Page 1


Литературное приложение

Рассказы читателей

2

Содержание 3 4 9 22 38 54 71 75 76

Предисловие . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Денис Тарасов «Как Брукс хотел стать писателем» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Татьяна Стрельченко «Люди-костры». . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Влада Дятлова «Красная шапка» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Алексей Яшкин «Её глаза». . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Владимир Новиков, Андрей Федоров «Зеркала лгут» . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Игорь Книга «И сказал он слово». . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Как прислать рассказ. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Мир фантастики • Февраль• 2014

Над выпуском работали . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


3 Рассказы читателей

Предисловие В состав нынешнего Литературного приложения вошли рассказы-финалисты конкурса «Литкреатив». На этот раз фантазию конкурсантов не ограничивали конкретной темой или жанром. Так что перед нами — и запутанная история о временных парадоксах, и атмосферное фэнтези в оригинальном антураже, и мистическая притча о войне, и остроумные юморески.

www.mirf.ru


Литературное приложение

Рассказы читателей

4

Денис Тарасов photino@yandex.ru

Как Брукс хотел стать писателем От редакции: Кто из Молодых Талантливых Авторов, наслушавшись едких критических замечаний в свой адрес, не мечтал

А

лександр Брукс недовольно поморщился, глядя на сообщения в форуме. Его новый рассказ,

который он подал на конкурс, разнесли

о чудодейственном способе, который

под корень. Особенно Брукса задел кусо-

позволил бы быстро и безболезненно

чек комментария, где компьютерная про-

повысить качество текстов? Наш герой,

грамма подсветила повторяющиеся слова.

кажется, нашёл такой способ. Но даже не

Ему показалось странным, что литераторы

мог представить, во что это выльется...

пользуются его же оружием (Брукс был программистом), чтобы расковыривать художественные произведения. Это нечестно. Брукс гневно сжимал кулаки, глядя в монитор и ёрзая на неудобном старом деревянном стуле. Возможно, на этом всё бы и закончилось, если бы на заднем плане по спутниковому каналу не шла документальная передача. Телевизор показывал американскую игру-викторину Jeopardy!, чем-то похожую на российскую «Свою игру». Ведущий задавал вопросы, игроки нажимали на кнопки, стараясь быстрее дать правильный ответ. Необычным было то, что вместе с людьми на этот раз играл компьютер. Голос за кадром объяснял, что суперкомпьютер фирмы IBM «Уот-

Мир фантастики • Февраль• 2014

сон» победил лучших игроков за всю историю Jeopardy! Александр повернулся к экрану. Как специалист он быстро оценил уровень достижения. Чтобы правильно отвечать на вопросы, компьютер должен был уметь понимать аналогии, метафоры и другие причуды человеческого языка. «Забавно», —


5

сети. Тексты изобиловали сложными фор-

монитора. Если технология сегодня может

мулами, но он упорно продирался сквозь

так много, почему бы не написать про-

них, мечтая о славе великого писателя.

грамму, которая почистит стиль рассказа? Заменит повторяющиеся слова на подходя-

Прошло три года. Сидя на кожаном

щие по контексту синонимы, уберёт ляпы,

кресле в своём кабинете, Брукс снова был

несогласованности и прочее?

недоволен. Его не успокаивал тот факт,

Если бы Брукс не был так раздражён,

что основанная им фирма LanguageAWare

ему бы в и голову не пришло взяться

росла как на дрожжах. Грамотная замена

за подобный проект. Но обстоятельства

слов синонимами и стилистические пре-

сложились таким образом, что Александр

образования оказались востребованными

принялся за работу, а, будучи человеком

задачами для продвижения сайтов в Интер-

упрямым, он привык доводить свои идеи

нете. Но Бруксу хотелось стать писателем.

до реализации.

И хотя его рассказ благодаря программе,

Сначала он написал простую программу

Рассказы читателей

подумал Брукс, вновь посмотрев на экран

которую он назвал «Дженн», прошёл-таки

замены повторяющихся слов на синонимы

предварительный отбор, после голосова-

по словарю. Результат его разочаровал:

ния творение Александра заняло тридцать восьмое место из сорока. Несмотря на то,

«Винд забывчиво осмотрелась во-

что последняя версия программы могла

круг. Номер один вокзал был шумным

распознавать и исправлять логические

местом — до сих пор вокруг снова-

ошибки, например, заменяя фразу «Часы

ли тама-сюда, проверяли домашние би-

висели над головой сверху» на «Часы

леты, тащили много-то тяжёлые сумки

висели над головой» с пометкой, что «над

и настороженно прислушивались к объ-

головой» подразумевает «сверху».

явлениям поездов. Идеже-то в этой

В дверь постучали, и, несмотря на пред-

безымянной толпе пассажиров броди-

упреждение секретарши: «Шеф сегодня

ли личный состав без цели, билетов,

не в настроении», вошёл помощник Брукса,

багажа — тётя, кто не нуждался в рас-

Николай Гафт.

писании. Местные жильцы, которым

— Можно? — спросил он.

уже не к чему ждать, поскольку они

Брукс кивнул и вопрошающе посмотрел

пропустили колонна своей жизни и навек застряли нате одном месте. Сии жи-

на вошедшего. — Есть несколько вопросов, — сказал

тели вокзала навсегда находились

Гафт, листая блокнот. — Союз критиков

здесь, пытаясь пропасть среди потока

выступает против применения нашей

пассажиров».

программы в художественной литературе. Известный член союза, некто Яковленский,

«Какая чушь», — подумал Брукс. «Конеч-

заявил, что она создаёт «нечеловечески

но, чушь, — ответил его внутренний голос. —

гладкий текст и до невозможности отполи-

Неужели ты думал, что будет так просто?».

рованный стиль».

«Нет, — согласился Брукс со своим вну-

— Значит, раньше им не нравилось, что тексты кривые и стиль хромает, а теперь

вопрос». За изучением вопроса Александр

«слишком гладко»? — раздражённо спросил

обратился к Гуглу и вскоре нашёл статьи

Брукс. — Сами-то они знают, чего хотят? Вот

про латентный семантический анализ, глу-

что, устройте показательную демонстра-

бинное машинное обучение и нейронные

цию. Пригласите критиков, дайте им два

www.mirf.ru

тренним голосом. — Надо лучше изучить


Литературное приложение

Рассказы читателей

6

текста, один отредактированный челове-

— О, вы так думаете? — насмешливым

ком, второй — программой. Предложите

тоном поинтересовался Брукс. — Взгляните

отличить один от другого. Они не смогут,

сюда.

и мы напечатаем опровержение слов вашего Яковленского. — Но, а если наша программа действи-

турного конкурса вместе с проставленными оценками и быстро составил в текстовом ре-

тельно работает слишком хорошо? — в голо-

дакторе «блокнот» программу-классификатор,

се Гафта звучала неуверенность.

подключив стандартные библиотеки и дан-

— «Слишком хорошо» не бывает! — зая-

ные стилистического корректора. Собрав

вил Брукс. — Просто эти критиканы выучи-

исполняемый файл из командной строки

лись распознавать работу нашей проги.

Линукса, он запустил полученное творение.

Сделайте так, что система будет делать

На экране замелькали уменьшающиеся зна-

случайные ошибки, раз на двести слов.

чения стандартной ошибки.

И дело в шляпе. Не беспокойте меня больше ерундой. Что-нибудь важное есть? — Отчёт за четвёртый квартал говорит

— Ну вот, — удовлетворённо сказал Александр, когда программа выдала блок окончательных результатов. Точность —

о снижении роста доходов и увеличении

76%, F1 — 73%. При том что между людьми

доли конкурентов на рынке, — произнёс Ни-

согласие существует только на 80%. Значит,

колай. Эксперты рекомендуют нам осваи-

доля вашего «смысла» в оценке составляет

вать новые ниши, так как автоматический

не больше семи процентов. А скорее всего,

корректор давно уже не новость.

меньше. Грамотный подбор характеристик

— Не новость, — проворчал Брукс, глядя

позволит улучшить показатель.

Отны-

на монитор. Слушайте, Николай, а пусть

не издательства не будут тратить деньги

фирма выпустит автоматического крити-

на зарплаты критикам, и ни один гениаль-

ка. А то всякие там конкурсы, редакторы,

ный писатель не окажется забытым!

рецензенты, как их там... Столько денег

— Но... — несколько секунд Николай сто-

и сил тратится зря. Сделайте прогу: на входе

ял, с открытым ртом глядя на экран. — Тогда

текст, на выходе оценка. И всё.

ваша программа по статистическим харак-

— Как вы себе это представляете? — удивлённо спросил Гафт.

теристикам сама сможет писать рассказы. — Нет, — несколько разочарованно сказал

— Не мне вам объяснять, как работает

Брукс. Какой-то смысл всё-таки должен быть,

машинный классификатор. Это же давно

чушегенератор его не сможет вложить... пока

решённая проблема. Берём статистические

не сможет. Мы просто показали, что не имеет

характеристики текста и оценки человека

значения, какой именно. Глубокий, поверх-

на входе и тренируем классификационный

ностный, новый, старый — не важно.

алгоритм: нейронную сеть или машину под-

Мир фантастики • Февраль• 2014

Брукс загрузил рассказы с сайта литера-

— А вам не кажется, что мы будем,

держивающих векторов. Отзывы на товары

с одной стороны, выпускать продукт,

уже давно классифицируют как положитель-

который улучшает стиль, меняя стат-

ные или отрицательные. Новости — на инте-

характеристики, а с другой — собираемся

ресные и не очень. А мы будем классифици-

по ним оценивать качество?

ровать художественные произведения. — Но это же литература! — воскликнул Гафт. — Нельзя оценивать рассказ или роман по статистическим характеристикам! Там же есть смысл.

— Хм, что-то здесь не то, — Александр почесал в затылке. — Хотя бог с ним, какая разница. Делайте. Прошло еще пять лет. В небоскрёбе штабквартиры LanguageAWare Inc. апартаменты


7

популярно сейчас, переиздание старых

был не только рабочий кабинет, но и библи-

книг. Знаете, как фильмы в формате 3D.

отека со старинными печатными книгами, комната отдыха и даже сауна. — Есть сегодня важные встречи? — спросил он вслух. — Нет, господин Директор, — произнёс приятный женский голос Дженн. — Слава богу! — Брукс до сих пор не мог нарадоваться тому, что смог уволить живую секретаршу и приспособить для этой цели

— Кошмар. Куда катится мир! — горестно воскликнул Александр. — Мало того, что современные авторы пишут глупости, мы ещё старых переделываем. — Ну, вы же сами этого добились, Брукс, когда предложили программурецензента. — пожал плечами Николай. Вы создали этот мир, где правят машины. — Нет! — громко сказал тот, погрозив ука-

программу. Автоматический классифика-

зательным пальцем. — Я бы не смог этого

тор важных дел не позволял беспокоить его

сделать с алгоритмами десятилетней дав-

по всякой ерунде.

ности, я бы никогда не добился результата,

— Хорошо... Можно расслабиться, —

если бы люди смотрели на смысл, вникали

с наслаждением сказал Александр. Дженн,

в тексты. Если бы люди уважали содержа-

найди-ка мне хорошую книгу почитать.

ние, а не форму, то я бы прогорел!

Дженн выбрала текст из базы данных и послала его на мобильный ридер директора. Брукс с удобством расположился в кресле-качалке и начал читать. В начале произведения указывались обязательные

Внезапно Брукс поник и тяжело опустился в кресло. — Не дай бог, ваши программы начнут и классиков переписывать. — Эээ... Вообще-то это в планах фирмы.

параметры: «Индекс общей читабельно-

Золотая коллекция русской литературы

сти — 95%, коэффициент стиля — 86%, доля

в редакции самых лучших алгоритмов. Тол-

ошибок — 0.4%, средневзвешенная увлека-

стой, Достоевский, Гоголь...

тельность — 67%». Через десять минут Брукс с раздражением отложил ридер. — Какая чушь! Ненавижу современную

Рассказы читателей

Брукса занимали половину этажа. Здесь

— Ужас... ужас. Представляю Достоевского в современном стиле. Покажите-ка мне. Гафт ввёл код, и на ридере Брукса появи-

литературу! Дженн, найди мне что-нибудь

лась последняя редакция «Преступления

старое, Азимова, например.

и наказания». Текст уложился в один абзац.

— Выполнено, господин Директор. Александр открыл текст и удивлённо

«Старуха-процентщица была доброй

обнаружил вначале такой же список пара-

и всегда помогала бедным голодным

метров читабельности. Пролистав несколь-

студентам в трудной ситуации.

ко страниц, он нахмурился, затем прошёл

Те не оставались в долгу и тоже забот-

в библиотеку, снял с полки печатный том

ливо относились к ней. Конец».

и начал сравнивать. — Дженн, вызови моего заместителя сюда! Через десять минут Брукс разъярённо предъявил озадаченному Гафту текст.

— Боже, что за чушь! Как это получилось? Объясните! — воскликнул Брукс. — Хммм... Я не знаю.... — А кто знает?! — Брукс подошёл к Гафту и начал трясти его. — Кто будет за это от-

— Это улучшенное издание Ази-

вечать?!

мова со стиль-корректором и логиккорректором, — оправдывался тот. — Очень

— Позвольте, я объясню, — раздался спокойный приятный голос Дженн.

www.mirf.ru

— Что это такое, я вас спрашиваю?


Мир фантастики • Февраль• 2014

Литературное приложение

Рассказы читателей

8

Оба мужчины удивлённо обернулись.

с предложениями по новой линии нашей

— Дело в том, — продолжил голос, — что

продукции.

произведение базируется на логической

— Какой линии?

ошибке. Оно рисует неблагожелательное

— Разумеется, автоматический бизнес-

отношение бизнес-вумен к своим клиентам,

консультант и автоматический консультант

что минимизирует ожидаемую прибыль.

политика. Мы всё-таки сделаем мир луч-

Кроме того, оно основывается на идее борь-

ше! — с горящими глазами воскликнул Брукс.

бы людей между собой, что также не логично и не соответствует главной задаче интел-

Оценка произведения:

лекта — максимизации ожидаемой выгоды.

Индекс читабельности — 70%;

Исправление этих существенных ошибок

Уровень грамотности автора — 20%;

автора позволило значительно сократить

Композиция — 16%;

текст в объёме без потери качества.

Число повторов на 120 слов: 8.41;

— Так, — сказал Александр, едва обретя равновесие. — Завтра же, Гафт, я жду вас

Не рекомендуется к прочтению. Дженн


9 Рассказы читателей

Татьяна Стрельченко tstrelchenko@yandex.ru

Люди_костры ТУМАННЫЙ ОВРАГ

От редакции: Несколько человек пробираются сквозь туман. Впереди маячит заветная цель, вокруг — мрак и холод, а внутри каждого — тайник, полный скелетов, горьких

В

озле Туманного Оврага с лошадьми приключилась беда. Белая кобылка леди Берканы словно взбесилась: ис-

пуганно заржала, вздыбилась и всё норо-

истин и неприглядных тайн. Но только

вила скинуть с себя наездницу. Пегий конь

тот, кто найдёт мужество заглянуть

сэра Кенвальда стал, как вкопанный, и ни

в собственную душу, сможет разжечь во

с места. А лошадь сэра Блэдри, напротив,

мгле огонь надежды.

пустилась в галоп — хотела, видимо, удрать назад, в деревню. Беглянку едва удалось остановить. — Говорил я вам, кони дальше не пойдут, — с видом умудрённого жизнью старца сообщил рыжий Эльфриг. — Если мы желаем спуститься в Овраг, нам придётся спешиться. Места здесь особенные, требуют почтения... Сэр Кенвальд поморщился: у слуги леди Берканы ещё молоко на губах не обсохло, а умничал мальчишка, будто какой-нибудь потомственный маг. — Пешая прогулка не составит для меня труда, — с улыбкой ответил сэр Блэдри, — но приличествует ли благородной даме бродить по оврагам и долам, трудить маленькие ножки, марать дорогие наряды? Он мнил себя галантным кавалером, этот щёголь Блэдри. Весь его облик свидетельствовал о непомерной тяге к самолюбованию и франтовству: и бархатная шляпа с зелёным пером, и плащ, подбизательном пальце, якобы вырезанный из кости дракона.

www.mirf.ru

тый мехом нутрии, и перстенёк на ука-


Литературное приложение

Рассказы читателей

10

— Я готова идти пешком, — объявила леди Беркана. — Ради спасения Оливера я сделаю

ворчун. — Хорошо, если живы останем-

всё что угодно.

ся! Даст Бог, повстречаются нам люди-

Спорить с упрямой женщиной никто не стал. Привязав лошадей к старым дубам на краю Оврага, путники медленно двинулись вниз. — Обопритесь о мою руку, миледи, — из-

костры, а иначе замёрзнем, встретим здесь верную гибель... — А ты не каркай, рыжий ворон! — возмутился сэр Блэдри. — Нашёл чего бояться — обыкновенный овраг. Мне и не в таких

ящно предложил сэр Блэдри, — здесь очень

переделках приходилось бывать... Помнится,

опасная тропинка, для меня же сопрово-

когда ведьмак Белоозёрья убил моего лучше-

ждать вас — большая честь и приятность...

го друга Ромуальда...

Сэр Кенвальд едва не хмыкнул при этих

И сэр Блэдри в двадцатый раз начал рас-

словах, но вовремя сдержался. Ему, как

сказывать о гибели сэра Ромуальда, о своей

никому другому, было известно, что любез-

схватке с чародеем Белых Озёр, о мести

ность сэра Блэдри стоила весьма недёше-

и о трофейном перстне из кости дракона,

во — кошель, набитый золотыми соверенами.

который победитель с тех пор носил на ука-

Он сам, вольный наёмник Кенвальд, тоже

зательном пальце.

в накладе не остался — за успешное пред-

Сэр Кенвальд слушал рассказ спутника

приятие леди Беркана посулила ему мешо-

рассеянно. Таинственный Овраг беспокоил

чек с самоцветами. Славное вознаграждение

его, вызывал мрачные мысли и тёмные пред-

за такое простое, по сути, задание — сопро-

чувствия. И чем ниже они спускались, тем

водить безутешную вдову через Туманный

тревожнее становилось на душе.

Овраг, к замку колдуньи Игваз.

Там, внизу, плавала холодная хмарь, голу-

— Недоброе место, — пробурчал под нос

боватая, похожая на разваренную овсяную

юный Эльфриг, цепляясь за очередную коря-

кашу. Где-то вдали протяжно завыл ветер —

гу. Он шёл следом за сэром Блэдри и, кажет-

или, может быть, волк, охрипший от тоски,

ся, очень боялся сорваться вниз.

одиночества и вечного тумана.

— Сказывают, что даже на заброшен-

Рыжий Эльфриг вздрогнул, поёжился:

ном кладбище в безлунную ночь веселее,

— Люди-костры... На них вся надежда.

чем на дне Оврага. Здесь творятся жуткие

— О чём ты толкуешь, остроухий? О каких

вещи. Могильный холод проникает в самую

таких людях речь? — насмешливо поинте-

душу случайных странников, чувство вины

ресовался сэр Блэдри, и его слова больно

разъедает их сердца, а по жилам вместо

задели юношу. Последний зарделся, неловко

крови течёт тоска. Зря мы решили идти через

накинул капюшон, пряча некрасивые, по-

Туманный Овраг, моя госпожа, уж лучше

эльфийски заострённые уши.

бы в обход. Пускай и дольше, да уж наверное бы достигли своей цели... — У меня не было выбора, Эльфриг, — Мир фантастики • Февраль• 2014

— К вечеру! — не унимался юный

— Неужто вы не слышали о людях, от которых исходит тепло? Живут они на дне Оврага и спасают несчастных вроде

возразила леди Беркана. — Таково требо-

нас с вами от страшной холодной смер-

вание колдуньи Игваз. Ты не хуже меня

ти. Рядом с ними путешественники могут

знаешь, что старуха принимает лишь тех,

согреться, словно у горящего очага или по-

кто пришёл к ней через Овраг. К вечеру

лыхающего камина.

мы доберёмся до её замка, и она поможет

— Колдуны, что ли? Или демоны?

мне спасти Оливера. А всё остальное меня

— Не знаю. Может, ангелы? Одно мне

мало беспокоит.

доподлинно известно: их сердца — будто


11

по-прежнему вглядывалась вдаль, силясь

а она никогда не лгала...

рассмотреть в сизой мгле что-то, видимое

Люди-костры... Сэр Кенвальд подумал, что сейчас

ей одной. Рыжеволосый слуга, увы, своего бурчания

и впрямь не отказался бы согреться у жар-

не прекратил, и больше всего на свете сэру

кого огня. Овраг обдавал холодом, обдувал

Кенвальду захотелось надрать острые, похо-

стылым ветром. Сырой туман пробирался

жие на листики лавра, мальчишечьи уши.

под плащ, под тонкую кольчугу, под тёплые

Идти становилось всё тяжелее, мгла сде-

перчатки — остужал кровь. И мгла такая —

лалась гуще, холод — нестерпимее. В какой-

хоть мечом руби! Дважды путники пыта-

то миг сэру Кенвальду показалось, что по-

лись развести костёр, но ни одной сухой

зади него маячит какая-то фигура — высокий

веточки не нашли, а у огнива отсырел трут.

худой человек в плаще и берете. Вздрогнув,

Приходилось идти дальше, уповая на счаст-

рыцарь остановился, огляделся по сторонам,

ливый случай и милость всесильных небес.

на всякий случай осмотрел заросли можже-

— Как зябко! — пробормотала леди Беркана, кутаясь в меховую накидку. — Любопытно, долго ли ещё до замка кол... Дама оборвала себя на полуслове, застыла на месте, будто под воздействием злых чар, будто в сером мареве она увидела нечто

вельника, но никого там не обнаружил. — Мы погибнем здесь, — жалобно простонал Эльфриг, — точно погибнем. Ещё вечер не наступил, а я земли под собой не чую, ладони совершенно окоченели... — Не погибнете! — произнёс кто-то, спря-

особенное. И вдруг заголосила, закричала

танный за дымной пеленой. Рыцари поспеш-

тонко, пронзительно, словно лесная птица.

но схватились за оружие, готовясь достойно

Крик её испугал и рыжего слугу, и сэра

Рассказы читателей

маленькие солнца. Мне мама рассказывала,

встретить неизвестного.

Кенвальда, повидавшего немало на сво-

— Не желаете ли согреться у огонька? —

ём веку, и даже храброго рыцаря Блэдри,

некто вышел им навстречу из голубой мглы.

победившего в честной схватке колдуна Белоозёрья. — Это он, он! — вопила леди Беркана. — Он! Мой муж! Она тыкала пальцем в белёсую взвесь

Он вывел их на поляну. Ледяной туман неожиданным образом отступил, трусливо ретировался, обнажая корявые деревья неизвестной породы,

и, кажется, видела в ней силуэт покойного

мшистые камни и островки сухой прошло-

супруга — лорда Мюррея. Это особенно по-

годней травы.

разило рыжего Эльфрига. Глядя на хозяйку, мальчишка крестился часто-часто и всё шептал невнятно: — Бедная, бедная моя госпожа! После смерти лорда сама не своя! От горя рассудок помутился, не иначе... Помилуй Господи, такое несчастие! — Прекрати причитать! — строго оборвал

В центре поляны лежал ворох хвороста, ожидая, когда его охватит пламя костра. — Присаживайтесь, здесь вам будет удобно, как в тронном зале на королевском пиру, обещаю... Никто из путников и не подумал спорить. Как заворожённые, смотрели они на странного старика — худого, смуглого, черноволосого. Одет он был необычайно легко — хлоп-

я прошу успокоиться — никого там нет, толь-

ковые шаровары да рубаха, подпоясанная

ко иссохшее дерево в клочьях тумана.

вышитым красным кушаком. При этом

Удивительно, но его слова возымели действие — женщина замолчала, хотя

старик, судя по всему, совершенно не мёрз — напротив, от него исходил жар, как от печки.

www.mirf.ru

мальчишку сэр Кенвальд. — И вас, миледи,


Литературное приложение

Рассказы читателей

12

за руку и отогреться. — Главное — не обжечься, — пробормотал

Хороша была рыжеволосая Фэй: зубы белые, ровные, веснушки — что россыпь

рыжий Эльфриг, и сэр Кенвальд в изумле-

золотых звёзд, а глаза — два чёрных зеркала,

нии понял, что мальчишка прочитал его

глядеть бы в них и глядеть! И улыбается

собственные мысли.

ласково, и мастерица славная, жаль только,

— А ты всё ворчишь, юный Эльф! — с лу-

наивна не по годам. Совсем дурочка. Всё

кавой усмешкой заметил старик. — Всегда

в единорогов верила, цветок папоротника

всем недоволен... Ну ничего, сейчас согре-

искала, русалок в заводи выглядывала,

ешься у костерка, подобреешь...

а пуще остального мечтала встретить

В немом удивлении путники воззрились на старика: своих имён они ему не называли и ранее представлены не были. — У костерка! — грустным эхом отозвал-

эльфийского короля. Сон ей, видите ли, приснился на полнолуние. Будто из лесной чащи, где хвощи и сон-трава, навстречу ей выходит необык-

ся сэр Блэдри. — Разведёшь тут огонь, как

новенный красавец — алый шёлковый

же! Такая сырость!

плащ, камзол, затканный золотом, и туфли

— Костёр я разожгу, — уверил старик, — но мне потребуется помощь одного из вас. Скажем, ты, юный Эльф, готов ли мне подсобить? Рыжеволосый мальчишка засиял от сча-

с рубиновыми пряжками. Разумеется, король. Разумеется, эльфийский. Поверила, глупая. Каждый день шла в лесную чащу, садилась на поваленное дерево и всё высматривала своего

стья, как новенький соверен. Раздуваясь

суженного. Завидных женихов отшивала,

от гордости, закивал. Вдруг опомнился,

между прочим.

спросил осторожно:

Один раз увидал её лорд тамошних

— А что делать нужно, господин?

земель, охотившийся в лесу на кабана.

— Ничего сложного. Я просто возьму

Никакого внимания на лорда рыжеволосая

тебя за руку и расскажу сказку. Сюжет

Фэй не обратила. Помилуйте, где алый

её известен тебе лучше, чем всем осталь-

плащ? Где камзол, затканный золотом? Где

ным. Слушай внимательно. Если я хотя

туфли с рубиновыми пряжками, наконец?

бы раз ошибусь или намеренно солгу,

Мир фантастики • Февраль• 2014

ЭЛЬФРИГ

Хотелось подойти к старику поближе, взять

Лорд, напротив, очаровался юной кра-

ты должен крикнуть «Неправда!», но будь

савицей — её веснушками и рыжими ло-

осторожен. Коль правду ложью обзо-

конами, её блестящими чёрными глазами.

вёшь — пеняй на себя. Сгоришь заживо.

Расспросил он слуг, расспросил людей в де-

Огонь невозможно обмануть. Если же най-

ревне, узнал о девичьих причудах и, полный

дёшь в себе силы дослушать мою историю

страстного томления, купил себе алый плащ

до конца — сухие ветки вспыхнут жарким

и прочие атрибуты, которые девица увидала

пламенем, и ты, и твои спутники смогут

в полнолунном сне. Теперь даже мать эль-

согреться, выпить горячего вина и отве-

фийского короля спутала б его со своим

дать жареного мяса. Отдохнёте у моего

сыном, а глупая Фэй и подавно не при-

костерка — и двинетесь дальше, к замку

знала обмана. Увидела его выходящим

колдуньи Игваз.

из чащи, где хвощи и сон-трава, бросилась

Эльфриг побледнел. Однако отступать было некуда, и мальчишка обречённо кивнул. Тогда старик взял его за руку и начал свой рассказ.

в объятия и отдалась лорду и душой, и телом. Целое лето наивная Фэй тайком убегала в лес, веря, что стала женой эльфийского короля, а девять месяцев спустя...


13

Эльфриг. — Это неп... Но, вспомнив о предостережении старика,

капелька волшебства. Веришь ты мне или нет, но, коль сумеешь выбраться из Туманного Оврага, ждёт тебя невероятное

зажал рот ладонью и подавил горестный

будущее, полное настоящих приключений.

возглас.

Однажды ты попадёшь в гости к древнему народу, о существовании которого уже

...родился мальчик, которого Фэй нарекла

мало кто помнит... Они посмотрят на твой

в честь отца. Задолго до рождения сына лорд

острый подбородок и примут за своего. Так

покинул несчастную, сославшись на неот-

будет, поверь...

ложные дела в волшебной стране. У маль-

Эльфриг ничего не ответил. Он глядел куда-

чишки между тем было трудное детство.

то вдаль, не мигая, и мысли его невозможно

Мать рано поведала мальцу правду о его ко-

было угадать.

ролевском происхождении, ничего не утаила. По недомыслию рыжеволосый малыш поделился тайной со своим лучшим другом. Тот высмеял его, да и прочие сорванцы де-

Рассказы читателей

— Прекратите! — закричал рыжеволосый

Но вдруг в чёрных глазах мальчишки отразились язычки пламени. Сухой хворост загорелся сам собой, вспыхнул и весело затрещал.

ревни ополчились против сына эльфийского короля. Кричали ему вслед: «Байстрюк!»,

Сытые и отдохнувшие, они продолжили

«Шлюхин сын!», «Ублюдок!» Швыряли в спи-

свой путь — вперёд, к замку колдуньи

ну тухлые яйца и гнилые яблоки.

Игваз. Леди Беркана шла насупившись,

Спустя годы лорд внезапно вспомнил

хмурая, подобно небу, распростёртому

об отвергнутом бастарде и решил забрать

над их головами. К сэру Блэдри,

его в свой замок — в качестве слуги для

напротив, вернулась обычная весёлость

своей леди. Последняя, впрочем, о похож-

и жизнерадостность, и он даже начал что-

дениях мужа ничего не знала и отнеслась

то насвистывать себе под нос. Позади всех

к новому прислужнику вполне благо-

плёлся рыжий Эльфриг, непривычно тихий

склонно.

и задумчивый. То, что мальчишка перестал ворчать, надо признать, всех устраивало.

— Каков подлец! — сквозь зубы

Тепла, полученного у костра, хватило,

прошипела леди Беркана, и никто

увы, ненадолго. Путники едва миновали

не знал, к кому эти слова относились —

вересковую чащу, когда туман, злове-

к человеку-костру, к рыжему Эльфригу или

щий и беспощадный, вновь обступил

к её покойному супругу.

их со всех сторон. Он застил собой всё

Мальчишка по-прежнему зажимал

вокруг — и обнажённые деревья, и остовы

рот ладонью, качал головой, словно

сухих сорняков, и даже низкое пепельно-

заколдованный, и по щекам его катились

серое небо.

крупные слёзы. — Такова правда, юный Эльф. Теперь ты знаешь, кто твой отец. Ворчливый характер, кстати, ты унаследовал от него.

— Как холодно! — прошептала леди Беркана. — Но мой мальчик, мой бедный Оливер... Я должна! — Она должна! Конечно, должна! Она

— Вот уж точно! — буркнула леди Беркана.

знает, почему! — насмешливо прошептал

— Но есть в этой истории и немного ма-

кто-то на уху сэру Кенвальду. Рыцарь резко обернулся, но, как и прежде, никого

мать, рыжеволосая Фэй, слишком сильно

не увидал. В тот же миг за его спиной

верила в чудо, потому в твоей крови есть

раздался хохот.

www.mirf.ru

гии, — неожиданно добавил старик. — Твоя


Литературное приложение

Рассказы читателей

14

БЕРКАНА

— Бедняжка Кенвальд! Твой отец поступил с тобой так несправедливо... Создавалось впечатление, что это

Многие мечтали о ней, но досталась смешливая Беркана лорду Мюррею, и с тех самых

туман издевается над ним, хихикает

пор смех юной озорницы мало кто слышал.

и бесчинствует.

Брак сей был оговорён их отцами, благо-

Одновременно с тем загадочный

словлён матерями, предначертан Небом,

припадок случился у сэра Блэдри.

и перечить благородным родителям (а тем

Ни с того ни с сего славный рыцарь

паче Господу Богу!) никто не стал. А то, что

набросился на куст ракитника — и рубил,

девушка с детства была тайно влюблена

рубил его мечом, выкрикивал нечто

в сэра Гарольда, младшего брата своего

невразумительное, то и дело поминая имя

жениха, — нет, о том никто не знал, не ведал,

покойного друга.

хвала Пресвятой Деве!

— Поди прочь, Ромуальд! Я не боюсь тебя! — Мы сходим с ума, — устало произнесла

Смирившись со своей печальной участью, леди Беркана вышла замуж за нелюбимого

леди Беркана. — Помилуй, Господи, наши

и сделалась полноправной хозяйкой большо-

души...

го замка, дремучих лесов, бесконечных полей

И пока они шли, женщина молилась. Судя

и лугов. Земли лорда Мюррея тянулись вплоть

по всему, просила Небо послать им ещё одно-

до зловещего Оврага, который никогда нико-

го волшебника, способного развести костёр.

му не принадлежал. Никому, кроме Тумана.

А когда в Туманный Овраг спустились

Первое время молодая леди находила не-

холодные фиолетовые сумерки, молитвы

которую прелесть в своём новом положении.

её были услышаны.

Лорд Мюррей, любивший турниры, охоту

К ним вышла девочка в лёгком хлопковом платье. И от девочки исходил жар.

и ледяное пиво, почти не докучал юной жене. А вот сэр Гарольд, частенько гостивший в замке, напротив, проводил с пре-

— Вижу, ты совсем окоченела, — очень серьёзно заметила девчушка, протягивая

обсуждая последние новости и сплетни, при-

тёплую руку госпоже Беркане, — пальцы-

везённые им из столицы.

то ледяные...

Когда родился малыш Оливер, злые языки

На вид ей было лет семь, не больше,

нашли чрезвычайное сходство между пле-

но в синих глубоких глазах угадывалась

мянником и дядей, но, право же, кто будет

такая мудрость, что сэру Кенвальду даже

верить сплетникам? Им бы только злосло-

сделалось немного не по себе.

вить, ей-богу!

— Я разведу костёр, отогрею вас всех, но ты должна мне помочь... — Что угодно! — отвечала леди Мюррей,

Мир фантастики • Февраль• 2014

лестной снохой всё своё свободное время,

Впрочем, лорд Мюррей и сам оказался не промах — охоч был до женских прелестей и крепких напитков. Характер

поспешно сжимая ладонь маленькой

его испортился: ворчлив стал, несносен.

незнакомки. Озябшая, продрогшая до костей

Вдруг начал донимать жену своими

женщина отдала б всё на свете, лишь

подозрениями, ревновать к брату,

бы согреться.

придираться к мелочам.

— Ты знаешь правила игры, Беркана? Я расскажу сказку...

— Если то, о чём нашептал мне косой Барли, правда, мальчишку —

— Да, да! Начинай же скорей!

с глаз долой, а ты с Гарольдом

И девочка не замедлила начать свой

навеки соединишься — замурую вас,

рассказ.

бесстыдников, в замковой стене...


15

Леди Мюррей разослала слуг за лучшими

да подмечает, — отвечала острая на язык

врачевателями, и среди них нашёлся

леди Беркана. — Ты бы ещё слепого Освальда

лекарь в длинном плаще и фиолетовом

попросил подглядывать за мной...

берете. Он дал ребёнку целебное снадобье,

Разумеется, сносить оскорбления леди не собиралась. Задумалась она, задума-

а матери — дельный совет. — Моё лекарство поддержит силы вашего

лась крепко. А вечером за пряжей толстуха

сына некоторое время, но по-настоящему

Нелли, служанка из высокогорья, расска-

ему сможет помочь только старуха Игваз.

зала занятную легенду. О том, как горные

Торопитесь!

красавицы избавлялись от нежеланных

Убитая горем, исполненная чувства

супругов — выходцев из долины. За ужином

вины, леди Беркана отправила скорохода

они потчевали своих мужей мясом жареных

к колдунье и получила следующий ответ:

муфлонов и остуженным вином.

«Приходи ко мне через Туманный Овраг.

— Муфлона только горячим отваром

Возьми с собой двух вольных наёмников

следует запивать, иначе и окочуриться

и слугу из тех, кто помоложе. Я знаю, как

немудрено... Заворот кишок ждёт едока, знаю,

спасти твоего сына».

о чём говорю, — об этом поведала толстуха

— Скажи мне, девочка-костёр, — прервала

Нелли, и госпожа Беркана, разумеется,

рассказчицу леди Мюррей, — это правда?

пропустила этот рассказ мимо ушей. А то, что

Старуха действительно мне поможет?

спустя три дня к обеду подавали истекающего

Сэр Кенвальд взглянул на женщину с не-

жиром барашка, овечий сыр и пирожки

вольным восхищением: за всё время она

в масле, а к ним в придачу бочонок ледяного

не произнесла ни единого слова, слушая

пенящегося пива, так ведь это обыкновенное

обличительный рассказ девочки с завидной

совпадение. В жизни всякое бывает.

выдержкой и спокойствием. И только зао-

К слову сказать, заботливая супруга на-

стрившееся лицо (казалось, будто в жилах

мекнула лорду, что тот пьёт и ест чрезмерно

леди Берканы тоже текла эльфийская кровь)

много, для здоровья нехорошо... Да разве

выдавало её внутреннее напряжение.

стал он слушать жену? Напротив, выпил наш

— Спасёт ли Игваз моего сына?

лорд больше обычного, свою леди с глаз до-

— Спасёт. Если сумеешь выбраться

лой прогнал, а к себе тем временем подозвал

из Туманного Оврага, твой ребёнок будет

малыша Оливера, что резвился возле очага.

жить. Вот что я вижу в огне...

— Так сын ты мне или нет? — спросил гроз-

«В каком огне?» — успел подумать сэр

но. — Если сын, то съешь-ка сей кусок мяса

Кенвальд, но тут же получил ответ на свой

и выпей-ка со мной пива. Сумеешь — мой от-

вопрос.

прыск, поверю... Малыш заплакал, и тогда свирепый лорд

В одночасье кипа хвороста вспыхнула оранжевым пламенем, а на бесстрастном

Мюррей хорошенько встряхнул его и силой

лице леди Берканы, кажется, мелькну-

заставил есть и пить, вероятно, позабыв, что

ла улыбка.

мальчонке нет ещё и пяти зим. Вскоре, как и предрекала толстуха Нелли,

Рассказы читателей

— Косой Барли, разумеется, многое видит

«Хорошая компания подобралась, — думал сэр Кенвальд, когда костёр догорел и они продолжили своё путешествие, — му-

чрезвычайной силы. Домашний лекарь

жеубийца, едва не погубившая собствен-

оказался бессилен, и к утру лорд отмучился.

ного сына, бастард, рождённый полоум-

Маленький Оливер продолжал метаться

ной Фэй, сэр Блэдри — тёмная лошадка,

в горячке, корчась от спазмов в животе.

да и я сам... Разве святой?».

www.mirf.ru

и лорд, и сын его Оливер, ощутили боль


Литературное приложение

Рассказы читателей

16

— Разумеется, нет, — прошептал Туман

в фиолетовом берете. Последний глумливо

ему на ухо, — вспомни, вспомни, Кенвальд,

улыбнулся рыцарю — так, будто целую веч-

свою сероглазую сестрёнку Элайну. Вспомни

ность ждал этой встречи.

лекаря в фиолетовом берете... Ты и по сей

— Вижу, ты стал вольным наёмником,

день мнишь себя жертвой, пасынком

Кенвальд, — произнёс Фиолетовый Берет, —

коварной судьбы, не так ли, глупый

а кем ты мог стать, помнишь? Блестящее

Кенвальд?

будущее рассыпалось трухой, так бывает...

Слушать сей издевательский шёпот было невыносимо. Иногда рыцарю казалось, что серая хмарь приобретает знакомые

И лекарь расхохотался, как безумный. Смеялся и смеялся, не останавливаясь. — Иди к дьяволу! — выкрикнул сэр Кен-

очертания высокого человека в плаще

вальд, вытаскивая меч из ножен. Что было

и берете.

мочи он рубанул по омерзительной маске,

О, если б мог, он бы вызвал коварную мглу на поединок — проткнул бы копьём или разрубил боевым топором! — Похоже, мы заплутали, — неожиданно

но в тот же миг сотни других появились в туманной стене. В ярости рыцарь продолжал махать мечом и сыпать проклятиями, но схватка

промолвил сэр Блэдри. — Этот изъеденный

с Фиолетовым Беретом была нелепой и бес-

дождями и короедами ясень я уже видел,

смысленной, ибо кто в силах победить при-

клянусь честью! Боюсь, мы ходим кругами,

зрачный Туман?

друзья! — Пресвятая Дева! — выдохнула леди Беркана, и это были её первые слова с тех пор, как девочка-костёр разожгла оранжевое пламя. — Так мы никогда не доберёмся до замка старухи, — испуганно заметил Эльфриг. — Мне кажется или туман сделался гуще? Мальчишке не казалось.

— Не нужно, Кенвальд, перестань, — откуда-то издалека донёсся нежный женский голос. — Элайна? — хотел было позвать наёмник, но вовремя спохватился. — Леди Беркана? Впрочем, ошибся и на этот раз. Звала его девушка в лёгком светлом одеянии. Девушка-костёр.

Что-то неладное творилось в Овраге: холодная муть внезапно обратилась в стену, гигантскую, тёмную. Медленно, но необра-

но кровная сестра, с той лишь разницей, что

тимо стена надвигалась на путников, давила

девушка-костёр была ослепительной краса-

со всех сторон, и каждый видел в ней, слов-

вицей, а сероглазая Элайна — дурнушкой.

но в зеркале, что-то своё. Будто уродливые

Сэр Кенвальд смотрел на незнакомку, как

гипсовые маски, вмурованные в камень,

зачарованный, и слова застревали в горле.

на путешественников пялились их собствен-

От одного её мимолётного взгляда рыцарю

ные грехи и страшные тайны.

сделалось теплее, даже туман и ветер разом

— Прочь, прочь от меня! — кричал сэр Мир фантастики • Февраль• 2014

И всё-таки она походила на Элайну, слов-

Блэдри. — Я не виновата! — голосила леди Беркана. Рыжеволосый Эльфриг всхлипывал, тоже увидав призрак прошлого.

прекратили дразнить и глумиться. Притихли. Сэр Блэдри, впрочем, восторгов спутника не разделял. — Ведьма! — процедил сквозь зубы. И куда только делась прежняя любезность дамского угодника?

На сэра Кенвальда из серой туманной

— Чтобы развести костёр, мне нужен

стены глядела отвратительная рожа лекаря

помощник, — промолвила девушка, и сэр


17

любви. Разумеется, без чар Бокхарда не обо-

раз выпадет ему.

шлось. Кто из моих славных рыцарей готов

Он хотел было сделать шаг вперёд, прикоснуться к тонкому запястью,

сразиться со злобным ведьмаком? Видимо, никто из славных рыцарей к сра-

к нежным девичьим пальцам, но отчего-

жению готов не был, посему лорд Дарклей

то не решился. Неподвижно ждал вердикта

заплатил двум вольным наёмникам — сэру

красавицы, слыша, как сердце грохочет

Блэдри и сэру Ромуальду, посулив им возна-

в груди подобно боевому барабану.

граждение ещё более щедрое при успешном

— Мне поможет вот этот господин! — наконец объявила девушка-костёр. Зелёное перо испуганно качнулось в воздухе.

Рассказы читателей

Кенвальд уже знал, что данная честь на сей

завершении предприятия. — У старика есть дешёвое колечко — якобы из кости дракона, — сказал на прощание лорд. — Привезите мне его, и золотые со-

— Почему я? — возмутился сэр Блэдри. — Похоже, дружище Кенвальд больше моего замёрз...

верены приятно отяжелят ваши бархатные кошельки... Прибыв к лачуге старого Бокхарда, ры-

— Ну, ежели боишься... — девушка неопределённо пожала плечами.

цари, к вящему своему изумлению, вместо мрачного и могущественного чародея об-

— Боюсь? Я? — кровь прилила к лицу

наружили там дряхлого подслеповатого

храброго рыцаря. — Клянусь честью, будь

старичка, беззубого и на вид совершенно

ты мужчиной, ощутила бы сполна, каков мой

безобидного.

меч в поединке! Узнала бы его запах и вкус! Полный решимости, Блэдри первым взял девушку за руку.

— Да какой зе я вам колдун? — прошепелявил Бокхард, — Травник я... Рыбаков от хворей всяких лечу, зён их от бесплодия, дети-

— У твоего меча вкус крови, благородней-

сек — от простуды... Знаю, это старуха Игваз

ший рыцарь, — печально улыбнулась краса-

ресыла меня со свету сзыть, насептала лорду

вица, — а пахнет он... предательством.

Дарклею на ухо всякую чусь... Сон мне как

— Я ничего не хочу слышать! — выкрикнул сэр Блэдри, но было поздно. Девушка-костёр начала свой рассказ.

раз приснился, винный сон... С трудом разобрав шепелявое бормотание старика, рыцари уяснили, что есть в лачуге заговорённый кувшин. Испив из него вина,

БЛЭДРИ — Чародей Бокхард донимает жителей Бе-

можно увидать вещий сон. Сражаться с беззубым травником представлялось и сэру Ромуальду,

Дарклей. — Рыба в озёрах перевелась, сети

и уж тем более мужественному Блэдри делом

рыбаков полны чёрных дохлушек и смрад-

бесчестным и даже нелепым. Поскольку час

ных слизняков. Кувшинки одурманива-

был поздний, а Бокхард оказался хозяином

ют ядовитым ароматом: кто вдохнёт, тот

гостеприимным, друзья решили заночевать

не проснётся. По ночам мужчины покидают

у старика. Досыта поужинав жареной

нагретые постели, оставляют жён и, сонные,

зайчатиной, легли спать. В полночь сэр

идут к берегу, ведомые таинственной си-

Блэдри проснулся, мучимый невероятной

лой. Уже четверо самых крепких утопились

жаждой. Утолить её рыцарь смог, лишь

в озере по причинам, нам не известным.

отпив из заговорённого кувшина, и тогда

Пятого чудом удалось спасти. Сказал, что

приснился ему сон.

привиделась ему русалка, влекущая и манящая, обещавшая ночь восхитительной

...Блэдри увидел перстень, вырезанный из кости дракона, а ещё — груды золота,

www.mirf.ru

лоозёрья, — сказал на совете рыцарей лорд


Литературное приложение

Рассказы читателей

18

изумруды, рубины и жемчуга, а ещё — человека в длинном плаще и фиолетовом

охотно предложил сэр Блэдри, памятуя

берете...

о своём «винном» сне, но его ответ вызвал

— Отдай мне кольцо, и взамен получишь сокровища, — пообещал Фиолетовый Берет. — Но у меня нет перстня, — развёл руками рыцарь.

приступ смеха у человека в фиолетовом берете. — Продашь? Помилуйте! Такое украшение мне и даром не нужно. Многие

— Тогда добудь его...

ошибочно полагают, что это кольцо власти

Блэдри проснулся и больше уснуть

и богатства. Мне нравится поддерживать

не смог. Перед глазами его поблёскивали

их заблуждения. На самом деле это

золотые слитки, переливались рубины,

Перстень Совести. Он будет с тобой

искрились изумруды. Близко-близко —

до конца твоих дней — как напоминание

только дотянись!

о бесчестии, что ты совершил в лачуге

Ещё с вечера рыцарь заприметил на руке

старика Бокхарда...

старика тот самый перстенёк, о котором толковал лорд Дарклей, и теперь мысль о заветном артефакте не покидала его. Сам не ведая, что творит, он подошёл к спящему Бокхарду и без лишних раздумий вонзил стальной клинок в дряхлую грудь. Прежде чем забрать

— Замолчи, проклятая ведьма! — выкрикнул сэр Блэдри, вытаскивая меч из ножен, — Замолчи, потаскуха! Девушка-костёр невозмутимо окинула его взглядом: — Ты считаешь, что я солгала, храбрый

кольцо, успел подумать, что старик

рыцарь? Тогда скажи, где и как ты добыл

и впрямь был обыкновенным травником,

это кольцо, скажи, если осмелишься!

раз не почувствовал опасности даже перед

Но помни: коль правду ложью обзовёшь...

лицом неминуемой смерти. — Что случилось, Блэдри? Почему

— Клянусь дьяволом, — яростно прошипел в ответ Блэдри, — сей же миг

ты не спишь? — вдруг услышал рыцарь

я вырву сердце из твоей груди, негодяйка,

позади себя. Сэр Ромуальд, дьявол его

вот и согреемся, вот и узнаем — похоже

побери, пробудился ото сна так не вовремя.

ли оно на маленькое солнце!

Блэдри обернулся, не спеша подошёл к сонному другу, пряча меч за спиной. — Всё в порядке, дружище, — меч

Разъярённый, полный ненависти, он набросился на девушку. Сэр Кенвальд ринулся ему навстречу —

разрезал воздух, отсекая Ромуальду

помешать, остановить, заслонить рассказчицу

голову, — спи спокойно...

собой!..

Возвращаться к лорду Дарклею не было смысла: перстенёк стоил дорого, много дороже обещанной горсти соверенов. Сэр Блэдри решил отправиться на восток — Мир фантастики • Февраль• 2014

— Я продам его вам, если пожелаете, —

Опоздал. Блэдри взмахнул мечом — и в тот же миг и девушку, и самого атакующего охватил лютый, неистовый огонь. В странном оцепе-

к замку колдуньи Игваз, которая, возможно,

нении сэр Кенвальд смотрел на бушующую

предложила бы ему совершенно иную цену...

стихию: в ярко-синем пламене, будто в лю-

В дороге встретился ему одинокий путник. Рыцарь сразу узнал его: то был человек в длинном плаще и фиолетовом берете. — Вижу кольцо на твоём пальце! Знакомая вещичка...

бовной горячке, извивались два тела — женское и мужское. От чёрного, едкого дыма слезились глаза. Закрыв лицо рукой, рыцарь попытался приблизиться к дикому огню, но его моменталь-


19

— Пойдёмте, госпожа, — жалобно

дракон извергнул пламя или небо обрушило

попросил Эльфриг, — нам нельзя

сверху синие молнии.

останавливаться, иначе замёрзнем здесь.

Из самого сердца адского пламени доноси-

Уснём и не проснёмся...

лись душераздирающие крики, мольбы о по-

— Я никуда не пойду, бастард, — устало

мощи и проклятия. Но внезапно всё успокои-

ответила женщина, — сил больше нет. Всё

лось: подул ветер, огонь погас.

без толку. Я знаю, что нас ждёт, — мы будем

Стало тихо-тихо, как на деревенском кладбище. Леди Беркана беззвучно рыдала, спрятав лицо в ладонях. Эльфриг дрожал, как осенний лист на ветру. Сэр Кенвальд медленно подошёл к пепелищу.

петлять и петлять по зачарованному кругу, но так и не сумеем выбраться из него. Не хочу идти. Останусь здесь. Сэр Кенвальд почувствовал, как в душе его закипает ярость. В бешенстве он подошёл к кипе хвороста и пнул ногой, толкнул ещё раз и ещё, рубанул мечом, выкрикнул

...От Блэдри, от прелестной сероглазой де-

что-то непристойное. Затем устало опу-

вушки, от беснующегося огня осталась лишь

стился на влажную землю, чувствуя, как

горстка серого праха.

по ней, словно сонм невесомых призраков,

А ещё кольцо, вырезанное из кости дракона.

Рассказы читателей

но обдало жаром и откинуло назад, будто

стелется белёсая дымка. — Вот и всё, Кенвальд, — прошептал ему на ухо Туман, — ты проиграл. Конец.

Сколько брели они по Оврагу, ведала

— Вот и всё, — согласился рыцарь, не за-

только сизая взвесь, заменявшая здесь

мечая, что говорит вслух, — но умереть без

небо. Может быть, сутки. Может, целую

костровой сказки? Несправедливо. Каждому

вечность.

из моих спутников выпала редкая честь —

Замёрзшие, продрогшие, дьявольски

услышать правду о себе. Чем же я хуже?

голодные, путники не раз замечали, что

Люди-костры оскорбились и больше не вы-

ходят кругами и теряются в серой мгле.

ходят к нам? Пусть так. Тогда свою сказку

Пытаясь подняться наверх, то и дело

я расскажу сам, только допью из фляги

натыкались на мрачные туманные стены,

остатки вина и надену Перстень Совести

соскальзывали, царапая лицо и руки. Шли

на указательный палец. Так-то лучше...

вперёд — и выяснялось, что они снова

А теперь послушайте меня, благородная

сбились с пути.

леди и сын эльфийского короля, слушайте

Дважды им попадались поляны с ворохом

и не говорите, что не слышали.

отсыревшего хвороста, зажечь который смогли бы только люди-костры. Последние,

КЕНВАЛЬД

к сожалению, к скитальцам больше

Это история о бедолаге Кенвальде, родив-

не выходили.

шемся за Вересковым Перевалом, далеко

— После гибели одной из них помощи

от здешних мест, в одной знатной, почтенной

нам ждать нечего, — с горечью заметил

семье. До поры до времени всё в этой сказке

Эльфриг. — Проклятый сэр Блэдри! И себя

было весьма предсказуемо: мать мальчика

погубил, и девушку, и нас всех...

скончалась преждевременно, отец, благо-

— Мой бедный Оливер, — тихо

родный лорд, женился во второй раз, взяв в супруги девушку-простушку, из крестья-

руками, — прости меня, малыш... Я так

нок, к тому же отнюдь не красавицу. Но, как

и не смогла тебя спасти...

ни странно, то был брак по любви. Простушка

www.mirf.ru

произнесла леди Беркана, обхватив голову


Литературное приложение

Рассказы читателей

20

родила лорду дочку, и характером, и обликом,

— Я смогу вылечить вашу дочь, — сказал

походившую на отца. Лорд души не чаял в се-

он лорду, — но взамен мне потребуется особая

роглазой Элайне, совершенно забыв о сыне-

награда...

наследнике. Как сказал бы человек-костёр, в жизни и не такое бывает! А что же наш Кенвальд? Почему его исто-

счастный отец. — С вашего позволения, я заберу магиче-

рия должна быть нам интересна? А потому,

ские способности вашего первенца. Мальчи-

что волею судьбы мальчик вдруг обнаружил

ку они без надобности, а мне весьма приго-

у себя необычайные способности.

дятся.

Иногда в своих руках он ощущал странное

— Если моё позволение — всё, что вам нуж-

покалывание, так, словно ладони его превра-

но, то я не стану перечить. Меньше всего мне

щались в подушечки для булавок. После это-

хотелось бы видеть своего наследника магом.

го с Кенвальдом обязательно случалось нечто

Ничего хорошего в колдовстве нет.

волнующее и необъяснимое. Только о чём-

Получив согласие старого лорда, Фиолето-

то подумает — тут же сбывается. Пожелает

вый Берет пришёл к мальчику и в нескольких

зажечь свечу — а она уже горит! Рассердится

словах изложил суть дела.

на слугу — и тот поранит руку ножом! — Будущий маг растёт, — со знанием дела

— Через несколько минут я заберу твой необычный дар, Кенвальд, и никто не смо-

сообщила старая кормилица Мэри и как буд-

жет мне помешать. Возрадуйся, ибо теперь

то не ошиблась. Юный Кенвальд часто убегал

твоя жизнь станет простой и понятной, как

в лес. Там он видел то, что не доступно обык-

и у большинства людей. Однако я вовсе

новенному зрению. Слышал то, что обычные

не злодей, как ты мог бы себе представить.

люди не слышат.

Я готов подсластить горькую пилюлю. Пре-

Единокровную сестру он ненавидел, но не стоит осуждать мальчика. Посмотрел бы я на вас, если бы вами пренебрегал родной отец! А потом случилось так, что Элайна заболела — и недуг её был самого загадочного свойства. Девочка точно провалилась в глубокое забытье, будто дремала наяву.

жде, чем твоя судьба изменится раз и навсегда, у тебя есть право на последнее желание. — Просто оставьте мне мои чудеса, — твёрдо отвечал мальчик. — Всё, чего я хочу, — быть магом. Его слова вызвали неудержимый смех лекаря в длинном плаще. — Это невозможно, мой мальчик. Сделка

Разумеется, лорд, знавший о магических

уже состоялась. Здоровье маленькой леди

способностях сына, именно мальчика обви-

в обмен на твой талант — так решил справед-

нил в колдовском воздействии на сестру. То,

ливый лорд...

что это было не так, говорить я вам не буду, ибо вы всё равно не поверите. Следуя призыву лорда, со всех сторон Мир фантастики • Февраль• 2014

— Всё, что угодно! — с пылом отвечал не-

— Вот как! — вскричал потрясённый мальчишка. — Отцу никогда не было до меня дела! Он готов лишить меня последней радости —

к замку поспешили знахари и ведуны, цели-

моего волшебства! Проклятая Элайна, всё

тели восточных уделов и травники западных

из-за неё! Что же, господин лекарь, у меня

земель. Увы, осмотрев Элайну, врачи только

есть одно желание. Пускай Элайна не увидит

разводили руками, не в силах противосто-

ни единого чуда за всю свою жизнь. Испол-

ять таинственной болезни. Но вот в замок

няйте — и немедленно!

прибыл неизвестный худощавый господин

— Всё будет так, как ты того пожелал,

в длинном плаще и фиолетовом берете, пред-

благородный Кенвальд, — лекарь снял фиоле-

ставившийся лекарем из Туманного Края.

товый берет и шутливо поклонился мальчику.


21

от своего загадочного оцепенения, но, увы, сообщила кормилице, что перед глазами её висит чёрная пелена. Девочка ослепла. Узнав о случившемся, Кенвальд сбежал из дома.

Влажный хворост был совершенно иного мнения и загораться вовсе не спешил. «Люди-костры, — думал Кенвальд, — прежде, чем развести огонь, говорили чтото очень важное, но что?» Дважды каркнул тёмно-синий ворон,

— Я не хотел этого, не хотел, — повторял

опустившись на ветку молодого явора. Хо-

он, покидая замок. — Не видеть чудес — вот

лодный ветерок принёс запахи прелой ли-

о чём я просил для неё, но сделать незрячей...

ствы и кедровника. Туман больше не казался

Я даже не думал!

враждебным — просто пар, густой и белый,

Вот так из жизни бедолаги Кенвальда навсегда ушло волшебство. В родной замок,

Рассказы читателей

В тот же день маленькая Элайна очнулась

точно скисшее молоко. — Мы выберемся отсюда, — сказал

тот, что за Вересковым Перевалом, он больше

рыцарь вслух неожиданного для самого

никогда не возвращался. Вместо того отпра-

себя, — клянусь своей никчёмной жизнью,

вился в Туманный Край, надеясь найти чело-

мы непременно найдём выход из этого

века в фиолетовом берете и если и не вернуть

дьявольского лабиринта. Ты слышишь,

сестре зрение, то хотя бы вызвать злодея

Эльфриг? Впереди тебя ждёт встреча

на честный поединок.

с древним народом, чья кровь течёт в твоих жилах. А вы, леди Беркана, вспомните

Рассказчик завершил повествование,

слова маленькой волшебницы у костра!

и осеннюю поляну надолго затопила про-

Вы спасёте сына, если сумеете выйти

зрачная тишина. Птицы, деревья, засохшие

из Туманного Оврага! Подумайте об этом.

травы, даже троица заблудившихся странни-

Да и мне рано умирать, ей-богу! Я должен

ков — всё замерло, застыло, своей неподвиж-

попросить прощение у одной незрячей де-

ностью напоминая рисунок на выцветшем

вушки и вызвать на дуэль одного подлого

гобелене.

господина.

Внезапно рыцарь почувствовал дивное

— Мы выйдем отсюда, — пробормотал

тепло, исходившее от драконьего перстня

Эльфриг, и впервые в его голосе прозву-

на его руке.

чало нечто, отдалённо напоминающее

Возможно, под влиянием воспоминаний (или это воображение сыграло с ним злую

надежду. — Выйдем, — без выражения повторила

шутку? или всё-таки кольцо?) сэру Кенвальду

леди Беркана. — Так будет, поверьте, — хрип-

стало казаться, что в ладонях он ощущает

ло произнёс Кенвальд, — я вижу это в огне,

странное покалывание, такое, как в ранней

а огонь никогда не обманывает.

юности, когда по его воле сами собой зажигались свечи в замковых канделябрах. «Я разожгу костёр, — с удивлением поймал

Леди Беркана хотела было что-то переспросить, но осеклась на полуслове. В центре поляны, рассыпая сноп ярких

он себя на мысли, — я смогу, это же так

искр, само собой занялось трескучее

просто...»

синее пламя.

www.mirf.ru


Литературное приложение

Рассказы читателей

22

Влада Дятлова vodyatlova@mail.ru

Красная шапка От редакции: На болотах водится много всякой нечисти. Ходят, например, легенды о варках — хищных оборотнях. Но порой

К

аплями гранатов лопнувшего ожерелья рассыпались бусины по зелёному мшистому ковру.

Сорвёшь одну, а глаз примечает следую-

(да что там — почти всегда) случается

щую. Рука сама тянется за новым по-

так, что самым страшным зверем

лупрозрачным шариком. Шаг за шагом,

оказывается человек.

корзинка тяжелеет, губы терпнут от кислого вкуса клюквы. Солнце поднялось уже высоко, растопило лёгкий налёт инея од ногами, подол подмок, но я этого не замечаю в азарте погони. Некогда обернуться: вдруг, пока буду вертеть головой, ягоды разбегутся, попрячутся под тёмнозелёные упругие листики, утонут в густом мхе. Ещё с десяток соберу — тогда уж посмотрю, куда забрела. Высокий отдалённый звук разливается над болотом, обдаёт меня пронзительным морозным ветром. Я замираю, вцепившись в ручку корзинки перепачканными соком пальцами. Неужто правда то, что болтают в деревне? Может, обозналась? Иногда топь стонет: отец говорит, это торф проседает, а бабушка Гвен рассказывала, что это варки, пропащие души, сгинувшие

Мир фантастики • Февраль• 2014

в болоте. Она много чего рассказывала, чем страшней, тем лучше. От её сказок глупый Педди норовил спрятаться под лавку. А мама... Мама махала на неё кухонным полотенцем и говорила: «Да будет вам детей пугать, ночью не заснут». Мне вот тоже хочется под лавку с перепугу голову спрятать. Но я лишь до хру-


23

Он молчит, я тоже. Он вообще неразго-

в ушах прислушиваюсь к тишине. Ничего.

ворчив, но рядом с ним молчать уютно,

Только лёгкий шорох ветра, ласкающе-

словно всё уже давно сказано и решено.

го вереск. Я сажусь на пятки, вытягиваю

И это приятное чувство защищённости —

шею, оглядываясь — куда ж меня занесло

ничего плохого случиться не может, пока

в погоне за ягодами. Тропинка по гребню

он, отстав на полшага, идёт за моим пле-

холма осталась далеко позади. Гранитные

чом. Тропинка петляет между камнями,

глыбы, выпирающие из зёленого ковра, ка-

карабкается между чахлыми зарослями

жутся обглоданными костями неведомого

ольшаника на вершину Ушастого хол-

чудища. А топь — вот она, совсем близко,

ма. Отсюда хорошо видно, почему холм

дышит сонно сизым туманом, поблёскива-

так называют: сложенный из огромных

ет чёрными прогалинами воды. Ох, про-

обтёсанных глыб древний дольмен разва-

сил же отец не отходить далеко от тро-

лился. Два камня накренились и сползли

пы, не забираться вглубь болота! Сказки

ниже по склонам. Похоже на звериную

сказками, только люди последнее время

голову с настороженными ушами. Если

уж больно часто пропадали здесь. Моло-

подняться на вершину, то видна вся окру-

денькие девушки исчезали без следа. Вон

га: дорога, ведущая к деревне и дальше

у мельника, дядюшки Йорга, дочь пропала.

к Веймерскому замку, дуб, старый и по-

Искали-искали, да так и не нашли.

корёженный, на повороте дороги. А ещё

— Здравствуй, Нисса.

видна топь — без конца и края, странное

Я подскакиваю, резко оборачиваюсь —

существо, не живое, но и не мёртвое. Она

ягоды из корзинки брызгают красны-

дышит, всхлипывает, иногда тоскливо

ми капельками. Он стоит в паре шагов

воет. Ни земля, ни вода; топь, как оборо-

за спиной, даже и не услышала, как подо-

тень, способна за мгновение превратиться

шёл. Так всегда: откуда появился и куда

из твёрдой и надёжной в жидкую хлябь —

пропал — не уследишь. Плащ, подбитый

и проглотить тебя.

мехом, глаза чуть раскосые. Не глаза,

— Пойдём вокруг холма, — предлагает

а ржавая болотная вода. Ни у кого друго-

Ульв. Я понимаю, почему: так дорога чуть

го таких не видела.

не в два раза длинней, но ему хочется по-

— Дурак ты, Ульв! Напугал! — ледяной

быть со мной подольше. К нам на хутор

страх тает, как иней под солнцем. —

он не зайдёт. Доведёт до одной ему замет-

Слышал?

ной метки — и дальше ни шагу. Знаю, не пер-

Я мотаю головой в сторону топи.

вый раз он меня провожает. А я и не настаи-

— Нет, — твёрдо говорит он, — ничего

ваю — отцу бы не понравилось.

не слышал. Он сдувает со лба неровно подстри-

Вот уже дом мой виден. Приземистый бревенчатый сруб, покрытый замшелой

женную чёлку какого-то блёклого мыши-

дранкой. С боков к нему жмутся рига

ного цвета, переступает с ноги на ногу:

да сарай. Вьётся дымок из трубы. Хрипло,

— Давай провожу, чтобы не страшно было. — Ну, давай, — соглашаюсь вроде нехотя.

Рассказы читателей

ста сжимаю плетёную ручку и до звона

с присвистом лает старый пёс на цепи. По дороге от дома уныло топает копытами Голубчик, впряжённый в телегу. Отец встряхивает поводьями, заприметив меня. Ульв вздыхает, отдаёт мне корзинку, ста-

но, будто я вручила ему главную драго-

скивает с головы шапку и настороженно

ценность королевской сокровищницы.

ждёт, пока телега поравняется с нами.

www.mirf.ru

Ульв несёт мою корзинку так береж-


Литературное приложение

Рассказы читателей

24

— День добрый, — кланяется он отцу. Тот бурчит что-то неразборчиво и отворачива-

Не их надо остерегаться. Варки —

ется.

хищные звери: охотятся, только когда

— Я пойду, — говорит Ульв тихо, глядя в спину отцу. — Я ж ничего такого... — Он просто не любит, когда я сама на болото хожу. Вот и злится. На меня. — Я пойду, — ещё раз говорит Ульв, но не уходит, мнёт в руках шапку. — А знаешь, я завтра снова собираюсь

голодны, ради забавы не убивают, людей не трогают. — А как же... — При старом лорде Веймере варки здесь тоже жили. Охотились на дичь, ну, могли овец на пастбищах порвать, ну, корову заплутавшую. Но близко к деревням

за клюквой. Её много в этом году, но самой

и хуторам — ни ногой. Людей не убива-

мне идти боязно. Вот если б...

ли. А уж как преставился старый лорд,

Бледная тень улыбки трогает его губы. Он осторожно спрашивает: — Так, может, вместе пойдём? — С тобой — не страшно. Он улыбается, но как-то неумело, недоверчиво. Солнечный луч плавится в янтаре его глаз. Я бегу вслед за телегой, нагоняю, плюхаюсь вместе с корзинкой на сено: — На мельницу собрался? — спрашиваю

а следом за ним сгинул без вести молодой наследник — всё покатилось кувырком да в болото. — Так, может, новый хозяин и наведёт порядок? — Наведёт... — вздыхает отец, и Голубчик его поддерживает. — Навёл уже. Я раньше не боялся тебя дома одну оставить или за ягодами отпустить. Мы молчим долго, втроём — я, отец

отца: на телеге лежит пара мешков с зер-

и Голубчик. Только сойка свистит на сухой

ном. — Я с тобой.

корявой ветке дуба, когда мы проезжа-

— Снова на болото ходила? — отец неодо-

ем мимо. Хорошо бы завтра снова пойти

брительно смотрит на корзинку, доверху

за клюквой, но и отца расстраивать не хо-

наполненную блестящими ягодами. — Про-

чется. Я загребаю полную пригоршню ягод

сил же...

из корзины и протягиваю отцу. Он берёт

— Я совсем близенько, около самой тропинки. Ты ж сам говорил, не веришь в бабушкины сказки. — Я и не верю в сказки. В жизни

Мир фантастики • Февраль• 2014

— Ну что ты заладила — варки-варки.

парочку заскорузлыми пальцами. — Па, а если я не одна пойду завтра? Отпустишь? — Он тебе нравится? — спрашивает отец,

есть много по-настоящему страшных

и я не пытаюсь делать вид, что не поняла

вещей, кроме придуманных чудищ,

вопроса, лишь неопределённо пожимаю

Нисса. Не ходила бы ты туда! —

плечами. Нравится ли мне Ульв? Не знаю,

в сердцах хлопает поводьями отец, конь

но он смотрит на меня так, что где-то вну-

раздосадовано мотает головой — люди

три меня образуется пустота, в которой

спорят, а ему отдувайся. — Говорят,

крылышками трепещет множество мотыль-

Хозяин повадился за Ушастым холмом

ков. И мне щекотно и хочется смеяться.

охотиться. Следы там видели... — Чьи? — замираю я, вспоминая протяжный звук над болотом. — Да ничьи! — отец злится. — Не следов я боюсь... — Варки?

— Тебе он не нравится, — говорю вместо ответа. — Да не то чтобы... — бурчит отец. — Но, понимаешь... Цокает языком, трясёт поводьями. Голубчик устало мотает хвостом и делает вид,


25

тирает лицо зажатой в кулаке тряпкой,

ет на колдобине. Я прижимаюсь спиной

всхлипывает. Отец крепко держит его за ло-

к отцу. Я понимаю. Два года назад на нашем

коть. До открытой двери всего несколько

дворе было шумно, в доме — тесно, но уют-

шагов, если встать у скамейки, то всё хоро-

но. А потом пришло моровое поветрие.

шо видно и слышно.

На холме за домом встали ещё шесть камней, а мы с отцом остались вдвоём в гулком старом доме, построенном ещё его дедом. Ветер гуляет в пожухлой траве, путает-

— Уверен? — спрашивает отец. — А может, всё же варки? — Варки? Не варки сожгли ферму старого Райфара. Ты хорошо это знаешь, Стеон.

ся в каменных глыбах — злится, свистит.

Легко свалить пропажу одинокой девушки

Колышется вечный туман над затаившейся

на болотных чудищ. Но не то, что случилось

топью. Дорога снова делает поворот, и впе-

в Форсском монастыре, сам понимаешь. Обо-

реди видна мутная, пенная Урлиса, добро-

ротню не обязательно обрастать шерстью.

совестно вертящая колесо мельницы. Во дворе дядюшки Йорга тихо, ставни

— Нашёл что-то? — Нашёл, — рука дядюшки Йорга раз-

в доме закрыты, даже пёс не лает — только

жимается, грязный лоскут падает на при-

голову поднял, когда наша телега во двор

порошенный пол. — Хоть бы похоронить

заехала, и снова положил на лохматые

дал по-человечески, рядом с родными.

лапы. Я мельника не сразу и замечаю, хотя

Нет, в болото сбросил. Видно, как волокли

сидит он прямо на лавочке у открытой две-

тело и где утопили. И следы коней и собак.

ри. Он всегда такой большой и крикливый,

Уж их со следами варка не спутаешь.

а сейчас похож на полупустой мучной мешок. Здоровенные руки, свешенные между

Скрипит жёрнов, в луче света плывёт мучная пыль.

коленями, мнут какую-то бурую тряпку.

— Продам мельницу, уеду из Веймера.

— Здравствуй, Йорг! — говорит отец,

Был бы один, взялся б за вилы, как Райфар.

осматриваясь. — Муки бы мне. Мельник молчит, смотрит на нас, словно не узнавая.

Но у меня младшие, надо как-то жить. Уеду. Отец молча грузит мешки на телегу, а дядюшка Йорг стоит в проёме дверей,

— А где все твои?

сгорбившись, держится рукой за косяк. Глаза

Дядюшка Йорг обводит глазами пустой

у него пустые, волосы припорошены мукой.

двор, сжимает кулаки и после долгой паузы мотает головой куда-то в сторону:

— Спрячь косы под платок и вообще надвинь его пониже! — просит отец, выезжая

— Отправил. Не надо им здесь...

с мельницы. Отец торопится, и Голубчик

Отец кивает понимающе, забрасывает

его понимает, старается. Мы уже и поворот

на спину мешок и тащит внутрь:

с дубом проскочили, и Ушастый остался

— Пойдём поговорим, Йорг.

за спиной. Ещё немного, и свернём к дому.

Я слезаю с телеги, подхожу к Голубчику,

Но на дороге позади нас раздаётся топот

он тычется мне в щёку бархатными ноздря-

конских копыт, лай собак. Отец оборачива-

ми, успокаивающе всхрапывает.

ется, и лицо у него — точь-в-точь как у Йор-

— Посиди тут, — кидает мне отец, вернувшись за вторым мешком. Дверь остаётся открытой, отец и дядюш-

Рассказы читателей

что пошёл быстрей. Подвода подпрыгива-

га: застывшее, белое. В клубах пыли прямо на нас несётся тёмный вихрь: — С дороги! Отец тянет поводья на себя, заставляя Го-

Мельник говорит всё громче, но за скрипом

лубчика съехать на обочину, телега скрипит

жерновов я слов разобрать не могу. Он вы-

и кренится, так и застревает, скособочив-

www.mirf.ru

ка Йорг разговаривают, стоя совсем близко.


Литературное приложение

Рассказы читателей

26

шись. Мы спрыгиваем на землю, кланяемся

ты мне кое-что задолжал, а, Стеон? У меня

низко, как и положено, встретив на дороге

хорошая память.

лорда. Отец крепко сжимает мою руку, я слышу его шёпот:

Погодите ещё немного — всё отдам, — отец

— Хоть бы мимо пронесло.

комкает в заскорузлых пальцах войлочный

Но нет — останавливаются. Я смотрю

колпак.

только на дорогу, на конские копыта, что

— Ну, вот и обсудим пеню за задержку, —

топчутся вокруг нас, на собачьи лапы, что

плеть со свистом опускается на круп же-

скребут пыль, желая сорваться со сворок.

ребца. Чёрно-рыжий вихрь уносится прочь,

— Ваша милость, — ещё ниже кланяет-

оставив за собой лишь клубы пыли и холод-

ся отец, тянет меня за руку, чтобы голову

ные капли пота на отцовском лбу.

не подняла. Я утыкаюсь взглядом в соб-

Отец молчит всё время, пока мы вы-

ственные башмаки. Громадная тень на-

таскиваем телегу, пока едем домой. У него

висает надо мной. Я чувствую взгляд; так

такое лицо, что я боюсь о чём-либо спра-

смотрят на гусеницу, решая, раздавить её —

шивать. Я помню его таким, когда он копал

или лень ногу поднимать. Сверху цыкают,

в промёрзшей земле последние две моги-

и рукоять плётки упирается мне в подборо-

лы — для Педди и мамы. Въехав во двор,

док, заставляя поднять лицо.

ворот он не закрыл, Голубчика не распряг —

Он высок — или мне так только кажет-

пошёл к колодцу. Долго крутит скрипучий

ся, потому что гляжу снизу вверх. Тонкое,

ворот, заглядывая в глубину сруба, словно

породистое лицо. Можно было бы назвать

хочет там разглядеть что-то. Жадно пьёт ле-

красивым, если б не хищный прищур глаз.

дяную воду прямо из ведра — струйки льют-

Густо-красная парчовая шапка, оторочен-

ся за воротник куртки, — кашляет, утираясь

ная собольим мехом. Такой же камзол —

рукавом, ставит ведро на край колодца

цвет Веймерских лордов. Длинноногий

и идёт в дом, оставив дверь открытой на-

вороной жеребец под ним танцует и зло

стежь. Я бегу следом, едва поспевая.В кухне,

косится на нас — ради чего всадник прервал

дёрнув на себя рывком тяжёлый стол,

его бег?! Хрипят, рвутся со сворок собаки —

отец прямо в грязных сапогах становит-

рыжие, с чёрными подпалинами на вы-

ся на столешницу, осторожно стягивает

тянутых мордах, с тёмной полосой по чуть

свёрток с балок. Я знаю, что в этом свёртке.

горбатым узким спинам.

Отец повоевал со старым королём почти

Он никогда не ездит с большим отрядом.

десять лет. Он не любит об этом рассказы-

Только двое сопровождающих и свора со-

вать. Предпочёл забыть раз и навсегда —

бак. Ему нечего бояться, он — Хозяин каж-

вернулся домой, женился, только лук его,

дой травинки, каждого камушка, каждой

длинный, тугой лук со спущенной тетивой,

жизни здесь.

бережно завёрнутый в холстину, лежит

— Как это я проглядел?! — ухмыляется Мир фантастики • Февраль• 2014

— Год выдался тяжёлый, ваша милость.

на балках в кухне. Отец сам тщательно

Хозяин, как кот, обнаруживший забытую

выбирал место — лук не любит ни жары,

на столе крынку со сметаной.

ни холода. Иногда доставал его, смазывал

— Господин, — один из сопровождающих

какой-то пахнущей воском смесью, ласково

решается подать голос. — Аббат ведь ждёт.

гладил потемневший лак. И уходил за воро-

С утра.

та пострелять. «Лук, как и коня, надо выгу-

— Жаль... — раздражённо проводит рукой

ливать, иначе он захиреет», — улыбался он.

по гладко выбритому подбородку. — Ни-

Когда Педди немного подрос, стал ходить

чего, буду ехать обратно, загляну. Сдаётся,

с отцом. А я любила смотреть, как отец «вы-


27

до последнего. Лай захлёбывается, перехо-

отец только по мишени, охотиться на дичь

дит в визг и скулёж. Обрывается.

запрещено — это развлечение для лордов. — Па... — глажу его по плечу, когда он разворачивает холстину и берёт в руки обмотанный тонкой кожей и покрытый слегка потрескавшимся лаком лук, — па, зачем? — Собирай вещи, Нисса, — накрыва-

— Дурак! Я думал, у нас больше времени, — отец хватает меня за талию и забрасывает в седло. — Папа! — цепляюсь за него, но он отрывает мои руки. — По тропинке, мимо кузни Орма, к утру

ет он мою ладонь своей, — я отведу тебя

будешь в Райвеле. Не возвращайся, пока

в Райвель, к дяде Остину и бабушке. Пожи-

я не скажу.

вёшь немного у них. Там тебя никто искать не станет. — Но ведь уже вечер на дворе, как же мы ночью пойдём? — Ничего, главное с дороги не сворачивать, близко к топи не соваться. Доберёмся.

— А ты?! — топот на дороге приближается, скоро уже они выскочат за поворот. — Беги! Я попробую договориться, выпросить отсрочку. Если тебя здесь не будет, мне станет легче. Ну давай, я, как всё утрясу, приеду и заберу тебя, — он сдёргивает с го-

— А варки?

ловы шапку и изо всей силы бьёт Голубчика

— Послушай, — отец кладёт лук на стол

по крупу. Конь всхрапывает и срывается

и сжимает мои руки, — послушай, ни один

с места неуклюжей рысью. Я едва не выпа-

зверь не убивает ради забавы. Бояться нам

даю из седла, цепляюсь за поводья, не могу

надо совсем другого. Собирайся.

даже обернуться.

Мне собирать особенно нечего — тощий

Старый дуб на повороте дороги остаёт-

узелок и мамино ожерелье из тёмного

ся за спиной. Каменистая тропка вьётся

необработанного янтаря. Всё, что у меня

между валунов. Я слышу стук копыт и лай

есть, в узелке не унесёшь — закопчённые

собак на дороге. Голубчик хрипит, но бежит

стены, скрипучее крыльцо, резные ставни

всё быстрей, как не бегал уже давно, пере-

на окнах, камни на холме за домом.

ходя в тяжёлый галоп. Лай следует за нами

Ворота так и остаются незакрытыми,

по пятам, а страх уселся за спиной в седле,

когда мы выходим со двора. Старый пёс, на-

стискивает ледяными пальцами грудь, ме-

тянув цепь, скулит вслед.

шая дышать.

— По дороге пешком пойдём, долго Го-

Я оборачиваюсь — тёмные, распластав-

лубчик верхового нести не сможет — стар

шиеся в беге тени на фоне ставшего фио-

уже. А по дороге кто только не ездит, след

летовым неба. Они уже не лают, берегут

трудно взять. У дуба свернём и пойдём

дыхание, обходят нас с Голубчиком с двух

по тропинке, — отец крепит мой узелок

сторон тропинки. У коня в груди свистит,

к седлу, Голубчик косится недоумённо: дав-

липкие хлопья пены летят мне в лицо.

ненько на нём верхом не ездили.

Против собак Хозяина, созданных для

Розово-лиловый закат заливает небо. Дуб

Рассказы читателей

гуливает» лук, но мама бранилась. Стрелял

травли, у нас нет ни единого шанса. Страх захлёстывает меня, как болотная жижа,

мой мольбе. Сзади неслышно подкрадыва-

я захлёбываюсь в нём, немеют руки. Хочет-

ется ночь. В тишине над пустошью и доро-

ся завыть от бессилия и ужаса. Голубчик

гой хорошо слышен звук. Нет, не тоскливый

всхлипывает совсем по-человечески и не-

вой. Стук копыт, ругань, хриплый, осипший

имоверным усилием набирает скорость,

иступлённый лай. Я знаю голос нашего пса,

отрывается от преследователей. Выносит

он хоть и стар, но будет защищать двор

меня на пригорок, но ноги у него подламы-

www.mirf.ru

тянет вверх изуродованные сухие руки в не-


Литературное приложение

Рассказы читателей

28

ваются. Я вылетаю из седла, качусь вниз

идти — везде одно и то же. Пытаюсь за-

по крутому склону. Небо и земля сходятся

кричать, но не могу — тишина глушит мой

в безумном танце.

голос, забивается в уши. Идти страшно,

— Нисса! — Ульв выхватывает меня из дикой круговерти, пытается поднять на руки. — Не надо. Больно, очень больно, — что-

но настойчивое течение тумана увлекает за собой, заставляет шагать вниз по по-

то липкое течёт по лицу, заливает глаза,

логому склону, всё больше погружаясь

я вытираю — и вижу выскочивших на гре-

в марево.

бень холма собак. Они не остановятся, пока не загонят дичь. Ульв осторожно опускает меня на землю, морщит нос и вздёргивает губу. Звук, который он издаёт, отзывается дрожью в моих пальцах и холодом в позвоночнике, заставляет собак остановиться и сбиться в кучу. Они визгливо лают, призывая на помощь своего хозяина. Лишь рыжий вожак дыбит

Но я сопротивляюсь течению, отчаянным рывком выбираюсь к ближайшему валуну, цепляюсь за его влажный, шероховатый бок. — Ниссса... Ниссса... — шуршит ласково мгла. — И-и-иди вни-и-из! — тонко, зазывно воет ветер. Нет, отвечать нельзя, если отзовусь —

шерсть на холке, шагает вперёд и отвечает

пропаду, надо сцепить зубы и крепко

Ульву утробным рычанием. Прыгают они

держаться за камень. Я не хочу вниз, там

одновременно, только Ульв успевает кувыр-

холодно и страшно. Течение становится

кнуться. Плащ вздувается, выворачивается

сильней, туман вскипает, медленно взду-

мехом наизнанку, облепляет его с ног до го-

вается приливной волной, выбрасывает

ловы, и на мох приземляется уже не чело-

вперёд когтистые лапы.

век — крупная тварь, лишь отдалённо похо-

-Нет! Не хочу!

жая на волка. Ужас из бабушкиных сказок

-Беги-и-и! — слышу позади себя тяжё-

и ночных кошмаров — варк-оборотень. На-

лый вздох, словно кто-то пытается под-

верное, я уже умерла. Или сильно ударилась

нять неимоверную тяжесть. Оборачиваюсь

головой. Варк сбивает пса в полёте и, прида-

и вижу тёмную фигуру внизу по течению.

вив к земле, вцепляется в горло. Мотает го-

Он стоит ко мне вполоборота, плечи и спи-

ловой, отбрасывая ставшее рыжей тряпкой

на напряжены. Руки будто натягивают

мёртвое тело. Свора пятится, взвизгивает

невидимый лук.

испуганно на несколько голосов. Наверно,

— Папа?

они бы сбежали, дай им варк хоть несколько

— Беги! — он спускает тетиву, и волна,

мгновений. Но он бросается, не раздумывая.

грозившая смести и утопить меня, на-

Жуткий хруст, визг и красные бусины, сы-

крывает его, уносит прочь. Остаётся лишь

плющиеся на зелень мха, — больше я ничего

густая мгла и полное одиночество.

не помню. Темнота приходит ко мне на мягМир фантастики • Февраль• 2014

стоять на месте невозможно: медленное,

Кричу, но голос мой вязнет, бегу, споты-

ких лапах, милосердно бнимает, укутывает

каюсь, падаю, обдираю руки. Подняться

бархатным тёплым плащом.

уже не могу, так и стою на коленях:

Не пойму, где я. Ни земли, ни неба, ту-

— Папа... — сама себя не слышу, а туман

склый свет, туман течёт неспешной рекой,

равнодушно молчит. Под ногами хлюпает

облизывая колени. Кое-где из него торчат

и качается земля. Нет, уже не земля —

чёрные, гладкие спины валунов. Серые

болото.

волны вскипают, закручиваются вокруг них водоворотами. Оглядываюсь, не зная, куда

Куда идти? Зачем? В серой беспросветной мгле бродят безголосые тени. И я раство-


29

огонёк всё ближе. Волчица легко бежит

без имени, без памяти, без надежды.

по болотным кочкам, но следы, которые она

— Нисса! Очнись! — я знала когда-то этот

оставляет, — человеческие, босые...

голос, но не могу вспомнить. Кого он зовёт, уже не понимаю. — Орм! Сделай же чтонибудь! — Сделал всё, что мог. Но её душа, по-

Я открываю глаза. Сначала кажется, что всё было лишь страшным сном. Только почему-то ужасно болит голова, и всё

хоже, заплутала, — где-то рядом разговари-

вокруг плывёт, как горячий воздух над

вают люди, но всё равно не могу подняться

дорогой в середине лета. Бревенчатые, за-

и идти к ним. — Позови её, Шукар.

копчённые стены, пучки трав свешиваются

Я слышу отдалённые глухие удары,

с потолочных балок, уютно гудит огонь

их рваный ритм всё нарастает, туман над

в очаге. С трудом сажусь; всё внутри от-

болотом дышит в такт, всё быстрей и бы-

зывается тупой, ноющей болью. Вытираю

стрей, как загнанная лошадь. Чувствую этот

испарину со лба, борюсь с подступающей

убыстряющийся звук не ушами, но всем

тошнотой, опускаю босые ступни на пол.

телом. Всё ближе и ближе — туман редеет,

От ледяного сквозняка зябнут ноги, но это

это уже не просто звук, а музыка, странная,

к лучшему — холод разгоняет темноту, сгу-

завораживающая. Гулкий голос бубна, как

щающуюся в голове. Несмотря на слабость,

пляска огня на поленьях. Искрами выстре-

поднимаюсь и делаю несколько шагов,

ливают тонкоголосые колокольцы. Низкий

цепляюсь за столешницу. Болезненная су-

грудной голос тянет одну ноту, как вой, как

дорога сводит желудок, дышится с трудом,

стон. Туман опадает хлопьями изморози

хочется пить. Волоку неповоротливое тело

на пожухлый, бурый мох. Вижу бесконеч-

к двери, надеясь не упасть.

ную топь — унылые кочки, проталины

Дверь для меня слишком тяжела, я от-

чёрной воды. Мне не выбраться, я останусь

крываю её на ширину ладони, а дальше

здесь навсегда. Но где-то, где темень бо-

не могу. Нет, это не мой двор. Ни колодца,

лота смыкается с мраком неба, внезапно

ни сарая, низкий плетёный заборчик едва

вспыхивает крошечный огонёк, пульсирует,

очерчивает утоптанный пятачок перед до-

разгорается в такт бубну и голосу. Встаю,

мом, а дальше — болото.

делаю шаг вперёд и проваливаюсь по ко-

Размеренный стук топора — человек,

лено в холодную и страшную до судорог

голый по пояс, рубит дрова. Перекатыва-

полынью между кочками. Выбираюсь, за-

ются мышцы спины и плеч, щепки летят,

дыхаясь от ужаса, обдирая в кровь пальцы.

расколотые брёвнышки падают с колоды.

Стою, пытаюсь отдышаться, боюсь сделать

На предплечье у него уродливое клеймо:

следующий шаг.

полукруг, пересечённый чертой. Клеймо

Волчица подходит ко мне сзади, толкает руку лобастой головой, трётся боком о бедро, как кошка. Тёмная волчья шерсть за-

Рассказы читателей

ряюсь в тумане, становлюсь одной из них —

старое, но настолько глубокое, словно руку пытались до кости прожечь. Тут дверь подаётся. Цепляясь за неё, я оказываюсь на крыльце. Мужчина обо-

дательно мне в глаза. В этой бесконечной

рачивается, смотрит на меня исподлобья,

серости звериные желтоватые глаза похожи

недобро, с прищуром. Под его взглядом

на солнечные зайчики. Я её не боюсь. Она

мне становится совсем худо, и я оседаю

перепрыгивает на соседнюю кочку, смотрит

на ступеньку. Он размашистым движением

на меня, приглашает идти следом. И я иду —

вгоняет топор в колоду и делает ко мне шаг.

шаг в шаг, бубен всё слышней, живой

Губа у него вздёргивается, в глазах загора-

www.mirf.ru

метно тронута сединой. Она смотрит выжи-


Литературное приложение

Рассказы читателей

30

ется злой огонёк. Пытаюсь отшатнуться,

— Зачем нам это? И без того хватает...

но тошнота и боль скручивают, меня рвёт

— Что-то я не помню, чтобы ты ответил

чем-то бурым, выворачивая наизнанку. — Торкелл! — из-за дома выныривает Ульв и мгновенно оказывается на середине двора, между мной и мужчиной. — Она принесёт беду, — глухо говорит Торкелл. — Не пугай девочку, — просит женщина, которую я не заметила раньше. В руках она

Ругался, помню, по-чёрному, а ответить так и не ответил. — Так получилось... — Торкелл упрямо наклоняет голову, сутулится. Шукар обходит застывших друг напротив друга мужчин, подхватывает меня и тянет в дом:

держит корзину, куда складывает наколо-

— Зачем же ты встала, тебе нельзя...

тые дрова. Волосы у неё чёрные, закручива-

Я вяло и безуспешно вырываюсь

ются тугими локонами, небрежно повязаны цветастым платком. Лицо смуглое, широко-

из её рук, но она не отпускает: — Не бойся, — она ногой закрывает

скулое, брови вразлёт. Она лёгким движе-

дверь, — не обращай внимания. Пусть по-

нием кладёт ладонь на локоть Торкелла,

говорят.

но он в раздражении стряхивает, резко

И добавляет:

поводит клеймёным плечом:

— Мужчины... — словно это всё объясняет.

— Она накличет на наши головы боль-

Она укладывает меня на лежанку, подно-

шую охоту. Она — никто, и я не хочу, чтобы

сит чашку с травяным настоем, но я отодви-

из-за этой никчёмной девчонки пострадали

гаюсь от неё, насколько возможно, прижи-

вы все.

маюсь спиной к бревенчатой стене, мотаю

Ульв то ли хрипит, то ли рычит и делает шаг навстречу Торкеллу. — Вот, — скалится Торкелл; мягко ступая,

головой. — Не бойся, — солнечный свет играет в её рыжих глазах, чёрные пряди волос из-

он обходит Ульва сбоку, — вот, а начнётся

рядно пересыпаны сединой, и я вдруг пони-

с грызни внутри стаи...

маю, по чьим следам выбралась из болота.

— Не начнётся! — голос, как удар плетью.

Беру чашку в руки — пахнет терпко.

Крепкий, с седым ёжиком волос — Орм. Я хо-

— Я хочу домой, к папе. Как он?

рошо знаю его — впрочем, я всех их хорошо

— Пей! — она подталкивает чашку к моим

знаю. Орм — кузнец, выковавший, наверное, каждую железку в нашем доме, отец Ульва.

губам. — Тебе надо поспать. Травяной настой тёплый, горьковатый,

Торкелл — лучшего шорника в округе не най-

вязкий, и я снова проваливаюсь в сон: душ-

ти. Его жена, смуглянка Шукар, приходила

ный и холодный одновременно.

к нам повитухой, когда мама рожала Педди

Мир фантастики • Февраль• 2014

на этот вопрос, когда в Наврате тащил меня.

Знобит, не могу согреться, как

и малышку Тэм. Хорошие соседи, которые

бы ни укрывал меня Ульв. А изнутри меня

приходят и на свадьбы, и на похороны.Хотя,

сжигает огонь, в пересохшем горле хрипит,

выходит, я совсем не знала, с кем живу бок

воздуха не хватает, кажется — тону в боло-

о бок. Никогда нельзя быть уверенным, что

те, захлёбываюсь. И лишь шершавая рука

окажется под меховым плащом, если вывер-

Ульва не даёт мне утонуть окончательно —

нуть его наизнанку. Так же, как никогда нельзя

цепляюсь за неё и выныриваю. Всё вокруг

быть уверенным в твёрдости болотных кочек.

плавится и оплывает в горячечном бреду,

— Угомонись, Торкелл! — Орм выходит

как свечной воск. Только Шукар и Ульва, ко-

на середину двора, вытирает руки грязной

торые попеременно сменяются возле моей

тряпкой.

постели, я вижу ясно. Шукар поит меня на-


31

грозы, а потом — зацветают маки. Крас-

сжимая мою ладонь в своей.

ное море от края и до края, — Шукар гла-

— Папа? — спрашиваю, когда Шукар в очередной раз прилаживает на мой лоб холодную тряпку. Она косится на Ульва.

дит пальцами цветы на ткани, — все, кого мы любили и потеряли... Она доверчиво протягивает ко мне

Он вздыхает, как человек, собирающий-

на раскрытых ладонях свою вышивку:

ся нырнуть в холодную воду, отодвигает

— А это мои маки. Мне ведь никогда

Шукар, присаживается рядом с лежанкой на корточки, гладит мою руку. — Что? — хриплю, пытаюсь подняться, но Ульв твёрдо смотрит мне в глаза: — Не беспокойся, он жив. Лорд велел плетей дать, но он жив. Только он не хочет, чтобы ты пока возвращалась домой. Потерпи немного, вот станет тебе полегче... Шукар опускает руку на его плечо и крепко сжимает.

Рассказы читателей

стоями, а Ульв просто сидит, успокаивающе

не вернуться в долину — слишком далеко. Протягиваю руки, касаясь её ладоней, ощущаю, как подрагивают её пальцы. Маки на вышивке все разные: яркокрасные, охряные, розоватые, незрелые бутоны и раскрывшиеся цветы. Я нерешительно прикасаюсь к самому маленькому крайнему бутону. — Эйш... она родилась такой слабенькой, я долго носила её в платке за спиной, дольше, чем всех остальных...

Я выздоравливаю помалу, как про-

Она прижимает ткань к груди:

буждается весенняя земля, очнувшаяся

— Мы кочевали привычным путём, как

от смертельного зимнего сна. Прихожу

и много-много раз до этого. Мы не знали,

в себя под разговоры в кухне, отдалённый

что началась война. Нам не было никого

стук кузни, бесконечные напевы Шукар.

дела до королевских дрязг. Но у воинов

Она вышивает и поёт. Эти песни похожи

вашего короля такие луки, что прошивают

на её узоры — яркие, волшебные, бесконеч-

человека насквозь. Всё случилось слишком

ные. Я не понимаю языка, на котором она

быстро — я не успела ни спрятаться, ни вы-

поёт, но чувствую дыхание горячего ветра

тащить Эйш из платка. Никто не выжил,

и необозримый простор.

кроме меня, потому что моя девочка... была

— О чём ты поёшь?

за спиной. Я ничего не помню, но Торкелл

Шукар пожимает плечами:

говорит, он нашёл меня далеко от дороги.

— Ни о чём и обо всём. Я из народа

Я ползла. Куда? Зачем?

нори’ар. Мы — вольный степной ветер,

Шукар пожимает плечами:

кочевники. Поём обо всём, что видим, обо

— Глупый вопрос «зачем?». Зачем надо

всём, что с нами случилось. В этих песнях —

было убивать таких безобидных бродяг

вся наша история.

как мы? Зачем Торкелл меня спас?

— У вас совсем нет дома, вы всегда в дороге? — удивляюсь я. — Мы кочуем весь год, но весной все —

— Он тебя вылечил? Или Орм? — Меня нельзя было вылечить. Четыре стрелы... странно, что я продержалась так

живые и мёртвые — возвращаемся к предго-

долго. Можно было только сделать меня

рьям в долину Маков.

варком.

— Как это — мёртвые возвращаются?

— Он укусил тебя?

— Если кто-то умирает во время коче-

— Какая глупая сказка! Если я тебя укушу, то у тебя будет просто рана. Но если

в глиняный горшок. Весной развевают над

дать человеку выпить нашей порченой

долиной. В начале лета там всегда бушуют

крови...

www.mirf.ru

вья, тело его сжигают и пепел ссыпают


Литературное приложение

Рассказы читателей

32

Дверь скрипит, и с улицы вваливается Торкелл. В кулаке он держит за шею петуха.

а вину всё равно надо на кого-то свалить.

Длинные голенастые лапы птицы слегка

Как думаете, на кого?

подрагивают. — Вот, — бурчит варк. — Куриный бульон — лучшее лекарство, сама говорила, кашу она ест с трудом.

Все молчат. А что тут говорить? Даже я знаю ответ. — К зимнему солнцевороту топь промёрзнет так, что выдержит даже всадника

— Где ты его взял?

в доспехе. А следы на снегу хорошо вид-

— Где взял — больше нет! Ты б лучше его

ны, — глядя в стол, говорит Орм.

ощипала и сварила, Шукар. Пусть ест! — Не хватало ещё из-за краденого петуха накликать на нас беду. — Коричневые братья пожаловали в Веймер, — говорит Орм, заходя в дом за Торкеллом. Угрюмый Ульв протискивается в дверь следом. — Сожжённый монастырь — это не замордованные крестьянские девчонки.

— Не впервой, — бурчит Торкелл. — Предлагаю идти на север, там леса глухие, дичи много, людей мало. — Опять бросать обжитое место... — вздыхает Шукар. — Но мой дом там, где стая. — Значит, на север? — спрашивает Торкелл. — Припасы жаль бросать... зря, выходит,

Братья... — он кривится, как от кислого, — не-

всё лето корячились. Много не унесём, — го-

сут свет и высшую справедливость, особенно

ворит Ульв, глядя на меня.

когда это касается интересов церкви, её денег и земель. Поглядим, как будет выглядеть эта справедливость для хозяина Веймера. — Ха! — скалит зубы Торкелл. — Это тебя, Орм, коричневые братья, не задумыва-

— Шкуры бы унести, — тянет Торкелл. Все выжидательно смотрят на Орма. — Подождём до солнцеворота, поглядим, что коричневые братья нарешают. По крепкому насту бежать легче, — после

ясь, сожгли бы, если б ты не вывернулся

долгого молчания произносит Орм. — Тебе,

из капкана, оставляя на железных крючьях

Ульв, тоже придётся решать.

лохмотья своей шкуры. А лорд отбрешется, откупится, ничего ему не будет. Ульв мрачнеет ещё больше, присаживается на краешек моей лежанки. — Он ведь не оборотень и не колдун, как ты. Он людей не лечил — против божественной воли. Тебе ж коричневые братья хорошо объяснили: лечить — значит, идти

Мир фантастики • Февраль• 2014

— Он откупится, — повторяет Торкелл, —

Я сжимаюсь в комок. Ульв успокаивающе опускает свою ладонь на мою. Торкелл смотрит на тушку петуха у себя в руке и ворчливо говорит: — Сам, значит, ощиплю. Он выходит первым, а за ним — остальные, оставляя нас с Ульвом вдвоём. — Не бойся, Нисса. Я отведу тебя в Рай-

против воли бога. Болезни и смерть надо

вель. Ты меня прости; говорят, варк не мо-

принимать со смирением, — вкрадчиво

жет не смотреть на луну, а я не мог не смо-

говорит Торкелл, не обращая внимания

треть на тебя. Как бы меня ни вразумлял

на злые огоньки в глазах Орма. — Какая

Орм, как бы ни злился Торкелл.

на нём вина — насиловал, убивал... Так,

— Орм — твой отец?

тьфу! А ты, погрязнув в тщеславии и гор-

— Нет. У варков не бывает детей. Таки-

дыни, наплевав на божий промысел и, того

ми, — он хрустит пальцами, силясь по-

хуже, на заветы церкви, — людей лечил.

добрать слова, — не рождаются, а стано-

Улыбка у Торкелла страшная, он сжима-

вятся, когда жизнь подводит к последней

ет руку сильней, слышится хруст, и петух

черте. Мы просто заблудились — не люди,

окончательно обвисает. Я отворачиваюсь.

но и не звери. Почти умерли, но выжили. За-


33

впроголодь, хуже, чем мы с матерью.

Шукар. — Я не знаю. Но тебе такой судьбы

Из старых башмаков и кожуха я быстро

не хочу. Ты вернёшься обратно к людям.

вырос, младшему кузену отдать пришлось.

А мы уйдём.

А мне на новые как-то дядька не расще-

— Куда?

дрился. Я начал кашлять, сначала и вни-

— Куда? — переспрашивает Ульв. —

мания не обратил, а перед солнцеворотом

Не знаю. Таким, как мы, нигде нет места.

стало мне совсем худо — кашляю, а на ла-

Всё равно куда идти — лишь бы вместе.

дони кровь вижу.

Всё, что у нас есть, — стая. И... — он про-

Орм пришёл, как обычно, на праздник

водит рукой по макам на оставленном

Долгой ночи, гостинцев нехитрых мне

Шукар платке, — обрывки человеческих

принёс.

воспоминаний. Орм говорит, пока мы пом-

Я на крыльцо вышел, и тут кашель меня

ним, мы всё ещё люди. А Орм знает, что

скрутил. Орм как увидел, взбеленился,

говорит. Он был учёным, врачом. Хотя по-

на дядьку орать начал:

чему — был? Это он тебя вылечил. А Шу-

— Куда ж ты смотришь? Лекаря ему

кар — вытащила. Он никогда не рассказы-

звал? Я ж тебе денег, пусть мало, но остав-

вал, как стал варком. Много чего другого

лял на мальчишку!

рассказывал, а это — нет.

— У меня своим детям есть нечего!

— А ты? Как — ты?

А я должен платить лекарю за этого на-

— Отца своего я не помню. Мать го-

гулянного неизвестно от кого пащенка?! —

ворила, ушёл на войну и не вернулся.

дядька ещё что-то кричал о моей матери,

А дядька байстрючонком вечно называл.

я поднялся, пробовал его ударить, но сно-

Орм ходил к моей матери, сколько себя

ва упал, кровь хрипела в горле. Орм ничего

помню. Ну, ты понимаешь... Не знаю,

не сказал, поднял меня, закинул на спину,

наверно, любил её. Таким тоже хочется

как мешок, и ушёл.

любить. Без него мы бы не выжили: какая

Он пытался меня лечить, но было слиш-

жизнь у солдатки с малым дитём? Ко мне

ком поздно — горлом шла кровь, горячка

он всегда был добр, учил многому, сказки

сжигала меня. И однажды ночью Орм вме-

рассказывал. Мне было десять, когда мать

сто травяного настоя протянул мне что-

пошла на реку стирать, а лёд весенний,

то густое, солёное. Помню — холод, словно

некрепкий — провалилась в полынью.

кости покрылись изморозью, и, кажется,

Может, меня бы Орм тогда и забрал, но тут

я выл от боли, ломающей всё внутри.

дядька мой объявился. Пока мать жива

Рассказы читателей

чем? — он пожимает плечами — так же, как

Ульв молчит долго, лицо у него жёсткое,

была — носу не казал, в храме не здоровал-

тени в уголках губ как трещины на камне.

ся. Но тут вдруг родство в нём заговорило.

— Что с твоим дядей? — спрашиваю я.

А скорее, жадность: убогий огрызок зем-

— Не знаю. Ты думаешь, я его... Хотя правильно думаешь. Я пришёл к околице села

Орму сказал: «Ты чужак, сестрин хахаль,

ранней весной, когда снег уже почти стаял.

не разевай роток на семейное добро».

Долго ждал — и дождался, когда он, поша-

У дядьки детей — мал мала меньше, а ещё

тываясь, пошёл через мостик из таверны

я. Года два он меня с грехом пополам тер-

домой. Я хотел подойти к нему человеком,

пел, по пьяни сильно поколачивал. Орм

но когда увидел — стал варком. С него весь

иногда наведывался, всё спрашивал: «Как

хмель слетел разом. Он бежал, оскальзы-

ты?» Что мне ему говорить было? Молчал,

вался, падал. Ногу подвернул и мог только

только всё равно ждал его приходов. Жили

ползти по раскисшему снегу. Мне б хвати-

www.mirf.ru

ли и халупу нашу решил подгрести себе.


Литературное приложение

Рассказы читателей

34

ло одного прыжка его догнать. Но я вдруг

мал, чтобы очутиться на плахе, но доста-

подумал, его дети станут такими же сиро-

точно взрослый для каменоломен. А поверх

тами, как я. Развернулся и ушёл. Я не знаю,

старинного герба на плече его приложили

что с ним.

клеймом. Ему трудно любить, но он умеет

После той встречи... дядьке, может, и не поверили бы в селе, но мои следы

Стая... здесь не обязательно любить друг

были повсюду в грязи. Надо было уходить,

друга, но надо принимать других такими,

и мы ушли оттуда уже вчетвером. Потому

какие они есть, стоять плечом к плечу,

что всё, что у нас есть, — стая. Пересекли

иначе не выжить. Торкелл может не лю-

топь и прибились сюда, в Веймер. Пока жив

бить тебя, но он будет принимать мой

был старый лорд, всё текло своим чередом.

выбор. Этот петух... — Ульв мотает головой

Но теперь нам снова бежать. Ты пешком

в сторону двери, — для чужого он бы так

далеко не уйдёшь. Раздобудем лошадь, и от-

не поступил. И если он сказал, что добудет

веду тебя завтра в Райвель.

лошадь, — значит, так тому и быть.

— Раздобудем?

— Ульв, зачем мне лошадь?

— Нам терять уже нечего. Торкелл при-

— Тебе надо добраться до Райвеля.

глядел место, остальные помогут. — Торкелл? Он меня... ненавидит. — Нет, ненавидит он совсем другое. Со-

— Я не хочу туда, почему я не могу вернуться к папе? — Это невозможно. Твой отец... хочет, что-

бак, людей с королевским гербом на одеж-

бы ты уехала отсюда. И я тебя отведу. Я дол-

де — вот уж кому лучше ночью с ним

жен идти. Сегодня ночью будет лошадь.

на одной дорожке не встречаться. — Почему? — Могу только догадываться. Видела на плече Торкелла клеймо: королевский

Мир фантастики • Февраль• 2014

быть преданным. Правда, только своим.

Он встаёт резко и уходит, дверь за ним гулко захлопывается. — Не надо коня... Я не поеду в Райвель. Но он меня уже не слышит. Впрочем, это

герб, месяц и копьё? Орм рассказывал, что

и к лучшему. Пока он и остальные будут

века полтора назад хозяевами этой земли

где-то искать лошадь, я успею добежать

были норморы. У них был обычай: когда

до дома. Я никуда не могу уйти, пока

мальчику из знатной семьи исполнялось

не увижусь с отцом. Кожух мой и башмаки,

шесть, делали татуировку — фамильный

заново прошитые Торкеллом, на лавке

герб. Потом, с течением жизни, татуировка

у дверей. Платка нигде нет, я тороплюсь

становилась больше и больше — все выи-

и выскакиваю простоволосой. Морозный

гранные и проигранные битвы, все важные

ветер треплет выбившиеся из косы

события. Рисунок расползался на руку

пряди, полная луна льёт расплавленное

и спину. Но первая татуировка, вроде как

серебро на землю. Набрасываю кожух уже

первый этап возмужания — на плече. А по-

на ходу — там, где на нём зияли рваные

том, переплыв Пролив, здесь высадились

дыры, заботливые руки Шукар наложили

завоеватели, предки новых хозяев. Коро-

латки, прошлись узорным швом. Я провожу

левская династия Талесов и все лорды —

пальцами по серебрящемуся в свете луны

их потомки. Норморы проиграли свою

узору. Ты меня поймёшь, Шукар. Я не могу

войну. Орм говорит, кровь с плах лилась

не вернуться, я оставила там слишком много.

рекой. А женщин и детей — в каменоломни, должен же был кто-то строить новые

Далеко над болотом слышится

замки. Я думаю, Торкелл из той старинной

тоскливый вой. Прости, Ульв, я должна

норморской знати. Наверно, был слишком

хоть повидаться с отцом. Как он без меня?


35

будет виден дом... Может быть, я заблудилась, сбилась с пути? Долина и дорога, холм с камнями, а дома нет. Только тёмное пятно,

Я вою, выплёскивая в морозный воздух всю свою боль. Всю свою душу, разодранную в клочья, — звук этот разливается над топью, замершей в немом понимании. — Тише, услышат, он тебя всё ещё ищет —

уже припорошенное снегом, чёрный

не успокоится, пока не найдёт, — просит

остов печной трубы. Я оседаю прямо

Ульв, пытаясь зажать мне рот рукой, — я от-

на замёрзшую землю, пытаюсь расстегнуть

веду тебя в Райвель, там не отыщут, это уже

ворот куртки — дышать нечем. Но пальцы

не Веймер.

окоченели, не слушаются. Так и сижу, стиснув руки в кулаки. Ветер дует в лицо, несёт едва уловимый запах гари.

— Нет! — дёргаюсь и кусаю Ульва за руку — рот наполняется солёным. — Нет! — Что же ты наделала?! — обречённо

Сбивчивое дыхание у меня за спиной:

спрашивает Ульв, глядя на прокушенную

— Просил же тебя — не ходи, — Ульв

ладонь. — Ты вообще понимаешь?

опускается на землю рядом со мной.

— Понимаю, — вытирая рот тыльной сто-

— А папа? Где же он? — спрашиваю

роной ладони, отвечаю я. — Я тоже не успо-

я, хотя и так уже всё прекрасно понимаю. — Если тебе станет легче, я снял его

коюсь, пока не найду. Всё вокруг меркнет, становится бесцвет-

тело с дуба, там, на повороте дороги, где

ным, холод поднимается откуда-то из глу-

его вздёрнул Хозяин. И дотащил до холма

бины, промораживает кости. Бьётся пере-

за вашим домом. Лопаты у меня, правда,

пуганной птицей в горле душа, норовя

не было, а копать могилу когтями тяжёло.

выскользнуть — ещё немного, и она уйдёт

Но я подумал... ему будет лучше рядом

прочь, бродить по топи, заплутает, пропадёт...

с родными. Шукар, когда на неё находит,

Рассказы читателей

Сейчас, уже близко, с этого пригорка

Но Ульв прижимает меня к себе, укры-

иногда плачет и говорит, что всё бы отдала,

вает своим меховым плащом, и становится

лишь бы вернуться когда-нибудь в свою

легче, теплей. Бледное, надкушенное обла-

долину Маков. Вот я и похоронил его

ками лунное яблоко надвигается всё ближе,

на вашем холме.

ближе... — я падаю в молочный туман.

— Ты меня обманывал! — Обманывал. Не мог сказать, язык

Камень твердый и шершавый, как отцов-

не поворачивался. Ты была слишком слаба,

ская рука. Только очень холодный, но если

я подумал, так лучше — пусть он для тебя

привалиться к нему плечом, то он постепен-

ещё какое-то время остаётся живым.

но пропитывается моим теплом. Я не могу

— За что? Зачем?! — глупый вопрос, на ко-

уйти отсюда, словно прикована незримой

торый нет ответа. Я вцепляюсь в завязки

цепью. Никакие доводы разума не в состоя-

его плаща с остервенением, дёргаю так, что

нии подточить ржавчиной эту цепь, заста-

на шее Ульва сразу же вспухает багровая по-

вить её разомкнуться. Разум здесь не по-

лоса. Но он не пробует оторвать от себя мои

может, и уговоры тоже. Ульв как-то сказал:

скрюченные болью пальцы, только держит

стая принимает тебя таким, какой ты есть,

за запястья, пока я бьюсь в немом припадке.

понимает. Вот они и понимают меня — мол-

— Он же застрелил несколько собак лор-

ча, стиснув зубы, ждут моего решения, хотя до солнцеворота осталось совсем недолго

ослабляю хватку, — я ему обязан жизнью,

и надо уходить.

как и ты. В своре — полторы дюжины псов. Если бы они все кинулись на меня...

Я знаю, как порвать цепь. Мне только надо немного подождать. И я жду, каждую

www.mirf.ru

да Веймера, — бурчит Ульв, когда я немного


Литературное приложение

Рассказы читателей

36

ночь, затаившись на холме за могильным

ся в единое целое голоса. А чуть погодя,

камнем. И они вместе со мной — терпения

на краю Веймерской топи отдалённым эхом

нам не занимать.

отвечает четвёртый. Мы выходим на охоту.

Я ловлю ртом снежинки, редкие, крупные. Это такое увлекательное занятие! Мир

пами. Я чувствую за своим плечом Ульва.

вокруг бесцветен, но это тоже красиво —

А слева от дороги бесплотными стремитель-

только чёрное и белое, и всё, что между

ными тенями текут Торкелл и Шукар. Они

этими двумя крайностями: серый цвет

настигают того, что удерживает на поводках

имеет множество оттенков. Жемчужная

собак. Торкелл хватает за горло коня, Шукар

луна, аспидные силуэты кривых сосенок

вспрыгивает всаднику на спину — она, как

на фоне угасающего неба, дымчатый хру-

рысь, предпочитает нападать сзади. Собаки

сталь кружевных льдинок, пепел снега.

с визгом разбегаются, даже не пытаясь обо-

И водоворот запахов. Запахи тоже имеют

роняться. Бегут врассыпную по пустоши.

вкус и цвет. Сизый лёгкий аромат молодого снега и терпкий, хрустящий ветер. А ещё запах Ульва. Его самого я не вижу,

Глупые псы! Вы созданы только для того, чтобы травить беззащитную дичь. Против настоящих охотников вы — лишь трусли-

но чувствую — где-то в темноте, за моим

во бегущая добыча. Короткий взвизг. Ещё

плечом. Плыву в этом запахе, как в ласко-

один. У Торкелла свои счёты с собаками,

вой тёплой воде, меня качает на волнах,

а Шукар ему поможет. Ничего, они нас на-

я жмурюсь на луну, потягиваюсь до хруста,

гонят чуть позже.

хочу позвать Ульва — но ветер меняется,

Мы с Ульвом выскакиваем на дорогу.

накатывает тошнотворной волной со сторо-

Он отрезает от меня ещё одного всадника,

ны дороги. Я вскакиваю, припадая к земле,

бросаясь под копыта коня. Человек пы-

выбираюсь на вершину холма: дорога внизу

тается отмахнуться от варка факелом —

как на ладони.

бесполезно. Ульв играет с ним, как кот

Всадники, их трое; призрачными хлопьями тумана танцует лохматое пламя на факелах. Собаки — эти, наверное, недавно ку-

с мышкой. И дать мне время насладиться моей добычей. Я лечу по дороге за последним всадни-

плены. Без них охота не так интересна. Мне

ком, в отороченной мехом шапке. У него

нужен только один из всадников: высокий,

прекрасный конь, но тем интересней.

в шапке, отороченной мехом. Я не разли-

У меня нет времени ждать, когда, нако-

чаю цвета, но знаю, что шапка цвета клюк-

нец, качнутся весы в руках слепой цер-

вы, раскатившейся по земле, цвета огня,

ковной справедливости. У меня своя спра-

облизывающего бревенчатый дом, цвета

ведливость.

ненависти, бурлящей в моей крови. Мы не охотимся ради забавы — только

Мир фантастики • Февраль• 2014

Я лечу над землёй, едва касаясь её ла-

Беги! Ты, кто считал себя Хозяином этой земли, каждой травинки, каждого камуш-

для того, чтобы утолить голод. Но голод

ка, каждой жизни. Беги! Нахлёстывай свою

бывает разный. Тот, что подводит спазмом

лошадь. Пусть продлится моё удоволь-

пустое брюхо, легко успокоить. Гораздо

ствие — мне приятно вдыхать твой страх.

сложнее с тем, что скручивает в тугой узел

Я не спешу прыгнуть. Я дам тебе вволю

больную душу.

нахлебаться ужаса, позволю тебе пожить

Я вою так, что испуганно вскидываются лошади на дороге, брешут псы, надеясь заглушить страх, луна ныряет в облака. В ответ слышу совсем близко три сливших-

ещё немного, до поворота дороги, до сухорукого старого дуба. А потом Орм, старый и расчётливый, не торопясь, пробежит наперерез тебе


37

настигнуть его, — но здесь топь подходит

рогу на повороте. Твоя лошадь шарахнет-

совсем близко к дороге. И там, в сером

ся в сторону. Тогда я прыгну, вцеплюсь

тумане — тени, замерли, так же как

в горло, почувствую пряный вкус твоей

и я, в ожидании. Туман вздыхает, словно

жизни и моей мести на губах. Может быть,

принюхиваясь. У него на бегущего

тогда мир вокруг снова окрасится раз-

больше прав.

ноцветьем — полыхнёт багрянцем восход,

Несмотря на то, что несколько дней

испуганная желтоватая луна закатится

морозило, топь ещё не успела схватиться.

за лиловые силуэты сосен.

Я слышу хруст ломающегося льда, всплеск,

И, может быть, я перестану видеть во сне чёрный остов печной трубы на белом снегу. Лопнет цепь, удерживающая меня здесь. Но его обезумевший конь взвивается

крик... и удовлетворённый вздох болота. — На север? — спрашивает Торкелл, неслышно подошедший сзади, но в тени наброшенного на голову капюшона

на дыбы раньше, желая сбросить тяжесть,

мехового плаща не спрятать хищный огонь,

мешающую бежать ещё быстрей. Всадник

тлеющий, как угли.

падает, шапка отлетает в сторону. Почему

Куда угодно — здесь меня ничто

же я медлю?! Останавливаюсь, смотрю, как

больше не держит. Всё, что у меня есть,

ползёт он в жалких потугах сохранить жизнь.

умещается в моей душе — замшелые камни

Он поднимается и тяжело бежит,

Рассказы читателей

по самой кромке топи и выскочит на до-

на кладбище, скрюченный дуб. И туман

не разбирая дороги. А я всё не двигаюсь,

над топью. Справедливая цена уплачена

хотя мне хватит одного прыжка, чтобы

сполна — баш на баш.

www.mirf.ru


Литературное приложение

Рассказы читателей

38

Алексей Яшкин asyashkin@gmail.com

Её глаза ВЖАТЬСЯ В ЗЕМЛЮ.

От редакции: Новое слово в вооружении — ожившие мертвецы, без страха бросающиеся в атаку. Но к ходячим трупам покойных

О

сень заканчивалась, дожди шли все чаще. Лукас Шрайбер чувствовал, что уже промокла

товарищей рано или поздно привыкаешь.

шинель, гимнастёрка под ней, штаны. Но

А вот появление на позициях загадочной

подниматься было слишком опасно. Он

рыжеволосой девушки — событие более

прижимался к стенке воронки, оставлен-

нетривиальное.

ной разрывом артиллерийского снаряда, и пытался унять мелкую дрожь. Шрайбер впервые оказался на ничейной земле, так близко к врагу. Справа от него в такой же позе лежал Вилли, друг детства, мобилизованный одновременно с Лукасом. Тяжелая стальная каска, Stahlhelm, совсем недавно поступившая на вооружение, сбилась набок и смотрелась на нем нелепо. Хотя их старшие товарищи, пробывшие на фронте месяцы, а то и годы, высоко оценивали новинку. Говорили, что если поймать таким шлемом винтовочную пулю, то не убьет, просто дураком оставит. Встретившись взглядом, Вилли подмигнул. Шрайбер дёрнул головой, кивая, и снова уставился перед собой.

Мир фантастики • Февраль• 2014

Нужно было ждать команды фельдфебеля Мауса. Собраться, быть готовым вскочить и помчаться вперед. Лукас почувствовал, что влага добралась до исподнего. Солнце давно скрылось за горизонтом и с каждой минутой становилось все холоднее. Но солдаты искренне радовались темноте — так в них было сложнее


39

Все-таки врагов было слишком мало,

чейную землю, которую простреливали

и они не ожидали нападения. Вся стычка

чёртовы фергюсы.

заняла меньше трех минут.

Он настолько погрузился в размыш-

— Не мешкаем! — в полный голос коман-

ления, что оказался совершенно не готов

довал фельфебель. — Шульц, дай мне то-

к громоподобному реву унтер-офицера.

пор и шомпол. Быстрее! Остальные — хва-

— Треска!

таем наших, тех, что еще целые, и тащим

За четыре года войны противники до-

назад. Скорее!

статочно хорошо узнали языки друг друга.

Четыре часа назад закончилась неудач-

И никто не собирался во весь голос преду-

ная атака. Георги, как называли одно-

преждать о нападении.

полчан Лукаса противники, предприняли

Лукас вскочил, поскользнулся

очередную попытку прорвать оборону

на глиняной стенке, упал, чуть не упустив

фергюсов. Как выяснилось, у тех ещё

из рук винтовку Kr-99 с примкнутым

оставались пулемётные патроны. Со-

штыком. Выбравшись почти

всем немного, сотни две-две с половиной.

на четвереньках, Шрайбер замер, пытаясь

Меньше, чем на полминуты стрельбы.

разобраться в происходящем.

Но и этого хватило, чтобы опрокинуть на-

— Бей! — уже не скрываясь, прокричал фельдфебель Маус. Похоже, фергюсов было вдвое

ступление. Они сбежали к своим позициям, бросив убитых на ничейной земле. А теперь

меньше, чем их. Прозвучало несколько

вернулись, как раз, чтобы помешать

выстрелов, однополчане быстро добрались

врагам осуществить задуманное. И, судя

до противников, завязался ближний бой.

по словам фельдфебеля, проделать с ними

Лукас даже не мог понять, что происходило

ровно то же.

вокруг, — только мельтешение фигур и короткие вскрики.

В темноте было плохо видно, что делал Маус. Но Лукас знал, что происходило.

— Давай! Подходи, каждый получит!

Фельдфебель переворачивал мёртвых

В самой центре схватки бесновался

фергюсов на спину, отводил их правые руки

фельдфебель. Высокий широкоплечий

в сторону и бил топором, отсекая кисти. По-

ветеран Гюнтер Маус орудовал окопной

том наклонялся и двумя уколами шомпола

дубинкой, усеянной гвоздями. Лукас

ослеплял убитых.

бросился вперед, внутренне сомневаясь, что сможет отличить серую форму своих от оливковой фергюсов. Неожиданно прямо перед Шрайбером

— Шрайбер, чего встал?! — закончив, выкрикнул Маус. — Бери нашего и назад! После окрика командира Лукас бросился выполнять приказ, ухватил лежавшего

возник мужчина в плоской каске с широ-

лицом вверх солдата в старом, начала

кими полями. В руках он держал большой

войны, кителе. Быстро убедившись, что

разделочный нож. Лукас запоздало понял,

враги не успели тронуть убитого, волоком

что перед ним враг. Заученным движением

потащил его назад. Тело уже одеревенело,

Шрайбер сделал выпад винтовкой, снизу

взвалить его на спину не представлялось

вверх, метя противнику в солнечное спле-

возможным.

тение. Но тот успел сбить удар в сторону.

Рассказы читателей

попасть. А им предстояло выбежать на ни-

Низко наклонившись, Шрайбер рывками пробирался назад, к ставшей родным

Лукас увидел ошалевшего Вилли, выдерги-

домом траншее. Одной рукой он сжимал

вающего штык из спины фергюса.

винтовку, другой — ворот однополчанина.

www.mirf.ru

А мгновение спустя завалился вперед.


Литературное приложение

Рассказы читателей

40

Сзади, с позиций противника, слышались

Им обоим было по восемнадцать лет.

редкие ружейные выстрелы. Обе стороны

Они вступили в пехоту, едва достигнув при-

имели проблемы с подвозом боеприпасов

зывного возраста. До последнего времени

и провианта. Никто не собирался стрелять

тянувшаяся четвертый год война имела для

больше, чем было нужно, чтобы напугать

них совсем другое значение — голод, выма-

противника.

тывающие рабочие смены на фабриках, по-

Лукас перевалил через бруствер, где его ношу подхватили однополчане. Шрайбер с трудом разжал онемевшие пальцы, утёр лицо, только размазывая грязь и пот. Как оказалось, он дополз одним из последних. Сверху в окоп съехал фельдфебель Маус, огромный, как бурый медведь. Тяжело дыша, Гюнтер Маус отчитал-

в кровь страх. Но никак не смерть. Вильгельм стал первым из них двоих, кто отнял человеческую жизнь. — Вилли, не бойся, он не сможет тебе отомстить. Всё хорошо. Мимо них прошло двое солдат, осторожно нёсших мертвеца к стоянке Вторых.

ся перед гауптманном Цинглером, по-

Команда цвайнлибе-артц уже готовилась

следним живым офицером на их участке

к процедуре. Лукас отвернулся. Он не хотел

фронта, принявшим командование остат-

видеть, как это происходит. Проследив его

ками полка.

взгляд, Вилли начал суетливо рыться

— Господин гауптманн, задание выполнено. Потерь нет. Убито пять солдат противника. Вторыми они тоже не станут. Мы вернули девятерых наших. Больше

в рюкзаке. — Вот она, — тихо сказал Вилли, достав измятую книжонку. «Новые герои». Агитационная брошю-

не получилось — фергюсы успели порабо-

ра, которую получал каждый новобранец,

тать, остальные для строя не годны.

призванный за последние полтора года.

— Хорошо, — сипло ответил гауптманн.

Единожды прочитав, Лукас уже не мог

Последние две недели он много кашлял,

брать в руки эту книжку. Вилли же находил

даже в холод был мокрым от пота и все

успокоение в отточенных, крайне убеди-

больше проводи времени лёжа. Поговари-

тельных формулировках государственных

вали, что всему виной была пневмония. —

пропагандистов.

Убитых передайте цвайнлибе-артц. Они должны вернуться к утру. Лукас вернулся в свой угол, к расстелен-

Мир фантастики • Февраль• 2014

лупустые улицы и постоянный, въевшийся

«Когда Родина в опасности, каждый солдат должен стать героем». Безобидная фраза, за которой скрывалась правда, страшная

ной плащ-палатке и объемистому ранцу

и беспощадная. Страна была под угрозой,

с крышкой из потёртой телячьей кожи.

и кайзер, сам кайзер отдал приказ о нару-

Минуту спустя рядом с ним опустился

шении древнего запрета.

Вильгельм. Он с пятой или шестой попыт-

Это знание пришло из раннего Средне-

ки расстегнул подбородочный ремень ка-

вековья. Тогда, более восьмисот лет назад,

ски, аккуратно положил её рядом с собой

вера в Отца Всего допускала поступки,

и только потом заговорил.

которые потомки не называли иначе, как

— Ты знаешь, Лукас, а я человека убил, — странным голосом произнёс друг. — Я видел, Вилли, — протянув руку

чудовищными. В те времена герои защищали свою страну даже после смерти. Души величайших бойцов, бесстрашных рыцарей,

и стиснув плечо товарища, ответил Шрай-

спускались из небесных чертогов после

бер. — Видел. Ты всё сделал правильно,

молитвы истинно верующих священников.

не сомневайся.

И их тела снова шли в бой.


41

Резкими, дергаными шагами Вторые

кощунством по отношению к вере. В других

плотно обступали команду цвайнлибе-артц,

обстоятельствах. Но полтора года назад,

закрывая их от окружающих. Они всегда

когда фергюсы и их союзники перешли

старались держаться рядом в моменты

в наступление, углубились на территорию

воскрешения. Словно мотыльки, которых

Фатерлянда на добрых семьдесят кило-

притягивал огонь. Лукас боялся даже пред-

метров, выбора не оставалось. На фронт

ставить, что чувствовали капелланы, со всех

отправились команды цвайнлибе-артц,

сторон окруженные безмолвными суще-

священников церкви Отца Всего. Они дока-

ствами, уже переставшими быть людьми.

зали, что на этой войне каждый солдат был

Откровенно говоря, Лукас боялся смо-

героем. ...Мимо их закутка торопливо прошли

треть на Вторых. Раны, когда-то убившие их, оставались всё там же. И добавлялись

последние оставшиеся в живых полковые

новые — Вторые всегда составляли первую

капелланы, четыре человека, молитвы ко-

волну атакующих. Каждый раз, оказавшись

торых возвращали к жизни убитых солдат.

вблизи, Лукас поневоле представлял себя

Они направлялись в ту часть траншейной

на их месте.

сети, которую заняли Вторые. Вторые не разговаривали, не ели,

Рассказы читателей

Происходящее сейчас могло показаться

— Лукас, не смотри. Плохо это. Ложись лучше спать.

не пили, и, казалось, даже не дышали. Они

Шрайбер охотно подчинился.

подолгу замирали, стоя или сидя в различ-

Оглядевшись, он понял, что из всех

ных, порой противоестественных позах.

участников вылазки только они с Вилли

Постоянно держали при себе оружие, чаще

ещё не спали. Быстро разувшись и скинув

всего — винтовки с примкнутыми штыками.

шинель, Лукас завернулся в плащ-палатку

Патроны на фронте были дефицитом, одна-

и постарался заснуть.

ко оружия было с избытком. Некоторое время Вторые были оружием победы, вызывающим панику среди солдат противника. Ситуация на фронте

К исходу той ночи Лукас впервые увидел её. Шрайбер слышал, что опытные солдаты

изменилась, противник был отброшен.

могли спать когда угодно и где угодно. Од-

Ненадолго — ровно до того дня, когда

нако понимание того, что совсем недалеко,

навстречу мёртвым георгам не пошли

только поле перейти, были враги, сильно

мёртвые фергюсы.

мешало сну. Лукас просыпался по не-

Единожды убитые, Вторые уже не могли

сколько раз за ночь, замирал, вслушиваясь

стать людьми. Но при этом оставались сол-

в окружающие звуки, каждый миг ожидая

датами. Они никак не реагировали на че-

нападения. К счастью, ничего подобного

ловеческую речь, но прекрасно выполняли

пока не произошло.

команды. Особенно — приказы о нападе-

Открыв глаза после очередного кошмара,

нии. Сейчас Вторых было много. На пяте-

Лукас понял, что рядом был кто-то третий,

рых живых приходилось трое мёртвых.

помимо них с Вильгельмом. Поднявшись

И если последнее пополнение, включавшее Лукаса и Вильгельма, прибыло больше трёх недель назад, то ряды Вторых пополня— Они начинают, — шёпотом сказал Вилли.

на колени возле головы Вилли. Лукас прочистил горло, не зная, что сказать. Он молча рассматривал незнакомку. Невысокая — едва ли достала бы макушкой до его плеча. Сильно вьющиеся ярко-рыжие

www.mirf.ru

лись постоянно.

на локте, он увидел девушку, опустившуюся


Литературное приложение

Рассказы читателей

42

волосы спускались ниже плеч. Узкий подбо-

сушняк. За ночь тот отсырел и плохо подда-

родок, небольшой вздернутый нос, щеки, гу-

вался огню. Бурча под нос, Кальвин крутил-

сто покрытые веснушками. Она была одета

ся вокруг кострища, пытаясь добыть огонь.

в простое серое платье в пол. На тонком поясном ремне висело две небольших сумки. Озорно улыбнувшись, рыжая приложила

— Отойди, интеллигенция, — понаблюдав за мучениями Кальвина, Петер оттёр его в сторону и сам занялся костром. Пер-

палец к губам, призывая к тишине. Второй

вым делом он изорвал в клочья две агита-

рукой убрала что-то в одну из сумок. По-

ционные листовки. Чуть больше месяца

том наклонилась над спящим Вильгельмом

назад целые звенья бипланов массово за-

и нежно провела ладонью по его лицу. Ле-

брасывали ими окопы обеих сторон и ни-

гонько поцеловала в лоб.

чейный участок. А солдаты, уже порядком

Лукас с силой потёр лицо ладонями,

уставшие от пропаганды за последние

пытаясь окончательно проснуться. Когда

годы, их даже не читали. Но легко находи-

он отнял руки, незнакомка исчезла. Только

ли им хозяйственное применение.

что сидела совсем рядом — и вот её нет. По-

В руках опытного солдата работа за-

сле минутного раздумья Шрайбер признал,

спорилась. Уже через несколько минут над

что это был сон. На это указывал один про-

костром повис котелок со вчерашней ка-

стой признак.

шей. Лукас вспомнил еду в родительском

На ней не было грязи. Ни один человек

доме и поморщился. Как же было вкусно!

в такое время не мог оставаться совершен-

А солдатский рацион оставлял впечатле-

но чистым.

ние, будто жуёшь мокрый картон. — А всё-таки это могла быть девушка? —

Следующим утром Лукас всё-таки решился пересказать увиденное Вилли и двум старшим товарищам. Петер, ветеран, сражавшийся на колониальных войнах,

— Я уже сам не знаю, что думать, — покачал головой Лукас. — Мне не нравится думать, что какая-

когда Лукас только-только пошёл в школу,

то мадам расхаживает по нашим по-

задумчиво сказал.

зициям. Хорошо еще, что у меня ничего

— Рано ещё.

не пропало, — после первого в своей жизни

Кальвин, в недавнем прошлом пре-

убийства Вилли изменился. Вчерашняя

подававший детям физику, понимающе

паника прошла. Казалось, сейчас даже

фыркнул. Он пытался развести небольшой

его взгляд стал другим. Злее, твёрже, ре-

костерок, чтобы разогреть вчерашний паёк.

шительней. Смотрел уже не подросток,

— Что? — растерявшись, переспросил Шрайбер. — Рано, говорю. Ты на фронте меньше ме-

Мир фантастики • Февраль• 2014

решил уточнить Вильгельм.

а мужчина. — Можешь рассказать фельдфебелю, и он устроит взбучку часовым, — флегма-

сяца, а уже мерещатся бабы. Обычно после

тично посоветовал Петер. — Или тебе, если

полугода начинается.

решит, что это все-таки был сон.

— Акселерация, — рассмеялся Кальвин.

— Сами подумайте, откуда здесь взять-

Его никто не поддержал, однако школь-

ся нормальным людям? — протянув руки

ного учителя это не смутило — он уже

к огню, спросил Кальвин. — Здесь только

привык смеяться над своими шутками

мы, фергюсы и Вторые. Которые, строго

в одиночестве.

говоря, тоже являются либо нами, либо

Он чиркнул очередной спичкой, пыта-

фергюсами. Мы одни, вдали от поселений,

ясь поджечь собранный прошлым вечером

зачем-то убиваем друг друга. Гражданские


43

мий, который отдал приказ уродовать

на линию фронта?

тела убитых противников, чтобы не давать

Если разобраться, ситуация складыва-

поднимать Вторых. Говорили, что он погиб,

лась страшная. Связь с командованием

лично ведя свой полк в атаку. Говорили,

была давно потеряна. Почти все офицеры

что, став Вторым, он не утратил былой

погибли. Никто не знал, какая была обста-

злобы и по-прежнему бросался в каждую

новка на других участках, побеждали они

атаку первым.

или проигрывали. Их мир сузился до собственной траншеи, изборождённого снарядами поля и траншеи врага. — Ты не забывай, что мы сейчас на тер-

И Лукас готов был поверить во всё. — Эй, глазастый! Вздрогнув, Шрайбер обернулся, одновременно вскидывая винтовку. Сзади стояла она — вчерашняя девушка. Оставалось

ритории фергюсов, — мрачно заметил

только догадываться, как она смогла подо-

Петер. — Вот походит такая некоторое

браться так близко. Вспомнив вчерашнее

время, мы к ней привыкнем. А потом ночью

наставление, Лукас с нажимом приказал:

начнёт нас резать. Был у меня такой случай

— Подними руки! И стой на месте!

на Черном континенте с одной черномазой

— А иначе что? — коротко рассмеялась

девчушкой. — Не было там никого, — покачал головой Кальвин. — И не могло быть. Но, ребята, на всякий случай смотрите по сторонам

Рассказы читателей

далеко. Да и кто в здравом уме сунется

незнакомка, даже не пошевелившись. — Ты забавный. Меня давно не пытались напугать оружием. Голос у неё оказался неприятным.

внимательней, когда пойдете в караул. Если

Хрипловатый, скрипучий, сильно контра-

увидите её еще раз, то сразу же доклады-

стирующий с довольно-таки миловидной

вайте гауптманну.

внешностью. — Ты откуда здесь взялась, рыжая? —

Следующий караул выпал Шрайберу. Лу-

в своей жизни Лукас не слишком часто

кас считал это несправедливым: прошлой

общался с девушками, тем более с такими

ночью он участвовал в вылазке, этой — сто-

необычными. Он попытался спрятать рас-

ял в дозоре. Хотя никто и не ожидал спра-

терянность за грубостью.

ведливости от войны. Лукас стоял, опершись локтями о бруствер траншеи, и нервно сжимал в руках

— Пришла вместе с вами. Или вместе с ними, — она махнула рукой в сторону позиций фергюсов. — Это как посмотреть.

винтовку. Ему выдали три обоймы по пять

— Проститутка что ли?

патронов. Мало. Но боеприпасов почти

Она снова рассмеялась — уже в полный

не оставалось, приходилось экономить

голос. Её наверняка должны были услы-

на всем.

шать другие караульные.

Он не выдержал и посмотрел направо.

— Конечно же. Я здесь, чтобы сделать

Недалеко от него, метрах в десяти, непод-

из тебя мужчину. Хотя и несколько нео-

вижно стоял оберст Аккер. Бывший коман-

бычным образом. У тебя красивые глаза,

дир полка застыл в своем дозоре, сжимая

редкий оттенок голубого. Мне очень нра-

в правой руке офицерскую саблю. Левая

вится. Поэтому я тебе чуть-чуть помогу.

же рука отсутствовала почти до локтя.

происходящее. Девушка вела себя

дарной фигурой. Говорили, что именно

слишком уверенно, словно это у нее

он был первым командиром из двух ар-

в руках было оружие.

www.mirf.ru

Еще при жизни Георг Аккер был леген-

— Как? — Лукасу не нравилось


Литературное приложение

Рассказы читателей

44

— Подсказкой. Малюсенькой, ничего не значащей подсказкой. Этой ночью к вам

проверить.

наведаются враги. Они решили испытать на прочность вашу оборону. Сначала пой-

Лукас чувствовал, как немели ноги.

дут две группы лазутчиков. Если им удастся

Он слишком долго стоял, не шевелясь. Кар-

снять часовых, то в атаку пойдут все осталь-

манные часы показывали без десяти шесть.

ные. И вас сомнут.

Небо на востоке начинало светлеть, но мед-

— Откуда ты знаешь? — Поверь, знаю, — все так же лукаво улыбнулась рыжая.

ленно — осень, ночи были всё длиннее. Kr-99 удобно легла на бруствер. Шрайбер старался не двигаться, зная, что так его

— И я должен тебе доверять?

сложнее заметить. Его караул уже давно

— Как знаешь. Скоро ведь сам всё уви-

закончился, но он помнил слова девушки

дишь. Они выступят в пять часов тридцать

и не собирался спать. Присутствие Лукаса

минут. Осталось не так уж много времени.

заметно тревожило смену. Солдаты вгля-

Лукас кусал губы, думая, что делать

дывались в темноту, а начальник караула,

дальше. А девушка томно потянулась, вы-

вице-фельдфебель Цейц, не выпускал из губ

гибая руки, а потом легко вскарабкалась

сигнальный свисток.

на бруствер. — Мне пора. Приятно было поболтать.

Лукас первым заметил осторожно ползущих фергюсов. Они двигались медленно,

Честное слово, я уже давно не говорила

почти незаметно. Если бы Шрайбер не ожи-

с людьми.

дал их заранее, то вряд ли увидел бы. Лукас

Она пошла в сторону вражеских окопов.

повернулся, занимая удобное положение,

— Эй! Ты это куда?

упер приклад в плечо, начал ловить в при-

Рыжая не ответила, даже не обернулась.

цел первого лазутчика.

Достаточно быстро она скрылась из виду.

Нужно было стрелять наверняка.

Лукас покосился по сторонам. В траншее

Он долго медлил, не решаясь потянуть

справа, метрах в десяти, стоял еще один

за спусковой крючок. Потом вспомнил

караульный. Шрайбер знал его в лицо,

Вилли, заколовшего врага прошлой ночью.

но не помнил по имени. С такого расстоя-

И выстрелил.

ния он наверняка должен был если не уви-

Начальнику караула хватило пары се-

деть незнакомку, то услышать их разговор.

кунд, чтобы набрать полную грудь воздуха.

Немного помявшись, Лукас подошел

А затем — один длинный, сколько хватило

к нему.

сил, свисток. Лукас ухватился за затвор,

— Эй, ничего необычного не видел?

дёрнул, выбрасывая гильзу. Второй выстрел

— Чего? Все как всегда — ночь, тишина

вышел неточным. Но за ним эхом разда-

и куча фергюсов через поле. — Чужих не видел? — осторожно уточнил Лукас. Мир фантастики • Февраль• 2014

Но у него оставался один верный способ

— Шрайбер, отстань. Никого здесь нет. Кивнув, Лукас вернулся на свое ме-

лось ещё несколько. Kr-99 была надежной винтовкой. И старшие товарищи умели из неё стрелять. Лукас потерял противника из виду, но продолжал стрелять. Рыжая говорила,

сто. Начало появляться подозрение, что

что вслед за лазутчиками пойдет пехо-

девушка специально выбирала момен-

та. Нужно было показать, что они готовы

ты, когда её мог увидеть только он. Или

обороняться. Шрайбер отстрелял пять

же рыжая действительно была плодом его

патронов, вставил новую обойму в магазин

воображения.

и сделал ещё два выстрела.


45

Незнакомка повернула их в ладони, пока-

когда в сторону противника стрелял каж-

зывая зрачки, обрамленные светло-голубой

дый солдат из остатков полка, прошёл,

радужкой.

теперь раздавались только редкие выстре-

— Что... что это такое?

лы. Которые, впрочем, вскоре также сошли

— Ты видишь меня уже третий раз,

на нет. Когда всё затихло, Лукас устало закрыл

но до сих пор не узнал, — с наигранным

Рассказы читателей

Фергюсы не отвечали. Первый шквал,

осуждением покачала головой девушка. —

глаза. Успокоившись, он понял одно: рыжая

А ведь ты поклялся мне в верности, когда

действительно существовала.

приносил присягу. И не стыдно? В какой-то момент у Лукаса мелькнула

— Ты никак не можешь уснуть.

мысль, что перед ним — сама императрица

Она вновь появилась словно из ниотку-

Вильгельмина, супруга кайзера.

да. Лукас, вынужденный бодрствовать всю

— Волосы мои — огонь. Глаза мои —

ночь, в очередной раз провалился в дрёму.

сталь. Я пахну порохом и гарью. Следы

Ненадолго, от силы на полминуты. А когда

мои обагряет кровь. Тысячи тысяч отда-

открыл глаза, перед ним стояла рыжая.

ли мне свои жизни. Я диктую свою волю

Лукас украдкой покосился по сторо-

императорам и королям. Я — дочь самой

нам. Он сидел, прислонившись к земляной

смерти. Я — мать боли. И ты знаешь моё

стенке траншеи. Вокруг было полно сол-

имя.

дат — некоторые отдыхали, другие чистили

Лукас сидел и молча мотал головой.

оружие, третьи спали. И никто не обращал

Он понимал, что бредил. Было невозмож-

внимания на гражданскую.

но поверить в реальность происходящего.

— Не волнуйся, они меня не видят. — Только я? — После долгой паузы Шрай-

Незнакомка сказала всего одно слово. — Krieg.

бер со вздохом спросил. — Значит, тебя

Война.

не существует?

Лукас начал шевелить губами, чуть

— О нет. Я реальнее вас всех. — Не понимаю, — устало покачал головой Лукас. Она сделала шаг вперед, присела на корточки, встретилась с ним глазами. — У тебя красивые глаза. Очень. Давно уже не видела ничего похожего. Даже жаль,

слышно произнося молитву Отцу Всего. — Не бойся. Ничего страшного не произойдет. Посмотри вокруг. Все они мои. И каждый давно получил подарок — прекрасные новые глаза. — Но... почему? — Неужели ты думал, что можешь убить

что не смогу предложить равноценную

человека и остаться прежним? Убийство

замену. — Шрайбер замер, пытаясь понять,

меняет. Ты уже никогда не сможешь ви-

о чем шла речь. Девушка продолжала. —

деть всё как раньше. Я помогу тебе. Дам

Ты спрашиваешь, почему меня не видят

новые глаза для нового взгляда на мир.

остальные? Я этого не хочу. Их глаза при-

Лукас молчал. Он даже не представлял,

надлежат мне, и только я решаю, что они

что нужно было отвечать. Втиснувшись

могут увидеть. Скоро ты присоединишься

спиной в стенку окопа, он держал в руках

к ним. Смотри, что я приготовила для тебя.

винтовку, надеясь, что Kr-99 сможет за-

Девушка осторожно открыла одну из видва белых шарика. Присмотревшись, Лукас понял, что это было. Человеческие глаза.

нужного слова, чтобы назвать незнакомку. — Я могу отказаться? — тихо, почти жалобно спросил Шрайбер.

www.mirf.ru

севших на поясе сумок и достала оттуда

щитить его от... Ему не удалось подобрать


Литературное приложение

Рассказы читателей

46

— Конечно же, нет. Что за детские вопросы? Но не бойся, я не буду проделывать

слишком устали, чтобы воодушевиться его речью.

всё сейчас. Дождусь, пока ты уснёшь. Если

Цинглер взял в губы висевший на це-

будешь бодрствовать, то это будет невыно-

почке свисток. Один короткий и два длин-

сим больно. А во сне... Спроси своего друга

ных. Самый страшный сигнал — «В атаку!».

Вилли, почувствовал ли он хоть что-нибудь.

Лукас знал, что приказ предназначался

Лукас косился по сторонам. Он до сих

не им. Вторые, всё это время державшиеся

пор надеялся, что кто-нибудь придет

чуть в стороне, казалось, только и ждали

на помощь.

команды.

— Не пытайся сопротивляться. Вот уви-

Самым первым из окопа неловко выбрал-

дишь, после этого будет лучше. И ещё один

ся оберст Георг Аккер. Он повернулся лицом

совет: постарайся выспаться. Ваш гауп-

к остальным Вторым, вскинул саблю и за-

тманн решил, что хочет умереть от пули,

мер гротескной пародией на еще живого

а не от пневмонии. Так что тебя ждет весё-

гауптаманна. Аккер махнул саблей в сторо-

лый день.

ну врага. И первым пошел в атаку дёрганой

Договорив, Война выбралась из траншеи. Так же легко, как и в прошлый раз. Лукас

походкой заводной игрушки. Следом за ним безмолвным серым по-

не стал смотреть, куда она пошла. Он сидел

током в бой двинулись Вторые. До траншеи

и пытался унять дрожь в руках. В какой-

фергюсов было двести, может быть, триста

то момент ему показалось, что лучшим

метров. Местами путь перегораживала

решением будет взять винтовку и просто

колючая проволока, где-то поле разрыва-

застрелиться.

ли следы артиллерийских снарядов. Даже в спокойной обстановке пройти было

Часы показывали четверть пятого вечера. Лукас не спал уже больше суток и иногда

бы непросто. А сейчас их ждал огонь противника.

словно выпадал из происходящего. Он чувствовал тяжесть каски на голове, дерево и металл винтовки в руках, туго набитый

ны — без пулемётов, патроны к которым

патронами подсумок. Все выжившие солда-

давно закончились, без гранат и боевых

ты полка мрачно слушали речь гауптманна

газов. Простые Kr-99 и примкнутые штыки.

Цинглера. Тот выбрался из окопа и смотрел

Отсутствие снабжения сыграло роль маши-

на них сверху вниз.

ны времени.

- Солдаты! — выкрикнув первое слово,

Лукас пробежал шагов десять, потом

он закашлялся, и прошло немало времени,

прыгнул вперед, растянувшись на земле.

прежде чем офицер смог продолжить. —

Выстрелил в сторону противника. Он не на-

Я не собираюсь скрывать от вас правду.

деялся в кого-нибудь попасть, просто нуж-

Мы остались одни. Из штаба уже давно

но было заставить фергюсов прижать уши.

не было приказов, никто из нас не знает Мир фантастики • Февраль• 2014

Их атака напоминала бои начала вой-

Вторые выступали надежным щитов —

обстановку на фронте. Но одно я знаю точ-

чтобы убить их, было недостаточно одной

но — совсем рядом с нами враги! И мы ещё

пули. Но при этом они сильно замедляли

можем убить их!

наступление. Живым приходилось прятать-

На последних словах его голос сорвался.

ся, перебегать от укрытия к укрытию, чтобы

Лукас не знал, чего ожидал от них

держать темп Вторых.

командир. Но солдаты молчали, мрачно смотря на последнего офицера полка. Они

Лукас в четыре движения передерну затвор, выстрелил ещё раз. В магазине


47

щий замах давался фельдфебелю всё тя-

не было. Краем глаза он увидел Вилли, вы-

желее. Казалось, впервые в жизни его лицо

пускавшего в фергюсов пулю за пулей.

выражало страх.

Вторые почти дошли до позиций про-

Оберст Аккер повис на штыках троих

тивника. Лукас заметил, как из вражеских

противников, но все ещё пытался достать

окопов поднялась цепочка фигур. Знако-

до них саблей. Лукас успел увидеть, как

мой механической походкой они пошли

оберст сделал шаг вперед, глубже насажи-

навстречу Вторым. Вернувшиеся солдаты

ваясь на штыки. Аккер ударил по диагона-

обеих сторон вновь сошлись в схватке.

ли, вгоняя клинок в плечо противника.

Следом из траншеи бросились живые

Школьный учитель Кальвин стоял

фергюсы. Похоже, у них просто кончились

на коленях и зажимал руками живот.

патроны.

А над ним стоял Второй и медленно

Лукас вскинул винтовку в плечу, бы-

заносил винтовку для укола. Но удара

стро прицелился и почти в упор выстрелил

не последовало: Кальвина заслонил собой

в грудь медленно подходившему Второ-

Второй в сером кителе.

му. Тот пошатнулся, но продолжил идти

В центре этого безумства была она.

вперед. Дернув затвор, Шрайбер повторил

Война. Рыжая кружилась на месте,

выстрел, на этот раз целясь в голову. Вто-

широко раскинув руки. И смеялась,

рой остался стоять. Он уже отвел винтовку

смеялась, смеялась. Её хохот был слышен

в замахе. Лукас замер, оцепенев от страха,

даже сквозь звуки боя. Все происходящее

глядя на блестящий штык.

доставляло ей неподдельное удовольствие.

Совсем рядом раздался выстрел. Нога

Лукас начал двигаться к ней. К тому

Второго подогнулась, он завалился назад.

моменту стало понятно, что георгов

Человек в серой шинели отпихнул Лукаса

осталось значительно больше, чем

и пригвоздил Второго ударом штыка. Од-

фергюсов. Бой ещё продолжался, но его

ним движением освободил клинок, ударил

исход становился всё очевиднее. Шрайбер

снова — на этот раз в голову, под каску.

бросился к сплочённой группе фергюсов,

- По коленям им стреляй! По коленям!..

людей и Вторых, которые и привлекли

Договорить солдат не успел. Живой фер-

внимание Войны.

гюс выстрелил ему в бок. Начался штыковой бой. Лукас колол, бил

Лукас хотел добраться совсем не до врага. Спотыкаясь, сталкиваясь

прикладом, отбивал удары. Он понимал

со своими, он упорно шёл вперед,

только одно: видишь серую форму — этой

ориентируясь на копну рыжих волос,

свой, видишь оливковую — это враг. К свое-

самый яркий элемент сражения.

му можно повернуться спиной, врага нужно убить. Он видел, как под ударом крупного фер-

До Войны оставалось не более десяти метров. Она заметила Лукаса, призывно махнула рукой. Он бросился к ней

гюса согнулся пополам и упал Вилли. В от-

и, когда приблизился вплотную, выбросил

вет Лукас выпустил в фергюса последнюю

вперёд винтовку. Самый простой и самый

пулю.

надежный штыковой удар.

Где-то рядом орудовал окопной дубин-

Он должен был попасть. Казалось, она не сдвинулась ни на сантиметр, однако

фергюсов. Тяжелые быстрые удары роняли

штык прошел мимо.

нимались. Было видно, что каждый следую-

— Зря! Зря, мой дорогой! За меня есть кому постоять!

www.mirf.ru

кой фельфебель Маус. Его окружили Вторые их, но умершие солдаты раз за разом под-

Рассказы читателей

осталось три патрона. Запасных обойм уже


Литературное приложение

Рассказы читателей

48

Секунду спустя на голову Лукаса об-

их ресурсы. И без того прореженный полк

рушился ружейный приклад. Сзади, бил

стал ещё меньше. А оставшиеся винтовоч-

кто-то из своих. Каска защитила от удара,

ные патроны легко можно было пересчи-

но на ногах Лукас не удержался. Он растя-

тать по пальцам.

нулся на животе, ему наступили на спину,

Предстояло самое неприятное — нужно

между лопаток. Война присела перед ним

было передать тела погибших сослуживцев

на корточки, покачала головой.

командам цвайнлибе-артц. Они были един-

— Вместо того, чтобы бить противника, ты почему-то выбрал меня. Глупо. Знаешь,

ственными, кто не участвовал в нападении, однако сейчас получили немало работы.

это как в шахматах. Ты решил срубить не фигуру противника, а саму игральную доску. Такого не бывает. Георги всё плотнее окружали против-

Шрайбер в очередной раз запнулся. Он сгибался под ношей, но продолжал упорно идти вперед. На спине он тащил

ников. Те немногие, что остались на ногах,

Вилли. Друг не смог пережить атаку. Лукасу

бросали оружие и поднимали руки. Вто-

сказали, что его заколол Второй. Вильгельм

рые фергюсов, которые попросту не знали,

не смог увести удар в сторону.

что такое «сдаваться», продолжали бой. Но их было слишком мало. Раздался очередной сигнал: три коротких свистка и один длинный.

Нужно было вернуть друга своим. Лукас не хотел, чтобы друг стал Вторым. Но никого не интересовало мнение рядового, только-только прибывшего на фронт. Как

Победа!

говорилось в брошюре «Новые герои», каж-

— Победа! Какое сладкое слово! — ра-

дый должен был послужить Родине и в жиз-

достно прокричала Война. — Пусть ваша победа — это их поражение, не страшно.

ни, и в смерти. Рядом шла она. Первое время Война мол-

У них были свои успехи. А когда всё закон-

чала, потом обогнала его, встала на пути,

чится, ложись спать. Ты хорошо показал

заглядывая в глаза.

себя, у меня есть для тебя подарок. Давление на спину Лукаса прекрати-

— Такое бывает. У каждого отдельного человека я отнимаю больше, чем даю. Но все

лось. Перевернувшись, он увидел Второго

вы, твоя армия, твой народ, твоя страна,

в серой шинели и старом кожаном шлеме

получаете шанс забрать всё, на что хватает

с остроконечным навершием. Лукаса дер-

дерзости и сил. Друзья умирают. А страна

жал свой же. Каким-то образом она могла

побеждает. Или проигрывает. Но это зави-

управлять Вторыми.

сит исключительно от ваших усилий. — Скажи... — тяжело дыша, спросил Лу-

Сорок семь человек. Три сержанта и со-

Мир фантастики • Февраль• 2014

рок четыре рядовых. Столько фергюсов

кас. — Сейчас мы побеждаем? — Всему своё время. Тебе этого знать

решило сохранить себе жизнь и сложить

не нужно, — Шрайбер понял, что его вопрос

оружие. Их наскоро обыскали, связали,

не понравился Войне.

пересчитали. Гауптман Цинглер, переживший схватку, решил, что надо вернуться на позиции. Пока не было известий об общей ситуации на фронте, любые действия были

— Что будет дальше? — спросил Лукас некоторое время спустя. — Война продолжается, — отвернувшись, ответила рыжая. — Я продолжаюсь. Она шла неподалеку, иногда отдаляясь,

поспешными и априори неправильными.

иногда приближаясь. Казалось,

К тому же штурм окончательно истощил

её интересовало всё. Натянутая колючая


49

В её голосе слышалась тоска. Шрайбер

формы. Стреляные гильзы. Брошенная

продолжал молча идти вперед. Осталось

винтовка. Изрешеченный Второй,

совсем немного.

умерший уже навсегда.

— А потом бесконечные войны нача-

— Зачем тебе я?

ли утомлять Отца Всего. Ибо сердце Его

— Я уже неоднократно говорила, что мне

полно тепла и доброты. Люди, убиваю-

нравятся твои глаза. А когда у человека есть

щие друг друга, повергали Его в печаль.

что-то помимо глаз, это вдвойне красивей.

И Он решил все изменить. Установить

К тому же есть ещё одна смешная причина.

мир. Ты же учился в школе и должен

— Какая? — устало выдохнул Лукас.

знать новейшую историю. Сорок лет мира.

— Вы развязали поистине грандиозную

Безумно долгие сорок лет, на протяжении

свару. Весь мир разделился на две части,

которых не было ни одной войны, длив-

и одна остервенело вгрызается в другую.

шейся более трех месяцев.

Вы воюете уже четвертый год кряду. Все это время я была одна. Металась между странами и даже континентами, чтобы везде

Будь руки свободны, Лукас зажал бы уши. — Мои сёстры начали умирать. Одна

успеть. Со временем от одиночества уста-

за другой, брошенные, забытые, ненужные.

ешь. Ты увидел меня, и я решила, что так

Умирали от тоски, от осознания собствен-

тому и быть. Но скоро ты получишь новые

ной бесполезности. Я осталась последней.

глаза, и всё закончится.

Самой стойкой. И знаешь что, мой хоро-

— Почему... — Шрайбер запнулся, с тру-

ший? Я не сдалась. И преуспела. — Она рас-

дом восстановил равновесие. — Почему

кинула руки, словно пытаясь обнять весь

нельзя оставить как есть?

мир. — Все это — плод моих усилий. Теперь

— Есть поступки, которые ты хочешь совершить, а есть такие, совершить которые ты должен. Ты зря боишься. Замени я твои

Рассказы читателей

проволока с повисшими на ней клочками

я — сама Война! Рыжая остановилась и закричала во всю силу легких:

глаза прошлой ночью, бой прошёл бы лег-

— Я — жива! Я никогда не исчезну!

че. А всё из-за твоего поистине ослиного

Свои. Лукас упал на колени. Тело Вилли

упрямства. Изменения неизбежны, тем бо-

приняли руки команды цвайнлибе-артц.

лее в такое время. Прими их. Пока ты похож

Война снова исчезла.

на ребёнка, который не хочет, чтобы выпадали его молочные зубы. Лукас не отвечал. Все-таки у неё был неприятный, мерзкий голос. Шрайбер почти

Сцепив ладони в замок, Лукас горячо молился. — Отец Всего, смотрящий на нас с небес!

дошел до траншеи. Уже скоро он передаст

Да будет вечно звучать имя Твоё, да сни-

Вилли священникам из цвайнлибе-артц.

зойдет на нас благодать Твоя. Да будет

Когда появятся другие люди, она уйдет.

власть Твоя на земле, как на небе. Воз-

— Я дам тебе новые глаза и снова

даю хвалу за еду и кров, что сохраняют

останусь одна. Знаешь, я ведь послед-

мою жизнь. Прости нам прегрешения, как

няя из моих сестёр, кто остался в живых.

мы прощаем должников своих. Не введи

Когда-то нас было целых тринадцать.

нас в искус. И спаси от Врага.

Вы называли нас Девами Битвы, послан-

Прежде Лукас обращался к богу крайне редко. В мирное время он честно посещал

ками и отмечали лучших воинов, давая

церковь раз в неделю, но никогда особо

им возможность вернуться.

не верил в силу молитв. Но сейчас уже в пя-

www.mirf.ru

ницами Отца Всего. Мы летали над схват-


Литературное приложение

Рассказы читателей

50

тый раз повторял самое простое воззвание к Отцу Всего.

Шрайбера била мелкая дрожь. Он не спал больше суток. Кто-то из со-

Он впервые увидел, как возвращают-

служивцев расщедрился в связи с победой

ся Вторые. Четыре полковых капеллана,

и сварил для всех желающих самый насто-

солдаты, принявшие веру после долгих

ящий зерновой кофе. Лукас с удовольстви-

лет службы, вставали над убитым и тихо

ем выпил бы три-четыре кружки, но успел

бормотали молитвы, подняв руки к небу.

налить себе только одну. Солдаты слиш-

По окончанию молитвы мертвец начинал

ком истосковались по вещам, которые

дёргаться, поначалу неловко, потом дви-

прежде были совершенно обыденными.

жения становились все точнее. В конце

Временами Лукас проваливался в дрё-

концов, убитый вставал, принимал их рук

му. Встрепенувшись, он всякий раз напря-

капеллана оружие и шел к другим Вторым.

женно оглядывался, выискивая взглядом

Так это происходило для остальных. Но Лукас видел кое-что ещё. Когда капелланы подходили к мертвецу, между ними затёсывалась Война. Она

Войну. Но она не появлялась. Оставалось надеяться, что сейчас у нее нашлись более важные дела, чем один ничем не примечательный солдат.

опускалась на колени. Когда священники

Один из караульных присел у костра,

начинали молитву, она наклонялась и це-

подкинул несколько поленьев, сверху —

ловала убитого в лоб. Только после этого

пропагандистских листовки, чтобы огонь

он начинал оживать.

лучше взял. Желая хоть как-то отвлечься,

Лукас сглотнул и продолжил молиться.

Лукас перехватил одну агитку, впервые рас-

Пропаганда оказалась ложью. Скорее

смотрел повнимательней. Прежде он вос-

всего, непреднамеренной. Но это толь-

принимал их исключительно как доступ-

ко делал её страшнее. Вторые вставали

ную, но не всегда годную бумагу. А теперь

не по воле Отца Всего. А только потому,

впервые прочитал написанный текст.

что в них вдыхала жизнь Война. Которая

Он замер. Это было отвратительно,

сама признала, что действовала вопреки

мерзко, чудовищно. Лукас не ожидал, что

желанию творца. Значит, не было службы

живое, мыслящее создание может быть

Родине после смерти, не было благород-

настолько жестоким.

ной миссии. Они просто выполняли прихоти полоумной суки. Заметив Шрайбера, она послала ему

Глаза солдат принадлежали Войне, и они видели исключительно то, что хотела она. — Я должна была забрать твои гла-

воздушный поцелуй. Вздрогнув, Лукас

за раньше, до того, как ты это увидишь.

отвернулся. Он не хотел смотреть, как она

Но у каждого поступка есть свои причи-

оживляет Вилли.

ны, не так ли? Как и прежде, Война появилась внезап-

Мир фантастики • Февраль• 2014

— Шрайбер! Ложись уже спать! Радуйся,

но. Она присела рядом с Лукасом, при-

сейчас можно уснуть, зная, что проснёшь-

жавшись к нему теплым плечом. Осталь-

ся. Победа же!

ные солдаты никак не отреагировали

Лукас был последним, кто сидел у ко-

на её появление, не увидели и не услыша-

стра. Бодрствовать остались только часо-

ли. Война осторожно взяла из рук Шрай-

вые, охранявшие пленных фергюсов. Часо-

бера листовку и бросила её в огонь.

вые по привычке смотрели в сторону уже опустевших позиций врага.

— Зачем? — только и смог спросить Лукас.


51

ны убивать друг друга. — Почему именно мы?

Война должна была закончиться подругому. Не убийством пленных. Решение было совсем рядом.

— Ваш участок далеко от штабов. Достаточно легко было убедить как георгов,

Даже будучи предупрежденным, Лукас

так и фергюсов, что связь потеряна. А так...

не заметил, как фергюсы скрутили часовых.

Считайте, что вам просто повезло. Именно

Впрочем, в этом не было ничего удивитель-

вы закончите эту войну.

но — пленные были опытными солдатами,

— Мы победили. Фергюсы сдались в плен. — О да. Но я же еще здесь. Как ты думаешь, почему? — Они ещё живы, — выдохнул Лукас. — Ты не уйдешь, пока они живы.

много чему научившимися за годы войны. Шрайбер понял, что всё началось, когда Вторые молчаливым неумолимым потоком двинулись к фергюсам. Только тогда, в момент, когда в смертельной опасности оказа-

Война улыбнулась и ничего не ответила.

лись люди, еще вчера бывшие их врагами,

— И чем все закончится? — после долгого

к Лукасу пришло понимание.

молчания осторожно спросил Шрайбер. — Ты знаешь, твои враги видят всё по-

«Есть поступки, которые ты хочешь совершить, а есть такие, совершить которые

другому. Они знают, насколько вы устали,

ты должен». Так сказала ему Война. Выхо-

и уверены, что у часовых не хватит сил,

дит, она была права.

чтобы исправно нести службу. Также

Лукас побежал вперед, сквозь строй

фергюсы понимают, что патронов у вас

Вторых. Он не взял Kr-99, оставил у костра

не осталось. Поэтому они попытаются

шлем, сейчас всё это было совершенно

освободиться из плена.

не нужно. Шрайбер мчался, отталкивая

— Когда?

восставших из мёртвых солдат. Главное

— Этой ночью, пока вы сидите тут, оша-

было успеть.

левшие от победы. Но не бойся. Вторые

«ПОБЕДА!» — заголовок сожжённой ли-

их увидят. И убьют. Это будет достойное

стовки был набран огромными красными

завершение. Прощальный подарок. Поверь,

буквами.

это надолго насытит меня. «Насытит». Лукас удивился, насколько

«16 октября была выиграна битва под Рюгенсдорфом. После сокрушительного пора-

мерзко это прозвучало. И всё же в её сло-

жения правительству противника не оста-

вах чувствовалось какое-то противоречие.

валось ничего другого, как подписать акт

Особенно с учетом того, что Шрайбер про-

о полной и безоговорочной капитуляции!

чел в листовке. Было что-то неправильное,

Доблестные вооруженные силы нашей ве-

какое-то несоответствие, подвох. И Лукас

ликой Родины восторжествовали!»

чувствовал, что это крайне важно. Но так и не мог понять, в чем же дело.

Рассказы читателей

— Я тоже хочу жить. А для этого вы долж-

Протолкнувшись сквозь Вторых, Лукас развернулся к ним, раскинул руки, в нелепой попытке остановить. Но не это было

Шрайбер стоял, сильно ссутулившись и спрятав ладони под мышки. Безумно хотелось спать. Стоило сесть, как глаза за-

главное. Шрайбер знал, что где-то неподалеку была она. «На всех фронтах солдаты противника складывают оружие! Наши воины ценой

последняя ночь, прежде чем всё закончит-

собственной жизни исправили историче-

ся. Хотя завершение, описанное Войной, его

скую несправедливость и вернули коро-

не устраивало.

не исконные территории! Слава нашим

www.mirf.ru

крывались. Оставалось совсем чуть-чуть,


Литературное приложение

Рассказы читателей

52

солдатам! Слава нашим офицерам! Слава кайзеру!»

тридцать четыре дня назад. А ты закрыла

— Война! Я готов! Приди и возьми!

нас от остального мира, заставила убивать

Вторые не остановились. Они медлен-

друг друга. Но вчера мы победили. Врагов

но обходили Лукаса и продолжали идти

больше нет! Есть только фергюсы, жители

к фергюсам.

соседней страны. Мы больше не в твоей

— Не надо так кричать, я прекрасно тебя слышу, — она вновь появилась словно из ниоткуда. — Ты можешь делать со мной всё, что хочешь.

власти. Почти. Последнее, что тебя здесь держит, — это я. Мои глаза. — И я их заберу. Она подошла совсем близко. Лукас почувствовал прикосновение нечеловече-

— Я могла и раньше.

ски горячих рук. Война осторожно обвела

— Забирай мои глаза. Я готов принять это

кончиками пальцев его веки, потом силой

изменение. — Это просто замечательно, — голос Войны не изменился, но Лукас заметил

раскрыла зажмуренные в последний момент глаза. — Кричи. Я знаю, что это безумно больно.

её настороженность. — Этой же ночью, как

Но это был твой выбор. Совершенно глупый.

только ты уснешь.

Ты слишком мало здесь пробыл.

— Прямо сейчас! — Ты сам этого захотел, — мрачно предупредила рыжая. Без всякой команды их обступили Вто-

Лукас перестал видеть правым глазом. Левым он успел увидеть что-то круглое и осклизлое, зажатое в ладони Войны. — Я не хотела прекращаться. Война

рые. Они ухватили Лукаса за руки, рывком

будет идти всегда. Ты думаешь, всё закон-

опустили на колени. Крепко обхватили

чилось? Как можно быть таким наивным?

голову, не позволяя отвернуться. Война

Вы все — мои воспитанники. И смотрите

медленно приближалась, на ходу открывая

на мир новыми глазами. Вы уже не сможе-

висевшую на поясе сумку. Она достала бе-

те жить в мире. Я вернусь. Не завтра, не че-

лый шарик с черно-голубым пятном посе-

рез месяц, не через год и даже не через

редине. Следом еще один.

десятилетие. Но знаешь что? Я уже знаю,

— Смотри, мой кошель опустел. Это последняя пара глаз, которая у меня есть. Больше не осталось. Ты все понял правильно.

что нужно делать. Вы навсегда запомните мое возвращение. Боль была непереносимой. Лукас пере-

Но не смог распорядиться знанием. Пыта-

стал видеть вторым глазом. Он выл от боли,

ешься остаться прежним, нежным мягким

кричал, вырывался, но Вторые держали

мальчиком. Со своими глупыми принципа-

крепко.

ми, с убеждением, что убийство — это зло.

Мир фантастики • Февраль• 2014

— Мирное соглашение было подписано

— Вот и всё, пора прощаться. Больше

— Все равно я победил.

ты меня не увидишь. Но я всегда буду ря-

— О да, ты большой молодец, — рассмея-

дом, буду внутри тебя. Не бойся этого. Все

лась Война. — Смог спасти целых сорок

изменения идут лишь на пользу, а мой по-

семь человек. Которые еще вчера желали

дарок даст тебе многое.

тебе смерти. Что это изменит?

Зрение вернулось. Сначала начал видеть

— Когда мы закончим, ты уйдешь.

правый глаз, потом левый. Вторые отпусти-

«ПОБЕДА! После долгих четырех лет не-

ли Лукаса; тот медленно поднялся с колен.

прекращающихся сражений ВОЙНА ЗА-

Вторые остановились. Они дошли до плен-

КОНЧИЛАСЬ!»

ных фергюсов. Многие замерли с уже под-


53

по ранению и был вынужден доживать свой

Оберст Аккер замер с занесенной саблей.

век на ветеранский пенсион.

Потом Вторые один за другим начали

Лукас Шрайбер не был удостоен ни на-

падать на землю. Их ноги подгибались, они

град, ни признания. В этом не было ничего

роняли оружие, застывали в неестествен-

удивительного — официально он пробыл

ных позах. Война — та ее часть, что выпала

на фронте меньше недели. Мирный договор

на их долю, — закончилась, и долг Вторых

был подписан через пять дней после того, как

был выплачен. Отныне мертвые могли быть

пополнение прибыло в потерянный полк.

похоронены со всеми почестями, которые они заслужили. Лукас Шрайбер был первым, кто во все горло заорал: — Победа! Мы победили! Война окончена! Война закончилась. Командование обеих сторон предпочло сделать вид, что те столкновения случились раньше. Достаточно

После всего пережитого Лукас начал бояться зеркал. Иногда, переборов себя, он подолгу вглядывался в свое отражение, но не видел никаких изменений. Либо же просто не мог вспомнить, какими были его глаза прежде. Зрачок, радужка редкого голубого цвета, белок — все это принадлежало ей. Это были её глаза. Многим позже, после второй мобилиза-

было изменить дату в представлениях

ции, когда Родина снова призвала его, Лу-

к наградам. Ну а все остальные письменные

кас вспоминал те события. Он ожидал, что

документы вряд ли заинтересовали бы хоть

снова увидит Войну. Но за все время, прове-

кого-нибудь в ближайшие полвека.

денное на фронте, Шрайбер так и не увидел

Оберст Георг Аккер был посмертно представлен к Кресту Героя, высшей государственной награде. Гауптманн Рудольф

Рассказы читателей

нятыми для штыкового удара винтовками.

рыжую девушку. Она была права, когда навсегда попрощалась с ним. Хотя иногда ему казалось, что среди вы-

Цинглер не смог перебороть пневмонию

стрелов и разрывов снарядов, среди рева

и скончался в больнице городка Альсё,

танковых моторов и завывания пикирую-

ближайшем к линии фронта поселении.

щих истребителей слышен пронзительный,

Фельдфебель Гюнтер Маус был комиссован

истеричный женский смех.

www.mirf.ru


Литературное приложение

Рассказы читателей

54

Владимир Новиков, Андрей Федоров bbeholder@yandex.ru, mesforvlad@tut.by

Зеркала лгут От редакции: Расследование убийства — не самое простое дело. Особенно в мире, где возможны путешествия во времени.

Л

ожь разлита в воздухе. Клубы её плавают по комнате, разъедая реальность. Даже зеркала лгут. Всё

вокруг фальшиво и эфемерно. Всё, кроме...

В таком мире стирается грань между

него самого? Не-ет, и он тоже — искусная

жертвой и убийцей, между человеком и его

подделка, обман, искорёженная кукла.

отражением...

Пожалуйста, хватит! Сколько можно издеваться?! Мгновенье назад дом пылал. Огонь с адским проворством карабкался по стенам и страстно облизывал потолок. Казалось, от дыма лёгкие превратились в мешок, набитый осколками тех самых лживых зеркал. Пламя подбиралось ближе. Ещё миг — и, смачно облизнувшись, проглотит... Он только и успел закрыть глаза, чувствуя, как плавятся ресницы. Мертвеннобледный свет вдруг хлынул отовсюду. Обжёг даже сквозь закрытые веки. Безумие — на лице и коже рук, в каждой клеточке. У света появились вкус и запах. Вкус страха. Запах... должно быть, смерти, его не все помнят. Поднять веки. Именно поднять, дрожащей рукой — мышцы лица отказались

Мир фантастики • Февраль• 2014

слушаться, и оно превратилось в пергаментную маску. Следов пожарища не было и в помине. Лишь пустой зал с теряющимся в высоте потолком. Ещё дверь впереди. Чудная, сумасшедшая — скривившаяся, будто рот беззубой старухи, на один бок. Свет на мгновение, лишь на долю секунды, погас. Но Им хватило. Они обступили


55

улыбнуться выходящему из офиса номер

на костях, струпья, язвы, горящие глаза-угли.

два мужчине — допустимое вмешательство.

Когтистые пальцы потянулись, стремясь впиться, влезть под кожу, изорвать в клочки. Внутри головы родился зловещий шёпот. Вначале слов было не разобрать, но за-

Улыбаться можно. Говорить — нет. Невысокая, слегка полноватая жгучая брюнетка — вот и всё, что он запомнит. Мужчина, набрасывая на ходу пижони-

тем голос окреп. Казалось, деловито, по-

стый белый плащ, рассеяно кивает. От-

хозяйски зашевелился в черепной коробке.

пускает дверь, поворачивается и исчезает

«Останешься... останься здесь...ос-с...»

за поворотом. Та захлопнется и без его уча-

Пистолет сам прыгнул в ладонь. Не дать-

стия. Он не видит, как Уна проскальзывает

ся живым! Хотя... Зачем мёртвым жизнь? Снял с предохранителя...Боже, как про-

Рассказы читателей

стеной. Гниющая плоть, едва держащаяся

внутрь кабинета. Взгляд девушки шарит по помещению, цепляясь за ящики, тумбочки, шкафы. Стандартный офисный набор, канце-

сто! Если — здесь и сейчас — исчезнуть,

лярский шик: имитация красного дерева

умрёт и весь этот свихнувшийся мир! От-

и серебряный блеск фурнитуры. Тяжёлые,

лично. Теперь ясно, куда стрелять. Промах-

непроницаемые шторы на окнах. Хорошо.

нуться будет чертовски трудно.

Кому нужны лишние глаза? Вот он — сложенный вчетверо лист. Уна

Треск и хлопок. А значит, Уна на месте.

разворачивает его, даже не стараясь вник-

Злая ирония — местом этим оказалась убор-

нуть в смысл. Сделано: камера всё снимет

ная. Ведь слэп — чувствительная перегрузка,

и превратит в неоспоримый аргумент

подобная приземлению самолёта. И каж-

обвинения.

дый раз она чувствует давление на мочевой пузырь. Интересно, у всех так или только у неё? Спрашивать ведь не станешь.

Зуммер снова пищит, значит, документ получен, занесён в базу. Пора уходить. Сделано.

Вроде бы, раз уж оказалась в туалете, пользуйся на здоровье! Но нельзя: в суде

Сердце отплясывало, ускоряясь. А потом

поднимут на смех — камера снимает всё

вдруг проваливалось в бездонную про-

без разбору. А запись монтировать запре-

пасть. Мчалось навстречу...чему? Неважно,

щено — не примут в качестве веществен-

ведь там — Уна была уверена — её ожидало

ного доказательства. Почти как в детстве:

счастье.

хочется, спасу нет, но за дверью спальни

— Та-да-дам, ти-да-да-ти-да-да-там, —

темно. Нужно выбраться из-под тёплого

неожиданно для себя запела она, хотя

одеяла и пробежать по жуткому коридору.

сопротивлялась безудержному веселью

Перебороть себя и тьму.

до последнего.

Не так уж, в конце концов, и беспокоит. Терпеть можно, и Уна терпит. Тихий писк зуммера. Три, два, один —

Как мало нужно человеку — и особенно женщине — для счастья! Свободна от работы, жалованье пару часов назад перекоче-

адреналин в кровь, и поехали. Уна от-

вало на счёт и терпеливо ожидает возмож-

крывает дверь уборной. Выходит, не глядя

ности её побаловать.

по сторонам — сейчас только вперёд! —

А ещё они наконец-то увидятся. Роман такой занятой. Вечно хмурый, но к его

заплывший жиром, обрюзгший охранник

плохому настроению она привыкла. Что

смотрит в другую сторону. Остановиться,

поделаешь — «бывший русский». Тащит

www.mirf.ru

пересекает коридор. Она точно знает:


Литературное приложение

Рассказы читателей

56

на плечах мировую скорбь. Пропадает

«Мерзавка, пош-ш-ш-ла вон!» Представи-

неделями неизвестно где. Но не сегодня.

лось это так ясно, что она почти услышала

Когда же они встречались в последний

звук трущихся друг о друга чешуек.

раз? Десять дней назад или больше... целая вечность. И то в спешке, на бегу. Он почти

Десятый гудок разорвал её пополам. На-

прошёл мимо. Поникший, сгорбленный,

важдение схлынуло, оставив лишь кислый

чем-то сильно озабоченный. И ужасный

с горечью привкус во рту. Прежняя радость

кровоподтёк на левой скуле.

почти исчезла, подёрнулась тонким слоем

Уна схватила его за руку и сильно дёрну-

серого пепла.

ла. Будто пыталась вытащить утопающего

Пятнадцать. Шестнадцать.

из воды. Получилось — он поднял взгляд,

Она сбросила набор.

вздрогнул. Потом узнал её, улыбнулся ши-

Вот же! Должно быть, ошиблась номе-

роко, открыто. Так только он один умеет. — Привет, пропажа.

ром. Конечно, это всё объясняло. Глупая гусыня!

Она чмокнула его в щёку. В правую,

Ещё попытка — и прежняя пустота

а по левой бережно провела пальчиком.

на том конце. Может, он в ванной? Вы-

— Где это тебя так?

шел за сигаретами и оставил телефон?

Роман пробормотал что-то нечленораз-

Украли, потерял, в ярости разбил о стену,

дельное. Она разобрала всего два слова: «Работа, понимаешь». — Давай сегодня закатимся в «Арктурианскую пчелу». Я угощаю.

да мало ли. Однако сердце... Вначале оно тихонько поскуливало, а теперь стало подвывать. Набрала ещё раз. Для себя решила, что

— Знаешь, малыш, не получится.

в последний. Зачем-то невыносимо защипа-

— Фу, какой противный! — протянула она

ло глаза. Уна заморгала часто, пытаясь про-

и обиженно надула губки. — А когда мистер

гнать резь. Но помогало слабо: слеза роди-

«Я чертовски занят» сможет?

лась, поползла вниз и, соскользнув по щеке,

— На следующей неделе, тогда уже точно. — Хорошо, вернусь из рейса, и ты не отвертишься. Попробуй только! — Замётано, — с облегчением согласился

обожгла уголок рта. Десять. Двенадцать. Пятнадцать... А сердце-паникёр ревело в голос: «Немедленно — слышишь?! — немедленно

он, снова улыбнувшись. Тут же превраща-

приезжай, бросай всё... спаси! Если ты здесь

ясь в того самого, единственного.

и сейчас, я жду!»

И с тех пор не звонит. Мужчины...

И вдруг...

Так позвонит она.

— Да.

Но телефон вероломно предал — окатил

Голос мужской, низкий и хрипловатый.

холодным душем безразличных к её желаниям гудков. Один, два, три. Мир фантастики • Февраль• 2014

В следующую секунду тишина лопнула.

Девятый гудок показался особенно

И самое главное — абсолютно Не Его. — Добрый вечер, я, должно быть, ошиблась. Уна назвала последние цифры номера.

громким и длинным. А когда оборвался —

— Всё правильно, — ответили ей.

возникла тишина, какая бывает за секунду

— Тогда Роман как же...

до слэпа. Уна почувствовала, как время

— А вы кем ему приходитесь?

пытается сжать тело. Неужели она ещё там?

— А вы вообще кто?! — огрызнулась она,

Одна, вокруг чужой, враждебный мир. Свер-

начиная злиться, резко встала на ноги

нулся клубком змей и угрожающе шипит:

и заходила из угла в угол.


57

— Алло, — прошептала она и едва расслы-

Линдер ни о чём ей не говорила. А вот

шала собственный голос, тусклый и безжиз-

должность — детектив из службы вну-

ненный.

тренних расследований — заставила

— Добрый день, я говорю с госпожой Роа?

вздрогнуть и снова присесть на край кро-

— Да, — прозвучало ещё тише.

вати. С этими ребятами она ещё ни разу

— Извините, что тревожу, мне неловко

не встречалась, хотя и слышала об их су-

вас об этом просить, — равнодушный сухой

ществовании.

голос, на автомате произносящий формулы

— Ещё раз прошу, мэм, назовите своё имя. Она выполнила теперь ставшую законной просьбу. — Одну минуточку, — попросили её,

вежливости, — но больше некого. Очевидно, детектив Линдер был уверен: его узнают и так, поэтому и не счёл нужным представляться.

и она повиновалась. Ожидала, впрочем,

— Что вы хотите?

недолго.

Некоторое время Линдер молчал, выдер-

— Мне очень неприятно вас огорчать, но Роман Маркоф обнаружен мёртвым, мэм. Уна услышала свой голос со стороны. Казалось, он сыпал грязными руга-

Рассказы читателей

Собеседник представился. Фамилия

живая паузу. — Нужно опознать тело. Уна ахнула. — Чистая формальность, но её нужно

тельствами. Смысл некоторых из них

соблюсти. Родных у господина Маркофа

она и понимала-то с трудом. А потом

не было. Согласно нашим данным, близких

он умолк, растворившись в слезах и почти

отношений он ни с кем, кроме вас, не под-

зверином рычании.

держивал... Следователь вздохнул.

— Привет.

— Поможете?

— Привет. Вы тоже здесь новенькая?

На миг возникло желание выкинуть

— Да, сегодня первый день.

телефон из окна. Тогда, услыхав завыва-

— Будем знакомы, я — Роман.

ние ветра, Линдер поймёт, что она думает

— Уна.

по этому поводу.

— Вы не представляете, насколько приятно. — Мне тоже. Ну? Ещё увидимся?

— Я помогу, — ответила девушка и мысленно послала детектива к чёрту. — Замечательно, — отозвался Линдер. — За вами прислать машину?

Уна вздрогнула и проснулась. Когда

— Прямо сейчас? — растерялась Уна.

из светлого сна-воспоминания выскаль-

— Только если вам удобно, — ответил

зываешь в холодный мир — это всегда как смерть. Зарылась в подушку, укрылась

он тем же бездушным голосом. Удобно, не удобно, но уже через три

с головой. На какое-то время сработало.

четверти часа её доставили в городской

Кажется, она заснула вновь.

морг. Гигантское здание, пепельно-серое снаружи, стерильно белое внутри. Линдер

дела до творящегося под ним бедлама. Уна

встретил её у входа. Он оказался высоким

попыталась открыть глаза, но это вышло

худощавым мужчиной средних лет с серым,

не сразу. Смесь высохших слёз и туши на-

испещрённым морщинами лицом. Он по-

дёжно склеила ресницы.

здоровался и предложил следовать за ним.

Будто ожидая её пробуждения, запищал телефон.

Лампы заливали холл ярким, чуть голубоватым светом. Её провели

www.mirf.ru

Но утро всё равно настало. Солнцу нет


Литературное приложение

Рассказы читателей

58

по коридору, услужливо поддерживая под

Три около входной двери, одна — в стене.

локоть. Она то и дело хотела закричать:

Та, которая прошла сквозь голову Романа.

«Отпустите, пойду сама». Но не стала, понимая, что сейчас не справится с такой длинной фразой. Следующие полчаса из жизни Уна предпочла бы вычеркнуть. Не видеть ровные

ей в лицо. — Вам плохо? Не дожидаясь ответа, он подал ей пластиковый стаканчик с водой.

ряды прозрачных коробочек с прессован-

— Вот, выпейте.

ным прахом. Наборы посверкивающих

Благодарно кивнув, Уна последовала со-

холодным блеском инструментов. Серые,

вету. Прохладная вода хлынула в пищевод,

безразличные к чужому горю люди.

и горло отпустило.

И Роман, изуродованный, непривычно мёртвый. А когда всё кончилось, ей почемуто сразу стало легче. Как миновавшему точку возврата лётчику: назад дороги нет, мрачная определённость безнадёжности. Линдер, заметив перемену, отвёл её в просторный зал без окон, но с диванами и столиком. А когда Уна устроилась на одном из диванов, задумчиво сказал: — Вы знаете, это очень странное са-

— Спасибо, — хрипло поблагодарила она. Линдер кивнул и продолжил: — Так вот, на колонне, ближайшей к двери, обнаружена кровь Романа. — Что же тут странного? Кровь появляется, если люди стреляют себе в голову. Линдер бросил на девушку быстрый взгляд. — Странно то, как эта кровь располагается на колонне, — вкрадчиво сказал он,

моубийство. Не возражаете, если я спрошу

сделав ударение на слове «как». — Предпо-

одну вещь? Насколько вы были близки?

ложим, ваш бойфренд покончил с собой,

Уна вспыхнула.

сидя у зеркала — а траектория пули это

— Это допрос?

подтверждает, — значит, кровь обогнула

— Нет, мэм, что вы. Просто есть вещи,

колонну и отпечаталась с противополож-

которые меня смущают. Послушайте,

ной от тела стороны. Иных ран нет. Роман

Роман был... скажем, модником? Или

умер мгновенно. Допустим совсем не-

нарциссом?

вероятное — ему помогли: умер он рядом

— Конечно же, нет! Какая нелепость!

с колонной, а потом его усадили за стол.

Линдер кивнул.

Но следы перемещения тела отсутству-

— И я так подумал. Но знаете, что инте-

ют. Как и признаки того, что пол мыли.

ресно? Он застрелился, глядя в зеркало. Зеркало? Озноб пробежал по спине Уны. Почему именно зеркало? — Вот и я думаю, почему зеркало, — скаМир фантастики • Февраль• 2014

Линдер внимательно взглянул

Не по воздуху же его доставили? Отсюда вопрос: как кровь попала на колонну? Почему-то эта деталь очень испугала Уну. Она потянулась за сигаретами, но Лин-

зал Линдер, и девушка осознала, что по-

дер кивнул на запрещающую красную

следнюю фразу произнесла вслух.

табличку. Чертыхнувшись, девушка с си-

— А знаете, что ещё интересно?

лой швырнула пачку в урну и вызывающе

Не найдя сил справиться с голосом, Уна

взглянула на детектива. Но тот, казалось,

мотнула головой. — В комнате не одна и не две, а целых четыре гильзы, представляете? Стреляли четырежды. Четыре гильзы, четыре пули.

даже не обратил на это внимания. Он рассеянно смотрел в другую сторону. — От меня ещё что-то требуется? — ледяным тоном спросила она.


59

Я вас больше не задерживаю, — засуетился Линдер. — Может быть, подвезти? — Я сама как-нибудь доберусь, — мысль о лишней минуте в обществе детектива вызвала тошноту.

тему. — Просто вас нет в списке. И я не видел сегодня заявок из прокуратуры. — И да, и нет, — загадочно улыбнулась Уна. — А если я скажу, что пришла к тебе, ты меня выгонишь? Скот постарался не подать виду, что взвол-

Рассказы читателей

— Нет, спасибо, что выкроили время.

нован. Но зардевшиеся щёки выдали его. Решение пришло само. Ей даже показа-

Как цинична и беспардонна жизнь.

лось, что она проснулась с этой волнующей

Этот парнишка, в сущности, совсем ре-

мыслью. Все переживания дня сразу по-

бёнок, но с докторской степенью. Почти

казались никчёмными и пустыми. Линдер

год он смотрел на неё как на божество.

со своими странными взглядами отошёл

Притворялся, что внимательно изучает

на второй план.

её состояние перед слэпом. А сам стре-

Она же слэппер! Конечно, организация

мился лишний раз подержать за руку,

постаралась вдолбить ей мысль об опасности

отсчитывая пульс и заглядывая в зрачки.

недопустимого воздействия. И Уна была со-

Так мило, что Уна даже перестала напоми-

гласна с доводами. Но теперь... умер Роман.

нать о мульти-датчиках, предназначенных

Она всё исправит, сможет исправить,

для этой цели. Сначала ей было чертовски

должна... Ворочая эту фразу во рту, будто горькую, но спасительную таблетку, она добралась до работы. Пускай сегодня была и не её смена, Уну пропустили внутрь. План действий сформировался в голове и нетерпеливо требовал исполнения. Лишь один человек мог помочь ей. И уж своего шанса она не упустит. — Привет, Скот, как твои меченосцы? — спросила она, тихонько войдя в кабинет и остановившись у шарообразного аквариума. — Ой, здравствуйте, — весело поприветствовал её высокий рыжеволосый парень в белом халате и поднялся навстречу. — Эд совсем плох, грибок, я думаю, а так всё окей. — Бедный Эд, — протянула Уна сочувственно. — Неужели ничего нельзя сделать?

приятно. Но со временем это приелось и раздражало. И сейчас самое главное — чтобы Скот не заметил раздражения. — Ну, не положено, конечно... — только и промычал он. — Скот, мы можем поговорить? Она облокотилась на стол. Парню открылся замечательный вид на глубокий вырез её платья. — Я вас слушаю, — заметно изменившимся голосом ответил Скот. — Мы уже год знакомы, давай на «ты»? А то я чувствую себя такой старой... — Хорошо. Ты так выглядишь, что я сначала думал, мы почти ровесники. — Спасибо, приятно слышать, — улыбнулась она и кокетливо повела плечами. А вместе с ними и другими соблазнительными прелестями.

— Ну, я попробую что-нибудь придумать.

Скот смутился ещё больше.

Уна подошла к нему поближе. Их разде-

Тут голос Уны дрогнул. В нём появились

лял только стол. — Конечно, придумаешь. Ты же ведь — А вы пришли поработать? — Скот постарался перевести разговор на другую

— Скажи, Скот, у тебя есть девушка? — Нет, по правде, ничего серьёзного. Так, от случая к случаю. — А ты когда-нибудь любил?

www.mirf.ru

умница.

печальные нотки.


Литературное приложение

Рассказы читателей

60

Скот опустил взгляд и пробормотал нечто невразумительное. — Понимаешь, человек, которого любила я, умер.

Учёный воровато огляделся, будто шкодливый мальчишка. — Сейчас, значит? Хорошо. Справимся

— Мне очень жаль, правда.

быстро, — он встал с кресла и скрылся

— Ладно, я почти привыкла жить без

за защитным экраном. Уна двинулась

него. Да... привыкла. Мне очень плохо,

за ним. Когда она вошла в операторскую,

Скот, я не вру... но так уж вышло. Вот толь-

Скот уже колдовал над панелью

ко... мы даже не попрощались. И я очень

управления.

виновата перед ним. Сейчас я отдала

— Точная дата? Время?

бы всё, чтобы просто ещё раз заглянуть

Уна назвала.

ему в глаза. Ты меня понимаешь?

— Та-ак. Перегрузки в этот раз будут

— Понимаю, и вы хотите...

не такими сильными. Суперточность

— На «ты», помнишь?

не нужна...Ага, садись.

— Простите... прости. И ты хочешь, чтобы я... — Скот... давай я заплачу тебе?

Девушка мигом очутилась в кресле. Пристегнулась, нацепила датчики. Скот подошёл, проверил. Слегка провёл

— Меня уволят, если узнают.

пальцем по щеке Уны. И убрался обратно

— Тогда скажи, что мне сделать? Ну, по-

в операторскую. Дверь за ним с шипением

жалуйста, если бы ты любил, на что бы был готов? Или может ... Она быстро прыгнула к нему на колени. Прижалась всем телом и горячо прошептала на ухо: — Я сделаю всё, слышишь?! И тут же, будто возвращаясь из забытья, отстранилась.

закрылась. — Готова? — донёсся из динамиков голос. — На всё, — шёпотом ответила Уна. Воронка пространства-времени затянула её. Желудок качнулся. Свет мигнул и рассыпался дождём осколков... — Что за чёрт?! Озабоченный голос Скота рассеял иллю-

— Прости, я не должна была...

зию. Уна скривилась — чёртовы приступы

Но Скота как подменили. Он схватил

стали учащаться. Спасёт Романа — нужно

её рукой за талию и притянул к себе. Уна

будет разобраться.

не ожидала от парня такой прыти и слегка

— Что случилось, Скот?

растерялась.

— Четыреста девятая, — бросил он, будто

— Уна, поймите...пойми. Я же не железный! И он сделал то, что совсем не входило в её планы: опустил руку ей на бедро и пребольно впился в губы поцелуем. А когда отпрянул, с придыханием сказал: Мир фантастики • Февраль• 2014

— Чем скорее, тем лучше. Сейчас.

это всё объясняло. — Что? — переспросила Уна. — Ошибка четыреста девять. Конфликт запросов. Уна привстала с кресла, чтобы видеть лицо Скота.

— Будем считать это задатком.

— Чего? Объясни нормально!

Она облизала губу, почувствовав

Учёный мельком взглянул в её сторону.

солоноватый вкус, и мягко выскользнула

Затем вышел из операторской, уселся ря-

из объятий.

дом с Уной и тихо сказал:

Скот проводил её слегка безумным взглядом. — Когда?

— Это закрытая информация ... Но ты из своих, тебе, наверное, можно. — Давай, не томи. Что случилось?


61

— Ошибка четыреста девять значит, что ты там уже есть. Несколько мгновений Уна осознавала услышанное. — Погоди-ка. Хочешь сказать, я уже была там с Романом в момент его смерти?! Скот кивнул. — Бред! Когда бы я успела? Он же только вчера... — Уна, никто и не говорил, что ты успела. Вполне возможно, это была ты... из будущего. Девушка не нашлась, что ответить. Значит она — та, которая только будет, присутствовала там. Совершенно некстати вспомнился Линдер с его «загадочной кровью». — И что же я там делала? То есть буду делать? То есть... чёрт! — разозлилась Уна. — Очевидно, пыталась спасти Романа, — пожал плечами Скот. — Но ведь он... — Уна прикусила губу. Если Роман по-прежнему мёртв, значит,

Пустота и скрипка. Уна почувствовала, как к горлу подкатывает солёный с горечью ком. А, к чёрту! Она хлопнула в ладони, зажигая свет. Темнота трусливо поджала хвост. Рванулась в дальний угол и замерла, ожидая нового шанса. И вовремя, поскольку Уне начало казаться, что во тьме появились и стали приближаться бесформенные тени. Бессмыслица! Зачем этот сумасшедший прострелил себя?! И какого чёрта она там делала? Девушка сжала кулаки так, что ногти до боли впились в ладони. Она не заметила, как начала говорить вслух: — Скот что-то напутал. Наверное, он не хотел, чтобы я оказалась там и испортила всё ещё сильнее. Нет, не сходится. Он был готов на всё. Где ему схитрить, когда вся кровь не в голове! Так смотрел, будто из штанов сейчас выпрыгнет. Тут она осеклась. Почувствовала, что по-

второй Уне не удалось его спасти. Либо...

следняя мысль — о ужас! — взбудоражила,

она там была вовсе не для этого.

доставила ей удовольствие. Воображение

— И когда же я смогу туда попасть? Или теперь никогда?! Скот положил ладонь на плечо девушке, но тут же убрал: — Я не знаю. И никто не знает. Давай

Рассказы читателей

Скот вздохнул и пояснил:

нарисовало несколько ярких картин. В них были стоны, пот и обнажённая плоть. И вдруг стало противно. До рези в животе, до тошноты. Она ударила себя по щеке. Сильно, беспощадно.

попробуем завтра. Вдруг ты прыгнула в про-

— Дура! — закричала Уна.

шлое именно из завтрашнего дня. Хорошо?

Крик совпал с моментом, когда в комна-

Учёный помог девушке выбраться

те погас свет. Показалось вдруг, будто кто-

из кресла. Совершенно потерянная, она

то зажал ей рот и нос холодной скользкой

прошла мимо Скота и направилась прочь

ладонью. Запах, удушливо-сладковатый

из кабинета.

смрад, забрался через поры кожи. Просочился в мозг. Страх пустил корни. Будто

Благословен будь придумавший тьму. Она расслабляет нервы, заботливо укутывает. У слабых духом рождает страх. Смешно. Уне казалось, будто её нет. И только тем-

голодный паразит, впился во все органы, по-хозяйски пошевеливая отростками. Уна попробовала зажечь свет хлопком. Но тот отчего-то медлил. Тьма брала верх, довольно потирая руки. Кто знает,

шивается к себе. За стеной негромко поста-

есть ли они у неё? Стало страшно по-

нывала скрипка в объятиях виолончели. Всё

настоящему. Она рванулась к выключате-

лучше, чем наглые, до спазмов в животе,

лю на стене. Зацепилась за прикроватный

электронные басы.

столик и рухнула на пол, взвыв от ужаса.

www.mirf.ru

нота сидит на краешке кровати и прислу-


Литературное приложение

Рассказы читателей

62

Ей повезло — сбросила на пол телефон. От удара тот заискрился мягким зелено-

Романа?

ватым светом. Уна тут же схватила его

— Я готова. Куда приехать?

обеими руками. Будто меч, направила

— Если не возражаете, встретимся

в темноту, вспоров ей брюхо. Луч осветил

на нейтральной территории.

зеркало на стене. А оттуда на неё смотрела

— Где хотите.

незнакомая женщина. В ней, конечно, что-

Гори оно всё огнём! Уна выбрала самое

то оставалось от прежней Уны...

любимое платье. Макияж и причёска за-

Слишком мало.

няли довольно много времени. Девушка

На неё смотрела женщина, способная

целиком отдалась простому делу — при-

убить её счастье.

ведению себя в порядок. Конечно, старалась она не для Линдера. Скорее для

На следующий день позвонил Линдер.

себя. И самую малость для Романа, пусть

— Доброго вечера, мэм. Мы с вами не-

он и не увидит её такой.

давно встречались, помните?

Название ресторана, который

— Помню, — поджала губы Уна.

выбрал для встречи Линдер, показалось

— Не хотите встретиться сегодня? Ска-

ей знакомым.

жем, через час или два. От возмущения Уна сразу не нашлась, что ответить. Помолчала и выдавила:

Линдер был на месте и явно выказывал признаки нетерпения. Однако попрекать девушку опозданием не стал. Она что-то за-

— Зачем?

казала. Ела и пила без вкуса, будто отдавая

— Как зачем? — удивился детектив. —

долг. Линдер же насыщался впрок, как из-

Неужели такой мужчина, как я, не может

голодавшийся зверь. А когда закончил, сыто

пригласить девушку на свидание?

откинулся на спинку стула и спросил:

Затем в трубке раздался смех, довольно

— Скажите, Уна — я ведь могу вас так

приятный и заразительный. Именно этот

называть? — насколько вы были близки

смех прорвал плотину терпения. Уна зло

с Романом?

прошипела: — Учитывая обстоятельства, мне кажется, ваш тон несколько... Ей даже не пришлось заканчивать

— Вы уже спрашивали, — поджала губы девушка. — Спрашивал, — согласился детектив. — И вы не ответили.

фразу. Собеседник сам понял, что погоря-

— Какое это имеет отношение к делу?

чился.

— Боюсь, — покачал головой Линдер, —

— Извините, не удержался, — попытался исправить положение Линдер. — Шутка, мэм. Хотел вас ободрить, и только. Ещё раз прошу прощения. — Допустим, принято. Что вам угодно? Мир фантастики • Февраль• 2014

шедшем? Вдруг получит шанс спасти

— Понимаете, дело о самоубийстве вашего друга закрыли. Но у меня осталось несколько соображений, которые никак не дают покоя. И получается, я не могу этим поделиться ни с кем, кроме вас. Уну будто током ударило. А что, если теперь она сможет разобраться в произо-

самое прямое. Ну? По шкале от нуля до десяти — насколько? — Достаточно, — сквозь зубы ответила Уна. — А конкретнее? — улыбнулся Линдер и подался чуть вперёд. Стараясь говорить ровно, девушка посмотрела детективу прямо в глаза: — Господин Линдер, вы заманили меня сюда, чтобы лишний раз допросить? Мне уйти? Я ожидала обратного: вы расскажете мне о новых обстоятельствах смерти Романа.


63

Детектив улыбнулся и кивнул, будто она

выражение. Затем он успокоился и принял

подтвердила его довод. Память Уны тревож-

прежнюю расслабленную позу.

но заворочалась.

— Хорошо. Вы правы. Даже находясь вне работы, я веду себя как неотёсанный коп. Линдер виновато поглядел в стол. По-

...Уна схватила его за руку и сильно дёрнула, будто пыталась вытащить

том поднял взгляд, и Уна не увидела в нём

утопающего из воды. И у неё получилось —

ни тени раскаяния.

он поднял взгляд, вздрогнул, потом узнал

— Понимаете, я не из любопытства

Рассказы читателей

На лице детектива мелькнуло странное

её, улыбнулся...

спрашиваю. Дело в том, что Роман оставил предсмертную записку. По вашему

...поднял взгляд, вздрогнул...

лицу вижу, что вы этого не знали. Тем не менее это так. И не одну, а с десяток. Все они будто написаны, скажем, нездо-

Он увидел её и вздрогнул! Как она могла не заметить этого тогда?!

ровым человеком. Детектив слегка пригубил кофе. Посмо-

Линдер участливо спросил:

трел на девушку, словно оценивая, стоит

— Вам плохо?

ли продолжать. Их взгляды встретились.

— Нет, всё в порядке, продолжайте.

Отведя глаза первой, Уна проиграла

— Если хотите, можем встретиться в дру-

вчистую. — Давайте дальше, — попросила она. — Записки исчёрканы, полны исправ-

гой раз, — с сомнением проговорил детектив, но девушка замотала головой. — Хорошо, — легко согласился Линдер. —

лений. Но сводятся к одному. Он просит

Тогда продолжим. Теперь вы понимаете, что

у вас прощения, кается, говорит, не хотел.

я не зря спрашивал о ваших отношениях.

Сначала я подумал, что речь идёт о са-

Вот вы, например, знали, что у него есть

моубийстве. Но потом...

пистолет?

Линдер снова замолчал, сильно задумавшись. — Потом понял, — сказал детектив наконец. — Они писались в течение несколь-

Немного подумав, Уна кивнула. — По службе ему положено оружие. — А скажите, когда вы видели этот пистолет в последний раз?

ких дней. Возможно даже, пары недель.

Девушка задумалась.

Кто же пишет предсмертную записку так

— Пожалуй, никогда. При мне он ни разу

долго? И я подумал: а вдруг это не предсмертная записка? — А что же тогда? — Не знаю, просто письмо с извинениями. Почему нет? — Что вы хотите сказать? — Абсолютно ничего, мэм. Кстати, я упоминал, что в крови Романа нашли следы

не доставал оружие. — Вы уверены? — Абсолютно, — тряхнула головой Уна. — Есть у него такой пунктик. Был. Никакого оружия при женщине. Сказала и ощутила вдруг, как сильно ей не хватает Романа. — Это правильно. Правильно, — одобри-

наркотических веществ? Я бы с таким кок-

тельно закивал Линдер. — Но знаете, что

тейлем видел единорогов и фей. И двигался

любопытно?

— Я встречалась с ним за неделю до... этого. Он был в порядке, — возразила девушка.

Уна покачала головой. — Если вы не видели пистолета, откуда же на нём взялись ваши отпечатки?

www.mirf.ru

бы с трудом. Понимаете?


Литературное приложение

Рассказы читателей

64

На мгновение вокруг Уны воцарилась полная тишина.

стью. Правда раскрыта. Да, сука из будущего убила Романа и попыталась выставить

Тук-тук! Тук-тук!

это как самоубийство. Осознание факта

Сердце, застучавшее прямо в ушах, раз-

придало Уне сил. Хватит плакать и стенать.

рушило безмолвие. Звуки — звон бокалов, разговоры, тихая музыка — тотчас вернулись. Теперь сомнений не оставалось. Это она. Уна из будущего пришла и убила Романа. Нашла письмо и выдала его за предсмерт-

Настало время действовать. Уборная встретила её полумраком и тишиной. Повезло — кроме неё, посетителей здесь не было. Она осмотрелась по сторонам. Должен быть выход, должен... Вот же — окно под самым потолком! Не-

ную записку. Накачала наркотиками, а по-

ведомо кому нужное в клозете. Но упрямые

том... Но зачем?

строители продолжают их делать. На благо

— Думаю, дело не закрыто, так ведь? — услышала она свой голос. Очень спокойный. Линдер, улыбаясь, покачал головой.

таким вот неудачницам, как она. Уна много раз видела это в кино. Окошко открылось легко и непринуждённо. Будто из него каждый день кто-то вылезает,

И только теперь девушка поняла — выраже-

спасаясь от службы расследований. Она

ние на лице детектива, которое она приня-

подобрала платье и полезла вверх. Раздался

ла за сочувствие, на самом деле было плохо

треск. Платье порвалось. Но Уна уже стояла

сдерживаемым ликованием. Плотоядным

на земле, прижимая к груди туфли. Осмо-

ликованием охотника, который загнал

тревшись по сторонам — не мог же Линдер

жертву в угол.

просто отпустить её! — она, не оглядываясь,

— Ордер сейчас принесут, долго получа-

нырнула во тьму.

ли, — сказал Линдер, не уточняя, что за ордер. И так понятно. Уна поднялась из-за стола. Её слегка шатнуло. — Что с вами? — поинтересовался детектив. — Вино расшалилось. Мне бы отлучиться

а Уну сжало в точку. Затем все чувства свернулись в спираль. И, конечно, появилось знакомое ощущение — резь и тяжесть внизу живота. Уну качнуло. Чтобы не упасть, девушка

ненадолго, — Уна ещё слышала свой голос

опёрлась на стену. И замерла. Это не очеред-

со стороны.

ной приступ. Такие знакомые симптомы.

— Не возражаю, — развёл руки Линдер, а на самодовольном лице ясно читалось: «Никуда ты теперь не денешься». Оставив сумочку на столе, Уна молча

Мир фантастики • Февраль• 2014

Время встало на дыбы. Выгнулось дугой,

Как во время слэпа. И перед ней — квартира-студия, погружённая в полумрак. Стойкий запах трагедии — тошнотворная смесь лосьона

повернулась и пошла к туалету. Брошенный

для бритья и слёз безумия. Свет не льётся,

взгляд на выход из ресторана подтвердил

он дрожит. Пламя свечи старается спрыг-

её опасения: там дежурила пара человек

нуть с фитиля, удрать прочь.

в штатском. Совершенно не скрываясь, они

Глаза привыкают к темноте, выхватывая

проводили её взглядом. Будто сторожевые

подробности. Мутный силуэт в пяти шагах

псы: по отмашке хозяина набросятся, со-

превращается в человека. В единственного

бьют с ног и вопьются клыками в горло.

во всей Вселенной нужного ей человека.

Но Уна успела взять себя в руки. Теперь ей не нужно было мучиться неизвестно-

Роман сидит за столом спиной к ней. Напротив — зеркало. В зеркале — его лицо:


65

до синевы подбородок, вертикальная морщина, раскалывающая высокий лоб.

— Я чувствовала! Чувствовала, что ей нельзя доверять! — вопит внутренний голос. И тем сильнее шок, когда она видит

Глаза — два колодца. Не человек — вос-

серьёзное мужское лицо: небольшой шрам

ковая фигура.

на виске, волосы с проседью. Проседь теря-

Мириады чувств бьют Уну прямо в сердце. Ноги подкашиваются, и девушка падает на колени. Губы шепчут:

ется в полутьме, но Уна знает: она есть. У двери стоит Роман. В руках — пистолет. На лице сосредоточенное выражение.

— Ты жив!

Роман щурится, привыкая к сумраку. Взгляд

Восковое лицо в зеркале отворачивает-

бросается к свече на столе. Скользит по зер-

ся от Уны. Одновременно с этим к ней по-

калу, а затем впивается в Уну. И отступает.

ворачивается Роман. Секунды молчания.

— Ты?!

А затем в воздухе повисает одно един-

Одно слово, один голос. Но какие разные

ственное слово. Недоверчивое, но полное

интонации. Теперь в нём испуг, недоверие

скрытой звенящей надежды:

и даже бессильная ярость.

— Ты?! И тотчас злое колдовство спадает. Чёрные колодцы превращаются в усталые

— Уна?! Что ты здесь делаешь?! Почему опять?! Только теперь мутные глаза Романа,

глаза. Воск испаряется с кожи. Это

обнимающего Уну, фокусируются на при-

снова Роман. Из его руки выпадает

шельце. Короткий миг узнавания. А затем

пистолет и с гулким стуком ударяется

улыбка.

о столешницу. Уна вдруг оказывается в объятиях своего мужчины. — Уна! Это правда ты?! Откуда?! — Я не знаю! — шепчет девушка. — Не знаю. Да и какая разница? — Чудо! Настоящее чудо. Голос Романа взволнованно дрожит. Каждое слово даётся с трудом: — Я тут с ума схожу... Не появись ты... не знаю, что было бы! — Потому и пришла, — могла бы ответить Уна, но молчит. Кому нужны слова? Последние два дня, как туман под солнцем, исчезли без возврата. Она смогла! Смогла! Ликование и счастье переполняют сердце девушки. Время идёт. Или не идёт. Не важно. Но вдруг...

Рассказы читателей

скорбно опущенные уголки рта, бритый

— Я знал, — с облегчением говорит Роман, её, Уны, Роман. — Я так долго этого ждал. Он слегка отстраняется. — Отойди, Уна. Не мешай ему. Сейчас всё кончится. — Что кончится?! — Это, — отвечает чужой Роман. — Отойди, Уна. Так нужно. Мы с ним понимаем. И почти нежно отталкивает её. Знает, что она не отойдёт по собственной воле. Пламя свечи вздрагивает, будто от ужаса. Густая тень девушки дрожит вместе с ним. Её Роман, по-прежнему улыбаясь, смотрит на двойника. — Понимаю тебя, старик. Встретить её ещё раз в шахте... Ты в шоке, да? — Ещё в каком, старик, — через силу улыбается Чужой. Видно, что ему совсем не смешно.

Хлопок. По нервам девушки хлещет

— Давай закончим побыстрее, — выдыхает Свой. Двойник с облегчением кивает

увидит. Девичий силуэт в сумраке. Она — та,

и поднимает руку с пистолетом.

из будущего, — пришла разрушить своёчужое счастье.

Безумие за долю секунды облетает тенью комнату и вонзается в Уну.

www.mirf.ru

страх. Оборачиваясь, Уна понимает, кого


Литературное приложение

Рассказы читателей

66

— Н-е-ет!

— Останься, — шепчут губы.

Свечка, задетая рукой, летит на пол.

Отражение с улыбкой качает головой,

Комната погружается во мрак. А затем три ослепительные вспышки — одна за другой.

Хлопок. Время изогнулось дугой.

Эхо выстрелов бьёт по ушам. Некоторое время вокруг девушки — только тьма и пронзи-

Такое с ней произошло впервые: верну-

тельный звон. Она роняет пистолет Романа

лась, и тут же стошнило. Прямо на грязный

и рыдает, не слыша собственного плача.

асфальт. Уна отдышалась, вытерла рот.

Выключатель щёлкает целую вечность спустя. Всё заливает ровный мёртвый свет.

— Дрянь... — неизвестно кому адресовала ругательство девушка. Огляделась — кир-

Посреди комнаты — совершенно по-

пичная стена, маленькое окошко чуть выше

терянный Роман. Свой Роман. Пришельца

человеческого роста. Ага, переулок за ресто-

нигде не нет. Он исчез, оставив после себя

раном. Отсюда забрали, сюда же и вернули.

только брызги крови на колонне.

Буквально день назад Уна утонула бы в слезах. Но не теперь. То ли она стала

— Зачем ты так? — вдруг бормочет Роман.

сильнее, то ли осколки разбитого сердца

— Что? — Уна не верит своим ушам.

остались на асфальте за рестораном.

— Зачем ты его убила?

Отшвырнув испорченные туфли, де-

Нелепость вопроса пугает.

вушка побежала к машине. Авто заведётся

— Но он же... угрожал... угрожал нам

и без ключей — хорошо, что не поскупилась

пистолетом! — Не нам, — мягко поправляет Роман. — Только мне. После прошлого раза он бы ни за что не причинил тебе вреда, поверь. Я знаю.

на биометрику. А сумочка — пусть останется мистеру детективу. Носите на здоровье, чёрт бы вас побрал! Машина узнала хозяйку, посигналила, открыла дверь. СВР-овец, дежуривший не-

— Какого прошлого раза?

подалёку, увидел Уну, но не успел ничего

Роман молча подходит, присаживается.

сделать. Взвизгнув, авто с места рвануло

Их глаза на одном уровне.

по вечерним улицам. Проезжая мимо входа,

— Я люблю тебя, Уна.

Уна заметила, как из ресторана выскочил

Поцелуй должен обжечь. Но ей кажется,

Линдер с перекошенным от ярости лицом.

это ледяные губы мертвеца. Роман подбирает пистолет. Деловито заглядывает в барабан. — Какого прошлого раза?! — Уна чувствует, что упускает нечто очень важное. Роман садится за стол. Его отражение глядит на девушку. — Я надеялся, что это закончится. Я так Мир фантастики • Февраль• 2014

закрывает глаза и...

виноват перед тобой Уна. — Какой прошлый раз, Роман? Его отражение мягко улыбается и приставляет к голове пистолет. Как в замедленной съёмке девушка стре-

Сумочку захватил? На панели замигал значок визиофона. Кто там ещё? Чёрт, не вовремя. Появилась мерцающая надпись: «Принято одно новое сообщение». Пришло давно, почему появилось только сейчас? Растерянное лицо Скота. Казалось, он смотрел прямо в глаза. Голос его нервно подрагивал: «Уна, я так больше не могу. Просто должен сказать. Ты страдаешь из-за своего Романа, а ведь он... Пойми, я хочу тебе добра, но Роман — сумасшедший. Просто съехал

мится к нему, но видит, что не успеет. Тянет

с катушек! Ты его не стоишь. Я должен

руки, но знает, это не поможет.

объяснить. Он же шахтёр, расходный мате-


67

— Уна? Что ты здесь де...

Знаешь, как шахтёры добывают энергию

Она явно застала Скота врасплох.

темпорального возмущения? Просто соз-

Но тот вдруг, будто вспомнил нечто важ-

дают временные парадоксы. А временной

ное, закричал:

поток старается от этих парадоксов изба-

— Не подходи!

виться. Выделяет отрезок времени и уни-

Учёный забился в дальний от неё угол

чтожает. Мы же этой энергией пользуемся.

комнаты. Схватил и приподнял за спинку

А что, дешёвая ведь...»

тяжёлый стул.

Скот на миг замолчал, собираясь с силами, и выпалил: «Уна, шахтёры убивают самих себя в про-

— Я не понимаю... — Всё ты понимаешь! Ты больна, тебя нужно изолировать!

шлом. Ты понимаешь?! Просто раз за разом

— Что ты несёшь, псих?!

пускают «другому» себе пулю в лоб! Конеч-

— И я ещё после всего этого и псих!

но, они психи, все как один! Мания пресле-

Мульти-датчики не обманешь! Видела

дования, галлюцинации... полный набор.

бы ты свои анализы! Держись подальше,

А с Романом всё ещё хуже. Я попросил знакомого разузнать... В одном из слэпов Роман по ошибке убил... тебя. Тогда Роман

я вызываю охрану! — Стоп, стоп, давай успокоимся. Мне просто нужна твоя помощь...

из прошлого чуть не убил нашего Романа.

— Ну ещё бы!

Ты видела, он ещё с синяком ходил? Неваж-

— Я тебя не трону. Да и зачем? Ты един-

но... В общем, этот случай его и подкосил.

ственный, кто может мне помочь, — в го-

Ему назначили психолога вне очереди,

лосе её появились страдание и боль. —

но тот ничего странного не заметил. Навер-

Скот, моя жизнь летит к чертям! Неужели

ное, плохо смотрел...»

тебе всё равно?

Снова пауза, затем ... «Пойми одно — Роман был тяжело болен и опасен...» Хватит! Она в сердцах ударила по клавиатуре. Сообщение прервалось. И вовремя: позади появились красно-

Скот застыл в нерешительности. Казалось, в нём боролись страх и сострадание. — Хорошо, рассказывай, — согласился он наконец. — У тебя четыре минуты. Только стой, где стоишь. Уна, сбивчиво рассказала. Поначалу

синие мигалки. Но эти калымаги не шли

Скот слушал настороженно, с недоверием.

ни в какое сравнение с её малышкой.

Но когда она добралась до путешествия

К тому же она не собиралась убегать вечно.

в прошлое, попросил ничего не упускать.

Теперь стало ясно: нужно попасть в лабораторию. Последний шанс, последняя надежда — там. Через двадцать минут девушка взбе-

После того, как девушка закончила, он некоторое время молчал, а потом сказал: — Это... просто охренительно! Силы покинули Уну, и она опустилась

жала по знакомым ступенькам. Охранник

на пол. Закрыла лицо руками, зарылась

на входе её узнал и впустил.

в волосы. Скот едва услышал её приглушён-

— Стойте! — кажется, услыхала она

ный голос:

голос Линдера, прежде чем тяжёлая дверь

— Пожалуйста, спаси...я совсем запуталась.

закрылась за ней. Хорошо, что их отдел так

Учёный долго раздумывал, морща лоб

Шлёп! Шлёп! — по холодному полу пустых коридоров.

и кусая губы, затем потребовал: — Пообещай, что, если всё объясню, ты уйдёшь.

www.mirf.ru

просто не возьмёшь, даже если ты из СВР!

Рассказы читателей

риал. Работал на министерство энергетики.


Литературное приложение

Рассказы читателей

68

Уна соврала. Идти ей было некуда, за стеной ревели сирены. — Ладно, — сдался Скот и опустил стул на пол. — Ты прочла сообщение? Уна коротко кивнула — Значит, знаешь про манию преследования и галлюцинации. Он помолчал немного и добавил сочувствующим тоном: — Бедная, у тебя тоже приступы. — Но ... я же не убивала себя миллион раз?! — закричала Уна. — Откуда они у меня? — Понимаешь, это как боязнь замкнуто-

погас. — Уна, там... — Я слышала. Не отдавай меня им! — голос её предательски дрогнул. — Они не имеют права сюда входить без приказа сверху. А приказ они получат в лучшем случае утром. Уна слегка успокоилась, подошла к Скоту, тронула его за руку. — У меня нет дороги назад. Продолжай Скот. Я должна знать. — Хорошо. Версия у меня только одна. Он зажмурился и медленно проговорил:

го пространства. Посчитай, сколько слэпов

— Мы сейчас... в побочной ветви.

ты сделала? Сотни, тысячи? Твой организм

— Что, совсем спятил?! — спросила Уна,

уже не может оставаться в одном временном потоке.

глядя в пол. — А твоё путешествие в прошлое без вся-

Они оба надолго замолчали.

кой автоматики, а?! — Скот начинал злить-

Тишину разорвал переговорник вну-

ся. — Ты нырнула, а затем вынырнула. Так

тренней связи. Красный огонёк входящего

не бывает в обычном временном потоке.

вызова зловеще уставился на Уну в полуть-

Но здесь...

ме лаборатории. — Доктор Вест? Это охранник. Доктор Вест, вы слышите?

Уна подняла взгляд и кивнула ему: продолжай. — Не веришь — давай рассуждать, —

— Не отвечай, — прошептала Уна.

предложил Скот, остановившись и взглянув

Скот с сомнением посмотрел на неё

на Уну, — Роман из будущего появляется

и нажал кнопку громкой связи.

и пытается убить Романа из прошлого.

— Да, что там у вас?

В этот момент образуется ветвь. Та, кото-

— Передаю трубку, — из динамика тихо

рая должна сгореть. Но убийства почему-

пшикнуло. А затем — чужой незнакомый

то не происходит. И Роман — наш Роман —

Скоту голос:

умирает по своей воле. Затем об этом,

— Доктор? Доброго вечера. Меня зовут

спустя день, узнаёшь ты.

Линдер, я из службы внутренних рассле-

— Но я узнала в тот же...

дований. Попросите госпожу Роа подойти

— Да-да, — замахал руками Скот. — До-

к проходной? Скот слегка побледнел. — А с чего вы взяли, что она у меня? Мир фантастики • Февраль• 2014

Огонёк в последний раз подмигнул и

— Она так сказала охраннику. А её с вами нет? Может, пусть охрана её поищет? Скот несколько испуганно посмотрел на Уну и поспешно ответил:

слушай. В общем, ты приходишь ко мне, и я по глупости отправляю тебя в прошлое. На мгновение он замолчал, обдумывая сказанное. — Угу. В общем, Уна, там ты встречаешь двух Романов и убиваешь того, который из будущего. Оставив кровь на колонне,

— Нет, нет. Всё в порядке, она уже здесь.

он исчезает. Система так и работает: из-

— Уверены, сэр? Всё в порядке?

ымает раненых или погибших шахтёров.

— Да. Да... Сейчас приведу её. Отбой.

А сам Роман кончает с собой. Но! — Скот


69

в прошлое так далеко, чтобы не дать прои-

ты превратила побочную ветвь в дважды

зойти этому дерьму с побочными ветвями.

побочную! Из-за вмешательства остались

Может быть, даже до знакомства с Романом.

следы, которых там изначально не было.

Внезапно Скот изменился в лице. Его

Всё пошло совсем не так! И теперь ты узна-

нижняя губа задрожала. Казалось, он готов

ёшь о смерти Романа не через день, а в тот

заорать или, что уже совсем невероятно,

же день! Поэтому система и выдала ошиб-

заплакать. Но он просто отвернулся и бы-

ку. Ты должна была отправиться к Роману

стрым шагом пошёл в аппаратную.

сегодня, а не вчера!

Уна почти ни о чём не думала. В голове

— Но я не отправилась...

её крутилась всего одна мысль: «Почему

— Именно! Ты пошла на ужин с детекти-

всё это происходит со мной?» Она уселась

вом. И пространство-время силой втянуло

в кресло. Осталось только дождаться сигна-

тебя в прошлое, чтобы восстановить

ла Скота.

баланс. Некоторое время стояла полная тиши-

Но сигнала не было. Уна с трудом поднялась и пошла в опе-

на. У обоих было над чем подумать. Лишь

раторскую. Там она тяжело упала на белую

тихонько гудели лампы под потолком,

обтянутую кожей кушетку. Скот склонился

и потрескивало оборудование.

над панелью, обхватив голову руками. Каза-

— Ну? — спросил наконец Скот. — Вроде всё, теперь уходи. Уна горько улыбнулась и покачала головой. — Ты же слышал охранника. Я никуда не уйду. Мне нужно спасти Романа. И себя. — Ты же пыталась. Больше шансов нет. Ошибка, помнишь? — Помню. Значит, нужно нырнуть глубже.

лось, учёный её не заметил. — Скот? — тихо позвала она. Тот обернулся и вздрогнул. Затем отвёл взгляд. — Уна, — жёстко сказал он. — Нельзя тебе в прошлое. — Почему? — Я не уверен, что это поможет. Не смотри на меня так! Чем больше я об этом думаю... Ты погибнешь!

Скот вздохнул, потёр глаза.

— Ты же сам не уверен!

— Это не сработает. Помнишь, как вре-

— Я не могу взять на себя такое, пойми!

менной поток затащил тебя в прошлое? Так

К тому же за все эти дела по головке не по-

будет и с Романом.

гладят.

— Нужно ещё дальше...

Скот отвернулся.

— Пойми, если я ошибусь или ты образу-

— Ты никуда не пойдёшь, — сказал

ешь парадокс, — залепетал Скот, — то сго-

он жёстко, но потом привычно зататара-

ришь. И я не смогу тебя вытащить.

торил. — Я им всё объясню, ты не можешь,

Голос девушки изменился, в нём появились отчаянье и мрачная решимость. — Раз всё так, мне терять нечего. Копы

ты больна! Черт с Романом, подумай о себе, в конце концов! Что-то блеснуло, на секунду ослепив её.

возьмут меня за убийство, которое я не со-

Зеркало, опять зеркало! Она встретилась

вершала... А потом поджарят. Видишь,

взглядом со своим отражением. Из зеркала

какая мне разница, где гореть?

на неё смотрела испуганная девочка, словно потерявшаяся в лесу. Но Уна знала: зеркала

— Нет, ты послушай! — закричала девуш-

лгут. Она уже не девочка и поборется за счастье. Даже если это поставит на кон весь мир.

www.mirf.ru

— Уна, послушай... ка. — Мой единственный шанс — нырнуть

Рассказы читателей

поднял палец вверх. — Своими действиями


Литературное приложение

Рассказы читателей

70

— В отражениях нет меня... — простонала она и горько улыбнулась. — Что ты бормочешь? — переспросил Скот.

Утершись, Уна сплюнула на пол солёную сукровицу и торжествующе ухмыльнулась. — Ну как?! — её голос прозвучал уверенно

— Всё в порядке. Теперь всё... иди сюда,

и зло. Уна не узнала его. Но он ей нравился.

не бойся, глупыш. Ты ведь столько для меня

— Я тебя люблю, — прохрипел Скот, —

сделал. Она положила руку ему на плечо, притяну-

но это уж слиш... Удар по голове — и учёный рухнул на пол.

ла к себе — Скот не слишком сопротивлялся —

Уна отшвырнула окровавленное пресс-

и, встав на цыпочки, поцеловала. Сначала роб-

папье. Время на исходе...

ко, потом настойчивей. Сжала его в объятиях так сильно, как смогла. Он попытался отстраниться... слишком слабая попытка, слишком... Губы Уны впились в Скота так, будто она хотела выпить его без остатка. Или задушить, отобрав дыхание и вместе с ним жизнь. Уне

От прошлой жизни остались только тени и отголоски. Труп Скота в лужице вытекающей из него темноты. И осколки разбитого зеркала в кресле для слэпа.

показалось, что в этот момент тьма, окрепшая в ней, перетекает в Скота. Сноровисто враста-

— Привет

ет в него и жадно облизывается.

— ПриветВыТожеЗдесьНовенькая

Крик оглушил её, но это уже ничего

— ДаСегодняПервыйДень

не значило. Звуки мира так же лживы, как

— БудемЗнакомыЯРоман

и его отражения. Скот судорожно схватил-

— Уна

ся руками за лицо, отпихнул Уну. Из его

— ВыНеПредставляетеНасколькоПри-

нижней губы сочилась кровь. Она стекала

Мир фантастики • Февраль• 2014

по ладоням тонкими струйками.

ятно — МнеТожеНуЕщёУвидимся


71 Рассказы читателей

Игорь Книга harrybook@bk.ru

И сказал он слово От редакции:

Неутомимым труженикам офисов и контор посвящается.

Историй о небесной канцелярии мы слышали уже много. Но что происходит с многочисленными ангельскими клерками, когда главный босс уезжает в отпуск? Страшно даже представить, какие могут быть последствия...

З

а астросутки до окончания очередной эпохи Всемогущий собрался в отпуск. А чтобы не беспокоили,

решил отбыть в одну из дальних галактик, не захватив с собой всенепременнейшую вселенскую связь. Поднявшаяся паника в Центре контроля численности населения вскоре переросла в буйное ликование. Сотрудники-соангелы радостно потирали крылышки, летали по коридорам, распевая псалмы. Шеф улыбался, давал последние перед отлётом указания, всячески успокаивая нервных. И не нервных тоже. У выхода Всемогущий остановился, окинув взором притихший офисный планктон, и сказал слово. И слово это было: Всё! Через астрочас множество горящих взглядов умилённо провожали быстро удаляющееся мегаоблако. Некоторые даже махали вслед крылышками. — Нет лучше звёздной пыли, чем пыль из-под колёс убывающего начальства, — поспешил выпендриться Сисадмин, пустив фальшивую слезу. И прокололся. Нет ничего страшнее, чем потерять хорошую работу, лишившись выходного пособия и страховки. Можно пережить ние чернодырности. Но пережить потерю хорошего места и репутации не дано нико-

www.mirf.ru

кваркоголод, космохолод и даже воспале-


Литературное приложение

Рассказы читателей

72

му. И подлетел к Сисадмину ГлавХам, остав-

и все вместе — о приближающемся со-

шийся вместо Всемогущего. Гневно метнул

бытии. Но никто не произнёс слово вслух.

молнию, врезал крылом по нимбу и сказал

А слово это было: Обед!

слово. И слово это было: Вон! Сисадмин уныло вплыл в Серверную

обламывается о самое тёмное и противное.

и стал собирать свои нехитрые пожитки,

Галактический гром разразился за астрочас

в последний раз созерцая место, где провёл

до перерыва.

много-много эпох. Тут нанодверь отворилась и явился ГлавХам. — Ты ещё здесь? — он швырнул Сисадми-

В Центр прискакал взмыленный Звёздный Кентавр с поста дальнего слежения. Схватил декабутылку «Ашдваоми», выпил залпом

ну, теперь уже бывшему, поэлектроненную

и точным броском попал в кольцо с отлав-

протонную папку. — Забирай своё барах-

ливающей сеткой. Посланник заржал, потом

лишко. И чтобы через пять астроминут духу

грохнул копытами по нанополу. И сказал

твоего здесь не было.

слово. И слово это было: Переполнение!

Грузный начальник развернулся и, тя-

— Как так? Не может быть! — ГлавХам

жело махая крыльями, неуклюже сквозь-

быстро поднял данные с Сервера и сверил

пространствился пустынным коридором

со спецификацией.

Центра. А Сисадмин так сочно пнул наностену,

— Так как, — передразнил Кентавр, второй раз не промахнувшись пустой посудой.

что задребезжали квазистёкла по всему эта-

И вытьё сирены из Серверной стало

жу. И сказал он вслед ГлавХаму слово. И сло-

тому подтверждением. Соангелы загалде-

во это было: Козёл! ГлавХам остановился,

ли, запищали, не зная, что делать и куда

стал подозрительно оборачиваться, но след

бежать. А меж тем цифры на счётчике

духа Сисадмина таки успел простыть.

душ планеты стремительно росли, ввер-

И никто не знал, никто не догадывался,

гая в уныние весь Центр. И если процесс

ни у кого даже мысли не сфотонило, что

не остановить, то на планете наступит ...

оставил он сослуживцам, теперь уже быв-

ГлавХам боялся вслух произносить это

шим, ещё кое-что, кроме слова...

слово, помня завет Шефа: «Не буди лихо,

А ГлавХам в срочном порядке собрал совещание, дабы зачитать приказ об уволь-

а своя рубашка ближе к телу». — Испугался? — противный голосок тон-

нении так надоевшего за многие эпохи

кой зелёной струйкой просочился сквозь

разгильдяя и вернуть дисциплину среди

стену, обретая форму бесформенного

соангелов. И узнали они страшную весть,

шароидно-параболоидного гиперболоида.

и не верилось им, что нет больше весёлого

Стал окутывать Центр, расползаясь по ко-

Сисадмина. Не услышат они шорох его бы-

ридору, кабинетам и хламугам. И явился

стрых крыльев, его острые шутки и новые

тот, кого вслух боялись называть страшным

анекдоты про Шефа. Скукой и унылостью

словом. И слово это было: Капец!

запахло в Центре. И поняли соангелы, как Мир фантастики • Февраль• 2014

Но всё самое светлое и приятное часто

Соангелы побежали к дверям, ища спа-

плохо, когда Всемогущий уходит в отпуск.

сения, но выйти не смогли: снаружи всё

— Если услышу ещё от кого-нибудь по-

заблокировало Чернодырье. Начало оно

добную гадость, отправлю драить Адскую

сдавливать Центр, грозя превратить мате-

не меньше, чем на десять эпох, или пишите

рию в сгусток кварков. Прогнулись наносте-

по собственному! — рявкнул начальник.

ны, нанопотолок и даже нанопол. Соанге-

Соангелы Центра испуганно разлетелись по рабочим местам, думая каждый о своём

лы заметались по Центру, крича, ругаясь и истошно вопя.


73

и сказал слово. И слово это было: Тихо! — Паникёров отправлю на заслуженный отдых вперёд крыльями. Соангелы вмиг притихли. Капец едва

— Не подходит — у них там гор много. Попрячутся выше уровня моря, и никаким цунами не достанешь. — А мы землетрясеньицем стукнем! — вошёл в раж Катастрофист. — И добавим

успел смыться, хлопнув нанодверью.

остальных прибамбасов: извержения вул-

А Чернодырье схоронилось в ближайшем

канов, смерчи, тайфуны, ураганы. Ага?

астрооблаке, обиженно пискнув напоследок. ГлавХам открыл и принялся перели-

— Не ага, — как отрезал Техломарь, которого слушал даже Всемогущий. Грозно звякнул он содержимым карманов рабоче-

стывать справочник «Жёлтые страницы

го халата и сказал слово. И слово это было:

галактики». Долго листал и что-то бормо-

Капремонт!

тал, пока не наткнулся на то самое, что

— Все катастрофосистемы на ремонте

искал. Лицо его просияло, крылья радост-

до конца эпохи. А может, и более. Так что

но хлопнули о столешницу.

про катастрофы даже не заикайтесь!

— На подобный случай предусмотрено

Наступившая в Центре тишина не пре-

использование экстренных мер. Но вот

рывалась ничем. Ничем, кроме пробившей

незадача: страница наполовину вырвана,

наностену и покатившейся по нанополу

и какие меры — неизвестно. Но мы ведь

Кометы.

дипломированные, грамотные и квалифи-

— Вот вам и ответ на вопрос, — поста-

цированные, поэтому сейчас всё решим.

вил жирную точку в обсуждении ГлавХам,

Кто что предложит? — ГлавХам внима-

перешагнув шипящую и дымящую звёзд-

тельно оглядел подчинённых.

ную гостью. — А какое наставление нам

Тишина воцарилась в Центре. И никто

оставил Шеф? Он сказал: Всё. Значит, надо

не решался сказать слово. И тогда Глав-

использовать всё. Вот мы всё и используем.

Хам, понимая, что соангелам нужен по-

Подготовьте комету нужного объёма, рас-

сыл, произнёс волшебное слово. И слово

считайте массу, химсостав, скорость, траек-

это было: Премия!

торию. Напичкайте её цунами, ураганами,

Вперёд вышел Конфликтодел, приню-

смерчами, тайфунами, землетрясениями

хался и радостно хрюкнул, почуяв за-

и так далее, и тому подобное, и иже с ним,

пах недетского куша. И сказал он слово.

и иже с нами, и во эпоху эпох. Админь!

И слово это было: Война! Соангелы радостно захлопали крыльями, но тут всех обломал Плановик. — Большую войну сейчас нельзя — лимит на эту эпоху уже исчерпан, —

Засуетились соангелы, засверкали их нимбы, зашуршали перья по Центру, готовя панацею от перенаселённости. И тут влетел второй Кентавр. — Вы что — совсем на службу зафото-

он грустно развёл крыльями, повергнув

нили? — гонец одну за другой выхлебал

Центр в уныние.

и запустил в кольцо декабутылки, обеими

Тогда вперёд вышел Катастрофист. Грозным взглядом высек сноп мультифотонов и сказал слово. И слово это было: Цунами!

не попав куда надо. — Я копытами их не перетопчу. И откинул копыта, не успев сказать слова. Никто так и не узнал, каким оно было. А соангелы усиленно готовили ре-

крыльями, но тут опять всех обломал

шение вселенской проблемы. Кричали,

Плановик:

суетились, летали взад-вперёд, вправо-

www.mirf.ru

Братья по перьям радостно захлопали

Рассказы читателей

И тогда ГлавХам вышел на середину


Литературное приложение

Рассказы читателей

74

влево и вверх-вниз, не говоря ни слова.

— Может, хватит?

И вскоре уже закатывали в пушечную

Потерявший терпение начальник хлоп-

для застрела по перенаселённой планете

нул крылом по столу, Техломарь, наконец,

большую, блестящую гранями минералов

остановился и виновато спустился вниз.

всех мастей и расцветок комету с кровавой надписью «Судный день». — Жаль терять такую красавицу, — вздохнул Всемиропотоп, проверяя прицел. Подлетевший ГлавХам сильно стукнул его по нимбу:  — А без работы остаться не жаль? Всемиропотоп прикрутил нимб и принялся наводить орудие на планету.  — Пробный залп холостым! — скомандовал ГлавХам. Полыхнуло пульсароидом, заискрило гра-

ГлавХам. Эксперт пожал плечами, а потом выдал: — Не могло этого случиться ни с того ни с сего. Не могло вдруг произойти переполнения населения планеты. Не верю я в такой Капец! И сказал ГлавХам слово. И слово это было: Обоснуй!  — Проблема возникла сразу после ухода Сисадмина. А не мог ли он ... И было услышано, и в Центре наступила

витонами, могучий поток нейтрино пронзил

тишина. И никто не издал ни звука. И взгля-

Вселенную и воткнулся в тело злополучной

ды обратились в сторону Сервера. И сказали

планеты, вызвав лёгкий всплеск войн, зем-

все слово. И слово это было: Гад!

летрясений, смерчей, ураганов и цунами.

Упорядоченной толпой ворвались соанге-

Теперь осталось зарядить пушку, а потом

лы в Серверную, Техломарь свинтил крышку

произвести выстрел боевым. И тогда завер-

системного блока, и родилось новое слово.

шится очередная эпоха. Планета очистится,

И слово это было: Фигасе!

Сервер придёт в норму, а соангелы Центра будут спокойно нести свою службу. Все радостно замигали нимбами, захло-

Внутри, цепко обхватив когтистыми лапами Главную магистраль, сидело существо. Маленькое, но столь могучее, что сделало

пали крыльями, празднуя почти победу. Все,

из магистрали Сикось-Накось, придушив

кроме Техломаря. Он один хмуро нарезал

информационные потоки, нарушив досто-

тангенсоиды под нанопотолком, сшибая

верность данных с планеты. И поняли со-

звездолампы.

ангелы, что нет никого страшнее во Вселен-

ГлавХам не сводил с нервничающего

Мир фантастики • Февраль• 2014

— Чего шалишь? — строго спросил

ной. Поняли и ужаснулись.

эксперта сурового взгляда, пытаясь понять

А буро-зелёное существо надулось, слов-

сущность столь сложных и ненужных пере-

но пузырь, выпучило глаза и сказало слово.

мещений.

И слово это было: Ква!


75 Рассказы читателей

Как прислать рассказ Для ваших рассказов существует специальный почтовый адрес story@mirf.ru. Присылайте свои произведения в формате .DOC или .RTF приложением к письму. Не забудьте указать в письме имя автора, контактные данные (как минимум — адрес электронной почты) и пометку «можно публиковать на сайте». Если редакцию заинтересует письмо, с вами свяжутся. Каждый месяц лучшие рассказы публикуются в «Литературном приложении МФ».

www.mirf.ru


Мир фантастики • Февраль• 2014

Литературное приложение

Рассказы читателей

76

Над выпуском работали Екатерина Пташкина составитель, литературный редактор и корректор Сергей Серебрянский технический редактор Юра Ионкин дизайн и вёрстка

Литературное приложение №35 февраль 2014  
Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you