Page 1

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ИНСТИТУТ ИМ. А.М. ГОРЬКОГО

Дипломная работа

студентки 6 курса заочного отделения Неклесса Елизаветы Александровны

Взгляд из леса (стихотворения)

Руководитель творческого семинара: Проф. E.Ю. Сидоров

Москва, 2013 1


Я родилась в 1989 году в Москве. Стихи пишу с детства. Вначале сочинительство сопровождалось пляской и спонтанным напеванием текста. Училась в Московском художественном лицее (МАХЛ РАХ). Рисовала. Кроме сочинения стихов и малой прозы занимаюсь проектами в области изобразительного искусства, пишу портреты и пейзажи. Участвовала в ряде фестивалей, посвященных современной поэзии (межрегиональный поэтический фестиваль «Голоса», Московский Поэтический Слэм-2011 и т.п.) Стихотворный текст (да в принципе и любой художественный, но, ввиду отсутствия однозначно трактуемого сюжета, стихотворный – особенно) напоминает мне набор для навигации: разные указатели, стрелки и разметки представляют читателю некую пройденную дорогу, приглашают и самому пройти по этому пути. Поэтическое не исчерпывается словами в стихотворении. Стихотворение оказывается хорошим, когда в какой-то момент в нем происходит отрыв от составивших его кирпичиков-слов, и в него можно войти, как в дом, не осознавая всей эфемерности конструкции.

Что же это за конструкция, схема? Стихотворение не показывает некую конкретную в своих деталях, ограниченную картинку, не оставляющую пространства для фантазии. Мне кажется, литература встаивает в сознание человека некую схему, по которой каждый волен разместить свое внутреннее содержание, которая помогает создать в своем восприятии максимально индивидуализированный, присущий только тебе образ, который не сможет увидеть больше никто. Переживание и осмысление таких образов может затрагивать глубоко личные пласты психики, работать с невыразимыми в бытовой жизни воспоминаниями и восприятиями, которые есть у каждого.

Что же это за дорога, на которую манит нас стихотворение? Флажки посреди вязкой засасывающей трясины, указывающие единственный спасительный путь? Блуждающие огоньки, соблазняющие и не дающие ни ответа, ни возврата назад? Маяк, освещающий просторы, по которым каждый корабль волен плыть так, как захочет? Думаю, каждый выбирает для себя сам. Пускай для читателя это скорее всего и окажется схемой, которую он наполнит посвоему.

2


Участие в фестивалях:

The 10th Anniversary Session of World Public Forum «Dialogue of Civilizations», Rhodes (Greece) on October 3-8, 2012; Четвертый межрегиональный фестиваль современной поэзии «ГолосА», Чебоксары, 23-25 марта 2012; Московский поэтический Слэм-2011, Москва, 10 октября - 5 декабря 2011

Публикации: Подборка стихотворений в сборнике «Поэтический фестиваль «ГолосА». Free Poetry, Ч., 2012. Подборка стихотворений в сборнике «Поэтическая тетрадь». Вып. 4. М., 2011. Стихотворение в сборнике «Жили-были». М., 2011. Vultus tela vibrat. Лик потрясающего копьем. Интернет-журнал «Интелрос – Интеллектуальная Россия». http://www.intelros.ru/main/3633-elizaveta-neklessa.vultus-tela-vibrat..html. 2009. Взгляд из леса. Интернет-журнал http://www.ijp.ru/razd/at.php?failn=01107.2009.

молодых

писателей

«Пролог».

3


ПРОБУЖДЕНИЕ

ВЗГЛЯД ИЗ ЛЕСА

Как-то серо и пусто от расцветших вишен. Вымыт сад: и шапка порошка Пушисто поднята наверх, над котлованом, Где под весной угрелась деревушка. Старушки Костляво хлопают нагрянувшему ливню, Трясут деревья, и щекотно саду, Когда летают ветры на закате. Там – поля, как сливочное масло, пожелтели, Исходят в крике голые птенцы И с отвращением взирает некто на все это И говорит: «Как можно восхищаться быстротечным?»

4


«ВЕСНА»

Это утро зевотно и голодно; Где таится в слове «весна» То тягучее, гибкое, слабое Что мы видим в тумане над лесом; над деревьями в парке; над сквером; между родинок шеек берез.

Тот сиреневый пар вновь плывет, На душе полегчало у неба Между буквами эс и эн мне Что-то хочется взять на зубок.

5


СТОП: ГРИБ! (МЕТАФИЗИКА ГРИБА)

Послушай, грибы – гвозди леса, они держат его на земле. Иду через пряный пар И тереблю карманы. Грибы – гвозди леса, Боль – бенгальский огонь Пронзает их плоть на рассвете. Их белое мясо прозрачней утра, Что прыгает сверху на нас. Брызги востока капают с неба, И в их кривоватых лучах Как мокрый собачий нос, Сияет и пучится гриб. Отрежь ему шею по самые плечи, По его подземные плечи. Он этого ждет с нетерпением.

Шевелит дыханье листы земляники, 6


Когда по-пластунски ползешь по грибы, Когда брюхо дерешь за грибы. Придя на поиск этот, Встреть слизня-конкурента без отвращения К его щекастой шкурке.

В реке с кошачьей пластикой играются мальки – Хоть жуй глазами их, хоть шевели стопой.

Чу!

Слышишь ли ты, срывая гриб, Его предсмертный хрип??

7


+++

Весенний сад оглушительно гол, От такой нищеты опускаются руки

Черви точат стволы, Улыбаясь злорадно, как партизаны

8


НАСТУПАЕТ ВЕЧЕР

МОРСКОЕ УРАВНЕНИЕ

Когда Х снимает платье У вынужден замереть Любой силуэт в ночи От бесцветной пыли столь мягок. И так струится, как песня Как суп в голодный желудок Лунный бесцветный свет То бельевая веревка. Он освещает ошметки Пены вещей на полу Тьма синяя - то вода, Всё в целом - точь-в-точь как море.

9


И ракушкой завилась Женщина на полу Ее волосы в час отлива Дрожащая рябь на ногах.

10


НЕИЗВЕСТНАЯ КАРТИНА КЛОДА МОНЕ

вечерняя пастораль

Любимая! Когда, закатною порой, Проходишь ты тропой по бровке поля, Я замираю, утонув в снопах, Я на тебя смотрю сквозь колоски

Ты так прекрасна, как реки теченье, Ты так пластична, словно стебелек, Моих извилистых, как ракушки, цветов Пурпур я подношу тебе, ликуя

Твой силуэт полнеба заслоняет Когда, щекотке солнца поддаваясь, Лежу, свивая руки, точно змеев, А тени по полю журча бегут от птиц

11


ПЕНТАТОНИКА

Темно-бурые тени Играли в мяч на закате Летали по вянущей роще -Минутный след на песке.

Красками сеяло лето Всходы на будущий год Апельсинова корка песка Легшая у водопоя

Согните стройные шеи, Табуны темноглазых коней Лакайте бесшумную воду, Окунайте морды в нее.

Пурпурные тени, игравшие на закате. Пурпурные тени, погасшие слишком рано.

12


Сумерки пахнут так сильно Синева ломится в окно Шелестят страницы у книг И пьют пять дивных коней.

Пять дивных коней, замерших у водопоя. Пять диких коней, убежавших в край желтой травы.

Шелестящие ветки скрывают Яблок желтых фонарики Синие ветки взмыли На фоне бледного неба.

Пять пурпурных теней, игравших у самой кромки. Пять веселых ребят, разошедшихся по домам.

13


ВОЛНЫ

Бывает, в темно-фиолетовую ночь, Раскрывающуюся постепенно, будто роза Свет ложится рядом и замирает Блестя словно кортик или кинжал. И тогда предстают ее губы, Теплые. Мягкие. Внутренности цветка Губы темноты, вишневые, Медленно засасывают тебя, причмокивая, Пока отблеск лампы трепыхается на стене Насаженный на иглу мотылек; И вдруг - ...

14


+++

Этот долгий томительный вечер (словно время, руками колдуя, Спускалось в ночь по веревке) Был вначале шафраново-желтым, Как сон на скамье электрички, Когда солнце светит в лицо. Затем, словно створки ворот, Лязгнув птицей, захлопнулись сумерки И свинцовые тучи поплыли Пушистые гадко, как плесень. А затем – за перила схватилась И поплыл мой балкон что ковчег И душистое море вокруг, Звуки вянут как в бархатных складках. Ветки вяжут кудель облаков Глядят окна - иллюминаторы

15


+++

Ни синих глаз, ни кроткий полумесяц Стального рта скользит над деревушкой, И не ресниц встает вдали гряда, А леса – мрачного, как грозовая туча. И дышат здесь не животом, а легкими, Вонзенными и вплавленными в ивы, И плачут здесь не так, что – раз-два-три, А чтоб в пруду купаться было можно. Здесь мерно дышит скошенная рожь, Здесь искаженные работой тела жниц, Здесь вороны не сходят со крыльца, Здесь все соседи смотрят косо на меня.

16


+++

Волна человеческого тела Колеблясь между вдохами, легла На сине- черный плед постели. Теперь оно – на небе Млечный Путь; Раскинув благодарственные руки Как египтянин напитал ладони солнцем

Бледна как стены монастырские отныне На синем море кожа человека Поймай его хребет, хотевший убежать, Сползти с постели и убраться в ночь Поймай его хребет за шкирку парой пальцев

Ты спишь; а части тела мыслят по себе И яростно желают автономий Чтоб в вздохе сна распалось тело тихо И восвояси потекли б все кто куда:

17


Нога – направо, чтоб, качаясь на суку, Привязанная шелковым шнурком, Отпугивать ворон от птичьих гнезд; Рука – в жилище братьев-муравьев Чтоб в наказание за вечное желание Все заграбастать, быть кормежкой им А очи так и быть, пускай глядят Из лепестков цветов, моргая нам лукаво. Не рви растения, право же, не рви!

18


СОЛНЦЕ В ЗЕНИТЕ

МИТИНГ КПРФ КАКОГО-ТО ГОДА

Е.К.

Брусчатки цок и флаги Октября, Ползущие как гусеница вверх Дрожащие. Вся улица с причала Снялась. Сейчас. После обеда. Солнце Скатилось низко, в складках тучи блики, Твое лицо тоскливо и безлико, Ты смотришь вверх, глазами как туннели, И разница становится ясна. Ты смотришь вверх - а я так на тебя, В твоих глазах гневливый поезд мчится, Я об истории подумаю потом, Когда балкон, сирень и ночь кругом, И флаги захлебнулись вдруг, вдохнув Ветров, окрашенных стареющим закатом Другого края, теплого, чужого, Как пилигримы, тянемся к горе

19


[ЗНАКОМСТВО НА ПЛЯЖЕ]

Она раздевается, говоря: никаких обязательств; никакого доверия; никакой верности. Требовать может лишь желание, Желание, как в детстве Впиться в материнскую грудь; Желание невнятное, как "Хочу чё-нить новенького" В кулинарии или постели; Желание непреодолимое, словно позыв Обдать кусты теплой живительной влагой В городской чуть печальный вечер, возвращаясь домой. Желание - закон, Повторяет она, энергично кивая, Поводя головой с табуном темно-карих Сбегающих вниз коней, Это когда я знаю, чего желаю И что ты подчинишься. Знаю: Жажда - в крутящихся раковинах кафетерия, Где угрелись уже полураздетые кем-то девицы, Вытягивающие шеи, длинные, словно у черепах 20


Жажда - в дождe, исторгнувшемся на притихший город И осеменившем стальные бруски Раскрытых подмосковных теплиц; Жажда - маленькой красной ложки, Окунающейся в чай и Слегка позвякивающей от хода поезда - Порааа... - Ну лан, хватит, уже обгораю, пошли купаться. Она раздевается и входит в воду, Вызывая взгляды и насыщая их, Но гусиная кожа ее бедер странно блестит, темная, Отстраняя даже капельки, соскальзывающие в пустоту

21


ЛЕТО

Чемодан передвинули севернее: Еще севернее, за штору. В воздухе сменялись то беда, То воркота неусыпающей горлицы. Я пишу о том, чего боюсь, Вечер-полдник скручивает вены Зелеными жгутами персиковых листьев.

Несорванных грибов пятнистый разноцветный рой Мучает голову как неразгаданных загадок мой Паук. Запутанная в снах, Я сплю и вижу: забытые грибы Как девы старые, ненужные, пустые, Сидят на целлюлитных ножках. Слишком добросовестно вы прятались, грибы, под вычурными листьями. Да, браки между человеком и грибами 22


Бывают, этого не избежать, идя с корзинкой в лес. Лежу, раскинув крылья, на кровати, И светятся грибы в моей душе, И рвут ее нещадно, и рвут, и рвутся в лес, И мстят отважно мне за мой гарем в тарелке.

А июльский полдень был тогда расшит Как ширма у китайцев, голосами птиц, В их золотые горлышки вливалось солнце, и, Подняв зобок, они пили-пели, пели-пили, Тянули страстно солнца-яблока компот.

В этом городе на каждом перекрестке Раскинув ветви, растет Дерево Желаний. Господне иго благо, и бремя его легко Отверну глаза от павлинов-яблок. Я расту не вверх, а вширь, И не вглубь, а вдоль. Я борюсь с желаньями тела моего

23


Я иду по полю, поднимая ветви Дерева Желаний, иду вслед за рябиной.

Как хохотала река Над этим глупым мальчишкой, Как будто ее щекотали. В шампанистой пене юлит мелюзга, Один пал в детской битве, хлебнув белой воды. Поднял взор он гневливый тогда на нее, Стал камнями в реку кидаться. Прутики, сучья дождем В ее синюю кожу пускал. А река хохотала, как во время щекотки: У меня нет тела, дорогой, Для меня нет боли, золотой, Что ты мне можешь сделать?

И нагая река по постелям для стен уплывала, И нагая река, хвостом шевеля, уплывала.

24


А ветер пел, смеялся и шумел, Толкал меня незримыми руками, И лето блеяло зелеными лугами, Усыпанными точками овец. Как из пакета, вывалили мусор С кривого неба на тугую землю, И поползли скоты, и побежали гады, И разлетелись синеперстые по странам. Мой клочок земли, любимой сорняками, Лежит, как тучная овца у водопоя, Серпом срезаю шерсть и белые цветы, И кружево яснотки, и клевера смешки. Все в кучу Перегноя. Торжествуют Облака. Небесные птенцы, Ваш пух как молоко, И бел, и пахнет белым, Взираем лета ослепительный размах.

25


ИМИТАЦИЯ ЛЮБВИ М.Т.

Мир познаётся через тело. Ты согласна? Я не согласна. Я посторонюсь. Я вспомню дрожь её ноздрей при вдохе, Лицо, похожее на птичее яйцо, В растерянности родинок стыдливых, Я вспомню. Когда надо вспоминать. Я вспомню узкие, как андрогина, бёдра, Я вспомню волосы, летящи на манок, Клюющие носами сонно лодки, Её русалочье подобье и холодность Я вспомню вспышку вдруг кристальных серых глаз Я вспомню теплую минуту откровений Её морские песни про сметану: "Ты как сметану взбил меня, о Боже" Я вспомню Крик - и всё здесь замерло Я вспомню прошлое, любуясь на нее Её влюбленные глаза, слова и чресла, Как с ней целуясь, изо рта по букве вынимал О-ДЕ-С-С-А

26


+++

Угости Иуду Отравой из сливовых ягод, Горелым печеньем с солью Осколком острой осоки. Заверни осину волчком, разогни ее и отпусти. Окуни лицо в поле, поводи. Как неисправный мотор брызжет Так варенье из сливовых ягод Как облако, вышло из тела И потекло по осине…

27


ПАУТИНКА

Вспомнишь странного человека, Переходившего улицу возле бани, В мягкой фетровой шляпе И в грачином пальто. Его силуэт как букварь – Черный, квадратный, Прочесть-то как хочется! Хочется, да не можется, – Не научен еще читать.

В души людей как в жидкое зеркало Я опускаю ладонь Люди как птицы – совы, клесты, Грачи, сороки, птенцы, Растрепанная воробьиха, Мчащаяся наугад.

Вспомнишь странного человека 28


В городе рыжего солнца, Невыносимо яркого полдня И светлых барочных зданий Он стоит как песчинка, как Крохотный черный палец, А вокруг все квадраты Дворов, районов, кварталов, И будто бы пойман он ими, Как маленький робкий заяц.

29


Приложение. ИЗ ПОЭМЫ «РЕВОЛЮЦИЯ»

I. ВСТУПЛЕНИЕ.

Свет льется в лунные пальцы. Узколобые лица Увядают сморщившимися листьями. Крошатся вензеля на пузырчатых комодах. В свинцовой пудренице жадно копошатся насекомые.

Красным маком зацвел флаг! Оборванный рабочих враг В общественной уборной притаясь Глядит в щелку между досками, трясясь. Чугунный черный господин шагает через грязь: «Так-с, так-с…»

30


Дружно глотками лужеными смеясь Строим казармы новому веку!

Тлеет солнечный зонтик в прихожей. Переболевший тифом череп-яйцо, Оборвыш-прохожий – отворачивает слезящееся лицо От крошащегося бога своего. Ветер. Медленная смерть. Цветы на лугу.

Красными восьмерками обернули трубы, Малиново-алым налилися губы. Пой, пионерская труба, смелее пой, Всяку шваль с земли рокотаньем смой. Долой!

Туда, где черные подвалы И просыпана мука, И крысы жадно обнимают пищу Зубами, белыми, как лед.

31


На пожелтевших лицах пот.

Приглушенно охает израненный рояль. В искалеченном его животе жалобно визжит вырванная с кровью струна.

Лужи. Красные. Налипшие на тротуар Большими бляшками кровавых орденов. Лужи. Серые. Жемчужные. Немые. В них тихо капал начинающийся дождь.

Животворящий ключ, затоптанный ногами! Душа, закрытая кровавою завесой.

Весна. Расцветший граммофон Кряхтит с окна.

32


II. ВРЕМЯ ПЛЫВЕТ.

Пурпурные пруды пульсирующей воды. Дробятся каплями шуршащие дожди. Осколки прожитых природой тысяч лун Мерно дыша, скользят по водной тиши. Сквозь бледно-лимонные тарелки кувшинок Плывет Время с парусом из косынок: Полосатых, цветастых – одинаково красных, Чьих? Горластых, глазастых – теперь только красных…

На дальнем берегу держава цвета крови, Умащенное жертвами, ласкается к ней море. О, Север из стали! Кружевная страна! Заря новой жизни почтила тебя…

III. ОБЕЗУМЕВШИЙ СКРИПАЧ.

33


Здравствуйте! Я играю на скрипке. Я играю на скрипке, Целующей мне подбородок. Я играю на небесно-голубой скрипке, Целующей мне нежно подбородок. Я играю на голубой неба скрипке, Вдавившийся в скулу и подбородок.

Завьюжила метель из звуков, Снежинки-ноты таяли на грифе. Деревянная галдящая груша Жадно вцепилась своим тельцем в мое.

Облако – скрипка, Скрипка – небо, Молния – смычок, А я тогда кто?

Узкие скрипичные плечи

34


У женщины в бархатном платье –

Провести бы смычком! Эх, как запоет!

Беспризорные дети в проулках Подогнули голые ноги –

Скрипичный ключ, преамбула новой жизни!

Зарешеченное окно радостным диезом – да, да, да! Все позволяет-с!

Облако – скрипка, Скрипка – небо, Молния – смычок, А я тогда кто?

Я играю на пурпурной скрипке, Скрип, кряхтенье, стон исторгаю.

35


Не музыка, кровушка льется.

Скрипка – уродец, Скрипка – нарост, Скрипка – горбун - впилась, не оторвешь...

IV. СНЕГОПАД

Забыть - не забыть, когда Коленка - вершина угла Белеет во тьме - шлаугбаум И снега шелка на шоссе Искрятся, по ним прошли Те высокие люди, что здесь В соседнем зале сидят. Нет, это не шелк, забудь, Это стеганый старый халат Я провожу ногтями Сыплятся искры из снега Это не шелк - забудь, Эти люди - не офицеры

36


И дооктябрьская метель Все твои белые мечты Рассыпает по крышам, как перья

37

Взгляд из леса  

Диплом

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you