Page 39

и Каргополья возрос до значения общерусского. Город был включён царём в состав девятнадцати вошедших в опричнину и получил значительные торговые привилегии. Английский посол в Москве в 1588 году упомянул Каргополь среди «главных городов России» — в одном ряду с Москвой, Новгородом, Ростовом, Владимиром, Псковом, Смоленском, Ярославлем, Переяславлем, Нижним Новгородом, Вологдой, Устюгом, Холмогорами, Казанью, Астраханью и Коломной (Флетчер, с. 16). В Петровскую эпоху Каргополье было придано в ведение Адмиралтейства с правом использования населения для работ на верфях. Каргополь был значительной крепостью, несколько раз отражавшей набеги врагов. В Смутное время, в 1612, 1614 и 1615 годах защитники её отражают нападение польско-казачьих войск, которые вынуждены были отступить от стен города. Крепость была деревянная, стены представляли собой квадратный острог, или частокол с восемью рублеными башнями. Острог стоял на земляных валах, остатки которых, Валушки, до сих пор видны. Крепость не могла вместить всё городское и пригородное население в случае опасности, но служила защитой в военное время и резиденцией военно-административных властей в мирное. Она неоднократно приходила в негодность и перестраивалась, острог заменили рублеными стенами. В начале XVIII века внутри стен находилось 128 дворов. С XII по XVII век Каргополье было не только важной торговой и военно-стратегической территорией, но и местом ссылки: сюда, подальше от центральных городов, отправляли неугодных. Помимо упомянутого уже монаха с «мехом зелья» в XII или XIII веке на берега озера Лаче был сослан некто Даниил, известный 39

под прозвищем Заточник. О нём известно только то, что он сам о себе пишет в знаменитом «Слове» (или «Молении» — эти два дошедших до нас текста восходят к одному прототипу), адресованном новгородскому князю Ярославу Владимировичу. Даниил в поэтическом, изобилующем афоризмами и цитатами сочинении просит милости, помощи в постигших его невзгодах и так описывает место своего пребывания, рифмуя Лаче и плач: «Кому Лаче озеро, а мне, на нем седя, плачь горкий» (Слово Даниила Заточника, 2000, с. 270). Куда менее «поэтическим» было заточение в Каргополе неугодных вельмож. Сюда же ссылали пленных татарских князей. В 1558 году сюда отправили в ссылку воеводу Михаила Курлятьева, участника Ливонской войны. В 1587‑м по приказу Бориса Годунова в Каргополе был задушен князь Андрей Шуйский. В 1607‑м Иван Болотников, предводитель восстания 1606–1607 годов, был заключён в одну из башен каргопольской крепости со зловещим названием Пытальная, где его действительно пытали, а затем ослепили и утопили в реке Онеге. Один из самых известных каргопольцев — Александр Андреевич Баранов. Сын каргопольского купца, 15 лет от роду он покинул родительский дом и отправился в Москву и Петербург. Позже торговые и промышленные дела привели его в Сибирь. В 1790 году в Иркутске Баранов приобретает заводы, организует торговые экспедиции за границы России, но вскоре разоряется и поступает управляющим в компанию Г. И. Шелихова, которая впоследствии стала Русско-Американской компанией. В поисках новых рынков она занималась исследованием неизвестных территорий — так Баранов попал в Северную Америку и стал основателем ряда русских поселений в Калифорнии и на Аляске.

Каргопольское путешествие 1-я часть.  

Расположенный в далёкой северной глубинке, через несколько лет музей будет отмечать своё 100‑летие. В основе его коллекции — собрание карго...

Каргопольское путешествие 1-я часть.  

Расположенный в далёкой северной глубинке, через несколько лет музей будет отмечать своё 100‑летие. В основе его коллекции — собрание карго...

Advertisement