__MAIN_TEXT__

Page 1

6/2012

журнал о душе и для души

www.pereprava.org Мы обладаем не только пятью чувствами. Есть у нас способности восприятия высшего порядка. Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)

Народ Божий: генезис, состояние, перспективы Государственность или Христос? «Рука Всевышнего Отечество спасла!» Равнение на насекомых!

СПАСЕТ ЛИ РЕЛИГИЯ МИР?

С. 10


ЗИККУРАТ

МОСКВЫ

■ Когда я стал христианином, то начал интересоваться архитектурой и назначением Мавзолея В.И. Ленина. Внешний вид сооружения настолько не сочетался с традиционными усыпальницами и склепами России, что вопрос напрашивался сам собой: откуда взялось у большевиков-богоборцев это архитектурное НЛО? Я несколько раз посещал мавзолей. Это были довольно неприятные ощущения. Я чувствовал, как от усыпальницы веяло каким-то ледяным ужасом. Красноватая подсветка, огромная голова, как бы приставленная к костюмному футляру в стеклянном кубе наподобие папамобиля, глухое подземелье и настороженное шарканье немой толпы паломников. И было ещё ощущение какой-то неодолимой силы, исходящей из этого странного места. ■ Потом, как религиовед, я обратил внимание на принципиальную схожесть древних вавилонских и мексиканских зиккуратов с ленинским мавзолеем. Те же подобия усечённых пирамид друг на друге, та же площадка наверху – для обращения правителей к народу и для совершения ритуальных действий. И даже идея замуровывать прах выдающихся деятелей в нижних стенах зиккурата для духовной подпитки государственной мощи вавилонян была заимствована мавзолейными архитекторами из Древнего Междуречья и традиций майя. Кстати, там время от времени замуровывались и здравствовавшие деятели – от таких душ подпитка считалась действеннее. ■ На зиккуратах закалались живые люди (для иллюстрации см. очень грамотный фильм Мэла Гибсона «Apoсalypto», там как раз можно увидеть то, что надо), совершались ритуальные действия. Внутри зиккурата находилась усыпальница с идолом – терафимом, как правило, безголовым. Забальзамированная голова прикреплялась к нему от принесённого в жертву ребёнка или молодого человека, а под язык головы, просоленный и надрезанный, вставлялась золотая пластина. Перед терафимом задавались магические установки на победы, власть, пророчества и прочее. Духи вещали жрецам из головы терафима, а золотая пластина обеспечивала чёткость контакта с демонами и проходимость их силы в сердца и души присутствовавших там же местных правителей. ■ Несомненно, зиккурат на Красной площади, в центре столицы и России, – культовое религиозное сооружение, уходящее корнями в древнее язычество. И терафим здесь  – не кто иной, как Ленин, поистине страшный человек-идол, известный своей инфернальной славой едва ли не больше, чем Иуда из Искариота. Ну а большевики вкупе с их идеологами – всё те же вавилоняне и жрецы с правителями вопреки всем камуфляжным выкладкам в виде Кодекса строителя коммунизма и прочей демагогии. Подобно зомбированным ацтекам и майя, пентаграммные совдеповские сатанисты так же хищно шевелили ноздрями на запах человечины и дымящейся крови. Вот отчего они так запали на массовые убийства, вот откуда завертелась мясорубка на дьявольских бойнях Чека и ГУЛАГа!.. Для демонической власти нужны были жертвы, преизобильные жертвы... ■ Недавно президент России коснулся темы мумии Ленина в мавзолее и степени соответствия данного способа почитания умершего с религиозной традицией России. Он, в частности, сказал: «Говорят, что не соответствует традиции… поезжайте в лавру, на Афон, там мощи святых людей, и в этом смысле коммунисты традицию перехватили, сделали это грамотно, сделали это в соответствии с потребностями своего времени» (http://www.mk.ru/daily/newspaper/article/2012/12/11/785670-putin-i-moschi-lenina.html). Это уподобление, на мой взгляд, подвело ещё одну черту под чрезвычайно важным моментом, который обрёл плоть и кровь сразу же после помещения тела Ленина в мавзолей: сакрализацией вождя мирового пролетариата. Правда, этот сакрально-мистический момент в атеистическом государстве открыто не афишировался, но, по существу, это был самый настоящий культовый терафим в зиккурате. И гипотетически совершенно не исключено, что над ним совершались (и доныне совершаются) некие оккультные действия, аналогичные тем магическим практикам Востока, в соответствии с которыми и было принято решение о возведении двойника вавилонского зиккуратаусыпальницы и использования Ленина в качестве терафима – общегосударственного идола. Через определённые заклинания посвящённых последний давал богоборцам власть над Россией. Вот какое на деле имеется сходство, реальное и недвусмысленное! И никакие Афон и лавра тут ни при чём. Религиозные традиции – понятия чёткие и отработанные веками, их надо просто знать. Тут же – никакая не религия, а чистой воды магия и оккультизм. ■ Трепетное отношение неокоммунистов к Ленину и нежелание предать земле останки вождя напрямую связано с его патологической ненавистью ко Христу. Сегодняшние либералы, имеющие сильное влияние на власть в России, увы, Христа тоже не жалуют. Об этом свидетельствуют, в частности, их радиоголоса, телеканалы и печатные издания, которые как с цепи сорвались, захлёбываясь от ярости и сарказма по поводу православия, патриотизма, монархии и грядущей независимости России. Такие вот дела. ■ Вот почему не рушат зиккурат-мавзолей и не извлекают оттуда зловещего терафима. Нынешние жрецы и маги – они же идеологи и комбинаторы от глобализма – по-прежнему черпают в ночное полнолуние из омерзительного мавзолейного омута тёмную силу для укрепления разрастающейся по всему миру богоборческой власти. Ибо как только прах Ленина вынесут и захоронят, могущество мирового зла, сосредоточившегося на России, основательно подсечётся, поскольку иссякнет один из главных источников демонической силы, подпитывающий бесноватых глобалистов. И рухнет с великим шумом наконец всё то, чему надлежит рухнуть.

от редактора

В СЕРДЦЕ


Интервью с протодиаконом Николаем Поповичем, ветераном Великой Отечественной войны, кавалером ордена Боевой Красной Звезды С. 22


■ Переправа 4. Александр Нотин. Народ Божий: генезис, состояние, перспективы 10. Протоиерей Михаил Ходанов. Спасёт ли религия мир? Встань и иди! Основан в январе 2007 года Выходит один раз в два месяца Наблюдательный совет председатель совета директоров группы компаний «Сатори» А.В. Гусаров, президент корпорации «Эконика» А.А. Илиопуло, президент ОТП Банка А.А. Коровин, руководитель инвестиционной группы М.М. Хури

Учредитель журнала Александр Нотин Главный редактор протоиерей Михаил Ходанов

Заместитель главного редактора Арсений Замостьянов Дизайн и вёрстка Алексей Молодцов Корректура Юлия Познахирко

Редакционный совет: А.И. Нотин (председатель) – президент АНО «Переправа», кандидат исторических наук; Г.М. Гречко – Дважды Герой Советского Союза, лётчик-космонавт СССР, доктор физико-математических наук; К.М. Долгов – доктор философских наук, профессор, главный научный сотрудник Института философии РАН, заведующий кафедрой философии, политологии и культуры Дипломатической академии МИД РФ, заслуженный деятель науки РФ; А.А. Замостьянов – кандидат филологических наук, литератор; А.И. Зотов – Чрезвычайный и Полномочный Посол РФ; В.Ю. Катасонов – профессор, доктор экономических наук, заведующий кафедрой международных валютно-кредитных отношений МГИМО (У) МИД России; М.Ф. Морозов – руководитель «Обители ТИЛЬ: Терпение, Искренность, Любовь»; В.П. Пестерев – писатель; игумен Пётр (Пиголь) – духовник Высоко-Петровского монастыря, главный редактор церковно-исторического альманаха «К Свету»; В.Г. Распутин – писатель; Л.П. Решетников – директор федерального государственного научного бюджетного учреждения «Российский институт стратегических исследований»; М.А. Ходанов – протоиерей, член Союза писателей России; А.И. Яцков – Санкт-Петербург Адрес редакции: Москва, Донская площадь, 3, е-mail: info@pereprava.org Формат 60х88 1/8, объём 8,0 п. л. Отпечатано в ИП «Пушкарёв»: 127550, г. Москва, ул. Прянишникова, д.8 А Журнал «Переправа» зарегистрирован Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия 17 декабря 2010 года. ПИ № ФС77– 43084 При перепечатке материалов ссылка на журнал «Переправа» обязательна. Рукописи не рецензируются и не возвращаются. Редакция не несёт ответственности за представленную рекламу. Журнал издаётся на благотворительной и безгонорарной основе. Взгляды, изложенные в некоторых публикациях, могут не совпадать с точкой зрения редакции журнала.

© А.И. Нотин, 2012

■ Исторический ракурс 14. Ирина Савинова. Беспощадное сражение с Церковью. Ленинский декрет в действии (окончание) ■ На злобу дня 22. Владимир Михайлов. Государственность или Христос? Интервью с протодиаконом Николаем Поповичем, ветераном Великой Отечественной войны, кавалером ордена Боевой Красной Звезды ■ Казачий круг 30. Бажен Петухов. Что нужно для возрождения казачества? ■ Индекс благородства 34. Арсений Замостьянов. «Рука Всевышнего Отечество спасла!» ■ «Переправа» в Сети 38. На портале «Переправа» ■ Мир незримый 44. Ольга Глаголева. Всероссийский игумен ■ Честная позиция 50. Вадим Саватеев. Не спешите ставить точку! ■ Отзывы и рецензии 56. Ирина Монахова. «Увы, прошедшие люди». Об экранизации повести Н.В. Гоголя «Тарас Бульба» ■ Дальнее зарубежье 59. Андрей Большаков. Равнение на насекомых! ■ Литературная страница Французов русские побили

В жур­на­ле «Ше­ст ­ ое чув­ст­во» (ны­не – «Пе­ре­пра­ва») с ян­ва­ря 2007 го­да и до послед­не­го ме­ся­ца сво­ей жиз­ни ра­бо­тал за­ме­ча­тель­ный об­ще­ст­вен­ный де­я­тель Рос­сии, жи­вая со­весть на­ро­да, пи­са­тель, ре­с­та­в­ра­тор, ис­кус­ст­во­вед и пуб­ли­цист Сав­ва Ва­си­ль­е­вич Ям­щи­ков

«…Дви­же­ние «Пе­ре­пра­ва», ста­вя­щее це­лью по­сте­пен­ное под­ве­де­ние со­ци­аль­но ак­тив­ных, но ещё не ве­ру­ющ ­ их на­ших со­оте­че­ст­вен­ни­ков к по­ро­гу ду­хов­но­го вы­бо­ра и ве­ры, яв­ля­ет­ся вос­тре­бо­ван­ным и ак­ту­аль­ ным… Же­лаю дви­же­нию до­бить­ся ус­пе­ха в вос­пи­та­нии у сво­их бу­ду­щих слу­ша­те­лей осо­знан­но­го и от­вет­ст­вен­но­го от­но­ше­ния к ми­ру ду­хов­но­му. На­де­юсь, что жур­нал «Ше­с­тое чув­ст­во» как ор­ган «Пе­ре­пра­вы» ста­нет свя­ зу­ю­щим зве­ном меж­ду пра­во­слав­ной тра­ди­ци­ей Рос­сии и де­я­тель­но­ст­ ью «Пе­ре­пра­вы», га­ран­том её те­о­ре­ти­че­с­кой ос­но­ва­тель­но­с­ти и бо­го­угод­ной на­прав­лен­но­с­ти». Па­т­ри­арх Мос­ков­ский и всея Ру­си АЛЕК­СИЙ II 2007 год Журнал «Шестое чувство» рекомендован к распространению в приходах Русской православной церкви отделом религиозного образования и катехизации Московского патриархата (резолюция отдела за № 07–1827 от 30.07.07) С 1 января 2011 года журнал «Шестое чувство» по решению редсовета переименован в «Переправу». Полное название: «Переправа. Журнал о душе и для души»


ПЕРЕПРАВА

НАРОД

БОЖИЙ:

ГЕНЕЗИС, СОСТОЯНИЕ,

ПЕРСПЕКТИВЫ Александр Нотин

Нет ничего сильнее идеи, время которой уже наступило. Виктор Гюго

Вместо предисловия С чего всё началось? Пожалуй, со статьи С.Г. Кара-Мурзы в газете «Завтра» (19.01.2011), в которой уважаемый профессор во всеуслышание заявил: «…в России продолжается распад всех общностей (кроме криминальных), а попытка превратить «поднятые» реформой социальные группы в ядро «нового» народа провалилась. Эту роль не взяли на себя ни новые русские, ни средний класс». Взволнованный до глубины души, я опубликовал в той же газете ответ Сергею Георгиевичу под названием «Есть такая сила, господин профессор!», где впервые попытался обрисовать новую историческую общность  – народ Божий. Заодно открылась причина поразительной «слепоты» одного из ведущих социологов России перед лицом столь явного и величественного явления, каким уже сегодня является народ Божий. Оказывается, чтобы разглядеть это явление, надо стать его частью, хотя бы малой, жить его смыслами и устоями, дышать одним с ним воздухом благодати Христовой. Надо самому стать немного не от мира сего, стать Божиим  – тогда только разлепятся очи души и оживёт познающее сердце «внутреннего человека». Потом ещё имели место долгие раздумья, наблюдения, разговоры с братьями по вере. Жизнь в «Переправе» помогла многое понять и почувствовать. Народ Божий обретал в моих глазах всё более и более чёткие очертания. Сквозь трагические перипетии русской истории, как из тумана, начали проступать контуры величественного замысла Божьего Промысла, столетиями приуготовлявшего рождение Своего народа «последних дней». Яснее делались как сильные, так и слабые (пока ещё) стороны этого феномена, 4

развивающегося в самом эпицентре кризиса и смуты либеральной России. Разъезжая по городам России, встречаясь и беседуя с православными людьми, я не мог отделаться от странного щемящего чувства. Словно на всех нас, православных мирянах, лежит отпечаток какой-то неуверенности и слабости. Долго не мог понять, что к чему. А потом осенило – нами владеет что-то вроде коллективного комплекса неполноценности: – Со всех сторон нам внушают (и почти уже внушили), что мы в гостях. Между тем это не так: в России мы дома. – Нас маринуют в ожидании вердиктов властей, нам навязывают чужую волю, мы заискиваем перед начальниками, совершенно забывая, что это мы их наняли. И это они обязаны нам служить. – Мы почти позволили убедить себя в том, что мы слабы, однако на деле всё иначе: мы сильны. Мы даже сильнее, чем кажется нам самим. Пора внести ясность в это недоразумение. Пора развеять нейролингвистический и информационно-наркотический дурман, окутавший сознание нации. И это уже происходит, ибо народ Божий есть! Окрепнув, он стряхнёт с себя оцепенение, чтобы исполнить своё историческое предназначение  – стать ведущей и несокрушимой общественной силой, способной вырвать Россию из трясины разделённости, разорения, деградации и унижения.

Почему тема народа Божия актуальна именно сегодня? Священное Предание учит: перед человеком в жизни стоят всего две задачи – познать себя и познать Бога. Преподобный Серафим Саровский соединял их в одну – стяжание благодати Духа Святого. Мир самонадеянно отбросил эту истину и теперь всё глубже погружается в трясину системного кризиса и одичания. Масштаб плане-


ПЕРЕПРАВА Задачи данной статьи таковы: 1) осмыслить и описать новую историческую реальность постсоветской России – народ Божий; 2) проследить его корни, генезис, а также место и роль в спасении гибнущей цивилизации; 3) наметить ряд насущных практических задач, которые бы могли ускорить процесс его созревания и сплочения, усилить его осознанность.

Третий путь: выход есть!

тарного нестроения не имеет аналогов. По всем признакам мы переживаем самые последние из «последних дней» перед апокалипсисом. Боглюбовь должен быть возвращён в центр всей и всяческой деятельности как отдельно взятого человека, так и человечества в целом – это наш последний шанс. В противном случае катастрофа неизбежна. Генератором и главной движущей силой этого спасительного преображения – а оно реально и возможно – призвана стать Церковь Христова, народ Божий. Место, где только и возможно произойти этому чуду, – Россия. Народ Божий – это не туманная перспектива. В России он уже есть. Он пробудился и теперь собирается с силами после десятилетий большевистского лихолетья. Но при этом он ещё относительно молод, слаб и не до конца осознал себя и своё вселенское предназначение. Отсюда такие столь часто, увы, встречающиеся в нашей православной среде явления, как разрозненность, пассивность и даже уныние. Пришло время всем нам, православным христианам, осознать: мы есть!  – мы сильны!  – мы дома! – будущее за нами!

Современная политико-философская мысль в России, преимущественно нехристианская, признаёт только два пути выхода из нынешнего исторического тупика. 1) Правящие либералы, позицию которых наиболее ёмко и явно выражает М. Прохоров, предлагают, по сути, сдать страну на милость Европы и США. Форма «сдачи» – официальное вступление в ЕС и НАТО. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: сегодняшней, до предела ослабленной и истерзанной «либеральным реваншем» России никогда не стать равноправным партнёром Запада, которому проще и выгоднее законсервировать отставание своего «вечного соперника» и использовать его в качестве источника дешёвого сырья, рабочей силы и «пушечного мяса». Из нашей памяти как-то незаметно выветрился тот факт, что именно просвещённая Европа в течение нескольких столетий безжалостно эксплуатировала «третий мир», на крови и костях которого она, по существу, и выстроила своё нынешнее первенство и благополучие. Точно такую же капитулянтскую линию, только негласно, обслуживают и «болотные революционеры» – «заказчик» у них с Прохоровым один и тот же. 2) «Непримиримые» оппоненты либералов  – национально-патриотические круги, позицию которых (при негласном покровительстве Кремля) с трибуны Изборского клуба выразил А. Проханов, напротив, тянут страну назад: кто в сталинизм и «красную империю», кто в монархию. Патриоты словно забыли, что в одну и ту же реку дважды войти нельзя, да и куда деть тот «сердитый» факт, что и самодержавие, и советский строй каждый на свой лад потерпели исторические поражения. Хотя о монархии следует сказать особо: она пала вследствие обмирщения русского народа и её традиционная целесообразность для России до конца ещё не исчерпана. Режим В. Путина пребывает, похоже, в глубокой растерянности. Прагматик и реалист, президент РФ обескуражен. Увязший в долгах и им же развязанных локальных войнах, Запад уже не может служить Кремлю «образцом для подражания»: того и гляди, он рухнет. Внутри страны проблем не меньше: госаппарат изъеден коррупцией и некомпетентностью; надёжного 5


ПЕРЕПРАВА кадрового резерва нет, правящая элита расколота, широкой социальной поддержки режим не имеет, а градус общественного напряжения упорно ползёт вверх, и его всё труднее сбивать обычными политтехнологическими «приёмчиками». В последнее время в поисках выхода из тупика Путин вроде бы делает реверансы в сторону национал-патриотического фланга. Но делает как-то неуверенно. В целом он не изменяет либеральному курсу, унаследованному от Ельцина, и продолжает ёрзать на двух стульях, стараясь усидеть на обоих. 3) Но есть и третий путь – национальнорелигиозный. О нём мало говорится, он менее выражен и почти не представлен в политической повестке дня. Но он уже складывается, и по нему уже двигается костяк народа Божия, увлекая за собой все здоровые силы страны.

Глобальный контекст Мы рассматриваем историю не как столкновение классов и государств, идеологий и вождей. Для нас это, прежде всего и главным образом, незримая брань между добром и злом, «брань не против плоти и крови, а… против духов злобы поднебесной» (апостол Павел). Арена этой брани – каждая душа человеческая, свободно совершающая свой выбор между светом и тьмой и тем самым отправляющая соответствующий духовный взнос на незримые весы мировой истории. Духовный подтекст обязательно присутствует во всяком событии и процессе земного бытия. Например, нас со всех сторон уверяют, что глобальный кризис есть результат неких досадных сбоев в законах, механизмах и системах управления. Мы же видим в нём нечто иное, принципиально иное: это мировоззренческий тупик, в который забрела безбожная рационалистическая цивилизация, не услышавшая грозные слова Господа: «Без Меня не можете делать ничего». Именно сейчас, в эти годы, многотысячелетний цикл этой цивилизации завершается: она окончательно истощила и исчерпала свой ресурс. Свидетельством тому стало то, что: – область культуры и морали оказалась целиком во власти постмодернизма. Отрицается уже не только Бог, как это было в эпоху модерна, но и живой человек, который в общественном сознании незаметно подменяется бесполым «оно», цифровой виртуальной копией или нравственно нейтральным биоорганизмом. По всему миру, и у нас тоже, катится волна оглупления, растления и разобщения людей, отрыва их от природы, заключения в капсулу избыточных удобств и, как следствие, превращения в биомассу, в зверушек, послушных нехитрой рефлексии и сигналам цифровых технологий. В итоге, если 6

приглядеться, происходит оскотинивание Homo sapiens – в точности, как во времена Ноя, когда, по словам Господа, призванный к чести человек в беспамятстве приложился скотам несмысленным и уподобился им. Как точно почти двести лет назад охарактеризовал эту грядущую глобальную угрозу русский славянофил К. Аксаков! Человек, – писал он, – исторгший из себя образ Божий, неизбежно исторгнет и образ человеческий, и возревнует об образе зверином. – В социальной сфере наблюдается банкротство всех и всяческих идеологий «от ума» и выросших на их почве политических партий и течений. Мировое идеологическое поле всё больше напоминает свалку обесцененных заблуждений человеческого разума, на которой копошатся политические партии-призраки в надежде поживиться хоть чем-то свежим и новым. Но нового ничего не попадается по одной простой причине: его там нет. Всеобщее идейное бесплодие и импотенция, эклектика и неразборчивость, тяга к всесмешению и «интеллектуальному блуду», царящие в нехристианском мире, дают начало – и чем дальше, тем больше  – странным и нелепым политическим мутациям, диковинным союзам сил, ещё вчера непримиримо враждебных друг к другу, бесконечным интригам, склокам и предательствам в политической среде. Поистине в корень смотрели Святые Отцы православия, утверждая, что страшен человек, удовлетворённый материально, но не имеющий должного духовного устроения. Страшен он безумием своим: «Рече безумен в сердце своем: несть Бог». – Наука и техника обслуживают не столько здоровые духовно-телесные потребности человека, сколько алчность и амбиции дельцов, политиканов и милитаристов. – Глобальная экономика парализована непомерными долгами, гигантскими финансовыми чёрными дырами и пузырями, повсеместными застоями и рецессиями. Капитализм исчерпал себя и теперь, подобно мифическому змию, задыхаясь, всё глубже заглатывает свой собственный хвост. Причина здесь та, что и везде,  – духовная, ибо в мире капитала господствует дьявольский дух мамоны. – В экологии, пожалуй, даже острее, чем в других сферах глобального бытия, ощущаются всеобщее помрачение и дикость: день за днём люди, опускаясь всё ниже и ниже, уничтожают и отравляют среду собственного же обитания и не могут найти согласия даже здесь – в вопросе жизни и смерти. – Политически планета постепенно превращается в огромный концлагерь, и только очень наивный или очень ангажированный наблюдатель не замечает этой чудовищной логики в череде американских и натовских военных агрессий по всему миру «во имя стабильности и демократии».


ПЕРЕПРАВА

Наша идея – Бог Пресс безбожной цивилизации всё более невыносим для «среднестатистического человека». Он выражается в предельном ускорении темпа жизни, информационном цунами, бесчисленных рисках, всеобщем одиночестве, одичании и ожесточении, распространении порока и насилия, потере нравственных ориентиров. И он неслучаен. Вселенский кошмар попущен свыше всесильным и всемилостивым Богом, чтобы, с одной стороны, зримо явить нам, людям, плоды нашей безмерной самонадеянности и заблуждений, а с другой  – через скорби и страдания вызвать к жизни новую силу – «закваску» народа Божия. Крах идеологий «от ума» подводит незримую черту: миражи строительства на земле царства Божия без Бога окончательно развеяны. Остаётся только одна идея  – последняя спасительная идея «последних дней». Эта идея  – Бог, открывший людям Себя и тайны мироздания в Божественном Откровении. Целостная, древняя, жизнеспособная идея, правота которой подтверждена всем ходом мировой истории. Мы исходим из того, что: – всё во вселенной подвластно Богу, который есть Сущий («Аз есмь сый»), всё происходит по Его благословению или попущению; – в мире одновременно действуют три воли: Божия, дьявольская, человеческая,  – но Божия превыше всех; – наша брань не против плоти и крови, а… против духов злобы поднебесной; – не внешняя среда формирует человека, а, напротив, он, человек, своими «тайными делами созидает мир, делая его таким, каков он есть.

Третья мировая духовная война Она идёт от начала времён, с момента грехопадения первых людей в Эдеме. Но сегодня она вступает в беспрецедентно острую и решающую фазу. Главный фронт этой войны – Россия. В чём это выражается? 1. За последние четверть века в России чудесным образом поднялись тысячи и тысячи храмов. Не промышленных предприятий, как это было в СССР накануне Второй мировой войны, а именно храмов Божиих – бастионов незримой брани. 2. В те же годы в Россию слетается всё мировое «вороньё» нигилизма, разврата и подрывной деятельности. Нигде и никогда прежде не наблюдалось такой концентрации и активности тёмных сил в одной отдельно взятой стране.

Философ-славянофил Аксаков

Генезис народа Божия Вся российская и мировая история служат прелюдией к новой роли России в мировых делах. Падение русского самодержавия в 1917 году явилось следствием обмирщения Русской церкви и тогдашнего народа Божия. «Железным занавесом» большевизма Господь оградил тяжелобольную Церковь от влияния инославных ересей и показного благочестия, гонениями ГУЛАГа вернул ей ореол мученичества и за семьдесят лет, по существу, катакомбной жизни сподобил накопить тот духовный капитал мученичества и исповедничества, благодаря которому стал возможным стремительный подъём Русской православной церкви на рубеже третьего тысячелетия. Благодаря этому незримому капиталу растёт и крепнет народ Божий в наши дни. Однако если мы распорядимся этим наследием нерадиво, нас могут ждать новые мучения и новые гонения. Часто недоумевают: зачем Бог попустил России пройти жуткий и унизительный этап «либерального реванша». В духовном измерении ответ ясен – чтобы, испробовав этой отравы, сыны народа Божия никогда больше не соблазнялись 7


ПЕРЕПРАВА

Полководец Суворов

яркими этикетками вроде «демократии», «прав человека», «толерантности» и иже с ними. Чтобы видели, какая страшная участь ожидает народы, избравшие «пространный путь» и поддавшиеся либеральному дурману. Россия последней из цивилизованных стран вступила в либерализм (вернее, он был ей насильственно навязан извне), но раньше других она выходит из него. Испив яда либерализма одним махом и притом в самом его концентрированном виде, мы исторгаем его. Даже наша неопытная молодёжь, подвергшись – при полном попустительстве властей и преступном бездействии старших поколений – чудовищному промыванию мозгов и растлению, сумела сохранить в себе здоровые силы, чтобы хотя бы частью своей начать движение к Богу. В категориях божественной асимметрии («сила Божия в немощи совершается») промыслителен и нынешний этап  – этап угасающего либерализма, который всё сильнее напоминает 8

Философ Леонтьев

безвременье и смуту. Из смрада и позора нашего национального унижения и убывания, на безжизненном, казалось бы, пепелище нашей национальной жизни, через тернии сорной духовности прорастает, пробивается на свет Божий новая, яркая, энергичная, неодолимая в своей любви к жизни сила. Имя ей – народ Божий. Она растёт и укрепляется не столько в борьбе с враждебной средой, сколько благодаря её сопротивлению. Ибо «многими скорбями подобает войти в царство небесное». Скорбями, заметим, а не приятными событиями и процедурами. С чем сравнить это явление? Пожалуй, его можно сравнить с русским лугом ранней весной. Внешне он кажется стылым и безжизненным, однако тёплые лучи весеннего солнца уже ведут свою оживляющую работу. Под бурой и поникшей прошлогодней травой, под ледяным панцирем луж закипает новая жизнь. Оживают корешки растений, готовясь скоро, очень ско-


ПЕРЕПРАВА ро вырваться на поверхность, чтобы стать тем, к чему они призваны, – широким и могучим русским разнотравьем. Не видит этого только тот, кто не знает циклов жизни. Не замечают же народа Божия и его потенциала те, кто не является частью его, не дышит его смыслами и благодатными энергиями, не ведает живого Бога.

Что такое народ Божий? Народ Божий – это вся Церковь Христова в лице её зримой и незримой частей. У Бога нет мёртвых, и Он глава Своему народу как на земле, так и на небе. Наиболее ёмко охарактеризовал народ Божий апостол Павел: «Вы есте церкви Бога Жива, якоже рече Бог: яко вселюся в них и похожду; и буду им Бог, и тии будут Мне людие» (2 Кор., 6:16). Земная часть народа Божия едина и неделима в лице духовенства и мирян. Попытки механически разделить его на «мы» – миряне и «они» – духовенство есть не что иное, как происки дьявольского духа разделения и демонов-мучителей, стремящихся расчленить и умертвить этот живой организм через совращение недостаточно зрелых христианских умов. Как органы любого живого тела, части и клетки народа Божия составляют неразрывное целое и, будучи отсечены одна от другой, погибают. Впрочем, здесь и далее, говоря о народе Божием, мы в основном будем подразумевать тот его отряд, который апостолы называли «царственным священством мирян». В эти тяжкие и определяющие времена миряне не вправе отсиживаться в «келье под елью», рассматривая храм лишь как укрытие и утешение от скорбей мира. У нас, к сожалению, многие приходы по-прежнему живут от службы до службы, от праздника до праздника, так что порой прихожане толком и не знают друг друга, и не общаются вне храма, не работают Богу в миру. Отчасти это, возможно, вызвано нехваткой кадров священников с «миссионерской жилкой», с желанием и умением организовать деятельных мирян, пробудить в них дух творчества и дерзновения. Отчасти же – нашей, мирян, собственной леностью и подспудным стремлением сделать свою христианскую жизнь «более удобной». Причин много, но их рассмотрение не входит в нашу задачу. Мы лишь констатируем факт и стараемся наметить пути выхода из сложившейся ситуации. Церковному сообществу мирян как самому многочисленному отряду народа Божия, и на десятую часть не раскрывшему своего истинного потенциала, пора ощутить равную со священством ответственность за судьбы Вселенской Церкви, почувствовать себя единым целым – телом Христовым и воинством Его. Организованные и просвещённые миряне со временем смогут неодолимой живой стеной окружить Матерь-Церковь, чтобы защитить

Адмирал Нахимов

её от посягательств кощунников и нигилистов, на дальних подступах отражать всё более изощрённые и жестокие наскоки её врагов. Народ Божий, ведомый Духом Святым, призван стать той средой, из которой выйдут новые Леонтьевы и Хомяковы, Суворовы и Нахимовы. И ещё одно: в тактическом плане, учитывая известную молодость, слабость и незрелость современных мирян, с одной стороны, и непрекращающиеся попытки либеральной пропаганды очернить репутацию Русской православной церкви – с другой, мы вправе на этапе становления и первичной мобилизации столь массового и вместе столь разноликого и разнородного отряда мирян использовать термин «народ Божий». Канонически он верен и в массовом сознании может стимулировать пробуждение у православных воинского духа, генетических навыков солидарности, взаимодействия, сплочения и ратного служения Богу и людям. 9


ПЕРЕПРАВА

Спасёт ли

религия

мир? ВСТАНЬ И ИДИ!

Р

елигия – связь человека с Богом. Когда она, эта связь, работает и спасает? Когда мы живём богоугодно, то есть свято и чисто. Об этом свидетельствуют все мировые религии. Чистое (Бог) познаётся только чистым. И только в этом случае есть обратная связь. Религии христианства и иудаизма утверждают, что человек был создан Богом как Его любимое творение, по образу Божию. Образ Бога в человеке – это его разум, любовь и свободная воля. До грехопадения человек был бессмертным. Падение же, то есть ослушание воли Божией, привело к тому, что человек познал грех, нарушил нормы нравственности, те сакральные табу свыше, которые не обсуждаются, поскольку исходят от Творца и Источника блага. Так что человек (это я специально для к.ф.н. Ольги Бугославской, одного из авторов статей в «ЛГ» на тему: «Способно ли православие объяснить мир») – существо с изначально заложенной в него доброй нравственностью, ибо он – образ Божий, а в Боге – всё хорошо, и с нравственностью никаких проблем нет. В результате грехопадения у человека появился и стал разрушительно проявлять себя так называемый первородный грех – та неумолимая и неодолимая тяга к нарушению нравственных (а в дальнейшем экономических, правовых, финансовых, общественных, духовных) норм поведения, которые ранее обеспечивали гармонию, мир и благоденствие, поддерживали живую связь первых людей с Богом и гарантировали им бессмертие. Со временем через грехопадение и постоянно генерируемые из него грехи допотопное человечество утеряло связь с Богом и извратило понимание Его. Все попытки восстановить эту связь выродились в квазирелигии и смутные верования, которые, появившись из помрачённого человеческого ума и духа, несли в себе лишь слабые тени и тусклые отблески истинного богопознания, имевшего когда-то место в раю. А потом наступило время Всемирного потопа. Он нашёл на людей подобно супермакроцунами (его крошечное подобие – цунами в Индонезии, о котором тоже пишет в своей статье, делая бес10

Протоиерей Михаил ХОДАНОВ

покойные публицистические выводы, О. Бугославская), как вызванный самим человечеством вселенский кошмар, как следствие злоупорного обессмысливания жизни людей на земле, когда вместо богоугождения они предались неистовой похоти, разжигаясь друг на друга, устраивая массовые оргиальные совокупления и извращения, где участвовали и лица одного пола, и напудренные глумливые старики, и одурманенные развратом дети. Эта нравственная аномалия привела к деградации человеческого ума и духа, всеяла в сердца семена безумного бесстыдства и сверхсексуальную одержимость, которая затмила у людей всякие другие интересы и ненасытно требовала исключительно своего удовлетворения и новых падений. Произошёл глобальный распад человеческой личности. Люди стали асоциальны, аморальны, зверовидны и были погребены под потопными водами. После потопа уцелевшие Ной и его потомки, сохранившие относительную чистоту нравов и потому помилованные Богом, положили начало новой жизни на земле. Однако и она, эта жизнь, в конечном итоге под действием той же неодолимой тяги к греху, привела человечество к новой трагедии, разыгравшейся во всемирной империи Древнего Рима. К закату своего существования Рим предлагал всем подвластным ему людям ойкумены лишь два варианта существования – либо пир во время чумы, чувственное и духовное забытьё, либо самоубийство через цикуту и взрезывание вен в ванной. Смысл жизни выродился в культ силы и плоти, в те же сексуальные извращения и в героизацию суицида. Назначение жизни как единение с Богом исчезло, стёрлось об осклизлые полы оргиальных лупанарий, глас Божий заглушили вопли античных трансгендеров и гермафродитов, а любовь и совесть жестокие римские легионы втоптали в кровавое месиво насильственных войн и перманентной агрессии. И только редкие люди, буквально единицы, такие, как Вергилий, предвозвещали рождение Младенца, Совершенного Богочеловека и Вождя, который вернёт человечеству


ПЕРЕПРАВА его былое достоинство, воскресит связь с Богом и навсегда исторгнет из человеческой среды жало греха и смерти. Таким Богочеловеком стал Христос. С Его Боговоплощением, когда Он, Сын Божий, будучи Совершенным Богом по любви к людям и не желая их окончательной деградации, взял на себя падшую человеческую плоть с её неумолимой тягой ко греху и добровольно, через распятие на Кресте за грехи мира, через свою мучительнейшую телесную смерть на Голгофе, пребывая безгрешным и по этой причине преодолев узы смерти, восстановил, излечил в Себе падшую, грешную и смертную человеческую плоть. Соделав её в Себе совершенной, прекрасной, чистой и бессмертной, Он воскрес из мёртвых силой своего Божества, «поправ смертью смерть», и даровал всем, кто уверовал в Него, возможность стяжать такое же безгрешное тело и, следовательно, полное – душой и телом  – блаженное бессмертие. С тех пор преображение тела и души происходит у христиан в течение всей их земной жизни через покаяние, крещение и Таинство причастия, где они, соединяясь с Богом, получают от Него силу жить свято. Итак, спасение есть избавление от смерти. Но почему же Всемогущий Бог Сам не мог не пройти через врата смерти? Разве для Него это было невозможно? Ну, во-первых, потому, что так Ему Самому было угодно. А во-вторых, эту смертную падшую плоть Господь соблаговолил провести именно через смерть подобно тому, как клин вышибают клином. У человеческого естества свой уровень жизни и свои установленные или же попущенные Богом пути существования. Преступление в земном мире преодолевается только через поимку и обезвреживание преступника. Так же и смерть – она была палачом согрешивших людей и рубила их нити жизней из-за своей страшной ширмы. Чтобы схватить её и преодолеть, Господу нужно было пройти внутрь смертных завес и связать палача. Что и произошло. Силой Божества Христос преодолел смерть и воскрес по плоти, не перестав при этом быть бессмертным по своей Божественной сути. Итак, чтобы получить такой же телесный состав, как у Христа по Его воскресении, то есть чтобы стяжать преображённую, чистую и святую бессмертную плоть, человек призван добровольно уподобиться Христу, самоотверженно пойти по пути Его заповедей, творить добро, любить своих врагов, подставлять щёку (как подставил её Христос своим убийцам, хотя имел возможность вызвать легион ангелов, духовный «спецназ» на подмогу), не помнить зла, всё терпеть, прощать и благотворить. А силы для этого он, человек, берёт уже в Церкви, через Её Таинства, в которых ему даётся благодать, то есть духовная сила свыше для борьбы с грехом. Вот, собственно, и всё.

Спрашивают: но почему же тогда и христиане умирают, даже самые святые и деятельные? Значит, все слова о спасении от смерти (а смерть и стоящее за ней жуткое неведение – главное, от чего хочет спастись любой человек на земле)  – блеф, и для них тоже ничего не изменилось? Ответ здесь такой: с приходом Христа в мире началась новая эра, и всё изменилось, абсолютно всё, и люди обрели величайший новый смысл – уподобиться идеалу человека – Иисусу Христу – и непостыдную надежду на выполнение этой эпохальной задачи. Однако Бог спасает нас не без нас. И это называется соработничеством, синергией. При этом кто-то из христиан сходит с дистанции (грех сладок, а конец жизни вроде бы далёк, ещё не виден), кто-то отчаивается (всё трудно, результат прямо «здесь и сейчас» никак не вырисовывается), а кто-то старается идти по жизни прямо, падает, встаёт и идёт вновь. Таковые при11


ПЕРЕПРАВА

12


ПЕРЕПРАВА ходят к жизненному финалу и… тоже проходят через врата смерти. Но… как? Прохождение это у них совсем иное. Они проходят смерть как через краткий сон, чтобы силой Божией (а она онтологически сочетается с теми, кто стремился жить богоугодно – не лгать, не богоборствовать, не извращать пути плоти и духа, любить ближнего и дальнего) воскреснуть в жизнь новую и вечную, «где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания». И – никогда уже не умирать. Но почему только через смерть осуществляется вход в жизнь новую? Почему нельзя ещё здесь, на земле, стать бессмертным? Именно о таком пути развития человечества страстно мечтали наши русские космисты. Ответ тут такой: ученик не выше Учителя. Последователи Иисуса Христа должны идти по Его пути. И это вполне естественно. Спасителю же было угодно добровольно распяться за людей на кресте и, таким образом, пройти через смерть. То же должны сделать и мы. Распять свои грехи (а это, если по-настоящему, всегда  – кровь, пот и слёзы) и через эту муку и жертву преодолеть черту смерти. А прилепляться к этому миру, кстати, вовсе не стоит. Как утверждает Писание Нового Завета в части Апокалипсиса, он свернётся в свиток и сгорит. Вместе со всеми предметами роскоши и быта. Сгорят всевозможные черкизоны и фитнес-клубы, притоны с вертепами, запылают Пентагоны и Лубянки, Белые дома и Болотные площади, сонмы всемирных правительственных учреждений, суды и банки, элитные дома и хижины. А всё дело в том, что Господь Иисус Христос по завершении земной истории человечества, по Своём славном и страшном пришествии сотворит всё новое. Новое небо и новую землю. Попадём ли мы туда? Спасёт ли нас религия? Неизвестно. Ведь спасает человека тоже не абы какая религия. Какая же именно? Нет-нет, буду политкорректен. Когда умрём в своих верах или же в безверии, вот тогда и узнаем на все сто процентов, чего стоили те или иные наши убеждения. Говорят: а почему погибают невинные дети? За что? Почему Бог молчит и всё это терпит? Отвечаем: все слёзы, боль и смерти наших детей – на нас, на людях. На наших прямых или перекрёстных грехах, падениях, мерзостях, разврате и лжи. Человечество повязано друг с другом, это одна большая и, увы, больная семья, хотим мы признавать это или нет. И за грехи одних нередко расплачиваются другие. Но ведь другие тоже грешат. И получается, что все мы повально друг перед другом в ответе. А Бог тут ни при чём. Ему угодно спасать нас не без нас. И не надо свои произволы и убийства, маниакальные психозы и извращённые пакости списывать на Бога. Он дал нам только одно добро  – волю, разум, любовь и свободу.

А то, что люди всё это извратили, – вот пусть и спрашивают всё с самих себя! Короче: есть реальные виновники и есть конкретный путь к преодолению грехов. Следуй же ему опытным образом, выполняй на деле заповеди Божии, и тогда сам узнаешь, помогают они спастись и тебе, и твоим детям или нет. Только встань и иди! И все разговоры о том, «почему Бог-де не сотворил человека, неспособного на грех» и т.д. и т.п., отпадут сами собой как ненужные. Бог сотворил нас свободными – вот и всё. И это прекрасно. Именно по этой причине Он не стирает из матрицы памяти либерала его убеждение в том, что введение курса ОПК в школе ненужно и вредно. Доволен ли он этим? Несомненно – и ещё как! Хотя лично мне такая позиция кажется дикой. Но это моя точка зрения. Господь оберегает и её. Где же правда? В факторе времени. Время всех рассудит и покажет, что к чему, уж в этом не надо сомневаться. Ибо за временем стоит Бог. Праведный Судия. Вот и ответ. Надо только постараться правильно его понять. Бог ценит человека и творит его как свой Образ. С высочайшей заданностью  – достичь богоподобия. Но  – через свободный выбор. Чтобы он, человек, правильно оценил любовь Божию и по свободной воле, разумно и навсегда покорился ей. Это и есть главная цель жизни человека после грехопадения прародителей. И её выполнение продолжится даже после конца этого мира  – и никогда не прекратится. Ибо нет конца пути у стремящихся к Совершенству – к Богу. А быть святым и праведным вовсе не пресно и скучно, как считают некоторые. Проблема здесь в том, что у нас просто нет возможности сравнения – мы не святы. И оттого мучаемся во мраке антагонизмов, страдаем, ненавидим, болеем и умираем. А там, где святые, там мир, покой, радость, гармония и чистота. Отчего там должно быть скучно? Нельзя будет никого «пером» пырнуть или же раскроить чей-то череп бейсбольной битой? И слава Богу! Где святость, там подлинная жизнь, её идеал. Люди праведные и чистые никого не предадут, не изнасилуют, не скажут гадость, не подловят злобно на слове, не развяжут войны, не извратят твои слова, не пристанут как банный лист с требованием однополого брака, не натравят детей на родителей через ювеналку, не украдут твои деньги и не обнулят их дефолтом, не присвоят квартиру пенсионера, не задушат налогом, не подожгут машину, не станут совокупляться в общественных местах, как это делали демонические а ля Засуличи и Землячки из Pussy Riot. Разве не хочется жить именно так  – понастоящему, по-человечески? Надо только захотеть попробовать и возненавидеть убивающий нас грех – и тогда снимется очень много вопросов. 13


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС

БЕСПОЩАДНОЕ СРАЖЕНИЕ С ЦЕРКОВЬЮ л е н и н с к и й

д е к р е т

в

д е й с т в и и

Ирина Савинова

(

П

О

к

о

н

ч

а

н

и

е

)

ервый набег на Юрьев монастырь был совершён на основе декрета от 1 января 1922 года – об изъятии ценностей закрытых монастырей, церквей и из фондов Главмузея. 22 января секретная комиссия под председательством Троцкого познакомилась с результатами проведённой операции и постановила: «…признать необходимым во всех губерниях образовать только одну авторитетную комиссию при исполкомах по фактическому учёту, фактическому изъятию и фактической отправке ценностей в Гохран независимо оттого, в каких государственных хранилищах (музеях, складах ЧК, губфинотделах, закрытых монастырях эти ценности хранятся» (10). Все эти намерения аннулировал вышедший декрет об изъятии церковных ценностей. 22 февраля президиум Новгубисполкома получил из Москвы инструкцию местным комиссиям по изъятию церковных ценностей, по содержанию в два раза превышающую сам декрет. Инструкция предписывала в недельный срок истребовать описи имущества и ценностей всех церквей, переданных в пользование верующим, чтобы установить «очередной порядок производства работ». В первую очередь ценности следовало изымать из наиболее богатых храмов, монастырей, синагог и т.д. Поспешность намечаемой работы выдаёт примечание: «Комиссия приступает к работе в наиболее богатых храмах, не ожидая поступления всех описей по губернии» (11). Государственному грабежу власть попыталась придать всенародную гласность как благому делу помощи голодающим и обязала губфинотделы и губкомиссии ежемесячно публиковать в газетах подробные перечни изъятых ценностей. Создавалась видимость чёткого контроля даже со стороны народных масс. Пока губернские чиновники изучали декрет и инструкцию, людей охватила тревога от предстоящей операции. Первыми поднялись на защиту своих святынь верующие Бронницкой, Никольской, Подберезской и Новоселицкой волостей. 26 февраля представители коллективов всех приходов названных волостей провели объединённое собрание. Первым вопросом собравшиеся приняли опреде14

ление христианским святыням: «Церковь – есть мать каждого христианина… Всё, находящееся в ней, есть достояние прихода». Второй вопрос ставился для определения действия в возникшей ситуации – как защитить церковные святыни? «Ходят слухи, что вторично идёт проверка церковного имущества, о котором мы, верующие, не сомневаемся и твёрдо уверены в том, что у каждой церкви нет утраты вещей… Нам памятен 1918 год, в котором мы тоже перенесли страшный голод. Но никогда даже не допускали мысли и считали святотатством изъять какую-либо вещь из церковного имущества и обменять на хлеб. Приобретение же машин и тракторов (согласно газете) одна отговорка». Собрание выразило сомнение, что изъятые ранее церковные ценности Юрьева и Десятинного монастырей действительно пойдут на закупку хлеба, и постановило: командировать уполномоченных с наказом  – всё должно быть возвращено верующим, «…чтобы спасти голодающих, то мы жертвуем и делимся последним куском хлеба с голодающими, но через своих представителей» (12). 3 марта на этом протоколе председатель губисполкома В. Пакун оставил резолюцию: «Этот документ передать в Губархив как исторический материал для будущих историков, описывающих переходную эпоху во времена Великой Революции». Они оба оказались правыми – и митрополит, и председатель губисполкома. Документы сохранились в архиве, ими действительно пользуются историки, на что оба и рассчитывали. Но оценка событий идёт уже по другой шкале ценностей, чем у председателя губисполкома. 3 марта состоялось заседание президиума губисполкома, которое решило образовать Комиссию по изъятию церковных ценностей (КИЦЦ) и утвердило её состав. Комиссия провела рабочее заседание и предписала во всех уездах создать подобные подкомиссии. Новгород и приходы в радиусе 15 километров относились к ведению губернской КИЦЦ. Комиссия постановила изъятие ценностей в пределах Новгородской губернии закончить 10 апреля. Для непосредственных технических


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС работ: оценка, взвешивание, упаковка и т.п. – была образована техническая подкомиссия. 15 марта в губернский финотдел поступила первая партия церковных ценностей, полученная без особых сложностей. Это были ценности рижских церквей, эвакуированные в Новгород в 1916 году, во время Первой мировой войны. В семи ящиках находилось 57 пудов 28 фунтов 48 золотников различных предметов из серебра. Вес золотых вещиц  – 72 золотника, 34 бриллианта, 4 аметиста, 1 рубин (13). Едва закончился организационный момент, как стали очевидны многие непредвиденные и

медленной замены теми же предметами из малоценных металлов – впредь до их замены…» (14). Пока губернская комиссия улаживала организационные вопросы, губернская газета «Звезда» приступила к одобрению и пропаганде решения правительства об изъятии церковных ценностей в пользу голодающих. Начала она в пятницу 20 марта подборкой материалов под общим заголовком «Церковь и голод в Поволжье». В статье «Спасите гибнущих братьев!» редакция рассказывает о бедствиях в зоне голода и делает вывод: «Остаётся лишь один выход и одно спасение для голодающих – отдать для закупки хлеба

непродуманные сложности. Одним из главных и чаще всего поступающих запросов был вопрос о конкретном изъятии – что можно изымать, а что оставлять в храмах. Поток запросов заставил губернскую КИЦЦ разработать инструкцию для волостных исполкомов, которая более доступным стилем излагала положения столичного циркуляра: «…предметы, деланные из золота и драгоценного камня, надлежат безусловному изъятию, ни в коем случае оставлены быть не могут. В отношении серебряных вещей допускаются следующие исключения: – могут быть оставлены верующим комплекты священных сосудов и дарохранительницы, необходимые для совершения таинств, по количеству престолов церкви и при невозможности их не-

церковное богатство» (15). Авторы газетных материалов изощрялись в заголовках: «Кащей на сундуке!», «К позорному столбу!», «Современные Пилаты». В хоре обвинения и угроз неожиданно прозвучало письмо читательницы, зубного врача А. Покровской: «Прочитав статью «Выход из тупика», не могу не выразить удивления, почему все вопросы задаются служителям культа, которые являются в жизни церкви действительно таковыми, не имея права распорядиться ни одной вещью без согласия верующего народа – иначе коллектива. Я как член одного из коллективов предложила бы задать подобные вопросы всем коллективам… Тут должен быть ответ всех верующих, а не отдельных лиц и тем более – служащих культа» (16). 15


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС

А что же новгородское духовенство во главе с митрополитом Арсением? К этому времени у митрополита уже не было никакой связи с Центром. Вся его переписка контролировалась. Воззвание Патриарха дошло до владыки в личном письме от неизвестного корреспондента. Митрополит попытался организовать в епархии церковный комитет помощи голодающим, подготовил воззвание к верующим, но его инициатива не только не получила поддержки у властей, но была и остановлена: комитет запретили, воззвание не пропустили в печать. И только в конце марта «Звезда» всё же опубликовала обращение владыки: «Ныне по лежащему на мне долгу архипастыря всей Новгородской Церкви обращаюсь к тебе, Богом дарованная паства, с мольбою об этой помощи во имя Христа, именем которого мы имеем счастье называться… Пожертвования могут быть деньгами, вещами и продовольствием. Кроме того, в последнее время ввиду всё более усиливающегося голода Святейший Патриарх благословил духовенство и приходские советы, с согласия общин верующих, на попечении которых находится храмовое имущество, приносить в жертву голодающим и драгоценные церковные украшения, не имеющие богослужебного употребления…» Рядом с обращением опубликован комментарий заведующего губполитпросветом П. Пожарского, в котором язвительно замечено: «Нам остаётся только пожелать, чтобы митрополит в самом непродолжительном времени точнее и конкретнее определил  – какие именно предметы он подразумевает под словом имеющие или не имеющие богослужебного употребления» (17). Писалось это, конечно, для малосведущих граждан, чтобы заручиться их поддержкой в предстоящем грабеже. На самом же деле всё 16

уже было определено и изложено в упоминавшейся инструкции и засекреченных предписаниях. Трудно сказать, насколько сам владыка верил, и верил ли вообще, в искренние намерения большевиков оказать помощь бедствующим людям, но он проявил гражданскую солидарность с сотнями новгородцев, которые сдавали в комитет Помгола свои ценности. Митрополит сам принёс в этот комитет личные драгоценности: золотой крест с 11 бриллиантами, золотой наперсный крест, золотую панагию с золотой цепью. В панагии имелись 73 жемчужины, 2 хризолита, 2 сапфира, 2 рубина, 1 изумруд. Всё это были награды за его архипастырское служение (18). События первых недель после опубликования декрета об изъятии церковных ценностей до середины марта поддерживали в народе надежду на разумное решение задачи: представители коллективов верующих вместе с членами КИЦЦ сверяли описи имущества, намечали предметы к изъятию, назначали сроки. И почти все верили, что ценности пойдут на закупку хлеба, почти все верили, что особо чтимые святыни можно будет заменить личными драгоценностями, а то и сразу продуктами и зерном. На деле же оказалось, что всякая замена церковных ценностей, даже в равном эквиваленте, категорически запрещалась. Документы губернской и уездных КИЦЦ свидетельствуют, что кампания проходила сумбурно, без чёткой линии действия и сроков. Как уже говорилось, первое заседание губернской комиссии 3 марта постановило «всю работу по изъятию ценностей закончить к 10 апреля». 31 марта губисполком получил телеграмму за подписью М. Калинина и В. Молотова, которая воспрещала какое-либо «мирное» изъятие и предписывала: «Первое изъятие ценностей начать по всей губернии одновременно, именно в понедельник 24 апреля и проводить самым настойчивым и решительным образом» (19). Несмотря на подписи на телеграмме, в её интонации и стиле чувствуется дух члена Политбюро Троцкого. Трудно уловить логику в определении сроков кампании: одни назначают конечным число 10 апреля, другие началом всей кампании намечают 24 апреля, а третьи уже с 15 марта начинают опустошать храмы. Число 24 апреля значилось не рядовым в российском календаре  – это был второй день Пасхи. А накануне, 23-го числа, собралась губернская КИЦЦ. Интересно отметить, что вёлся всего лишь третий протокол. Выходит, что за полтора месяца её члены собирались весьма редко. С 24 апреля изъятие ценностей действительно пошло в «губернском масштабе». В тот же день поступило предписание из Москвы: немедленно выслать наличность и поступающие изъятые церковные ценности в Гохран» (20). Первыми поступили на склад губфинотдела ценности городских храмов Новгорода. Драгоценности Софийского собора были сданы


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС

по 10 актам, составленным с 22 по 28 апреля. По акту № 3 сдавались серебряные раки со святынь, особо почитаемых многими поколениями новгородцев, – с гробниц с мощами святителя Никиты, князей Мстислава, Фёдора, княгини Анны. По акту № 5 проходил серебряный оклад с престола главного алтаря в разобранном виде. Весил он 5 пудов 7 фунтов 21 золотник. Это был дар Софийскому собору от императора Николая I, принесённый 20 ноября 1831 года. Изделия с драгоценными камнями сдавались по акту № 4. Трудно перечислить все сокровища, переписанные в 10 актах. Общий вес изъятых ценностей составил 27 пуд. 30 ф. 72 зол. – серебра, золота – 7 ф. 75 зол. (21). 27 апреля поступил акт о приёмке ценностей, изъятых из Знаменского собора Новгорода. Самым ценным его сокровищем была золотая риза на чтимую икону Божией Матери «Знамение». Выполненная из червонного золота высокой пробы весом в 12 фунтов 90 золотников, она была украшена огромным количеством драгоценных камней  – 2615. Сделанная в ХIХ веке, риза эта художественной ценности не имела, но материальной ценностью способна была перекрыть не только остальные ценности собора, но едва не всего города, – так писал участник изъятия музейный работник Н. Порфиридов (22). ● ● ● Огромные состояния были вывезены из Юрьева монастыря, не считая «январского набега». Комиссия приступила к их изъятию 24 апреля. Она сдала в губфинотдел 12 ящиков с ценностями старейшей новгородской обители. Семь из них содержали сокровища Георгиевского со-

бора. В первом – 17 лампад, во втором  – серебряная рака с мощей св. Феоктиста весом 8 пуд. 5 ф. 36 зол., в третьем  – 4 сребропозлащённых пластины с престола – 4 пуд. 9 ф. 33 зол., риза сребропозлащённая – 3 пуда 14 ф. 38 зол., крест запрестольный. Общий вес ценностей составил 34 пуда 12 фунтов 30 золотников серебра (23). Ценности Десятинного монастыря из 90 наименований уместились в 5 ящиках. Общий вес серебряных изделий составил 11 пуд. 3 ф.13 зол. (24). Но такими сокровищами владели самые известные, старейшие храмы и обители. Из 116 церквей и монастырей в 13 ценностей не было вообще. Определённую сложность в бешеной работе по изъятию ценностей создавали высокохудожественные произведения ХVIII – начала ХIХ веков, которые хранились во многих монастырях и храмах, не говоря уже об изделиях более раннего периода, уцелевших в наиболее древних обителях. Накапливаясь веками под сводами храмов, они составили национальное достояние, а наши монастыри стали первыми российскими музеями. И вот теперь, лишая народ его достояния, правительство посчитало возможным кое-что оставить в ведении Главмузея и губернских музеев. Для экспертов, оценивавших предметы искусства, была разослана специальная инструкция, указывающая, что можно оставить как музейные ценности. Авторы её, предвидя возникновение разногласий между представителями КИЦЦ и губмузеев, рекомендовали «спорные» предметы отправлять на экспертизу в Москву. Именно по такой причине двухпудовый серебряный орёл-кувшин из Юрьева монастыря оказался в столице. Сейчас он экспонируется в Оружейной палате. 17


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС

Музейные фонды в результате изъятий церковных ценностей пополнились множеством прекрасных изделий, в основном из серебра. Например, из Никольского собора в Губмузей поступили оклады с Евангелия ХVII века, 3 лампады того же времени. Из церквей Новгородского уезда было сдано художественных изделий по весу 2 пуд. 25 ф. 93 зол., 217 предметов без указания веса (25). Нам уже никогда не увидеть наши храмы в том великолепном убранстве, которое оформилось заботами многих поколений в течение столетий. Вот какое описание оставил корреспондент «Берлинер тагеблатт» Пауль Шеффер: «Ущерба не описать инвентарной описью. Всего сильней и глубже действует утрата общего живописного эффекта внутренностей этих соборов, их мягкой и вместе гнетущей и смущающей таинственности. Её уже нет. Бывало здесь из тьмы (лишь наверху, близ купола, несколько разряжённый свет) светили тысячи маленьких и больших свечей. Свет их играл на серебре, на золоте, богатых тканях, тёмных ликах святых, на тяжёлых формах паникадил, на тяжёлых роскошных ризах. С ХVIII века укоренился обычай оставлять на виду только лица, руки и ноги святых, скрывая всё остальное под золотом или серебром. Но эти 18

матовые панцири на всех стенах, у всех колонн и алтарей, на которых играл свет восковых свечей, более всего наполняли храмы неведомо откуда притекавшей, торжественной, струящейся жизнью… Теперь все эти ризы сорваны. Даже с медных футляров, прикрывающих гробницы патриархов, сняты серебряные бляхи. Парчовые покровы свалены грудами или сложены в ящики. Все лампады, паникадила и серебряные светильники сданы для переплавки… Общее впечатление – ужасающей пустоты» (26). Таковыми увидел автор храмы Московского Кремля. Несомненно, что и новгородские соборы – Софийский, Знаменский, Покровский – выглядели также. Помертвели ограбленные храмы, лики святых с печалью взирали на суетящихся людей, упаковывавших в ящики накопленные веками сокровища. Газета «Звезда» постоянно уведомляла читателей о поступавших ценностях: – 2 мая. Всего в Старой Руссе изъято серебра 9 пуд. 36 ф. 67 зол. … – 20 мая. Из Боровичей. Изъято церковных ценностей по городу и уезду по 16 мая включительно и сдано финотделу серебряных вещей 22 пуда… – 28 июня. …отправлена в Гохран вторая партия церковных ценностей. Серебра 324 пуда 7 ф. 35 зол.


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС Москва неусыпно следила за ходом изъятия, требуя обязательных отчётов за декаду, напоминала о сроках. В какой же атмосфере происходил этот грабёж? Мирно? Безропотно? Было всё – и ропот, и волнения, и даже пролитая кровь. Пролилась она один раз, и случилось это в самом начале изъятия ценностей, но отзвук трагедии не затихал до майских дней. Произошло это в Старой Руссе. Атмосферу накаляли слухи и сплетни, провокационные разговоры. Уже вечером 15 марта, после окончания службы, в ограде Спасо-Преображенского монастыря колыхалась людская масса. В толпе сновали провокаторы, которые называли время начала изъятия – то в 11 утра, то в три пополудни. Мало, наверное, в жизни таких страшных явлений, как разъярённая, неосведомлённая толпа, готовая от малой искры взорваться диким насилием. Сперва собравшиеся решили избить коменданта Старой Руссы, который по долгу службы оказался в толпе. За него отважилась вступиться гражданка Екатерина Купцова. Гнев масс обрушился на беззащитную женщину. С трудом удалось вынести её в беспамятстве и укрыть в покоях епископа Димитрия, который проживал в монастыре на покое. Но волнения на этом не закончились. Уже с утра 16 марта город превратился в бурлящий котёл. Народ ринулся защищать свои святыни и их ценности. Репортёр губернской газеты неоднократно подчёркивал фанатизм и провоцирующую роль священнослужителей, которые якобы подбивали верующих на сопротивление. Но ведь неверующих людей нельзя заразить фанатизмом, а верующие и сами станут защищать свои святыни, чтобы никто не смел посягнуть на них. Староруссцы собрались возле своего кафедрального собора. В воздухе ощущалась атмосфера перед взрывом – нужен был только повод. И он вдруг нашёлся  – такой неожиданный, непредвиденный. В этот день, 16 марта, в Старую Руссу приехали за поросятами крестьяне из соседней Псковской губернии Иван Изотов, Фёдор Лихачёв и Иван Козлов. Приезжих поразили гудящая толпа, всевозможные слухи об изъятии ценностей. И они, не думая о каких-либо последствиях, движимые обыкновенным любопытством, протиснулись сквозь плотные людские ряды и вошли в Воскресенский собор  – поглядеть на эти самые ценности. Вошли они в храм не крестясь, так как были старообрядцами, и стали внимательно осматривать собор и его убранство. Когда один из них приблизился к иконе, стараясь прочесть потемневшую надпись, к нему подошла прихожанка, дежурившая в храме: – Что вы здесь делаете? Что рассматриваете? – Да вот иконы разглядываем… Наверное, вопрошавшая не дослушала до конца ответ  – ей было достаточно двух

слов «иконы разглядываем», чтобы закричать на весь храм: – Вот они, грабители! Бей их! Людская толпа, пребывавшая в сверхнервном напряжении, только и ждала этого призыва. Когда избиваемым удалось вырваться наружу, побоище выплеснулось за ними. В свалке пострадали многие. Подоспевшие работники уездного исполкома, получив свою долю тумаков, скрылись и вызвали конный отряд милиции. И только эта сила смогла рассеять погромщиков и водворить спокойствие. Оружие не применялось. Избитый и изуродованный Иван Козлов вскоре скончался, тяжёлые повреждения получили и его сотоварищи. Всю вину за это «кровавое дело» губернские власти возложили на духовенство, которое якобы провело среди горожан и крестьян контрреволюционную агитацию. Было арестовано несколько участников и свидетелей событий. Уголовное дело рассматривала выездная сессия Новгородского ревтрибунала по военному отделению. Виновными были признаны все обвиняемые. Священники Владимир Орлов и Владимир Пылаев, крестьянин Назар Смыслов были приговорены к высшей мере – расстрелу. Девица Е.  Архипова, базарная торговка, изувечившая следователя и нанёсшая смертельные раны своей деревянной ногой (протезом), получила пять лет лишения свободы, остальные сроки были и того меньше. (Расстрел тогда был заменён ссылкой, но в 1937 году чекисты привели его в исполнение) (27). Выразили свой протест против изъятия церковных ценностей и жители Новгорода. Они провели 24 марта собрание во Входо-Иерусалимском храме и открыто высказались против постановления правительства, с которым собравшихся познакомил председатель губкома П. Терешков (28). Среди наиболее резких выступлений прозвучали слова Евгении Михайловой, дочери генерал-майора: – Советское правительство само виновато, что в стране вспыхнул голод. Оно из Поволжья вывезло весь хлеб. Четыре года только берёт, берёт, берёт… Считаю, что ценности только Юрьева монастыря уже превышают запланированный вклад всей губернии… Учительница Иванова подчеркнула, что церковные ценности  – это «вклад наших умерших предков. Этот вклад живущие христиане обязаны оберегать и передать их в полной сохранности своему поколению» (29). Это собрание закончилось очередным заседанием ревтрибунала. Четыре организатора, в том числе и Е. Михайлова, были приговорены к расстрелу (30). Случались волнения и в селе. С кольями и топорами прихожане окружали свою приходскую церковь и не подпускали к дверям членов комиссии. Те чаще всего обращались за помощью к милиции или к воинской силе – расквартирован19


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС городской губернии положение осложнялось, с одной стороны, особой многочисленностью и густотой церковно-монастырской сети, с другой – тем, что глава её, митрополит Арсений, был убеждённым противником изъятия»,  – писал в своих воспоминаниях Н. Порфиридов (33). А этот «убеждённый противник» трижды обратился через газету к своей пастве, призывая её «не отвечать злом на насилие». И сам он проявил выдержку и спокойствие, смиренно принимал удары судьбы, воспринимая их как выражение воли Всевышнего. Владыка прекрасно понимал, что его сопротивление поддержат и священники, и миряне. Но он также знал, что в столкновениях прольётся человеческая кровь, оборвутся жизни. Можно ли с такими жертвами равнять материальные ценности? И только его поведение, воистину христианское смирение удержали народные массы от многочисленных бунтов. Не зря же губернские власти оценили исход кампании «безболезненным». ● ● ●

ным по соседству частям. В крайнем случае дело заканчивалось дракой. Но без арестов и предания суду всё-таки не обошлось. На 24 января 1923 года в лагере принудительного содержания находились 26 человек, осуждённых за сопротивление изъятию церковных ценностей (31). 6 марта президиум губисполкома обратился в Президиум ВЦИКа: «…заслушав на своём заседании 6-го февраля с.г. в присутствии представителей губкома РКП(б), прокуратуры, губсуда и ГОГПУ вопрос об осуждённых за агитацию против декрета ВЦИКа об изъятии церковных ценностей и принимая во внимание успешную и безболезненную сдачу в Новгородской губернии церковных ценностей, а также то обстоятельство, что осуждённые уже отбыли известный срок наказания, постановил просить губсуд о применении досрочного освобождения к отбывшим свыше половины срока наказания…» (32) С этой благополучной оценкой исхода операции, данной властями, можно согласиться. В других областях России изъятие церковных ценностей сопровождалось многотысячными бунтами и жестокой расправой. Такие столкновения произошли в Иваново-Вознесенске, Смоленске, Ростове, в Петрограде возле Казанского собора. «Московская правда» (№ 35 за 1922 год) сообщила, что «на местах было 1414 кровавых эксцессов». Ожидали сопротивления и со стороны Новгородского митрополита Арсения. «В Нов20

Всё то, о чём говорилось до сих пор, так или иначе освещалось в исторической литературе, журнальных публикациях, в воспоминаниях современников. Об изъятии церковных ценностей знает (по крайней мере слышало) не одно поколение. Большинство наших граждан до сих пор наивно верит, что ценности пошли на помощь голодающим Поволжья. Рассекреченные после августа 1991 года документы Политбюро ЦК РКП (б) за 1922 год только сейчас открыли для нас подлинную цену проведённой операции. Небольшая подборка таких документов впервые была опубликована в журнале «Новый мир» в № 8 за 1994 год под заголовком «Политбюро и Церковь». Автор публикации Н. Покровский в комментарии пишет: «Приступая к работе над «архивами Кремля», мы гадали, на что пошли церковные ценности. На успешную денежную реформу, проведённую министром финансов Г.Я. Сокольниковым? На индустриализацию? Источники дали ответ неожиданный. Партия сумела собрать в государственную казну лишь ничтожную часть предполагаемых церковных богатств, и мы вряд ли когда-нибудь узнаем, куда делась основная часть. Была ли разграблена в гражданскую войну, ещё до 1922 года? Или, быть может, растащена в ходе самой акции по изъятию?» (34) С утверждением по поводу грабежа в Гражданскую войну согласиться нельзя, так как описи имущества перед изъятием сличались с описями за 1917 год, и недостатка драгоценностей зафиксировано не было, что подтверждают архивные документы. По приблизительным подсчётам авторов, изучивших документы архива Политбюро, ценностей было изъято на сумму 4 650 810 рублей


ИСТОРИЧЕСКИЙ РАКУРС 67 коп. – по курсу 1922 года в золотых рублях. (Соотношение к прежней валюте 1 рубль 22-го года  – 10 000 рублей.) А вождь пролетариата 19 марта 1922 года писал о сотнях миллионов и миллиардах золотых рублей, которые следовало отобрать у Церкви. Полученную итоговую цифру сопоставили со сметой расходов технических комиссий по изъятию церковных ценностей в стране. В смете  – чисто технические расходы на транспорт, охрану, грузчиков, упаковочные материалы. Смета была составлена на один только месяц (!) в сумме 2 000 006 рублей, затем сокращена до 1 559 592 рубля. Это цифры государственного масштаба. А как выглядит масштаб губернский? Он подтверждает выявленное соотношение. Сейчас трудно понять, было ли это преднамеренное упущение или же это результат «кавалерийского наскока», но до мая ни на одном заседании губернской технической комиссии не ставился вопрос о средствах хотя бы на упаковку и перевозку ценностей. И только 2 мая президиум губисполкома озадачился этой проблемой. Было решено ассигновать в распоряжение Губ. КИЦЦ временно 250 млн рублей. Председателю губисполкома тов. Пакуну поручалось «при поездке в Москву исходатайствовать для этой цели перед центром соответствующие кредиты» (35). Уездные комиссии со сметами не задержались: одна за другой стали поступать служебные записки. Валдайская комиссия запросила 200 млн рублей (по прежнему курсу), Маловишерская  – 20 тысяч знаками выпуска 1922 года, Боровичская и Старорусская  – по 500 000 000 рублей, Новгородская – 143 500 знаками образца 1922 года (36). Президиум губисполкома 30 мая вновь обращается в Москву: «Принимая во внимание те значительные расходы, затраченные на организационные надобности губернии, которые не могли быть удовлетворены отпущенным кредитом 100 000 рублей выпуска 1922 года, просим ЦК Помгол о дополнительном отпуске на вышеуказанные надобности средств в сумме 300 000 рублей выпуска 1922 года (3 млрд!), необходимых как для расчёта произведённых затрат, так равно и для успешного окончания хода работ кампании по изъятию» (37). ЦК Помгол 1 июля выслал в Новгород через госбанк 50 000 рублей выпуска 1922 года. Отправка новгородских сокровищ в Гохран началась 7 мая, следующая состоялась 24 июня, последняя зафиксирована 31 июля (38). А рассчитывали завершить кампанию в апреле! Всего Гохран получил из Новгорода ценности в 91 ящике: 3 были с золотом, 3 – с драгоценными камнями и в золотой оправе, 2 – с золотой и серебряной монетой и 83 ящика серебра. В переводе на современные меры веса из новгородских церквей летом 1922 года было вывезено: золо-

та – 7 кг 681,6 г, серебра – 9 тонн 179 кг 894,4 г, драгоценных камней, их же в золотой оправе, – 40 кг 177,8 грамма (39). Приблизительно можно вычислить, во что же обошлось это узаконенное ограбление наших церквей. Стоимость пуда серебра в 1922 году по документам Политбюро составляла 172 рубля (округлённо). Значит, 560 пудов серебра (это 9 тонн 179 кг) стоили в знаках 1922 года почти 96 320 рублей. 18 фунтов золота (7,5 кг) – 3665,6 руб., 2 пуда изделий из камней с золотой оправой можно оценить почти в 40 000 рублей. Эта приблизительная, округлённая сумма составит 140 тысяч рублей знаками 1922 года. В неё не включена, вполне понятно, стоимость драгоценностей, которые скрылись в карманах красных галифе, особенно в первые недели изъятия, когда не был налажен учёт и ценности сдавались без точных описей. К полученным от ВЦИКа 16 мая 1922 года 100 000 рублей прибавьте 40 тысяч, высланных через Госбанк. И что получается? Получается такой результат, в который не только трудно, но даже страшно поверить,  – стоимость всех изъятых церковных ценностей в губернии равняется стоимости затрат на само изъятие. Эти расчёты подтверждаются выводами, сделанными по документам Политбюро в масштабах страны: изъятые у Церкви ценности пошли на экономический разгром самой Русской православной церкви. ■ ■ ■ Источники 10 – ГАНО, Р-822, оп. 5, д. 2, л. 37. 11 – ГАНО, Р-215, оп. 1, д. 166, л. 26. 12 – ГАНО, Р-822, оп. 1, д. 346, л. 16. 13 – там же. 14 – ГАНО, Р-214, оп. 4, д. 3, л. 1. 15 – Звезда, 10 марта 1922 года, № 54. 16 – там же. 17 – ГАНО, Р-822, оп. 1, д. 346, л. 87. 18 – там же. 19 – ГАНПИНО, Ф-115, оп. 1, д. 474, л. 4. 20 – ГАНО, Р-822, оп. 1, д. 346, л. 171. 21 – там же, д. 338, лл. 15–25. 22 – Порфиридов Н.Г. Новгород: Воспоминания. – Л.,1987. – С. 138. 23 – ГАНО, Р-822, оп. 1, д. 338, л. 48. 24 – там же, лл. 84–86. 25 – ГАНО, Р-822, оп. 1, д. 338, л. 211, д. 337, л. 215. 26 – Чёрная книга. – С. 282. 27 – Звезда, 31 мая 1922 года, № 110. 28 – ГАНО. Р-822, оп. 1, д. 346, л. 50. 29 – Звезда, 28 мая 1922 года, № 115. 30 – Звезда, 2 июня 1922 года, л. 119. 31 – ГАНО, Р-822, оп. 1, д. 420, л. 80. 32 – там же. 33 – Порфиридов Н.Г. – С. 136. 34 – Новый мир, 1994, № 8, с. 199. 35 – ГАНО, Р-822, оп. 1, д. 346, л. 165. 36 – там же. 37 – там же, л. 254. 38 – там же, лл. 316, 327, 328. 39 – там же.

21


НА ЗЛОБУ ДНЯ

ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ ИЛИ

ХРИСТОС? Владимир Михайлов

РАЗМЫШЛЕНИЯ О НАСУЩНОМ «Доколе Я в мире, Я свет миру.» (Ин. 9:5) «Всё, что заповедовал Господь из главного – стяжать смирение сердца и укротить гордыню,  – не сделал, всё только в уме. С чем приду к Богу? Со знаниями? А кому они там, в верхах, нужны? Там царит не знание, а дивное и неизреченное совершенство, перед которым умолкает всякая плоть». Протодиакон Николай Попович Корр.  – Как ваш собеседник, я ощущаю стремительный бег времени. Может быть, потому, что я прожил больше половины жизни. И возникает ощущение, что завершается нечто глобальное, огромное, эпохальное. Что это такое, я не знаю и объяснить не могу, но всей душой чувствую  – мы близимся к какому-то контрапункту, к развязке. За вашими плечами  – большая и могучая жизнь. По библейским меркам вы подошли к рубежу, отделяющему временную жизнь от вечности. Вам есть что сказать и чем поделиться. Хотелось бы услышать от вас оценку прожитой вами жизни, взглянуть на сегодняшний день с ваших духовных высот и посмотреть с правильным пониманием на то, что вокруг происходит. О. Николай.– Если бы такой вопрос был задан мне, когда я перешёл только что рубеж сорокалетия, когда я был ещё советским человеком, окончившим два советских вуза – юридический и экономический  – и ко всему прочему состоял в партии, я бы ответил так: история совершается по законам экономического и иного развития. И о законах Божественных я не сказал бы ни слова. А вот теперь, когда я стал человеком верующим (это, кстати, произошло в сорок два года), считаю, что родился заново и что до этого моя жизнь была чисто плотская, чисто рациональная. Я был патриотом, старался исполнять свой рабочий долг, пятое–десятое и так далее, но жил, как говорится, по страстям. Поэтому сегодняшнюю беседу я бы хотел начать словами Спасителя Христа из девятой главы Евангелия от Иоанна: «Доколе Я в мире, Я  – свет миру». 22

Это высказывание удивительно глубокое, и я часто о нём думал. Сегодня Европа объявила себя постхристианской страной, отказалась от христианства. А история уже показала, что там, где люди, нации отказываются от Бога, наступает катастрофа. Эти нации волной бедствий смываются с лица истории. На мой взгляд, то, что происходит сейчас в Западной Европе, подводит итог их вольнодумству, их ригоризму, их вседозволенности. Думаю, что англосакская и германская расы скоро сойдут со сцены, потому что у них разрушена семья, у них разрушены нравственные отношения, и только ещё внешне они остаются в видимости благовоспитанных людей. Внутренней же культуры там нет. А высказывание Спасителя проходит через всю историю – и даже там, где Христа признают лишь частично, как, например, баптисты и адвентисты, всё равно есть кусочек света, который не делает их мёртвыми. А там, где имеет место отказ от Бога, от Христа, там наступает духовная смерть. И не за горами смерть физическая как следствие того, что люди вне Бога лишаются смысла жизни. Посудите по культуре. Её заменила попса  – то, что услаждает плоть, слух и низменные страсти. А великая европейская культура, например, Бетховен в музыке, Бах, Брамс, Лист – это же культура христианская. Там, конечно, есть элементы католицизма, но что делать… Наш композитор Глинка поначалу учился у них и лишь потом обратился к русской национальной культуре. И в результате мы имеем великую русскую культуру. А возьмите нашу живопись! Пять лет назад я был в Питере и пошёл в Эрмитаж, а потом – в Русский музей. И что я увидел? Блестящую живопись Рубенса и других западных классиков, но там  – явный культ плоти. А в картинах Русского музея – преимущественно культ духа. Так что остаётся одна надежда – на Россию. Мы потерпели страшное поражение в 17-м году, мы похоронили Святую Русь. Сейчас она всё-таки пробивает себе дорогу сквозь страшные завалы истории ХХ века. Однако начинать анализ надо не с дней сегодняшних. Духовный кризис разразился в 1917 году. Тихон Задонский, любимый святитель Игнатия Брянчанинова, говорил, что «православие уходит из России неприметным образом, ибо оно  – таинство и дух». И это было сказано


НА ЗЛОБУ ДНЯ тогда, когда мы были могучим государством. При Екатерине Второй мы одержали колоссальные победы против турок, мы защищали монархии на Западе. Но из-за Петровской реформы, которая нанесла страшный удар по православию, мы, к сожалению, вместо того чтобы поставить на первое место Православие, поставили Державу. Государственность стала культом и идолом. Конечно, когда государство красиво, когда оно могуче и зажиточно, это хорошо. Но когда в государстве усматриваются вся суть жизни и высшая цель, тогда эти доктрина и практика совершенно

и её усовершенствования для облегчения труда, а также в области селекторской и прочее. – А Западу надо было взять за образец наше монастырское благочестие – и цены бы всем не было! – Да-да! Потому что мы, как известно, исповедовали доктрину Третьего Рима – не их могучего государства, а как образец симфонии государства и Церкви. Эта симфония была разрушена Петром Первым. Он увидел колоссальные достижения западной цивилизации в области мореплавания, техники и так далее. Но главное – он понял, что

расходятся с христианством. Неслучайно именно при Екатерине стали закрываться монастыри, потому что государственной власти в лице монархов было непонятно, что делают в монастырях монахи. Монархи и их окружение считали, что надо работать, надо созидать, надо строить общественную жизнь. А молитва... подумаешь, молитва. Что это вообще такое?!.. Наш великий философ, к сожалению, рано умерший – Иван Киреевский, в своей работе «О просвещении Европы» сказал так: «Где лежит отличие наше с Западом? Если в Средние века лицо Европы покрывали университеты, и именно они формировали мировоззрение западного человека: прогресс, наука, либерализм и прочее,  – то лицо России в это время покрывали монастыри, которые были училищем благочестия русского народа». Конечно, эти вещи несовместимые. Тут, конечно, не надо впадать в крайность. Можно было взять, к примеру, некоторые идеи Запада, особенно в области техники

государство там стоит во главе, Церковь же исполняет подчинённую роль. И Пётр лишил Церковь главного – Её духовного стержня. И Церковь превратилась в служанку государства, что нанесло и Ей, и обществу колоссальный моральный ущерб. Заболела антицерковной болезнью прежде всего аристократия, правящий класс, а за ней потянулась и интеллигенция, особенно после Николая Первого. При нём служивая интеллигенция значительно разрослась. Это – дети священников, служащих, учителей. Эти люди заразились нигилизмом, и мы пришли к тому, что в 17-м году отказались от православия. Однако сегодняшний день отличается от того времени. Я наблюдаю, что многие крупные учёные, филологи и философы, конкретно потянулись к православию. Почему? Да потому, что тот идол прогресса, науки и либерализма лопнул. Где же выход? Только в Церкви. Сейчас как никогда стало ясно, что человек на земле – существо временное, и его задача состоит в том, что23


НА ЗЛОБУ ДНЯ

бы соединиться с Творцом жизни, с Богом, потому что Господь нас сотворил для вечной жизни, а не только для этой земной. Конечно, мы не отрицаем значимость жизни на земле. Но надо отдавать Богу Божие, а государю – государево. А у нас произошёл обратный перекос. – В обществе на официальном уровне нет созидательной идеи. Непонятно, что там творится. Вы упомянули в нашей ранней беседе об одном старом человеке, который заявил, что Сталина надо причислить к лику святых и что это обязательно будет сделано. Ныне в патриотических кругах делаются попытки провести параллель между Сталиным и Грозным. И возвести обоих на уровень государственной святости. За то, что они боролись с разными ересями и еретиками, огнём и мечом наводили порядок. Потому что, дескать, в нашей стране иными способами делать нечего. – Понятно. Но это идёт в противоречие с учением Христа. Если мы признаём Христа-Бога как 24

Основателя жизни, как Творца человека и как безусловную и непререкаемую Истину – по учению, изложенному в Евангелии,  – то тогда мы должны сказать следующее: что такое Сталин и Грозный? Это опять держава. Культ державы. А что вторично? Да, Церковь навсегда при таком раскладе вторична. Первичность же отдаётся державе. А на каком основании её строить-то? – Вторичным будет и Христос. – Совершенно верно! В Евангелии мы читаем, что даже самые близкие ученики Христа, самые любимые Им – братья Зеведеевы, Иаков и Иоанн, – вместе с матерью просили у Господа разрешения сесть со Спасителем во славе по правую и левую сторону. Они думали, что вотвот восстановится Царство Израиля и Господь как Президент, как Царь и Правитель воссядет на престол, а они при этом будут справа и слева. Это всё старая болезнь. Господь сказал Пилату на допросе приблизительно так: «Если бы Моё Царство было от мира сего, то за него бы все подписались. А так – Меня предали, во Мне разочаровались, ибо Я не утверждал Царства на земле. И не создал его». Потому что Господь не дал законы общественно-экономического и политического развития человеческого сообщества. Он дал только нравственный закон, наиважнейший. Он дан и через Моисея, ветхого пророка, и он же дан и освещён во всей своей полноте в Евангелии. Без Бога и Его нравственности всё рушится. И государство делается идолом. И возникают человеческие культы и человеческие жертвоприношения, неважно где – на алтарях или в военной бойне. Где себялюбие – там деградация. Возьмите Рим. Сейчас все носятся с Наполеоном, двухсотлетие победы над которым мы недавно отметили, полагая, что он  – великий полководец. А Суворов о нём сказал так: «Широко шагает мальчик. Пора его унять. Но чтобы я не превозносился и не возгордился, Господь отправил Наполеона в Египет. А так бы я его разбил». Что такое Наполеон? Этот тот же римский император. Это та же попытка создать насилием мировую империю. Это тот же Сталин и в известной степени  – Иван Грозный. Ибо все они строили государство, которые было превыше Церкви и Божественного нравственного закона. Это – трагедия. И началась она давно  – и продолжается доныне. И если мы этого не поймём, то никогда ничего не построим, всё будет на песке. Третий Рим России – это не Рим в понимании римской истории как культ императоров и их могущества. Третий Рим  – основа исключительно духовная. Там, в Риме, Пётр и Павел принесли свои жизни за Христа. Оттуда началось возрождение христианства после того, как оно перешло в Рим из Иерусалима. Однако впоследствии трагедия разделения XI века, к сожалению, всё извратила и разбила. Но всё это, очевидно, было попущено Богом, чтобы смирить человеческую гордыню.


НА ЗЛОБУ ДНЯ – В наше время дьявол борется с Церковью через разврат. Наркотики, водка, половой акт – вот три слагаемых разврата общества на сегодня. Оттого в обществе и разделение на тех, кто считает отвязанных девочек, плясавших на амвоне, и феминисток, ходивших голыми перед храмом Христа Спасителя, правыми, и на тех, кто ещё ужасается этому. – Какие это девочки? Это развратные бабы! – Да-да, простите. Женщины, отягчённые семьёй и детьми. Так вот раньше всё бы было ясно. Разврат он и есть разврат. Хулиганство – хулиганство. Кощунство – кощунство. А сегодня грех юридически оправдывается и легализуется, извращенцы наделяются грандиозными правами из-за того, что во власть мира сего пробрались именно они. Рука руку моет. Оттого все и злобно негодуют, что кощунниц посадили. Восстали какие-то деятели Запада, вдова Леннона, кумир нашего времени Пол Маккартни (а вот он каким дяденькой-то оказался…), некие европолитики выставляют их на премию Сахарова и Кандинского и уж чуть ли не Нобелевку им варганят. Первое октября объявили днём международной солидарности с ПР. Кто объявил, правда, непонятно, какие-то тёмные личности, оккупировавшие интернет-пространство. И главное, что все всё понимают, но страсти и закосневшие пороки сильных мира сего вносят самые печальные коррективы. Как перевернулся мир! И нарочно бредят непотребствами, чтобы нивелировать всё на свете! Правда, сказано, что Россию попытались одолеть войной, но не получилось. Значит, надо развратить молодёжь. Что и делается. – В том-то всё и дело. Свобода, понятая как произвол плоти и как свобода необузданных страстей,  – это грех. Свобода же подлинная  – это свобода от греха. Дарвинистам проще. Они полагают, что все мы  – полуживотные, что мы конечны, будущего не имеем, смысла жизни  – тоже. Поэтому всё относительно. Хочешь разврата? Пожалуйста! Кто сказал, что его нельзя? На каком таком основании? И правда  – у материалистов его нет. Там всё дозволено, там бездна нигилизма. Если нет вечной жизни, то для чего какие-то нравственные запреты? Ешь, пей, веселись, ибо завтра умрёшь. Всё. В Библии мы читаем, что израильский народ по попущению Божию уничтожает развращённые племена. Они приносили человеческие жертвы, там процветали гомосексуализм, многожёнство, все пороки. Всё старо. Именно по этой причине Господь разрешил израильтянам уничтожить все эти племена как окончательно лишившиеся смысла жизни и оторвавшиеся от Бога. И тот же Бог показал евреям, что они – народ избранный, что им дан нравственный закон, категорически выступа-

ющий против вседозволенности. Там и защита семьи, и личности, и имущества, там и доброжелательное отношение к человеку. А уже христианский закон возвёл эти нравственные принципы на высшую ступень – ступень любви, сострадания и жертвенности, открывшую человеку путь к бессмертию и вечной жизни. Современная Европа с момента раскола Церквей ненавидит Россию за то, что мы всё ещё нравственны и даже пытаемся вернуться к истокам, к Святым Отцам. В том числе это стремятся сделать и наши учёные, историки. Ибо Святые Отцы осуществили то, что заповедовал Христос, – прилепиться к Богу всем сердцем, крепостью, душой и разумением. Они порвали почти все связи с землёй и грехом. Как говорил преподобный Амвросий Оптинский, человек должен напоминать собой колесо, которое только одной своей малой частью касается земли, а всё остальное у него возносится к небу. Так должна жить и Россия. Она так и жила до своих страшных потрясений. 25


НА ЗЛОБУ ДНЯ – Что вы можете сказать о Сталине? Это важная тема. Опять всё возвращается к ней, к принципу державности, приоритета плоти над духом. – К сожалению, для многих нецерковных людей – и даже для некоторых священнослужителей  – Сталин продолжает оставаться привлекательной фигурой, поскольку его жёсткая и твёрдая рука навела в России порядок, вернула ей её территории, создала советскую империю. Но в основе-то её лежат кровь и слёзы. Уничтожение крестьянства. К 37-му году было расстреляно сто тысяч священников!.. – Сталинисты утверждают, что всё это делали троцкисты и им подобные. – На самом деле было вот что: в 37-м был указ Сталина, где во все областные центры были посланы цифры, кого и сколько там нужно расстрелять. Чекисты же, как всегда, перевыполняли план. Они потом гордо говорили, что расстреляли не 1500, как полагалось по плану, а скажем, 1800. За это они получали ромбы, ордена и прочие вещи. Почему всё было именно так? Да потому, что Сталин готовился ко Второй мировой войне, и он не доверял своему тылу, особенно после коллективизации. Потому что именно он уничтожил крестьянство, даже не Ленин. Крестьянство с момента введения НЭПа сразу ожило, и к 27-му году мы стали догонять 13-й год. У нас появилась твёрдая валюта. Упаси Боже оправдывать Ленина. Сталин был верным ленинцем и последовательно проводил его политику в жизнь. Однако так или иначе, но именно Сталиным было уничтожено самое главное: духовенство, крестьянство и остатки русской интеллигенции, в том числе и научной. Возьмите Королёва и других учёных, которые сидели в тюрьмах и лагерях. А Туполев? Брата генетика Вавилова, президента Академии наук? Их десятки, этих выдающихся учёных. Уничтожали всех тех, кто не признавал марксизм-ленинизм как истину в последней инстанции. Это была политика Сталина. Он прекрасно понимал, что может править только с помощью железной дисциплины и безоговорочного подчинения его власти. – Что вы можете сказать о христианском социализме? – Тому, кто начинает разговоры о христианском социализме, хотел бы заметить: скорее всего, он не был попущен Богом для России, хотя он бы дал нам государство совершенно иное. Ибо такие три крупные личности, как Бухарин, Рыков и Томский, составили оппозицию против сталинской коллективизации. К ним же примыкали два великих учёных  – Чаянов и Кондратьев, оба  – члены Госплана. Они ещё до революции были зачинателями кооперативного движения и объединения крестьян в могучие кооперативы. Позже их расстреляли. Я не превозношу Бухарина как безбожника и атеиста, как члена ленинской гвардии. Но он смотрел дальше, чем Сталин. Он 26

сказал, что мы должны отказаться от коллективизации и ратовать за мирное врастание кулака в социализм. То есть чтобы богатый крестьянин молился на социализм, чтобы, когда нужно, он арендовал сколько надобно земли и так далее. Это была очень правильная, но и опасная позиция, с моей точки зрения. Судите сами: к 27-му году мы становились уже богатыми, и дальнейшее развитие кооперативного движения в колхозы могло привести к всеобщей сытости населения. А там, где сытость, там всегда безбожие. Посмотрите на сегодняшнюю сытую Европу. Она, как я уже говорил, официально отказалась от христианства. Поэтому репрессии 30-х годов в многострадальной России – это сбор урожая, который приготовил Господь. Он собрал чистое зерно мучеников из духовенства, аристократии, учёных и крестьянства. Все они пошли в чистые закрома Христовы. А остальные, неверующие, злые и падкие до власти и до чужих страданий, получили по заслугам. Но это, повторюсь, только моя точка зрения. Такое направление в плане кооперативов принял сейчас Китай. У него нет репрессий против богатых крестьян. Но как говорил Достоевский в своих «Дневниках», он, писатель, боялся одного, что социализм отвратит людей от Бога и через сытость люди перестанут быть верующими. Что, Китай стал верующим от своего изобилия? Да там сплошные материя и прагматизм, никакой веры, все взоры – только в землю и деньги. Культ государства, старый, как мир. Сытость и благополучие  – это бич духовности. Так, в Европе разрушены семья, культура, важнейшие национальные завоевания. Всё это грозило и нам, поэтому Господь и не попустил Бухаринской концепции. Теперь о Сталине. Когда я работал сторожем и алтарником в церкви – это были 70-е годы, – я, помню, прочитал в какой-то эмигрантской газете воспоминания одного православного грузина в Америке. Он вместе со Сталиным учился в семинарии. Он отметил его удивительные способности и его живой интерес к истории. Он сказал, что Сталин, будучи юношей, всегда любил историю. И он выбрал себе тему курсовой работы «Причины гибели Цезаря». Сталин – отвлечёмся – личность особая и определяющая во всей большевистской партии. У него было нешаблонное мышление. И он заинтересовался механизмом власти как таковой. Как власть берётся, как она осуществляется и каковы её основные пружины. Этой темы глубоко коснулся Автарханов в работе «Технология власти». Кстати, биография Сталина как-то скрыта. Принять в церковно-приходскую школу, а уж тем более в семинарию сына сапожника было делом маловероятным. Неслучайно Сталина считают либо незаконнорождённым сыном Пржевальского или кого-то из князей. Мать его была очень красивой и работала горничной. Упаси Бог меня в чём-то её обвинять, она


НА ЗЛОБУ ДНЯ

была верующим человеком, но всякое могло случиться. Так или иначе Сталин был устроен в церковно-приходскую школу, которую блестяще окончил, потом был принят в семинарию, где очень хорошо учился. И что интересно: в отличие от нашего нынешнего университетского образования в то время Рим изучали досконально, и римское право в особенности. Вот он и написал там свою вышеупомянутую работу. И сделал вывод, что Цезарь погиб потому, что не создал аппарата личной власти. Далее: будучи в ссылке со Свердловым, он развил свою идею будущего построения партии, о чём Свердлов писал впоследствии либо Ленину, либо Троцкому. Коба, говорил Свердлов, меня удивил. Он говорил, что будущая коммунистическо-большевистская партия должна быть похожа на иезуитский орден, где господствует абсолютное повиновение папе и где у членов партии отсутствует всякое собственное мнение. Всё должно строиться исключительно на папе. Свердлов, удивившись такой точке зрения Сталина, стал было говорить о необходимости дискуссий. Но услышал: никаких дискуссий! Мнение одно: партия никогда не ошибается. Дальше: поскольку Сталин хорошо знал римскую историю и римское право – это мои мысли, – то он был наверняка в курсе дела о том, что до Юлия Цезаря был Помпей, которого Юлий уничтожил. Однако всех сенаторов и иных приближённых к Помпею лиц он взял в свой правительственный аппарат. И они, продолжая любить

Помпея, тайно ненавидели Цезаря как узурпатора власти. И когда он был убит, то его правая рука и любимец Помпея Брут активно участвовал в убийстве. «И ты, Брут…» И когда Сталин был назначен членом Политбюро, председателем совета Политбюро тогда был Ленин. Сталин же готовил повестку дня заседаний Политбюро. У него был маленький аппарат помощников. Уже с 1919 года и так далее. Среди аппарата помощников были Ворошилов, Каганович, Молотов, Маленков, Орджоникидзе и ряд других деятелей, которые подавали бутерброды и вызывали автомобили членам Политбюро: Троцкому, Бухарину, Зиновьеву, Каменеву и прочим. А ведь это был будущий аппарат власти, который Сталин и создал. Они были ему абсолютно преданы. Это был именно иезуитский орден, во главе которого стоял непогрешимый папа, никогда не ошибающийся. Генеральный секретарь – генератор всех идей, он вне критики. Поэтому, когда сын Сталина Василий в 1952 году поднял самолёты в воздух вопреки решению командующего маршала Когарева и разбилось несколько машин, был виноват Василий Сталин как командующий московскими ВВС. Сталин вызвал его к себе и спросил: «Почему ты ослушался приказа командующего и назвал себя Сталиным? Даже я не Сталин». Вот до какой высоты он поднял статус своего управления. Вот это аппарат власти! Сталин, зная природу человека, понимал, что только страх может удержать человека в повинове27


НА ЗЛОБУ ДНЯ нии. Отсюда – постоянная смена кадров, постоянные репрессии, постоянные аресты. XVII съезд партии тому пример. Арестовывались поодиночке дома. Он лишь допустил громадную ошибку на пленуме ЦК 1952 года, когда сказал, что в руководстве партии появились предатели: Молотов, Ворошилов и, по-моему, Каганович. Поэтому они его и убили. А вот если бы он этого не сказал и продолжал арестовывать поодиночке, диктатура бы просуществовала дольше. Почему правление Сталина импонирует сегодняшним людям? Казалось, что повсюду порядок и дисциплина. Но какой ценой?! ГУЛАГ был жуткий.

ный совет. Это 46-й или 47-й год, где он говорит, что победил в Великой Отечественной войне новый общественный строй во главе с коммунистической партией. Никакого русского народа уже не оставалось. Далее – начиная с 49–52-го года появились его следующие указания: отобрать у Церкви все храмы, которые были возвращены ей во время войны. Они были предназначены для хозяйственных нужд. Сталин, как марксист, считал, что ленинизм с его диалектическим материализмом есть истина в последней инстанции. А что касается уступок Церкви, то это была чистая тактика, очень умный, толковый тактический

Сталин и Хрущёв. 1936 год

Говорят: при нём понижались цены. Но каждый год увеличивался налог на крестьян. Крестьяне были задавлены сверх меры. Никто не мог никуда выехать, ни у кого не было паспорта. Люди стали вырубать садовые насаждения, яблони, потому что буквально всё, от плодовых деревьев до последней курицы, облагалось налогом. За счёт этого, по-видимому, и достигалось снижение себестоимости продукции. Но в любом случае Сталин оставался убеждённейшим марксистом-ленинцем. Он аппарат Ленина-Помпея сверг и создал свой, но остался на позициях вождей мирового пролетариата. Вот всех умиляет тост за великий русский народ. Это 45-й год после Парада Победы. Но почему-то забывают или не хотят знать, или замалчивают его речь перед избирателями Бауманского округа в Верхов28

приём. И плюс 37-й год, когда он отверг разрушительную еврейскую псевдокультуру и поднял на щит культуру русскую. – А что представляла собой эта псевдокультура в те годы? – Объявили Пушкина буржуазным писателем, его сдавали в архив. Это было отрицанием всей русской культуры, основанной на христианстве. Отрицалась и вся история. Была попытка установить свой Пролеткульт, культуру новую. Её квинтэссенция – разрушение русской культуры, основанной на православии. Провозвестниками этой неокультуры были Троцкий, Бухарин, Луначарский (хотя он был образованный и вилял туда-сюда). Она была нацелена на уничтожение традиционной России, её исторической памяти. Почему Сталин изменил свою позицию, и к сто-


НА ЗЛОБУ ДНЯ летию Пушкина стала реанимироваться русская культура? Да потому, что он понимал: впереди – война, беда. И что воевать будет русский народ, силу которого он понял. Отказаться от русского народа означало проиграть войну. Отсюда тактика – поднять патриотизм. Возможно, у него могли быть и личные симпатии к истории – но не могу сказать здесь ничего определённого. Но то, что он был и остался убеждённым марксистом-ленинцем, сомнению никакому не подлежит. На столике у него лежала «Критика Готской программы» Маркса, где было обосновано учение о диктатуре пролетариата и необходимость удержания им власти. Всё это существовало в Сталине до последнего дня. Вот и всё. – А Иван Грозный? Как быть с ним? – Правильно о нём говорил Патриарх Алексий. Нельзя одновременно канонизировать игумена Корнилия, убитого Иваном Грозным, и самого Грозного. А кто убил митрополита Филиппа? Он. У кого было семь жён? У него. Ну и всё. Какая тут святость? Да, он был государственником и монархистом, считал себя преемником византийских императоров. Но кровь всегда только разъединяет. Так что плач по государственности должен быть обоснован другими авторитетами. У нас многонациональное государство. Надо собрать государство под эгидой русской национальной культуры и русского народа, отказаться от западничества, от международного права, которое довлеет над правом национальным, и ввести своё право. Зачем нам ориентироваться на Запад, когда там сплошные разврат и гомосексуализм, где уже нет никакой семьи?! Там, там всё порядочно, культурно, там не плюнут где попало. Но вот вам гораздо более существенный пример. Недавно узнал из СМИ, как два старых англичанина имели свою гостиницу. И к ним пришли два человека снять номер. Нам, говорят они, нужна двуспальная кровать. «А где ваши жёны?»  – «А мы и есть муж с женой». Два мужика! И британец сказал: «Мы не сдаём гомосексуалистам. Мы – христиане». Те подали на них в суд, и суд оштрафовал хозяина гостиницы за нарушение прав. И что же нам принимать оттуда? Властителям нашим надо понять следующее: как говорил святой праведный Иоанн Кронштадтский, всё нам с избытком дано МатерьюЦерковью. Как поститься, как разговляться, как жить, как спасаться, как себя вести с людьми. Всё дано. Если мы примем всё это, мы выживем. Иначе христианство уйдёт из России, ибо оно есть таинство и дух. Дух, созидающий стержень и основу основ нашей страны. Это надо понять государственникам. Так что на первом плане должно быть православие как путь к Богу, а только потом уже государство. Должна быть симфония. – А вот говорят – если будет Церковь, то будет инквизиция и всех будут только топить

и вешать. Искоренится всякое инакомыслие, и люди станут зомби. – У нас только одно тяжёлое пятно на церковной истории – это борьба со старообрядчеством. Это, конечно, страшная рана, которая была нанесена Церкви властолюбивым патриархом Никоном. Упаси Бог мне его осуждать! Но неслучайно Поместный собор 1918 года не восстановил его в патриаршестве. А митрополит Арсений Мациевич Ростовский, которого Екатерина посадила на цепь, был восстановлен в митрополичьем сане как мученик. Ибо он был против того, чтобы государство отобрало у монастырей крестьян. А ведь в монастырской ограде спасались крестьянские семьи и целые деревни. И владыка Арсений понимал, что если отобрать крестьян и от монастырей, то люди будут быстро обмирщены и развращены. Однако в объяснение и оправдание патриарха Никона и Алексея Михайловича можно сказать, что поскольку мы тогда уже становились державой могучей и на повестке дня стоял вопрос об освобождении Византии от турок, то нам было нужно унифицированное единое богослужение по греческому обряду. Однако Греция потеряла свою чистую духовную основу, так как она приняла Флорентийскую унию и была испорчена католичеством и всякими светскими учениями. И те учёные монахи из Греции, которые тогда обступили Никона, не были православными в полном смысле этого слова. А желание поставить крест над Софией было столь велико, что унификация богослужения настоятельно требовала введения единообразия. Видите, опять государственные амбиции на первом плане! Соловецкая обитель, где не приняли нововведения Никона, была подвергнута осаде, с монахов заживо сдирали кожу, их подвешивали на дыбе, своими собственными русскими руками мы уничтожали русских. Как можно такое оправдать? Сегодня исторический процесс обессмыслился. Исчезают империи, разврат становится нормой поведения, жестокость и алчность правят миром. Всё катится в пропасть, наступает век невиданной деградации основ человеческого естества и духа. В этих условиях только возвращение к Церкви и указанному Ей пути спасения вернёт России честь, славу и смысл жизни. И только в этом случае мы будем иметь право на жизнь. А сейчас подавляющее большинство живёт в кредит благодаря долготерпению Бога. Но всему на земле приходит конец, в том числе и терпению. – Вас внешне путали всю жизнь с Солженицыным. Что мы можете о нём сказать? – В своих оценках истории он стоит целиком на светских позициях. Его мировоззрение государственное, честное, патриотическое, но рациональное, не православное. Мы цепляемся за мир и его благоустройство, а он уже обессмыслился. 29


КАЗАЧИЙ КРУГ

ЧТО НУЖНО

ДЛЯ ВОЗРОЖДЕНИЯ

КАЗАЧЕСТВА? Бажен Петухов

В

наше время писать на тему перспектив и возможностей реального возрождения казачества – едва ли не то же самое, что рассказывать сказку про молочные реки и кисельные берега, об острове Буяне, где ходит бык печёный, в боку нож точёный, летают жареные куры, а на деревьях растут сайки и калачи… Серьёзно ли всё это вообще? А ведь прошло меньше ста лет с тех пор, как революцией была разорвана присяга, скреплявшая поголовное воинское служение казаков России – государю и Отечеству, Дому Пресвятой Богородицы; и всего шестьдесят семь минуло со дня Победы – последнего большого подвига, свершённого казачьими кавдивизиями плечом к плечу с другими народами страны… А после того, уже совсем недавно – в конце 80-х годов, – на ровном, можно сказать, месте возникло казачье движение: появились военно-исторические клубы, в которых не только носили историческую форму, но и по-настоящему считали себя преемниками поручиков и есаулов и даже приносили присягу по-имперски или Всевеликому войску Донскому 1918 года. Это в советское-то время! Начали собираться энтузиасты; спорили и соглашались, призывали и приносили прадедовские реликвии – неизвестно как сохранившиеся шашки, георгиевские кресты, фотографии в лампасах, в папахах набекрень… И проснулось от летаргии, которую уже трудно было отличить от смертного сна, казачество. «Спросонья» отстрелялось в Приднестровье от молдавской агрессии, в Абхазии – от грузинской; сказало своё боевое слово на Балканах и в горах Чечни… Проснулось – но встало ли на ноги? Сто лет назад казачество, служившее государю и России, общинно владело обширными землями, которые исторически были добыты кровью и потом самих казаков. Каждый из них (только мужчина!) имел неотъемлемое право на выделяемый войском  – Донским, Кубанским, Терским, Амурским, Уральским, Забайкальским… их было 11  – земельный пай. Продать его казак не мог, но в остальном был абсолютно свободен. Или обрабатывал сам, или сдавал в аренду. Казак был экономически самостоятелен; больше того – его экономической самостоятельности хватало на 30

то, чтобы на свои собственные средства снарядиться на военную службу: строевого коня, обмундировку, шашку, кинжал, пику он справлял сам – только винтовку выдавало государство. Земельный пай входил в территорию станицы. Это была и его «малая родина», и его самоидентификация: казаком имел право считаться только тот, кто входил в «станичное общество»; при встрече, знакомясь, казаки первым делом спрашивали друг друга: «какой станицы?» Вот в чём была твёрдая во всех смыслах основа казачества. При Советской власти  – даже когда она почувствовала нужду в казаках и позволила им сызнова носить лампасы, для того чтоб было из кого формировать кавдивизии,  – эта «основа» стала условной. Родные станицы оставались родными, но в полной мере своими они уже не были… Не стали и теперь. Нынешнее казачество территориально, пожалуй, распространилось даже больше прежнего: есть теперь казаки в Москве, есть и в Мурманске, где раньше не жили они никогда. Чуть ли не в каждом городе есть казачья организация – землячество, общественная или «реестровая», исполняющая службу государству. Правда, не вполне понятно, какую – правовая и иные стороны службы «реестрового казачества» прописаны очень слабо, наспех, и далеко не во всём она оправдывает себя. И всё же казаки идут в «реестр». Скрипят зубами, но идут. Беда в том, что очень часто им там просто нечего делать, кроме как носить казачью форму нового образца, заботливо разрабатываемую нашими отечественными модельерами… Чтобы войти в станичное общество, нужно было получить на это его согласие. Что было непросто. Как видите, «назначить» казаком никого не мог ни войсковой атаман, ни царь-государь, ни даже Господь Бог. Это было делом выбора личности  – с одной стороны, и народа  – с другой. Более того: эта личность, вступив в ряды народа, не оставалась бесконтрольной. Станичное общество, в котором должен был существовать, из которого уходил на военные службы и куда возвращался казак, неустанно следило за тем, чтобы он жил по-божьи и по-казачьи. И если


КАЗАЧИЙ КРУГ

что – шаровары сымай и при всей почтеннейшей публике на станичной плошади нагаек получай! Да ещё после того благодари за то, что «поучили». Такие «поучения» осуществлялись силами назначенной станичной полиции («приказными» казаками) по предложению атамана либо совета стариков и с согласия всего станичного круга. В казаки вступить мог далеко не каждый, и никто не мог ему этого гарантировать. Тем и ценно было звание казачье. Правда, казаком можно было родиться. Но этого было недостаточно, о чём напоминала старая жестоко-откровенная донская и кубанская поговорка: «Это не ты казак! Дед твой – тот был казак; отец – сын казачий, а сам ты – хвост собачий!» Увы, таких «хвостов» в нынешнем казачестве много. И не без основания иные называют теперь красующихся на экранах и разворотах газет серебряными погонами и «витринами» орденов и медалей «деятелей» и «представителей» казачества клоунами. (Неправы только те, кто по ним судит обо всех и кто забывает о том, что и в других областях нашей жизни не всё «слава Богу». Соломинку в чужом глазу показать всем – милое дело! Но помните, что «мы все – участники регаты», как поётся в популярной песенке, и не спешите на зеркало пенять, имея свой собственный дефект внешности.) Теперь казаком может объявить себя каждый – создать общественную организацию, зарегистрироваться, заказать себе удостоверение в солидной корочке… Статус ка-

зака, такой ясный и твёрдый в прежние времена, стал неясным, начал двоиться и троиться. И в реестровые организации с их, казалось бы, государственно-заданной уставной основой можно как «прийти», так и «уйти» – не сказав ни здрасьте, ни до свидания. Наряду с потомками «природных» казаков (именно так до революции назывались потомки казачьих родов) в «казачье возрождение» конца ХХ – начала XXI века бросились многие «со стороны», и не все из этих многих бескорыстно. Никаких реальных механизмов контроля, дозволенных законом, в этом процессе до сих пор нет. Осуществлять этот контроль «домашними средствами» означает самосуд. Отличить настоящих казаков от «клоунов» – это проблема. А нужны ли сейчас России – и для чего нужны  – казаки? Сто лет назад имперское правительство России уже ставило вопрос о целесообразности казачьих войск в эпоху броненосцев, аэропланов и танков. Первая мировая война подтвердила эту целесообразность  – испытанные казачьи храбрость и сметка, верность казачьих коней и острота шашек выдержали конкуренцию с новыми средствами вооружения. Выдержали с честью  – хотя и не без потерь. Вторая мировая показала, что и на ней казаки как отдельная сила оказались нелишними: советская казачья кавалерия не оказалась беспомощной перед бронированной военной машиной врага, а в составе конно-механизированных соединений по31


КАЗАЧИЙ КРУГ

казала настоящую «боевую работу» по высшему классу того времени! Но теперь оружие нового поколения стало ещё сложнее и эффективнее и уже редко требует «помощи» живого бойца. Разве ему можно обучить в казачьих станицах, как раньше с детства учили джигитовке – боевой акробатике верхом и рубке двумя шашками? Кто разрешит такое? Да и сами по себе сегодняшние казаки насколько превосходят в боевой выучке остальной народ? Прежде они были профессионалами войны – кто они теперь? В чём ценность казачества XXI столетия для России? Есть ведь и без них у нас спецназ, ВДВ и морская пехота… ВДВ и морская пехота, слава Богу, пока что есть. Но солдат – это солдат, пока он в строю, на довольствии и под командованием. И мало кто, сняв форму, продолжает в душе и в жизни быть солдатом, поступать по-воински. Даже офицеры в наше время, получив военное образование, зачастую сразу спешат покинуть ряды Вооружённых сил и найти более тёплую, высокооплачиваемую работу. А кто же будет, как раньше говорили, Родину-то любить? Кто станет её защищать в любых условиях, без приказа, без довольствия, без выгоды? Казак был воином «пожизненно», а может быть, и дольше. Казачество во все века своего существования было сильно тем, что являлось жизненной школой борьбы. Оно готовило людей смелых, инициативных, способных к самоорганизации и самообучению в любых условиях. Каждый казак должен был суметь «развернуть» 32

вокруг себя казачество хоть на пустом месте. «Гол как сокол – востёр как бритва!» Учреждая указами новые казачьи войска на присоединённых к Российской империи землях, правительство посылало туда по горстке казаков – остальных «привёрстывали» на месте из туземцев, желающих крестьян, ремесленников, людей разного звания… В следующем же поколении из этого разношёрстного контингента без всякой помощи извне казаки организовывали настоящее войско, не уступающее по боевым и хозяйственным навыкам «природному» казачеству; войско на самообеспечении  – не требующее дотаций. Мужья уходили на службу  – их жёны и дети продолжали работать на земле. Ловили рыбу на Амуре и в Урал-реке; выращивали коней в Сальских степях и виноград в Кизляре… Долго и кропотливо, в боях и лишениях складывался «генотип» казака, золотой стандарт казачьей «задачливости» во всяком деле («Мы донцы природные – Мы на всё пригодные!» – как пелось на Дону), гибкой переимчивости и железного упорства, умения действовать автономно – и теснейшей сплочённости, верности друзьям-односумам. В этой традиции много ещё нераскрытых секретов, неизвестных зачастую самим казакам, кладов, спрятанных в глубине «на чёрный день»… Вот какой цели могут и должны послужить казаки теперь  – в условиях расползания народа и угасания национального сознания. А обучить бойца недолго – для этого достаточно нескольких месяцев.


КАЗАЧИЙ КРУГ (Отдельно хочу сказать для казачьих националистов – и о казачьем национализме. Его идеи красивы, но исторически непродуктивны и, более того, несправедливы. Даже признание казаков особым народом не должно означать разрыва казачества с Россией: по Божьему промыслу, народы должны не расходиться, а слагаться во единого Адама, искать общей судьбы и дела. Такая общая судьба у казаков и русских налицо… Идея особого «Казачьего присуда»  – изначальной, Богом данной казакам прародины  – включает сама по себе только территории донских, кубанских, терских да ещё уральских казаков: забайкальцев, амурцев, семиреченцев и других, образовавшихся позже и под знаменем империи, она оставляет «сиротами». Независимая «Вольная Казакия», мыслимая казачьими националистами как «исторический перекрёсток народов», явно недодумана и недообеспечена собственным смыслом: что хорошего в том, чтоб быть перекрёстком, по которому каждый пройдётпроедет, намусорит, да и был таков? Напоминаю, что по-настоящему плотными ряды казаков-националистов стали только после 1917 года при деятельной «помощи» иностранных держав – до того практически никто в казачестве всерьёз этих замыслов не принимал. А, стало быть, дело было только в том, что Россия в то время ослабла. Тут как в старинной песне: «Вы подумайте, братцы, вы подумайте…» Хочу обратить внимание и на то, что даже после распада империи – а после и СССР – настоящее казачество осталось только у России и с Россией, что неслучайно. Казаки-некрасовцы забыли старые обиды и вернулись из вековой эмиграции; кубанцы не поддались на призывы уйти в «нэзалэжну неньку Украину», а нынешнее казачество на ней  – образование в значительной мере искусственное; оторванные от общего единства на территориях Казахстана, Туркменистана и Киргизии уральцы, семиреченцы, часть сибирцев думают только о возврате и воссоздании единой и неделимой… «Силовые линии» истории, живая геополитическая задача тут очевидны. Не надо её игнорировать, становясь в независимую «позу». Тем самым вы, по существу, предадите своих же братьев.) Итак, что же нужно и чего не хватает ныне для подлинного возрождения казачества? Не довольствуясь собственными познаниями в этой теме, я задал вопрос троим казакам – поэту, учёному-историку и действующему реестровому атаману. Вот их мнения. Сибирский казак Фёдор Николаевич Черепанов – член Союза писателей России, поэт, защищал Россию от молдавской агрессии в Приднестровье в 1992 году как командир казачьей миномётной батареи – считает, что в основе казачьей жизни и призвания стоит высокий крест служения. Вот принятия этого креста сегодняшними казаками и не хватает для Победы. Фёдор с горечью поведал о том, что в его родном казачьем

посёлке под Усть-Каменогорском (на территории сегодняшнего Восточного Казахстана), жители которого в 1917 году на волне революционных «перемен» почти поголовно отказались от своего казачьего звания, связанного с тяжёлой военной службой, уже не осталось мужских потомков казачьих родов. Он – из последних. Поэт Черепанов считает, что это не случайность, а наказание свыше за измену высокому долгу предков, который мы должны иметь мужество выполнять. Донской казак Юрий Валентинович Сухарев  – историк и преподаватель истории, член Союза писателей России, бывший сотрудник Министерств по делам национальностей и развития регионов, офицер запаса  – уверен, что дело не сдвинется с мёртвой точки, пока правительство не изменит своего отношения к казакам коренным образом. Казачество должно стать действительным резервом государства – а для этого ему необходимы правовая база и кредитование: создание Казачьего банка, что позволит общинам на местах прийти к хозяйственной самостоятельности, и формирование полноценных казачьих частей в составе армии РФ. Природный яицкий казак Виктор Владимирович Заплатин  – атаман Московского городского казачьего общества, казачий полковник, участник боевых действий в Приднестровье, Боснии и Абхазии  – стоит на том, что основой казачества и в наше время должно быть общинное землепользование. Землю, которую казаки будут возделывать и защищать, нужно предоставлять компактным, дееспособным казачьим общинам – станицам и хуторам. Государство же сегодня фактически передаёт землю в руки тех, кто её обрабатывает,  – наёмникам-мигрантам и арендующим диаспорам, обрекая русское крестьянство на вымирание. Существенной помощи, поддержки сверху казаки не получают никакой. 154-й закон (о государственной службе российского казачества) финансово не подкреплён, реестровые казаки служат «за свой счёт»… Атаман откровенно признаёт, что казачество сегодня в прямом и переносном смысле стоит на паперти (храма Христа Спасителя по праздникам, в частности) – пусть и в полной парадной форме, но преимущественно с декоративными функциями. А вот миссионерская деятельность Русской православной церкви на землях, традиционно населённых казаками, могла и должна быть более смелой и активной. Как никогда, сейчас необходимо казачеству побуждающее к созидательной деятельности слово пастыря, но звучит оно неправомерно тихо и робко. А ведь православная вера, российская государственность и традиции предков  – это три начала, на которых стоит и, даст Бог, устоит казачество! Одна станица на границе способна заменить собой две заставы; мы ещё сможем накормить и сможем защитить Россию. Мы уже возродились,  – говорит атаман,  – мы есть. Теперь мы должны развиваться. 33


ИНДЕКС БЛАГОРОДСТВА

«Рука Всевышнего

спасла!» Отечество

Арсений Замостьянов

Многие бо люди дивятся мужественному твоему храбрству. И радуются, что Бог тебя принёс к великому государству, Понеже всегда против супостатов лица своего не щадишь, К Богу, царю и ко всем человекам правду творишь. Это сказано про князя Димитрия Пожарского.

Н

ачну с воспоминания. Ничего удивительного, что для меня потрясением стала первая поездка в Суздаль – в летние каникулы, после первого класса. До сих пор помню то ощущение русской сказки, город, в котором остановилось время. Побывал я тогда и в Спасо-Евфимиевом монастыре. Там и увидел могилу князя Пожарского, которая выглядела удивительно невзрачно: барельефный портрет витязя, низенькая плита. И здесь похоронен легендарный спаситель Отечества! Это имя я знал, оно воспринималось как один из синонимов доблести, и знали мы его, конечно, в связке с «гражданином Мининым». Правда, неподалёку в сквере стоял вполне представительный памятник Пожарскому  – не в полный рост, зато с имитацией кремлёвской стены в композиции… Конечно, я тогда не знал о горестной судьбине могилы героя. В конце XVII века усыпальница Пожарских пришла в запустение. Ещё через век её разобрали, а надгробные плиты употребили для строительства новых монастырских построек. Только в середине XIX века великие князья, посетив Суздаль, опомнились и внесли первый взнос в будущий мемориал Пожарского. Через 25 лет по всенародной подписке над новой могилой Пожарского возвели часовню. А в 1932 году, за несколько лет до того, как советские идеологи повернутся лицом к историческому прошлому, неистовые ревнители революции снесли часовню. Было в те годы такое разрушительное настроение: Я предлагаю Минина расплавить, Пожарского. Зачем им пьедестал? Довольно нам двух лавочников славить – Их за прилавками Октябрь застал. 34

Случайно им мы не свернули шею, Я знаю, это было бы под стать. Подумаешь, они спасли Рассею! А может, лучше было б не спасать?.. Это – Джек Алтаузен. Сколько всего в каждом из нас намешано – и как уродливо это порой проявляется, особенно в смутные времена. Алтаузен погибнет, как герой, под Харьковом в 42-м, спасая не только Советский Союз, но и «Рассею», которую, видимо, презирал – если не пересмотрел своих взглядов в военные годы. Много лет место захоронения Пожарского пустовало… Офицеры, служившие в Суздале в годы войны и в первые послевоенные годы, узнав о могиле Пожарского, писали в Москву, требовали установить достойный памятник. Власти вроде бы соглашались, но руки не доходили до Суздаля… Один полковник, как мог, привёл в порядок место захоронения, даже останки часовни разыскал и собрал. Он писал: мне стыдно перед пленными немцами, которых немало было в монастыре, что мы махнули рукой на могилу всенародного героя, славного полководца. Стыдно! Из Москвы отвечали: восстановление часовни невозможно, но достойный памятник на могиле героя будет сооружён. Однако только в 50-е годы в городе открыли памятник спасителю Отечества, ещё через десять лет более-менее благоустроили его могилу. Мы с детства восхищались союзом двух патриотов (слово «тандем» тогда употребляли только любители велоспорта), воина и купца, спасших Отечество от интервенции. О патриархе Гермогене тогда вспоминали нечасто  – уж так трактовали историю. Помню, с каким ужасом я читал, что в Кремле хозяйничали захватчики, что приходилось выбивать их из нашей лучшей в мире крепости… В советские годы было принято говорить именно об интервенции, хотя точнее другая формулировка – Смутное время. Напасть, болезнь, поразившая и государство, и народ; болезнь, которую необходимо было преодолеть молитвой и ополчением. Что такое смута? По Далю, «общее неповиновение, раздор меж народом и властью». Эпидемия. Гибельная атмосфера, в которой царит смущение умов, «шатости и нестроения», как говаривали наши церковные


ИНДЕКС БЛАГОРОДСТВА писатели. Русь ослабла, потеряла волю, сама себя потеряла… В те же школьные годы я впервые посмотрел фильм Всеволода Пудовкина «Минин и Пожарский», который с наслаждением пересматриваю время от времени. Фильм старенький, довоенный, который (спасибо обветшалой плёнке!) воспринимался чуть ли не как документальная лента. Как великолепно патетичен в этой картине Борис Ливанов – актёр неповторимый, настоящий исполин, под стать русской героике. Он  – настоящий Пожарский, колеблющийся, но благородный и несгибаемый вождь сопротивления. Истинный патриот, как и его вдохновитель – Козьма Минин, в роли которого снялся ещё один любимец публики – Александр Ханов. Мне жаль тех, для кого «пафос»  – ругательное слово. Беспафосный мир впадает в апатию. Искусство без пафоса – преснятина, даже хорошего разговора без патетических взлётов не получится. В фильме Пудовкина ухвачено главное: Русь треснула и едва не рассыпалась. Так бывает с человеком: жил-жил – и вдруг оказался слабее пороков, подчинился бутылке, начал деградировать от праздности и разврата. Стоит позволить себе слабину – и очень трудно будет подняться, возродиться. Вот так и страна оказалась на грани уничтожения. Как говорили церковные историки – тонула в пучине крамол. Достаточно только показать слабость – а интервенты найдутся. Но теплились на Руси очаги будущего возрождения. У победы над Смутным временем было три главных героя: патриарх Гермоген, князь Пожарский и Козьма Минин. Каждый из них одолел прежде всего внутренних супостатов – соблазны… Патриарха Гермогена поляки пленили, заперли в подземелье, в Чудовом монастыре, держали его на хлебе и воде. Требовали, чтобы он отрёкся от сопротивления и признал польского короля Владислава русским государем. Ответы Гермогена – пример жертвенного служения православному Отечеству: «Что вы мне угрожаете? Боюсь одного Бога. Если все вы, литовские люди, пойдёте из Московского государства, я благословлю русское ополчение идти от Москвы, если же останетесь здесь, я благословлю всех стоять против вас и помереть за Православную веру». И непокорённая Русь слышала его голос. Он, не покидая каземата, стал духовным вождём Нижегородского народного ополчения. Тем, кто колебался, кто впал в панику или в апатию, Святейший напоминал о ценностях, за которые следует сражаться во дни испытаний: вера и родная земля… Ополчение медленно, но верно шло на Москву, но не успело освободить Святейшего. Князь Пожарский позже не раз корил себя за промедление: но в те недели он решил действовать осмотрительно, постепенно накапливая силы.

Эта тактика принесёт победу, но какой ценой… Гермогена не спасли, он не дождался русского ополчения. Несломленного патриарха заморили голодом, он – вдохновитель сопротивления  – принял мученическую смерть. Его последние слова  – благословение ополченцам: «Да будет над ними милость от Господа Бога». Мощи святого патриарха ныне пребывают в Успенском соборе Кремля. На московский бой Пожарского благословил любимец патриарха Гермогена  – архимандрит Троице-Сергиева монастыря Дионисий. Выдающийся политик, истинный патриот, умевший подчинять своему слову души сограждан. Он неустанно призывал всех ратных людей бороться с поляками, а всех имущих – помогать ополчению лептой… Будущая Лавра в те дни превратилась в огромный лазарет. А Пожарский всё накапливал силы, всё готовился к освобождению Москвы, отрезая поляков от тылов, от продовольствия. Фамилия князя Пожарского в России известна всем. По крайней мере в это хочется верить. Но жизнь остаётся не на слуху… Напомним некоторые факты. Пожарские  – потомки Всеволода Большое Гнездо, самого могущественного из властителей Владимиро-Суздальского княжества. Князья Пожарские исправно служили царю и Отечеству с оружием в руках. Дед полководца, Иван Фёдорович Пожарский, погиб в бою под Казанью в 1552 году. Отец – стольник Михаил Фёдорович Пожарский – отличился там же под Казанью и в сражениях долгой Ливонской войны. Но подвиги не принесли им состояния: древний род обеднел. Дмитрий Пожарский начал воинскую службу при царе Борисе, стал стольником. Он присягнул царю Василию Шуйскому и не предавал государя, хотя времена и обстоятельства были искусительные. При царе Василии он – воевода, заметный полководец. Приближает царь и мать Д.М. Пожарского  – Евфросинью Фёдоровну, которая становится сначала боярыней у дочери царя, Ксении, а затем – верховной боярыней у самой царицы, Марии Григорьевны Годуновой. За ревностную воинскую службу Пожарский получил от царя В.И. Шуйского в 1610 году в вотчину из своего старого поместья в Суздальском уезде село Нижний Ландех и посадец Холуй с деревнями, починками и пустошами. В жалованной грамоте было сказано, что он «многую службу и дородство показал, голод и во всём оскуденье и всякую осадную нужду терпел многое время, а на воровскую прелесть и смуту ни на которую ни покусился, стоял в твёрдости разума своего крепко и непоколебимо безо всякия шатости». Он сражался с поляками. И неудивительно, что иноземные власти постарались лишить князя вотчин… Но он пре35


ИНДЕКС БЛАГОРОДСТВА

зирал их указания. При первой попытке освободить Москву Пожарский получил тяжёлое ранение. В начале осени 1611-го он лечился в деревне Юрине, что под Нижним Новгородом. А в самом Нижнем уже собиралось народное ополчение, на сходах Минин обращался к народу. Кто возглавит войско? Патриоты сошлись на кандидатуре князя Пожарского. Делегация нижегородцев во главе с архимандритом Феодосием обратилась к князю – он ответил: «Рад за православную веру страдать до смерти, а вы из посадских людей изберите такого человека, который бы мог со мною быть у великого дела, ведал бы казну на жалованье ратным людям. У вас есть в городе человек бывалый: Козьма Минин-Сухорук; ему такое дело за обычай». Так совпало: Минин выбрал Пожарского, а Пожарский – Минина. И оба не ошиблись: упрямец и патриот, Минин стал отменным старостой. Только благодаря его колоссальной воле войско получило средства для успешного сопротивления. А Пожарский… Историки бодро объявляли его заурядным полководцем и политиком. Дальше всех, как это часто бывало, пошёл Костомаров (в жертву своему правдолюбию он нередко приносил саму правду), который представил Пожарского слабохарактерным воеводой, неспособным поддерживать дисциплину во взбаламученных войсках. Воистину иногда скромность героя даёт повод потомкам к недооценке его заслуг… Князь 36

всегда говорил о себе с иронией – почти уничижительной: «Был бы у нас такой столп, как князь Василий Васильевич Голицын, – все бы его держались, а я к такому великому делу не придался мимо его; меня ныне к этому делу приневолили бояре и вся земля». Это не поза, это суть Пожарского. А Василий Васильевич Голицын действительно умел властвовать над сердцами воинов, обладал волей полководца, но не любил плыть против течения и подчас забывал о вере и Отечестве, присоединяясь к потенциальному победителю. Он умрёт в польском плену. В плену он пребывал и в те дни, когда Пожарский возглавлял победное ополчение. В Польше он не всегда держался с гордостью, подобающей русскому патриоту. Впрочем, не нам судить этого яркого человека… Но – «Рука Всевышнего Отечество спасла», и не зря на роль вождя был избран князь Пожарский  – верный, бескомпромиссный и не самый честолюбивый воин. Храбрость израненного героя не требует доказательств, полководческая осмотрительность также очевидна. О той победе недаром говорили: «Рука Всевышнего Отечество спасла». Гермоген, Дионисий, Минин, Пожарский  – всех как будто объединила общая молитва. Вспомним, сколько раз честолюбие толкало сильных людей на предательство. Мы пока что не можем читать в мыслях героев прошлых веков, но рискну предположить, что Пожарский даже в мыслях никогда не ставил себя выше Отечества,


ИНДЕКС БЛАГОРОДСТВА выше церковных и государственных властей. Пока царя на Руси не было – он вёл Отечество за собой, но не возносился. Склонял голову перед церковными пастырями и перед будущим царём, чьего имени Пожарский ещё не мог знать. Себя он считал лишь воеводой, который в роковую минуту не имеет права сплоховать. Хотя должность Пожарского разъяснялась весьма пышно: «у ратных и земских дел по избранию всех чинов людей Московского государства». Верховный правитель! У кого бы не закружилась голова от такой власти, от такой славы? Вдумаемся: спаситель Отечества не претендовал ни на престол, ни на первое место рядом с престолом. Хотя Пожарский был породовитее многих, включая Романовых: князь-воин, бесспорно, происходил из Рюриковичей. Историк Иван Забелин предполагал: «Нельзя совсем отрицать, что князь Пожарский вовсе был чужд мысли о выборе на царство и его, наряду с другими кандидатами. В его положении, как уже избранного всеми чинами воеводы земского ополчения, это было как нельзя более естественно и даже соблазнительно. Но пред всенародным множеством, по своему характеру, он, конечно, относился к этому делу кротко и скромно, точно так, как относился и к совершившемуся своему избранию в воеводы». В его отказе от притязаний на власть проявился истинно русский характер. Спасти Отечество – и отойти в сторону. Вспомним, как в аналогичных ситуациях вгрызались во власть такие честолюбцы, как Кромвель. Но русские воины знают: не стоит ввергаться в «вихрь политический» (это определение Суворова). …В августе 1612-го гетман Ходкевич с войском и продовольствием пробивался к Москве. Пожарский преградил ему путь у Новодевичьего монастыря. После нескольких сражений с 21 по 25 августа Ходкевич был вынужден покинуть Москву. Оголодавшие польские рыцари всё ещё занимали Кремль и Китай-город. Из Китай-города поляков выбили 1 ноября. Кремль взяли в осаду. Пожарский предложил интервентам без боя покинуть Кремль, оставив награбленные сокровища. Он обещал сохранить им жизни и не преследовать при отступлении. 5 ноября захватчики сдались и выступили из Кремля. Пожарский исполнил обещание, расправы не было. Правда, отряд польского полковника Струся попал к казакам князя Трубецкого  – и те изрубили почти всех оккупантов, нарушив договорённость… Трубецкой был по большому счёту недругом Пожарского. Установить железную дисциплину во всех частях ополчения, пожалуй, не смог бы никто… 6 ноября архимандрит Дионисий совершил молебен на Красной площади, и под звон колоколов войска во главе с Пожарским вошли в Кремль.

Пожарский сыграл немалую роль и в организации выборов государя (по существу, избирали династию). Это он призывал назначить по десять выборных от каждого города. Пожарский не был сторонником Романовых во дни выборов государя, он поначалу склонялся к кандидатуре шведского королевича Карла Филиппа при условии, что тот примет православие и поклянётся править совместно с Земским собором. Но – присягнув избранному царю, служил ему верно, а через несколько лет первым встретил возвратившегося из плена митрополита Филарета – отца молодого государя. Московское царство успокоилось, в 1613-м престол занял избранный царь, представитель новой династии,  – Михаил Фёдорович Романов. Пожарского наградили не особенно щедро: возвели его из стольников в бояре, пожаловали кое-какие вотчины, но не самые завидные. После победы князь на свои средства построил на Красной площади в честь иконы Казанской Божьей Матери, которая являлась святыней ополчения. Перед нею он молился во дни московских сражений. Он был любимым героем Державина. Гаврила Романович всё собирался посвятить Пожарскому эпическую поэму, но удалось написать лишь несколько отрывков, к которым нужно присмотреться внимательнее: Царя творец и раб послушный, Не ты ль, герой великодушный, Пожарской, муж великий мой? Ты спас от расхищенья царство, Ты власть монарху утвердил, Ты сверг любоначальств коварство, Ты честь свою в себе сокрыл; Ни колесниц ты, ни трофеев, Ни громких хвал, ни мавзолеев Во мзду не получил заслуг; Одна лишь персть твоя осталась, В ней искра славы сохранялась, Которая возжгла мой дух. Слова найдены верные  – на то он и Державин! Много расхожих славословий можно было посвятить спасителю Отечества, но Державин нашёл единственно верную формулу, совсем не банальную,  – «герой великодушный». Именно великодушный! Могущественный герой, победитель, воин был скромным человеком  – кажется, что это какой-то штамп, ритуальное определение, далёкое от реальности. Для князя Димитрия Пожарского скромность была крестом, который он пронёс до последнего часа. На Красной площади мы видим героя благородного, колеблющегося, но верного Отечеству до последнего вздоха. Его ободряет Козьма Минин  – вдохновенный, уверенный в победе. Меч Пожарского защитит московские святыни  – так будет во все времена. 37


«ПЕРЕПРАВА» В СЕТИ

На портале «Переправа» Николай Сомин

«Беззаконный же Иуда не восхоте разумети» В дни Страстной седмицы, начиная с Великого понедельника по Великую пятницу, мы много раз слышим пронзающие душу песнопения о предательстве Иуды. Даже кажется удивительным, что имя Иуды склоняется так часто. Почему же апостол, призванный самим Христом, предал Учителя? Страстные службы дают нам абсолютно ясный ответ – из сребролюбия. «Иуда злочестивый сребролюбием недуговав омрачашеся, и беззаконным судиям Тебе Праведнаго Судию предает. Виждь, имений рачителю, сих ради удавление употребивша! Бежи несытыя души, Учителю таковая дерзнувшия!..» «Иуда льстец, сребролюбия рачительствуяй, предати Тя, Господи, Сокровище живота, лестно поучашеся...» «Иуда, раб и льстец, ученик и наветвик, друг и диавол от дел явися: следоваше бо Учителю, и на Него умысль предание, глаголаше въ себе: предам и приобрящу собранныя пенязи. Искаше же и миру продану быти, и Иисуса лестио яти: даде целование, предаде Христа». «На тридесятих сребреницах Господи и на лобзании льстивном, искаху иудее убити тя. Беззаконный же Иуда не восхоте разумети». И надо сказать, что тут песнопения Страстной седмицы строго следуют Евангелию, которое об Иуде свидетельствует со всей определённостью: «...потому, что был вор: он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали» (Ин., 12:6). Не раз наши богословы, – особенно начала XX века: митрополит Антоний (Храповицкий), о. Сергий Булгаков, – пытались эту простую истину опровергнуть. Им казалось, что сребролюбие  – это слишком просто, недопустимо примитивно. Не мог Душеведец возвести в апостольский лик простого вора и сребролюбца. Митрополит Антоний делает из Иуды революционера, большевика, пламенного борца за независимость Израиля от римского владычества (Митр. Антоний. «Христос Спаситель и еврейская революция»). Ещё более изощрён о. Сергий. Он предлагает выспренную версию (о. Сергий Булгаков. «Иуда Искариот  – апостол-предатель»), где Иуда, всё тот же большевик и израильский патриот, был очарован Христом и искренне полюбил Его. Однако, 38

безусловно считая Его Мессией, Иуда стал замечать, что Иисус уклоняется от царской власти, говоря какие-то непонятные речи о страдании и распятии. «Нет, Он должен исполнить Своё предназначение, – решает Иуда. – И я помогу Ему, пусть даже ценой оплевания моего имени: я выдам Его иудеям, и тогда, защищаясь, Ему волей-неволей придётся раскрыть свой потенциал Мессии, чудотворца и Царя». И Иуда, не замечая своего подпадения под власть сатаны, предаёт Христа. Может быть, кому-то и понравится эта душещипательная история, отдающая к тому же изрядным декаденством. Но в страстных службах мы ни малейшего намёка ни на «большевизм» Иуды, ни тем более на его неуклюжую «медвежью услугу» не услышим. Они говорят, и говорят только об одном, – о его сребролюбии: «Нрав твой льсти исполнен есть, беззаконный Иудо: недугуя бо сребролюбием, приобрел еси человеконенавидение. Аще бо богатство любил еси, почто ко учащему о нищете пришел еси? аще же и любилъ еси, вскую предал еси безценнаго, предав на убиение?» «Днесь Иуда нищелюбия сокрываетъ лице и лихоимства открывает зрак: не ктому о нищих печется, не ктому миро продаетъ грешныя, не небесное миро, и от него усвояет сребренники. Течетъ ко иудеом, глаголет беззаконным: что ми хощете дати, и аз вам предам его? О сребролюбия предателя! удобопродательную творит куплю, к воли купующих непродаемаго куплю творит. Не скуп является к цене, но яко раба бежащаго продает». Страстные тексты о сребролюбии Иуды обладают удивительной глубиной, которая ныне нам только начинает раскрываться. Тут вовсе не «стилизация», не «моралистическая односторонность», как считал о. Сергий Булгаков, а проникновение в самую суть отвержения Христа. История Иуды  – иллюстрация в лицах к страшному по своей силе речению Христа: «Не можете служить Богу и маммоне» (Мф., 6:24). Либо – либо. Либо служение наживе, богатству, благополучию, либо  – Христу. Выбирайте! Эта дилемма  – сущность Христовой проповеди. Либо Христос с Его Царством любви, либо прожигание жизни, для чего, естественно, необходимо богатство. Выбор должен быть сделан, и его откровенная простота и ясность пугают. Даже наши знаменитые богословы под предлогом


«ПЕРЕПРАВА» В СЕТИ «примитивности» решили от него увильнуть. Но Церковь в эти потрясающие душу страстные дни снова и снова напоминает: «Днесь Иуда оставляет Учителя, и приемлет диавола, ослепляется страстию сребролюбия, отпадает света омраченный...» «Ученик Учителя соглашаше цену, и на тридесятих сребреницех продаде Господа лобзанием льстивным, предал Его беззаконником на смерть». И дело не только в индивидуальном выборе. Увы нам, мы все, Россия, как это ни страшно вымолвить, – коллективный Иуда. Ибо, подобно апостолам, она была избрана Христом ради создания праведного христианского государства. Но этот Божий замысел о России, эту «русскую идею» мы не исполняем. Мы малодушно отступили от Христа, побежав за богатством. И может быть, только сейчас, слушая страстные песнопения о сребролюбии Иуды, мы по-настоящему поймём всю глубину нашего нынешнего национального, прямо-таки иудиного падения.

Помню, ещё до школы я восхищался князем Андреем и Наташей и сопереживал их расставанию. И таких примеров я мог бы привести с десяток, когда, не осознавая происходящего в полном объёме, ощущаешь притяжение к герою литературного произведения. Так, Сильвио и Печорин полюбились мне лет в десять, а сколько таких героев ещё было… Последним незаменимым оркестром авторов стали Лихтенберг, Леонтьев, Бунин, Куприн, Ильин и Гумилёв.

Александр Орлов

Человек живёт по воле Творца – В ваших рассказах, известных читателям «Переправы», ощущается библейский и святоотеческий подтекст. С чем связан этот замысел? На какие образцы прозы вы в этом ориентируетесь? – Вспоминаю, как в шестилетнем возрасте тайком от родителей я залезал в шкаф и вытаскивал Евангелие, я не понимал, что это за книга, но, так как её прятали, она влекла меня. Ребёнком я пытался её читать, а прочитал только в возрасте двадцати восьми лет, следовательно, первое зерно, упавшее в сердечную почву, прорастало сквозь заросли плевелы долгие годы, но оно и есть наичистейший источник. Присутствие тайны и сопричастность к ней зародились у меня в школьное время. Будучи несговорчивым, я отказался носить и нательный крест, и октябрятскую звёздочку, но миссию по выносу в мешке со сменной обувью Евангелия, икон, запрещённой литературы во время обыска я счёл почётной. В великой русской литературе всегда существовало множество стяжателей слова, ведь именно русский человек по своей ментальности созерцатель. Он способен в житейских ситуациях выявить сакральный духовный промысел о происходящем действии и действующих лицах и изложить его в литературной форме, причём в любой. Форма может быть произвольная, но стержень один, в России он передаётся из уст в уста, это подлинно русское семейное духовное воспитание. Воспитание словом!

– У каждого человека есть вехи духовной жизни… – Около восьми лет назад во время Великого поста я зашёл в часовню Иверской иконы Божией Матери у Воскресенских ворот. У чудотворного списка иконы Иверской Богородицы в молитвенном обращении я попросил детей – ни семью, не любимую женщину, а именно детей. В октябре того же года родился мой второй крёстный сын Трофим, в д ень празднования Иверской иконы Богородительницы родился мой первый крестник Арсений, а после появления крёстной дочери Анастасии я стал учителем истории, истории религии и обществознания, так что теперь дети меня окружают везде. В ноябре прошлого года я стал крёстным отцом уже в четвёртый раз, моего сына во кресте зовут Сергей Арутюнов, он поэт, публицист, доцент Литературного института имени А.М. Горького. Минуло семь лет, как цветущим и прохладным летом я в очередной раз приехал в Свято-Введенский ставропигиальный монастырь. В Оптину пустынь меня направляло желание встретиться с отцом Илием. Дорогое свидание произошло случайно, я увидел, как схиархимандрит Илий 39


«ПЕРЕПРАВА» В СЕТИ

в сопровождении келейника зашёл в храм Владимирской иконы Божией Матери, вокруг него мгновенно образовалась православная толпа. Когда подоспела моя очередь, я с ужасом понял, что мне нечего ему сказать, он заглянул мне в глаза и спросил: «Ну говори, зачем пожаловал?» И в этот момент я начал краткое и волнительное изложение полагаемых событий моей жизни, он вдумчиво выслушал меня, а на прощание с лёгкой улыбкой старец сказал: «Видишь, да ты и сам всё знаешь, ступай, ты уже всё решил». Вспоминаю, как, вернувшись из Оптиной пустыни, я стоял у заочного корпуса Литературного института и отчётливо представлял девушку, которая сыграла значимую роль в моей жизни. Уже многое из той нашей краткой беседы сбылось и кануло в прошлое. Но главное – что все мы настолько заняты, что не в состоянии оценить ежедневные радости, дарованные нам свыше, ведь любовь – это религия, дружба – это тоже религия, вот уже три десятка лет я убеждаюсь в этом, я познакомился со своим духовным братом Алексеем Башкатовым в возрасте шести лет, а сегодня мне тридцать семь. Религией для человека становится в том числе и тот стоический дар Создателя, который выживает чудотворным образом и сопровождает человека весь его жизненный путь. 40

– Вы много лет учительствуете. Что ищут современные школьники? Или они в апатии? Какими они стали по сравнению со школьниками вашего поколения? – Что и как пишут мои ученики – это вопрос отдельного интервью, но их отношение к Отечественной войне 1812 года, мысли о русской национальной преемственности, суждения о православной культуре можно будет прочесть в обозримом будущем в журналах «Народное образование», «Основы православной культуры в школе», «Переправа», «Подвиг». Из моих бывших учениц я бы выделил работы Елены Бродской, Василиссы Орловой, Юлии Тележкиной, Светланы Цванг, Полины Щекиной. Уверен, что в ближайшем будущем читателям откроются имена учеников ГБОУ СОШ № 492 Михаила Биченова, Лады Косаговской, Светланы Казаковой, Юлии Ловицкой, Юлии Янгляевой. Главное, что они чувствуют, важно, кем они себя ощущают. В этом году мои ученики Степан Калиничев и Илья Сергеев поступили в МГУ, Георгий Перекрест стал студентом МГИМО, а Сергей Епифановский – МИИТа. Теперь мы поддерживаем дружеские отношения, но, глядя на этих ребят, я уверен в национальной незыблемости идеи русского традиционализма. Я верую, что молодёжь с подлинной русской ментальностью в перспективе станет оплотом современного общества с его многовековой и архаичной культурой, могущественным русским духом, стоической православной верой, нерушимыми брачными узами. А так те же мальчишки, такие же громили тевтонцев на Ладоге, гнали французов до Парижа, пленили Шамиля, отстояли Москву и брали Берлин. Главное – что в них есть мужская суть, та, по которой Создатель сотворил Адама и наделил его пожизненным первенством среди всякой твари. В общении как перед Богом мы равны, а так они те же русские люди: любят футбол, выпивают, неустанно говорят о будущем государства, читают наизусть Державина, Есенина, Гумилёва, Симонова, перечитывают Богомолова, открывают для себя Шаламова и Солженицына, не устают читать историю России, в том числе (этим я горжусь!) и авторства моего дяди Александра Сергеевича Орлова. Вообще-то я счастливый учитель и ощущаю это почти каждый день, собираясь на работу. Александр Нотин

От кого вы, господин Доренко? Сегодня утром, изнывая в вечной московской пробке, по дороге на работу включил РСН. Ведущий, г-н Доренко, глубокомысленно рассуждал об «отсталых» православных верующих. Необходимо-де «оградить их специальными указателями» от достижений прогресса – самолётов, паровозов и космоса, чтобы их убогие


«ПЕРЕПРАВА» В СЕТИ представления о вселенной («вдруг они узнают, что земля – круглая?») не травмировались о научную реальность. Караул!  – восклицает он на всю страну. – Нас тащат в мракобесие! Бог у Доренко не простой, а непременно «аврамический», и Он, конечно, бросил Своё творение и жёг города и прочая, и прочая. Нет, сам этот господин, разумеется, ни в какого личного и живого Бога не верит, но… вы же сами видите, как наступают клерикалы!.. Работа в «Переправе», увы, побуждает меня почти ежедневно слушать «голоса из преисподней»  – радиостанции «Эхо Москвы», «РСН», «Свобода» и иже с ними. Зачем? Чтобы быть в курсе «творчества» нашего общего неутомимого и неистощимого на мерзости врага – духов злобы и их марионеток в лице ведущих этих, с позволения сказать, СМИ. Сразу оговорюсь: я ни на кого не вешаю ярлыки. Всё так и есть, и каждый сам может в этом убедиться. И играть в толерантность тоже не намерен. Лучше прислушаться к словам апостола Павла: «Не участвуйте в бесплодных делах тьмы, но и обличайте» (Еф., 5:11). Конечно, мохнорылый противник наш не настолько глуп, чтобы безостановочно лить помои в уши духовно, может, и не очень искушённых, но всё же по природе чутких и догадливых россиян. Доминирующая эфирная мерзость, во-первых, периодически «разжижается» репликами священников, учёных, здравомыслящих политиков; а во-вторых, умело маскируется под эрудицию и научное знание. И всё же общий строй передач, особенно в утренний и вечерний прайм-тайм, а также сам подбор «говорящих голов» устроены таким образом, что из средств массовой информации они всё более вырождаются в рупоры вульгарного и принудительного духовного оболванивания населения. Вывод: если вы желаете здравия душам вашим, держите подальше от этих помоек своих детей, да и сами будьте осторожнее! Впрочем, вернёмся к нашему «золотому голосу» РСН. Да, это высшая лига глумления! Бархатный, если надо рыкающий, баритон, рассчитанный, надо полагать, на дамочек полусвета. Молниеносная реакция «свой – чужой»: чуть только чует в прямом эфире серьёзного оппонента – раз, и отключил! Искромётный, немного снисходительный (ну что ж вы все, господа, такие недалёкие!), брезгливый стёб. Жуткая эелнетика в голове: инь и ян, дзен и Ницше, аврамизм и Кант. Представления о христианстве  – на уровне гвинейских папуасов. На уровне того «победившего пролетария» начала прошлого века, который однажды, заметив, как академик Павлов крестится на церковь, снисходительно произнёс: «И дремучий же ты, дядя!». Для нашего эрудита вся духовная сфера сводится к пантеизму, окормляемому «светлым разумом» человека, на фоне которого православие – это глубокий отстой и мракобесие. Конечно, от-

куда знать «немного учёному» Сергею Леонидовичу, что девяносто процентов лучших научных умов планеты Земля не просто верили, а глубоко верили в Бога? Этот-то факт куда денете, г-н Доренко?! Впрочем, не стоит метать бисер… сами знаете, перед кем. Изучать или даже просто повторять бредни одного из оракулов века сего, века всемешения и всеосмеяния, ментального и интеллектуального распутства, – занятие, прямо скажем, неприятное. Вот и не станем. Слушать этот «оплаченный бред» невыносимо. И неполезно  – ни уму, ни телу. Уровень антирелигиозных нападок  – а ля ильфо-петровский сын турецкого подданного Остапа Бендера. Тьфу, пакость! Но при этом обращает на себя внимание тот факт, что в последнее время день за днём растёт градус этой истерии воинствующего невежества, а контроль над эфиром позволяет «духам злобы» глумиться над святынями сколь угодно долго и нагло. Больше же всего огорчает тот факт, что в главном для Москвы FM-диапазоне таких, как Доренко, десятки. Но ведь ни одной частоты, которая бы отстаивала нашу исконную русскую духовно-светскую традицию! Неужели всем нам, а равно и властям нашим безразлично, что из уст безграмотных (духовно) кощунников денно и нощно льётся смертельный яд? Сколько ещё это будет продолжаться! Как долго проклятые деньги, напечатанные за рубежом, будут разогревать красноречие «засланных казачков» и врагов возрождения Русского духа и Русского мира?! Ответа пока нет, но мы его непременно отыщем. Сергей Семёнов

Храм в Шитьково С тех пор, как в 2003 году наша семья купила дом в деревне Шитьково Волоколамского района, я, естественно, стал интересоваться историей этих мест и главным образом – историей храма Рождества Пресвятой Богородицы, расположенного в полутора километрах от нашей деревни. Раньше у этого храма находилось село Казаново, но в период коллективизации в ХХ веке оно исчезло, теперь храм называется по названию нашей деревни Шитьково. Информация собиралась постепенно: из бесед с соседями, из книг (прежде всего из книги «Город Волоколамск, храмы Волоколамского, Лотошинского и Шаховского районов», автору этой книги и всей серии протоиерею Олегу Пэнежко  – особая благодарность!), из Интернета… А один документ попал мне в руки при посещении сельсовета, где я брал справку о том, что жена с детьми всё лето жила в деревне. Я разговорился с Татьяной Алексеевной, печатавшей справку, о храмах в Каменках и Шитьково, 41


«ПЕРЕПРАВА» В СЕТИ он вернулся в родную Троицу-Сергиеву лавру и иногда приезжал в наши края в Матрёнино и Иванцево к духовным чадам. Среди них – женщина, дочь которой была комсомолка и в Бога не верила. Мать её ругала, а отец Филадельф говорил: «Да не ругай ты её, время сейчас такое, после сама всё поймёт». Видимо, любовь и молитва отца Филадельфа помогли, сейчас бывшая комсомолка уже бабушка, верующая, молится и об упокоении архимандрита Филадельфа. Надеюсь, что тот пусть маленький молитвенный огонёк, который всё-таки теплится ныне в нашем полуразрушенном храме, согреет сердца наших пока ещё безразличных соседей. Всётаки кое-что уже удалось. Летом 2010 года по благословению митрополита Ювеналия у храма был расположен летний трудовой лагерь молодёжной организации Знаменского храма Красногорска. Удалось расчистить от мусора четверик храма, установить крест, возвести кровлю над алтарной частью храма. 3 июля 2010 года протоиерей Владимир Шафоростов отслужил первую за много десятилетий литургию. После отъезда красногорцев наш храм наконец-то был приписан к храму Святителя Николая в Амельфино, в тёплое время года стали регулярно служить молебны, которые совершал настоятель Амельфинского храма протоиерей Андрей Табаченков.

Молебен в Шитьково. День Всех Святых

и она любезно сделала мне копию «Ведомости о церкви» 1840 года. Именно из этого документа я и узнал, что церковь «построена в 1824 году и освящена того же года Октября 19-го дня». Так что сегодня, 19 октября 2012 года по старому (1 ноября по новому) стилю, со дня первого освящения храма прошло 188 лет. Я намеренно написал первого, потому что верю – будет и второе, несмотря на то, что это будет, видимо, нескоро. И главная, на мой взгляд, причина того, что храм пока ещё далёк от былого благолепия, – равнодушие живущих окрест людей. Если вернуться к той же «Ведомости…», то там есть такая фраза: «Построена тщанием прихожан». Так вот, ныне этого тщания почти нет. Особенно удивляет равнодушие людей, предки которых жили в Шитьково, Соснино, Власьево, многие похоронены на кладбище за храмом, чей-то прадед был старостой, чья-то бабушка пела на клиросе… Но совсем не хочется людей ругать, надеюсь, что постепенно их отношение изменится. Вот рассказывали про архимандрита Филадельфа (Мишина), который в 1930-е годы служил в нашем храме, а потом был сослан в Казахстан (на сайте «Переправы» уже была заметка о нём). После ссылки и Великой Отечественной войны 42

Да, не всегда бывало много народа, часто приходилось преодолевать различные трудности, особенно препятствует отсутствие нормальной дороги к храму, в дождливое время просёлочная глинистая дорога становится труднопреодолимой, но в храме возобновилась молитва! Удалось воздвигнуть временную крышу над четвериком, отыскать могилу архимандрита Филадельфа в Сергиевом Посаде (теперь мы регулярно там бываем и очень надеемся на молитвы отца Филадельфа!), собрать некоторые сведения и о других людях, служивших здесь. Надеюсь, что и на сайте «Переправы» мы ещё расскажем о них: священномученик Александр Покровский, родившийся в селе Казаново у храма в семье псаломщика, его брат Пётр, также как и Александр, ставший священником и также принявший мученическую кончину в Бутово, протоиерей Димитрий Касицын, сын дьякона нашей церкви, бывший настоятелем храма Николая Чудотворца в Толмачах (он отпевал Третьякова) и выдающимся богословом, схиигумен Савватий (Крутень), сыгравший немалую роль в судьбе будущего Патриарха Пимена… Думаю, появятся и другие имена. История храма продолжается, и какой она будет – зависит во многом от нашего произволения. Если храм нам нужен, то неужели не поможет Господь по молитвам Пресвятой Богородицы (а ведь храм Богородичный!), преподобного


«ПЕРЕПРАВА» В СЕТИ Иосифа Волоцкого, священномученика Александра и других угодников Божиих? «Оживут ли кости сии?» – этот вопрос из дивного и страшного пророчества Иезекииля, читаемого на службе в Великую субботу, нередко приходил на ум при взгляде на забытый всеми скелет храма. «Господи Боже! Ты знаешь это», – так отвечал пророк, так скажем и мы в надежде, что Господь восполнит наши бесчисленные недостатки, покроет наши ужасные немощи, увидев в наших сердцах, что храм нам всё-таки нужен, потому что где ещё в этом жёстком, холодном и прагматичном мире мы встретим Бога, имя которому Любовь? «К кому нам ещё идти»? Александр Нотин

Странное дело РЕН ТВ Недавно, в самый прайм-тайм – 21.00, на РЕН ТВ был показан очередной документальный фильм из цикла «Странное дело». Чем он был важен лично для меня, сообщу позже, а пока несколько слов о самом этом кинофеномене. В центре повествования и визуального ряда – разумеется, тема грядущего апокалипсиса. Не больше и не меньше. Так состоится конец света или нет? Если да, то когда его ждать? Скоро… или поживём ещё? Зритель в трансе. Он замер в ожидании ответа. Он трепещет, потому что хотел бы ещё пожить и помучиться. Вот сейчас, вот ещё немного, ещё чутьчуть, и перед ним наконец откроется страшная тайна мироздания! Но, увы, ждёт он, по правде сказать, зря. Перед его ошеломлённым взором мелькают картинки, сотни картинок (именно картинок  – не картин), где со скоростью вагонов в товарном поезде сменяются древние пирамиды и современные небоскрёбы, действующие вулканы и космические светила, таинственные манускрипты и лабораторные пробирки, лики древних богов и грядущие парады планет. О конце света с не меньшей скоростью и без какой-либо логической связи друг с другом наперебой вещают то апостол Иоанн Богослов, то болгарская прорицательница Ванга, то древние ацтеки, то какой-то невесть как затесавшийся в эту компанию американский финансист, то индийская богиня Кали, то гениальный чех Тесла. И это я ещё перечисляю лишь то, что сохранилось в памяти. На самом деле шкодливой рукой режиссёра в фильме замешан такой фантастический винегрет фактов и выдумки, суждений и предсказаний, такое количество действительных и мнимых специалистов «околовсяческих наук», что уже с первых минут повествования в глазах начинает рябить, а в голове – гудеть колокол. Впрочем, не буду продолжать, а то опять пошли круги перед глазами.

Теперь, как и обещал, открою причину своей личной ангажированности в этом очередном «продукте» нашего доблестного РЕН ТВ. Дело в том, что среди огромного числа «экспертов» по астрономии и астрологии, индуизму и планеторитмам, истории и эзотерике должно было мелькнуть и моё лицо. Да, был грех! Принял я приглашение режиссёра, съездил на запись и на полном серьёзе минут на пятнадцать в телекамеру рассказывал о том, как Святые Отцы православия трактовали конец света. Разумеется, акцент я сделал – иначе и быть не могло – на то, что уровни вяселенского бытия, а не только земного целиком зависят от здравия духа человека, поставленного Богом над всей живой и неживой природой. Сказал и о том, что «времена и сроки» (конца времён) пребывают во власти Бога Отца, то есть неведомы никому, кроме Него, и даже вторая ипостась Троицы, Бог Слово, не смог в своё время удовлетворить любопытство на сей счёт своих апостолов. Высказался я и в том смысле, что все инсинуации и манипуляции, предсказания и мистификации по поводу конца света суть происки незримых падших духов, стремящихся смутить ненавистного им человека, отвратить его от правды Божией, направить на ложный путь уныния или, наоборот, чрезмерной надежды. В общем, выложился, что называется, «по полной». Но чем дольше в пятницу я смотрел этот фильм, тем страшнее мне становилось: ещё немного – и среди «экспертов» покажется и моя наивная физиономия! Я сразу понял, что Отцы с их евангельской правдой никоим образом не вписываются в то намеренное всемешение и интеллектуальный бред, которые легли в основу этого фильма. А значит, и мне невольно досталась бы роль пугала огородного, дурачка в польском преферансе. Какой кошмар! Давно бы следовало выключить «ящик», но я ждал битый час и с облегчением выдохнул только на финальных субтитрах: слава Богу, вырезали, пронесло! Хороший урок: сначала смотри, куда ныряешь, а потом уж ныряй! И ещё. Понятно, что наше отечественное ТВ напрочь закрыто для всего душевно- и духовно здорового и, напротив, широко открыто для пропаганды любой бесовщины. Каналов и студий, готовых и способных делать душеполезные продукты,  – по пальцам перечесть. Отсюда вывод: Богу угодно, чтобы мы не ждали у моря погоды, не надеялись на «добрых дядей», которые в удобное для нас время и в красочном формате доставят нам прямо к дивану святоотеческую мудрость. Не будет этого! С другой стороны, и мудрость сия не под замком. Она есть и в эфире – взять тот же канал «Радость моя», – и на полках церковных книжных лавок, и в Интернете. Только руку протяни. 43


МИР НЕЗРИМЫЙ

Всероссийский

игумен Ольга Глаголева

25 сентября (8 октября) День памяти преподобного Сергия, игумена Радонежского, всея Руси чудотворца. Прошлое Русской земли богато великими героями, жертвовавшими жизни за Родину; богато крупными, беззаветно трудившимися во славу своего народа государственными деятелями. По великому промыслу Божьему богато оно и скромными подвижниками, совершавшими такие духовные подвиги, которые вдохновляли народные массы, укрепляли в них веру, облагораживали их нравы. Отдавая свою жизнь на служение высоким идеалам, они оставили память прочнее памяти многих героев. И такие люди по своей кончине благоговейно почитались всем православным народом. Одним из таких праведников является преподобный Сергий Радонежский, к гробнице которого и поныне ежегодно стекаются миллионы русских людей.

▼ Богом избранный Преподобный Сергий родился в селе Варницы под Ростовом Великим 3 мая 1314 года в семье боярина Кирилла и его супруги Марии. Ребёнка окрестили с именем Варфоломей, что значит «сын радости». Ещё до рождения Бог избрал его на служение Себе: по семейному преданию, младенец, будучи ещё во чреве матери, трижды возгласил в храме во время Божественной литургии. С детства Варфоломей отличался добротой, любовью к молитве и посещению храма. Рос он тихим и кротким мальчиком, любившим уединение и сторонившимся сверстников. Вместе с братьями – старшим Стефаном и младшим Петром  – семилетний Варфоломей был отдан в учение, которое давалось ему с превеликим трудом. Впечатлительный мальчик очень переживал эту напасть и усердно молил Господа «открыть ему дверь книжного разумения». 44

Нестеров М.В. Отрок Варфоломей. 1889

Однажды, разыскивая в поле пропавших лошадей, он увидел старца-монаха. От смиренного и кроткого облика старца веяло такой необыкновенной добротой и любовью, что неожиданно для самого себя Варфоломей поведал ему своё горе. Старец помолился, благословил мальчика, и… Господь дал тому память и разумение: Варфоломей стал преуспевать в книжной премудрости гораздо больше, чем и его братья, и все прежде насмехавшиеся над ним соученики. После этого чудесного события в юном Варфоломее ещё более окрепло желание служить только Богу.


МИР НЕЗРИМЫЙ

▼ Пустынножитель XIV век был тяжёлым временем для Руси – татары разорили практически всю страну, а между русскими князьями шли бесконечные раздоры и междоусобицы. Обеднев от татарских набегов и поборов управителей московского князя Иоанна Калиты, некогда довольно зажиточная семья Варфоломея вынуждена была оставить родную Ростовскую землю. Как и многие ростовчане, перебрались они в маленький городок Радонеж  – удел младшего сына

Сергий Радонежский. Успение родителей

Калиты князя Андрея, где переселенцам были обещаны многие льготы и всяческая помощь. Было это в 1328 году. После смерти родителей, в 20-летнем возрасте, Варфоломей вместе с братом Стефаном, к тому времени овдовевшим и принявшим монашеский постриг, поселился в десяти вёрстах от Радонежа в глухом лесу на горе Маковец у речки Кончуры (в семидесяти километрах от Москвы). Здесь они срубили убогую келью и маленькую церковь, которую освятили в честь Святой Троицы. Так в 1337 году было заложено основание знаменитой впоследствии обители преподобного Сергия. Но вскоре Стефан,

не выдержавший столь суровой жизни, ушёл в Москву, в Богоявленский монастырь. Кстати, впоследствии, будучи архимандритом, Стефан станет духовником великого князя Симеона Гордого, а его сын – святой Феодор  – будет духовным отцом государя Московского благоверного князя Димитрия Донского. Варфоломей же, постриженный на 23-м году жизни в монашество с именем Сергий (что у древних римлян значило «высокий, почтенный»), два года жил один. Тяжела была жизнь в «пустыни»: мимо его одинокой кельи пробегали голодные волки, готовые растерзать инока; бродили медведи; бывало ему холодно

Нестеров М.В. Преподобный Сергий Радонежский. 1899

и голодно… Но какая-то чудесная сила, жившая в нём, заставляла переносить все тяготы и невзгоды – во всех скорбях и искушениях был с ним Господь! Незримая помощь Божия по усердным молитвам молодого монаха поддерживала и охраняла от всех напастей, ободряла и укрепляла усердного и верного раба Господня. Как сказано в Святом Евангелии: «Не может укрыться город, стоящий на верху горы» (Мф., 5:14), так не могли укрыться и подвиги Сергия, и вскоре о необыкновенном пустынножителе повсюду стала распространяться молва. Одни говорили о его трудолюбии и 45


МИР НЕЗРИМЫЙ строгом воздержании, другие удивлялись его простоте и незлобию, третьи рассказывали о его власти над злыми духами – все поражались его смирению и душевной чистоте. Из окрестных сёл и деревень к обители Сергия начали пробираться многие: кто обращался к нему за советом, кто желал насладиться его душеспасительной беседой  – всякий слышал от него доброе слово, возвращался утешенный и успокоенный.

ветхую одежду. Вскоре как наиболее достойного братия избрала Сергия своим игуменом. Было ему в это время около сорока лет. И ещё целых три десятилетия управлял преподобный Сергий своей родной обителью. «Мир, – писал известный историк В.  Ключевский,  – приходил в монастырь Сергиев, и то, что он видел здесь, быт и обстановка пустынного братства, уже поучали его самым простым правилам, которыми крепко христианское общежитие. В монастыре всё было бед-

Васнецов А.М. Святой преподобный Сергий Радонежский (Троице-Сергиева лавра)

▼ Игумен Пришли к Сергию и двенадцать иноков, которые стали делить с ним тяготы пустынножительства. Сергий трудился больше всех: рубил дрова, строил для братии жилища, пёк хлеб, носил воду, постоянно помня слова Спасителя: «И кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом» (Мк., 10:44). Он оставался самым смиренным из монахов, носил самую 46

но и скудно… – «всё худостно, всё нищетно, всё сиротинско». В обиходе братии столько же недостатков, сколько заплат на сермяжной рясе игумена, но все дружны между собой и приветливы к пришельцам. Каждый делает своё дело, каждый работает с молитвой, и все молятся после работы. Во всех чуется скрытый огонёк, который без искр и вспышек обнаруживался живительной теплотой, обдававшей всякого, кто вступал в эту обитель труда и молитвы. Мир видел всё это и уходил ободрённый, освежённый, подобно тому, как мутная волна,


МИР НЕЗРИМЫЙ прибиваясь к прибрежной скале, отлагает от себя примесь, захваченную в неопрятном месте, и бежит далее светлой и прозрачной струёй». «Таково было сияние святости, всепобеждающая нравственная сила, духовная красота, нравственная чистота, таково было блистание разума в слове и совете Сергия. Уклоняясь от всяких почестей в убогой своей дремучей пустыньке, Сергий был (и остался на все века) совестью Руси!» (писатель Б. Шергин). А потому со временем обитель Живоначальной Троицы становится центром духовной жизни Московской Руси. Шли годы... Слава о преподобном Сергии распространилась не только по Русской земле, но и за её пределами: сам Константинопольский патриарх Филофей прислал преподобному крест и грамоту, которой утверждались новые порядки пустынного общиножития. Митрополит Алексий Московский, с которым преподобного Сергия связывали тесные узы духовной дружбы, предчувствуя близкую кончину, хотел передать ему свои полномочия, но Сергий по своему смирению отказался от первосвятительства.

▼ Чудеса и откровения Божии Как поётся в церковном песнопении, «в пениях, бдениях и пощениях ты был примером твоим ученикам, поэтому вселился в тебя Святой Дух». Преподобный Сергий совершал многие чудеса по молитве, удостаивался великих откровений: за четыре года до кончины явилась ему Матерь Божия и обещала покровительство его обители. Вот как описывает это чудо Епифаний, ученик и автор жития преподобного. Однажды блаженный старец молился перед образом Богоматери. Прочитав положенные молитвы, присел он немного отдохнуть и вдруг сказал своему ученику Михею: «Чадо, трезвись и бодрствуй, ибо чудное и ужасное посещение готовится сейчас нам». И тотчас послышался голос: «Се, Пречистая грядет!» Святой заторопился из кельи в сени. И вот яркий свет осенил его, и увидел он Пречистую с двумя апостолами – Петром и Иоанном Богословом. И упал он ниц, не в силах терпеть «нестерпимую зарю». «Пречистая же своими руками коснулась святого, сказав: «Не ужасайся, избранник мой, я пришла посетить тебя. Услышана молитва твоя об учениках… и об обители твоей. Не скорби уже, ибо отныне она будет иметь изобилие во всем, и не только при жизни твоей, но и по отшествии твоем к Господу. Я неотлучна буду от обители твоей, подавая потребное неоскудно, снабдевая и покрывая ее». И сказав сие, стала невидима».

И действительно, за всё время своего существования Троице-Сергиева лавра ни разу не была захвачена врагами – татары проходили 47


МИР НЕЗРИМЫЙ

Гурьянов В. Святой Сергий Радонежский благословляет князя Димитрия Донского на Куликовскую битву. 1904. Государственный музей истории религии, Санкт-Петербург

мимо неё, поляки безуспешно осаждали её, русские (приверженцы Самозванца) не смогли взять её. Много и других чудесных явлений наблюдали ученики Сергия в его святой жизни: так, Исаакий видел, как вместе с преподобным служил литургию Ангел Божий – «светоносный муж в блистающих ризах»; Симон  – как во время службы небесный огонь, окружавший святой престол, неожиданно свившись «яко же некая плащаница, вниде во святый потир, и тако преподобный причастися».

▼ Миротворец Преподобный Сергий оказывал неоценимые услуги Русской земле в укреплении и поддержании мира, содействовал сосредоточению и укреплению государственной власти в руках великого князя Московского, умирял удельных 48

Васнецов В.М. Сергий Радонежский. 1882. Икона для церкви в Абрамцеве. Государственный историко-художественный и литературный музей-заповедник «Абрамцево». Абрамцево, Московская область

князей. Так, в 1365 году по просьбе митрополита Алексия преподобный отправился к рассорившимся суздальским князьям-братьям Димитрию и Борису Константиновичам, оспаривавшим друг у друга Нижний Новгород – стольный град их княжества. Чтобы заставить покориться младшего, Бориса (противника Москвы), преподобный Сергий применил к упрямцу небывалую тогда на Руси «крайнюю» меру: «затворил» все церкви в Нижнем, прекратив богослужения. И князь Борис был вынужден помириться с братом, отдать ему город. В другой раз, по просьбе великого князя Московского Димитрия Иоанновича, преподобный пришёл пешком к рязанскому князю Олегу, чтобы склонить его к примирению и союзу с Москвой. После долгих увещеваний миссия троицкого игумена завершилась успешно. Преподобный Сергий благословил князя Димитрия на битву против полчищ Мамая, предсказав победу русскому воинству: «Без


МИР НЕЗРИМЫЙ всякого сомнения, господине, со дерзновением пойди противу свирепства их, никакожеужасайтеся, всяко поможет ти Бог». Подписью преподобного было скреплено завещание великого князя Московского Димитрия Донского, в котором был записан новый порядок престолонаследования – от отца к старшему сыну.

▼ Светильники духа Преподобным Сергием и при его содействии были основаны тридцать семь (!) монастырей в дотоле необжитых местах нашей Отчизны, которые составили своеобразную «школу преподобного Сергия». Среди них Симонов в Москве, Киржачский недалеко от Владимира, Голутвинский в Коломне, Высоцкий близ Серпухова, Борисоглебский около Ростова, Дубенский на Стромыни в 30 километрах от лавры на юго-восток (в память Куликовской битвы), Покровский близ Боровска, Авраамиев около Чухломы и другие. Отказавшись от всех благ этого мира ради любви к Всевышнему, преподобный Сергий не имел кровных детей, но создал величайшую «семью» святорусскую. Его духовные дети, внуки, правнуки и праправнуки возглавляли Русскую церковь, осваивали глухие края и повсюду зажигали «светильники духа». Ученики преподобного Сергия – Андроник, Феодор Симоновский, Афанасий Серпуховской, Савва Звенигородский, Авраамий Галичский, Мефодий Пешношский, Иаков Железноборский и другие  – основали ещё около 50 монастырей, ставших впоследствии духовными и культурными центрами России. Среди них СпасоАндроников в Москве, Саввино-Сторожевский близ Звенигорода, Железноборский близ Галича, Воскресенский на севере Ярославской области, Ферапонтов, Кирилло-Белозерский и другие. Несомненно, то была Божия воля  – ученики преподобного Сергия помнили удивительный рассказ своего учителя, ставшего Всероссийским игуменом – отцом-наставником всего русского народа. Однажды ночью в своей келье преподобный услышал голос, назвавший его по имени: «Сергий!». Открыв оконце, Сергий увидел необычайный небесный свет и множество «зело красных птиц». И тот же голос торжественно произнёс: «Им же образом видел еси птица сия, тако умножится стадо ученик твоих, и по тебе не оскудеют, аще восхотят стопам твоим последовати». Как писал архимандрит Никон (Рождественский), «духовное потомство великого Радонежского подвижника распространилось по всей северо-восточной Руси, повсюду за-

Преставление преподобного Сергия Радонежского

жигая благодатный огонёк духовной жизни и разливая свет просвещения христианского». Осенью 1392 года, примерно на 80-м году жизни, преподобный Сергий впал в тяжкий недуг. Предчувствуя скорый конец, он призвал братию для последних наставлений...

▼ Духовное завещание Прошли столетия... Троицкая лавра (с греческого – «общежительный монастырь») стала одной из крупнейших и богатейших русских обителей. Но ценнее всех её сокровищ и доныне считается священная рака с мощами преподобного Сергия, который оставил завет для всех поколений русских людей: «Внимайте себе, братие, всех молю: прежде имейте страх Божий, и чистоту душевную, и телесную, и любовь нелицемерную; к сим же страннолюбие и смирение». 49


ЧЕСТНАЯ ПОЗИЦИЯ

НЕ СПЕШИТЕ СТАВИТЬ ТОЧКУ!.. Памяти Сергея Говорухина

Вадим Саватеев

Войной рождённые поэты Не возвращаются с войны – Мы между тем и этим светом Отныне быть обречены. Когда же нашу оболочку Смиренный обозначит крест, Вы не спешите ставить точку – Мы будем там и будем здесь. Мы, круг смыкая, не уходим, Строкою прорастая в вас. Нам в лист учётный пишут: «Годен, Отправлен временно в запас». Сергей Говорухин Ровно год назад, 27 октября 2011 года, не стало Сергея Станиславовича Говорухина  – человека, ставшего для многих из нас олицетворением мужества. Друг и соратник Сергея Говорухина – Вадим Саватеев – поделился своими воспоминаниями с читателями «Переправы». – Мы познакомились с Сергеем Говорухиным в 1996 году. Хорошо помню обстоятельства нашего знакомства. Я совершенно случайно увидел по телевизору передачу «Сделай шаг» – про людей, которые совершили в жизни поступок. Вёд передачу Михаил Кожухов – фронтовой корреспондент, прошедший войну в Афганистане, кавалер ордена Красной Звезды. И я там увидел Серёжу Говорухина, который рассказывал о боевых действиях, о том, что снимает фильм о Чечне и не может найти деньги, чтобы этот фильм закончить. Я сразу понял, что это будет честный фильм, необходимый! И стал разыскивать Сергея. Сначала мне удалось найти Мишу Кожухова, а через него – и Сергея. Ему было 35 лет, мне – 25. Я приехал к нему с одним вопросом: «Чем я могу помочь вашему фильму и этим ребятам?». – То были самые трагические месяцы первой чеченской войны… 50

– Подлое было время! Создавалось впечатление, как будто война шла на другой планете. Власть, общество, бизнес относились к боевым действиям так пренебрежительно, как будто не наши ребята там воевали! Для элиты они были чужими – герои первой чеченской. Серёжа подарил мне материалы незаконченного фильма, который вы знаете под названием «Прокляты и забыты». Поразительный фильм, он перевернул мою жизнь! Насколько правдиво он показал этот контраст: в Москве  – лимузины, дискотеки, бесконечные презентации, на которых виски льётся рекой, – и в то же самое время гибнущие целыми полками мальчишки в Грозном. – Да, в той войне у армии не было тыла. Элита предала свою армию. И ведь воевали с обнулённым бюджетом! – А ещё – ослабленную армию в Москве морально добивали журналисты. Шла полномасштабная информационная война. Если вспомнить передачи, особенно  – тогдашнего канала НТВ, – было впечатление, что телевидение воюет на стороне сепаратистов. Нашу армию смешивали с грязью. Как будто не русских людей (а также украинцев, армян и так далее) пришла защищать от бандитов наша армия. А врагов показывали Робин Гудами, гарибальдийцами. Для них придумывали какие-то романтические названия  – «повстанцы», «полевые командиры»… – А для наших солдат и офицеров придумали бюрократическое наименование  – федералы. Не солдаты, не воины, не бойцы, не герои – а просто некие «федералы»… – Если мы вспомним тогдашнюю предательскую атмосферу  – станет понятнее, какой гражданский подвиг совершил Сергей! И я потянулся к нему всей душой, чтобы помогать благородному делу. Я предложил идею провести первый вечер памяти ребят, погибших на чеченской войне. Серёжа поддержал меня, загорелся этой идеей. Ничего подобного в то время не было. Мы обзвонили друзей-музыкантов – Олега Митяева, Юрия Шевчука, Гарика Сукачёва…


ЧЕСТНАЯ ПОЗИЦИЯ Арендовали киноконцертный зал «Октябрь» на Новом Арбате и провели вечер. Нас поддержала тогда мэрия Москвы – как сейчас помню, генерал Кузнецов, боевой лётчик. Они выкупили большое количество билетов для своих сотрудников. Помню, накрыли стол в небольшой комнате, помянули павших. Юра Шевчук взял гитару, пел для нас вдохновенно и, как всегда, опоздал на поезд. С этого вечера начался цикл вечеров

– И здесь нужно вспомнить трагический день 1 февраля 1995 года, когда в Грозном, в районе аэропорта Северный, снайпер попал в грузовик, в котором находился Сергей. Он потерял ногу. Потом пошли разговоры, что можно было быстро сделать операцию, спасти ногу, но врачи побоялись взять на себя ответственность. Впрочем, задним умом все мы крепки. Отец Сергея тогда руководил думской Комиссией по расследова-

под общим названием «Помяни нас, Россия». У некоторых вечеров было и другое название – «Павшие и живые». Да, мы старались поддерживать и живых ветеранов, и матерей, и вдов. Серёжа включился как режиссёр, как продюсер – вечера с каждым разом становились сильнее, объёмнее. Всё начиналось с тесной комнаты в кулисах киноконцертного зала, в которой десять  – пятнадцать человек поминали погибших. А вскоре это уже были всероссийские вечера памяти с фронтовым ужином на шестьсот человек. Мы вручали ребятам и их близким награды  – государственные и общественные, восстанавливали справедливость в отношении этих ребят и их семей. Фактически мы заменяли государство, которое в те времена отстранилось от судеб своих солдат. Несправедливо забывали ребят! Мы отслеживали их, устраивали на работу – был Фонд ветеранов войн в Таджикистане и Чечне. С войны многие возвращались с психологическими проблемами и попадали в беду. Мы и в суде отстаивали интересы ребят, и медицинскую помощь предоставляли. Много было забот… – Сергей и сам был ветераном многих военных кампаний…

нию событий, предшествовавших первой чеченской кампании. Может быть, поэтому врачи там, в Чечне, немного оробели. Постоянно требовались новые операции – их было больше десяти. Без ноги Сергей не меньше пятнадцати раз бывал в командировках в Чечне. И действовал там как воин, без скидок на ранение. Он был настоящим фронтовым корреспондентом и воином – достойным преемником подвигов фронтовых корреспондентов Великой Отечественной. Многие корреспонденты не берут оружия, а Сергей участвовал в операциях, выполнял боевые задания. Он воевал. Его боевым крещением стала война в Таджикистане. Я знаю о тех событиях по рассказам Сергея. В Таджикистан он поехал, чтобы поддержать друзей. Это были молодые ребята, пограничный десант. На них совершили нападение, почти всех вырезали. Молоденький лейтенант Андрей Мерзликин, ныне – герой России, докладывал полковнику и плакал. Оглушённый, весь окровавленный. Сейчас он – полковник. Быстро пролетело время… Сергей ходил в рейды по тылам душманов. Там притесняли и уничтожали прежде всего русских, и Сергей считал невозможным оста51


ЧЕСТНАЯ ПОЗИЦИЯ

ваться в стороне, он отдавал все силы, защищая Родину. Он не был кадровым офицером. Даже, получив ранение ноги, он не стал официально инвалидом войны. Он был инвалидом труда и получал пенсию порядка пяти тысяч рублей. Вот оно, несовершенство наших законов. Ведь он был настоящим русским офицером – по сути, по духу, по делам. И в Чеченскую Республику он поехал по зову сердца, как только началась война, – увидеть всё своими глазами. Это была не последняя его война. Он побывал и в Югославии, когда запылало Косово, побывал в Афганистане. Но главное – конечно, Чечня. Я находился рядом с Сергеем, стал его заместителем. Вся его жизнь, боевые впечатления – всё отразилось в его книгах. Серёжа был мастером миниатюры, короткого рассказа, пронзительной любовной лирики. Он был поэтом, рождённым войной,  – подобно Симонову и Твардовскому, которых он любил. Очень любил и книги Юрия Бондарева  – фронтовика, ставшего прозаиком. Любил и Александра Исаевича Солженицына. Александр Исаевич ещё из Америки передавал ему рецепт лекарства, которым он спасался в лагерные годы... А Сергея снова и снова тянуло на войну, туда звал его долг воина и корреспондента. У меня складывалось впечатление, что именно там он жил по-настоящему. Сергей был погру-

52

жён в материал. Война была его жизнью. Он отключал телефон, исчезал из московской жизни, когда попадал в Чечню. Он возил туда и всех своих актёров, когда в последние годы жизни стал снимать художественные фильмы. Эта война была неизбежна – Господом ниспослано такое испытание и России, и Чечне. И воинам, и мирным людям. К своему фильму он написал эпиграф, который я дословно запомнил: «Сегодняшние войны неправильные. На них воюют обречённые. Несколько тысяч обречённых в огромной многомиллионной стране. Уцелевшим, вернувшимся с войны солдатам уже не вписаться в эту действительность. Жившим по законам совести, им не найти места на этой ярмарке тщеславия. И потому их война не окончена. Для чего я говорю об этом? Что пытаюсь доказать? Мир давно сузился до размеров малогабаритного счастья, и его размеры непоколебимы. Мы были гражданами страны. Плохой, хорошей ли, но страны. Мы стали гражданами квартиры». Сергей Говорухин. Не будем забывать эти слова! – Как бы вы определили Сергея Станиславовича в двух словах? – Талантливый человек! Правда, в двух словах про Сергея не расскажешь. Господь его щедро наградил. Он был послан талантливым родителям. Отец вам всем известен – харизматичный, мощный, сильный, мудрый Станислав Сергеевич Говорухин. Мама  – Юнона Ильинична Карева.


ЧЕСТНАЯ ПОЗИЦИЯ Прекрасная актриса, педагог. Зрители помнят её по фильму «Место встречи изменить нельзя», там она исполнила роль Желтовской, второй супруги Груздева, которого сыграл Юрский. Вопреки расхожему мнению отношения двух Говорухиных – отца и сына  – не были натянутыми. Да, Сергей, как и многие дети знаменитых людей, тяготился, когда его воспринимали как «сына Станислава Говорухина». Но на отца он эти эмоции не переносил. Они тепло общались. Сергей многому научился у отца, хотя в искусстве шёл собственным путём и с юности всего добивался без протекций. И в армию пошёл, и в старатели завербовался… Но Станислав Сергеевич всегда бывал на днях рождения Сергея, навещал его в больнице, молился за сына… И Сергей отвечал ему тем же. – Характер у него был стойкий? – Да, но это  – не единственная определяющая его черта. Серёжа был очень жизнелюбив и жизнерадостен, несмотря на ранение. Никогда не терял чувства юмора, которое проявилось и в его книгах. При всей внешней брутальности, силе, при том, что он был настоящим мужчиной, он оставался ранимым. Очень много работал. К подготовке вечеров памяти подходил ответственно, работал тонко, не жалел эмоций, каждый раз придумывал что-то новое… Жизнь его не утомляла, он просто не умел отдыхать, ненавидел праздность. Главным качеством мужчины считал надёжность, из которой вытекают другие качества: сила, доброта, честность. Был хорошим актёром, и это проявлялось в жизни. Однажды отец, получив новую должность, прислал ему роскошную визитку  – «Станислав Сергеевич Говорухин, президент гильдии кинорежиссёров». А Сергей тут же перевернул визитку и написал на обратной стороне: «Сергей Станиславович Говорухин, ошибка президента». Совесть, нравственность, честь, достоинство – для него это были не пустые слова. Он с болью переживал распад Советского Союза. Первый орден Мужества Сергей получил в Таджикистане за выполнение боевого задания. Когда его в Грозном ранили в ногу – за это тоже полагался орден Мужества. Сергея представили ко второму ордену Мужества – за кровь, за тяжёлое ранение. А он сказал: «Ребята, а можно мне медаль – «За отвагу!». Самая солдатская медаль, значимая, овеянная славой Великой Отечественной. Прямо по Тёркину: «Нет, ребята, я не гордый. Не загадывая вдаль, так скажу: зачем мне орден? Я согласен на медаль». Его отношение к героическому советскому прошлому выразилось в практических делах. Когда упразднили боевые советские награды, и в том числе медаль «За боевые заслуги», ЗБЗ, как почтительно называют её в армии, Серёжа не мог с этим примириться. Он сам разработал дизайн медали «За ратную доблесть» – по образцу

медали «За боевые заслуги», тоже со скрещёнными мечами. Мы выезжали в Чечню, награждали ребят в горах, на дальних заставах. В армии высоко ценили медаль «За ратную доблесть»! А потом под влиянием Сергея возродили и саму легендарную медаль «За боевые заслуги». Поколению фронтовиков Великой Отечественной Сергей посвятил авторский фильм «Сочинение на уходящую тему». Он снял встречу ветеранов 9 Мая в парке Горького. И на контрасте показал молодёжь, пьющую пиво, не обращающую внимания на стариков. Помните, ведь в те годы излом страны проявлялся и на отношении к старикам, и вообще на отношении к фронтовым подвигам. В те времена фронтовики, прошедшие Афганистан и Чечню, подчас стеснялись надевать боевые награды. СМИ навязывали мнение, что они – какие-то захватчики, агрессоры. А ветераны Великой Отечественной – сталинисты, ретрограды… Сергей ломал этот позорный стереотип. Для него герои всегда оставались Героями с большой буквы. Каждый год мы устраивали концерты для советских ветеранов. Дарили подарки, каждый год фотографировались с ними… Больно, что каждый год их становится всё меньше. Это был его любимый праздник – День Победы. Серёжа любил в этот день и с гармошкой посидеть во дворе, по старой русской традиции. Чтобы весь народ радовался в этот праздник. Все эти годы он жил в однокомнатной съёмной квартире на Ленинском проспекте. Иногда мы вместе, на две семьи, снимали дачу. Природу он любил, отдыхал душой… Наверное, он мог улучшить свои жилищные условия, но бытовые вопросы его не заботили. Для других он хлопотал, пробивал квартиры, о себе – забывал… Он настолько серьёзно относился к работе, что просто времени не хватало. Писал сценарии, готовил концерты, ездил в командировки. Офис у нас был уютный, но скромный – на Хорошёвском шоссе. Потом мы были вынуждены переехать дальше, на Амбулаторный проезд. И даже в новом, ещё более скромном, офисе Серёжа часто оставался с ночёвкой, писал стихи, сценарии, продумывая каждую запятую. Были у него стержень, внутренняя культура – от деда-казака, от отца, от замечательной мамы… Всегда в нём жила потребность помочь ближнему. Благотворительность – это отдельная тема. Он говаривал: «Я свой план по благотворительности перевыполнил», но продолжал и продолжал этим заниматься. Собирали средства на вечера памяти, на помощь тем ветеранам, которые в этой помощи нуждались,  – и, конечно, собирали и отправляли в Чеченскую Республику гуманитарные грузы, необходимые армии. Насколько я знаю, никто в стране не подходил так скрупулёзно и основательно к подбо53


ЧЕСТНАЯ ПОЗИЦИЯ ру и закупке гуманитарного груза для солдат. Тут не было спонтанных решений, всё было продумано. Закупалось то, что необходимо для воюющих подразделений: каски лёгкие, бронежилеты, противоосколочные очки, боевые награды. Потом мы добавили спортивные костюмы – из олимпийской экипировки сборной России. Чтобы ребята могли переодеться, отдохнуть от военной формы и почувствовать себя воинами сборной команды России. Любовь Васильевна Родионова, мать воинамученика Евгения Родионова, собирала вещи первой необходимости – перчатки, гитары, батарейки, фонарики, тёплую одежду… Всё это свозили в храм Николая Чудотворца в Пыжах  – на Большой Ордынке, в другие храмы  – и Любовь Васильевна сама отвозила всё в Чечню. А Серёжа делал акцент на том, что необходимо спецназу. Тактические перчатки, пятиточечники – это такая подстилка, чтобы сидеть на броне и не застудить почки. Всё это было дотошно продумано и полезно для ребят. На фронте ждали наших посылок. И каждый год поездки с гуманитарными грузами происходили. Всё это время снимался киноматериал  – на боевых операциях, в дни отдыха, в освобождённых городках… Материал накапливали к вечерам памяти. Благодаря этому была показана и осталась на века правда о чеченских кампаниях – не всегда приятная властям в первую войну, но такая нужная во вторую. В первую войну воевали с колёс, на ходу учились воевать. Не чувствовали политической поддержки. Вторая кампания была неизбежна. После предательских Хасавюртовских соглашений в Чечне процветали работорговля, торговля оружием. Они не только российскому президенту, они и президентам-то Чечни не подчинялись. Ни Яндарбиеву, ни Масхадову… Все эти так называемые бригадные генералы  – убийцы. Потом банды Басаева и Хаттаба пошли на Дагестан, опухоль расползалась по России. Армия возвращалась в Чечню, чтобы восстановить справедливость. С приходом Путина у власти вернулось доверие к лучшим нашим генералам. Напомню, что Пуликовский и Шпак потеряли в этой войне сыновей. Они не прятали их – и ребята героически погибли. Проявили себя Шаманов, Трошев и другие истинно боевые генералы. С Шамановым и сын, и дочь постоянно находились. Это были генералы, ощутившие вкус победы. При этом сохранялись социальные проблемы: например, пенсия была неадекватная. 6–9 тысяч рублей получали ветераны боевых действий, потерявшие руки-ноги. Не было внятной программы по льготному трудоустройству, приёму на учёбу... Вот этими делами и занимались мы, подменяя собой государство. Многое удавалось. Я звонил мэрам городов: «Приёмная Говорухина». И… ребятам помогали с квартирами, с вузами, с 54

трудоустройством. Иногда нас принимали за сотрудников Станислава Говорухина – и помогал его авторитет. Потом Серёжа вступил в Совет по правам человека при президенте. Во многие заботы доводилось ему вникать. То нужно оборудовать столовую при гарнизоне в Чите, то помочь с ремонтом в новых квартирах, которые давало ветеранам государство. Многое Сергей делал за свой счёт. Чечня  – это такая война, которая войной-то не признавалась. Говорили: контртеррористическая операция. Война гражданская  – это такая страница, которую хочется перевернуть. Но, продвигаясь по пути применения, мы не должны забывать погибших ребят. До сих пор там гибнут солдаты и офицеры – в Чечне, Ингушетии, Дагестане. В Чечне в последние годы стало поспокойнее, но соседние республики остаются горячими точками. Сергей свою солдатскую правду отстаивал повсюду. Не боялся в лицо говорить резкие слова президенту Ельцину – не тогда, когда он стал «мёртвым львом», а в годы правления Бориса Николаевича. Серёжа участвовал во многих телевизионных дискуссиях. Помню, как яростно он накинулся на Александра Невзорова, защищая честь нашего друга полковника Юрия Буданова. Невзоров в последние годы впал в хулу на веру православную. Стал чужим для нас человеком… А для Сергея всё, что связано с подвигом наших ребят, было священным. Начало первой чеченской войны стало для нас днём скорби и памяти – 11 декабря. – Бывали в его жизни периоды сомнения, отчаяния, разочарования? – Он был непростым человеком по характеру, и работать с ним было непросто. Представим себе, что вы потеряли ногу в самом расцвете сил и столкнулись со множеством операций… Другой бы на его месте впал в уныние… Бывали у нас и споры. Он подчас сомневался в торжестве православия – ведь столько несправедливости в мире. Говорил: как же так, ты говоришь о торжестве православия, а духи наших ребят убивают… Это метания сильного человека. Известно, что талантливым людям, одарённым искрой Божией, присущи искушения, мощнейшие искушения. Но в уныние он точно не впадал. Он мог и всплакнуть, хотя мало кого пускал в свой внутренний мир. Но столько боевого духа и мужества я не видел ни у кого. Вера его окрепла, когда он сказал: Когда же нашу оболочку Смиренный обозначит крест, Вы не спешите ставить точку – Мы будем там и будем здесь. Он написал себе эпитафию. Из века в век, из боя в бой мы будем с Господом. Воины бессмертны. А то, что он был воином, не вызывает сомнений.


ЧЕСТНАЯ ПОЗИЦИЯ Крестился он сравнительно поздно, в Казани. У него был друг – милиционер, сейчас он замминистра МВД Татарстана, Андрей Рябов. А его отец был настоятелем казанского кафедрального собора, отец Сергий. Андрей, узнав, что Сергей не крещённый, предложил ему немедленно покреститься. Они пришли в собор  – с утра, как говорится, «после вчерашнего». Отец Сергий строго глянул на Сергея: «Плохо тебе? Ну Господь привёл тебя в храм, сейчас будет лучше». И действительно, как вспоминал Сергей, пришло просветление. Вроде бы это был не духовный поступок, мальчишество, но у Господа случайностей не бывает. Сергей не выставлял свою веру напоказ, хотя крест всегда был на нём. Многое он оборачивал шуткой. Что лучше: те, кто идёт в церковь за внешними атрибутами, суевериями или по моде, или человек, который без ноги совершал высадки с вертолёта, помогал людям неусыпно? Столько людей за него молятся и вспоминают добрым словом! Царство Божие он заслужил. Ушёл на взлёте. Ведь именно в последние годы он начал жить творчеством и получал от этого огромное удовольствие. После мастеркласса у Марлена Хуциева он воскликнул: «Теперь я знаю, как снимать художественное кино!» За два года снял два фильма, не дожил до премьеры последнего. А было море планов! Премьера фильма «Земля людей» прошла как вечер памяти, в виде спектакля, который Серёжа поставил к очередному вечеру памяти... Что-то он предчувствовал. А я не верил. Не мог поверить. Кто угодно – но не Сергей… В нём столько было энергии, сил, здоровья. Мы встретились после кинофестиваля в Выборге. Каким счастливым он был! Он сказал мне тогда: «Вот это – настоящая жизнь!» Он талантливо выплёскивал на экран то, что впитал на войне... – Сергей бывал в Донском монастыре? – Как-то раз Серёжа спросил меня: в какой храм мы могли бы сходить? Он ездил в Оптину пустынь, бывал и в других святых местах, а тут задался таким вопросом... И я ответил: «Пойдём в Донской монастырь, там так благодатно и покойно. А от твоего дома – рукой подать». Мы пришли, поклонились громаде собора, Донской иконе, которая издавна помогала воинам. Он взял много свечей, ходил по всем иконам по кругу, долго стоял, молился. 28 октября он ушёл. А 1 сентября я решил заехать в Донской, помянуть его. Купил иконку и вспомнил, что именно 1 сентября  – праздник Донской иконы Божией Матери. Главный праздник православного казачества. А это день рождения Серёжи! Он жил недалеко, бывал здесь. Его душа связана с этим монастырём. – Бессмертная душа солдата… – В сборнике «Прозрачные леса под Люксембургом» Сергей рассказал о своём общении с погибшими так явственно и живо, что я вижу: он

просто перешёл в другое измерение. Правильно говорят в народе: «Неверующих в окопах не бывает». И мы точно знаем, что ушедшие ребята там, наверху, они молятся за нас. Перед Куликовской битвой наш святой игумен Сергий Радонежский говорил: «Каждому воину, сложившему голову за Русскую землю, – царство небесное». Никто этот приказ святого Сергия не отменял. Так и наши современные погибшие мальчишки, отдавшие жизни за други своя, святые для нас. Ничто не закончилось их гибелью. Часто я вспоминаю стихи Сергея  – он умел в нескольких строках выразить многое, самое важное: Память бродит – переносит В те военные года. Переносит и не спросит: Собираюсь ли туда? Я туда не собираюсь. Не хочу. Кричу. Не хочу, но возвращаюсь, Как затворник к палачу. Возвращаюсь в эти горы, В их погибельный восход, В наши споры, наши ссоры, В тот отдельный разведвзвод, Что ушёл по небосклону В девяносто пятый год. Тонкий, светлый, удивительный Сергей Говорухин. Грустное настало время: приходится хоронить друзей. Юра Буданов, Серёжа Говорухин… Каждый человек уникален по своей природе, настолько щедро Господь даёт каждому шанс жить по Его образу и подобию. Но за суетой мы теряем себя. Я даже не говорю о зле, о пороках, которые нас разъедают. Враг рода человеческого придумал такие понятия, как бизнес, кредиты, и в погоне за материальными ценностями эпохи потребительского бума люди забывают о главном. А Сергей жил ДЛЯ ГЛАВНОГО. В день памяти Сергея мы поклонимся Серёже на Троекуровском кладбище вместе с друзьями – ветеранами софринской бригады. Придём в Донской монастырь, помолимся, а потом соберёмся за столом, как он любил, улыбнёмся и поднимем за него как за живого. Он в строю. Только в небесном. А мы – здесь. Господь каждого посылает туда, где он нужен людям. У нас не самый тяжёлый крест. Вот есть Андрей Балашов, полностью парализованный, и не теряет духа. Нам унывать и отступать нельзя. А вот помнить необходимо. Это был достойнейший человек. Режиссёр, поэт и настоящий воин, который любил Россию, мог жить только в нашей стране, вырастил детей  – Станислава и Васю. Он в наших сердцах. Светлая память и Царство Небесное. 55


«Увы, прошедшие люди» ОТЗЫВЫ И РЕЦЕНЗИИ

О б э к р а н и з а ц и и п о в е с т и Н . В . Го гол я «Тарас Бульба» Ирина Монахова

О

фильме «Тарас Бульба. Запорожская Сечь» режиссёра Владимира Бортко я слышала такие мнения: он потрясает, он как разорвавшаяся бомба. Действительно, в наше коммерциализированное время содержание этого фильма говорит о какой-то совсем другой жизни. Причём произведение, на основе которого создан фильм, – не просто исторический роман, каких много, – занятных, спокойных, удобных, для того чтобы, прочитав, спокойно забыть о них. Нет, это рассказ живой, будоражащий и оставляющий в памяти неисчезающий след. Почему повесть производит такое впечатление? Н.В. Гоголь при создании «Тараса Бульбы» изучал не только и не столько исторические документы и летописи, сколько многочисленные фольклорные источники  – народные песни, в основном думы бандуристов (странствующих народных певцов). Текст повести пронизан интонациями, образами, настроениями дум, повествующих о подвигах казаков, их дальних походах, боях с врагами и их героической гибели. А что такое эти исторические баллады (думы)? Это, по существу, свидетельства участников и очевидцев событий. То есть это рассказ от первого лица, который потом столетиями передавался от поколения к поколению и при этом сохранил в себе ощутимое дыхание жизни того времени. Поэтому Гоголю и были так дороги народные песни, думы, которые он называл «живыми летописями» и решительно отдавал им предпочтение перед летописями обычными. Он писал в 1834 году, во время работы над повестью «Тарас Бульба»: «Каждый звук песни мне говорит живее о протекшем, нежели наши вялые и короткие летописи, если можно назвать летописями не современные записки, но поздние выписки, начавшиеся уже тогда, когда память уступила место забвению» . При создании повести Гоголь не только использовал слова, образы и сюжеты из народных песен (дум). Результат его знакомства с фольклором был гораздо более основательным  – «впуская» в текст своего произведения народные сказания о «делах давно минувших дней», 56

Гоголь фактически предоставил возможность самим героям, самой эпохе поведать о себе и привнести в повесть свою небывалую, невиданную в наше время (и в гоголевское время тоже) энергетику. Он сумел каким-то непостижимым образом создать своё произведение так, что его литературный талант соединился с живым духом минувшей эпохи. Поэтому повесть приобрела необыкновенное качество: на её страницах прошедшее не просто талантливо описано – оно как будто воскресает, возвращаясь из небытия, а точнее – воскресает его дух. Вот почему повесть производит впечатление невероятное: как будто приоткрывается окно в прошлое – можно заглянуть туда и почувствовать атмосферу того времени. Такое ошеломительное впечатление отчасти распространилось и на фильм, поскольку создатели киноверсии в основном довольно внимательно отнеслись к самой сущности гоголевского произведения – его пафосу, его духу, его идее. Но, правда, на сюжет повести такое отношение не распространилось. Искажения и «дополнения» гоголевского сюжета в фильме – все неудачные, потому что удачными они не могут быть по определению. Это, например, гибель тарасовой жены (как будто Тарас Бульба воевал не с притеснителями православной веры вообще, а только со своими личными врагами). Это и воспоминание Тараса о рождении Андрия, и бурная интимная жизнь Андрия и панночки, и рождение их сына  – эти «семейные» линии фильма так далеко уходят от гоголевского первоисточника, что и сам фильм они как бы «расшатывают» изнутри. Явно непропорционально показаны в фильме поражения, страдания казаков и их победы. Возникает вопрос: они были только мучениками? Или грозной силой, с которой считались соседние страны и народы, они тоже всё-таки были? Словом, чем дальше фильм в сюжетных подробностях уходит от повести, тем хуже для него же – тем больше он теряет той невероятной энергетики и красоты, которая в гоголевском творении заключается.


ОТЗЫВЫ И РЕЦЕНЗИИ Единственным исключением, возможно, является сцена «Запорожцы, сочиняющие письмо турецкому султану», но только потому, что сама она представляет собой «экранизацию» другого яркого произведения русского искусства – одноимённой картины И. Репина. Вообще в фильме явлено странное сочетание: стремление как можно ярче и вернее воплотить основную идею повести и не очень почтительное отношение к её сюжету. Фильм производит довольно сильное впечатление только постольку, поскольку он следует «духу и букве» первоисточника. Там же, где возникают искажения сюжета и самодельные «дополнения» к нему, там «смазывается» и ухудшается впечатление от самого фильма.

панночка в фильме мало напоминает героиню повести – по словам Гоголя, «брюнетку… черноглазую и белую, как снег, озарённый утренним румянцем солнца» . Уж если Гоголь написал так, значит, именно такова его героиня. О том, чтобы приоткрыть хоть немного её внутренний мир, показать её характер, в фильме и речи нет – вместо этого «прибавленные» к гоголевскому сюжету «постельные» сцены, беременность и роды. Образ Андрия в фильме тоже сделан несколько неопределённо и поверхностно. Почему он предал «товарищество», а значит, и свою веру, и родину? Потому, что он «маменькин сынок», «ни то ни сё»? Нет, он тоже прирождённый казак, как его отец и брат. Но у него присущая казакам

Не всем актёрам удалось передать «дух и букву» гоголевской прозы на должном уровне. Великолепны работы Богдана Ступки и Ады Роговцевой, которые сыграли Тараса Бульбу и его жену. Замечательны образы казаков, созданные Юрием Беляевым, Борисом Хмельницким, Михаилом Боярским. Довольно неплохо и старательно исполнен Остап Владимиром Вдовиченковым, хотя по художественному наполнению и убедительности этот образ совсем не достигает уровня Тараса Бульбы в исполнении Б. Ступки. Но по крайней мере здесь есть стремление сделать образ как можно более выразительным и показать именно гоголевского Остапа. Ярким получился и образ Янкеля, которого сыграл Сергей Дрейден. Но оставляют желать лучшего образы Андрия и польской панночки. Даже своей внешностью

страсть к свободе, к отстаиванию своей веры и самобытности находит себе другое направление – очарование женской красотой. В фильме не показаны толком ни эта буря страстей в душе Андрия, ни жгучее сострадание к бедственному положению прекрасной полячки, ни совершенно осознанная готовность и даже стремление погибнуть за неё. Словом, вся эта описанная Гоголем трагедия предательства (то есть духовной смерти) рассказана как-то невнятно. Показана в основном трагедия физической гибели человека в цветущем возрасте. В повести Андрий говорит панночке: «Я погублю себя. Погублю, погублю! И погубить себя для тебя, клянусь святым крестом, мне так сладко». Таким образом, Андрий предстаёт неким рыцарем (хоть и с отрицательным знаком), решившим 57


ОТЗЫВЫ И РЕЦЕНЗИИ посвятить свою жизнь и смерть «даме сердца». В фильме этот важный нюанс пропущен, и акцент смещён на другое: «За такую отчизну (то есть за панночку. – И.М.) всё продам, всё погублю» – вот ключевые слова киногероя. Это уже не рыцарь, а какой-то неопределённый персонаж, который просто склонен к продажности и, как Янкель, ищет, где лучше. Однако в гоголевской повести Андрий  – человек таких же могучих страстей, как и другие запорожцы. Этот персонаж вовсе не нуждается ни в снисходительном оправдании его, ни в натянутом сравнении с шекспировским Ромео (который против своей родни с оружием в руках не воевал). Осознав своё предательство как шаг к своей неминуемой «сладкой» гибели, Андрий как бы сам себе вынес приговор. Потому он и безропотно принял смерть от отца, увидев в исходящей от него каре исполнение этого приговора  – ту самую чаемую им гибель (с именем прекрасной полячки на устах). В этом и трагизм, и определённый масштаб личности Андрия. Где в фильме этот сложный и сильный характер? Вместо этого на экране присутствует юноша неопределённого характера с не очень внятной мотивацией своих поступков. И «досочинённые» к гоголевскому сюжету интимные сцены с его участием, разумеется, не могут компенсировать этих недостатков. Конечно, пафос Гоголя, воспевшего народных героев, столь исступлённо сражавшихся за свободу и веру, нелегко понять современному человеку, у которого веры порой вообще нет никакой, и свободу он воспринимает как должное, а не как завоевание многочисленных предыдущих поколений. Наверное, выразить хоть в какой-то степени тот накал страстей, ту энергетику (повышенную «пассионарность»), которые были свойственны гоголевским героям,  – это было самой трудной задачей для создателей фильма. Действительно, в эпоху либерализма, плюрализма и толерантности трудно постичь, прочувствовать ситуацию тех времён, когда за свободу и право быть самим собой надо было постоянно воевать. Видя вокруг себя множество православных храмов как само собой разумеющееся, а церковные службы – даже и по телевизору, трудно представить себе, что для защиты своей православной веры люди готовы были в любой момент бросить всё и идти сражаться и умирать, хотя их никто не заставлял. От сегодняшнего человека до этих «православных рыцарей» (как сами себя называли казаки)  – дистанция огромного размера. Но только отступления от гоголевского сюжета и прибавление разнообразных «дополнений» к нему не способствуют этому пониманию, а, наоборот, препятствуют. Тем не менее, учитывая все эти трудности понимания, наверное, надо считать большой удачей, что такой фильм хотя и с некоторыми недостатками, но всё-таки появился сейчас. Повидимому, уже и это большое достижение. Тем 58

более что в последнее время почему-то нередко встречаются рассуждения о том, что Гоголь както неоднозначно относился к изображённым в его повести запорожцам: может быть, так, как до сих пор было принято считать (то есть как к народным героям – «православным рыцарям»), а может быть, и по-другому – с противоположным знаком. Мнения, конечно, могут быть разные. Но только возникает вопрос: появилось бы это великолепное эпическое полотно о Запорожской Сечи, если бы Гоголь был таким «неопределённым» человеком, толком не знающим, как ему относиться к своим героям? Из сомнений не создаётся героический эпос: «от избытка сердца говорят уста» . Это относится и к самому сложному, наверное, моменту эпопеи – убийству Тарасом Бульбой Андрия. Как Гоголь к этому событию мог относиться, если не как к трагедии, к которой неизбежно приводит всегда предательство? Ведь авторские слова об Андрии (ещё не убитом, а только что отрёкшемся от «отчизны Украйны» и от своего отца) таковы: «И погиб козак! Пропал для всего козацкого рыцарства!» Гоголь говорит об Андрии «погиб» ещё задолго до его встречи с Тарасом Бульбой. О временах казачества Гоголь написал в одном из писем: «Увы, прошедшая жизнь и, увы, прошедшие люди». Это «увы» относилось, конечно, не к постоянным войнам и диким нравам тех времён, а к исполинским масштабам личностей таких казаков, как Тарас Бульба,  – к «необыкновенному явленью русской силы», которое «вышибло из народной груди огниво бед». Хорошо изучив эту эпоху, со всеми её плюсами и минусами, Гоголь тем не менее ценил самоотверженность «прошедших людей», их самостояние и готовность отдать жизнь за свою веру. Замечательно, что герои Гоголя, которые восхищали его масштабом и цельностью их натуры, напоминают нам о себе с экрана и их жизни вмешиваются, врываются в нашу сегодняшнюю жизнь. Возможно, даже это и есть главное событие из всего того, что было приурочено сделать к 200-летию писателя, за неимением других, сопоставимых по масштабу с этим юбилеем событий. Было бы хорошо, если бы этот фильм показывали в кинотеатрах. Месяца через два после его премьеры я поинтересовалась в Интернете, где в Москве идёт этот фильм. Но в киноафишах значились лишь терминаторы, призраки, демоны, колдуны и т.д. Н.В. Гоголь. Полн. собр. соч. Т. Х. – М., 1940. – С. 299. Н.В. Гоголь. Полн. собр. соч. Т. II. – М., 1937. – С. 56. Н.В. Гоголь. Полн. собр. соч. Т. II. – М., 1937. – С. 103. Лук., 6:45. Н.В. Гоголь. Полн. собр. соч. Т. II. – М., 1937. – С. 107. Н.В. Гоголь. Полн. собр. соч. Т. Х. – М., 1940. – С. 284. Н.В. Гоголь. Полн. собр. соч. Т. II. – М., 1937. – С. 46.


ДАЛЬНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

Равнение

на насекомых!

Андрей Большаков (Голландия)

«М

ногие насекомые появляются на свет, когда их родители уже давным-давно умерли. Встреча детей с родителями совершенно для них неважна: ведь уже в первую секунду своей жизни они умеют и знают в полной мере всё то, что знали и умели их родители. Инстинкт уверенно поведёт молодое поколение по жизни, позволит выполнить всё, намеченное для них. В положенный срок и они закончат своё существование, так и не увидев своих детей. Впрочем, даже и те насекомые, которым по законам природы суждено встретиться с потомками, участия в их судьбе не принимают», – бодро и радостно рассказывал голос из телевизора. Молча и неподвижно сидели Эрика и Александр перед огромным экраном. На экране возились, копошились и ходили друг по другу какието букашки. – А может, это и правильно? – нарушила тишину Эрика.  – Может, и правда, не надо ни во что вмешиваться... Пусть живут свою жизнь, как умеют... – Так это ж насекомые безмозглые!  – моментально взорвался Александр.  – С них, что ли, пример брать? Ты возьми кого-нибудь поразумнее. Птицы занимаются своими птенцами: обучают всяким птичьим премудростям. А у них тоже, между прочим, инстинкты имеются... А как занимаются родители всякими лисятами-волчатами, не знаешь разве? Молодому волку, например, уже год или больше. Переярок называется. Он уже сам половозрелый, и инстинкты из него прут! А он всё ещё бегает в родительской стае на второстепенных ролях – школу жизни проходит, экзамены сдаёт, прежде чем покинуть родителей... – Ну да, у них это так, конечно... – неуверенно протянула Эрика. – Но, может, у людей это как-то по-другому должно... – Как «по-другому»!  – выкатил глаза Александр. – Если даже у нормальных зверей родители детей воспитывают, то как же должно быть у людей? Что, равнение на насекомых, что ли! Мы не только имеем право – мы просто обязаны заниматься детьми! – А вот фрау Келлер, а она, между прочим, профессиональный педагог с западным дипломом, убеждала меня, что люди свободны с момента своего рождения и никто не смеет детям делать замечания, сравнивать их между собой и вообще учить жизни... Каждый человек, и в

том числе и ребёнок, волен распоряжаться собой по своему усмотрению. Помнишь, это когда Алиса решила сделать себе татуировку. Ты тогда ей строго это запретил, и она убежала в слезах к подружке. Подружка доложила фрау Келлер, и та вызвала меня в школу. Вот тогдато она и сказала, что тело человека – это его личная собственность и он может делать с ним всё, что захочет. – Дура она, эта твоя мужикообразная фрау Келлер! – хлопнул ладонью по колену Александр. Эрика промолчала. Может, фрау Келлер и дура, но дура авторитетная. Она и сама своим телом нараспоряжалась от души: вся в татуировках, как зэк колымский. А насчёт мужикообразности... Ну и что же, что фрау Келлер действительно похожа на мужика. Это же не её вина! Ну вот такая она, какая есть... Щёлкнул дверной замок, зазвенели ключи на связке. Это наконец-то вернулась домой Алиса, тринадцатилетняя дочь Эрики и Александра. Эрика и Александр молча переглянулись. Александр мотнул головой в сторону прихожей, и Эрика поднялась из кресла и, мягко и виновато ступая, направилась в указанном направлении. Александр, не меняя позы в кресле, вытянул шею и стал было прислушиваться, но тут в комнату вошла сама Алиса. Она направлялась в кухню. За ней тихонечко шла Эрика. Повинуясь взгляду мужа, Эрика вступила в беседу: – Алиса, ты не должна приходить домой так поздно! Мы же тебя столько раз уже просили. Ты не должна так поздно ложиться спать! К тому же, я посмотрела, ты и к урокам даже не приступала. Нельзя же так! – Только пришла и уже столько «не» услышала!  – недовольно по-немецки ответила дочь.  – Учитесь наконец думать и выражаться позитивно. Без «не». Ваши «не» меня оскорбляют. И в МОИХ вещах могу рыться только я! – А ещё мы столько раз тебя просили говорить дома по-русски! – вступил в разговор отец. – Всего-то пять лет прошло, как мы сюда приехали, а ты уже почти потеряла язык! Вообще не говоришь! Скоро и понимать перестанешь! – Мне трудно перестраиваться всё время,  – хладнокровно и всё так же по-немецки ответила Алиса. – А почему туркам из твоего класса не трудно! – вспылил отец.  – Почему они, даже и родившись здесь, всё равно остаются турками! А ты – уже и непонятно, какого рода-племени! Совсем оторвалась 59


ДАЛЬНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ от корней! Сколько книг мы с таким трудом сюда перевезли! Ты даже не открываешь их! – И не собираюсь открывать эти ваши книги, – по-прежнему по-немецки отреагировала дочь. – Их читать просто невозможно: всё время воспитывают, слезу давят... Всё время требуют кому-то сопереживать, волноваться за кого-то! То зайчиков из домика выгоняют, – Алиса изобразила такого злобного зайца, что с таким лицом он бы сам всех зверей из леса выгнал.  – То колобков едят, то собачку, Муму какую-то в реке топят... И постоянно кого-то обманывают, обманывают, обманывают... Надоели мне эти проблемы! Не хочу! Эти ваши писатели не имеют права подрывать мою нервную систему и вообще здоровье! Не позволю! Хочу думать и жить позитивно! – Ну какой же тут позитив?!  – недоумённо пожал плечами Александр. – Уроки не сделаны, дома не бываешь, матери не помогаешь! – Вот и скажи то же самое позитивно: «При твоём уме тебе ничего не стоило бы сделать уроки!» Или: «Было бы здорово, если бы ты ложилась спать чуть раньше, так как это могло бы улучшить цвет твоего лица!» Можно же сказать: «Посильная помощь по дому поможет тебе приобрести полезные для твоего будущего навыки»!  – жуя что-то, произнесла Алиса всё так же по-немецки. – Американщина какая-то! – с досадой откинулся в кресле Александр. – Не жуй всухомятку булку!  – внезапно подхватилась Эрика. – Ужин ведь ждёт тебя! Алиса повернулась на одной ноге, сделала страдальческое лицо, закатив глаза, и поднесла к виску указательный палец, изображая пистолет: – Ты можешь говорить ПОЗИТИВНО? Эрика растерялась... Вихляя и размахивая длиннокостными руками, Алиса направилась в душ. Александр и Эрика молча смотрели на удаляющуюся татуировку на правой лопатке дочери... * * * Заехав на своём «Опеле» в подземный гараж, Александр и Эрика выгрузили из багажника неподъёмные сумки с продовольствием, купленным на следующую неделю, и тяжело поднялись на свой этаж. Открыли дверь. Тум-тум... тэ-тэ-тэ-тэ-тэ... Тум-тум... тэ-тэ-тэтэ-тэ... – Мать, что это за звуки такие? – прислушиваясь, спросил жену Александр. – Слышу. По-моему, это у Алисы в комнате. Наверное, музыку слушает. – Сейчас... Посмотрю...  – Александр наконец затащил все сумки в квартиру и захлопнул входную дверь. Тяжело дыша, протопал по коридору. Приоткрыл дверь комнаты дочери и осторожно заглянул туда. 60

– Мамуля! Иди скорее сюда! – раздался его голос.  – Тут действительно музыка... Живая музыка. Эрика подбежала тихой мышкой. На кровати дочери по-турецки сидела парочка и, повернув головы, смотрела на Александра и Эрику. Алиса  – это Алиса, это понятно. Но рядом с ней прямо в каких-то бруклинских джинсах и огромных рэперских кроссовках сидел чёрный и блестящий, как рояль, парень. Когда он дружелюбно улыбнулся, то, казалось, кто-то невидимый поднял крышку этого рояля и обнажил белоснежные клавиши... Во всяком случае, зубов было, наверное, столько же, сколько и клавиш у рояля. Кроме чёрных... Каким-то экзотическим и неповторимым для белого человека движением парень перебросил с одной руки на другую небольшой барабан, по форме напоминающий песочные часы на мониторе компьютера. «Тум-тум... тэ-тэ-тэ-тэ-тэ»  – выстучали длинные пальцы с розовыми ногтями. «Тум-тум... тэ-тэ-тэ-тэ-тэ...». Эрика молча смотрела на открывшееся зрелище. Первым поборол ступор Александр. – Что это здесь происходит?  – сказал он в пространство, как обычно, по-русски. – Это Нгози, – нарочито уверенно и, как обычно, по-немецки ответила Алиса. – Он развлекает меня музыкой. – Музыкой?! – удивился Александр. – А почему именно здесь? В этой комнате какая-то особая акустика? И вообще, кто этот виртуоз... клавиш? Сказал и сам удивился  – при чём тут клавиши? Ах да, это из-за зубов гостя. – Это одноклассник Алисы, – голос вернулся к Эрике. Алиса поднялась с кровати: – Нгози хочет немного проучить своих родителей за их придирки. Он поживёт у нас, пока его родители не осознают свою неправоту. Вам он не помешает: он будет в моей комнате. – Я не уверена, что...  – начала Эрика, но её сразу же перебил муж: – Зато я совершенно уверен,  – тихо, но спокойно сказал Александр,  – что поживёт... он... где-нибудь в другом месте, но никак не в твоей комнате. Спокойный тон Александра, по-видимому, ввёл парня в заблуждение, и он, по-своему поняв, что дело решено положительно, радостно исполнил своё «тум-тум... тэ-тэ-тэ-тэ-тэ...». Эрика и Александр при этом одновременно поморщились, как от приступа острой мигрени. – Но это моя комната! И я в ней имею право делать, что хочу! – по-немецки взвизгнула Алиса. – Но это и моя квартира тоже, – невозмутимо и по-русски отреагировал Александр. – И я в ней имею право не делать, что не хочу. Парень начал соображать, что всё не так просто, и его ночёвка в этом доме, которая была,


ДАЛЬНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ казалось, делом решённым, внезапно оказалась под вопросом, и его улыбка погасла. Белые клавиши зубов прикрылись лиловой крышкой губ. Весь вид Александра недвусмысленно показывал, что спорить с ним бесполезно. Алиса и её одноклассник подхватились и выкатились на улицу, едва не разбив стеклянную входную дверь подъезда... «Тум-тум... тэ-тэ-тэ-тэ-тэ...» – какое-то время ещё была слышна барабанная дробь, затем она органично переродилась в грохот мотора проезжавшего мотоцикла и вместе с ним умчалась... Эрика и Александр расстроенно переглянулись и направились на свою половину. На середине пути Александр вдруг развернулся и, войдя в комнату дочери, настежь распахнул окно... * * * На следующий день семья в полном составе обедала за столом. В последнее время это происходило не слишком часто, так как Алиса предпочитала уносить тарелку в свою комнату и принимать пищу без отрыва от телефонной трубки. Родители при этом только печально переглядывались, слушая чуждые русскому уху интонации. Но в этот раз Алиса зарождающимся в ней женским чутьём почувствовала, что сегодня надо, – не очень понятно почему, – но почемуто надо провести обед совместно с родителями. Впрочем, полностью сломить себя она не смогла, и разговор шёл в обычной манере: родители говорили по-русски, а она сама  – понемецки. – Ну, – начал разговор Александр, – как там твой... э-э-э... музыкант поживает? Нашёл он себе вчера место, где «оскорблённому есть чувству уголок»? Увидев непонимающие глаза дочери, он вспомнил, что использовать цитаты из русской литературной классики бесполезно, и пояснил буднично: – Ну в смысле, где он ночевал-то? У кого-нибудь из одноклассников? – Дома, – не поднимая глаз, ответила Алиса. – Никто не пустил? – ухмыльнулся отец. – Он и не пытался. Он хотел именно у меня. Ему я нравлюсь. – Нормально! – поперхнулся Александр. – Во даёт, дитя природы! – А тебе-то зачем это надо? – тоже удивлённо спросила Эрика. – Тебе что, нравятся такие... парни? Александр опередил Алису: – Я лично, когда увидел эту о...  – наткнувшись на взгляд дочери, Александр осёкся, но быстро сориентировался.  – ... Когда я увидел эту о... одиозную личность... я подумал, что за моей душой уже пришли! Говорят, именно такие и приходят незадолго до разлучения души с телом...

Эрика невидимо толкнула его под столом своим мягким тапком и поспешила замять неловкость: – Чем он тебе-то интересен? Что, он отличник? Или спортсмен? Или много знает? Или что? – Или списывать даёт? – развеселился Александр. – У нас никто никому списывать не даёт! – ответила Алиса. – А Нгози – он и не отличник, и не спортсмен, и не знает ничего. Просто он очень весёлый и... свободный какой-то. Легко живёт... И энергии в нём – океан! – И энергии океан он направляет в барабан! – опять не удержался Александр. Дочь, казалось, даже и не заметила сарказма в словах отца. – Да, он без барабана не может существовать. Все уже привыкли  – даже учителя, что каждые несколько минут он обязательно должен хотя бы коротенько пробарабанить! Иначе он умрёт! – Что, и на уроках тоже? – удивилась Эрика. – Иначе он умрёт! – с напором повторила Алиса. – Сюр какой-то!  – посерьёзнел Александр.  – Господи, помилуй! – И что, – продолжила допытываться Эрика, – учителя ничего ему не говорят? – Никто никому не имеет права делать замечания!  – с явно внушёнными интонациями, как заученный урок, отчеканила Алиса.  – Следует мыслить и высказываться только позитивно. И уважать достоинство и права человека. – То есть следует уважать право... этого... барабанить на уроках!  – Александр сжал вилку и нож так, что побелели косточки на кулаках.  – Д-а-а, башку тебе промыли основательно! А кто же будет уважать твоё право на образование? На хорошее образование! Для чего ты сюда приехала? Соло на барабане на уроках слушать? Эрика опять под столом незаметно толкнула мужа ногой и опять переключила беседу: – А что за проблема у... этого парня с родителями? Почему надо их проучить? – Они никак не могут научиться мыслить и высказываться позитивно. И уважать права Нгози.  – С готовностью начала объяснять Алиса.  – Отец всё время повторяет, что не для того он вывез Нгози из Африки – подальше от змей, пауков и скорпионов, чтобы тот мог позволить себе плохо учиться и ничего не делать... И вообще, он не уважает право Нгози на личную свободу! – Скоро и нас с тобой, мать, проучат! – деланно спокойно покачал головой Александр. – Чтобы научились наконец мыслить и высказываться позитивно. И уважать права человека... – А какая свобода имеется в виду? – мягко и осторожно спросила Эрика. – Свобода ничего не делать для своего же будущего? Свобода валять дурака? Свобода не прислушиваться к мнению родителей и делать ошибки? – Но ведь СВОИ же ошибки! – закатила глаза Алиса. – Каждый человек имеет право в СВОЕЙ 61


ДАЛЬНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ жизни сделать СВОИ ошибки! СВОИ, а не ЧУЖИЕ. Не родительские, не учительские, не соседские, а свои! – Да уж, соседские ошибки сделать нельзя, – мгновенно отреагировал Александр. – Но поучиться на них вполне даже можно было бы! Вон соседка этажом ниже – фрау Шиле, например. Глядя на неё, можно с уверенностью сказать, что она прожила весьма бурную жизнь и своим правом воспользовалась на все сто! Потому что ей тоже в юности башку, как и тебе, основательно промыли... И вот результат  – ей уже за семьдесят, и у неё нет никого ближе её беспородной собачки... Все соседи и даже почтальон стремятся поскорее проскользнуть мимо этой фрау Шиле, потому что она цепляется за любую возможность хоть с кем-нибудь поговорить: собачка-то у неё, увы, не говорящая! Пойди спроси фрау Шиле – хотела бы она ещё раз повторить свои ошибки? Много счастья ей принесла свобода? И продолжает ли она на восьмом десятке мыслить позитивно? Или, может, начала что-нибудь соображать на старости лет! Алиса, ничего не отвечая, увлечённо рассматривала свою тарелку, всем своим видом демонстрируя, что остаётся при своём мнении... Скоро обед закончился, и все вернулись к своим делам: Алиса в своей комнате разговаривала с кем-то по телефону, Эрика мыла посуду, и Александр, сидя в кресле перед телевизором, опять наблюдал за тем, как возились, копошились и ходили друг по другу теперь уже какие-то совсем другие букашки, которые никогда в жизни не видели своих родителей, но при этом всё положенное им изначально знали и умели, были невероятно свободны и вовсю пользовались своим правом совершать СВОИ ошибки. Большинству насекомых эти ошибки стоили жизни, но это ничего: остальные букашки продолжали, надо полагать, по-прежнему мыслить позитивно... – Равнение на насекомых!  – угрюмо проворчал Александр и переключил канал. * * * Не прошло и недели, как Эрику для чего-то вызвала в школу фрау Келлер. Александр покрутил в руках листок с приглашением и решительно сказал: – Я тоже пойду! Уроки в школе уже закончились, и в коридорной тишине каждый шаг прокатывался гулким эхом. Кроссовки Александра тихонько шуршали, зато каблуки Эрики звучали, как сухие одиночные выстрелы солнечным октябрьским утром. Фрау Келлер – огромная тётка с ярко накрашенными губами и плохо расчёсанными короткими волосами – вышла из класса на звук эрикиных каблуков. Пожав обоим руки, пригласила войти, усадила за парту, сама разместившись за соседней. 62

Долгую минуту смотрели друг на друга. Улыбка фрау Келлер оставалась всё такой же лучезарной, как и в первую секунду встречи. Первым не выдержал Александр: – Вы нас вызвали, фрау Келлер... – Я очень рада видеть вас обоих, – улыбка фрау Келлер не изменилась ни качественно, ни количественно, губы не дрогнули, как будто это прозвучал голос за кадром, – но вообще-то я хотела поговорить насчёт Элис... обсудить некоторые интимные секреты только с мамой Элис. – Но я тоже уже достаточно взрослый для интимных секретов!  – решил не сдаваться Александр. – Ну хорошо, – лицо фрау Келлер сейчас напоминало неверно собранный пазл, в котором доброжелательная улыбка абсолютно не гармонировала с колючими маленькими серыми глазами. – Я... хотела поговорить... напомнить... о недопустимости вмешательства кого бы то ни было в личную жизнь ребёнка... Элис уже взрослая... – Абсолютно с вами согласен! – твёрдо сказал Александр. – Никто, кроме родителей, не должен вмешиваться в личную жизнь ребёнка. По крайней мере на этом этапе. Улыбка фрау Келлер и теперь не претерпела изменений, но глаза стали ещё меньше, серее и колючее: – Время изменилось, опыт родителей является препятствием для накопления ребёнком собственного жизненного опыта... Ребёнок имеет право на ошибки. Всё, что произойдёт с ребёнком, позже будет позитивно осмыслено им... – Главное – позитивно мыслить! – уверенно и серьёзно сказал Александр. – Именно!  – фрау Келлер смягчилась.  – Поэтому, когда вы запретили Нгози ночевать у Элис в комнате, вы лишили свою дочь... некоторого... позитивного опыта... – Извините, фрау Келлер,  – заговорила Эрика, – у вас самой есть дети? – Это информация приватная, но я всё-таки отвечу. Детей у меня нет, – фрау Келлер не теряла самообладания и по-прежнему излучала улыбку. – Ну тогда, боюсь, вам трудно понять эту ситуацию, – покачала головой Эрика. – Для понимания этой совершенно тривиальной ситуации не требуется наличие собственных детей, – не меняясь в лице, произнесла фрау Келлер.  – К тому же я ведь не только очень опытный учитель. Если бы вы ходили в неподалёку расположенную церковь, то вы бы знали, что я исполняю там обязанности пасторши и по долгу службы общаюсь с очень многими людьми. – Да, мы там не бываем... – ошарашенно заметил Александр. – Но всё равно, согласитесь, фрау Келлер, что Алиса ещё слишком мала для... для совместных ночёвок с юношами... – Что значит «мала»? Надо доверять ребёнку! Чем раньше она приобретёт позитивный опыт,


ДАЛЬНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ тем лучше для неё! – фрау Келлер уверенно отстучала по парте ребром крепкой ладони. – А мне один знакомый врач говорил, что интеллектуальное развитие девочки прекращается после первого... – Александр замялся, – после первого... позитивного опыта. И после этого учёба в голову девочки уже не идёт. – При слове «девочка» он четырьмя пальцами обеих рук изобразил в воздухе кавычки. – Во-первых, – живо отреагировала фрау Келлер, – эту чушь вам наверняка сообщил не наш, то есть не европейский врач. Это был врач,  – при слове «врач» фрау Келлер тоже изобразила в воздухе кавычки четырьмя пальцами обеих рук,  – из той вашей жизни, с которой вы в своё время без сожаления расстались... А во-вторых, даже если бы это и было правдой, что из этого? Вовсе не обязательно долго учиться и получать образование. Во многой мудрости, как вы знаете, многие печали. Это я как пасторша говорю. Известно ли вам, что в Германии только пятнадцать процентов взрослого населения имеет высшее образование? А в соседней Австрии  – вообще только девять. И это не мешает обеим странам процветать... А людям быть счастливыми. – А вы сами, фрау Келлер, – решила зайти с другой стороны Эрика, – вы сами-то в тринадцать лет оставляли ночевать мальчиков в своей комнате? – Нет, не оставляла!  – без паузы ответила фрау Келлер. – Вот видите!  – удовлетворённо заёрзал на стуле Александр. – Не оставляла!  – гордо повторила фрау Келлер.  – Потому что в тринадцать лет я сама была мальчиком! И была им до тридцати двух лет. За несколько лет до прихода в эту школу я сменила пол. Александр начал с силой тереть внезапно зачесавшееся ухо, а Эрика просто открыла рот, как будто увидела приземляющийся НЛО. – Сюр какой-то!  – по-русски произнёс опомнившийся Александр. Наконец пришла в себя и Эрика: – А... А дети... ученики знают об этом? – Естественно, – снисходительно улыбнулась фрау Келлер. – Все они уважают мой выбор и любят поговорить на эту тему. Иногда даже прямо на уроке. Александр упустил владение собой. Уголки его рта брезгливо опустились. Руки он непроизвольно убрал с парты себе на колени. Боковым зрением Эрика это зафиксировала, и, поскольку как-нибудь незаметно толкнуть мужа ногой под столом не представлялось возможным, она просто положила свою ладонь ему на колено... Александр намёк понял и внутренне собрался: – Так что же вы нам предлагаете, фрау Келлер? – он вытащил руки опять на парту. – Я не предлагаю. Я просто призываю вас реально посмотреть на современную жизнь. Сейчас жизнь – именно такая! Свободная, лишённая ком-

плексов, толерантная, допускающая и оправдывающая всё. Всё! – понимаете! Бессмысленно не признавать реалий и пытаться придерживаться давно устаревших правил. Каким бы ни был человек, что бы он ни говорил и что бы он ни делал, как бы он ни выглядел, мы должны это спокойно и мудро принимать, потому что он имеет право на свободный выбор и уважение своего достоинства! Это я как учитель и пасторша говорю, – ответила фрау Келлер. – Кроме того, вы, очевидно, знаете, что первая, – самая первая, – статья Конституции Германии гласит: «Достоинство человека неприкосновенно. Уважать и защищать его – обязанность всякой государственной власти». Эрика и Александр переглянулись. Ещё бы они не знали, о чём говорит первая статья Конституции Германии! Именно она пять лет назад и стала главным аргументом при принятии решения о переезде в Германию! Не о себе ведь думали они тогда, а о подрастающей дочери! Решили, что раз уж у Эрики имеются немецкие корни, то этим надо воспользоваться и попытаться начать новую жизнь там, где «достоинство человека неприкосновенно» и государственная власть уважает и защищает его. – Всякие упрёки, поучения и негативные высказывания всегда наносят удар по достоинству человека! Поэтому хочу вас предостеречь, – продолжала фрау Келлер, – что если в вашей семье продолжатся нарушения прав ребёнка, то нам придётся встать на защиту. Может получиться так, что Элис будет изъята из вашей семьи и отдана в другую семью. Где её права и свободы будут гарантированы от посягательств... * * * Понуро опустив головы, шли они домой. Кроссовки Александра теперь почему-то не шуршали, а шаркали, а каблуки Эрики уже не выстреливали, а глухо стучали, как барабан Нгози. Тум... тум...тум...тум... – Ну что, мать? Хочешь потерять ребёнка? Не хочешь? Тогда изволь с этого момента соблюдать первую статью Конституции, о которой мы так мечтали! Мысли, высказывайся и действуй сугубо позитивно! И вообще – равнение на насекомых! – издевательски пафосно изрёк Александр.  – И будь готова, что Мбонго теперь к нам зачастит. А может, и ночевать повадится... – Не Мбонго, а Нгози,  – уныло поправила мужа Эрика. – Всё равно!  – безразлично махнул рукой Александр и, прошагав ещё с десяток шагов, добавил: – Ну его-то, понятно, вывезя с родины, отец хоть от пауков, змей, скорпионов, крокодилов и всякой заразы спас. За стол посадил  – ложку в руки дал. На чистую постель положил – одеялом прикрыл! А мы-то Алиску от чего спасали? Эрика не сочла нужным что-либо ответить и просто молча шла рядом, постукивая каблуками. Тум... тум... тум... тум... 63


УГОЛОК ПОЭЗИИ

Французов

русские

побили Французов русские побили: Здоровье храбрых войнов пьём! Но не шампанским пьём, как пили: Друзья! Мы русским пьём вином. Подай нам добрый штоф сивухи, Дай пива русского кулган. Мы, братцы, не немецки шлюхи, Без боя не покинем стан. Ура! Здоровье русских пьём. Ведь вожди русские не Маки, Нигде не сделали измен; Солдаты не ползут как раки, Как бабы, не сдаются в плен… Обстал Бонпарт Багратиона: Отдай, кричал, твои штыки! «Возьми!», - отвесив три поклона, Сказал – и расчесал в клочки… Хоть отступал назад Кутузов, Против обычья Русаков, Велел так царь, - но он французов Пужнул, как тьму тетеревов… Кто русских войск царю вернее? Где есть подобные полки? На брань и дети пламенея, Знамёна вражьи рвут в куски… Гаврила Романович Державин Из малоизвестных стихотворений

64


Profile for АНО Переправа

Журнал "Переправа" №6 2012  

"Переправа" - журнал о душе и для души

Журнал "Переправа" №6 2012  

"Переправа" - журнал о душе и для души

Profile for pereprava
Advertisement