Issuu on Google+

18

Закон и люди

Полезная информация

№ 2 (13) февраль 2011

Размещение рекламы по тел.: 030-76238216

амую многочисС ленную группу русскоязычного на-

ПОЗДНИЕ ПЕРЕСЕЛЕНЦЫ: новое решение старых проблем

селения в Германии составляют т.н. немецкие переселенцы – выходцы из Советского Союза и образованных на его территории государств. Наиболее мощный их поток пришелся на девяностые годы прошлого столетия. Сейчас едут единицы. Но это не значит, что желающих переехать на родину предков не осталось. Напротив! Их много. Приведем выдержки лишь из одного письма. У меня – пишет Елена С. из Берлина - двоих детей. Сын с семьёй проживает рядом с матерью, а дочь осталась в России. В своё время она не сдала языковый тест. Теперь с двумя детьми живёт на зарплату учителя, муж умер. Можно ли забрать дочь с внуками в Германию?- спрашивает читательница. Причины, по которым семьи стали разделенными – родители здесь, а дети за пределами Германии различны. Некоторые подавали в своё время документы, но получили отказ: тест не выдержали, или же подвела не немецкая национальность в паспорте. Другие же совсем не подавали документов, не хотели расставаться с насиженными местами и бросаться в «омут неизвестности». А потом, в силу преимущественно материальных причин или же истосковавшись по родным в Германии (в большинстве случаев неплохо устроенным на новом месте) решили подать документы. Но не тут – то было: близка Германия, да не достанешь. Ведь за последние годы правила приема поздних переселенцев только ужесточались. И, оказывается, совсем не просто воссоединиться тем, кто остался, с проживающими в Германии родственниками. Вот и живут по разные стороны границы некогда единые, а теперь ставшие, волею судеб, разделенными семьи.

Ляпсусы языкового теста Проблема разделенных семей является острой и не раз и не два поднималась на самом высоком правительственном уровне. Возьмем, к примеру, пресловутый тест на знание языка. Мой анализ протоколов тестов по большинству «отказных дел» (Anhoerungsprotokol) показывает, что: 1. На большинство поставленных вопросов заявители отвечают все же правильно. 2. Не может быть поставлено им в вину, что ответы слишком лаконичны, так как со стороны экзаменаторов они не предупреждаются, что отвечать нужно полными предложениями. 3. Понимая важность момента, практически все они находятся в излишне нервозном состоянии, некоторые проводят в дороге многие часы, чтобы попасть к месту проведения теста. А ведь достаточно предложить экзаменуемому стакан воды, просто улыбнуться, чтобы тот успокоился и смог показать свои знания. 4. Дикция многих экзаменаторов оставляет желать лучшего, вопросы задаются в непозволительно быстром темпе, просьбы повторить вопросы остаются без внимания. Можно ли после этого удивляться, что по итогам подобных «тестов» заявители проваливаются? Сомневаюсь, что результаты подобных проверок могут быть положены в основу при решении вопроса, владеет ли заявительница немецким языком в требуемом объеме. Удивление вызывают многочисленные факты, когда дети росли в одной семье, «варились» в одном семейном котле, но один из них получает право жить на родине предков, а второй получает отказ. Ведь, следуя логике, нужно признать, что они в одинаковой степени усвоили от старших поколений (от бабушки, дедушки, родителей) традиции немецкого народа. Речь идет не только о языке предков (это – основное), но и о немецкой культуре (литература, поэзия), национальной немецкой кухни, исповедуемой религии. И поэтому имеют одинаковые права жить на родине предков. Совершенно неспра-

ведливо в таком случае «выборочное» признание в качестве позднего переселенца одного и отказ для другого.

Паспортные страдания Помимо сдачи языка, необходимо наличие немецкой национальности в первом паспорте заявителя. И горе тому, кто записан не немцем. И чиновникам не понять, что по - другому в тот исторический период действовать было нельзя. В послевоенное лихолетье наделять детей немецкой национальностью было опасно. Отказа от национальных корней требовала не только официальная государственная политика. Зачастую сами родители, не желая незавидной участи «врагов народа» своим детям, утаивали свои немецкие корни, уничтожали любые документы, свидетельствующие об их немецком происхождении. Эти исторические реалии разделяет и судебная практика Германии. Существует даже такой термин – Gefaehrdungslage. Признаётся, что послевоенное поколение советских немцев – где – то до середины шестидесятых годов, до начала «оттепели» - было в особо тяжелом положении. Официальное признание себя в качестве «немца», в том числе и при внесении своей национальности в паспорт было в прямом смысле слова опасным для жизни. Поэтому выбор в таких условиях не - немецкой национальности допустим, и не может ставиться в вину заявителям. Чиновники обязаны с пониманием относиться к сложившимся на тот исторический период реалиям. А паспортная система СССР не допускала смены национальности. Попытки восстановить историческую справедливость и в официальном порядке вернуть себе немецкую национальность для многих оказались безрезультатными.

Отказы по ошибке? И если речь идет не о десятке и сотни случаев, а о тысячах, то надо признать: действующая система «отбора» никуда не годится. В силу чего, многие заявители получили отказы необоснованно. Это признаёт и Bundesministerium des Innern, а также чиновники Петиционной Палаты Немецкого парламента (Petitionsausschuss), с которыми я веду переписку. Как я уже сообщал, уже практически подготовлен и в настоящий момент планируется к внесению в Парламент законопроект, призванный устранить «перекосы» в процедуре приёма переселенцев (некоторые из них нами отмечены выше). Новые правила призваны регулировать наиболее тяжелые случаи (Haertefaelle) и позволять воссоединяться разделенным семьям. Кстати, инструмент, с помощью которого это можно будет сделать, уже существует. Это – дополнительное включение (nachtraegliche Einbeziehung) оставшихся членов семьи в приемные документы уже проживающих в Германии родственников, призванных в качестве поздних переселенцев (Aufnahmebescheid von Spaetaussiedlern). Но до недавнего времени эта возможность очень редко использовалась. Зачастую только на судебной стадии удавалось доказать необходимость подобного включения. По нашим прогнозам теперь это можно будет сделать уже на административной (досудебной) стадии. Поэтому всем заинтересованным заявителям побеспокоиться стоит уже сейчас.

Порядок работы 1. В самую первую очередь рассматриваться (или пересматриваться) будут те заявления, которые уже поданы и зарегистрированы в Petitionsausschuss. С этой надлежит подать Петицию. Не всякая Петиция имеет шанс быть положительно рассмотренной. Надлежит оспорить не сам отказ, вынесенный по конкретному делу, а законодательный акт, на ос-

нове которого он принят. В противном случае, поступит скорый и негативный ответ. В одном из последних официальных ответов Петиционной Палаты на очередную мою Петицию по конкретному делу подобная практика признана как юридически корректной, так и единственно целесообразной по состоянию на сегодняшний момент. 2. Обоснование Петиции должно строиться на строгом фактическом материале (т.е. документах заявителя). Их копии адвокат вправе получить в Bundesverwaltungsamt,е. Для этого достаточно подать запрос (Akteneinsicht), зная номер дела заявителя (AZ), который содержится в любом полученном из BVA письме. Заявитель сообщает его адвокату и тот через пору недель получает дело заявителя, в котором есть все необходимые для работы материалы (копии свидетельств о рождении и заключении брака, трудовой книжки, паспорта и т.д.). Если в семье с момента получения отказа произошли изменения (кто-то родился, кто-то развелся), в таких случаях надлежит по факсу дослать соответствующие документы. В качестве заключения, хочется заметить: все, кто еще не потерял желание и надежду перебраться на родину предков - советую уже сейчас приняться за работу.

Михаил Аркадьевич Амирагов адвокат Член рабочей группы по правам иностранцев и политических беженцев Федерального Союза адвокатов; Neue Kraeme 27, 60311 Frankfurt am Main; Tелефон: 069 - 209 778 40 Факс: 069 - 209 778 41 Горячая линия: 0176 - 759 198 30 Емайл: zark@online.de


Февраль 2011