Issuu on Google+

Михаил Сухоросов КНИГА II ИГРА НА СЛУХ Не скажете же вы, что это он сам собой так управил? Не правильнее ли думать, что управился с ним кто-то совсем другой? М. Булгаков ГЛАВА 1 Путь до Столицы занял у нас без малого четыре дня, но, хвала создателю, все прошло без приключений - не считать же, в самом деле, приключением встречу с конным отрядом из пяти идиотов, не умеющих толком держаться в седле? Тем паче, эти придурки хотели не то пограбить нас, не то захватить на предмет выкупа - явный почерк местных мелких феодалов - едва мы вышли из болот, но я с ними справился, не напрягаясь. И даже совесть меня потом не мучила - в конце концов, нам пришлось обороняться и ограбили мы грабителей. Правда, кроме лошадей мы у них позаимствовали кое-какой гардероб, более соответствующий нашей, как это в шпионских романах называется, легенде. По официальной версии, разработанной Малышом и Старым, мы являлись чем-то вроде мелкопоместных дворян без громких титулов, младших сыновей обнищавших бастардов. Во-первых, это не привлекает внимания, вовторых, множество такого молодняка движется сейчас в Столицу в надежде поступить на имперскую службу и урвать кусок пожирней в предстоящей свалке, а потом, какие-то верительные грамоты у подобных типов спрашивать не рискуют, да и вообще связываться с ними избегают. А у нашей компании и без того видок, честно скажем, диковатый, хотя сходство Ларико с мужчиной, несмотря на широкополую шляпу и длинный плащ, весьма относительное... Мне лично из барахла достался жутко неудобный камзол, весь в каких-то идиотских бантиках и пряжках. Ночевать старались на постоялых дворах - хоть толпа и большая, а все равно спокойней. Тем более, Братство хоть и обещало за меня только через неделю взяться, но мало ли чего... Внимание привлекал только рост Малыша, а так на нас особого внимания не обращали даже мои коллегиЧародеи. Конечно, это бешеный фарт - не повстречать никого из товарищей по Западной Цитадели, но как я узнал, сейчас они все патрулируют Свинцовый и вообще юго-западный участок границы. А так большинство встречных Чародеев оказались встревоженными и


неразговорчивыми. И на то были причины - за последний месяц Орден потерял столько бойцов, сколько раньше за год, а нежить множилась темпами прямо-таки угрожающими. Я, в свою очередь, спокойствия не прибавлял - представлялся Чародеем, бежавшим из варварского плена и рассказывал, Что Серое Братство подняло голову и вся катавасия с нежитью очень может быть напрямую с этим связана. Старый, конечно, ворчал, что я-де конспирацию нарушаю, но я всякий раз парировал это тем, что раз у них с Малышом сохранились обязательства перед Институтом, то у меня оные имеются по отношению к Ордену. И есть еще одно соображение - мы, Чародеи, в чем-то сродни охотникам и рыболовам, и обязательно должны перед коллегами хоть чем-то похвалиться. А вот Чародей, такой похвальбы избегающий, внимание привлечет просто неизбежно. Но вообще-то разок я чуть не спалился - столкнулся нос к носу с бывшим однокашником по имени Аули - долговязым девятнадцатилетним парнем. На мое счастье, то ли он не узнал меня, то ли не пожелал узнать, оделил неприязненным взглядом и смылся. Вообще-то, может и потому, что носил на голове он не медный обруч, а кожаную повязку, а на левой руке - браслет Чародея-странника. По слухам, эта публика куда более терпима, чем Чародеи из регулярных подразделений Ордена, а в нейтральных землях частенько действуют рука об руку с Кланом Ведающих. Малыш оказался удачливей меня в добывании информации, он постоянно крутился в компаниях наемников вроде нас. Его сведения, правда, большей частью относились к пресловутой Смуте, но тут мы хоть состав участников прояснили. Основных претендентов на корону на сей раз оказалось двое - ныне царствующий император Жибер, старикан, по слухам, не вредный, хотя и устранивший в свое время нескольких родственничков, покусившихся на его привилегии. Не менее популярной оказалась и вторая версия - то, что законным наследником престола является герцог Глорхауз, окопавшийся на южных отрогах Свинцового. Этому удалось привлечь под свое крыло чуть ли не половину местной феодальной вольницы из хищников покрупней. Третьим в этой милейшей компании оказался некий принц Финдо, молодой и не особо популярный, этот ошивался на западной границе. О четвертом претенденте мало что узнать удалось - темная лошадка во всех отношениях, даже имя у меня сразу из головы вылетело. Только одно на счет него я и запомнил - он обладает способностью как-то сверхъестественно заводить толпу. Какойто местный вариант Пугачева... Но у этого хоть ума хватило пока в Империю не соваться. Обретался он, кажется, в Диких землях. И вообще повисло этакое предгрозовое затишье, никто особенно ни с кем не воевал, только бряцали оружием и обливали друг друга грязью, разбрасывая подметные письма. В Столице, конечно, под шумок оттяпали


пару-тройку голов особенно ретивым деятелям, но дальше этого дело пока не пошло. Хуже другое - выяснилось, что Верховный Магистр Ордена окончательно перебрался в Столицу, а с ним - изрядный контингент Чародеев. Вот это и не давало мне покоя всю дорогу. Наконец, к вечеру четвертого дня, впереди замаячили дымки предместий, да и деревушки пошли погуще. Миновав очередную, мы остановились и отвели лошадей за обочину тракта - нам надо отдохнуть, да и им тоже. Вообще-то доставшийся мне жеребец той же масти, что и лошадь д’Артаньяна, оказался сущим барахлом - уже через пяток километров пути начинал судорожно поводить боками, словно весь день галопом шел, тряс головой, как Старый с похмелья... Бедный симулянт с Чародеями явно дела не имел, но успокаивать его знаком Двойного Треугольника приходилось, пожалуй, слишком часто. Ларико сползла с седла кое-как, прогнулась, со стоном разминая спину: - Слушай, Ордынцев, ты же, вроде, конструктор, так собрал бы чтонибудь комфортабельное... - А обычная метла тебя уже не устраивает? - нет, вот кому-кому, а Ларико в этом походе хуже всех пришлось - наша-то троица ко всему привычна, у меня от верховой езды на заднице мозоли чуть ли не в сантиметр... - Тут в десятке-другом метров ручей быть должен, - сообщил Старый, усаживаясь под деревом и вытягивая ноги. Я последовал его примеру. - А лошадями кто займется, тунеядцы? - возмутился Малыш. Я усмехнулся: - Инициатива наказуема исполнением... Ладно, сейчас помогу. Я уже собирался идти вслед за Малышом, когда Старый негромко бросил мне: - Погоди, - а потом глянул вслед Ларико, явно ожидая, когда она скроется из виду. Похоже, хочет мне пару слов без лишних ушей сказать... Я вопросительно глянул на него, но он молчал, тяжело глядя в землю. Передумал?.. И только у меня эта мысль мелькнула, как Старый поднял глаза: - Не хочу, чтоб ребята об этом знали. А тебе стоит. - Так-так... - я уселся рядом с ним на землю. Он помедлил, потом негромко сообщил: - Это насчет тех, которые нас атаковали. Чтоб ты знал: это точно Институт был. - И приходили по мою душу? - я напрягся. Чего-то он не договаривает. Старый, глядя мне в глаза, мрачно усмехнулся:


- Ты извини, но как по-твоему, стал бы я из-за тебя ребят под пули подставлять? - Не думаю. - Вот и не думай. - Погоди-ка, а откуда тебе это все известно? - Это я сам их навел. Я сглотнул слюну. Вот это цирк. Бесплатный. С фейерверком. Сначала Хельг сюрприз поднес, теперь этот... Помолчав, я хрипло выговорил: - Ты хочешь сказать, ты меня им вложил, а они решили утечки информации избежать? Старый покачал головой: - Не совсем так. Я, может, и сволочь, но не настолько. Просто у меня существовал постоянный канал связи с Институтом, и насчет тебя я им должен был информашку передать, но я б с этим подождал, пока ты далеко не окажешься. Но как раз перед твоим приходом я любопытную директивку получил - форма нуль-четыре. Знаешь, что это такое? - Откуда? - В общих чертах она означает следующее: ликвидация базы в течение недели. Желательно, сам понимаешь, со всеми, кто на ней находится. Причем мое участие в данной акции совсем необязательно было. Да и после этого был шанс выжить - Малыша и Ларико я бы сумел выдернуть. - И что в итоге вышло? - Команда ликвидаторов заявилась раньше, чем должна была. - И с чего бы это? - Может, о твоем визите прослышали, - Старый пожал плечами. Или действительно замена контингента. Я октинулся к стволу дерева, массируя ладонями виски: - М-да, как все просто и красиво, я прямо торчу. И что, подобные замены - в порядке вещей? - Похоже, мы с тобой имеем честь присутствовать при начале некой массовой разборки. Директивка-то на предупреждение очень сильно смахивала... - Все равно ничего не понимаю. - И не пытайся. Я тоже. - Так налет на нас - часть планомерной охоты? - Больше смахивает на разовую акцию. - Ладно, Старый, последний вопрос: а чего ради ты мне все это рассказываешь? Старый поднялся, прогнулся, разминая спину:


- Ну так и быть, раз последний... Во-первых, мы с тобой в одной упряжке оказались, а во-вторых, оба за то, что произошло, в какой-то мере ответственность несем. - Донести бы... - мрачно пробормотал я. Что ж это получается?... - Получается, что ты, свин, обещался мне помочь, а вместо этого тут прохлаждаешься, - Малыш бесшумно вынырнул из кустов у меня за спиной . – А куд�� вы, орлы, Ларико девали? - Никуда меня не девали,- ее голос прозвучал где-то поблизости. – Что, без женского влияния дичаете за пять минут? Малыш потянулся, нарочито громко зевнул: - Слушайте, а может, ну его к шуту - в Столицу сегодня, а? Заночуем здесь... - Да нет, время не терпит,- я тоже поднялся. – Мне сегодня там быть надо, кровь из носу. - Хочешь, пойдет сейчас? - Иди ты...Я серьезно. Малыш и Ларико откликнулись на это заявление хоровым стоном, но Старый поддержал меня: - Иначе просядем. - Ну, раз такое дело, по коням. На то, чтобы проехать предместья и добраться до Южных ворот, у нас ушло часа полтора, и смерклось уже порядком. Да, Столица выглядит весьма внушительно, даже снаружи, городская стена - что-то наподобие Великой китайской, такая мощная... Приземистые квадратные башни, высоченный вал, ров с хорошую речку шириной, только вода в нем даже по первому впечатлению, грязная и вонючая - пахнет гнилыми водорослями, нечистотами, солью... Ну, это как раз понятно: ров, опоясывающий Столицу по большой подкове, начинается и кончается в море, за укреплениями же находится гавань. И даже в наступивших сумерках отчетливо просматриваются островерхие сторожевые башни Дворца с красными огоньками сигнальных костров и чудовищная корона мрачной башни Клыка, вытянувшейся в выстоту на добрых полсотни метров... Впечатляет. Естественно, стоило нам миновать подъемный мост, нас тормознул отряд пешей стражи десятка на два клинков во главе с парочкой конных судя по наглым рожам, офицеров. И, конечно, нас тут же принялись с пристрастием выспрашивать, явно в рассчете на поживу - кто мы, откуда, и что это нам такое в Столице понадобилось по вечернему времени. И тут в игру вступил Малыш, растолковав им все в пулеметном темпе и потом принявшись выяснять условия поступления на императорскую службу. В общем, не успели мы и глазом моргнуть, как он уже весело болтал с начальником патруля (кажется, даже нашел с ним общих родственников!)


Малыш - это, конечно, шоу, но я как-то сразу почувствовал себя не в своей тарелке. Есть у нашего брата, Чародея, такое свойство: чуять, когда за тобой наблюдают. Ага, а вон и наблюдатель - чуть поодаль, конный. Не в форме стражника, в каком-то сером плаще, рожа неприятная, сморчковая какаято, и пялится на нас во все глаза, ничуть не скрываясь. Не слишком-то мне такое начало нравится... Я тоже в упор уставился на него, чуть склонив голову набок. Значит, этот сморчок любопытный, да? Тем временем Малыш уже завершил переговоры со стражей и махнул нам рукой - проезжаем! Стража расступилась, и мы загремели копытами по брусчатке. Выехав за длинную арку ворот, я оглянулся - сморчок продолжал, сощурившись, смотреть нам вслед. Я глянул на Старого, тот ухмыльнулся углом рта: - Что, тоже заметил? - Что заметил? - тут же насторожился Малыш. - Да так... Похоже, пасти нас начали. - Интересно, кто это? - Да где? - продолжал недоумевать Малыш. - Мне-то этого... пастуха... покажите. - Да вон, - Старый обернулся, указывая рукой. - Черт, смылся уже. - Под колпак нас взяли? - предположил я. Старый кивнул: - Догадлив. Я бы даже сказал, умен не по годам. Знать бы, кто это и что его привлекло? Ларико расхохоталась: - Вы, герои, тут что, по-вашему, каждый день типы в армейских ботинках разгуливают? Я прыснул и хлопнул себя по лбу, но Малыш оставался серьезен его, как обычно, интересовали вопросы практические: - А где мы тормознемся? Может, ближе к гавани? - В портовом районе без драки не обойдемся,- покачал головой Старый.- Да наемники там и не останавливаются. - Тогда нейтральный вариант - едем к "Золотой подкове"? - Дорого, - поморщился Старый. - А нам бы еще что-то по части конспирации предпринять, хоть сверху прикрыться. - А зачем нам сейчас лошади?- вскинулся Малыш. - Их в деньги и превратим. - Годится. В общем, пока суть да дело, мы решили двигаться к "Золотой подкове, и я пялился вокруг во все глаза. Поначалу смотреть в общем-то было не на что, мы проезжали квартал мелких лавчонок, по позднему времени закрытых, застроенный одно-двухэтажными постройками, потом


потянулись узенькие и кривые улочки, где дома были повыше, но куда более обшарпанные. И тут уже потихоньку начиналась ночная жизнь добропорядочные граждане торопливо пробирались к своим пристанищам, стараясь держаться поближе к стенам; мелкие хищники с бледными испитыми физиономиями провожали нас цепкими, оценивающими взглядами; какие-то оборванцы в немыслимых лохмотьях, звероподобные, не клянчили даже - громко и нахально требовали милостыню; полуодетые девки, выставившись из дверей тускло освещенных притонов, хрипло зазывали клиентов; посреди дороги валялся мертвецки пьяный мужичина в матросской куртке с вывернутыми карманами, но без штанов... Красотища. Сплошная романтика. Но нашу компанию задевать боялась даже пьяная матросня, так что никаких приключений, слава богу, не приключилось. У самой "Золотой подковы", как я понял, чуть не самого фешенебельного заведениЯ в этом квартале, Малыш снова начал проявлять деловую хватку: забрал у нас лошадей, велел его ждать и смылся. Надо отдать ему должное, обернулся он быстро и даже почти не потерял в цене. Кроме денег, он приволок четыре довольно новых плаща последний вопль местной моды, как он объяснил. Мода заключалась в том, что эта тряпка без капюшона, зато отороченная снизу мехом должна волочиться сзади по земле. Хорошо еще, что мне плащик коротковат оказался. В конце концов мы уселись в этой самой "Подкове", Малыш тут же грозно шуганул каких-то девиц, на каждом шагу едва не выпадающих из одежды, и потребовал еды и питья. Более-менее напившись и наевшись, я облокотился на стол и начал прислушиваться к песне - певец, невысокий и щупловатый, сидел за соседним от нас столом и аккомпанировал себе на чем-то вроде гитары. Получалось у него очень неплохо, но вот слов я не разобрал. Точнее сказать, не успел - Малыш со стуком поставил кружку на стол: - Ладно, Ученик Чародея, а теперь давай-ка выясним, что будем дальше делать. - Что-что... Хромого искать. - Допустим. А дальше? - А дальше - ждите здесь, а потом видно будет. - А где примерно этот Хромой живет?- вмешался Старый. - Квартал могильщиков. Кстати, это где? - Ого... Там и потеряться можно. Это ж район Старой Церкви. - Вы, родные, забыли - я ж провинциал, здесь в первый раз. Почем мне знать, что там за Старая Церковь? Вы мне растолкуйте почеловечески, где это? - Покойников там раньше отпевали, - любезно объяснил Малыш. Ценная информация, что тут скажешь...


- Ну и как туда добраться? - Это в сторону Западных ворот. - Ну, хоть что-то... Только, мужики, я вас умоляю и даже где-то заклинаю: давайте без этих ваших агентурных примочек, хорошо? А то получится, что того человека, который адрес мне дал, я подставляю, а Хромой этот, по вашим рассказам, тот еще типус. - Уболтал, - с сожалением вздохнул Малыш. - Даже оторваться не дадут. - Ничего, сейчас оторвешься, - пообещал Старый, указывая глазами куда-то за мою спину, Малыш тут же стал серьезен. Так, похоже, приколы пошли... - И что вы там увидели? - Обернись, только незаметно. Незаметно так незаметно... Я аккуратно уронил под скамью монету и полез поднимать. И что мы видим? Пьяный гвардеец с девкой на коленях... Ну, это явно не то. Ага, знакомая ряха - тот самый сморчок, что нас у Южных ворот изучал. Да к тому же не один - за его столом, так же, в открытую, на нас уставившись, сидит четверка орлов в одинаковых коричневых камзолах. Знаю эту породу, еще "там" навидался развалились, кулачищи на столе, бычьи загривки, стриженные головы, глаза дохлых рыб... Я выпрямился: - И что за явление там? - Судя по форме - внутренняя стража,- информировал Малыш.Насколько знаю, выглядят круто, но в деле... - Уходить надо. - Тонкое жизненное наблюдение,- скептически усмехнулся Старый.Покуда сиди, не рыпайся, здесь огни свалку устраивать не станут, навалятся, когда мы отсюда выйдем. - А пока, значит, давайте прикинем, куда мы отсюда ноги унесем, Малыш, как ни в чем не бывало, потягивал из кружки. Старый огляделся, нарочито лениво, повернулся к нам: - А мы тут, похоже, всех интересуем... Гитариста заметили? Смылся, даже выручку забыл. Ларико в разговор не вмешивалась, только переводила взгляд на каждого из нас по очереди. Я буркнул: - М-да, картина Репина "Приплыли"... Слушайте, от них оторваться надо, не могу ж я к Хромому хвост тащить. - Вот об этом-то мы сейчас и подумаем. Малыш, ты, вроде, получше город знаешь? - Довольно тихое место - "Пристань", но портовый район, от Старой Церкви далековато. Есть вариант такой - кварталов через пяток не


слишком веселая корчма, называется "Желтый Дракон". Что ценно, ее тут почти все знают, так что найти - раз плюнуть. - Ну, раз так - сейчас от этих клоунов отвяжемся, и ждите меня в этом самом "Драконе". Если через три часа я не появляюсь - отбой. - Что значит - отбой? - не врубилась Ларико. - Это значит, что, если верить Малышу, меня будут отпевать в Старой Церкви. Ну, пошли, а то мне эти уроды в коричневом уже на нервы действовать начинают. - Нервный ты наш... - вздохнул Старый. - А чародейством своим ты можешь на них подействовать? - Ага, чтоб меня Орден засек. - Ладно, вопрос снят. Двигаем. Мы поднялись и направились к выходу, четверка стражников, все так же, в наглую, потянулась за нами. Ларико усмехнулась побелевшими губами: - Брать будут... - Обожгутся, - Малыш улыбнулся лучезарно, потом обернулся к Старому. - Значит, сейчас берешь ее и ломишься к "Желтому Дракону", пока мы тут этим орлам будем копчики массировать. - У них тут наверняка подмога где-то. - Разберемся. А вы, как только выйдем, двигайте огородами. Старый неожиданно улыбнулся: - Спасибо. Мы стояли уже в дверях, Малыш пропустил вперед его и Ларико: - Пошли! - а потом и сам неторопливо выбрался на улицу. Стражники уже в самый затылок пыхтели, когда Малыш неожиданно резко повернулся и нос к носу столкнулся с передовым - тот чуть не рухнул, а Малыш рявкнул так, что, наверно, по округе половину стекол вынесло: - Ты хоть представляешь, кого толкнул?! - Болва... - окрысился было тот, но договорить не успел - кулак Малыша по короткой дуге врезался ему в подбородок. Залязгали вынимаемые из ножен мечи, кто-то пронзительно засвистел, сзывая подмогу. Один из четверки метнулся в ту сторону, куда скрылись Ларико и Старый. Ну, это ничего... Подножка - и порядок, повалился парень, сгромыхал, как пустой доспех. Выдергиваю из ножен Хельмберт, тут же приходится отбивать удар короткого меча, у Малыша, как вижу, осталось всего двое противников, но судя по громкому топоту и пыхтенью, из темноты переулка ломится еще как минимум шестеро..


Налетели они, конечно, как вихрь, но тем все и исчерпалось драться они не умели совершенно, в узенькой улочке дело с ними иметь одно удовольствие. Я и опомниться не успел, как один из них напоролся на мой меч, остальные толкались и галдели, бросаясь на Малыша. Еще одного я снес пинком в надежде, что свои довершат дело. Не умеешь драться - не лезь! Получив в ухо так, что перед глазами все поплыло, я засомневался в оценке их умений, но тут Малыш пихнул меня в плечо: - Жми! Быстро! Кто бы спорил... Если Малыш утверждает, что он их всех в одиночку сделает, значит так оно и есть... Едва я только закинул в ножны Хельмберт, как один из этих уродов попытался заехать мне по роже. Близко стоишь, дурак! Захват, элементарнейший бросок через бедро. Порядок. - Чего стоишь? Жми!!! Я развернулся и ринулся по улице. Гадство, тот, которого я на бросок поймал, уже на ногах. Без меча. Отлично. А как ты, паря, к регби относишься?.. Я налетел на него, как настоящий центр-форвард, нырком ушел от удара и врезался плечом в его брюхо - как в копну сена. Слабоватое у него пузцо - сложился, лег. Дальше! Не знаю, может, за мной кто-то и гнался - топот позади я слышал, но уходить так уходить, и я с разгону врезался в толпу пьяных матросов, идущих навстречу. Вот это уже получилось не так весело, как у меня ребра целы остались, сам понять не могу. Но ничего, врезал локтем одному, лягнул другого - прорвался. Тем, кто трюк мой сразу после меня попытается повторить сразу после меня, я не завидую, но и мне задерживаться не стоит. Я пробежал пару улиц, потом сбавил темп. Бегущий человек у всевозможных блюстителей порядка в лучшем случае вызывает недоумение, а в худшем - пробуждает к жизни хватательный рефлекс. А это мне как раз ни к чему. По дороге я основательно петлял, если б не двухлетняя орденская практика - ориентироваться без компаса и визуальных наблюдений - наверняка заплутал бы. И что у них тут все улицы такие кривые? Дело кончилось тем, что я поймал за ухо какого-то сопляка, продемонстрировал ему монету и посулил богатство, если он покажет мне квартал Могильщиков и мучительную смерть, если он отведет меня куданибудь не туда. Парнишка понял, что я не шучу, так что минут через пять быстрой ходьбы ткнул пальцем перед собой и возгласил: "Вот." Я дал ему монету и подзатыльник на счастье, после чего решил осмотреться. Гениальное решение, ничего не скажешь... Уж не знаю, кто тут живет, но темно действительно как в могиле. А тут еще изволь искать дом с драконами. Ну что ж, положусь на интуицию.


Квартал, на мое счастье, оказался небольшой, так что скоро я нужный (по-моему) дом отыскал. Вдоль основательно облупившегося карниза вились какие-то загогулины, на мой непросвещенный взгляд на драконов ничуть не похожие. Сумрачное воображение у этих могильщиков... Еще не меньше минуты ушло на то, чтобы определить, где же здесь все-таки дверь, но наконец я и ее обнаружил. М-да, не нагнувшись, не пройдешь, и, самое паршивое, заперто. Я постучался - для начала костяшками пальцев, через пару минут - кулаком, а еще через пять - каблуком, со всей дури. Да что они там - повымерли? Или предпочитают ближе к ночи не открывать?.. Но тут по другую сторону двери кто-то зашаркал, после чего хриплый и очень нелюбезный голос осведомился: - Кого там еще принесло? Я пригнулся поближе и негромко бросил: - Я от капитана Роджера. - Тебя ни о каких капитанах не спрашивают. Кто ты и что тебе надо? - Я ищу Гарви Хромого. Мое имя - Мик, - "Меченосец" я из осторожности опустил - мало ли какие уши тут имеются... - Меня прислал капитан Роджер. Я хочу его видеть. - Так бы сразу и сказал, - пробурчали за дверью, потом она распахнулась, чуть не сбив меня. - Хромой - это я. Мы молча изучали друг друга секунд, наверно, тридцать. Мне, естественно, было видно куда хуже - я-то стоял против света, но кое-что рассмотреть все же удалось. Стоящий в дверном проеме мужик - на вид лет тридцать пять-сорок - значительно уступал мне и ростом и шириной плеч, но я бы все равно дважды подумал, прежде чем с ним связываться. Вроде, ничего особенного, небольшой, сухонький, чуть сутутловатый, но опасной такой сутулостью, как кошка перед прыжком. Лицо тоже не слишком примечательное - рыжая окладистая борода, тонкие губы, мясистый нос - но маленькие медвежьи глазки прямо насквозь буравят. Наконец, когда молчание уже начало становиться тягостным, я осторожно осведомился: - А мы что - тут будем беседовать? - Ладно, заходи, - словно нехотя процедил он, отодвинулся в сторону, пропустил меня внутрь и запер дверь за моей спиной. Обстановочка как обстановочка, ничего примечательного. Я углубился в комнату, повернулся к Хромому, тот выжидательно посмотрел на меня: - Ну? - Роджер хотел меня тут дождаться. Как мне его увидеть? - Это ты, пожалуй, опоздал. Он часа два назад ушел. Плямс! Совсем красиво получается, хоть стой, хоть падай. - С ним женщина была? - Была. - Вместе ушли?


- Вместе. - И куда - не сказали? - Они не говорили, я не спрашивал. Я им не сторож. Вот так-так... По моим подсчетам, те три дня, что Роджер для встречи назначил, еще не истекли. Что ж их сорвало? Уж Гельда-то должна была его уболтать меня дождаться. Хотя случаи всякие бывают, причина у них должна быть достаточно веская... - Все?- Хромой пристально смотрел на меня, явно собираясь выставить. Вот так номер: топали-топали, и притопали к разбитому корыту. Ну, надо хоть что-то из этой уродской ситуации извлечь... - Слушай, вот такое дело: не знаешь, кому нужны люди владеющие оружием и чародейством? Он ведь просил тебя мне помочь? - Помочь-то просил... - Хромой прошелся по комнате, остановился, прислонившись к тяжелому резному столу. - Но речь шла о тебе одном, если ты еще тот, за кого себя выдаешь. А остальные...Нам чужаки ни к чему. Правда, Слиггер? - он бросил взгляд вверх. на галерею, я тоже повел глазами. А там, наверху, стоял, облокотясь на перила, некий юноша бледный со взором горящим, тоненький и темноволосый. Вот уж точно вечер нежданных встреч! Тот самый гитарист из корчмы, который, по словам Старого, весь вечер наблюдал за нами. Я улыбнулся ему, он на улыбку ответить не пожелал, вместо этого тихо и очень серьезно заявил: - Истинная правда. Если он тот, за кого себя выдает. Я сегодня видел его в "Подкове" - я там играл - в компании с тем рыжим, который искал тебя полгода назад, помнишь? - Да, очень интересно, - протянул Хромой, огибая стол, уселся. - Что ты на это скажешь? А вот что я скажу - тут надо хорошенько подумать. Черт бы подрал все виды агентурной деятельности - вечно от нее одни неприятности... - Что я скажу? То, что я Чародей, я могу доказать, не откладывая. А мой друг тебя искать не собирается, и ты можешь с ним поговорит. - Где он сейчас? Так я тебе и сказал... С этого Хромого вполне станется засаду устроить. Опять вмешался Слиггер: - Еще за ними следила внутренняя стража. Во главе с Огурцом. - Барахло ваша внутренняя стража, - обрадовался я повороту темы. Мы с этим, как ты говоришь, рыжим, раскидали их с десяток за минуту. - Это приятно слышать, - Хромой говорил негромко и мягко. Только это еще ничего не доказывает и слов твоих не подтверждает. Так, атмосфера накаляется, сейчас даже в воздухе опасностью попахивает, и Юрд встревожился. А Хромой... Ох, как мне не нравится его манера руки под столом держать! Ситуация - ясней некуда, на нелегалке мужик, и всяческие подозрительные типы ему совсем не нужны. А способ


их спроваживать существует только один. Если до сшибки дойдет, шансы у меня, конечно, есть, особенно если у Хромого под столом нет чегонибудь наподобие арбалета, но на сей счет лучше не обнадеживаться. И даже если арбалет, с ним я разобраться могу, Слиггер вообще в расчет не принимается, но в доме-то их явно больше двух, а сколько - Силой не определишь, а начни я ей, Силой, работать - половина столичных орденцев слетится... Все это пролетело у меня в голове за пару секунд - когда под задницей горячо, соображается очень быстро. и решил я ситуацию не усугублять, и за оружи�� не хвататься. - Знаешь, я не слепого доверия у тебя прошу, но ты своей удачи не видишь. Нам деваться некуда, только к тебе, а с нами вполне можно состояние сколотить. Мы одни целой армии стоим. Хромой открыл было рот, намереваясь изречь что-то язвительное моим замешательством и попытками выкрутиться он явно забавлялся, - но тут кто-то несколько раз тихо стукнул в дверь. Хромой нахмурился: - Мы, вроде, никого не ждем... Слиггер, посмотри, кто там. А ты стой, как стоял. Возражать я не стал - на то были причины кроме возможного арбалета. И напряжение сразу свалилось. Слиггер за моей спиной что-то негромко спросил, стукнула щеколда, и я услышал раздраженный голос Роджера: - И что с ними, тварями, сегодня?! Законопатили все - мышь не проскочит. Пришлось вот вернуться. Я, плюнув на указания Хромого, повернулся к дверям - и тут же изза спины Роджера, буквально отпихнув его в сторону, в дом ворвалась Гельда - она тоже наверняка почувствовала меня еще до того, как вошла и повисла у меня на шее: - Мик! Живой! - Вроде, так,- пробормотал я, зарываясь лицом в ее волосы. Роджер что-то удивленно спросил у Хромого, тот ответил - но я все это попускал мимо ушей. Все это, голуби, ерунда по сравнению с лучшей на свете ведьмой, которую ты уже лешак знает сколько не видел! Я целовал ее в глаза, в нос, в губы, бормотал ей в ухо какие-то уже полные идиотизмы, когда до меня донесся вопрос Хромого: - Интересно, а долго они так могут? Так, а вот это уже, пожалуй, адресовано не столько Роджеру, сколько нам. Я мягко отстранил Гельду, повернулся к Роджеру: - Ну, здорово, что ли! Он так стиснул мою ладонь, что я чуть не присел: - Мы уж думали - тебя и в живых-то нет. - Мафия бессмертна... Ну, как вы там без меня? На Гнездо больше налетов не было?


- Налетов не было, только оцепление еще с неделю держали после того, как ты ушел. А в общем и целом - порядок. Ты-то как? - Замысловато. Помнишь, ты на странности моей биографии внимание обратил? Не зря, как выяснилось. - Ну-ка, а что такое? - В пять минут не обскажешь. Да, слушай, а что тогда звучало насчет того, что вы меня будете три дня ждать? Что стряслось-то? Роджер усмехнулся в пшеничные усы: - Да ты, парень, никак, в календаре запутался. Стряслось то, что мы тебя, как и условлено было, через три недели после твоего отлета ждали здесь три с лишним дня, вот по этому самому адресу. Даже еще сутки прихватили. Что-то тяжело провернулось в голове, я приостановился: - Погоди-ка... А какое сегодня число в таком случае? Вся честная компания уставилась на меня как на психа, потом Роджер проинформировал: - Шестнадцатое июля, 216 год Империи. Так, а вот это уж совсем чудесно... Словно отвечая на эту мысль, над городом понесся заунывный трезвон колокола на башне Клыка. - Уже семнадцатое, - услужливо сообщил Слиггер. Я немного постоял, чувствуя, как немеют щеки, потом тихо выругался и выскочил на улицу. Вслед мне донеся недоуменный вопрос Хромого: - Что это с ним? Припадок? Припадок! Провалиться им, таким припадкам! Я стоял, уставившись в небо, а на востоке над крышами медленно поднималась луна - рыжая, как медный таз. Круглая, без единого изъяна. Нет, но вот это надо ж так лопухнуться, просто классика! Сам бы себе за это по заднице напинал, честное слово! Придурок, кретин, лопух злокачественный! Ну ладно, допустим, день у меня потерялся - скорее всего, когда я по тракту пер, в бреду ведь был... Так меня этот козел, с белым султаном, из Братства, человечьим языком предупредил: "В полнолуние"! А мне для того, чтоб фазу луны определить, даже на небо пялиться не надо, я ж это чувствую! Вот угораздило! Ладно, себя ругать можно долго и обидно, а вот толку от этого нуль. Я разжал кулаки и повернулся обратно к двери. Войдя, я с порога объявил: - Поздравьте, я дебил. - Поздравляю,- откликнулся Хромой.- А что такое? - Просто сегодня полнолуние. - Ты в это время всегда такой? - Да, если в этот день на меня очередную охоту начинают. - Опять с кем-то подрался, - буднично констатировала Гельда. - С кем хоть на сей раз?


- Серое Братство. Слыхала про таких? Явно слыхала - сделала глаза по полтиннику: - Их-то ты где нашел?! - Не я их, они меня... Ладно, не принципиально. Раз такие пирожки с котятами, давайте не будем терять времени. - Что еще за Братство? - нахмурился Роджер. - Долго объяснять. Слушай, тут такое дело: со мной трое ребят, из них двое - инструктора, я тебе про них рассказывал. Можешь их к себе определить? - Н-ну...Тут подумать надо. - Только думай быстрей, на нас уже стража глаз положила. - Ну, разве что под твое ручательство. А ты тоже с нами? - Да шут его знает... Надо одного деятеля найти - того, который десантом руководил - да посчитаться с ним. - Опять с кем-то разбираться собрался, - Гельда осуждающе на меня смотрела. - Допрыгаешься - убьют. - Убить меня и сегодня могут... Вся надежда на то, что эти Серые братцы в Столицу сунуться не рискнут. - Ты ж рискнул... - буркнул Хромой. Роджер повернулся к нему: - Гарви, можешь ребят хоть на одну ночь у себя поместить? - Сложности есть, - нехотя отозвался тот, я поспешил вмешаться: - Сложности в том, что ребята до недавнего времени работали на Институт. А потом их попытались вместе со мной ликвидировать. - Так и быть, - решился Роджер. - Гарви, ты как? - Что делать, - согласился с видимой неохотой Хромой. - Только стражу за собой не притащите. Или этих, как их... - Тогда я пошел. Роджер, ты со мной? - Годится, - пожал он плечами. - Я тоже, - заявила Гельда. Я чуть не взвился: - Еще чего придумаешь! Тут орденцы кишмя кишат, а она туда же со мной! - Если ее за три дня не вычислили, так почему сейчас должны? рассудительно вставил Роджер. Я не сдавался: - По закону бутерброда - знаешь такой? А поскольку нас сейчас двое, орденцы слетятся, как стервятники на падаль. - Не слетятся, - пообещала Гельда .- Я свой Камень хорошо научилась прятать. Глазки Хромого остановились на груди Гельды, он чуть заметно усмехнулся. Ну уж нет, будь что будет, а ее с этьим перпетуум кобеле я оставлять не собираюсь, тем более, он в этом городе какая-то шишка. - Ладно, пошли. - Слиггер, подготовь все на случай отхода, - распорядился Хромой, когда дверь уже закрывалась за нами.


Дорогу к "Желтому дракону" Роджер знал отлично, так что ориентировкой мне себя затруднять не пришлось. По его словам, ходу туда было минут пятнадцать, так что я успел вкратце изложить свои основные похождения с тех пор, как покинул Гнездо, прежде чем Юрд у меня на груди начал напряженно, с холодком, пульсировать. Опасность. Я остановился так резко, что идущая следом Гельда чуть не налетела на меня: - Что такое? - Погоди, - пробормотал я, прислушиваясь к своим ощущениям. Так, окна. Чисто. Засады, во всяком случае, не чувствую. Уже легче, хотя бы сверху стрелами не забросают... Роджер остановился, как сеттер, делающий стойку, напряженно уставился на меня. Юрд уже не просто предупреждал, теперь пошла конкретная информация: Серые, Силой владеет один, общее число - трое или четверо. Приближаются. Я сообщил Роджеру: - Похоже, добрались до меня. Не больше четырех рыл. Твои рекомендации? - Драпать на стрелку с погоней за плечами? Несерьезно. Гельда тоже что-то учуяла, развернулась в сторону предполагаемой опасности, я взял ее за плечи, повернул к себе: - Значит так, маленький. Сейчас ломишься со всех ног... - Я не уйду. - Слушай и не перебивай. Корчму "Желтый дракон" знаешь? Отлично. Несешься со всех ног туда, находишь там Малыша - его ни с кем не спутаешь, здоровенный и рыжий - и скажешь ему, что тут намечается разборка. Вместо пароля - слова: "И налево наша рать, и направо наша рать". Потом полным ходом ведешь их сюда. Все поняла? Она кивнула. - Все, пошла. Гельда исчезла за поворотом, и буквально тут же мы с Роджером услышали шаги в боковом проулке - шли сюда, неторопливо. Слава мощенным улицам! Роджер накрест взялся за рукояти коротких мечей на поясе, я скрестил руки на груди, держа правую поближе к рукояти Хельмберта. Роджер пробормотал: - Интересно, а эти твои инструктора и в самом деле такие крутые? - Надеюсь, увидишь. Попробуем потянуть время. И в этот момент они вывернули на нас - один впереди, двое чуть приотстали. Передового-то я идентифицировал еще до того, как увидел тот самый, с которым мы дрались на Торианском тракте под горящими соснами, тот самый гонец, ночью меня нагнавший... Мы с Роджером стояли под единственным на улице тусклым масляным фонарем, и я наконец-то смог разглядеть этого типа - ростом значительно ниже меня, особо внушительной фигурой не отличается. Двое у него за спиной


выглядят поосновательней, а этот вертлявый какой-то, и физиономия у него несерьезная - белявенький, смазливый, с мелкими чертами лица. Этакий герой-любовник. Херувимчик киношный... Они остановились шагах в пяти от нас, не притрагиваясь покуда к оружию. Херувимчик улыбнулся: - Здравствуй, Меченосец. - Тебя так же. Кстати, как твое имя? Я не люблю разговаривать с незнакомцами. - Тебе знать пока ни к чему. Договоримся полюбовно - узнаешь, а нет - так тебе и свое имя уже не понадобится. - И что ж тебе от меня надо? Он словно удивился: - Неделю назад, на торианском тракте, я сделал тебе одно предложение и хочу знать, согласен ли ты? Надо бы время потянуть, под дурачка закосить... - Какое предложение? Я на торианском тракте чувствовал себя неважно, ничего не помню. О чем вообще идет р��чь? С его лица сбежала улыбка, рука упала на рукоять длинного меча. И как такую бандуру можно на поясе таскать?.. - Не валяй дурака, Мик Меченосец! Я здесь не для приятных бесед. Ты отлично все помнишь! - Допустим,- согласился я, сверкнув (надеюсь) рекламной улыбкой. - Если даже и так, сделка есть сделка, и я такие вещи на улице не обсуждаю. Предлагаю обговорить все это в спокойной обстановке, за бокальчиком. Херувимчик тут же принял мой тон: - Согласен, обычно сделок так не заключают, но мы-то с тобой находимся в необычных условиях - нас обоих ищут. Так что ответ твой мне нужен здесь и сейчас. - И что будет, если я откажусь? Он снова осклабился: - Тогда, боюсь, мне придется тебя убить. Итак, Меченосец, твой ответ?.. - А такой не устроит? - рявкнул я, вырывая из ножен Хельмберт, он сначала отпрянул от серебра, потом оскалился совсем уж по-волчьи: - Вполне. Извини, Меченосец, - и почти неуловимым движением обнажил свой клинок. Слева от меня коротко лязгнули короткие мечи Роджера, пара шакалов за спиной у Херувимчика метнулась вперед, он крикнул, указывая на меня: - Этот мой! - и понеслась душа по кочкам. Да, внешность бывает обманчива, как сказал ежик, слезая с сапожной щетки. Не знаю, насколько Херувимчик может быть хорош в


Силовом контакте, но на мечах он оказался классом повыше меня - первые три моих атаки моментально захлебнулись. И это несмотря на то, что я и выше, и сильней физически, да и в оружии кое-что понимаю! Так что не до смеха мне стало уже в первые полторы секунды, а потом уже все наперекосяк пошло. Отступаю на полшага, меняю стойку - и Херувимчик зеркально повторяет мое движение, острие клинка замирает напротив моего живота, один его выпад - и все! Резко сшибаю клинки вверх, но разомкнуть их не удается, он вместо рубящего удара закручивает мой клинок так, что его меч вдруг оказывается слева от меня, острием мне в живот. Полшага, закрут, смена соединения... Его меч снова направлен мне в пузо. Мать твою, да что ж они - примагнитились?! Отскакиваю, он наступает, повторяя мои перемещения. На момент вижу его лицо - он улыбается. И тут до меня потихоньку доходит - он бы меня мог с первых двух ударов завалить, но ему еще и развлечься охота... Нет, пора в глухую защиту. Кружим, не размыкая клинков, нервы вот-вот лопнут от напряжения. Спокойно, он того и ждет, чтоб я занервничал, раскрылся, и тогда пришьет меня без всякого риска... Играет, как кот с мышью. Слева - звон мечей. Роджер еще дерется, а значит, жив. Со всех сторон, из окон, наверно, голоса - советы, подначки, смех. Зрители, чтоб их! А я, по ходу, начинаю сдавать, и Херувимчик это чует. Прыжок, финт - и мне наконец-то удается разомкнуть клинки, но тут же они снова как слипаются. Интересно, а долго еще это может продолжаться?.. И тут, как хор ангелов с ясного неба, где-то, пока еще далеко, два хриплых, задыхающихся голоса взревели: - И налево наша рать, и направо наша рать, Хорошо с перепою мечом помахать! Ага, живем! Я гаркнул Роджеру: - Держись!- и тут же пришлось парировать весьма пакостный укол Херувимчик тоже понял, что игрушки кончились. Занервничал, гад! И тут уж я заработал ногами поживей, прыгая вокруг него и крутя Хельмбертом восьмерки. Серьезной атакой тут, конечно, и не пахнет, и надолго никого при таких упражнениях не хватает, зато и противника заставляет покрутиться, пусть и с меньшим расходом сил. Краем глаза я успел заметить две выскочившие из переулка фигурки - длинную и маленькую, Херувимчик на долю секунды обернулся на топот. Самое время использовать рост и вес! Я взвыл дурным голосом: - Йох-хо-гаа!- и прыгнул вперед, но малость не рассчитал и вместо того, чтобы рубануть мечом, схлопотал здоровенный удар в скулу яблоком на эфесе. Херувимчик, врубившись, что соотношение сил изменилось, бортанул меня и метнулся в сторону, но слишком поздно - в следующий момент лезвие меча Старого, пробив плащ, вышло у него из спины пальца


на четыре, дымящееся и покрытое черной кровью. Роджер пинком отшвырнул одного из противников Малышу, шакал повалился с раскроенным черепом, второй тут же запрокинулся назад, уронив меч. Старый остановился, переводя дух, и явно собирался потребовать объяснений, но тут воздух взрезал пронзительный вопль: - Патруль! Я перевернул труп Херувимчика, рванул камзол у него на груди, чтоб было видно золотую пластину с мчащимся волком и тут же, подхватив под руку вывернувшуюся из-за поворота Гельду, рванулся в темноту вслед за Малышом и Роджером. ГЛАВА 2 Мы петляли какими-то узкими проулочками минут, наверно, десять ума не приложу, зачем. За нами, по-моему, никто не гнался. На бегу я еще умудрился засунуть в ножны Хельмберт - левой рукой, за правую цеплялась Гельда. Наконец мы остановились на каком-то пустыре, с двух сторон зажатом глухими стенами, и принялись шумно переводить дух. Тогда-то Старый и задал тот вопрос, который, очевидно, собирался задать сразу после драки: - Слушай, Ученик Чародея, а кому мы, собственно, наломали? - Серому Братству. - Жидковато, не находишь? По сравнению с тем, что ты рассказывал... - Еще не вечер, - мрачно уведомил я. Малыш тем временем повернулся к Роджеру: - Слушай, а где ты так ногами махать научился? - В бронепехоте научили, - скромно ответил Роджер. Старый высоко поднял брови, но промолчал. Гельда, наконец отдышавшись, выпалила: - А знаешь, что они спросили, когда я сказала, что тебя бьют? "Что, уже?" - А чего еще от них ждать? Кстати, рекомендую: вот этот, который делает вид, что самый умный, называется Старый. А эта дурмашина в рыжей бороде - Малыш. Именуется так потому, что ума в нем где-то на пятилетнего. - Привет, фитюлька,- прогудел Малыш, обращаясь к Гельде с высоты своего роста. Из-под всклокоченных волос у него по щеке сползла струйка крови. - Э, тебя что, зацепили? Малыш беспечно отмахнулся: - А, ерунда. Два сантиметра скальпа. - Давай посмотрим, - повернулся к нему Старый. - Да нагнись ты, урод! - А может, тебе еще скамеечку подставить?


- Кончай свою интеллектуальную недостаточность демонстрировать. - В самом деле, Малыш, - поддержал я. - Гельда, покажи ему, на что способна, чтоб не выступал. Да нет, я не бить его прошу, а дырку в нем залатать. - Давай голову, - безапелляционно скомандовала Гельда, Малыш пожал плечами и подчинился, она хмыкнула и принялась за дело, а я обратился к Старому: - А это, как ты догадался, капитан Роджер. Он в рекламе не нуждается, верно? - Верно, - согласился Старый, протягивая руку. Исторический момент слегка подпортил Малыш - он выпрямился, провел ладонью по макушке, внимательно ее осмотрел, удивленно уставился на Гельду, потом повернулся ко мне: - Вот это класс! Ученик Чародея, только по секрету: где такие продаются? - Вот назначат за твою голову две тысячи - узнаешь. - Так, а с тобой что? - повернулась ко мне Гельда.- Э, да ты ранен! Только тут я обратил внимание на то, что левая рука снова начала болезненно пульсировать, рукав промок горячим и липким от плеча до локтя. Вот гадство, опять рана вскрылась! Но вот не к месту и не ко времени этим сейчас заниматься, так что я отмахнулся: - Да так... Собачка покусала. - Знаю я этих собачек. Снимай камзол. - Что, прямо здесь? - я невинно округлил глаза. Гельда, похоже, собиралась наградить меня приличным тычком, но передумала и взялась за пряжки камзола, а стащив его, занялась рукой. Я, стараясь, не морщиться, обернулся к Старому: - Да, орлы, а Ларико-то вы в корчме оставили? Он пожал плечами: - Ну да, а что? Место тихое... - Это "Желтый дракон" место тихое? - недоверчиво переспросил Роджер. Малыш усмехнулся: - Нас, во всяком случае, не трогали. - Неудивительно,- буркнул я. Рожу все-таки перекосило - скоростное чародейское заживление штука весьма болезненная. И в этот момент в проходе между стенами возникла темная фигура: - Эй, Меченосец! Я вывернулся от Гельды, развернулся, метательный нож незаметно даже для меня самого лег в ладонь, рука пошла вверх, для броска. Вот, кретинище, расслабился! Второй раз за сутки так лопухнуться - это, пожалуй, немного чересчур... - Дикс?! - Тише, идиот! Хочешь чтоб меня заметили?


Вот странно, никогда б не подумал, что Дикс захочет тайно со мной встречаться. И вообще, что это он в Столице делает?.. - Что это за?.. - осведомился Старый, ему ответил Роджер: - Да так, старый знакомый. В горах встречались. - Заткнитесь и слушайте, - прошипел Дикс тоном не допускающим возражений. Ох, сдается мне, опять жареным пахнет... А Дикс продолжал все тем же свистящим шепотом: - Никогда не назначайте встреч в "Желтом драконе", там хозяин работает на внутреннюю стражу. Женщину, которая была с вами, схватили. Искали какого-то рыжего, длинного. Вот это клюква... Я беспомощно выругался, вернул на место метательный нож и подхватил с земли перевязь с мечом. Старый моментально подобрался, одним движением вскочил на ноги и двинулся из проулка, Малыш загородил ему дорогу: - Не пори горячку. - Отойди,- негромко и повелительно бросил Старый, я разглядел его лицо, до странности спокойное. Малыш, стоя спиной ко мне, пошире расставил руки: - Придурок, ты соображаешь, что делаешь? Если ты сейчас туда сунешься, от тебя места мокрого не оставят! Старый так же тихо повторил: - Отойди. - Ага, уже спешу. Дожидайся. И тут произошло нечто непонятное - Старый качнул корпусом, еще какое-то движение, которого я не уловил, и Малыш - Малыш! - отлетел в сторону. Следующим на пути Старого оказался я, он остановился передо мной: - А ты - тоже мне помешать хочешь? - Я еще не самоубийца, - проворчал я, отодвигаясь в сторонку и перехватывая поудобней ножны с Хельмбертом. - Но ты все равно идиот. Старый мое утверждение к сведению не принял, а зря. Когда он миновал меня, я, махнув мечом, как следует приложил рукоять к его затылку. Роджер прыгнул вперед, подхватил обмякшее тело, бережно прислонил к стене: - Вот так-то лучше. - Так-то оно так,- Малыш задумчиво поскреб бороду.- Только ведь и в самом деле что-то предпринимать пора. Странно, Дикс еще не ушел... Я обернулся к нему: - А куда ее повезли? - Не знаю. Я тебе и так слишком много сказал. Все, прощай, - он повернулся и растворился в темноте.


- Я твой должник, - крикнул я ему вслед. Его уже не было видно, но до меня донеслось крепкое ругательство. Малыш сумрачно усмехнулся, потирая ушибленное плечо: - М-да, отменно вежлив... Но и на том спасибо. Ладно, братишкисестренки, попробую-ка я туда сходить и тихонько разобраться. - Искали тебя, - тихо напомнила Гельда, Роджер поддержал: - Высокий рост от стрел не спасает. К тому же этому парню, орденцу, я бы с очень большой оглядкой верил - может, подруга ваша попрежнему в "Желтом драконе" сидит, а вот вас там стадо арбалетчиков дожидается. Малыш далеко сплюнул: - На проблеме проблема... - Ладно, - вздохнул я, набрасывая на плечи плащ, - поскольку из всей честной компании там только я не засветился, пойду и тихо разберусь именно я. - Куда ты сейчас пойдешь? - накинулась на меня Гельда. - Ты на руку свою погляди, дубина! - Она права, - кивнул Роджер. - Ну ладно, меня там тоже не видали, так что пойду-ка я побеседую с этим хозяином. А то уж я твоей популярности завидовать начинаю... Ученик Чародея. Ч-черт, похоже, это идиотское прозвище намертво ко мне пристало! Роджер бесшумно сгинул в темноте, а я стянул плащ и снова подставил левое плечо Гельде. Малыш посмотрел вслед Роджеру, потом перевел взгляд на меня: - Слушай, а ты этому капитану веришь? - Как себе. Гельда, а потише нельзя? У меня рука не казенная. - Ничего, терпи. И я терпел, только зубы пришлось сжать покрепче. Все на свете сейчас бы отдал за хороший глоток водки, но водки нет, так что остается отводить душу, ругаясь про себя последними словами. И кто их только придумал, оборотней этих! Малыш, нахохлившись как воробейпереросток, утсроился на каком-то камне и бережно покачивал на ладони секиру, бросая взгляды в темноту и время от времени что-то угрожающе боромоча. Наконец Гельда велела: - Забирай свою руку. Слушаю и повинуюсь... Да, нормально, только шрам остался. Жалко, камзол весь в кровище - вроде ничего особенного, а все равно неприятно. Хотя в Столице такими вещами кого-то удивить трудно. Так что я принялся сосредоточенно напяливать его - и тут заворочался Старый. Я на всякий пожарный отодвинулся подальше - кто его знает, а вдруг ему в голову придет разбираться... Но он сначала застонал, потом сел прямо, ощупал затылок и осведомился:


- Интересно, а какая сволочь меня долбанула? - Поскользнулся, - на голубом глазу ответил Малыш. - Да, гололед кругом, и как я не заметил... Ладно, давайте решать, что делать дальше, раз уж вы так настаиваете. Я бы все равно рискнул в этот трактир прогуляться. - Роджер уже пошел, - сообщила Гельда. Роджер опять же совершенно бесшумно возник из темноты, заставив мою руку дернуться к рукояти меча: - Роджер уже пришел. Старый тут же оказался на ногах: - Узнал что-нибудь? - Узнал, узнал, только давайте об этом не здесь - а то у стен в этих краях не только уши с языками бывают, но и арбалеты. - Ну так пошли, - нетерпеливо переступил с ноги на ногу Малыш, вбрасывая топор в петлю на поясе. Мы шли по темным улицам, быстро и молча, но я все же, улучив момент, поравнялся с Роджером и вопросительно глянул на него, он тут же тихо ответил на мой непрозвучавший вопрос: - Паршиво. Хуже просто не бывает. У этого инструктора как - нервы крепкие? - Он вообще не знает, что это такое. Ты там что-то разузнал... У кого, кстати? - У хозяина. - И что он - сам тебе сказал? - Почти, - Роджер, мрачно ухмыльнувшись, посмотрел на ободранные костяшки пальцев. - Я его убедил. Мои методы лучше всяких пентоталов, так что после парочки доводов он стал просто болтлив, больше ничего он объяснять не пожелал, и остаток пути мы проделали в гробовом молчании. Хромой, встретив нас на пороге, сразу подозрительно прищурился: - Вы говорили, вас больше будет... Где еще один? - У нас проблемы, - негромко сообщил Роджер, Хромой только плечами пожал: - Мне до ваших трудностей... Заходите, раз пришли, - а потом, прикрыв дверь за нашими спинами, окинул взглядом Малыша: - Так это ты полгода назад меня искал? Малыш сверкнул зубами: - Было дело... А это ты ко мне того задохлика с кинжалом подослал? - Одного? Я не дурак. А что? - Да мало ли... Соболезнования выразить, то, се... - К делу, - прервал их Старый. Хромой неприязненно посмотрел на него: - А ты кто будешь?


Я быстро представил всех незнакомых между собой и уселся на скамью у стола, Гельда устроилась рядом со мной. Лицо у нее было спокойно и сосредоточенно, как перед дракой. Роджер молчал, глядя в пол. Старый подошел к нему почти вплотную: - Ну так что ты узнал? - Хуже некуда, - выдавил Роджер. - За мной увязался хвост... - Где он? - тут же насторожился Хромой, Слиггер, бесшумно спустившись с лестницы, встал у него за плечом. - Сбросил, - Роджер не стал вдаваться в детали. - Не это главное. У хозяина "Дракона" я забрал вот это, - он выложил на стол какую-то пластинку, похоже, серебряную. Все столпились вокруг стола, причем рожи у них вытянулись буквально на глазах. Надо хоть тоже глянуть, что это за штука... Я поднялся, оттер плечом Малыша и наклонился над непонятным предметом. На вид напоминает монету, сантиметра два в диаметре, только вместо родного и знакомого профиля императора красуется на ней непонятный герб - корона на фоне скрещенных меча и факела. - Действительно, хуже если и бывает, то редко, - пробормотал наконец Малыш. Старый просто побелел, губы сжались в прямую линию. Да, держаться ему стоит немалых усилий... - А что это такое? - наконец отважился спросить я. Хромой окинул меня презрительным взглядом, явно не понимая, как это можно столь элементарных вещей не знать: - Это печать Секретной Инквизиции. - А что такое эта Секретная Инквизиция? Не забывайте, я в столичной жизни новичок. Физиономии ребят после моего вопроса вытянулись еще приблизительно вдвое, они бросали нервные взгляды то на дверь, то на тяжелые портьеры, словно ожидая, что сейчас оттуда вылезет взвод институтского спецназа в масках и с автоматами. Малыш в конце концов хмуро просветил меня: - Личная гвардия Верховного Магистра. - Слушай, это мне еще ни о чем не говорит. Что они из себя представляют? - Всякое рассказывают. - Да скажи хоть - они люди? Ребята мрачно заухмылялись: - Внешне - может быть... - Так кто они - оборотни? Зомби? - Нет. - Они Чародеи? - Чародеев в эти отряды не берут, - сообщил Хромой. - Верховный Чародеям доверяет меньше.


- Слушай, Роджер, - взмолился я, - хоть ты мне толком объясни - они, получается, обычные люди? - Примерно, - помедлив, отозвался Роджер. - Они - тренированные убийцы. По слухам, их кто-то из Пришлых обучает. - Вот так бы сразу, - с облегчением вздохнул я. - Хоть одной проблемой меньше... Если нам с толпой Чародеев не придется схлестываться, так я почти счастлив. - Ты уверен, что это были они? - тихо спросил Старый, глядя на Роджера. - Орденец говорил - внутренняя стража. Роджер медленно кивнул: - На сто процентов. Были они в форме внутренней стражи, но действовали тихо и оперативно. И взяли ее как ведьму, - он старательно избегал встречаться со Старым глазами. Хромой побарабанил пальцами по столу и принялся рассуждать вслух: - Так... В городскую тюрьму, в старый монастырь, свозят воров и неплательщиков, этим занимается стража. - Может, в башню? - предположил Роджер. - Хозяин говорил - в сторону Гавани. Я б проподробней выспросил, только линять пришлось. - Нет, в башню только дворян сажают, тех, кто к Смуте причастен... Если это были Секретники и повезли ее в сторону Гавани... Судя по всему - во внутреннюю цитадель. И если ее взяли как ведьму – то потрошить начнут, не откладывая, - закончил Хромой, как мне показалось, с некоторым злорадством. Старый, чуть ссутулившись, сидел на стуле, сложив руки между колен, только желваки на скулах выдавали, каково ему сейчас. Я почти автоматически обнял Гельду за талию. Понимаю, шкурные мысли, но я почти рад, что она на месте Ларико не оказалась. В сравнении со Старым я бы, наверно, вел себя куда хуже... Мы молча посидели еще немного, потом Старый, почти не разжимая губ, произнес: - Надо ее вытаскивать. Хромой посмотрел на него слегка иронически, но промолчал. Малыш взял со стола печать, подбросил как монету, поймал: - А вот такая штучка поможет в эту внутреннюю цитадель с докладом пройти, как думаете? Хромой покривил губы: - А спросят тебя, к кому ты - и что ты им споешь? - К тому ж они своих агентов наверняка в лицо знают. И с этой штукой что-то да предусмотрено – номера, секретки… - дополнил Роджер. Он пристроился на низкой скамейке у камина, вытянув ноги чуть не до середины комнаты. - Ну хорошо, а форма у них есть? - не сдавался Малыш. - Ладно, достал ты форму, а пароль тебе кто скажет?


- Скажут, - мрачно пообещал Старый. - Время, - помотал я головой. - Знать бы еще, зачем ее забрали? Малыш насмешливо уставился на меня: - А вот это как раз не принципиально. Надо быстренько определиться - и действовать, а то мы тут сидим, треплемся - а ее там, возможно, уже допрашивают. Давайте думать, как нам внутрь попасть. Уж мне эти супермены, люди действия! - Не принципиально, говоришь? А ты подумай немного, напрягись. Охота за нами троими продолжается, а теперь хватают Ларико, а Верховный - сам из Пришлых, так что вполне может с Институтом завязан быть. А может, ее вместо приманки используют? Предполагается, что мы ее вынимать полезем, и вот приползаем мы в эту внутреннюю цитадель, а нас там ожидает пара десятков институтских. С автоматами. Старый усмехнулся, не скрывая презрения: - А ты предлагаешь всех обмануть и не полезть, так? Честно говоря, в другой бы ситуации за подобные вопросики я б по роже заехал... Я повернулся к нему и медленно отчеканил: - А вот дерьмом меня считать не надо, хорошо? - Если драться собираетесь, то не у меня в доме, - влез Хромой. Ехиден, как гремучая змея... Я жестом остановил его: - А то что-то у вас очень лихо все получается: забрались в эту цитадель, загнули там всех в позу прачки и спокойненько смылись. - Ты что-то конкретное предлагаешь? - нетерпеливо прервал Старый. - Я предлагаю действовать не сгоряча. Что такое эта цитадель? - Резиденция Верховного Магистра. - Так... Следовательно, придется иметь дело с кучей орденцев, не считая этого вашего хваленого стада головорезов. А для штурма у нас силенок маловато будет, как считаете? - Кто-то говорил, что ваша команда целой армии стоит, - негромко, как бы про себя, пробормотал Хромой. Малыш неожиданно рассмеялся: - А что, в самом деле... Трое Пришлых, один из которых Чародей а остальные - инструктора по выживанию, которых кой-чему учили... Для штурма действительно жидко, а вот диверсионная группа вполне приличная. Роджер неторопливо прикурил от пламени свечи и негромко, но предельно четко произнес: - Четверо Пришлых. Вы забыли еще капитана бронепехоты, которого тоже кое-чему учили. Старый недоуменно посмотрел на него, потом благодарно улыбнулся - впервые за последний час. Я тоже почувствовал себя несколько ошарашенным и уставился на Роджера во все глаза. Вот ведь, до чего дошел - во всяком действии первым делом ищу корыстные мотивы, а то,


что существует на свете такая вещь, как элементарная порядочность, у меня из головы вылетело... А Хромой - тот чуть не подскочил, во всяком случае на его непроницаемой физиономии появилось нечто похожее на удивление: - А тебе-то что в этом деле надо? Эта баба тебе кто - кума? Роджер бросил быстрый взгляд на меня и сообщил: - Я ее ни разу не видел. Но эти ребята - из моей команды. Малыш за спиной у Хромого помотал головой, у него на физиономии даже нарисовалось почтение. Правильно, Малыш, такие жесты надо ценить - фактически, Роджер сейчас перед этим Хромым за нас головой поручился. Гельда вдруг тоже вскинулась: - А меня что - не берете? Так, в данной ситуации решающее слово за мной. - Маленький, если внутрь попадем - будет большая драка. - Что я - драк не видела? - Видела, видела, успокойся...Только тогда получается, что ты наравне с нами рискуешь. - Ну и что? - А сейчас подумай, какой шанс что мы выйдем оттуда живыми и невредимыми? - я уже обращался не только к ней, а ко всем. - Даже живыми-то, вероятно, не все. А сейчас - вопрос на засыпку: кто-нибудь из нас, кроме тебя, целительством владеет? - Верно, - подтвердил Старый. - Тобой мы рисковать не можем. - Ладно, - Малыш пристукнул ладонью по колену. - Состав определился, а теперь надо подумать, как мы туда пролезем. - А главное - как мы потом оттуда вылезем, - напомнил Роджер. Я кивнул, соглашаясь: - А то смеху-то будет, если мы и Ларико не вытащим, и самих нас утречком на просушку вывесят. Хромой неожиданно решил поделиться ценной информацией: - Тюрьма расположена во внутреннем здании, скорее всего, где-то в подвальных ярусах. Всего этих ярусов - четыре или пять. - Ладно, так как же мы в это внутреннее здание попадем? - теперь Старый выглядел так, словно решал какую-то любопытную математическую задачу. Повисла пауза минут, наверно, на пять, после чего я выдал очередную гениальную идею: - Надо появиться откуда-то, откуда нас никто не ждет. Удивительно - остальные отреагировали на мои слова как на удачную, но несвоевременную шутку: - Открыл Америку! Из-под земли, что ли, вылезти или с неба свалиться? - С неба?.. А что, идея. Что поблизости есть высокого?


Ребята уставились на меня так, что я себя ощутил полным идиотом. Потом Роджер все же снизошел до объяснений: - Строить вообще что-то поблизости, не говоря уж о высотных сооружениях, запрещено еще лет полтораста назад. Вокруг футов на триста - голая каменная площадь, да еще и патрули. М-да, триста футов - это даже в метрах прилично получается... Я заткнулся, пристыженный. И все же на данный момент я единственный предложил что-то, отдаленно смахивающее на конструктивный вариант. А после того, как меня обломали, вообще наступил мертвый штиль и повисла напряженная тишина. Я еще несколько минут честно ломал голову, изобретая и отбрасывая всевозможные варианты действий, а потом принялся втихушку оглядываться, изучая все виды симуляции бурной умственной деятельности. Старый, скрестив руки на груди, расхаживал по комнате как тигр по клетке. Гельда рядом со мной что-то неслышно бормотала себе под нос, загибая при этом пальцы. Малыш неизвестно зачем выволок из-за пояса секиру, утвердил ее между колен и водил большим пальцем по лезвию, сосредоточенно хмуря брови. Роджер, вытянув ноги, коротко и яростно пыхтел трубкой. Хромой, ссутулясь над столом, покручивал ладонями пустую кружку. И даже Слиггер, юноша бледный, принял участие в мозговом штурме - уселся в лермонтовской позе, подперев рукой голову. И тишина такая, что вот-вот услышишь напряженное гуденье мозгов и перестук шариков под черепушками. Честное слово, не будь все так паршиво, я бы ржал. Черт его знает, сколько б мы еще в бесплодных раздумьях просидели, но тут Хромой неожиданно поднял голову: - Ладно, так и быть, помогу. Старый одним неуловимым каким-то движением переместился из противоположного угла, встал перед ним: - Ну? - Сядь, - поморщился Хромой. Тоже не любит бурной жестикуляции. Хотя кто ее любит... Старый помедлил, отодвинулся, присел на край скамейки. Хромой выдержал драматическую паузу, потом важно изрек: - Наверно, тут все про Нижний город слышали. - Кроме меня,- скромно напомнил я. На сей раз для разнообразия Хромой оказался доволен, что его спросили. И вообще вид у него такой, словно он нас облагодетельствовать собрался - прямо лопается от скромности. - Нижний город - это ходы под Столицей. некоторые построены, когда самой Столицы и в помине-то еще не было, некоторые недавно прорыли, а некоторые вообще неизвестно кто проделал. Говорят, кой-какие и в подвалы цитадели выводят.


- Слушай, а это точно? - снова качнулся вперед Старый, Хромой окрысился: - А я-то почем знаю? Я туда не хожу. Тамошние, из Нижнего города, должны знать. Роджер нахмурился еще сильнее и теперь сосредоточенно теребил ус: - Вот насчет тамошних-то я и боюсь... Там же корпоранты окопались. Малыш расплылся в улыбке: - Так это ж милое дело! Я потряс головой: - Слушайте, просветите, ради Аллаха, не дайте помереть дурой... Кто такие корпоранты? Бурши? Я понимаю, конечно, подобное незнание смешно, но при условии, что тебе самому все известно. Отсмеявшись наконец, Малыш сообщил: - Там, Ученик Чародея, такие бурши... Это - корпорация уголовщины, причем самой отмороженной, которую все церкви поотлучали и любой власти они враги номер раз. Старый пригладил бородку: - Все это хорошо, только эти корпоранты, насколько я знаю, чужих не любят. - Да можно с ними договориться, - махнул рукой Малыш. Помолчал и прибавил: - А можно и не договориться. Роджер мрачно хмыкнул и сообщил: - Нравится мне это... Ход, который то ли есть, то ли нет, потом в цитадель то ли прорвемся, то ли нет, потом найдем нужного человека, а может нет... И еще такой вопросик, уже пару раз сегодня прозвучавший: а как мы, собственно, оттуда выйдем? - На каком-то из подвальных ярусов в этой Цитадели должен быть подземный ход, - сообщил Хромой. Ведет куда-то за городской ров. - Погоди-ка, - Старый прищурился, - а откуда ты все это знаешь? Что тюрьма в подвале, что ход должен быть, все остальное? Хромой, против ожидания, не разозлился, наоборот, усмехнулся в усы: - Был там у меня один сержант... Только он почему-то решил, что может меня обманывать, - да, лучше не уточнять, что с этим сержантом случилось... Роджер снова дернул себя за ус: - Корпоранты - это здорово, только к ним без денег лучше не соваться. - А с деньгами - тем паче, - дополнил Малыш. Хромой поскреб в бороде:


- Ну уж ладно, помогу вам еще раз... Знаю я главу этих корпорантов, более того - он мой должник. Ппоросите провести к нему, скажете, что от меня. - А как его звать? - сразу заинтересовался Малыш. Хромой помедлил и сообщил: - Старнное у него имя. Его обычно называют Изя. - Как?! - не выдержал я. - Изя, - повторил Хромой, недоуменно наблюдая за моей реакцией. А чего, собственно, я так вскинулся? Совпадени��, наверно... Уж этот-то, я надеюсь, не Пришлый. Роджер хрустнул пальцами: - Ладно, с главным разобрались... насколько это вообще возможно. Теперь детали: а как мы в сам этот Нижний город попадем? - Слиггер вас проводит. Слиггер согласно кивнул и принялся подтягивать потуже пояс с кинжалом. Гельда придвинулась ко мне: - Ну, только рискни не вернуться... - некоторый мандраж в голосе... Я ободряюще улыбнулся ей, посмотрел на Хромого: - Еще такой момент: нам после дела в Столице и пяти минут оставаться нельзя. Где встречаемся? - В лиге от Южных ворот по тракту старый дом. Ждем вас там. - Если мы, после того, как выйдем, хоть лигу проползти сможем, впал в пессимизм Малыш. Я еще раз улыбнулся Гельде, погладил ее по плечу. И что за паскудная судьба - два месяца девчонку не видел, только встретились - и вот опять надо куда-то прорываться с большой дракой, лезть под землю, цитадель эту штурмовать... Кто бы знал, как мне это надоело! ГЛАВА 3 На обсуждение кое-каких оставшихся моментов и сбор всего необходимого для успешного завершения предприятия мы потратили чуть меньше часа, так что времени сейчас - около двух часов ночи. Нас почемуто предупреждали, что в Столице это самое опасное время, но почему именно не объяснили. На самом деле мы так никого и не встретили: местные жители слишком умны, чтобы попадаться на дороге пятерым вооруженным головорезам, из которых трое по здешним масштабам невиданные здоровяки. А патрулями в этой части города и не пахнет, сюда они и днем-то избегают соваться. Слиггер, как наш провожатый, топает на полшага впереди, на голове у него красуется черная повязка с узлом над левым ухом, придающая ему вид нелепо-залихватский, я топаю чуть поотстав. А за мной - Роджер, Старый и Малыш. Шаги глушатся многолетними наслоениями грязи, так что единственное звуковое сопровождение - позвякивание каких-то


железок в мешке у Роджера. Как он нас со своей фирменной улыбочкой уверил, без них нам в цитадели делать нечего... И сейчас мы четверо действительно чувствуем себя одной командой. Но меня все равно слегка подколачивает - не мандраж, а легкое возбуждение перед предстоящим делом. И всю дорогу, то есть где-то уже с полчаса, я стараюсь отогнать от себя мысли о том, что кого-то из ребят уже через пару часов может не оказаться в живых. Да и меня если убьют, наверно тоже приятного мало... Мы брели по какой-то особенно узкой улочке, когда до меня дошло, почему это время самое опасное и на улицах никого нет - из распахнувшегося окошка на третьем этаже на дорогу передо мной с громким плеском излилось не меньше ведра каких-то зловонных помоев. Я отскочил, брезгливо отряхивая плащ, задрал голову и гаркнул: - Ворона! Носи очки, пока без головы не осталась! Откликнулся визгливый женский голос: - Очки?! Носит вас, выродков, по ночам под окнами честных людей, да еще и очки им подавай! Ишь ведь что удумал, чернокнижник - очки! Монолог явно имел целью привлечь всеобщее внимание, но до того, как он превратился в шедевр абстракции и феномен чистого искусства, Малыш выступил вперед и грозно рявкнул: - Закрой хлебало! Я всегда говорил, что Малыш производит впечатление - старая карга испуганно пискнула и убралась куда-то в глубины дома, откуда тут же донеслись ее скрипучие вопли, побуждающие кого-то, очевидно, мужа, быть мужчиной. - Бедняга, - посочувствовал Роджер. - Такие призывы в два часа ночи... - Пойдем отсюда, - заторопил Слиггер. - А то они сейчас изо всех щелей повылезают. Явно нервничает парень... Нет, теперь я понимаю, почему Хромой с нами не пошел - когда тебя на старости лет дерьмом окатят, это, наверно, вдвойне обидно... И все же Хромой решил нам помогать. А с чего, собственно? Вряд ли только из-за симпатий к Роджеру... Хотя можно догадаться - если наша акция увенчается успехом, он заполучит в должники еще и нашу троицу, а нет - невелика потеря, к тому же, сдается мне, он считает, что в этом случае ему достанется Гельда. Ладно, уж постараемся, чтоб она ему не досталась. Я поправил на спине лямки мешка с факелами и пристроился след в след за Слиггером. Как я понял из разговора, идти нам предстояло прямо к этой Старой Церкви. Чем ближе мы к ней подбирались, тем глуше становились трущобы вокруг - никаких каменных домов, сплошь покосившиеся деревянные развалюхи, да еще и грязь по щиколотку. Да еще и я постоянно начинаю нервно озираться, стоит мне посмотреть на небо - а там во всю


сверкает идеально круглая луна, уже потихоньку клонящаяся к западу. Ох, прав был Старый - как-то несерьезно за меня Серое Братство взялось... Хотя опасностью пока что не пахнет, и то хлеб. Внезапно Слиггер остановился так резко, что я чуть не сшиб его с ног, указал куда-то вперед и объявил: - Почти пришли. Вот она, Старая Церковь. Да, внушительно выглядит, несмотря на то, что почти разрушена стрельчатые окна ослепли, рамы из всех повыдернуты. Кое-где даже кладку разобрали - надо ж из чего-то строить,- и торчат голые стропила громадного купола, как ребра какого-то вымершего исполина... Упадок и разрушение. С тех пор, как Орден все под себя подгреб, религия не в почете, но церковь сохранилась, а ее деятели шестерят на Магистров. Хотя у местных отношение к религии, в общем-то, здравое - кто ни поп, тот и батька... Основное здание Старой Церкви, облупившееся, в белесых потеках, мы миновали, и Слиггер постучался в ставню какой-то боковой пристроечки - три удара, пауза, два, пауза. Пауза получилась долгой, потом из-за ставень послышалось невнятное бормотанье, и низенькая дверца распахнулась с протяжным царапающим скрипом, а потом, словно продолжение этого скрипа, раздался старческий дребезжащий голос: - Кого это ты приволок, Слиггер? Опять какие-то ханурики спрятаться от стражи хотят? - Это к Изе, от Хромого, - торопливо пояснил Слиггер. При свете свечки, которую старикашка держал в руке, я разглядел, что он основательно побледнел, даже против прежнего. А так же разглядел и самого старикашку. Ну и рожа! Абсолютно голый череп, причем кожа на черепе, кажется, этому типу на пару размеров великовата - свисает складками где только можно, плотно обтянуты только непомерно широкие скулы да остренький, крысиный какой-то нос. И все это бы еще не столь отталкивающе выглядело, если б не костюм этого деда - сейчас уже трудно предположить, чем это было раньше, такие невообразимые лохмотья! Похоже, старикан его от своего дедушки унаследовал, а тот отбил в честном бою у старьевщика... Но в глазенках у этого типа сразу вспыхнул характерный огонек мелкого хищника, и он заскрипел, обращаясь к нашей группе, явно издевательски: - Ого, какие важные господа пожаловали! Рыцари пришли грехи замолить? - Хальзорг, это к Изе, от Хромого, - снова попытался объяснить Слиггер, но старикашка, судя по всему, отзывающийся на имя Хальзорг, его проигнорировал: - Ну-ка, ну-ка, племя конокрадов, подойдите-ка поближе, чтоб я на вас посмотрел! Всякой швали я на своем веку навидался...


- А ты, никак, в этой церкви святой отец-настоятель, - нежно пробормотал Малыш, приподнимая старика за шиворот с явной опасностью для исторического костюма. - Но ты, полумеч без рукояти! - завизжал тот. - А ну-ка, клешни убери, а то пройдешься до канавы на широком коне! Малыш поставил его на землю, глядя на маленького и щупленького старичка словно на редкостную букашку: - Да ты, никак, законник, прыщ жаберный? - и тут же без всякого перехода осведомился: - Сколько? - Четыре веселых. - Что-о?! - Малыш на глазах раздулся чуть не вдвое, нависая над Хальзоргом, как башня. - Да вся твоя часовня на круг по четыре веселых не повиснет! Паршей тебе воронить за четыре веселых, гурко и с храпом! и миролюбиво предложил: - Две рыбешки. Мы со Старым недоуменно переглянулись, слушая эту галиматью, Роджер и Слиггер заухмылялись, а Хальзорг - тот так и взвился: - На глаза тебе их положат! Сейчас морганы прикатят, так тебе пять футов за кружку пройдут! Да кто ты такой?! Малыш принялся громовым голосом объяснять почему-то не кто он такой, а кто такой Хальзорг, пользуясь все тем же невообразимым языком, старикашка визгливо отвечал ему. По тому, что время от времени в их дуэте мелькали цифры, я догадался: Малыш торгуется. Наконец они с Хальзоргом пришли к какому-то соглашению, и Малыш вручил ему золотую монету. Слиггер тут же поспешил испариться, а Хальзорг сделал нам приглашающий жест и повел через здание церкви, явно уверенный, что имеет дело с шайкой самых крутых громил от Южных отрогов до побережья. А внутри все так же ободрано, как и снаружи - громадная и пустая каменная коробка с обломками колонн, каменные плиты на полу разъехались, засыпаны какой-то дрянью, но все равно каждый шаг отдается гулко. В лунном свете, проникающем через разрушенный купол, я разглядел только громадный рельеф на стене, на высоте метров десяти лицо какого-то древнего святого или бога. Мне даже немного не по себе стало - лицо это, смотрящее сверху вниз, казалось, пристально изучает нас - с какой-то отстраненной жалостью... Но долго любоваться им не пришлось, мы завернули за кучу каменного крошева и вслед за Хальзоргом по очереди протиснулись в какой-то узкий лаз. Я, улучив момент, придвинулся поближе к Малышу: - Слушай, где ты этой фене научился? Малыш только подмигнул и вслед за Хальзоргом полез в узкий сырой ход с земляными стенами - настоящая нора.


Оказавшись под землей, я первым делом запалил факел и передал его Малышу. Стало не то что бы светлее, но по крайней мере не так мерзко, хотя и воняло тут - дай боже. Несколько раз Хальзорг, ставший после получения платы почти предупредительным, сообщал что-то наподобие: "Рой капы", что очевидно обозначало нечто вроде: "Смотри под ноги" - это я понял, когда вляпался в пересекающий нору ручей. Впрочем, второе предупреждение меня так же не спасло, я промочил обе ноги и теперь ругался про себя последними словами. Не знаю, сколько мы топали по этой норе, уходящей все вниз и вниз - наверно, долго. Знаю только, что стены у нее оказались покрытыми жутко липучей грязью - когда приходится протискиваться боком или задевать головой свод, это очень ощутимо. Потом мы свернули в более широкий поход, а когда впереди замаячил низкий каменный туннель с круглым сводом, нас наконец окликнули. Собеседников я не видел, но судя по тону, они сначала намеревались пристрелить нас - разговор велся все на том же непонятном арго. Но Малыш тут же вступил в яростный торг и в конце концов вышел победителем - из темноты вынырнула четверка мрачных личностей. Трое занялись Хапльзоргом - похоже, старому козлу придется-таки поделиться полученной выручкой! - а один, заросший до глаз детинушка наружности явно криминальной, в потасканной матросской робе и новеньких офицерских сапогах, вызвался нас проводить. По пути нас еще несколько раз окликали, верзила, идущий впереди, отвечал что-то неразборчивое, и продолжали идти мы без всяких помех. Мы миновали еще один каменный коридор, на сей раз пошире и повыше, но прошли по нему совсем уже недолго - за следующим поворотом перед нами открылся зал величиной со среднюю базарную площадь. Хотите знать, как выглядит изнутри преисподняя - загляните на досуге в Нижний город... В воздухе висит застоявшийся чад от множества костров (интересно, а основной дым куда выходит?), вокруг них расположились кучки самых разнообразных личностей. Все, что их объединяет - они жутко грязные и копченые. У одного костра жрут, у другого собралась толпа - там режутся в кости, у третьего, яростно рыча на посторонних, делят добычу... Такой мелочью, как клеймо на лбу или отрезанные уши, тут, по-моему, удивить кого-то сложно. Тут же шарятся бабы, все как на подбор толстые, грязные, пьяные, в рванье, почти утратившие сходство с женщинами - но местных этим не остановишь, то одну хватают, то другую, тащат куда-то в темноту... К своему удивлению я заметил в этой сутолоке даже нескольких детей, совсем пацанят. Если б у меня оставалась душа, это зрелище, безусловно, навсегда б ее травмировало. К моему облегчению, "общий зал" мы миновали довольно быстро, на нас никто даже внимания не обратил. Через пару поворотов мы снова попали в большое помещение, где собиралась


публика почище (по уголовным меркам, естественно). Там шла великая пьянка, но нас все же попытались тормознуть, на что провожатый наш на сей раз ответил просто и понятно: "К Изе от Хромого". Посреди зала, ни на кого не обращая внимания, стоял, гордо вскинув голову, молодой человек с бледным, изможденным пьянством лицом, похожий на Слиггера как родной брат (а может, он им и был). Прижав к подбородку странный инструмент, напоминающий скрипку, он выводил на нем (я ушам своим не поверил!) нечто, до жути смахивающее на "Сороковую" Моцарта. Я было раскрыл пасть и развесил уши, но приходилось поспевать за Малышом, а сзади подталкивал Роджер. Ладно, если представится случай, я с этим музыкантом еще побеседую... Дальше мы шли совсем уже недолго - перед нами открылась комнатка, довольно ярко освещенная факелами, в которой мыкалось около десятка здоровяков, все трезвые и при оружии. И тут же я почувствовал Силу - исходила она из дальнего конца комнаты, отгороженного дощатой перегородкой. Бог ты мой, неужто этот Изя еще и Чародей? Только этого для полного счастья не хватало... Все обошлось без лишних формальностей - просто наш провожатый снова сказал, от кого мы и к кому, и нас пропустили за перегородку. Еще не успели мы туда войти, как из-за нее послышался голос - гнусавый и надтреснутый: - Среди них орденец, Изя! Так, значит этот Изя сам не Чародей. Пустячок, а приятно... Мы вошли в малюсенькую дверь, телохранители сопели нам в спину. М-да, по сравнению с тем, что мы тут видели, комнатка просто поражает своей чистотой и освещенностью - даже потолок можно разглядеть. Но на потолок я пялиться не собирался, вместо этого переключил внимание на человека в черно-серебряном камзоле, сидящего за столиком. На низкой скамеечке у его ног скукожился какой-то бледный, испитой типчик, который тут же ткнул в меня пальцем: - Вот он! Я оставил его слова без внимания, изучая старика в черносеребряном. Роскошная седая борода, черные проницательные глаза, крупный семитский нос, но в углах губ притаилась насмешка над всем и всеми... Помесь библейского пророка с отощавшим Фальстафом. А он, в свою очередь, разглядывал нас - недолго. Потом он заговорил: - Изя? А что Изя? Все ходят и просят - Изя, сделай то, сделай се... Вы считаете, Изя - пророк Авраам и может все, что его просят? А я всего старик. Вы пришли от Хромого, и значит, опять будете просить... Ого, вот это номер - выговор классический, самый настоящий одесский. Как у него еще акцент сохранился?.. И фразу свою он выпалил прямо-таки в пулеметном темпе, от чего мои товарищи совсем ошалели. Ну, уж "там"-то я в Одессе побывать ухитрился, причем не раз...


Наконец Старый вымолвил: - Изя, нас прислал Хромой. Он сказал, что ты можешь показать вход в Цитадель. - Ой-ей, это он вам так сказал? Кто ж не знает входа в Цитадель, когда он находится на самой главной площади Столицы, так зачем же для этого лезть под землю и меня беспокоить? Мы все, как по команде, посмотрели на Малыша, но тот понял, что его блатняцкие замашки здесь не помогут, и тоже молчал. Так, похоже, пускать в ход актерские способности придется мне. - Послушайте, Изя, мы с вами деловые люди, так не будем размазывать кашу по столу и размахивать руками, как пьяные биндюжники. Будем уже говорить, как деловые люди. Мы хотим попасть в цитадель и готовы за это заплатить. Глаза старика сузились, он усмехнулся - едва заметно: - Да вы, молодой человек, кажется бывали в Одессе? Только не говорите мне, что вы там родились и жили... А не приходилось ли вам встречать там такого Яшу Хейфеца, пианиста? Да, его на кривой не объедешь... Меня, впрочем, тоже. - Может и встречал, только не знал, что это он... Изя, мы с вами вполне можем найти общих знакомых, только сейчас нет на это времени нам необходимо попасть в подвалы цитадели. - Какой торопливый юноша... Могли бы выкроить минутку, чтоб поболтать со стариком. Сколько вам пришлось заплатить, чтоб попасть сюда? - неожиданно осведомился он. Я покосился на Малыша, тот сообщил: - Один золотой. - Да, вы умеете жить. Но так для чего ж вы так торопитесь умереть? Соваться в пасть Секретникам - верная смерть, поверьте старому человеку. Так зачем же вам, деловые люди, это надо? Не отвечайте, - протестующе вскинул он руку, - я сам могу вам сказать: вашего товарища сцапали Секрктники, - иллюстрация жестом, - и вы боитесь, что он вас заложит. Так я вам скажу, напрасно вы боитесь, он вас уже заложил, Секретники даром хлеб не едят. А вам, если вы останетесь здесь, , ничего не грозит, вы крепкие молодые люди, бойцы - так без хлеба вы не останетесь. Странно, он не хочет даже платы... Наверно, вполне понятное человеческое желание - придержать у себя земляка... - Спасибо за предложение, Изя, но тем не менее нам надо попасть в цитадель. - Так надо, что вы не боитесь подставить шеи под оригинальный галстук?- изящный жест маленькой бледной руки вокруг шеи. - Именно так, к сожалению. - Так почему б вам не пойти и не сдаться Секретникам? - Понимаете, Изя, мы рассчитываем выйти оттуда живыми.


Старик на долю секунды изумленно вскинул брови, потом словно преобразился. - Хорошо. Если вам так не терпится подставить головы под петлю, кто я такой, чтобы вам мешать? Я всего старик... Но вы упоминали, что готовы заплатить за это удовольствие. Итак, сколько? Я посмотрел на Малыша - как-никак, роль коммерческого директора выполняет именно он, - тот некоторое время соображал, потом произнес: - Ну... Я полагаю, мы будем в состоянии заплатить тридцать золотых. Изя насмешливо присвистнул и откинулся к стене. Нет, мне так продолжать торг не нравится... Малышу, вероятно, тоже: - Назови свою цену. Изя невозмутимо сообщил: - Моя цена - сто золотых. Малыш со стуком захлопнул рот, Роджер гулко сглотнул слюну. Я тоже ошарашенно заткнулся. Сотня золотых - сумма громадная. Для сравнения, лошадь в Столице можно купить за двадцать, причем породистую. Малыш опомнился первым: - Сорок. Изя в упор смотрел на меня: - Вы, молодой человек, только пять минут назад уверяли с пеной у рта, что вам смерть как надо в цитадель, а сейчас торгуетесь, как на Привозе. Моя цена - сотня золотых, и ни рыбешкой меньше. За ваше неуемное желание это не сумма. - Слушайте, Изя, за такие деньги я сам пророю ход отсюда до цитадели. - Начинайте, я заплачу. Я снова заткнулся. Какое там - мелкий хищник! Акула. Никакой он не Фальстаф, а самый настоящий сатана, деловой и предприимчивый адский администратор. Наконец Малыш медленно произнес: - Если мы отдадим шестьдесят, все, что у нас останется, это оружие, а без него нам внутри делать нечего. - Это ваше дело. Еще раз повторяю: моя цена - сотня золотых, а если вас не устраивает, попытайте счастья в другом месте. - Послушай, это ж выгодная сделка,- попытался урезонить его Старый.- Всего за шестьдесят золотых и делать ничего не придется, и получить цитадель на разграбление. Изя все так же усмехался: - Разграбление цитадели, когда там полно Секретников - вы считаете, что это весело? - Да, но делать-то ничего не придется,- продолжал настаивать Малыш.- Только дорогу показать.


Изя снова повернулся ко мне: - Послушайте, молодой человек, объясните вашему другу, что я могу получить ваши деньги, не показывая никакой дороги. - Хромой будет недоволен,- подал голос Роджер, Изя только плечами пожал: - В результате сделки всегда кто-то недоволен... Если вы выйдете отсюда вперед ногами, Хромой поймет только, что сделка не состоялась, и будет требовать свой долг по другим статьям. Вот оно даже как... Предположим, разобрались мы с Изей и его телохранителями, которые, кстати, придвинулись поближе, явно не понимая, как это мы, дерзнув с паханом торговаться, еще живы. Так вряд ли нам удастся пробиться через остальных и выбраться отсюда, а главное в Цитадель мы не попадаем... И тут я решился: - Послушайте, Изя, тот человек, которого мы хотим вытащить оттуда, он... Он тоже был в Одессе. Изя некоторое время смотрел на меня, потом неожиданно резко приказал: - Выйдите отсюда. Все, кроме Чародея. Малыш подпихнул меня локтем и вопросительно посмотрел, я негромко бросил ему: - Иди. Он сунул мне в руку тугой увесистый мешочек, в котором что-то звякнуло, и вышел вслед за остальными. Изя поднялся из-за стола, подошел ко мне почти вплотную. Теперь его плечи как-то обвисли, словно из него выпустили воздух, и только сейчас я рассмотрел, что он очень небольшого роста. Помолчав немного, он тихо заговорил: - Молодой человек, я не знаю вашего имени и не хочу его знать. Я понимаю - вам надо в Цитадель. Не знаю, кто ваш товарищ и не хочу этого знать, мне это не интересно... Но я старик... Помолчите, я был уже в годах, когда вы пешком под стол ходили, и я жил тогда в Одессе... А теперь я здесь, и вы приходите ко мне, и вместо того, чтобы все рассказать, начинаете с места в карьер совать мне деньги, словно вокзальной шлюхе. Вы думаете: "Изя бандит и старый прожженный ростовщик, который все купит и продаст вместе с родной матерью"... Не возражайте, это так. Трудно вас за это осуждать, но чтоб вы знали, юноша: старый бандит Изя был и остается Иосифом Рубинштейном с Одессы... А сейчас идите и скажите там, что Изя велел вас провести в Шакалий Ров. Только сразу предупреждаю, прямого хода там нет, там стена. Я потоптался на месте, смущенный, потом неловко протянул ему мешочек с монетами: - Вот, Изя... Возьмите, пожалуйста.


Углы его рта опустились еще ниже, на лбу собралась складка: - Ничего-то ты не понял, молокосос... Забери свои деньги. Он отвернулся, мне показалось, что плечи его задрожали. гадство, все как-то не по-людски...Я только и смог, что выдавить: - Спасибо, Изя. - Иди уже, - бросил он, не оборачиваясь, почти сердито. Я еще помялся, потом вышел из комнаты. У меня еще хватило ума сообразить, что мешочек с золотом лучше на виду не держать. Вышедши, я сказал в точности так, как велел мне Изя, один из громил свистнул, обернувшись куда-то в темноту: - Э, малой! Где ты там?! Проведешь парней в Шакалий Ров до стены Цитадели, понял? Из бокового прохода, на ходу поддергивая штаны, вылез пацан лет десяти, в большой не по росту куртке. Засунув руки в карманы чуть не по локоть, он далеко сплюнул и потребовал: - Четыре рыбешки. Малыш добродушно усмехнулся: - А ухи открутить? Ладно, до места дойдем - получишь пять. - Пошли,- паренек явно старался поменьше разговаривать - "для солидности". Мы потянулись за ним, освещая себе дорогу единственным факелом - остальные пока у меня в мешке, на всякий пожарный. Малыш, отстав от нашего малолетнего провожатого, полушепотом осведомился: - И сколько ты этой старой сволочи заплатил? - Нисколько, - я вернул мешочек с монетами Малышу, он даже присвистнул от удивления: - Сколько конечностей ты ему сломал? Или чародейство свое на нем опробовал? Я не ответил. Парнишка, шедший впереди,- возраст все-таки свое взял - без умолку болтал о том, что тут сначала крыс было море, а потом все куда-то ушли, а я изо всех сил старался отвлечься от мыслей об одиноком старике, волей случая заброшенном за сотни километров и лет от родной Одессы. Скоро драка, и убитые предвидятся с обеих сторон. Какие уж тут сантименты... Наконец паренек остановился и сообщил: - Вот она, стенка. За ней ихняя шакальская кладовка. Только учтите, она толстая. А как вы ее ломать будете? - Увидишь, - пообещал Роджер, осторожно снимая с плеч мешок. Сзади до нас донесся шум шагов - человек двадцать, не меньше. Мы, не сговариваясь, потянулись к оружию. - Не, - успокоил пацан,- это наши. Тоже хотят поглядеть, как вы стенку сломаете. - Кстати, а как мы ее сломаем? - Старый выжидательно глянул на Роджера. - У тебя, вроде, на этот счет идея была?


Роджер усмехнулся в усы: - Не только идея, - и извлек из мешка нечто, напоминающее чудовищно разжиревший стальной огурец. Млаыш с сомнением нахмурился: - Слушай, а этой штуки хватит? Кладка-то, наверно, толстая... - На тяжелый танк обычно хватает, - успокоил Роджер. – Интересно, а есть здесь куда спрятаться? - Вон,- пацан мотнул подбородком в сторону узенького и низкого бокового прохода, не забывая с интересом наблюдать за загадочными действиями взрослых дяденек. Остальные обитатели Нижнего города столпились чуть поодаль и смотрели на нас с почти суеверным ужасом - в их представлении мы, наверно, были чем-то вроде колдунов. Роджер тем временем вынул из мешка плоскую жестяную коробочку: - Одно плохо - детонатор моментального действия... без веревки не обойтись. - Потянет? - Старый тоже копался в своем мешке. Сейчас он протянул Роджеру кольцо тонокого капронового шнура. Роджер приподнял брови: - Давненько я таких штучек не видал... Ладно, а чем бы сейчас машинку под стеной закрепить? - Камней, что ли, мало? Погоди, сейчас еще наломаем. Мы с Малышом, вооружившись монтировками, быстренько выломали несколько булыжников из стен прохода, Роджер, присев на корточки, принялся закреплять мину у стены. - Вот смеху-то будет, если свод обрушится,- пробормотал я, он покачал головой: - Не должен. Мина направленного действия,- и принялся закреплять веревку на кольце детонатора, смахивающего на обычный запал от гранаты, потом обернулся и зычно скомандовал: - Всем отойти подальше за поворот. Как можно дальше. Подействовало - зрителей тут же как ветром сдуло. Роджер снова полез в мешок и пробормотал, словно извиняясь: - Не хотелось бы, чтоб видели... Да, по здешним меркам его мешок - кладезь сокровищ. На сей раз Роджер вынул оттуда коротенький тупорылый пистолет и принялся сосредоточенно навинчивать глушитель. Малыш, вскинув брови, осведомился: - Слушай, а кролика живого тебе оттуда достать слабо? - Не знаю, не пробовал... А что, кролик нужен? - Да, кстати, Роджер, - я достал свою пушку и оттянул затвор, заглядывая в патронник, - а как у тебя с патронами? У меня два воробушка осталось.


- Да, не густо... Извини, на сей раз у меня тридцать второй калибр. Пукалка не слишком, но свалить из нее можно. - Вот и пусть при тебе будет, - кивнул Старый. - Ты с этими штучками, похоже, не меньше моего общался. Мы неторопливо отошли за поворот, Роджер, снова преобразившись в боевого офицера, четко скомандовал: - Значит, так. Малыш, идешь первым. Топором слишком не размахивай, чтоб нас ненароком не задеть. Мы со Старым - сразу за тобой. Ученик Чародея, пойдешь последним. На всякий пожарный смотай веревку, может понадобиться. Стволом пока не пользуйся. Все ясно? Мы согласно кивнули. Даже командирские амбиции Старого испарились. Роджер передал мне конец веревки: - На счет "нуль" - тяни. Не дергай, а именно тяни. - Понял, шеф... Роджер вздохнул и взялся за рукояти мечей: - Ну, с богом... десять... Девять... Восемь... Вот теперь - ох, как не вовремя! - навалилось что-то похожее на мандраж. Семь... Ничего, будем надеяться, выкарабкаемся. И все равно... Шесть... Не по себе - стоит представить убитым того же Малыша... Пять... Не думать. Пора снова превратиться в боевую машину, в автомат... Четыре... Уже приходилось раньше. Отключить мысли, оставить рефлексы. Три... По спине сбегает струйка пота, время опять растянулось, как резиновое. Хоть бы скорей. Два... Интересно, куда все же выходит дым из Нижнего города? Не отвлекаться. Один... Привычно открываю рот в ожидании взрыва, следя, чтоб в случае чего не прикусить язык, в глотке сразу становится сухо, а ладонь, вокруг которой обмотан шнур, вспотела. Собраться... - Нуль! Тяну веревку на себя, почему-то всем корпусом - и в следующую секунду обрушивается дикий грохот, перед глазами появляются на момент сиреневые круги. Странно, продолжаю слышать что-то похожее на шум дождя... Немного погодя до меня доходит, что это падают обломки, но Малыш уже устремляется вперед, задев меня плечом, следом за ним Старый и Роджер. Ч-черт, а я-то без оружия, обе руки веревкой заняты... Это я понимаю уже на бегу, но не останавливаюсь, вылетаю в пролом - на свет, кое-как пробивающийся сквозь едко-сернистый желтоватый дым. ГЛАВА 4 Как выяснилось, насчет оружия напрасно я тревожился - как только дым развеялся и Малыш перестал махать секирой, оказалось, что в кладовой, куда мы попали, воевать особенно не с кем. Бардак, конечно, ужасающий - каменные обломки выперемежку с мешками, на полу быстро


набегала красная лужа. Приглядевшись, я понял, что это не кровь - просто кто-то не успел закрыть кран большой бочки. Рядом с ней валялись на на полу три бесчувственных тела в темно-коричневой форме, у одного в руке оказалась вместительная оловянная кружка. Значит, традиция "на троих" и здесь блюдется... Корпоранты покуда за нами не спешили, напуганные грохотом взрыва. - Так, давайте, снимаем с них форму и напяливаем на себя,- на лице Роджера никаких признаков волнения. - Они друг друга наверняка в лицо знают, но это хоть слегка отвлечет. - Напяливайте вы, - возмутился Малыш, - а мне эта форма и пуп не прикроет. Я ж не виноват, что такую мелюзгу в Секретники берут... Роджер возражать не стал, наклонился и начал стаскивать куртку с одного из лежащих, над самым маленьким завозился Старый, я последовал их примеру. - Штаны не обязательно, только куртки и плащи. - Поздно,- откликнулся Старый, затягивая пояс широченных форменных шаровар, натянутых поверх своих. Я до сих пор продолжал, вполголоса матерясь, возиться с рукавом, который никак не желал слезать с руки Секретника. Может, конечно, его и оглушило, но мне сдается, он просто мертвецки пьян - дыхнул мне в лицо многолетним перегаром и чтото невнятно пробормотал. Зато куртка слезла! Я принялся напяливать ее поверх камзола, а Малыш недовольно пробормотал: - Копаетесь, копаетесь... Эх, не гнить же зерну,- с этими словами он подставил кружку под струю из крана а потом жадно припал к ней. - Не увлекайся, - предупредил Старый, уже облачившийся в полную форму. - У нас боевая операция, а не пьяный дебош. И вообще, дай сюда, он выхватил кружку у Малыша и моментально прикончил. - Быстрей, быстрей, - заторопил Роджер. - Тревогу уже наверняка подняли. - Вот тут-то мы им и поможем, - я радостно портер руки, справившись наконец с широким кожаным поясом. - Значит, кто в форме, будем орать про мятеж и про то, что в цитадель куча народу прорвалась. - И так прорвалась, - буркнул Роджер, кивком указывая на проскакивающие в пролом фигуры. Я напоследок развел и свел руки, раздался громкий треск рвущихся ниток. - Не слишком аккуратно, зато функционально, - пояснил я уже на бегу. Мы в полдесятка прыжков добрались до двери кладовой. За нашими спинами слышалось уже множество грубых голосов - корпоранты почуяли поживу. Как только мы выскочили, тут же захлопнулась дверь, лязгнул засов. Не хотят ребята, чтоб им жратвой запасаться мешали. И к лучшему: авось будет тут Секретникам повозиться, а мы под шумок и проскочим... Только вот куда? От кладовой пока только одна лестница, крутая и вверх.


Роджер выругался, но Старый обогнал его и кинулся по ней. Так, а вот и первые ласточки - кто-то грохочет сапогами вниз, и этот кто-то не один. А в следующую секунду они вывернулись нам навстречу - трое, с оружием. Старый, не раздумывая, прыгнул через три ступеньки и пригнулся, бросаясь им под ноги. Такого подлого приема они не ожидали, и результат превзошел все ожидания: передовой полетел головой вперед, где-то внизу глухо ударившись о ступеньки, второго, тоже споткнувшегося, Роджер аккуратно поймал на каблучок, а третий, столкнувшийся с Малышом, тоже полетел, только вверх. - Ремиз,- сообщил Малыш.- Чем дальше займемся? - Свалим подальше от этой крысоловки. Лестница завивается под ногами, только не сбить дыхание... Коридор, откуда-то слева накатывается топот, Роджер поспешно гасит факел. Секретники, человек двадцать, выкатываются на нас: - Что? Что случилось? Хриплым, задыхающимся голосом сообщаю: - Мятеж. Прорвались в цитадель из Нижнего города. Роджер ревет начальственным басом: _ А ну, шевелитесь! Вниз, живо! А то на южную границу загремим завтра же! Упоминание о южной границе действует на Секрктников, как ушат скипидара - исчезают за полторы секунды. Отходим поглубже, в правый коридор, в темноту. Старый, переведя дух: - Знать бы теперь, куда идти... Интересный вопрос... - Есть мнение - посоветоваться с аборигенами, - Малыш небрежно помахивает секирой. - Ученик Чародея, у тебя должно получиться - ты в форме. И рожа у тебя самая деревенская, должны поверить. Я было взъелся на него за "деревенскую рожу", но тут кто-то гулко затопал из левого коридора по направлению к нам. Я повернулся к ребятам: - Значит, так. Ушейтесь куда-нибудь, чтоб видно не было. Малыш, не светись, но будь наготове. Договаривал я уже с пустым пространством - рассосались моментально. Интересно, кто там плетется? Я рассчитал довольно точно, мы столкнулись с ним прямо под факелом - толстый, плешивый и усатый дядька, в такой же форме, как у меня, только пуговицы золотые и нашивка на груди. Начальство, видать... Я вытянулся и проорал что-то наподобие "здравия желаю" с набитым ртом. Плешивый неодобрительно посмотрел на меня и пробурчал: - Смотри куда прешь! - Ага, - нейтрально согласился я. Толстяк фыркнул:


- Ты, сопляк, что, не знаешь, как отвечать? - Не-а... - Новенький, что ли? С южной границы? Так, похоже, к ним пополнение недавно пришло... Бог обманщиков ко мне сегодня милостив. Я заговорил, изо всех сил подражая знакомому мне по Западной цитадели грубому акценту горцев: - Так эт-тэ...Только сэднэ пришел... А тут началнику мне сказал: "Вэдьму, значитсе, говорит, пымали", так тут эт-тэ проводить надо, как оно? Чтоб узал, мож я эе на границе встречал... - Опознание? - нетерпеливо прервал мои заикания толстяк, я, внутренне улыбаясь, кивнул: - Во. - Так куда ж ты прешься, балбесина?! Понабрали вас тут, орясин горных - росту много, ума нет! Тебе ж, кретин галахарский, на четвертый ярус, в подвал надо, а ты тут ошиваешься! Я состроил рожу еще поглупей - вот-вот слюна потечет - и тупо осведомился: - А эт-тэ который? - Недоумок! - толстяк в сердцах сплюнул. - Второй! Торчал бы у себя на южной границе, так ведь нет, сюда пихнули, будто нам своих дураков не хватает! Спустишься на два яруса, найдешь лейтенанта а-Брогана... Стой, он подозрительно прищурился и словно невзначай уронил ладонь на рукоять меча,- а какой твой номер? А ну-ка, покажь бляху! - Сейчас, будет тебе бляха, - пообещал я и негромко позвал: Малыш! Малыш выскочил из темноты бесшумно, как большой кот. Голова толстяка сбрякала о стенку, словно пустая тыква. Остальные тут же выросли рядом, Роджер восхищенно покачал головой: - Ну ты артист! - Куда уж мне с моей деревенской рожей... Упустил свой шанс. Малыш, ты его хоть не убил? - Нет, если череп крепкий. Ладно, орлы, ноги в руки. - Если что, запомните,- пропыхтел я на бегу,- четвертый подвальный ярус, лейтенант а-Броган. И снова коридор, петляющий зигзагами, факела мелькают через каждые метров пять, как сигнальные огни. Узенькие коридорчики - не разойтись в них, тут же в этом убеждаюсь - навстречу, дробно топоча, выворачиваются пятеро гориллоподобных ублюдков в коричневой форме с обнаженным оружием. Не успев ничего понять, вытаскиваю Хельмберт, передовой уже со всхлипом обвис на клинке Старого. Кто-то успевает еще заорать, сзывая подмогу, но крик обрывается. Что, как - не вижу, передо мной вырастает здоровяк с секирой, ухожу нырком, вижу искры, высеченные железом из камня, снова замах... Не теряя времени и не думая


о последствиях, сношу его знаком Молота. Выпрямляюсь - кончено, ребята вытирают физиономии: - Дальше! Несемся, петляем коридорами. Зря я, дурень, Силой воспользовался - уж теперь-то Чародеи меня наверняка засекли, это уж сто процентов... Ладно, появятся - тогда и разбереемся. Поворот, двадцать метров по прямой, поворот, прямая, перекресток... Факелов пока не зажигаем, тут их и так хватает, неверный, копотный оранжевый свет... Двери по бокам, и все заперты. Топот слева, быстро скрываемся за поворотом, пережидаем - и снова вперед. Поворот налево, а за ним - о радость, о счастье! - лестница вниз. - Ноги! Карусель винтовой лестницы, сердце колотится... Только не споткнуться! Решетка двери не заперта, точно везет сегодня... Малыш в один прыжок обгоняет меня, скрывается из виду, сразу вслед за этим - чейто короткий вопль наподобие хриплого мява. Оказываюсь замыкающим, вылетая на поворот, на третий ярус, мощный удар отбрасывает меня к стене, выпад Хельмбертом - мимо, тут же мелькает лезвие короткого меча, входит снизу в горло типа в коричневом. Роджер. - Налево, - хрипло выдыхаю, снова несемся по низкому каменному коридору, на сей раз я впереди, а сзади - пока еще далекий топот. Сигнал Юрда:"Справа!", отскакиваю, занося меч, клинок поджидавшего меня типа походит в каких-то сантиметрах от моего живота, смаху опускаю Хельмберт на щетинистый затылок. Упал... преодолевая подступившую к горлу кислую тошноту, выдергиваю клинок, наступив ногой на раскинувшееся, нелепо вывернув руки, тело, обтираю его полой плаща. А топот все ближе... Снова прямой отрезок, поворот, слева и справа - двери, двери, двери... Очередной поворот, за ним, метрах в пяти, решетка из вертикальных прутьев, а за ней - трое с арбалетами наизготовку: - А ну, стоять! Хе-хе... Не останавливать они нас собираются, а застрелить, ясно как божий день. На взводе Секретнички, врубились уже, что творится неладное... Перебрасываю Хельмберт в левую руку, сгибаю колено, чувствую холод ножа в ладони - и посылаю через прутья в горло тому, который ближе всех. Второй - лица не вижу - наводит арбалет, все как в рапиде, медленно, я вижу даже его палец, нажимающий на спусковую скобу, но арбалет вдруг вскидывается вверх, стрела глупо чиркает по низкому каменному своду, теперь вижу лицо стрелявшего, но оно взорвалось темно-красным, он заваливается назад... Последний поворачивается, бежит, бросаю ему вслед Силу, затягивая на его шее невидимую удавку. Кончено. Поворачиваюсь, переводя дух. Роджер с пистолетом стоит чуть позади, сгорбился.


Малыш, обогнав нас, подскочил к решетке, подергал ее, выругался: - Зараза! - Что такое? Он мрачно усмехнулся, показывая на Секретника, которого я свалил Силой: - Ключики-то - вон они... - Нас уж наверняка засекли, - напомнил Старый. - Да уж знаю... Сюда почему-то не спускаются, похоже, знают, что я здесь... И тут я почувствовал Силу - не ту, что ощущается постоянно как фон, нет, на сей раз конкретная. Ищут меня... Я обернулся к своим: - Так, вот меня-то точно уже засекли. Чародеи сюда топают, по крайней мере, один. - И что? - встревожился Малыш. - Что-что... Пойду их встречу. - Один? - Я не понял, тут кто-то еще чародейством владеет? Ладно, братцыкролики, я их подержу сколько смогу, а вы пока как хотите, но откройте решетку. Закончите - свистите. - Погоди, - Роджер сунул мне ствол. - Для вящего спокойствия. - Годится. Ладно, удачи мне,- я развернулся и двинулся к лестнице. Торопливо шагая по коридору, я гасил факела, оставив только свет у решетки. Наши темные делишки лучше делать в темноте... Идиотская фразочка, но всю дорогу вертится в башке в такт движениям как популярный эстрадный мотивчик. Лестница. Там, наверху, не меньше десятка человек, сюда пока не спускаются. Боятся. И правильно делают... А мне, с другой стороны, наверху делать абсолютно нечего, стрелу я получить всегда успею. Однако действовать пора, тот Чародей, который сюда направляется, покуда далеко, но если б он был один... Через Юрда чувствую, буквально кишками ощущаю - сползаются сюда, гады. Ну и пусть. Ну и ладно. Закрыв глаза, тщательно формирую перед собой в воздухе знак Дождя, бросаю его вверх по лестнице, на прилепившиеся к стене факела, гаснут все, кроме одного, у самого поворота. Чем черт не шутит, в случае чего подсветка не помешает... Сверху - приглушенные вопли, град арбалетных стрел зацокал по камням - все пока на безопасном расстоянии. Нервы у них на пределе, это радует... И тут меня как кипятком ошпарило: орденец оказывается совсем близко, его Силу я ощущаю предельно четко. Гадство, где ж я так лопухнулся? Стены, наверно, экранируют, все эти повороты долбаные... Сейчас главное - самому не занервничать. Спокуха, Мик...


Неожиданно гаснет последний факел, лестница погружается в темноту. Так, во взглядах на сей вопрос мы с коллегой-Чародеем солидарны. Бережно - только не шуметь!- вкладываю в ножны Хельмберт, замираю в позе наибольшей концентрации Силы. Так, а Чародей-то там уже не один, второй к нему прибавился, и посильней - при взгляде Чародейским зрением выглядит ярко-зеленым, первый подохлей, с желтизной какой-то. Досадно то, что они тоже меня наверняка видят, но дотянуться друг до дружки и ударить мы не можем. Они-то понятно, ждут, пока силы посерьезней соберутся, и как бы я ни хитрил - просто массой задавят... Наверху - какой-то тихий диалог, один приказывает, второй возражает, слов разобрать не могу. Наконец слышу тихие шаги по лестнице вниз, сконцентрировавшись еще сильней, вижу спускающегося расплывчатое серое пятно. Значит, погнали сюда кого-то из рядовых. Рассчитывают на то, что я его завалю Силой, проявлю себя - и раскроюсь, тут-то они меня и уконтропупят. Нет, ребята, не дождетесь... Втягиваю брюхо, затаив дыхание - только не шуметь!- тащу из-за пояса ствол. Справа что-то резко звякает об пол, еле сдерживаюсь, чтоб не пальнуть туда. Спокойствие, просто швырнули что-то, чтоб отвлечь, дешевый фокус, меня этим не купишь... А оба Чародея уже ближе, чем раньше. И ближе, чем хотелось бы. А вот и Секретник - почти что рядом, метрах в пяти уже. Вытягиваю руку с пистолетом, левой поддерживаю правое запястье. Так, вроде, зафиксировал, должен попасть. Поехали! Негромкие хлопки выстрелов с глушителем раскатываются как гром, отдача дважды подбрасывает руку, серое пятно меркнет, пропадает. Есть. И тут по ушам и по нервам - звонкий сухой удар винтовочного выстрела сверху, пуля, судя по звуку, ударяется метрах в полутора от меня, пощенячьи взвизгнув, рикошетит. Эт-то уже хреново... Чародеи стремительно приближаются, первым - тот, что послабей. Значит, хоть пальбы не будет... Тот, с желтизной, внезапно бьет по мне чем-то наподобие знака Черный Корень, разворачиваю защиту, наношу ответный удар, простой и экономичный, отскакиваю заячьим прыжком в сторону, чье-то тело мягко обрушивается на ступеньки. Достал его, но сам раскрылся, второй наносит удар Силой, который Юрду удается погасить только отчасти. Стреляю наугад в темноту, парирую точечный удар теперь я и мой противник "видим" друг друга как на ладони. Быстрый обмен выпадами, слабенькими знаками - и ему снова удается зацепить меня. Перед глазами ползет что-то вроде цветных полос. Локаторы, значит, мне решил расстроить? Ну, паря, по части подлых приемов тебе у меня поучиться можно... Провожу простенький, как все гениальное, приемчик - что-то вроде мысленной подсечки, он на время пропадает. Но вот то, что сюда еще как минимум десяток-другой Чародеев торопится... Да что там ребята с этой


решеткой - век копаться будут?! Противник-то меня потерял, но и я его тоже, что самое гнусное... И как раз когда, по моим подсчетам, Чародеи и прочая зондеркоманда должны были где-то через полминуты стереть меня с лица земли, из-за поворота послышался тихий свист. Ну, наконец-то! Снова "вижу" противника, на этот раз совсем близко, несколько потускнел, от души добавляю ему Силой, поворачиваюсь, ломлюсь, как лось, по коридору, от удара Силой немеет плечо. Ладно, ребятня, раз вы такие продуманные, я вам сейчас устрою похохотать... Пробежав еще шагов с пяток, резко останавливаюсь, стараясь не обращать внимания на катящуюся где-то позади, по-моему, уже на лестнице, погоню, снимаю с шеи Камень, вычерчиваю на стене знак Скорпиона, обвожу пентаграммой. Вот где художественное образование пригодилось... А теперь, строго напротив, на другой стене - в точности такой же. Главное - чтоб размеры совпали, иначе может не сработать... Вообще-то такие штучки являются элементом магии, Орден их не использует. А я эту фишку слизал в Камне Амраты, называется магическая ловушка. Пока мне не заблагорассудится ее активировать, черта лысого кто ее засечет... А вот повозиться им придется, пока ее обезвредят. Покончив со Скорпионом, я кинулся дальше, на ходу надевая на шею цепочку с Юрдом, а он тут же засигналил:"Сзади!" Так, тут должен быть поворот... Не раздумывая, пригибаюсь, ныряю рыбкой за угол, не заморачиваясь на том, как я, собственно, буду приземляться. Вовремя! Уже когда я находился в полете, в спину мне ударил яркий свет фонаря (электрического!), снова раскатисто громыхнула винтовка. Приземляюсь крайне неудачно, проехавшись по полу правым локтем. Главное теперь - контакта со знаком не терять, они уже почти добрались до него... Ну, с богом! Коротким жестом снимаю блокировку с ловушки, там, за поворотом - шипение, пляска тусклых синих молний, чей-то короткий и страшный вопль. Поднимаюсь, со всех ног бегу к решетке - туда, где маячит тусклый свет факелов. Сработал мой Скорпион, сработал Скорпиончик, Скорпиошечка моя ненаглядная... Задыхаясь, я простучал каблуками вниз по лестнице, попутно прикрыв за собой решетку. Так и есть, локоть ободрал основательно... Внизу меня поджидал Роджер с факелом: - Ты чего так долго? И что ты там такое учинил? - Устроил ребятам развлечение. На некоторое время задержит, но не думаю, что надолго. Если еще на этот ярус один вход... Забери свою пушку. А у вас что? - Да так, была небольшая стычка. Старого ранили. - То есть? - я даже притормозил. - Да, ничего особо серьезного, засадили стрелу в ногу. Вот и он.


Старый, привалившись к стене, сосредоточенно перетягивал ногу жгутом. - А Малыш где? - На разведку пошел, - Старый для пробы согнул и разогнул ногу. - А что ты там за шум устроил? - Да так... Меня обстреляли. Из винтаря, по-моему. Роджер со Старым озабоченно переглянулись: - Институт? - А кому ж еще? Рука Роджера с пистолетом моментально среагировала на движение в коридоре справа, но оттуда появился Малыш: - Значит, так: искомого не нашел, но там, через пару поворотов, решетка. Сторож с нашей стороны, к тому же один. А где погоня? - Несколько минут форы у нас есть. - Ну так чего ж мы их теряем? Пошли! - Ты пока держись не на виду, а мы этого часового потрясем на предмет информации, - Роджер закинул на спину свой мешок и двинулся первым. К решетке мы подошли быстрым деловым шагом, около нее мыкался молоденький, явно из пополнения, Секретник с ключами на поясе. Увидев нас, он даже обрадовался: - Ну, наконец-то! А то я тут стою, с��ою... А что там наверху творится? - Так, парень, где лейтенант а-Броган? - А вам зачем? - Мятеж в цитадели, - жестко растолковал Старый. - Капитана убили, теперь лейтенанту а-Брогану надлежит принять командование. - Здесь он, здесь, - засуетился солдатик, отпирая решетку. - Только занят он, допрашивает. - Это ведьму, которую сегодня взяли? - Ага, вроде так... - Ну, такая еще, с черными волосами... - Так я ж не видел. - А где именно? - Второй поворот налево, потом опять сразу налево. - Спасибо, парень, - Роджер улыбнулся солдатику, зашел сзади и врезал ему ребром ладони по шее, тот мешком осел на пол. - Понабрали сопляков, - проворчал Роджер, снимая у него с пояса ключи. - Малыш, где ты там? Указанный солдатиком путь мы пробежали почти до конца, и тут до нас донесся крик - явно женский. Старый рванулся было вперед, но Малыш придержал его:


- Сначала я разузнаю, где именно, чтоб номером не ошибиться, - и шмыгнул за поворот. Роджер пробормотал: - Что-то погони не слышно... - А ты что - соскучился? - Да нет, не то что бы... Ты их надолго задержал? - Не думаю. Хорошо, хоть решетку за собой закрыть догадались хоть чуть-чуть, да задержит их. Из-за поворота показалась Малышовская голова, потом рука, он поднес палец к губам, потом махнул нам - "За мной". Старый захромал первым, на штанах чуть повыше колена у него расползалось темное пятно. Вслед за Малышом мы прошли метров десять, потом остановились перед массивной деревянной дверью, Малыш указал на нее. Словно подтверждая его слова, оттуда снова послышался крик, забубнили мужские голоса. Старый напрягся, Малыш покачал головой. На его физиономии застыло жкесткое, решительное выражение. Он указал на Роджера, потом себе за плечо, Роджер согласно кивнул и занял место позади него, Малыш уперся локтями в его подставленные ладони - и обеими ногами изо всех сил ударил в тяжелую дверь, с треском обвалившуюся внутрь. И снова на миг передо мной все замерло, как на фотографии Малыш в прыжке, Роджер, накрест выхватывающий из ножен короткие мечи, верзила в форме Секретника, приподнявшийся со скамьи и обернувший к нам удивленное лицо. Потом в адском свете от тлеющих в жаровне углей я рассмотрел Ларико - раздета, руки притянуты к крюку в потолке камеры, а за спиной у нее стоял, ожидая распоряжений, тщедушный старичок в кожаном фартуке, по виду образцовый служащий, больше смахивающий на бухгалтера, чем на палача. Еще один , повидимому, писец, пристроился за столиком в дальнем углу. А потом фотография ожила. Старый, несмотря на рану, оказался в камере быстрей меня, старикашка взлетел, прогнувшись, повалился плашмя, повалив жаровню. Здоровенный детина-Секретник среагировал раньше всех, но все же запоздал и рухнул под топором Малыша, Роджер тем временем деловито и сосредоточенно размазывал по стенке писца. Я кинулся к Ларико, обрезал веревку, она обвисла у меня на руках. Когда я увидел багровые рубцы у нее на спине, меня затрясло чуть ли не сильнее, чем ее. Но Роджер, похоже, владел своими эмоциями лучше - оставив в покое писца, тут же стекшего на пол, он выудил из мешка монтировку, парой ударов сбил замок с колодок, я содрал с себя куртку Секретника и набросил на плечи Ларико, Малыш завернул ее в плащ, подхватил на руки: - Куда теперь?


- Они скоро сюда прорвутся, - сообщил я. - Давайте-ка драпать еще ниже и искать этот тайный ход. - А найдем? - недоверчиво осведомился Старый, я пожал плечами: - Хоть какой-то шанс... Ладно, не стойте, Чародеи уже сбегаются, скоро здесь будут. Охрану пятого глубинного яруса мы - Старый, Роджер и я уничтожили тихо, быстро и беспощадно. Никогда еще в жизни я так чьейнибудь крови не хотел... И опять винтовая лестница, на сей раз абсолютно темная, даже факел пришлось зажечь - уже другой, первый мы посеяли. Конечно, рискованно это, но после всех приключений сломать себе шею, свалившись с лестницы - ничего глупее я придумать не могу. Зато погони пока что не чувствуется. Наконец мы двинулись по длинному извилистому коридору - быстро и молча, лишь бы от возможной погони оторваться. Странный какой-то коридор, ответвлений масса - и ни одной двери. Лабиринт как чистое искусство... Ну, в какой-то мере это обнадеживает - такие штуки вполне могут быть предназначены для маскировки тайных ходов, и в прятки тут играть - одно удовольствие. Только ощущение такое, что здесь нога человека уже давно не ступала - воздух затхлый, сырой, заставляет факел жутко коптить, стены осклизлые... Мы отмахали по этому лабиринту уже довольно прилично, когда Ларико на руках у Малыша неожиданно произнесла: - Отпусти. Я сама могу идти. Я чуть не вздрогнул от неожиданности, услышав ее голос. Хотя чему тут удивляться, в кризисных ситуациях она себя всегда неплохо вела, насколько я помню... Малыш послушно поставил ее на пол, она обернула плащ вокруг талии, затянулась ремнем, запахнула куртку. - Слушайте, люди, пока нас догонять не торопятся, давайте-ка присядем отдохнем, - предложил я. - Годится, - согласился Малыш. - Тем более, впереди еще вторая серия - нам отсюда как-то вылезать предстоит. - А вот как мы это проделаем? - Роджер поставил мешок на пол и опустился на корточки у стены. - По-моему, мы этот тайный ход до второго пришествия проискать можем. Если он еще существует. - Меня другое интересует, - Старый, поморщившись от боли, уселся рядом с Роджером, далеко вытянув раненую ногу. - Почему они за нами гнаться не стали? - Да, дела, - пробормотал Малыш. - А может, пока мы тут кочумаем, они нас планомерно со всех сторон обкладывают? Ученик Чародея, ты как считаешь? - Ничего такого не чую, - отрезал я. Меня со страшной силой тревожит нечто другое. Пока не определился, что именно, но само по себе оно не опасно, и атакой не является...


- А может, нас у этого тайного хода караулят? - предположил Старый. Малыш тут же уточнил: - Если он еще есть. Можно попробовать, конечно, через верх прорваться... Хотя ничего хорошего от этого не предвидится. - А ты хочешь сказать, ты дорогу назад отыщешь? - я наконец-то разобрался ос своими ощущениями, даже прозондировал окружающую обстановку через Юрд. Ничего. Сплошная серая муть, как в густом тумане. Старый озадаченно приподнял брови: - А что? Сначала... Ч-черт! - Дошло наконец?- я криво усмехнулся. По рожам остальных тоже заметно, что они лихорадочно соображают, как мы сюда шли. А что там о них говорить, когда даже я, Чародей, оказался полностью дезориентирован?.. Вообще-то штука, на которую мы напоролись, тоже к чародейству отношения не имеет - магия чистой воды, но я-то с такими штучками знаком... Малыш выругался, ударил себя кулаком по ладони: - Теперь понятно... Э, орлы, что-то тут мокро становится! Пол коридора слегка прогибается к середине, и теперь заметно, что там скопилась большая лужа. Раньше ее, помнится, не было... Ох, как мне все это не нравится! Ладно, в любом случае, не будут же целый ярус городить только для того, чтоб заставить случайных посетителей поблуждать... Я рывком поднялся на ноги: - Ну что, пошли? И тут же почти физически ощутил на себе взгляд четырех пар глаз. Наконец Малыш осведомился: - Куда? Думаешь, есть шанс этот тайный ход разыскать? - Если на месте сидеть будем - нет. Ладно, не пугайтесь, с вами Чародей, а на меня такие ловушки не рассчитаны. Ноги, ноги! Ребята принялись потихоньку подниматься - Старый, опершись на меч, как на посох, протянул руку Ларико, Роджер деловито проверил, как ходят в ножнах клинки, Малыш поправил на спине мешок с инструментами. Вот змейство, смотрят на меня, как на Моисея, а я... самозванцем я себя чувствую. Следующие минут десять больше напоминали отрывок из кошмарного сна в духе Кафки. Впереди тянулся, кажется, все тот же коридор со множеством ответвлений, везде одинаковой ширины, с потеками какой-то слизи на стенах. И ориентиров никаких, даже камни везде одинаковые... И ноги промокли насквозь, как вляпались в эту лужу, так она и не кончается... Малыш внезапно остановился, побултыхал ботинком в воде: - Слушайте, а водичка-то прибывает...


- Может, пол наклонный просто? - усомнился Роджер, Малыш тут же мрачно пояснил, чем он чует, Роджер покосился на Ларико, потом неодобрительно - на Малыша, но промолчал. Старый оперся на стенку: - А ты что думаешь, Ученик Чародея? - А я думаю, что пора из этой сырости вылезать, а то аспирина тут днем с огнем не сыщешь. - А ты хоть знаешь, куда мы идем? На сей раз я ответил со всей откровенностью: - Нет. Но что-то определенно быть должно, не зря ж этот ярус выстроен... - Между прочим, - невозмутимо информировал Малыш, - пока мы тут стоим, она еще поднялась. Я имею в виду, вода. Самое паршивое - он абсолютно прав, вода поднялась почти до верха моих высоких ботинок, и спадать, похоже, не собирается. Ларико прислонилась к стене, закрыла глаза: - Теперь понятно, почему за нами не гонятся... Роджер сплюнул в воду: - М-да, мышеловочка... - Так не стоим, пошли! - взорвался я. - Значит, дальше жить будем так: Малыш, поведешь меня. - Ты что, заболел? - Да нет, просто мне придется с закрытыми глазами топать. По приборам. Ларико тем временем наклонилась к уху Старого: - Если что, сможешь меня убить? Это явно для моих ушей не предназначалось, но я все равно услышал - так тут тихо. Зараза, они что - помирать собрались?! Я им поумираю! - А сейчас заткнитесь-ка все на пару минут и дайте мне сориентироваться. Все-таки хорошо быть Чародеем - в экстремальной ситуации все тебя слушаются... Но это как раз не главное, главное сейчас подключить к внутреннему зрению Юрд, сделать его своим глазом. А так пока получается только общая настройка по сторонам света... И еще могу заметить какое-то подобие течения внизу, в воде. А раз она пахнет солью, значит, из моря. А значит, имеет смысл топать в направлении этого условного течения. - Ладно, Малыш, сейчас посмотрим, какой из тебя поводырь. Только направляй меня сзади. Идти пришлось недолго - Юрд уловил впереди какую-то слабенькую эманацию Силы, я сразу ломанулся туда. А вот вода прибывает и прибывает, сейчас до колен не доходит на какие-то десять сантиметров.


Ничего, раз тут предметы, связанные с чародейством или хотя бы их следы, значит, тут кто-то ходил, а значит, есть выход! - Так, ребята, уже тепло, - проинформировал я и просто шкурой почувствовал, что навалившееся на нашу команду напряжение ослабло. Ввот оно! Сквозь колышущуюся серую муть я различил что-то похожее на тонкую, словно карандашиком по полу прочерченную оранжевую линию. А может, меня уже глючит? Я открыл глаза, потряс головой, снова закрыл их. Ничего не изменилось, линия осталась на месте. - Йо-хо-хо и бутылка рому! - я подпрыгнул чуть ли не на метр, подняв фонтан брызг. Малыш, идущий за мной, поинтересовался, вытирая лицо: - Что нашел? - Указатель, люди! Гадом буду, указатель! - И куда он указывает? - остудил мой пыл Старый. - А вот и узнаем, - я снова погрузился в себя. Похабно, когда не только за себя отвечаешь, но и за всех остальных. Сейчас если с направлением ошибусь - всем нам точно хана... Ладно, главное не отвлекаться, всякие соображения морального порядка надо отложить до того времени, когда наружу выползем. А на линии направление не указано... Стало быть, пойдем как и раньше, по течению. Я ткнул рукой: - Нам туда. Только сейчас я впереди пойду, а вы держитесь за мной шагах в пяти. - А что такое? - полюбопытствовал Роджер. Я пожал плечами: - Мало ли... Такие вещи не для того строят, чтоб из них шутя выбирались. Вполне может оказаться нечто вроде того, что я на третьем ярусе устроил. Возражений не последовало. Мы молча развернулись и двинулись по линии в указанном мной направлении. Вода оказалась просто ледянущей и поднялась уже выше колен. Такие прогулочки пахнут ревматизмом, да еще и идти куда тяжелее. На ребят я не оглядываюсь, знаю, что они следуют позади метрах в двух. Только то и радует, что оранжевая линия ведет себя лучше некуда, светится ровненько и ясно, только вот конца ей что-то пока не предвидится. Потом из-за какого-то поворота вынырнула еще одна линия, на сей раз зеленая, присоединилась к моей, потянулась рядом. Потом, когда вода уже доходила нам до бедер, зеленая свернула направо, оранжевая - куда-то влево и под углом. Может, выбрать зеленую, попробовать пойти по ней? Хотя нет, раз уж по оранжевой прошел, так и продолжим. Тем более, зеленый цвет у меня прочно ассоциируется с Орденом. Мы прошли еще немного, я вскинул руку: - Стоп!


- Что такое? - ребята сразу залязгали мечами и прочим железом. Хе, если б все так просто было... Я открыл глаза и повернулся к ним: - Ловушка, как и ожидалось. - И можно ее проскочить попробовать? - поинтересовался Малыш. - Попробовать-то можно, только вот что после этого от тебя останется? Ладно, придумаем что-нибудь. - Ордынцев, думай быстрей, - попросила Ларико. - Холодно. Я не ответил, чтоб не нарушать сосредоточенности. Чувствуется там, метрах в пяти, что-то такое, некий невидимый барьерчик... Но указатель-то через него проходит, а стало быть, этот барьер вполне проходим... если только знаешь, как. А как проверить? Не палец же туда совать... Так, но раз это ловушка, то настроена она должна быть на что-то, предположительно живое. И что там именно - не узнаешь, пока она не сработает, а когда сработает, может, и успеешь понять, только вот костей после этого с гарантией не соберешь. Ей-богу, в следующий раз в такую дыру полезу - прихвачу с собой парочку кроликов! Стоп... Вариант, конечно, бредовый, но эта штуковина должна быть настроена на нечто, являющееся живым исключительно с точки зрения магической ловушки! И по-настоящему живым это нечто быть совсем не обязано. Таким фокусам меня не обучали, но если вдуматься, то дело, в общем-то, элементарное, только тяжелое в плане расхода Силы и зело неприятное. И заключается оно в подкидывании этой пакости своего рода двойника, Силовой куклы, излучающей тепло. Наверно, я все-таки здорово перепугался - с созданием "двойника" я управился в считанные минуты и неторопливо направил его на ловушку. Ребята за моей спиной задышали чаще и шумней, Ларико тихо ахнула. Понятно, видимую мне картинку они рассмотреть не могли, но присутствие почувствовали. Так, для достоверности имитации еще подкачаем Силу... До ловушки считанные сантиметры... Есть! Капкан сработал моментально, я даже едва успел разглядеть, что это такое, а разглядев - заржал, как дурак. Вот уж, действительно, дешево и сердито! Элементарный треугольник Мечей, примененный, правда, в графическом варианте. Обычно такие штучки работаются двумя-тремя Чародеями в Силовой связке. Но смех я тут же оборвал, сообразив, что строить такие вещи я умею, но вот проходить через них - тут в моем образовании пробел. Хотя, помнится, если две стороны этого треугольника рассечь, фиг он сработает... Эта фиговина работает по принципу турникета в метро, и я, помнится, в свое время проходил через такие, придерживая "челюсти" руками... Вот и имеет смысл попытаться провернуть аналогичный фокус. На одной из граней вполне может сработать обратный знак... Но ведь не так-то это просто - обратный знак... Вся последовательность действий в


обратном порядке. В зеркальном. Эврика! На вторую грань забабахаем знак Зеркала. Все куда проще, а эффект тот же. Только главное при этом не потерять обратный знак. Обратный знак мне пришлось удерживать левой рукой, не давая ему пропасть. Вообще-то работать с двумя знаками одновременно упражнение на редкость изматывающее, даже для Чародея экстра-класса, а я к таким себя при всем желании отнести не могу. Ладно, теперь хоть знаю, что искать... Я быстро нашел Треугольник, разместил знаки на двух сторонах и занял место на "линии огня". Ну, теперь если сбой - так меня просто ломтиками нарежет... Я обернулся к ребятам и гаркнул: - А теперь вперед, живо! Хвала Аллаху, они себя долго упрашивать не заставили, ломанулись так, что только брызги полетели (а вода, кстати, уже до пояса поднялась). - Все проскочили? Подальше отойдите. Кажется, сейчас лопнут и мышцы и голова... Наконец, решив, что выждал уже достаточно, я отскочил в сторону убираю знаки. Мне повезло в который уж раз за эту ночь - никакой конечности я не лишился, меня просто шваркнуло об стенку, как соплю, и я погрузился с головой в вонючую, отдающую тухлятиной воду. Кто-то, кажется, Малыш выдернул меня за шиворот на поверхность: - Живой? - Ага... Соленая, гадство... Ладно, потопали дальше. С тем же успехом можно было сказать: "Поплыли" - вода поднялась уже почти по грудь, и приходилось загребать руками, чтоб двигаться с мало-мальски приличной скоростью, но моя оранжевая линия до сих пор просматривалась отчетливо. Наконец она свернула, и я торжественно объявил: - А сейчас - налево. - Налево стена, - не без иронии сообщил Роджер. От неожиданности я даже открыл глаза: - Это как?! - Смотри сам. Хм-м... Действительно, стена. Каменная. Малыш опомнился первым, выдернул из-за пояса секиру, постучал в стену обухом. Звук вышел глуховатый, но явно металлический. Мы обрадованно переглянулись, но Ларико тут же разочарованно протянула: - Так она ж закрыта... - А ты чего хотела? Ладно, раз уж сегодня мой бенефис... - Откроешь?- с сомнением спросил Роджер. А за ней что? - Я хоть и Чародей, сквозь железо видеть не умею. - Я не к тому... Может, рвануть ее, благо, есть чем?


- Экий ты... Ну, рванем, а дальше что? Сейчас она по крайней мере герметичная, хоть воду задержит. - Кстати о воде,- напомнил Старый.- Времени у нас не навалом. - Ч-черт, как подумаешь, что опять в эту гадость нырять... пробормотал я, подключая Юрд на полную катушку - посмотреть, что за замок. Картинка получается, хотя и запутанная. Радиосхему напоминает, а я в них дуб дубом... Ладно, кажется, если вот этот вот шпенек приподнять, цепочка разомкнется. А вот чем же я его поднимать буду? Я уже весь, полностью, погрузился в Юрд, протянул сквозь металл мысленное продолжение пальцев. Все равно что мизинцем пудовую гирю держать... Придется на этот шпенек с реальным весом грамма, может, в три, давить снизу, всем корпусом. Я вздохнул и с головой погрузился в воду. Вынырнув глотнуть воздуха, я пожаловался: - Током бьется... Малыш округлил глаза: - А откуда здесь электричество? - А откуда здесь ты? - вопросом на вопрос ответил Старый, я махнул рукой и снова нырнул. На сей раз сработало - толстенная металлическая плита поехала в сторону, и мы ввалились внутрь - вернее, нас туда просто втащило потоком воды. В глаза ударил яркий, ослепительный электрический свет, громко и надсадно взвыла сирена. ГЛАВА 5 На наше счастье дверь оказалась оборудована какой-то приспособой, автоматически ее закрывающей, и нас далеко не унесло, но я все равно оказался стоящим ��а четвереньках. Поднявшись, я первым делом выдернул из-за пояса свой "Универсал 9мм. спец", остальные уже стояли полукругом с оружием наизготовку - Старый, загородив Ларико, поводил подобранным где-то по дороге арбалетом, Роджер обеими руками наставил свою пушку в дальний конец помещения, где мы оказались. Но никаких направленных на нас стволов и вообще чего-то такого я не заметил. Свет по-прежнему лупил нам в глаза, сирена продолжала надрываться, но ни людей, ни вообще чего-то живого видно не было и даже не чувствовалось, только вода с легким журчанием продолжала растекаться по полу. Я напряженно обшаривал глазами помещение, смахивающее на гостиничный холл с цементным полом и без мебели, только в дальнем конце оказалось что-то смахивающее на конторку. да виднелся из-за нее опрокинутый металлический стул. Сирена наконец заткнулась, Роджер облегченно перевел дух, но пистолет прятать не спешил: - Не понимаю... Электричество есть, сигнализация работает... Институтское помещение?


- Похоже на то, - Старый, кривясь от боли, опустился на пол. - А если так, то тут по меньшей мере один охранник должен быть. - И всадить в нас уже магазинов восемь, - жизнерадостно дополнил Малыш. - Они что - повымерли или запили все разом? - поинтересовался я, усаживаясь на пол, прямо в лужу... Хотя какое это значение имеет - тут везде сплошная лужа, да и с нас ручьями течет... - Это как раз не актуально, - Роджер тоже принялся устраиваться на полу, положил ствол на колено. - Важно то, что это институтская база, а местным по какой-то причине не до нас. Вот и надо когти рвать, пока они не расчухали. - Логично,- кивнул Малыш. - Только я бы сначала дух перевел, а то со мной сейчас пятилетний ребенок справится. - Я его только тогда переведу, когда вылезу на поверхность, - угрюмо обронил Старый. - Ученик Чародея, а ты что скажешь? - А я скажу немного, - я тщательно сверялся с Юрдом. - Зона дезориентации осталась позади, находимся мы на глубине метров пятнадцать-двадцать, вон те симпатичные коридорчики в конце зала выходят один на север, другой, соответственно, на юг... А сейчас, если не хотите, чтоб я у вас на руках помер, хотя бы минут пять меня ни о чем не спрашивайте. Сегодняшние мои упражнения из Магистра мокрую тряпку сделают, - я откинулся к стене, пытаясь подкопить и собрать воедино остатки Силы. Итак, я сидел, прислонившись к стене и закрыв глаза, и в происходящее совсем не вникал, а ребята негромко переговаривались. Роджер, обращаясь, очевидно, к Старому, негромко предложил: - Ты ведь с дыркой в ноге далеко не уйдешь... Давай хоть повязку нормальную сделаю. - Ну давай. Потом - треск рвущейся материи, Старый зашипел. Роджер заговорил снова: - Ничего, вот выберемся - Гельда тебе эту дырочку в шесть секунд зачинит. - Хотелось бы верить... Ну вот тебе и целая куча романтики, последнее, судя по всему относилось к Ларико. - А так же пища для размышлений на этические темы. Милейших ребят-Секретников тоже ведь нехорошо убивать? Зря это он... Хотя рана и последующее пребывание в соленой воде увеличивают стервозность индивида где-то втрое... Ларико ответила как-то глухо, но без истерики: - Не знаю. Теперь - не знаю. Тут, оказывается, все по-настоящему. - Ага, а ты думала понарошку? Или кино тебе показывают. С хэппиэндом, - Старый помолчал, потом резко сменил тему:


- Кстати, насколько я знаю, в Столице или под ней базируется институтская группа, которой руководит некий доктор Риккард. Я его когда-то хорошо знал. - Риккард? - в голосе Малыша прозвучало удивление. - Это маленький такой, толстый, лысый, с бородищей до пупа? Так я ж у него стажировался! - Я тоже. Роджер, судя по голосу, снова хмурился и теребил усы, как обычно с ним бывает, когда он в чем-то сомневается: - И что - думаете, он вас по старому знакомству отпустит с миром и нас за компанию тоже? Малыш вздохнул: - А шут его знает... Во всяком случае, мужик он порядочный, и группа у него - ученые, а не эсбешники и солдатня. По крайней мере, сразу нас не пристукнут. - Ой ли? - протянул Старый. - Мы с тобой тоже, вроде, мужики порядочные... - Ладно, не продолжай, - великодушно разрешил Малыш.- Ваш разговор на тракте я от слова до слова слышал. - Ничего в тайне не сохранишь... А, Ученик Чародея? - Уж это точно, - я открыл глаза. - Отдохнуть даже не даете, так о какой порядочности тут говорить? Роджер поднялся: - Ну, если все в состоянии двигаться, давайте отсюда потихоньку вылезать. Для начала поступим так: мы с Малышом осмотрим коридоры, а вы сидите и будте готовы. - Всегда готовы, - с вялой иронией откликнулся я. - Да, Роджер, я вас с дамой еще не представил: Ларико, этот человек - капитан Роджер. Операция по твоему вызволению только благодаря ему и состоялась. - Треплется, по своему обыкновению, - Роджер галантно поклонился - зрелище забавное, принимая во внимание его растерзанный вид. – Я не жалею, что пошел и рад знакомству. - Взаимно, - в голосе Ларико проскользнула нотка заинтересованности. Малыш подтолкнул Роджера локтем: - Ладно, капитан, кончай хвост распускать. Еще успеешь, если отсюда выберемся. Ученик Чародея, одолжи-ка свою пукалку. Я перебросил ему пистолет, он двинулся вдоль правой стены, Роджер, распластавшись по стеночке у левого кроридора, подождал, пока он достигнет поворота, вопросительно на него посмотрел. Малыш кивнул. Роджер вскинул левую руку, показывая три пальца, Малыш снова кивнул. Смех за ними наблюдать, ей-богу! Если б там, в коридорах этих кто-то был, нас бы уже раз восемнадцать успели на винегрет покрошить...


Тем временем три секунды, о которых Роджер маячил Малышу, истекли, и оба прыгнули вперед, замерли, поводя стволами, потом Роджер нагнулся и озадаченно выругался: - Т-твою мать... Вот это уже забавно... Малыш, очевидно не обнаружив в своем коридоре ничего интересного, присоединился к нему, потом обернулся к нам: - Идите-ка сюда! Я поднялся, с трудом разминая затекшие мышцы, и двинулся к ним, Старый и Ларико потянулись за мной. Да, действительно есть на что посмотреть: посреди коридора, уходящего куда-то в темноту, лицом вниз раскинулся труп, вернее, не труп даже, а скелет в изодранной черной форме, чуть поодаль валялся автомат с разбитым в щепы прикладом. Роджер подобрал его, заглянул в патронник: - Разряжен... - Ты вон на что посмотри, - Старый кивком указал чуть дальше. На полу рыжевато отблескивали в тусклом свете ламп маленькие цилиндрики стрелянных гильз. Малыш подобрал одну из них: - Слушайте, а гильзы-то свеженькие, неделя, не больше... Когда ж парень так истлеть успел? - Его и обглодать могли, - мрачно предположил Роджер. - Уже постфактум. Старый опустился на корточки рядом с ним, рассматривая нашивку на левом рукаве трупа: - Так... Предположительно он относился при жизни к группе "Плутон", Институт Экспериментальной истории, соответственно. Роджер тем временем занялся часами, потом бесстрастно, словно эксперт-криминалист, сообщил: - Часы марки "Джейси"- знает кто-нибудь такую? - остановились, вероятно, в результате механических повреждений, в четыре часа двенадцать минут либо в шестнадцать с теми же минутами... четырнадцатого числа неизвестного месяца. - Сегодня семнадцатое,- напомнил я. - Получается, три дня,- пробормотал Малыш. - Или месяц и три дня. Роджер продолжал тем же ровным тоном излагать: - Ботинки или вообще какая-либо обувь отсутствуют. Следов от пуль, переломов, за которыми могла последовать смерть, во всяком случае не видно. Я посмотрел на Ларико, выглядела она так, словно ее сейчас вырвет, на труп она старалась не смотреть. Я бросил ей: - Ничего, привыкай. Малыш тем временем обратился к Старому и Роджеру: - Вы, шерлоки-любтиели, наша задача - выбраться из этой ямы, а не загадочные убийства распутывать.


- А может, тот, кто его так обгрыз, захочет за нас приняться... Роджер выпрямился. - Без сапог... Что бы это значило? - В карты он свои шлепанцы пропер. Или босиком его побегать прибило, мало ли что? Давайте выбираться, а? - И лучше побыстрей, - подала голос Ларико. - Нехорошо зздесь. - Это уж точно, - буркнул я. - Что-то нездоровое тут творится, не знаю, что именно, но лучше не засиживаться. - Тогда действительно давайте валить, - Роджер посерьезнел еще больше.- Для начала по глотку,- он отстегнул от пояса флягу и пустил ее по кругу. Слегка разбавленный спирт тепло растекся внутри, стало чуть полегче. - Да, еще момент: там, как вы заметили, темно. Ученик Чародея, факела у тебя? - Вроде... А, чтоб тебя !- я почувствовал, что заливаюсь краской. Мешок-то я посеял, пока там нырял! - Ладно, не возвращаться же, - проворчал Роджер. - И по какому коридору пойдем? Оба узкие, оба темные... - Лучше по южному. Хромой-то с Гельдой будут нас за Южными воротами ждать, - предложил я. Малыш кивнул: - Резонно. Кстати, ствол возьми. Ты, вроде, и в темноте нормально видишь. - Не жалуюсь, - буркнул я, первым углубляясь во тьму коридора. Брели мы уже довольно долго, стараясь не растягиваться, я, естественно, впереди, напряженно зондируя обстановку и выстукивая Хельмебртом дорогу, словно посохом. Конечно, так использовать меч с именем и Силовыми характеристиками - варварство чистейшей воды, но если я вместе с Хельмбертом загремлю куда-нибудь в бездонный колодец, это будет похуже любого варварства... А потом под моей левой рукой, которой я придерживался за ст��нку, возникла пустота. Ага, угол - поворот или что-то в этом роде. А чуть дальше, сантиметрах в пятнадцати от угла рубильник. Освещение, наверно - а что еще на углу располагают... - Да будет свет! - гордо провозгласил я и дернул рукоятку рубильника. И стал свет. - Да будет, - щурясь и моргая кивнул Старый .- Только в следующий раз я тебе за такие эксперименты по соплям надаю... если оба живы останемся. Вообще-то он прав – мало ли чем может оказаться незнакомый рубильник? Например, может открывать шлюзы, кингстоны, или как оно тут зовется... Поэтому я ограничился нейтральным: - Если б оголенный провод, было б веселей. Малыш с Роджером тем временем осматривались. Зальчик оказался поменьше первого и такой же пустой, только в дальнем конце приоткрытая железная дверь. А вот беспокойство мое все увеличивается - чувствую


Силу, неопределимую покуда, ощущение - как от здобного, хищного взгляда на спине, но стоит сосредоточиться на ней, как взгляд дробится на сотни булавочных уколов и пропадает. Зондаж, не иначе... - Слушайте, давайте-ка отсюда ноги поскорей сделаем, а то мне тут очень не нравится. - Принимается, - буркнул Малыш, подошел к железной двери, распахнул, выругался и сообщил: - Да тут, похоже, настоящая бойня была! Я в три прыжка оказался рядом с ним. Сдается мне, тут не поспоришь... За дверью лежала совсем небольшая комнатешка, буквой "Г" загибающаяся налево, а на полу оказалось еще два скелета в знакомой уже черной форме, чуть поодаль - еще один, в шлеме и кольчуге, с иззубренным боевым топором. - Тоже группа "Плутон", - определил Старый, наклоняясь над ними. Автоматы разряжены, гильзы выброшены сравнительно недавно, на оружии даже смазка сохранилась. - И все без ремней и сапог,- мрачно дополнил Роджер. Я остановился у скелета в кольчуге, некоторое время пялился на него, потом изрек: - Это не человек. Действительно, на человечьи эти кости мало походили - существо, которому они принадлежали, при жизни явно было гуманоидом, ростом чуть побольше метра, зато невероятно широким, с толстенной, мощной костной структурой. Да и топор рядом с ним вряд ли человеку бы по руке пришелся. - А кто это?- голос Ларико слегка дрогнул. - По-моему, гном. Малыш почесал в затылке: - Что ж получается - институтчики с гномами поцапались? Роджер покачал головой: - Как ты думаешь, что бывает с человеком после удара вот таким вот топориком? - Две половинки человека... А что ж тут тогда было? - Вот сейчас разбираться не время, - я нервно постукивал себя Хельмбертом по плечу.- Чтоб тут ни стряслось, надо драпать побыстрей. На нас вот-вот навалятся. - Кто? - Сам бы хотел знать... Ладно, пошли, - и я снова двинулся вперед. Миновав поворот, я остановился и ошалело присвистнул - комнатка выходила в длинный, метров тридцать, зал обрывающийся низкой платформой, а дальше тянулся тоннель, заканчивающийсяя каменной стеной на севере и уходящий в темноту, пронизанную редкими


красноватыми лампочками, на юге. Я соскочил с платформы и тут же споткнулся о матово блестящий металлический рельс: - Эт-то что еще?! - Не видишь - подземка, - Малыш, похоже, решил ничему не удивляться. Он спрыгнул и остановился рядом со мной: - И когда следующий поезд? - Откуда она тут взяться-то могла? - Роджер тоже спрыгнул с платформы. Малыш невозмутимо пожал плечами: - Построили, наверно... Но вопрос в том, можно ли по этому тоннелю куда-то выбраться. - Раз есть тоннель, должна быть и следующая станция, рассудительно заметил Старый. - Ага, а так же газетный киоск и торговля прохладительными напитками... Через сотню-другую километров, - Малыш сплюнул. - Ну, других вариантов все равно нет,- я задумчиво уставился в темноту.- Зато в таких вот штучках всегда должны быть вентиляционные ходы... Да и тоннель идет к югу, то есть в нужном направлении. Старый оскалился: - Бред какой-то... - помолчал и добавил:- Группа Риккарда занималась гномами, я об этом что-то слышал. Выходит, они все погибли. Ох, не нравится мне его голос... Я рявкнул: - Меня с ними не было! Кто б там ни был, он еще узнает, что такое Чародей. Все, ходу! Мы топаем по тоннелю уже не меньше получаса, я, как обычно, пру впереди с видом тяжелого танка, стараясь сохранить на физиономии бодрое и решительное выражение и пресекая поползновения оной к вытьягиванию. А вытягиваться ей, прямо скажем, есть от чего - чужая Сила становится все более ощутимой, давит как пресс. И не нежить это, а что-то живое, причем не одно существо, а множество, связанное объединенной Силой, хищной и ненавидящей. И вся она сосредотачивается на мне... Ребятам, конечно, тоже перепадает - за мной идет Ларико, я спиной ощущаю ее страх. Бодрости мне это как-то не прибавляет, но не могу ж я ей сказать: "А ну-ка, перестань бояться!", тем паче, что сам из последних сил держусь, пот по физиономии градом катится. От основного тоннеля то вправо, то влево ответвляются какие-то низенькие ходы, но в них меня свернуть не заставишь - оттуда так и несет чем-то скверным. Смертью оттуда несет... Ларико сзади простонала: - Слушайте, давайте передохнем немного, а то чем дальше, тем хуже... Я кивнул. Как бы мне ни хотелось отсюда выбраться, но покуда я больше ни шагу ступить не могу, мышцы как свинцом налиты. Очевидно, побочный эффект Силовой борьбы...


Мы молча опустились на землю. Так, надо бы прислушаться... Основное сосредоточие врагов сзади, чуть ли не на пятки нам наступают. Впереди тоже есть, но там их поменьше. Малыш пробормотал: - Сколько лет живу, а такого мандража не припомню... Не нравится мне все это... - А кому нравится ?- окрысился Старый.- А может, мы коридором ошиблись? - Назад поворачивать нельзя, там смерть, - хрипло сообщил я. И в тот же миг почувствовал удар чужой Силы, волна ее ненависти захлестнула меня с головой, я шкурой ощутил ее желание до меня добраться - до моей плоти, до моей Силы... В игру вступил Юрд, ощущение страха несколько утихло, чужая Сила отступила. Пока отступила. - Э, Ученик Чародея, что с тобой? Да, похоже, видок у меня еще тот... Просто чувствую, как кровь от щек отлила. Стискиваю рукоять Хельмберта, чтобы подавить дрожь в руках: - Психическая атака... Кто б там ни был, он понимает, что надо первым делом меня обезвредить. Роджер до этого момента что-то сосредоточенно обдумывавший, поднимает голову и негромко спрашивает: - Те, кто там... Их много и они маленькие, так? - Так. - Без ремней и сапог... - раздумчиво повторил он. - А ремни и сапоги из кожи. Помнишь, что пацан в Нижнем городе рассказывал? - Ты думаешь... - у меня даже голос прервался. Роджер кивнул: - Крысы. Много крыс. - Только-то, - усмехнулась было Ларико, но замерла, увидев, как у меня, несмотря на все старания, рожа вытягивается на добрых полметра. Вот оно что... Но откуда взялась та Сила, что их держит? Она ж явно разумного происхождения... Ладно, сейчас в этом разбираться не время. Рывком поднимаюсь с земли: - Пошли. Сваливать надо - чем быстрей, тем лучше. И в следующую секунду начинается атака - та Сила пригибает меня к земле, парализует волю... Бросаю вперед, как можно дальше, знак Огня, где-то впереди, пока еще далеко - многоголосый негодующий писк. Основная сила - та, что позади - в ответ на мой удар усиливает прессинг, теперь его мишень не только я. Краем глаза вижу, как Роджер, сжав руками голову, оседает на землю, заваливается вперед Ларико... Новый натиск чужой Силы швыряет меня на колени, злоба ее не дает подняться, застилает глаза серой пеленой. Чувствую, как моя Сила, моя жизнь потихоньку уходит из меня, кажется, уже слышу топот тысяч и тысяч маленьких лап, Юрд подкачивает мне Силу, но и этого не хватает...


Ну нет, какая угодно смерть, только не такая! На меня накатывает ни с чем не сравнимое омерзение, оно пересиливает даже страх и усталость, и я поднимаюсь на ноги. Прессинг усиливается, я знаю, что долго мне не продержаться, но тут совершенно неожиданно появляется третья Сила, подключается ко мне, заставляет выпрямиться, поднять меч - и я вижу вдруг четко, как на картинке, всю структуру этой мерзостной стаи тончайшие коричневые Силовые нити, сходящиеся в одну точку. Они связаны и между собой, но стоит ударить в точку пересечения - и связи распадутся... Это я понимаю уже не умом, спинным мозгом, выкрикиваю, словно заклинание, короткое и яростное ругательство, вычерчиваю в воздухе Хельмбертом знак Силы, собираю его в микронной толщины луч и направляю в эту точку. Прессинг сразу исчезает, но пропадает и контакт с Силой, поддерживавшей меня, я стою на подгибающихся ногах, опершись на Хельмберт как на трость. Стена чужой, непонятной Силы, двигавшей крысами, рассыпалась как стекло, вдребезги, распалась на тысячи осколков, до сих пор смертельно опасных, хотя сейчас ими движет всего навсего голод. Собираю остатки своей Силы, бросаю в них огонь и оседаю на землю. Сейчас - будь что будет, я выхожу из игры. Кто-то, кажется, Малыш, подхватывает меня на руки, куда-то несет, сворачиваем с прямой, приоткрыв на момент глаза, успеваю заметить, как Роджер, по-кошачьи прингувшись, швыряет за поворот одну за другой две гранаты, а потом опять опускается пелена тумана. Дальнейшего я не отразил, мне только показалось, что мы долго бежали вверх по винтовой лестнице, вернее, бежал Малыш, а я находился у него на руках, фактически в полном отрубе. Потом за нами захлопнулась какая-то дверь, лязгнул засов, и меня бережно опустили на пол. Пол, помоему, железный. С этого момента я начал потихоньку приходить в себя - спасибо Юрду. Но окончательно очнулся только тогда, когда кто-то принялся осторожно похлопывать меня по щекам: - Э, Ученик Чародея, ты в порядке? - В полном. Отвали, - пробормотал я, подтянул под себя ноги и уселся, привалившись спиной к стене. Только после этого я открыл глаза. Надо мной наклонился Роджер: - Наконец-то... Мы уж думали, ты все. - Не дождетесь. Все в сборе? - Все. Сказочный фарт. - Мы еще не выбрались,- напомнил Старый. Я приподнялся еще немного и огляделся. Комнатешка что надо - примерно десять на десять метров, и абсолютно пустая. В дальнем конце вдоль стен поднимаются два железных трапа, на уровне метров трех железная же галерея, под ней - три распахнутых двери, откуда несет какой-то затхлостью. На стене между


ними останки переговорного устройства - такое ощущение, что по нему от души кувалдой врезали. Посреди комнаты валяются какие-то деревянные обломки, скомканная черная куртка, пожарный багор... И везде отстрелянные гильзы. Картинка ясная. - Теперь понятно, как группа Риккарда погибла, - Старый чуть скособочился у стены, стараясь поудобней устроить раненую ногу. Слушай, Ученик Чародея, а что там внизу было, кроме крыс? - Было - и нет, чего нам еще надо... - пробурчал я. – Говорю же, психическая атака. А потом, сдается мне, этими крысами кто-то управлял, уж больно организованно они действовали. - Слушай, - Малыш мелко и часто дышал, привалившись к стене, - а Братство твое могло такую штуку устроить? - А почему бы нет? Насколько я понял, шуточка в их стиле. - Так Орден, получается, не стрелять в нас должен, а памятник нам поставить... Эта команда крысиная вполне могла в Столицу визит сделать. - Да, а что это ты так дышишь? - Роджер с тревогой глянул на него, Малыш поморщился: - Да, похоже, пара ребер треснула - обломком долбануло. И он еще после этого меня на руках черт-те сколько пер! Но пока, что и говорить, везение просто сказочное: не только сами все уцелели, но и Ларико выдернули. А она пока в разговоре участия не принимает, сидит у стенки, лицо осунувшееся, глаза закрыты... Свезло ей, конечно - ничего себе, первое знакомство с чужим миром... - Меня вот что смущает,- задумчиво нахмурился Старый.Электричество работает, к тому же на аварийное питание это не похоже, значит, основной генератор цел. А по идее, эвакуируясь, они должны были его взорвать. - Маза такова,- проворчал я угрюмо, - что эвакуироваться, похоже, никто не успел. А если и успел, так ему не до того было, чтоб генераторами заниматься. - Жаль, если Риккард погиб, - Малыш вздохнул и тут же сморщился от боли в боку. Роджер выглядел куда более озабоченным: - А ведь на этом ярусе тоже крысы могут быть... Интересно, а почему они проводку не тронули? Я помотал головой: - Здесь крыс не было, или я не Чародей. Не знаю, почему - но сюда они даже и не совались. Все, кто погиб - погибли внизу, в тоннеле. - А чего ж их туда понесло? - продолжал недоумевать Роджер, я сумрачно усмехнулся: - Воздействие мощное было. А на местных, сдается мне, навалились еще посильней, чем на нас. Да, кстати о птичках: кто это из вас мне там, внизу, чародейством помогал?


Мне никто не ответил. Что это точно не Гельда была, я уверен - уж ее-то я бы узнал. Я по очереди обвел всех взглядом. Малыш? Нет, я его давно знаю, с ним в этом плане глуховато. То же относится и к Старому. Ларико? Тоже знаю не один год, и ничего такого за ней не наблюдается, хоть я ее еще в Бурге и дразнил ведьмой... Роджер? Его я еще в первую нашу встречу на сей предмет прозондировал. Ларико открыла глаза: - Знаете, по-моему, это потом можно выяснить. Надо из этих катакомб выбираться. - Логично,- согласился я.- Только я в ближайшие пять минут даже пальцем шевельнуть не смогу. - А фляжку ко рту поднести сможешь?- поинтересовался Роджер. - Где?- тут же оживился Малыш. Фляжка дважды обошла круг и опустела. Я прикрыл глаза, чувствуя, как по телу разливается живительное тепло от спирта - очень вовремя, а то я себя в мокрых шмотках чувствую несколько неловко. Малыш вытер рукавом усы: - Сейчас бы еще покурить... - Что б вы без меня делали...- Роджер полез за пазуху, извлек какойто сверточек, размотал несколько слоев непромокаемой кожи и продемонстрировал нам полдесятка сигарет. Мы все, в том числе и Ларико, испустили хищные гортанные вопли. Роджер недоуменно приподнял брови: - А что, дама тоже курит? - Дама, как и я, из России, - информировал я. - Ты так и собираешься свои сигареты держать? Сигареты оказались волглыми, даже слегка пожелтевшими - но какая ерунда! Я уже оклемался настолько, что смог даже поднести всем огонька от пальцев. Вроде, идиотизм - измотаны, как собаки, двое пострадавших, и вообще еле спаслись, да и спаслись ли еще - и в то же время элементарная сигарета дарует нам чуть ли не эйфорию. Малыш тот вообще размечтался: - Эх, сейчас бы еще в душ! - Иди ты со своим душем! - подключился я. - Лучше сауны ничего пока не придумано. - Потянет и сауна, - чинно согласился Роджер .- А потом порции тричетыре сосисок в томате... - С пивом, - сладострастно улыбнулся Старый. - Вот представь: открываешь баночку, садишься перед телевизором смотреть футбол... - Я больше бейсбол любил, - признался Роджер. - А кто-нибудь из вас помнит, что такое шлепанцы? Я поднял руку:


- Насчет пива протестую! Пиво в бутылках лучше, у него вкус особый. Особенно когда бутылочка только из холодильника, запотевшая такая... - Замолчите, садисты! - взмолилась Ларико. - Может, мы все-таки выбираться отсюда будем? - Принимается, - одобрил я. - А то у меня душа не на месте - ох, как не нравится мне, что я Гельду с Хромым оставил! Малыш проворно ощупал мою макушку: - Не бойся - не растут пока. Старый, опершись на руки, сел более прямо: - Кроме шуток, есть еще соображения, по которым надо убираться: если кто-то из команды Риккарда спасся, сюда прибудет команда ликвидаторов. Или просто вздумается им посмотреть, с чего группа вдруг замолчала, а когда появятся и увидят - будут палить во все, что шевелится. - Эх, припасов здесь, наверно, - вздохнул Малыш. - Хотя не стоит изза них рисковать. - Это ты правильно заметил, - усмехнулся Роджер. - А кто-нибудь знает, в какой тут стороне выход? Я сверился с Юрдом и сообщил: - Сейчас мы на глубине одиннадцать метров. Вообще-то все это смахивает на типовую институтскую базу, а у них обычно несколько выходов, просто на всякий пожарный. - Ты что - на типовых подземных базах бывал? - вскинулся Старый. Я пожал плечами: - Похоже на то... Судя по всему, мы находимся в нижнем ярусе подсобные помещения, кладовые... Второй обычно самый обширный жилые помещения, арсенал, технический отсек. Третий - наблюдательные пункты и, соответственно, выход. - Только подземка в эту схему не укладывается, - пробормотал Малыш. - Кому, интересно, понадобилось ее долбить? - Да шут его знает. Имею следующее предложение, - я тоже встал, размялся. - Сейчас делимся на три группы. Первая - Старый и Ларико остаются здесь, вторая в составе Малыша и Роджера, пойдет по левому коридору, третья в составе меня - по правому. - Разделяться... - недовольно пробурчал Роджер. - Зато наверняка быстрей получится, - я вынул из-за пояса "Универсал", снял его с предохранителя. - Ну, вас учить не надо, кого встретите - бейте в репу, или скажите, что меня сейчас позовете. - И возвращайтесь побыстрей, - напутствовала нас Ларико, обращаясь уже к нашим спинам. Я прогремел каблуками по железным ступенькам, вошел в открытую дверь. Так и есть, типовая база, второй ярус в два этажа, наверх ведут такие же металлические трапы, а там по преиметру вдоль стен тянутся


галереи с рядами дверей, соединенных между собой мостками. И еще тянется целая куча каких-то толстенных кабелей, до которых мне дела нет. Эх, сейчас бы еще вспомнить, когда я успел на типовой институтской базе побывать... Да еще вряд ли на одной. Точно помню, что на втором ярусе должен быть ход на третий. Но двери, как обычно, без маркировок. Печально, зато есть повод этот ярус осмотреть - век бы себе не простил, если б этого не сделал. "Пойди разузнай и разнюхай"- начертано на семейном гербе мангус... я хотел сказать, Чародея. Чтоб создать для себя видимость полезной деятельности, я сразу взбежал на второй этаж, заглянул в первую попавшуюся дверь. Свет горит... И сразу ясно, что жилое помещение - две койки по бокам, стенной шкаф... Но уходили отсюда весьма поспешно и, похоже, не без драки бардак просто жуткий, по всему полу рассыпаны какие-то бумаги, все исписанные и исчерканные, настольная лампа выдернута из гнезда, что называется, с мясом, тумбочка опрокинута, из шкафа на пол вывалены какие-то шмотки, посреди комнаты валяется армейский ботинок, к сожалению, всего один. Правый. Там же, на полу, раздавленный тюбик зубной пасты, выстреливший содержимое метра на два, и на бумагах какие-то бурые пятна, подозрительно смахивающие на засохшую кровь. Полное запустение... Я наугад подобрал с полу какой-то листок - сплошь непонятные математические выкладки. Да, тут ловить нечего. Я вышел из комнаты и направился по мостку на другую сторону "колодца", держа ствол наготове. Непохоже, чтоб на меня тут кто-то порывался напасть, но все равно спокойней. Так, а вот и дверца, напоминающа�� искомую. Поглядим... Держа пушку обеими руками, я изо всех сил пнул дверь, намереваясь прыгнуть внутрь, но тот, кто эту базу строил, наверняка не те книжки читал: вопреки всем боевиковым стандартам, дверь открывалась наружу. Естественно, когда я ее открыл, на меня никто не набросился даже слегка разочаровывает. Тут оказалось темно, но света, падающего из коридора, оказалось вполне достаточно, чтобы определить вычислительный центр, правда весь разгромленный. Пол усыпан битым стеклом, осколками пластика, какими-то электронными потрохами... Вряд ли что-то уцелело. А дальше, если я правильно помню, находятся генераторный отсек и отсек переброса. Я быстро прошел в соседнее помещение. Так и есть - в громадной комнате с бетонным полом и стенами, матово мерцая экранами, расположилась она. Машина временного переброса. Обратный билет в свой мир. Нет, радоваться пока погодим - а вдруг она еще и не пашет? Хотя нет, судя по индикаторам, вполне в рабочем состоянии, и ничего в ней не закоротило. И стартовая площадочка хорошая, рассчитана где-то на


полтонны, рубильник на ней же расположен, так что вполне можно убраться, прикрыв за собой дверцу. Я исполнил короткий боевой танец и испустил радостный вопль, снизу тут же послышался голос Малыша: - Чего вопишь, как потерпевший? Крыса в штаны забралась? - Сам ты... Поднимайтесь сюда, бегом! Не знаю, как насчет бегом, но поднялись они довольно быстро, все четверо, я встретил их в дверях. - А мы выход нашли, - сообщил Роджер. Я скромно потупился: - Я тоже, хотя и несколько иной, - а потом драматическим жестом указал на машину. Реакцию это вызвало не вполне мной ожидаемую - Ларико вообще не поняла, чего это я так обрадовался, Роджер нахмурился, поигрывая пистолетом, а Малыш негромко выругался и запустил пятерню в волосы. Заинтересовался, кажется, только Старый: - И работает? - Должна бы. Снова возникла долгая, неприятная какая-то пауза, потом Малыш приблизился к машине, неторопливо ее осмотрел, повернулся к нам: - Это здорово, конечно... Но вот такой вопрос: а вы считаете, нам есть, куда уходить? Хорошее настроение сразу испарилось. Куда уходить... Вот гадство, еще недели две назад спал и видел, как я в моем родном мире окажусь, а тут возникает такой простенький вопрос: а что я там, собственно, делать буду? Тем паче, там есть мой дубликат, вполне реальный Михаил Ордынцев, художник... А я что умею? Нежить истреблять? Там это никому не нужно и не интересно... Роджер заговорил первым: - Даже если б и было, куда, я все равно не имею права свалить. Меня ребята в Гнезде ждут, - он замолчал и вопросительно уставился на меня, я пробормотал: - Я бы пошел... Только Гельду-то я как тут оставлю? А с собой ее не потащишь. - Тем более, нас найдут в любом другом мире, - теперь и Старый выглядел очень недовольным. - Институтские каналы все под контролем, так что нас по незарегистрированному перебросу вычислят, куда б мы ни забрались. И, кстати, вычислять будут куда активней, чем сейчас. Ларико посмотрела на Старого: - И что, через эту штуку можно домой вернуться? - Можно, - вздохнул он. - Если, конечно, есть дом. - Мой дом, похоже, здесь, - проворчал я. - Отныне и во веки веков. - Аминь, - мрачно усмехнулся Малыш. - Полностью солидарен.


Ларико неожиданно улыбнулась: - Ну, раз так - пусть стоит. И вообще, давайте наружу выбираться, а то я уже по солнцу соскучилась. Я кивнул: - Годится. Вы пока разведайте, что снаружи, а я в этой машинке покопаюсь. Чисто из спортивного интереса, прослежу, куда с нее в последний раз перебрасывались. Ларико округлила глаза: - Ты что - с ней обращаться умеешь? - Похоже на то. Малыш поправил пояс с секирой: - Ладно, только долго не задерживайтесь. А я тут секунды лишней не останусь. - Катитесь, - напутствовал Старый. - Я еще малость передохну копыто разболелось, просто сил никаких. - Скоро придем, - пообещал Роджер, потом он, Ларико и Малыш затопали по металлическим ступеням куда-то вверх. Я повернулся к Старому, он смотрел не на машину, а на меня: - Все же хочется свалить, а, Ученик Чародея? Я снова тяжело вздохнул: - Не без... Только как ни грустно, Малыш прав: сваливать мне некуда. Старый немного посидел молча, потом поднялся и вышел в коридор, а я продолжал увлеченно щелкать клавишами. Как я и предполагал, информация в блоке слежения закодирована. Ничего, я этот код скоренько расколю... Пистолет я убрал за пояс и выпростал из штанов мокрую рубаху - пускай хоть немного подсохнет. Я так увлекся, что чуть не пропустил сигнал Юрда "Опасность!" и уловил его, только услышав шаги за спиной. Я резко повернулся, потянувшись к ножу на голени - и замер, уставившись на ствол автомата. Автомат - еще не самое плохое. куда меньше мне понравилось то, что держал его жилистый и ражий детинушка в форме Секретника и твердой мускулистой лапой направлял его мне в живот. В брюхо. От неожиданности я только и смог, что тупо выговорить: - Привет... - Детина оскалился: - Привет. А сейчас руки за голову сделай и выходи не торопясь. И главное, без глупостей. Резких движений не делай. Конечно, снять его я б смог без особого труда, но ведь он не один тут, и пока я его снимаю, остальные меня вполне могут изрешетить. И ребят за компанию. Ладно, для начала прикинем, что тут к чему. Я заложил руки за голову и, мысленно матерясь, на чем свет стоит, двинулся к выходу.


Ребята оказались выстроенными вдоль стенки галереи, так же с руками за головой, под прицелом пяти автоматов. Автоматы держали в лапах Секретники, и такое ощущение, что эти игрушки им не в диковинку.... Тут же находилась и Гельда, вид у нее был втрепанный и напуганный - объяснялось это тем, что ее держал за волосы Хромой, уперев ей под подбородок дуло тяжелого, с длинным стволом, пистолета. Секретник легонько подпихнул меня стволом автомата, я встал рядом с Малышом. Да, пока что рыпаться и думать нечего - нашпигуют свинцом, как поросенка... Роджер опомнился первым: - Что за представление, Гарви? Что этот балаган значит? На физиономии Хромого появилось подобие кислой улыбки: - Этот, как ты говоришь, балаган значит то, что я использовал момент и подвернувшуюся возможность. Проигрывать надо уметь, - где-то я уже подобную фразочку слышал... - Как получилось, что ты с этими ублюдками связался? И чего ты хочешь от нас? - Эти люди в данный момент находятся под моим командованием. А связан я с ними таким образом, что я человек Верховного Магистра Даэла, но сейчас действую не от его имени, просто хочу с вами кое о чем договориться. Это, сам понимаешь, проще делать, когда все козыри у тебя в руках. - Это называется предательством. - Называй как хочешь. У меня появился шанс, и упускать его преступление. Роджер побагровел: - Ах ты... - и он начал длинную тираду, а когда у него не хватило дыхания, Малыш подхватил и развил мысль, вкратце сводившуюся к тому, что Хромой относится ко всем наиболее омерзительным представителям местной фауны и страдает всеми мыслимыми и немыслимыми половыми извращениями и венерическими болезнями. Меня так и подмывало подключиться к этому, но на данный момент есть дело поважней. Надо прикинуть, смогу ли я срубить Хромого знаком, не зацепив при этом Гельду. Ага, есть такая возможность. Только Силу еще чуть подконцентрировать... Я резко выбросил вперед правую руку, но Секретник слева от меня оказался проворней. Я только успел заметить мелькнувший автоматный приклад, а потом металлический пол галереи встал дыбом и крепко съездил меня по лбу.


ГЛАВА 6 Так, похоже, я все еще жив. Валяюсь мордой вниз, под щекой - чтото холодное и твердое. Пол. Цементный. Башка просто разламывается. Странно, в пол я лбом впечатался, а болит почему-то затылок... Попробуем подвигать конечностями. Так, руки связаны за спиной, причем, похоже, давно - кисти совсем онемели. Ноги, вроде, свободны. - Так, шевелится. Значит, скоро очухается. Ага, это я шевелюсь, а значит, скоро очухаюсь... - Так давайте его к остальным. Меня подхватывают с двух сторон, куда-то тащат. Надо постараться открыть глаза... Под черепом наяривает в трубы и барабаны сумасшедший оркестр, перед глазами все плывет и колышется. Наконец удается кое-как сфокусировать зрение, и я вижу ребят - сидят рядочком на полу, со связанными руками, а позади них мыкается тощий долговязый Секретник... Е-мое, да он же Силой владеет! Без Камня, правда, и послабей меня... Хотя насчет того, что Чародеев в Секретники не берут, говорил тот же Хромой, а ему, как выяснилось, верить не стоило. Тут же вижу и самого Хромого, он устроился в специально для него принесенном лабораторном кресле, закинув ногу на ногу и положив на колено ствол, по бокам еще пара Секретников с автоматами. И находимся мы, судя по всему, в вычислительном центре - раздолбанная аппаратура сброшена со столов, под ногами хрустят осколки. Меня усадили на пол рядом с Ларико. Так, а наше оружие - вон оно, свалено позади кресла. Меч у меня забрали, нож тоже, но пушка попрежнему при мне, за поясом под рубахой. Несколько обнадеживает... Хотя что толку? Если я даже каким-то чудом сумею руки освободить, стрельба никогда моей сильной стороной не была, да к тому же пары воробушков на пятерых здоровых амбалов, не считая Хромого, маловато будет... И вряд ли они будут бездействовать, наблюдая за мной. Секретники отошли в сорону, и Хромой заговорил, вероятно, продолжая начатый ранее разговор: - Мне все это нравится не больше, чем вам, но у меня просто не было другого выхода. Такой подарок судьбы упускать я просто права не имел. Ответил ему Роджер: - Все зависит от того, чего именно ты хотел добиться. Зачем тебе делать нас своими врагами? - Я бы наоборот хотел вас своими друзьями видеть. Надеюсь, этот вариант еще не упущен? - Не нравится нам, когда свою дружбу таким образом навязывают, зло проворчал Малыш.


- Придется стерпеть. Иначе я вспомню, что работаю на Верховного Магистра, а он по крайней мере двоих из вас рад будет увидеть. Меченосца и его ведьму. - И какова альтернатива? - включился в разговор Старый. - Вы работаете на меня, я не вспоминаю о своем служебном долге. Эта акция, например, с Верховным Магистром не согласована. Я действую на свой страх и риск. - И при чем же тут мы? - рискнул наконец вставиться я. Роджер подарил мне неодобрительный взгляд, но смолчал. Хромой улыбнулся: - Хороший вопрос... Такую команду, во-первых, предпочтительно иметь на своей стороне. А во-вторых, мне теперь невыгодно вас просто так отпускать - вы знаете о существовании этой базы, и есть только два способа обеспечить ваше молчание: первый - переманить вас на свою сторону, а второй... вы, наверно, сами догадались. - И ты пойдешь на это? - недоверчиво осведомился Роджер. - А я считал, что мы с тобой друзья. Хромой взмахнул пистолетом: - Слишком много на карту поставлено. Кстати, еще одно соображение: вы теперь мои должники. Мы ведь так договаривались, верно? - С одной стороны так. А с другой - тот фокус, что ты с нами провернул, зачеркивает все. - Ну уж и все... Учти, вы до сих пор живы только благодаря мне - вас не накрыли на четвертом ярусе, затопление пятого произошло не сразу. - Ты хочешь сказать, это благодаря тебе? - А кому же еще? - Я думаю, твой шеф, когда об этом узнает, будет очень недоволен, доверительно сообщил Малыш. Хромой расплылся в улыбке - на сей раз вполне искренней: - Но мы-то ему не скажем? - Вести двойную игру с Чародеем, да еще с Магистром... - проворчал я. - Ох, с огнем играешь... - Ну, не настолько ему хочется вас заполучить, чтоб от моей помощи отказываться... А обмануть можно любого, даже Чародея. Гельда, например, до самого последнего момента ничего не знала. Я посмотрел на Гельду, сидевшую, нахохлившись, как воробей, а она, перехватив мой взгляд, бросила негромко, почти агрессивно: - Ну не просвечивает он!.. Что я поделать могу? Хромой рассмеялся: - Видишь, как все просто... Не просвечиваю. Роджер, разыгрывая свою партию, чуть подался вперед:


- Пусть даже все так... Долги платить я никогда не возражал, но сотрудничать с твоими орлами в коричневой форме просто противно. Давай договоримся о другом способе. Хромой снова сделал неопределенный жест стволом: - Я уже думал об этом... К сожалению, мой план предусматривает участие Секретников. Не всех, конечно, а моей доверенной группы. - Хорошо, - снова вступил Старый.- Но мы хотя бы должны знать, на что идем. А насчет того, что мы про весь этот металлолом распространяться начнем, можешь не тревожиться. У Пришлых и без этого поводов хватит, чтоб нас пришить. На лице Хромого появилось жесткое выражение: - Не надо песен! Я знаю, что стоит в соседней комнате, и мне нужны люди, которые могут этой машиной управлять. Которые знают дальние миры. Мы молча переглянулись. Это уж как-то совсем не смешно получается... Раз Хромому известно, какой ему клад на голову свалился, он челюстей не разожмет. Хромой помолчал, оглядывая наши посеревшие физиономии как мне показалось, с легким сожалением, потом снова заговорил: - Как видите, выбора у меня нет, я и так рискую всем. Если кто-то, тот же Магистр, узнает, что я вышел на эту машину, мне не поздоровится. Если, конечно, он узнает о нем не слишком поздно. Малыш помолчал, что-то взвешивая в уме, потом осведомился самым деловым тоном: - И что же именно от нас требуется? Мы не можем покупать кота в мешке. - Если хочешь нашей поддержки, давай полную информацию о своем... скажем так, проекте, - поддержал Роджер. Хромой откинулся в кресле, почесал дулом висок, потом решился: - Хорошо. Спрашивайте. На некоторое время повисла пауза, потом Роджер все так же неторопливо выговорил: - Начнем издали... Ты знал, что здесь находится машина? - Догадывался. - И отыскать ее без нас никак не мог? - Отыскать-то мог... Только попасть сюда было тяжеловато, сами знаете, что в тоннеле творилось... - А куда он ведет? - изменил направление атаки Малыш. Хромой пожал плечами: - Пока не важно. Со временем я это выясню, а с вашей помощью или нет - зависит только от вас. - Хорошо, - теперь за Хромого взялся Старый. - Но ты вполне мог дождаться пока мы отсюда уйдем.


- И вообще интересно, как ты все это осуществил, - Роджер чуть подался в сторону Хромого. - Ты что, так точно рассчитал, что мы окажемся здесь? И ее арест,- он подбородком указал на Ларико, - тоже твоя работа? Хромой покачал головой: - Нет, к этому я не причастен. Но когда появилась возможность, я ее использовал. Я знал, что вам удалось попасть в Цитадель, что вы будете уходить через глубинные ярусы, а следовательно, была приличная возможность, что вы попадете сюда и воспользуетесь выходом на поверхность. Мне было известно, где он расположен, но, к сожалению, снаружи в него не попасть. Ничего себе - просчитал он... Что б там ни было, башка у него варит очень неплохо. Но Малыш нахмурился: - Ладно, это пока разговор мимо денег. Ты как-то связан с Институтом? - Я о нем слышал. - Ты сам из Пришлых?- в лоб осведомился я, Хромой даже обиделся: - Еще чего! Вообще, наш разговор стал напоминать перекрестный допрос теперь с вопросом влез Старый: - Меня интересует еще и другое: откуда у вас автоматы? Кто рассказал тебе об этой машине? Кто научил пользоваться огнестрельным оружием? - Я в свое время успел побывать в ваших мирах. - Где именно? - Без понятия. - А кто дал тебе оружие? - Инструктор. - А кто он такой? Он из Пришлых? - Да, из Пришлых, но больше я о нем ничего сказать не могу. Моих парней тоже он обучал. - Ты работаешь на него? Пауза. - Нет, сейчас я работаю на себя. - И чего ты лично для себя добиваешься? - требовательно спросил Роджер. - Какой именно выгоды? - Выгоды есть, и немалые. Я согласен с Верховным Магистром первым делом надо раздавить Смуту, обезопасить себя от нашествия с запада, из степей. А вот в средствах мы с ним не сходимся. Я считаю, что для этого нужно оружие. Много оружия. А потом, когда все закончится выгоды будут, если я вообще не окажусь единственной реальной властью.


- Высоко метишь, - не без яду заметил Роджер. - И что по этому поводу твой Инструктор думает? - Я у него не спрашивал. Он уже с полгода, как пропал куда-то. И вы его замените. - Слишком большой риск, - заметил Старый. - Институт тебя рано или поздно выследит, а когда узнают, что ты затеваешь заваруху с оружием, на тебя спустят таких убийц, против которых даже мы с Малышом жидковаты. - А если Даэл дознается, что ты ведешь двойную игру, против тебя поднимут весь Орден,- поддержал я. Хромой тем временем начинал уже тяготиться разговором: - Приходится рисковать... Тут-то и вступаете в игру вы - Чародей и двое Пришлых. - А при чем тут Роджер? - Так уж получилось... И пока нас не раскусили, вы помогаете мне обзавестись оружием посерьезней, чем эти сморкалки. А потом с нами уже будут говорить по-другому. Решайте. Мне нужны люди, которые умеют обращаться с машиной переброса, которые помогут попасть в ваши миры и найти Инструктора. А уж он поможет мне с оружием. - Любой переброс с этой машины тут же зафиксирует Институт, проворчал Старый. - А вот это уже не ваша забота. Мне нужно только ваше согласие. - На такое даже Друг Апачей, покойничек, не пошел бы, - буркнул Малыш. - только средневековых баронов на танках нам еще не хватало... - Сколько у нас времени на обдумывание? - после долгой паузы спросил Старый. - У вас его нет. - А если мы откажемся? - Тогда вам придется погибнуть при попытке к бегству... Но перед этим я разрешу своим парням развлечься с вашими женщинами. Мне это не нравится, но такова жизнь. М-да, перспективочка... Отказаться - значит, всем погибнуть, а согласиться - вляпаться в историю, из которой выйти никак не получится, и вляпаться по самую маковку... Ладно, на первом этапе главное освободить руки, а там уж что-нибудь придумаю. Опять придется актерские способности в ход пускать... Я старательно потупил глаза, якобы в нерешительности, потом вскинул голову: - Хорошо. Выбор у нас, похоже, небогатый, так что деваться некуда. Я согласен помочь тебе, если ты пообещаешь, что не причинишь никакого вреда никому из нас. - А ты с машиной-то обращаться умеешь?


- Если я не устраиваю, ищи другого специалиста, - огрызнулся я. Роджер нахмурился: - Ты хорошо подумал? - Лучше некуда. Если уж лезть в это дерьмо, так кому-то одному. В случае чего вы останетесь в стороне. - Так приступим, - поторопил Хромой. - Со связанными руками я ничего сделать не смогу, это раз. А вовторых, машина повреждена. Во взгляде Старого мелькнул лучик понимания, он тут же пустился подыгрывать мне: - А ты не думал, что когда ты ее починишь, мы станем не нужны? В самом крайнем случае - когда он достанет оружие. Я усмехнулся как можно злее - без всякого труда: - Не думаю... Я Чародей, и двойные игры со мной вести не посоветую. - Со мной тоже,- теперь мы с Хромым буравили друг друга взглядами. наконец я жестко, глядя ему в глаза, отчеканил: - И еще одно. Раз мы с тобой в деле - мы партнеры. Я тебе не какаято секретничья мелочь, которую можно заставить на цырлах бегать, ясно? Убедительный получился штришок - Хромой задумался, потом сообщил: - Хорошо. Когда отладишь машину и пойдет оружие - так и будет. А пока у меня нет причин доверять тебе. - У меня тоже. Хромой улыбнулся одними губами: - У тебя такая причина есть, - и стволом пистолета указал на Гельду. Я вздохнул, словно смирившись с судьбой: - Да, пожалуй, есть. - Ну так что там с машиной? - Насколько я понял, дефекты в системе питания. Сейчас ее хватит только на то, чтобы перебросить одного человека и килограмм тридцать груза. И понадобится кое-какие детали заменить. - Уж не думаешь ли ты, что я тебя за ними отправлю? - А сам-то разберешься? - Ты мне дашь записку, на которой укажешь, что нужно, и отправишь, куда я тебе скажу. Если я не вернусь через три часа - всем вам конец. Сколько времени тебе сейчас понадобится? - Часа полтора, наверно, - я пожал плечами. - Может, больше. Малыш изучал меня с нарочито кислой миной - тоже врубился, что неспроста я тут распинаюсь,- потом осведомился: - Один-то справишься? - Справится, - ответил за меня Хромой. - Двоих вас пускать слишком серьезный риск.


- Придется поплясать, - вздохнул я. - Может, скажешь, чтоб мне руки развязали? - Скажу, - пообещал Хромой, потом обратился к Секретнику за нашими спинами, тому самому, владеющему Силой: - Значит, пойдешь с ним. Держи его на мушке. Если он попробует чародействовать - убей его. Если встанет на площадку под красной лампой - убей его. Если просто заметишь что-то подозрительное - убей его. Я разрешаю. А теперь освободи ему руки. - Мило, - пробурчал я, поднимаясь с пола и разминая затекшие кисти. - Получается, этот твой орел меня за все что угодно пришить может? - Получается, так, - на полном серьезе ответил Хромой. - А теперь вперед и за дело. - Надеюсь, ты понимаешь, на что идешь, - вслед мне тихо произнес Старый. Мы прогрохотали ботинками в соседний зал, я тут же опустился в кресло у пульта, Секретник остановился у входа, привалившись к притолоке, но автомат его по-прежнему был четко направлен мне в живот. Да, не слишком приятная ситуация - ствол, конечно, до сих пор у меня за поясом, но прежде чем я его достану, парень успеет из меня дуршлаг сделать, и то же самое произойдет, если я попробую воспользоваться Силой - на простейший знак времени уходит все же больше, чем на то, чтобы спустить курок. А у меня пока даже четкого плана действий нет... - Ну, приступай, - поторопил Секретник, я повернулся в кресле и в упор уставился на него: - Это кто тут еще понукает? Я без сопливых разберусь, что делать, а ты захлопни хавало и гони табак. Наглый тон сработал безотказно - Секретник, поколебавшись, перебросил мне трубку и кисет. Я неторопливо закурил и подключил экран встроенного компа. Таблица кодов с тех пор, как я ею пользовался ничуть не изменилась. Но вот на Пятерку настраиваться, как того, вероятно, хочет Хромой - с моей стороны было бы просто дико, так что остается мой родной мир. Я, тихо поругиваясь для виду, принялся щелкать переключателями на пульте. То, что они все после этого оказывались в нужном мне положении - разумеется, чистая случайность. Но настройка по кодовой таблице - еще в лучшем случае полдела, существует кроме нее и такая вещь, как локальная настройка, обычно на другую машину, хотя можно обойтись только той, с которой уходишь. Но тут нужны четкие привязки, а где их взять? Пока я об этом размышлял, мне удалось привести в полную боевую негодность блок слежения, благо, особых технических познаний для этого не требуется. Также ко мне в карманы перекочевали из ящичков отвертка и четыре страховочных браслета - до сих пор не понимаю, как они


функционируют, но если что-то стряслось с машиной, то имея на руке такую штучку, моментально возвращаешься к тому месту, с которого перебросился. По крайней мере не застряну "там"... Вообще, даже имей я четкий план действий, слабых мест в нем предостаточно - а вдруг этот Секретник так же, как и Гельда, чует вранье? А вдруг он ловит не только внешние проявления Силы, но и внутренние? А вдруг он знает, что такое электричество? И еще, наверно, с десяток таких "а вдруг?..", от которых зависит моя жизнь. В общем, снова я как дурак бросаюсь грудью на амбразуру, даже не зная, будет ли от этого какой-то толк... Но это все покуда лирика, а как все же быть с локальной привязкой? Если я после переброса окажусь где-нибудь в Антарктиде, толку от этого действительно будет маловато. Даже если меня зашвырнет куда-нибудь в чисто поле в десятке километров от Бурга, тоже приятного мало: судя по тому, что я помню, в моем мире сейчас ночь, да еще, к тому же, зима. То есть, надо мне сверить свое положение с тем, которое я займу, оказавшись "там", а затем сработать по принципу кальки, наложения карт... Вот если б я еще мог это сделать, а то зрительная память у меня далеко не на таком уровне. Все равно что по пачке “Беломора” домой лететь. Стоп, а Юрд на что? Предположим, карт я не помню, имеется в виду, сознательно - но ведь где-то в мозгу они у меня должны отпечататься, и с помощью Юрда я вполне могу их на поверхность извлечь... Только вот проделывать такой фокус на глазах у Секретника - это как-то не концептуально... Я вздохнул и ушился в подсобку, где за тонкой перегородкой басовито гудел генератор. Вообще-то подсобка - слишком громкое название для такого шкафчика, но это уже детали. Секретник со своим автоматом переместился и продолжал держать меня на мушке, а задница моя из дверей все ж торчала, но мне было как-то не до того. Когда из тебя с помощью Силы извлекают нечто, что ты помнишь чисто теоретически, это обычно очень неприятно - все равно что ржавые гвозди из мозгов тащить, так что сам процесс отпечатался у меня в памяти как сплошной кошмар и медленная пытка, но все же дело увенчалось успехом, и данные для локальной настройки я получил. Правда, вид у меня, когда я из подсобки вылез, наверно, был очень уж нехорош - даже Секретник посмотрел на меня с сожалением: - Не напрягайся ты так... Посиди, покури. Я согласно кивнул и мешком повалился в кресло, как бы машинально трогая переключатели. Когда табак дотлел в трубке, машина оказалась к перебросу готова. Теперь остается еще этот придурок с автоматом. Самое скверное - он владеет Силой... Извини, коллега, может, ты и человек неплохой, но избавляться от тебя я буду решительно и беспощадно.


Покурив, я снова полез в подсобку. Так, выводы с генератора здесь. Основная система питания... Ее мы трогать не будем. Рубильник, а что за рубильник... Переключает все это безобразие на... Как раз то, что требуется. Вот она, дублирующая система, от машины, само собой, отцеплена. Вырублено? Вырублено... А то еще не хватало, чтоб меня током шарахнуло. Десять киловольт, шесть ампер. Прилично... Вполне должно хватить. А вот тоже полезнейшая вещь - моток толстой, миллиметра на три, медной проволоки. Мне много не надо, двух с половиной метров вполне хватит. А где у нас фаза? Вот она, родимая... Сейчас будем знакомить коллегу-Чародея с электричеством. Я выругался громко и зло, смаху лягнул что-то железное, чтоб гремело, высунулся из подсобки и гаркнул Секретнику: - Ну что встал, как столб?! Иди быстро, помогай! - А что надо?- он приблизился, по-прежнему держа автомат направленным на меня. Я протянул ему один конец проволоки, второй уже был примотан к клемме генератора. - На, подержи. Только натяни как следует. Секретник взял провод левой рукой, указательный палец правой до сих пор оставался на спусковом крючке. Нехай... Я снова ушился в подсобку: - Натянул? - Ага... - Спокойной ночи, - тихо и зло буркнул я себе под нос, а потом резко рванул рубильник. Крик - короткий, продлившийся меньше секунды, но страшный. Не время внимание обращать - рубильник вверх, машина подключена, до стартовой площадки - полтора прыжка, красная лампочка мигает над головой, пусковой рубильник вниз - и мягкая чернота временного переброса подхватывает меня. Уже погружаясь в нее, продолжаю чувствовать омерзительный запах горелого мяса. ГЛАВА 7 Временной переброс длится довольно долго, но это чисто субъективное ощущение - о каком "долго" может идти речь, когда сам переброс осуществляется во времени?.. Просто некоторое время ты находишься нигде, в сплошной черноте, стискивающей тебя словно кокон, а потом возникаешь где-нибудь в другом месте и чувствуешь себя при этом как хорошенько взболтанная бутылка пива - полное ощущение, что из тебя туча пузырьков выходит. Я лично после такого соображаю плоховато. Зато в самом процессе мозги более-менее нормально действуют, чем я и воспользовался, чтобы хоть как-то наметить варианты дальнейших действий. Насчет ребят я не слишком беспокоился - того же Малыша вполне хватит, чтоб залечить Хромого, будто со мной произошел


несчастный случай. А вот что я буду делать оказавшись в Бурге - это вопрос... Для начала надо бы достать оружие, желательно - что-то не меньше АКМ-а, а так же подрядить себе в помощь пару-тройку крепких ребят. Ладно, с теми, кого принято именовать "криминальными структурами" у меня кой-какие связиш��и остались, но ведь вот в чем проблема: если я заявлюсь к кому бы то ни было в столь гнусном виде, с расквашенной мордой и с порога заору, что мне нужно оружие и поддержка в параллельном мире, меня сразу в дурку сдадут. Даже Доктор Хэш с его сумеречным воображением и склонностью к тяжеловесным мистификациям, и тот решит, что я просто кукласа обхавался сверх всякой меры. А собственно, на кой мне нужен Доктор Хэш? С оружием он никак не связан. А надобен мне человек, который воспримет эту историю нормально и согласится помочь, да еще и найдет нечто стреляющее. В таком случае единственной подходящей кандидатурой из моих знакомых является... я. Все ж таки переброс действует на мозги - когда я представил себе, как заявлюсь к двойнику посередь ночи, возможно даже сняв его с очередной бабы, какая у него при этом будет рожа, и как он будет врать что-то наподобие того, что я его пропавший брат-близнец, меня начало разбирать какое-то нервное, почти истерическое хи-хи. Сначала я пытался противиться этому, но потом сдался и захохотал, и чем дольше я ржал, тем сильней меня разбирало, так что материализовавшись, я греготал уже почти до слез, громко и весело. Наконец я что-то сообразил и открыл глаза. И тут же обнаружил, что нахожусь в комнате, судя по всему, общажной, и при этом сижу с ногами на столе. Свет оказался выключен, а рядом с кроватью стояли, испуганно глядя на меня, парнишка с девчонкой, обоим лет по восемнадцать. Оба были раздеты и явно собирались лечь. Глядя на их озадаченные физиономии, я вообще зашелся от хохота, а потом только сообразил, что мое здесь присутствие в общем-то неуместно, кое-как прижал ладонь к сердцу в качестве извинения - ни словечка произнести не мог - и выкатился в дверь. Правда, расстояние я четко определить не смог - врезался в нее с разгону, всем корпусом. Открывалась она, к сожалению, внутрь, и сделана была, как и все общажные двери на фу-фу, так что в коридоре я оказался вместе с ней. Хохоча во всю глотку, я скатился по лестнице с третьего этажа, бабкавахтерша проводила меня диким взглядом, что еще прибавило мне веселости, и я выскочил на улицу. Я пробежал в соседний дворик, за гаражи, там повалился на занесенную снегом лавочку и дал себе волю. Я ржал, как идиот, представляя себя на месте того парнишки - только я когото соблазнил, раздел и уже было собрался - и тут откуда ни возьмись появляется на столе этакая волосатая и бородатая чума, причем хохочет диким голосом, потом выносит к чертям собачьим дверь и исчезает где-то


в ночи. Да, в Бурге мне суждено войти в легенду... Справиться с собой я не мог долго, сначала я пытался переключиться и подумать, что мне отчаянно повезло, но тут же снова срубался ржать. Более-менее отсмеявшись, я набрал пригоршню снега, растер им разгоряченное лицо, вторую пригоршню сожрал - от смеха глотка пересохла. А теперь стоит подумать, чем я, собственно, займусь дальше. Выяснилось, что мне и в самом деле сказочно повезло - и дворик и общага мне знакомы, и до мастерской не так уж и далеко - где-то с километр. Хотя это еще если двойник живет по моему прежнему адресу... Вот номер-то будет, если его из мастерской за что-то выперли! Ладно, в любом случае у меня он первый на очереди... Только по пути дворами надо будет держаться и избегать освещенных улиц - вид у меня, прямо скажем, развратный - морда разбита, шмотки кровью забрызганы, так что первый встречный патруль мной заинтересуется. Документов у меня, понятно, никаких, а за поясом - пушка, затевать же перестрелку с ментами совсем не в моих интересах. Весь путь до мастерской - минут двадцать - я пробежал достаточно бодрой трусцой, так что замерзнуть не успел, но когда я вбежал в темный, без малейших признаков фонарей, проулок, уши у меня просто отваливались. Дышать я старался через нос - только воспаления легких мне для полного счастья не хватало! А сам дом, в котором находилась мастерская, остался на прежнем месте, и таким же облупленным, каким я его запомнил. Я взлетел по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж и принялся барабанить в дверь мастерской. Да, вот если двойника попросту нет дома, совсем красиво получится! Не могу ж я тут до утра торчать... Когда я, потеряв уже всякую надежду, смаху лягнул обитую чем-то вроде мешковины дверь, изнутри раздался очень недовольный голос (мой голос!): - Кого там еще принесло? - Открывай, Ордынцев. Это Ордынцев. Дверь распахнулась, и я заморгал от яркого света, а проморгавшись, обнаружил, что дубль-я стоит, отвесив челюсть, и смотрит на меня, как на привидение. - Что, не ждал? - я криво усмехнулся. Двойник пожал плечами: - Да как сказать... - Ты один? - Один. - Может, зайти пригласишь? - против моей воли вопрос прозвучал довольно резко. Дубль-я отодвинулся: - Ну заходи уж, раз пришел... - и попытался улыбнуться. Я вошел в жарко натопленную мастерскую, в одну из двух крошечных комнаток, и прикрыл за собой дверь:


- Слушай, я, дело тут к тебе на тысячу долларов. Отношения потом выясним, мне б тебя кое о чем подрасспросить очень хотелось... А сейчас мне нужна помощь. - Ты в бегах? - Как обычно... Только возвращаться бегом надо, там, в Преисподней вообще черт-те что творится. - А по-человечески? - Малыша и Старого помнишь? - Само собой! - Ну так вот, их, Ларико и еще двух людей Секретники зацапали, так что вытаскивать надо спешно. - Ч-черт... - двойник запустил лапу в волосы, потом справился с собой и деловито осведомился: - И какая помощь тебя интересует? - Во-первых, парочка-другая крепких ребят, умеющих с оружием обходиться и таких, которые нас за психов не примут. Оплата - золотом. - Оплата, оплата... - проворчал дубль-я, вскинул голову.- Я тебя в качестве подмоги устрою, двойничок? Ох, не блефует ли? Маза такова, что он может оказаться не то андроидом, не то агентом Дэна. Хотя нет, не похоже. Что я - себя не знаю?.. - Вот будет Секретничкам мозги напрячь, когда два одинаковых трупа найдут, - мрачно усмехнулся я. - А чо у тебя с оружием? - Какое ни есть... Два ножа, топорик, монтировка... - М-да, жидковато против пяти стволов. - Стволо-ов?! - рука двойника, потянувшаяся к карману испачканной краской клетчатой рубашки, замерла на полпути. - Слушай, двойничок, а ты ничего не перепутал? Откуда вдруг стволы у Секретников? - А я почем знаю? Просто такой вот любопытный факт: они вооружены автоматами. - Дела... - протянул дубль-я, все-таки вытянул из кармана свой (когда-то мой) неизменный "Беломор", повалился в кресло и протянул руку за спичками, я дал ему прикурить от знака Огня: - Ну так как? Сколь реально раздобыть нечто стреляющее, желательно автоматическое, причем быстро? - Реально-то реально,- проворчал двойник, потянулся, взял с подоконника часы. - Так, без пятнадцати четыре, а раньше шести никого из этой братии не достанешь... Да ты сам помнить должен. Я пристукнул кулаком по колену: - И больше - никаких вариантов? А то шлепнут ребят, пока я тут прохлаждаюсь, и где я тогда окажусь? Дубль-я сказал, где, потом осведомился с плохо скрытой тревогой: - И что, все так серьезно?


- Да уж, куда серьезней... Иначе я б не рискнул сюда соваться. - А ты-то как свалил? - Да так... Пришлось кой-кого поджарить, - я вкратце, опуская подробности, поведал о драке в Цитадели и под ней. Мой рассказ произвел впечатление - двойник даже курить забыл. А у меня появилось время сообразить, что возможно и даже скорее всего версия с несчастным случаем прокатила, ведь не совсем же дураки мои друзья, в случае чего Хромому голову заморочить сумеют. Тем паче, для него наилучший вариант - убедить их работать на себя, а мое преждевременное появление, да еще без оружия и серьезного прикрытия, может очень осложнить дело. Так что, закончив рассказ, я осведомился: - Ты как, Дэна видишь? - Редко. - Обо мне он ничего не рассказывал? - Рассказал, что ты Чародеем заделался. - И все? - И все. - Странно даже как-то... Дай-ка папиросочку... Спасибо. Так вот, он в последнее время обожает распускать обо мне всяческие интереснейшие слухи, в связи с чем я б хотел с тобой посоветоваться. Ну так как, я, кто ж из нас все-таки андроид? Или синтетическая личность? - Та-ак... - двойник чуть приподнялся из кресла. - А ну-ка, с этого момента подробней. Я, опять же в предельно сокращенном варианте поведал о наставлениях Дэна Малышу и Старому на мой счет. Двойник встал, прошелся по комнате, отшвырнул погасшую папиросу, выругался и пробормотал: - Нет, но на этот раз он сам себя превзошел! А ты, значит, полагаешь, что нас с тобой специально местами поменяли, чтоб внедрить меня в человечье общество, так? - Нет дыма без огня, двойничок. - Нет, говоришь, двойничок?.. - его глаза чуть сузились, он закатал левый рукав и показал мне длинный и тонкий беловатый рубец от кисти до локтя. - А у тебя? Я продемонстрировал свой рубец со словами: - Это еще ничего не доказывает, физически мы вполне идентичны. - Не доказывает, говоришь? А помнишь, как ты его заработал? - А ты? - А вот и слушай, - и двойник пустился в обстоятельный рассказ о своем (моем, то есть) путешествии на заброшенный чердак вместе с Костылем и Шурой Толстым, где я в свое время предплечье и располосовал (и как еще вены целы остались, после того, как я по битому стеклу проехался!)


- ...А было мне тогда, как ты должен помнить, одиннадцать лет, закончил дубль-я и пристально на меня посмотрел. - Так что теперь насчет дыма и огня, двойничок? - Не знаю, что и думать, - несколько ошалев, пробормотал я. Слушай, а какой смысл Дэну распускать про меня заведомую дезу, причем такую, расколоть которую - делать нечего? - Это уж ты у него спроси... Ты ж его знаешь, вечно нежданный и загадочный, как ворона из анекдота. - Ладно. Кстати, на всякий пожарный напоминаю: если он на твоем горизонте возникнет, ты меня не видел. - Понял... Да, история душевная, без поллитра не разберешься. - А у тебя что - есть? - Обижаешь, двойничок, - дубль-я нагнулся к тумбочке, выудил поллитровку водки. - Я три дня держался, работал. Но раз уж пошла такая пьянка... Кстати, если хочешь - горячая вода сегодня в кои-то веки пошла, можешь помыться. А ведь точно - я на себя в этих подвалах грязюки всякой нацеплял просто ворох! Я издал боевой клич племени слонопасов, моментом сбросил с себя шмотки и запрыгнул в низкую напольную раковину. Мыло и горячая вода - что может быть прекрасней?! Я фыркал и плескался под краном, дубль-я, развалившись в кресле, покуривал, а на тумбочке уже имел место порезанный хлеб, а так же открытая бутылка и стаканы. Двойник откровенно разглядывал меня - вернее, дырки в моей шкуре: - Да, двойничок, отметин у тебя, я смотрю, теперь побольше моего. - А, ерунда. Короткий меч, пара арбалетных стрел, пара ножевых колотых, зубы оборотня... А на закуску - автоматный приклад. И все за последние два месяца. Как тебе? - Впечатляет... А что за побрякушку ты на себе таскаешь? Она какаято непростая? - Сам ты как побрякушка! Я без этой штуки не Чародей, но задница, слепая и глухая,- я выбрался наконец из раковины и, растираясь несвежим полотенцем, осведомился самым светским тоном: - Раковски, кстати, как поживает? Дубль-я помрачнел, отвернулся к темному окну и коротко бросил: - Раковски не поживает. - То есть? - я, придерживая полотенце на бедрах, подошел почти вплотную.- Он что - погиб? - А ты не знаешь? - Где? На Югране? Двойник молча кивнул. А вот это уже чем-то нехорошим пахнет... - И что тебе об этом известно? Конкретней, пожалуйста. - Ничего мне об этом неизвестно.


- Слушай, двойничок, не надо песен, я их уже наслушался. Что я - не знаю, какая у меня рожа, когда я вру? Выкладывай, не обманывай сам себя. - Ну уж блефовать-то ты первым начал... Хотел показать, что все помнишь, да? - Ага, значит и об этом ты знаешь? Отлично. Колись. - Есть вещи, которых тебе бы лучше не знать. - Так-так-так...- я прошелся по комнате.- По твоему поведению я заключаю, есть большая вероятность, что Раковски по моей вине погиб, так? Снова молчаливый кивок. - И об этом ты от Дэна услышал? - От него. Я отшвырнул полотенце, врезал кулаком по ладони и обложил Дэна всеми известными мне гнусными ругательствами, а так же теми, что изобрел на ходу. Потом заметил, что дубль-я удивленно на меня смотрит: - Ты чего это, а? - Да просто этот... - я опять вклеил сочный эпитет, - с тех пор, как начал на меня охоту, уже пару убийств на меня подвесил. Узнаю характерный почерк. - Ты хочешь сказать, он наврал? Я мрачно проворчал, натягивая штаны: - А вот тут на сто процентов не уверен - Югран мне затерли прочно. А что ты об этом знаешь? - Только то, что Дэн рассказывал. А что за охота на тебя? Впервые слышу... - Ну так еще бы... Дэн мог предполагать, что тебе сей факт не слишком понравится. И еще, просвети, не дай дураком помереть - что за история с Ларико вышла? Зачем ты ее-то туда закинул? - Просто так получилось, что она на местную агентуру вышла, институтскую. И, соответственно, могла их рассекретить, меня в том числе. - Это тебе, конечно же, Дэн подкинул? - Вечно ты его во всех смертных грехах обвиняешь... Ему приказали для этого меня задействовать. - Кто? - Институт. - Насчет агентуры, конечно, туфта полная... А вот ты почему на это пошел? - Дэну я обязан достаточно многим, слишком долго мы с ним в одной упряжке работали, - дубль-я плеснул в стаканы пальца на три. - Ну что, двойничок, за встречу?


- За встречу, - я осушил свой стакан. - Слушай, двойничок, я что-то никак врубиться не могу: тебе, вроде, про меня должны были как по трафарету расписать, какой я оказался сволочью - и тут заявляюсь я, смываясь от институтского хвоста, а ты мне сразу предлагаешь себя в качестве подмоги. - А чего тут понимать, - дубль-я тоже выпил, закусил хлебом.Просто я себя в последние два года чувствовал последним засранцем... Ведь по идее, на твоем месте я должен был быть. А потом,- он усмехнулся,- уничтожение Секретников с автоматами тоже входит в институтскую компетенцию. Мы молча посидели, покурили, двойник налил еще понемногу: - Слушай, я, у нас еще почти час в запасе. Хочешь глянуть, что я за время твоего отсутствия натворил? - Валяй, - проворчал я без особого энтузиазма. Дубль-я снял с полки объемистую папку: - Графика, - и перебросил ее мне на колени, пристроился рядом. Я углубился в работы, но минут через пять почувствовал разочарование.. Нет, не в работах дело, работы-то классные, это я понимаю, но только каким-то дальним уголком сознания, теперь прочно запертым. Я бы мог такие вещи делать, но сейчас мне на них неинтересно даже смотреть. Дело во мне. Изменился я. Внезапно мой взгляд упал на косой осколок зеркала у противоположной стены. Да, то, что я изменился - не слова. Теперь нас с двойником просто спутать невозможно, и дело тут не в том, что волосы и борода у меня длиннее и выгорели на солнце, не в моем жестком загаре и даже не в здоровенной ссадине на лбу. Из зеркала пристально, с прищуром, уставился на меня средневековый воин-Чародей - угрюмый, жесткий, беспощадный, в углах рта залегли две глубокие складки, даже усы не скрывают, глаза смотрят сурово и подозрительно, скулы вдвое сильней заострились. Нехорошее у меня личико, прямо скажем. Серый брат какой-то... - Что, двойничок, налюбоваться не можешь? - Я б на твоем месте тоже посмотрел. Очень, знаешь ли, любопытное зрелище. Двойник молча смотрел в зеркало - минуту, не меньше, потом повернулся ко мне и негромко, но как-то непривычно серьезно проговорил: - Да, двойничок, здорово тебя обработали... Такое ощущение, что между нами теперь лет пять разницы. - Пять... А пятьсот не хочешь? - я зло усмехнулся. - Готово, ко всему привык. Сейчас мне только в музее и место. Или в Преисподней... - Не знаю, почему так, - негромко, пристально глядя на меня, сказал дубль-я. - Я вот не смог в Преисподней притерпеться.


- Слушай, я, - теперь в моем голосе, опять же против моей воли, зазвучала почти мольба, - но мы же с тобой идентичны до последней молекулы! Какая-то причина должна же быть у всего этого? - Причина... Причина может быть та, что у тебя оказались способности для работы в И-группе. - Что за И-группа? Ничего такого не помню. - Интуитики. Исследователи. Ищейки. Особое подразделение, которое в Институте использовали. Для разведки в основном. Связано со всякой паранормальщиной и прочими радостями. - Вот оно что... - я откинулся в кресле и потер подбородок. Смотреть, значит, и анализировать... Но чародейству там, вроде, не учили. - Насколько я знаю, нет, - дубль-я заглянул в пачку. - Вот гадство, курево кончилось... Слушай, еще минут сорок у нас есть, так я смотаюсь, куплю, а потом и попробуем подробней перетолковать. Под пули я лезть согласен, но вот отказывать себе в мелких радостях... - Где ты сейчас купишь? - Да тут ларек ночной за углом. А что это ты так вскинулся? - Почем я знаю, может, ты сейчас из ближайшего автомата Дэну позвонишь? - Ты, двойничок, не забывай, мы с тобой один и тот же человек. Вопрос на засыпку: ты бы побежал звонить? - Резонно. - Ну то-то же, - двойник уже напялил длинное серое пальто и шапочку-"пидорку". - Так, капуста, вроде, есть. - Давай я схожу? А то как-то мне неспокойно. - Ладно, не компрометируй меня в глазах торгашей... - он вышел, прикрыв за собой дверь. Я откинулся в кресле, плеснул в свой стакан на палец водки, покрутил его в ладонях, поставил. Все, вроде, нормально, но ощущение какое-то нездоровое. И идет по нарастающей. Через Юрд. Проходит несколько долгих, бесконечно долгих секунд, прежде чем я понимаю опасность. Угрожает не мне. Ч-черт, только этого сейчас не хватало! Подхватываю с пола пистолет, еще какое-то время вожусь с замком. Наконец удается открыть, через три ступеньки бегу вниз по лестнице, на ходу сдвигая предохранитель и взводя курок, вылетаю на улицу, морозный воздух обжигает легкие... И тут же вижу двойника - засунув руки в карманы, чешет по улице но сделать что-то не успеваю, в глаза бьют остлепительные фары. Сощурившись, вижу, как из-за угла, из-за недостроенной кирпичной коробки, выворачивает на двух колесах огромный грузовик. Все это кажется нестерпимо медленным, как в кошмарном сне, что-то внутри обрывается, остается только ледяная пустота, как со стороны слышу чейто пронзительный, животный крик. В горле саднит. Это я кричу... Дубль-я


оборачивается, отскакивает назад, в ярком, неживом каком-то свете фар на долю секунды вижу его (мое?) искаженное страхом лицо, потом фары накрывают, грузовик сворачивает на встречную полосу, глухой, мокрый какой-то удар - и в воздухе мелькает нечто, полностью лишенное сходства с человеком, нелепо растопырившая руки и ноги тряпичная кукла... И еще до того, как она ударилась о дорогу, грузовик тормозит так резко, что его разворачивает бортом ко мне, из кабины соскакивают двое, подбегают к тому, на земле, у одного в руках что-то негромко хлопает - раз, другой... И тут я наконец-то вспоминаю про ствол, вскидываю его обеими руками, выкрикивая что-то бессвязное, давлю на спусковой крючок. Первая пуля разносит боковое стекло в кабине, вторая бросает одного из выскочивших на подножку, а я продолжаю яростно и бессильно нажимать спусковой крючок, ответный выстрел проходит как-то мимо моего сознания, только по щеке хлещет, обжигая, кирпичная крошка, отбитая пулей... Двое заскакивают обратно в кабину, один из них странно скособочен; грузовик резко, только полсекунды пробуксовав толстыми шинами, рвет с места, исчезает где-то за поворотом, в черноте улиц. Бегу к беспорядочно раскинувшемуся на земле телу, судорожно сжимая в руке бесполезный теперь пистолет, и еще не добежав, знаю уже, что он мертв не может живой человек так лежать. Мне остается каких-то метров пять, я пока еще не осознал того склизкого, черно-сизого в холодном свете звезд, между шапкой и воротником - и в этот момент меня подхватывает знакомый уже черный вихрь временного переброса. Через какое-то время я вернусь обратно на институтскую базу, в подвал Цитадели. Вернусь безоружным, с одним только разряженным пистолетом. Пусть. Я могу убивать и без оружия, а других желаний у меня не осталось. И не осталось никаких чувств, только ледяная бешеная ярость. Пусть попробуют до меня добраться. Кое-кого я с собой прихвачу... Возникаю на стартовой площадке машины уже без всяких следов эйфории, собранный, как стальная пружина, движимый только яростью. К драке готов. Но кругом по-прежнему темно. Чувствую где-то слева чужую Силу. Знакомую. Поворачиваюсь, чтобы нанести удар, но уже знаю, что мне с ней не совладать - и меня останавливает такой знакомый, ворчливый и лязгающий голос: - Меченосец? Наконец-то! Ждешь тебя, ждешь... Поворачивайся! - Учитель?! - Тише ты, болван! Хочешь, чтоб кто-то знал, что я здесь? - он выворачивает из темноты с факелом в руке, в неярком пляшущем освещении вижу пульт - вернее, то, что от него осталось - судя по всему, после нескольких хороших ударов топором. На пульте ничком лежит Секретник, вместо затылка - что-то темное и текущее. - Где остальные? Мои? - Наверху. Их моим ударом слегка зацепило. Ничего, оклемаются.


- Хельмберт? - Захватил. Живей, живей! Хромой ушел... Да что ты копаешься?! Странно, голос Грентвига, несмотря на резкость тона, как-то успокаивает... Бегу следом за ним по длинному коридору, потом - винтовая лестница завивается куда-то вверх, оттуда падает дневной свет, вначале неяркий и сероватый, потом - ослепительный. Выбираемся через узкий лаз в распахнутый погреб, попутно отмечаю еще два безжизненных тела у дальней стены, четыре деревянных ступеньки - и мы в какой-то хибаре с заколоченными окнами, а оттуда наружу. У полуразвалившегося крыльца - пять коней, уже оседланных, бока их лоснятся от пота. Видно, скачка была тяжелая. И седоков было пять. Сейчас, кроме Грентвига, вижу только двоих - коней удерживает и успокаивает какой-то вьюноша бледный, владеющий Силой, но без Камня, явный Учителев адепт. А под деревом с абсолютно невозмутимой рожей сидит какой-то старикан в пятнистом плаще следопыта и сосредоточенно полирует лезвие короткого меча, одного из двух, имеющихся при нем. Завидев нас, он повернул голову и проворчал: - А еще медленней нельзя? Не хватает только, чтоб меня здесь увидели... Официально я в Гэлфосте с поручением короны. И тут же вижу ребят - лежат рядочком на траве, вид бледноватый, но явно не покойники. Гельда - та вообще уже сидит, смотрит на меня несколько ошалело. Хотя она ж ведьма, какой-то иммунитет к ударам Силой должен быть... - Живей! - снова рявкает на меня Грентвиг. - Нам еще подальше отсюда убраться надо и погоню со следа сбить. Женщину, - он кивком показывает на Ларико, - возьмешь к себе на седло. Ясно? Отвечаю кивком, наклоняюсь над Ларико, обрывком веревки аккуратно связываю ей руки впереди, подсаживаю в седло. Она все еще без сознания. Учитель оборачивается к Гельде: - В седле усидишь, ведьма? Старикан под деревом, забросив в ножны меч, оборачивается к нам, лица пока не могу разглядеть, только громадный хрящеватый нос: - Давайте поторопимся, а? А то меня тут каждая собака знает. - Собака - может быть... - я поворачиваюсь к нему, он отмахивается: - Успеем познакомиться, остряк. Все готовы? Вскакиваю в седло, продеваю голову через руки Ларико, хрященосый старец берет к себе на лошадь РОджера, вьюноша бледный Старого, Учитель - Малыша. Еще вижу, что Гельда тоже уже в седле. - Поехали! И начинается бешеная скачка.


Странно, я не заметил, как скачка меня увлекла. Внутри - до сих пор вакуум, звенящая пустота, но боли от утраты пока еще нет. Я знаю, она придет позднее, а пока - тугая земля звенит под копытами коней, ветер бьет в лицо, отдувает назад волосы, высушивает пот на лбу, и я лечу, слегка привстав на стременах. Временами вижу своих спутников угрюмые лица, летящие по ветру волосы и плащи - и как-то отстраненно понимаю, что в этом заключена какая-то дикая и суровая красота. И нет пока ничего, кроме ветра, земли под копытами, да яростного солнца, слепящего глаза. И поднимается несмотря ни на что откуда-то из глубины цыганское злое веселье. Лучший способ выбросить лишние мысли из головы - заняться делом. Так чо я им и занялся, благо, на то, чтоб в седле держаться, сил много не уходило. Но выяснился такой любопытный момент: оказывается, временной переброс напрочь сбивает с Камня ориентировку по сторонам света. Для себя-то мне ее восстановить - раз плюнуть,, но на Камне она просто необходима, так что я всю дорогу занимался тем, что отстраивал Юрда, а потому не сразу заметил, что скачем мы, собственно, уже по лесу - до меня это окончательно дошло только тогда, когда Грентвиг резко осадил вставшего на дыбы коня и пронзительно свистнул - никогда не думал, что Магистры так свистеть умеют. Из зарослей, откуда-то слева, тут же выскочил, отбрасывая с лица пятнистую повязку, парнишка лет четырнадцати, я чуть с седла не свалился: - Виган?! Тебя ж на Забытом убили! - Вранье, - отреагировал он, потом обернулся к Учителю, ожидая приказаний. Тот соскочил с седла, аккуратно сгрузил на землю Малыша, повернулся к Вигану: - Значит, так. Берешь этих лошадей, и насколько их хватит, жмешь до второй подставы. По дороге путай следы. Виган кивнул, отмахнул рукой, из кустов высыпалось еще три сопляка, быстро подхватили наших лошадей, попрыгали в седла, гикнули, свистнули - и как сдуло. Юноша бледный тоже с ними ускакал. Учитель прошелся, разминая ноги: - Теперь можем несколько минут отдохнуть и вашими ранами подзаняться. Я склонился над лежащей на земле Ларико, пошарил у пояса в поисках кинжала, поднял глаза: - Нож есть? Грентвиг, естественно, в своем репертуаре: вынул из ножен на поясе длинный кинжал, продемонстрировал его мне, а потом резким, почти неуловимым движением метнул его в меня. Да, уж в этом старому ящеру не откажешь - бросок у него великолепный, я едва успел затормозить и поймать лезвие сантиметрах в тридцати от своего горла, а поймав, поблагодарил, как того требует этикет, невозмутимо:


- Спасибо. - Видишь? - Грентвиг повернулся к хрященосому старцу. - Реакция у него отличная. - Знавал я Чародеев, у которых она и получше, - проворчал тот. Я разрезал веревку на руках Ларико, отошел в сторонку и уселся под деревом. Тут есть специалисты получше меня в том, чо касается приведения людей в нормальное состояние... Гельда устроилась рядышком со мной, я обнял ее, зарылся лицом в грязные и всклокоченные, но все равно такие родные волосы. Через некоторое время она высвободилась: - Что случилось, Мик? - Ничего не случилось, маленький. - Мик, я же знаю, меня не обманешь... Что-то случилось. Нехорошее. Угораздило ж найти подругу, от которой ничего не скроешь... Я горько усмехнулся: - Случилось то, что меня опять убили. - Но ты ведь здесь, живой! - Это олько кажется... На самом деле я лежу на цинковом соле, и надо мной судмедэксперты колдуют. Хрященосый, кажется, впервые проявил ко мне интерес: - Так, а вот это и в самом деле может неплохо получиться... - Уши,- многозначительно пробормотал Грентвиг, наклонившийся над Малышом. Тот уже начал потихоньку приходить в себя, попытался приподняться: - ПРиветствую тебя, Магистр... - Ладно, рыжий, без чинов,- взмахом руки остановил его Учитель, а потом повернулся к Гельде: - Эй, ведьма! Раны лечить умеешь? ГЛАВА 8 ...Итак я сижу с трубкой и кружкой пива, отмывшийся и даже слегка отдохнувший. Мне удалось урвать где-то часа полтора сна, пока Учитель решал какие-то свои проблемы, а потом он разбудил меня для разговора, и разговор этот, похоже, сейчас начнется. Во всяком случае, вид у Грентвига, ящера старого, многообещающий: внимательно разглядывает меня, поигрывая, по своему обыкновению, маленьким серебряным кинжальчиком. Тут же присутствует и хрященосый дед, который с Учителем на пару вытащил нас из подвалов Цитадели и лап Секретников, но этот сидит с таким видом, словно его больше всего интересует пиво в кружке. Странный дед, и одет как-то не по-нашему, чересчур уж богато... А сидим мы в одной из комнатешек мизерного замка, куда нас привел Учитель этим утром, и я до сих пор не понял, кому же он, собственно, принадлежит. Пытался выспросить у местной прислуги, но


все до противного неразговорчивы, и ни одной женщины на весь замок, кроме Гельды и Ларико. Опять же, странно... - Ну, Меченосец, ты готов? - Да, Учитель, - я отставил кружку. Грентвиг улыбнулся мне так ласково, что я внутренне содрогнулся: - Ничего, можешь пить. Если, конечно, не боишься поперхнуться, он поднялся, прошелся по комнате кошачьей своей походкой... И тут я чуть в самом деле не поперхнулся: в самый неожиданный момент он резко повернулся ко мне, выставив обвиняющий перст как дуло пистолета, и гаркнул: - Ты кретин, Меченосец! - на некоторое время он умолк, очевидно, для того, чтоб я проникся столь ценной информацией, а затем начал разгром, подчеркивая узловые моменты резким движением пальца: - Ты, кажется, считаешь, что я учил тебя - запретными способами, заметь - только для того, чтоб ты напросился на отлучение?! - он не спрашивал. Он обличал. - Ты считаешь, что знание о том, как вызывать нежить - кстати, этого достаточно, чтоб тебя сжечь! - дано тебе только для того, чтоб хвастать перед дикарями?! А еще ты думаешь, что если у тебя ума не хватило с самой обычной бруксой справиться, ты можешь использовать Алый знак. Ты полагаешь, что меч - да не какой-нибудь, а Хельмберт, добывая который, я рисковал головой - у тебя только для того, чтобы рубить головы ублюдкам-Секретникам? В общем, ты возомнил, что если спутался с ведьмой и трахнул колдунью со Свинцового, то теперь можешь все. На самом деле ты не можешь ни хрена. Пускать носом пузыри и гадить в углах - вот твои возможности на данный момент. Он замолчал так же внезапно, как и начал и уставился на меня, словно ожидая возражений. Будто я не знаю, что он их терпеть не может... да и возражать особо нечего. Но судя по этой выволочке, он о моих делах неплохо осведомлен. И тем не менее, я ему понадобился. Зачем, интересно? Он ведь, даже в носу ковыряя, преследует какие-то свои тайные цели. К тому же, раз он вставляет мне такой пистон при человеке постороннем, значит... Значит, этот человек не совсем посторонний. Грентвиг, кажется, угадал мои мысли, кивнул в сторону носатого: - Кстати, познакомься: это верховный хранитель имперской печати. Я было поднялся, чтоб приветствовать хранителя по всей форме, но тот только отмахнулся: - Без чинов. Зови меня Лэрд, так будет проще. Мне, во всяком случае. Я ограничился кивком и снова повернулся к Учителю, ожидая продолжения обвинительного монолога, но он, видимо, решил, что покуда с меня хватит, и проворчал:


- Но вот если ты считаешь, что я шел на конфликт с Верховным Магистром только для того, чтоб наставить на путь истинный идиотаученика, ты крупно ошибаешься. Похоже, идиот-ученик зачем-то понадобился? - рискнул предположить я, Грентвиг, звероящер старый, не то хрюкнул, не то усмехнулся: - Поразительно! И как ты додумался? - Сам только что сказал... - Да. И если б я в Ордене оставался, я б первым тебя сцапал. Вот это номер! Оказывается, Грентвиг не в Ордене!.. А он, заметив, как у меня отвалилась челюсть, ухмыльнулся: - Именно. Меня, Магистра, выгнали из Ордена. Это - одна из причин, по которым ты здесь. Вот теперь все это становится весьма забавным. Получается, Учитель ведет какую-то личную игру с императором, иначе зачем бы здесь этот Лэрд? Грентвиг прошелся по комнате, снова уселся, покручивая в пальцах кинжал. Повисло молчание, слышно было только жужжание одинокой мухи, разрывающейся между тягой к свободе и желанием во что бы то ни стало утопиться в пиве. Я решил терпеливо ждать продолжения и тоже помалкивал, наблюдая за танцем пылинок в красном луче витража. Учитель наконец обратил внимание - на муху, сделал движение, словно перечеркивая ее пальцем в воздухе. Жужжание умолкло, и он повернулся ко мне: - Итак, я не в Ордене, но от дел, как видишь, не отошел. - А что Даэл? Верховный, в смысле? - Потому я тебя и вытащил таким способом, что у меня с ним не сказать, чтоб любовь до гробовой доски. Твои похождения мне известны. Это я приставил к тебе эльфа. Вы ведь с ним даже братались, я не ошибся? - а ведь старый звероящер сдал за последнее время... Такое ощущение, что у него горб подрос. Но на Силе его это никак не отразилось, и взгляд тот же - два отточенных стилета. Я все ж рискнул вставить: - Находил меня через эльфа Даэл. - Ты не забывай, он Чародей не тебе чета, и знает имя твоего Камня... Так о чем мы? Ах, да! От границы тебя вели мои люди, и до подвалов Цитадели я тебя проследил, а вот куда ты потом девался? - В другой мир. - Так что там насчет того, что тебя там убили? - неожиданно врезался в разговор Лэрд. Вот тут меня и прорвало - я рассказал обо всем: и о том, как появился здесь, и о моей затертой памяти, и о гибели двойника... Когда я закончил, Лэрд глянул на Грентвига:


- Знаешь, он в самом деле может подойти... - Для чего? - поинтересовался я. Учитель сурово зыркнул на меня: - Будет война, Меченосец. И не сегодня-завтра. - Догадываюсь. - Ну вот и слушай. И я принялся слушать, а Учитель - рассказывать. Меня, честно говоря, на протяжении рассказа несколько раз тянуло со стула свалиться - совсем непохожий взгляд на орденскую хронику. Если опустить подробности и рассказы о геройских подвигах, то сводилось дело к следующему: возник Орден не четыре-пять сотен лет назад, а куда как раньше, существовал полулегально и был ну вот совсем не похож на тот, который я знаю. Тогда он представлял из себя нечто вроде профсоюза борцов с нечистью, с которым церкви так или иначе приходилось мириться, и входили в него все, кто в этой самой борьбе участвовал: Чародеи, Маги, Клан Ведающих и еще черта с рогами... В те легендарные времена еще существовала парочка мастеров по Камням, но это искусство уже забывалось. Тогда и произошел раскол Ордена, а точнее, появилось Серое Братство - вернее, заявило права на самостоятельность. Серые изначально тоже были бойцами Ордена, и у их команды с истреблением нежити дело обстояло едва ли не лучше всего, но загвоздка оказалась в методах: Серые практиковали ликантропию и сами, фактически, становились оборотнями – по крайней мере, психологически. Орден это дело просек довольно поздно, а когда все ж просек - попытался устроить Братству ночь длинных ножей, но, как обычно, с опозданием, затея эта с треском провалилась и более того - именно после этой неудачи и началась та хваленая чародейская междоусобица, ныне известная как Великая Напасть. Братство к тому времени окрепло, хоть было и не слишком многочисленно, и даже обзавелось своим собственным «цеховым знаком» - золотой пластиной с мчащимся волком, да еще к тому же прочно закрепилось на Северном Архипелаге. Война с переменным успехом длилась около сотни лет, но Серых сгубило то, что они имели глупость заключить союз с эльфами, и в результате, естественно, чего-то с ними не поделили. Орден к тому времени догадался наконец плюнуть на внутренние распри, порешив, что уж если пропадут - так все. В общем, Братство оказалось полностью выбито с материковых территорий и окопалось на островах, куда даже соединенные орденские силы сунуться побоялись. Далее, само собой, было смутное время, разброд между союзниками и воскрешение всех старых обид. Чародеи в результате зажили своей жизнью, Маги - те вообще ушли в подполье, часть ведунов, отколовшись от своего Клана, засела в Побережных топях, часть рассосалась по свету...


Естественно, все это сопровождалось бурным выяснением отношений, в результате чего на коне оказался Орден в нынешнем своем виде. Дальше было около двухсот лет относительного спокойствия, Братство носу не казало с Архипелага, но и в свои дела нос совать не давало. И вот сравнительно недавно это шаткое равновесие опять нарушилось: Серые объявились на материке. Еще более интересно другое: одновременно с появлением Серого Братства в Диких Землях там возникло нечто вроде кочевой империи, союз полудиких племен. Племена эти в рекордно короткие сроки захватили сравнительно развитые страны к западу от себя, пополнили войска, переняли технические новинки и в данный момент вся эта орда была готова к тому, чтоб повернуть на 180 градусов и сделать визит в Империю. Но даже и это не самое интересное. Просто этот кочевой союз именовал себя не иначе, как Союз Волка - и оттуда же, из Западной степи, потоком валила нежить. В общем-то, вялотекущая война уже началась отряды кочевников периодически переваливали через хребет Пограничный, условный водораздел между Дикими землями и так называемым цивилизованным миром. И тут обнаружилась следующая неприятность, а именно: во главе кочевых отрядов стоял не кто-нибудь, а северяне с Архипелага, признанные спецы в военном деле, и некоторые - как я понял, очень многие - носили знак Братства. О Союзе Волка пока главным образом было известно то, что возглавляет его некто Воденвирт - фигура непонятная и довольно страшненькая... Тут я перебил Учителя: - Стоп, это ж один из претендентов в Имперской смуте? Лэрд расхохотался: - Претендент, говоришь?.. Учись: этот везде успевает, и шансы унего, скажу тебе, есть... Рассказывай дальше, Грент. - Разрешаете? Ну, так и быть... - и Учитель продолжил. Итак, именно угроза нашествия и толкнула Орден к поиску союза с имперской короной, она же привела к усилению охоты на ведьм - без кавычек. Даэл вполне справедливо считал, что Смута в таких условиях недопустима, что надо собрать все силы в кулак. Он пригрозил лишить орденской поддержки всякого, кто отпадет от Империи... но того же Глорхауза, например, это ничуть не испугало, что наталкивает на определенные мысли: а не поддерживает ли его Клан Ведающих или, господи упаси, Братство? В общем, Даэлу вполне было, от чего голову потерять, и тут вдруг мощно заявила о своем существовании третья сила - некая Лига Мастеров. Возникла эта Лига недавно - лет с полсотни назад, авторами и исполнителями сего проекта, само собой, были Чародеи, и некоторое время Лига существовала нелегально - этакий орден внутри Ордена. Основой возникновения, как ни странно, явилась масса запретов, которые


накладывал на своих адептов Орден, до сих пор напуганный призраком Великой Напасти и считавший основой своих действий контроль - один дело делает, двое за ним присматривают, чтоб, не дай бог, в методах за грань не вышел... Лига же делала ставку не на жесткость структуры, скорей наоборот, тех рамок, которые Орден ставит, не признавала. К тому же Лига выступила за подход более этичный: с проблемами чародейскими надо разбираться без вмешательства военной мощи, жесткая вертикальная структура себя исчерпала... И потому тут боевой единицей считались не отряд, не тройка, а каждый Мастер в отдельности. Достигалось это за счет высочайшего профессионализма Мастеров, которые пользовались не только чародейством, но и методами Клана, и даже магией. Кстати, в отличие от Ордена, в Лигу допускались и женщины - и, по словам Грентвига, неплохо себя зарекомендовали... И тут у меня едва челюсть не вывихнулась: оказывается, Грентвиг, плюс ко всем своим достоинствам, является еще и Главным Мастером этой самой Лиги! Естественно, ушлый Даэл об этом пронюхал, и на открытый конфликт не пошел - Лигу давить не ко времени, не говоря уж о том, что опасно. Вместо этого он вызвал Грентвига на разговор - как я понял, вполне корректный - и предложил ему оставить Орден, но союз между ним и Лигой сохранить. В результате шишки пришли к соглашению, что на особо ответственные задания, дабы не путаться друг у дружки под ногами и не лупить союзников, назначаются и орденцы и мастера, причем действовать они должны совместно. Ну тут, понятно, доминировали Мастера... И тут я снова вклинился с проверкой своих соображений: - Особые задания - это вроде поставок оружия гоблинам? Учитель повернулся к Лэрду: - Говорил я тебе, из него толк выйдет! Уже и об этом пронюхал. - Откуда, кстати? - насторожился тот. - Да так, старый агентурный навык… Учитель, я все понял, кроме одного: Лига, Братство, Орден - это все здорово, но какое я к этому отношение имею? - Видишь... - Грентвиг помедлил. - В Лиге состоят только те, кто уже показал себя на задании. - То есть, мне предлагается держать туда экзамен? - В некотором роде. Выживешь - станешь Мастером. - А меня, опять же, и не спрашивают... А вдруг я этот экзамен на Мастера держать не хочу? Может, мне уже надоело, что мне показывают очередную великую цель и говорят: «Вперед, и борись!»? Я уже ожидал от Учителя порции ругательств за свой демарш, но он отреагировал неожиданно спокойно: воткнул в стол свой кинжальчик и заявил, глядя мне в глаза:


- А кто тебя неволит? Если не желаешь - иди на все четыре стороны, никто держать не станет... Только Хельмберт оставь, я как-никак в Колдовскую Пустошь за ним мотался. И тут до меня наконец дошло: Елы-палы, для меня-то вопрос стоит следующим образом: Чародей я, черт возьми, или дерьма драконьего кусок? И какие уж тут, провалиться бы, великие цели? А что до высокой политики, так я, похоже, в нее уже вляпался. Так что решил я, что я всетаки Чародей, черт возьми, и быть волком-одиночкой - это не для меня, и промямлил: - Ну, пусть так... Но для чего понадобился именно я? Учитель выдернул из стола кинжальчик, провернул его в пальцах: - Ты не самый сильный Чародей, причем далеко не самый. По боевым качествам очень многим уступаешь. Но у тебя есть одна особенность: ты умеешь принимать решения - как в том случае, когда со своей ведьмой смылся... Решение, конечно, глупое, но нестандартное. - Это еще не причина. - Ладно, Лэрд, растолкуй ему... С делами Пришлых лучше разбираться самим Пришлым. - Не понял? Лэрд поднялся - невысокий, грузноватый, но подвижный, что твоя ртуть: - Есть такое мнение, что этот Воденвирт из Пришлых. - Уже кое-что. Он любовно погладил свое хрящеватое страшилище: - Мало того. Есть основания предполагать, что этот самый Воденвирт имеет вполне реальный выход на машину временного переброса и, как следствие, на поставки оружия в этот мир. И оружие это идет из миров Приграничья. - Из Приграничья...- раздумчиво повторил я, и тут меня как током ударило, я уставился, выпучив глаза, на Лэрда: - И ты тоже?! И как я не догадался! - Хорош бы я был, если б ты догадался... А про Институт ты красиво излагал, даже я заслушался. - Ты еще и из Института?! - А откуда? Ладно, поскольку ты от этого предприятия каких-то выгод хотел, вот что я тебе скажу: пока ты на задании, наша агентура тебя не тронет, и твоих орлов я по мере возможности постараюсь с крючка снять. При условии, что они с тобой пойдут. - Я за них не решаю... А что там с Даэлом? Он ведь тоже Пришлый, да к тому же готовит какую-то акцию против здешней агентуры. - Не знаю, не знаю... Сдается мне, вы с ним просто друг друга не поняли. - И из-за этого такая охота?


- Ладно, попробую об этом справки навести. На уровне частного расследования. - И на том спасибо... Справки справками, а все ж какое у меня, конкретно, задание? Пока я понял одно: идти предстоит в Западную степь. - Верно,- Учитель отхлебнул из кружки. - И цель похода?.. - Разведка. Возможно, боем. - Что ж я там такое должен разведать? - Для начала - кто такой этот Воденвирт - Пришлый или обычный северянин. Силой он явно владеет, кочевники за него - в огонь и в воду... Так вот, выясни, насколько он ей владеет и до какой степени связан с Братством. Лэрд уточнил: - А так же постарайся узнать, связан ли он с Институтом и если да, то как, и откуда идет оружие. - А если получится - убей его, - спокойно докончил Грентвиг. Забавно, забавно... Это что ж получается - в свое время я неплохо котировался как агент, и мне предлагается опробовать себя в амплуа террориста? А ведь попытка-то уже явно не первая... - Сколько у меня шансов остаться в живых? - Один из пяти. - Значит, четверо уже на этом гробанулись? Хранитель печати усмехнулся углом рта: - А ты, пожалуй, прав, Грент. Из него толк выйти может. - В одном случае из пяти, - рассеянно уточнил я. Ох, не стыкуется тут что-то... Чародей я и в самом деле так, средней руки, да и среди институтских можно найти профессионалов покруче, а разведчиктеррорист из меня - как из Малыша гинеколог. - Кстати, Братству я почему-то известен, - напомнил я. - Они хотят, чтоб ты перешел на их сторону, - дополнил Учитель. Так вот, в ходе задания ты и перейдешь. - Они уже хотят меня просто убить, - проинформировал я. Грентвиг кивнул. Уже и об этом знает... И знает, что при самом оптимистичном подсчете шансы мои уменьшаются вдвое. Это при оптимистичном, а при реалистичном они вообще к нулю стремятся. Или измеряются отрицательными величинами. Грентвиг откинулся на спинку кресла: - Ты им известен, и потому-то именно тебя я и отправляю. Так что подумай, Меченосец, крепко подумай. Да, в самом деле есть, о чем подумать. Сдается мне, что целью всей этой акции является не разведка, а отвлечение внимания. Скажем, от тех же поставок оружия гоблинам, и под это дело решили меня зафитилить я в пасть Волков... Или самого главного Волка - Воденвирта. А если я


откажусь? Если я откажусь, меня вполне могут выдать на съедение Ордену или Институту, представитель коего сидит сейчас передо мной. А если и не выдадут, так что ж делать? Бегать от всех и вся и ждать, кто из них до моей шкуры первым доберется, так, что ли? Да и вообще, что это я себя раньше времени хороню? Раз мой дражайший Дэн направо и налево распространяется о том, насколько я крут и не жалеет живота своего и чужого, только б меня достать, значит в те времена, когда мы с ним по лесам с автоматами носились, я чего-то, да стоил? Не помню, конечно, я всего этого, но рефлексы должны бы уцелеть, так что не думать надо, а трясти. - Ладно. Но только все это не распространяется на моих друзей. Тут никакой обязаловки. Судя по всему, я пойду один. И буду благодарен, если их кто-то из вас у себя приютит до моего возвращения. - Не пойдет, - покачал головой Лэрд. - Во-первых, будем говорить откровенно, твое возвращение может и не состояться. Во-вторых, рисковать, снимая с институтского крючка, я могу только ради тех, кто пойдет с тобой. - А ты такой же наглец, - проворчал Учитель. - Будь доволен, что я Даэлу твою ведьму не отдал. Да еще учти, ты идешь в степи с человеком Даэла, и хорошо, если с одним, а он, будь покоен, постарается тебя на обратном пути пристукнуть... Если, конечно, обратный путь будет. Но если орденец случайно не вернется, я на тебя в обиде не буду. А теперь перейдем к деталям... - Вот такая, например, деталь: Орден меня до сих пор по всей Империи разыскивает. - Об этом не беспокойся, - Учитель даже позволил себе улыбнуться почти по-человечески. - Пока ты выполняешь задание Лиги, ни один орденец тебя тронуть не рискнет, а со всем остальным мы будем после войны разбираться. - А вот институтским старайся не попадаться, - остерег Лэрд. - Я, конечно, постараюсь, но мало ли... - Намек понял. Сколько времени на подготовку? - Четыре дня. - А что ж так мало? - А то, что встреча с человеком Верховного уже назначена. - Ладно, проехали. Далее: у меня слишком мало информации. - И хорошо. Если дать больше, в голове у тебя будет каша. - Но мне-то предстоит разбираться с человеком, который, возможно, из Института... - И что ты знаешь об Институте? - вклинился Лэрд. - Этот мадридский двор тебя волновать не должен, все равно за такое короткое время в тамошних отношениях не разберешься.


- Короче, вернешься живым - возможно, что-то узнаешь, - скрепил Учитель. - Я тебя, во всяком случае, жду живым и со сведениями. А теперь все-таки перейдем к деталям... -...Вот такие, братишки-сестренки, пирожки с котятами, - закончил я изложение наших с Учителем и Лэрдом переговоров. Мы вшестером расположились на верхней площадке приземистой угловой башни и курили предоставленные заботливым Лэрдом сигареты, передавая друг другу бутылку с какой-то дрянью, типа виски. - Приглашение к коллективному самоубийству, - Старый устроился на низенькой скамеечке, поджав под себя зачиненную Гельдой ногу.- Ты заметил, что никакой дополнительной информации тебе так и не дали? - Да нет, знаешь, не заметил... - Есть у меня такое нехорошее чувство, что это для того, чтоб из тебя в случае чего как можно меньше выбили, - он передал мне бутылку, словно микрофон, я отхлебнул, вытер губы: - Слушайте, мужики, я ж вас не уговариваю, скорее наоборот... Непонятно, есть ли вообще какие-то шансы живыми из этой заварухи выбраться, - я протянул бутылку Роджеру. - Я-то никак не смогу, - развел он руками. - Меня в Гнезде ребята ждут. - Ну вот и чудно. Сможешь с собой остальных прихватить? - Погоди-ка, - Гельда подалась вперед. - Ты что - один идти собрался? Вообще она последнее время явно чувствует себя не в своей тарелке - ну, это и понятно: приключений как из рога изобилия: тут и Братство, и Секретники, только от них вырвались, как я закрываюсь на три часа с какими-то страшными дядьками, один из которых вообще Магистр Ордена, то есть просто обязан нас на костер отправить, а потом изъявляю желание топать куда-то к черту на рога, причем в одиночку... Я затушил сигарету о каблук: - К тому дело и идет... Не хочу никого на такой риск тащить. Малыш, присев на корточки у стены, сосредоточенно бултыхал жидкость в бутылке, на физиономии его застыло какое-то замысловатое выражение. Он поднял взгляд на меня: - Слушай, если орденцев два или больше, шансов у тебя не остается. Да еще и до этой самой степи как-то добраться надо... Явно игра свеч не стоит. - Извини, отказаться не могу. Вопрос профессиональной этики. - Стало быть, один и пойдешь? Не годится. Одного я тебя просто не пущу. - Рискни. - Так я и собираюсь рискнуть... Пойду с тобой.


- Ты в уме? - В полном. А может, во мне исследователь проснулся? Может, я своими глазами Дикий Запад увидеть хочу? - Ты подумай. - Уже подумал. Девчонок в Гнездо Старый с Роджером доставят, Малыш наконец передал бутылку Ларико - она сидела на широком парапете, упершись ногой в зубец. Старый неожиданно поднялся, прогнулся, разминая спину, усмехнулся невесело: - Эх... Должен же вам, мелюзге, в дороге кто-то сопли утирать. - А ты что - тоже собрался? - А ты что - что-то против имеешь? - Да нет, не то что бы, но... - а что я тут, в самом деле, могу сказать? Начать лицемерно уговаривать не рисковать? Так ребята меня знают, как облупленного, и на роже у меня наверняка написано, что я счастлив, что не один пойду... - Нас, значит, не спрашивают... - подала голос Гельда, единственный в этой компании некурящий и непьющий человек. - Иногда не помешало б спросить, - бросила Ларико. - Может, мы тоже... Мы, разумеется, тут же обрушились на нее в четыре глотки, уверяя, что это работа для мужчин, что они будут обузой, и вообще нам лишние приключения ни к чему... Переждав залп, она махнула рукой: - Вот накинулись... Ладно, не обращайте внимания, - она отвернулась и уставилась куда-то в поля, ветер отдувал назад ее вороную гриву. Потом спросила, не оборачиваясь: - А что за лишние приключения могут быть из-за меня? Я уже открыл было рот, но Старый объяснил все просто и кратко: - Для начала, ни один здравомыслящий кочевник не попытается кого-то из нас изнасиловать. - Если, конечно, Малыш их завлекать не станет, - подхватил я. Малыш на подначку отреагировать не соизволил, только вяло отмахнулся и спросил: - Так где, говоришь, мы с этим орденцем встречаемся? ГЛАВА 9 Я и не подозревал,что четыре дня - это так мало... Все это время почти без остатка ушло на разработку маршрута и сборы, Лэрд пообещался достать какое-то крутое снаряжение и сгинул. Я усиленно намекал ему, что неплохо бы расстараться и добыть что-нибудь огнестрельное для всей группы, но он этих намеков принципиально не замечал, хотя и посулил нам парочку динамитных патронов (только не сказал, куда именно). Альпинистское снаряжение - это, конечно, здорово,


если нам вдруг и вправду придется куда-то в горы лезть, но единственный сколько-нибудь сведущий скалолаз из нас - только Малыш, да и то по его собственным словам. Роджер, Гельда и Ларико ушли на третий день - решили нас не дожидаться, тем паче, нам оказалось не по пути, да и ребята из Гнезда наверняка уже тревожиться начали. Грентвиг в качестве напутствия сказал, что Ордена-то они могут не опасаться, основные силы стянуты к Пограничному, а те, кто Свинцовый прочесывает, слишком заняты, чтоб обратить внимание на какую-то там ведьму. У меня, конечно, по этому поводу до сих пор сердце несколько не на месте, но нет худа без добра: хоть две ночи нормально выспался... А вообще я старался все эти дни ни минуты не сидеть без дела, чтоб не заморочиться на собственных переживаниях. Нас снабдили довольно подробной картой, над которой мы часами просиживали, намечая варианты маршрута. Таковых оказалось только два: перевалить Пограничный и переть напролом через земли нейтральных варваров, или же дать приличный крюк и двигаться через южный Гэлфост, а далее через земли последнего ошметка некогда великой Коренной Империи, неизвестно на чем держащегося царства У, а потом еще и по Великой Реке. Первый вариант отпал довольно быстро - слишком уж неспокойно на Пограничном, ни о каком нейтралитете уже и речи не шло, часть варваров вообще примкнула к Союзу Волка, и теперь к любым пришельцам с востока относились однозначно: пускали в спину отравленную стрелу. А во втором варианте меня смущало то, что Западная степь все же чересчур великовата и найти становище кочевников будет довольно трудно, но тут Грентвиг «успокоил» меня, сказав, что кочевники нас сами найдут. В общем, мы избрали путь через Гэлфост. Казалось бы чего проще, а ведь мы едва не передрались, выбирая его... Поскольку Лэрд смотался, роль радушного хозяина играл Грентвиг, по вечерам мы собирались где-нибудь на башне, попивали пиво и слушали его рассказы. Вот уж чего у старого ящера не отнимешь - рассказчик он великолепный, его слушал, раскрыв пасть, даже такой скептик, как Старый. На наставления Учитель тоже не скупился - помимо того, что он часа по три-четыре в день впихивал в меня дополнительную чародейскую премудрость, да так, что чуть башка не лопалась, он еще как бы между делом сообщил массу любопытных подробностей. Например, такие: в южных землях фактически не осталось регулярных сил Ордена, орденцыСтранники там действуют рука об руку с ведунами, которые уже за Свинцовым не боятся открыто носить знак Клана - кулон с изображением стрелы. В общем, отдыхом такое времяпровождение назвать было тяжко.


Хотя, наверно, к лучшему: мне удалось обмануть себя, отвлечься от мыслей, что меня-второго убили из-за меня. А ведь там еще звучало, что Раковски из-за меня погиб... Интересно, жив ли Роберт?.. К вечеру четвертого дня нарисовался Лэрд и действительно приволок кучу какого-то снаряжения, что-то вроде палатки, да еще и катамаран - пару баллонов из тонкой, но прочной кожи. Сверх того он вывалил еще груду каких-то альпинистских примочек, как-то: километров веревки, всяких молотков, крючочков и колышков непонятного предназначения, еще какой-то ерунды... Я о полезности этого хлама судить не могу, но Малыш накинулся на эту кучу, как коршун, и часа на три выпал из реальности... А меня огорчило только то, что нет обещанного динамита. И вот, с прибытием этого снаряжения разгорелась основная баталия: дело в том, что все это барахло вытягивало центнера на четыре. На лошадях, конечно, можно увезти без проблем, но ведь в чем загвоздка: если нам придется плыть по реке или карабкаться на скалы, лошадей вряд ли удастся с собой прихватить... В общем, каждый настаивал на том, что «вот это надо брать, а эта фигня и на фиг не нужна», после чего нарывался на железный аргумент: «Потащишь сам». После нескольких часов перебранки мы все ж таки кое-что отобрали - с тем расчетом, чтоб в случае чего, без напряга унести на себе. Я при этом так часто вспоминал «Троих в лодке», что просто удивительно, как это меня не побили. Когда наконец все было уложено, Малыш философски заметил: - Самое худшее в любой дороге - это сборы. Я тут же горячо с ним согласился, прибавив, что этот процесс становится особенно невыносимым, когда под ногами путаются всякие альпинисты-недоучки. Малыша особенно обидело выражение: «путаются под ногами»... А последнюю ночь я все ж не спал - не то что б из-за каких-то терзаний, просто никак не мог привыкнуть к изменениям в своем положении. Да еще не давали покоя предположения насчет того, кого из орденцев с нами пошлют и не придется ли его в самом начале грохнуть. Эта мысль у меня настолько отчетливо мелькнула, что самому противно стало. Вот гуманист хренов, наследник классиков... А ведь он, мой обобщенный орденец, наверняка о том же думает... И вот уже утро, мы толчемся во внутреннем дворе замка, последние приготовления к отъезду. Только что я получил последние ЦУ от Учителя, и теперь сосредоточенно затягиваю подпругу на флегматичном мышастом степном коньке. Кто-то трогает меня за плечо. Лэрд. - Вот что, хочу тебя еще кое-чем снабдить, - он вынул из кармана массивный серебряный перстень, протянул мне. - Носи не снимая. Если нарвешься на войска Финдо - он, по слухам, как раз в Гэлфосте - с этим


перстеньком тебе бояться нечего, - больше он ничего объяснять не пожелал, зато Учитель в который уж раз повторил: - Значит, так... Орденец или орденцы ждут вас через три дня пути, на Торианском тракте - это на полпути к Западной цитадели. Там межевой камень приметный есть - на шлем похож. Вы должны сказать, что вы охотники на волков, они вам ответят, что они загонщики. Встречных орденцев, если привяжутся, встречайте той же фразой. Все ясно? - Куда уж яснее... - И еще, Меченосец, в Гэлфосте не носи орденских знаков, но и ведуном не особо притворяйся. Ладно, - оборвал он себя, - поговорили - и будет. Готовы? - Да, Мастер Грентвиг. - Ну так не задерживайтесь! И постарайтесь вернуться живыми. Мы присели перед дорогой, молча докурили, забрались в седла. - До встречи, - напутствовал нас Лэрд, вскинув руку почему-то в рот-фронтовском приветствии. Я, конечно, не великий психолог, но у него на роже написано, что он нас уже похоронил и теперь об этом страшно сожалеет... А Учитель промолчал. Некоторое время он, не мигая, смотрел на меня, потом повернулся и скрылся в дверном проеме. Да, действительно, причин для задержки больше нет... Я тронул поводья, направляя коня к воротам. Гулко прогремел под копытами подъемный мост, позади скрипнула, опускаясь, решетка. Ну вот теперь, хочу я того или нет, для меня начинается новая жизнь, словно все, что было до того, осталось там, отсеченное этой решеткой. Ну и ладно. Посмотрим, какова эта новая жизнь и долго ли она продлится. Ехали мы молча, не торопясь. Как я понял, спешить особенно некуда, к назначенному сроку мы успеваем. Изредка мы перебрасывались вялыми шутками, но все же каждый думал о чем-то своем. Малыш что-то негромко мурлыкал себе под нос, щурился на солнце да периодически незло поругивался. Старый, непроницаемый, как конная статуя, лишь изредка невесело ухмылялся каким-то своим мыслям, а я откровенно глазел по сторонам. Дорога была пуста, солнце слегка припекало, разомлевший от жары лес развалился по сторонам, лениво и басовито гудели рыжие слепни... Три мушкетера, чтоб нам... Старый - помесь Атоса и Арамиса, Малыш - это уж без вопросов, Портос, а я... С моей сибирской рожей не слишком-то я на предприимчивого гасконца смахиваю, но по сюжету все сходится, ежели заменить Лондон Западной степью, а подвески королевы - скальпом Воденвирта. Уже в десятке километров от Лэрдова замка я почувствовал оживление - нас на рысях обогнал конный отряд примерно в сотню клинков, потом мы миновали пару застав с интервалом километра в четыре. На нас никто и внимания не обратил, да и в самом деле, что в нас


примечательного, кроме роста Малыша да моего браслета Странника? Чародей с парой телохранителей... Несколько подпортило настроение дерево у дороги, на толстых узловатых ветвях раскачивались трое повешенных. Да, Империя готовится к войне. И во всем этом некая роль отводится мне. Приманка?.. Не может же Учитель всерьез верить, что мне удастся добраться до Волка-Воденвирта, да еще при этом его убить? Сведения?.. Но для того, чтоб их доставить, надо как минимум вернуться живым. Или опять люди Лиги будут «вести» меня на расстоянии? Хороша роль - исследовательский зонд! Хотя, учитывая специфику моей подготовки в И-группе... Да, это во мне есть, там, в центре подготовки, в нас усиленно и не без успеха вколачивали готовность к выполнению такой функции. И еще всю ту же корпоративную этику: «Вот что я вам должен сказать: вы не просто люди и не просто оперативники, вам предстоит привыкнуть к тому, что с нормальными людьми вам будет довольно тяжело общаться. Люди из обычных бригад, которым, вероятно, предстоит вас сопровождать на те или иные задания, вполне возможно, будут вас избегать и бояться...» А мы, сопляки, это хавали. Стоп-стоп, сударь мой, Ордынцев! Ведь ничего такого я не помнил, а теперь для меня это нечто простое и естественное, как... как обычное воспоминание. И еще помню, что прогноз насчет недоверия почти не подтвердился - конечно, отнеслись к нам настороженно, но это уж как к любым новичкам. А когда они увидели, как наш тандем работает, мы сразу стали своими. Герман в группе был аналитиком, а я... Черт, а я-то кем был? Гадство, не вспоминается... Зато четко помню одно: группой командовал Дэн. Дэн... Во всей котовасии со мной - самая загадочная фигура. А пожалуй, и ключевая. Вот так вдуматься, я его знал до обучения, во время операции (кстати, интересно, я только в югранской операции участвовал? И что это за операция все же была?) он был нашим командиром... А не он ли меня в Институт и пристроил? Кстати, вполне правдоподобно. Наплел с три короба, а то и устроил что-то типа нашего с ним «собеседования» в Нске... кстати, для того, чтоб такие «картинки», как там, показывать, надо как минимум Силой владеть, причем на уровне весьма приличном. И вот теперь ему почему-то очень не хочется, чтоб я продолжал дышать. А учитывая, что несколько лет я числился погибшим... Оч-чень, оч-чень все это интересно. Хотя пока главное - вернуться живым, а с полной уверенностью можно только одно сказать - поймал меня Учитель все на той же старой как мир корпоративной этике: дескать, мы в тельняшках, а потому самые крутые... Но на данный момент главное - уцелеть, а если удастся, тогда, имея прикрытием Лигу, я постараюсь обложить Дэна.


А вот слишком далеко загадывать не стоит. Моделировать свое будущее - дело, конечно, приятное, но тем не менее, абсолютно дохлое. И вообще, хватит с меня и прошлого - и его собираю по крупицам, а то и вовсе высасываю из пальца. Вот поймать бы кого из участников югранской операции - там бы можно было попытаться... Хотя кто с гарантией жив? Герман и Дэн, а Дэн со мной в переговоры вступать не желает, так что остается Герман. Но этого отправили на особо опасное задание, да еще и с человеком Лиги за плечами. А Ардах, каким бы он там хорошим ни был, перед тем, как орденца кинжалом ткнуть, не задумается... В общем, вся надежда на «частное расследование» Лэрда, да и то плоховастенькая надежда - во-первых, ему за это вполне башку оттяпать могут, а во-вторых, с какой стати ему обо мне узнавать, если он меня в покойники зачислил? По сторонам я глазеть давно перестал, следил только за направлением да за дорогой. Малыш и Старый изредка начинали перешучиваться, в том числе и на мой счет, но я в ответ только бормотал что-то невнятное, так что меня оставили в покое, предположив, что со мной творится что-то «мировых масштабов» (Старый). А потом была ночевка, и надо ли упоминать, что именно я оказался часовым? Темнота - время активности всяческой нежити, а ее я чуял в изобилии еще днем, так что для начала мне пришлось шугануть парочку волколаков, а потом остаток ночи никому не давал спать шляющийся вокруг лагеря пересмешник - зверюга, в принципе, не опасная, но шумная, как толпа напившихся рокеров. Эти пересмешники - мастера мимикрии, могут выдать себя за любого самого кровожадного хищника - но тем все и исчерпывается. Так-то оно так, но вот настроение они могут всерьез и надолго попортить, а этот, к тому же, моментально усвоил все выражения, которыми покрыл его Малыш, и вернул их с процентами и на разные голоса. В общем, мы все не выспались. Выразилось это в том, что Малыш матерился чаще обычного, а Старый сделался вдвое ехидней. Но день прошел без всяких приключений, разве что к вечеру мы напоролись на крупный разъезд ловчих из Западной Цитадели. Там, естественно, оказалось несколько моих знакомых, так что для начала нас чуть не линчевали. Но как только я сказал, что мы - охотники на Волков, отношение к нам тут же изменилось, орденцы встали чуть ли не навытяжку и сообщили, что с Загонщиками мы встретимся в назначенном месте, а потом предложили разделить пищу и ночлег. Отказываться мы не стали, но и в эту ночь мне не спалось толком: во-первых, орденцы есть орденцы, а мое отлучение пока еще никто не отменял, а во-вторых возникло какое-то на редкость неприятное ощущение, своего рода предчувствие беды, которая не то вот-вот случится, не то уже случилась. К рассвету я уже чувствовал это прочти физически, до тупой иглы в сердце,


но вот спросить меня в чем тут дело... И удружил же создатель - наделил таким чутьем мою пятую точку! С ребятами я наутро своими ощущениями делиться не стал, в ответ на расспросы либо отмалчивался, либо вяло огрызался, напряженно пытаясь определить, что ж сей сон значит. Да и жара к разговорам не располагала - когда на тебе кроме обычной одежды еще килограммов двадцать железа да кожаный толстый подкольчужник... К вечеру тракт сделался более оживленным - и теперь на нем попадались беженцы из Ториана и западных областей Империи, но из них мне ничего толкового вытянуть не удалось. Потом, уже в сумерках, мы обогнали идущий на запад отряд панцирной пехоты, серой от пыли и усталости. Командир рассказал, что на западной границе творится нечто непонятное, не то мятеж, не то вторжение, на Свинцовом активизировался Финдо. В общем, войска стягиваются со всей Империи, этот отряд переброшен с побережья. Солнце уже беспощадно светило из-за верхушек деревьев прямо в лицо, когда мы за очередным поворотом увидели тот самый похожий на шлем межевой камень, о котором говорил Учитель. У камня этого ошивалось двое всадников, и одного я узнал еще до того, как смог разглядеть его лицо: - Дикс?! Он, похоже, удивился не меньше: - Меченосец?! А его спутник, Силой не владеющий, на удивление времени тратить не стал, просто рванул меч из ножен и рявкнул: - Это мятежники, я их знаю! А того, рыжего, в Столице видел! Ростом этот тип оказался не так уж велик, но компенсировалось это массивностью и шириной плеч - прежде чем такой дурмашине под руку попадаться, стоит подумать. И личико интеллектом не обезображено: боксерский нос, квадратная челюсть... Этот уж точно от обезьяны произошел. Рыцарь без страха и укропа. А он направил коня к нам: - Именем короны, вы арестованы! Малыш со Старым переглянулись, и Малыш лучезарно улыбнулся стражу порядка: - Валяй. Ну нет, до драки доводить дело не стоит... - Спокойней! Мы - охотники на Волков! Дикс тряхнул головой с несколько ошалелым видом: - А мы - загонщики... Я сглотнул слюну. Ну что ж, Дикс - это далеко не худший вариант... Но его краснорожий спутник униматься не собирался: - Это государственные преступники! Я своей властью...


- Поучить его вежливости? - повернулся ко мне Малыш. Я жестом остановил его, поглядел на Дикса: - Слушай, это кто такое? Оно с нами едет? Дикс кивнул сумрачно: - Придан якобы для охраны. - Ты не смеешь! - продолжал кипеть красномордый. - Я - лейтенант Секретной Инквизиции! - Секретник? - теперь и в голосе Старого звякнул металл, глаза нехорошо сузились, он проехал чуть вперед и остановился перед Секретником, как матадор перед быком. Я вклинился между ними: - Брэк! Нашли время! А ты, лейтенант, запомни: во время похода подчиняешься мне... - тот только челюсть выпятил и меча не убрал, и я повернулся к Диксу: - Растолкуй ему, а? - Так и быть...- Дикс подъехал к Секретнику вплотную, взял его за портупею и отчеканил: - Лейтенант Секретной Инквизиции ты у себя в Столице, а здесь ты пока никто. И запомни: во время похода ты выполняешь приказы: мои и Мастера, - он указал на меня. - Все понятно? Тот стал совсем кирпичным: - Так-то оно так... - и нехотя убрал в ножны меч. - Но вот награда за него... - Ладно, о наградах потом поговорим. Тебя, лейтенант, звать-то как? - Форгет, - нехотя ответил тот. - Ну так вот, Форгет, если тебе что-то не нравится - можешь уматывать. Или сиди тихо. Секретник раздулся примерно вдвое и замолчал, а я сменил тему: - Давно нас ждете? - Да нет, часа два. Старый откинул со лба непослушную прядь: - Сегодня вряд ли далеко уедем. Предлагаю заночевать здесь. - Годится, - откликнулся Дикс, соскочил с седла. По роже Секретника было видно, что он лихорадочно подыскивает аргументы против этой подозрительной затеи, но в конце концов он решил замкнуться в гордом молчании. Мы отвели лошадей метров на сто от дороги, развели костер и приступили к обсуждению маршрута. У Дикса наш вариант возражений не вызвал, а Форгет в расчет не принимался, так что к согласию мы пришли быстро, с той, правда, поправкой, что Гэлфост предстоит миновать как можно быстрей - из-за того, что Орден оттуда свои регулярные части вывел, к Чародеям в этой стране отношение подозрительное и корыстное. А потом мы с Диксом поделили вахты и расположились на отдых.


Мне опять выпало караулить первым, так что я завернулся в плащ и с максимальным комфортом расположился на поваленном дереве. Вместо того, чтоб без толку пялить в ночь глаза, я смотрел на тлеющие угли - все равно любого врага почую раньше, чем увижу. Но никакая нежить нас так и не потревожила, хотя у лешаков сейчас гон. Вообще, забавные твари эти лешаки, смахивают на ублюдочных медведей, на открытом пространстве человек с длинным клинком и приличной реакцией справится с любым, по-настоящему они опасны только в лесу, если вы, конечно, не Чародей. Парочка их ошивалась на приличном расстоянии от лагеря, но в честный бой не рвалась. И все б ничего, если б не это проклятое ощущение беды - теперь оно стало послабей, но покоя все равно не давало, ввинчивалось в мозг тупым шурупом. И самое гнусное я знаю, что ничего тут сделать не смогу, что б это предчувствие ни значило. И дело этим не кончилось. Звезды уже начинали меркнуть, когда с запада вдруг потянуло опасностью. Слишком далеко, чтоб определить, но что-то сильное и неприятное, коню понятно. И холодок вдоль хребтины весьма ощутим. Дикс тоже учуял, во всяком случае, вскочил, как встрепанный и уставился на меня. - Тоже засек? Он взялся обеими руками за голову, тряхнул ей, избавляясь от остатков сна, и только после этого ответил: - Угу... - И что ж там такое? - Волк его знает... Далеко. - До нас доберется? - Не должно, вроде. Ладно, накараулился. Ложись, дрыхни. - Ценю твое благородство, - откликнулся я, сосредотачиваясь на важной стратегической задаче - занять место между Малышом и костром. Не успел я завернуться в плащ, как в бок тут же впился какой-то зловредный корень. Я заворочался, устраиваясь поудобней, Малыш немедленно отреагировал, то есть двинул меня локтем в грудь и что-то пробурчал сквозь сон. Я пододвинул под голову мешок - и обнаружил, что спать почти расхотелось. Дикс устроился у костра, любовно пристроив рядом с собой заряженный арбалет, в позе врубелевского Демона. Вообще-то мало в нем демонического, если б не обруч на лбу, не на Чародея бы он походил, просто этакий пастушок с картинки - прямые волосы цвета соломы, курносый нос... - Дикс! - Чего тебе? - он вопросительно вскинул брови.


- Слушай, тебе ведь инструкцию дали, что я в случае чего могу не вернуться, а на тебя в этом самом случае в обиде никто не будет? - Ну? - нахмурился он. - Я к чему клоню: чтоб неясностей не возникло, отложим все разборки до конца операции. Вот на обратном пути, если желание будет, можешь попытаться, а пока будем вместе работать, идет? - Ясное дело, - Дикс подпихнул ногой в костер догорающее полено. - А за своего друга-Секретника ты ручаешься? - Почем я знаю? - теперь он произносил слова не столько голосом, сколько мысленно. - Если что, он и меня исполнить может. - Так ты что, - я тоже перешел на полумысленное общение,- не знаешь, с каким он заданием? - Да что тут знать? Следит, чтоб я к вам не перекинулся. - Слушай...- на языке у меня вертелась фраза: «А может, его это...», но я вовремя осекся. Вот положеньице! В группе - тренированный убийца с неизвестным никому, кроме него заданием, а Дикс на то, чтоб его грохнуть, не пойдет - ему тоже не слишком улыбается в компании трех людей Лиги куда-то там идти. Действовать на свой страх и риск - опять же ненужные осложнения... - Ну, я слушаю, - напомнил о себе Дикс. - Да нет, я так... А там, в Столице, с чего ты решил меня предупредить? Он промолчал. Черт, а спать-то все же хочется... Я пробормотал: - Ну вот и поговорили по душам... - Спокойной ночи, - откликнулся Дикс. ГЛАВА 10 А потом было утро с испорченной погодой, неизменные сухари на завтрак, быстрые сборы и путь по каким-то малопонятным тропам. Секретник к этому времени начал меня просто бесить - так настороженно он следил за каждым моим шагом, отыскивая некие гнусные цели и злой умысел супротив короны. Хорошо хоть, у него блокнота с собой нет... Теперь группу вел Дикс, и надо отдать ему должное, здешние тропы он знал великолепно, так что где-то к вечеру мы добрались до Забытого тракта, причем выехали на него не со стороны сожженной деревни, а вообще непонятно откуда. Мы все хором ворчали и жаловались, что в здешней глуши ни единого трактира не сыщешь, но делать нечего заночевали опять под открытым небом. И опять мне поспать почти не удалось - мало того, что непонятная опасность с северо-запада еще придвинулась, и теперь просто обдавала холодом, так еще и в Зачарованном явно какая-то буча творилась. Дикс тоже места себе не находил, так что наутро в отряде насчитывалось уже два невыспавшихся,


злющих и раздраженных всем, чем только можно, Чародея. Малыш и Старый пытались расшевелить нас какими-то неостроумными шутками, Форгет, мент позорный, конечно же и в этом видел какой-то тайный сговор и хмурился так, что тронутый сединой ежик волос чуть не на глаза ему наползал. В довершение ко всем этим неприятностям, наша попытка сократить елико возможно путь через Гэлфост, обогнув Зачарованный с запада, окончилась полным фиаско. Для начала забастовали лошади - принялись храпеть, упираться и вообще вся��ески выражать свое неодобрение. Знак Двойного Треугольника их успокоил, но Дикс тут же высказался в том смысле, что неплохо бы его и к нам применить - уж очень у нас с ним сердце не лежало продолжать путь по Забытому. То ли там Зачарованный разрастается, то ли что еще, но я понял, что добровольно туда не пойду уж лучше еще разок с Монахами за те же деньги подраться... Масла в огонь полила тишина на тракте - прямо скажем, зловещая. В округе на добрый десяток километров нет ни зверя, ни птицы. И, самое странное, даже нежити не чувствуется, а это уж вообще непонятно. В общем, сказав все, что в таких случаях обычно говорят, мы свернули к востоку, где в сотне-полутора километров нам предстояло перебраться через Свинцовый по единственному в этих краях караванному пути через перевал Волчий - обещающее название, ничего не скажешь... Душу мне согрело только то, что к вечеру, попав под хороший ливень, мы разыскали-таки постоялый двор и переночевали под крышей. Спать, вытянувшись на лавке, просушив одежду, да еще без кольчуги - есть ли наслаждение выше? А на следующий день опять начало припекать, но нас, понятно, это не остановило. Теперь на тракте чувствовалось оживление, во всяком случае, солдатни хватало. И громада Свинцового кряжа оказалась вдруг совсем близко - кажется, только руку протянуть... Но граница на то и граница, что всегда неспокойна - уже смеркалось, когда нам навстречу вывернул из-за поворота большой отряд конных егерей. По количеству пустых седел, по тому, как они сгорбились в седлах, можно определить, не напрягаясь - только что из переделки. Форгет окликнул командира, подъехал к нему. Минут пять они о чем-то беседовали, а наша троица - Малыш, Старый и я - играли в Секретников, то есть подозрительно за ними наблюдали. Наконец, повинуясь команде офицера, отряд тронулся дальше, протрусил мимо нас, не соблюдая и подобия строя - серая угрюмая вереница. Машинально я сосчитал их - сорок три человека, считая командира. Форгет вернулся к нам даже более мрачным, чем обычно.


- Какие новости? - самым светским тоном осведомился Старый. Секретник смерил нас хмурым взглядом, словно прикидывая, можно ли нам столь важные сведения доверить, потом все же решился: - Стычка с Финдо. Это все, что от сотни осталось. - Погоди, - нахмурился Дикс, - стычка-то на Волчьем была? Секретник помотал головой: - В предгорьях. - Ладно, - Старый, успокаивая, потрепал по шее нетерпеливого конька, мастью схожего с Малышом. - А на Волчьем как - чисто? - Там тоже бандиты какие-то появились, - Форгет подарил мне колючий взгляд, явно просчитывая мою причастность к появлению бандитов. Ну нет, так дальше не пойдет... Пусть этот инвалид сыска приставлен за мной надзирать, я ему не мешаю, но работать он у меня при этом будет как миленький. А для этого надобно подбавить в голос металла: - А теперь послушайте, что я вам скажу... - Неужто что-то новое? - невинно изумился Малыш. Я осек его взглядом, показал исподтишка кулак, он на долю секунды скроил удивленную гримасу, но все же заткнулся, и я продолжил: - Прежде всего прошу запомнить: с этого момента мы находимся в опасной зоне. Исходя из этого, па-апрашу забыть, что мы из разных команд. Забыть до конца экспедиции, - кажется, имитировать тон белогвардейского полковника из кино у меня вполне получается... Я продолжил, для внушительности рубя фразы на отдельные, по два-три слова куски: - Далее, поскольку, повторяю, мы в опасной зоне, с этого момента вся группа подчиняется мне, и подчиняется беспрекословно. В случае моего отсутствия командует Дикс. Дикс важно кивнул: - Все так. Ага, он мое верховодство признал... Разовьем успех: - Затем следующее: от успеха нашего предприятия зависит не только судьба Империи, - так… «Остапа понесло»... - но и судьба всего мира, а значит, до конца похода ни один член группы не должен иметь политических убеждений. В частности, если нам понадобится содействие Финдо, прошу всевозможные амбиции спрятать в карман, - я бросил прищуренный взгляд на Секретника. - А если кто-то словом или поступком поставит под удар экспедицию, он ответит перед Лигой и Орденом - а в данном случае передо мной и Диксом - и ответит головой. Все ясно? - я в упор уставился на Секретника и повторил еще жестче: - Все ясно? Форгет бычился и молчал. Ладно, теперь в крайнем случае я его имею полное право списать как бунтовщика...


А он, похоже, этот вариант тоже просчитал, или мой апломб подействовал, во всяком случае, он встал в стременах чуть ли не по стойке смирно и улыбнулся: - Чего ж тут не понять? Чего-чего... Мне, например, никогда загадочную солдофонскую душу не понять. Может, если я этого типа начну строить и муштровать, он вообще расцветет и будет мне до гробовой доски предан. Хотя шут его знает, Даэл бы в экспедицию полного болвана отправлять не стал. И опять же, кто его знает? В конце концов, болван: а) предан короне; б) не задает лишних вопросов, и в) обучен убивать. Ладно, надеюсь, в ближайшую неделю он мне в спину стрелу не всадит. Я вздохнул: - Ну вот и отлично... Поехали. Форгет сразу занял место во главе кавалькады, за ним, болтая о каких-то пустяках, двинулись бок о бок Дикс с Малышом, а Старый подъехал ко мне: - Браво. Речуга в самых кондовых традициях. Ты где так научился? - Люби книгу - источник знаний, дерево. - Все ясно, исхитрился в детстве какой-то устав прочитать, вот он в душу тебе и запал... Кстати об уставах, не нравится мне наш бравый лейтенант. - Целоваться с ним тебя никто не заставляет. Я ж не шутил, нам какникак командой работать. - Я ж не предлагаю его грохать... Он может что-нибудь сломать, например. - Не стоит. Чем черт не шутит, пушечное мясо тоже нужно. А нарвемся как там, в Цитадели? Я ж на ловушки тебя или Малыша не погоню. - Ладно, замнем для ясности. А Дикс? Я его уже где-то видел. - Стирание половых признаков. Память у тебя девичья. В Столице. - Когда тебя всякий недоумок по башке бьет... - начал было Старый, но тут Секретник, подъехав к очередному повороту, резко осадил коня. Малыш поравнялся с ним, тоже на секунду притормозил, а потом ринулся вперед с воплем: - Хей-йо! Драка! Вечно его несет черт-те куда! И останавливать, боюсь поздно... Я довольно сурово воткнул коню шпоры в бока и припустил следом за Малышом, на скаку доставая из ножен Хельмберт. А за поворотом и в самом деле имела место драка: двое в пятнистых плащах и боевых масках теснили к лесу одного в зеленом, явно обороняющегося из последних сил. Один из нападавших повернулся на Малышовский возглас, умело нырнул под удар, рванулся в заросли и пропал, второй попробовал достать напоследок противника и последовал


за первым. Зеленый оперся на меч, как на посох, опустил голову. Волосы его слиплись от крови. Я подскакал, спешился: - Вилли, змей траншейный! Живой! Он устало и невнятно отозвался: - Похоже на то... Чуть подальше, у обочины, лежал ничком еще один человек в пятнистом плаще, еще один, в армейских ботинках и зеленом камзоле, в кустах шиповника. Оба мертвы, сразу ясно. Да и нашего бронепехотинца надолго не хватит... - Дикс, ты, вроде, лечить умеешь? Вы, кстати, должны быть знакомы. - И так знакомы, - буркнул он, соскакивая с седла. Секретник тем временем наклонился над человеком в маске. - Что ты там углядел? - с интересом осведомился Старый, успокаивая лошадь. Форгет сплюнул в траву: - Не из наших... Маски такие в Империи и Гэлфосте вообще не в ходу. Это уже становится забавным... Слышал я, такие маски в ходу только на дальнем Западе, у эльфов, но этот тип что-то на эльфа мало похож... Я снял с лежащего маску. Рожа как рожа, Силой он при жизни явно не обладал. - А вообще из-за чего драка-то? - полюбопытствовал Малыш. - Да кто разберет... Эти, в масках, налетели, не поздоровались даже, сразу за мечи. Гельмута вот убили... - А что это вас так далеко от Гнезда занесло? - внезапно стукнуло мне в башку. - Роджера искали. - Роджера? - насторожился Старый, тоже соскочил с лошади. - Вилли из его команды,- нет, что-то нездоровое творится, это уж будьте покойны... Я в упор посмотрел на Вилли: - Он что - пропал?! - В том-то все и дело... Мы его на подставе ждали, он не появился. Мы к предыдущей дернули - а он оттуда двое суток, как ушел. Старый, Малыш и я ошалело переглянулись. Вот это уже песня... Но что ж такое стрястись могло? Облава?.. - Вот и отпускай их одних, - пробормотал Малыш.- Никуда не денешься, надо искать. - Кого еще? - Дикс, глядя на наши вытянувшиеся рожи, недоуменно хмурился. Форгет - тот что-то хрюкнул и отвернулся. Явно занес в пассив еще одну нашу подозрительную затею... - Не надо искать,- мрачно отозвался Вилли.- Мы его уже нашли.


Вот это опаньки... Я почувствовал пот на лбу, колени обмякли: - Так что с ним стряслось? - Стряслось то, что он убит. Ни единой целой кости, от лица ничего не осталось... - Вилли передернулся. Я с некоторой надеждой спросил: - А может, это не он был? Ты ж сам сказал... Вилли энергично потряс головой, отбрасывая с глаз чуб: - Нет, точно он. У него татуировка была: имя, личный номер, группа крови. Старый перевел дыхание, потер шею, словно ему мешал воротник: - С-слушай... он там один был? - А с кем ему быть? - Было с кем... - Слушайте, - взбунтовался наконец Дикс, - мне-то растолкуйте, в чем дело! - Роджера помнишь? - Ну. Я так понял, он убит. Лешаками. - Верно понял... Ну так вот, с ним две женщины должн�� было идти. Одну, во всяком случае, ты знаешь. Помнишь, мы с Монахами дрались? - Ну. А ты что - искать их собрался? Я вместо ответа пожал плечами, Старый глянул на меня исподлобья, но тоже промолчал. Малыш накрутил бороду на палец: - Ты точно уверен, что он один был? Других трупов не было? - Да я ж говорю тебе... Мы чуть не на километр вокруг все обшарили. А что - ведьма твоя с ним идти должна была? Так меня-то она знает... - Должна была... Когда примерно он был убит? - Дня три назад. Вот оно что... Теперь все сходится, и понятно теперь то ощущение беды, которое мне спать не давало. Значит, лешаки... Стоп, что-то не вяжется... Гельда же любого лешака бы за километр учуяла! Значит, не только лешаки? Форгет что-то бурчал, но я его не слышал. Если связать все это с тем, что я чувствовал... Да, теперь понятно - это был крик о помощи, и оборвался он внезапно. Но если других тел не было, значит, Гельда и Ларико, возможно живы и где-то неподалеку? Нет, Если погиб только Роджер, Гельда дорогу до Гнезда знает прекрасно, и уж на подставу, где Вилли с товарищем сидел, она должна была выйти, а между тем... Это что ж получается?! А получается все просто и гнусно - они погибли или попали в руки Ордена. А то и Братства - те могут управлять лешаками... Кто-то трогает меня за плечо. Малыш: - Что дальше делаем, командир? Слово «командир» возвращает меня к действительности настолько, что я отрывисто бросаю: - Устраиваемся на ночлег.


- А утром? - А утром, - чеканю я каждое слово, - мы идем дальше. Старый внезапно оказывается прямо передо мной, медленно произносит: - То есть как это?! Вот оно - самое тяжелое... Бог даст, никто не узнает, во что мне это обойдется... Продолжаю тем же стальным командирским тоном: - Мы не имеем права отвлекаться. Наш путь - на запад, - и тут замечаю непривычно окаменелое выражение на физиономи Малыша, он холодно глядит на меня, я тут же сбиваюсь с железного тона, начинаю, словно оправдываясь: - Да вы поймите... Будь хоть какой-то шанс их найти - я бы все к черту послал. Дело в том... Я вам говорить не хотел, но я еще три дня назад знал что-то случилось. - И молчал? - Старый смотрит на меня почти с ненавистью. - Я ж не знал, что именно... А потом все затихло. Так что если они живы, то знают, куда идти, а если нет - чем тут поможешь? Старый смотрит мне в глаза, я как-то умудряюсь не отвести взгляда, потом он неожиданно криво улыбается, толкает меня в плечо: - Ладно, не дрейфь... Ничего не поделаешь, пойдем на запад. Малыш? Малыш запускает руку в оранжевую шевелюру: - Ну, если точно никаких шансов... - Точно. Все около двух дней назад затихло. Могу, конечно, пошарить через свой локатор... - Затихло, говоришь? - неожиданно с долей сарказма в голосе прерывает Дикс. - Погоня за нами, третий день уже. Не чуешь? Вот это я расслабился просто непростительно... Теперь холод опасности становится единственной реальностью, до сознания четко доходит напряженная пульсация Юрда у меня на груди. Старый с каким-то хищным выражением на лице смотрит на Дикса: - И кто же это за нами погоняться решил? - Нечисть какая-то, - роняет Дикс, снова поворачивается ко мне. Мы эту дрянь, помнишь, еще три дня назад учуяли. - Да узнал я... И ведь четко нашим следом идет. Дикс поворачивается лицом к мутному закату, зло оскаливается, цедит сквозь зубы: - Как пришитая, стерва... Как раз сегодня нас и догонит, только стемнеет. Чуешь, даже нежить разбежалась? М-да, симптом тревожный. Надо предельно собраться. - А что это может быть? Дикс тяжело переводит дыхание, отвечает тихо, словно нехотя: - Душегуб это может быть.


В голове - словно бесшумный взрыв. Пропасть бы, опять все сходится! И загадочное поведение нежити, и все остальное... Душегуб, ветер-убийца. Мало кто из Чародеев его вблизи видел, а тех, кто после этого жив остался, можно по пальцам сосчитать. Но почему ж он по нашему-то следу идет? Жертву выбрал? Так он разумом даже для этого не обладает... - Говоришь, доберется он до нас сегодня? - Как только стемнеет, - серьезно кивает Дикс. - Тогда вот что... Вилли, знаешь какое-нибудь укрытие, наподобие пещеры, в ближайших горах? - Знаю, а что? - Быстро туда, наготовьте кучу дров, разведите большой огонь - и до утра чтоб носа наружу не казали! Дикс, с этого момента группу ведешь ты. - А ты? - Малыш сосредоточенно поправляет пояс. - А я попробую его задержать. - Один? - резко спрашивает Дикс. - Да один ты его и на пять минут не остановишь! - И что ж ты предлагаешь? Он усмехается: - А я ничего не предлагаю, просто с тобой остаюсь. Да, вдвоем с ним мы, возможно, что-то и скумекаем... - Ладно, пусть так. Вилли, уводи ребят - и до утра. - А утром? - Старый буквально ест нас с Диксом глазами. - Выезжаете к нам навстречу. И либо встретите нас, либо похороните. В последнем случае скажете сами знаете кому, что экспедиция не состоялась. Конец связи. Жмите. - Я тоже остаюсь, - внезапно заявляет Секретник, воинственно выпятив подбородок. - Мечом ты тут ничего не сделаешь, только нам с Диксом мешать будешь. Ну, давайте! Живо, живо! - Ладно, ребята,- Старый собран и решителен, как мушкетерский капитан.- Постарайтесь уцелеть. - Ага... Да не стойте вы! Вся четверка, оказавшись в седлах, орет нам хором: - Счастливо! - Галопом! - напутствую я их, смотрю вслед, пока они на пропадают в вечернем тумане, поворачиваюсь к Диксу: - Душегуб этот... Сам по себе он бы нас преследовать не стал? - Вроде, так, - раздумчиво соглашается Дикс. - Думаешь, навели? - Есть у меня такое нехорошее чувство... Братство могло такое сделать? - Волк его знает...


- Волк-то знает, да нам вряд ли скажет... Хорошенькое начало для похода, а? - Да уж, лучше некуда. - Может, и есть, там видно будет. Нам с тобой, походе, противопоказано вместе путешествовать, обязательно какая-нибудь дрянь подвернется. - Не говори, - усмехается он. - То Монахи, то вот теперь... - Ладно, времени в обрез. Давай-ка к встрече готовиться. Быстро сооружаем из нескольких деревьев завал поперек дороги. Когда придет время, мы его подожжем. Душегуб, как и любая другая нежить, не терпит огня. Впридачу к этому я вычерчиваю на дороге несколько знаков, Дикс смотрит на меня круглыми глазами - магия, для орденца это непонятно. Прошло уже с полчаса, ребята должны были достаточно далеко убраться... Мы с Диксом, присев на поваленное дерево, торопливо курим. Стремительно темнеет, и вместе с темнотой наваливается мокрый и плотный туман, в нем даже собственной протянутой руки не видно. Становится не по-летнему зябко, туман пробирается под одежду, забивается в легкие, прилипает к лицу, как мокрая вата... Поднимаюсь, прячу трубку, разминаюсь: - Ну вот, сейчас начнется... - Не говори,- откликается невидимый за туманом Дикс. - Контакт? - Ага... Быстро состраиваем Силу в унисон друг другу, Хельмберт уже у меня в руках... И тут, словно только этого и дожидался, в лицо ударяет тяжелый ледяной ветер, рвет в клочья туман и уносит эти клочья к горам за спиной, на какой-то момент вижу небо, усыпанное густыми звездами, но мне тут же становится не до них, я уже шкурой чувствую ледяную, сверлящую ярость Душегуба, его неотвратимость... Страх - оружие любой нежити, но каждая насылает свой. И тут чувство такое, словно стоишь на рельсах перед несущимся локомотивом, и отскочить уже нет времени... Не поддаваться, стоит замандражить - и хана! Мы с Диксом, не сговариваясь (нет необходимости, мы в контакте), поджигаем поваленные деревья. Огонь на какое-то время поддерживает и согревает, но завал тут же разлетается, как пук горящей соломы, под яростным напором ветра едва удается устоять на ногах. Наваливается зимний холод, сечет по лицу ледяная крошка, бросаю знак Огня навстречу Душегубу, Дикс поддерживает меня знаком Серебра. Черт, все равно что слону дробинка! Я уже вижу Душегуба - сравнительно небольшой, похожий на черный столб смерч, вычерчиваю Хельмбертом в воздухе знак Отражения, уловив поддержку Дикса. тут же приходит отдача, словно разряд тока через рукоять, тело немеет от холода, а рукоять, кажется, раскалилась докрасна,


и Юрд вот-вот прожжет кольчугу. Но главное сделано - Душегуб потерял свою скорость. Во всяком случае, ребят ему не догнать, а пока мы с Диксом живы - дальше ему не пройти... А Душегуб стремительно меняет форму, разворачивается в кусок черной ткани, окутывает нас, словно плащом. Если сомкнется - все... Я словно слепну, ветер вталкивает в легкие воздух и не дает выдохнуть, опускаюсь на одно колено, через дикую головную боль ставлю стену огня, Дикс помогает мне, но я уже чувствую, что он слабеет, сдает. Огонь гаснет почти сразу, Дикса я теряю где-то в темноте и остаюсь один на один со страхом - с тем страхом, который испытываешь, заблудившись в метели, посреди бескрайнего снежного поля, за сотни километров от ближайшего жилья. И в таких случаях выход только один - лечь, закрыть глаза, заснуть навсегда, свести к минимуму весь ужас агонии... Нет, нельзя! Не спать! Пытаюсь подняться, но закоченевшие ноги не слушаются, мозг заволакивает холодом. Последнее, что успеваю отразить земля под щекой... ГЛАВА 11 Так. Мыслю - значит, существую. Получается, я жив? Во всяком случае, похоже на то. Вот и Юрд у меня на груди, от него разливается по телу тепло - не сказать, чтобы очень, он же не печка, но все же... И еще тепло идет откуда-то справа, попахивает дымом. Костер?! Кто ж его развел? Дикс? Но он еще ран��ше меня упал... И Юрд пытается чтото сказать. Так, эльфы рядом. Несколько. И еще кто-то. Словно в ответ на мои мысли голос в темноте спрашивает: - И что ж теперь с ними делать? Странно, голос вполне человеческий... А отвечает ему рокочущий бас, на западный манер растягивающий слова: - Что-что... Прикончить, чтоб не мучались,- так, это нас с Диксом прикончить собираются. Но вот кто это произнес? Не человек, это понятно. Но и не эльф - эльфы басом не разговаривают... И тут же слышу характерный эльфийский голос - высокий и резкий, почти лишенный интонаций: - Подожди, Топор. Я хочу знать, откуда у ведуна наш знак. Знак Изгнанника. - Этот твой ведун больше на орденца смахивает, - отзывается человеческий голос, по-юношески ломкий. - Он не из Клана - это точно. - Вот и выясним, откуда, - безапелляционно заявляет эльф. Бас неприязненно отзывается: - А чего тут выяснять? Они б с нами церемониться не стали... - Убить всегда успеем, - отзывается эльф. Ладно, пора приходить в себя и как-то выкручиваться.


Открыв глаза, обнаруживаю, что и в самом деле лежу у костра, и ночь уже на излете, вон он, на юге, мой тезка - звездный Меченосец, оперся ногами на врезанный в начинающее светлеть небо перевал... - Один очухался, - сообщает хрипловатый человеческий голос. То, что меня сразу не пристукнули, вселяет определенные надежды... Сил для какого бы то ни было сопротивления все равно нет. Кто-то приподнимает меня, подносит фляжку к губам. Глотаю вино, закашливаюсь, переведя дух, сажусь: - Спасибо. А где Душегуб? - Он ослабел, мы его прогнали, - сообщает эльф. - Почему он вас преследовал? - Спроси у него. - Он с нами шутки шутит, - зло комментирует бас. Поворачиваю голову, чтобы разглядеть его обладателя. Вот черт, и в самом деле не человек! Не далее, как метрах в полутора от меня, сверкая маленькими янтарными глазками, небрежно помахивая тяжеленной секирой, переступал с ноги на ногу здоровенный, чуть не по грудь мне и примерно такой же в ширину, гном. Заросшее почти по самые глаза жесткой, смахивающей на медную проволоку, бородой, плоское лицо словно из дубленой кожи сшито. И не терпится ему со мной разделаться... - Какие тут шутки... Передо мной бесшумно возникает эльф, усаживается на траву, скрестив ноги: - Ты из ведунов? Если отвечу утвердительно - дам повод себя зарубить как откровенного лжеца... - Не совсем. - Интересно, - вступает в разговор тот, с ломким голосом. -Это звучит как «Немного беременна». Кто-то позади меня негромко хихикает, но эльф остается серьезен: - Ты похож на орденца. Но ни один орденец по доброй воле не нацепит на себя эльфийский знак. Ты взял его с боем? Я энергично помотал головой: - Нет. Хельг, или как ты его назвал, Изгнанник, был моим названным братом. - Был? А где он теперь? - Убит с месяц назад. Серое Братство. За Пограничным. Знак - в память о нем, - теперь глаза несколько привыкли к темноте, можно различить сидящих у костра. Не меньше десятка, как минимум, трое эльфов. Гном, похоже, один... И гном этот резко бросил: - Хватит канители, Хертуг! Он служит Ордену, так что враг и ведунам, и эльфам, и гномам.


И что ж я ему так на нервы действую? - Слушай, гном, я не служу никому. От Ордена отлучен, а живого гнома вообще в первый раз вижу. - А мертвых, значит, видеть приходилось? - теперь секира раскачивалась с угрожающей амплитудой, со свистом рассекая воздух в полуметре от моего носа. - В подвале Цитадели. Их крысы сожрали. - Погоди-ка, - обладатель высокого голоса, владеющий Силой, выдвинулся на свет, - так это тебя Верховный Магистр Ордена хотел на костер отправить? Теперь я смог его разглядеть - высокий, курчавый, блондинистый, рожа безусая... Пацан. И Камень у него есть. Послабей моего Юрда, но все же. - Вроде так. - Так-так... - протянул юноша-ведун. - А что ты делаешь в компании орденца? Вы же с ним враги, это из твоих слов выходит... Вот это я попал... Врать опасно - а вдруг этот ведун, как и Гельда, ложь чует? Правду говорить? Нет уж, спасибочки. - В данном случае наши интересы совпадают, мы вместе держим путь на запад. А куда и откуда идете вы? Кому служите? - Никому не служим, - ответил эльф, которого назвали Хертугом. Мы-то идем с запада... Но слова твои темны. Итак, кто ты? Идут с запада... От Волка бегут, вероятно. Или дезертировали от него. Надеюсь, эльфы врать пока не научились... - Я - охотник на Волков, - ответил я гордо, чисто по наитию. - Такой же лжец, как все люди,- буркнул гном, ведун раздраженно бросил: - Легче на поворотах, гном! - Ладно, Йорл, - стушевался тот. - Я тебя в виду не имел. Но этот человек лжет. Опять лажа происходит... С одной стороны, выступать и качать права мало сказать, что опасно, а с другой - оставить без внимания обвинение во лжи значит косвенно с ним согласиться, что тоже опасно. - Лучше б тебе, гном, свои слова назад взять. - Попробуй, заставь, - усмехнулся тот, поудобней ухватившись за рукоять секиры. Так, дело пахнет дуэлью. И шансов у меня, прямо скажем, маловато - о гномах я знаю мало, но то, что они рубаки отчаянные, сомнению не подвергается. А Хертуг, кажется, пропустил перепалку мимо ушей: - Значит, охотник... Ты уже не охотник, а добыча. Меч из Колдовской пустоши, сильный и древний Камень... Волку о тебе много известно. А это уже становится интересным... - Откуда ты знаешь, что ему известно?


- Мы нанимались в его войско. - Нам там не понравилось,- сообщил Йорл-ведун, усаживаясь на траву рядом с Хертугом. - А что - Клан ведающих сейчас на стороне Волка? - Клан, как обычно, на своей стороне. Нам до ваших войн дела нет. Повисла пауза, эльф вопросительно взглянул на ведуна, тот пожал плечами: - Похоже, не врет Чародей... Только непонятно мне, зачем его на запад понесло? - А вот этого я уже сказать не могу. Тайна, - усмехнулся эльф. – У вас, людей, все тайна. Да еще и орденец при тебе. Ладно, так и быть, поверим. Тебя знак Изгнанника спасает. теперь мы в равном положении - нас Волк преследует, как и тебя. - А не хочешь к нам присоединиться? - ведун чуть склонил голову набок. - Что тебе до орденца? - На данном этапе я с ним работаю... А чего ради вы нас вытащили? - Волк его знает, так получилось... Подумай все-таки, Меченосец. Нет, это уже называется дешевой популярностью. - Откуда ты мое имя знаешь? - Я же Ведающий. - Пусть так. Но я все равно на запад идти должен. Да, кстати, вы не встречали тут четверых конных? Они к горам скакали. - Пятерых встречали, - сообщил эльф. - Ладно, Чародей, живи. Мы с тобой еще встретимся, тогда и сочтемся. М-да, на кредиторов мне везет редкостно... Но стиль тем не менее надо выдерживать, чего б это не стоило. - У меня еще дельце к гному. Он меня во лжи обвинил. Эльф заявил безапелляционно, как и любой нормальный эльф: - Он возьмет свои слова назад. Даже при таком освещении видно, как гном потемнел лицом: - Ты что это - за меня решать собрался? - Там, на перевале, ты против не был. И никто,- отрубил Хертуг. - Ну ладно уж, - гном с видимой неохотой засунул секиру в петлю на поясе. Трудновато это формальным извинением считать, но ждать большего от гнома, по-моему, просто дико. - Ладно. Да, Хертуг, насчет тех всадников... Вы с ними нормально разошлись? - Они нас не видели. - А куда ж они поскакали? - Ты и с ними... работаешь? - вскинул брови ведун. - Да. - Лучше тебе не знать, а то Хертугу долг не с кого взыскать будет. - Ты уж пожалуйста скажи.


- Спроси у тех, кто здесь гиблые места знает, где самое гиблое. Там и ищи. - Спасибо за совет. - Сочтемся, - бросил эльф, совершенно неожиданно поднялся и пропал в полутьме, весь остальной отряд точно так же быстро и бесшумно растворился в лесу. Гном задержался на момент - подарить мне суровый взгляд - и тоже испарился, как и не было. Бред какой-то. Подрался с ветром, повстречался с компанией «странников» вроде меня самого, оказался в должниках эльфа... Да еще и Дикс признаков жизни не подает... Хотя нет, вроде дышит. И ох, как мне не по душе эти намеки насчет самого гиблого места! Хотя эльф говорил, что они встретили пятерых, значит, кто-то что-то перепутал... если ребята по дороге никого не подцепили. И надеюсь, хватит у ребят ума на Волчий пока не лезть - раз уж через границу просочился столь большой и разношерстный отряд, орденцы все силы приложат, чтоб ни в ту, ни в другую сторону мышь не проскочила. Причем тут существует добрая традиция: сперва подозрительного типа укокошить, а уж потом постараться выяснить, кем же он все-таки был... Да еще Душегуб этот... Поскольку он вообще даже не нежить, а явление природы, сам бы он за нами не погнался, а значит, его навели. И кто же? Я в чужих методах не знаток, но Чародею такое не под силу. Колдун, буде таковые здесь имеются, со столь значительным расходом Силы расшифровываться не станет. Получается, маги. А то и Братство. Уж если Амрата из стойбища Драконов меня моментом рассекретила, то почему б Волк этого не смог? Вот ни фига себе тайная экспедиция! Не успел за порог выйти, а меня уже поджидают - с хлебом, солью, ножами и вилками. Ну, Грентвиг, ну, старый козел, ну удружил! Он ведь все это наверняка заранее просчитал... Грентвига я толком отматерить не успел - Дикс заворочался, чихнул с треском и сел, ошалело протирая глаза. Где-то через минуту он перестал удивляться тому, что жив, и соизволил обратить внимание на меня: - А где?.. - Что? - осведомился я самым невинным тоном. - Ну этот... Душегуб? Ты что - его отогнал?- он уставился на меня с почти суеверным ужасом. Не буду я его разубеждать. Возможно, это его от некоторых ненужных поступков удержит - типа проверки на прочность моей головы. - Считай что так, - отмахнулся я и принялся набивать трубку, продолжая контролировать его - чисто из любопытства. Он прислушивался некоторое время потом усмехнулся, подтолкнул меня в бок: - Ладно трепать! Эльфы поблизости. - Вот те на! А что ж мы живы тогда? - ехидно спросил я. - Ты ж с эльфом по лесам гулял, не я...


Дикс тяжело перекатился на одно колено, встал, огляделся, сморщил нос: - Вот черти, пожрать нам не оставили... - Тем скорей идти искать их надо... Хотя имеем шанс с ними разминуться. - К перевалу одна дорога... А вот если Душегуб до них добрался, это да... - Он за нами охотился,- я встал не без напряжения, упираясь руками в колени, прогнулся, расправил плечи: - Ну что, собираемся? - А нам есть что собирать? - Логично... В самом деле, только оружие. На Хельмберт никто не позарился это понятно, чародейские приспособы, на кого-то настроенные, довольно опасны и не любят, когда их без спросу кто-то лапает, а вот то, что кошель на поясе остался - это действительно странно. Своего рода кодекс париев, что ли? Они - такие же бродяги, как я... Тоже ведь корпоративная этика, провалиться бы! Поскольку собирать нам и в самом деле было нечего, мы с Диксом почти тут же налегке двинулись по тракту, успели разминуться с егерским разъездом, но никто на нас опять же внимания не обратил - эка невидаль, два Чародея идут! Правда пешие, не в обычае это у них, ну да кто их разберет, Чародеев этих... Дорога уже заметно забирала в гору, и Свинцовый оказался совсем близко - можно было разглядеть сквозь дымку даже снега не громадном пике Меча. Солнце сидело неглубоко в облаках, и от жары страдать не приходилось - с гор довольно ощутимо тянуло холодом. Еще через часок пути нам повстречалась застава, на сей раз пешая, десяток человек во главе с толстым говорливым сержантом, наемником из восточных пределов. Без каких бы то ни было просьб с нашей стороны он поведал нам, что ночью был бой - его сотня выбила кого-то - может, Финдо, может, местных бунтарей - из деревушки в полулиге от тракта, и теперь все, кроме тех, кто по несчастью угадал в патрули, развлекаются там елико возможно, то есть вешают каждого десятого мужчину, а с женщинами обходятся «по законам военного времени». Через пару минут стало окончательно ясно, что остановил он нас не по необходимости, а исключительно из желания поболтать, так что я довольно резко напомнил ему о субординации. Он, похоже, обиделся, но все же изъявил готовность помочь. Нет, никаких четверых, которые скачут к горам, он не видел. Нет, Душегуб тут не объявлялся. На Волчьем, насколько ему, сержанту, известно - большая драка. С кем? А шут его знает, драка, и все тут... В конце концов я махнул на него рукой, и мы с Диксом потопали дальше.


Малыша и компании видно не было, а мне до сих пор не давал покоя ночной разговор с предводителем дезертиров, так что я поминутно сплевывал в пыль и обильно матерился, Дикс от меня не отставал. Но мне почему-то показалось, что ругаемся мы чисто для самоуспокоения, а когда мы добрались до развилка, то есть через пару часов, стало окончательно ясно, что команда наша куда-то влетела. Я сплюнул в очередной раз: - Хотел бы я знать, что там с ними стряслось. - Попробуем подождать? Я кивнул: - Попробуем. Для очистки совести. Тут, к тому же развилок, так что если все в порядке, рискуем с ними разминуться. Дикс тут же уселся у обочины, вытянув ноги, достал трубку и кисет: - А куда они вляпаться могли? Интересный вопрос... Вот теперь имеет смысл поделиться информацией: - По непроверенным данным их вообще в самую задницу занесло. Ты, часом, не знаешь, где тут самое гиблое место? Он резко приподнялся: - Ты что имеешь в виду? - Что имею, то и введу, - огрызнулся я. - Если через пару часов не появятся - надо искать. В самом гиблом месте, где их якобы видели. - Кто видел? - Эльфы-дезертиры. Дикс неожиданно усмехнулся: - Ну, то-то! А то тоже туда же: «Я Душегуба прогнал, я самый великий, я то, я се...»! Против воли усмехнулся и я: - А что я - сразу доложиться должен: эльфы и все такое? Язык на то и дан, чтоб было что за зубами держать. - Ну-ка, погоди,- он поднялся, положил ладонь на рукоять меча и замер, закрыв глаза. Я тоже поднялся, на всякий случай вынув Хельмберт. Да, точно, кто-то неподалеку есть, и этот кто-то приближается, а встречаться с этим кем-то меня не тянет... «Несколько», тут же сообщил Юрд. Да еще, похоже на лошадях. - Не наши ли? Дикс мотнул головой: - Не-а... Какие-то опасные. Конные. - Знаю, что конные...- буркнул я, и тут вдоль спины пополз знакомый любому Чародею холод, на груди тревожно запульсировал Юрд, через секунду он выдал информацию: «Двое владеют Силой. Не Чародеи. Уже близко». Не Чародеи, значит... Уточним:


«Юрд, это люди?» «Почти». «Серые?» «Да!!!» - Дикс тоже это понял, оскалился: - Удрать не успеем. Я тяжело вздохнул: - Опять драться... Ни днем ни ночью покоя нет, надоело. Мы обнажили клинки и встали спиной к спине посреди тракта засада, если это засада - с обеих сторон, это мы оба понимаем... Контакт мы нашли в секунду - и Серые появились тут же, с трех сторон, быстро и бесшумно, словно соткавшись из воздуха, в буро-зеленой маскировке, в боевых масках, с копьями наготове. Шестеро. И главарь аккурат передо мной, самый здоровенный, и взгляд из прорезей маски сказал мне все. Нас эти заразы дожидались, именно нас! Мы замерли на секунду, вожак, чуть покачиваясь в седле, ударил Силой - и нить между мной и Диксом лопнула... Серые с воплем пришпоривают коней, опасно справа, сношу с седла типа, не владеющего Силой, поворот, отбиваю копье, прыжок... Диксу повезло больше, снес двоих... Отскакиваю влево, налетаю плечом на лошадь, легко ухожу от удара палаша - чтоб нанести его, всаднику пришлось перегнуться через лошадиную шею - и тут же теряю равновесие. Откатываюсь, прижав к груди меч, рот набит пылью, согнув колени, поворачиваюсь на бок, копыта поднимают пылевые вихри на расстоянии вытянутой руки, жало копья шириной в ладонь вспарывает воздух сантиметрах в десяти от моей головы. Вскакиваю, на короткий момент вижу Дикса, катающегося по траве, сцепившись со спешенным противником - и поворачиваюсь, выставив меч. Копье противно скребет по наручню, но на этот раз и мне удается ударить - подрубить переднюю ногу одной из лошадей... Снова отскок, пируэт... Оскаленная боевая маска совсем близко, и меч ослепительно блестит, вскидываю Хельмберт, понимая, что этот удар мне не удержать... Но удар у маски почему-то не получается, меч опускается, но слабо и криво, вываливается из руки, всадник, едва не стоптав меня, проносится мимо, обняв лошадиную шею, потихоньку заваливается вбок... Из спины торчит дротик с черным оперением. Из леса - резкий разбойничий свист, пришпоривая черную как сажа лошадь, на тракт вылетает всадник, тоже в маскировке, но желто-зеленой, вороной сшибается грудь в грудь с гнедым, буро-зеленый в маске вылетает из седла, катится... И тракт наполняется топотом, еще не меньше десятка человек в таком же маскировочном прикиде, один уже спешился перерезать глотку бьющейся до сих пор в пыли лошади... Дикс и его противник поднимаются из травы, оба, кажется, невредимы. Всадники тут


же берут нас в кольцо, Силой владеют двое - это я определил уже чисто машинально, так же как и то, что они и меня одного послабей, не говоря уж о нас с Диксом. Так-то оно так, но тут и без чародейства хватит народу, чтоб нас в лапшу порубить. Я перебросил Хельмберт в левую руку, взяв его за клинок, правую вскинул в приветственном жесте: - Мир вам, и благодарю за спасение! - Мир и тебе, - откликнулся тот, первый, соскочил с вороного. Веселая у вас тут компания... В голосе - ничего необычного, глуховатый юношеский басок, ростом этот вояка чуть выше моего плеча, Силой не владеет. Карие глаза поверх желто-зеленой повязки придирчиво оглядели меня с головы до ног, а меч замер напротив моей груди. Некоторое время слышалось только похрупывание песка под копытами нетерпеливо переступающих лошадей, потом предводитель нарушил молчание: - Вы-то двое Чародеи, я вижу... А кто этот ваш друг в маске? - Нам он не друг, - отозвался Дикс. - Он из Братства. - Если он вам нужен - забирайте, - подхватил я. - Мы не в претензии. - Спасибо, воспользуюсь вашим предложением, - неторопливо протянул спешившийся. - Но только вам, Чародеи, лучше тоже с нами ехать - дороги, как видишь... - Боюсь, нам придется твое приглашание отклонить. - Боюсь, мне придется на своем приглашении настоять,- чуть насмешливо откликнулся главарь. Позади меня с легким скрипом завертелся ворот арбалета, и мне сразу стало ясно, что я большой и мягкий. Ладно, будем избегать резкой жестикуляции... Только б Дикс не сорвался! Дикс срываться не собирался - демонстративно поправил орденский обруч на лбу: - Мы, сам видишь, из Ордена, а если у Чародея дела, то эти дела важные... - Вы поедете с нами, - басок зазвучал уже более нетерпеливо. - Мы враги Братству... Я открыл было рот, но главарь остановил меня жестом и продолжил: - Но и с Орденом у нас большой дружбы нет. Так что выбирайте: с нами едете или тут остаетесь воронам на радость. - Э, нет, погоди, - запротестовал я. - Братству, говоришь, вы враги? Я против ни�� и послан, так что давай разбежимся - и мы друг друга не видели. - И что же за дело у тебя? - Ты ж не дурак, сам понимаешь - на дороге об этом не говорят. - Поехали с нами, там и расскажешь.


- С какой это стати? - А жить ты не хочешь? - хрипло осведомился кто-то сзади. Эх, вот это мы влетели! Что, интересно, за ребята? Двое, похоже, из ведунов, а остальные? Дезертиры? Грабители? Малыша бы сюда... - Эге! - главарь вдруг сменил тон, в голосе зазвучали нотки мальчишеской заинтересованности. - Перстенек у тебя интересный, Чародей. Ну, слава богу... Банальный грабеж. - Извини, дорог как память. Может, деньгами возьмешь? Вместо этого он выудил из-под куртки маленький медальон и продемонстрировал мне. Тот же герб, что и на перстне - стрела и ключ... Но парень тут же нахмурился: - Только с перстнем должен быть не орденец. - Главное, спокойней. Я не орденец, а Мастер, - для такого случая себя в звании повысить не мешает. - Теряем время, принц, - напомнил тот, хриплый. - Нас засечь могут. - Принц? - ушам своим не верю... - Твое имя - Финдо? - Так. Только на дороге об этом не говорят. А орденец что - с тобой? - Со мной. Так что не задерживай нас, мы тут четверых товарищей потеряли. - Идешь к перевалу? - Да. - Не советую... Можем поступить так, Мастер, - Финдо подчеркнуто замечал только меня, - Вы с орденцем поедете с нами, если ты за него поручишься, и мы вам поможем, чем скажешь. Звучит заманчиво... Не знаю, что там насчет помощи, но вот с пленным я бы по душам побеседовал... Повернув голову, бросаю Диксу: - Порядок. Едем. Он так и вытаращился: - Как это - едем? - На лошадях, полагаю, - отрезал я. Финдо тут же отдал короткий приказ: - Лошадей Мастеру и орденцу. Глаза не завязывать. - И на том спасибо, - проворчал Дикс, запрыгивая в седло, я забрался на гнедого из-под убитого Волка, пленного тоже взгромоздили на лошадь позади одного из всадников. - Но как ты...- начал я, обращаясь к принцу, тот жестом прервал меня: - Доберемся - поговорим. Я кивнул в знак согласия и пристроился в середину кавалькады.


ГЛАВА 12 Ехали мы быстро и молча, какими-то козьими тропами, часа два с небольшим. Потом передовой всадник привстал в седле и трижды довольно похоже каркнул, в ответ из зарослей в полусотне метров послышалось чириканье, после чего верхушка высоченного дерева заколыхалась как-то уж слишком интенсивно. Сигнализация... И когда тут что-нибудь поновее придумают? Боюсь, нескоро... Я чуть осадил жеребца, рвущегося в галоп - как раз в этот момент мы оказались на гребне каменистого холма, внизу раскинулись серые лагерные шатры, суетились крошечные человеческие фигурки, горело тричетыре бездымных костра. Спуск в долину отнял у нас еще полчаса - по узенькой тропке, чем-то напоминающей серпантин. Кому как, а мне это мало удовольствия доставляет: всю дорогу я старался отвлечься от мыслей о том, что произойдет, если лошадь покатится вниз. Что будет с лошадью - это детали, но вот что от седока останется? Да, уж кем-кем, а альпинистом мне не бывать... Наконец серпантин закончился, и я с облегчением перевел дух. Подбежавшие дозорные, или кто они там, в общем, без повязок на физиономиях, приняли у нас лошадей, Финдо жестом указал на один из костров: - Отдохни малость, Мастер. Сейчас кой-какие распоряжения отдам, а там и поговорим, - он с видимым облегчением откинул с физиономии плотную повязку и оказался темноволосым, загорелым юнцом, лет примерно девятнадцати, обросшим «для солидности» жиденькой и довольно светлой бородкой. И ничего в нем такого уж аристократического или хотя бы примечательного, кроме привычки всеми командовать. И как таких родители отпускают в Смуте участвовать, да еще на главных ролях? Вслух, разумеется, я ничего такого не сказал, только учтиво поклонился - правда, уже в спину принца - и уселся у огня, Дикс последовал моему примеру, нам тут же сунули в руки котелки с чем-то горячим и вкусным ( не успел разобрать, с чем именно - оно кончилось слишком быстро) и по кружке с вином. Мы покончили со жратвой в рекордно короткие сроки и блаженно развалились, набивая трубки, но тут Финдо появился снова. Кольчугу он не снял - ну, это и понятно, пацанское щегольство... А он, продолжая игнорировать Дикса, обратился ко мне: - Ну как, Мастер, ты в состоянии поговорить? Я поднялся: - Вполне, принц. - Отойдем подальше от лишних ушей? - С удовольствием.


Дикс было дернулся отправиться с нами. Не чувствует кое-каких нюансов... - Дикс, отдохни лучше, всю ночь караулил... Он слегка надулся, но все же остался у костра, а мы с Финдо двинулись вниз по склону, потом он присел на кривобокий и замшелый валун. Сесть, что ли, тоже? Хотя кто их, этих особ королевской крови, знает?.. Короче, я остался стоять. Просто на всякий пожарный. - Ну, Мастер, в чем проблема? Мои возможности ограничены, но что могу - сделаю. - Прежде всего, принц, мне надо знать, что творится на Волчьем. - Туда нельзя будет сунуться еще пару дней. - А почему так? - Перевал оседлало с полсотни Волков, да с ними сотни три вояк из Западной степи. Орден и Империя туда большие силы стягивают, так что там будет довольно жарко. Полсотни Волков... Нормально. Нет, увольте, через них мне не прорубиться, будь я в десять раз круче, чем есть. - И откуда они пришли? Через Гэлфост? Финдо усмехнулся совсем по-мальчишески, пожал плечами: - Гэлфост с ними воюет, хоть Орден и лишил Трех Владык поддержки. - Так... Случайно не знаешь, Серые там никого не захватывали? - Я-то не знаю, но может, знает этот... в маске? С ним уже...- он выдержал многозначительную паузу, - работают. - Главное, чтоб не перестарались. Мы, Чародеи, сам знаешь, в любой момент можем себя убить. Если ты не против, я с ним сам поговорю. - Ладно, поговори, - он поднялся и двинулся обратно к лагерю, я потопал за ним. Похоже, предстоит кого-то допрашивать - и довольно некорректными методами. Ну, тут на карте не только моя жизнь, но и Малыша, и Старого, а возможно, еще и Гельды, так что меня никакой моралью и этикой тут не остановишь! Какого лешего?! Мы подошли к одному из шатров, врытому чуть не на полметра в землю, Финдо спустился по ступенькам и откинул полог. Когда глаза привыкли к полумраку, я разглядел приземистого грузного человека, склонившегося над чем-то бесформенным. Финдо осведомился чуть нервно: - Что, молчит? Усатый повернулся, вытянулся и ответил тем хриплым и пропитым голосом, который я слышал на тракте: - Молчит... - Он хоть живой? - осведомился я. Усатый, похоже, обиделся вздернул усы, выпятил челюсть.


- Давай на него посмотрим. Усатый вздернул за шиворот на ноги человека со связанными за спиной руками - лицо сплошь в крови, куртка в клочья разодрана, на груди - золотая пластина с мчащимся волком. До боли знакомый значок... - Ну так, может, представишься? - обратился я к Серому, тот промолчал, угрюмо глядя на меня из-под шапки спутанных рыжеватых волос. - Подвесьте его за что-нибудь, - небрежно предложил принц. - Обойдется. Я с ним разберусь, раз он такой невежа, - пообещал я, легонько толкнул связанного на лавку у стены. Ну, теперь главное суметь... А парень-то примерно моих лет... Да черта лысого я с ним церемониться буду! Надо ребят вытаскивать, а все остальное неважно. Я сложил пальцы в знак Невидимого Огня, поднес к его вискам и произнес самым елейным тоном: - Значит, друг ты мой неизвестный, сейчас мы с тобой будем играть в одну очень интересную игру. Заключается она в том, что ты либо отвечаешь на вопросы, либо получаешь по мозгам. Ты меня понял? Он молчал, глядя на меня с такой ненавистью, что мне просто не по себе стало. - Молчит... Ну что ж, я не виноват: уговор есть уговор... Пропускаю между руками Невидимый Огонь, пальцы сразу противно немеют. Глаза Серого Брата обессмысливаются, выкатываются, из открытого рта - не то хрип, не то завывание, его тело выгибается дугой. Продержав Невидимый Огонь секунды три, убираю его, повторяю севшим голосом: - Ты меня понял? - Понял...- хрипло отвечает он. - Ты пришел с запада? - Да... - Через перевал? Ему не хватает дыхания, он только кивает. - Ты знаешь, кто я? - Ты Мик Меченосец. Ты послан Лигой в степи. Нормально... Похоже, я и в самом деле из охотника в добычу превратился. - Тебя послали за мной? Молчание. Снова проходит между ладонями Невидимый Огонь, на этот раз я держу его чуть дольше. Повторяю размеренно: - Вас отправили за мной? - Да... - И как вы меня узнаете? - Твой меч... Твой... Камень...


Вот это уже серьезно. Вот это уже просто хуже некуда. Ладно, перейдем ко второй части: - Вы захватывали пленных? - Не знаю... - Что тебе известно о четырех моих спутниках? Один - большой и рыжий. Ты знаешь о них? - Да... - Где они? - Ущелье... Морока...- и тут его голос внезапно меняется, в нем чувствуется металл, но он спокоен, произносит отчетливо и внятно: - Ты дурак, Меченосец. Вот как заговорил... - Это что еще за новости? - Лучше б тебе сдаться, - произносит он. - Шансов у тебя никаких, я тебя все равно найду, куда б ты ни спрятался! - и тут снова резкий хрип, подбородок его дрожит, глаза снова стекленеют. Судороги длятся не больше секунды. Все. Кода. Больше он никому ничего не скажет... Распрямляюсь, прогибаю спину. Руки не разогнуть, пальцы, кажется, в когти свело: - Нам здесь больше нечего делать, принц, - и направляюсь к выходу. Хорошо меня подловили... Значит, Волк дает мне понять, что я под колпаком... Финдо за моей спиной произносит ме��ленно: - Не хотел бы я тебя своим врагом иметь, Мастер. Не оборачиваясь, отвечаю хрипло: - Волк хранит свои тайны. - Кто он - этот Волк? Мрачно усмехаюсь: - Человек такой. Или, может, несколько человек. Или не человек совсем. - Не совсем понял. - Я тоже. Это мне и предстоит выяснить. - Так ты - разведчик, Мастер? - это Финдо произнес с нескрываемым интересом. Неужто и здесь шпионские романы изобрели? Ну, ради такого случая и в Джеймса Бонда поиграть можно... Я важно кивнул, храня на роже выражение суровой многозначительности: - Да, я разведчик. Но видишь в чем дело... Я могу многое, но далеко не все. И в одиночку мне перевал не пройти, даже с помощью орденца, ох, не слишком это честно с моей стороны... Но все ж грешно такой случай упускать. Финдо виновато развел руками:


- Извини, через перевал пока и мне путь закрыт. У меня всего четыреста человек, да еще эльфийская сотня. Эльфы на службе - это уже кое-что, но для той грозной мятежной армии, о которой в Столице толкуют, этого явно маловато будет. - Извини, принц, не мое, конечно, дело с такими вопросами лезть... - Спрашивай, не стесняйся, - милостиво разрешил он. - На что ты с такими силами рассчитываешь? У императора не меньше двадцати тысяч, у Глорхауза столько же... И это только регулярная армия. - Тебя что - послали меня отговаривать? - нахмурился он. - Да нет, ты не подумай... Но может, был смысл выждать, армию побольше собрать? - А я о том, что в Смуте участвую, чуть не последним узнал, - Финдо беззаботно улыбался, покусывая травинку. Абсурд продолжается... - И как же так? - А, - отмахнулся он,- убить меня попытались, ну и пришлось бежать, а уж потом... Раз все считают, что у меня право на корону есть, надо попробовать ее получить. Я только и смог промямлить: - Логично...- а он вдруг вдохновенно предложил: - Слушай, Мастер, а остался б ты здесь,а? Мы ж с тобой горы свернем, - нет, пацан есть пацан. Подвернулся ему такой жутко романтический тип - разведчик, здоровяк, Чародей - и сразу охота этого типа в свою команду... Эх, будь у меня такая возможность с месяц назад - я бы и раздумывать не стал! - Очень жаль, принц, ничего не выйдет. Мне нужно на запад. Он, похоже, разочаровался: - Ну, как знаешь... Да, а орденец? Ты его не боишься? А то могу позаботиться... - Спасибо, о нем позаботиться я и сам могу. Вот что, принц: не можешь дать мне проводников? - Докуда? - Пленный говорил... И тут до меня дошло, куда мне лезть предстоит. Самое гиблое место на всем кряже... И нет бы мне, дураку, сразу додуматься! Но так или так, а делать нечего. И перевал так или иначе перекрыт всерьез и надолго. - Так докуда, Мастер? - До входа в ущелье Морока, а если получится, то и через него. - Мастер... Оттуда не возвращаются, - Финдо уставился на меня, словно ушам своим не веря. - Я вернусь. - Да зачем тебе туда?


- Во-первых, перевал закрыт. Во-вторых, туда занесло четверых наших товарищей. Сам понимаешь, надо их как-то вынимать, - а третьим соображением я пока ни с кем делиться не стану. Если я правильно помню, во всяких местечках вроде Зачарованного или того же ущелья Морока уследить за кем-то практически невозможно, будь ты хоть трижды магом. Правда, оттуда и в самом деле выйти редко удается, зато Волка со следа собью, а то что-то он слишком обо мне осведомлен... - Понимаю,- важно кивнул Финдо.- Хорошо, постараюсь тебе таких найти, - он повернулся к лагерю и гаркнул: - Эй, кто там! Найдите мне начальника эльфийской сотни! А ведь эльфами тут и правда попахивает... Да и как не попахивать - из кустов в десятке метров от меня выломился здоровенный, в полтора Малыша ростом и чуть не с меня в плечах, эльф в полном боевом снаряжении: - Начальник эльфийской сотни уже здесь, принц. - Это Барут, моя правая рука, а это Мастер Меченосец, - представил нас Финдо. Я чопорно наклонил голову, а эльф - тот еле удостоил меня взглядом, заметил хельгову брошь - и только тогда соизволил кивнуть. Хорошо хоть сразу с вопросами не полез, а то ведь с эльфа станется... А эльф, нависая над невысоким Финдо, осведомился: - Что на этот раз? - так, сегодня мне весь день предстоит удивляться... Чтоб эльф к кому-то с почтением обращался... Финдо принял это как должное и обратился к эльфу самым деловым тоном: - Мне надо, чтоб ты или кто-то из твоих провел Мастера и его, - он подарил мне заговорщицкий взгляд, - товарища через ущелье Морока. У тебя есть такие, кто там бывал? Эльф, кажется задумался. Не знаю, думают ли они вообще, но этот прикрыл на пару секунд свои глаза - громадные, почти без белков, и только потом сообщил: - Есть, - помолчал и с сомнением прибавил: - Не эльфы. Прибились после той стычки, месяц назад. Темные люди. Ну, раз уж он не прибавил: «Темные, как все люди» - похоже, действительно загадочные личности. - Они могут нас через ущелье провести? - Если согласятся. Финдо заметно удивился: - Ты что - приказать им не можешь? - Могу приказать идти в бой, но не в колдовское место, - опять непостижимая эльфийская логика... Финдо, похоже, тоже к таким заявлениям привык, он просто сказал: - Ну что, зови их.


Эльф что-то проквакал на своем языке, как мне показалось, очень тихо, опять повернулся к нам и сообщил: - Их зовут Лис и Аркан. Будьте осторожны. - Осторожность так осторожность... Может, и одного хватит? Барут только головой покачал: - Они всегда вместе. Уже идут. Мы обернулись в сторону лагеря - действительно, уже идут двое, в тех же желто-зеленых плащах, один - длинный, тощий, второй маленький, коренастый. Сходство только в походке - размашистый, чуть скользящий шаг Следопытов. И, что самое приятное, можно не напрягаясь определить, кто из них кто. Лис - невысокий, масти пшеницы с ржавчиной, вид боксера-легковеса, волосы перехвачены кожаной лентой. Аркан долговязый, жилистый, на индейца похож. Чувствуется в нем железная хватка... Лис - определенно коновод в этой паре - приблизившись, ослепил нас щербатой улыбкой: - Начальникам - привет! - поклонился чуть не шутовски, не обращая внимания на то, что Финдо нахмурился, потом осведомился: - И что - есть работа? Хм... Слыхал я, Следопыты себя себя с начальством вольно ведут, но чтоб до такой степени... - Провести двоих через ущелье Морока. Вы там уже были? - Приходилось... А кому туда снова захочется? Нам и тогда мало не показалось. - Вы идете? - нетерпеливо прервал Финдо. - Ну, принц, разве что нам хорошо заплатят... - Они еще торгуются!- принц с возмущением поглядел на эльфа, но тот отвернулся. Наверно, посмеивается про себя над лживым и мелочным родом человеческим... Лис пожал плечами: - Мы, принц, люди маленькие, драться никогда не отказывались спроси хоть Барута. Но тут дело серьезней. - Сколько? - вклинился я. Лис, глядя в пространство, задумчиво протянул: - Ну-у... По полсотни золотых с носа, - и тут взгляд его упал на мой браслет, он аж попятился посмотрел на меня ошалело: - Так ты еще и Чародей? - Мастер, - поправил я. Лис потряс головой: - Э, нет, так дело не пойдет, мы так не договаривались! - А что такое? - А то, что оттуда еще не всякий человек выйти сможет, а уж с любым Чародеем, или кто ты, там точно навсегда останешься.


- Не пойдем, - коротко подтвердил Аркан, глядя так, словно мы его пытаемся надуть с особым цинизмом. Финдо явно порывался возмутиться, я мягко остановил его: - Я с ними сам договорюсь, - после чего обернулся к проводникам: - Хотите цену себе набить - говорите сразу, какая устроит. - Сотня с носа, - мрачно отозвался Аркан, Лис кивнул: - Иначе нам смысла нет рисковать. - Короче, каждый из вас получит по восемьдесят. На двоих, сами понимаете, сто шестьдесят. Княжеская сумма. - А если нет - придется мне с ними поговорить,- Финдо снова подчеркнуто обращался только ко мне. Лис вздохнул: - Только из уважения к тебе, принц... Только лучше б нас кто-нибудь дотуда проводил. Дороги неспокойны, да и лошади через ущелье не пойдут. - Годится, - скрепил Финдо. - Барут, сделаешь? - Понятно. - Когда? - лаконично осведомился Аркан. - Через полчаса будете готовы? - Будем, - снова ухмыльнулся Лис. Да, та еще парочка...К таким спиной не поворачивайся. Но на безрыбье, как говорится... Финдо повернулся ко мне: - Ладно, Мастер. Провожать тебя не поеду, дел много. Желаю выжить. Неохота с парнишкой вот так распрощаться... - Мир тесен, принц. Чует мое сердце, мы еще повоюем. И корону себе ты добудешь, - если доживешь... Последнее я добавил про себя. Каким бы он нормальным не казался, но все эти августейшие особы вроде нас, Чародеев - кто их знает, что у них на уме? ГЛАВА 13 На том мы с Финдо и распрощались, я отправился искать Дикса. Он, надо отдать ему должное, времени даром не терял. Он дремал. То, что мы выходим через полчаса, он воспринял спокойно, но вот когда узнал, что мы в ущелье Морока идем, да не задаром, а приплатить придется - уж тут с ним чуть ли не истерика приключилась, он принялся орать, что туда только полный идиот полезет. Я успокоил его сообщением, что уже в паре подобных мест побывал, и с таким полным и законченным идиотом ему ничто не грозит. Он шипел и испарялся все полчаса до отъезда, но тем не менее продолжал собираться. Я и сам из таких - хлебом не корми, только дай повозмущаться...


В общем, я уже который час трясусь в седле, кошелек мой стал вдвое толще, чем до встречи с Финдо, фляжка с крепкой самогонкой на случай холодов приятно побулькивает, в мешке - все та же солонина и сухари... Кажется, живи и радуйся, Меченосец, �� все равно как-то неспокойно. Пара эльфов позади на нервы почти не действует, хоть и трусят они с такими угрюмыми рожами, что невооруженным глазом видно, насколько им эта поездка в тягость. Дикс держится рядом со мной, молчит, как убитый и тоже не скрывает своего неудовольствия ситуацией и перспективой на будущее. Проводники гарцуют впереди, изредка перешучиваются, зубы скалят. Те еще типчики... Смотреть придется не столько за дорогой, сколько за ними. Кстати, уже началось что-то похожее на дорогу, а не на козью тропу - во всяком случае, три всадника в ряд свободно проехать могут. Из-за скал солнца не видно, но пока еще не смерклось. Кстати, об этом ущелье Морока я даже читал, но как и насчет Зачарованного, ничего путнего из орденских свитков и книг мне извлечь не удалось. Сплошные туманные намеки, типа: «Над каждым, попавшим туда, властвуют духи, как из этого проклятого места, так и живущие в нем самом.»... Вот тут и разбирайся. Вообще-то морок - это то, чего в реальности нет, но это совсем не глюк. Взять Зачарованный - признаки галлюцинаций налицо, никто, кроме тебя этого морока, стоя в трех шагах, не видит, а для тебя он настолько реален, что ежели он, допустим, руку откусит, придется всю оставшуюся жизнь без руки ходить. И при этом нет его в реальности, и все дела... Лис с Арканом осадили коней, спешились: - Отсюда пешком. Туда, - Лис махнул рукой вдоль дороги. Пешком так пешком, кто бы спорил... Я спешился, отцепил от седла свой мешок, бросил поводья молчаливому эльфу. Кажется, я уже отличия в их лицах замечаю. Хотя, как Хельг говорил, для эльфов все люди тоже на одно лицо. Эльфы приняли у нас лошадей и скрылись, не прощаясь, в сумерках, а я повернулся к Лису: - Далеко еще? - Да с поллиги, даже меньше, а там и заночуем... Пошли? - Пошли... - я вскинул на плечо мешок и бодрым шагом двинулся вслед за проводниками к югу, в гору. Если я что-то понимаю, мы находимся в сотне-полутора километров от Орлиного Гнезда и где-то на таком же расстоянии от Долины Прокаженных. Черт, с Роджером обидно получлось, да и Гельда сгинула... Ну нет, лучше думать, что они каким угодно чудом, но спаслись. Надежда умирает последней, это уж не мной придумано. Сейчас бы и нам с Диксом без вести не пропасть в довершение всего...


И как этих идиотов в ущелье понесло? Хотя кто их знает... Я вот уже чувствую в воздухе что-то такое, не сказать, что неприятное, не тот холод, какой при опасности, а... черт его знает, на вызов какой-то смахивает. Тут я заметил, что Лис чуть насмешливо смотрит на меня через плечо: - Чувствуешь, Мастер? Вот оно, ущелье-то! Хочется туда броситься и всех побороть, так? - Так, - нехотя признал я. Дикс тоже вклинился в зарождающийся разговор: - А что там вообще такое может быть? Ответил неожиданно Аркан: - Там по-всякому бывает, - на некоторое время замолчал, продолжая циркулем вышагивать. - Вот летит в тебя стрела. Попала, - он ткнул пальцем куда-то в плечо. - А потом глядь - стрелы нет, а дырка есть. - Ну, таких штучек я в Зачарованном навидался... Лис тоже решил внести свою долю: - А еще бывает, кажется тебе, что ты вообще не ты, а невесть кто, весь в латах, к примеру, а потом вдруг ты опять ты... - Болтай, - проворчал Аркан, Лис не обратил на него внимания: - Короче, у каждого там свое, да еще каждый раз другое. - Понял... А вы, парни, часто там бывали? - Два раза, - ответил, как сплюнул Аркан. - И рады, что живы ушли. Солоно нам там пришлось, что и говорить. М-да, богатейший опыт... Но уж лучше такой, чем никакого. Еще полчаса мы топали молча, потом миновали очередной поворот и я остановился, как вкопанный. Такое зрелище может парализовать человека, даже менее чувствительного, чем я... Относительно пологие склоны теснины, которой мы шли, поросли лесом, и вековые ели шумели глуховато и я бы сказал зловеще под легким, но все равно до костей пробирающим ветерком. Но вот дальше лес вдруг резко обрывался, словно кто-то гигантским, с разлетом в сотню метров, циркулем прочертил четкую границу, дальше которой ничто расти не может, склоны полого сбегали на дно полукруглой каменной чаши, и вырывались из дна две громадные каменные колонны с хороший небоскреб, пологими ступенями расширяющиеся книзу... Точь-в-точь сторожевые башни... Только как следует приглядевшись, я различил сам вход небольшую каменную арку, отсюда еле заметную. И вход в Ущелье - что это он, и ежику понятно - по цвету основательно от остальных скал отличается, башни эти даже в сумерках кажутся вырезанными из графита. Все это слишком напоминает крепость, и не сказал бы, что она очень гостеприимной кажется. К тому же, как я успел разглядеть, со склонов к


пятачку перед воротами ведут еще как минимум три дороги, кроме нашей. Интересно, кто ж их протоптал?.. Последний вопрос я, очевидно, задал вслух - Лис тут же отозвался: - Кто протоптал, тех уж нет... Нравится, а?- он глянул на нас с таким выражением, словно сам, своими руками все это только что построил. - Да, впечатляет... Ну что, потопали дальше? - Спятил?! В ущелье, ночью... Проще уж с горы головой вниз. - А что там такого именно ночью? - заинтересовался Дикс. - Да, первые ловушки еще ничего - Лабиринт, Драконья пасть... В них колдовского ничего нет, а вот потом... Тому месту еще и названия не придумали. - Хорошо звучит... Но нам чем быстрее, тем лучше. - А почему такая спешка? - Четверых наших туда занесло. Найти их хотим. Аркан хохотнул сипло, а Лис длинно присвистнул: - Ну, вы, ребята, хватили! Там уж если кто сгинул, так до конца мира не отыщется. Но так или так, а ночью там делать нечего. - Нечего, - подтвердил Аркан. Только тут я заметил, что Дикс с застывшим от напряжения лицом всматривается в полутьму сзади. - Что такое? - Волк его знает, от ущелья шибает, не разобрать. Но сдается мне, погоня за нами. - Это уже становится нудным, - процедил я. - Серые? - Сам погляди, - пожал он плечами. Закрыв глаза и собравшись, я без особого труда обнаружил, что по той же тропе, что и мы, движется сюда нечто. Вроде, люди... К тому же, владеющие Силой. Серые это или кто-то еще, сказать не берусь, но встречаться с ними меня не тянет. Как-то не внушают мне доверия типы, которые на ночь глядя прутся к этому ущелью. Сколько их там - опять же, леший его знает, но в драку вступать у меня ни малейшего желания, а значит... - Надо сматываться. - Вы что там придумали? - насторожился Аркан. Не доверяют нам проводнички... А может, и в самом деле попытаться их шыврнуть? Есть такое мнение, товарищи, что в дальнейшем деньги могут понадобиться. - За нами погоня. - Это за вами погоня, - на губах Лиса заиграла подленькая улыбочка. - А мы-то тут при чем? Этого и следовало ожидать... И в самом деле, с какой стати их должны наши разборки волновать? Загвоздка только в том, что такой расклад меня не устраивает, да и Дикса, думаю, тоже. Дикс тут же подтвердил мою мысль - выпрямился и жестко отчеканил:


- Вот что: попробуете смыться - останетесь тут навсегда. Слово Чародея. - Хорошая мысль, - одобрил я. Аркан быстро сунул руку за пазуху, я нарочито неторопливо отследил его движение, свел пальцы перед грудью и уставился ему в глаза. Он отдернул руку, словно рукоять оружия вдруг раскалилась докрасна. Первый раунд за нами... Я бросил Диксу: - Если что, длинный мой. Второго на себя возьмешь? Дикс кивнул: - Если драться, да с этими за плечами...- молодчина, все с полувзгляда сечет... - Эй, если вы нас убьете, кто вас поведет? - вмешался Лис. Я усмехнулся как можно более зловеще: - А мы вас убивать и не собираемся. Мы пойдем в Ущелье прямо сейчас. - Не, мы так не договаривались... - Напомню: договаривались, что поведете нас через ущелье, а о времени суток ничего не звучало. Ладно, чтоб вы тут не выламывались, набавляем вам по двадцатке. - По полсотни. - Дикс, они с нами шутят! - Это они зря... Может, тоже пошутим, так они сговорчивее станут? Даже в сумерках заметно, как проводники посерели. Лис пробормотал себе под нос: - Знали б - ни за какие деньги не пошли б... - Ну, вы за хорошие деньги идете, по крайней мере, - успокоил его я. И тут по спине снова покатился холодок, знакомый до боли. Дикс резко повернулся ко мне: - Там не только люди! Я кивнул. Достаточно разок столкнуться с чем-то вроде Душегуба на всю жизнь запомнишь, как он чувствуется на расстоянии... Пока не слишком близко, но по нашим следам, чтоб ему повылазило! - Слушай, Дикс, по-моему, в ущелье он за нами не полезет - тянет оттуда прилично. Отпугнет его? Дикс задумчиво потер подбородок: - Должно бы... Проводники обменялись взглядами. Думают, блефуем, это понятно. Хотел бы я, чтоб так оно и было... Лис наконец решился: - Деньги вперед. - С какой это радости? Вот дойдем живыми - тогда и заплатим. Ох, теряем драгоценное время, теряем... Душегуб на подходе, а если мой «радар» меня не обманывает, погоня еще ближе. И предвестник


Душегуба - мокрый и плотный туман - уже начинает наваливаться, обволакивает, как хищная амеба. Похоже, туман все дело и решил: Лис, едва различимый, зябко дернул плечами в почти непрозрачной сырости: - Ладно, мне тоже не по себе становится. Сотня вперед, сотня на месте. Вот змей какой! Нет, он мне определенно нравится: чувствует, что опасность на носу, а своего не упускает, торгуется... Но времени на торг нет, это коню понятно. - Уговорил, - буркнул я, отсчитывая полсотни «двойных». - Они мне сердце согреют, - пояснил Лис, пряча к��шель под куртку. Я поправил мешок на плече и перевязь с Хельмбертом, Дикс тоже слегка почистил перышки, и мы вчетвером двинулись по практически ровной площадке к входной арке. Я коротко бросил Диксу: - Держи контроль. Он только кивнул, я уловил его мысль, сводившуюся к тому, что я мог бы и не напоминать. Под самой аркой Аркан остановился, выволок из мешка моток веревки: - Обвязаться. - Там дальше такое пойдет, что можно потеряться или улететь, растолковал Лис. Ну, против хождения в связке я ничего не имею, учитывая то, что альпинист из меня, прямо скажем, аховый. Мы быстро обвязались и двинулись дальше в следующей последовательности: Аркан, я, Дикс и Лис. Шли молча - обстановочка как-то к беседе не располагает. Низкий свод, кажется, того и гляди придавит, или ворота закроются, или польется кипящее масло... Бред, конечно, но в таком месте непроизвольно ожидаешь подобных сюрпризов. Да еще прибавить к этому потрясающую акустику - шаги звучат гулко, как в церкви, и шума от нам не меньше, чем от роты тяжелой конницы. Впереди, в двух десятках метров, маячит слабый свет, но добраться до него быстро мешает что-то, в самом воздухе уже чувствуется сопротивление, словно что-то мягко в грудь упирается. Идем, как против ветре - и это несмотря на то, что ветер лупит нам в спины, подгоняя, теперь он заметно холодней. Душегуб подошел близко... Да еще и погоня эта... Если она погоня. Может, просто совпадение?.. Да нет, хоть бейте меня, хоть режьте, не верю я в такие совпадения. Не станут левые ребята в это ущелье к ночи нюхалки совать. Я бы тоже не стал, но меня никто не спрашивает. Такое ощущение, что меня сюда загоняют. Но вот только кому и зачем это понадобилось? А если разобраться, на хвосте у меня не только Серые висеть могут, это может быть и Даэл - уговор уговором, но охоту на меня он явно не закончил - и институтовцы, да мало ли кто еще... И кто б там ни был, встречаться с ними я не хочу.


Мы вышли из-под арки, но светлее почти не стало, да еще и дождь полил. - Это только здесь, или снаружи тоже? Ему никто не ответил. Аркан только плечами дернул в знак того, что подобные мелочи его не интересуют. Я ждал комментариев от Лиса, но он только произнес приглушенно: - Факела зажечь надо...- странно, голоса звучат глухо, как там, под аркой, хоть мы из-под нее давно вышли. Ладно, это неважно... Я предоставил Аркану возиться с огнивом, Силой здесь пользоваться мне как-то не хочется. Что-то такое в воздухе висит... Но прямой опасности пока нет, и на том спасибо. - Сейчас Лабиринт будет, - пояснил Лис. - И что? - Да просто никогда не знаешь, где из него выйдешь и выйдешь ли вообще. Заманчиво звучит... Дикс позади меня поинтересовался: - А что, можно куда-то в другое место выйти? - Да нет, просто можно к началу вернуться. Слава те господи... А то мне уж «Хроники Амбера» вспомнились. Хоть тут без всякой колдовской всячины. - Ну что, вперед? В свете факелов Лабиринт казался просто беспорядочным нагромождением причудливых серых валунов, раза этак в полтора-два меня повыше. Аркан, как мне показалось, начал принюхиваться. Ладно, у нас свои способы, у Следопытов - свои... Тоже разновидность тайного знания. Наконец он выбрал один из промежутков и нырнул в него, да так шустро, что веревка впилась мне в пояс. Дно Лабиринта оказалось неровным, просто россыпь камней разной величины. Ногу тут сломать - раз плюнуть... Проход оказался узким, пробираться пришлось большей частью боком, но это еще полбеды - через пару поворотов идти пришлось по щиколотку в воде, и нужно ли добавлять, что она оказалась ледяной? Еще поворот... И тут я почувствовал Силу - древнюю, очень неприятную, давящую, хоть она и почти выветрилась... Явно тут когда-то давно было заклятье, причем мощное. Свет факелов дробится, стены приобретают причудливые очертания - то какие-то непонятные звери, готовые броситься и разорвать непрошенных гостей, то хмурые, суровые лица, которые внезапно искажаются дикой яростью, сверкают взглядами, готовые расправиться с нами или обратить в такой же мертвый камень и оставить здесь навсегда, стеречь Лабиринт... Каждый шорох усиливается до раската грома, медленно, неправдоподобно медленно уползает куда-то в глубины Лабиринта, чтобы через какое-то время вернуться шепотом, полным неопределенной угрозы. Такое ощущение, что застывшие здесь твари


обмениваются мнениями на наш счет, неторопливо обсуждают, как с нами лучше расправиться... Чувствуешь себя пигмеем, проникшим в святилище древнего и грозного бога... На нервы я особо не жалуюсь, все же кое-что мне повидать довелось, но теперь, если б не связка, не ручаюсь, что я бы не удрал сломя голову куда-нибудь в темноту между камнями от обступающего ужаса. Я попытался найти контакт с Диксом - бесполезно, Сила уходит, как вода в песок... Правда, я после первой же попытки завязал. Глупо, конечно, но мне казалось, что любым проявлением своей Силы я вдыхаю жизнь в застывших Стражей - я сразу окрестил их так. Время пропало совершенно, я понятия не имею, сколько мы там пробыли, но когда я увидел над собой небо - в Лабиринте его почему-то видно не было - я тут же облегченно перевел дух и тут же с испугом прислушался. Вроде, тихо... только там, позади, все еще что-то шумит. Если б я не был мокрым от дождя, все равно бы вымок - от пота. Лилось, конечно, как из ведра, но я откинул капюшон плаща и задрал голову к небу, подставив лицо под хлещущие капли. Вот это я понимаю, кайф!.. Ощущения - как после забега на марафонскую дистанцию, да к тому же Лабиринт этот из меня кучу Силы повытянул. Юрд, как ни странно, молчит, но дело свое делает добросовестно подкачивает Силу. Оглядываюсь на своих спутников - да, тоже не в лучшей форме. Аркан, изогнувшись вопросительным знаком, уперся свободной рукой в колено и приводит в норму дыхание. У Дикса вид несколько пришибленный, в ответ на мою попытку мысленного контакта он дает мне понять, что здесь предпочитает общаться словами. Аналогично... Лис тоже с наслаждением мочит рожу. Я наконец смог заговорить: - Ф-фу... Прошли, вроде... Лис позади фыркнул, Аркан только мрачно на меня покосился. Ясен пень, это были, так сказать, еще цветочки. А вот шум сзади постепенно начал оформляться, теперь с уверенностью можно сказать, что это погоня. Если по звуку судить, там рыл двадцать, причем конные. Лис тоже застыл, вслушивается. Неожиданно он усмехнулся: - Быстро они... Похоже, к Лабиринту подъехали. Посмотрел бы я, как они там с лошадьми... - Сходи, посмотри, - мрачно ухмыляется в ответ Аркан. - А сколько там народу за нами? Лис передернул плечами: - А кто их знает? Здесь на слух не возьмешь. - А не лучше ли нам подальше убраться? - поинтересовался пришедший более-менее в норму Дикс. Аркан прислушался: - Может, Лабиринт они и пройдут...


- Вряд ли, - энергично помотал головой Лис. - А вот ночевать рядом с Лабиринтом я не согласен. - Дело, - кратко одобрил Аркан. - Пошли. И мы двинули дальше. Стемнело уже окончательно и бесповоротно, так что идти было довольно тяжело, тем более, дорога превратилась в узенькую тропку, справа - отвесная стена, слева чернела расселина. Срывающиеся из-под ног камни отзывались плеском через неприятно долгое время, так что в черноту слева я старался не смотреть. Потом тропа сузилась вообще до ширины ладони, да к тому же местами имела заметный скос влево. На одном из таких мест я отколол затылком приличный кусок скалы, и спасло меня только то, что мы шли в связке. А потом была Драконья Пасть - щель шириной метра два или около того, над ней находился неприятный уступ, с которого стекал ручей - а теперь из-за ливня он превратился в настоящий водопад. Прыгать в темноте на узенький карниз, да еще под потоком воды - таких развлечений я никогда не понимал... Но тут моего согласия никто не спрашивал, так что в конце концов мы все благополучно переправились, хотя и вымокли до ниточки. Мы все вчетвером абсолютно без сил уселись на тропе. Да, от факелов здесь толку мало, даже если мы с Диксом почародействуем, чтобы их разжечь, вряд ли что получится... Аркан наконец выдохнул: - Там, впереди, тропа пошире. Я застонал: - О-ой... А это далеко? - Шагов двести. - А там можно ноги вытянуть? - Можно, - успокоил он. И мы пошли, а точнее - поползли. Ни одна дистанция в жизни не давалась мне с таким трудом, как эти двести шагов, но там действительно оказался довольно широкий - больше метра - карниз. Мы расположились на нем с максимальным комфортом, возможным в этой ситуации. Лис негромко предупредил: - Не чихать. - А что будет? - Пол-стены обвалится. - А если нам выпить - не обвалится? - поинтересовался Дикс, Аркан сразу вскинулся: - Ты что? Как это? - Успокойся, Чародеи так шутят. - А мы думали, они шутить не любят. - Когда намокнут, только этим и занимаются.


- А еще они любят как следует выпить, так что особенно не присасывайся, - Дикс отобрал у Аркана мою фляжку. - Это тоже шутка? - Ну да, мы ж намокли... Еще некоторое время мы вяло посуесловили насчет шуток, выпивки и намокания Чародеев, а потом решили немного поспать, тем более, насколько я понял проводников, самое тяжелое еще впереди. Я завернулся в мокрый насквозь плащ, пытаясь согреться. Получилось неважно. Тут все ж порядком высоко, с ледников холодом так и тянет... А раз на спится, надо еще разок приложиться к фляжке и обдумать дальнейшие действия. А какие тут действия? Если ребята гробанулись где-нибудь в Лабиринте или здесь - пиши пропало, даже трупов не отыщешь. Хотя они могли и ущелье пройти, а могли и вообще пойти через перевал. Но вот где их искать, если тут их не окажется? Если их на перевал понесло, шансов найти их не остается - у всех сражающихся сторон разговор короткий: сначала палят почем зря во все, что шевелится, а уже потом выясняют, кто, зачем и откуда... Мысль, конечно, трезвая, но что-то мне подсказывает: ребята живы, причем чувствую я это не так, как обычно, это уже не мое «шестое чувство», а какое-то седьмое, непонятное. Хоть бы и это каким-нибудь мороком не оказалось! Да еще история с лешаками покоя не дает, у меня уже просто бзик, что за этим Волк стоит... Но если хоть минут пять подумать, получается что-то странное: почему вдруг все сильные мира сего, мне известные, начали себя вести, как последние идиоты? Для начала - Даэл: две глупости подряд. Засветился передо мной - и сразу отправил меня в Столицу, при этом ни об Институте ни слова, ни о Дэне. Затем - Дэн.Натравил на меня кучу агентуры под заведомо не выдерживающим никакой критики предлогом. Далее - Волк. Этот вдруг объявил что я нужен именно ему, причем для каких целей - объяснять не торопится, потом устроил ту смехотворную охоту на меня в Столице, а потом оказался волшебным образом в курсе того, что я послан на запад. И Грентвиг, ящер старый, туда же: Отправил меня на заранее гиблое дело, зная о том, что Волк на меня нацелен, да еще при этом вручил мне Хельмберт, а этот меч, если я что-нибудь понимаю, слишком дорогая игрушка для того, чтоб просто так вот взять его и подарить Волку. Теперь опускаем всякие мелкие неурядицы, вроде моих контактов с мутантами (кстати, как там Ильмира?), и в результате имеем абсолютный винегрет. Хотя тут мог сыграть роль и мой выход на Запределье - решили, что я так и до Института дотянусь... Да нет, ерунда какая-то - Друга Апачей, упокой господи его не очень чистую душу, за мной еще до того, как я об Институте узнал, отправили... Из моих отрывочных воспоминаний я пока ничего такого особо опасного извлечь не сумел. Хоть


башкой о камень бейся, ничего не понятно, кроме того, что пару месяцев назад я вдруг всех заинтересовал, и как-то небескорыстно. Я шумно зевнул, чуть не вывихнув челюсть. Нет, надо отдыхать, завтра тот еще денек предстоит. Кто бы знал, как мне все это надоело! ГЛАВА 14 Похоже, уснул я на таком холоде слишком крепко, потому что когда я вышел из блаженного состояния полной апатии, Юрд уже не сигналил, на пульсировал - он буквально вопил: «Опасность! Серые! Опасность!!! Да проснись ты, конь педальный!» - Нахватался словечек, - пробурчал я, открывая глаза, и тут же проснулся окончательно. Не далее, как в двух метрах от меня стоял Серый Брат в натуральную величину. Правда, особой опасности он в данный момент не представлял - во-первых, стоял он на четвереньках, во-вторых, вид имел несколько одуревший, а в-третьих с него текло, как с мокрой собаки. Кажется, от него даже псиной припахивало... - Привет, - вяло удивился я, пытаясь расправить занемевшие конечности. Он, кажется, удивился не меньше моего: - Чародей! - и попытался принять вертикальное положение. Ему удалось сделать это почти одновременно со мной. Прошло, наверно, с минуту, прежде чем нам удалось обнажить оружие - двигались мы, как в замедленной съемке. Я сразу определил, что Силой он владеет так себе, в любом другом месте я бы его задавил чародейскими методами. Но здесь для колдовской дуэли, боюсь, место неподходящее. В слабеньком предутреннем свете я разглядел еще троих на карнизе у него за спиной - ребята, что и говорить, здоровенные, но Силой ни один не обладает, что уже радует. - Только не говори, что ты не ожидал меня здесь увидеть,улыбнулся я, делая шаг вперед. Наши клинки со звоном скрестились - и тут же, словно разнимая нас, со склона скатилась струйка мелких камешков, внизу громыхнуло уже посерьезней, я ощутил, что далеко под нами набирает силы обвал. Волк отдернул руку и выругался - не знаю, из-за обвала или из-за Силы в Хельмберте. - Вы что - сдурели?! - зашипел позади Аркан. - Нас же всех тут сейчас похоронит! - Резонно, - согласился я, отступая на полшага, но не опуская меча. Волк озадаченно разглядывал меня - молоденький, лет восемнадцатьдвадцать, длинный, худощавый, морда вся в прыщах... Такой маленький, а уже Серый... Он насмешливо прищурился: - Ты что же, Чародей, предлагаешь мирно разойтись?


- Вот что, - рассудительно молвил Дикс за моей спиной. - Вас четверо - нас четверо. Будем драться здесь - погибнем все. - Короче, - резюмировал я, - такое предложение: отложить наши разборки до выхода из ущелья. Выберемся туда, где нам не помешают, там и поговорим. Идет? - тут я с Диксом согласен. Если даже проводники драться откажутся, а так оно и будет, за нами все равно остается перевес. Учитывая даже то, что из Дикса фехтовальщик, как из меня балерина. Волк посмотрел на меня исподлобья: - Что ж... Это, пожалуй, можно. Но вот насколько вам доверять? - Верь, как себе... Я только на слова тоже полагаться не собираюсь. - Предлагаешь клятвами обменяться? - сообразителен, черт! Как-то уж слишком легко он соглашается... У него что - какой-то козырь в рукаве, не считая этих троих амбалов? Хотя, если я Малыша со Старым встречу, там любой десяток подобных амбалов перестанет представлять скольконибудь серьезную проблему... - Именно клятвами. На мече, - я не случайно именно эту клятву выбрал. Во-первых, считается, что нарушать ее смертельно опасно, а вовторых, такое мнение обосновано, особенно если приносят ее два типа, владеющие Силой. Я бы не стал нарушать - кто его знает, какие Силы это может к активности пробудить, а мне бы лично не хотелось, чтоб в решительную минуту меч отказался мне служить. Я отвел Хельмберт, держа его на вытянутой руке поперек груди, положил на клинок ладонь и ощутил знакомое, мягкое, как от хвои, покалывание. Глядя ему в глаза, я начал произносить слова клятвы: - Я, Чародей, приношу эту клятву холодной сталью в том, что не стану чинить зла моему врагу, идущему со мной, вплоть до выхода из ущелья Морока, буде означенный враг первым не поднимет на меня оружие или не попытается причинить мне вред другим способом. В том я, Чародей, и поклялся - от своего имени и от имени своих спутников. Волк, так же держа свой меч, произнес примерно то же самое, заменив разве что «Чародей» на «воитель Братства». Я внимательно прислушивался к его клятве в поисках ловушек, но ни одной не нашел. И то хлеб... Я забросил Хельмберт в ножны за спиной и пробормотал: - Ну вот, с формальностями все... Может, теперь отдохнем? Серый кивнул, убрал меч, и мы уселись рядочком на карнизе, как куры на насесте. Я все еще чувствовал напряжение Дикса, но он уже почти успокоился. Все равно как-то непривычно спать бок о бок со смертельным врагом. А кто его знает, вдруг ему в голову взбредет клятву нарушить? Может, потом меч ему служить и откажется, только я этого уже не узнаю... И все же что у него в прикупе? Засада на выходе? Ну, если нас там поджидает пара таких же, как и этот, ничего слишком серьезного нам не


грозит - наш с Диксом тандем уже проявил себя в критических ситуациях куда покруче. Но вот точно ли это те, что за нами гнались? Казалось бы, их должно быть больше... Как они прошли Лабиринт - понятно, мы там вполне могли наследить, но остается еще один вопрос. Если этот, который со мной по соседству дрыхнет, человек Воденвирта, а раз он Серый Брат, то он человек Воденвирта... Так вот, волчара-Воденвирт знает, что я из себя представляю, а в плане чародейства, признаем без ложной скромности, боец я вполне серьезный. И как же он мог так окараться - отправил по моему следу всего одного плюгавенького волчонка? А если это не погоня, то что же? Надо посоветоваться с Камнем. Юрд тут же откликнулся, причем даже острее, чем обычно, и перед моим внутренним зрением предстал Душегуб во всей своей красе. Так, все потихоньку проясняется, во всяком случае, присутствие здесь четверки противников. Но тут же возникает другой вопрос: а кто же навел Душегуба? Если Братство, то чего ради они так лупят по своим? А кто-то другой - это надо еще представить масштаб той Силы, которая может Душегубом управлять, я и гадать не берусь, какая из известных мне чародейских группировок могла такое сотворить. И, главное, зачем? Ладно, существует такая великолепная штука - принцип экономии мышления, а если этому принципу следовать, вывод получается просто прелестный в своей оптимистичности: Братство тоже может ошибки совершать. Да и с какой стати я так уверен в их непогрешимости? По такому случаю не грех и выпить. Я отцепил от пояса фляжку, глотнул от души, чувствуя, как вниз по глотке заструилось приятное тепло. Справа от меня заворочался Лис: - Э, гм... - Что, тоже не спится? - я протянул ему фляжку. он сонно проворчал, вытирая губы после глотка: - С вами заснешь...- вернул мне фляжку и опять засопел. До рассвета я просидел в смутной полудреме, пытаясь следить за компанией Волчонка, как я мысленно обозвал прыщавого юнца из Братства, и за проводниками. При этом я еще пытался прокрутить в голове все возможные варианты дальнейшего развития событий, но находясь в таком состоянии прост�� невозможно изобрести что-то схожее с реальностью. Проснувшись, вся честная компания приступила к завтраку, мы жрали свое, Волчонок и его амбалы - свое. Пока мы лопали, мне представилась возможность взглянуть на Драконью пасть при свете дня. Елки зеленые, хорошо, что вчера темно было, а на свету, да еще трезвый, я бы через такую пропастину ни за какие пряники не полез! Я успел внести еще одно деловое предложение: раз так вышло, что мы идем все вместе, то и расходы на проводников мы с Диксом и Волчонок должны нести пополам. Этот юный скупердяй тут же заявил,


что ни в каких он проводниках не нуждается, а я сразу скомандовал топать дальше. Мы-то поесть успели, а вот Волчонок с компанией - нет, но все равно они потянулись за нами. Троица, Силой не владеющая, ничем особым не выделялась. Типичное бычье. Желудки. Дикс опять начал себя проявлять как почти идеальный напарник, чувствуя его за спиной можно быть спокойным (только не в том случае, когда мы вспомним, что играем за разные команды). Вот и на сей раз он подыгрывал мне, поддевая Волчонка, но не обращаясь к нему напрямую. Расчет простейший - вынудить его нарушить клятву меча и спокойно с ним разделаться, не дожидаясь козырей из рукава. Но тот, надо отдать ему должное, держался стойко, хотя и кривился. Идти теперь легко, правда, карниз через некоторое время опять сузился до полуметра, но потом тропа по краю обрыва превратилась в широкую дорогу, а расселина почти сошла на нет. И все же это место основательно отличается от всего остального кряжа, я еще утром внимание обратил. противоположный, левый склон смотрится так, словно выписан кистью, размашистыми, но четкими мазками, в довольно жесткой манере. Того и гляди воспоминания нахлынут: Бург, мастерская... Нет, не вспоминается. Это все было в другой реальности и с другим человеком. А вот Юрд ведет себя странно, обычно если он к жизни и пробуждается, то начинает с пульсации в такт сердцу, а тут... Первый раз в жизни какой-то разлад между мной и Камнем, а мне такие штучки и в такой ситуации совсем не нравятся. «Юрд, что случилось?» - никакой реакции. «Юрд!» «Что-то не в порядке»... Приехали. «Сам знаю. Что именно?» «Определению не поддается». Цирк... И вообще, такое ощущение, что мой Камень как-то странно возбужден. Странно, никогда не слыхал, чтоб какие-то мороки на Камни действовали... Идущий впереди Аркан внезапно остановился: - Тут передохнем. Дальше самое опасное. - Сразу объясняю, - влез Лис, - если там кому-то из вас поколдовать в голову взбредет, мы все покойники. Там думать нельзя, надо просто идти, останавливаться тоже нельзя. Что б ни примерещилось - просто идти, не обращать внимания, если можете - глаза закрывайте, по сторонам не смотреть,- я даже и не представлял, что у него на роже такое напряженное выражение может быть. Я снова потянулся к заветной фляжке: - Ну что, пехота, сто грамм перед атакой? Из моих слов поняли только, что я предлагаю выпить. Дикс - тот даже нахмурился, вспомнил, видать, что я Пришлый...


Фляга прошла по кругу в молчании, так же молча достали трубки, закурили. Вот тут сравнение с пехотинцами перед атакой вполне к месту. Я, правда, видел не пехотинцев, а разведгруппу, Роберт и Раковски были, как сейчас помню, из знаменитой Третьей штурмовой бригады... Ладно, это не ко времени, надо проверить себя. Вроде, с Силой у меня сейчас все в порядке, сконцентрировался до такой степени, что чувствую ее просто физически - легкий теплый шар в районе солнечного сплетения, и могу перебросить ее куда угодно и в любой форме - огонь, удар, холод... Самочувствие - вполне, реакции замедлиться не должны, хоть я и не выспался. В общем, я в форме. Опять превратился в боевую машину. А что поделаешь, жить-то охота, а тут иначе не уцелеть. Лис, докурив, принялся выбивать трубку о камень. На роже у парня написано, что ему туда смерть как неохота, вот и оттягивает момент. Аркан тоже прячет трубку, поводит плечами, разминаясь, как перед дракой: - Ну, пошли, - теперь сходство с индейцем почти полное, физиономия непроницаема, как эльфийская боевая маска... Дикс сощурился, губы плотно сжаты, глядит куда-то внутрь себя. Давит мандраж по орденской методе... Волчонок переступает с ноги на ногу, как горячая лошадь, команда Аркана принесла ему явное облегчение. Ему приходится хуже, чем всем остальным, я это чувствую... Идем гуськом, с интервалом метра два, по самой середине ущелья, теперь под ногами у нас - почти ровная дорога шириной около пяти метров. Я уже что-то чувствовать начал, какие-то изменения в окружающем... воздухе, что ли? Неприятным это ощущение не назвать, вот только странное оно какое-то. Значит, начинается, Ну, теперь главное контроль не упускать ни на секунду. И тут Юрд дергает меня вперед, буквально как за ошейник, потом вызывает перед внутренним зрением несколько любопытных картинок, в частности, два или три ракурса нашей процессии, остальное просто не успеваю как следует рассмотреть. На какое-то время мне удается его утихомирить, но все равно чувствую себя обдолбанным. Нет, контроль терять нельзя! Идти, по сторонам не смотреть! Оглядываюсь на Дикса, он выглядит озадаченным, но теперь лицо его кажется совсем мальчишеским. И снова Юрд в контакте с моей Силой рвется куда-то вперед, как щенок с поводка. Щенок, увидевший кошку, кошка лезет на дерево... Так, неуправляемые ассоциации. Это опасно. Чтоб отключить их, надо сосредоточиться на том, где я нахожусь. Для этого - посмотреть вперед и вверх. Проводники идут с каменными физиономиями, им не понять этой красоты вокруг, а я... «там» я все же был художником, я чувствую, как прекрасны эти рвущиеся вверх утесы, похожие на застывший плащ


великана, а над ними малюсенький орел распластал крылья в безоблачном небе... …Небо безоблачно, сегодня первый день каникул и можно никуда не спешить, ведь впереди все лето, долгое, пахнущее земляникой и разогретым мазутом железной дороги, теплый песок на берегу речушки, нетерпеливая пляска самодельного поплавка, свежая, живая еще рыба в выложенной крапивой плетенке, и по соседству - зеленые глаза, веснушки и загорелые коленки из-под голубого платьица... А потом - август, пахнущий грибами, нежаркий, с покинутой паутиной между двух травинок, с шорохом листвы под подошвами стареньких кедов... Стоп! Вот это занесло! Вроде бы, все безобидно, но такие вот наведенные чародейские ассоциации имеют неприятную особенность: в них можно заплутать навсегда. Не отвлекаться от дороги, идти. Смотреть под ноги... …Под ноги! Идущий впереди Герман вскидывает руку, пердупреждая, передаю по цепочке Роберту, он коротко кивает, ворчит: «И здесь понатыкали, твари!». Мы уже четвертые сутки петляем, сбивая со следа возможную погоню... Хотя мы с Германом ее не обнаружили, а уж у Германа на такие штуки чутье феноменальное, как и на мины. Ребята их штурмовой поначалу над нами подсмеивались, но мы уже пару раз настояли на том, чтобы сменить направление, и каждый раз в том месте, где бы мы оказались, через часок начинался концерт для минометов с оркестром... Ч-черт, колено болит... К тому же я на этом колене стою, вернеее, свалился на него. Откуда-то возникает Аркан, вздергивает меня на ноги: - Вперед! Вперед, тебе говорят! Спотыкаюсь, на долю секунды вижу лицо Волчонка, дико перекошенное, пот стекает ручьями, верхняя губа вздернулась, открыв не только зубы, но и десны. Что, несладко приходится, щенок шакала?.. Надеюсь, он тут и останется. Идти, идти, не спотыкаться, держать направление! Фиксировать взглядом точку, ориентироваться по ней. Какую точку? Ладно, пусть будет вон та, блестящая... …А блестит - аж глазам больно. Если это то, что я думаю... Огого! если это то, что я думаю, за такую вещь скупщик, обирала позорная, не меньше трех сотен отвалит. Три сотни кругляшек! Ну, старатель, вот это фарт! Три с лишним месяца по лесам мотался, ни тебе жратвы нормальной, ни бабы... А тут - три сотни! Да я теперь на шести перинах спать буду, неделю всю старательскую братию поить, девок всех в «Серебряной стреле» перепробую! Что надо девки... Ведь после трех месяцев в лесу старателю что надо? надо, чтобы было, за что подержаться, а у тех, из «Стрелы» есть... …Кругляшки... Добыча... Блеск...


…Блестит, выжигая глаза нож, на миг опасно возникнув откудато снизу, пропадает из виду. Почему так трудно дышать? Колышется, колышется перед глазами красная муть, сейчас все затянет... Зачем они лютню разбили? Последнюю песню им, всякий скальд, умирая, должен последнюю песню... А я умираю? Голос пропал, слова не идут. Соль во рту... …Эге, а парень-то жив еще... Ну-ка, башку ему подержи! Р-раз!.. Вот так. теперь надежно. Больше не дернется, в нем и крови-то уже не осталось. Э, ты чего на меня так уставился? Нож положи! Положи, я сказал! Да мы ж с тобой... Ах ты, курва... Получи! Стой, куда, от меня не уползешь... Удар в лицо приводит меня в чувство, потом обрушивается еще один, поднимают на ноги. - Вперед, скотина! - это Аркан, лицо его расплывается, потом снова приобретает четкие очертания, снова плывет... Едва ворочая языком, отвечаю: - Иду...- странно, голос, вроде, мой. Поднимаю руку к лицу, на пальцах - свежая кровь. Глотать больно. Шаг, еще шаг... Надо идти. Зачем, почему - уже неважно. Юрд?.. Не чувствую контакта, мысль уходит в никуда. Следующие несколько шагов делаю в искристом, непонятно твердом зеленом свете, потом медленно начинаю поворачиваться вокруг своей оси. кувырок, еще один... Как под водой, только еще лучше, свет отлично держит, в нем можно дышать совершенно свободно. Кувырок, пируэт, кувырок... Веселое погружение, движения - как в танце... …Только тут потребуется большая сосредоточенность движения и мысли. Но работа того стоит, и я сделаю из него настоящий инструмент. Почти музыкальный... Естественно, кое-что вложу от себя. Веселый получится инструмент, честное слово, я почти завидую тому Чародею, которому он достанется. Если, конечно, он будет в состоянии это оценить... плясун. Но так или иначе, я его сделаю, и горб мой мне тут не помеха - все равно, Чародеи без меня, гранильщика, мастера, не Чародеи, а так... И если б с этими Камнями я не умел заставлять плясать свою Силу, свои руки... Зеленый взрыв снова поворачивает меня на 360 градусов, движения замедленные, как в странном сне, но теперь сквозь зеленый туман я уже различаю стены ущелья. …Да ведь я же прошел! Йокан, старая ящерица, думал, что я буду прорываться через заставу на южном конце, иначе зачем бы ему говорить мне про Лабиринт? Он рассчитывал, что туда я не сунусь - и просчитался. В конце концов, я, Ринге Воитель, его ученик. И если я когото ненавижу, так это своего учителя, Йокана, и эта ненависть не дает мне свободно дышать уже который год... Спокойней, Ринге, ты всегда


был хладнокровен. Ты обязан быть холоден и в ненависти, которая только тогда и утихнет, когда Йокан со своими приближенными повиснет вверх ногами над развалинами Дхарты. Но теперь до этого не так уж далеко... Наконец-то я нашел это место, путь сюда я не один год искал. Пока меня не хватит на то, чтоб овладеть Силой, находящейся здесь, но хотя бы отчасти я могу обратить ее против Йокана. Надеюсь, старую ящерицу хватит удар... И наступило время вывести войска. Теперь я засатвлю Йокана расплатиться за все те годы, что он был наверху - власть в мире одна, и она нужна мне. Пора бросать насиженные места. А ту девку подарить на ночь дружине - эти скоты давно на нее заглядываются. Шлюхой пришла - шлюхой и уйдет... Смена зеленого фильтра перед глазами на красный, потом на миг все затопил яркий белый свет, снова зеленый с проблесками золота и серебра... …Золото и серебро, массивные перстни на пальцах. Не люблю их носить, но положение обязывает... Что поделаешь, если людям важно не столько могущество, сколько его внешние знаки? Да, с людьми можно разыгрывать интересные комбинации, и в качестве орудий они бывают незаменимы. не так уж давно я был одним из них, а теперь... Звучит нескромно, но я стою над всеми их мелкими страстишками и интересами. Пожалуй, с некоторыми поправками меня можно назвать всемогущим. Ученики? А можно ли обучить всемогуществу? Один только Ринге не без способностей, он слишком нетерпелив, и пока он даже для разминки не годится. Жаль, что придется покончить с ним. это просто, даже Силы, заключенные здесь подключать не потребуется... А вот почему у меня не получается дышать? Похоже, я под водой... Но так или иначе, посмотреть надо. Закашливаюсь, поднимаю голову. Точно, под водой, и водоросли кругом так и колышутся. Зато дышать теперь можно. Но водоросли, потихоньку затихая, стали серокоричневыми, а потом и вовсе замерли. И вообще это оказались не водоросли, а изборожденный складками склон. А задыхался я перед тем, потому что меня положили мордой в лужу. Я с трудом перевалился на спину, оперся на локти, стараясь не обращать внимания на впившийся в бедро острый камень. Ощущения как с большого бодуна... И еще такой банальный вопрос: что это было? Я размазал по лицу грязную воду и огляделся. Дикс - вот он, рядом, вид имеет такой, словно его пыльным мешком огрели, Лис с Арканом чуть в стороне приводят в чувство Волчонка. Нет, чтоб его там бросить... Хотя они тоже наверняка предполагают что-то вроде засады на выходе и уцелеть хотят при любом раскладе. Похвальное желание... Но хорошо и то, что потихоньку возвращается способность связно мыслить, а значит, можно поискать ответ на вопрос «Что это было?». Сдается мне, я в нескольких шкурах побывал... Чего хотя бы последняя парочка стоит!


Один ненавидит весь белый свет, лезет наверх - вот-вот пуп развяжется, второй сидит на этом самом верху и на всех плевал. На редкость неприятные типы, и при том, насколько я помню, оба - Чародеи такого уровня, что мне до них, мягко говоря, далековато. Лис и Аркан тем временем откачали-таки Волчонка, и Лис тут же сообщил ему: - Без нас ты б там остался. Страхуются, заразы... Спутники Волчонка в порядке, только вид даже более тупой, чем обычно, у одного кулаки ободраны, у другого салат вместо рожи. А вот со мной что-то не так. Камень! Мой Юрд! Я его не чувствую! Я схватился за грудь, и тут же получил по пальцам, как от конденсатора. Да что за черт, он же на меня был настроен! Камень-то на месте, в оправе, но только это не Юрд. размер, огранка - все совпадает, но только этот, у меня на груди, абсолютно пуст, Выпотрошен. Сила в нем, конечно, есть, но не упорядоченная, как в нормальном Камне, а дикая, стихийная, вроде той, что я чувствовал там, позади. А что у Дикса? Я попытался найти с ним контакт, он в ответ нервно дернулся и уставился на меня с таким видом, словно сейчас расплачется. Левой рукой он судорожно сжимал свой камень. Ясно, та же картина... Теперь можно считать, ни у меня, ни у него Камней нет.А отсутствие подстроенного к тебе Камня так же болезненно для Чародея, как отсутствие конечности, тем паче, и ты к Камню подстроен. Так что получается, в плане Чародейства мы с Диксом теперь калеки. А вот на Волчонке это все никак не отразилось, Сила на прежнем уровне. Он ужа поднялся на ноги, смерил нас с Диксом насмешливым взглядом: - Я пока держу слово, Чародеи. А я только и смог, что молча и зло поглядеть на него. Аркан поправил пояс с коротким мечом: - Ну что, пошли? И мы пошли, вернее - побрели дальше. Малыша со Старым, а так же Вилли и Секретника нам найти не удалось, так что все к тому, что они гдето погибли. А нам с Диксом теперь жить осталось только до того времени, когда мы выйдем из ущелья. Волчонок оказался едва ли не сильней меня, да с ним еще три мордоворота... Можно, конечно, их нейтрализовать, но это и время, и Сила, а я и в том и в другом ограничен. Да еще проводники... Теперь- то уж явно смекнули, откуда ветер дует, и будут естественно на сильнейшей стороне, то есть со всей определенностью не на нашей. Лисы и Волки - братья навек... Кстати, а со мной-то не произошло ли то же, что и с Юрдом? Эта мысль меня словно холодной водой окатила. Надо просто проверить... Я собрал Силу простым учебным приемом, тут же ощутил привычный комок


под ложечкой. Ф-фу... Пронесло... По крайней мере, живым не возьмут, Силы на остановку сердца у меня хватит. Да еще и Хельмберт при мне, а с ним, как ни крути, спокойней. Вот странно, никакого особого волнения я не чувствую, только гдето в районе желудка притаился холодок. Я покосился на Дикса - тоже выглядит спокойным, собранным, только глаза чуть сузились, да в углах рта залегли складки. Улучив момент, я толкнул его локтем и негромко спросил: - Слушай, такое имя - Йокан тебе ничего не говорит? - обидно будет накрыться, так ничего и не узнав... Дикс вскинул брови: - Да нет... А что? - Ладно, проехали. А про Ринге, Ринге воителя, слышать не приходилось? - Нет... А ты что - подмогу какую-то ждешь? - он с надеждой заглянул мне в лицо, я отвел взгляд. Не люблю напрасные надежды подавать... - Нет, подмоги, боюсь, ждать неоткуда. - Ну, я так примерно и думал,- неожиданно легко откликнулся он и только потом вздохнул. - Да, кстати, а что ты там, - я мотнул головой назад, - видел? Дикс окинул меня быстрым взглядом, сплюнул и пробурчал: - Мое дело. Ну и ладно, его дело - так его. Лично я тоже с орденцем впечатлениями делиться не собираюсь. Может, самому еще пригодится... Если сегодня выкрутимся. ГЛАВА 15 Мы топали уже больше часа, солнце стояло почти в зените, но мне было не до того. Я даже перестал смотреть по сторонам, отметил только, что ущелье стало куда уже. Из состояния апатии меня вывел только холодок опасности, а потом на левом склоне послышался не то скрежет, не то еще что-то, я отскочил - и в тот же момент, едва не задавив шедшего первым Аркана, со склона обрушилось с полдесятка громадных валунов и куча камней поменьше, образовав поперек ущелья внушительный завал. - Что за...- начал было Дикс, но тут с правого склона позади нас обрушилась такая же куча. Пыль оседала где-то с минуту, примерно такое же время потребовалось нам, чтобы осознать, что нас заперли. А осознав, мы разразились, не сговариваясь, диким матом в восемь глоток: - Что за шутки! - Какая сволочь там развлекается?!


- Сейчас кому-то худо будет! - это гаркнул я, намеренно не уточнив, кому именно будет худо. Возможно, и нам... Орали мы довольно долго, но действия это не возымело, так что заткнулись мы тоже хором. И тогда справа и сверху прозвучал негромкий и вроде даже спокойный голос: - Это такая игра, называется «Я тебя вижу, а ты меня нет». Так что давайте без глупостей. - Слушай,- крикнул я, обращаясь примерно туда, откуда шел голос,я еще одну классную игру знаю, называется «Кыш!». Мы сейчас перелезаем завал, вы все хором кричите нам:»К��ш!», а мы быстро-быстро убегаем. Теперь голос сверху зазвучал чуть насмешливо: - Ты, наверно, заметил такой момент: вы внизу, а мы наверху... Так что извини, но правила игры задаем мы. Так что сейчас вы снимете с себя все оружие и сложите его вот сюда, - на склоне что-то гулко ударило, шваркнуло в камнях переднего завала. Ничего вороночка, сантиметров тридцать в диаметре... - Никуда не денешься, - тихо произнес я, Дикс закрыл глаза, покрутил головой и сообщил: - Их десятка полтора, не меньше. Нормально... Если все при пушках, действительно лучше не рыпаться. Да и, с другой стороны, хрен редьки не слаще, на выходе-то явно засада... Я вздохнул и потащил через голову перевязь с мечом, остальные последовали моему примеру. Когда с разоружением было покончено, со склона размоталась длинная тонкая веревка, и тот же голос велел: - А теперь ты, рыжий, подойдешь и этой веревочкой аккуратненько все обвяжешь. - Действуй, Лис, - вздохнул я. Лис, бросая косые взгляды на склоны, двинулся вперед, связал наше оружие в довольно объемистую связку, которая тут же пошла вверх, со звоном ударяясь о камни. Только б с Хельмбертом они ничего не наворотили... - Э, орлы! Длинный меч с серебряной рукоятью не трогайте, опасно! - Разберемся, - пообещали сверху. - А сейчас поднимайтесь-ка к нам по одному, поглядим, что вы за птицы, - сверху поползла веревочная лестница, и тот же голос прибавил: - А ты, борода, полезешь первым. Ну и что тут сделаешь?.. Я откинул плащ и направился к лестнице. И тут проводники обменялись быстрыми взглядами, Лис кинулся вправо, под защиту склона, Аркан - влево, сухой щелчок одиночного выстрела раскатился эхом, Лис на половине шага странно, нелепо


подвернул ногу, крутнулся вокруг своей оси, упал лицом вниз, разметав руки. Я отвел глаза. С левого склона раздался другой голос: - Э, длинный! Вылезай, мы тебя все равно видим! Подтверждая эти слова, у головы залегшего за камень Аркана хлестнула пуля.. Тот медленно, не сводя глаз с упавшего, поднялся, вышел на середину тропы. сверху поторопили: - Ну, живей! И без резких движений, а то, сами понимаете, тут все на нервах... Делать нечего, придется лезть... Карабкаться по веревочной лестнице на скалу - занятие, достойное кретина... А наверху, судя по всему, или институтские, или же Секретники. И с теми, и с другими мне лучше не встречаться. Лэрд, конечно, обещал меня с крючка снять, но попадаться не советовал. Хотя, в конце концов, я еще не попался. Попытаюсь их залечить. Я выбрался на относительно ровную площадку, меня подхватили под руки и помогли перелезть через подобие бруствера. С полдесятка ребят в серо-коричневых маскировочных комбинезонах, автоматы наготове, а метрах в пяти от меня - похоже, начальник. Первое, что бросается в глаза - его оружие. Я такие штучки только в кино видел. Душевная бандура, в дуло, кажется, большой палец войдет. Слона на скаку остановит и на задницу посадит... Только трудновато ей восхищаться, когда она тебе в брюхо направлена. И что они все так любят в кишки целиться?.. Не без некоторого усилия я перевел взгляд на самого обладателя этой дробилки: ничего особо примечательного, невысокий, худощавый, встрепанные светлые волосы, рыжая щеточка усов, серые глаза чуть навыкат... Лицо какое-то... угловатое, что ли?.. взгляд настороженный, палец, естественно, на курке. - Вы, ребята, учтите, я Чародей, - предупредил я. - Вижу, - невысокий указал глазами на мой браслет Странника. Только учти, если что, я в тебе наколдую дырку с кулак. - Понял... Я так, для справки. На площадку тем временем выбрался Дикс, встал, оглядел всех с видом некоторого превосходства - и ничего не сказал. Автоматчики тоже молчали, хмуро разглядывая нас. Молодые все, лет по двадцать пять, а то и меньше... Начальник - тот постарше будет, где-то за тридцать. И, что мне меньше всего нравится, с особым любопытством рассматривает меня. Хотя я тут, наверно, лидером выгляжу... Хотя бы потому, что самый здоровенный. Минут через десять поднялись все, начальник качнул стволом в направлении грубой лестницы из камней: - Ну что, поднимайтесь, поговорим. Ладно, я с ним поговорю...


Лестница оказалась сравнительно невысокой - пара пролетов, и вывела меня на огороженную камнями площадку где-то десять на десять метров, у «окна» в ущелье - небольшой костерок, наше оружие кучей свалено у противоположной стенки, и стерегут его еще четверо парней с автоматами. Когда следом за нами поднялся последний автоматчик, начальник кивнул на лежащие у стенки валуны: - Присаживайтесь, будьте как дома... Садитесь, садитесь, а то мне как-то неспокойно. - Как тут устоять, - буркнул я, усаживаясь на один из камней. Остальные, ворча, последовали моему примеру. Волчонок оказался как раз напротив меня. Отметим... Угловатый одобрительно кивнул: - Ну вот, теперь и поговорить можно. Итак, кто вы? - Странники, - надо держаться спокойно и уверенно... - Странники, говоришь... А что ж вы в таких гиблых местах странствуете? - Ты что, начальник, это ущелье купил? - вступил Дикс. - Шли, никого не трогали... - Просто без крайней нужды сюда никто не полезет. Он, наверно, любопытный... Я напустил на себя высокомерный вид: - Так вот, смертный, у нас была крайняя нужда. И не забывай, Чародеи никому отчетом не обязаны. - Да я его и не прошу... Вы-то двое Чародеи, а вот кто ваши спутники? - он буравил меня недобрым взглядом. Я в упор глянул на Волчонка, почувствовал, как тот напрягся. А какого, в конце концов, черта?! Свинство, конечно, сверхъестественное с моей стороны, но из ущелья-то мы выбрались, так что формально я клятву не нарушу. - У нашего юного друга тоже свой цеховой знак есть. Попроси, пусть покажет. Я любезно улыбнулся Волчонку, тот некоторое время соображал, потом оскалился, выкрикнул короткое проклятье и швырнул в меня огонь. только в последний момент успеваю развернуть знак Отражения, волосы, похоже, опалило. собираю Силу в воображаемый шест, бью - коротко и жестко, но меня в тот же момент швыряет спиной о камни, успеваю еще разглядеть, как Дикс мягким Силовым приемом отводит в сторону нацеленный на меня автомат, очередь вышибает крошево из камня в полуметре от меня... Но усатый начальник уже разобрался, что к чему - громыхнуло у него в руках, Волчонка отнесло на метр, развернуло, он сполз по каменной стенке, оставив на ней широкий кровавый след, дернулся несколько раз, затих, а начальник властно прикрикнул на своих:


- Не стрелять! - а потом, как ни в чем не бывало, повернулся ко мне. - И что же за цеховой знак, Чародей? Для начала я глянул на спутников Волчонка - вид они имели абсолютно одуревший, но сидели и не рыпались. Я перевернул труп, стараясь не задеть развороченный выстрелом левый бок, расстегнул куртку. Золотая пластина с мчащимся волком оказалась на месте. - Тебе знаком этот знак? Начальник медленно кивнул: - Даже слишком хорошо. Тебе, я вижу, тоже? - Ага, - согласился я. - А этот знак тебе ничего не говорит? - я продемонстрировал печатку с гербом Финдо. Чем черт не шутит? - Эрик, сообщение передавать? - осведомился один из автоматчиков низенький, чернявый, похожий на итальянца. Тот коротко глянул на него: - Погоди пока, - а потом снова с любопытством уставился на меня: - Приходилось видеть... Только вот какая тут связь? - Давай отойдем, я растолкую. Встанем в пределах досягаемости твоих людей. Он нахмурился, взвешивая, потом решился: - Идет. Келли, передай пока в Пещеры, чтоб два дельтаплана прислали - пятерых-шестерых с собой прихватить придется. А вот это уже совсем нехорошо получается. Раз Пещеры - значит, Белые, а значит - Институт. Сомневаюсь, что со мной там церемониться станут. Ладно, пока меня не опознали как особо опасного Мика Меченосца, еще есть шанс. Только надо Диксу передать, чтоб не вздумал упоминать мое имя. Но едва я начал настраиваться на диксову волну, начальник тронул меня за рукав: - Мы так не договаривались! - вот гадство, без Камня-то и не почувствовал сразу - этот Эрик тоже Силой владеет, хоть она у него и в зачаточном состоянии... Тем временем мы остановились на невысокой каменной гряде, Эрик вынул из кармана пачку сигарет (я чуть не прослезился - «Житан»!), предложил мне. Хе, откуда средневековому бродяге-чародею знать, что это такое? Я недоверчиво и вопросительно уставился на него, он пожал плечами и закурил: - Ну так что ты мне хотел сказать? - Вот что, Эрик: я и мой товарищ посланы по важному делу, и затронуты интересы не только Ордена и короны, но и остальных. Как видишь, в этом случае они даже действуют сообща. Так что не задерживай нас, лучше укажи кратчайший путь из ущелья. - Кратчайший... Сейчас он, боюсь, обходным окажется - на выходе вы бы аккурат в засаду угадали. Кстати, не слишком мне нравится такой расклад - ты мое имя знаешь, я твое - нет.


- Зови меня Ринге Воитель,- по наитию откликнулся я, на долю секунды мне показалось, что Эрик удивлен, но если и так, с удивлением он справился моментально: - Ты сказал - товарищ... Это, насколько я понимаю, про орденца. А кто остальные? - Длинный черный - проводник, как и тот, кого убили. Остальные спутники Волка. - Как я помню, Орден и Серое Братство - смертельные враги... - Решили отложить бой, пока из ущелья не выйдем. - А там бы на вас десятка три навалилось... Ты знаешь, что через Гэлфост просочился большой отряд Серых? Сейчас они о��едлали Волчий. - Тем больше у меня причин спешить. Он задумался: - Да, пожалуй... Но раз ты столь важная персона, лучше бы тебе не рисковать. Тебе приходилось летать, Ринге? Что вы, что вы, гражданин начальник, якая банда, якие пулеметы?.. Дело, похоже, пахнет керосином. Самое время ветошью прикинуться. Уж в этих Пещерах кто-нибудь точно врубится, что я - это я... Я улыбнулся: - Только во сне. - Вот и полетаешь наяву. Ты ведь не из Пришлых? Вообще-то в этом мире такое предположение оскорбительным считается, но я уж лучше оскорбляться не буду: - По правде, мой отец был знатен... Извини, но летать я не могу. - Почему? - с интересом спросил Эрик. - Не умею, - ляпнул я, он некоторое время смотрел на меня, чуть склонив голову, не выдержал, прыснул, потом расхохотался. Вот теперь пора обижаться... - Не знаю, что смешного в моих словах... - начал я, Эрик вытер рукавом глаза и заявил: - Ну ты артист, Ринге... Вернее, Мик Меченосец, а будучи до конца точным - Михаил Ордынцев. Так-с... Ситуация под названием «Кранты-винты», и все это под прицелом четырех-пяти автоматов... Не очень-то рыпнешься. Но не выходить же из роли ветоши... - Меченосец - это, кажется, государственный преступник? Он чуть насмешливо поглядел на меня: - Тебе виднее... Ладно, поиграли и будет. Я ж твою фотографию вдоль и поперек изучил. - Изучил - что? - Фотографию. Знаешь, такая маленькая, квадратненькая, чернобелая...


А я, по ходу дела, спалился... Мысль эта у меня прошла как-то рассеянно, а потом я неожиданно для себя выдал фразу из фильма «про бандитов»: - Твоя взяла, начальник... Только зачем вся эта комедия? У тебя ж на мой счет приказ - исполнить на месте. Эрик улыбнулся углом рта: - Лично я такого приказа не получал. И с чего ты взял, что я вообще тебя шлепнуть позволю? Ты еще понадобишься. - В Институт хочешь сдать, для опытов? Учти, я не согласен. - Да ладно, ладно... Просто есть о чем подробно потолковать, а ущелье на выходе в самом деле перекрыто. - Ну вот отправишь ты меня... Так у вас в Пещерах уж наверняка найдется кто-то, кто приказ получал. - Ладно, не пугайся... Я тебе записочку с собой черкану. Наша группа, понимаешь ли, некоторыми привилегиями пользуется. Например периодически Службу Безопасности подальше посылать. - Раз так - гони сигарету, - проворчал я, Эрик заметил одобрительно: - А ты нахал... - Второе счастье... Ты лучше вот что скажи: если ты меня сразу узнал, почему там стрелял не в меня? - Я знал, что один из вас - Серый. У нас приказ сдерживать Братство, даже оружием. - Н-да. Значит, говоришь, не застрелят меня ваши? - Я же сказал... Ладно, пошли. Мы двинулись обратно, по пути я спохватился: - Да, а вы что - всех, кто здесь топает, задерживаете? - Тут обычно никто не топает. И еще были соображения, но об этом позже переговорим. - Я, собственно, что в это ущелье полез... Не встречались вам четверо, один еще приметный такой, рыжий, здоровенный, второй на мушкетера похож... - Не видели, - пожал плечами Эрик. И тут в небе я разглядел малюсенький треугольничек, потихоньку увеличивающийся в размерах. Ага, а вон и второй... - Летят, - сообщил Эрик на тот случай, если я этого не заметил, пристроил на колене планшет и принялся что-то писать на листочке бумаги. - Нет, но как ты от пачки сигарет шарахнулся! - фыркнул он. - Ладно, - буркнул я. - Давай свою депешу. - Обещаешь не читать? - Слово Чародея. - Устраивает. - И еще один момент. Мой меч.


- Отправлю. В руки пока, извини, отдать не могу. А что - ценная штука? - Да как тебе сказать... Опасная. Главное - не пытайся его из ножен вынуть и не трогай рукоять. - Понял. Ну вы там долго еще копаться будете? - последнее относилось к ребятам, которые споро устанавливали на склоне что-то вроде стрелы. Эрик продолжал распоряжаться: - Этих троих связать, - кивком указал на спутников Волчонка, кинул взгляд на Аркана. - А этот пусть уходит. Он не нужен. Я опять поддался внезапному порыву: отсчитал полсотни двойных, протянул Аркану: - Держи. Его доля. Все, прощай. Тем временем дельтапланы уже исчезли за гребнем скалы, а те, кто возился со стрелой наладили экспресс-переправу: запустили из чего-то вроде катапульты утяжеленный на конце канат, на той стороне его закрепили, под довольно приличным уклоном. Да, оперативно ребята работают. Не хуже бронепехоты... Последние слова чудом не вырвались у меня. Видно, после того что было до сих пор не отошел. Нет, лучше такими словечками не бросаться. Может стоить языка. С головой вместе. - Значит, так, - снова обратился ко мне Эрик.- Прилетишь, отдашь записку... - Кому? - Сам увидишь... Я подтянусь вечером, там и перетолкуем. Тем временем один из автоматчиков накинул на веревку петлю с карабином, влез, оттолкнулся - и через пару секунд оказался на другой стороне ущелья. После переправили наше оружие, связанных наемников Волка, а потом на парапет влез и я, просунул руку в петлю... Ч-черт, карабин с роликом смотрится, вроде, надежно, но все-таки... Сильный толчок в спину положил конец моим колебаниям, я заскользил над ущельем. Как при первом прыжке с парашютом... А когда ж это я с ним прыгал? Вспомнить я не успел - с непривычки к подобному способу передвижения в полете меня развернуло, я как следует приложился задницей к склону и чуть не выпустил петлю, но меня вовремя подхватили чьи-то руки. Автоматчиков здесь оказалось трое, и настроены они были явно недружелюбно. разговаривать со мной, во всяком случае, не пожелали, просто показали стволом, куда идти. Ну и ладно, в конце концов я ж от них не требую, чтоб меня обожали, хватит и того, что просто не пристрелят... Я пошел в указанном направлении, завернул за выступ... Елы-палы, да они ж тут чуть не взлетную полосу отгрохали! Во всяком случае, назначение то же. Ровная прямая дорожка, на ней - три уже знакомых мне мотодельтаплана.


Кто-то подпихнул меня стволом к ближайшей машине, я уселся слева от пилота. Да, эта штучка поудобней той, на которой я в свое время из Гнезда срыл - и седушка пошире, и ремни, и сетка для багажа... вернее, для боеприпасов и прочей ерунды Справа и слева от меня уселось двое ребят, автоматы они демонстративно сняли с предохранителей и направили на меня, а белобрысый веснушчатый, который справа, еще и предупредил: - Ты смотри... Без глупостей ,- любят они эту фразу... Я только криво усмехнулся. - Ну, готовы? - Поехали. Пилот что-то неразборчиво буркнул, потом мотор взвыл, как мотоцикл без глушителя - и через секунду мы обрушились в пропасть. Я зажмурился. А еще пришлось сжать челюсти, чтоб желудок через рот не выскочил. И кто ж этого пилота летать учил?.. Кстати, почему мы еще в воздухе? До дна, что ли, не долетели? Надо глянуть, чисто из любопытства. Е-мое, да мы же летим! И скалы где-то в сотне метров под нами. Только ветер пакостный, глаза режет, не полюбуешься. пилоту хорошо, у него очки... У стрелков, кстати, тоже. Ладно, как ни грустно, а глаза придется закрыть. При этом желательно полностью расслабиться, подкопить Силу. А для этого отключить все мысли и ощущения. Искусство полностью отключиться очень важно для Чародея, но еще важнее уметь моментально прийти в себя. Но уж этим-то я владею в совершенстве, честь мне и хвала. Как только дельтаплан коснулся колесами земли, я моментально пришел в себя. Так вот они - Белые Пещеры! То, что я в ущелье видел - ерунда по сравнению с аэродромом, который отгрохали здесь. А вообще котловинка что надо, не хуже Гнезда, только узкая - всей ширины метров полтораста. Справа и слева - непосредственно пещеры, прямо передо мной - какие-то каменные постройки, не то сараи, не то ангары, наполовину ушедшие в скалу, тут же что-то типа караульной будки, часовой курит, положив автомат на плечо. Идиллия... Встречать нас вышло человек десять. Мы сгрузились, нашу машину тут же откатили на какое-то подобие рулежной дорожки, белобрысый бросил мне: - Подожди. При этом он не забывал про автомат, четко направляя его мне в живот. Ладно, кто бы спорил... Где-то через минуту приземлился второй дельтаплан, с него сгрузили наемников и Дикса. Когда он подошел ко мне, белобрысый указал стволом на ближайший вход: - Пошли.


Я послушно двинулся вперед, держа наготове эриковскую записочку, как белый флаг. Вход вполне нормальный - пещера как пещера, но уже за первым поворотом обнаружился часовой с автоматом - под яркой электрической лампочкой. Обычно пещеры ассоциируются с чем-то другим: прокопченные стены, отопление по-черному... Мы миновали что-то типа холла, где возились люди в форме, но внимания на нас никто не обратил. - Налево. Я свернул в длинный и тускло освещенный коридор - и меня чуть не сшиб с ног верзила в полевой форме с роскошными черными усами. Как у оперетточного венгерского графа. Я его, похоже, заинтересовал, во всяком случае, он резко затормозил и уставился на меня. Потом челюсть его выпятилась, он недобро протянул: - Та-ак...- и взялся за кобуру. Похоже, пора верительные грамоты вручать. Я протянул усачу записку, но он то ли не заметил ее, то ли не пожелал заметить - вместо этого обратился к моему конвоиру: - Меченосец, значит... А зачем ты его сюда приволок? - Эрик велел. - И что у него за фантазии вечно? Ясно ведь сказано: не вступая в переговоры, на месте. - Погоди, - попытался вмешаться я. - Эрик тут со мной записку отправил... Верзила опять не обратил на меня внимания, просто достал из кобуры пистолет. Вокр��г уже собралось не меньше десятка любопытных, причем некоторые посматривали так, словно прикидывали, откуда из меня лучше кусок выкусить. Усатый снова критически меня оглядел, потом бросил кому-то за моей спиной: - Поставьте его к стенке. Так... Только этого для полного счастья не хватало. - Эрик мне обещал... - В самом деле, обещал, - подтвердил кто-то, судя по голосу, белобрысый конвоир. Усатый выпятил подбородок: - А я за его безответственные обещания не отвечаю. К тому же, он мне не начальник... Ред, Аксель, Матиас, вывести! Меня подхватили под локти, кто-то деловито осведомился: - А второго? - Не трогайте пока, но глаз с него не спускайте. Я рванулся из цепких рук: - Может, записку-то прочтешь, а?! - Нечего! - рявкнул он. - Что я - Эрика не знаю?


- Ах ты!..- проскрежетал я, глотку перехватило. Меня подтолкнули к выходу, в спину уперлось дуло. А еще я поймал беспомощный взгляд Дикса. Да, тут он ничего поделать не сможет... - Эрик мне обещал! - я опять попытался вырваться, но получил стволом под ребра. Ах ты, как по-глупому все!.. Меня выводят наружу, усатый командует: - Вон там поставьте, в стороне от входа. Еще дальше. Часовой с автоматом даже курить забыл, смотрит, открыв рот. Меня ставят у каменного откоса, отходят на десяток шагов. Трое. Четвертый - усатый. Лиц не вижу, все расплывается, на глаза от сознания собственной глупости слезы наворачиваются. Так по-дурацки, а?! Нет, этого удовольствия они не получат. - Заряжай! Во рту становится противно и вязко, колени, кажется, обмякли. Ну нет, Чародея так не возьмешь, кое-кого я еще с собой прихвачу! Жаль, до Эрика, этого предателя, не доберусь... - Целься! Стволы поднимаются - три черных дыры, кажутся неправдоподобно огромными. Сейчас. Мне нужно еще секунду... Усатый поднимает руку медленно, как в глицерине... - Ну-ка, стоп! Негромкий хрипловатый голос прозвучал откуда-то со стороны входа. Нацеленные автоматы нестройно колыхнулись, головы повернулись. У входа, скрестив руки, стоял плотный седой коротышка в мятом хаки, расстегнутом на волосатой груди. Этакий постаревший Карлсон... - Опустите-ка автоматы, - все так же негромко скомандовал коротыш. Автоматчики подчинились, как мне показалось, с большой охотой, а Карлсон повернулся к усатому: - Что это ты тут затеял, Генрих? - Это тот самый Меченосец... Седой терпеливо кивнул: - Я вижу... Но спрашиваю-то я тебя не об этом. - У меня приказ его расстрелять. - Я не совсем понял, - коротышка подошел к громадному Генриху, остановился перед ним, покачиваясь с носка на каблук и глядя на него снизу вверх. - Я что - отрядил тебя командовать расстрелом? Не слышу? Усатый Генрих начал медленно заливаться краской: - Нет, Ульвар. - Так... А может, напомнишь мне, кто из нас командует группой? Ты? Или все-таки я? коротышка спрашивал с искренней заинтересованностью, а у Герниха, кажется, даже усы покраснели. Вокруг уже собралась кучка любопытствующих, кое-кто прятал ухмылки. Этого


Генриха здесь, похоже, не слишком жалуют. Не все, оказывается, ладно в датском королевстве... Ульвар приставил к уху ладонь: - Ну, Генрих, так кто здесь командир? Мне показалось, что Генрих сейчас начнет рассыпать вокруг себя маленькие шаровые молнии, но вместо этого он промямлил: - Ты, Ульвар. - Значит, все-таки я... Вот и чудесно. А мне почему-то кажется, что в компетенцию исследовательской группы военно полевые суды не входят. Тем более, этого человека направил Эрик, и, как я вижу, с каким-то донесением. - Это Меченосец, - начал было снова качать права Генрих, Ульвар терпеливо кивнул: - Это я уже слышал. Но Эрику я привык доверять. Подойди, Меченосец. Я с удивлением обнаружил, что до сих пор держу в руках смятую записку. Стараясь мужественно подавить мандраж, я приблизился к Ульвару едва ли не строевым шагом, вручил послание, тот быстро пробежал его глазами: - Так, понятно. Ты свободен, Генрих. Остальные тоже, - он выразительно поглядел на любопытных, те не торопясь рассосались. Но Генрих, все еще багровый, как заря, уходить не торопился. Ульвар в упор посмотрел на него: - Ты свободен, Генрих. Тот, нависая над маленьким Ульваром, упрямо пробубнил: - Как наблюдатель Службы Безопасности... - Ты, стало быть, наблюдатель? - деланно удивился Ульвар, Генрих повторил: - Наблюдатель ,- вид он при этом имел такой, словно внезапно наложил в штаны, но сдаваться не собирался. А Ульвар тут же обнаружил просто великолепные способности: побагровел, раздулся и рявкнул громовым голосом: - Так наблюдай!!! А в дела экспертов еще раз сунешься - вылетишь из группы! Генрих, пытаясь казаться спокойным, выдавил сквозь зубы: - На ближайшей связи я вынужден довести до сведения Центра... - Доведешь, - неожиданно благодушно пообещал Ульвар. - Только сначала недельку под домашним арестом посидишь. За превышение полномочий. Это Генрих, наш наблюдатель из СБ,- как ни в чем не бывало представил он мне Генриха. - Пошли, Меченосец. Да, вот так вот отчитать, как мальчишку... И кого - эсбешника! У нас их, помнится, тоже недолюбливали. Даже и Дэн, с которым мы делили сигареты, воду из фляжки, одеяло - все равно он для нас оставался


эсбешником, все равно к нему настороженно относились... И, как выяснилось, не напрасно. А тут... Либо у них уж очень серьезные привилегии, либо Ульвар имеет целью «уйти» Генриха из группы, во всяком случае, я подобную выволочку в присутствии подчиненных иначе истолковать не могу. - Знаешь, Меченосец, - дружески обратился ко мне Ульвар - а расстрелять тебя все же стоило. Я рискнул спросить: - Из-за Гнезда? - В том числе. Ладно, Эрик за тебя ручается. Ты уж его не подводи. - Постараюсь, - искренне пообещал я. - Мне, кстати, тоже есть, о чем с тобой поговорить. Но после. Вы как - проголодались наверно? - Честно говоря, да. - Ладно, сейчас распоряжусь. А ближе к вечеру поболтаем о пустяках, - он произнес это так, словно мы с ним и в самом деле собирались побеседовать о причудах погоды за стаканчиком. Оригинал, ничего не скажешь... Но Ульвар, как только мы вошли внутрь, сразу куда-то ушился, а я отыскал глазами Дикса - на скамье в углу - и подсел к нему. И тут на меня накатило... А проще говоря, меня основательно затрясло. Слишком много всего за один день - и тебе путь через ущелье, и драка, и расстрел... Дикс положил мне руку на плечо: - Спокойней. Все уже кончилось. - Знаю, - сквозь зубы ответил я. - Во фляжке у тебя как, осталось что-то? Дикс поспешно отстегнул от пояса флягу, протянул ее мне, я одним глотком ее опорожнил. Вот так... А сейчас посидим и глубоко подышим. Появился все тот же белобрысый парень, приволок две банки консервов и две кружки кофе. Очевидно, Ульвар поручил ему нас опекать. Кстати, я процентов на 80 уверен - он Ульвара и позвал... Но так или иначе, разговаривать с нами он не пожелал и с автоматом не расстался, да и остальные поглядывали на нас недоверчиво - кто этих Чародеев знает, что у них на уме?.. Ну, к этому мне не привыкать, в этом мире к нам так сплошь и рядом относятся. А свой брат Пришлый - чем он лучше местного, когда дело касается чего-то вне его рамок понимания? Разве что слов умных больше знает... Мы разделались с едой и закурили. Да, Эрик, похоже, пользуется здесь определенным авторитетом. Но вот зачем ему я? Вот смеху-то будет, если и он меня знал до того, как я сюда попал... Да еще я чувствовал Силу, а с ней имеют дело те, кто работает в И-группе: аналитики, прогнозисты, связанные со всевозможной паранормальщиной. По идее, сюда и Дэн должен относиться. Во всяком случае, у меня твердая уверенность, что в


И-группу меня именно он пристроил. Да сопоставить с его появлением у меня на квартире в Н-ске, с картинками... Хоп! А ведь эти самые «картинки» - летящие фары, глухой удар и все остальное - я уже видел! Там, в Бурге, когда двойник погиб. И похоже на то, что Дэн мне показал, просто до мелочей. Совпадение?.. Ха-ха! Жирно для совпадения! Жутковато все это выглядит, прямо скажем... Хотя я отвлекся. Вот и здесь я зачем-то нужен, да еще живым. Может, с ущельем Морока связано? для чего-то же там заставу поставили? Ладно, это все догадки и гипотезы... И тут в холл с топотом и пыхтеньем ввалился коренастый парнишка в форме и, не переводя дух, выпалил: - Где Ульвар? - У себя, а что? - Тревога! Серые в ущелье, атакуют заставу! И еще, только вот гелиограмму получили - троих наших на Волчьем захватили... - Кто? - Ульвар возник внезапно, как чертик из коробочки. - Серые. - Так...- Ульвар выдержал паузу, по моим подсчетам, как раз достаточную для того, чтоб мысленно выругаться, неторопливо подошел к серой панели в стене, откинул ее, щелкнул переключателем и принялся сыпать в микрофон отрывистыми четкими командами: - Первая, вторая, четвертая пятерки - готовность три минуты. Боевой вылет, схема четыре. Техсмена, четыре машины на полосу! Миллер, быть сию минуту у главного выхода. Верхние посты усилить людьми моей группы, ответственный Равелли. - Миллер уже у главного выхода, - негромко сообщил невысокий плотный мужичок, Ульвар повернулся к нему: - Сразу за нами берешь четвертую машину - и жми к перевалу. там наших захватили. На всякий случай возьми пленных. Постарайся обойтись без пальбы – ну, как ты умеешь. - Думаю, получится. - Все, действуй. Чародеи, летите с нами. - Вот это я и хотел предложить, - я сосредоточенно подтягивал пояс. - Очки и автомат. - Автома-ат? - Без оружия там д��лать нечего. - Нас ты и без оружия долбил. - Тогда пусть меч мне вернут. - До рукопашной вряд ли дойдет. Можно подумать, я в рукопашную рвусь... - Я им пользуюсь иначе. - Как это?


- Увидишь. Только неси осторожней, за рукоять не хватайся,предупредил я парнишку, появившегося с моим мечом, сбросил плащ, перекинул через голову перевязь. Ульвар чуть заметно усмехнулся, потом сообщил: - Значит так, Чародей: летишь со мной. Второй - на второй машине. Вперед. Мы дернули к выходу. На полосе уже стояли готовые к полету машины, возле каждой торопливо докуривали автоматчики. Ульвар вразвалочку подбежал к первой, забрался на пилотское сиденье, я пристроился слева от него. Где-то позади я чувствовал Дикса. Все уже заняли свои места, Ульвар разогревал движок. Я вынул из ножен Хельмберт, сделал несколько пробных замахов, проверяя расстояние до крыла. - Плоскость прорвешь,- прокричал кто-то сквозь треск моторов. - Не прорву,- успокоил я, но не уверен, что кто-нибудь расслышал. Ульвар толкнул меня в бок, молча протянул мне очки, я тут же надвинул их на глаза. переносицу давит, но в общем, терпимо. Дельтаплан понесся по полосе к обрыву, на какой-то момент мне опять показалось, что сейчас мы рухнем, но Ульвар тут же выровнял машину. С душой здесь окапывались - обрыв метров пятьдесят, дальше начинаются вообще какие-то пампасы - крутой склон, беспорядочно загроможденный валунами... Мы поднялись выше, вошли в крутой вираж. Конечно, можно к полетам привыкнуть, но явно не сразу - мне пришлось положить Хельмберт в сетку перед собой и обеими руками вцепиться в поручень. Да, Пещеры эти - натуральная крепость, никак к ним не подлезешь... Я поднял глаза. Автоматчики косились на меня, не скрывая усмешек. В самом деле, воевать они будут явно с воздуха, и оружие у них соответствующее, один я, как дурак, со своим мечом... Ладно, посмотрим, что вы запоете, когда до дела дойдет... ГЛАВА 16 Ульвар выжал из мотора все, что только возможно, но перелет отнял у нас больше двадцати минут. Уже на подлете к ущелью можно было, не напрягаясь, определить - там идет драка.. несмотря на шум моторов, отчетливо слышен сухой треск очередей, хлопки одиночных выстрелов, гулкое буханье эриковской слонобойки. Значит, жив еще, раз стреляет... Но вот как-то меньше всего нравятся мне эти лиловые вспышки над скалами. А ведь Серые нежитью управлять могут... А вспышки эти... Както уж слишком на Монахов похоже. Этого еще не хватало! Без Камня я против них не выстою, коню понятно. Только бы не Монахи! Я брошу пить, курить., не знаю, что еще, но только бы не Монахи!


Ульвар прижимает машину вплотную к склону, нас пока не видно, но и мы не видим, что творится в ущелье. Но кто-то там есть, владеющий Силой. Человек или около того. Не Монахи! И тут мы выныриваем из-за склона, закладываем крутой вираж над ущельем, внизу - человек двадцать-тридцать всадников в незнакомых доспехах. Кочевники, вероятно. Ох, как это все не вовремя! Маленькая, едва заметная фигурка внизу что-то вскидывает, щелчок, стрелок слева от меня роняет автомат, зажимает рану на плече. Ч-черт, да они еще и с ружьями! Снизу, из ущелья, ударяет в склон лиловая молния, сверху видно, как маленький автоматчик отлетает на несколько шагов. Свезло парню, жив, кажется... Да где ж в этой каше Эрик? На некоторое время мне закладывает уши - мы ввязываемся в перестрелку, машина ложится на крыло, на секунду вижу дно где-то справа. Еще одна молния - я уже знаю, кто их бросает, вон тот тип на странно неподвижном коне, в ярко-зеленом плаще. Дельтаплан перед нами врезается в скалу, вспыхнув как-то сразу весь, катится по откосу огненным комом, следующая - в нас... Выбрасываю знак Отражения как можно дальше. Есть, отбито! Что-то еще могу! Еще одна вспышка, направленная в третью машину рассыпается ослепительно белыми осколками. Молодчина, Дикс! Мы еще повоюем, мать их за ногу! Кричу в самое ухо Ульвару: - Пикируй! Жить хочешь - пикируй! Короткий взгляд на меня - и направляет машину вниз, Хельмберт дышит Силой у меня в руках, справа и слева заходятся автоматы, несколько всадников валятся на землю, неправдоподобно громадной кажется вставшая на дыбы лошадь... Но тот, в зеленом, как заговоренный - выбрасывает руку к нам, еще не успеваю понять, от чего предстоит защищаться, мысленно продолжаю Хельмберт на добрый десяток метров, вычерчиваю знак Силы, вдохновенно закручиваю его в спираль движением клинка - и лиловый шар превращается в грязно-серый, лопается, обдавая жаром, дельтаплан под нами вздрагивает, как перепуганная лошадь, пугающе близко проносится гладкий, словно отполированный, склон, и выстрелы теперь кажутся странно тихими... Черт, опять все невпопад! Неожиданно чувствую странное опьянение Силой, как тогда, в ущелье - но только на сей раз пришло оно из Камня. Но ведь я-то даже не в контакте с ним! Но оттуда накатывает в резонанс с моей темная волна непонятной Силы, с которой мне не совладать, я становлюсь щепкой на гребне волны берсеркерского неистовства, безжалостного, как сердце пустыни... Коротко бросаю пилоту: - Пикируй, сын больной суки!


Круто ныряем вниз, и тот, в зеленом - мишень. Я пользуюсь не голосом и даже не мыслью... Ты, шелудивое отродье пожирателя падали! Я, Ринге Неистовый, приказываю тебе умереть! На какой-то момент ощущаю контакт с тем, внизу, чувствую его страх - и начинаю смеяться, и летит в него обрывок какого-то заклинания, не то произнесенного, не то пропетого, мне даже язык непонятен, но даже сквозь ярость успеваю испугаться. А там, внизу, уже сплошной ослепительно-белый костер... И снова склон, кажется, под самыми ногами... И все кончается, после опьянения Силой приходит какое-то ужасающее похмелье, мир становится плоским, как выцветшая фотография, меня только и хватает, чтобы убрать в ножны Хельмберт, а дальше просто бессильно обвисаю в ремнях. Толчок о полосу отдается болью во всем теле. Пока лучше просто с закрытыми глазами посидеть... Башка раскалывается, в ушах частят молотки. Чувствую себя, словно резко вынырнул с глубины. - Ну, Чародей...- кажется, Ульвар. В голосе одобрение с примесью испуга, потом вдруг - тревога. - Э, ты чего? - Я... в порядке, - голос как чужой. Слышу, как сзади садится второй уцелевший дельтаплан. надо посмотреть... А, еще голову из-за этого поворачивать... Вдруг откуда-то рядом всплывает Дикс, чувствую, что он до предела напуган: - Что ты там такое... Эй, не спи! Что с тобой? Отвечаю безразлично: - Перетрудился... - Да ты на двухнедельный труп похож! Ну-ка...- он кладет ладони мне на виски. Где-то через минуту мне полегчало настолько, что я смог отркыть глаза и достаточно внятно попросить сигарету и чего-нибудь выпить. Просимое я получил тут же, но это не помогло - все равно мозги как онемели... Возникает в поле зрения Эрик - с ног до головы перепачканный, со свежей ссадиной на лбу, но живой и бодрый: - Ну ты, Ордынцев, даешь! Я уж испугался... - Все в порядке, - чинарик выпадает из руки, все вокруг снова заволакивает прозрачной серостью. Эрик - голос существует где-то на самом краешке моего восприятия - произносит: - Слушай, Ульвар, полетели! - Давай хоть раненых погрузим... Сколько их? - Четверо. Полетели, а то еще и труп Чародея у нас на руках будет. Снова пауза для мысленного ругательства, и:


- По местам. Пристегнуться,- а потом снова затрещал мотор. Последнее, что я отразил - проваливающийся вниз склон, а потом вообще почти перестал что-то видеть. Голова, кажется, весит с тонну, каждое веко - не меньше сотни килограмм... Как у Вия... Нет, Меченосец, спать нельзя! Это смерть! Хотя разницы-то? Все равно вокруг ничего не осталось, муть сплошная. И все же, надо отрыть глаза... А как это сделать, когда веки склеены? Это все изза того, что там, над ущельем случилось... И кто ж все это сделал? И приходит ответ, которого я смутно ожидал, причем, кажется, я сам себе его дал. …Это сделал я, Ринге Воитель. Йокан, старая ящерица, не ожидал, что я так быстро соберу такое войско. Под мои знамена встали не только эльфы и маги, но и большая часть чародеев Огненного Круга, не говоря уж о прочей солдатне. Этих я могу набрать когда и сколько угодно, и они безропотно пойдут драться и умирать за меня. Просто боевые машины, рабски мне преданные, в их глазах - только повиновение моей воле... Но стоит мне повернуться спиной - и вздымается позади волна жаркой, но бессильной ненависти. А один мой взгляд - и они снова готовы умереть... Ничтожества. Как и те, из Огненного Круга - они ненавидят Йокана, но едва ли не больше ненавидят меня. ненавидят, правда, трусливо. Что ж, меня погубит предательство, это известно... Хотя кто может меня предать? Друзья? Но друг - это тот, кто равен тебе, а мне могут быть равными только враги. Вернее, единственный враг - Йокан. Интересно, что будет, когда я сотру его с лица земли? Я свыкся с ненавистью... Это огонь, который сжигает меня изнутри. Погасит ли его кровь Йокана? Что ж, если нет - тем хуже для этого мира. К тому же есть миры за гранью. Есть еще демоны. Может, потом мне придет в голову выпустить их на свободу... Нет, стоп! Я ж не Ринге никакой, я Мик Меченосец! Не знаю, сколько все это продолжалось, но с меня хватит. Я больше не поддамся. Это все Камень, бывший Юрд... Но сознание ускользает, я только на миг чудом уцепился за подобие реальности, а потом чужая ��оля, чужая личность подхватывает меня, как горный поток соломинку, и злость захлестывает меня. Злость и горечь... …Мои воины были в полулиге от цели, и я сам шел во главе их, и видел уже стены Дхарты... Но что толку сожалеть? Значит, Йокан все же стравил меня с гномами... Но отступление остановлено, и время у меня есть. И тайное оружие тоже. Жертвоприношение окончено - три девы, три отрока... Как все же трудно найти девственницу в землях, через которые прошли войска... Поторапливайтесь с костром, свиньи! Дело почти сделано. Сейчас я призову такие Силы, которые Йокан не сможет остановить. Он даже подумать о них боится! А смогу ли я их


остановить... неважно. Мое дело - Йокан, и цена пусть будет любой. Я согласен. Итак, я призываю вас! Заклинаю вас железом, огнем и невинной кровью - идите на волю! Я знаю слова, которые снимут оковы!.. И я начинаю что-то произносить что-то нараспев, без понимания смысла - и даже сквозь завесу чужой личности просачивается страх. Это уже будет необратимо... Бр-р! Холодно. И мокро, к тому же. Зато я, кажется, снова я... Меня встряхивают, голос, смутно знакомый, звучит откуда-то сверху: - Не очнулся еще... Давай. Опять обрушивается на голову ледяной водопад, какая-то скотина лупит меня по щекам. Я наконец смог пробормотать: - Отвяжитесь, козлы... Холодно, - и открыл глаза. Скотиной оказался Эрик, к тому же я обнаружил, что ни кольчуги, ни рубашки на мне нет. Эрик, заметив, что я очнулся, с тревогой осведомился: - Ты как? - Паршиво. - Пошли. - Легко сказать...- я попытался улыбнуться. Кажется, получилось неважно, но Эрик на мою гримасу внимания не обратил, просто закинул руку к себе не плечо и поставил меня на ноги. Да, стоять еще могу, но вот ходить - это уже из области фантастики. В башке пусто, перед глазами колышутся ошметки хмари, колотит так, что вот-вот зубы выскочат... Мы идем - вернее, идет Эрик, а я повис на нем - каким-то коридором, сворачиваем... Это я отразил довольно слабо, но вот когда мы вошли... Тут, оказывается, есть койка! И нагреватель - раскаленный, божественно жаркий нагреватель! Увидев такую роскошь, я даже начал перебирать ногами. Усадив меня на койку, Эрик тут же сунул мне в руку кружку: - Пей. Залпом. - Это что? – вяло поинтересовался я. - Лекарство. Пей. Ладно... Я послушно опрокинул содержимое кружки в пасть. Мама! Не меньше шестидесяти градусов это лекарство! На глаза навернулись слезы, так что я не увидел, как в моей руке оказался бутерброд. Восстановив дыхание, я с возмущением выдавил хрипло: - Предупреждать надо! - Извини. Шоковая терапия. - А там что было? - я мотнул головой в сторону двери. - Водные процедуры, - на голубом глазу откликнулся Эрик. - Хочешь повторить? - Спасибо. Такие процедуры водобоязнью пахнут. Лучше шоковую терапию повторим. - Похоже, в себя приходишь... А не много тебе будет?


- Да хоть бы и так. Надо слегка после ущелья отойти. Кстати, пока объяснить не могу, что там такое творилось. - А я тебя пока и не спрашиваю. - И на том спасибо. У тебя «Житан» еще остался? - Держи, грабитель. - А спички? Я блаженно затянулся, оглядывая комнату. По размерам - чуть больше вагонного купе, обстановка предельно проста: две койки с рундуками, стол, пара стульев, куча стенных шкафов. На столе - куча листочков, на ближайшем ко мне изображен несколькими штрихами Эрик. Довольно похоже... - Колберт был неплохим художником,- он, очевидно перехватил мой взгляд. - Да, а с Диксом что? - Это который твой напарник? Еле на ногах держится - его, похоже, по мозгам шарахнуло, когда он тебя откачивал. Надеюсь, это не заразно. - Ладно, где там обещанные шоковые препараты? - Алкоголик, - проворчал он, наливая в кружку из плоской бутылочки. - Да, а мои шмотки? - Не бойся, не обзаримся. - Главное - меч. Последи, чтоб до него не дотрагивались... И давай наконец сюда кружку. - Ладно, шеф, послежу. Будет исполнено, шеф. - Ты ее так и собираешься держать? - Ну на, подержи,- он сунул кружку мне в руку. - Смотри, как это делается,- я быстро выплеснул содержимое себе в пасть. - Орел. Тебе бы поспать сейчас... Внутри растеклось живительное тепло, я вяло воспротивился попыткам меня уложить: - А что, я еще ничего...- и попробовал подняться, но тут же свалился обратно: - Ой, оказывается, чего... - Говорят тебе - дрыхни. Погоди, ты б хоть ботинки снял! - Развезло, однако, меня... - Неудивительно. Чудо, что тебя живым довезли. Ладно, я пошел. Дверь не запираю. Мысли текут как-то вяло, но сознание ясное до предела. Спокойней, это вполне может быть признаком опьянения - кажется, что все просто и понятно. Ладно, поскольку мозги все же работают, попробую разобраться с тем, что же все-таки над ущельем стряслось.


Итак, ситуация вкратце такова: когда я прошел Ущелье, мой Юрд оказался стерт, а в Камень, который у меня на груди, вселилась какая-то зараза. То, что я видел в самом ущелье и то, что произошло во время боя, в принципе, идентично, и в обеих ситуациях каким-то боком замешан некто Ринге Воитель, о котором мне известно то, что о нем ничего неизвестно, а орденские летописи молчат. Далее, Ущелье мы с Диксом прошли вместе, а он про этого Ринге - ни сном, ни духом... Похоже, ему там куда меньше моего досталось. Видно, судьба у меня такая - громоотводом работать... Но речь не о том. Этим Ринге упоминался некий Огненный Круг, и Учитель мне, помнится, что-то про них говорил. Вернее, там звучало, что этак лет за полсотни до Напасти тогдашний Орден громил неких Потомков Огненного круга. Важно тут одно: этот Огненный Круг существовал в реальности, значит, приходится допустить, что и Ринге этот существовал причем, похоже, очень давно. А если нет? Это что получается - какие-то фокусы моего нездорового подсознания? А Сила такая что - тоже из подсознания взялась?! Нет уж, Сила есть Сила, и эта явно не моя была. К тому же там, в ущелье, был некий Йокан и обоих этих деятелей ущелье Морока как-то слишком интересовало, и маза такова, что они чуть ли не из-за него и схлестнулись, и оба этого ущелья побаивались, а ведь были Чародеи не чета любому Магистру. Далее, тот же Йокан с какой-то непонятной целью перегородил это ущелье Лабиринтом, какие-то безвестные старатели доходят на этом месте до смертоубийства... Значит, было что искать? Далее, Камни тут стираются, орденцам сюда вход воспрещен, Институт зачем-то ставит на выходе заставу, Серые зачем-то ползут сюда, причем небольшим отрядом - и параллельно атакуют на Волчьем, а это всего десяток лиг от ущелья Морока... Однако, отуземился я - в лигах уже думаю... Но это как раз ерунда, важно другое - что-то тут такое нагнетается вокруг этого ущелья, а зачем бы? Далее, чувство, что своей Силой ты какие-то тамошние мороки, или что там такое, провоцируешь на что-то, а на тех, кто Силой не обладает, они, конечно, тоже действуют, но не в такой же степени! На магию все это не похоже - магические действия требуют сверхаккуратности, педантизма... А тут полный разгул всяких идиотских фантазий: и тебе старатели, и Чародеи... Запределье этакое. Так-так, а это уже забавно... Когда я у Прокаженных выходил а Запределье, выходил я туда через непонятный наркотик. И через Камень. Зеленый взрыв, ощущение погружения... Тут что-то есть, какое-то ключевое словечко. Инструмент. Чародейский инструмент. «Я готов завидовать Чародею, которому он достанется»... Горбун-гранильщик! Гранильщик! «Пляска рук и Силы»! Значит... Камни вроде моего Юрда, а может, Сила, их заряжающая, только, так сказать, в диком состоянии. Да еще если принять в расчет то, что Камни оставляют в себе отпечатки личностей прежних владельцев, своего рода посмертные маски.


Значит, здесь, как мухи в янтаре, сохранились и гранильщик, и Ринге, и Йокан, и все, кто прошел здесь, и кто погиб... Оставили что-то вроде следов на мокром песке. Вот так следочки!.. Я в таком, можно сказать, захлебнулся... Но то, что с Юрдом случилось, эта гипотеза вполне объясняет. Проще соленого огурца: мой Камень размагнитился. Ладно, главное - я не размагнитился... Хотя сейчас даже на контроль Силы не хватит. Спать, спать, спать... ГЛАВА 17 Проснувшись, я некоторое время пролежал с закрытыми глазами, пытаясь определить время суток. Без Камня не совсем получилось, так что глаза пришлось открыть, но и это не помогло. Окон никаких, только лампа под потолком. Да и откуда здесь окна возьмутся - я же в Пещерах... Я сел и огляделся. Проснулся, вроде, там же, где и заснул. Все в том же виде, вплоть до бумаг на столе. И еще имеется начатая пачка «Житана». Я размял сигарету, вставил в пасть. А ну-ка, маленькую проверочку... Я свел пальцы в знаке Огня, кончик сигареты послушно затлел, но при этом я чуть не опалил себе волосы. Да. корректироваться надо... Но главное - то, что я снова жив и дееспособен. Ага, шмотки - вот они, на стуле, Хельмберт к спинке прислонен. Интересно, а над ним я контроль не утратил? Серебряная рукоять удобно легла в ладонь, прикосновение к ней меня даже несколько взбодрило. Хоть с этим порядок... И вообще все не так уж плохо - башка ясная, нигде не ломит, только вот жрать охота - просто сил никаких нет... А в этой комнате хавки как-то не наблюдается. И есть еще момент, который поважней даже голодной смерти: помнится, накануне я проделал какие-то выкладки и пришел к замечательному выводу, что пресловутое Ущелье Морока является чем-то вроде месторождения чародейских Камней, давно заброшенным. Почему заброшенным - тоже ясно: орденцы туда не ходят, у них без этого дел хватает. Мотивация простейшая - не буди лихо, пока оно тихо. Забрел, скажем, туда в кои-то веки Чародей, а в него возьми и вселись что-то вроде того же Ринге, и вышла из ущелья уже такая чума, что десяток бойцов с трудом сладил... Я попробовал еще раз все просчитать - очень логически и очень придирчиво. В целом, все сходится. Я затушил сигарету, напялил рубаху и подкольчужник, перевязь с Хельмбертом небрежно повесил на плечо, как спортивную сумку. Теперь надо найти жратву. И Эрика. И аккуратненько его повыспросить, с какой это радости Институт своих людей на заставе в ущелье гробит. Но вот только где его искать? База, похоже, большая, народу - как на хорошем линкоре... Ладно, Эрик тут, вроде, за крупную шишку канает, так что уж


кто-нибудь подскажет, где его искать. Все лучше, чем сидеть и ждать. И вообще, «пойди разузнай и разнюхай». Дверь, как и обещал Эрик оказалась незапертой. Я вышел в коридор, постоял, привыкая к свету. И куда теперь? Насколько помню, пока мы сюда шли, никаких лестниц не было... Ладно, понадеюсь на интуицию, Игруппа, все же. Куда ноги понесут, туда и пойду. Ноги понесли меня мимо абсолютно одинаковых дверей, пару раз я сворачивал. Везде тихо, все как вымерли... Хотя нет, неподалеку звуки какие-то, разговор в десять глоток, только слышимость скверная. И ржет кто-то... Да еще, если чутье меня не обманывает, там Дикс. Я подошел, постучался... - Да! По другую сторону двери оказалась большая комната, типа лаборатории, и имел там место самый разгар пьянки. - Эрика никто не видел? И тут почти над ухом загремел знакомый голос: - Вот у кого на пьянку нюх как у десанта! Не успели начать - он уже здесь! - Малыш! Живой, скотинка рыжая! - Не дождешься, Ученик Чародея! Мы обнялись. - Легче! Я тебе не баба! Малыш, ребра последние! - Ладно, так и быть, живи, - прогудел Малыш, пододвигая мне табурет. Я сел, огляделся. Здесь, в комнате, человек пятнадцать - Дикс о чем-то сосредоточенно беседует с Эриком, мелькнула и пропала рыжая кожаная куртка Секретника, через стол, угрожающе шевеля усами, Генрих таращится... В основном народ в той же маскировке, но имеется несколько экземпляров в камзолах, а один даже в рясе бродячего проповедника. - Господа, жрать хочу - просто умираю. - Момент! Я накинулся на консервы и пиво, как голодный дракон на рыцаря. Кто-то пытался завязать со мной разговор, я только бурчал что-то нечленораздельное. Не видят, что ли - занят я... Наконец я смог хоть что-то отражать. Малыш, естественно, находился в центре внимания - травил какие-то свои десантовские байки. Вот ведь человек - везде себя своим чувствует, и что характерно, его тоже воспринимают как своего все - от бандита до академика. Дождавшись конца очередной истории, я вклинился в разговор: - А Вилли со Старым где? Отдыхают? Лицо Малыша тут же окаменело, даже осунулось, он замолчал. Так... Я уже понял, что произошло, когда он негромко, странно скрипнувшим голосом, произнес:


- Убиты. На Волчьем. Серыми. - Д-да...- выдохнул я, провел по роже рукой. Не сразу доходят до меня подобные вещи... Конечно, глупо было расчитывать, что все мы уцелеем, но не укладывается Старый в слова «потери в живой силе»! Я сгорбился, глядя в стол, в голове вакуум. Малыш вдруг положил мне на плечо лапу: - Вот что, Майк, на войне как на войне. Мы все сами вызвались идти, никто нас насильно не гнал. А тебе - совет: если хреново, не показывай этого никому, а то еще гаже станет. И не раскисай, - с этими словами он налил мне полкружки прозрачной жидкости, поднялся и, перекрыв остальные голоса, произнес неожиданно звонко: - За тех, кого с нами нет! Гомон в комнате сразу будто подушкой накрыли, поднялись все молча, посуровев. Здесь без потерь не бывает... Я тоже молчал, вспоминая. Хельг. «У эльфов смерти нет»... Стрела предназначалась мне. Роджер. «Вы забыли капитана бронепехоты...» Забыть бы проще всего. Не тех людей теряем... Вилли. Я его почти и не знал... Старый. «Должен же вам, мелюзге, в дороге кто-то сопли утирать...» И ведь не хотел он идти, а пошел... И угораздило ж меня еще и других за собой в эту историю потянуть! Лига, Братство... Все они одинаковы, только одни вроде как за меня, другие против... К черту, не хочу об этом. Чума на оба ваши дома. «Я тебя в качестве подмоги устрою, двойничок?» Мир праху твоему, Ордынцев, пьяница старый... Первый раз в жизни сам себя поминаю. Против воли я мрачно усмехнулся. Между тем попойка потихоньку вернулась в нормальное русло. Я тоже сел. Кто-то тронул меня за плечо. Эрик. - На войне как на войне. Я тоже троих потерял. Нам, вроде, было о чем поговорить? - Было, - действительно, надо не киснуть, а делом заняться. - Ну тогда поступаем так: ты тут свои дела решать еще будешь? А потом топай ко мне - ну, туда, где ты отлеживался, идет? - Годится. - Бутылку я с собой прихвачу. Эрик исчез, но передо мной тут же возник Генрих, уперся в меня пьяным тяжелым взглядом: - Меченосец, ты приговорен, понял? Я до тебя не добрался, но еще доберусь, понял? Гроб себе заказывай, понял? Я на всякий пожарный отодвинулся от стола, освобождая место для маневра правой: - Договорились. Только давай на завтра отложим, чтоб я протрезвел, хорошо? - после чего выскользнул из-за стола и подсел к Диксу.


Дикс оказался уже хорошо вдетым, но я все ж попытался выяснить у него кое-что. никаких изменений во мне он не заметил, во время драки над ущельем не понял ничего, просто перепугался, о потомках Огненного Круга знал столько же, сколько и я. Да еще при этом пытался шифроваться от меня. Хотя что там говорить, я от него тоже шифруюсь... Дело кончилось тем, что я спер со стола сигареты и направился к выходу, весьма успешно миновав Генриха. Значит, Эрик интересуется Ущельем, а так же моими взглядами на проблемы чародейства, магии и прочей лабуды? Вот и отлично, а взамен он мне расскажет, кому я в Институте и когда на мозоль наступил. И расскажет без всякого там воздействия Силы... Ага, кажется, мне сюда. Я постучался, эриковский голос откликнулся из-за двери: - Открыто! Эрик валялся на койке, сняв ботинки и вооружившись полным стаканом и сигаретой: - Ну, наконец-то! Я думал, ты там упился. - И решил не отставать. - Да я только начал... Ты не стесняйся, будь как дома. Под столом еще один стакан живет. Распоряжайся. Я распорядился. Эрик разговор начинать не торопился. Ладно, поговорим о нейтральном: - А Ульвар тебе за пьянку уши не отрежет? - Он не хуже нашего понимает, что в такой дыре сидеть и не пить утопия. Так что раз в неделю-другую можно расслабиться, если не занят. - Со мной расслабляться - за это он тебя не похвалит. Я до сих пор чуть не государственным преступником считаюсь. - В каком, интересно, государстве? - В Империи, например. - Удивил! Что ты там натворил? - Да как тебе сказать... За меньшее на костер отправляют. Смылся из Ордена вместе с ведьмой, уронил лошадь под нынешним Верховным Магистром, работал колдуном в племени на побережье, забрался в резиденцию Верховного и учинил там небольшой беспредел... - И когда ты все успеваешь? - Привычка. Ты со мной об этом и хотел потолковать? - В том числе... И с орденцем ты вместе гуляешь, хотя после таких подвигов он тебе в глотку вцепиться должен. - Ну уж сразу и в глотку... Ты ж не вцепляешься, хоть я вашим дорогу где-то и перебежал. Кстати, где именно? Он неторопливо сел, затушил сигарету, в упор уставился на меня: - Ты что - хочешь сказать, ты ничего не знаешь? - Допустим. А ты что - хочешь сказать, ты что-то знаешь? - Допустим, так. Интересный ты тип, Меченосец...


А вот нездоровый интерес к моей скромной персоне потихоньку начинает раздражать... То палят по мне почем зря, то сообщают, что я интересный тип... - Ну так за какие конкретно приколы меня шлепнуть хотят? - Хитер, - осклабился Эрик. - Информация даром не дается. - Она, наверно, к тому же секретная? - прошептал я «шпионским» тоном. - Ну так и что? Я ж тебе говорил, мы вполне можем СБ подальше посылать. - Ну, когда Генрих доложится, что меня в руках держал, большой бучи не миновать. - Кстати, он на тебя не бросался? - Гроб заказать посоветовал. Приличные плотники у вас есть? - Ладно, он-то будет молчать. - ??? - Он мой друг, можно сказать, по школе и мечу. - И здесь коррупция... - Ладно, обличитель нашелся... - Эрик наклонил бутылку. - Учти, ты мне должен - я, как-никак, жизнь тебе спас. - Я, помнится, тебе тоже. - А я тебе два раза. - Слушай, а такая штука, как альтруизм тебе знакома? Он невинно улыбнулся: - Понаслышке. А ты что - великий альтруист? - Совершил как-то раз подобный поступок...- признался я. - До сих пор расхлебываю. Эрик наставительно воздел палец: - Вот! И к чему это привело? - К тому, что я шнапс с тобой трескаю. Меня такой расклад вполне устраивает. - Ладно, раз так... Но ты все же расскажи, что там над ущельем было, а то я чуть с ума там не спрыгнул. Ага, пошла поклевка... Ходит, как кот вокруг горячей каши. - Сам еще толком не понял. Пришло через эту штуку, - я вынул из-за пазухи то, что было Юрдом, предупредил: - Руками не трогать. - Да уж знаю...- Эрик сощурился на Камень, не глядя полез за сигаретой. - Шибает от него... - Вот так, друг ситцевый... И все это через меня прошло. Только раз в двести посильней. А почему ты решил меня будить? - Да как тебе сказать, чтоб не обидеть... Ты изменяться начал. Не внешне. - И по��уял ты, что сейчас проснется большая хана всем? Так?


- Так. - Ничего у тебя паранормальные способности... Ты не из И-группы часом? - Я пока не смертник. - А кто ты - инструктор-истребитель? Эрик невесело усмехнулся: - У меня, приятель, за плечами два факультета - врач и биологпапанормальщик, плюс институтская спецподготовка. Не похоже? Только этого не хватало... Сейчас начнется: «Из меня мог бы выйти Шопенгауэр! Достоевский!»... Я осторожно заметил: - Что делать, отуземился... Есть тут такая национальность Пришлые. А Серых ты как чуешь? - Кой-какие технические средства нужны. - А именно? - я напрягся. Он отстегнул кожаный браслет, на внутренней поверхности я узнал несколько видоизмененный знак Совы. Эрик пояснил: - Я с ясновидящими работал... Многие такую штучку видели. наподобие титров. - Счастлив твой бог...- я постарался не показать, как удивлен. Штучка из магического арсенала в других мирах... - А что такое? - Родной, магией даже я боюсь заниматься! А не зная броду, соваться в воду... - А чем тебе магия не нравится? - Знаешь, там, откуда я пришел, есть такое идиотское представление, что единственный способ использования энергии - магия, причем знаковая или ритуальная. И большинство предпочитает, ни во что толком не врубаясь, совать пальцы в розетку. Вот как ты. - А ты чем занимаешься? - Чародейством. - И чем же это от магии отличается? - Маг работает с Силами извне, а в таких случаях никогда нельзя с уверенностью сказать, кто парадом будет командовать. Кроме тех случаев, когда за это дилетанты вроде тебя берутся. Тогда все сразу ясно. - А ты? - А я своей Силой пользуюсь. Гонишь через себя энергию и придаешь ей форму. - И в ущелье ты так действовал? - Там, скорее, мной действовали. Очень похоже на одну из Сил, о которых я только что распространялся. - И что это за Сила? Схватил приманку...


- Тебе такое имя - Ринге Воитель что-нибудь говорит? Он сощурился на меня: - Говорит... - Я имею в виду, ты с ним сталкивался до того, как от меня услышал? - Угадал. Я пытался пройти Ущелье. Так это Ринге тобой и орудовал? На ходу парень подметки рвет... - Еще как... Сам видел ведь. Может, и то свою роль сыграло, что я его именем назвался, - вслух подумал я. - Да, а вы с чего в Ущелье засели? - Опять чутье. Было тут две девчонки из И-группы, так они еще две недели назад всполошились, когда этот Ринге объявился. - Потолковать бы с ними... - Не выйдет, несколько дней назад их эвакуировали. Говорят, война на носу. - Она уже идет. Заметил - у нескольких ребят из кочевников винтовки были? Эрик уныло кивнул: - Когда из нее по тебе садят, попробуй тут не заметить... - И что та же СБ по этому поводу говорит? - Да, эти придурки никогда своим прямым делом не занимаются. Тешатся иллюзией, что это старые запасы. - А иллюзия, понятно, плачет и вырывается... Мысль развить я не успел - меня прервал стук в дверь, и в комнате появился некто в очках, с бородкой и поддатый: - Наливаете? - Смотря кому... Это Миллер, наш социолог. Твоих, Малыша и этого, как его?.. он и вытащил. Мы церемонно обменялись рукопожатиями, и Эрик немедленно намекнул: - Слушай, у нас тут важный разговор. - Понял, ухожу. Только вот что... Меченосец, мне б тоже с тобой поговорить. Завтра, скажем. - Заметано. Миллер сделал нам ручкой и испарился, Эрик повернулся ко мне: - Я б на твоем месте с ним поговорил. На запад ведь идешь? Ну вот, а это - лучший знаток обычаев кочевья. при этом пилот классный, да еще и из лучших полевых агентов. Что, не похоже? Пропадет на месяц-другой, вернется - и только официальный отчет. И ничего не рассказывает, вечно одна песня: «Закончу статью - узнаете»... - Ничего, бог даст - распотрошу его... Мы выпили, помолчали. Пора переходить к нездоровой суете вокруг Ущелья:


- Да, а в Ущелье кроме меня в последнее время никто не шарился? - Дураки такого калибра в дефиците... Туда по доброй воле никто, кроме мутантов не полезет. - А мутанты, значит, могут... Погоди, ты это о Прокаженных? Эрик, сосредоточенно раскуривая сигарету, промямлил: - Кажется, так их и зовут... Меткое название. Я, правда, только издали их видел... Но все равно аппетит надолго отбить может. - Вблизи тоже приятного мало, - кивнул я. Опять у меня очередная гениальная идея забрезжила... Знать бы еще, какая... - Ты их живьем видел, хочешь сказать? - в голосе Эрика прозвучала явная ирония. Ну, пора и козыри выкладывать: - Я у них в долине больше суток провел. Эрик ткнул сигаретой мимо пепельницы: - Врешь... - Слово Чародея. В каких вы с ними, кстати, отношениях? - В никаких. Во-первых, никого близко к себе не подпускают, а вовторых... Это ж полузвери. Не так уж неправ был Этелред, обособляясь... Резко, почти зло я бросил: - Эти полузвери - потомки Пришлых. Эрик зажмурился, потряс головой, потянулся к бутылке. Вид он при этом имел совершенно растерянный. - Так ты с ними общался? А то мы только и знаем про них, что ими колдун заправляет, а у колдуна дочка есть. Страшилище, наверно? - Легче на поворотах, живорез! Дочка у старика очень даже ничего, к тому же я ей кое-чем обязан. Только она слепая, а так все, что нужно у нее на месте. Эрик от таких сведений совсем обалдел: - Ты что - проверял, что ли? - Что греха таить, было дело... - Однако... Наш пострел везде поспел... - Учитесь, юноша... Они что - так сильно тебя интересуют? промямлил я, пытаясь дать выкристаллизоваться гениальной идее. - Не то слово... А можно будет к ним наведаться? Вот оно! В самом деле, кто еще из моих знакомых может подсказать способ выбраться из дебильной ситуации с этим самым Ринге, который в любую минуту может вернуться и опять меня обработать? В Империю возвращаться - вилы, там меня немедленно в дезертиры запишут и поступят со мной соответственно. Топать через всю Запапдную степь мало того, что без Камня, так еще и при постоянном риске подвергнуться налету этого чернушника - это уж извините... А раз все это смахивает на атаку из Запределья, действовать надо соответственно. Правда, если Даэл проведает, что я снова с Запредельщиной связался, он из шкуры


выпрыгнет, только б до меня добраться. Ну и ладно, у него и без того поводов хватает. Я изобразил на роже мину «очень глубокого раздумья» и наконец, словно решившись на отчаянный шаг, произнес: - В принципе, возможно... Но риск есть, - и очень большой, надо сказать... - Но даром ничего не дается. - И чего ж ты хочешь? Проснулся в нем ученый... В самом деле, какой нормальный или даже паранормальный биолог такую возможность упустит? - Информации. - Какой? - Скажу позже, - действительно, в такие игры лучше играть трезвым, да еще предварительно подготовив список вопросов.- Только одно: сведения про Ущелье держи от своих в секрете. - Почему? - быстро спросил Эрик. Да, надо быть настороже... - Вы не сможете его использовать. Ульвару только одно полезно знать: заставу вы там не зря поставили. Если его Волк к рукам приберет, нам всем крутенько придется. Опять кто-то стучится... Эрик слегка раздраженно откликнулся: - Да! На пороге возник Ульвар, все в том же мятом хаки. Быстренько оценил обстановку, присел на стул: - Воркуете? Не помешал? - Нет, конечно, шеф, - с преувеличенной горячностью воскликнул Эрик. - Мы тут уже кое-что обговорили... - Рад за вас. - Вот какое дело, шеф... - Эрик изобразил на физиономии смущение, Ульвар усмехнулся: - Что, планируешь очередную авантюру и расчитываешь, что я добро дам? - Приблизительно. Вот Меченосец уже у мутантов бывал. Говорит, можно к ним слетать. - Допустим. А зачем? - Они по ущелью, которое мы так усиленно стережем, свободно ходить могут. А потом, они и в самом деле мутанты, потомки Пришлых. Ульвар вскинул брови и посмотрел на меня. Ладно, есть у меня еще соображения... - А кроме того, я тут внимание обратил на такое маленькое совпадение: те, кто попал сюда случайно, вне плана - Прокаженные, бронепехота... И Гнездо, и долина остоят от Ущелья на полсотни-сотню километров, не больше. Ульвар, казалось, задумался, вынул сигаретку, принялся сосредоточенно ее разминать.


- Ладно, хочется - хуже чем болит. Но учтите, ответственность на мне. - Пусть будет на мне, - жизнерадостно предложил Эрик. - Ты-то согласен... Вы туда лететь собрались? - Пешком не особенно дотуда доберешься. - А место для посадки там есть? Я что-то не замечал. А машину гробить я не дам. - Придется прыгать, - с деланным сожалением вздохнул Эрик. - Как это? - встревожился я. - С парашютом прыгал когда-нибудь? - поинтересовался Ульвар. - Приходилось. - Ну вот, то же самое, но без парашюта... Ладно, большой планер я для этого гонять не стану, моего стрекозла вполне хватит. Кто будет в составе группы? - Группы не будет, - твердо заявил я. - Еще неизвестно, как нас двоих примут, а если больше народу - все, можно сразу ставить крест. Ульвар чуть не насквозь меня взглядом просверлил, но глаз я не отвел. - Учти, - наконец предупредил он, - ты за это предприятие не только своей головой отвечаешь. - Усек, - мрачно отозвался я. - Но и мне в какие-то не те игры играть невыгодно. Если мои начальники узнают, что я от цели отклонился, мне уже не сдобровать. - А зачем бы тебе отклоняться? - Есть причина. Надо починить эту штуку, - я показал Камень. В детали вдаваться неохота, а врать откровенно тоже не тянет. Эрик, словно что-то поняв, заговорщицки подмигнул мне. - Починить, значит... - повторил Ульвар. - Ладно. Сколько там пробудете? - Дня три-четыре, если нас при встрече не подстрелят. Есть какаянибудь связь, типа рации? - Рации, - передразнил Ульвар. - В этом мире радиосвязь не действует. - Тогда учтите, что если там, в долине, какой-то катаклизм произойдет - взрывы с шаровой молнией, что-то еще - значит, мы влипли. - Ладно, - буркнул Ульвар. - Завтра сам вас отвезу. Кстати, приостановился он уже в дверях, - только сообщили: погибла вся группа «Плутон». При невыясненных обстоятельствах, естественно. «Плутон» - это те, в Столице под Цитаделью... Я-то обстоятельства выяснил, но тут лучше пасть на замке держать. Как-то не очень я хочу, чтоб на моей могиле написали: «Он слишком много знал». - Значит, завтра... - пробормотал я. - Ладно, обсудили, - усмехнулся Эрик. - Присоединимся к компании?


- А как насчет выспаться? - Успеем. Кстати, ваш брат, Чародей, по мирам перемещаться может? - Может. В машине. - А без нее? - Не слыхал... А что? - Да так, это все связано с тем, что кто-то кочевникам оружие поставляет. - А я вот думаю, Ульвар как-то очень легко согласился. - А ты думаешь, я ему с подобными идеями уже плешь не проел? - Ладно. Предложение вернуться к компании остается в силе? Мы допили то, что осталось у нас, и отправились туда, где находились Малыш и остальные. По пути я прикинул, что из интересующей меня информации почти ничего пока не получил. Ну и ладно. Зато заручился поддержкой Эрика, на время от СБ обезопасился и выбрался к Прокаженным... если, конечно, Ильмира захочет меня видеть. Ну ладно, будет день - будет пища... И я решил расслабиться, так что уже через четверть часа видел все окружающее через завесу прозрачного тумана, из которого выплывал то Эрик, который орал, что вовсе он не отуземился, и даже в полугодовом курсе адаптации не нуждается, в доказательство чего он звал меня поспарринговаться на мечах, то Миллер, перешедший уже за ту грань, когда от выпитого начинают трезветь... От него я отвязался быстро. У меня еще хватило ума сообразить, что о Лиге лучше не распространяться. А потом напротив меня опять оказался Форгет, который опять пытался проявить бдительность и против чего-то меня предостерегал, но при каждом слове падал с табуретки, сносимый, вероятно, возникавшей при разговоре отдачей. ГЛАВА 18 Я проснулся и, не открывая глаз, понял, что лежу на койке, сняв только куртку и ботинки. Все так же лежа с закрытыми глазами, я провел по роже ладонью и закряхтел. - Что, герой, проснулся? Еще издеваются... Я открыл глаза и мутно поглядел на говорившего, которым оказался Эрик - он тут же напомнил: - Не забыл, что сегодня летим? Боже ж мой, куда?.. Не летун я с такой головой... Хотя да, мы тут к Прокаженным собирались... - Я-то все помню, - я спустил ноги с койки и зашарил взглядом в поисках ботинок. - Что-то потерял? Видно, он из породы дятлов - башка не болит... А Эрик, поймав мой мрачный взгляд, посоветовал:


- Возьми правее. И еще вот. Должно помочь, - он протянул мне банку пива. Я тут же вскрыл ее, принялся жадно глотать ледяную пенную жидкость, стараясь при этом растягивать удовольствие. Оторвавшись наконец, я полез в карман за сигаретами и доверительно сообщил: - Знаешь, я уже забыл, что бывает пиво в банках... - А что такой приборчик существует - не забыл? - Эрик постучал по циферблату часов. - Мы уж и так минут на десять из графика выбились. - Какой, к черту, график?! - Ты не забудь еще, что наш полет - любезность со стороны Ульвара... Так что на завтрак и все прочее у нас двадцать минут. Я только кивнул. За двадцать минут я успел не только поесть, но еще и дать краткий инструктаж Малышу, Диксу и Секретнику - этот наверняка против моего имени еще одну галочку поставил, Но возражать не осмелился. А еще я все гадал, какой смысл шефу институтской группы со мной любезничать. Не чистый же у него научный интерес? Так что ровно двадцать минут спустя я был уже на полосе. Тут же находился, естественно, Ульвар, придирчиво разглядывающий небольшой дельтаплан, естественно, Эрик, сосредоточенно проверяющий свою слонобойку, и Генрих, с каменной рожей наблюдающий происходящее. Меня он заметить не пожелал и обратился к Эрику: - Да будет мне позволено узнать, куда это вы собрались? - Да будет мне позволено ответить, - Эрик с клацаньем вставил на место затвор, - не твоих усов это дело. - Ты знаешь, я не любопытен, но отвечаю как-никак за безопасность. Твою, в том числе. - А я, как ты помнишь, руководитель отдела парапсихологии. Так что в этой связи пользуюсь некоторой свободой передвижения. Да не расстраивайся ты так! Все равно, расстрел от начальства уже заработал. - Все, поехали! - Ульвар тоже Генриха не заметил. Генрих сузил глаза, щелчком взбил ус и резко повернулся ко мне: - А ты...- он сделал паузу, явно опуская ругательство, - запомни: если что-то случится, пусть даже кто-то от землетрясения пострадает, винить я буду тебя и только тебя. И я тебя найду. И вот тут я почти взбесился. Всякий эсбешник, опер вонючий, будет мне еще угрожать... Мало я от них натерпелся! Я все же растянул губы в улыбке: - Я тебя тоже люблю... Но если с кем-то из моей команды что-то случится, пока меня нет, если информация обо мне уйдет куда не надо... Ну, ты меня понял. Мы свободны? - с преувеличенной вежливостью, даже чуть поклонившись закончил я. Генрих сжал кулаки, потом медленно


скрестил на груди руки и тяжело затопал ко входу в Пещеры, а я повернулся к дельтаплану. Еще и в воздухе я продолжал тихо кипеть от злости. Хотя злостью в данный момент делу не помочь, да и вообще не надо эмоций. Лучше попытаться как-то спланировать предстоящие переговоры - если со мной вообще пожелают разговаривать. В прошлый раз Этелред дал понять недвусмысленно - ни со мной, ни со всем остальным родом человеческим, он контактов иметь не желает. Правда, там еще Ильмира... А что Ильмира? Наговорила мне кучу приятностей, но слова есть слова, и вообще, то, что между нами было еще не повод для знакомства, и нужен ей был не Мик Меченосец, а Бык-Производитель... Так что вполне она мне может сказать, что валил бы ты, мол, друг ситцевый, откуда пришел и не лез бы со своими заморочками... Или еще хлеще: промаячит своим янычарам, или как они там у Прокаженных называются - и аля-улю, самец съеден... Или с того же Этелреда вполне станется снова меня стравить с каким-нибудь недоумком с отточенным инстинктом убийцы. Причем шансов у меня будет куда меньше - за последний месяц меня хорошо укатали. И еще: на войне, конечно, как на войне, но вот я впервые пробую себя в качестве альфонса, а это, как ни крути, гнусненько выглядит. Хотя, ежели разобраться, я уже не просто испачкался, а по уши в дерьме сижу, а еще, если быть честным, в этой операции я не только деловыми мотивами руководствуюсь, все ж Ильмира... Нет, это я не туда полез. Психология моей сильной стороной никогда не была. Но вот как быть, если она меня все же пошлет? Да черт возьми, мне все ж отпущена природой некоторая доля обаяния, а любая колдунья - прежде всего женщина... А когда с ней дело имеешь, тут уж гадай не гадай, все равно где-нибудь да ошибешься. Вот же везет: ни одной нормальной и простой бабы, сплошные ведьмы, колдуньи энд тэ дэ... Ладно, это покуда лирика. Пора и посмотреть, где это мы находимся. А находимся мы уже над самой долиной, внизу - неровные куски возделанной земли, а вон и само поселение - эти хижины я даже с воздуха узнаю. Кажется, и запашок оттуда уже доносит... И крошечные фигурки суетятся внизу. Не так часто здесь мотодельтапланы появляются... Перекрикивая шум мотора, ору Ульвару: - Несколько кругов над поселком! Не снижайся! Мы заходим в широкий вираж. Ну, с богом! Закрываю глаза, посылаю мощный мысленный сигнал: «Ильмира!» Вообще-то, такое практикуется не часто, но должно сработать! Просто обязано! Ильмира ведь мощнее меня, она лучше... слышит, что ли?.. Тишина. Прислушиваюсь изо всех сил, даже ловлю какие-то далекие отголоски Ущелья. Это сразу пытаюсь отсечь - только появления Ринге


мне еще не хватало! «Ильмира!!!»- и снова нет ответа. Попытаюсь представить ее лицо, это может помочь... Странно, оказывается, я ее очень хорошо помню... Представьте себе, что вы транслируете во всю силу мозга объемное изображение - все равно получится не то... Последняя моя попытка напоминала вопль отчаяния, и я уже готов был разрыдаться и капитулировать, когда почувствовал прикосновение мысли - легкое, странно робкое: «Кто ты? Откуда знаешь меня?» Я Мик Меченосец! Я вернулся!» - услышать меня услышали, но рано я обрадовался... Снова долгое молчание, потом мысль - холодная и отчужденная: «Ты не Меченосец! Я знаю его Камень, он другой. Кто ты, обманщик?» «Ильмира, я же знаю твое лицо! А Камень... Я прошел Ущелье Морока.» И опять тишина - надолго, потом до меня доносится еле слышно мысль: «Чего ты хочешь, выдающий себя за Меченосца?» «Дайте нам высадиться и не стреляйте, именем Йокана Великого» - шут его знает, чего ради я тут Йокана упомянул. Но все ж желательно подкрепить просьбу чем-то связанным с Ущельем, а того же Ринге лучше упоминать пореже, да еще при таком способе связи. Чревато, знаете ли... И тут, словно сняв трубку параллельного аппарата, подключается Этелред: «Садитесь. Высылаю встречающих» - и контакт обрывается. Жестом показываю Ульвару: «Снижайся!», он кивает, сбрасывает высоту, идет по узкому кругу в поисках подходящей площадки. Ага, вон он куда наметился - холм �� плоской, безлесой вершиной... Нет, там сесть утопия. Ульвар, улучив момент, пихнул меня в бок, кивком указал на Эрика тот отстегивал ремни. Ясно, старый принцип «Делай как я»... Эрик может - значит, и я смогу. С парашютом же прыгал - и ничего, не зажужжал... Следуя его примеру, я встал на подножке, ухватившись за металлическую штангу перед собой, потом повис на руках. Штанга впилась в ладони, холм стремительно летел навстречу, да еще меня тут же начало прогибать назад. На фиг такие гимнастические номера... В тот же момент голос Ульвара прогремел над ухом: - Прыгай! Земля оказалась в каких-то метрах двух внизу, и я врезался в нее с зубодробительной силой, на ногах устоял, но тут же меня понесло вперед, а потом я за что-то споткнулся, и травяной ковер приблизился к лицу так быстро, что я едва успел подставить руки. Затем мне показалось, что ботинки у меня оказались выше головы. Врезавшись в землю спиной, я


понял, почему. Падение вышибло из легких весь воздух, и еще несколько секунд он категорически не желал входить в них. Наконец проблемы с дыханием решились, я смог перевернуться на живот, а потом и встать. Эрик стоял метрах в трех и скалился: - Ты где этому сальто научился? Раньше, случайно, не в цирке работал? - Иди ты... - огрызнулся я, рассматривая ободранные ладони. - И вообще, предупреждать надо. - Нет, серьезно, классно вышло. Даже я залюбовался. Еще раз слабо? - А давай ты сейчас покувыркаешься, а я полюбуюсь? - прорычал я. Эрик поспешно отодвинулся: - Спасибо, но давай отложим. А то, пока ты тут на травке кувыркался, нас уже встречать пришли. И в самом деле... По склону рысью взбегали шестеро мутантов, один другого здоровее, с короткими копьями и палицами. Луков не видно - и то вперед... Добежав, они уставились на нас и впали в ступор. Выражение лица Эрика, кстати, от мутантского не слишком отличалось. А эти что людей раньше не видели? Ч-черт, очки-то я и не снял! Я сдвинул их на лоб, среди мутантов тут же произошло нездоровое шевеление - похоже, они раньше таких вещей не видали, и теперь раздумывали, не лучше ли прикончить на месте подозрительных колдунов. Наконец вперед выдвинулся один, которого я не разглядел за спинами рослых соседей - коротышка, до глаз заросший белесой шерстью, лапы до колен, на каждой по лишнему суставу - и хрипло объявил: - Меня звать Перл, я буду командир разведчиков. А вы кто? Зачем вам четыре глаза? - Чтоб лучше видеть, - невозмутимо объявил Эрик, убирая очки в карман. - А вы, значит, к Предводителю будете? - Вроде как, - пожал плечами я. - Ну так пошли. Нам тут Предводитель сказал: идите, мол, встретьте, только сначала посмотрите, что за люди, а то нам тут никого чужих не надо, нам тут своих хватает, а если б не сказал, так истыкали б стрелами к Предводителю, не к Предводителю, нам ведь тут никого чужих не надо, нам тут своих хватает, а не подстрелили только потому, что Предводитель сказал, чтоб к нему провели, а если б не сказал, то сами знаете, чужаков всяких подозрительных развелось, иной, может, и скажет, что к Предводителю, да только если сам Предводитель не скажет, чтоб к нему провели, так и не проведет никто, наоборот стрелами истычут, нам ведь тут никого чужих не надо, нам тут своих хватает... Перл не закрывал рта всю дорогу до хижины Этелреда, причем последнюю фразу повторил еще, по меньшей мере, раз восемь. Эрик поначалу, кажется, пытался слушать, но под конец совершенно ошалел от


этого непрерывного словоизвержения. Да и я вздохнул почти с облегчением, увидев на пороге хижины Этелреда, хотя, судя по его виду, ничего нам с Эриком хорошего встреча не предвещала. Был он в своей обычной черной хламиде, только на сей раз перетянутой широким поясом и с внушительным мечом у бедра. Это он не в нашу ли честь вооружился? И единственный глаз так и сверкает... А он, чуть завидев меня, прогремел: - Ба! И в самом деле, неустрашимый Мик Меченосец! Так ты думаешь, если тебе здесь помогли однажды, ты можешь появляться, когда захочешь? Да еще в компании институтника? - Во-первых, у меня крайняя нужда. Во-вторых, то, с чем меня отправили бороться, может и до вас вскорости добраться. В-третьих, мой товарищ - врач... - Вра-ач... - иронически протянул старик. - Только не говорите, что вы научились лечить генетические болезни. - Не научились, - спокойно подтвердил Эрик. - Но можем хотя бы мутагенный фактор определить. - А он и так известен. Ущелье Морока. - В прошлый раз ты об этом молчал, - попытался перехватить инициативу я. - А ты не спрашивал. И лучше людям о таких вещах не знать. -Да, но я-то не только узнал, но еще и прошел через него! И даже знаю, что там такое может быть. А что, ты хочешь сказать, поблизости от Ущелья вам Ринге Воитель не досаждает? Или ты про Йокана не слышал? - Даже так, значит...- пробормотал Этелред, глядя поверх наших голов. Знаю я такое выражение лица. Явно решает сейчас, жить ли нам с Эриком... А стрела в затылок - в этом, наверно, мало приятного. Наконец он как-то принужденно улыбнулся и сделал толкущимся до сих пор за нашими спинами воинам знак убраться: - Извините старика. Даже забыл вам предложить выпить со мной вина, - он распахнул дверь хижины и жестом пригласил нас внутрь. Ильмира, если меня нюх не обманывает, внутри... Я увидел ее, едва перешагнув порог - она сидела, отвернувшись и сложив руки на коленях. На наше появление - нуль внимания. Ладно, в любом случае сперва - жест вежливости... Я стащил через голову перевязь и оставил меч у порога. Эрик с сомнением на меня глянул и после некоторого колебания тоже прислонил свою пушку к стене. А я все так и стоял на пороге, как дурак, глядя на Ильмиру. Наконец выдавил из себя: - Здравствуй. Она откликнулась, не поворачивая головы: - Здравствуй и ты. В прошлый раз она так высокомерна не была... И тут опять заговорил Этелред:


- Не стойте на пороге. А потом, Меченосец, может, представишь своего спутника? - А? Конечно. Это Эрик из Белых Пещер. В свое время спас мне жизнь. Пожалуй, даже больше. - Это как? - Видишь ли, такое дело... Я успел побывать в шкуре Ринге Воителя, и мне там не понравилось. - Ого! - пробормотал Этелред, а Ильмира повернулась ко мне, и на лице ее теперь застыло напряженное внимание. Так, заработало... Пошла политика... Я неторопливо подошел к столу, опустился на лавку, нагло уставился на Этелреда: - Извини, мы в воздухе долго находились. Тут что-то насчет кружки вина прозвучало... - Да, - спохватился он, вытащил откуда-то из угла большую оплетенную бутыль, налил три кружки, потом снова нахмурился: - Итак, тебе нужна помощь... Почему ты считаешь, что мы станем тебе помогать, и чем? Мы с людьми дела не имеем... - И что, ты считаешь, твой народ не люди? - встрял Эрик. Старик тут же уперся в него колючим взглядом: - Мы-то можем считать как угодно, только люди с этим не согласны. Мы - Прокаженные. И сделал нас такими Институт. Эрик промолчал, а Этелред, надо отдать ему должное, слез с любимого конька: - Ты тут говорил, что тебя кто-то с кем-то бороться отправил? Но от Ордена ты все еще отлучен, верно? Вот нетопырь одноглазый, ни словечка мимо ушей не пропустит... Я даже слегка задержал дыхание, как перед нырком: - Приходилось тебе слышать о Лиге Мастеров? - О ней известно мне, - подала голос Ильмира. Теперь я снова чувствовал на себе ее взгляд - в самом буквальном смысле. Только рассматривала она меня не снаружи, а изнутри. Ощущение далеко не из приятных. Сдается мне, ей слепота в этом плане даже преимущества дает... Не знаю, может ли она, как и Гельда, чуять вранье, а проверять как-то не тянет... Этелред перебил: - Ладно, продолжай. Что за напасть, которая до нас доберется? Я глянул на Эрика - помалкивает, но глаза так и бегают, причем на Этелреде задерживаются чаще, чем на ком-то другом. Ну, оно и понятно старый бес одним своим видом страх нагоняет... А мне предстоит его убедить, что не только мне нужна помощь Прокаженных, но и им - моя. - Ну хорошо. Именно напасть - что-то вроде Великой Напасти. - И какой помощи ждешь от нас?


И я рассказал вкратце о переходе через Ущелье Морока, о сраженье над заставой и о том, что было потом... И даже поделился своими выкладками насчет Ущелья - тут мне показалось, что Эрику челюсть сейчас большие пальцы на ногах отдавит, а Этелреда чуть кондратий не хватил. Но все обошлось. По крайней мере, на могилке моей не напишут: «Он был слишком догадлив»... Во всяком случае, Эрик несколько успокоился и вытянул из кармана сигареты машинальным жестом, закурил... Этелред только покосился на него неодобрительно, но ничего не сказал. - ...И вот, я хочу знать, что можно сделать с этим Ринге, который появляется из моего Камня,- подытожил я.- Я его боюсь. И то, что было в Ущелье, смахивает на выход в Запределье. От этого можно защититься? - Трудно. Если вообще возможно. Этелред вдруг резко сменил тему: - В прошлый раз с тобой были ведьма и эльф. Что с ними? - Эльф погиб. А ведьма... - вот тут слова поперек горла стоят... Я отвернулся и сухо закончил: - Есть основания считать, что она тоже погибла. - Ты идешь на Запад из-за этого? - мягко спросила Ильмира. - Теперь - да. И из-за этого. - А ты узнал, из-за чего шла та охота на тебя? Так, это уже явная проверка, только с какой целью?.. - Только догадки. Видишь ли, несколько лет назад, в каком-то другом мире, я был... как бы сказать... не Чародеем, а чем-то в этом роде: моей задачей было чувствовать опасность, отыскивать спрятанное и прочее в том же духе. И там шла война. Я был на операции, мы что-то искали. Не знаю уж, что нашли, но после этого мне стерли память. - Так вы в Институте умеете память стирать?! - Так эти разработки еще лет пятнадцать назад прикрыли! Эрик и Этелред заговорили одновременно, почти так же синхронно замолчали, уставившись друг не друга через стол. А Ильмира подошла ко мне на несколько шагов и тихо, почти неслышно... сказала?.. подумала?.. - Значит, ты узнал об этом, Мик... Тэк-с... Я тоже поднялся, оперся руками о стол: - А ты, значит, с самого начала об этом знала? - Прости... Тогда я тебе этого сказать не могла - это тебя могло погубить. Лучше б тебе не знать и сейчас. Я едва сдержался. Да что ты будешь делать - каждый считает, что лучше меня знает, сколько мне стоит о себе узнать! Хотя, с другой стороны, свались на меня тогда еще и эта проблема, все могло бы пойти по-другому, причем, и в этом она права, отнюдь не в лучшую сторону. - Что ж, если это все и правильно, мне-то от этого не легче...


Она не ответила, прошла, мягко ступая, по хижине, потом, взмахом головы, отбросив со лба прядь, повернулась к Этелреду: - Прости, отец, и ты, Эрик, но мне надо поговорить с Меченосцем наедине. Этелред усмехнулся криво: - Таковы дети... Ладно, Эрик, пойдем - великие и мудрые собрались беседовать. - Пошли, - с готовностью согласился Эрик. - А то вдруг им взбредет поэкспериментировать? Они вышли из хижины, я чуть растерянно посмотрел им вслед. И кто бы мне сказал, о чем тут говорить? Обычно в подобных случаях у меня наготове стандартный набор шуток, комплиментов и прочего, но тут он не сработает, чует мое сердце. Уж больно она женщина нестандартная... И тянет меня к ней, и отпугивает - причем боюсь как-то уж совсем неизвестно чего... Наконец я все же родил: - Помнишь, в прошлый раз ты говорила, нам не суждено встретиться? - Я ошибалась. - Ого, - я даже позволил себе усмехнуться. - Не знал, что ты способна ошибаться. Или признаваться в ошибках. - Ну что ж, знай. И опять мы замолкли. Я крутил на руке браслет Странника, глядя в стол. Какого, в конце концов, лешего! Раз сама она считает, что нам есть о чем поговорить - пожалуйста. А я в данном случае не намерен заводить вежливых и никчемных разговоров о погоде, о прошлом, и о чем там еще... Наконец Ильмира опустилась на топчан, даже как-то сгорбившись, и тихо, словно и не мне вовсе, сказала: - А ты очень изменился, Мик. Надо же, эпоха великих открытий... Я не сдержал горечи: - Еще бы! Оказался без прошлого, при этом должен в самое пекло идти, при этом же, Волк меня откуда-то знает, следит за мной... Неизвестно, чего ради, потерял названного брата, кучу друзей, прошел это сволочное ущелье, чем-то заинтересовал пресловутого Ринге... Полный набор. - Да, теперь мне становится ясно... Сначала я думала - ты подменен... - Некем уже, боюсь... Говорил я тебе про своего двойника? Ну вот, когда я к себе в мир вернулся, встретил его - и даже толком поговорить не успели. Убили его. Причем, вроде, опять же из-за меня. Слушай, может, я проклят? Кто со мной ни свяжется - погибает... - Да нет, не проклятье это... - Раздумчиво произнесла она.Оказывается, людей и в твоем мире убивают?


Для нее, похоже, представления об иных мирах смахивают на легенду о потерянном рае... Усмешка моя получилась очень жесткой. Увидеть ее Ильмира, понятно, не могла, но что-то такое почувствовала - во всяком случае, обернулась ко мне, и на лице ее ее я увидел... не жалость, и не то что понимание, просто понял, что мои переживания ей знакомы, что мы в некотором роде товарищи по несчастью. - Да, ты изменился, - повторила она. - К добру, к худу ли - но ты стал сильнее. - Ты не это в виду имела, говоря, что у меня свой путь? Очень скользкий путь, надо сказать... В том числе, от крови. - Я не знала, каким он будет. И не хотела влиять на твой выбор. - Ладно, свою дорожку, похоже, я выбрал... А потом, ты хоть и не хотела, но все же повлияла: я ж к тебе вернулся, пусть и ненадолго, но своей волей, - странно, это я произнес, не покривив душой. Да что я мучаюсь, ведь не безразлична она мне, особенно если учесть, что в прошлый раз я готов был все подальше послать и здесь остаться... - Своей волей... - в голосе ее прозвучало столько горькой иронии, что я опешил. Хотя, если разобраться, с ее точки зрения все выглядит просто и достаточно противно: как к стенке приперло, так сразу вспомнил, пришел клянчить... И пусть даже она не так уж неправа, но все же... - Даже так... Мне, пойми ты, одно обидно - что именно ты меня таким гадом считаешь! Ну да, я подонок, согласен... Но и мне ничто человеческое не чуждо. И уж если ты со мной разговаривать не хочешь, я просто повернусь и уйду. Я, знаешь, тоже гордым бываю. - Не всегда, - произнесла она опять почти мысленно. - Видно, идешь с таким делом, что и на гордость можешь наступить. К чему бы это?.. - Дело, дело... Да что мне стоит, в конце концов, просто повернуться и уйти? Шансов выжить будет меньше? Да их и так, считай, нет. Дело!.. Да если ты нас обратно без всякой помощи отправишь, это я как должное приму. Но вот сейчас позволь к тебе подойти и сесть рядом. Можно? Ее губы тронула чуть заметная, почти призрачная улыбка: - С каких это пор бравый Меченосец спрашивает разрешения у женщины? - Только у тебя. Так ты разрешаешь? - Что ж... Подойди. Я приблизился, уселся на пол и положил голову ей на колено. Она провела рукой по моим волосам: - Да, ты все равно ты... - Ну, до неузнаваемости измениться не получилось. А то б я здесь не сидел. - Ты о чем?


- Да так, о своем... Знаешь, у меня ведь действительно никого, кроме тебя, не осталось. Я потерся об ее ногу щекой. Несколько секунд она молчала, потом сообщила: - Знаешь, Мик, я беременна. Так... Подразумевается, что от меня, и, вероятно, так оно и есть. А чего от меня в этом случае ожидается? Взрыв бурного ликования и вопль типа: «Вот плоть от плоти моей!»? Меня, во всяком случае, только на то и хватило, чтоб тупо выдавить: - Поздравляю. Мне это уже нравится... Глядишь, и Гельда будет с животом ходить, если, конечно, она жива, да еще и Амрата... и все с претензиями, и придется мне всю жизнь в этом мире пахать на алименты... Причем брать их с меня будут исключительно Камнями. Ильмира как-то напряглась и выговорила: - Я помогу тебе, чем ты просишь. А потом уходи. - Это так понимать, что ты меня прогоняешь? В ближайшие два часа не удастся, разве что вперед ногами вынесут. А насчет помощи... Отказываться не буду, но раз пошла такая пьянка, предпочитаю расплатиться. Причем не таким способом, как в прошлый раз. - И каким же? - Ну, это тебе видней. Я ж Чародей, так что все, что в моих силах... Но мы как-то не о том говорим. Ты, можно подумать, не рада, что мы встретились... Я вот лично рад. - А может, мы попробуем делами заняться? - предложение крайне неуверенное - А может, отложим эти дела на часок? - Ты неисправим, Мик Меченосец. - Я исправлюсь, но только не сразу, ладно? Лет, скажем, через тридцать. - И ты хочешь сказать, тебя настолько хватит? - мой притворно жалобный тон подействовал - Ильмира больше не прятала улыбку. Вот теперь совсем она не похожа на сумрачную колдунью - она похожа... черт, не знаю даже... На веселую колдунью. - Давай прямо сейчас проверять начнем? Или ты категорически против? - Да нет.. - То-то же... - проворчал я, запирая дверь на задвижку. ГЛАВА 19 - Давай еще раз: какой именно помощи ты ждешь и почему надеешься, что сможешь ее получить от нас?


Я тяжело вздохнул и обмяк на стуле. Разговор, идущий по кругу, причем довольно маленькому - что может быть омерзительней? А Этелред задал мне этот вопрос за последний час раз, наверно, пятый. Ильмира больше молчала и, кажется, с интересом следила, как я выберусь из этой петли. Эрик курил сигарету за сигаретой и каждый раз при повторении вопроса мудро ухмылялся в усы. Я отхлебнул приличный глоток из кружки и вышел на следующий круг: - Повторяю, мне неизвестно, чем именно вы, - я выразительно поглядел на Ильмиру, - можете мне помочь, но это в ваших интересах. Или хотите дождаться Волков? - Нам нет дела до ваших войн. - И до тех, которые Чародеи ведут? - Не вижу разницы. - Ущелье. Оно нужно Серым. И Воденвирт, добравшись к нему, постарается сожрать всех претендентов. Ты же сам мне в свое время говорил - всякая самостоятельная Сила без хозяина потенциально опасна. Я имею в виду Ильмиру. И Воденвирт попробует ее уничтожить - или, что куда хуже, приручить - А если победит Орден или твоя Лига - они поступят иначе, ты хочешь сказать? - Начнем с того, что они до вас едва ли дотянутся. На уровень Ущелья руки у них коротковаты. Кстати, я правильно насчет него догадался? - В общем и целом... А что же Братство? Как у них там с длиной рук? - Руки, по-моему, просто более грязные. Сами судите - если один из них на меня бруксу натравил... - Брукса бруксой, но ведь ты все это еще и с Ринге связываешь. Что тебе о нем известно? - так, один-ноль в мою пользу... - Да почти ничего. Знаю, что ненавидел он некого Йокана, поскольку тот был сильней, знаю, как он себя после сражения с этим Йоканом чувствовал, знаю, что был он классный Чародей, скотина первостатейная и подраться не дурак. Вот, пожалуй, и все. Чем из Силы он пользовался сказать не могу, хоть сам все это проделал. - Проделал? - Ильмира показалась мне весьма озадаченной. - Я же говорил - я в его шкуре побывал. - Зрелище было - залюбуешься, - вставил Эрик. - Мне, кстати, все это по ощущениям Серых напомнило. - О Ринге мы недели две назад узнали, - сообщил Этелред после паузы. - Так-так...- Эрик подался вперед, как охотничья собака. - А о Йокане?


Начинаются всякие интересные совпадения... Этелред, кажется, тоже озадачен: - Три дня назад... - Заметь, - Эрик вскинул палец, - как раз тогда, когда я тебя там повстречал. Задним числом отметим, что после инцидента с кочевниками я сутки провалялся... А Ильмира все молчит. Зато Этелред чуть не подпрыгнул: - Меченосец, Йокана ты тоже в Ущелье встретил?! - Встретил - не то слово... Я им был. Еле ноги унес. Я глянул на Ильмиру - никакой реакции. Ну что ж, пора перехватывать инициативу: - А каким образом вы узнали о них? - Несколько Камней хранится у нас, - после долгого раздумья сообщил Этелред. Это уже интересно. Конечно, не слишком теплые отношения у меня с коллегами-Чародеями, но вот охота на них сейчас, как минимум, не к месту. Этелред помолчал еще, потер квадратный подбородок и объявил: - И с Ущельем мы в родстве. Повисла пауза. - Итак, Ринге, - наконец напомнил я. - Воздействие пошло одновременно из Ущелья и из Камней. Несколько наших погибло. Одного пришлось убить. Потом он попробовал взять под контроль Ильмиру - и отступил. Только надолго ли?.. - Странно все это получается... Шли мы с товарищем, но он про этого Ринге и слыхом не слыхал, а на меня этот покойник набросился. - Возможно, в этом и моя вина, - вдруг громко и четко произнесла Ильмира. - Ты говорил, это похоже на Запределье... Может, причина в том, что ты там побывал? - Стоп, с этого пункта подробней, пожалуйста. Прежде всего: почему я жив? - Он еще недоволен,- буркнул Эрик. Этелред коротко глянул на Ильмиру: - Одним везением тут, пожалуй, много не объяснишь. - Везением... - она покачала головой. - Знаешь, Мик, наверно, дело хуже, чем ты думаешь. Ого, а я-то думал, все и так хуже некуда... Эрик сидел, полуприкрыв глаза, я, как завороженный, следил за столбиком пепла, нарастающим на его сигарете. Когда он дошел до пальцев, Эрик отбросил сигарету и, словно проснувшись, подался вперед: - Ты хочешь сказать, в игру влезли какие-то Силы покруче? Вообще не из этого мира?


- Наверно, так, - Ильмира опять отвернулась и замолчала. Я жестом попросил у Эрика сигарету, прикурил от пальцев, едва не спалив усы: - Вы хоть мне-то, дураку, растолкуйте, что за Силы и чего ради я им понадобился! - Какие? - усмехнулся Эрик. - Да тот же Ринге и этот, второй, как его? - Наверно, дело в твоей способности к проникновению, растолковала Ильмира. - Куда еще?! - Ты же побывал в Запределье... Еще тогда меня насторожило, что ты оттуда вышел почти без потерь. - А теперь, значит, расплачиваюсь... Значит, ты хочешь сказать, что Ущелье - это своего рода дыра в Запределье, и оттого, что я там побывал, у меня какие-то там способности прорезались? - Если упростить - так. - Погодите, - Этелред поднял голову, обвел всех взглядом, как дозорным прожектором. - Я не знаю, к месту я говорю или не к месту, но я скажу. Если речь о реальных Силах - их ведь не увидишь, не пощупаешь, но они живут и действуют, верно? Мы живем рядом с Ущельем не один десяток лет - и подрастает четвертое поколение - поколение уродов, выдохнул он, метнул взгляд на Эрика, но сдержал выпад в адрес Института, что уже по меньшей мере странно. - Так вот, Меченосец, моих людей объединяет одно: они все, как ты знаешь, способные убийцы. И при этом владеют Силой. Наконец я рискнул спросить: - Ну, и?.. - Да не кажись ты глупей, чем есть! - рявкнул он. - Ты ж сам мне сказал: Ринге и Йокан вели войну. Кроме того, по твоим же словам, в ней принимали участие маги и чародеи всех уровней. Как-то не улавливаю я сути... Тупой, наверно. А Эрик снова качнулся вперед и предположил: - Специализация? - Вот именно. Участники этой войны вполне могли создавать для нее тварей. Боевые машины. И мой народ... - он горько усмехнулся и замолк. Я тоже помалкивал. Экая ведь пакость, чтоб ей... И всегда так с нашим братом: друг друга лупим почем зря, а кому еще прилетит - это нас не касается. Значит, это Ущелье ведет свою войну, скажем так, внутреннюю... Но ведь сколько лет прошло! Молчание нарушил Эрик: - Да, Ордынцев, похоже на то, что влетел ты в игру уровнем повыше, чем всякие ваши Лиги, Братства и так далее... Я затушил резким, размашистым жестом недокуренную сигарету о ножку стола, прикрыл глаза и откинулся к стене. Это ж... Так, оказывается,


паскудно чувствовать себя фигуркой в компьютерной игре - шарашился, шарашился, нашел там какой-нибудь клад, и пожалуйте на другой уровень - но ты-то от этого большей самостоятельности не обретаешь, тобой управляет некий болван за клавиатурой... Я сжал зубы и, не открывая глаз, принялся ругаться - тихо и зло. Я обложил Ущелье, Ринге, Йокана, свои способности, чародейский дар как таковой и всех владеющих им самыми гнусными площадными словами, которые можно услышать в обоих мирах, а так же теми, что по ходу в голову пришли. Матерился я, не переводя дыхания, минут, наверно, пять, и только потом иссяк и открыл глаза. Эрик криво усмехнулся: - Силен, бродяга... - Ты чего это? - единственный глаз Этелреда раскрылся очень широко. Я, чувствуя, как вздернулась верхняя губа, все так же тихо процедил: - Знаете, господа... Когда я узнал про отлучение от Ордена, я принял это как должное. Когда я услышал, что являюсь чьим-то там агентом, я удивился. Когда я узнал, что мне память к чертям затерли, я ошалел. Когда узнал, что мной интересуются три чародейских группировки плюс Институт - я взбесился. А когда со мной завело игру некое привидение извините, я начал ругаться матом. Мне никто не ответил - Эрик и Этелред делали вид, что не смотрят на меня, но наблюдали исподтишка. А Ильмира... Оказывается, внутренним зрением тоже можно искоса смотреть. Я потянулся к кружке, отхлебнул: - Елки-моталки... Но почему я?! Другие либо там и остаются, либо проходят без особых последствий, а на меня эти мертвяки налетели, как... С чего бы?! Я ведь как Чародей ничего такого, чтобы ах, из себя не представляю... Ладно, значит, это все-таки была атака из Запределья? Ильмира молча кивнула. Да, уж в чем мне не откажешь, так это в интуиции. Экий я догадливый... Эрик заложил руки за голову, потянулся, глянул на Ильмиру: - По-моему, все дело в везении. Ему слишком везло. - Да, это может быть... Теоретики, дери их за ногу... - А вы не забыли - имеют-то не какого-нибудь дядю Васю, а меня? Давайте хоть разберемся конкретно, за что именно! Ладно, слазил я в Запределье, учинил там бучу, отделался легким испугом... И теперь некто пытается меня за прошлые грехи порвать, или почему? - Я говорила, что у тебя свой путь, - теперь Ильмира сидела прямо, точно аршин проглотив. - Ты вышел оттуда невредимым - это во-первых, а уж то, что ты вышел победителем из боя с Магистром... - У них же защита, - влез Эрик. - Я интересовался.


- ??? - Может, я не прав, но я себе все это представляю так: по достижении определенного уровня, скажем, Магистра, тобой те Силы интересоваться начинают просто неизбежно. Некоторый несходнячок-с... Судя по последним событиям, каждый Камень - не что иное, как дырка в Запределье, а орденцы с ним дел не имеют. Но это все из области бескорыстного научного интереса, а положение меж тем отчаянное! Я вынул из кармана у Эрика сигарету: - Теория чародейства - это просто прекрасно, но мне-то что делать? Запределье - вещь отличная, но мне не нравится, что оттуда в любой момент может вылезти мертвяк и посадить меня на короткий поводок. Что делать-то? Эрик мрачно на меня покосился. Да, вот такая я скотина, вечно всех обламываю... Тонкие пальцы Ильмиры огладили щеку, словно ощупывая: - Если говорить вашими словами... Тебе придется воевать. - С кем на сей раз? - Ты же попал на более высокий уровень... К сожалению, путь вниз невозможен - тогда ты либо умрешь, либо станешь рабом Ринге. Значит, биться с ним тебе придется на том уровне, на котором ты оказался. М-да, если б я имел коня, это был бы номер... Я потряс головой и криво усмехнулся: - Просто, как и все гениальное... Пойти, значит, в Ущелье, отловить Ринге, вызвать его на драку, отбуцкать как следует... А кто потом мои косточки соберет? Ильмира покачала головой: - Лучше не шути так. Тебе предстоит битва в Запределье. - Смерти моей хочешь? - Ты боишься? - Странный вопрос... Конечно! - В прошлый раз ты согласился куда легче. - Молодец. Орел, - иронически улыбнулся Эрик. - А кто вчера с пеной у рта орал насчет сунуть пальцы в розетку и посмотреть, что получится? - Ну так вот тебе пример, как нельзя действовать, - огрызнулся я, снова повернулся к Ильмире. - Прошлый раз - это прошлый раз. Ну, сунусь я туда... Так шансов у меня просто нет. - Не забывай, Запределье - это не один мир, а множество миров, в каком-то из них ты можешь оказаться сильней Ринге. А потом есть еще Йокан. Ничего себе предложеньице... - Знаешь, я между некромантией и некрофилией четкой границы не провожу.


- А этого тебе никто и не предлагает. Тебе придется быть тем, кто ты есть, и это уже смертельно опасно. - Допер... Но ведь все это - легко сказать... - На этот раз будет легче. С тобой пойду я. Мы трое вытаращились на Ильмиру во все пять глаз. Я от удивления даже чинарик уронил. Этелред первым обрел дар речи: - Ты... Ты хоть соображаешь, что делаешь? Я вскинул руку: - Стоп-стоп-стоп! Тебе-то это зачем? Я тобой рисковать не собираюсь. Она опустила голову и произнесла угрюмо: - Я должна сделать это. - Ты опять?! Мы ж ясно договорились - никаких долгов... - Во-первых, то, что произошло могло произойти из-за меня. Вовторых, Прокаженные - и мой народ, правда, отец? И мое дело постараться защитить их от Ущелья. А в-третьих, Мик, без меня ты не сориентируешься. Я знаю миры Запределья и помогу тебе... Правда, в поиске, а не в бою - этот бой должен быть только твоим делом. Явно она чего-то не договорила... - Есть еще и «в-четвертых»? - осведомился я полуутвердительно. - Да. Ущелье отняло у меня глаза - может, оно и вернет их? Не очень-то тут возразишь. И не то что бы нечего, а как-то неловко. Издержки воспитания, что сделаешь... Да с какой стати я в благородство играть должен? Если я туда полезу один - мне хана со стопроцентной гарантией... - Значит, способов выйти из этой игры нет? - Я назвала тебе два, - Ильмира говорила холодно и отстраненно, но под конец стиля не выдержала. - Есть и третий путь - выйти победителем. - Хочешь сказать - есть шанс? - Иначе я бы не предлагала. - Ладно, допустим. Маленький, значит, но есть. Но я так понимаю, что если мне вдруг снова несказанно повезет и он сработает, то предстоит мне играть в игры с привидениями и Силами до конца дней своих. А зачем мне это? Ильмира опять улыбнулась фирменной своей полуулыбкой: - А когда ты стал Чародеем, ты спрашивал себя, зачем тебе это? - Это, извини, две большие разницы! - Ты думаешь? - Значит, опять меня никто и не спрашивает... - Примерно так... У тебя есть твои способности, а теперь ты столкнулся с Силами Ущелья, и они считают тебя пригодным для воздействия. Или достойным противником.


- И не скажешь им ведь, что я просто мимо шел... Но фокус в том, что у меня еще кое-какие дела есть, а если мне придется завязаться с теми Силами... - На время ты сможешь ставить барьер между ними и собой. Или использовать их. - А сейчас поставить барьер? - Поздно. Ты уже в игре, и либо управляешь ты, либо управляют тобой. Я снова беззвучно выругался. Развитие ситуации называется... Продолжается зазеркалье, только шахматы уже не трехмерные, а четырехмерные. И наверняка не один я в таком переплете, только те, ко серьезно с Запредельем работает, ищут случая годами, а готовятся к нему десятилетиями. А мне - пожалуйста, как с куста: на, дорогой, кушай на здоровье, жри, сволочь, кому сказано... А мне все эти заморочки нужны, как барсуку зубная боль, никогда за собой особых амбиций в плане чародейства не замечал. Ладно, деваться все равно некуда, но вот если мне свезет - не включатся ли в игру какие-то Силы еще покруче? Об этом я и спросил Ильмиру. - Не должны. - В прошлый раз о таких вариантах, как этот, тоже речи не было. Ильмира, словно угадав, что я сейчас взорвусь, подошла, положила руку мне на голову, произнесла тихо: - Рано или поздно это случилось бы, Мик. И я не знала, что ты так быстро начнешь пользоваться вещами, связанными с Запредельем или пройдешь Ущелье Морока. - Какими еще вещами? - Я стороной узнала, что тебе пришлось как-то вызвать нежить. - Ладно, леший с ним. Раз уж деваться некуда - либо грудь в крестах, либо голова в кустах. Где тут розетка? - я сделал вилку из пальцев. Эрик открыл было рот, но не сказал ничего, только головой покачал. А Этелред, кажется, полностью выпал из реальности, наблюдая за своими пальцами, беспокойно снующими по столу. Я в упор посмотрел на Ильмиру: - Значит, те миры ты более-менее знаешь? - Их не знает никто. Но до определенной границы я доходила не раз. Боюсь, правда, искать придется за ней. - Ладно. И когда? - А зачем откладывать? - А как насчет дополнительной информации? Она отвернулась, произнесла куда-то в угол, словно к сваленным там шкурам обращаясь: - Пользы от нее не будет. Миров Запределья великое множество, и все ты отчасти создаешь сам.


Наверно я все-таки чего-то недопонимаю... А с другой стороны, в прошлый раз там, в Запределье, имели место откровенные глюки, но это были МОИ глюки! Ильмира словно опять мысли прочитала: - В этот раз все будет проще. И страшней. - Понял, не дурак... Когда приступим? - Сейчас. Я собрал бороду в горсть, слегка подергал: - А ты уверена, что я готов? Она улыбнулась: - Нет. Просто чтоб достойно приготовиться, тебе понадобится не один год, а ты таким временем не располагаешь, верно? - Куда уж верней...- неожиданно даже для себя я расхохотался. Знаете, там, откуда я пришел, есть такая сказка - про Иванушку-дурачка. В частности, этот Иванушка по собственной дурости забирается в берлогу к Горы... короче, к дракону, опять же сдуру отрывает ему все три башки, а уже стоя над трупом, понимает, куда он залез и начинает бояться... Похоже, это про меня. Мне никто не ответил, все сидели с похоронными рожами. Потом Ильмира произнесла: - Нам надо остаться наедине. - Вот вот, а мы только и делаем, что гуляем, - проворчал Этелред, обращаясь к Эрику. Между этими двоими явно установились почти дружеские отношения - уж не знаю, чем Эрик его обаял... - Не будем мешать процессу, - Эрик поднялся, прогнулся, разминая спину. - А кто-то говорил, что всякая магия и работа с Силами извне опасна, как неизвестно что... - А кто тебе сказал, что наша вылазка безопасна? И уж держись ты, бога ради, подальше, а то, если я в Пещеры твой труп привезу, Ульвар меня не поймет. - Ну-ну, путешественник, - Эрик прикрыл за собой дверь, я запер ее нечего тут кому ни попадя бродить - и повернулся к Ильмире: - Ну вот, я готов. Уверена, что мне больше ничего не стоит узнать? - Тут всякое знание может против тебя обернуться. Не давай воли привычным страхам и не теряй головы. Ценное указание. Главное - многозначительное... - И совершенно неизвестно, где мы окажемся? - Мы будем работать через твой Камень. В нем сейчас заключена Сила Ущелья. Я не знаю ее, но привести нас она должна именно туда, куда нужно. - Значит, все зависит только от Камня и от меня... Что мы сейчас должны делать? Она подошла ко мне:


- Сначала мы должны раздеться. - Ты думаешь, мы сможем именно делами заняться? Она улыбнулась, проделала непонятный пасс правой рукой. Ой, действительно сможем... Вернее, я сейчас ничего не смогу. - Нам понадобятся все силы, - сообщила Ильмира. - И еще... Покажи мне свой меч. - Ладно,- я пожал плечами и протянул ей Хельмберт на вытянутых руках. - Вынь его из ножен. - Зачем? - Надо знать, что это такое. - Как хочешь, - я обнажил клинок, серебряная на черном вязь тускло блеснула в желтеньком слабом свете масляной лампы. Ильмира провела ладонью над рунами, задержалась над рукоятью: - Да, очень мощная вещь... Там он может оказаться полезен, - она опять нащупала на стене связку кореньев, отделила пару. Снова жрать эту гадость... Кстати, интересно, могут ли у двоих быть одинаковые глюки?.. Ладно, взялся за гуж - полезай в кузов, или как оно там по-русски? Я все же осторожно уточнил: - Это надо съесть? Ильмира кивнула, протягивая мне корешок: - Только сначала как следует разжевать. Заранее с души воротит... Но, как я понимаю, это далеко не худшее, что нам предстоит. Я принялся жевать, давясь от отвращения. Смешайте кильку в томате в равной пропорции с вареньем, досыпьте сухого навоза и хины, долейте немного нашатыря - все равно такого мерзкого вкуса не добьетесь... Кое-как проглотив эту жуть, я бросил взгляд на Ильмиру. Да, ей вкус этих... гм... растений нравится ничуть не больше моего - я и не представлял, что ее так перекосить может. Наконец она, страдальчески сморщившись, проглотила ЭТО и подошла к топчану, развязывая пояс. Я тоже принялся стаскивать куртку. - Меч возьми с собой, - напомнила она мне. Я накрыл ее своим плащом, взял Хельмберт и тоже забрался под плащ. Нет, всякое в моей жизни бывало, но чтоб брать меч в постель с женщиной... Ох, чует мое сердце, то ли еще будет! - Обними меня, - попросила она. - С удовольствием, - пробормотал я. А снадобье-то уже действует: мягкое шевеление в голове, а сама голова поразительно легкая, и каждый удар пульса легонько, бережно подбрасывает... - Не теряй контакта с Камнем. - Понял... - и я соскользнул в Камень сознанием.


ГЛАВА 20 Вот он, Камень, играет зелеными искорками, но они постепенно превращаются в редкостной красоты фейерверк, а потом нас подхватывает разноцветный искрящийся вихрь. Медленное кружение периодически растворяет меня... в огне?.. в воде? Да, это океан, прозрачный по всей своей глубине, и подо мной с удивительной быстротой проносятся диковинные растения, остовы кораблей, руины затонувших тысячелетия назад городов, мимо скользят похожие на пестрых насекомых рыбы. Повернув голову, вижу плывущую рядом Ильмиру, а она смотрит на меня, и глаза у нее большие, чуть раскосые, но цвет под водой не различить. Дышится удивительно легко, хотя над нами толща океана, мы как-то сумели отрастить себе жабры. Вода тепла и приятно обтекает тела, сопротивления почти не чувствуешь... Но рано или поздно все кончается, и мы выныриваем куда-то в ночь, и это не здесь, это в моем родном городе Бурге, где полным ходом идет весна, а я в кольчуге, и потому чувствую себя крайне неловко, но никто на это внимания не обращает, так что надо искать Ринге. Как? Это просто, как все гениальное: надо обратиться в справочное бюро. Вон какая милая девушка за стойкой... Да, конечно, она знает Ринге, кто же его не знает, отвечает она и начинает медленно покрываться шерстью. А где его найти? «В зоопарке!»- рявкает девушка, превратившаяся тем временем во что-то совсем уже звероподобное. И тут я понимаю - надо бежать из этого зоопарка. Вон какая толпа на улицах собралась - у одного крокодилья пасть в улыбке щерится, другой, склонив рога, роет копытом асфальт... Все показывают пальцами на нас, а мы делаем вид, будто нас это совсем не касается, маскируемся, шифруемся, черта лысого кто угадает и разгадает, но без Ринге тут не обошлось. Менты читают детям правила броуновского движения, туда-сюда-обратно, тебе и мне приятно, раз - и на кладбище, а там, как водится, на могильной плите трое с газеткой, на газетке плавленый сырок и хлеб, а бутылка подходит к концу... Приглядевшись, узнаю в них памятники с главной улицы, и тут они втроем накидываются на девушку, чтобы отнять у нее весло... Продолжения мы с Ильмирой ждать не стали, мы срочно сменили мир, и в лето господне 1428 мой отряд с божьей помощью и во славу дофина вышел в тыл англичанам в том бою, в каких-то трех лье от Руана, но нас оказалось все-таки слишком мало. А Ильмиру приняли за Жанну д»Арк, и стоит ли упоминать, что председателем трибунала святейшей инквизиции, мрачной и строго законспирированной фигурой, оказался наш старый знакомец Ринге, но я успел вызвать подмогу, и вскоре три моих мушкетера так лихо выкрали подвески, что ему осталось только руками развести, а разведя ими, он уже не смог удерживать Ильмиру, и нам удалось бежать.


Мы скрывались от каждой знающей нас собаки, меняли обличья и шило на мыло, прятались в каждой встречной реке от дождичка в четверг, но Ринге был не только дождем и четвергом. Нас с Ильмирой все-таки схватили и в цепях отправили в Новый Свет, но в море спастись легче, если притвориться, что ты утонул... Вся фантасмагория кончается сразу и мгновенно - резкий скачок если не в реальность, то во что-то близкое, под ленивый холодный дождь, в полночь на перекресток... улиц или дорог? Знаю только, что по бокам в отдалении - не то холмы, не то жилища, не то нечто среднее. откуда-то изза них выбивается тревожный, неприятно-оранжевый свет, он играет на рваных тучах, стремительно несущихся в непроглядную темноту, и ветер напевает глухо и тоскливо. Обнимаю Ильмиру за плечи: - Тебе холодно? Она молча кивает, я плотнее укутываю ее своим плащом: - Змейство... И куда бы это нас занесло? Да еще курева нет... - Надо идти. Мрачно смотрю на нее: - Куда? - Неважно. Где-то должны быть люди. - А тот, кого мы ищем, человек? Я вот лично не уверен. И вообще, по закону тайги если видишь человека - обойди подальше, так чтоб он тебя не заметил. - Здесь не тайга. - Да уж это точно, - я зябко поежился и проверил меч в ножнах. Както нехорошо здесь. Неуютно. Даже не пусто, а мертво... - Ну, раз так, пошли куда глаза глядят, - а ведь я даже по сторонам света здесь сориентироваться не могу... - Пошли,- Ильмира под плащом плотнее прижимается ко мне. - И все-таки, - спрашиваю уже на ходу, - ты хоть приблизительно догадываешься, где мы? - Похоже на Ущелье. Но это не Ущелье. Вот тут и разбирайся... Но уж коли выбора все равно нет, придется играть в странника. Можно попытаться перейти в другой мир, но что это даст? К тому же, есть у меня некое предчувствие, что сначала возможности этого мира надо использовать - мы ведь явно не случайно сюда попали. Я бы, конечно, предпочел, что-нибудь потеплее... Но кто-то здесь живет - дорогу ведь протоптали... если это, конечно, дорога. Так, блазнит меня, что-ли? Или в самом деле кто-то есть? Бросаю коротко Ильмире: - Ну-ка, стой...- оставляю плащ у нее на плечах, делаю пару шагов вперед. - Кто здесь?


- Если б я хотел тебя убить, я бы уже сделал это, - знакомый голос! Причем говорит явно эльф... Я неуверенно произношу: - Хельг? - Бывший, - он подходит ближе. Перекладываю меч в левую руку: - Ну, здравствуй, что ли, братец названный... - Ты всегда желаешь здравствовать тем, кого уже нет? - Хельг медленно обходит нас с Ильмирой по кругу, мы поворачиваемся, не сводя с него глаз. На всякий пожарный берусь за рукоять меча обеими руками: - Но здесь и сейчас - ты жив? Хельг? - Все зависит от тебя. Кто ищет мертвых - находит мертвых, а им нечего делить с живыми. Что-то он сам на себя не похож... Наверно, смерть меняет не только людей. - Я ищу человека по имени Ринге. Мертвого человека. Или не человека. - Или не мертвого. - Что это значит? - То, что здесь я тебе не помощник. Мы теперь в разных мирах. Теперь я знаю, что с тобой было, когда ты попал туда, где мы были братьями... Ведь в своем мире ты тоже умер? - Я туда возвращался... - И умер еще раз? Мне это знакомо. - Но мы с тобой смешали кровь. Ты поможешь мне найти Ринге? - Не понимаю, что значит - найти? Иди - и встретишь его. - А куда идти? - Безразлично. Ты должен его встретить - и ты его встретишь. - А ты куда сейчас пойдешь? - В другую сторону. - Ты пока еще не знаешь, куда пойдем мы. - Это неважно. Пока - прощай. Если и встретимся, то не здесь. Если б я даже хотел тебе помочь, все равно не смог бы. Вы, люди, очень любите «если», - неожиданно заключает он на прежний хельговский манер, поворачивается и уходит, сгорбившись и волоча ноги, в дождь. Кстати, дождь что-то разошелся... Капли так и секут. - Ильмира, будь другом, дай плаща кусок... И опять мы идем, завернувшись в мой плащ. Грязь хлюпает под ногами, клочья туч летят по небу, словно лавина призраков. А дорога все уже, только теперь это не дорога, а улица, и совсем узенькая стала четверо с трудом разойдутся. Только расходиться тут некому, все покинуто. Как после чумы... Кстати, очень похоже. Ильмиру колотит крупная дрожь, наклоняюсь к ней: - Ну, все, все, хватит бояться... Не бойся, я здесь,- и коротко целую ее. Поворот, дальше - перекресток, за ним тянется улица пошире, а вдали -


костры. Опасность. Но не какая-то конкретная, она всюду - равномерная, тяжелая, непонятная, опасность висит в воздухе, растекается в грязи под ногами... Еще кто-то на дороге. - Эй, кто тут? Никакого ответа. Человек сидит, привалившись к стене, вытянув странно прямые ноги. Подхожу, встряхиваю его за плечо: - Не спи, замерзнешь! Он заваливается набок, как-то сразу весь, твердый, как палка. Глаза открыты, лицо одутловатое, в каких-то пятнах. Мертв, причем мертв не очень долго. Странно, я думал, здесь можно встретить только покойников, разгуливающих где и как попало. Оказывается, и покойники мрут... Черный юмор какой-то. Словно в ответ на мой невысказанный вопрос Ильмира тянет меня за плащ: - Пошли... Это уже другой мир. - То есть как? - Не знаю. Я чувствую... Но это долго объяснять. Здесь ни места, ни времени не существует, все спутано в один клубок... Пошли, Мик, там какие-то люди, я их боюсь. По улочке, где-то в сотне метров, шествует четверка с факелами, один ведет под уздцы лошадь, впряженную в повозку, жутко скрипят колеса. Повозка нагружена почти до самого верха, но чем?.. Люди молчат. Когда они подходят ближе, замечаю длинный шест с крюком в руках у каждого, лица закрыты плотными повязками. Как-то не тянет меня встречаться с ними... Тащу Ильмиру за руку - подальше, скрыться за углом ближайшего здания. Теперь я разглядел, чем нагружена повозка. - Еще один, - глухо произносит передовой из-под маски, труп поддевают крючьями, взваливают поверх груды мертвецов на повозке там, кажется, сплошь разинутые черные рты и скрюченные пальцы. И вся четверка сворачивает по направлению к нам. И надо уходить, но ноги, как в кошмаре, прилипают к загаженной мостовой. - Эге, Руперт, тут живые! Закутанная фигура вытягивает руку с факелом, коптящее пламя горит где-то в метре от моего лица, с шипением летят на землю горящие капли. Ну нет, я и дальше намерен жить! Выставляю перед собой меч, закутанный поспешно отодвигается, трое чуть сзади держат крюки наизготовку. Скрипучий старческий голос произносит: - Что ж, привет вам, охотники за добром мертвецов! - Попросим поделиться? - тут же спрашивает первый. - Как нам отсюда выбраться? - это Ильмира. не успел я ее тормознуть!


А вместо ответа - сиплый хохот в четыре глотки. Наконец отвечает старик: - Выбраться отсюда, благородные господа, можно только на нашей повозке... Не прибавите ли от щедрот бедным голодранцам? Снова гогот, потом самый высокий басит: - Ладно, девку, может, и проведем... только сначала на круг пустим. - Валяй, Грего, - жестко отвечает старик. - Начинай. Но только тогда сам здесь с ними останешься. - Ну, кто первый? - голос мой звучит сдавленно, Хельмберт описывает медленные восьмерки в воздухе. - Ладно, - в голосе старика смешок. - Может, свидимся еще, благородные господа... когда вас отсюда повезем. Пошли, ребятки, нам еще две улицы очистить. Шаркают шаги, лениво стучат копыта клячи, душераздирающе визжат, удаляясь, колеса. Ильмира смотрит на меня с ужасом: - Что это, Мик? Отвечаю жестко: - Чума. Квартал наверняка оцеплен. - Что же делать? - Не знаю! Сама говорила - Сила из Камня знает, куда вести. Вот она и привела. Ладно, идем. - Куда? - Самое лучшее - в другой мир, пока тут заразу не подхватили. - Нет, сейчас не выйдет... Это надо было с самого начала, - голос у нее такой, словно она вот-вот расплачется. Прижимаю ее к себе почти грубо, успокаиваю - а сам мысленно бормочу непечатные слова, но тут же себя обрываю. Руганью тут не поможешь. - Тут ведь, чтоб попасть в другой мир, надо просто идти? - Только не в зачумленном районе. Если не покинем его, останемся тут навсе��да. Вот это клюква... А квартал оцеплен, коню понятно, и из чумного квартала черта лысого кого выпустят. А будешь рыпаться - стрела в задницу, и порядок. Знать бы еще, в какой стороне окраина, в какой центр... А то на месте торчать глупо... хотя и задумано изначально еще глупей было - положиться на волю Силы из Камня. А там Ринге. Хотя я ему живым нужен, на кой ему лишние покойники? Глажу Ильмиру по волосам: - Ладно, что ж теперь... Прорываться будем. Главное - держись позади и не отставай. И неплохо бы, чтоб на заставе нас не заметили, пока близко не подойдем. Сила тут как работает? - Не знаю. Это ж Запределье. - Вот ведь растяжимое понятие, за ногу его мать...


Так, вон они костры впереди... Жмемся к стенке, меч уже в руках. Но он бликует - причем как-то неестественно ярко. Заметили нас: - Идет кто-то! Не крючники! - Мертвяки! - Так не смотри, стреляй давай! - Так что мертвяку стрела? - Сейчас точно мертвяками будут... А ну, давай! - Не видать ни рыла! Хватаю Ильмиру за руку: - Уходим! А позади уже знакомый скрип телеги, и я знаю, что назад нельзя, а впереди начинается что-то неправдоподобное, как страшный сон - от костров заставы по высокой дуге над нами проносится стая горящих стрел, позади вдруг вспыхивает яркое зарево, словно все, что там было, разом занялось - и на этом фоне мы прекрасные мишени. А потом вдруг из окна второго этажа соскакивает длинная гибкая человеческая фигура, приземляется, перекатывается, поднявшись на одно колено, веером выпускает длинную очередь из автомата. Солдаты у костра разбегаются врассыпную, человек, поднявшись с колена подлетает к нам: - Ломитесь, живо! - Герман?! Ты что - тоже умер? - Какое «тоже»?! Я пока помирать не намерен, да и ты на покойника не похож. Ну что вы тут, разэтак вашу, корни, что ли пустили?! - странно, откуда он тут? Да еще в светлых брюках и пиджаке - с автоматом ну никак не вяжется... Несемся, сломя голову - Герман замыкающий - проскакиваем перекресток, кажется, кто-то пытается стрелять из боковых проулков... Наконец останавливаемся, перводим дух. - Герман? Ты-то здесь какими судьбами? - Тебя, засранца, вытаскиваю. Не допер, деятель? Костюм вот изгадил... - он сокрушенно осматривает грязь на пиджаке. - С нами прогуляться решил? - Ага, как же... У меня дела поинтереснее есть, - он оглядывает перепачканный костюм и мрачно поправляется: - Вернее, были. Адью, - он делает безуспешную попытку отряхнуть штанину, потом машет рукой и поворачивается, чтобы уйти. - Счастливо, - произношу я уже ему в спину. - Нижайше благодарю за такое счастье, - зло откликается он и пропадает в темноте. Полный бред... Поворачиваю к себе Ильмиру: - Ты что-нибудь понимаешь? - А ты? Кто это был? - Старый друг... Выходит, он тоже погиб.


- Эльф говорил - мертвый живому не помощник. - Эльф говорил иначе... Но откуда же ему иначе здесь взяться? Он из орденцев, а у них на такие штучки запрет, если помнишь. - Запрет запретом, но у этих мест свои законы. - Это да. Например, никого из чумных кварталов не выпускать. Пошли-ка, а то они там оклемаются, а никого с автоматом поблизости не случится. Мы снова двинулись дальше, укутавшись в мой плащ. Романтическое странствие, чтоб его... Вот странно: за оцепление, вроде, проскочили, а тут все какое-то еще более мертвое - дома явно давно нежилые, окна повыбиты, торчат обломки балконов... И дождь полил еще сильней. Я выругался сквозь зубы и посмотрел на небо. Еще одна странность: темнотища, вроде, а видно все четко. Ладно, условимся считать это специфической особенностью Запределья - то, что я в Столетнюю войну под Руаном дрался, меня же не удивляет? А вот ветер тут вполне земной, осенний. Как в Питере - так же до косточек пробирает... Стараясь не лязгать зубами, кричу почти в ухо Ильмире: - Чуешь, ветрище? Как с моря! Она смотрит на меня снизу вверх - и я вдруг понимаю, что неспроста этот ветер, что она пытается мне что-то сказать, что она уже кричит - но слов не слышно за ревом урагана. Дождь летит уже почти горизонтально, хлещет в спины, как из пожарного шланга, несет вперед. Пытаюсь оттеснить Ильмиру, прижать к стене, самому вжаться в камень, чтобы устоять под бешеным напором, на миг оборачиваюсь - ощущение, словно с головой погрузился. Давясь и отплевываясь, ору что-то матерное, сам себя не слыша, прижимая к себе правой рукой Ильмиру - в левой Хельмберт - пытаюсь еще ближе притиснуться к стене, переждать, чтоб не унесло, серебряная рукоять в руке нагревается... И тут вихрь подхватывает нас. Только б не разметало! Нас гонит по улицам, точно мокрых куриц, выход один - побыстрей переставлять ноги, чтобы не упасть... А ветер все плотней, теперь мы уже не бежим, а висим в нем, густом, словно тесто, он начинает петлять, сворачивать в переулки, и не выбраться из него, а улицы все уже и глуше, и ни окон ни дверей сплошные стены - вверх насколько глаз хватает... Что ж делать? Это известно заранее - скоро эти стены совсем сдвинутся, а ветер не замедлится, и нас попросту размажет! Да, но я Чародей, я могу мир сменить... нет не могу, слишком быстро мы движемся. И все же по наитию черчу знак Силы, направив его поперек движения, в потоке что-то ломается, теперь он движется рывками, как испорченный транспортер, потом вообще замирает. Что вокруг - поглядим потом, сначала надо как-то выбраться из клейкой густой черноты, в которой я увяз почти по грудь, как тогда, в Зачарованном...


Но чернота куда-то исчезает, и я обнаруживаю, что лежу носом вниз на чем-то ровном и холодном. Каменном. Не то какая-то дорога, не то пол. Правой рукой по-прежнему обнимаю Ильмиру, в левой - меч, а значит, все идет как надо. Ну, если не все, то хоть что-то... Поднимаюсь на колени, все мускулы затекли. Переворачиваю Ильмиру лицом вверх, подсунув ладонь под голову, осторожно похлопываю по щекам: - Подъем, подъем... Ты как - в порядке? Она приподнимается на локтях: - Все хорошо...- голос слабенький, подсевший. Оно и понятно - это ж я бугай, ко всему привычный, а ей такие упражнения внове... - Ну вот и чудненько, - откликается кто-то звучным и бодрым голосом, я тут же оказываюсь на ногах, в боевой стойке, поворачиваюсь. Никого. Длинный, прямо-таки бесконечный коридор, смахивающий на подземный переход, только на стенах почему-то факела натыканы, а свет определенно электрический. И ни души... - Что за шутки? Невидимка диктор отзывается ехидно: - Не узнал? Москва говорит, тундра этакая. Местное время 68 часов 10 минут 23 секунды угловой дуги циферблата. Температура за бортом минус десять градусов Келвина; влажность, конечно, хреновая, но настроение бодрое и отчетливое. - Ты еще производственную гимнастику предложи, - огрызаюсь я. - Да я-то, конечно, предложу... Но сразу предупреждаю: ты ее делать будешь. М-да, чем черт не шутит, лучше не рисковать, а то меня можно будет в отделение для буйных сдавать без экзаменов... - Ладно, ладно, верю... Ильмира?.. - я вопросительно уставился на нее - проверить, не сам ли я с собой веду беседу. А она совершенно, кажется, обалдела от голоса ниоткуда, несущего ахинею. Да, точно, она же радио никогда не видела... - Что это, Мик? Безнадежно ухмыляюсь: - Москва говорит... А ты, приятель, чего замолчал? Поведай, что новенького на необъятных просторах и вообще в мире. - А чего ты хочешь-то? - в дикторском голосе недоумение. - Могу про урожай - ну сам понимаешь, посевная-уборочная, добрые фермеры, злые долгоносики... - В другой раз... Что еще у тебя есть? - На сегодняшних валютных торгах, - приободрился диктор,зафиксирован новый курс доллара - северо-запад, что куда восточнее... - Дальше, - командую я совсем уже безапелляционно. В бархатном голосе - растерянность:


- Я еще прогноз погоды могу... - Валяй, - поощряю я. Это уже становится забавным... Был у меня сосед-алкаш, он вот так же с приемником беседовал каждый вечер. - На Запредельщине ожидается полная беспредельщина! - радостно сообщает голос. - А пока позабавились - и хорош. - Что, время для правительственных обращений к народу? - Почти угадал, - произносит другой голос. И звучит он не далее, как метрах в двух за моей спиной. Резко поворачиваюсь, выставив меч. Кто ищет - тот всегда найдет... Словно ушат ледяной воды, словно из окна мордой об асфальт. Собственной персоной - Ринге Воитель. Я знаю, что это он, хоть никогда его и не видел - знаю даже, что он выглядит куда моложе, чем есть на самом деле. Прямые темные волосы только слегка тронуты сединой, голова гордо вскинута, лицо - тонкое, породистое, четко очерченное, пронзительные серые глаза слегка прищурены, рука спокойно лежит на серебряной рукояти длинного меча. - Не меня ли ты искал? К твоим услугам, человечек. - Да, тебя. Нам надо выяснить кое-какие отношения... покойничек. Смуглые нервные пальцы плотней смыкаются на рукояти оружия, прищур становится угрожающим: - Не забывайся. Ага, не любит... Учтем. - Ладно, не буду. Мы ведь знакомы? Заочно, правда. - Знакомы, - улыбка возвращается. - Ты решился? - Как видишь, я здесь. Чего ты хочешь? - Ничего особенного. Место узкое, и нам не разойтись. - Проход достаточно широк. Что ты вообще имеешь в виду? - Раскинь мозгами. Если мы встретились, значит, ты потенциально опасен, верно? И лучше, если ты будешь опасен не для меня. - Не терпится вернуться в подлунный мир? - А я его и не покидал,- широко улыбается Ринге.- Не в том дело. Ты в этом мире, и нам не разминуться, так что либо ты ��дешь со мной, либо умрешь. - А на кой вообще я тебя сдался? Других мало? Ринге тяжело вздохнул: - Да хватает... Но просто так тебя отпустить я тоже не могу - сам понимаешь, надо поддерживать не только Силу, но еще и репутацию. Пока мы разговаривали, декорация изменилась: стены стали скалами, а вверху появилась полоска неба. Ущелье Морока, если я чтонибудь понимаю. Пора бы и привыкнуть. Ну что ж, если все это бред, то лишний бредовый эксперимент - не помеха. - Если я соглашусь - что я получу?


- Торгуешься, человечек? - Ринге весело хохочет, закидывая голову. Ну что ж, власть над себе подобными получишь. Отведаешь полным кубком. Он меня еще и покупает! Оглядываюсь на Ильмиру - бледна, но выглядит довольно решительно. Ну, с богом! - Дешево. Власть - любая - всего-навсего суррогат, вроде зеркальца для дикаря. У Йокана предложение получше - Сила, могущество. Ринге сразу теряет весь свой лоск, лицо дико искажается, с губ срывается хриплое ругательство. Он как-то смещается, лица его я теперь не вижу, только глаза вдруг оказываются очень близко, в них - огонь, но огонь холодный, они и пугают и притягивают. Колени обмякли. С этой волей не очень-то поспоришь... Из последних сил пытаюсь отвести взгляд, но не получается, я уже полностью подконтролен... И тут приходит мощная поддержка от Ильмиры - словно невидимый валун пронесся между мной и Ринге, сметая зыбкую связь. Да, теперь я четко понимаю - нам не разойтись. Это мир не для поединка Сил, и мы здесь почти равны. Доли секунды мне хватает для того, чтоб рвануться вперед, Хельмберт со свистом прочерчивает короткую дугу, лязг... Вот это реакция! Ринге уже успел занять оборону в лесу, откуда устремляется на меня роем пчел, отвечаю залпом главного калибра, вдребезги разлетевшимся о фланговую атаку боевых колесниц, завершившуюся шахом на десятом ходу... На рубящий снизу меня не купишь, отбиваю два подряд, на третьем прокручиваюсь - и вижу, как стремительно, из невозможной позиции, летит клинок Ринге, переливающийся всеми цветами радуги, парирую неловко, клинком вниз - и недостаточно быстро. Заваливаюсь, не удержавшись на ногах, влево, в правом боку, чуть ниже подмышки, резкая, неожиданная боль, чувствую, как по нему стремительно расплывается липкий жар. Успеваю только заорать: - Беги! - а потом поворачиваюсь на спину - медленно, нестерпимо медленно, время стало вязким, как патока, секунды растягиваются до звона в ушах, до тошноты. Все так медленно, что левую руку успеваю перенести на клинок - сверкающее лезвие опускается мне на голову. Время вязкое, но камни от этого мягче не стали, затылком врезаюсь в них, чувствую, как руки обмякли, в глазах - багровые круги пляшут. Вот, кажется, и хана... И тут Ринге поворачивается к кому-то. Там же Ильмира! Приподнимаюсь, опершись о камень левым локтем, с хриплым, птичьим каким-то воплем бью мечом, зажатым в правой - слепо и бестолково. Меч останавливается в чем-то твердо-упругом. Есть! Я его достал! И тут обрушивается тьма.


Но я в сознании. В боку бешено пульсирует боль, под спиной мокро и липко, кровью пропитался весь плащ. Чувствую рядом обнаженное тело Ильмиры - холодное, трясущееся в ознобе, в правой до сих пор сжимаю рукоять Хельмберта, на клинке - свежая кровь. Глаза сразу заливает ледяным потом. Ильмира? Только этого еще не хватало! Откидываю плащ, давясь дыханием из-за раны. Нет, не ранена... Уже легче... Но ее трясет все сильней. Ч-черт, она ж в Запределье до сих пор! Вытаскивать, срочно! - Ильмира? Ильмира!! - трясу ее, заходясь от боли, тело мое, кажется, превратилось в какую-то бешеную карусель, и ось вращения все в том же правом боку. Как-то походя отмечаю, что это, наверно, от потери крови... - Ильмира! Никакого результата. Что делать? На помощь звать? Не услышат... От бессилия слезы на глаза наворачиваются. Сейчас ее там оставить верная гибель. Сбегать за подмогой - как? С дырочкой в правом боку... Помнится, в углу была кадка с водой. Превозмогая бешеную качку, скидываю ноги с топчана. До воды всего полдесятка шагов. Пошел! На некоторое время теряю способность соображать и видеть чтолибо, кроме разноцветных огней перед глазами, потом выясняется, что я валяюсь ничком на полу. Поднимаюсь кое-как на четвереньки, хрипя тихие и бессильные ругательства. Нет, до воды не добраться - эта мысль становится вдруг острой и холодной, как скальпель. Да ведь потом еще и обратно добираться... Воды нет, что же есть? Озираюсь беспомощно. только б не вырубиться! Скамья, стол, какие-то ящики на полу, очаг с тлеющими пока углями... Вот оно! Помогая себе яростным матом, тянусь к очагу, сжимаю правой тлеющую головню. Руку, кажется, насквозь прожгло... Сипя от боли (голоса уже не осталось), поворачиваюсь к топчану. Лишь бы не выпустить. Сил на то, чтоб поднять, уже не хватит. Прижимаю тлеющий уголь к обнаженному белому плечу. Кажется, уже вечность держу его. неужто опоздал? Воздух со свистом входит в легкие, обжигает глотку, рука, на которую я оперся, предательски дрожит. И тут Ильмира пронзительно вскрикивает и садится, дико озираясь. Роняю на пол головню, потом валюсь сам, прижав локоть к ране, рука болит так, что ничего уже больше не чувствую. Горелым мясом тянет. С каким-то вялым, тупым удивлением вижу вдруг, как дверь хижины валится внутрь. На пороге - Эрик, пушка наготове: - Где он? - оглядывает хижину, потом, оценив обстановку, подскакивает ко мне, опускается на колени: - Ничего себе! Где это тебя угораздило? Ладно, помалкивай, потом расскажешь, - он быстро разматывает бинт из поясной сумки. - Смахивает на удар мечом.


- Так и есть... Да тише ты, мясник! Краем глаза вижу, что Ильмира уже пришла в себя и прикрылась плащом. Эрик, что-то колдуя над моим боком, едва заметно кивает на нее, потом на Хельмберт на полу. Клинок и правда в крови, мне не померещилось. Я так же незаметно покачиваю головой, сипло шепчу: - Ринге. - Так он был все же здесь? Опять мотаю головой. Эрик хмурится, явно пытаясь что-то сообразить, произносит: - Легко ты отделался. Пара ребер сломана, грамм двадцать мяса и поллитра крови. До свадьбы заживет, - а потом вдруг начинает принюхиваться. - Вы что тут - еще и ужинали? - Рука... - Давай сюда, - он заканчивает с моим боком, разжимает мне правую ладонь и присвистывает. - А вот это уже хуже. Мечом ты, по-моему, не скоро пользоваться сможешь. Ты как это? Вместо ответа указываю подбородком на очаг, на головню, кратко поясняю: - Мог не успеть. Эрик, копаясь в сумке, ворчит: - Герой кверху дырой. Сцевола хренов. Не помрешь ты своей смертью... Ильмира, у тебя что? Травмы, повреждения, ушибы? - Все в порядке, - отвечает она слабым голосом. Эрик с сомнением хмыкает, потом начинает поливать мою руку из баллончика чем-то, от чего идет приятный холодок, принимается бинтовать. И тут вваливается Этелред, дышит, как табун загнанных лошадей: - Так... Я думал, они делом занимаются... - Мы были в дальнем Запределье, отец. Эрик недоуменно хмурится: - Так это тебе там так вкачали? - Значит, вы нашли его, - медленно произносит Этелред, я киваю. Боль никуда не ушла, но съежилась и притихла. Дергаю за рукав закончившего перевязку Эрика: - Гони сигарету, палач. И если есть - выпить. Эрик с улыбкой кивает на меня: - Хамит. Похоже, будет жить. Ладно, держи. Акт чистого альтруизма, - он вставил мне в зубы сигарету, поднес огня, отстегнул от пояса флягу. Я глотнул раз, другой, чувствуя, как вниз покатилось тепло, отер ладонью горлышко, передал фляжку Ильмире: - Пей. - Да я не...- попыталась отвертеться она, я грозно рыкнул: - Пей, кому сказано!


Она послушно хлебнула, закашлялась. Да, для нее крепковато, наверно... Я наставительно заметил: - Ничего, это полезно. Знаю по опыту. - А валяться нагишом на полу тоже полезно? - Эрик попытался говорить тоном сурового доктора.- Кровищи из тебя выхлестало - как из барана. Ладно, анестезию пока я тебе дал, так что уснуть сможешь. Только лучше займись этим побыстрей. Этелред пробурчал под нос что-то неодобрительное, потом уставился на меня: - Так чем там у вас кончилось? - Чем-чем... - проворчал я. - Пинков навешали, вот чем. А подробности завтра, я уже готов. - Ладно, пошли, - Эрик принялся мягко выпроваживать Этелреда. Дверь я не закрываю, ладно? - Как же, закроешь ее сейчас... - Я в детстве по боевикам прикалывался. - А вот курева оставь. И фляжку тоже. - На твоем месте... - Оставайся на своем. - Если выжрешь весь литр, я в тебе еще четыре таких дырки сотворю. - Да нет, я чисто в целях анестезии. - Погубит меня благородство, - предрек Эрик, выкладывая на пол сигареты, зажигалку и фляжку. - Ладно, марш под одеяло... пациент. Эрик наконец убрался. Я, опершись левой рукой о край топчана, коекак взгромоздился на него, боль тут же вывернулась из смягчающего чехла, заставив меня зажмуриться. Ну, поквитался б я с этим Ринге, не будь он покойником... С шипением и кряхтением я заполз под плащ, обнял Ильмиру забинтованной рукой: - Как плечо? Извини, просто другого способа вытащить тебя... - Ты сделал все правильно, - ее голова оказалась у меня на груди. Я провел здоровой рукой по ее щеке, потом нашарил на полу фляжку, отхлебнул. - Одного понять не могу... Ведь влепил-то он мне очень прилично, а кольчуги перед отправкой я напялить не додумался. По идее, он бы должен был меня пополам развалить. - Там на тебе была кольчуга, Ильмира помолчала, я поч��вствовал, как напряглось ее тело. Где-то через минуту она добавила: - А у меня там были глаза. Ну вот, опять ситуация, когда не знаешь, что сказать, а к решительным действиям я сейчас непригоден. - Давай спать, а? А то я уже просто мертвый.


- Хорошо, - она поплотнее придвинулась ко мне, и я закрыл глаза. ГЛАВА 21 Не знаю, сколько уж я проспал, но проснувшись, увидел звезды в дверном проеме и машинально определил: за полночь. А разбудила меня проснувшаяся боль - наверно, действие местного наркоза кончилось. Бок еще ладно, а вот рука словно в кипятке варится. Дурак был ваш Сцевола, господа римляне, дурак и мазохист. И что я такое буду без руки? Меченосец... Мало того, что мечом работать я действительно нескоро смогу, так ведь и при работе Силой руки тоже необходимы. Главное, еще и болит. Может, если хлебнуть, полегчает? Я осторожно, чтоб не разбудить Ильмиру, высвободил руку. Правый бок при каждом неосторожном движении взрывался такой болью, что в глазах зеленело, башка кружилась оборотов на триста в минуту, но уж коли Ордынцев задумал до выпивки добраться... Первый глоток чуть не вывернул меня, но я мужественно решил продолжать, и минут через пять был вознагражден: боль притупилась. А еще я заметил, что совсем не жарко, а я сижу голый, как дурак... Малыш тут задал бы резонный вопрос: «Почему - как?»... Ладно, все равно шансов уснуть меньше, чем при зубной боли. Попробую проветриться. Я с грехом пополам напялил штаны, после третьей попытки отказался от намерения обуться, а уж что до надевающейся через голову рубахи - это вообще антимарксистская утопия. Я набросил на плечи куртку, собрался с духом и встал. Меня шатнуло, к горлу подкатил комок. Вот гадство, вот это меня скособочило... Прихватив курево и фляжку и кляня про себя весь белый свет, я дотащился до порога, плюхнулся там и закурил. Не успел я толком сигаретку выкурить, как из-за ближайшей хижины до меня долетел чей-то разговор, я узнал только голос Эрика. Слов не разобрать, но шли, похоже, сюда. - Нет, ты вот на кого полюбуйся! Два часа, как его продырявили - а он тут как тут, разгуливает и водку хлещет, - Эрик, похоже, успел с половиной местных перезнакомиться... Я вяло огрызнулся: - Тебе бы так... - Что, болит? - А ты как думал, препаратор? - Рука? - Нет, задница. - Чем же вы с этим Ринге занимались? - Осторожней с этим именем, - предупредил из темноты Эриковский невидимый собеседник. Странно: по ощущению - мутант, а голос не мутантский, чистый и сильный. - С ним лучше не шутить. - Ты с ним сталкивался? - сразу насторожился я.


- С ним - нет. Я сталкивался с Запредельем. - И?.. - Мой опыт тебе ни к чему. - Почему же? Я тоже в этих запредельных играх участвую. - Это верно, но дело в том, что ты... Как бы точнее сказать?.. Ну, профессиональный герой, что ли. - Иными словами, громоотвод. - Можно сказать и так, - снисходительно согласился невидимка. Ладно, господа, к сожалению, мое время уже не терпит. Ощущение присутствия исчезло, я повернулся к Эрику: - Слушай, это кто такое? - Мне он представился как Харн, человек ночи. - И что бы это значило? - Сам бы хотел знать... Но льстил он тебе просто беззастенчиво. - Ты так считаешь? Я вот не уверен, что сказанное так лестно. Свою профнепригодность я при каждом удобном случае доказать стремлюсь. - По-моему, он в виду еще что-то имел. - Не знаю. Ты же с ним общался... - Да, от остальных отличается - просто небо и земля... Я вот подумал: это же их за каких-то два поколения так приплюснуло, и продолжает плющить... Как у них еще и рождаться что-то может при таких мутациях? - Вот тебе и тема для диссертации. - Экий ты, однако, циник... - С вами станешь... Но это уже кроме шуток. Мутантов исследуй сколько влезет, коли Этелред разрешит, а вот насчет Ущелья и моих догадок с кем бы то ни было говорить остерегись. Так что научный интерес у тебя получится уж очень бескорыстный. Помнишь, был у нас с тобой разговор насчет того, о чем тебе не стоит распространяться? Так вот, и на Запределье все это тоже распространяется. - А чего это ты так боишься? - Я много чего боюсь. А ты о себе подумай. Решит та же СБ, что слишком много знаешь, да еще мое имя всплывет... - Генрих... - Для отвода глаз ваш Генрих. Думаешь, кому стукнуть не найдется? - Уж это будь спокоен... Ладно, пока уговорил. - Нравится мне это «пока»... Только учти, тебе тоже информацией поделиться придется. - Уговор есть уговор. Ладно, только прежде всего растолкуй ты мне, что это вообще за Запределье? - Мне бы кто растолковал,- проворчал я.- Знаю одно: это источник Силы, не имеющей физических носителей. В нашем понимании. - Не понял.


- Я тоже. - Нет, что значит - не имеющей? Сила - это что, не только паранормальные способности? - Общепринято - некий потенциал чародейской энергии. - А что там с тобой было, ну в Ущелье? Какие-то астральные атаки? - Ой... Слушай, все эти астралы-менталы это из области, так сказать, высшей математики, а я - простой боевик. Лошадь там под Магистром опрокинуть, оборотня отметелить... - Но раз ты там побывал... Там что, какое-то конкретное противостояние? Ты в тамошнюю войну влез? Светлые Силы и, соответственно, темные? - Не лезь в высокие материи. Это во-первых. А во-вторых, светлые и темные Силы только в книжках бывают. Все они на самом деле достаточно серые. - А почему, собственно, высокие материи? Ты ж должен знать, чем пользуешься? О, святая простота... - Дело в том, что чародейство от магии отличается еще и тем, что оно не наука, скорее искусство. Я знаю, что я делаю, знаю, как - но почему получается так, а не иначе... - То есть, нажимаешь на кнопку - получаешь банан? - Хм... Такое мне и в голову не приходило. - И никакого общего курса по устройству всего этого? - Ну, при работе с компьютером не обязательно знать электронику. - А в И-группе? - А откуда ты знаешь, что я там был? Эрик помялся, но понял, видно, что теперь его черед меня просвещать: - Твое досье. Я его довольно внимательно изучил. - И что же? - Не слишком много, прямо скажу. Данные - рост, вес, И-показатели, в которых наш компьютер не разобрался... Краткая биография: с семнадцати лет взят на усиленную И-подготовку, экспериментальная база Мальсторм - не помнишь, где такая? Общий курс подготовки, результаты опять в цифрах, дополнительная подготовка - снова код, испытательный полигон где-то в ближнем Приграничье, затем - операция на Югране. - А что за операция? Пожалуйста, с удовольствием: уничтожение объекта, обозначенного опять же кодом. И, естественно, наш компьютер этот код не знает. А далее, в ходе операции ты пропал без вести. - А остальные?


- Двое убиты, один ранен. Уцелел только ваш командир. Держись: это наш нынешний инспектор, некто Алмазов Денис, он же более известен просто как Дэн. Я криво усмехнулся и отхлебнул из нагревшейся в руке фляжки. Эта новость для меня не такая и новость, надо было ждать чего-то в этом роде. - Ну, и? - Из любой информации можно извлечь больше, чем на поверхности. - Выкладывай. - Выкладываю: с момента твоего появления на обучении и до югранской операции прошло три года. Это стандартный спецкурс для Игруппы. Насчет того, что ты его экстерном прошел, ничего не сказано. Стало быть, дополнительную подготовку ты пройти не мог просто физически - времени не было - или прошел ее уже после того, как без вести пропал. К тому же, характер подготовки засекречен. - А это уже интересно. И совсем бы хорошо было, если б ты мне сказал, с чего у вашей группы такая во мне заинтересованность. Только без этой туфты насчет научного интереса. Эрик тяжко вздохнул: - Ладно, попробую... Дай-ка фляжку, - он отхлебнул, завинтил колпачок. - Я уже говорил, что мы часть работы за СБ выполняем? Плюс заботы о своей собственной безопасности - и тут я предпочитаю тебя союзником иметь, а не противником. Тем более сейчас. - А почему «тем более»? - Видишь ли... Такое ощущение, что на институтские группы кто-то начал охоту, причем чародейскими методами. Группа «Плутон», похоже, полностью выбыла, а перед ней еще две замолчали - на островах, на северо-западе, и на юге. М-да, весело живем. Есть некая догадка, покоя не дает. Это ж Даэл говорил, что в мире чересчур много Пришлых развелось... Кстати, из того, что он мне говорил, когда вербовал, многое подтвердилось: автоматчики на Свинцовом, проблемы в Диких Землях... А может, все несчастья с институтскими группами - в рамках орденской «охоты на ведьм»? - Слушай, Эрик, в каких вы с Орденом отношениях? - В никаких. Стараемся держать дистанцию. - Правильно, - одобрил я. - Чародеи - народ опасный. Я, заметь, не исключение. И вот еще что... Магистра бородатого видел? Маленький, черный, на цыгана похож? - Видел, а что? - сразу насторожился Эрик. Так-с, все становится интересным... - Когда, при каких обстоятельствах?


- Когда в Гнездо по твою душу бригаду отправляли. Нагнали кучу молодняка, к Институту не относящегося, кучу орденцев... А что насчет этого Магистра? Теперь замялся уже я. Такие знания - гарантия того, что Эрику попробуют несчастный случай устроить... А с другой стороны - что я ему, нянька?! Будет болтать - моей вины нет. - Подробности, подробности, - поторопил меня Эрик тоном, не допускающим возражений. Я отобрал у него фляжку, крепко к ней приложился: - Ну ладно, сам напросился... В общем, я в кратких и сильных выражениях поведал ему о разговоре с Даэлом, с которого мои злоключения в этом мире и на��ались. Эрик даже курить забыл, только челюстью хлопал. А когда я закончил, хватило его только на то, чтоб с усилием выдавить из себя: - Да, дела... Думаешь, за всей этой музыкой он стоит? - Ничего я не думаю, - отрезал я. - И тебе думать не советую. - Почему? - В ваших институтских делах я профан. А вот в области дерьма эксперт. И, скажу тебе, вся эта история воняет. Да еще СБ каким-то боком замешана, ваши внутриинститутские разборки... В общем, не забывай закон джунглей: много будешь знать - не дадут состариться. - Да, - буркнул он, забирая флягу, - такое запить надо... Гипотезы твои, друг-приятель, конечно, барахло, но дело к тому, что в Большую Игру ты по уши вляпался. И что у тебя за талант - вечно в какие-то разбираловки высшего порядка влезать? - Не я влезаю, а меня в них влезают... Но как я понял, ты на меня рассчитываешь как на бесплатного Чародея-эксперта? - До некоторой степени. Пока рука у тебя заживет, пока чего... - Не выйдет. Да будет мне позволено дальше своими мелкими делишками заниматься и топать на Запад. Кстати, о руке: какая-нибудь анестезия есть, кроме спирта? - Что, совсем худо? Я только молча кивнул, стараясь дышать помельче и пореже. Эрик вздохнул, принялся копаться в сумке и вскоре извлек шприц-тюбик: - Давай руку. - Чем ты меня? - Не надейся, не морфин. На мозги не дает. Я позволил вколоть этот тюбик себе в руку, посидел немного, чувствуя, как рассасывается боль, потом пробормотал в пространство: - Так или иначе, надо топать на запад... - Убьют тебя там. - Что делать, судьба такой... Да мне и не привыкать, Чародей всегда со смертью в обнимку ходит.


- А что так? И я рассказал, что так. Наверно, эта анестезия все ж на голову действует - обычно я так говорить не умею, а тут я просто заворожил Эрика: он слушал, как ребенок сказку, а я вещал. Я рассказал и о Монахах, и о лешаках, и о повадках болотной нежити, и о игрецах, красиво и опасно возникающих в залитых луной лесах, и о колдунах из Побережных топей, и о таинственных лесных ведьмах, умеющих распознавать ложь... Трепался я довольно долго, а Эрик только ушами хлопал. Когда я закончил, он основательно отхлебнул, протянул фляжку мне: - Да, я здесь год и два, а так ничегошеньки и не понял. - Не понял он... - я тоже глотнул. - Чтоб понять, радость моя, надо не в засадах сидеть, а ходить и смотреть. Хотя я вот уже два года хожу и смотрю, а так ни фига и не понял. Ладно, думай, а я дрыхнуть. Проснулся я, когда уже окончательно рассвело, и обнаружил, что Ильмира уже встала, но главное было не это, а то, что опять перестала действовать анестезия. К тому же, на улице лилось, как из ведра, и на придачу к новым у меня разнылись старые раны, так что, не успев глаза открыть, я уже находился в настроении скверном и крайне сварливом. Вставать я даже не пытался - злосчастный правый бок при каждом движении взрывался такой лютой болью, что в глазах зеленело и хотелось выть. Вот ведь свезло, провалиться бы! Я полусидел на топчане, откинувшись на подушки, сосал вино и злился на весь белый свет. Ильмира благоразумно старалась меня не трогать, потом появился Эрик и попробовал завязать со мной разговор, но я только хамил и огрызался - короче, вел себя мерзко и оскорбительно. Прекрасно понимаю, что все это нехорошо, а главное - бессмысленно, но поверьте, когда валяешься в виде столь развратном и поррубанном, сам факт, что окружающие тебя люди целы и здоровы, воспринимается как оскорбление, а оттого, что понимаешь, как глупо себя ведешь, злишься еще больше. Ильмире все это в конце концов надоело, и она объявила, что сейчас займется мной всерьез, я ответил очередной грубостью, на которую она не отреагировала. Вместо этого она раскопала где-то в углу большой оплетенный кувшин, нацедила из него кружку и велела пить. Я, ворча, последовал этому указанию. Эрик ехидно комментировал процесс поглощения, я вяло отругивался, но Ильмира сразу за первой кружкой протянула мне вторую, а после третьей я вообще утратил способность каклибо отражать ситуацию - все заволоклось туманом, даже огонь, пожирающий правую кисть. Я еще успел осознать, что Ильмира колдует над моим правым боком, но убейте меня, не берусь сказать, что она там творила. А потом... По мозгам словно сотня киловольт шарахнула, прошло не меньше секунды, прежде чем я сообразил, что ору как резанный, что удар


исходит все от той же правой кисти, и ощущение такое, что ее в расплавленное олово сунули. Никогда в жизни так быстро не трезвел... Но когда я обрел способность видеть, выяснилось, что боль куда-то делась, только в глотке саднит, а Эрик прижимает к столу мою правую руку и смотрит на нее глазами... Не знаю, какими: квадратными - слишком слабо сказано. Кубическими, наверно. Я отобрал руку у Эрика, посмотрел на нее. Рука как рука, только кожица на ладони тонкая, розовая, как после ожога... Кстати, почему - «как»?.. Но мечом по полной программе не слишком поработаешь. Надо будет перчатками обзавестись... Правда, тут же выяснилось, что ребра все еще болят - переломы Ильмира так быстро лечить не может. Она, правда, сказала, что постарается ускорить процесс заживления. Не знаю, может, поэтому они так и ныли... В общем, я проворчал по этому поводу нечто вроде: «Ну и шут с ними» и отправился надевать рубашку. Двигаться ребра мешали, но вот Силу все равно проверить надо - на месте ли мои способности после гусарской вылазки в Запределье? Я без труда разместил плотный упругий шарик Силы там, где он и должен находиться - в районе солнечного сплетения, покатал в правую руку и обратно... Что бы такого сделать плохого? Ладно, пусть будет проба пера. Я сообщил Эрику и Ильмире: - Сейчас вернусь. Проверка систем, - и вышел из хижины. Так, а вот и дерево, развесистое, для экспериментов вполне подходит. Я закрыл глаза и принялся строить в воздухе знак Меча. неплохая штучка, только времени на подготовку уходит много, да и если сравнивать с обычным мечом, то баланс у клинка получается сквернейший. Когда перед глазами сформировалось и заострилось извивающееся лезвие, сотканное из голубых искр, я открыл глаза и нанес крестообразный удар по ветке метрах в десяти. Два куска с шуршанием полетели вниз. Неплохо, конечно, только вот сам знак после такого удара мало на что годится, да к тому же в половине случаев его можно самым элементарным клинком отбить... И тут в грудь ударяет холод, явно из Камня - пока еще далекий, но ощутим четко. Выяснить, что там? Нет, на фиг, лучше без прямых контактов. Запредельем этот холод отдает, вот что! И оттуда, из моего Камня, движется на меня что-то. На сей раз не Ринге... Что-то бесформенное, большое. Интересно, ЭТО там одно, или их много? Не понять ни черта, но приближается... Нет, не собираюсь я выяснять, что там такое. Закон чародейства: вовремя смотаться, чтоб не задавило... Главное избежать контакта, отстраниться. Но до чего ж это нечто большое! Танк напоминает... Блокироваться, срочно! Ставлю словно стеклянную стену в сознании, отгораживаясь от силищи, напирающей из Камня. Ч-черт, сдается мне, толку от нее не


больше, чем от обычного стекла... Камень внезапно превращается в колодец, из него несет холодом... Нет, это в него несет холодом, меня затягивает, словно медленным водоворотом. Только не это! Бью по Камню всей Силой, со всей дури. Отдача - как прямой в челюсть, что-то сильно ударяет по плечам и затылку, уже сползая вниз, соображаю, что это стена. Но холода больше нет. Теперь можно и глаза открыть. Утоптанная площадь раскачивается, словно палуба, раскачиваются деревья и хижины. Спокуха... Главное - спокойно. Все нормально. Все, кроме рожи Эрика - он стоит в паре шагов от меня и перепуган, похоже, насмерть: - Эй, что - опять? - А что?- голос сел, последние слова прошлись по горлу, как наждак. Да, вид у меня, судя по всему, очень нехорош. Спина мокрая, морда мокрая, будто водой облили, а в глотке - Сахара. Эрик передернул плечами: - Да так, ничего... Только напоминает мне это ситуацию над Ущельем. Так, это уже становится интересным... - Почуял что-то? Левое, я имею в виду. - Около того. Жаль, тут зеркала нет... Я провел рукой по лицу, стирая обильный пот, поднялся, меня тут же основательно шатнуло. Вот это сходил в Запределье... - Пошли-ка в дом. Ильмира тут же кинулась нам навстречу, явно встревоженная до последней степени: - Что там у вас случилось? - Что-что... Поколдовал немного. - Нет, ты что-то темнишь, - голос прозвучал за моей спиной. Этелред. И как я умудрился старого козла не заметить? - Не волнуйтесь, все расскажу. Только сначала мне бы умыться, выпить и с мыслями собраться. - Ну-ну, - усмехнулся старик. Я нарочито неторопливо подошел к кадке, плеснул в лицо несколько пригоршен воды. Вот что б сейчас не помешало - так это горячая ванна... Но не стоит, наверно, подобными желаниями присутствующих радовать. Я нацедил вина в кружку, жестом попросил у Эрика сигарету, все так же неспеша закурил. Пока ни слова сказано не было, слышались только тяжелые, плоскостопые шаги Этелреда, расхаживающего по комнате, как тигр по клетке. Ничего, потерпят... Проснулся в них бескорыстный научный интерес... Вострят, поди, скальпели, микроскопы протирают. Наблюдают. Внимательно. Ладно, если они все так переполошились, причина должна быть веская.


Наконец я щелчком отбросил окурок в очаг, и тогда Этелред остановился напротив двери, превратившись в черный силуэт и безапелляционно потребовал: - Рассказывай. Если готов, конечно. Его тон, как ни странно, меня не взбесил. Я только вздохнул устало и в нескольких кратких фразах поведал, что там было. Меня не перебивали - не успели, вероятно... Теперь и Эрик заходил по хижине, остановился, осведомился голосом детектива: - Говоришь, Сила из Камня?.. Опять Ринге? Все-то он понимает... У меня уже завертелась на кончике языка какая-то колкость, но прежде чем она окончательно сформировалась, ответил неожиданно Этелред: - Нет, Ринге это не мог быть. Теперь настал мой черед открыть пасть и выкатить глаза. Откуда, интересно, этому черту одноглазому насчет Ринге известно? А черт одноглазый словно и не заметил наших с Эриком любопытных взглядов, неторопливо уселся напротив меня, потер лысину и нацедил кружку вина. Ясно, это реванш за мое выступление... Эрик покосился на него, на меня, спрятал усмешку и полез за сигаретами. Ладно, а я поступлю по рецепту Дж. К. Джерома - как с чайником, не желающим закипать. Я стрельнул у Эрика сигаретку, придвинул кувшин с вином и сделал вид, что все остальное меня не касается. Через пару минут эта пантомима начала забавлять даже Ильмиру, и тогда Этелред решился: - Ну, слушать будете? - Мы тебя слушаем очень внимательно, - вежливо сообщил Эрик. - Ну так вот... Я уже говорил, что у нас в долине хранится несколько Камней, а именно, шесть. И Ринге угрожал нам из них. Вы, как я понял, ходили в Запределье именно с Ринге переведаться, - он пристально наблюдал за мной, словно ожидая бурной реакции. Не дождется, циклоп недорезанный... Игра в гляделки длилась не меньше минуты, потом одноглазый совершенно для меня неожиданно усмехнулся: - Так вот, один Камень просто раскололся, а из остальных Ринге исчез. Я помотал головой: - Стоп... Это что - результат нашей скромной вылазки? Я, получается, второй раз этого Ринге заделал? - Не обольщайся, - тихо произнесла Ильмира. - То есть? - Вы встретились в мире, где были равны. А теперь он затаится, выберет время, выберет место, и тогда...


Она не договорила. А что, и так все ясно - тогда хана Меченосцу. Вот навязал себе в кнут узелков... - И что же делать? Сухари сушить? - я кое-как привел физиономию в относительно нормальное состояние. - Так он теперь может до меня в любой момент добраться, стоит ему захотеть? Она поднялась, обогнула стол, подошла ко мне: - Дай мне свой Камень. Я пожал плечами и подчинился. Она не стала брать Камень в руки, просто водила над ним ладонью, губы ее сжались так, что стали почти невидимы, искривились, словно от боли. Что ж она там такое увидела?.. Увидела?! Постоянно забываю, что она слепа... А Ильмира, чувствуя, что я выжидательно на нее смотрю, медленно кивнула. Вот это красотища... Я оперся подбородком о сцепленные ладони, Камень соскользнул и теперь тихо покачивался на цепочке. - Так это Ринге был? - хрипло осведомился Этелред, я помотал головой, не убирая рук: - Это вообще не человек был. И что с Ринге это связано, тоже не уверен. Знаю только одно: это из Камня. - Да, - Ильмира снова кивнула. - Теперь твой Камень - просто дыра в Запределье. Я снова потряс головой: - Но я-то должен это чувствовать! Камень хоть и стерт, но настроен все равно на меня! - Ты и почувствовал. Когда?- быстро спросила она. - Я ж говорю - размялся малость... Знак Меча попробовал. - А он большого расхода Силы требует? - Н-ну... Не слишком, но... - Ага, - Эрик теперь тоже в упор смотрел на меня. - А то, что ты пробовал над Ущельем? - Погоди... Ты хочешь сказать... - и тут до меня дошло. - Значит, как только я использую Силу, появляется контакт с Запредельем? Ильмира словно задумалась, потом ответила медленно: - Да, Мик. Контакт с ним есть всегда, но не такой... А чтоб ты опять меня во всех несчастьях обвинять не начал, я скажу: это случилось с твоим Камнем после того, как ты прошел Ущелье. Вернее, случилось с тобой. Я следил за ее рукой - длинные нервные пальцы прошлись по краю столешницы, скрылись из виду. Выругаться охота, но сейчас даже мат в башку не лезет... Я поднял глаза - внимание по-прежнему приковано ко мне, повисла такая тишина, при которой рад даже назойливой мухе. И что ж в этих горах даже насекомые не живут?.. - То есть надо от Камня избавиться, и чем скорее, тем лучше? наконец глухо выговорил я наконец. Нет, к Камню, каким бы он ни был, я


отношусь как к живому - не как к вещи или амулету. И если мне его лишиться, я буду чувствовать себя калекой... Когда Ильмира ответила, мне показалось, что обращается она к очагу: - Это не выход, Мик. Ты ведь сам говорил - Камень настроен на тебя. А ты на него. - Получается, если я его просто в кусты зашвырну, связь все равно останется? И через него меня найдут те... оттуда? И опять - медленный, еле заметный кивок. Эрик не дожидаясь просьбы протянул мне сигарету, я рассеяянно взял ее, мотнул головой в знак благодарности, закурил, не отрывая взгляда от Ильмиры: - А как порвать связь? Изменить настройку Камня? - молчание. Или мою, - совсем уж неуверенно добавил я. Эрик мрачно усмехнулся: - Методом фронтальной лоботомии, например... Я его проигнорировал: - А можно уничтожить Камень? Мне показалось, что Этелред зло ухмыльнулся: - А ты пробовал уничтожать чародейские вещи? Вопрос явно риторический. А вывод как на ладони: лучше и не пытаться. Если уж воспользоваться Камнем пока жив владелец невозможно, что уж говорить об уничтожении... Вероятно, при этом и я уничтожен окажусь, причем каким-то способом, связанным с Запредельем. Вот и толкуй после этого о загробной жизни... А Этелред уже не прятал ухмылку: - Можно, конечно, никогда Силой не пользоваться, - произнеся это, он неожиданно дернулся - наверно, потому, что Ильмира резко повернулась к нему. Да уж, это, как говорится, спасибо за совет... Вопервых, это даже выходом из игры не назовешь, во-вторых, продолжать поход предстоит сложный, ожидаются всякие напасти, которые, Силой не пользуясь, не одолеешь, а значит, предполагается возврат или бегство. А еще и Лига - если я попробую тамошним объяснить, что случилось, меня перед тем, как пристукнуть, еще и на смех поднимут. А еще Орден - им я до сих пор как кость в горле. Да еще и то обстоятельство, что Сила у меня есть, просто как факт, а уж пользуюсь ли я ей - мои проблемы, да еще учесть то, что всевозможная нежить нападает на людей, владеющих Силой, разика в два почаще, чем на тех, кто ей не владеет... И еще то, что я, хоть и не знаю опять, куда лезу и на кой мне все это надо, остаюсь Чародеем и для всяких запредельских штучек создан как птица для полета... Что-то, оказывается, помню еще из классики. Я криво усмехнулся своим мыслям, Эрик быстро, искоса глянул на меня. Думает, свихнулся? И не так уж он ошибся. - Ладно, раз от этого не загородишься, наверно, можно это как-то использовать? - по крайней мере, если уж помирать, так с музыкой.


С музыкой мне Ильмира помереть не дала: - Ты к этому пока не готов. - Что там насчет пальцев в розетке? - снова влез Эрик. - Подключи транзистор к киловольтной сети и посмотри, что получится. - Не совсем поняла, - подхватила Ильмира ,- но он прав. С тамошними Силами тебе не совладать. - Не судьба, значит, - тихо и зло произнес я. Что это делается-то?! Этелреду на то, что со мной станется, явно плюнуть и растереть, Эрик тут понятно, бескорыстный научный интерес, а вот Ильмира... Насколько я ее знаю, имеет она некий план, а сейчас хочет, по своему обыкновению, тактично и деликатно меня к этому подвести. А она наконец проговорила: - Здесь мы сумеем тебя защитить - Ты ведь не это хотела предложить, - я смотрел на нее, не отрываясь. Сигарета дотлела до губ и погасла, а Ильмира все молчала. Мне показалось, целая вечность прошла, прежде чем она произнесла почти мысленно: - Да. - А что именно? Она опять обращалась словно не ко мне, а к кому-то, сидящему в очаге: - Я просто думаю... Если с Камнем это сделало Ущелье, ответы надо искать там. Перспективочка, нечего сказать... А куда деваться? Здесь осесть - с тоски сдохну уже через пару месяцев, так что выхода нет. Придется лезть. И опять дурацкое ощущение, что я фигурка в компьютерной игре и мной сыграли. Уж не знаю, сколь все это обоснованно... - А не получится, что я себе новых неприятностей наживу? А то все это слишком на заколдованный круг смахивает... - Это в каком-то смысле и есть заколдованный круг. - Значит, наживу. - Этого я не говорила. А потом, - теперь голос ее снова звучал отчетливо и решительно, а лицо обратилось ко мне, - с тобой опять пойду я. Этелред так и взвился: - С какой это радости?! - Я уже объясняла, с какой, - Ильмира говорила спокойно и терпеливо, но по голосу было понятно, что с ней лучше не спорить. Ущелье отняло у меня глаза.


Этелред аж почернел весь, глаз чуть не светился, Но спорить он не стал, только бросил на меня инквизиторский взгляд. Ясен болт, то, чего требует дочка, должно быть исполнено. Точка. И что меня сегодня так на цитаты тянет? ГЛАВА 22 Утро получилось серенькое, нежаркое, но, кажется, без дождя. Весь остаток прошлого дня мы посвятили трепу и построению гипотез, и в результате порешили, что в Ущелье мы с Ильмирой отправимся сегодня в сопровождении отряда мутантов. Эрик идти с нами отказался наотрез, а Этелред - тот подобный прожект даже обсуждать не пожелал. Уж мне эти чародеи-теоретики... Бок до сих пор побаливает, хотя Ильмира с ним вчера опять что-то проделала. Ночь мы с ней, естественно, провели под моим боевым плащом, но прежде чем я проснулся, она опять куда-то исчезла. Уж мне эта ее манера... Глаза открывать лень. Будить меня пока не пришли, а значит, поваляюсь еще минут пятнадцать, а потом надо вставать и топать в Ущелье. Да, Ущелье... Я собрал волю в кулак и выбрался из-под плаща. Ну и холодина здесь, в горах! Поеживаясь и позевывая, я напялил рубаху и подкольчужник, огляделся в поисках чего-нибудь поесть и попить. Не знаю даже, где что лежит, а пора бы - как-никак, смахивает на то, что семьей обзавелся. И киндер уже наметился… Нет, Мик, уж это ты брось. Не бывает семейных Чародеев. И если, тьфу-тьфу, наша вылазка в Ущелье завершится благополучно, то есть я вернусь живым, то вернуться живым из Западной степи - как минимум, проблематично. А вон и моя будущая вдова идет... Вот так, метров с десяти, и не скажешь, что слепа - идет уверенно, не споткнется ни разу, тоненькая, гибкая, как тростинка. И на Гельду ничуть не похожа... Нет, так не пойдет. Запретная тема. Гадство, едва проснулся - и только тем и занимаюсь, что себя укорачиваю... А Ильмира уже - вот она: - Проснулся? - Похоже на то. - Готов? - Это смотря к чему. - Мик, мы в Ущелье идем. - Знаю. К этому не готов. Пока. - Вчера ты говорил, что готов.


- А еще я как-то говорил, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Так вот, вношу коррективы: мужчина состоит из желудка на семьдесят процентов, и только на тридцать - из всего остального. Из кучи тряпья в дальнем углу выкопался Эрик, тут же поддернул молнию на комбинезоне: - Разошелся с утра пораньше, прямая кишка... И вообще с добрым утром. - И тебя туда же. Ильмира чуть улыбнулась недоуменно: - Это что у вас значит? - Ритуальные фразы, - пояснил Эрик, - а что мне дадут к чаю? Я одними губами растолковал, охапку чего ему дадут, он сморщился: - Фи, какой ты грубый. - Все Чародеи - грубияны. Запомните, юноша, и расскажите другим. - Ладно, ладно, не развращай меня. Я всегда был ребенком воспитанным. Вы не против, если я перед завтраком прогуляюсь? - Разрешаем. Вали, отливай. - Какие еще распоряжения? - Две чашки черного кофе и утреннюю газету. Кофе без сахара. - Расходы по доставке за счет компании? - А сдачу оставь себе. Эрик хмыкнул, выкатился. Ильмира обернулась ко мне: - Это о чем вы говорили? - Да так, вспоминали боевую молодость. - Странные вы люди, Пришлые, - задумчиво протянула она. Вот чертовщина, куда ни повернись - больная тема... Я махнул рукой: - А, какой я, к дьяволу, Пришлый? Законченный лотофаг. - И кто такой лотофаг? - брови ее поползли вверх. - В прошлый раз мы с тобой говорили, что мне предстоит в этом мире освоиться. Вот и освоился... Она поняла с полуслова: - Не забывай, предложение остаться здесь до сих пор в силе... Но ты его все равно не примешь. И свой выбор ты сделал. Об этом мы тоже тогда говорили. - Верно, - вздохнул я. - Все правда от первого до последнего слова. Но если мне повезет выжить после похода, я вернусь. Не навсегда, но... Она пожала плечами: - Зачем? Опять за помощью, или нас спасать придешь? Так. Началось. Опять мне дают понять, что я просто производитель. Но в данный момент лучше с амбициями не соваться. Тем более, кому до них какое дело?.. Я мягко, словно обращаясь к ребенку, произнес:


- Ну зачем ты так... Мне все равно возвращаться больше некуда и не к кому. Ее усмешка стала горькой, даже злой. Для меня такое выглядит дико. Как-то даже и не вяжется с ней... Она произнесла тихо, с долей ехидства: - Никого? А ведьма? Я имею в виду Гельду. Первым моим побуждением было встать и хлопнуть дверью, но я вовремя вспомнил, что дверь вынесена к чертям собачьим. Нет, если семейная жизнь из подобных ударов ниже пояса состоит, то ну его в болото! Я закрыл глаза, мысленно сосчитал до десяти, потом произнес нарочито спокойно, хоть голос и дрожал слегка: - Слушай... Тебе я всегда больше, чем другим, прощал, но это уже... Про меня говори что хочешь, но хотя бы мертвых не трогай. Ильмира не изменила позы, она сидела все так же прямо, и голос ее звучал уж во всяком случае не напряженней моего: - Я могла б не говорить тебе, Мик... Но я хочу, чтоб ты знал: Гельда, возможно, жива. Я откинулся к стене так резко, что приложился затылком, но даже не почувствовал этого. Да, сегодня мне кучу интересных вещей узнать предстоит... - Что ты этим хочешь сказать? - я даже слегка заикаться начал. Она равнодушно пожала плечами: - Только то, что сказала. А в башке у меня тем временем произошел полнейший сумбур. Неужто фокус с лешаками ее рук дело? Нет, зачем бы, и вообще, этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! - П-погоди... А что с ней вообще? Куда ее занесло? Ильмира опять только плечами пожала, после долгой паузы выговорила тихо: - Ты, конечно, отправишься ее искать... Как видишь, возвращаться тебе незачем. О Великий и Могучий, мало мне боевых и колдовских проблем и сшибок, так еще и бытовые начинаются! Вроде, сверхколдунья, видит на три метра под землей, хоть и не глазами, прочее в том же роде - и здрасьте, с новым годом, оказывается в одной из вершин классического треугольника. Да и мне грех жаловаться - не жизнь, а сплошная изящная литература: в одной куче и детектив, и боевик, и мистика, и демонология с оккультизмом, а на закуску - пожалуйста, мелодрама. Ну и ладно, мелодрама так мелодрама... - Ведьма - сама почти ребенок, я за нее ответственность несу. К тому же, в эту историю она частично из-за меня влетела... И если я ее найду - не совсем понял, как это на нас с тобой отразится может? И, в конце концов, твой ребенок - он еще и мой, верно?


- Да, Мик, все это так. Но я не хочу с кем-то делить мужчину. Сказано, что называется, в лучших традициях... А меня такие разборки пугают сильней, чем любая опасность... - Ну, чтоб не обидно было, заведи любовника, - конечно, шуточка на редкость неудачная, и не появись в этот момент Эрик - не знаю, как бы я выкручивался. Позавтракали практически в похоронном молчании, я вытряхивал все из головы и сосредотачивался, а остальные мне не мешали. Не успели мы за стол сесть, как появился Этелред - бесшумно, словно гигантский нетопырь. Есть он, как обычно, не стал, только из кружки потягивал да буравил меня недобрым взглядом, так что я даже начал опасаться чегонибудь вроде пургена в пиве. Не любит он меня, ох, как не любит... Да, собственно, и не за что. Как только мы разобрались с завтраком, в дверях тут же возникли мутанты из породы «рысаков» - приземистые, длиннорукие, широкоплечие, с плоскими физиономиями и маленькими непроницаемыми глазками. Я мысленно испустил такой облегченный вздох, что не будь он мысленным, всю долину б снесло. Ильмира повернулась ко мне: - Пора, Мик. - Понял... Эрик, курить осталось? - Держи, вымогатель. Я закурил, блаженно сощурился: - Ну, дай бог, не последняя... Где там наши верные кони? Верных коней оказалось шестеро, седьмой - Перл, который, естественно, тут же принялся бубнить, что «им никого чужих не надо, им своих хватает», пока Ильмира не пресекла его разглагольствования. Заросший темно-гнедой шерстью здоровяк в каком-то подозрительном пончо подставил мне ладони, я взгромоздился на его широкую спину: - Ну, значится, так: работаем на расстоянии. В само Ущелье не полезем. - Почему? - Ильмира нахмурилась. - Я, знаешь, двадцать пять без малого лет на свете прожил, как-то привык, помирать неохота. - Ладно, Мик, тебе виднее. Какое расстояние? - На месте определимся. Поехали потихоньку? Ильмира кивнула, отдала какой-то мысленный приказ, которого я не уловил, и наш отряд резво взял старт. Перл занял место впереди и бежал вроде как даже лениво, но быстро, низко пригнувшись к дороге. Интересно, что ж он там такое вынюхивает? Ладно, это не мои проблемы, мне никаких чужих проблем не надо, мне своих хватает, причем выше головы...


И занесло нас с Диксом в это Ущелье! Сила там, конечно, громадная, такую использовать - это и подумать страшно... Но как раз эта Сила мне все карты путает. Заблокировать бы это Ущелье к чертовой матери, да и дело с концом... Вот только кишка у меня для этого тонка. Да и у остальных не многим толще. Мутанты неспешно рысили по узким кривым улочкам поселения Прокаженных - я впервые смог рассмотреть его при свете. Белые глиняные заборы, рыжие глиняные дома... И все же люди они - там на коньке крыши грубая деревянная скульптура, там - стены в каком-то непонятном, диком орнаменте... Зрелище, конечно, не ах. Под стать обитателям. Горный лепрозорий. Да, Этелреда вполне понять можно: жить среди такого гадюшника, управляя недоумками - того и гляди сам с катушек соскочишь. А тут еще и дочка номера откалывает - никакого цирка не надо: на глазах у всего честного народа путается с Чародеем-странником, отлученным орденцем, теперь вот еще и залетела... Тут и коню понятно, родится у нас с ней вообще нечто зеленое в елочку, а зятек погостил меньше недели - и смылся куда-то в Западную степь, драться с каким-то Волком, против которого явно не тянет... Или еще почище: допустим, удалось мне вернуться. И представить так, вот лет через пяток сижу это я у камина и рассказываю киндеру такую примерно сказочку: «И отправился, детка, твой папа в тридесятые степи охотиться на большого страшного Волка, чтобы спасти от него несчастную Красную Шапочку... Пожалуй, даже двух Красных Шапочек, с од��ой из которых, детка, у твоего папы что-то когда-то было, еще в другом мире, а с другой и по сей день продолжается. Ну а большой страшный Волк, как выяснилось, тоже не дурак, и давай он твоего папочку по всем горам гонять и всякие подлянки ему подстраивать. И ладно бы только это, а то еще возник на папочкином горизонте Карабас-Барабас, то есть Даэл, и папочка твой ему тоже ох, как не нравился. И вот этот самый Карабас, какашка нехорошая и бородатая, заделался главным волшебником и давай всех прочих волшебников против папаши настраивать. Тут бы, детка, и папочке конец, не прилети за ним Карлсон, то есть Ульвар, который спас папу и его друга Малыша...» Хорошая сказочка, только дело к тому, что рассказыать-то ее буду не я. Сейчас мои шансы вернуться живым измеряются величинами отрицательными. А повернуть - не могу. Если откажусь, получается, Старый и остальные погибли зря. И счет к Волку у меня уже приличный. Хотя, насколько я понял, в открытой борьбе, если до этого дойдет, дольше пары секунд мне не продержаться... А если в этом хорошие стороны поискать? Например, как резко изменился мой статус в этом мире - еще пару недель назад только и делал, что прятался по углам и спасал свою шкуру, а теперь... Позвольте


представиться: весь из себя крутой Чародей Мик Меченосец, командир группы особого назначения, важная птица в Запредельных кругах... Тьфу! И вообще, если уж разбираться, все мои неприятности именно с наличия у меня Силы начались: И-группа, потом Орден, а теперь еще и Запределье. Но тут деваться некуда, раз Сила есть, надо к ней ум прикладывать... Так, несу. Потихоньку сползаю с катушек, похоже... Хотя и остальные не менее бредовые идеи порой выдают. Вот Эрик сморозил давеча: Силы, видите ли, бывают светлые и темные... Ну ладно, пусть в моем случае в роли темной Силы выступает Ринге, а если брать дела земные - Волк. А светлые силы тогда кто? Йокан? Орден? Учитель, ящер старый? Премного благодарен! И вообще это абсурд - есть свои, есть чужие, и одни хороши уже потому что свои, а другие плохи уже тем, что не с нашего района... И вообще, Сила - только наличие определенного потенциала,