Issuu on Google+

>> 10 Леонид Гольдфарб руководитель группы по работе с клиентами в компании «Яндекс», вокалист, гитарист, автор песен группы Forrosteiros «Часто так бывает, что после концерта на следующий день надо идти на работу. Настроение наутро зависит, конечно, от того, как прошел концерт. Обычно есть чувство параллельной реальности: конечно, возвращаться в рабочую суету иногда трудно, хочется остаться «там». Ощущение похоже на возвращение из хорошего отпуска»

19.00

время, когда простой офисный менеджер превращается в рок-музыканта

Газета большого города | Выходит ежедневно №113 (552) | 3 июля 2013

Есть жизнь после офиса

Артем Житенев/РИА Новости

>> 8 Победа ГКЧП

Как врач-невролог стал барабанщиком


я человек

2

Кирилл Каллиников/РИА Новости

Рок после 19.00 1

Б

ольшинство москвичей живет по стандартной схеме «восемь часов офисной работы пять дней в неделю» и привычно жалуется на отсутствие отдушины, любимого интересного занятия и нехватку времени для хобби. «Рутина заела», «никакого креатива вокруг», «все скучно и однообразно» — слышишь от людей, собственноручно навесивших на себя ярлык «офисного планктона». Хотя время на что-то горячо любимое можно найти с легкостью — было бы желание ехать после работы не домой, чтобы поваляться на диване, а, например, на репетицию, чтобы попотеть пару часов под звуки электрогитары.

Над проектом работали Автор и продюсер: Ангелина Хазан Фото: Артем Житенев, Кирилл Каллиников, Александр Уткин

московские новости №113 3 июля 2013

Маршрут «офис—репетиционная база—концертная площадка» знаком многим московским музыкантам. Днем они на основной работе, далеко не всегда творческой, но при этом вполне себе любимой, а по вечерам, словно супермены XXI века, сбрасывают с себя костюмы и униформы и убегают от своей «обычной» жизни в мир музыки на трехчасовую репетицию. Так и живут: днем — чиновник, врач, менеджер, а по вечерам и на выходных — рокер, рэпер, да просто музыкант, звезда клуба в свете софитов. Главное — не забыть снять галстук. «Московские новости» поговорили с музыкантами о том, как не разорваться между офисом и сценой, избежать противоречия «творчество/денежная работа» и не потерять вдохновение после многочасовых трудовых будней.


я человек

московские новости №113 3 июля 2013

3

Константин Проворов Дизайнер выставочных стендов Играет в группах Heartbeat, Silvertonez, Uphill Work (барабанщик) 30 лет

«Музыка пришла в мою жизнь благодаря папе, который на катушечном магнитофоне ставил песни The Beatles. Мне тогда было лет шесть, и именно тогда я начал действительно отличать музыку от другого звукового фона. Я понял, что в этом мире есть нечто, способное рождать потрясающие эмоции. В десять лет я начал брать в руки какие-то палки и стучать по подушкам и дивану. Я барабанил, барабанил и сам не заметил, как постепенно выработал элементарную независимость одной руки от другой. Это получилось без каких-то уроков и специальных усилий. Но в то время у меня еще и в помине не было ударной установки. Я просто всегда с ума сходил по музыкальным инструментам. Первой мне в руки попала гитара, потом бас-гитара. А затем мой однокурсник предложил создать группу. Так получилось, что я на репетиции сел за ударные и благодаря тем детским «барабанным» шалостям смог что-то сыграть. Вот так с 18 лет и играю. Тем временем моя «параллельная» жизнь шла своим путем, и в ней постоянно происходило что-то непонятное. Сначала была школа, которая скорее раздражала, но приходилось ее терпеть. Потом педагогический институт, а это школа в квадрате — еще больше раздражения, но я как-то дотерпел до диплома по специальности «физика-информатика». Естественно, педагогом я не стал. После института нача-

лась работа, которую я воспринимаю как то, что дает деньги, не более того. Положительных эмоций от нее несравненно меньше, чем от музыки. Одно время я работал в банковской сфере, хотя таким людям, как я, эта работа противопоказана. Это была действительно какая-то обязанность, просто зарабатывание денег. Потом появилась работа более или менее похожая на творческую, связанная с дизайном. Я люблю рисовать и думал, что дизайн будет компромиссом. Но на деле оказалось, что это все-таки рутина. Официально моя должность называется «дизайнер выставочных стендов». Но вообще-то это не так здорово, как кажется. Работа требует навыков дизайнера, логиста, упаковщика, сор­ тировщика — творческого там практически ничего нет, все прописано. Хотя 3D-графика мне очень нравится и является моей отдушиной. На работу в сфере дизайна я возлагал надежды, а сейчас особо не возлагаю. Я просто делаю то, что умею делать, и получаю за это деньги. Это как блюдо, практически лишенное вкуса, которое нужно есть, чтобы существовать. А музыка — это как алкоголь или наркотик, который, наоборот, приносит какие-то эмоции, но существовать мешает. На таком балансе и приходится держаться. Я чувствую, что у меня две жизни, и одна из них — музыкальная — имеет тенденцию развиваться, в ней я двигаюсь вперед. А жизнь рабочая — это невнятное топтание на месте. Наверное, долго это терпеть нельзя. Видимо, все закончится тем, что музыкальная жизнь перетащит и освободит меня. Планов я не строю, но пока это кажется единственным спасением. Надо заниматься тем, что ты любишь, не идти на компромиссы. Музыкой тяжело зарабатывать на жизнь. Наверное, должно очень повезти, чтобы ты исполнял музыку, которая тебе нравится, для людей, которые тебе нравятся.

1. Музыка стала для Константина главным жизненным приоритетом

Кирилл Каллиников/РИА Новости

2. Работа дизайнера оказалась недостаточно творческой 2

Работа — как блюдо, практически лишенное вкуса, которое нужно есть, чтобы существовать. А музыка — это как алкоголь или наркотик, который, наоборот, приносит какие-то эмоции, но существовать мешает Я совсем не жалею, что сейчас моя музыка не окупается. Мне нечего терять. Я просто рад, что занимаюсь любимым делом, хотя и не питаю особых надежд. Сейчас у меня три группы: с Heartbeat мы играем трибьюты и каверы британских 60-х, с Silvertonez — гитарную мелодичную музыку, серф, с Uphill Work — прогрессивный рок. Таким образом, минимум три репетиции в неделю — по одной с каждой группой. Нередко еще концерты. Репетиции длятся по вечерам с девяти до 12, и так как я живу в области, а последняя электричка уходит в 0.20, я вечно бегу с репетиции на вокзал. Вся жизнь — беготня с самого утра: 15 минут автобус до станции, электричка больше часа, плюс метро, а от метро еще на автобусе до работы. Зато после рабочего дня я прихожу на репетицию и могу просто оторваться. Люди, которые после работы идут заниматься боксом или стреляют, пожалуй, испытывают то же самое — вымещают свою агрессию, выпускают себя, свои эмоции. Это неплохая терапия. Музыка для меня — это как бедное несчастное дитя, которое постоянно кого-то боится, живет в мире каких-то непонятных обязанностей и условностей. Или ее можно назвать зерном, обросшим толстой скорлупой. А может быть, это золотая пыль в куче шлака. Видите, у меня все так категорично».


я человек

4

московские новости №113 3 июля 2013

Артем Хорев Бывший сотрудник Министерства финансов РФ Рэп-команда Anacondaz (MC, автор, исполнитель текстов) 24 года

«Яродился в городе Нариманов Астраханской области. После девятого класса выиграл областную олимпиаду по английскому языку, перебрался в Астрахань, в астраханском университете получил степень бакалавра экономики. Музыкальная жизнь началась очень давно там же, в Нариманове. Мы со вторым MC нашей группы Сергеем вместе учились в школе и уже тогда записывали какие-то первые демки на динамик от колонок. Это была такая забава. Кто-то в подъезде клей нюхал, кто-то в футбол играл, а мы вот песни писали. Сергей слушал Эминема, ходил в широких штанах и длинных майках. А я тогда слушал рок, Blink182 и тому подобное. Потом мы как-то познакомились с местными рэперами, для нас это были такие крутые чуваки. Но на тот момент рэп был просто хобби, пока все это не вылилось в запись альбома «Смачные ништяки» в 2009 году. Мы его выложили в интернет и продолжали спокойно учиться. Читали рэп потому, что нам это нравилось, просто получали удовольствие, поэтому никогда не отправляли свои песни каким-то продюсерам. У нас не было обязательной цели пробиться в Москву. Нам было по 19–20 лет, мы были обычными студентами. Но неожиданно случилась известная история с NoizeMC, благодаря которому большинство людей нас и узнало, это глупо отрицать.

Александр Уткин/РИА Новости

Я приезжал в клуб в галстуке и туфлях, в гримерке переодевался в кеды и шорты, играл концерт, ехал на ночную репетицию, ночевал у друзей, спал два часа, в восемь утра вставал и ехал на работу

Александр Уткин/РИА Новости

2


московские новости №113 3 июля 2013

я человек

1

На тот момент NoizeMC уже был популярным. Как-то раз я сидел дома и получил сообщение от нашего менеджера — якобы нам пишет Иван Алексеев (NoizeMc) «вконтакте», мол, «привет, ребята, все круто, давайте запишем фит». Я как сидел на стуле, так с него и сполз, долго не верил, потому что это было перед 1 апреля. А потом через несколько дней на канале «A1» кто-то спросил Нойза, какие группы ему нравятся, и он назвал нас. В общем, так мы и записа��и с ним песню. Тогда о нас, конечно, узнали, мы сразу перешагнули несколько карьерных этапов. Хотя резко ничего не поменялось: у нас уже были концерты и до фита с Нойзом. В 2010 году я как раз закончил институт в Астрахани и решил поступать в магистратуру в московской Высшей школе экономики. Мне действительно было интересно поучиться дальше. Даже в тот момент я еще не относился к музыке как к делу всей жизни. Ну и вообще я так воспитан — что нужно делать все по максимуму. Я переехал в Москву, поступил на факультет мировой экономики по специализации «Регулирование энергетических и отрас-

1. Недавно Артем выступал в престижном «Известия Hall» 2. Ради работы в Минфине Артему приходилось надевать рубашки и костюмы

левых рынков». Хотя экономика — это такая лженаука, эмпирические исследования подтверждаются с натяжкой, и под любое явление можно подогнать любую теорию. Через полгода после моего переезда в Москву ради музыки перебрались и все остальные ребята из Anacondaz. Я начал работать в конце первого курса (и сразу скатился в рейтинге курса с седьмого места на 49-е). Однажды я узнал, что в новый департамент в Минфине набирают штат. А у меня на тот момент даже резюме не было. Я тогда жил в общежитии, ребята мне помогли составить CV. Перед собеседованием возникла следующая проблема — у меня не было ни пиджака, ни галстука. Всем миром в общаге собрали мне костюм — я бегал по всем друзьям, примерял туфли, брюки. В итоге на мне из своего были только трусы и носки. Меня взяли в отдел инноваций и частно-государственного партнерства. Я занимался, например, инновационным центром «Сколково» и отработал в Минфине год и восемь месяцев.

Я не вижу противоречия между моим образованием и рэпом. Да, у нас было другое детство: мы не жили в гетто, не дрались и не нюхали клей. Но рэп бывает разный, его создают люди с разным бэкграундом

5

Из-за работы у меня просто не было возможности посещать занятия в Вышке: я ходил только на зачеты и на самые важные пары. С 9.00 до 18.00 у меня была работа, потом с 18.00 до 21.00 я сидел в институте, потом был какой-нибудь совместный концерт. Я приезжал в клуб в галстуке и туфлях, в гримерке переодевался в кеды и шорты, играл концерт, ехал на ночную репетицию, ночевал у друзей, спал два часа, с шести до восьми утра, в восемь вставал и ехал на работу. В таком режиме приходилось жить очень часто — спал за неделю по 15 часов. Однажды даже уснул на крупном утреннем совещании. После переезда в Москву в музыкальном плане все складывалось успешно. Был первый московский концерт при поддержке Нойза, там все прошло на ура. Мы выпустили extended play, сняли клип, сделали презентацию клипа. Пошли концерты в других городах — маховик начал раскручиваться. На работе все-таки узнали, что я рэпер, информация дошла даже до руководства, и директор департамента вдруг организовал явку сотрудников департамента на наш концерт. Пришло несколько начальников отделов. И был даже заместитель министра финансов. Вроде им понравилось. Упрекали за большое количество нецензурной лексики и шутили, что песня «Всем пипец» станет гимном департамента. Я не вижу противоречия между моим образованием и рэпом. Оксимирон окончил Оксфорд. Дядя Женя тоже, по-моему, какую-то степень имеет. Рэп бывает разный, его создают люди с разным бэкграундом. Например, мы в группе не употребляем наркотики, у нас в группе даже никто траву не курит. Да, у нас было другое детство: мы не жили в гетто, мы учились, читали книжки, не дрались и не нюхали клей. У меня были репетиторы по английскому. В нас нет такой уличной романтики. Но рэп бывает разный. С работы в министерстве я все-таки недавно ушел — там сменились начальники, и я не нашел в этих новых людях того, что хотел бы видеть в своем руководстве. Теперь я занимаюсь только музыкой. Мы пишем альбом, и моя жизнь — это репетиции, записи, концерты. Летом мы участвуем в пяти фестивалях, включая «Казантип», «Кубану» и «Нашествие». Осенью уже концерты забиваются. Сейчас музыка — это уже не просто увлечение. У людей этапы жизни измеряются покупкой машины или женитьбой, а у нас жизнь измеряется альбомами. На деньги с выступлений в принципе можно жить. Денег много не бывает, конечно. Но я, не работая в офисе, могу снимать квартиру и сводить концы с концами. Хотя я не исключаю возможность, что в дальнейшем буду работать. Каждая группа, как любой продукт, имеет свои циклы — рано или поздно Anacondaz прекратит свое существование. В 40 лет я явно не буду по сцене скакать. Значит, надо будет чем-то заниматься. Может, каким-то бизнесом».


я человек

6

Сергей Денисенко Сотрудник пресс-службы SuperJob Группа YesYes! (ex-TheVegas) (вокалист, гитарист, автор песен) 25 лет

«В школе я был отличником. Меня так с детства воспитали — надо учиться, быть ответственным. После школы поступил на юридический, но всегда работал не по специальности — в коллцентре, в рекламном агентстве, потом в области маркетинга. А сейчас работаю в пресс-службе. Впервые организовать музыкальную группу я попытался лет в 15. Я тогда был большим фанатом «Металлики». Не без помощи отца пристрастился к гитаре. Ребята из моей первой группы были такими типичными рокерами с засаленными волосами, хотя я всегда выглядел довольно-таки прилично, максимум носил футболку с черепом. Но это был короткий период времени — я тянулся к более легкому звучанию. В интернете познакомился с гитаристом, мы начали играть surfмузыку, нашли барабанщицу. Мне тогда только исполнилось 19, и я еще не пел. Мы постепенно развивались, отыграли на фестивале Surf nation, после которого нас заметил Евгений Хавтан из группы «Браво» и пригласил выступить с ним на концерте. Я тогда учился на юриста и работал в колл-центре. Конечно, когда ты выступаешь с такой известной группой, как «Браво», у тебя появляется какая-то надежда. Но все-таки я реалист. Да, тогда была мечта, что вот получу диплом — и буду заниматься только музыкой. Наверное, и сейчас она есть. Любой творческий человек мечтает о признании. И чтобы то, чем он любит заниматься, обеспечивало его. Но вообще-то сейчас мне и моя основная работа очень нравится. После группы «Браво» мы записали EP (extended play), тогда это была еще surf-музыка. Но однажды наш гитарист посоветовал мне послушать группу Razorlight. Предложил поиграть чтонибудь такое, больше indie. Так мы изменили стиль, а я начал петь. В музыкальном плане все неплохо развивалось — мы выступили сольно в «Б2» и «Икре». Потом появился каверфестиваль British Art Party, и мы в нем трижды участвовали. Последний раз — с симфоническим оркестром в клубе Milk. Это был фурор! Но после пришло осознание, что если все время играть каверы, нас начнут называть кавергруппой. И мы решили заняться собственным творчеством, записали клип. Не совсем на свои средства — появился человек, который нам помогал, в нас верил. Есть же фраза «не имей сто рублей, а имей сто друзей». На самом деле можно найти много людей, которые готовы чем-то помочь, например снять клип за разумные деньги. Просто потому, что им это интересно, ради фана.

Артем Житенев/РИА Новости

Когда проходила третья British Art Party, я как раз писал диплом по авторскому праву. Сдал на «отлично». Крышу от музыкальных успехов не снесло. Может, я просто такой человек — мне всегда хочется большего. Сейчас все участники группы работают. А попутно мы записываем альбом, выступаем. Я пишу песни на английском. Честно говоря, на данном этапе музыкой мы не зарабатываем. Не знаю, сможем ли пробиться, например, на телевидение. Мне кажется, что скорее всего наша музыка будет там «неформатной». Хотя сначала надо сделать продукт, с которым можно работать. Раньше мы ставили себе такие заоблачные цели, у нас были грандиозные планы. А теперь мы формулируем маленькие задачи и их решаем. Для меня музыка — это не просто хобби. Я к ней серьезно отношусь. Конечно, хочется оставить после себя какой-то след, почему бы и нет. Может, у меня слишком амбициозные планы, может, это смешно будет звучать. Но кто не хочет быть известным и самореализоваться? И при всем при этом мне сейчас действительно нравится моя дневная работа. Вот когда я работал в колл-центре, на горячей линии по ВИЧ и СПИДу, тогда было психологически очень тяжело. Я уходил с работы, и музыка была как совершенно другой мир, как отдушина. А сейчас у меня работа довольно креативная, и такого резкого контраста между работой и музыкой я не вижу. Но, конечно,

московские новости №113 3 июля 2013

Как бы я ни любил свою работу, под конец дня я чувствую, что креативно истощен. И вот на репетиции ты такой уставший, просто никакой, начинаешь играть — и на второй час появляется такой душевный подъем


я человек

московские новости №113 3 июля 2013

7

1. Со своей рок-группой Сергей исполняет как собственные песни, так и каверы

когда я приезжаю на репетицию вечером, для меня это отдых, я отрешаюсь. Как бы я ни любил свою работу, под конец дня я чувствую, что креативно истощен. И вот на репетиции ты такой уставший, просто никакой, начинаешь играть — и первый час ничего не хочется. А потом, на второй час, ты думаешь: «Как классно!», появляется такой душевный подъем. На работе знают, что я музыкант. Некоторые коллеги ходят на концерты. Кто-то, бывает, подкалывает, кто-то искренне говорит: «Вау, супер!» Резонанс все равно есть. Наверное, музыка — это мое самое долгое увлечение. Я в разное время увлекался тхэквондо, хастлом, фотографией. Но потом быстро остывал. А музыка… Музыка не проходит».

Кирилл Каллиников/РИА Новости

2 2. Работа в пресс-службе пока не мешает музыкальным амбициям

1

Для меня музыка — это не просто хобби. Я к ней серьезно отношусь. Конечно, хочется оставить после себя какой-то след, почему бы и нет


я человек

8

Виталий Силаев Врач-невролог, мануальный терапевт Играет в группах «ГКЧП», Double Martyn, Duck Tales им. Уолта Диснея, Rockin’ Sun (барабанщик) 26 лет

«Сначала я хотел играть на гитаре и даже закончил музыкальную школу. Но как-то раз зашел в комнату к старшему брату (а он в то время только начинал репетировать со своей панкгруппой). Никого дома не было, а в комнате стояла барабанная установка. Я просто сел, начал что-то наигрывать, сначала, конечно, ничего не получилось. А потом в течение двух месяцев начало что-то удаваться. Я учился сам. И через три месяца у меня уже появилась первая группа. За 14 лет я поиграл во всех направлениях, в каких только можно. Но всетаки больше рок. Мой основной проект — «ГКЧП». Это трибьют-коллектив, исполняющий композиции культовых Red Hot Chili Peppers. Мы переигрываем «перцев» в ноль, стараемся быть похожими на них полностью — и в музыкальном плане, и поведением на сцене, и внешне. Когда группа только создавалась, самое трудное было най-

ти второго Кидиса, солиста группы. Но нам удалось — наш Евгений и голосом, и внешне похож. Как трибьют-группа мы оказались очень востребованными — нас зовут везде, и мы уже исколесили все СНГ. Моя «вторая жизнь» — это медицина. Я не пошел по стопам отца и не стал заниматься ядерной физикой, а поступил в первый МГМУ им. И.М. Сеченова. На четвертом курсе хотел стать пластическим хирургом, но на шестом курсе выбрал неврологию. И не пожалел. Хотя одно время думал, что буду как Роджер Тэйлор из Queen — он, правда, стоматолог, но отучился только четыре года, а потом все бросил ради музыки. Но в Москве так не выходит, я отучился полностью. После учебы я сначала работал в спортивной медицине — был врачом в сборной России по фристайлу. Потом меня переманили в частную клинику. Я освоил остеопатию и мануаль-

московские новости №113 3 июля 2013

ную терапию. А недавно вернулся к истокам и пошел в неврологию — работаю на амбулаторном приеме. Часто смены длятся по 12 часов — с 8.00 до 20.00. Но моя работа мне нравится, иначе бы я там просто не работал. Невозможно же по 12 часов сидеть-страдать и с зеленым лицом принимать бабушку с больной спиной. Я всегда со всей душой к пациентам. За 12-часовую смену можно принять до 30 пациентов, если идут сплошняком. Главное тогда успеть поесть. За десять минут. Сытый доктор спокойнее и рассудительнее. А потом, после смены, я иду на репетицию, и там мне тоже все нравится. Так в моей жизни все удачно сосуществует. И на работе, и вообще везде я напеваю и «поигрываю» — ноги, пальцы, все играет. Даже когда на мотоцикле еду. Это такая профессиональная де-

Кирилл Каллиников/РИА Новости

Часто смены длятся по 12 часов — с 8.00 до 20.00. Но моя работа мне нравится. Невозможно с зеленым лицом принимать бабушку с больной спиной. Я всегда со всей душой к пациентам. А после смены я иду на репетицию Кирилл Каллиников/РИА Новости

1


московские новости №113 3 июля 2013

формация. И в песнях я тоже слышу барабанные партии, конечно. В моей жизни были моменты, когда было трудно заниматься и музыкой, и медициной. Особенно тяжело стало в 2012 году — я тогда уволился из федерации фристайла, хотя это была очень денежная работа, с разъездами по Европе, по Америке. Но мне пришлось уйти — ребята из только начавшего развиваться «ГКЧП» сказали мне: или бросаешь работу и больше занимаешься музыкой, или мы тебя «ставим на лыжи», то есть находим тебе на замену барабанщика. Но за полгода разъездов по Европе мне уже самому захотелось какой-то оседлости. Тем более я всегда верил, что музыка в моей жизни — это приоритет. Я до сих пор верю, что музыка когда-нибудь «прорвет» и станет основным источником дохода. Но если бы я сейчас мог полностью жить только на заработок от концертов, я бы все равно остался на четверть ставочки работать врачом. Чтобы интеллект не застаивался, не только же руками работать. Конечно, часто люди удивляются: надо же, барабанщик — и врачневролог! Шутки постоянно на эту тему в среде музыкантов. «Медбратом» зовут, хотя это мне и не по статусу вроде бы. И еще обычно, когда узнают о моей основной деятельности, сразу проявляют ко мне больший интерес. У всех же спина, голова. Иногда мне

я человек

9

2

люди и в пять утра звонят — спрашивают, что делать, как лечить. Есть у всех такая фраза — «ну ты же врач». Вроде я невролог, но должен знать, что сейчас модно принимать от кашля. Или как перегрызать пуповину. Сейчас я играю в четырех постоянно действующих коллективах. Приходится на все находить время. Репетируем всегда с девяти до 12 вечера. А с утра после этого иногда бывает смена на работе с восьми (к тому же я на двух работах сейчас занят, получается где-то 50 часов в неделю). Но на что-то личное время все равно остается, даже книги почитать. На моей второй работе скучно, за несколько часов проходит два-три пациента. Вот снова перечитываю Ремарка, собрание сочинений. И научную литературу читаю — я же еще молодой врач. Родители не ходят на мои концерты. Мама один раз пришла, но у нее был шок — там был концерт, где звучала ненормативная лексика. И стиль пения был гроул. Я понял, что мама должна любить мою музыку на расстоянии.

1. Виталий работает неврологом в известной коммерческой клинике 2. Играть на барабанах Виталий научился самостоятельно

Своим основным коллективом я считаю «ГКЧП», это коммерческий проект, и мы работаем только в рамках трибьюта. У нас у всех есть свои сайд-проекты, где мы реализуемся, исполняем свое творчество. А в рамках «ГКЧП» мы все делаем под копирку, просто живем Red Hot Chili Peppers. Это востребовано. Сейчас уровень дохода от основной работы и от «ГКЧП» уже почти сопоставим. В Москве публика на концертах хорошо жжет, но ходит не так много людей. У нас есть целевая аудитория, которая ходит регулярно, — это фанаты «перцев». Но всегда есть и новые люди, которые потихонечку вливаются. Мы стараемся как-то удивлять публику. Вот недавно выступали, как «перцы» когда-то, в носках на причинном месте. Только в этих носках, и все. На концерте я сливаюсь с атмосферой. И чувствую себя… человеком ли вообще? Этот восторг, когда выходишь на сцену, пусть даже и в тысячный раз, трудно описать».


я человек

10

Кирилл Каллиников/РИА Новости

Леонид Гольдфарб Руководитель группы по работе с клиентами в компании «Яндекс» Группа Forrosteiros (вокалист, гитарист, автор песен) 26 лет

«Музыка давно вошла в мою жизнь. Я учился в МЭСИ по специальности «информатика-экономика», и еще тогда на первом курсе мы собирались с друзьями в подъезде и горланили русский рок. Знакомый показал мне какие-то аккорды, и я понял, что круто быть человеком, умеющим играть на гитаре. У этого знакомого я и купил свою первую гитару за 500 руб. Просто не выпускал ее из рук. А потом я очень сильно увлекся бразильской культурой. В 2008 году начал заниматься капоэйрой, и это вывело меня в мир бразильской музыки. Мне попалось под руку форро — это танец и музыкальный жанр. Я знал тогда дветри песни на португальском. Возникла идея сделать «домашнюю» группу при московской школе форро, с которой мы сейчас находимся в синергии.

Эта ниша в России совсем не занята: коллективов, которые играют форро, только два — мы в Москве и еще одна группа в Питере. Ко времени образования нашей группы Forrosteiros я уже окончил университет и работал менеджером по работе с клиентами в «Яндексе». Но времени на все с лихвой хватало. Сейчас, когда я работаю на другой позиции, времени стало меньше. Но все равно мы репетируем, концерты у нас не реже чем раз в месяц. С концертов мы получаем какието карманные деньги, но это не то, что можно назвать громким словом «доход». Сказать сейчас, что да, я бы бросил работу в офисе и переключился только на музыкальную карьеру, я не могу, потому что решение должно быть взвешенным. Естественно, можно заниматься музыкой и не иметь возможности финансово помогать семье. Быть такой «творческой птицей», летающей в облаках и называющей всех офисными крысами. Я не такой. Я адекватно смотрю на мир и понимаю, что уходить в свободное плавание и неизвестность, не имея какогото четкого плана или музыкального контракта, — это не очень правильный шаг. Если же абстрагироваться от всей реальной ситуации — да, я бы серьезно хотел быть музыкантом, посвящать этому много времени, делать грандиозные шоу. На данный момент сложно строить какие-то долгосрочные перспективы. У нас такая нишевая специфи-

московские новости №113 3 июля 2013

Когда все зрители, мокрые от танцев, усталые, хлопают, кричат «бис, браво!» — в этот момент ты понимаешь, что делаешь что-то важное


я человек

московские новости №113 3 июля 2013

ческая музыка, и вряд ли собирать стадионы — это история про наш стиль. Та же сальса, в сто раз более популярная, чем форро, не может все равно сравниться в этом смысле с поп- или рок-музыкой. Все-таки бразильская культура немножко чужда русским людям по менталитету. В Бразилии треть населения живет за чертой бедности, тем не менее это самая счастливая нация в мире. Музыка форро — это состояние полной открытости, а русским часто сложно открыться в песне и танце. Мы это понимаем, но у нас есть свои цели. Сейчас мы известны в кругах любителей бразильской культуры. Мы бы хотели эту аудиторию расширить. Недавно мы нашли выход на бразильское посольство, попробуем с ними что-то организовать. Мы продвигаем группу по-разному: я занимаюсь пабликом «вконтакте», в других соцсетях, барабанщик — на сайте. Моя знакомая договаривается с клубами. Другая знакомая помогает рисовать афиши. Если какой-то группе приходится от и до заниматься организацией всей своей деятельности, то это, наверное, очень сложно. Но у нас четкое распределение обязанностей. Часто так бывает, что после концерта на следующий день надо идти на работу. Настроение наутро зависит, конечно, от того, как прошел концерт. Обычно есть чувство параллельной реальности: конечно, возвращаться в рабочую суету иногда трудно, хочется остаться «там». Ощущение похоже на возвращение из хорошего отпуска. Я думаю, что музыкой надо заниматься именно ради выступлений, а не ради репетиций как таковых. Так или иначе мы все делаем для какого-то ре-

1

зонанса. А если делать все для себя, тогда лучше сидеть дома с гитарой в руках и играть тихонько по вечерам. Если хочешь чего-то добиться, тебе нужен фидбэк от людей. Когда все зрители, мокрые от танцев, усталые, хлопают, кричат «бис, браво!» — в этот момент ты понимаешь, что делаешь что-то важное. Концерты — это кульминация жизни группы, это ее пульс. Наша музыка, группа — это мое детище, один из моих самых удачных

11

проектов, который имеет для меня глубоко личное значение. Работа в офисе может быть классной, но многие там работают не потому, что это их призвание. А группа — это призвание. Классно, что мы начали что-то новое, светлое и можем это показывать людям. Хотя я не могу назвать свою работу нелюбимой. Мне нравится моя работа, там интересно, очень хорошие люди. Кстати, многие из коллег ходят на мои концерты».

Можно заниматься музыкой и не иметь возможности финансово помогать семье. Быть такой «творческой птицей», летающей в облаках и называющей всех офисными крысами. Я не такой

1. Группа Леонида играет редкую для России бразильскую музыку 2. Леонид Гольдфарб в московском офисе «Яндекса»

Александр Уткин/РИА Новости

2

в 20:00


я человек

12

Илья Дмитриев Инженер Группа Instead of Oars (вокалист, клавишник, автор песен) 28 лет

«Вместе с братом в детстве я окончил музыкальную школу по классу фортепиано. Тогда встал вопрос, заниматься ли дальше музыкой. Я оставил эту затею, хотя к старшим классам играл в разных группах, и потом, гораздо позже, пришел к тому формату, который мы играем сейчас, — фьюжн или acid jazz. После школы я пошел в строительство. Это в каком-то смысле семейные традиции — бабушка была геологом, отец занимается геотехникой. И я поступил в МАДИ на дорожно-строительный факультет, специальность «мосты и тоннели». Я стал заниматься подземными коммуникациями и уже курса с четвертого работал в небольшой проектной конторе. Теперь работаю на стройплощадках. Такой поющий прораб или строящий музыкант. Когда я поступал в институт, я прекрасно знал, что почти все легенды русского рока околачивались по техническим вузам. Жизнь рисовала мне весьма романтическую картину. Я спокойно совмещал подвальные репетиции с институтскими сессиями. Музицировал с разными ребятами, был и клавишником, и басистом. Потом постепенно понял, что громкий звук мне надоел, мне хотелось чегото более сложного и не настолько прямолинейного. Я начал импровизировать. Неожиданным поворотом стало то, что мы начали играть с моим братом Антоном. Он тоже окончил музыкалку. Однажды мы как-то собрались в компании друзей, я что-то импровизировал, место за барабанами было свободно, и Антон сел мне подстукивать. Вдвоем получилось неплохо. Ан-

тон хорошо тихо играл щеточками, а не лупил по ударным, как любят многие барабанщики. Мы сходили на репетиционную точку, кое-что записали на диск. И погожим майским вечерком я пробежался по Москве: приходил в клубы и говорил: «Здравствуйте, мне очень нравится ваше заведение, мы хотели бы у вас поиграть». Отозвался клуб «Улица ОГИ». С тех пор начали выступать. Конечно, были иногда мысли: вот все брошу и буду заниматься только музыкой. Этот вопрос висит в воздухе. Но чем больше выступаешь, тем больше видишь подводные камни. Наверное, можно было бы пойти работать арт-директором и при этом давать концерты. Но ты тогда становишься каким-то несвободным — выступать именно «надо». А сейчас я свободен —

1. Вместе с братом Антоном Илья часто выступает в клубах и кафе Москвы 2. На стройке Илья надевает каску и становится типичным прорабом

Кирилл Каллиников/РИА Новости

Музыка и стройка друг друга взаимно подпитывают. Это можно сравнить со знанием двух языков: если ты учишь французский и английский, зачем тебе бросать один из них ради другого?

московские новости №113 3 июля 2013


я человек

московские новости №113 3 июля 2013

Артем Житенев/РИА Новости

13

2

Сейчас я свободен — могу играть концерт тогда, когда захочу, в концертных точках, которые для меня комфортны. Мне не нужно что-то постоянно выдумывать могу играть концерт тогда, когда захочу, в концертных точках, которые для меня комфортны. Мне не нужно что-то постоянно выдумывать. К тому же я понял, что того, что у меня есть в строительстве, мне бы стало не хватать. Как бы это парадоксально ни прозвучало, стройка — это тоже творческая и романтическая вещь. У меня нет такого, что я мчусь с «нелюбимой» работы на концерт — «ах, сейчас сыграю». Мне интересно на моей работе, с этими людьми. Утром я общаюсь с работягами и погружен в их чаяния, сидя с ними в одной бытовке, днем — с заказчиками, умножающими в голове восьмизначные цифры. А потом вечером — с артдиректорами кафе и клубов. У меня широкая палитра, и я не считаю, что я должен себя в этом как-то обделять, — это же полный спектр. Музыка и стройка друг друга взаимно подпитывают. Как будто ты в одной партии одновременно играешь и черными, и белыми.

1

Или это можно сравнить со знанием двух языков: если ты учишь французский и английский, зачем тебе бросать один из них ради другого? Я разговариваю на техническом языке, мне приятно знать, что я инженер. И я говорю на языке музыкальном. Одно не должно перечеркивать другое. Какое-то время назад я бы сказал: да, как только начну заколачивать на концертах серьезные бабки, я брошу стройку и начну только выступать. Сейчас я так не думаю. Так же и в обратном направлении: если у меня получится какой-то архитектурный проект, я же не брошу ради этого музыку. Музыка в моей жизни — это музыка моей жизни. То, чем ты звучишь, а не просто то, что ты играешь. Наш с братом дуэт приносит прибыль, пусть и небольшую. Но это подчеркнуто некоммерческий проект, он сделан для собственного удовольствия, мне просто интересно играть такую непопсовую музыку. Мне приятно, что мы немножко «не для всех». Еще наш

проект был создан не как репетиционная история, а именно концертная — нам выступать гораздо интереснее, чем репетировать. Амбициозные планы никуда не подевались, они есть и сейчас. Хочется дозаписать альбом. Сейчас брат Антон учится в Англии. Конечно, из-за этого мы пока выступаем редко. Может, у нас получится выступить в Британии, в Лидсе. Сейчас у нас очень комфортная ситуация — полный лаунж, мы играем там, то, тогда и для тех, для кого хотим. Я не вижу смысла стрелять из пушки по воробьям. Я понимаю, что не делаю какой-то невероятный мегапродукт. Вот эти все стадионные замашки у других музыкантов… Конечно, мы не хотим стоять на одном месте и стагнировать. У меня есть некоторые связи, которые помогли бы выступить в знаковых местах Москвы, можно было бы вложить деньги и как-то раскрутиться. Но это было бы как костюм не по размеру. Хочется к этому прийти естественным путем, а не пытаться «выстрелить». Мы хотим к этому больше подготовиться, профессионально подрасти, подойти на своем лучшем уровне».


я зритель

московские новости №113 3 июля 2013

15 Во избежание недоразумений просим уточнять информацию о стоимости и времени мероприятий у организаторов

Сегодня (3 июля) Лекция

Выставка

«Альтернативное изучение архитектуры: выдержки из «антибиблиотеки»

«Одиннадцать три»

Пространство неотделимо от быта и времени, в котором наше сущее имеет место быть. Поэтому ученые и философы всегда стремились этим пространством управлять, и эти попытки всегда базировались на трех китах — деньгах заказчика, воображении создателей и общегосударственной идеологии. Так обязательным пунктом развития городов стала материализация идеологии, то есть архитектура. Писатель и историк архитектуры Роджер Конна познакомит слушателей с концепцией «альтернативного обучения архитектуре» без привязок к идеологическим рамкам. Место: институт «Стрелка» (Берсеневская наб., д. 14, стр. 5а); тел. (495) 771-74-37 Время: 20.00 Стоимость: бесплатно

Культурный фонд «АртХроника» представит выставку «Одиннадцать три», объекты которой созданы руками художников Лехи Гариковича, Андрея Митенева, Сергея Прокофьева. Экспозиция представит инсталляции, созданные художниками за последние годы на волне протестных движений. «Одиннадцать три» — инсталляции, созданные из найденных объектов и объединенные пространством, с которым художники ведут непрерывный диалог. Место: кинотеатр «Ударник» (ул. Серафимовича, д. 2); тел. (495) 225-87-00 Время: до 28 июля, 11.00–20.00 Стоимость: бесплатно

Пресс-служба культурного фонда «АртХроника»

Завтра (4 июля) Кино

Спектакль

«Экзамен для двоих»

«Иллюзии»

Занимаясь поиском потенциальных студентов, сотрудница приемной комиссии Принстона отправляется на ферму, где проходят практику выпускники колледжей. Управляющий Джон знакомит ее с лучшим учеником, намекая, что это ее сын, которого та отдала на усыновление 16 лет назад.

Жили две супружеские пары счастливо, любя друг друга искренне, и вся-то их жизнь была счастьем взаимопонимания. Но когда приходит пора подвести итог этому счастью, всплывают факты, сосуществование которых в одной и той же жизни неприемлемо. Режиссер спектакля Иван Вырыпаев.

Место: кинотеатр «Ролан» (Чистопрудный б-р, д. 12а); тел. (495) 916-91-69 Время: 20.05 Стоимость: 350 рублей

Depth of Field

Место: театр «Практика» (Трехпрудный пер., д. 11/13, стр. 1); тел. (495) 544-55-45 Время: 19.00 Стоимость: 800 рублей

Выставка «Пятилетие Lab. Фронтир» Сайенс-арт — это искусство ХХI века, и многие художники справедливо соглашаются, что не идти в ногу с техническим прогрессом становится невозможно. Искусство вносит в творения Творца и непреложные законы вселенной человечинку — так эту науку можно почувствовать и пережить, понять ее хоть не гуманитарным мозгом, но сердцем и порадовать глаз. Сайенс-артпроекты — штука дорогостоящая, над ними трудятся ученые, программисты, художники, поэтому каждый объект почти неповторим.

группа «Куда бегут собаки»

Арт-директор Антон Степанов Выпускающий редактор Никита Петухов Ежедневная газета. С 1980 по 2007 год издавалась еженедельно

Первый заместитель главного редактора объединенного издания «Московские новости» Ростислав Вылегжанин

Главный редактор объединенного издания «Московские новости» Владимир Гуревич

Главный редактор бумажной платформы издания «Московские новости» Александр Богомолов

Ответственный секретарь Александр Губанов PrePress-директор Михаил Лебедев Руководитель фотослужбы Оксана Олейник

Автор дизайн-макета Антон Степанов Лого и фирменный стиль Валерий Голыженков Шрифты Brioni и Fedra компании Typotheque

НП «ИД «Время» Генеральный директор Михаил Зайцев АНО «АГ «Новости Москвы» Генеральный директор Тимур Рудников t.rudnikov@mn.ru

Адрес редакции: 119021 Москва, Зубовский бульвар, д. 4.

Директор по продажам Галина Нигматуллина g.nigmatullina@mn.ru Отдел рекламы: тел. +7 (495) 645–64–03 Директор по рекламе Наталия Волкова n.volkova@mn.ru

Телефон редакции: +7 (495) 645–64–11. Факс: +7 (495) 645–64–07. E-mail: mn@mn.ru

Ведущий менеджер Марина Носкова m.noskova@mn.ru Отдел маркетинга: тел. +7 (495) 645–65–65 Руководитель отдела маркетинга Светлана Ермоченкова s.ermochenkova@mn.ru Отдел распространения: тел. +7 (495) 645–65–65, факс +7 (495) 637–40–40, distribution@mn.ru Директор по распространению Алла Коломиец

Галерея Laboratoria Art & Science Space, что находится в здании НИФХИ им. Карпова, в этом году отмечает пятилетие и по этому случаю во главе с идеологом лаборатории Дарьей Пархоменко представит самые актуальные объекты искусства от сайенс-артистов России. Место: Laboratoria Art & Science Space (пер. Обуха, д. 3, в зд. НИФХИ им. Карпова); тел. (495) 989-97-71 Время: 4 июля — 3 августа, ср. 12.00–18.00, чт.–вс. 14.00–21.00, пн., вт. — выходные Стоимость: бесплатно

Редакция не несет ответственности за содержание рекламных объявлений и сообщения информационных агентств. Перепечатка материалов «Московских новостей» допускается только по согласованию с редакцией. При цитировании ссылка на «МН» обязательна. Газета зарегистрирована в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

Регистрационный номер ПИ № ФС77-43175 от 21.12.2010 г. Учредители: ФГУП РАМИ «РИА Новости» и НП «ИД «Время». Отпечатано в ЗАО «ПК«Экстра М», Россия, 143400, Московская область, Красногорский район, п/о «Красногорск-5», а/м «Балтия», 23 км., полиграфический комплекс. Время подписания в печать: по графику — 20:00, фактическое —20:00 Заказ № 13-07-00054 Тираж 45200 Цена свободная


«Любой творческий человек мечтает о признании. И чтобы то, чем он любит заниматься, обеспечивало его. Но вообще-то сейчас мне и моя основная работа очень нравится»

Сергей Денисенко сотрудник пресс-службы SuperJob, вокалист, гитарист, автор песен группы YesYes! (ex-TheVegas)

6


mn_03_07_2013_N113