цифру, москвич другой рукой, не глядя, берет половину лимона, поливает ею барабульку, быстро съедает. Говорит так, что непонятно, реплика относится к барабульке или к цифре. Москвич. Вкусно! Валек. Все красиво сделали — отвечаю! Забирает документы, показывает на них. Валек. Вот тут, типа, я сам еще с детства прописан, здесь жена (переворачивая бумаги), сын, невестка, а вот это — мармелад, а не участок, прямо у моря, собственник — бабушка моя! Пьет минералку, автоматически кривится, видно, что предпочел бы алкоголь, но сразу снова бодрится. Валек. Вот бы бабушка удивилась! (Гогочет.) Москвич берет двумя пальцами барабульку, поворачивает ее к себе «лицом», разглядывает, как живую, как свою рыбку в аквариуме. Москвич (глядя на барабульку). Да, бабушка гордилась бы внуком. Валек. Хотите, и на вас что-нибудь оформим?! Наследство от двоюродного дяди… Че-нибудь такое замутим. Москвич. Нет, на меня не нужно. Зачем так в лоб? Неизящно. Мне и этого хватит. (Берет бумаги.) Валек. Ну, как договаривались, двадцать процентов — ваши. Москвич. Двадцать? Да ты юморист. Половина. И то пока моя любимая фаза луны. Валек. Половина?!!! Да вы что?! Стандартный откат — вообще десять! Никогда таких расценок не было! Москвич подносит к губам рыбку, целует ее.

Голос москвича. И сколько в итоге участков? Голос Валька. Пока пять. Но еще будут.

русский пионер №1(43). февраль 2014

Москвич. Так и бабла такого никогда не было.

108


Валек. Не, ну вы мне руки прям выкручиваете! Москвич (удивленно-насмешливо). А тебе не нравится, когда руки выкручивают? Некоторые любят. Я знаю парочку. Познакомить? Валек (не понимая). Не понял юмора. Москвич. Да уж куда тебе.

ДАЛЬНИЙ ПЛЯЖ

Москвич достает из кармана электронную сигарету, затягивается ею с наслаждением, как дорогой сигарой.

Цолак. Плавать научился, а ходишь, как бздых, — в плавках! Вован. Че, нормальные плавки. Цолак. В шортах надо купаться! Только лохи в плавках купаются! Еще бумажку на нос нацепи себе, как бздых. Местные так не ходят, братан. Вован. А я не местный. Цолак. Нашел чем гордиться.

Москвич. В общем, половина, наличными — сам лично ручками в мой кабинет. Валек. Не, ну ваще, слов нет! Москвич. Вот и помолчи. Раз слов нет. Иди, занимайся. Пьяный мужик, лежащий лицом на столе, вдруг поднимает голову, смотрит на москвича и Валька с непониманием. Мужик. Воры! Не ссорьтесь! Нас мало осталось! Москвич смотрит мимо пьяного и Валька. Певица начинает петь. За соседним столиком сидят Элита и француз. Еще за одним столиком — полицейские. Валек, уходя, подходит к ним, обнимается, говорят о чем-то. Прямо напротив сидят француз с Элитой. Москвич смотрит на Валька сквозь француза с Элитой. Француз. Зачем эта женщина пятый раз поет эту песню? Элита. А вон, видишь, там сидят, это они все время заказывают. Француз. Это же милиция! Элита. Ага. Полиция. Француз. Но это песня про тюрьму! Почему полиция хочет слушать про тюрьму? Элита. Ну, не знаю. Полиция всегда про тюрьму заказывает. Нравится им.

На пляже разбросана одежда Вована и Цолака, их шлепанцы. Из моря выходят Вован и Цолак. Цолак снимает шорты, Вован — плавки (ничего не видно, естественно). Поворачиваются к морю, мы видим только их голые попы. Выжимают свои плавки.

Молчат, смотрят на море. Плещется рыба. Цолак. Я поспрашивал у наших — вроде через месяц дворец открывают. Вован. Успеем. Маршруты все его знаем уже. Ты только определись, где прятать будем, чтобы тихо. Начинают молча одеваться. Поворачиваются лицами к камере. Думают каждый о своем. Цолак (сам себя уговаривая). Тетке моей, по ходу, нравится француз этот. Вован. На то он и француз. Цолак. Но это… Мы же его бить не будем? Так, напугаем только, недельку подержим и отпустим. За это время Олимпиаду отменят уже. Не пострадает же он? Вован молча смотрит на него, поправляя плавки. Цолак. Э! Тебя спрашиваю! Мы же договорились!

Француз берет Элиту за руку.

Пихает Вована локтем.

Француз. Элит, можно мне называть вас на «ты»? Элита. А ты как называл? На «вы», что ли? (Смеется, мол, вот дурачок.) Француз. Элит, ты живешь в удивительной стране. И ты сама удивительная. Возможно, ты самая удивительная девушка, кого я встречал. И ты… ты… Я никогда такого не говорил девушке, но тебе скажу. (Многозначительная пауза.) Ты очень похожа на мою маму.

Вован (нагибаясь за полотенцем). Ну да, да, я что — псих, что ли? Цолак. А кто тебя знает. Ты ж не рассказываешь, за что сидел.

Берет ее за руку. Она молча смотрит. Длинно целует ей руку, глядя в глаза. Точка обзора москвича — за спинами француза и Элиты: Валек, прощаясь, жмет руки ментам, окончательно уходит. Тогда москвич берет телефон и говорит в него. Москвич. Але. Это Ларин. Давайте. Подключайте, что у вас там положено. Уже пора.

109

Картинка подчеркивает абсурд того, что они решили отменить Олимпиаду, а собачатся, как мальчишки. Вован. Много будешь знать — замуж никто не возьмет. Цолак. Что-нибудь новое придумай. Бздых. Вован. Хачик. Цолак. Бздых. Вован. Хачик. Цолак. Да лучше хачик, чем бздых! Вован. Это тебе кто сказал? Цолак. Много будешь знать — замуж никто не возьмет! Удаляются в темное.

русский пионер №1(43). февраль 2014


подписка НА ПЕЧАТНУЮ ВЕРСИЮ:

спрашивайте журнал! МОСКВА: • Сеть мини-маркетов «Роснефть», АЗС ВР • Супермаркеты и торговые центры: «Глобус Гурмэ», ГУМ («Гастроном № 1»), «Стокманн» • Киоски прессы «Московские новости» («МН-Пресс») • Автосалоны «АВТО-Алеа», «Авилон» • Вагоны премиум-класса РЖД • Галереи, музеи, театры: ЦСК «Гараж», галерея «Люмьер», «Гоголь-центр», Еврейский музей и центр толерантности «Масорет», театр «Современник», галерея «ФотоЛофт» • Книжные магазины: «Мома-Шоп», «Республика», «Джаббервоки», «Омнибус» • Рестораны Сеть Ginza Project, сеть «Кофемания», «Бармалини», «Kinki»

РЕГИОНЫ РФ: Книжные магазины, супермаркеты, магазины и киоски прессы в городах: Барнаул, Владимир, Волгоград, Горно-Алтайск, Екатеринбург, Казань, Кемерово, Красноярск, Новокузнецк, Новосибирск, Омск, Пермь, Рязань, Томск, Тюмень, Ярославль.

Вы можете оформить подписку через редакцию: • заполнив заявку на нашем сайте http://ruspioner.ru/merchant • или отправив запрос в редакционную службу подписки: podpiska@ruspioner.ru Также подписка доступна через агентства: • Агентство подписки «Деловая пресса» — Москва — www.delpress.ru; • Агентство «Урал-Пресс» — Москва и регионы РФ — www.ural-press.ru; • Интернет-магазин подписки www.mymagazines.ru — Санкт-Петербург и регионы РФ.

ПОДПИСКА ЗА РУБЕЖОМ: • Агентство «МК-периодика» — www.periodicals.ru.

НА ЭЛЕКТРОННУЮ ВЕРСИЮ: http://www.imobilco.ru — «Аймобилко», крупнейший российский интернет-магазин по продаже лицензионного медиаконтента. http://www.litres.ru/periodicheskie-izdaniya/ — ЛитРес — мегамаркет электронных книг № 1 в России. http://www.ozon.ru/context/digital_journal/ — онлайн-мегамаркет OZON.ru. http://www.yourpress.ru — «Ваша пресса», электронные версии газет и журналов. http://ru.zinio.com — Zinio.com, международный цифровой журнальный киоск.


ОЛИМПИЙСКАЯ ОДА АСОПИХУ ОРХОМЕНСКОМУ НА ПОБЕДУ В БЕГЕ СРЕДИ МАЛЬЧИКОВ Вы, что живете В крае прекрасных коней, над водами Кефиса, О Хариты, воспетые в песнях, Владычицы светлого Орхомена, Блюстительницы древних минийцев, Слушайте! Вам я молюсь! Это вы подарили смертным Все, что приятно и сладостно, — Это вами мудр, прекрасен и славен Человек. Сами боги без важных Харит Не ведут ни пляску, ни пир; Это вы, Правя уставы небес, Утвердили троны свои Близ златолукого Аполлона Пифийского, Чтобы чтить величье отца-Олимпийца. Державная Аглая, Сладкопевная Эвфросина, Дочери величайшего из богов, Слушайте меня! Очаровывающая Талия, Слушай меня, Глядя на это благопобедное шествие, Легкой поступью движущееся к нам! Я пришел воспеть Бережной песнею на лидийский лад Того, чье имя Асопих, Ибо минийская земля стала победительницей в Олимпе, О Харита, благодаря тебе.

getty images/fotobank

А ты, Эхо, Ступай к черностенным чертогам Персефоны, Передай отцу его эту славную весть: Предстань Клеодаму И скажи ему: «Сын твой В славных долинах Писы Увенчал молодые кудри Крыльями знаменитых побед». 488 г. до н.э.

Пиндар

111

русский пионер №1(43). февраль 2014


№1(43). февраль 2014

выходит с февраля 2008 года Главный редактор Андрей Колесников Шеф-редактор Игорь Мартынов Помощник главного редактора Олег Осипов Специальный корреспондент Николай Фохт Обозреватель Дмитрий Филимонов Корреспондент Александр Рохлин Ответственный секретарь Елена Юрьева Арт-директор Павел Павлик Заместитель арт-директора Варвара Полякова Фотодиректор Вита Буйвид Препресс Андрей Коробко Верстка Александр Карманов Цветокорректор Снежанна Сухоцкая Корректор Мария Киранова Ассистент редакции Ольга Дерунова Генеральный директор Александр Зильберт Заместитель генерального директора по рекламе Наталья Кильдишева Директор по рекламе Наталья Кирик Заместитель директора по рекламе Анна Матвеева Директор по специальным проектам Диана Чахмахчян PR-директор Елена Жихарева Директор по дистрибуции Анна Бочкова Трафик-менеджер Мария Оськина Оптово-розничное распространение ЗАО «МДП «МААРТ» Тел. (495) 744-55-12, www.maart.ru, inform@maart.ru Редакция: 127055, Москва, ул. Новосущевская, д. 19Б, телефон +7 (495) 988 12 27 Электронный адрес: job@ruspioner.com Сайт: www.ruspioner.ru Подписка: телефон: +7 (495) 988 12 27, электронный адрес: podpiska@ruspioner.ru Обложка: Boris Donov «SOSI-2014» Авторы номера: Диана Арбенина, Андрей Бильжо, Юлия Бордовских, Вита Буйвид, Марк Гарбер, Майк Гелприн, Павел Дацюк, Виктор Ерофеев, Александр Жуков, Светлана Журова, Андрей Макаревич, Игорь Мартынов, Сергей Нарышкин, Андрей Орлов, Александр Рохлин, Маргарита Симоньян, Иван Скобрев, Ксения Собчак, Михаил Терентьев, Дмитрий Филимонов, Николай Фохт, Дмитрий Чернышенко Фотографы: Orlova, Наталья Львова, Александр Саватюгин, Андрей Шапран Художники: Инга Аксенова, Андрей Бильжо, Олег Бородин, Анна Всесвятская, Анна Каулина, Павел Пахомов, Маша Сумнина, Александр Ширнин, Иван Языков В оформлении журнала использованы работы Ивана Языкова из серии «Книга Букв» Учредитель и издатель: ООО «Русский пионер», 127051, Москва, ул. Трубная, д. 25, стр. 3 Тираж 45 000 экз. Отпечатано на Первом полиграфическом комбинате, 143405, Московская обл., Красногорский р-н, п/о «Красногорск-5», Ильинское ш., 4 км Цена свободная Издание зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций. Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ФС 77-52326 от 28.12.2012 Запрещается полное или частичное воспроизведение текстов, фотографий и рисунков без письменного разрешения редакции За соответствие рекламных материалов требованиям законодательства о рекламе несет ответственность рекламодатель


№1(43) февраль 2014

русский пионер №1(43). февраль 2014

литературный иллюстрированный журнал

RusPioner #43  

Русский Пионер

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you