Page 12

12

ðåêëàìà è îáúÿâëåíèÿ

052-8809603, 08-6232504

úåòãåîå íåñøô

ЗАНИМАТЕЛЬНЫЙ ИВРИТ. ГЛАВЫ ИЗ КНИГИ “РУСИТ – САФА КАША” Окончание главы. Начало в № 1075 Вот анекдот, выловленный на днях из Сети: Студентку спрашивают на экзамене: Вы знаете убийцу Лермонтова? - Конечно, но ведь он не убийца, а великий поэт… Или такой пассаж: ветерана, который воевал с фашистами, пригласили на встречу с пионерами. Он пришел и говорит: “Я воевал с Жуковым”. С кем же он воевал? Мы-то понимаем, что в первом случае он воевал – бил, во втором – стоял плечом к плечу с такими же, как он, героями СССР. “ГРУ контролирует ФСБ” (сказал комментатор российского телевидения). Вы поняли, кто кого контролирует? “Фатхи Шкаки убрал Мосад”. Кто кого куда убрал? “Это мужчина, которому мне нечего сказать”, – произнесла презрительно женщина в кинофильме. Женщине нечего сказать или мужчине? “ХАМАС поддерживает треть населения” (русскоязычная израильская газета). Опять же – кто кого поддерживает? “Подходящим кандидатурам выслать деньги”. Кто – кому? “Автобус 26 обгонял автобус 25” – кто кого обгонял? “Николь Кидман и Деми Мур преследуют папарацци” – только прочитав до конца заметку с таким заголовком, понимаешь, что на этот раз именно звезды объявили охоту на журналистов. Русский часто не выполняет им же самим установленные правила. Иврит в этом смысле дисциплинированнее, последовательнее. В русском, к примеру, прилагательные и существительные имеют род (чего нет в английском, таджикском, узбекском). Но часто язык как бы стесняется этого своего параметра. Очень много профессий не имеют женского рода. Мужской шовинизм какой-то. “Картины из коллекции известного коллекционера и филантропа, председателя общества… бывшего полковника американской армии Бетси Уитни”. Только имя Бетси дает понять, что речь идет о даме. Кстати о “полковницах”: “Я – неисправимый романтик”, – говорит о себе начальник управления ЦАhАЛа полковник Рахель Мизрахи” (цитата из русскоязычной газеты).

Шедевр в этом смысле – “Она была активным членом…” Помните шутку из “Кавказской пленницы”: “В соседнем ауле жених украл члена партии”. В 60-х, когда снимался фильм, публично на гомосексуальные темы не острили. Член партии была девушкой. Правда, есть один случай, когда и на иврите к женщине обращаются (точнее – обращались) в мужском роде. Когда Голда Меир стала премьер-министром, первый же обратившийся к ней на пресс-конференции журналист запнулся: “Гвирти…” – тут он провертел в голове следующие слова – “рошАт hа-мемшалА” (что-то вроде “премьерша-министр”), почувствовал, что звучит ужасно (“мецальцЕль норА”), отбросил церемонии и привычно произнес: “АдонИ рош hа-мемшала” – “господин премьер-министр”. И потом вслед за ним все называли Голду Меир в глаза и за глаза “рош hа-мемшала” – премьер-министр, а не “премьерша-министр”. Я подозреваю, что из-за таких вот языковых трудностей в Израиле больше не избирают женщину на столь высокий пост. (Это – специально подчеркиваю для активисток феминистского движения – шутка). Кстати, в русском языке все наоборот. Городской руководитель именуется женским словом “голова", даже если это мужчина. Все вышеизложенное было написано для первого издания этой книги. В ноябре 2012 года Академия языка иврит вынесла свой авторитетный вердикт по этому вопросу и поставила точки над “и”. Гольда Меир отныне – “рошат hа-мемшала лешеавар”. Мириям Файерберг – “рошат hа-ир Нетания”. Множественное число для этих достойных дам – “рашот”. Академия пошла дальше. Если до этого заместительницу (президента, директора, председателя) помужски называли “мишне ле-”, то теперь величают по-женски: “мишна ле-”: “Мишна ленеси бейт hа-мишпат hа-эльйон Мириям Наор” – заместительница председателя Верховного суда. Собственно, Мириям Наор и подняла этот вопрос. После своего назначения на этот высокий пост она попросила величать ее не мужским званием, а женским. А заодно обратилась в Академию.

Ученый секретарь Академии языка иврит Ронит Гадиш объяснила это решение: в иврите издавна есть женские формы различных званий: “малкА” (царица), “невиА” (пророчица), “шалитА” (владычица, правительница). Почему бы не быть “рошА”, “мишнА”? И генерала в армии, если он в юбке, называют теперь “алуфА”, хотя прежде упорно называли ее “алуф”. (В спорте чемпионок давно называют “алуфа”). Русский беспардонно забывает выработать соответствующие временные формы для многих глаголов. “Мобилизует” – это и для настоящего времени, и для будущего. “Обжалуется” – как в будущем? “Приватизируем” – настоящее время и будущее. Видимо, из-за “несовершенства” языка Россия никак не может выбраться из болота, в котором застряла на много лет. Власти говорят: “Приватизируем”. Одни считают, что это уже настоящее время и усиленно приватизируют, а другие думают – будущее, и все не начинают, ждут. Вот вам и социальное расслоение общества. Одинаково звучат в настоящем и будущем времени глаголы “реализуют”, “используешь”. (Написано в конце 1990-х, сейчас, кажется, больше не приватизируют). На телеканале диктор по десять раз на дню торжественным голосом анонсирует передачу с участием Валерии Новодворской: “Необычный экскурс в историю самой оригинальной женщины…” – непосвященному может показаться, что в этой передаче будут копаться в бурной личной биографии Новодворской. На письме не видно различия между совершенным и несовершенным наклонением глагола “урезали”. Еще хуже в этом смысле положение у слова “форсировали”. Куда как странен русский (наш) язык! Казалось бы, хлебать надо хлеб, а на деле хлебают чай. Казалось бы, на чай можно дать 3 коп., ну – 5, 10 – а ежели натурой – так два кусочка сахара. Ан нет! Меньше рубля и не дают, а натурой – одной плитки шоколада мало. Брежнев однажды безо всяких задних мыслей заявил: “Партия пользуется доверием народа” – и никто в его окружении не заметил двусмысленности, только диссиденты, но на то они и диссиденты, чтобы все опошлить. Мы привыкли к устойчивым оборотам, не вдаемся в смысл того, как они произошли, из каких слов состоят. “Они измочалили друг друга до полусмерти”. Ничего себе дружба! “Воевали друг с другом” на иврите – “лахаму зе-ба-зе”. Слово “одолжил” имеет два противоположных смысла: одолжил ему и у него. В старину и слово “должник” поэтому имело два смысла. Грибоедов в “Горе от ума”: “Но должников не согласил к отсрочке – амуры и зефиры все распроданы поодиночке”. Понятно, что помещику, о котором

идет речь в “Горе от ума”, не удалось уговорить отсрочить возвращение долга тех, кому он был должен, должников во втором смысле. Из русского перевода древнегреческих мифов: “И кормил их телом своих сыновей” – кого чьим телом кормил? Мне говорят: почему от одного корня в иврите образуются такие разные по смыслу слова? Во-первых, это довольно редко. А вовторых, посмотрите, что творится в русском: двор короля, дворяне, дворняжки, дворовые, скотный двор и дворец… Следует обязательно понять, что все эти нерегулярности языка не являются его недостатком. Эти нерегулярности служат отличную службу поэтам, писателям, фельетонистам и составителям занимательных учебников, каким является и тот, который вы сейчас держите в руках. “ПлАчу и плачУ” – это Маяковский использовал такое “несовершенство”, как одинаковое написание двух совершенно разных слов. “На слове “длинношеее” в конце пришлось три “е” – использовал великолепным образом этот “неблагозвучный недостаток” в своей песне о трагической судьбе поэта Владимир Высоцкий (“Укоротить поэта – вывод ясен” – не могу удержаться, чтобы не вспомнить продолжение). Название фельетона: “Джонатан Поллард – самый преданный гражданин Израиля”. Одну свою ученицу, которая раскопала на иврите двусмысленную фразу и стала убеждать меня, что это из-за недостатков языка, я попросил объяснить мне значение вот этого: "Патрон был холостым". Это начальник, за которого можно выйти замуж? Или пистолет заряжен негодным патроном? Или начальник как мужчина никуда не годен? Я могу целую книгу наполнить такими вот “ненормативами” бесконечно любимого мной (из-за этих “нерегулярностей” тоже) русского языка. Но не раз и не два проклянет судьбу тот, кто, вспомнив свои русские корни, репатриируется из-за границы в Россию и пойдет в тамошний ульпан учить “русит”. Отчаяние может довести его до страшного шага: он швырнет обратно корзину абсорбции, щедро до краев наполненную рублями – и вернется домой. А главу эту я написал вот почему: для того, чтобы писать и говорить на новом языке, вовсе не достаточно узнать его грамматику и лексику – необходимо освободиться от пережитков родного, и главный пережиток – убеждение, что в твоем языке все регулярно и логично. Юрий Моор-Мурадов Для приобретения книг Юрия МоорМурадова из серии "Занимательный иврит": 054-7923229, yuramedia@gmail.com

Выпуск № 1076  
Выпуск № 1076  
Advertisement