Issuu on Google+

Майдан: спецназу дали выйти из окружения понедельник

среда

пятница

страница 7

№ 140 (2135) 13.12.2013 г.

Всероссийский Чип и Дейл Президент утопил Послание Федеральному собранию в микроменеджменте и мелкотемье. Но попутно почти отправил правительство в отставку

Отче НАШих Репортаж из лаборатории по производству человека нового типа: наш корреспондент Диана Хачатрян поработала инструктором в новом кремлевском проекте

страница 5

«Красная метка» для Интерпола Авторитарные режимы все чаще используют эту организацию для борьбы с политическими противниками. Неправительственный доклад страницы 10—11

страницы 2—3, 4

Три возраста России Страна впадает в старость прямо из детства. Если заново не пройти этап взросления, можно выпасть из истории страница 14

Режиссер и писатель собирают деньги на свою версию сказки о Петрушке, который однажды проснулся президентом

Виктор ШЕНДЕРОВИЧ:

Мы с Владимиром Владимировичем сделали смету

страницы 18—19

Владимир МИРЗОЕВ:

Сакральная фигура требует профанирования

СКОРО НА ЭКРАНАХ!

Александр РУБЦОВ:


2

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

главная тема

Отче НАШих

Диана ХАЧАТРЯН спец. корр. «Новой»

Я возвращаюсь из Питера в Москву. Последние два дня я — инструктор нового государственного проекта в области молодежной политики — занималась тем, что вербовала студентов в идеологическую секту.

Репортаж из лаборатории по производству человека нового типа

«Сюда он приехал за счет госбюджета» На просторах интернета вы не найдете никаких упоминаний проекта «Сеть»: многочисленные группы в «ВКонтакте» закрыты для посторонних глаз, документы, которые участники получают на руки, после мероприятия изымаются и предаются огню. В буквальном смысле слова. В оргкомитет «Сети» я попадаю случайно. Сложно поверить, что такая секретная организация принимает на работу людей с улицы, но это так. Я захожу в группу «ВКонтакте» (все люди, связанные с прокремлевскими проектами, конечно же, предпочитают «Фейсбуку» эту социальную сеть) под названием «Хороший проект», рекрутирующую участников второго тренировочного сбора в СанктПетербурге, и заявляю куратору выезда о своем желании присоединиться к команде. Она интересуется, есть ли у меня «опыт работы в детско-молодежных лагерях», и, получив положительный ответ, просит прислать фотокопию паспорта. На следующий день мне перезванивают и приглашают на «обязательное обучение» в «антикафе» «Хорошая республика» на Мясницкой. Я отправляюсь туда, даже не догадываясь, кто стоит за этой загадочной структурой. На собрании выясняется, что я назначена одним из пятнадцати инструкторов. Мне предстоит вовлечь потенциальных участников в работу над проектом «Сеть», «зажечь» их любовью и преданностью к президенту. Технология — двухдневный тренировочный сбор на выезде. Помимо инструкторов в моей команде — дружинники, техники, штабист и организатор выезда. Всего — 30 человек. Все ребята, которым от 19 до 22 лет, проверенные бойцы, имеют большой опыт работы в области тимбилдинга, часть из них была на Селигере, состояла в прокремлевских движениях, другая — поедет на Олимпиаду в качестве активистов. Зайчики-энерджайзеры, готовые за одно только ощущение причастности к «государственному делу» и три тысячи рублей (плюс премия) прыгать, бегать и орать «кричалки» с утра до ночи, не имеют отношения к «Сети» — они работают на условиях подряда. «Я хочу напомнить вам о формате проекта, — заявляет организатор выезда Саша. — Это глобальный государственный проект. Мы выявляем активистов». Звучит громко, но правдоподобно. В «раздатке», которая попадает мне в руки, значатся десять городов (Москва, Питер, Калининград, Ярославль, Ростов-на-Дону, Волгоград, Екатеринбург, Новосибирск, Владивосток, Иркутск). Согласно раздаточным материалам, двум тысячам молодых людей (по двести человек в каждом городе) будет предложено участие в новом проекте «Сеть». Они пройдут необходимые тесты на креативность, самостоятельность

Билет на тренировочный сбор «Сети» в Калининграде и бейдж инструктора, выданный нашему корреспонденту

Артур Омаров, вероятный лидер нового движения

и активность, активность по результатам которых попадут в одно из десяти направлений. «В каждом из направлений будет отобрано десять человек, которых в течение года будет персонально сопровождать продюсер направления. Задача продюсера — в течение года вывести на федеральную орбиту как минимум одного человека в направлении. Наша задача — 50 мировых лидеров в течение 20 лет, они будут отобраны в ближайшие пять лет по всей России и создадут свои проекты сначала у себя в городах, а потом и в Москве. А в Москве — значит, в мире», — говорится в тексте. «Что такое «Хороший проект», все знают? — обращается к будущим инструкторам куратор тренсбора Саша. — Эта организация, которая занимается мероприятиями, зародилась на Селигере… После появилось антикафе». «Кто наш клиент?» — продолжает интерактивную беседу куратор. «Есть заказчик. Это команда Путина, — отвечает девочка Кристина 19 лет. — Непосредственно — один из создателей проекта «Сеть» Артур Омаров» (экс-руководитель аппарата «Наших», соучредитель фонда «Молодежная политика 2020», получившего, по данным «Ведомостей», за 2009–2010 годы от Росмолодежи 9 госконтрактов на 185,6 млн

«

ррублей; официально работает в администрации президента, его прочат в лидеры движения. — Д.Х.). Далее по расписанию — обсуждение организационных деталей. И вопросы из зала. «А если кто-нибудь из участников ляжет на пол и откажется выполнять наши требования?» — неожиданно задается вопросом активистка Вика, участвующая в «Хорошем проекте» уже два года. «Тут без вариантов: он просто едет домой, потому что сюда он приехал за счет госбюджета», — строго отрезает руководитель выездного мероприятия.

«Пи-пи, я Луноход» В пятницу вечером мы вылетаем в Питер (другая команда в тот же день отправляется во Владивосток). По дороге в санаторий в Репино, что на берегу Финского залива, активисты называют президента, о котором «им нельзя шутить», вождем, распевают под гитару попсовые песни. Самые обычные, вроде бы нормальные ребята… На следующее утро часть из нас отправляется к общежитию №4 СанктПетербургского государственного элект-

Путин предлагает себя как кандидатуру отца. Мы не хотим любить Путина за деньги, мы хотим быть усыновленными, хотим нормальных отношений с ним бесплатно. Но в свою очередь мы как усыновленное поколение предлагаем ему о нас позаботиться, научить нас, сделать нам предложения…

«

ротехнического университета им. Ленина, другая — к метро. Там нас ждут 170 человек (предполагалось, что будет больше). Мы усаживаем их в автобус, проверяя на входе билет с изображением Путина, и везем в санаторий. Здесь нам предстоит разбить ребят на группы. Мне попадаются восемь «старичков» — тех, кто принимает участие в тренсборе во второй раз. Теперь я отвечаю за них. Среди моих бытовых обязанностей: выявить пьяниц (кстати, в три часа ночи дружинники отправят шесть человек из санатория, который находится в двух часах езды от города, домой), покормить и вовремя уложить будущую элиту спать. Меня удивляет, что другие инструкторы, которым самим едва стукнуло лет 20, называют своих подопечных — студентов 1–4-х курсов — «детьми», подгоняют их, как в детсаду («быстро, быстро всем одеваться!»), и сплачивают в команду с помощью «ручейков». Вот, например, одно из рекомендованных упражнений — «Луноход»: «Ведущий встает на четвереньки и начинает ползать, приговаривая: «Пи-пи, я луноход». Подползает к кому-то из ребят повеселее и дотрагивается до него. Последний тоже встает на четвереньки, теперь он луноход-2. Они ползают вместе. Постепенно все участники становятся луноходами, ползают и пищат… Если кто-то отказывается, не торопите его, а попозже подползите всей гурьбой».

«Вождь, более близкий нам» Далее по плану — мастер-класс эксучастника экс-движения «Наши», лидера «Стали» и руководителя питерского отделения «Сети» Олега Соколова на тему «Что такое «Сеть»?». Это мероприятие проводится только для «старичков». Объясню почему. На первом этапе ребят приглашают «потусоваться», провести, так сказать, веселый уик-энд с однокурсниками в загородном доме. О том, что к проекту имеет отношение Путин, они узнают, только когда получают на руки бейдж или билет с его изображением. «Когда я увидела фотку Путина, то спросила Олега, какое президент имеет к нам отношение? На что он мне ответил: «Никакое, это просто прикольная фотка Путина-хипстера», — делится со мной сокровенным «старичок» Наташа. Я делаю вывод: лекция Соколова — это час икс, когда молодежь, которую сплачивали на первом тренсборе, заманивая в «Сеть» перспективой реализации собственного проекта, узнает истинную причину своего приезда. «Мы не собираем проекты, — раскрывает карты Соколов. — Проекты собирает Росмолодежь, коммерческие или некоммерческие питерские структуры, работающие в сфере молодежи, вливают в него деньги, получают определенные результаты, корыстные или бескорыстные.


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

3

Тренировочный сбор «Сети» в Москве

«Сеть» не ищет проекты. «Сеть» хочет отобрать людей, воспитать и научить их для того, чтобы они открыли в себе некий талант, определенный навык или специализацию. «Сеть» никому никогда не даст денег. Я не хочу, чтобы сюда попали люди, которым будут необходимы деньги для реализации собственного проекта». Затем невысокий парень в очках, толстовке GAP и с хорошо поставленным назидательноучительским голосом переходит к главному вопросу. «Сеть — это идеология, система взглядов, которая объединяет людей», — объясняет одна из самых «замотивированных» активисток выезда. Соколов, который знает всех участников по именам, одобрительно кивает. И предлагает, решая задачу избавления от всего иностранного, заменить слово «президент» (оно слишком «западное») на «вождя, более близкого нам». «С приходом Путина, — расставляет акценты Соколов, — у меня пропало чувство неловкости за страну, за лидера, который эту страну возглавляет. Когда был Ельцин, мне было не очень приятно, некомфортно, оттого что этот человек поехал куда-то в Европу, напился в самолете, управлял, дирижировал какими-то оркестрами. С Путиным у меня появилась уверенность, что он выступит так, как надо, и все будет хорошо. Когда пришел Медведев этот страх опять вернулся. (Все смеются.) Он вызывает сочувствие». Участники тянут руки — они хотят признаться в любви к Путину. «Когда я был маленький, мама плакала, потому что три месяца не могла получить зарплату. Сегодня благодаря Путину у меня появилась уверенность, что через месяц мои родители получат свой аванс за работу», — говорит один участник. «Путин — это человек, который пришел в тяжелое время для России, когда относительно недавно развалился Советский Союз, в стране творились беспорядки, был кризис, и надо было все удержать», — рассуждает другой. «Десять лет у нас не было войны. Спасибо Путину за уверенность в завтрашнем дне, — взволнованно говорит активистка и добавляет: — У меня в сознательной жизни не с кем было его сравнить». «Тебе сегодня предлагают альтернативу — Навального, Жириновского. Ты готов рискнуть тем, что имеешь, чтобы узнать, как будет по-другому?» — задается риторическим вопросом Соколов. И находит понимание: эти ребята в свои двадцать не готовы рисковать. Реплики и поведение участников «Сети» напоминают сцены из «Амаркорда» Федерико Феллини, когда школьников выстраивают для чествования дуче. Одна из сквозных тем — антизападничество. «Вам не кажется, что во внутренней и внешней политике США с приходом нового президента ничего не меняется? Неважно, черный или белый президент — это по большому счету декорации. Какая разница — ослы или слоны? Демократы

или республиканцы? В России все наоборот», — говорит он. И почему-то раздает участникам в подарок книгу американского психиатра Эрика Берна «Игры, в которые играют люди» (психология человеческих взаимоотношений). Одно из условий членства в «Сети»: прочитать книгу и написать по ней эссе. …После лекции Соколова я вместе со своими подопечными удаляюсь на «командное место», чтобы обсудить манифест под названием «Отец», а также принципы «Сети». «Путин и его окружение — хорошие люди. Когда я был маленьким, все было плохо, когда я подрос — все стало хорошо. Это все сделал Путин и его команда. Другие имена в политике? Я искал в интернете, но ничего не нашел», — популярно объясняет мне свое отношение к политическому процессу студент-электротехник Антон. Я хочу поделиться с ним иной точкой зрения, но не имею права. «Если тебе не нравится, ты можешь уйти. Тебя научат всему, и ты сможешь открыть свое дело», — утешает себя Антон, мечта которого — запустить свой стартап — несколько часов назад разбилась о реальность. «Когда ты попадешь в «Cеть», тебе уже будет сложно оттуда выйти, ты уже в команде. Они ведь для этого проводят все эти веревочные тренинги», — говорит Денис, единственный член моей команды, который периодически мыслит самостоятельно. В конце дня Соколов проводит совещание с инструкторами. Он предупреждает нас, что среди участников могут быть шпионы-журналисты, просит внимательно следить за тем, чтобы никто не вел «странную» съемку, не твиттил часто. В Калининграде, по его словам, был случай, когда один участник после выезда разместил разоблачительный пост в ЖЖ. «Он не написал ничего плохого, мы ведь делаем только хорошие вещи», — говорит куратор. И просит все документы, отданные участникам, собрать и сжечь.

ПОД ТЕКСТ

аш источник, близкий к администрации президента, подтверждает, что «Сеть» «это прямой заказ Управления внутренней политики. Подобный проект может стоить как минимум 70–80 млн рублей в месяц (1 млрд рублей в год). Финансирование будет однозначно из бюджета. Они не потянут такой кэш. Я думаю, что будет открытое финансирование, через какую-нибудь госкорпорацию. Обслужить это кэшем просто невозможно Авторы проекта планируют взять на работу 10 продюсеров по 10 направ-

Н

«Его много не бывает» По сути, программа двух дней сводится к упражнениям на «командообразование» и пропагандистским лекциям. Предполагается, что в будущем молодые люди станут заниматься «гражданскими» кампаниями, примерно такими же, как «Хрюши против» или «Стоп-хам» во времена «нашистов». Однако среди участников находятся и те, кто не видит перспектив своего дальнейшего участия в проекте. «Из моей команды останется в проекте только один человек, — жалуется на очередной планерке один из инструкторов. — Назвать их ярыми оппозиционерами нельзя. Они просто жалуются, что Путина слишком много». Я вспоминаю фразу Соколова, озвученную ранее на лекции: «Путина много не бывает, он как бренд». Самая интересная встреча проходит перед дискотекой — для тех, кто планирует продолжить участие в проекте. Их 30 человек. «Сеть» — это новый способ взаимоотношений поколения с властью, — объясняет Соколов. — Вы являетесь лучшим срезом поколения. С одной стороны, есть люди, которые голосуют за Путина, потому что так принято, они работают в госсекторе, государство платит им зарплату. Это любовь за деньги. Есть другая категория людей, которая добилась всего сама и не имеет, соответственно, зависимости от структур власти. Это люди, которые выходят на Болотную. Их с каждым разом все меньше и меньше. «Сеть» предлагает вам альтернативную повестку дня, чтобы эскиз проекта оказался у Путина на столе. Мы хотим через определенные фильтры в АП рассказать ему о том, что мы нафантазировали». Главная идея авторов проекта — заменить властные отношения в нашей стране на семейные, со всеми вытекающими последствиями. «Путин предлагает себя как кандидатуру отца. Мы не хотим любить Путина за деньги, мы хотим быть усыновленными, хотим нормальных отношений

с ним бесплатно. Но в свою очередь мы как усыновленное поколение предлагаем ему о нас позаботиться, научить нас, сделать нам предложения, все то, что делает отец по отношению к сыну», — отмечает Соколов. Руку тянет девушка. «Если Путин отец, то давайте отменим выборы — родителей же не выбирают», — говорит она. (Все смеются.) Следующие вопросы — ключевые. «Так это политический проект?» — спрашивает одна из участниц встречи. «Проект изначально политический. На входе он настолько политический, что более политическим быть ничего не может», — отвечает ей Соколов. Позже одна из участниц признается мне, что на первом выезде Соколов категорически отрицал политическую составляющую проекта (на пригласительном билете стояла пометка «образовательный проект»). «А «Единая Россия» имеет отношение к «Сети»?» — задается логичным вопросом студент-первокурсник. «Нет, и я надеюсь, что никогда не будет иметь», — отвечает ему Соколов. «Будем ли мы махать флагами?» — озадачиваются сразу несколько участников встречи. «Вы сами должны решить…» — неуверенно отвечает руководитель питерского штаба «Сети». «Движение «Наши» имеет отношение к «Сети»? В прошлый раз нам давали билетики, и там было написано: «Наши», — недоумевает парень с галерки. «Движения «Наши» не существует, — объясняет Соколов. — Это был гениальный проект. У меня есть большое количество друзей, которые там находятся. И у них есть незакрытое юридическое лицо. Я к ним обратился: друзья, можете поручиться за меня. У вас же есть имя. Они мне не отказали. Я не думал, что это вызовет сомнения». Бывший комиссар «Наших» в Питере поясняет: «Был использован юридический адрес и юрлицо для перевода денежных средств на счет турбазы». «А Путин знает о нашем проекте?» — не унимаются любопытные питерцы. «Да, знает», — не задумываясь, отрезает Соколов. По замыслу авторов проекта, ребята, пожелавшие примкнуть к «Сети», снимутся в ролике (ответят на три вопроса: что такое «Сеть»? что для меня Путин и проект манифеста?), после чего им позвонят и пригласят в Москву. Там московские активисты проведут с ними тренинги в течение нескольких дней, а 17 декабря вновь пригласят в столицу на совещание в администрации президента. «На этой встрече будет несколько десятков человек из десяти городов. Она будет на довольно высоком уровне», — отмечает Соколов. И добавляет: после этого документы по проекту «Сеть» лягут на стол Путину. «Через три месяца, когда мы скажем, что существует «Сет��» (организацию планируют зарегистрировать как движение. — Д.Х.), моментально каждому из нас журналисты и блогеры начнут ежедневно задавать одни и те же вопросы: как вы относитесь у Путину, к Pussy Riot, к США и однополым бракам? Каждый человек, где бы он ни был в «Сети», должен отвечать одинаково».

Тайны немадридского двора лениям. Любой приличный продюсер — а они хотят учить и бизнесу, и IT, и документальному кино, и политике стоит как минимум 800 тысяч долларов в год. Например, руководителем IT-стартапов они хотят пригласить основателя компании Parallels и венчурного фонда Runa Capital Сергея Белоусова. Этот проект рассчитан не на массовку. Они хотят создать элитную группу за несколько лет. Причем они хотят брать туда и «ничьих» детей, и детей силовиков. Дело в том, что у силовиков выросли дети, которые ничего не умеют делать, кроме как крышевать

бизнес. Если их не «переженить» друг на друге, в стране через 10 лет некому будет работать. «Сеть» — еще и своеобразный ответ «Нашим». После закрытия проекта у АП возникла проблема: дети, которые в 2001 году пришли к «Нашим», в 2011 году обнаружили себя в тридцатилетнем возрасте, махающими флагами на улице. За десять лет в их судьбе ничего не изменилось, АП хочет не повторить эту ошибку в новом проекте, вырастить лидеров, способных самостоятельно зарабатывать деньги», — резюмирует он. Продолжение темы

страница 4


4

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

главная тема

Мы публикуем проект манифеста движения «Сеть», в котором отражена идеология «Нового поколения России»

ОтецМанифест се мы знаем такие семьи: достойные, состоятельные — но небогатые, стоявшие на краю срыва в бедность в 90-е — но удержавшиеся подвигом отца семейства. Такой отец знает цену благосостоянию, достигнутого в первые годы нового века. Но выращенные им дети иногда смотрят на скромный достаток как на само собой разумеющееся. И им кажется, что отец не додал им внимания и красивых подарков — как в прекрасном большом доме по соседству. Он недолюбил их, как им кажется — а то, что ему пришлось преодолеть за годы их детства, для них лишь скучные рассказы предка-зануды.

В

Там, в сияющем огнями доме на холме, живет богатая семья. Веселая и беззаботная, с конфетами и красивой одеждой, с автомобилем и дачей по наследству, доставшимися от удачных предков. Вот кто достоин любви и восхищения! — дети дарят свои восхищения и любовь чужому дяде из богатого дома на холме. Вот кто красив, и щедр, и настоящий отец! Они в своих фантазиях считают его образцом для подражания, а своего отца — неправильным, черствым и жадным. Сердце отца разрывается на части: и он не может запретить им стремиться к лучшей, красивой жизни, какую они видят у соседа — и не может никак объяснить детям, что его недоданная им нежность и любовь были растрачены в годы борьбы за их сегодняшнее достоинство. Мы легко можем представить этих детей своего отца, которые свое детское восхищение дарят не ему — за его подвиг их достойной жизни, а соседскому дяде — за его красивую, богатую и беззаботную жизнь. Это — не их жизнь; их жизнь им еще предстоит построить своими усилиями так же, как он всю жизнь строил им первую ступеньку этой жизни. Они хотят чужой жизни — вместо того, чтобы хотеть своей. А богатый дядя уже заглядывается с прищуром на соседских дочерей; и соседские сыновья заискивающе заглядывают в его глаза, а на отца смотрят с немым укором несправедливого сравнения… Не так ли и сегодняшняя Россия? — большая семья, образцами поведения в которой становятся те представители молодого, нового поколения, которые заглядываются во все глаза на чужую жизнь вместо того, чтобы строить свою? *** Мы — новое поколение России. Мы родом из детства последних годов прошлого столетия. Мы родом из отрочества и юности первых лет нового века. Мы стоим перед исторической развилкой: вперед уходят вдаль две дороги. На

одной из них мы инфантильны и потому неблагодарно-наивны, предъявляя отцу претензии за то, чего у нас нет. На другой дороге мы становимся взрослыми, и обращаем нашу любовь и благодарность отцу за то, что у нас есть достоинство и пусть пока небогатая — но только первая ступенька нашей собственной жизни, где вторая ступень уже будет нашим творением и достижением. На инфантильной дороге в будущем пожизненная неистребимая внутренняя обида, рождающая психологию бедности и повторяющихся бед и обид. На взрослой дороге — наша благодарность и любовь к предшествующему поколению и наша уверенность в себе, рождаемая доверием и любовью. На инфантильной дороге, по которой пойдем мы, если не повзрослеем, мы будем в ответ на вопрос о нашем отце выплескивать истощающие нас детские обиды, говоря о нем как о том, кто нам недодал, кто был глуп (уж, конечно же, мы умнее) и знал, как надо жить (а уж мы-то знаем), кто ничего не умеет и не понимает в жизни, в отличие от богатого беззаботного соседа. На пути настоящих взрослых мужчин вопросу о том, кто для нас отец, будет один ответ: «Отец — это я». <…> *** Путь, направленный отцовским началом — это не спор с отцом, а спор с лежащим перед нами открытым для нас миром; спор, в котором мы заодно с отцом, вместе с ним. Мы боремся с властью отца — мы разделяем ее, учимся власти, осваиваем эту власть, вместе с отцом разделяем власть и направляем энергию власти на наше настоящее и будущее. На тех, кто борется с властью отцовского начала, мы смотрим немного свысока, но с любовью и готовностью увлечь их за собой. Отцовский путь навсегда связан с ростом и развитием; и отцовский путь настроен на дружбу и помощь тем, кто заблудился на дороге инфантильных истерик и болтовни. Но нам придется воспитать в себе и способность к вражде. Мы должны уметь видеть враждебное нашему росту и развитию начало, пусть оно даже выглядит красиво и элегантно. Как бы ни был весел и праздничен сосед, но если он навязывает нам свое ограничивающее господство — его господствующую улыбку встретит наша вежливая, но жесткая, суровая, даже грубая враждебность. <…> Мы из себя построим новое общество нашей страны — сильное, уверенное в себе, — которое будет соответствовать ушедшему далеко вперед государ-ству и его начальнику.

Все мысли этого манифеста пронизывает и собирает в единый замысел образ Владимира Путина — и это не секрет, и не тайный замысел. Каждый, кто живет в России и имеет сердце — может почувствовать в нем опору и вдохновение для внутренней силы и устремленности. Публикуется с небольшими сокращениями. Полностью — на сайте «Новой». Орфография и пунктуация оригинала сохранены. Продолжение темы — в следующем номере

10 направлений проекта «Сеть» (не сожженный экземпляр): Политика — люди, создающие правила. Общество — люди, занимающиеся неформальными проектами, — неформальные лидеры нашего общества. Новые медиа — медиа нового типа, создающие повестку, такие как стопхам. Поисковики, путешествия — нам надо 10 производителей крутого контента. Литература — люди, которые проектируют новый мир, сейчас нам нужны конструкторы будущего. Бизнес — люди, которые предоставляют не просто товары и услуги, а правила и ценности. Интернет — звезды в интернете. Религия — арена политических столкновений. Экономика — с прицелом на партию (заметьте, речь не идет о какой-то конкретной партии. — Д.Х.). Документальное кино — задача: получить корпус документалистов, разговаривающих с людьми языком кино.

Принципы «Сети» Нравственный принцип — нет однополым бракам. Мы не против совместной жизни женщин с женщинами, мужчин с мужчинами, собак с роботами и прочих девиаций. Но мы против таких браков. Религиозный принцип: в России четыре традиционные религии. Мы защитники этих религий и уважения к ним. Даже не потому что надо уважать религии, а потому что надо уважать людей. Православие, ислам, буддизм, иудаизм — да. Баптизм, шаманизм, культ Ктулху и пр. — нет. Политический принцип: он простой — мы, конечно же, за Путина. Поддерживать российскую власть — значит оппонировать мировой власти, шести англосаксонским правилам управления современным миром. Те, кто против Путина, — те за мирового господина. Экономический принцип: товары и услуги, которые мы будем производить, — больше чем товары. Они являются проводниками наших взглядов. Товары пропагандируют ценности, определяют поведение, задают жизненные стандарты. Культурный принцип: мы стремимся думать на русском языке. Мы умеем английские, французские и китайские слова переводить на русский язык. Если сказать «толерантность», то значит, надо терпеть все, что не похоже на вас. А если сказать по-русски, то вместо толерантности будет терпимость и выяснится, что не всякую боль вытерпишь. Есть боль, которую неприлично терпеть. Каждому иностранному слову мы должны найти соответствие в русском зыке и пользоваться им.


5

Петр САРУХАНОВ — «Новая»

ПОЛИТИЧЕСКИЙ РЫНОК

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

здесь!

Всероссийский Чип и Дейл Президент утопил Послание Федеральному собранию в микроменеджменте и мелкотемье. Но попутно почти отправил правительство в отставку сли Калинин Михаил Иванович был всесоюзным старостой, то Путин Владимир Владимирович — всероссийский завхоз. Цены на студенческие общежития высокие — так об этом надо сказать в Послании. Не все студенты, обучающиеся в вузах, где есть военные кафедры, проходят через горнило этих кафедр — так надо поставить и этот вопрос. Кто-то скажет: правильно, надо хозяйством заниматься, вникать в мелочи. Так и должен вести себя руководитель. А мы ответим: нет, у руководителя работают институты, а в персоналистской системе, завязанной на одно лицо, работает, как раб на галерах, именно это самое лицо, решая вопросы общежитий в режиме ручного управления. Эта рутинность Послания, мелкотемье в жанре «отовсюду обо всем», отсутствие прорывных идей — еще одно свидетельство кризиса вертикальной системы ручного управления. Путин берет на себя роль всероссийского Чипа и Дейла, спешащих на помощь, проявляя готовность окружить отеческой заботой последнего медицинского волонтера, которому «папа» желает за это обеспечить преференции при поступлении в медвуз. Может, они, эти преференции, и нужны (что неочевидно, кстати), но только решать эту проблему должны соответствующие структуры, а никак не президент. Конечно же, был и «крупняк» — все-таки выступал мировой лидер. Не

Е

все ему, как говорил Никита Хрущев, «думать об людях». Ну, например, ни у кого не должно быть иллюзий военного преимущества над Россией. Даже если оно есть в реальности, это все равно иллюзия. Тем самым Путин отказался от «мягкой силы» России, сделав ставку на прямолинейное военное превосходство. Точнее, на миф о нем. Правда, этот миф по-прежнему будет сказываться на бюджетных приоритетах. Или объединение высших судебных инстанций. Президент задел этот вопрос по касательной, потому что вопрос решен: «Полагаю, что объединение судов направит судебную практику в единое русло, а значит, будет укреплять гарантии реализации важнейшего конституционного принципа — равенства всех перед законом». Конечно, у заказного убийства и спора хозяйствующих субъектов может быть «единое русло», но поскольку они регулируются нормами разных отраслей права, аргумент остался сомнительным. Конечно, демократия у нас по темпам своего роста явно, в представлении главы государства, опережает темпы роста ВВП: «Прошедшие недавно выборы показали, что в политической жизни стало меньше официоза, заорганизованности, заранее прогнозируемых результатов». Как в экономике власть склонна перераспределять в пользу аффилированных с нею бизнесменов все сколько-нибудь работающее, так и в политике она записывает на свой счет достижения гражданского общества, которым сопротивлялось.

В рамках тотального наступления демократии президент поддержал идею, недавно выдвинутую от имени «Общероссийского народного фронта» (ОНФ) — оставить местное самоуправление только на уровне районов, а города отдать системе государственной власти (органы местного самоуправления в нее не входят). Если отодвинуть в сторону пафосные рассуждения о «сильной, независимой, финансово состоятельной власти на местах», это означает ослабление звена мэров за счет усиления губернаторов. И хотя об этом не было прямо сказано, последующее упразднение выборов мэров — превращение их в ситименеджеров. Это называется «приближение власти к людям». Напоминает, правда, перевернутый бинокль: приближаешь к глазам вроде бы, а объект отдаляется. Словесная трескотня прикрывает решение вполне конкретного вопроса, ставшего чрезвычайно актуальным именно в последнее время: конфликты между губернаторами и мэрами. Одна из серьезных тем, внутри которой Владимир Путин тоже расставил акценты, — обострение межэтнических отношений. Их понимают «искаженно». То есть проблемы — социальные, а не собственно межэтнические: это известный тезис, несколько уводящий в сторону. Национализм — точка напряжения для власти: она сохраняла монополию на него, а эта монополия стала размываться. Ненависть к «инородцам» пошла в массы и стала приводить к пог-

ромам. А значит: «Его (межэтническое напряжение. — А.К.) провоцируют не представители каких-то народов, а люди, лишенные культуры, уважения к традициям, как своим, так и чужим. Это своего рода аморальный интернационал». Ну и, конечно, НКО не должны быть политизированными. Ключи от определения «политизированности» — понятно у кого. Наконец, Путин выразил недовольство тем, как исполняются его майские (2012 года) основополагающие указы. Скверная («кислая» — копирайт Дмитрия Медведева) экономическая конъюнктура — не повод для того, чтобы их не исполнять. Возможность их исполнения не обсуждается. Практически всеми наблюдателями это заявление было истолковано как «черная метка» Медведеву: тут же заговорили о том, что он усидит в своем кресле только до Олимпиады. Пока до Олимпиады не усидело агентство РИА Новости. Так что все это — гадание на следах, оставленных в ушах аудитории главой государства. Кстати, судя по телекартинке, пресс-секретарь президента спал. Это тоже ни о чем не говорит. Лишь о том, что правка в текст вносилась допоздна.

Андрей КОЛЕСНИКОВ, обозреватель «Новой»


6

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

ПОД ТЕКСТ

Юлия ЛАТЫНИНА

обозреватель «Новой»

Почти все крупные медийные активы так или иначе оказались под контролем братьев, близких к Путину

РИА Новости

Спустя 4 года после посещения Путиным РИА Новости (на фото с ним Светлана Миронюк и советник президента Михаил Лесин) выяснилось: обстановка в агентстве президента не впечатлила

РИА Новости расформировано, и вместо него создается информационное агентство «Россия сегодня», которое будет улучшать имидж России в мире. Во главе его станет телеведущий Дмитрий Киселев, который только что был удостоен «Оскара» за вранье от участников Евромайдана. Назначение Киселева произошло через неделю после другой новости: о покупке потанинского «Профмедиа» компанией «Газпром-Медиа». Покупка эта, в свою очередь, последовала через два месяца после назначения гендиректором «Газпром-Медиа» бывшего министра печати Михаила Лесина, который принимал в свое время самое деятельное участие в разгроме первого НТВ. е секрет, что назначение Михаила Лесина — это гораздо больше, чем просто назначение. Дело в том, что 100% «ГазпромМедиа» принадлежит «Газпромбанку» братьев Ковальчуков, считающихся одними из самых доверенных лиц президента Путина. Однако Николай Сенкевич, который руководил «Газпром-Медиа» до Лесина, де-факто подчинялся другому доверенному лицу — Алексею Миллеру, главе «Газпрома». Таким образом, два последовавшие с разрывом в два месяца события — назначение Михаила Лесина и покупка «Профмедиа» привели к созданию информационной монополии. Практически все негосударственные телеканалы, радиостанции и другие крупные медийные активы оказались (так или иначе) под контролем братьев Ковальчуков. «Газпром-Медиа» — это три телеканала (НТВ, НТВ-плюс и ТНТ) и пять радиостанций, «Профмедиа» — три телеканала и четыре радиостанции, «Национальная Медиа Группа», которая тоже контролируется Ковальчуками, — это РЕН ТВ, «Пятый канал», «Русская служба новостей», «Известия», LifeNews. Еще у Ковальчуков есть 25% СТСмедиа (телеканалы СТС, «Домашний» и «Перец»), купленных у «Альфа-Групп» за 1 млрд долларов в мае 2011-го, и 25% Первого канала, купленных у Романа Абрамовича в феврале 2011-го (по слухам, сумма сделки составила всего 150 млн долларов, что, видимо, объясняется ее внерыночным характером). Иначе говоря, ушла в прошлое медиасамодеятельность лояльных Кремлю олигархов или медиамагнатов типа Ашота Габрелянова, который продал Ковальчукам свой News Media еще в 2008-м. Процесс вышел на финишную прямую. Путин любит монополии. И точно так же

Н

как «Роснефть», видимо, сосредоточит в своих руках почти все нефтяные активы, так и братья Ковальчуки, видимо, сосредоточат в своих руках активы медийные. Заметим, речь идет не об укрощении СМИ. «Профмедиа» или Габрелянов были и так лояльны. Речь идет именно о монополизации. И здесь мы сталкиваемся еще с одной особенностью процесса, которая отличает нынешнюю власть от советской. Советская власть была озабочена монополией исключительно в идеологическом плане. В нашем же случае монополизация медийного рынка сопровождается монополизацией рынка рекламного, и это еще вопрос, какая из составляющих важней для счастливых владельцев.

«

Советская власть была озабочена исключительно идеологической монополией. Сегодня монополизация медийного рынка сопровождается монополизацией рынка рекламного, и еще вопрос, какая из составляющих важней для счастливых владельцев

«

Крупнейшим игроком на рынке телевизионной рекламы в России давно был «Видео Интернешнл». «ВИ» контролировал около 70% рынка, а львиная доля оставшегося контролировалась «Алькасаром», продававшим рекламу НТВ. Теперь НТВ перешло под реальный контроль «Газпром-Медиа», а «ВИ» был продан структурам все тех же Ковальчуков еще в июне 2010 года. То есть то, что сейчас создают братья Ковальчуки, — это не Гостелерадио. Это Гостелерадиовидео Интернешнл. Зачем нужен такой могучий инструмент, и с идеологической, и с коммерческой точки зрения понятно. Сложнее понять другое: почему Ковальчуки поставили его менеджером именно Михаила Лесина (что назначение б��ло одобрено Путиным, это понятно, но все-таки предлагали кандидатуру — в этом большинство участников рынка сходятся — именно Ковальчуки). Учитывая, что Михаил Лесин был одним из основателей «Видео Интернешнл», можно предполагать, что близкое знакомство Ковальчуков и Лесина состоялось как раз в момент продажи рекламного гиганта. Некоторые участники рынка предполагают, что назначение Лесина является частью пакетных соглашений при покупке «Видео Интернешнл». Я могу предположить и другое объяснение. Министр печати Михаил Лесин не просто сыграл одну из ведущих ролей в разгроме «старого» НТВ. Он уже тогда, как говорят, строил планы создания гигантского медийного холдинга. Однако в 2001-м Путин не захотел передавать Лесину то, что было забрано у Гусинского. И время не пришло, и доверенные люди у Путина другие. Тогда, получается, Лесин сейчас строит для других то, что хотел построить для себя. Проблема, конечно, в том, что Лесин — это человек с определенной жизненной историей, определенной репутацией и определенным количеством накопившихся за время этой жизненной истории обид, которые он теперь получил возможность «окешить» (на мой взгляд, скорее в ущерб, чем в прибыток коммерческим и идеологическим интересам новой монополии). Реорганизация РИА Новостей — хороший тому пример. Глава РИАН Светлана Миронюк была ровно тем, что нужно Кремлю для укрепления того самого «международного имиджа»: лояльный профессионал, который делает продукт высокого класса, демонстрируя при этом как бы объективность. Но Миронюк и Лесин, по отзывам участников рынка, были в очень плохих отношениях: Миронюк даже, по слухам, выселила Лесина из его кабинета. В результате Миронюк уволена накануне Олимпиады, а улучшать международный имидж России будет Дмитрий Киселев. И конечно, когда «Россия сегодня» поведает миру, что Евромайдан — это месть шведских геев за поражение под Полтавой, это поднимет имидж России в мире на недосягаемую высоту. И лишний раз привлечет внимание мира к медийнорекламной монополии Ковальчуков, которая, заметим, до назначения Лесина редко это внимание привлекала.

Как глава «России сегодня» пролезал через «Окно в Европу» от те раз!» — воскликнули старожилы СМИ в Брюсселе, узнав о назначении главным пропагандистом России Дмитрия Киселева. Потому что в бельгийской столице он больше известен как пропагандист Европейского союза на российском канале ОРТ в 1994–1996 годах. В то время спрос на Европу в России был велик, и не один российский телевизионщик строил проекты передачи о Европе по принципу «А как там у них?». В 1994-м я как раз начинал работать в Брюсселе, и все это происходило на моих глазах. На реализацию проектов требовались деньги, но у Москвы их не было. Зато в Европейской комиссии была программа технического содействия ТАСИС, которая располагала значительными фондами для поддержки демократических институтов в России. Из нее-то и получил грант работавший на ОРТ журналист Дмитрий Киселев. Он сумел обойти конкурентов и стал автором и ведущим программы «Окно в Европу». Отдавая должное пробивным способностям самого Киселева, знакомые с этим делом коллеги кивали на подругу нашего героя, чиновницу Европейской комиссии, которая якобы то ли подсказала, то ли свела с компетентными людьми, то ли еще как-то помогла. Потом она подрабатывала у него продюсером. Но это дело сугубо личное... Передача «Окно в Европу» шла каждый месяц в течение двух лет, пока существовал грант ТАСИС. Стоила она по тем временам немало. Если память не изменяет, за каждый выход в эфир Еврокомиссия платила 30 тысяч долларов. Что-то тратилось, конечно, на производство, но и лично автору перепадало немало. Европейские чиновники от СМИ высоко оценивали качество передачи, а ее ведущего называли «железным пропагандистом». Киселев рассказывал российскому зрителю, как хорошо отрегулированы в ЕС сельское хозяйство, промышленность, здравоохранение, как высок их уровень развития, которого и Россия может достичь, следуя европейскому примеру. В Еврокомиссии нравилось, как убедительно и проникновенно автор передачи продвигает европейские ценности, разъясняет преимущества европейской модели интеграции... Потом грант кончился, завершилась и программа ТАСИС, зато у Москвы появились свои немалые деньги на пропаганду. Наш герой, сменив один за другим еще довольно разные в ту пору российские каналы, остановился на «второй кнопке», где и сделал карьеру.

«В

Александр МИНЕЕВ, соб. корр. «Новой», Брюссель

ИТАР-ТАСС

Гостелерадиовидео Интернешнл

Скромное обаяние «железного пропагандиста»

В «лихие 90-е» у Дмитрия Киселева были другие виды на Европу


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

Евгений ФЕЛЬДМАН — «Новая»

специальный репортаж

Добрые люди дали спецназу выйти из окружения Той ночью спецназ разломал половину палаточного лагеря на Майдане. Но так и не взял его

О

казывается, было это вовсе не ночным штурмом, а «обеспечением порядка при демонтаже баррикад представителями коммунальных служб» и «работами по благоустройству территории». Так теперь премьер Азаров и глава МВД Захарченко вынуждены объяснять всем случившееся — и разъяренным киевлянам, и обескураженным Кэтрин Эштон с Викторией Нуланд, отъезда которых власти даже не стали дожидаться.

Впрочем, иностранные репортеры уверяют, что правительство уже не контролирует силовиков — ну как еще объяснить эту тупую самоубийственную затею штурмовать Майдан, когда в городе первые лица европейской и американской дипломатии? Украинские коллеги, правда, толкуют штурм проще: загнанный в угол Янукович готов на все, лишь бы вернуться к дореволюционному статус-кво. И даже на кровавую мясорубку — после прекращения штурма мы видели до зубов вооруженных солдат, покидающих здания на Майдане. Позже местные СМИ распространили сообщение источника в силовом блоке: всю ночь, пока спецназ зачищал площадь, на крышах прилегающих домов дежурили снайперы. Но черт с ними, со снайперами. Лучше — о «благоустройстве территории». Не моргнув, Азаров с Захарченко даже нам, попавшим под раздачу журналистам, лепят эту чушь. Ну, где они видели таких представителей коммунальных служб — молодых, цепких лбов с ментовской хмуростью на физиономиях? И почему представители

коммунальных служб кидают из-за спин «Беркута» палки и камни? Еще, конечно, невозможно понять, о каком «обеспечении порядка» идет речь, если спецназ шел со своими щитами по лагерю как ледокол, размалывая на своем пути и палатки, и столы, и давил людей. Одного пожилого мужчину «Беркут» вообще повалил на костер. Каким-то чудом не схватилась его одежда — кажется, была на нем дубленка — и мы быстро вытянули деда назад. За несколько ночных часов спецназ разломал половину палаточного лагеря на Майдане. И казалось, начнет штурм оккупированных вторую неделю Киевсовета и Дома профсоюзов (здесь находится Штаб Сопротивления). Они и попытались. Но и там и там спецназовцев наготове ждали молодые ребята 20–25 лет. В Киевсовете революционная молодежь уже соорудила непроходимые лабиринты, залили даже полы из пожарного гидранта («Чтоб ментам скользко штурмовать было!»), а потом и вовсе окатили водой подъезд и часть Крещатика. «Мэр Попов хотел каток за несколько миллионов? Сделаем бесплатно!» Готовились и в Штабе Сопротивления. Забаррикадировались тут около сотни молодых националистов. Почти все в полной экипировке — в армейских наколенниках, налокотниках, касках. С арматурой и палками часть из них держала оборону на крыльце Штаба. Другие забаррикадирова-

«

лись внутри, нагромоздив на лестницах и в коридорах мебель, столы и пр. В здании оказалось и около 20 журналистов. Я не уловил этого момента — сначала все мы сидели и щелкали в ноутбуках, отправляя молнии по редакциям, но в какую-то секунду человек десять убрали компьютеры и побежали вооружаться сами — как есть остались только мы с несколькими поляками и двумя французами. — Главное — удержать здание! — орал один репортер. — Когда начнут штурмовать, будем бить окна и уходить! — второй. — Они сами полезут сюда из окон, нужно размотать пожарный шланг и залить их на…! — третий. И вот уже начали разматывать и тянуть по коридорам. Но тот, что планировал уходить через окно, не унимался и взял арматуру. «Не сметь! Это собственность профсоюза!» — закричала девушка из штаба. «Да пошла ты!» — «Еще час бы продержаться, братки, а там весь Киев встанет!» — «Брандспойт!» — «Так, я пошел отсюда,— негромко сказал мне поляк, — это какое-то безумие». Вооруженные паникеры все еще спорят — окно или гидрант. Уходим вместе. В холле ребята-националисты раздают противогазы. Парни из внешнего кольца обороны — на крыльце — устрашающе стучат дубинками по пустым бочкам. Умело поддерживают белую завесу, поливая ог-

Напуганные пленники поверили в коридор не сразу — уходили, плотно закрываясь щитами. Но уже у баррикад один из них обернулся и сказал: «Спасибо, мужики»

«

7

нетушителем костер. На их удачу, все утро ветер дует в сторону «Беркута». Спецназ встал всего в 20 метрах от входа в штаб и спрятался за щитами — примерно сто бойцов. Но отойти далеко мы не успеваем, начинается ��турм. Бойцы пытаются зайти на забаррикадированное крыльцо с боку, но получают яростный ответ — молодежь метелит по их щитам палками и железными прутьями. У одного бойца щит куда-то сползает и над головой его уже заносится арматура, но руку с защитой выбрасывает вверх его сосед — слышится глухой треск. «Беркут» продолжает налегать. Люди бегут на подмогу к штабу с других концов Майдана. Кто-то кидает в толпу спецназа огнетушитель, туда же летят палки, доски, дрова. В ответ из-за спин спецназа тоже летит что-то. И прилетает на головы журналистам. Защитников штаба все больше, и жесткая потасовка у входа в штаб заканчивается отступлением спецназа. Небольшая группка спецназовцев меж тем попадает в окружение к демонстрантам на другом конце Майдана. Из-за неожиданного наплыва людей они оказались отрезанными от основных сил и теперь, скучковавшись, закрываются глухо щитами. «Беркут», стой! — рычит кто-то из них. — Стоим, я сказал!» В окружении возбужденной толпы спецназовцы, кажется, готовились к казни. «Мы не звери!» — кричит кто-то среди из протестующих. «Пропускай! — откликаются рядом. — Пропускай!» Люди выстраиваются живым коридором, давая беркутовцам выйти из окружения к своим — по ту сторону баррикады. Как описывают коллеги, оказавшиеся в первых рядах, напуганные пленники поверили в коридор не сразу — уходили, плотно закрываясь щитами. Но уже у баррикад один из них обернулся и сказал: «Спасибо, мужики». К десяти утра войска покинули всю территорию Майдана. *** Итог этого штурма, как в случае и с первым, двухнедельной давности, — Майдан не просто выстоял, а мобилизовался по максимуму. На территории, подконтрольной революции, волонтеры гребут снег и колотят ломами по наледи. Все так же пыхтят полевые кухни. Благодаря прорванной вчера блокаде на Майдан снова пошли продукты и топливо. Из Луганска приехал сварщик Михаил с мобильным электросварочным аппаратом — Михаил этот лазает по баррикадам и укрепляет всевозможные железные конструкции. — Теперечки якщо тильки танком! — ликует Миша. — А без танка, — говорю, — точно не пройдут? — Таки штыри! — радуется Миша. — Нехай спробують! И правда, по всей протяженности баррикады острые металлические штыри торчат вверх и наружу. Сами заграждения — уже не просто свалка веток, скамеек и бочек. Это почти 4-метровые укрепления из насаженных на арматуру мешков с мусором, снегом и льдом. Напротив державшего оборону Киевсовета — трофейный «МАЗ» коммунальщиков, вот он стоит посреди Крещатика враскоряку. Грузовик приехал ночью пробивать баррикады, но налетели революционеры, прокололи ему шины. Водитель сбежал дворами, а отступавшие беркутовцы и войска ВВ не рискнули еще раз встречаться с разгоряченной молодежью. В общем, все это похоже уже на какую-то городскую войну. Против граждан — правительство и войска. Надо сказать, почти никто из московских журналистов не верил во второй штурм. Многие уехали, не став дожидаться развязки. Трудно ведь было поверить, что после первого штурма, круто поколебавшего легитимность Януковича в глазах страны и мира, будет еще один. Но сегодня от сорвавшегося режима все ждут новой жести. Хотя укрепленный за день Майдан и правда — легко не возьмешь. Если только, как говорит Миша, танком.

Павел КАНЫГИН, спец. корр. «Новой», Киев


8

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

политика

В пух и перья Общественные слушания по поводу предлагаемого закона об ФСКН (принимаемого спустя десять лет после ее образования) — целиком и полностью заслуга правозащитников. Именно они настояли на том, что законопроект, утверждающий существование в России силовой структуры с фактически неограниченными полномочиями, все же неплохо бы обсудить. Лев Пономарев (движение «За права человека») написал В. Володину письмо: просил вынести проект закона на всеобщее обсуждение с привлечением Общественной палаты и Совета по правам человека. ФСКН же проект этого основополагающего документа даже не разместила на собственном сайте, словно предчувствуя беду. Собравшаяся общественность разнесла законопроект в пух и перья.

Д

ва обстоятельства, которые стали очевидны по итогам прошедших слушаний. Во-первых, многие статьи предлагаемого закона прописаны настолько в общем виде, что дают широчайшие возможности для толкования и неограниченного вмешательства в жизнь граждан. Так, к примеру, законопроект закрепляет право сотрудников ФСКН осуществлять задержание граждан, их личный досмотр, а также досмотр их вещей и автотранспорта. Подобная норма содержится и в других профильных законах, однако они четко оговаривают основания для всех этих действий. Полицейские — хотя бы декларативно — должны быть уверены, что человек скрывается от органов правосудия, чтобы иметь право его задержать. Наркополицейские таких ограничений для себя не прописывают. Зато оставляют за собой фактическое право на выдворение «нежелательных» иностранцев, на участие в контртеррористических операциях, а также закрепляют иммунитет для сотрудников при исполнении (какой есть только у ФСБ). Наркополицейские утвердили в проекте функцию по выявлению и приостановлению оборота веществ, «действие которых на организм сходно с наркотическим или психотропным». Правозащитники и эксперты опасаются, что тем самым ФСКН пытается выбить себе право произвольно включать в списки контролируемых самый широкий спектр веществ, без оснований для такого включения. Признают йод психоактивным — и его туда запишут.

КОММЕНТАРИИ

Олег ЗЫКОВ, президент фонда «Нет алкоголизму и наркомании»: — Ни о каком законе о ФСКН не может идти речи. Мы сейчас должны обсуждать процедуру ликвидации этой организации — и думать о создании компактного, авторитетного органа, который займется политикой профилактики разрушительных форм поведения. Борьба с химической природой мира показала свою неэффективность. Нужно бороться не с веществами — они бессчетны, а с проблемой самодеструкции. Непонятно, почему из этого дискурса исчезает вопрос детского суицидального поведения; почему сравнительно узкий сегмент проблемы — потребление наркотиков среди молодежи — отделяется от самой страшной нашей наркотической беды — алкоголизма.

До сих пор включение вещества в подконтрольный список было прерогативой правительства. Другое тревожное обстоятельство в отношении нового закона — широчайшее поле, которое наркоконтроль собирается окучивать. Собственные полномочия ФСКН собирается простереть от организации агентурной работы за рубежом вплоть до проведения конкурса песни и танца среди молодежи (с целью профилактики), и все это при сохранении «координирующей функции». Помимо собственно оперативной работы по пресечению наркотрафика, ФСКН желает заниматься медицинским освидетельствованием граждан и экспертизой — против чего резко выступают адвокаты и правозащитники. Они полагают, что медицинские и экспертные подразделения должны быть выделены из структуры наркополиции, дабы не быть заинтересованными в производстве сырья для посадок. Есть, однако, направления, в которых активность ФСКН могла бы оказаться полезной, если бы она там себя обнаружила. Создатели закона ни словом не обмолвились о необходимости создания «библиотеки свидетелей» — т.е. единой и регулярно обновляемой базы образцов чистых веществ, используемых в экспертизе. Сейчас такие библиотеки в разных экспертных ведомствах не унифицированы, различаются по составу, да и, строго говоря, незаконны. Ольга БОБРОВА, обозреватель «Новой»

Дмитрий ГЛАДЫШЕВ, независимое экспертное бюро «Версия»: — В законе обязательно должно быть предусмотрено создание коллекции наркотических средств. Однако они категорически не хотят этим заниматься, потому что у них тогда полетит к черту вся статистика. Если появится такая коллекция, им придется считать количество действующего вещества в смеси, а не сажать людей по общему объему. К тому же придется признать, что куча людей сейчас сидит, непонятно за какие вещества. Евгений ЧЕРНОУСОВ, адвокат: — Из закона надо убрать все, что касается их полномочий в части лечения, экспертизы, экономического контроля и зарубежной разведывательной деятельности. Оставить только пресечение и раскрытие наркопреступлений, сократив, соответственно, численность. Это должна быть элитная компактная служба, некий аналог американской DEA.

РИА Новости

Законопроект о наркополиции с трудом пережил первые общественные слушания

ZNAKовый процесс Приговор Аксане Пановой вынесут за сутки до новогоднего боя курантов Федеральный судья Александр Тараненко взял 19-дневный тайм-аут, чтобы подготовить текст приговора по уголовному делу в отношении главного редактора информационного агентства ZNAK.com Аксаны Пановой, которая обвинялась в мошенничестве и вымогательстве. бвинение в мошенничестве (ст. 159 УК РФ) даже обвинение признало настолько необоснованным и натянутым, что на финише судебного процесса прокурор Георгий Паникаров заявил ходатайство о прекращении уголовного преследования Пановой по этой статье. И суд согласился с доводами стороны обвинения. Несмотря на то, что оставшиеся в деле два эпизо��а вымогательства такие же неочевидные и явно натянутые, в ходе прений прокурор Паникаров потребовал для Пановой 5 лет лишения свободы условно и запрета заниматься журналистикой в течение двух лет. Приговор будет оглашен 30 декабря. Перед судьей Тараненко стоит непростая задача. В последний день судебного процесса адвокаты Пановой и сама обвиняемая в последнем слове убедительно доказали, что уголовное преследование журналистки — заказное, а доказательства ее виновности имеют все признаки фальсификации. Можно ли всерьез воспринимать показания «потерпевшего» Константина Кремко, который через семь лет «вспомнил», что Панова якобы вымогала у него один миллион рублей, угрожая публикациями «компромата»? Информагентство URA.Ru, которым в то время руководила Панова, в 2007–2008 годах действительно не раз писало и об аресте Кремко, и о том, что он обвиняется в хищении 5 миллионов рублей, принадлежащих известному шансонье Александру Новикову, и о том, что именно Кремко был фигурантом уголовного дела о попытке рейдерского захвата 4000 гектаров земли в селе Балтым. Но обо всем этом тогда писали многие СМИ и в основе публикаций были пресс-релизы Свердловского ГУВД (подробности — в «Новой» №24 от 4 марта 2013). Отсидев и выйдя на свободу, Кремко неожиданно «вспомнил», что перед публикациями URA.Ru у него вымогали деньги. При этом «потерпевший» не смог вспомнить даже приблизительно дату, когда произошло преступление. А местом преступления сначала указал квартиру

О

Пановой, а когда его уличили во лжи, напомнив, что на месте дома тогда был только котлован, изменил показания, вспомнив, что «вымогательство» происходило на улице, около новостройки. Пановой отказали в удовлетворении ходатайства о допросе ее и потерпевшего с применением полиграфа. «Потерпевший» Кремко отказался проходить «детектор лжи». Отказался от полиграфа и гендиректор телекомпании ОТВ Антон Стуликов, еще один «потерпевший». А вот без полиграфа Стуликов тоже охотно показал суду, что Панова вымогала у него деньги, угрожая публикацией «компромата» (подробности — в «Новой» №36 от 3 апреля 2013). На обвинениях этих двух «потерпевших» и показаниях не менее сомнительных свидетелей, у которых есть серьезные основания предвзято относиться к подсудимой, судья Александр Тараненко и должен вынести приговор. В протокол судебного разбирательства, проходившего с 3 июля по 11 декабря, внесено «последнее слово» Аксаны Пановой, в котором она назвала имена заказчиков уголовного дела. Это губернатор области Евгений Куйвашов, начальник Свердловского ГУ МВД Михаил Бородин и заместитель Генерального прокурора России Юрий Пономарев. — Бородину не понравилась позиция моего издания и моя личная позиция по конфликту в Сагре, — заявила Панова в своем последнем слове. — Мне было предложено денежное вознаграждение, чтобы я не писала, что полиция плохо работает, в том числе про конфликт в Сагре. Потом был серьезный конфликт с Пономаревым. Когда мы узнали, что прокурор строит коттедж в природоохранной зоне и прорубает к нему просеки. После этого губернатор мне сказал: пеняй на себя. У губернатора Евгения Куйвашова, по мнению Пановой, тоже есть серьезные основания желать отстранения строптивой журналистки от участия в политической жизни области. Сможет ли федеральный судья Александр Тараненко вынести приговор без оглядки на руководителей области и правоохранительных структур, явно заинтересованных в запрете на профессию для Аксаны Пановой? Сама Панова на это наивно рассчитывает. Свое последнее слово Аксана завершила так: «Есть шанс разбить это заказное дело и показать, что в России можно жить».

Ирек МУРТАЗИН


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

9

Взятка в пределах полномочий Дело Ильи Фарбера пересмотрено, но сам он почему-то сидит. А судьи и прокуроры — почему-то нет «В современной нашей судебной системе это — своеобразный оправдательный приговор», — сказала адвокат Анна Ставицкая в день, когда ее подзащитному, сельскому художнику и учителю Илье Фарберу, сократили приговор с 7 до 3 лет колонии строгого режима и штрафа в 3 миллиона рублей. И действительно, решение Тверского облсуда от 11 декабря 2013 года в сегодняшних реалиях — просто чудо несусветное. Хоть и не оправдали, но зато сильно приблизили освобождение: с учетом уже проведенных в СИЗО 2 лет и 9 месяцев сидеть Фарберу осталось еще три месяца, а если отпустят по УДО — так совсем ничего. РИА Новости

Н

ачиналось все, напомню, весьма мрачно. Доводы Фарбера с момента задержания в 2011 году следствие и слушать не хотело, а уголовное дело о превышении им должностных полномочий и вымогательстве взятки у подрядчика, проводившего ремонт в сельском ДК, быстренько довело до суда. Суд под председательством господина Андреева в Твери прошел тоже быстро — за неделю, словно решалась не судьба человека, а какой-то арбитражный спор. И в 2012 году дали человеку 8 лет строгого режима, несмотря на сомнительный характер доказательной базы и антисемитские нотки, то и дело звучавшие во время процесса со стороны прокурора Верещагина. Козырем обвинения на этом процессе был «потерпевший» Юрий Горохов, подрядчик, у которого Фарбер, будучи директором сельского ДК, якобы и вымогал ту самую взятку за подписание акта ремонтных работ. Работы эти были проведены не до конца и, как установила экспертиза следствия, сметы на ремонт клуба были Гороховым раздуты в несколько раз. Только почему-то потерпевший ни на первом, ни на втором процессе не хотел это объяснять. «Не буду отвечать». «Почему?» — спрашивал даже судья. «Не буду и все». А Фарбер об этих раздутых сметах и пытался все время донести следствию: став директором клуба, он обнаружил,

Илья Фарбер (за решеткой) и его сын Петр

КОММЕНТАРИЙ Петр ФАРБЕР, сын: — Папа провел в СИЗО уже 825 дней, до окончания срока осталось еще 270 дней. Радоваться, на мой взгляд, тут пока что нечему. Все по-прежнему — что контракт на ремонт просрочен, сметы раздуты подрядчиком в 3 раза, а ремонтные работы выполнены некачественно. Подрядчик же Горохов ссылался на «финансовые трудности». Как рассказывал Фарбер, ему приходилось выполнять часть работ самому, нанимать людей за свои деньги, покупать стройматериалы, брать в долг, чтобы одалживать и самому подрядчику (хотя Горохову было выделено из бюджета на ремонт 2,5 миллиона рублей). Горохов обещал возместить расходы, но расписок не дал. В сентябре 2011 года Фарбер приехал в офис Горохова (тот сам вызвал — якобы вернуть долг), где и был задержан сотрудниками Тверского

судебная система совершенно неадекватна. Полностью доказанная невиновность, слова президента о «вопиющем случае», представление прокурора о смягчении срока... Давайте уже сейчас делать ставки, какое будет следующее решение? Или... что мы сделаем для того, чтобы эту систему вразумить? УФСБ. Горохов, как выяснилось, написал заявление о вымогательстве и взятке… Первый приговор Верховный суд отменил, отправив дело на новое рассмотрение. Но Осташковский суд Тверской области в лице судьи Лебедева и во второй раз поступил аналогично, «исходя из общественной опасности» и в связи с тем, что подсудимый «дискредитировал систему власти». Для приличия, правда, вместо прежних 8 Фарберу дали 7 лет и 1 месяц строгого режима. Происходило это уже в августе 2013го. Прокурор еще с пеной у рта доказывал, что Фарбер не только брал взятку, но и превысил свои должностные полномочия как директор злополучного ДК, совершив тем

Амнистия, вас не видно Предложение Госдуме — от редакции «Новой» Предложение Владимира Путина членам Совета по правам человека при президенте РФ подготовить проект постановления об амнистии вселяло надежду, что амнистия будет действительно масштабной. Но к проекту, разработанному членами Совета, приложили руку неизвестные сотрудники администрации президента. В результате добавления в проект всего нескольких слов, документ потерял свой первоначальный смысл. И резко сократил количество осужденных, подпадающих под амнистию.

удя по опубликованному в «Российской газете» проекту постановления «Об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации», под амнистию подпадают только матери несовершеннолетних детей, беременные женщины, пенсионеры, инвалиды и участники боевых действий и ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Пункт 4 проекта постановления вычеркивает из числа подпадающих под амнистию всех, кто к моменту преступления был старше 18 лет. Независимо от тяжести преступления. Даже осужденных условно.

С

самым страшное преступление, и потому институт тайных доносчиков на взяточников, созданный еще Петром Первым, неплохо бы возродить. А уже осенью прокуратура «вдруг» прозрела: оказывается, срок Фарберу впаяли незаслуженно. Прокурорские, несмотря на то, что приговор уже вступил в силу, попросили Тверской областной суд дело пересмотреть, приговор смягчить и даже снять с Фарбера одно из обвинений — в превышении должностных полномочий. И вот 11 декабря суд в Твери так и поступил. Только вот осадок остался. Понятно, что вызвано это было вовсе не проснувшимся вдруг гуманизмом прокурорских и су��ейских, а пинком свыше и общественным резонансом этого дела. Засуетились они аккурат после сентябрьского интервью Путина Первому каналу и агентству Associated Press, в котором он назвал приговор сельскому учителю (фамилию, правда, Путин не упомянул) вопиющим случаем и обмолвился, что, мол, свойственно иногда судебной системе допускать ошибки. Вот судебная система и решила хотя бы одну свою ошибку затереть. Так, на всякий случай. — Не можем сгноить из-за огромного общественного резонанса, так хоть ограбим. Пусть 3 миллиона отдаст! — прокомментировала решение мама Фарбера Елена Николаевна. — Говорить о том, что защита довольна вынесенным решением, нельзя. Мы считаем, что Фарбера вообще должны были оправдать, а не назначать ему компромиссное наказание, — подытожила «Новой» адвокат Фарбера Анна Ставицкая, настаивавшая в суде, что доказательств вины ее подзащитного в получении взятки также нет. Кстати, на апелляции по ходатайству защиты была допрошена известный ученый-лингвист Ирина Левонтина. Проанализировав аудиозапись разговоров Фарбера и Горохова, Левонтина пришла к выводу, что речи о каком-то вознаграждении, которое якобы требовал Фарбер от «потерпевшего», на аудиозаписи не идет. Но обвинение во взятке суд оставил. Ставицкая и ее подзащитный в ближайшее время намерены подать ходатайство об УДО. Ну, а в более отдаленных перспективах — дойти с обжалованием приговора до Страсбурга.

Вера ЧЕЛИЩЕВА

Редакция «Новой» обратилась к председателю Комитета Государственной думы Российской Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Владимиру Плигину с предложением внести в проект постановления ряд внешне незначительных поправок. Мы предложили исключить из проекта постановления пункт 4 и «освободить от наказания лиц, осужденных к наказанию, не связанному с лишением свободы, осужденных условно, условно-досрочно освобожденных от отбывания наказания до дня вступления в силу настоящего постановления, которым отбывание наказания отсрочено или неотбытая часть наказания заменена более мягким видом наказания до дня вступления в силу настоящего постановления». В четверг наше обращение было доставлено в секретариат Государственной думы России. Надеемся, что нас услышат. Ирек МУРТАЗИН


10

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

«Красная метка» для Интерпола Авторитарные режимы все чаще используют эту организацию для борьбы с политическими противниками и правозащитниками Статистика международной организации уголовной полиции Интерпол отражает растущую мобильность жителей планеты, которых расстояния и границы не удерживают от перемещений по свету. К сожалению, в том числе и преступников. Если в 2002 году Интерпол занес в свою картотеку 1277 «красных меток» (red notice — или «уведомлений с красным углом» о розыске подозреваемых), то в 2012 году — 8132. Примерно так же росло и число арестов на основе этих уведомлений. Но отдельные государства все чаще используют Интерпол для борьбы с политическими противниками, правозащитниками и даже для сведения личных счетов. арламентская ассамблея Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе на сессии в июле выразила сожаление, что некоторые государства — члены ОБСЕ в попытках нейтрализовать политических оппонентов используют систему Интерпола. В декларации Ассамблеи отмечены участившиеся случаи злоупотребления со стороны Белоруссии, России, Украины, Казахстана... Подробный доклад на эту тему опубликовала недавно неправительственная организация юристов Fair Trials («Справедливые суды»), которая базируется в Лондоне. Правозащитная организация Open Dialog («Открытый диалог») со штаб-квартирой в Варшаве выпустила специальный доклад о том, как власти Казахстана используют международное правовое сотрудничество для охоты за политэмигрантами. Во всех этих документах содержится призыв реформировать Интерпол. Сегодня у него нет эффективного механизма профилактики злоупотреблений. Отцы-основатели не предусмотрели. Интерпол, как и любая структура, стареет, не успевая за ходом истории. Интерпол (в то время Международная комиссия уголовной полиции) создан в 1923 году двадцатью европейскими странами. Предполагалось, что цивилизованные государства Старого Света примерно одинаково смотрят на борьбу с уголовниками и соблюдение прав человека. Но история Интерпола была непростой, как и история самой Европы. В 1940–1945 годах на посту президента Интерпола сменяли друг друга генералы СС Райнхард Гейдрих, Артур Небе и Эрнст Кальтенбруннер. В 1950 году Интерпол помог коммунистической Чехословакии в аресте двух диссидентов, бежавших в Германию. В знак протеста его покинуло ФБР США. Нынешний Интерпол охватывает 190 стран мира, и они, в отличие от страносновательниц, куда более разнообразны по уровню развития демократии, незави-

П

симости судов и пониманию прав человека. Правда, все подписались под уставом, в котором статья 2 определяет целью борьбу против обычной уголовной преступности, а статья 3 строго запрещает вмешиваться в дела политического, религиозного, расового или военного характера. На бумаге это выглядит хорошо, на практике далеко не все гладко, о чем свидетельствуют факты, приведенные в докладах. Ведь на бумаге и в России нет политических заключенных. Но долго ли умеючи превратить политического активиста в уголовника: погромщика, поджигателя, наркоторговца, вора? Интерпол — это не полиция. У него нет ни полномочий, ни средств, чтобы арестовывать преступников или расследовать преступление. Он лишь получает

«

шая «метку» по каналам Интерпола, сама решает, как поступить. Некоторые, в том числе Великобритания, вовсе не считают ее легальным основанием для ареста, но многие сначала все же арестовывают, а потом начинают разбираться. Иногда долго. Такое водится за Испанией, Италией, Польшей... И только суд решает, экстрадировать арестованного или нет. Важна сложившаяся репутация того или иного государства в части перекрашивания политических дел в уголовные. К «красным меткам» из таких стран европейские и американские суды относятся с настороженностью. Важно также место страны в мировой табели коррупции, ведь в коррумпированной стране любые документы делаются за деньги или по желанию начальства, а правосудие работает по заказу. Но даже если суд разобрался, в экстрадиции отказал, беглецу дали политубежище, то для него проблемы с Интерполом еще не закончились. «Красная метка» в базе данных остается, убрать ее стоит неимоверных хлопот, и в остальных странах пограничники в аэропорту будут надевать на руки бедняге наручники до очередного судебного решения. Отказ в визах, увольнения, разрыв выгодных контрактов, и так может быть до бесконечности. Достаточно, чтобы испортить жизнь...

Даже если суд в экстрадиции отказал и беглецу дали политубежище, проблемы с Интерполом для него еще не кончились. «Красная метка» в базе данных остается, убрать ее стоит неимоверных хлопот

от национальных бюро «красные метки» и распространяет их по миру. В них — основные данные на человека, который, как заверяет полиция приславшей «метку» страны, уголовник. Происходит это так. Национальное бюро страны — члена Интерпола присылает в лионскую штаб-квартиру запрос на розыск лица, на которое в стране выписан ордер на арест. Одновременно «красная метка» вывешивается на сайте. Интерпол в течение суток определяет приемлемость запроса — принять или отвергнуть его. В последнем случае «красная метка» с сайта удаляется. «Красная метка» — это не международный ордер на арест. Страна, получив-

«

Один из примеров, приведенных в докладе Fair Trials, — Ахмед Закаев, за которым через Интерпол настойчиво охотилось российское правосудие. Он был арестован в Дании на основании выложенной Москвой «красной метки». После месяца разбирательств датский суд отпустил его за отсутствием доказательств, подтверждавших обвинение. Но потом на основании той же метки он был задержан в Великобритании. Британский суд опять же нашел в деле политическую составляющую и отказал России в экстрадиции. В 2003 году Закаев получил политическое убежище в Великобритании. Но злополучная «красная метка» в базе данных не стерта, и его арестовали по

прибытии в Польшу, где процедура повторилась. Юристы Fair Trials обратились к контрольной службе Интерпола (CCF), имеющей доступ к базе данных, чтобы Закаева оттуда убрали. Прошло полгода — никакой реакции. Еще один пример, который приводит в своем докладе Fair Trials, — дело защитника Химкинского леса Петра Силаева. Оно описано как образчик неопределенности предъявленного властями обвинения, которое Интерпол должен был проверить по тексту приговора. После известных событий перед химкинской мэрией Россия направила в Интерпол бумагу, в которой действия Силаева туманно определялись как «хулиганство» без конкретного их описания. В лионской штаб-квартире не проверили решение российского суда по критериям 2-й и 3-й статей Устава. Как следствие, на сайте появилась «красная метка» на Силаева. Силаев был признан политическим беженцем в Финляндии. Но «метка» в базе Интерпола осталась, и вскоре он был арес��ован в Испании и сидел в тюрьме, пока испанский суд не отказал России в его экстрадиции, усмотрев в преследовании защитника Химкинского леса политические мотивы. В 2013 году Интерпол отказал России в использовании своей системы для преследования Уильяма Браудера, развернувшего на Западе кампанию за «список Магнитского». Россия потребовала его ареста после принятия списка американским конгрессом. Но и менее влиятельные люди могут рассчитывать на удаление своего имени с сайта Интерпола. Российские власти обвинили 22-летнюю Анастасию Рыбаченко в уголовных преступлениях за участие в «массовых беспорядках» на Болотной площади 6 мая 2012 года. Россия объявила ее в международный розыск, однако организация Fair Trials ходатайствовала перед Интерполом, подчеркнув политический характер «болотного дела». Имя Рыбаченко было изъято из базы данных. Не всякий политический беженец может рассчитывать на то, что его не экстрадируют. Европейские суды руководствуются принципом соразмерности действий политическим целям. Госсовет (высшая судебная инстанция) Франции разрешил экстрадировать в Испанию активиста ЭТА, которого Мадрид обвинял в убийстве в составе организованной вооруженной группы. Тяжесть преступления перевешивала его политический контекст: борьбу за независимость басков. Интересен подход Швейцарского федерального суда, который сообразует свои решения с общей ситуацией в стране. Никакое преступление не может


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

ЕРА

«

быть «соразмерным» в демократической стране, где нет необходимости преступать закон для достижения политических целей. Но в стране, где политическая оппозиция подавляется, то же самое преступление может быть расценено как «соразмерное». Теракты, приведшие к гибели мирных граждан, не имеют оправдания, даже если цель бомбистов была политической. Поэтому режимы, преследующие оппонентов, стараются при любой возможности приписать им терроризм. Вот какую историю рассказала председатель международной правозащитной организации Open Dialog Людмила Козловская.

Для экстрадиции задержанных через Интерпол оппозиционеров авторитарные режимы используют связи бывших высокопоставленных деятелей западных государств, которых нанимают консультантами

«

Бывшего министра энергетики, индустрии и торговли Казахстана, а потом банкира Мухтара Аблязова, который считается оппонентом номер один президента Нурсултана Назарбаева, с 1999 года обвиняли в хищении денежных средств, сокрытии доходов, создании преступной группы и превышении должностных полномочий. Но в прошлом году, так и не добившись экстрадиции получившего убежище в Великобритании бизнесмена по экономическим обвинениям, Астана изобразила его главой организованного террористического подполья. «Красная метка» на Аблязова с обвинением в терроризме висит на сайте Интерпола.

Сейчас настоящая трагедия разыгралась в Испании, где решается вопрос об экстрадиции одного из ближайших соратников Аблязова, его бывшего охранника Александра Павлова. Он арестован по уведомлению Интерпола с единственным обвинением: «терроризм». Власти Казахстана называют его организатором предотвращенных в прошлом году терактов в Алма-Ате. Решение откладывалось, на тех судей, которые выступали против экстрадиции, оказывалось, по данным Open Dialog, мощное политическое давление. В конце концов, судебное решение о выдаче было принято. Теперь последнее слово остается за исполнительной властью Испании. Здесь активисты из Open Dialog подводят к еще одному инструменту преследования политических оппонентов. Для экстрадиции задержанных через Интерпол оппозиционеров авторитарные режимы используют двусторонние соглашения о выдаче (такое есть между Казахстаном и Испанией) и связи бывших высокопоставленных деятелей западных государств, которых нанимают консультантами. Консультантом Нурсултана Назарбаева работает бывший председатель правительства Испании Хосе Мария Аснар. Другой консультант — бывший премьер-министр Великобритании Тони Блэр. Считается, что он нанят Назарбаевым для консультирования по проведению экономических реформ. Но по мнению наблюдателей, его реальная роль в том, чтобы создавать привлекательный имидж Назарбаева и его клана на Западе, консультировать по переговорам с западными лидерами и решать некоторые щекотливые вопросы. Европейские политики, пока они работают в демократической среде и правовом поле Европы, подчиняются господствующим обстоятельствам и чтут верховенство права и права человека. Но

11

зарабатывая деньги в странах с авторитарными режимами, вдали от европейских избирателей и НКО, заражаются «ценностями» своих клиентов. Когда в испанском суде слушалось дело об экстрадиции Павлова, как раз проходил визит в Казахстан главы правительства Испании Мариано Рахоя. Подписан пятнадцатилетний контракт на миллиард евро на сервисное обслуживание фирмой «Тальго» купленных у нее скоростных поездов на линии Астана — Алма-Ата... Подавляющее большинство «красных меток» в базе данных Интерпола заведено на настоящих уголовных преступников — убийц, террористов, наркобаронов, мошенников. Эта система нужна. Но как от уголовного преследования отсечь политический заказ? — Обязательно нужны консультации с гражданским обществом той страны, куда собираются выдать человека, — считает Людмила Козловская. — Авторитетные правозащитные НКО прекрасно знают обстановку и моментально предупредят, если политическое дело замаскировано под уголовное. Самое сложное — совместить гражданские консультации с такой традиционно закрытой структурой, как Интерпол. Реформировать Интерпол — значит, сделать его более прозрачным и подконтрольным, способным отсеивать политическую заказуху. Достаточно взглянуть на политический контекст страны или проверить личность человека, прежде чем слепо следовать «красной метке», полученной от новоявленного царя или хана.

Александр МИНЕЕВ, соб. корр. «Новой», Брюссель


12

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

неправительственный доклад

В декабре 2013 года исполняется 20 лет со дня принятия действующей Конституции России

На этой неделе в «Новой» была опубликована первая часть статьи Гавриила Попова, посвященной двадцатой годовщине принятия нынешней Конституции России. В ней речь шла о шагах по законодательному преодолению советского наследия, предшествовавших разработке и принятию Конституции 1993 года. Сегодня — заключительная часть статьи. О том, что надо менять в Основном Законе.

Пять «точек роста» российской Конституции

В

1. О президентской форме государства Большинство демократов в свете опыта советского государства мечтали о варианте прежде всего полномочной представительной власти. Однако первые два года новой России показали, что представительная власть тонет в дебатах и голосованиях чуть ли не по каждому вопросу. И в кругах верхушки демократов стала распространяться идея президентской республики. Против нее говорило отсутствие в стране сильной партии реформаторов, так как в обществе для нее не было социальной базы. И к тому же демократы имели одного реального кандидата на пост сильного Президента — Ельцина. Но лично Ельцин не обладал какой-либо собственной концепцией реформ и становился объектом борьбы разных реформаторских течений за его «душу и тело». В то же время было и огромное «за» Ельцина. За два года революции 1989–1991 годов и два года новой России он доказал, что хотя концепции реформ у него нет, но у него есть нечто сверхважное: исключительное неприятие бюрократического социализма и беззаветная готовность до конца противостоять любым попыткам коммунистического реванша. Я был одним из тех, кто верил в такого Ельцина, и в кон-

Гавриил ПОПОВ — специально для «Новой»

РИА Новости

новой Конституции должно было быть два «пласта». Первый — о фундаментальных устоях демократии, о фундаментальных правах граждан и т.д. И второй — об устройстве страны в переходный период выхода из социализма. Первая часть — на долгие годы. Вторую можно и нужно будет изменить после завершения переходного периода. Но получилось так, что вся Конституция в целом сохраняется вот уже двадцать лет. Почему? Переходный период выхода из социализма все еще не завершился. Разгосударствление экономики — пусть в худшем, монополистическом и олигархическом виде — в основном произошло. Но в разгосударствлении здравоохранения, образования, науки, культуры, спорта, жилищно-коммунального хозяйства сделаны только первые, часто очень робкие и незначительные по удельному весу шаги. В этих сферах Россия все еще живет под крылом начал, присущих бюрократическому социализму, и актуальна главная проблема России — второй цикл реформ. И поэтому сохраняются основные условия, определившие появление Конституции 1993 года, — условия эпохи переходного периода. Среди множества задач совершенствования и изменения части Конституции, касающейся конкретного устройства действующего российского государства, я бы выделил пять главных. Условно их можно назвать «точками роста».

1989 год

це концов со мной согласились и Собчак, и бо��ьшинство лидеров Российского движения демократических реформ. И через несколько месяцев был подготовлен проект Конституции с сильной президентской властью и президентом как гарантом Конституции. Проект Ельцину понравился, и он поставил Собчака во главе процесса подготовки Новой Конституции. Это было правильное решение. Но сейчас — я уверен — пришло время отказа от варианта президентской республики и перехода к системе, где главой исполнительной власти должен стать глава правительства, канцлер. А президент станет чем-то таким, чем он является в Германии или Италии. Такова первая «точка роста» Конституции — в сторону системы «канцлер и президент», в которой канцлер не ограничен двумя сроками пребывания на своем посту.

2. О формировании фундамента демократии Те, кто восхищается нашей Конституцией, или забыли, или не знают, что борьба вокруг нее была столь острой, что центру — прежде всего Ельцину — пришлось пойти для ее принятия на огромные уступки. Так, из Конституции изъяли весь раздел о региональном и местном управлении государством. Устройство этого уровня было отдано «на откуп» республикам и регионам. В обмен на это они согласились на принятие новой Конституции. Эта уступка дорого обошлась и обходится России. «Средние» звенья государства буквально лишили низшее звено власти каких-либо реальных прав. Солженицын справедливо считал это звено — он называл его по традиции земством — фундаментом демократического государства. И действительно — и американская, и европейские демократии вырастали на почве местной власти. Выбираемые на местах мэры, шерифы, прокуроры, судьи, местные депутаты — самый прочный фундамент демократии. Домовые комитеты, квартальные комитеты, уличные комитеты, комитеты микрорайонов и миллион работающих в

Сейчас много говорят и пишут об устойчивости Конституции 1993 года. Вспоминают даже легендарную устойчивость Конституции США. Но я хорошо помню, что во время написания и принятия Конституции РФ подход был другой. Конечно же, был пример Конституции США. Но она была закреплением победы новой формации, уже сформировавшейся в недрах старого строя. А у нас, в России, ситуация была иной. Мы вступали в новую, неизведанную эпоху — эпоху выхода из государственно-бюрократического социализма. Ни примеров, ни тем более образцов не было. Поэтому даже те, кто проблему выхода из социализма примитивно видел в реставрации в России капитализма, сознавали необычность и новизну такой реставрации. Для неизведанного переходного периода логичной была бы временная Конституция. С другой стороны, необходимо было закрепить победу народа в Великой антисоциалистической революции 1989–1991 годов. Закрепить полным разрывом с государственно-бюрократическим социализмом. Для этого требовалась фундаментальная Конституция. них граждан должны стать фундаментом российской демократии. Главной ее опорой и главным оппонентом и противовесом всей пирамиде власти. Школой и для вышестоящих депутатов, и для высших чинов исполнительной власти. Создание системы независимых и полномочных земств — вторая «точка роста» нашей Конституции.

3. Об укреплении исполнительной власти среднего звена Прошедшие двадцать лет показали, что недопустимо исключать из Конституции не только проблемы первого, фундаментального звена здания демократии, но и нормы устройства среднего звена — республик и регионов. Руководитель исполнительной власти среднего уровня должен «устраивать» и центр, и само это звено. Поэтому необходим механизм согласования позиций. Разумнее всего система, где по итогам голосования граждан среднего звена (а возможно — выборщиков) определяются первые три победителя. И Президент выбирает из них того, кто станет главой исполнительной власти среднего звена. Возможен и другой процесс — еще до выборов из числа кандидатов Президент имеет право исключить одного-двух, наиболее не устраивающих его. А затем население (или выборщики) избирают из этого «очищенного» списка губернатора или мэра. Возможны и другие механизмы, но суть их одна: надо, чтобы новый глава исполнительной власти региона устраивал и «верх», и «низ».

4. Федерация народов, а не национальнотерриториальных структур При создании Конституции было ясно, что Россия может быть только федеративным государством. И в силу ее размеров, и в силу ее многонационального характера.

Но Ельцин, вначале согласившись с моими доводами в пользу нового типа федерации — чтобы Россия не повторила судьбу СССР, — потом принял реставрированную советскую идею России как союза национально-территориальных образований. «Новизна» состояла в уравнивании чуть ли не всех автономных структур России в качестве равноправных республик. Было ясно, что и «равноправие» не может быть реализовано. И тем более Россия не сможет быть результатом договора образующих ее субъектов. Пример США, образованных соединением штатов, не подходил. Россия иначе росла. «Договор» субъектов не мог не стать фикцией. Но Ельцин, ослабленный до крайности принятой им моделью реформ, вынужден был искать поддержки у автономий, которые возглавил Хасбулатов. Так возникла Россия в виде набора республик — нечто вроде малого СССР. Все беды СССР повторились. Целые народы, не имевшие своих территорий, оказались в России вне ее государственных структур — украинцы, армяне, евреи, белорусы, немцы, греки и т.д. Те представители народа, которые оказались в России вне своей республики, были лишены возможности учить детей в школе родному языку и культуре и даже участвовать в обсуждении проблем своего народа. Вне государственных структур России оказались хлынувшие в нее многочисленные мигранты. Зато во многих национальных республиках России титульные нации часто не занимают по численности и половины населения, и национально-территориальная структура часто фиктивно национальная. И расплата за «новую» федерацию наступила чуть ли не немедленно — в виде чеченской проблемы, превратившейся в кровавую войну. На мой взгляд, принцип территориальной автономии в России должен быть сохранен лишь для нескольких республик, где титульное население, после уточнения границ республики, составит более 50%. Подавляющую часть «национальных территорий» надо упразднить. А основой федеративного государства должен стать союз не национальных территорий, а народов.


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

13

13-Й Цифровая арифметика ПЯТНИЦА,

Борис БРОНШТЕЙН, обозреватель «Новой»

Россия — самая считающая страна мира, причем считающая неправильно т бобра бобра не ищут, но при этом имеющихся бобров иногда пересчитывают. И делают это с немыслимой точностью. Недавняя перепись бобров в Чувашии показала, что в Алатырском районе их 391, в Ибресинском — 229, в Порецком — 249, в Шумерлинском — 176. Вы поняли? Не примерно 400 и не примерно 250, а с точностью до одного хвоста — 391 или 249. Как специалисты Госохотрыбслужбы их считают? Возможно, ныряют за бобрами в воду с калькулятором, возможно, строят их в шеренгу на берегу и пересчитывают, тыча в каждого пальцем: «Один, два, три…» Что-то не верится в эти аптечно точные числа. Почему? Потому что никто и никогда нам даже относительно точных чисел не сообщает. Неважно, что и кого в России считают (людей, зверей, урожай, деньги), дурят нас при этом как хотят. Или как котят, которых считают совсем уж приблизительно — их в России вместе с взрослыми котами и кошками вроде бы 30-35 миллионов (мыши уверены, что больше). Мы тут не станем лишний раз огорчать читателей примерами, как на родине Лобачевского и Перельмана считают голоса избирателей или деньги на Олимпиаду. Это всякий знает. Посмотришь на результаты, и возникает ощущение, что люди занимались непривычной работой: избирателей считал Центробанк, а деньги — Центризбирком. Не будем сейчас и о платежках ЖКХ. Что и как в них подсчитывают, тоже всем известно: отопление мусоропровода — столько-то рублей, снабжение лифта горячей водой — еще столько-то… И попробуй поспорь. Добавят сто рублей за подметание крыши. Ну, примерно как исполком Казани к умело рассчитанной на 2014 год плате за детский сад добавил кое-какие произвольные цифры. Плата эта в новом году и без того возрастет вдвое, а тут еще приплюсовали расходы на медицинское обслуживание детишек и на медикаменты. Хорошо, прокуратура города вмешалась, отметив, что «указанные расходы должны обеспечивать органы исполнительной власти». То есть ребенок в садике имеет право показывать врачу язык за счет любящего их обоих государства. Государство любило бы и ребенка, и врача еще больше, если бы ему не наносили ущерб отдельные злоумышленники. А как правоохранительные органы подсчитывают этот ущерб? Тут цифры, которые вбрасываются в информационное поле, порой насколько оглушительные, настолько и приблизительные. Недавно мирные телезрители и безобидные читатели газет узнали, что казанский бизнесмен и общественный активист Павел Сигал вместе с несколькими сообщниками подгреб к себе аж 10 с половиной миллиардов рублей. Именно эту сумму назвали в МВД России, когда распространили сообщение о задержании

РИА Новости

О «Договор» субъектов не мог не стать фикцией. Но ослабленный Ельцин вынужден был искать поддержки у автономий, которые возглавил Хасбулатов. Так возникла Россия в виде набора республик — нечто вроде малого СССР»

Каждый гражданин вправе выбирать себе землячество. Землячества объединяются в палаты национальностей при местных и региональных советах, и — в итоге — в Совет Национальностей, третью палату Федерального Собрания. Мы сохраним единую многонациональную Россию и устраним значительную часть оснований для межнациональных трений и конфликтов. И хотя федерация народов связана с массой сложных проблем (чего стоят хотя бы квоты представительства народов России в ее Совете Национальностей), но путь федерации народов — это будущее. Путь развития национальных территорий в России — это тупик.

5. Депутаты — не «лишенцы», а гвардия демократии Демократия предполагает не только сильную исполнительную, но и сильную представительную и судебную власти. Российская бюрократия избрала очень «хитрый» путь. От признания роли первой и третьей власти отказаться нельзя. И это признание имеет место. А вот роль реальных носителей этих властей — депутатов и судей — масштабно ущемляется. Судьи на деле зависят от исполнительной власти: и при получении квартиры, и при устройстве семьи в поликлинику, детей в школу, и даже при получении здания для самого суда. Более того, исполнительная власть напрямую, от себя, порой доплачивает судьям. Без радикального, полного отделения третьей власти — вплоть до введения особого налога для третьей власти и создания у нее своего бюджета, вплоть до избрания судей первого уровня не депутатами (что является нарушением самого принципа разделения властей), а напрямую гражданами, а всех вышестоящих судей — съездами самих судей — ситуацию не изменить. Но особенно важно изменение статуса депутата. Их превратили в своего рода «лишенцев». Они не имеют даже тех прав, которые имеет рядовой российский гражданин. Они не имеют права на двойное

гражданство. Они не имеют права на счета в зарубежных банках. Они обязаны доносить в декларациях на всех членов своей семьи и тем самым делать этих членов опасными для частного бизнеса. Сами депутаты обязаны «раздеваться» перед кем угодно. За ними с особым упоением «охотятся» следователи и полиция, прокуроры, всевозможные контролеры. И этот вечно дрожащий «субъект» должен быть опорой демократии?! Надо восстановить систему, при которой у депутата все права российского гражданина. Надо запретить кому-либо из исполнительной и даже судебной власти даже приближаться к депутату без согласия 3/4 всех депутатов. В составе представительного органа должны быть комиссии по защите прав депутатов. Одно появление депутата должно вызывать дрожь у любого чиновника, даже у выбираемых лиц исполнительной власти. Депутаты должны иметь право утверждать министров, заместителей министров, членов правительства регионов. В общем, депутаты должны стать такой же гвардией демократии, какой были в свое время мы, народные депутаты СССР. Конечно, для этого надо выборы депутатов сделать только персональными. Никаких «списков». Чтобы стать кандидатом в депутаты, надо пройти праймериз, в которых могут участвовать все желающие, и в список для голосования попадут только те, кто набрал не менее 5% имеющих право голоса. Без радикального изменения роли депутатов и судей ни представительная, ни судебная власть не может быть ни реальным противовесом, ни помощником и партнером власти исполнительной. *** Таковы, на мой взгляд, важнейшие направления совершенствования «конкретной» части российской Конституции — при осуществлении в России второго цикла экономических реформ. Основной Закон — великий инструмент демократии. И этот инструмент должен быть не только постаментом для присяг, а реальным основным механизмом нашей жизни. Полная версия — на сайте «Новой»

Сигала в Казани и этапировании его в Москву. Если кто не слышал, повторим информацию: вице-президент объединения предпринимателей «ОПОРА России» (в него входят около 400 тысяч бизнесменов) заподозрен в масштабном отмывании материнского капитала путем создания преступной схемы, в которую вовлекалось множество социально неблагополучных женщин. Пока рано удивляться тому, как мог соратник Михаила Прохорова и Алексея Кудрина оказаться алчным мошенником, но самое время удивиться другому. Уже через три дня после задержания Сигала, когда Тверской суд Москвы выносил решение о его аресте, были представлены оперативные данные уже не о 10,5 миллиарда, а лишь о 29 миллионах рублей. Тоже, конечно, денежки не во всяком кармане поместятся, но какова поправка: в 362 раза! И уже не знаешь, верить ли официальному сообщению, что для задержания Сигала и его сообщников было задействовано «более 800 сотрудников полиции». Если и их было в 362 раза меньше, то, выходит, с делом справились два с четвертью оперативника. Нет, как считают людей, мы лучше проследим на другой истории. Пару месяцев назад интернет-ресурс Sportsreda. ru опубликовал заметку под заголовком «Учись считать». «Спортсреда» усомнилась в цифрах посещаемости футбольных матчей в Казани и пересчитала болельщиков на матче «Рубин» — «Динамо», где, по данным протокола, присутствовали 7802 зрителя. Используя высокое разрешение, товарищи из «Спортсреды» сфотографировали все секторы стадиона (высокое разрешение — в данном случае качество фотоаппаратуры, а не позволение начальства снимать трибуны). На четких снимках болельщиков пересчитали по головам (хотя некоторые на футболе теряют голову), и получилось 4642 человека. Ну, допустим, кто-то после автогола в ворота «Динамо» нервно отлучился с трибуны в туалет, но не три же с половиной тысячи. В общем, чего ни коснись, все считают по-разному. Может, учить правильному счету надо не в школе, а еще в детском саду? Хотя и тут происходят удивительные сбои в пределах двузначных чисел. Так, в конце лета в городе Волжском (это Волгоградская область) в детском саду «Искорка» воспитательница пересчитала вернувшихся с прогулки детей, и у нее не хватило одного малыша. Как сообщалось, «по тревоге был поднят весь личный состав УМВД Волжского, сформированные поисковые группы прочесывали город в течение двух часов». Кончилось тем, что полицейские сами пересчитали детей, и, по их скрупулезным подсчетам, оказалось, что все на месте. На этот раз с некоторой осторожностью можно поверить. Все же три месяца прошло, а никто из родителей не заявил о пропаже ребенка.


14

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

биополитика

Александр РУБЦОВ

Ограничения и запреты, дух морализаторства и дидактики, страх перед будущим и обращенность в прошлое, навязчивый эгоизм и эгоцентризм, фиксация на себе, капризы, обидчивость и злопамятность, зацикленность на здоровье, физическом и моральном, наконец, страх смерти — всем этим окрашены сейчас политика и события власти, от речей и законов до переписывания истории, свиданий с тенями классиков и болезненной реакции на угрозы. Из отдельных пазлов складывается портрет: так ведут себя люди в несчастливой старости. И это уже не внешнее сходство.

Петр САРУХАНОВ — «Новая»

руководитель Центра исследований идеологических процессов Института философии РАН

Три возраста России

етелем Германн был свид таинств ее ых ьн ел отвратит туалета. А.С. Пушкин. «Пиковая дама»

Биология в истории Никогда не был поклонником возрастной периодизации жизни народов, политических образований, культур, цивилизаций. Здесь параллели с рождением, развитием и старением организма слишком очевидны, и это настораживает. «Популярное поверхностно» (А. Ксан) — даже когда традиция представлена такими титанами, как Штирнер, Шпенглер и Тойнби, не говоря о пророке Данииле с его «пятью царствами» и нашем Гумилеве, вписавшем этногенез в круги от «акматики» до «обскурации». Циклические схемы сродни мирсистемной конспирологии, у нас выдаваемой за геополитику. Эти блюда слишком легко готовятся и в непереваренном виде так же быстро усваиваются мозговыми трактами людей впечатлительных и недалеких. Концепции должны быть трудными. Жорж Лефевр и «школа Анналов» критиковали циклические схемы с позиций «истории снизу» безжалостно и грубо. Но Россия сейчас просто искушает сыграть в эту игру. Порядок, так и не успевший по-взрослому определиться в жизни, на глазах сваливается в этап старения со всеми знаками отчаянно молодящейся дряхлости. Когда речь идет о коротких фазах скоростной, сверхбыстрой истории, в которой политические циклы соизмеримы со временем человеческой жизни, невольно вспоминается что-то из школьной ботаники про филогенез с онтогенезом. Эволюция режима слишком походит на биографию, стремительно несущуюся к концу, и здесь азы геронтологии помогают лучше понять положение и перспективу.

Дыра взросления Появление на свет новой России — тяжелый случай, агония, усугубленная неправильными родовыми схватками. И далее та же антисанитария: организм еще не сформировался, а прежний порядок продолжает тут же разлагаться заживо. Детство и отрочество этого создания можно отнести на конец прошлого века. Страна вдруг взглянула на мир широко открытыми глазами, легко впитывая мас-

Страна впадает в старость прямо из детства. Если заново не пройти этап взросления, можно выпасть из истории сивы информации, смыслы и практики. Чтиво того времени: так взахлеб глотают тексты, влюбляются в идеи и учителей только в молодости. Пытливая юность с гулянкой и драками прошла почти мгновенно, однако и проекты институциональных реформ начала века в следующую возрастную группу не перевели. Казалось, пришло понимание, что жизнь надо менять: «сниматься с иглы», искать работу с перспективой, что-то производить помимо сделок и трат, осваивать профессии, без которых теперь нельзя. Тогда модернизация была бы даже не омоложением, а тестом на зрелость. Все было рядом: если не сменить вектор, «мы поставим под вопрос само существование страны»; «в наши планы не входит передача страны в руки некомпетентной, коррумпированной бюрократии» (Владимир Путин). Но курс бросили, на экзамен не явились и теперь, пропустив фазу взросления, строят образ умудренной успокоенности, когда менять уже ничего не надо, а на самом деле не хочется и не по силам. Поскольку ничего из планов на жизнь не состоялось, приходится делать вид, что она и так удалась и можно дожить ее не мучительно больно. Психология жизненных циклов и старения особо выделяет фазу, когда человек теряет связи с прежней профессией.

«

Сужается круг интересов, преобладают разговоры на бытовые темы, обсуждение телевизора, семейных дел. Уже не различить, кто был инженером, кто врачом... Ровно это происходит сейчас в идеологии, отвернувшейся от дела и работы и ударившейся в защиту нематериальных ценностей. Депрофессионализация страны. Следующая фаза — сосредоточение на здоровье и личных качествах врачей, к чему толкают события на Ближнем Востоке, в Украине. Возрастные изменения бывают опасны: навязчивые мысли о плохом конце иногда толкают на многое.

Морщинистая идеология Первый звонок прозвенел, когда президенту подправили имидж, сменив покоряющего природу и технику экстремала на умудренного жизнью отца нации. Личные развлечения в публичном пространстве (компенсация дефицита игр и признания) резко сменились иконой мудрого старчества, успокоенного «умеренным консерватизмом» и дозревшего учить страну и мир основам морали. Мотивы этой перемены вряд ли связаны с возрастом или исчерпанностью физических сред, биологических видов и средств техники, освоенных в прямом эфире. Скорее это разворот в несостоявшейся стратегии развития: когда ничего

Стране будто сворачивают голову назад, чтобы люди не видели, что впереди ничего нет даже в проекте. Развитие сменилось устоями, скрепы заняли место нанотехнологий

«

не получилось с инновациями, хай-теком и экономикой знания, пришлось перейти к бестелесным материям, которые не пощупать и не измерить. Здесь не надо ничего доказывать — достаточно взывать к доверию и моральному чувству. Поражения в технологиях, экономике, институтах и социальном блоке не так видны на фоне громких побед над курением и однополыми браками. То же с приставанием к истории. Самим обеспечивать будущее сложнее, чем морально эксплуатировать прошлое, сделанное другими. Стране будто сворачивают голову назад, чтобы люди не видели, что впереди ничего нет даже в проекте. Развитие сменилось устоями, скрепы заняли место нанотехнологий. Не спасает даже велосипед с двумя экранами. Нынешний разворот в идеологии и публичной политике упорно воспроизводит консерватизм прозябания на склоне лет, когда новое осваивать трудно, да и многое из ранее доступного уже не потянуть. Все это напоминает гальванизацию аскета Суслова, трезвенника Лигачева и братскую поговорку: «Непьюща людына або хвора, або велика падла». Здесь вновь проступает связь патриархального сознания с геронтофилией и геронтократией, столь заметная в советской идеологии, но с более глубокими корнями. Культ предков и богов через сакрализацию стариков подводил к персонифицированному культу старого вождя. Потом Бог предстает в образе мудрого старца, а пророки и апостолы персонифицируют общественную мудрость. Нашей политической метафизике до этого еще далеко, но уже видно, что у нас первому лицу свита не нужна: оно само одинаково успешно выступает в роли апостола и пророка.

Контуры исхода Старики бывают добрые и злые. Наша пиковая дама тоже демонстрирует недоброжелательность, но уже не тайную, нисходящую к агрессии и ненависти. Этот «консерватизм» улыбаться не умеет — один оскал. Есть разные виды и на само старение. Лютер сравнивал старость с «живой могилой», геронтолог А. Призьен назвал стариков «мучениками мирного времени». Вместе с тем у китайцев 60–70 лет считается «желанным возрастом». И в новейшей традиции старость часто рассматривают как кульминационный момент пожизненного собирания опыта и знаний. Вопрос, к какой старости персонаж движется: кумулятивной или дегенеративной. Известно: фазы развития пропускать нельзя. Рано или поздно пропущенное приходится восполнять. Бывает, старики впадают в детство — здесь страна впадает в старость прямо из нежного возраста. Если заново не пройти этап взросления, эти приступы «здорового» консерватизма приведут прямо к выпадению из истории. Если уже не привели. И тогда весь патриотизм сведется к тому, чтобы докопаться к отеческим гробам и напрочь затянуть родное пепелище дымом отечества — чтобы не видеть. Нынешний разворот назад, в сторону несвободы и патриархальных отношений, даже в ближайшей перспективе хорошего не сулит. Исторически он ничем не обоснован — только лишь оперативный расчет и локальная политика. Страшное зрелище: мир на передовых рубежах развития, хотя и с маневрами, но в целом дрейфует в одну сторону — а тут гигантский вооруженный дредноут «Россия» вдруг разворачивается и берет курс на патриархальное прошлое, увлекая за собой корабли в кильватере. Один приличный шторм, например, на рынке углеводородов, и придется тонуть, спасаясь на отдельных оставшихся на плаву частях. У этого века еще не было своей самой страшной геополитической катастрофы. Есть мнение, что в истории лучше вообще не лавировать. «Радуйся тому, что есть, и люби то, чему пришло время» (Эпиктет).


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

Им не до лампочки, какое в районе освещение. Им не наплевать, чисто ли на улицах. Им не фиолетово, в какой цвет покрашены детские площадки. Они заботятся о благоустройстве района, в котором живут. Кто они? Люди, которые не разошлись после выборов. Некоторые из них учились в одной школе и даже родились в одном роддоме, но познакомились лишь четверть века спустя в «Штабе гражданских действий в Зюзино». Большинство из них до выборов (кто президентских и муниципальных в марте 2012-го, кто мэрских в сентябре 2013-го) никаким районным благоустройством не занималось. Но проявив политическую активность во время выборов и попробовав себя в качестве наблюдателей или даже кандидатов в муниципальные депутаты, они после закрытия избирательных участков решили остаться и взяться за улучшение жизни в своем районе. Недавно в Сахаровском центре штаб представил проект благоустройства района в 2014 году. Презентацию провели под лозунгом «Измени Россию, начни с Зюзино». Начнем...

15

Оксана ЮШКО

новая москва

Будильник для спального района

Активисты «Штаба гражданских действий в Зюзино». Второй справа — муниципальный депутат Константин Янкаускас

В московском Зюзине политическая активность жителей во время выборов вылилась в социальную активность после них

П

чему вообще процесс благоустройства нельзя пускать на самотек, достаточно одного примера, который приводит Константин: — Когда управой вносится в Совет депутатов программа благоустройства, должен быть обязательный перечень документов, в том числе акты обследования дворов с фотографиями. И вот нам, депутатам, принесли большую папку. Расчет, видимо, был на то, что папку никто не откроет. Я стал ее листать и обнаружил, что по разным адресам в районе лежит фотография одной и той же ямы в асфальте. Даже номера машин те же самые. На комиссии по развитию района мы, в том числе по этой причине, программу отклонили, и она ушла на доработку. Когда пришла новая, там расходы на перекладку асфальта сократились на 10 миллионов рублей. Притом что общий бюджет программы остался таким же. 10 миллионов раскидали по другим направлениям. Разработанный штабом проект по благоустройству опровергает расхожий аргумент партии власти: мы, «Единая Россия», реальным делом занимаемся, а вы, оппозиция, только и умеете, что критиковать. Проект состоит из двух разделов: в первом указываются основные проблемы района, во втором собраны конкретные замечания жителей — с точным адресом, фотографиями, описанием недоработок и вариантами их исправления. — В первой части мы сделали акцент на том, что все наши пожелания можно выполнять постепенно, если происходит какая-то плановая реконструкция, — говорит житель Зюзина, кандидат в муни-

ципальные депутаты на выборах 2012 года, журналист Виктор Фещенко. — Все предложения влияют на бюджет: если городская среда удобная, если по улицам ходит много людей, будут открываться кафе и рестораны и бизнес будет платить налоги. Штаб рекомендует в первую очередь включать в планы благоустройства предложения жителей по освещению, поскольку это сказывается на криминальной обстановке. Среди других предложений: установка лавочек, урн для мусора вдоль наиболее оживленных маршрутов движения жителей, инициирование и поддержка проектов по раздельному сбору мусора, строительство велодорожек («В Зюзине из-за огромного количества пятиэтажек также актуальна установка велопарковок возле домов: в маленьких квартирах велосипеды хранить негде»). Все предложения настолько очевидны, что даже удивляет, почему это надо объяснять властям. Но когда узнаешь, что за то, чтобы осветили сквер около одной из местных школ, жители боролись много лет и освещение провели лишь недавно, в рамках выполнения предвыборных обещаний, или что демонтировали столб, который лет двадцать стоял посреди выезда из одного двора, то понимаешь, что все эти напоминания вовсе не лишние. Проект передали в управу. И спустя месяц глава управы Владимир Фалеев письменно поблагодарил активистов за неравнодушное отношение. Каждому жителю, приславшему предложения, обещали еще ответить лично. Заметим, что пять из сорока шести предложений уже реализованы.

Юлия ЛАРИНА

Новая книга от «Новой» М. Барщевский. «Счастливы неимущие» Документальная книга заслуженного юриста России, доктора юридических наук Михаила Барщевского — о судебном процессе века «Березовский vs Абрамович». В книге собраны уникальные документы и — внимание! — полная расшифровка всех судебных заседаний (а суд проходил за закрытыми дверями). История страны в двух томах. Заказать книгу можно по телефонам: 8 495 648-35-02, 8 495 623-54-75, 8 495 621-58-77 По эл. почте: distrib@novayagazeta.ru Приглашаем к сотрудничеству книжные магазины.

Реклама

оследнее время создавалось ощущение, что в Москве есть только один район — Бирюлево. На самом деле их чуть больше. Зюзино находится не так далеко от Бирюлева. До 1918 года, на протяжении более полувека, село Зюзино было центром одной из крупнейших волостей Московского уезда. Причем в Зюзинскую волость входило много селений к югу от реки Москвы, в том числе и Бирюлево. Зюзинская волость занимала практически всю нынешнюю территорию Юго-Западного административного округа столицы. В состав Москвы Зюзино вошло в 1960-м. Говорят, это самый «пятиэтажный» район столицы — таких зданий здесь почти двести. Поскольку другие районы не стремятся присвоить это звание себе, таковым и будем его считать. Но неверно думать, будто других домов в Зюзине нет. В 70–80-е годы тут строились кооперативные многоэтажки. Один высотный дом на Балаклавском проспекте привлек к себе внимание весной этого года — там, в собственной квартире, нашли мертвым актера Андрея Панина. Других громких новостей из Зюзина что-то не припоминается. Первая встреча «Штаба гражданских действий в Зюзино» состоялась в декабре 2011-го, через несколько дней после парламентских выборов. Тогда она еще была посвящена не лампочкам-лавочкам, а наблюдению на президентских выборах в марте 2012 года. В дальнейшем несколько человек из группы выдвинулись в муниципальные депутаты, но в Совет прошли не все. Старший научный сотрудник Российской книжной палаты Антон Грешин, подключившийся к штабу незадолго до выборов 2012 года, считает, что в Совете нужно иметь депутатов, готовых работать вместе с активистами. — Поддержка депутата очень важна,— говорит он. — Иначе вы будете биться с управой в одиночку. В некоторых районах все пятнадцать депутатов — это унылые тетеньки. У нас в Зюзине они тоже есть. Но есть и два других депутата. Два неунылых депутата — это директор «Организации народного контроля» Наталья Чернышева и научный сотрудник Института проблем рынка РАН и член партии «5 декабря» (партия создана участниками массовых митингов, первый из которых прошел 5 декабря 2011 года) Константин Янкаускас. Чтобы понять, почему штаб написал проект благоустройства района и по-

Штаб продолжает участвовать в публичных слушаниях, выпускает газету «Живу в Зюзино», в общем, развивает местное самоуправление и «строит гражданское общество хотя бы в Зюзине». Но пока вряд ли можно говорить о пробуждении спального района Зюзино с населением в 125 тысяч человек благодаря деятельности штаба. Последний приток был после выборов мэра Москвы. Они добавили штабу активистов, к примеру, наблюдателя на выборах, а вне их ITспециалиста Дмитрия Верховых или агитировавшую за Навального бухгалтера Светлану Кондратьеву. Кстати, в Зюзине второй тур мог бы состояться — Собянин набрал меньше 50% голосов, и это штаб, который вел агитацию за Навального, считает своей заслугой. В штабе есть 20–30 активистов (от молодых учителей до пенсионеров), а в соцсетях еще 300–400 читателей. — В Москве люди сильно разобщены, — считает Константин Янкаускас. — За дверью квартиры и дверью машины их ничего не интересует. И городской власти это выгодно. Если будет сильное местное самоуправление, оно заберет себе часть полномочий у города, мэрии и градоначальника. Поэтому проводится такая политика, чтобы, допустим, наш район воспринимался только как место, где мы спим. В Москве есть примеры групп активных местных жителей, подобных той, что в Зюзине. Какие-то из них возникли после выборов декабря 2011-го, какие-то — до или даже значительно до, но усилились благодаря активности во время выборов. Например, в соцсетях есть закрытая группа «Наблюдатели Коньково». Но все же если вспомнить, как десятки тысяч людей по всей стране были наблюдателями на выборах, станет понятно, что улучшение жизни вокруг себя таким же массовым явлением не стало. Хотя наблюдать желательно не один день. Хорошо бы каждый день наблюдать за районом и за страной.

16+


16

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

личный дневник

В этом году исполнилось 35 лет с того дня, как была прочитана первая лекция в аудитории имени легендарного человека — Рема Хохлова. До этого она называлась Большой физической и действительно была одной из самых больших в Московском университете

9 августа 1977 г. Вторник. Вчера умер (погиб?) Рем Хохлов. Алмазный пик, что тянешься в ночи К созвездью Льва на чёрном небосводе, Зачем тебе он в жертву? Не молчи! Ответь: где ад и рай, куда уходят Тобою околдованные души, Что так незаменимы на земле? Молчишь… Навылет — боль. Бездушье душит. Вновь переколдовали там, в Кремле. Похожего родит земля не скоро, Как Вифлеемской ни молись звезде. За эту смерть я проклинаю горы И не могу — а надо бы! — людей. 7 февраля 1978 г. Вторник. Нынче прочитана первая лекция в аудитории имени Рема Хохлова. Так отныне называется бывшая Большая физическая, одна из самых больших аудиторий МГУ. За три дня до этого, в вечернем выпуске «Известий» вышел мой материал о Реме, а на следующее утро — очерк о нем Гены Бочарова в «Комсомолке». Он привык работать под большими перегрузками. Но иногда перегрузки переходили земные пределы. В последние годы это случалось не так уж редко. И тогда на лице его обозначались резкие, жесткие морщины, под глазами — мешки. И обычная хохловская улыбка, доброжелательная улыбка понимания и собеседника, и мира, пробивалась сквозь свинцовую усталость. Лицо космонавта под перегрузками ракетного старта. Лицо человека, который за последние 15 лет, сжимая время, прошел путь от кандидата наук до лауреата Ленинской премии, ректора Московского университета, академика, и.о. вице-президента Академии наук СССР, вице-президента Международной ассоциации университетов. Но в эти же годы его можно было увидеть и другим. 15 июля 1976 года на утренней линейке в альпинистском лагере на леднике Фортамбек первым в шеренге стоял атлетически сложенный, стройный, загорелый человек в шортах, кедах, ковбойке. Удивительно молод был он в эти минуты — никак не дашь больше 30. Таким был Рем Хохлов в день своего 50-летия. И добраться до юбиляра было нелегко. Для этого надо было подняться на 4-километровую высоту, до начальной точки подъема к самому высокому пику страны.

Совесть На счету у Хохлова четыре покоренных семитысячника и медаль первенства СССР по альпинизму. Купался зимой в проруби. Увлекался горными лыжами. Бегал по 20 километров. И не трусцой, в профилактически-оздоровительных целях, — это был настоящий стайерский бег. Однажды, когда пробегал мимо площадки, на которой студенты играли в футбол, какой-то первокурсник крикнул: «Эй, парень, подай мячик!» Его одернули: «Чудак, это же ректор!» Его называют одним из отцов нелинейной оптики. Это так. Но диапазон его интересов распространялся фактически на всю современную физику. Я спросил: «Если бы Вам вернули первый курс, что бы Вы выбрали?» Он сказал, что пошел бы на физфак МГУ, но выбрал бы биофизику. Спокойно прошел по бревну туда и обратно над пропастью. Прыгнул с парашютом без всякой подготовки. Что это было? Одни считают, что слишком уж часто и рискованно испытывал он судьбу. Другие говорят: любил опробывать новое, смело подставлял себя под эксперимент. Хохлов и Ахманов взялись за создание параметрического генератора света, когда это еще казалось технически невозможным. Нужна была смелость, чтобы нача��ь. Но еще большая научная смелость понадобилась Хохлову позже, когда он приступил к исследованиям по гамма-лазеру. Для подхода к этой проблеме не было не только инженерных, но и чисто теоретических расчетов. На пути к ней надо было сделать по крайней мере несколько открытий и массу изобретений. Рем решился на первый шаг. И вот уже в СССР и США ведутся серьезные исследования, и одно из них возглавляет сам Хохлов. Зачем ему нужны были горы? Что его туда тянуло? Что ему давали эти ночевки перед последним броском к вершине, с разговорами по душам, с песней «В глухой таверне огонек взметнулся и погас»? Почему ему так легко дышалось на леднике Фортамбек, где поляна Сулоева приподня-

та, как чаша, над подножиями окрестных семитысячников и лавины срываются куда-то вниз, к краям этой чаши, взметая снежную пыль, пронизанную солнцем? Все эти вопросы сейчас — задним числом — обрели тревожный смысл, ибо факт остается фактом: смерть настигла его после трудного подъема на высочайший пик страны. Пик Коммунизма поднимается на 7495 метров. В этот раз до вершины ему не хватило около 200 метров. Как раз высоты здания МГУ на Ленгорах. Если смотреть от подножия университета на шпиль и звезду, расстояние покажется внушительным. Но на фотографии пика Коммунизма это маленький, еле заметный штрих. Ему тесно и пресно было в мире сидячей работы. Он не мог не расширять горизонты своей жизни, не мог не тянуться к вершинам и сверхскоростям. Между его устремлениями и размеренным, медленным ходом жизни был диссонанс где-то в глубине, в первооснове. Но в то же время каждый его жест, каждое душевное движение были точно скоординированы и с ближним к нему кругом людей и событий, и вообще — с миром. Слушать собеседника он умел удивительно. С одинаковым, причем искренним, а не дипломатичным вниманием слушал и академика, и студента, словно бы поощряя: «Ну давай, давай, выкладывай! Это же очень интересно!» В свое время я в полной мере испытал на себе это его обаяние. Я не раз бывал в кабинете академика Петровского на Ленинских горах. Потом я побывал в этом кабинете без Петровского и беседовал здесь с ректором Хохловым. Непривычно молодой человек, встретивший меня в дверях, севший рядом и с приветливой улыбкой посмотревший прямо в глаза, невольно заставил оглядеть комнату. По внешнему виду ему как-то больше подходил современный, обнаженный, жесткий интерьер. Но всё, абсолютно всё, начиная со светлого осеннего пейзажа с

датой «1940» и автографом «Нестеровъ», осталось здесь, как при Петровском. Став ректором, Хохлов по-сыновнему бережно относился к тому, чтобы в МГУ поддерживались и развивались традиции его предшественника. И это не было просто данью уважения. Он в полную силу утверждал свои принципы: фундаментальные знания и близость к сегодняшнему переднему краю науки как основа университетского образования, развитие комплексных исследований, непрерывность обучения в течение всей жизни человека. Но это были и принципы академика Петровского. Они были единомышленники. Мне дорога аудитория, которая теперь носит его имя. Здесь когда-то записал я свою первую лекцию по физике. И потом еще много лекций. И на одной из них понял, как рождается лазерный луч. И узнал о празднике Архимеда раньше, чем увидел его потом на ступеньках физфака. И обрел новых друзей. И впервые услышал от них с любовью произнесенное это имя: Рем Хохлов. Оно тогда еще не входило в учебники и энциклопедии. Просто — был такой хороший человек на физфаке. 30 августа 2013 г. Пятница. Как неотвратимо время уходит в прошлое! Кажется, это было вчера (а было это уже 35 лет назад): беседую с Еленой Михайловной Хохловой и ее сыновьями, совсем еще юношами, у них дома. И вот уже старший, Алексей, — академик РАН. И статья об отце в шмидтовской «Московской энциклопедии» написана им. И в популярной газете читаю очерк Инги Преловской об академической, уже в трех поколениях, династии Хохловых. В 1995 году помещаю в «Новой ежедневной газете» беседу с молодым ученым Димой Хохловым по случаю награждения его Шуваловской премией (она и Ломоносовская премия — высшие научные награды в МГУ). А в 2012 году слушаю и смотрю в телепередаче Aсademia интересную лекцию членакорреспондента РАН Дмитрия Ремовича Хохлова о Т-лучах… Конечно, история не имеет сослагательного наклонения. Но… Что все-таки было бы, не случись та трагедия в августе 1977-го? Нобелевским лауреатом он, наверное, стал бы. Ведь вручили же Нобелевскую премию за исследования, фактически аналогичные тем, в которых он, Ахманов, их товарищи были первооткрывателями. Недавно по ТВ повторили документальный фильм о нем. И там профессор Богачёв (он, между прочим, — «снежный барс», человек, покоривший все семитысячники Советского Союза, сотоварищ Рема по многим восхождениям) свидетельствует: Рем рассказывал, что Суслов предложил ему возглавить Академию наук. К этому дело, видимо, и шло. Более того, Богачёв намекает и на то, будто с Ремом велись разговоры о том, что он мог бы стать главой государства после Брежнева. Парадокс тут в том, что живи Рем дальше и поднимись он на новые государственные вершины и даже на ту (маловероятную, конечно, но представим гипотетически и ее), самую высокую, он все равно остался бы самим собой. Ибо уже взята была им иная, нравственная вершина, которая выше всех других, и горных, и государственных вершин. В 78-м Гена Бочаров дал к своему материалу очень хороший заголовок — «Жизнь». Сейчас я тоже бы дал заголовок в одно слово. Но другое. Слово-ключ к его личности. На фоне того, что без всякого стыда и совести вытворяется нынче над Академией наук, ох как нам всем его не хватает! Вот почему я ставлю над старыми и новыми дневниковыми своими заметками о Реме Хохлове короткое и бездонное слово-укор: «Совесть».

Ким СМИРНОВ, научный обозреватель «Новой»

Полный текст — на сайте «Новой»


17

ИТАР-ТАСС

КУЛЬТУРНЫЙ СЛОЙ

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

здесь!

Р

аздел об уничтожении высокопрофессионального РИА Новости и создании высокоидейного агентства «Россия сегодня» в указе президента от 9 декабря заметили все. Но в этом указе есть и другие пункты, с легкостью необыкновенной демонтирующие, передающие в недостаточно компетентные руки важнейшие институции — Российскую книжную палату и Гостелерадиофонд, центр книжного дела в стране и колоссальный архив теле- и радиопродукции, созданной в Отечестве. Российская книжная палата ликвидируется, а «закрепленное за ней на праве оперативного владения имущество» передается ИТАР-ТАСС, дабы ИТАР-ТАСС обеспечивал впредь соблюдение закона «Об обязательном экземпляре документа». Тут политической подоплеки быть не может: Книжная палата — институция предельно мирная и деятельная, признанная (до сего момента) всеми властями России, начиная с 1727 года. Тут, кажется, причина ликвидации — непродуманность. Или — то самое «закрепленное имущество». Имущество в оперативном управлении у Книжной палаты лакомое, включая помещения на Кремлевской набережной. И как всегда, когда появляются необъяснимо некомпетентные решения, начинаешь думать: не в том ли дело? Или режим государственной экономии рассчитывает выправить бюджет Отечества за счет увольнения 730 сотрудников РКП? РКП ведет государственную библиографию и статистику печати, получает в законодательном порядке 16 обязательных экземпляров любой печатной продукции, изданной в России, и пополняет ею фонды ведущих библиотек страны. Введен этот порядок Екатериной II в 1780-х и до сей поры нарушался трижды — в 1905-м, в годы Гражданской войны и в начале 1990-х. Книжная палата выпускает море библиографических указателей, ведет трудоемкую летопись журнальных статей, выходящих в России, разрабатывает государственные стандарты в сфере книгоиздания, является национальным агентством ISBN — то есть определяет для каждой новой книги

Культурная память? К ликвидации! Что и зачем уничтожает Указ о ликвидации агентства РИА Новости? ее регистрационный номер во всемирном реестре книжных изданий. Палата хранит Государственный архив печати России: обязательные экземпляры всей периодики, вышедшей в России с 1917 года на русском языке. Все это — огромная работа! (По числу выпускаемых изданий постсоветская Россия перевалила за 100 000 названий в год.) А скрупулезная, ежегодно публикуемая статистика Книжной палаты позволяет проследить, как самым читаемым автором стала Донцова, а Толстой и Достоевский ушли в конец «первой сотни». Это ценнейший индикатор состояния умов в стране. Как с этими высокопрофессиональными занятиями и огромным объемом работы будет справляться ИТАР-ТАСС? А ведь в указе от 9 декабря функции Книжной палаты даже не названы — за исключением «Закона об обязательном экземпляре». На сайте www.pro-books.ru начат сбор подписей под обращением к президенту

ПОД ТЕКСТ Наум Клейман. Прямая речь По-моему, это в корне неправильное решение. Потому что архив — это уникальная самостоятельная организация. Не случайно наши киноархивы: Красногорский, Госфильмофонд, также владеющие необъятными «библиотеками», — не были подчинены ни Госкино, ни иным ведомствам.

России В.В. Путину с просьбой отменить решение о ликвидации Книжной палаты. Тем же указом 9 декабря один из крупнейших в мире медиаархивов Гостелерадиофонд — полтора миллиона единиц хранения киновидеоматериалов, звукозаписей и фотоматериалов, отражающих историю, культуру и искусство России ХХ века, — лишили самостоятельного статуса, присоединив к ВГТРК (ГТРФ с июля этого года уже возглавляет экс-руководитель телерадиофонда ВГТРК Сергей Волков). Указом президента Ельцина от 15 января 1998 года Гостелерадиофонд включен в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации. Его собрание формировалось десятилетиями. История и культура, политика и наука, архитектура и природа — на кинопленке, видеоленте, в звукозаписях и фотографиях, от минутного телевизионного сюжета до сериала, от документальной записи до пространных художественных полотен.

Архив — это и особый режим хранения, и собирательство, и научная работа — а не просто «расходный материал». Да ведь ВГТРК просто не справится со всем объемом работы, не сумеет нормально содержать и развивать архивное собрание. Так что, полагаю, решение это спешное и неправильное с точки зрения хозяйствования, стратегии и политики, а главное — интересов культуры.

На сайте Гостелерадиофонда обозначены его главные партнеры: Первый канал, ВГТРК, ТВЦ, НТВ, «Культура» и другие компании. Все они были обязаны — на основании приказа Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям — сдавать в Гостелерадиофонд на госхранение эфирные копии и аудиоматериалы. Кроме того, после ликвидации РГТРК «Останкино» имущественные права РФ на телерадиопродукцию, созданную организациями Гостелерадио СССР и по их заказу, были закреплены за Гостелерадиофондом. Значит, ВГТРК становится новым обладателем всех «наследственных прав» на телевизионный контент, созданный в стране? Но странно представить себе, как телепроизводители от НТВ до ТВЦ длинной вереницей стоят в очередь, спеша сдать произведенные «телепродукты» на хранение и использование в ВГТРК… Кажется, в стране становится все меньше хранителей и все больше «пользователей». P.S. На главной странице сайта Гостелерадиофонда цитируют Марлена Хуциева, сокрушающегося в интервью «Новой» об обществе, которое погубила корысть: «Зарабатывание» стало генеральной, ключевой, всепоглощающей идеей. Но ведь не хлебом единым, есть много другого, во имя чего живешь. Корысть — ржавчина, разъедающая изнутри». Полосу подготовили Елена ДЬЯКОВА и Лариса МАЛЮКОВА


18

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

Проект Шендеровича–Мирзоева «Петрушка», на который объявлен сбор народных средств, — это лакмусовая бумажка состояния нашего общества. Почему — об этом говорим с сатириком и режиссером, которые пустились в рискованное плавание подальше от государства. очему именно сейчас вы так решительно о тд е л и л и с ь от государства? Виктор Шендерович: Я бы сказал, что это государство отделилось от нас, нас особенно не спрашивая. В последний раз я заглянул в номенклатурные коридоры, где выдают деньги на кино, лет семь-восемь назад: принес свой киносценарий «Тезка Швейцера» Михаилу Швыдкому по старому знакомству. Никто, разумеется, даже не перезвонил. А уж сейчас и представить невозможно, чтобы я или Володя пошли со своими идеями к министру культуры. Притом что в кино все утыкается в деньги с большими нолями, непосильными человеку. То есть посильными — если, как говорил Жванецкий, «попасть к ним, туда, за забор». Но для этого требуется, как писал уже Бёлль, «принять причастие буйвола». А это не наш формат. Размежевание состоялось довольно внятное. И уже не стилистическое, а гигиеническое. И уж соваться туда с сатирой типа «Петрушки» было совершенно бессмысленно. — Как эта пьеса возникла? В.Ш.: Написал я ее в 2007 году и разослал по широкому кругу московских режиссеров. — И круг быстро сузился? В.Ш.: Я получил два типа реакции. От, увы, довольно типового исчезновения с горизонта — до реплики «ну, ты же сам понимаешь». Так пьеса и лежала, пока вдруг не выяснилось, что она понравилась Мирзоеву. Мирзоев прошел с ней второй круг по московским театрам… Владимир Мирзоев: Я обратился к коллегам, которые как организаторы театрального дела проявили себя отважными людьми, но, увы, ни один не откликнулся. В.Ш.: Никаких претензий: никто не может требовать от человека, чтобы он пошел на таран, а сатира — жанр крайний, здесь компромисс исключен. Сколько раз за эти годы мне предлагали: «Давайте сделаем сатирическую программу, как «Куклы», — но только без Путина». Бесстрашные люди! Сатирик, как сказал один классик, из двух зол выбирает большее. Я и выбрал большее. И написал сатиру с совершенно ясным прототипом. — Почему Петрушка? Ведь Петрушка в нашем фольклоре — веселый, находчивый, остроумный, а ваш Петр Петрович — злобный, вероломный, туповатый. В.Ш.: Во-первых, «петрушка» — это жанр! Ну, и главного героя зовут Петр Петрович. Просыпается он однажды утром и обнаруживает себе лежащим в костюме и галстуке на манеже цирка — и выясняется, что он президент Российской Федерации. То есть исходное событие взято в его прекрасной целостности: как вы знаете, летом 1999 года нашему прототипу сообщили, что он будет премьер-министром, а потом президентом. Вот такая петрушка с ним приключилась — только руками развести! Что мы и делаем. Это — клоунада для драматического театра. В.М.: Только у нас петрушка, как хрен, злая. В.Ш.: Мы, как саперы, определяем контур минирования: условно говоря, «Ургант» — можно на Первом канале, своя предельно допустимая интонация шутки может быть на «Дожде», а что-то невозможно вообще. В.М.: Сапер ошибается один раз, сатирик не ошибается никогда!

—П

Режиссер и писатель собирают деньги на свою вою версию сказки о Петрушке, рушке, который однажды проснулся президентом ом

Владимир Мирзоев:

РИА Новости

У нас петрушка, как хрен, злая В.Ш.: Это Ежи Лец сказал: «Сатирик, к сожалению, всегда прав». — Почему выбрали жанр телеспектакля? В.Ш.: Сначала родилась идея сделать кино. Мы с Владимиром Владимировичем сделали смету и какое-то время эту смету искали. Деньги по киношным меркам смешные: у них на фильм долларов уходит раз в пять больше, чем нам нужно рублей, — но и с этими рублями были сложности. И вдруг случилось неожиданное! Позвонили люди и спросили: «У вас есть какие-то проекты, на которые нужны деньги?» Я быстро сказал, что у меня их восемь. Мне торопливо ответили, что восемь не надо, нужен один. И через неделю мы с Мирзоевым встречались с людьми с сайта «Планета». Они произнесли слово, которое я так и не выучил: «краудфандинг». Я к этому «краудфандингу» отнесся поначалу скептически, но когда мы увидели, что происходит на сайте, то нам это показалось чрезвычайно духоподъемным. Сегодня собрано уже больше половины средств — три с лишним миллиона рублей. Более полутора тысяч человек вложились в наш проект, и эта цифра наполняет меня особыми чувствами. Это тебе не срубить казенную кассу у Мединского… — Вы не боитесь репутационных потерь, если вдруг не соберете нужную сумму? В.М.: Той суммы, которую мы собрали, достаточно, чтобы сделать фильм, не заплатив никому зарплату. Может быть, мы найдем волонтеров, согласных работать бесплатно. В любом случае, речь уже идет о той или иной комфортности съемок. В.Ш.: Думаю, ни Мирзоев, ни я уже не нуждаемся в кастинге... И потом, что же я буду мериться сам с собой времен раннего НТВ! То время ушло. Я стою носом в том же направлении, в котором стоял, — это государство повернулось на 180 градусов. Я был по ветру, стал против ветра. В десять раз снизилась аудитория (от меня ее попросту отрезали). Но к качеству и достоинству это не имеет никакого отношения. — Это имеет отношение к состоянию общества, которое или готово поддерживать рискованные инициативы, или нет. В.Ш.: Моя популярность пятнадцатилетней давности выглядела так: «Ой, я вас по телевизору видел! Вы Леонтьев? Или Глоба?..» Сегодня аудитория меньше, но это моя персональная аудитория, а не телевизионная. Поменяется ветер — Мирзоев станет лауреатом Государственной премии… — Он один раз уже был лауреатом Государственной премии. В.Ш.: Будет еще раз! Это никоим образом не добавляет ему достоинств. Это

не кастинг для нас, это кастинг для общества, потому что самоорганизация — наше слабое место. Мы, не приходя в сознание, пережили Беслан и «Норд-Ост». Мы раздроблены невероятно. В.М.: Это тоже не ветерком с моря навеяло. Государство над этим работает, упорно раскалывая общество. В.Ш.: Это само собой. Но мы тоже хороши. Поэтому с «Петрушкой» есть две темы для разговора. Одна — собрать деньги и снять хороший фильм. По последнему пункту одолевает некоторый мандраж, потому что когда что-то делаешь безымянно «по заказу Гостелерадио» — гонорар получил и забыл. Когда тебе смотрят в глаза люди, заплатившие тебе из своего кармана, — это другое ощущение. В.М.: Никакой разницы не вижу. Это, в любом случае, деньги налогоплательщиков. Почему чиновники (и не чиновники) считают их источником какое-то абстрактное «государство» — для меня загадка. В.Ш.: Послушай, а тебе приятно знать, когда зал полный, что эти люди заплатили именно за тебя? В.М.: Ты не с той стороны заходишь! Еще раз: ни господин Мединский, ни господин Сурков, ни кто бы то ни было не имеет права объяснять обществу, что для него хорошо, а что плохо. Они только диспетчеры, управляющие налогами в сфере культуры. А они все время пытаются ума вложить! Объяснить, какое кино для общества хорошее, какое плохое. В.Ш.: Я поработаю адвокатом дьявола и скажу за Мединского: меня назначили в правительство, избранное народом! Оно призвано распоряжаться финансами, отвечать за идеологию… В.М.: А вот идеология у нас не разрешена по конституции! У нас нет доминирующей партии, доминирующей идеологии в стране. Это антиконституционные действия. В таком случае эти товарищи с горящим взором ведут подрывную деятельность, они преступники, понимаешь? В.Ш.: И делают вид, что о нас заботятся, промывая нам мозг новой старой мифологией. Не надо, дорогие! — Больно сильны традиции промывки мозгов… В.М.: Но ведь есть не только традиция манипуляции сознанием, но и традиция сопротивления, в том числе словом… В.Ш.: Да-да, одних повесили, других попросили в Лондон… В.М.: А потом, кажется, случилась революция 17-го года? В.Ш.: Естественно. Это азбука: если энергия протеста не выходит в перемены, она уходит во взрыв. Мне когда-то казалось, по скудоумию моему, что они на

нас молиться должны. Ведь мы смехом, иронией снимаем напряжение в обществе. Мне пришлось задуматься об этом, когда возникали первые уголовные дела в связи с «Куклами». Братцы, говорю, все, что вы делаете в диапазоне от обнищания масс до Чечни, неизбежно ведет к тому, что народ пойдет чего-нибудь взрывать, — а так он вечером рассмеется у телевизора и ему, глядишь, полегчает! — Они Бахтина не читали, про карнавальную культуру не слышали. В.Ш.: К сожалению, они не только негодяи, они люди малообразованные. В этом дополнительная проблема. В.М.: У Сергея Гуриева журналисты спросили: «Вы часто общаетесь с людьми во власти, скажите, они некомпетентные или злонамеренные?» На что он ответил: «И некомпетентные тоже». В.Ш.: Конечно, такая болезненная реакция на сатиру обнажает дикий комплекс неполноценности: уязвимость, трусость. — Что вы поняли про общество благодаря этому опыту? В.М.: У нас общество достаточно зрелое интеллектуально и духовно. Огромная его часть не просто готова жить в европейской России когда-нибудь в будущем, эта часть уже теперь живет в этой стране. Ментально. А ведь реальность рождается из мыслей. В этом-то главная наша проблема — правительство уже давно не «единственный европеец» — у нас общество куда сложнее устроено; оно гораздо современнее, чем «элита». В.Ш.: Если бы завтра нашу «элиту» забрали марсиане, думаю, не произошло бы ничего плохого. Мы бы только быстрее самоорганизовались. В.М.: Сейчас по всем направлениям — в театре, в кино — идет стремительный процесс расслоения аудитории. Не случайно возникли многозальники — это манифест вкусового разнообразия. А сейчас во всем мире опустели и мультиплексы. Люди предпочитают смотреть кино дома. Качество «домашнего кинотеатра» отменное — зачем взрослому человеку куда-то идти? Ради попкорна? В.Ш.: Ты говоришь о качественной стороне дела, а я — о количественной. А количественная заключается в том, что по первому, второму, четвертому каналу… В.М.: Знаешь, как эти каналы определяют свою целевую аудиторию? В.Ш.: Кажется, я работал на ТВ... В.М.: Ну, это давно было. Что такое прайм-таймовая аудитория любого федерального канала? Это провинциальные домохозяйки в возрасте от 45 до 65. В.Ш.: Это нам говорили, и когда мы пытались делать «ТВ-6»: «Забудьте про «бе-


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

Виктор Шендерович:

Нельзя работать на «скотском серьезе»

РИА Новости

лые воротнички», подумай, что ты сделал для того, чтобы удовлетворить домохозяйку категории «45 плюс». Мы же совершенно не претендуем на то, чтобы нам дали прайм-тайм на Первом канале. Понятно, что у нас аудитория не доминирующая, но не сомневаемся, что счет идет на миллионы. В.М.: По оценкам социологов, это — порядка 30%. Не так мало. — Владимир, что вас привлекло в пьесе как режиссера? Как-то там маловато простора для фантазии, все прописано жестко, однозначно, узнаваемо. В.М.: Ну, пьеса еще не дописана. — А что же я читала? В.Ш.: Первый вариант. Ты ж с Мирзоевым не имела дела. Я уже успел пошутить — Пушкину повезло, что он разминулся с Мирзоевым, он бы и «Бориса Годунова» переписал как миленького! Мирзоев — мучительный человек… В.М.: Мучающий — да. В.Ш.: Сам мучительный — и мучающий. Поэтому многое я буду еще дописывать. Коль скоро речь идет о телеспектакле, есть возможность расправить плечи и многое уточнить, прописать подробнее. В.М.: Вот мы уже упомянули имя Михаила Бахтина в связи с карнавалом. Я в юности много экспериментировал в этом направлении. По-моему, работа с табу, их расколдовывание — задача любой культуры. А для нашего травмированного общества — это вещь первостепенной важности. Табуированные темы, персоны, тексты — это то, что указывает на главное направление удара. Художник обязан с этим работать. Именно культура занимается терапией коллективного бессознательного, артикулирует скрытые проблемы. У нас огромное количество незалеченных травм, ведь ХХ век был для нас чудовищным. В.Ш.: Одна большая травма. В.М.: Если эти травмы не отрефлексировать, не вывести на уровень осознания, то они никуда не денутся — просто вырвутся в какой-то момент из-под земли в виде урагана разрушительной силы. Витя абсолютно прав. Либо рефлексия, размышление в самых разных формах, либо взрыв. Третьего не дано… Шутка взрывает проблему изнутри. Блистательный фельетонист Леонид Лиходеев, в 50-е годы после тридцатилетнего обморока вернувший в России жанр фельетона, сформулировал гениально: «Смешно то, что — правда». Смех утверждает правоту. Мы смеялись, слушая Высоцкого, Жванецкого, и этот смех означал конец советской власти. — Значит, права власть, которая не допускает смеха...

В.М.: Не права совершенно. Что такое карнавальное действо? Есть сакральные вещи, фигуры, которые требуют профанирования, чтобы очиститься, чтобы не было накопления дурных эмоций в обществе. В иерархически устроенном обществе этот айсберг должен регулярно переворачиваться, хотя бы в дни карнавала. — У нас вместо них революции. В.М.: Так давайте перейдем к карнавалу! У власти вариантов немного: либо позволить над собой смеяться и обновляться… В.Ш.: Либо ждите Тесака или Лимонова. Кто первый подоспеет — справа или слева… Понятно, что для власти, так серьезно озабоченной консервацией, смех — это нож острый. Это же радиация!.. Интересно, как меняется интонация. Помните, десятилетие назад, когда начались анекдоты про Путина — как раз после первого дела Ходорковского! — они еще не носили персонально жесткого характера… Про страх, про коррупцию, про убожество, но без игры «в кость»: «Дочка Путина поступает в институт. Большой конкурс: сто институтов на место». Или: «Путин тестирует преемника. Сколько будет дважды два? Как всегда, Владимир Владимирович, один — мне, три — вам». В этих анекдотах, заметьте, еще не было персональной агрессии. А вот вам 2010 год: «Ходит человек в пробке, стучится в окна машин, говорит: «Террористы захватили Путина, требуют 10 миллиардов выкупа, иначе грозятся облить бензином и поджечь. Вот, собираем, кто сколько даст». — «Литров пять дам». Уже появляется ожесточение... Ожесточение появилось в закупоренной системе, когда внятного протеста еще не было. А когда протест выплеснулся, напряжение спало! Мы помним Болотную, Сахарова, помним юмор того времени, он не был агрессивным по отношению к Путину. Первое место в моем рейтинге заняла женщина с табличкой: «Мы знаем, что Вы хотите в третий раз, но у нас голова болит». — А у него не болит голова вникать теперь и в культуру. Правда, все разговоры о материальной помощи на Российском литературном собрании Путин обошел довольно ловко, сказав, что государство будет помогать всем начинаниям технологически, дабы его не заподозрили в идеологическом давлении. В.М.: Отделение государства от граждан происходит не только по линии культуры. Моя полиция охранять меня не собирается, когда приходит пора лечиться, я плачу свои деньги. Государство полностью перешло на рэкет, оно явочным порядком собирает с меня ясак, как

в Золотой Орде. А когда я робко поднимаю руку и спрашиваю: «Простите, а нельзя ли узнать, собственно, на что деньги?» — мне говорят: «Давай сюда быстро» — и весь разговор. Думаю, нужно сделать так, чтобы не какая-то абстрактная организация платила за нас налоги, а каждый гражданин платил бы их сам. Ты идешь, скажем, в Сбербанк и целевым, подчеркиваю, целевым, образом платишь налог. У тебя есть выбор: можешь заплатить 1% на армию, 7% — на здравоохранение, 3% — на образование, 2% — да хоть на ту же приживалку-культуру. И тогда мы увидим, что действительно значимо для людей. В.Ш.: Ты описал то, что в некоторых странах решается с помощью выборов. В.М.: Не надо! Я не хочу через представителей. Нет никакой необходимости тратить деньги на выборы. Это все можно делать виртуально, по интернету. Давайте себе признаемся: наши начальники хотят обратно в Советский Союз… В.Ш.: Нет, они хотят не в Советский Союз! Они хотят, чтобы мы жили в Со��етском Союзе, а они — в списке «Форбс». В.М.: …Поэтому у нас единственный путь — развернуть вектор страны и двигаться, пусть пошагово, но в будущее. А будущее — это прямая демократия, подключение разума/личности каждого гражданина к истории, к политическому процессу. Я от своих оппонентов все время слышу: «Уйдут эти гаврики, придут другие. Будут делать то же самое». А я говорю: «Ребята, нужно строить новые институты, тогда не будет никаких «других» на их месте, потому что никакого «места» больше не будет». Не будет партий, парламента, будет прямая демократия. Не бойтесь перепрыгнуть через две-три ступеньки — ищите выход не в прошлом, а в будущем. В.Ш.: На нашем проекте моделируется система прямой демократии. Одни платят за это, другие за то. Интернет дает большие возможности для вовлечения людей в прямые выборы: в нашем случае — выборе лотов, способов оплаты, своего места в проекте. Это веселая история. Наш с Володей опыт показывает, что плохо получаются вещи, которые ты делаешь на «скотском серьезе», как говорят актеры… Даже когда ты пишешь вещи мрачные, внутренняя веселость должна присутствовать. В конце концов, в гораздо более трагических обстоятельствах общество показывало способность консолидироваться. Крымск тот же самый. Это важный эпизод нашей самоорганизации.

19

Сразу стала меняться интонация. Кстати, ее изменение начал Навальный. Он обращается к большим МЫ, которые существуют тут. И намерены существовать. И если нам не помогает государство, а мешает, мы можем попытаться преодолеть сопротивление государства. Любая попытка такой самоорганизации кажется мне позитивной. Так вот, об этом самом МЫ. Мы — как минимум мы с Мирзоевым — не хотим ни взрывов, ни революций, и делаем наш телеспектакль, и приглашаем желающих присоединиться. У меня в шкафу обнаружилась коробка со старыми книгами и кассетами. Мы сделали «Ретро-лот Шендеровича» А еще есть книги Мирзоева, его мастер-класс, его рисунки… — Вы обещали, если человек купит лот «Эпизодическая роль», написать ее для него. Как это возможно? В.Ш.: Когда человек купит лот «Эпизодическая роль», мы, разглядев этого человека, ее напишем. Я ощущаю этих людей как единомышленников, а не просто как потенциальных покупателей фильма. И мне симпатично, что в социальном смысле — это довольно широкий слой. Когда список закроется и все (условно) 2212 «акционеров» будут перед нами, интересно будет натравить на это дело социологов… — Хорошо бы это были социологи, а не особисты. В.М.: Социологи — это тоже особисты, только внештатные. Я думаю, что такого рода проекты имеют отношение к ХХI веку, веку симфонии, синергетики, когда через коллективные действия создаются новые вещи. И в пространстве интернета ты постоянно чувствуешь мысль и энергию тысяч людей. В театре и в кино соавторство, сотворчество давно является нормой. Поэтому наш проект — это проект ХХI века. Есть в нем такой фольклорный аспект, мы как офени ходим: «А вот у нас книжечка! А вот купи кассету! А вот «Петрушка»!» Это похоже на площадь, на народный театр. Но только через виток диалектической спирали. И я думаю, что для нашего травмированного общества это важное ощущение: что мы живем не в какой-то дикой, отставшей от всего мира стране, а в стране динамичной, которая пользуется и новыми гаджетами, и передовыми социальными технологиями. Людей во всем мире объединяет не только государство, но и общие дела, интересные проекты… В.Ш.: Можно оказаться в одном ресторане и объединиться с дюжиной улиток… В.М.: Вот ты странный человек. С одной стороны, ты говоришь, что государство от нас отделилось. И что? Все пропало? Мы перестали друг друга чувствовать, любить, понимать? В.Ш.: Если под «мы» понимать не нас с тобой и не обитателей наших фейсбуков, а говорить о России, то чрезвычайно сложно найти общий знаменатель. В.М.: Язык — чем тебе не общий знаменатель? Мне так другого и не надо. В.Ш.: А ты уверен, что тот язык, на котором ты говоришь, является общим знаменателем? В.М.: А у меня есть доказательство. В.Ш.: Гони! В.М.: Если бы тот язык, на котором я говорю, был доступен только узкому кругу лиц, я не смог бы сделать спектакль, который 16 лет идет в зале на тысячу мест. В.Ш.: Ну, пожалуй. В.М.: А мне этого, ей-богу, достаточно. Это то, что никогда не умирало. Были чудовищные времена — разве язык умер? Разве культура умерла? Она всегда жила. — Что должны понимать читатели «Новой газеты», которые захотят послать свой рубль на ваш проект? В.Ш.: Довольно непривычную вещь: этот рубль не своруют.

Беседовала Ольга ТИМОФЕЕВА


20

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

Каунасе нашу «делегацию» сопровождали чеченцы. Те несколько человек, которые там еще оставались… К одному из таких оставшихся мы приехали домой. Скромная квартира в многоэтажке. Али, хозяин квартиры, симпатичный мужик, представил нас жене, показал маленького ребенка, накормил, и когда узнал, что нас пригласили в каунасский музей, решил съездить вместе с нами. <…> После просмотра достопримечательностей музея его хозяин подвел всех к книге отзывов <…>. Рядом стоит чеченец Али. Крепкий мужик с небольшой бородой. Трудно определить возраст, но, наверное, не намного старше меня, если мы вообще не одногодки. Даю ему ручку. — Будешь писать что-нибудь? — Хотел бы, но стыдно. Я русский стал забывать, а с ошибками писать не хочу. Я же раньше учителем русского языка был. <…> — А где в Чечне? — Под Ножай-Юртом. <…> В Зандаке, село такое есть… Сглотнул. Странная встреча. Да еще в таком месте. — А когда из Чечни уехал? — В 2003-м примерно… — А в 2001 году там был? — Да, еще там. — Воевал? — Ну, как все… Вот и все. Никаких надежд. Я не знаю, что делать. Мы с этим человеком, не зная друг друга, друг по другу стреляли. И это наш ОМОН стоял в той школе, где он был когда-то учителем. Надо ему об этом сказать, пусть знает… — Я в 2001 году в Зандаке служил, приезжали в составе ОМОНа, мы с вами друг против друга воевали… Вот теперь и он растерялся. Стоим и друг на друга смотрим, как будто узнать хотим. <…> Я не знаю, сколько мы так стояли и друг на друга смотрели. Мы последние с ним расписывались в отзывах — все уже ушли в другой зал. Стоим. Что будет? Мысли какие-то идиотские в голову лезут. Может, сейчас прямо нож достанет и горло мне перережет? Я же не знаю, что там у него было. Может, наши идиоты-минометчики его родителей убили. Сколько они тогда промахивались, особенно ночью, когда у них помощи просили наши, а накрывали они то чеченцев в своих домах, то наших же, просящих помощи. Что будет, если он сейчас в меня вцепится и начнет грызть? <...> Семья моя в Хельсинки меня ждет через несколько дней: поехал помогать чеченским детям, а привезут меня распоротого чеченским ножом. Интересно, а мы друг в друга лично стреляли? Может, тогда, когда их группа по ущелью проходила мимо

премьера книги

В

«

Дмитрий Флорин — журналист, десант-ник, бывший сотрудник рязанского ОМОНа с двумя командировками в Чечню (2001). Номинант премии имени Андрея Сахарова за «Журналистику как поступок». Книга «Кого воюем?», которая выходит в издательстве «Логос» в рамках проекта «Словарь войны», — это частная история особо рискованной и трудной спецоперации по выводу себя с территории тьмы на свет, к возможному миру.

Кого воюем?

Дмитрий ФЛОРИН

Грузию, там переходит с отрядами границу и валит наших солдат? Да, делай же уже что-нибудь! Мозги уже кипят! <...> В наш зал вернулась правозащитница Оксана: «Вы чего застряли? Пойдемте уже наверх!» Пошли. Рядом. Как-то не хочется, чтобы он за моей спиной шел. <...> Выползли наружу. Поблагодарили, разъехались. Мы с Али ехали в разных такси. Сюда приехали — в одном… <…> После ужина, часов около 11 вечера, у меня сработал телефон. Номер неизвестный, местный, литовский. Беру трубку: — Алло, это Дима? — Да, а это кто? — Это Али. Я приехал, стою возле входа на улице, выходи, поговорим… — Иду… Ну, вот, наверное, и всё. Вот сейчас всё и случится. Иду. Аркадий с Хасаном, мол, ты куда? Говорю, да вот, Али там приехал, просит к входу подойти. Хасан, мол, а чего случилось? Да, ничего, говорю, сейчас вернусь скоро, сейчас — пять минут. <…> На войне надо думать не о том, «что будет, если что-то случится», надо думать, как всё выполнить и чтобы «этого не случилось». У меня, видимо, уже включился тот, старый режим в голове. Я просто накинул куртку и пошел вниз. А там как будет. Улица. Возле крыльца стоит Али. Промок весь. Без зонта. Просто стоит весь мокрый перед дверью и на меня смотрит.

Может, сейчас прямо нож достанет и горло мне перережет? Я же не знаю, что там у него было. Может, наши идиоты-минометчики его родителей убили. Сколько они тогда промахивались

нашего блокпоста в сторону Гилянов? Мы тогда столько по ним настреляли. А может, это они тогда ночью на наш секрет нарвались, а потом утром на зачистке мы нашли их дом, полный одежды, медикаментов и боеприпасов, и было видно, что кого-то тут недавно откачивали — вокруг в доме было много крови, а потом мы нашли несколько камуфляжей с ичкерийскими нашивками в ветвях дерева возле дома? Один камуфляж, кстати, был прострелен в области ног и там же окровавлен. Может, это камуфляж Али? Может, это мы ему ноги и прострелили тогда ночью? Или, может, даже я? А он хромает или нет? Черт, не подметил раньше. А может, он до сих пор воюет? Ну, ездит в

«

Автоматически оглядел всё вокруг. Машина, рядом два молодых парня — чеченцы. Смотрят то на Али, то на меня. Так, это с ним. Зачем? Тут меня грохнут, что ли? Или в машину запихнут и вывезут куда-то? Ну да, скорее вывезут, тут свидетели могут быть. <…> Много вариантов в голове пролетело, пока прошло секунд 10, может, меньше. «Добрый вечер». Идиотски прозвучало. Зачем же приехал? За чем-то? Для чего-то? И тут я начал рассказывать. Стал рассказывать, как видел один фильм, в котором австралийцы на островах в Тихом океане воевали с японцами во время последней мировой войны.

Вышло так, что с небольших подразделений в живых осталось только двое — по разные стороны. И вот они несколько дней не спали, не ели — все пытались друг дружку убить. <…> И тут они увидели, что по лесу ребенок ходит. И оба знают, что там мины. И вместо того, чтобы долбить друг друга, они стали стрелять по деревьям, с них посыпались кокосы, один попал на мину, взрыв — и перепуганная девочка убежала. Выжила. А у них патронов больше нет. Стоят, смотрят друг на друга. И тут патруль американский их засек — несутся. Японец взял штык, сел на колени, давай себе харакири делать. Прискакали американцы, подняли своего, тащат, а тот спрашивает, что там, мол, с японцем-то? Ну, они ему, так и так — у него кишки там вываливаются, загнется скоро. И тут вдруг австралиец-американец, только что просто мечтавший этого самурая убить, говорит им, что по закону тот теперь военнопленный и ему обязаны оказать помощь.<…> Ну, надавил на них, те сдались — стали японца бинтовать, да на носилки. Следующий кадр — 90-е годы, встреча ветеранов войны. Стоят в каком-то ресторане японцы, американцы, австралийцы. <…> Стоят, выпивают, закусывают, беседуют. И австралиец, увидев того самого японца, берет свою семью — детей, внуков, жену-старушку и идет к нему. Японец тоже с семьей. Дети, внуки. Встали, знакомятся. Когда всех представили, японец и австралиец уставились друг на друга. А ведь этого всего могло не быть. Ни их, ни детей, ни внуков. И вот, пока они так в шоке от собственного осознания того, что они тогда чуть не натворили, стояли, их внуки — девочка и мальчик, благо дети люди простые — за руки взялись и куда-то играть поскакали. <…> Вот. Не знаю, понял ли Али тогда, что я хотел сказать. Я и сам не знаю, понял ли я до конца. Молчим, стоим. Али, столько лет прошло, всё изменилось! То, о чем я тогда еще догадывался, потом просто узнал по фактам. Война — дерьмо. И умирают в грязи те, кому она вообще не нужна. А кому нужна — в золоте жрут и гуляют. И не было никакого наведения конституционного порядка, была гражданская война, дележ денег от нефтетранзита, жлобливые генералы и запудренные мозги. Стоп. Была? Или есть? Придумал, что делать! Али, говорю, у меня в комнате есть компьютер, там фото из Чечни мои. И там есть твоя школа. Изнутри. Ты ведь давно ее не видел изнутри? Последние годы в Чечне все больше снаружи…

Мы пошли. Ребята, что приехали с Али, остались у машины. Он им крикнул что-то, они кивнули и сели в салон. Поднимаемся. Аркадий и Хасан спокойны. А что могло быть? Ну, странно, конечно, что Али приехал и меня одного на улицу позвал. Но мы же в гостях. Да с благой миссией. Интернациональной. Открыл компьютер, нашел папку со сканами негативов чеченских пленок. Листаю. Али сел на корточки у стола с компьютером. Глаза блестят. Дошло до школы. <…> Али изменился. Сначала, при просмотре фото, где первыми шли мои фото со спецопераций, с блокпостов и т.д., он как-то посуровел, прищурился. А вот стали школу смотреть — отпустило. — О! Я тут еще крышу помогал ремонтировать! Сам рубероид клал, перекрытия делал! О, а тут у нас кабинет русского был! А тут- кабинет директора! О! Эти окна я еще красил, кажется, так все и осталось! — А у нас тут на крыше СПГ стоял и два поста солдат. В крыше дыру отдельно делали — чтоб лазить. А в этом кабинете у нас дрова хранились и стол теннисный стоял. А тут огнеметы валялись всегда, тяжелые, гады, никогда их не брали с собой — таскать сложно. А у этого окна, которое ты красил, у меня как раз огневая точка была… <…> Хорошо посидели. Напряжение спало. Анекдоты начались. Вот сижу и смотрю на Али. У меня ребенок, у него ребенок. Неужели я в Али когда-то мог целиться? И убил бы? И не было бы этого всего? <…> И был бы не веселый Али с маленьким ребенком и женой в Каунасе, и не Дима с ребенком постарше и женой в Москве, а один или два синих грязных трупа. Ну, если бы трупы остались, а то — миномет, бомба, гранатомет, мины… Как же я мог стрелять по Али? Или по таким, как Али? Ну, я же его не знал. Оправдание? По незнакомым можно стрелять? А по знакомым? Сколько в первую войну в эфире находилось сослуживцев, чеченцев и русских, кто по Афганистану, кто просто по службе. Все знали друг друга. И что? Воевать перестали? *** Расходились уже поздно (парни в машине нервничали?). Просто. Как будто с работы — если не друзья, то как бы коллеги. <…> Когда мы уезжали из Каунаса, Али провожал. Все жали друг другу руки перед тем, как сесть в машину. Али протягивает руку: «Дима…» Жмем. Смотрим друг другу в глаза. — Да. Газетный вариант


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

21

карта памяти на была племянницей моего друга и дочерью его сестры, похожей на Симону Синьоре, то есть нестандартно красивой, что тогда не надо было объяснять, потому что известную актрису, жену Ива Монтана, легализованного французского певца и кинозвезды, в СССР знали все. Его рекомендовал стране (пребывавшей в длительной изоляции от остального мира в наказание за связь с коммунистами) главный кукольник Сергей Образцов. А закрепился дружественный образ Монтана (ненадолго, правда) в фильме «Плата за страх», где герой — простой шофер, то есть рабочий (очень хорошо!), везет капиталистам нитроглицерин и взрывается. А жена его ждет… Девочка, дочь подруги, похожей на Симону, была обаятельным и нежным ребенком, излучавшим дружелюбие. В начале учебного года, по дороге в институт физкультуры, я заглянул в дом к друзьям — в этот день маленькой N. исполнилось четыре года. Вероятно, у меня был какой-то подарок имениннице, но это не имело значения. Она относилась к людям по своему выбору, повлиять на который было невозможно. В этот день я услышал от нее первые стихи, рожденные радостью общения. Не знаю, мне ли они были посвящены, или всему ее миру, но возникли они, когда, таская ее на плечах, я время от времени резко приседал, чтобы она могла насладиться испугом. Но девочка только смеялась. Потом, взяв меня за плечи, наклонилась и произнесла таинственные слова: «капр-сити-бела-гой, провалилася ногой». Она сползла с плеч, одернула платьице и убежала. Мы попили со взрослыми кофе, покурили на длинной узкой кухне, и я ушел в институт. Потом, окончив его, уехал в Ленинград еще поучиться, потом перебрался в Москву работать. В родном городе я бывал наездами, посещал родителей. Маму все еще останавливали на улице: «Вижу вас сорок лет, а вы не меняетесь». Папа получил звание и продолжал играть в театре, а как честный фронтовик и инвалид войны получил горбатый «Запорожец» с ручным управлением и воздушным охлаждением мотора. На этой машине я однажды приехал в дом к своим старым друзьям. Мы сидели с Симоной Синьоре на кухне, опять курили и пили кофе (тогда очень много пили кофе), когда отворилась дверь и вошла молодая женщина. Небольшая, ладно скроенная, с чудесной улыбкой. — Ты помнишь, как таскал ее на плечах? — спросила Симона Синьоре. — Это было двадцать лет назад. — Двадцать один год, — поправила женщина, глядя мне в глаза. Я пытался узнать в ней знакомую маленькую девочку. Она поняла и улыбнулась. Мы о чем-то говорили, не отрывая друг от друга взгляда. Где ты был эти двадцать один год? Где я была? Ее мама, внезапно почувствовав неловкость, вышла. — Мне пора домой. — Я тебя отвезу. До дома мы доехали не сразу. Был самый конец апреля (или уже май?). Стояла теплая погода. По пустому ночному городу мы катились, бесконечно разговаривая и иногда дотрагиваясь, нет, едва касаясь друг друга. Где-то купили бутылку вина и остановились уже за городом в районе Голосеевского леса, на опушке. Открыли двери, и в «Запорожец» ворвался сырой запах весеннего леса и пенье соловьев. Пробку я проткнул пальцем, стаканчик нашелся. Мы рассказывали эти два десятка лет, иногда что-то утаивая от себя. Вино закончилось. Я упрятал стаканчик, чтобы освободить руки. Движение было встречным, а «Запорожец» неожиданно просторным… На следующий солнечный день мы поехали в сторону Рудиков — когда-то

О

Машина времени с воздушным охлаждением и Андрей Макаревич нцем, излучающих тепло и сухой запах нагретой полыни. Потом я уехал в Москву. Уехал, и все. Мне не хватило решимости и отваги, которая в ней была. Прошло много лет. Я приехал в Киев и пошел во двор, где ютился давно уже не наш гараж, в котором стоял чужой хороший автомобиль. «Запорожец» исчез. Посаженный мной каштан стал взрослым деревом. Полированные его плоды лежали на земле, выглядывая из треснувших, словно улыбка, колючих убежищ, выстеленных внутри нежнейшей замшей. Я сел на скамейку и стал вспоминать свои любительские рифмы (не поэт же!) о «дне в апреле и нескольких днях в мае». Неточно всп��мнил несколько строк. Что-то: Минули годы, и, хвала Творцу, Была однажды подана к крыльцу

Петр САРУХАНОВ — «Новая»

в детстве с родителями в соседнем селе Плютах снимали мы на отпуск хату. Я знал места. Там был сосновый лес с бархатной травой, усыпанной иголками сосен, качающих небо в синеве. У деревеньки Рудики Не рудники, не родники, Не поле в пойме у реки, А лес, где руки дики, Где губы жадны и легки Шаги по повилике. Я сочинил эти стишки, пока она спала на плащ-палатке, и прочел ей спящей. — По повилике, — сказала она, открыв глаза, — «по-по» — занятно. Руки дики — оки-доки — это неправда, — и засмеялась. Третий день мы провели на крохотных днепровских дюнах, нагретых сол-

Машина времени с воздушным охлажденьем. Хвала-хвала! Хотя начинались стихи не с этого: Все это было: третьего числа Я поздравлял тебя с четвертым днем рожденья. Уж осень ранняя ранеты понесла. Ты, кажется, за лето подросла, Но все держалась за мое плечо — Тогда была игрушкою еще Машина времени с воздушным охлажденьем. И я спустя три десятка лет отправился на пепелище майских дней. …Поле на левом берегу Днепра, где пахло сухим песком и цвели бессмертники, застроено многоэтажными домами. Вместо проселков с теплой, нежной для босых ног пылью, асфальт. На опушке Голосеевского леса — стандартная база отдыха… В Рудики я не поехал — теперь это город при электростанции. Как там повилика?.. Старый телефон не отвечает. Машины времени тоже имеют срок. К тому же у горбатого «Запорожца» всегда плохо включалась задняя передача. P.S. Так-то! А почему на фотографии к этому тексту ты — Андрюша Макаревич? Потому что твоя «Машина» все еще на ходу. И работает, если в день твоего шестидесятилетия она откатила меня в воспоминаниях на столько лет назад. Спасибо тебе и за этот талант! И за твою улыбку, и за музыку, и за слова, которые ты не только поешь, но и говоришь! И за гостеприимство, и за дружелюбие!

Твой Юрий РОСТ Машина времени с воздушным охлаждением. Концепткар Петра Саруханова (как настоящий)


22

«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

НАВОДКИ

РЕКОМЕНДАЦИИ

АФИША

РЕЦЕНЗИИ

Ведущий рубрики:

Валерий ГОР

Петь Господа 15 декабря в атриуме Хлебного дома музея-заповедника «Царицыно» состоится концерт Мужского хора Московской школы византийского пения «Псалтика». В концерте прозвучат древние византийские песнопения Иоанна Кукузеля, Петра Ламбадария, песнопения афонской традиции. Это формальная сторона дела. Неформальная — и главная! — заключается в том, что хор, несмотря на то, что создан относительно недавно — в 2004

Новый фильм Агнешки Холланд Польский режиссер Агнешка Холланд в 1970-е вращалась в кругу кинообъединения «X» Анджея Вайды, творчество режиссеров которого получило название «Кино морального беспокойства». Ее дебют «Провинциальные актеры» (1978) получил в Каннах приз ФИПРЕССИ, а лента «Одинокая женщина» (1981) была изъята из проката, когда пламенный Ярузельский объявил в Польше военное положение. Холланд эмигрировала. Но во многих ее немецких и французских фильмах продолжала звучать польская тема. Впрочем, начиная с 1990-х, на которые приходится «американский период» режиссера, ее язык становится более интернациональным. В новой картине «Неопалимая купина», единственный премьерный показ которой состоится 15 декабря в кинотеатре «35 мм» и которую режиссер представит московской публике лично, Холланд реконструирует события 1968–1969 годов в Чехословакии, когда вскоре после начала советской оккупации студент Карлова университета Ян Палах совершил самосожжение на Вацлавской площади. Ул. Покровка, 47/24. Начало в 14.30

Ветхозаветные женщины в библиотеке Достоевского

В Новый Год — с новой офисной мебелью! www.mebelwork.ru Тел. 8 495 741-85-74

Реклама

Ветхозаветные женские образы не случайно волновали художников эпохи барокко и классицизма. В них видели не только лики конкретных персонажей — исторических ли, легендарных ли, но символическое отражение религиозных, общественных и эстетических споров вполне конкретной современности. Например, фигуры Рахили и Лии у Микеланджело олицетворяли важнейшие для мастера и эпохи принципы жизни созерцательной и жизни деятельной. На второй лекции культурно-образовательного проекта «Эшколот» из цикла «Блудницы, матери, воительницы: ветхозаветные женщины в европейском искусстве» библеист Михаил Селезнев и искусствовед Кара Мискарян обсудят картину итальянского художника Акилле Фуни «Ревекка у колодца» (1924) из собрания ГМИИ им. Пушкина. Вход свободный — а дело будет 15 декабря в Библиотеке имени Достоевского, но необходима онлайн-регистрация — здесь: http:// eshkolot.ru/event/39257. Чистопрудный б-р, 23. Начало в 16.00

году, — представляет совершенно аутентичное пение, уже через несколько минут слушания которого набившее

Подарки свежие

оскомину слово «духовность» очищается от всевозможных налетов — постмодернизма, кремлевщины, журнализма и прочих скреп. Только послушайте стихиры на «Господи, воззвах» — торжественное пение на особый «стихирный» мотив избранных стихов псалмов 140, 141 и 129 — с темой раскаяния и надежды. Или кондак — многострофную поэму — «Взбранной Воеводе...». Мурашки по коже, если вы не глухой, гарантированы! Это вам не за нанопыль судиться. Ул. Дольская, 1. Начало в 17.00

Бас

В конце прошлого года трое немолодых уже музыкантов объединились, чтобы просто сделать что-нибудь новое. Все шотландцы: Айвен Древер, известный в основном как бывший вокалист и гитарист селтик-рок-формации Wolfstone, а также мультиинструменталист Ричард Янг и лучший перкуссионист и флейтист в части исполнения шотландской народной музыки, чемпион Шотландии по игре на национальном барабане — байране — Фрэнки Макгуайр, оба — блестящие коллабораторы, студийные и концертные, работавшие с таким количеством «звезд» и просто музыкантов, что один список имен занял бы полполосы. Подобный союз под немудрящим названием Drever McGuire Young обещал как минимум качественный саунд, как максимум — добротный музыкальный материал. Так и получилось: альбом Gifts — не «фонтан», сбивающий с ног, но вполне приятный для уха образец качественного акустического AOR’а, который трио и привезет в Москву: 20 декабря они выступят в концертном зале «Измайлово». Измайловское ш., 71е. Начало в 20.00

На льду: Фетисов, Ларионов... Харламов Традиционный хоккейный турнир среди юниоров «Золотая шайба» основал легендарный тренер ЦСКА и сборной Союза, «отец русского хоккея» Анатолий Тарасов. Сегодня турнир, который был едва ли не первым значимым соревнованием для многих «звезд» советского хоккея, носит имя Анатолия Владимировича и в этом году будет посвящен его 95-летию. 15 декабря в Ледовом спорткомплексе ЦСКА пройдет матч с участием лучших команд турнира «Золотая шайба», а также товарищеский гала-матч, в ходе которого на лед выйдут Сергей Федоров и Игорь Ларионов, Алексей Касатонов и Вячеслав Фетисов, Павел Буре и Илья Бякин, Сергей Гимаев и Валерий Зелепукин, а также сын Валерия Харламова Александр Харламов, игравший за столичное «Динамо», ЦСКА и новокузнецкий «Металлург». Перед началом матча состоится автограф-сессия Сергея Федорова, Александра Радулова, а также нового президента «Золотой шайбы» легендарного нападающего сборной СССР Владимира Петрова. Кроме того, в этот день на ледовой арене пройдет церемония чествования участника первой советской сборной по хоккею, ставшей в 1956 году олимпийским чемпионом, Виктора Шувалова, которому в этом году исполнилось 90 лет. Ленинградский пр-т, 39, стр. 41. Начало в 14.00

Говорят, Ге р б е р т ф о н Караян сравнивал его бас с голосом Шаляпина, а Лучано Паваротти назвал его победителем своего «личного конкурса», причем еще до официального участия. Паата Бурчуладзе — за его плечами победа в конкурсах им. Чайковского и «Вердиевские голоса», сцены легендарных театров — от «Ла Скала» до «Ковент-Гарден», от «Метрополитенопера» до «Гарнье», спектакли и гастроли, график которых, к слову, расписан на годы вперед. 19 декабря на сцене Большого зала Московской консерватории — впервые за 20 лет в Москве — певец исполнит сложнейшую камерную программу, которой отметит тридцатипятилетие творчества. В первом отделении прозвучат хорошо знакомые и редко исполняемые романсы Рахманинова, а надо сказать, что обращение оперного певца к жанру романса — это всегда поступок, решение посвятить публику в свои сокровенные мысли, поделиться самым дорогим, приоткрыть душу. Во втором отделении можно будет услышать вокальный цикл Мусоргского «Песни и пляски смерти», тоже нечастый «гость» концертных залов, так как требует от певцов высочайшего вокального и драматического мастерства, абсолютного владения голосом и тончайшего понимания музыки. У Бурчуладзе с этим, разумеется, все в порядке. Ул. Б. Никитская, 13/6. Начало в 19.00

Бездомная гастроль

Двадцатилетней выдержки «АукцЫону» собственного фейкового тридцатилетия для того, чтобы наконец впервые за несколько лет отправиться по стране и окрестностям с мощной программой а-ля greatest hits с плюсом, к счастью, оказалось мало. И значит, праздник продолжается. На этот раз поводом служит двадцатилетие если не лучшего, то уж точно самого узнаваемого и самого кассового альбома группы — «Птица». А что, отличный повод. И концерт 15 декабря в Главклубе это, несомненно, убедительно докажет. Какие из 11 теперь уже канонических песен, записанных между двумя путчами, прозвучат, неизвестно. Но какой бы сетлист ни выбрали Леонид Федоров, Олег Гаркуша и все-все-все, будет грандиозно: «АукцЫон», особенно концертный, по-другому просто не умеет. Кстати, по случаю праздника Гаркуша сначала — в 18.00 — в неправильном магазине правильной музыки «Дом культуры» (Кутузовский пр-д, 4), а потом — в 19.00 — в бутике «Деликатесы Стерео» (Кутузовский пр-т, 18) устроит автограф-сессию и всяческое фотографирование. Ул. Орджоникидзе, 11. Начало в 20.00

Возможно, вы слышали о трудностях питерской «Лаборатории ON.ТЕАТР» с помещением: иметь соседями представителей МВД в нашей стране всегда непросто. Как бы то ни было, во дворике на Жуковского, 18, в СанктПетербурге театра больше нет. Зато московские любители современного театра имеют возможность посмотреть лучшие спектакли «Лаборатории» в Театральном центре им. Вс. Мейерхольда, на сцене которого с 17 по 20 декабря будут показаны самые популярные спектакли «ON.ТЕАТРа» последних лет. 17-го — в 19.30 и 21.00 — театр представит «Заполярную правду» — в постановке Семена Александровского по пьесе Юрия Клавдиева. 18-го в те же часы — спектакль Алексея Забегина по пьесе Любы Стрижак «Кеды». 19 декабря в 19.30 на сцене ЦИМ — «Платонов. Живя главной жизнью», произведения Андрея «Кеды» Платонова в инсценировке Анастасии Мордвиновой и режиссера Дениса Хусниярова, а в 21.00 — «Внимание — оргазм!», рассказ Юза Алешковского, поставленный Денисом Шибаевым. Закроет гастроли спектакль «Чужаки», созданный два года назад в рамках международной конференции по современной американской драматургии. Автор — Энни Бейкер, режиссер — Мария Критская. Ул. Новослободская, 23


«Новая газета» пятница. №140 13. 12. 2013

Представьте себе спокойный, медленный Кенигсберг, которого теперь нет. Для Восточной Пруссии, которой тоже более нет, он — столичный город, но во всемирном масштабе — это провинция. И весь мир в ту пору еще сравнительно молод, он в неведении о двух мировых войнах, об индустриализации XIX века, он вообще ничего не знает ни об этом, ни о последующем столетии. Францию скоро всколыхнет ее Великая революция, но и это пока что — грядущее. Настоящее же безмятежно. В Кенигсберге уже ноябрь. Тепло и красиво. Тихо. В доме номер 3 по Принцессинштрассе готовятся к обеду, а это целый ритуал часа на три-четыре — потому что здесь живет

Иммануил Кант, который ест один раз в сутки. Больше из этой комнаты — столовой — мы не выйдем: в пространстве замечательного художника-сценографа Сергея Бархина — в шестиграннике-амфитеатре, покрытом алым бархатом, символе эзотериков, театра времен Шекспира и условной модели мира, — пройдет обед немецкого философа, точнее, спектакльобед «Кант» в постановке Миндаугаса Карбаускиса. В ролях: Михаил Филиппов, Игорь Костолевский, Анатолий Лобоцкий, Светлана Немоляева, Юлия Соломатина и др. Предпремьерные показы в Театре Маяковского — 15, 16 и 17 декабря. Ул. Б. Никитская, 19. Начало спектаклей в 19.00

Милая сказка про пиратов «Все герои данной драмы, от флибустьера и до магистра наук, сойдутся на краю вот этой ямы, где Флинт зарыл с пиастрами сундук…» Кто не знает этой стивенсоновской фабулы, послужившей первоосновой массе интерпретаций — в кино, в театре, на эстрадных подмостках. «Остров сокровищ» Нины Чусовой и Юрия Катаева — это мюзикл, романтическая история в ярких декорациях и костюмах, профессионально поставленных трюках и боях... Ближайшие даты: 17, 18, 19 и 20 декабря, в музыкальном театре «Аквамарин». Ул. Ивана Франко, 14. Начало спектаклей в 19.00

Бюсты сдулись Парк искусств «Музеон» открыл на парковых стендах выставку художника Романа Минаева «Вожди в интерьере». Две реальности — советская и современная — сталкиваются в фотографиях и 3D-макетах глянцевых интерьеров из рекламы недвижимости, в которые художник помещает бюсты советских партийных бонз. Типичная

Айги играет Курехина Сергею Курехину в будущем году исполнилось бы 60. Генератор всевозможных идей, главные из которых были в области музыки, Курехин успел много, и имя его до сих пор на слуху. В отличие от музыки, которую сегодня, увы, почти никто не играет — потому что она существует только в аудиозаписях, но не в нотах. Да и фильмы, к которым он писал блестящие саундтреки, практически не показывают — ни в телевизоре, ни в прокате. Самый известный отечественный композиторминималист Алексей Айги со своим ансамблем «4’33», расширенным до симфонического оркестра, взялся исправить это дело. 18 декабря в Гоголь-центре он представит программу из произведе-

Райхельгауз восстал из пепла 21 декабря в 19.00 в Центральном доме литерат литераторов состоится творческий вечер главного ре режиссера театра «Школ «Школа современной пьесы» Иосифа Райхельгауза «Мы попали в запендю».

Билеты в кассе ЦДЛ

шутка, в которой только доля шутки: трагическая история страны делается совсем не страшной, домашней и декоративной, а канон, еще недавно выверенный и бескомпромиссный, мутировал в стыдное восхищение роскошью и потреблением. Рекламная эстетика, предел вожделения сегодняшних масс, поглотила былых вождей, сделав лишь игрушками, украшениями. Крымский Вал, вл. 2. До 23 декабря ний Сергея Курехина для кинофильмов «Господин оформитель», «Замок», «Два капитана 2» и других, а также из музыки легендарной «Поп-механики» в специально аранжированной версии. Вместе с Айги на сцену выйдут участники «Поп-механики» Сергей Летов, Александр Липницкий, Александр «Фагот» Александров, Саинхо Намчылак. Обещают настоящий мультимедийный перформанс с демонстрацией документального видео, фрагментов фильмов, всевозможного арта и онлайн-трансляцией. Перед концертом в книжном магазине Гоголь-books пройдет лекция Александра Кушнира и автограф-сессия по его недавней книге «Сергей Курехин. Безумная механика русского рока». Ул. Казакова, 8. Начало в 20.00

ВНИМАНИЕ, РОЗЫСК ХОЗЯИНА! Кот Лисенок. 5 месяцев. Подброшен нашему сотруднику ночью. Он бы взял. Но две его собаки возразили. Отдадим (кота) в хорошие руки. Рыжий. Беспартийный. Членов «ЕР» и ОП просим не беспокоиться в связи с тем, что кот обслуживает себя сам. Чистоплотный, вежливый, порядочный. Звоните.

Сергей, тел.: 8 926 521-19-98

ФУТБОЛ

РИА Новости

Застолье с Кантом

23

От мячей в свои ворота питерцам спрятаться не удалось

Самый позорный триумф Выход в плей-офф Лиги чемпионов — большая награда для питерского «Зенита» За чемпионов Чехии играют чехи, за чемпионов Австрии — австрийцы. Разные, нам и Европе в основном неизвестные. За чемпионов и вице-чемпионов России играют футболисты российской национальной сборной и сборных других стран. Зенитовца Халка, который один стоит больше всей «Аустрии», знает весь мир. Армейца Хонду, который одной ногой в «Милане», знает полмира. И вот две наши лучшие команды едут в Пльзень и Вену на завершающие матчи группового турнира Лиги чемпионов — чтобы обыграть аутсайдеров, заработать по миллиону, а еще выйти в весеннюю кубковую стадию.

Ц

СКА — в Лигу Европы, «Зенит» — в Лигу чемпионов. Цель определенная, все в руках подопечных Леонида Слуцкого и Лучано Спаллетти. Предматчевые заявления полны оптимизма: мы сами решим свою судьбу, мы фавориты, мы если не самые-самые, то близко к тому. От «Виктории» ЦСКА в концовке получает два мяча, авторы — Коларж и Вагнер (чешский Вагнер, а не тот с косичками, которого армейцы продали в Китай летом). Этого хватает, чтобы действующий чемпион России окончательно угнездился на последнем месте в группе D. Из предшествующих событий — гол нигерийца Мусы, файер-шоу фанатов ЦСКА на трибунах, глупейшее нарушение и удаление Алана Дзагоева, полное игровое и моральное преимущество «Виктории». От «Аустрии» питерский «Зенит» получает один мяч в концовке первого, два — в начале, и еще один — в концовке второго тайма. Забивают Хозинер, Юн, снова Хозинер и Кинаст. Этого хватает, чтобы австрийцы покидали поле героями, а хваленый подопечный «Газпрома» трясся в ожидании известий из Мадрида — там лидер группы G «Атлетико» успешно сражается за свой престиж и за «Зенит», обеспечивая последнему самый позорный выход в плей-офф в истории Лиги чемпионов. Из предшествующих событий — гол Александра Кержакова, файер-шоу и драка фанатов «Зенита» на трибунах, полное игровое и моральное преимущество хозяев. Два переходящих в ночь вечера я застывал перед телеэкраном, испытывая чувство глубокого унижения и непреходящей злости, в том числе к самому себе. Катарсис тоже был. Его обеспечили чехи

и австрийцы. Неизвестные, незнакомые, замечательные, заставившие сохранить веру в великое таинство великой игры, главное в которой — не контракты и бесконечные «усиления состава», а следование духу футбола. Они ведь и для нас сыграли. «Виктория» и «Аустрия» поставили зеркало именно перед нами. Перед оголтелыми фанатами, которых жизнь ничему не учит. Перед зажиревшими хозяевами, которые вконец утратили чувство реальности. Перед футболистами, которые забыли, что футбол должен приносить не только деньги, но и радость. В том числе и самим футбол��стам. Вообще-то эти два последних дня — очень хороший повод хоть что-то поменять в нашем футбольном хозяйстве. Самое смешное не в том, что «Зенит» вышел из группы с шестью очками, а в том, что в Лиге Европы продолжит выступать «раскулаченный» своим же хозяином «Анжи». Пусть из премьер-лиги в одночасье переведенный в режим экономии дагестанский клуб вылетит, но в Европе за него определенно стыдно не было. Может, ЦСКА с «Зенитом» последовать его примеру?

Владимир МОЗГОВОЙ

С прискорбием извещаем, что 11 декабря 2013 года на 67-м году жизни от нас ушел основатель и бессменный бас-гитарист первой советской рок-группы «Оловянные Солдатики» Юрий Евгеньевич ЛАШКАРЕВ. Помним и любим тебя, Юра. Друзья и близкие


Теленеделя

«Майдан захлебывается». В эфире российского ТВ Благодарные украинцы несут российским телевизионщикам награды. Российские телевизионщики продолжают нести околесицу

с Ириной ПЕТРОВСКОЙ то случилось в прямом эфире программы «Вести 24». Ведущая спросила корреспондента: «Что сейчас происходит на Майдане?» Он, стоя перед камерой, уже начал было отвечать, но тут прямо перед его лицом заколыхались желто-синие знамена. Людей-то не было видно — съемочные группы федеральных каналов научились выбирать такие ракурсы, чтобы зрители, не дай господь, не смогли понять, сколько протестующих находится на площади Независимости. Но флаги колыхались и словно ненароком задевали корреспондента, мешали ему говорить. И пока он пытался как-то их отодвинуть, в кадре появился человек со статуэткой, напоминающей американского «Оскара», и попросил передать ее Дмитрию Киселеву как награду от Майдана «за ложь и ахинею». Корреспондент было воспротивился, но «вручант» не унимался. Журналисту ничего не оставалось, кроме как взятьтаки статуэтку в руки и продолжить прямое включение гневным спичем про оппозиционеров, которые «устроили безобразную цензуру здесь, на Майдане, и требуют, чтобы журналисты произносили только то, что им нравится…». Вообще-то, если бы директором (руководителем федеральных телеканалов) была я, я бы, пожалуй, ввела для своих журналистов, работающих в Киеве, спецодежду, позволяющую максимально закрывать лицо. Что-то типа шапок-балаклавок с прорезями для глаз и рта — чтобы не было мучительно больно… падать в грязь лицом (как в прямом, так и в переносном смысле). Их начальникам в комфортных кабинетах и ведущим программ в теплых, далеких от горячей точки студиях терять уже нечего, а вот молодых жалко. Им еще жить да жить. Не исключаю, что по ночам они мучаются и проклинают тот миг, когда выбрали нелегкую журналистскую судьбу. Но скорее всего, они чувствуют себя солдатами, просто выполняющими приказ, а с солдата какой спрос? Ать-два, так точно, разрешите выполнять? Есть теперь такая профессия — чужую Родину поносить. Корреспондент «Вестей» Евгений Попов обнаружил в Киеве «поднимающего голову зверя — нацизм. Нацизм — это желание уничтожить инакомыслящих, инакодействующих… Нацизм — это когда страшно говорить, страшно выходить на улицу».

РИА Новости

Э

При этом Евгений Попов и говорит, и ходит по улицам украинской столицы, правда, с черным микрофоном, лишенным опознавательных знаков телекомпании, которую он представляет. И всюду находит того самого «зверя» — провокаторов, бандитов и националистов, в любой момент готовых штурмовать правительственные здания и даже убивать. Некто, как раз в шапке-балаклавке, откровенничает на камеру: «Мы заранее приготовили булыжники — орудие пролетариата. Нас много, и мы хотим перебросить на Киев еще несколько националистических подразделений». Потом он с готовностью демонстрирует корреспонденту российского ТВ огромный нож, который, по его словам, есть практически у каждого на Майдане. Евгений Попов добавляет: у этого человека есть и пистолет, из которого он еще не стрелял, и утверждает: «На Майдане базируется порядка тысячи националистических организаций, и сколько их среди сотен, стоящих на площади, готово к боевым действиям, не знает никто». Странная арифметика (тысяча среди сотен) его не смущает. «Евроинтеграция у каждого своя, — продолжает он, — но и под знаменами Европы не скрыть привычек из ненавистного прошлого». В кадре люди что-то пьют из пластиковых стаканчиков, но у зрителей не должно остаться сомнений: это, конечно, водка, подогревающая протестные настроения на Майдане. Немудрено, что «в Киеве началось маро-

дерство, растет число квартирных краж и грабежей. Майдан захлебывается, люди замерзли и не понимают, зачем они там стоят». Зато гости Аркадия Мамонтова и программы «Специальный корреспондент» все отлично понимают. По мнению эрудита Вассермана, «мы имеем дело с попыткой изготовления из украинцев отдельной нации. Украина — такая же часть России, как и Белоруссия. Это один народ, одна страна, и это наше общее дело». «Но почему европейцы поддерживают нацизм? — заходится в возмущении Мамонтов. — Почему у европейцев и американцев нет брезгливости к нацизму?» «Да у них министр иностранных дел Германии, приехавший на Майдан, открытый гомосексуалист, — выводит врагов на чистую воду украинский журналист по фамилии Бузина. — Это их европейские ценности, как и нацизм. Вы думаете, среди европейцев мало скрытых нацистов?» Ту же тему — так называемых европейских ценностей, которые Запад хочет навязать НАШЕЙ Украине, активно развивал и Дмитрий Киселев, получивший украинского «Оскара» от «благодарных зрителей» Майдана. «Для состоящего в однополом браке министра иностранных дел Германии Гидо Вестервелле встреча на Майдане с братьями Кличко стала ярким событием, — сообщил Киселев. — Согретый, а может, перегретый телами тяжеловесов министр в Киеве заявил:

www.novayagazeta.ru

Редакторы номера: С. Артемов, Ю. Сафронов

Наш адрес в интернете:

NovayaGazeta.Ru РЕДАКЦИЯ Дмитрий МУРАТОВ (главный редактор) Редакционная коллегия: Ольга БОБРОВА (обозреватель), Сергей КОЖЕУРОВ (первый зам главного редактора), Андрей КОЛЕСНИКОВ (обозреватель), Андрей ЛИПСКИЙ (зам главного редактора, редактор отдела политики), Нугзар МИКЕЛАДЗЕ (зам главного редактора, редактор службы информации), Алексей ПОЛУХИН (редактор отдела экономики), Георгий РОЗИНСКИЙ (зам главного редактора), Юрий РОСТ (обозреватель), Петр САРУХАНОВ (главный художник), Юрий САФРОНОВ (редактор пятничного выпуска), Сергей СОКОЛОВ (зам главного редактора, расследования — «отдел Юрия Щекочихина»), Ольга ТИМОФЕЕВА (редактор отдела культуры), Олег ХЛЕБНИКОВ (зам главного редактора), Виталий ЯРОШЕВСКИЙ (зам главного редактора, редактор отдела «Общество»)

«Украина должна быть на борту Европы, потому что нас объединяет общая история, общая культура и общие ценности». Ценности ЛГБТ в Евросоюзе — это любимое». А корреспонденты Первого канала разоблачили антипатриотизм Майдана. Когда на одном из экранов, установленных на плошади, транслировали футбольный матч, протестующие выдали себя, болея не за родной донецкий «Шахтер», а за английский «Манчестер Юнайтед»! И подобных перлов, наводнивших федеральный эфир, пруд пруди. Порой даже кажется, что журналисты абсурдностью своих репортажей словно дают понимающей публике знак: «Внимание, пропаганда!» Но это, разумеется, только кажется. И лишь корреспондент программы «Неделя» на РЕН ТВ Роман Супер захотел и увидел жизнь киевских бунтарей изнутри, побывав в здании киевской мэрии. Сюда приходят и приезжают обычные люди со всей Украины. Здесь никто не прячет лиц и не демонстрирует булыжники и прочие «орудия пролетариата». Здесь на белом концертном рояле, стоящем посреди матрасов, пледов и одеял, играет молодой пианист. Вот пожилая женщина по собственной воле собирает и раздает теплые вещи. Вот киевский парикмахер, взяв на работе отгулы, бесплатно стрижет всех желающих. Сюда же киевляне несут пакеты с едой, а волонтеры готовят для стоящих на площади замерзающих «бунтарей» горячую пищу. Узнав, что перед ним российские журналисты, 60-летний донецкий инженер просит передать россиянам: украинцы здесь стоят не за грош, а за верховенство права. Отличный репортаж получился у Романа Супера, но и он, и трансляции с Майдана телеканала «Дождь» — капля в море грубой пропаганды, заполонившей федеральное ТВ. Кто-то из коллег точно подметил: если Украина и братья-украинцы и отвернутся от России, то во многом благодаря российскому ТВ, которое они смотрят, содрогаясь от омерзения. Ну, а награды незамедлительно находят своих героев. Лучший из пропагандистов уже получил не только «Оскара» от «бунтарей с Майдана», но и ответственный пост в новом государственном агентстве «Россия сегодня».

Обозреватели и специальные корреспонденты: Роман АНИН, Юрий БАТУРИН, Ольга БОБРОВА, Борис ВИШНЕВСКИЙ, Эльвира ГОРЮХИНА, Елена ДЬЯКОВА, Зоя ЕРОШОК, Вячеслав ИЗМАЙЛОВ, Сергей КАНЕВ, Павел КАНЫГИН, Елена КОСТЮЧЕНКО, Юлия ЛАТЫНИНА, Елена МАСЮК, Владимир МОЗГОВОЙ, Галина МУРСАЛИЕВА, Леонид НИКИТИНСКИЙ, Ирина ПЕТРОВСКАЯ, Алексей ПОЛИКОВСКИЙ, Юлия ПОЛУХИНА, Елена РАЧЕВА, Людмила РЫБИНА, Слава ТАРОЩИНА, Марина ТОКАРЕВА, Павел ФЕЛЬГЕНГАУЭР, Вера ЧЕЛИЩЕВА, Наталья ЧЕРНОВА

Надежда ХРАПОВА, Вероника ЦОЦКО (технические редакторы, дизайн, макет)

Ведущие рубрик: Евгений БУНИМОВИЧ, Дмитрий БЫКОВ, Юрий ГЕЙКО, Александр ГЕНИС, Павел ГУТИОНТОВ, Андрей КОЛЕСНИКОВ (Мнения & Комментарии), Александр ЛЕБЕДЕВ, Александр ПОКРОВСКИЙ, Юрий РЕВИЧ, Кирилл РОГОВ, Дина РУБИНА, Владимир РЫЖКОВ, Ким СМИРНОВ, Артемий ТРОИЦКИЙ, Сергей ЮРСКИЙ

WEB-редакция: Константин ПОЛЕСКОВ (редактор), Сергей ЛИПСКИЙ, Евгений ШИРЯЕВ

Руководители направлений: Руслан ДУБОВ (спорт), Лариса МАЛЮКОВА (кино), Елена МИЛАШИНА (спецпроекты — «отдел Игоря Домникова»), Надежда ПРУСЕНКОВА (пресс-служба) Группа выпуска: Анна АРТЕМЬЕВА (фотокорреспондент), Анна ЖАВОРОНКОВА, Алексей КОМАРОВ, Татьяна ПЛОТНИКОВА (бильдредакторы), Оксана МИСИРОВА,

Собственные корреспонденты: Надежда АНДРЕЕВА (Саратов), Георгий БОРОДЯНСКИЙ (Омск), Борис БРОНШТЕЙН (Казань), Иван ЖИЛИН (Киров), Сергей ЗОЛОВКИН (Гамбург), Сергей КУРТАДЖИЕВ, Наталья ФОМИНА (Самара), Виктория МАКАРЕНКО (Ростов-на-Дону), Александр МИНЕЕВ (Брюссель), Ольга МУСАФИРОВА (Украина), Нина ПЕТЛЯНОВА (Санкт-Петербург), Алексей ТАРАСОВ (Красноярск), Евгений ТИТОВ (Краснодар), Ирина ХАЛИП (Минск)

дирекция Ольга ЛЕБЕДЕВА (директор АНО «РИД «Новая газета»), Светлана ПРОКОПЕНКО (заместитель директора), Валерий ШИРЯЕВ (заместитель директора), Ярослав КОЖЕУРОВ (юридическая служба), Светлана БОЧКАЛОВА (распространение), Владимир ВАНЯЙКИН (управление делами), Вера ИЛЬЕНКО (реклама), Наталья ЗЫКОВА (персонал)

АДРЕС РЕДАКЦИИ: Потаповский пер., д. 3, Москва, 101000. Пресс-служба: 8 495 926-20-01 Отдел рекламы: 8 495 648-35-01, 621-57-76, 623-17-66, reklama@novayagazeta.ru Отдел распространения: 8 495 648-35-02, 623-54-75 Факс: 8 495 623-68-88. Электронная почта: 2013@novayagazeta.ru Подписка на электронную версию газеты: distrib@novayagazeta.ru Подписные индексы: 32120 (для частных лиц) 40923 (для организаций) Подписка на газеты и журналы по Москве через интернет: www.gazety.ru Газета печатается вo Владивостоке, Екатеринбурге, Краснодаре, Москве, Нижнем Новгороде, Новосибирске, Ростове-на-Дону, Рязани, Самаре, Санкт-Петербурге. Зарубежные выпуски: Германия, Израиль, Казахстан

Общий тираж — 253 450 экз. Тираж сертифицирован Novayagazeta.Ru —9 601 650 просмотров за ноябрь 2013 г. Материалы, отмеченные знаком ® , печатаются на правах рекламы.

«Новая газета» зарегистрирована в Федеральной службе по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия. Свидетельство ПИ № ФС 77-24833 от 04 июля 2006 г. Учредитель: ЗАО «Издательский дом «Новая газета». Редакция и издатель: АНО «Редакционно-издательский дом «Новая газета». Адрес: Потаповский пер., д. 3, Москва, 101000.

© АНО «РИД «Новая газета», 2013 г. Любое использование материалов, в том числе путем перепечатки, допускается только по согласованию с редакцией. Ответственность за содержание рекламных материалов несет рекламодатель. Рукописи и письма, направленные в Редакцию, не рецензируются и не возвращаются. Направление письма в Редакцию является согласием на обработку (в том числе публикацию в газете) персональных данных автора письма, содержащихся в этом письме, если в письме не указано иное

Срок подписания в печать по графику: 19.30, 12.12.2013 г. Номер подписан: 19.30, 12.12.2013 г. Отпечатано в ЗАО «Прайм Принт Москва». Адрес: 141700, МО, г. Долгопрудный, Лихачевский проезд, д.5В. Заказ № 5320. Тираж — 56650 экз. Общий тираж — суммарный тираж московских и региональных выпусков за неделю. Цена свободная.


«Новая газета» №140 (пятница) от 13.12.2013