Page 37

Глава вторая. Брайан

все наладится, я займусь личной жизнью. - Брайан, - тихо сказала Мария, я хорошо знал этот ее тон, хочет о чем-то попросить или же раскрыть страшную тайну. - Что? Мария немного замялась. - Мой тебе совет, можешь не принимать, твое дело. Расстанься с Глэдис сейчас. Ты сам понимаешь, что она пустышка. И то, что ты с ней встречаешься, не очень то хорошо может сказаться на твоей репутации в студии. А пересуды про Рейчел Хоу забудь, не обращай внимания. - Мария, я приму твой совет, если ты мне все объяснишь. Я чувствую, что тут не все чисто. Обычно тебе наплевать с кем я сплю и что вообще делаю. Не надо прикрываться студией и нашей ролью в ее управлении. Я пристально смотрел в глаза сестре, Мария не отвернулась и не опустила глаза. За это я уважаю ее, даже если ей есть, что скрывать, она никто не отведет глаз. - Отец не просто так пинком отправил тебя заниматься делами студии, - начала Мария. – Он очень болен, но от всех это скрывает. Я узнала обо всем случайно, подслушала разговор с врачом. Я поняла, что он может умереть в любую минуту, так что мы должны быть ко всему готовы. Мама не сможет быстро оправиться от горя, к тому же она ничего не понимает в кинобизнесе. Ты должен быть готов встать у руля, иначе мы можем потерять студию. Ты понимаешь, о чем я говорю. Я кивнул. Конечно же я отлично понимал.

- А ты что хотел? Все время изображаешь из себя придурка и вдруг хочешь, чтобы солидные дяденьки и тетеньки стали тебя уважать! - Но ты же знаешь, что я не такой. - Знаю, - Мария погрустнела. Мы никогда не были нормальными детьми и никогда не были сами собой. Здесь все жизнь как кино! - Это единственное место, где постоянное притворство в цене. Хочется закрыться и никуда не выходить, плакать, когда грустно и смеяться, когда весело. Но мы так не можем, мы с тобой, Мария, дети Голливуда. Мы родились и выросли в роскоши, у нас все есть. Большинство хочет оказаться на нашем месте, только вот никто не знает, а если и знает, то не попытается понять обратную сторону красивой жизни. Никто не должен знать твоих настоящих чувств, никто не будет пытаться тебя понять, даже собственные родители. Им всегда было легче сделать шикарный подарок, чем просто поговорить по душам. Все наши беды и горести решались с помощью денег и свободы, но никто не хотел понять, что это все не помогает. Нас считают избалованными идиотами. Все без исключения. Вот поэтому и тяжело нам придется. Готова доказать всем, что ты не тупая куколка с Голливудских холмов? - А ты готов доказать, что ты не вечно веселый раздолбай с кучей подружек? - Да. И с чего начнешь? Расстанешься с Глэдис? - Пока нет. Сейчас для меня важнее всего студия, как только там 37

№1 (апрель 2012)