Page 1

The World and BRAZIL 路 RUSSIA 路 INDIA 路 CHINA 路 SOUTH AFRICA

BUSINESS MAGAZINE


Есть много индикаторов, позволяющих нам судить о текущем положении дел в собственной стране и в мире в целом, но чтобы увидеть перспективу, нужно глубже проанализировать фундаментальные источники развития, к числу которых относится образование. Без учета этого фактора становятся бессмысленными разговоры о человеческом капитале, качество которого меняется со временем. То же самое можно сказать и про уровень образования. В наступившем веке людям необходимы иные умения и навыки, чем в прошлом, и современные системы образования должны удовлетворять этим требованиям. В то же время общество должно испытывать потребность в образованных людях и быть готовым их абсорбировать. Всех интересует, когда государства БРИКС достигнут паритета с США и Евросоюзом по объему ВПП. Однако не менее важно знать, что это будут за страны, какими они будут в социальном, культурном, технологическом плане, какие модели развития в них установятся, как трансформируются ментальность их граждан и трудовая этика. Один из ключевых индикаторов, позволяющих все это прогнозировать, – то, как развивается образование в этих странах. Тезис о том, что создание и поддержка конкурентоспособных на мировом уровне школ и университетов должно стать безусловным стратегическим приоритетом для страны, так или иначе присутствует в программе любого главы государства и давно набил всем оскомину. Тем не менее мало что реально предпринимается в этом направлении. Образование меняется очень медленно, и лидерам зачастую не хватает последовательности и терпения для реализации намеченных программ – всем хочется получить быстрый результат. Вложения в образовательные учреждения любого уровня – даже в ущерб чему-то другому – хороший пример трезвого и прагматичного долгосрочного планирования. В каком-то смысле образование – вопрос национальной безопасности и залог того, что у той или иной страны (особенно развивающейся) хватит идей и образованных людей, чтобы не остановиться и не затормозить свой прогресс. Никакие усилия на этом пути не будут лишними. К тому же могу сказать по собственному опыту: проекты, связанные с образованием, вызывают понимание и безусловное одобрение у людей, чьи дела и решения уже меняли этот мир к лучшему. Рубен Варданян, председатель Редакционного совета BRICS Business Magazine

4


«Не стоит бояться того, что рост окажется медленным, бояться надо того, что его не будет». Эта китайская пословица коечто объясняет и про развитый, и про развивающийся мир, какими мы их знаем последние полвека. Скажем, недооценивать шансы Поднебесной было бы так же недальновидно, как и переоценивать перспективы Западной Европы. И наоборот. Разумеется, бизнесу нужны более практичные умозаключения. Когда мы в EY запускали Emerging Markets Center, нашим желанием было вооружить компании полезными знаниями об этой новой экономической вселенной, правильно интерпретировать данные о потребительском спросе, инвестициях и регулировании, увидеть, понять и объяснить большую картину. Это 100-процентное совпадение интересов с BRICS Business Magazine. Мы оказались естественными союзниками с одинаковым взглядом на многослойную реальность быстроразвивающихся рынков, между которыми по-прежнему нужно строить мосты и налаживать коммуникации. Роль медиа в этом одна из важнейших, потому что информация превращается в идеи, когда ее преподносят, рассказывая истории. Карл Джоханссон, управляющий партнер компании EY по странам СНГ

6


BUSINESS MAGA ZINE

Цитата на обложке: Альберт Эйнштейн Иллюстрации East News, MEDIACRAT, ИТАР-ТАСС, РИА Новости, AP/Fotolink, Fotobank, Reuters Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций.

Председатель Редакционного совета Рубен Варданян Шеф-редактор Евгений Арабкин

Креативный директор Игорь Борисенко

Управляющий редактор Татьяна Ткачук Старшие редакторы Владимир Волков, Валерия Хамраева

Дизайнер Марина Сенюшкина Дизайнер по рекламе Сергей Сайфулин Иллюстратор Дарья Корюкалова

Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-51070. Учредитель MEDIACRAT.

Бильд-служба Евгения Сутырина (руководитель), Елена Ильина

Тираж 19 000 экземпляров. Отпечатано в типографии «Алмаз-Пресс»

Цветокоррекция Иван Смирнов, Ирина Молотова

Любое использование материалов или фрагментов из них на любом языке допускается только с письменного разрешения Учредителя. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. Материалы не рецензируются и не возвращаются. Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.

Выпускающая группа Екатерина Литонина (руководитель), Ирина Кузнецова Корректоры Анна Симонян, Екатерина Оспенникова, Марина Карнович

www.bricsmagazine.com

Опровержение В материале BRICS Business Magazine #3 «12 самых желанных» была ошибочно приведена недостоверная информация о том, что Сергей Галицкий владеет футбольным клубом «Кубань». На самом деле ему принадлежит ФК «Краснодар». Pедакция приносит читателям и Сергею Николаевичу Галицкому извинения за допущенную ошибку.

Россия, 105064, г. Москва, Нижний Сусальный пер., 5/11 Телефон/факс: +7 (495) 280 0031, +7 (495) 979 5246, 979 5586 Телефоны: brics@mediacrat.com www.mediacrat.com

Переводчики Александр Бакаев (перевод на русский), Александр Пономарев (перевод на английский), Виктор Бережной (перевод на португальский), Шэн Цзинцзин (перевод на китайский) Литературный редактор английского выпуска Эдвард Коулсон Директор по развитию Алексей Медведев Директор по работе с международными партнерами Ксавье Роно Старший менеджер по развитию Денис Ильяшов Коммерческий директор Гарри Джилавян Заместитель коммерческого директора Алиса Геворкян Директор по рекламе Мария Филиппова Директор по работе с ключевыми клиентами Дарья Фигуркина Директор по маркетингу Мадина Бесолова Менеджер по работе с рекламными агентствами Карина Петрова PR-директор Кристина Топильская Издатель Арман Джилавян 8


авторы и эксперты

Роберт Шиллер – лауреат Нобелевской премии по экономике 2013 года, профессор экономики Йельского университета

Хорхе Кастанеда – экс-министр иностранных дел Мексики (2000–2003 годы), профессор Нью-Йоркского университета

Рагурам Радж ан – председатель Резервного банка Индии

Кеннет Рогофф – профессор экономики и государственной политики Гарвардского университета, экс-главный экономист МВФ

Рикардо Хаусманн – бывший министр планирования Венесуэлы, профессор практики экономического развития Гарвардского университета

Йошка Фишер – бывший министр иностранных дел и вице-канцлер Германии

Хавьер Солана – президент Центра мировой экономики и геополитики при бизнес-школе ESADE, бывший генеральный секретарь НАТО

Джасвант Сингх – экс-министр финансов, экс-министр иностранных дел и экс-министр обороны Индии

Дэни Родрик – профессор общественных наук Института высших исследований (IAS)

Андрес Веласко – бывший кандидат в президенты и министр финансов Чили, профессор Колумбийского университета

А лександр Базаров – член правления, старший вице-президент Сбербанка России, заместитель руководителя Sberbank CIB

Саския Сассен – профессор социологии и сопредседатель Комитета по глобальной мысли Колумбийского университета

Андрей Шаронов – ректор Московской школы управления СКОЛКОВО, советник мэра Москвы

Билл Хатчисон – исполнительный директор Центра развития «умных городов» EY , председатель альянса i-CANADA

10


авторы и эксперты

Чарльз Робертсон – главный экономист ИК «Ренессанс Капитал»

Вилсон Нунес Мартинс – губернатор штата Пиауи, Бразилия

Сергей Жвачкин – губернатор Томской области, Россия

Зола Тсотси – председатель совета директоров Eskom Holdings

Ли Тай – генеральный директор Китайского центра городского развития

Виктор Садовничий – ректор МГУ, академик РАН

Николай Кропачев – ректор СПбГУ, профессор кафежры уголовного права

Денис Конанчук – руководитель Центра образовательных разработок Московской школы управления СКОЛКОВО

Джейн Плейдон – автор TopUniversities.com

Ндубуиси Экекве – президент Первого атлантического университета

Евгения Случак – управляющий партнер Europe Finance

А лексей Чаплыгин – директор отдела образовательного рейтинга «Интерфакса»

Дж астин Макгирк – лауреат «Золотого льва» архитектурной биеннале в Венеции, обозреватель газеты The Guardian

Василий Бабуров – урбанист, архитектурный критик

12


содерж ание

№4, 2013–2014

18

МНЕНИЯ

Пессимисты уже ждут повторения азиатского кризиса конца 1990-х или, что еще хуже, кризиса 2008–2009 годов. На этот раз удар придется не на зрелые экономики, как несколько лет назад, а на развивающиеся. Роста в мировой экономике нет. Мы видим, что растут США, но ничего фантастического не демонстрируют. Темпы роста в Китае высокие, однако идет очевидное замедление. Следует понимать, что снижение хотя бы на 1% в Китае ведет к безумному торможению в мировой экономике.

18 20 22 24 26 28 30 32 34 36

Балканская трагедия Сирии  Рассерженные демократии  Вечные пузыри  Постиндустриальный фальстарт  Азиатский разворот  Становятся ли развивающиеся рынки утопающими?  Конец нирваны  Вечеринка закончена  Большая игра без правил  Сто оттенков Индии 

Йошка Фишер Хорхе Кастанеда Роберт Шиллер Дэни Родрик Хавьер Солана Кеннет Рогофф Андрес Веласко Рикардо Хаусманн Джасвант Сингх Рагурам Раджан

ЭКОНОМИКА

38 46 52

Экономика тревоги и счастья  Эмуляция будущего  Развивающаяся в темноте 

Чарльз Робертсон Владимир Волков

ФИНАНСЫ

60

Альтернативная Бразилия 

Евгения Случак

ВЛАСТЬ

74

64 66

Добро пожаловать в Пиауи  Сибирские правила 

Вилсон Нунес Мартинс Сергей Жвачкин

ПОРТРЕТ

68 74

«Говорят, бедность – это навсегда. Что ж, может, и нет»  Бегом в президенты  14

Дэниел Хауден Дэвид Смит


содерж ание

Эти ученые проявили себя в самых разных областях знания, и объединяет их только принадлежность к развивающимся странам. В финальный перечень попали лауреаты научных премий, родившиеся в Китае или Аргентине, во Вьетнаме или в России, но живущие, работающие и совершающие свои открытия где угодно.

142

THE SMART LIST

78

Лучшие умы развивающегося мира

ОБРАЗОВАНИЕ

94 97 100 102 104 106 112

«Зеленые» против «коричневых» Денис Конанчук БРИКС в образовательной вселенной  Джейн Плейдон Сила знаний  Алексей Чаплыгин Из России с дипломом  Виктор Садовничий, Николай Кропачев Порох для Африки  Ндубуиси Экекве В поиске смыслов  Университетское столкновение цивилизаций  Евгений Пахомов

УРБАНИСТИКА

118 124 128 134 138 142 144 Китай в той же мере сложен для глобальных корпораций, в какой и важен для них. Даже перей­дя в фазу охлаждения, экономика КНР создает возможности для увеличения масштаба операций, сравниться с которыми не может ни одна другая страна.

В сетях мегаполисов  Насколько умен ваш «умный город» и почему это должно вас беспокоить?  Образец для подражания  Красота, которая не спасает  Семь хороших новостей Поднебесная переселяется в города  Бедные и активные 

Саския Сассен Билл Хатчисон Василий Бабуров Александр Алексеев Ли Тай Валерия Хамраева

ПРАКТИКА

148

Как победить Китай в Китае 

Фил Лен, Хань Вэйвэнь и Раймонд Чхан

РАССЛЕДОВАНИЕ

156 161

Признайтесь, вы любите дешевую одежду и до рабского детского труда вам дела нет 

Гетин Чемберлен

АНТИГЛЯНЕЦ БРИКС

161 176 184

Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу  Джастин Макгирк Клаустрофобия Карта неравенства 16


МНЕНИЯ

Йошка—■—Фишер Балканская трагедия Сирии Если соглашение по решению сирийской проблемы будет выполнено безупречно, Барак Обама может претендовать на Нобелевскую премию мира. Однако весьма вероятен и второй сценарий – и тогда Сирия повторит трагическую историю Боснии.

шательство не имеет видимой конечной точки и вызовет лишь увеличение хаоса. Однако если Америка останется в стороне, это приведет к практически такому же результату и резко пошатнет доверие к ней в кризисном регионе, что в будущем повлечет за собой серьезные последствия. Более того, развертывание химического оружия создает условия для эскалации напряжения в регионе. Большинство людей на Западе считают гражданскую войну в Сирии продолжением насилия на религиозной почве в Ираке. Однако Сирия – это не Ирак. Президент Америки не ищет оправданий, чтобы начать войну: химическое оружие Асада не надуманный предлог. Масштабы насилия в Сирии подчеркивают риск бездействия. Разумеется, никто не отрицает существования негативных последствий, связанных с военной интервенцией: региональная экспансия конфликта, гибель большого числа невинных людей, а также укрепление экстремистских сил среди повстанцев – лишь часть из них. Однако все это уже происходило и будет происходить, особенно без военного вмешательства со стороны США. Гражданская война будет все больше обостряться, поскольку это лишь часть большого состязания за превосходство между Ираном и его шиитскими союзниками с одной стороны и Саудовской Аравией, Турцией и другими суннитскими странами – с другой.

Что бы ни утверждали пацифистские доктрины, сочетание дипломатии с угрозой военной силы – очень эффективная тактика, в чем мы убедились на примере Сирии. Судя по всему, именно вера в угрозу военного вмешательства США привела сирийского президента Башара аль-Асада к заключению сделки при посредничестве своих главных союзников  – России и (хотя и в меньшей степени) Ирана. Теперь Асад готов отказаться от химического оружия в обмен на сохранение своей власти. Но что станет с доверием к Америке и Западу, если договор будет нарушен? Сделка, заключенная США и Россией, вызвала огромное облегчение в большинстве западных столиц, где политические лидеры попросту не готовы к военному вмешательству, даже если сирийское правительство убивает собственный народ с  помощью ядовитого газа (а подписание соглашения приравнивается к признанию Асада). После десятилетия войн в Афганистане и Ираке Запад предпочел бы остаться дома: ни США, ни Великобритания, ни большинство других членов НАТО не желают впутываться в еще один ближневосточный конфликт, в котором невозможно выиграть. Действительно, для США в Сирии существуют лишь плохие сценарии. Военное вмеЙошка Фишер – бывший министр иностранных дел и вице-канцлер Германии. 18


Балканская трагедия Сирии

© Project Syndicate

Если Обама потерпит неудачу, Сирия не станет вторым Ираком, однако повторит историю бедствия в Боснии. В течение многих лет война в Боснии и Герцеговине обострялась, в то время как дипломатический процесс был отмечен рядом невыполненных обещаний, что привело к вырезанию тысяч мирных жителей в Сребренице, якобы находившихся под защитой Организации объединенных наций. В итоге вмешательство все равно стало необходимым

Обама совершил роковую ошибку, когда по внутриполитическим причинам решил обратиться к конгрессу США за разрешением на ограниченный превентивный военный удар. Поражение в конгрессе – абсолютно предсказуемое – было бы внешнеполитической катастрофой. Но, как и российская дипломатическая инициатива (предложенная совместно с Ираном), которая предотвратила эту катастрофу, – все имеет свою цену. И эта цена вовсе не обязательно заключается в  усилении престижа Кремля. Истинный риск сделки США с Россией заключается в другом. Отнюдь не слабость или беспомощность вынудила Обаму играть по-крупному. Если он добьется успеха – арсенал сирийского химического оружия будет уничтожен, мирная конференция положит конец гражданской войне, к власти придет переходное правительство, а США и  Иран начнут прямые переговоры по ядерной программе Ирана и региональной стабильности на Ближнем Востоке, – он действительно заслуживает Нобелевскую премию мира. Однако если Обама потерпит неудачу, Сирия не станет вторым Ираком, но повторит историю бедствия в Боснии. В течение многих лет война в  Боснии и Герцеговине обострялась, в то время как дипломатический процесс был отмечен рядом невыполненных обещаний, что привело к вырезанию тысяч мирных жителей в Сребренице, якобы находившихся под защитой Организации Объединенных Наций. В итоге вмешательство все равно стало необходимым. Готовы ли США и их европейские союзники к сценарию, в котором соглашение с Россией окажется нарушено, а сирийское химическое оружие не будет уничтожено под международным контролем? Для Запада это решающий моральный и политический вопрос. Лучше бы им заранее знать ответ на него, когда – и если – этот момент наступит.

Если бы США не ответили на использование режимом Асада химического оружия, весь мир спросил бы, чего стоят гарантии Америки, если «красная черта» президента США пересечена без последствий. В Иерусалиме, Тегеране и других ближневосточных столицах, а также на Корейском полуострове и в прочих глобальных горячих точках последствия были бы ужасными (и вполне вероятно, что это уже случилось). С самого начала сирийского конфликта США и их европейским союзникам не хватало стратегии. Что было их основной целью – положить конец гражданской войне и добиться смены режима? И кто в таком случае должен занять место Асада? Или, возможно, Запад стремился к  достижению компромисса с Россией и Ираном, что позволило бы сохранить режим Асада? В случае если последнее и считалось основной целью, это приведет к смещению оси американской политики на Ближнем Востоке с далеко идущими последствиями, поскольку такой компромисс может быть достигнут только за счет суннитских союзников США. Даже если Россия и Иран преследуют различные цели, поддерживая Асада, интересы обеих стран неразрывно связаны с сохранением в стране режима, а не просто с его политическим выживанием. Для России смена власти в Сирии – ее последнем форпосте в регионе – станет очередным горьким поражением; для Ирана это будет означать потерю своего наиболее важного союзника в арабском мире, что предполагает еще более глубокую изоляцию. Таким образом, в отличие от выжидающего Запада, стратегия союзников Асада четко определена: военная победа режима, поддержи­ ва­емого крупными поставками оружия и, в случае с Ираном, ливанскими войсками от «Хез­ боллы». №4, 2013–2014

19


МНЕНИЯ

Хорхе Кастанеда —■— Рассерженные демократии Народные волнения, захватившие Латинскую Америку, – логическое следствие проблем, которые последовали за бурным экономическим ростом стран региона.

В аналогичной ситуации находится Бразилия: в то время как ее экономика сохраняет относительную устойчивость со времен рецессии 2009  года, в прошлом году ее рост замедлился практически до нуля. Прошлогодние темпы роста в Колумбии и Перу, чьи показатели были лучше, чем у любой другой страны Латинской Америки начиная с 2000 года, также снизились. И Мексика с наихудшими показателями среди пяти экономик за последние 15 лет превзошла саму себя: в  этом году ожидается рост чуть больше чем на 1%, если таковой вообще будет отмечен. В разное время все эти страны создавали политические и судебные институты, необходимые для их перехода к демократии (начиная с  середины 1980-х в Бразилии и заканчивая 2000-ми в Мексике), однако эти институты стали (а в некоторых случаях всегда были) невероятно изолированными от народных требований. В результате протесты застали врасплох на первый взгляд чутких президентов этих стран. Действительно, президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос Кальдерон и президент Бразилии Дилма Руссефф – квалифицированные и опытные политики – были совершенно не готовы к протестам в своих странах. Аналогично президенты Мексики и Перу – Энрике Пенья Ньето и Ольянта Умала, – которые в других вопросах казались проницательными лидерами, не почувствовали надвигающейся бури. Как выразился чилийский экономист и политик Карлос Оминами, «дети демократии стали основной движущей силой перемен; общественному движению, которое они представляют, не хватает политического руководства, а политические силы страны практически разорвали все свои связи с обществом».

В 2011 и 2012 годах десятки тысяч студентов в Сантьяго вышли на демонстрации, требуя большего доступа к высшему образованию. В нынешнем году сотни тысяч бразильцев прошли по Сан-Паулу, Рио-де-Жанейро и Белу-Оризонти, требуя улучшения качества общественного здравоохранения, среднего образования и более доступного и эффективного общественного транспорта. И колумбийцы, и перуанцы из всех слоев общества (особенно крестьяне, владельцы ферм и шахтеры), а также мексиканские школьные учителя занимали центры Боготы, Лимы и Мехико, нарушая повседневную жизнь жителей и создавая серьезные проблемы для властей. Эти страны, бывшие когда-то моделями экономических надежд и демократических обещаний Латинской Америки, стали примерами демократий без легитимности или доверия. Добившись за последние годы значительного социального прогресса, теперь они превратились в центры народных волнений. А их президенты, несмотря на свою неоспоримую компетентность, наблюдают за падением собственных рейтингов. Эти парадоксы приводят в недоумение, но являются показательными. Они отражают проб­ лемы экономического роста. Экономика Чили за последние два года демонстрировала хорошие результаты, несмотря на низкие мировые цены на медь, однако нынешние темпы ее роста далеки от результатов предыдущих 25 лет. Экономический бальзам, наносимый на старые социальные и культурные раны, теряет свою эффективность. Хорхе Кастанеда – экс-министр иностранных дел Мексики в 2000–2003 годах, ныне профессор Нью-Йоркского университета. 20


Рассерженные демократии

© Project Syndicate

Чили, Бразилия, Мексика, Перу и Колумбия, бывшие когда-то моделями экономических надежд и демократических обещаний Латинской Америки, стали примерами демократий без легитимности или доверия. Добившись за последние годы значительного социального прогресса, теперь они стали центрами народных волнений. А их президенты, несмотря на свою неоспоримую компетентность, наблюдают за падением собственных рейтингов

считают, что не получают того, что им причитается, или того, что было им обещано. Учителя в ярости обвиняют жалкое состояние системы образования страны и рассматривают образовательную реформу Пенья Ньето, избегающего проведения подлинных институциональных реформ, в качестве предлога для ограничения мощи их объединений. Средний класс Мехико, обладающий несоразмерно большим влиянием на всю страну, также возмущен – как учителями, разрушающими их привычную жизнь, так и федеральными и местными властями из-за того, что те не в состоянии восстановить порядок. На этом фоне доверие к  политическим институтам Мексики быстро ослабевает. Однако существует и более сложная проблема, истоки которой лежат в накопившемся несовершенстве представительной демократии в  странах, где социально-экономические условия далеки от идеальных. Когда ощущалась эйфория после ухода от авторитарного правления и преобладал быстрый экономический рост, эти недостатки были управляемыми; теперь, когда прошлое тает в памяти и замещается последними событиями, они превращаются в  огромные проблемы. И этот вопрос уже выходит за пределы Латинской Америки. Как отмечают наблюдатели, в частности Джошуа Курланцик, возрастающее разочарование среднего класса неизбежно приведет к глобальному отказу от института представительного правительства. Для избранных лидеров дилемма заключается в том, что простых решений не существует, а на сложные у  общества осталось не так уж много терпения.

В этом году в Чили пройдут уже шестые подряд демократические выборы, в которых две женщины – бывший министр труда Эвелин Маттеи и экс-президент страны, приверженица левоцентристских взглядов Мишель Бачелет (обе – дочери высокопоставленных военных офицеров) – в настоящее время лидируют в опросах. Которая бы ни победила, ей придется выбирать: или начать глубокие преобразования чилийских институтов, или позволить социальным волнениям выйти изпод контроля. Бразилия столкнулась с аналогичными неприятностями, а чемпионат мира по футболу 2014 года и Олимпийские игры 2016 года станут испытанием на выносливость и адаптивность социальных и макроэкономических структур, которые характеризовали развитие страны на протяжении почти двух десятилетий. Стоит отметить, что активные программы по борьбе с бедностью, свободный доступ к кредитам, товарно-экспортный бум и массированные государственные расходы (финансируемые не менее тяжелой налоговой нагрузкой) подняли миллионы людей из нищеты. Однако ожидания нарождающегося среднего класса – в  том числе в отношении создания эффективной инфраструктуры, качественного образования и медицинского обслуживания, а также хорошо оплачиваемых рабочих мест – не оправдались. И если они даже не смогут попасть на роскошные новые стадионы, чтобы посмотреть игры своих национальных команд, они будут несчастны. В Мексике, несмотря на бурный рост населения и значительные улучшения условий жизни, произошедшие за последние 15 лет, многие №4, 2013–2014

21


МНЕНИЯ

Роберт—■— Шиллер Вечные пузыри Рыночные пузыри правильнее было бы назвать эпидемиями. Они сдуваются и раздуваются вновь и никогда не заканчиваются как короткий роман. Конца их истории не может предугадать никто.

ставляемый S&P/Case-Shiller, вырос в 2006 году на 131% в реальном выражении с его самой низкой отметки в 1997 году. В связи с этим возникает вопрос: так что же такое спекулятивный пузырь? Оксфордский словарь английского языка определяет пузырь так: «Нечто хрупкое, нестабильное, пустое или ничего не стоящее; шоу с обманом. Начиная с  XVII века это понятие часто применяется к обманным коммерческим или финансовым схемам». Проблема заключается в том, что такие слова, как «шоу» или «схема», подразумевают преднамеренное создание, а не обширное социальное явление, не находящееся под контролем какого-то одного импресарио. Возможно, слово «пузырь» используется слишком небрежно. Юджин Фама, несомненно, согласен с этим. Фама, самый главный пропагандист «гипотезы эффективного рынка», отрицает факт существования пузырей. В интервью 2010 года для The New Yorker он заявил: «Я даже не знаю, что означает слово “пузырь”. Эти слова стали популярными. Я не думаю, что они имеют какойлибо смысл». Во втором издании моей книги «Иррациональное изобилие» я попытался дать более четкое определение пузыря. «Спекулятивный пузырь, – написал я, – представляет собой ситуацию, в которой новость о повышении цен подстегивает энтузиазм инвестора и которая распространяется путем психологического заражения, переходящего от человека к человеку, в процессе усиливая истории, способные оправдать повышение цен». Это привлекает «все более крупный класс инвесторов, которые, несмотря на сомнения относительно реальной стоимости

Можно подумать, что с того момента, как лопнули крупнейший в истории мировой пузырь на рынке недвижимости в 2006 году и глобальный пузырь на фондовых биржах годом позже, мы живем в постпузырном мире. Однако разговоры о вновь появляющихся пузырях продолжают возникать – будь то пузыри на рынках недвижимости многих стран, новый глобальный пузырь на фондовом рынке, новый пузырь на рынке долгосрочных облигаций в Соединенных Штатах и других странах, пузырь цен на нефть, золотой пузырь и т.д. Тем не менее я не ожидал историй о пузырях во время своего последнего посещения Колумбии. Однако местные жители рассказали мне о существующих пузырях на рынке недвижимости, а водитель свозил меня к приморскому курортному городу Картахене, с недоумением показывая мне несколько домов, недавно ушедших за миллионы долларов. Центральный банк Колумбии, Banco de la República, определяет индекс стоимости жилья для трех основных городов – Боготы, Медельина и Кали. С 2004 года индекс вырос на 69% в  реальном выражении (с поправкой на инфляцию), причем значительная часть роста пришлась на период после 2007 года. Подобные темпы роста напоминают американский опыт, когда индекс цен для десяти городов США, соРоберт Шиллер – лауреат Нобелевской премии по экономике (2013 г.), профессор экономики Йельского университета и один из создателей индекса стоимости американского жилья Case-Shiller Index. Он один из авторов труда «Иррациональное изобилие», второе издание которого предсказало надвигающийся коллапс, вызванный пузырем на рынке недвижимости. 22


Вечные пузыри

© Project Syndicate

Одна из проблем, связанных со словом «пузырь», заключается в том, что это понятие создает в уме картину разрастающегося мыльного пузыря, которому суждено внезапно и бесповоротно лопнуть. Однако спекулятивные пузыри лопаются не так легко; более того, они могут несколько сдуваться по мере течения времени, а затем вновь раздуваться

дает в уме картину разрастающегося мыльного пузыря, которому суждено внезапно и бесповоротно лопнуть. Однако спекулятивные пузыри лопаются не так легко; более того, они могут несколько сдуваться с течением времени, а затем вновь раздуваться. Казалось бы, правильнее называть эти эпизоды спекулятивными эпидемиями. На примере гриппа мы знаем, что новая эпидемия может неожиданно возникнуть сразу же после ухода старой в случае возникновения новой формы вируса или если некоторые факторы среды увеличивают степень заразности. Кроме того, новый спекулятивный пузырь может появиться в любом месте при возникновении некоей истории об экономике и при условии, что у нее хватит повествовательной силы, чтобы разжечь новую эпидемию размышлений инвесторов. Именно это произошло на бычьем рынке 1920-х годов в США, с пиком в 1929 году. Мы исказили эту историю тем, что думали о пузырях как о периодах стремительного роста цен, с внезапно следующим поворотным моментом и полным и окончательным крахом. На самом же деле бум реальных цен на акции в США, произошедший после «черного вторника», к  1930  году поднял их наполовину по отношению к ценам 1929 года. За этим последовали второй крах, новый бум с 1932 по 1937 год и третий крах. Спекулятивные пузыри не заканчиваются как короткий рассказ, роман или игра. Не существует окончательной развязки, в которой все нити повествования сплетаются во впечатляющий окончательный финал. В реальном мире мы никогда не знаем, когда закончится история.

инвестиций, вступают в игру отчасти из зависти к чужому успеху, а отчасти из азарта». Судя по всему, это и есть ядро значения слова в том контексте, в котором оно наиболее последовательно используется. Данное определение неявно содержит предположение о том, почему «умным деньгам» так сложно получить прибыль при ставках против пузырей: психологическому заражению способствует мышление, оправдывающее рост цен, так что участие в пузырях можно было бы назвать почти рациональным. Однако оно нерационально. Истории стран различаются, создавая собственные новости, которые не всегда вяжутся с новостями в других странах. Например, текущая история Колумбии, судя по всему, заключается в том, что правительство страны, теперь находящееся под руководством хорошо зарекомендовавшего себя президента Хуана Мануэля Сантоса, сбило инфляцию и процентные ставки до уровня развитых стран, а также уничтожило все угрозы, кроме тех, которые исходят со стороны повстанцев FARC, тем самым вдохнув новую жизнь в колумбийскую экономику. Это достаточно хорошая новость для создания жилищного пузыря. Поскольку по сути пузыри – это социальнопсихологическое явление, они плохо поддаются контролю. Действия регуляторов, осуществленные после финансового кризиса, в будущем могут снизить вероятность возникновения пузырей. Однако общественный страх может в числе прочего усилить психологическое заражение, еще более подпитывая самореализующиеся пророчества. Одна из проблем, связанных со словом «пузырь», заключается в том, что это понятие соз№4, 2013–2014

23


МНЕНИЯ

Дэни—■— Родрик Постиндустриальный фальстарт Сегодняшние развивающиеся страны минуют фазу индустриального развития гораздо быстрее, чем некогда пионеры промышленной революции. Экономические, политические и социальные последствия этого процесса пока неочевидны.

примерно до 13–15%. Даже в Германии, которую многие называют сильнейшей индустриальной экономикой развитого мира, пик уровня занятости в промышленности был достигнут примерно в 1970-м, после чего началось последовательное снижение этого показателя, продолжающееся до сих пор. Как отметил Роберт Лоренс из Гарвардского университета, деиндустриализация – это повсеместное явление, предшествовавшее пос­ ледней волне экономической глобализации. Лишь отдельные развивающиеся страны, большей частью в Восточной Азии, смогли повторить этот путь. Благодаря экспортным рынкам Южная Корея индустриализировалась исключительно быстро. Трансформацию, которая у первых индустриальных стран растягивалась на век или дольше, она прошла за три десятилетия. Если в 1950-е доля рабочих мест в промышленности в Южной Корее была ниже 5%, то в 1989 году она достигла своего пика – 28%, а сегодня составляет 18%. В целом модель индустриализации развивающегося мира была иной. Дело не только в том, что этот процесс шел медленно, но и в том, что деиндустриализация там начиналась гораздо раньше. Взгляните на Бразилию с Индией. Это две развивающиеся экономики, которые на общем фоне демонстрировали большие успехи на протяжении последних примерно десяти лет. В Бразилии доля занятых в производственных отраслях между 1950-м и 1980-м практически не изменилась, составляя 12 и 15% соответственно. С конца 1980-х годов страна вступила в фазу деиндустриализации. И даже недавний подъем промышленного производства не смог ни остановить этот процесс, ни обратить его вспять. Индия представляет собой еще более разительный пример: индустриальная занятость достиг-

Большинство экономик, которые сегодня принято относить к числу развитых, пришли к этому состоянию хорошо проторенной дорогой индустриализации. Новые производственные отрасли – текстильная, сталелитейная и автомобилестроительная – произрастали из пепла традиционных систем ремесленных гильдий, трансформируя аграрные общества в городские. Крестьяне превращались в заводских рабочих – процесс, который не только заложил основу беспрецедентного роста производительности в экономике, но и повлек за собой кардинальные изменения в  общественно-политическом устройстве. Рабочее движение привело к появлению массовой политики и в конечном итоге демократии. Со временем производство уступило свое мес­ то услугам. В Британии, колыбели промышленной революции, доля индустриальных секторов в общей занятости достигла пика в 45% накануне Первой мировой войны, после чего снизилась почти до 30%. Сегодня на производстве в Великобритании занято чуть менее 10% работников. Все остальные богатые экономики прошли через аналогичный цикл индустриализации и сменяющей ее деиндустриализации. В начале XIX века производственные сектора в США обеспечивали менее 3% всей занятости. Во второй трети XX века эта цифра достигла 25–27%, после чего начался процесс деиндустриализации. В последние годы производство в США не дает и десятой части всех рабочих мест. В Швеции пик производственной занятости – 33% – пришелся на середину 1960-х, после чего доля промышленных секторов сократилась Дэни Родрик – профессор общественных наук Института высших исследований (Принстон, Нью-Джерси). 24


Постиндустриальный фальстарт

© Project Syndicate

Благодаря экспортным рынкам Южная Корея индустриализировалась исключительно быстро. Трансформацию, которая у первых индустриальных стран растягивалась на век или дольше, она прошла за три десятилетия. Если в 1950-е доля рабочих мест в промышленности в Южной Корее была ниже 5%, то в 1989 году она достигла своего пика – 28%, а сегодня составляет 18%

значениях подушевого дохода: 3 тыс. долларов – в Китае и 2 тыс. долларов – в Индии. Экономические, социальные и политические последствия ранней деиндустриализации до конца еще не изучены. С точки зрения экономики ясно, что ранняя деиндустриализация затрудняет рост и замедляет сближение с уровнем развитых стран. Производственные сектора – это то, что я когда-то назвал отраслями-подъемниками: как правило, производительность труда здесь стремится к предельно возможным значениям. Причем происходит это даже в тех экономиках, где системные, институциональные и географические факторы тормозят развитие других отраслей. Вот почему стремительный экономический рост исторически всегда сопровождался процессом индустриализации (за исключением ряда небольших, богатых природными ресурсами стран). Ограничение возможностей индустриального развития наверняка означает меньше оснований для экономического чуда в будущем. Социальные и политические последствия не столь очевидны, но на поверку они могут оказаться не менее важными. Побочные продукты индустриализации всегда были частью материала, использовавшегося для строительства прочной демократии: организованного рабочего движения, дисциплинированных политических партий и политической конкуренции между «левым» и «правым» полюсами. Привычка к компромиссу и умеренности была выкована в многовековом противостоянии труда и капитала, для которого главной ареной всегда оставался производственный цех. Принимая во внимание раннее начало процесса деиндустриализации, нынешним развивающимся странам придется идти к демократии и эффективному правительству другим, прежде неизведанным и, возможно, более тернистым путем.

ла здесь своего максимального значения – всего 13% – в 2002 году и с тех пор только снижалась. Почему деиндустриализация начинается в развивающихся странах так рано, неясно. Одной из причин может быть глобализация и открытость экономики, из-за чего таким государствам, как Бразилия и Индия, сложно конкурировать с индустриальными суперзвездами Восточной Азии. Глобальная конкуренция не может здесь быть главной причиной. Удивительно, что ранняя деиндустриализация характерна даже для восточноазиатских стран. Возьмем Китай. Принимая во внимание его статус индустриальной сверхдержавы, кажется удивительным, что доля производственных секторов в общей занятости здесь не просто низкая, но, похоже, в последнее время сокращалась. Хотя с достоверностью статистики у КНР, конечно, не все в порядке, но, судя по всему, пикового значения занятости на производстве – около 15% – эта страна достигла в середине 1990-х. Китай, разумеется, очень большая страна. Значительная часть рабочей силы здесь по-прежнему сосредоточена в деревне. Но сегодня рабочиепереселенцы чаще устраиваются в секторе услуг, а не на заводах. Маловероятно, что новая плеяда промышленных экспортеров вроде Вьетнама и  Камбоджи выйдет на уровень индустриализации, достигнутый первыми промышленными странами, такими как Британия и Германия. Прямое следствие этого процесса – превращение развивающихся стран в экономики услуг на значительно более низких уровнях благосостояния. Когда в США, Британии, Германии и Швеции начался процесс деиндустриализации, доход на душу населения здесь достигал 9–11 тыс. долларов (в ценах 1990 года). Для сравнения: в развивающихся странах доля производственного сектора начинала сокращаться при гораздо более низких №4, 2013–2014

25


МНЕНИЯ

Хавьер—■— Солана Азиатский разворот Двигаясь на Восток, Европа обязана проявить мудрость, действуя как единая сила и избегая перевода отношений на двусторонний уровень.

Едва ли не на каждой стадии стратегического поворота на США давит статус извечного гегемона, военной державы и гаранта безопасности азиатских союзников. Даже использование прикрытия в виде термина «перебалансировка» не спасает восточный маневр Америки от подозрительного отношения со стороны отдельных азиатских стран – в частности Китая. Европа же способна на «умный поворот». Евросоюз должен взаимодействовать с Азией по меньшей мере по трем обоюдовыгодным направлениям, важнейшее из которых – торговля. Готовящиеся соглашения о либерализации торговых отношений между ЕС и оживленными азиатскими экономиками (включая Южную Корею, Сингапур, Малайзию, Индию, Вьетнам, Японию, Таиланд и др.) амбициознее по размаху, чем прежние двусторонние договоренности. Но торговые потоки уязвимы. Благодаря экономическим отношениям у государств непременно усиливается взаимная зависимость, а риск возникновения конфликтов снижается. Однако если конфликт все же происходит, то обходится он куда дороже. Когда в прошлом году между Японией и Китаем вновь разгорелся территориальный спор вокруг островов Сенкаку (Дяоюйдао), импорт японских автомобилей в КНР за какие-то три месяца сократился на 80%. Именно в этом проявляется своеобразный азиатский парадокс: тесная экономическая интеграция не способствовала появлению региональных организаций, которые могли бы поддерживать стабильность, необходимую для долгосрочного процветания. Вместо этого регион сильно страдает из-за неурегулированных споров, периодических вспышек национализма и неопределенности границ, усугубляемых опасениями по поводу возможного асиммет­ ричного усиления отдельных стран.

Впервые за сотни лет центр мировой экономики смещается на Восток. Соединенные Штаты уже объявили о своем повороте к Азии, и их отношения с Китаем, кажется, постоянно находятся на грани фукидидовой ловушки – так называют исторический пример, говорящий о том, что восходящая держава неизбежно сталкивается с господствующей. Но пока Штаты и Поднебесная осторожничают друг с другом на международной авансцене, как быть Европе? Европейский союз находится в критической точке излома своего исторического развития, требующего от него собственного поворота в  восточном направлении – последовательной и  решительной «азиатской» стратегии, опирающейся на сильные качества Европы. И хотя население ЕС составляет всего одну пятую населения КНР и Индии вместе взятых, а его военное присутствие в Азии минимально, его экономика размером 12,6 трлн евро (16,8 трлн долларов) – крупнейшая в мире. Азиатские страны не обошли этот факт вниманием. Сейчас Азия – главный торговый партнер ЕС. Она опережает Северную Америку и занимает треть в общем объеме внешней торговли Евросоюза. Объемы торговли с одним лишь Китаем превышают 1 млрд евро в день. Кроме того, ЕС не тихоокеанская держава, и Евросоюз не давит на Азию великодержавным статусом. Это никак нельзя назвать слабостью, напротив, это обеспечивает европейской дипломатии известную гибкость и подвижность, на которые американский тяжеловес не способен. Хавьер Солана – президент Центра мировой экономики и геополитики при бизнес-школе ESADE, бывший верховный представитель ЕС по общей внешней политике и политике безопасности, бывший генеральный секретарь НАТО и бывший министр иностранных дел Испании. 26


Азиатский разворот

© Project Syndicate

Благодаря экономическим отношениям у государств непременно усиливается взаимная зависимость, а риск возникновения конфликтов снижается. Однако если конфликт все же происходит, то обходится он куда дороже. Когда в прошлом году между Японией и Китаем вновь разгорелся территориальный спор вокруг островов Сенкаку (Дяоюйдао), импорт японских автомобилей в КНР за какие-то три месяца сократился на 80%

восточных энергоресурсов растет – к 2035 году доля Азии в экспорте из этого региона достигнет 90%, – и необходимость более глубокого взаимодействия с нефтедобывающими странами будет становиться острее. Европа, имеющая большой опыт добрососедства с Ближним Востоком, может стать здесь стратегическим партнером Китая. Уверенность возвращается и к другому азиатскому гиганту – Японии, чей премьер Синдзо Абэ запустил программу активного стимулирования экономики. На переговорах с США и другими странами Азии, Северной и Южной Америки в рамках Транс-Тихоокеанского парт­ нерства Токио согласился пойти на беспрецедентные шаги по либерализации торговли. Кроме того, Япония расширяет участие в регио­ нальном сотрудничестве, и в таких условиях поддержание прочных отношений с третьей по величине национальной экономикой мира – необходимость для Европы. Разрабатываемое сейчас амбициозное соглашение о двусторонней торговле в идеале должно привести к увеличению взаимного экспорта на треть. В рамках любой многосторонней стратегии взаимодействия с Азией сила ЕС велика настолько, насколько сильны ее отдельные час­ ти. И  хотя отношения с набирающими силу азиатскими державами на уровне отдельных стран могут оказаться заманчивой перспективой (а  чаще всего Китай предпочитает именно двусторонние отношения), возвращение отдельным членам ЕС права на ведение самосто­ ятельной внешней политики было бы контрпродуктивным. Для надежной страховки Европы на ее пути на Восток нужен толстый и прочно сплетенный канат, так как отдельные нити могут оказаться недостаточно прочными для того, чтобы выдержать напряжение в условиях предстоящих нам в ближайшие годы бурь.

Рецепт долгосрочной стабильности в Азии и вторая линия взаимодействия для ЕС – региональная интеграция. Некогда Европу разрывали войны, но сегодня возможность вооруженного конфликта между членами ЕС сложно представить. Институциональная архитектура Европы помогла забыть о разрушительных рецидивах войн и перейти к миру и процветанию. Но создание этой архитектуры – задача чрезвычайно сложная. На ее решение у Европы ушли десятилетия, и процесс все еще продолжается. Последовательно возникающие проблемы и кризисы обнажили недостатки институционального устройства Евросоюза, и каждый (старательный) шаг по пути его улучшения делал европейский проект намного прочнее. С осознанием собственного несовершенства и без намеков на патернализм ЕС должен активизировать взаимодействие с действующими азиатскими структурами и делиться своими ноу-хау там, где возможно, – скажем, в процессе реструктуризации АСЕАН по трем направлениям (военно-политическое, экономическое и социально-культурное), который должен быть завершен к 2015 году. Партнерство по ключевым вопросам мировой повестки дня может оказаться для ЕС и Китая естественным. На КНР оказывается все более серь­езное давление (особенно со стороны США), с тем чтобы в глобальной политике Поднебесная взяла на себя роль, соответствующую своему экономическому весу. Здесь Европа может стать для Китая отличным партнером – либо в формате G3 с участием США, либо в рамках сфокусированного двустороннего сотрудничества. Возьмем Ближний Восток. Из-за собственной энергетической революции Америка теряет интерес к этому региону, в результате чего там образуется вакуум, который КНР и Европа вместе могут занять. Зависимость Китая от ближне№4, 2013–2014

27


МНЕНИЯ

Кеннет—■—Рогофф Становятся ли развивающиеся рынки утопающими? Замедление экономического роста в развивающихся странах – лишь предупредительный выстрел, свидетельствующий о том, что может случиться нечто худшее.

ствованных денежно-кредитных режимов и отход от задолженности в иностранной валюте обеспечивает некоторую степень защиты. Тем не менее годы политического паралича и запоздавших структурных реформ пробили брешь в экономиках этих стран. Конечно, Аргентина или Венесуэла были крайне зависимы от благоприятных цен на сырьевые товары и легких международных финансовых условий для поддержания своего экономического роста. Но хорошие времена скрывали слабости и многих других стран. Замедление экономического роста – гораздо более серьезная проблема, чем недавняя неустойчивость цен на активы. Рынки акций и облигаций развивающихся стран остались относительно неликвидными даже после длительного экономического подъема. Так что скромные изменения портфеля ценных бумаг могут вызывать серьезные колебания цен. До недавнего времени международные инвесторы полагали, что расширять портфели ценных бумаг на развивающихся рынках – элементарная задача. Здесь наблюдался отличный рост, в то время как развитые страны находились практически в застое. Эта основная сюжетная линия не изменилась. Но из-за сужения дифференциалов экономического роста развивающиеся рынки перестали быть для инвесторов такими уж элементарными, и это, естественно, оказывает значительное воздействие на цены на активы этих стран. Шаг к нормализации спредов процентных ставок не должен быть причиной для паники. Снижение цен на облигации еще не предвещает повторения долгового кризиса 1980-х годов

Экономический рост стремительно замедляется во многих крупных странах со средним уровнем дохода, а цены на активы резко падают по всем направлениям. Означает ли это, что ударная волна кризиса достигнет и развивающихся рынков? После многих лет высоких (а иногда и устойчивых) достижений в росте производства финансовый кризис 2008 года ознаменовал новый этап, в результате которого из-за совокупного эффекта замедления долгосрочного экономического роста в  Китае и потенциального окончания ультрамягкой денежно-кредитной политики в развитых странах были обнажены значительные слабости. Тот факт, что сравнительно умеренные потрясения причинили развивающимся рынкам такие глубокие травмы, заставляет задуматься. Обладают ли развивающиеся страны способностью реагировать и к появлению какой политики приведет новый раунд кредитования Международным валютным фондом? Понял ли наконец МВФ после кризиса еврозоны, что излишки государственного и частного долга становятся серьезным препятствием на пути роста и что он должен придавать гораздо больше значения списанию долгов и реструктуризации? Рынок сейчас особенно жесток к тем странам, которым необходимо финансировать значительный постоянный дефицит текущих счетов, таким как Бразилия, Индия, ЮАР и Индонезия. К счастью, сочетание гибких обменных курсов, сильных международных резервов, усовершенКеннет Рогофф – профессор экономики и государственной политики Гарвардского университета, бывший главный экономист МВФ. 28


Становятся ли развивающиеся рынки утопающими?

© Project Syndicate

Глобальная банковская система все еще в целом слаба, и особенно в ЕС. Политическая поляризация по другую сторону Атлантического океана, в Вашингтоне, внушает тревогу: существует вероятность превышения очередного долгового порога. Сегодняшний переход к рынкам развитых стран может быстро превратиться в отступление от них

ках после своего опыта в Европе, где ему приходилось балансировать между политикой, направленной на содействие крайне необходимым структурным изменениям, и поддержкой кратко­ срочных экономических показателей. Это тема отдельного разговора, но европейский опыт поднял сложные вопросы о том, не имеется ли у МВФ двойных стандартов для стран Европы (даже для таких, как Греция, которые в действительности являются развива­ ющимися странами). Будем надеяться, конечно, что дело не дойдет до этого. Кажется маловероятным, чтобы международные инвесторы отказались от развивающихся рынков, по крайней мере сейчас, когда их долгосрочные перспективы по-прежнему выглядят намного лучше, чем в странах с развитой экономикой. Кроме того, сегодняшние настроения относительно того, что еврозону минул худший период, выглядят крайне оптимистичными. Были проведены лишь очень скромные реформы в таких странах, как Италия и Франция. Фундаментальные вопросы, в том числе как управлять банковским союзом в Европе, остаются спорными. В Испании почти исчезли огромные ставки за риск, но ее долговые проблемы не исчезли. Тем временем политическая поляризация в Вашингтоне внушает тревогу: существует вероятность превышения очередного долгового порога. Сегодняшний переход к рынкам развитых стран может быстро превратиться в отступление от них. Замедление экономического роста в развивающихся странах должно стать предупредительным выстрелом, показывающим, что может случиться нечто худшее. Остается только надеяться, что, если такой день когда-нибудь наступит, мир будет лучше к нему подготовлен, чем сейчас.

в Латинской Америке или азиатского финансового кризиса конца 1990-х годов. Вообще-то некоторые развивающиеся рынки (например, Колумбия) выпускали государственные долговые обязательства с рекордно низкими спредами процентных ставок по сравнению с казначейскими облигациями США. Их министры финансов, находясь в эйфории в связи с рекордно низкой стоимостью кредитов в своих странах, должны были понимать, что это не может длиться вечно. Да, есть достаточно причин для беспокойства. Прежде всего, глупо полагать, что увеличение долга в местной валюте исключает возможность финансового кризиса. Тот факт, что страны могут прибегать к двузначным темпам инфляции и выходить из долгового кризиса, печатая деньги, едва ли может обнадежить. Достижения десятилетий роста пропадают зря в процессе углуб­ления финансового рынка, банки испытывают серьезные трудности, бедняки страдают непропорционально сильнее остальных слоев населения, а экономический рост прекращается. Есть и другой сценарий: государства могут ввести более строгий контроль над движением капитала и регулированием финансовых рынков для блокирования вкладчиков, как сделали развитые страны после Второй мировой войны. Но репрессии едва ли могут быть безболезненными и почти наверняка снижают эффективность распределения ресурсов кредитных рынков. А если замедление роста на развивающихся рынках превратится в нечто еще более худшее, готов ли к этому мир? Здесь также имеются серьезные причины для беспокойства. Глобальная банковская система в целом еще слаба. Существует значительная неопределенность в отношении того, как МВФ будет бороться с кризисом на развивающихся рын№4, 2013–2014

29


МНЕНИЯ

Андрес—■— Веласко Конец нирваны Снижение цен на сырье, отток средств с развивающихся рынков, падение курсов валют – похоже, фортуна, обнимавшая развивающиеся страны последние годы, теперь решила отвернуться от них. И им уже не спрятаться от экономических страданий.

Благодаря обильному притоку капитала их валюты укрепились, что сделало дешевым импорт и привело к потребительскому и кое-где инвес­ тиционному буму. Они, в свою очередь, свели на нет торговые балансы стран, даже несмотря на  увеличение экспортной выручки в  результате роста цен на  сырье. Теперь цикл входит в обратную стадию, и для гармонизации внешнеторговых показателей валюты должны дешеветь. В ожидании этого и при все более отчетливой перспективе роста процентных ставок «у  себя дома» зарубежные инвесторы бегут, ускоряя и усугубляя ослабление валют. Это плохая новость. Скрестив пальцы, можно сказать, что хорошая новость в  том, что полномасштабный финансовый кризис на  развивающихся рынках маловероятен. Одно из  объяснений состоит в  изменении фискальной политики. На этот раз богатые ресурсами страны не израсходовали все плоды своего стремительного обогащения, как во  времена других сырьевых бумов, когда им случалось тратить и  больше. Поэтому государственные долги и  связанная с  ними финансовая уязвимость не  так велики, как были в прошлом. Частные сектора этих экономик набрали много заемных средств, но, как подчеркнул нобелевский лауреат по экономике Пол Кругман, размеры финансового рычага и  долларовой задолженности (в процентах от ВВП) сейчас меньше, чем в начале азиатского кризиса 1990‑х и, справедливости ради, латиноамериканского 1980‑х. Отсюда, как мне кажется, следует, что главный вопрос не в том, обрушатся ли финансовые сектора этих стран, а в том, посыплются ли кривые их роста.

Сочетание высоких цен на сырье, низкого уровня мировых процентных ставок и  обилия ликвидности на  международной арене означает для развивающихся рынков экономическую нирвану, говорил в  1970‑х великий экономист Йельского университета Карлос Диас-Алехандро. В  то, что подобная благодать сможет когда-либо установиться, ни  один разум­ный экономист тогда не  верил. Однако она установилась, и в последнее десятилетие богатые ресурсами страны вроде Бразилии, Индонезии, России и ЮАР с упоением пользовались ее обильными преимуществами. Но нирвана, похоже, кончается: цены на сырье снизились, а одна лишь угроза сворачивания в  США количественного смягчения вызвала в  богатых странах рост рыночных процентных ставок, а  на  некогда модных развивающихся рынках – отток средств обратно в тихие гавани Севера. Котировки акций и курсы валют стремительно падают, причем не  только в  богатых ресурсами государствах, но и в других, вобравших громадные потоки иностранного капитала, вроде Индии и  Турции. Пессимисты уже ждут повторения азиатского кризиса конца 1990‑х или, что еще хуже, кризиса 2008–2009  годов. На этот раз удар придется не на зрелые экономики, как несколько лет назад, а  на  развивающиеся. Наиболее пострадавшие страны роднит большой дефицит внешнеторгового баланса. Андрес Веласко – бывший кандидат в президенты и министр финансов Чили, профессор профессиональной практики в области международного развития Школы международных отношений и государственного управления при Колумбийском университете. 30


Конец нирваны

© Project Syndicate

В некоторых государствах консервативные верхи сочли, что развивать промышленность – это некий дирижистский атавизм, и отказались от этого. В других – тут сразу приходит на ум Бразилия – «левое» руководство развивало промышленность так беспорядочно и неуклюже, что все, что оно хотело развить, в итоге ослабло. Пришло время расплачиваться за эти ошибки

других товаров и услуг.  О  Чили, Перу, Колумбии и  даже Бразилии, где население куда больше, а промышленная база лучше развита, этого не скажешь. К тому же латиноамериканские страны, в отличие от азиатских, не интегрированы в региональные и мировые цепочки создания стоимости. Производитель из Индонезии, Малайзии или Филиппин может легко воспользоваться ослаблением национальной валюты, чтобы продавать больше электронных компонентов китайскому сборочному заводу, поставки которому у него давно отлажены. Предприятию же из Консепсьона, Арекипы или Медельина нужно искать клиентов в  новых странах, что требует времени и денег и не всегда заканчивается успехом. Мировой бум ликвидности и  сырьевой бум открыли возможности, за  счет которых власти латиноамериканских стран могли диверсифицировать экономику и, работая со  своим бизнес-сообществом, переключиться на новые сектора и продукцию. Но они этого не сделали. В некоторых из  них консервативные верхи сочли, что развивать промышленность  – это некий дирижистский атавизм, и  отказались от этого. В других – тут сразу приходит на ум Бразилия  – «левое» руководство развивало промышленность так беспорядочно и неуклюже, что все, что оно хотело развить, в  итоге ослабло. Пришло время расплачиваться за эти ошибки. «Нирвана» означает «свобода от  страданий». Для развивающихся стран она закончилась. Хотя в  ряде из  них граждане, которым дешевые деньги и дорогой экспорт все еще дают ощущение богатства, о  вероятных надвигающихся страданиях не  подозревают. Ради политической стабильности властям стоило бы просветить их. Это было бы благоразумно.

Когда цены на сырье баснословны, а  денег много и они дешевы, экономический рост почти неизбежен. Латиноамериканские страны с четкими программами осуществления макроэкономической политики, такие как Колумбия, Перу и Чили, в последнее десятилетие демонстрировали стремительный рост. Но его показывала и Аргентина, чьи власти, должно быть, каждый день начинают с  размышлений, как еще можно ослабить экономические структуры и ухудшить перспективы долгосрочного роста. Откуда взяться росту теперь, когда нирвана кончилась? Для ответа на  этот вопрос полезно будет повторить недавнее высказывание Рикардо Хаусманна из Гарварда, заметившего, что рост ряда развивающихся экономик в  последнее время был иллюзорным. Уолл-стрит оказалась без ума от  того, что в  долларовом эквиваленте ВВП этих стран растет быстро. Но  этот рост связан скорее с высокими ценами на сырье и укреплением валют (за счет которого пересчет на доллары сделал выручку больше), чем с резким увеличением объема фактически произведенных товаров и услуг. В периоды бума структурная трансформация многих развивающихся экономик, особенно в  Латинской Америке, была неполноценной. Состав и  направление экспорта таких стран, как Ирландия, Финляндия, Сингапур, Южная Корея, Малайзия и Индонезия, сейчас не такие, какими были поколение назад. Чилийская экспортная корзина, в свою очередь, с 1980 года поменялась несильно. В экспорте меди, вина, фруктов и лесной продукции нет ничего плохого. Но экономическая история свидетельствует: разбогатеть исключительно за счет него вряд ли можно. Богатые ресурсами развитые страны вроде Канады, Норвегии или Австралии, несомненно, экспортируют множество сырья, но они экспортируют немало №4, 2013–2014

31


МНЕНИЯ

Рикардо —■— Хаусманн Вечеринка закончена Энтузиазм развивающихся стран в 2013 году испарился, и не только потому, что ФРС США запланировала сокращение своих масштабных скупок активов. Цены на акции и облигации развивающихся рынков в течение года снизились, и их экономический рост замедляется. Чтобы понять, почему так происходит, полезно разобраться, как мы здесь оказались.

трим Бразилию. Только 11% обгоняющего Китай рос­та ее номинального ВВП в период между 2003 и 2011  годом были связаны с реальным (с поправкой на инфляцию) производством. Остальные 89% стали результатом 222-процентного роста цен в долларах, произошедшего в тот период, когда цены в национальной валюте поднимались быстрее цен в США и обменный курс повышался. Часть этого роста объяснялась увеличением цен на экспортные товары Бразилии. С Россией, в принципе, происходило то же самое. Реальный рост объемов производства объясняет только 12,5% прироста выраженного в  долларах номинального ВВП за 2003–2011  годы. Остальное связано с динамикой стоимости нефти (что улучшило показатель условий торговли на 125%), а также с реальным укреплением рубля по отношению к доллару на 56%. Реальный рост Китая был в три раза выше, чем у Бразилии и России, однако его условия внешней торговли ухудшились на 26%, поскольку идущая на экспорт продукция обрабатывающей промышленности стала дешевле, в то время как импортируемые товары подорожали. В  целом доля реального, выраженного в долларах США роста номинального ВВП развивающихся стран составила 20%. Три явления, которые повышают номинальный ВВП – рост реального объема производства, повышение относительных цен на экспорт и рост реального курса валют, – не работают независимо друг от друга. Как правило, в быстрорастущих странах реальный обменный курс их валют повышается – это называется эффектом Балассы – Самуэльсона. Страны с улучшающимися условиями внешней торговли также, как

В период между 2003 и 2011 годом выраженный в долларах США ВВП в текущих ценах вырос на суммарные 35% в Соединенных Штатах и на 32, 36, и 49% – в Великобритании, Японии и Германии соответственно. В тот же период номинальный ВВП, также выраженный в долларах, вырос на 348% – в Бразилии, 346% – в Китае, 331% – в  России и 203% – в Индии. Бум зафиксирован не только в странах БРИК. Объем производства Казахстана подпрыгнул более чем на 500%. А в  Индонезии, Нигерии, Эфиопии, Руанде, на Украине, в  Чили, Колумбии, Румынии и во Вьетнаме – более чем на 200%. Это означает, что средний объем продаж компаний по производству напитков, китайских производителей мотоциклов, супермаркетов и  универмагов, телекоммуникационных компаний, компьютерных магазинов увеличился в сопоставимых масштабах. Бизнес движется туда, где долларовые продажи на подъеме, а управля­ ющие активами вкладывают деньги там, где рост ВВП, выраженный в долларах, оказывается самым быстрым. Некоторые могут пытаться интерпретировать эту удивительную производительность стран с формирующейся рыночной экономикой как следствие роста объемов выпуска реальной продукции, производимой их экономиками. Однако в большинстве своем такое предположение не имеет под собой основания. РассмоРикардо Хаусманн – бывший министр планирования Венесуэлы, бывший главный экономист Межамериканского банка развития, профессор экономики Гарвардского университета, глава гарвардского Центра международного развития. 32


Вечеринка закончена

© Project Syndicate

Для большинства стран развивающегося мира номинальный рост ВВП в период с 2003 по 2011 год был вызван улучшениями условий внешней торговли, притоками капитала и укреплением реального курса валют. Но та же динамика, которая завышала рост ВВП в долларовом выражении в хорошие годы, теперь будет работать в противоположном направлении: стабильные или сниженные цены на экспорт уменьшат реальный рост и вынудят валюты этих стран стабилизироваться или даже ослабеть в реальном выражении. Поэтому неудивительно, что вечеринка закончилась

То же самое можно сказать и про приток капитала, а также про то давление в направлении повышения, которое он оказывает на реальный обменный курс. В конце концов, иностранные инвесторы вкладывают свои деньги в страну, поскольку ожидают, что в будущем смогут получить еще больше денег, а когда это происходит, рост, как правило, замедляется, если не обрушивается, как это случилось с Испанией, Порту­ галией, Грецией и Ирландией. В некоторых странах, таких как Китай, Таиланд, Южная Корея или Вьетнам, номинальный рост ВВП в значительной степени был обусловлен реальным ростом. Более того, согласно готовящемуся к публикации в Гарварде «Атласу экономической сложности», эти экономики стали производить куда менее простые продукты, что свидетельствует об их устойчивом росте. Ангола, Эфиопия, Гана и Нигерия также пережили реальный рост, но рост их номинального ВВП был в значительной степени усилен улучшением условий внешней торговли и ростом реального обменного курса. Таким образом, для большинства стран развивающегося мира номинальный рост ВВП в период с 2003 по 2011 год был вызван улучшениями условий внешней торговли, притоками капитала и укреплением реального курса валют. Но та же динамика, которая завышала рост ВВП в долларовом выражении в хорошие годы, теперь будет работать в противоположном направлении: стабильные или сниженные цены на экспорт уменьшат реальный рост и  вынудят валюты этих стран стабилизироваться или даже ослабеть в реальном выражении. Поэтому неудивительно, что вечеринка закончилась.

правило, начинают развиваться быстрее, за чем неизбежно следует рост реального курса валют, поскольку внутренние расходы их увеличенных экспортных поступлений расширяют экономику и увеличивают долларовую массу (что делает сам доллар дешевле). Реальный обменный курс также может расти из-за увеличения притока капитала, которое отражает энтузиазм иностранных инвесторов относительно перспектив страны. Например, в период с 2003 по 2011 год приток валюты в Турцию вырос почти на 8% ВВП, что частично объясняет 70-процентное увеличение цен в долларах. Реальный рост также может быть вызван непоследовательной макроэкономической политикой, которая поставила страну в опасное положение, как это произошло в Аргентине и Венесуэле. Различие между этими в корне отличными, но взаимосвязанными явлениями важно, поскольку некоторые из них явно неустойчивы. Иными словами, улучшение условий внешней торговли и притоки капитала – явления не перманентные: они либо стабилизируются, либо со временем меняют свое направление. Действительно, изменение условий внешней торговли – как правило, недолгосрочный тренд, имеющий склонность к возврату к среднему значению. Цены на нефть, металлы и продовольствие значительно выросли начиная с 2003 года и достигли своего исторического максимума в  период между 2008 и 2011 годами, и теперь никто не ожидает такого же роста цен в будущем. Спор идет о том, будут ли они оставаться на прежнем уровне или же пойдут на спад, что уже произошло с ценами на продукты питания, металлы и уголь. №4, 2013–2014

33


МНЕНИЯ

Джасвант Сингх —■— Большая игра без правил Китай, Индия и Япония готовятся к большой игре, призом в которой станет статус главной супердержавы Азии. Проблема в том, что в этой игре до сих пор не существует правил.

всего через двадцать лет после закрытия у себя двух крупных американских военных объектов: морской базы в заливе Субик-Бей и авиабазы ВВС Кларк. Связи с Америкой укрепляет и Вьетнам. Кроме того, спустя несколько десятилетий отсутствия в Индонезии США возобновили программы подготовки вооруженных сил этой страны. Но куда важнее то, что сегодня японские политики открыто обсуждают возможность трансформации внешней политики страны в направлении от послевоенного пацифизма к куда более агрессивному национализму. В августе этого года Морские силы самообороны Японии спустили на воду эсминец Izumo, который по своему устройству и боевым возможностям схож с авианосцем и пригоден для использования в ударных операциях. Этот наметившийся стратегический сдвиг, скорее всего, будет иметь далеко идущие последствия, поднимая ставки в противостоянии между Китаем и Японией за острова в ВосточноКитайском море. Однако, хотя мировая пресса продолжает пестрить заголовками на тему сохраняющейся напряженности в японо-китайских отношениях, динамика соотношения сил в Азии в перспективе ближайшего десятилетия, по всей видимости, будет определяться стратегическим противостоянием Китая и Индии. И последние события указывают на то, что в КНР это понимают. В апреле группа пограничников из Народноосвободительной армии Китая (НОАК), перейдя так называемую линию фактического контроля, вторглась в индийскую долину Дапсанг в Ладакхе, организовала там лагерь, в котором пробыла почти три недели. Китайским властям еще предстоит

Сегодня кажется, что не так уж много людей придают значение национальности и этнической принадлежности человека, как в прошлом. Интернет дает возможность завязать близкие отношения с удаленными культурами и людьми. Однако для государств вопрос неприкосновенности границ остается попрежнему очень чувствительным. В конце концов, территория – земля, океаны, воздушное пространство, реки и побережье – определяет идентичность страны, систему ее безопасности и внешнюю политику. Государства могут разрешать территориальные споры, либо отказавшись от части своего суверенитета и таким образом ослабив свое могущество и влияние, либо принимая более жесткую стратегию национальной обороны, направленную на отражение текущих и предотвращение будущих угроз. Многие азиатские страны в наши дни выбирают второе. Возьмем территориальные конфликты на пространстве Индийского океана и в других регионах Восточной Азии, разжигаемые постоянными (и все более настойчивыми) попытками Китая оспорить суверенитет над обширными морскими участками. Поскольку китайские притязания раздувают застарелые, тлеющие много лет конфликты, угрожая изменению статус-кво в регионе, остальные азиатские страны приступают к пересмотру своих стратегических установок. Например, Филиппины корректируют стратегию национальной безопасности, расширяя сотрудничество с Соединенными Штатами, служащими региональным противовесом КНР, Джасвант Сингх – экс-министр финансов, экс-министр иностранных дел и экс-министр обороны Индии. 34


Большая игра без правил

© Project Syndicate

Хотя мировая пресса продолжает пестрить заголовками на тему сохраняющейся напряженности в японо-китайских отношениях, динамика соотношения сил в Азии в перспективе ближайшего десятилетия, по всей видимости, будет определяться стратегическим противостоянием Китая и Индии

бесной. Он станет важнейшим звеном в цепи индийских поставок в Афганистан, Центральную Азию и далее. Индия могла бы создать вокруг него целый транспортный хаб. Кроме того, Индия предпринимает энергичные действия, направленные на сохранение превосходства над Китаем на море. В августе на первой построенной собственными силами атомной подводной лодке класса «Арихант» был запущен атомный реактор, что еще на один шаг приблизило страну к своей давней цели – созданию «ядерной триады», означающей возможность применять ядерное оружие наземного, воздушного и морского базирования. А всего через три дня в Индии был спущен на воду авианосец «Викрант». Но, как отмечалось в журнале The Economist, «нечасто гордыня получает столь скорое возмездие». Действительно, всего через два дня после спуска на воду «Викранта» взрыв на военных верфях в Мумбаи отправил на дно «Синдуракшак» – одну из десяти индийских субмарин проекта 877, составляющих костяк стареющего неядерного подводного флота Индии. В результате этой трагедии погибли 18 членов экипажа. Явные экономические, стратегические и военные преимущества Китая окажутся не столь существенными, как многие полагают,  – особенно с учетом неопределенности, сохраняющейся в отношении стратегического поворота Америки в сторону Азии. Действительно, имея США в качестве союзника, Япония и  Индия способны склонить чашу весов на свою сторону. Очевидно одно: великие азиатские державы уже вступили в большую игру, но правил, по которым она будет вестись, попрежнему не существует.

объясниться по поводу этого вторжения, хотя недостатка в спекуляциях на эту тему нет. Кто-то утверждает, что заход инициировал местный военачальник, кто-то – что нарушение нужно было новому председателю КНР Си Цзиньпину, чтобы закрепить свою власть над НОАК. Вторжение связывали даже со скандалом вокруг Бо Силая, экс-секретаря парткома города Чунцин, находившегося в тесных отношениях с высокопоставленными людьми из НОАК и силовых структур. Правдоподобнее всех выглядит простейшая версия: Китай пошел на этот шаг осознанно, чтобы продемонстрировать, кто именно контролирует спорную границу. Сейчас Индия и Китай ведут открытую борьбу за влияние в Шри-Ланке, Мьянме, Непале и Бангладеш. До сих пор для утверждения своих позиций они полагались на использование экономических и торговых механизмов, особенно на конкурирующие портовые и  трубопроводные проекты. Китай не дает замедлению экономики расстроить планы по наращиванию и модернизации военно-морских сил и экспансии своих коммерческих интересов к югу от Евразии. Все последнее время страна проявляла интерес к проектам, связанным с глубоководными портами в Кении, Танзании и Бангладеш, и в ряд из них инвестирует. Кроме того, КНР непосредственно участвует в финансировании и строительстве портов в Индийском океане в Мьянме, Шри-Ланке и Пакистане. Так же как Китай помогает с устройством пакистанского порта Гвадар, Индия содействует строительству иранского порта Чабахар, расположенного в 70 км от Гвадара. Чабахар будет полезен не только в противостоянии с  Подне№4, 2013–2014

35


МНЕНИЯ

Рагурам—■—Раджан Сто оттенков Индии Рассуждая об экономике Индии, люди нередко склонны впадать в крайности. Между тем, отделив эйфорию и отчаяние от общей картины, мы, вероятно, сократим путь к истине.

Парадоксально, но замедление роста индийской экономики отчасти вызвано мерами фис­ кального и монетарного стимулирования, которые, как и во всех крупных развивающихся странах, власти и регуляторы ввели в действие после финансового кризиса 2008 года. Последовавший за этим экономический спурт привел к инфляции, прежде всего из-за того, что мир, вопреки опасениям, не скатился во вторую Великую депрессию. Так что монетарная политика все это время оставалась жесткой, а сохранение высоких процентных ставок способствовало ухудшению динамики инвестиций и потребления. Более того, в период бурного роста слишком большое значение отводилось индийским институтам, отвечающим за распределение земли, природных ресурсов и выдачу разрешений. Индийские правоохранительные органы, суды и пресса взялись за многочисленные случаи масштабной коррупции. Поскольку бюрократия стала осторожнее в принятии решений, многие крупные проекты застопорились. Только сейчас, когда в стремлении ускорить принятие решений и сделать процедуры прозрачными власти создают новые структуры, этим проектам дают «зеленый свет». Прежде чем они будут завершены и начнут давать отдачу, должно пройти определенное время. Наконец, замедлилась динамика экспорта. Причина тут не столько в том, что индийские товары вдруг потеряли конкурентоспособность, а скорее в том, что традиционные рынки индийского экспорта больше не растут прежними темпами. Следствием этого стал большой внешний и внутренний дефицит. Посткризисное фискальное стимулирование привело к значительному росту бюджетного дефицита, который в 2007–2008 годах находился на безопасном уровне. Давление на баланс текущего счета усилилось из-за наращи-

Индийские болельщики – депрессивные маньяки, если речь идет об их отношении к своей любимой команде по крикету. Когда та демонстрирует успехи, ее игроков возводят едва ли не в ранг богов, не обращая внимания на очевидные слабости. Но когда команда терпит поражение – а это неизбежно, – происходит столь же быстрое их низвержение, а все недостатки гипертрофируются. Такой же биполярный подход, судя по всему, применяется и при оценке экономики всей страны: зарубежные аналитики в унисон с индийцами переходят от чрезмерного энтузиазма к бичеванию и обратно. Несколькими годами ранее к Индии было не придраться. Ее успехи сравнивались с успехами ее северного соседа, и в обиход даже начал входить термин «Китаиндия» (Chindia). Сегодня же не придраться к Индии нельзя. У страны действительно серьезные проблемы. Показатель годового роста ВВП во II квартале значительно снизился – до уровня 4,4%. Потребительская инфляция держится на высоком уровне, в то время как дефициты бюджета и текущего счета в минувшем году оказались слишком большими. Все эксперты сегодня обращают внимание на низкое качество инфраструктуры, зарегулированность экономики, незначительные размеры промышленного сектора и слабый уровень образования и подготовки местных кадров. Все это серьезные недостатки. И с ними надо бороться, если Индия рассчитывает на сильный и устойчивый экономический рост. Однако все те же самые недостатки были в стране и на этапе быстрого подъема. Прежде чем выяснять, что требуется сделать в краткосрочной перспективе, нужно понять, что подкосило индийскую историю успеха. Рагурам Раджан – председатель Резервного банка Индии. 36


Сто оттенков Индии

© Project Syndicate

Парадоксально, но замедление роста индийской экономики отчасти вызвано мерами фискального и монетарного стимулирования, которые, как и во всех крупных развивающихся странах, власти и регуляторы ввели в действие после финансового кризиса 2008 года. Последовавший за этим экономический спурт привел к инфляции, прежде всего из-за того, что мир, вопреки опасениям, не скатился во вторую Великую депрессию

благодаря улучшению дорожной инфраструктуры и транспортного сообщения. Да, банковский сектор за это время накопил проблемных кредитов, но во многом это связано с простоем инвестиционных проектов, которые в принципе жизнеспособны. По мере того как будет возобновляться их работа, они начнут приносить прибыль, необходимую для выплат по долгам. В настоящий момент у индийских банков достаточно капитала для компенсации потерь. Также состояние государственных финансов у  Индии лучше, чем у большинства развивающихся стран, не говоря уже о тех из них, что переживают кризис. Отношение общего госдолга к ВВП снижается. В 2006–2007 годах оно составляло 73,2%, тогда как в 2012–2013 годах – 66% (а отношение долга центрального правительства к ВВП составляет всего 46%). Более того, этот долг номинирован в рупиях, а средний срок его погашения превышает девять лет. Ситуация с внешним долгом в Индии еще лучше. Он составляет всего 21,2% ВВП (значительная его доля приходится на частный сектор), причем на краткосрочную задолженность  – лишь 5,2%. Индийские валютные резервы оцениваются в 278 млрд долларов (15% ВВП), чего достаточно для покрытия дефицита текущего счета в течение нескольких лет. Даже при этом Индия способна на большее, значительно большее. Дорога к открытой, конкурентной, эффективной и ориентированной на человека экономике в ближайшие годы, конечно, будет не без ухабов. Но в короткой перспективе есть множество задач, решить которые будет гораздо легче. Если отделить эйфорию и отчаяние от того, что говорят об Индии (и от того, что мы, индийцы, сами говорим о себе), то, вероятно, истинное положение дел предстанет перед нами более ясно.

вания объемов импорта золота. Разбогатевшие сельские жители стали активнее вкладывать деньги в покупку этого металла – понятного им средства сбережения. К нему же обратились и обес­ печенные горожане, обеспокоенные растущей инфляцией. Достойно иронии, но покупай они акции Apple, а не какое-нибудь сырье (не важно, насколько равноценное, ликвидное и пригодное для инвестиций), эти их сделки квалифицировались бы как иностранные инвестиции, а не как импорт, ухудшающий внешний дефицит. Нынешнее замедление темпов роста экономики Индии, а также дефицит ее бюджета и текущего счета не носят структурного характера. Все эти проблемы можно решить за счет сравнительно небольших реформ. Это не значит, что амбициозные преобразования – это плохо или они не могут обеспечить устойчивый рост в следующем десятилетии. Но для решения текущих проблем Индии нет необходимости в одночасье превращаться в индустриального гиганта. Задачи, стоящие перед страной сегодня: размораживание инвестиционных проектов, сокращение неэффективных субсидий, поиск новых возможностей для снижения дефицита текущего счета и облегчение его финансирования. Именно этим весь последний год и занимались власти, и определенные результаты такой работы заметны уже сейчас. Так, благодаря наращиванию экспорта и сокращению импорта заметно уменьшился внешнеторговый дефицит. Несмотря на все свои недостатки, в 2013 году индийская экономика, вероятно, вырастет на 5–5,5% – не блестяще, но не так уж и плохо для момента, который, скорее всего, окажется низшей точкой на кривой экономического роста. Сезон дождей оказался удачным и подстегнет потребление – особенно в сельских регионах, и  без того показывающих хорошую динамику №4, 2013–2014

37


экономик а

Экономика тревоги и счастья Банкир Александр Базаров знает о кризисе больше других. Он выводит его за рамки финансового мира и вообще экономики, чтобы показать технологические, социальные и психологические первопричины многих происходящих в современном мире явлений. Но, разумеется, для члена правления, старшего вице-президента Сбербанка России, заместителя руководителя Sberbank CIB бизнес остается на первом месте.

работал я всего пять лет. И у меня возник вопрос: я когда-нибудь трудиться-то буду? А сейчас сама модель «учеба – работа» меняется на модель вечного студента. Только вы что-то выучили, как оно уже устарело. Естественно, это создает ощущение нестабильности. Для человека очень важны его ощущения. Но вся сегодняшняя система оценки построена не на них, а на материальности. Мы говорим, что развитые страны – это те, где высокий ВВП на душу населения. Но этот ВВП на душу населения не имеет отношения к ощущениям. Первый цветной телевизор я увидел в 1974 году, когда «Заря» (Ворошиловград) вышла в финал Кубка СССР по футболу. Как раз смот­ рел этот матч. Такая покупка была событием. Сейчас у людей моего поколения телевизоры стоят везде – от кухни до коридора. У кого-то четыре телевизора, у кого-то восемь, но стали они от этого счастливее? Нет, конечно. А динамика ВВП говорит, что дела идут лучше.

Трансформация мировой финансовой системы и выработка новой парадигмы – хо­ рошо знакомые вам темы. Не могли бы вы по­ рассуждать о том, в чем действительно состоит кризис и каков адекватный ответ на происходя­ щее для индустрии, в которой вы работаете? Кризис в том, что волатильность необычайно высока, скорости всех процессов увеличились, объем информации вырос – и никто пока не готов с этим жить и работать. Студенты технических вузов к моменту окончания сталкиваются с тем, что более трети их знаний уже устарели. Это означает, что люди будут вынуждены проводить все больше времени в постоянном обновлении. Гуманитариев это коснется в меньшей степени, технарей – в большей. Как-то посчитал, что к 33 годам я 10 лет учился в школе, пять лет в университете, три года в аспирантуре и три года за рубежом. Итого получилось 21 из 33. Если отбросить еще семь лет на босоногое детство, то 28 из 33. Получается, 38


Экономика тревоги и счастья

сейчас сама модель «учеба – работа» меняется на модель вечного студента. Только вы что-то выучили, как оно уже устарело. Естественно, это создает ощущение нестабильности. Для человека очень важны его ощущения. Но вся сегодняшняя система оценки построена не на них, а на материальности. Мы говорим, что развитые страны – это те, где высокий ВВП на душу населения. Но этот ВВП на душу населения не имеет отношения к ощущениям

Самое непосредственное. Это индустрия сервисная, она дает людям то, чего они хотят. А люди все больше либо ничего не хотят, либо хотят чего-то другого. Поэтому финансовая сфера проходит через серьезнейшую трансформацию. Процесс виден в рознице, где появились другие игроки и возможности. Возникли небанковские институты, позволяющие, к примеру, проводить платежи. На этот рынок претендуют мобильные операторы. Я за последние пять лет по личным делам в банке ни разу не был. Зачем? Все можно сделать удаленно. Это изменение системы? Конечно. Для меня неочевидно, как будет проходить трансформация, но очевидно, что ценность офисов и недвижимости резко снижается. Практически ничего из того, что я застал за 50 лет своей жизни, уже нет. Я первый мобильный телефон увидел в 27 лет. Сейчас молодым, кроме него, не нужно больше никаких вещей. Хотел своим детям подарить часы, они говорят: «Зачем? В телефоне есть». И фотоаппарат там есть, и видеокамера, и сотни полезных программ, заменяющих разные устройства. Даже этого достаточно, чтобы представить, сколько людей, занимающихся производством этих вещей, боятся потерять работу. Эти идеи восприняты и осознаны? Правда ли, что кто-то может понять происходящее так, как вы его описываете? Мой анализ базируется на моих ощущениях. В 30 лет я бы не поверил в то, что сам сейчас рассказываю. Имея то, что я имею сегодня, мне легко понять, что выражение «не в деньгах счастье» правильно. Кому-то это покажется

В Катаре перешли к измерению других показателей, их интересует уровень счастья. И я в эту тему по-настоящему верю. Уход от материальности к ощущениям – правильное направление. Они, конечно, связаны, но никак не идентичны. Последние лет 100 мы исходим из того, что чем больше чего-то физического, тем лучше. Сейчас это под большим сомнением. Если послушать людей, с которыми я общаюсь, то выяснится, что лишняя недвижимость – это головная боль. Иметь дом в Лондоне и не приезжать туда хотя бы три-пять раз в год – глупо. Иметь дом на море и не приезжать туда хотя бы на два летних месяца – тоже глупо. То есть степень свободы сокращается. Кто-то, допустим, хочет на Маврикий, но у него же есть дом во Франции. Счастья от этого не прибавляется. Это на самом верхнем уровне. На самом нижнем – другая история. Благодаря интернету, социальным сетям и технике появилась возможность жить в вымышленном мире. Философия такова: до тех пор пока у меня есть крыша и пища, можно жить виртуально. Тогда зачем работать и ставить перед собой долгосрочные карьерные цели? Тем более если то, что я выучил за пять лет, устареет на 40%. Может, и не надо учить? В Греции безработица среди молодежи – 60%. Ну и кто теперь может считаться большинством, а кто – меньшинством? Раньше говорили: «Ты не работаешь – значит, с тобой что-то не то». Теперь: «Ты работаешь – значит, с тобой что-то не то». Какое отношение это имеет к финансовой индустрии? №4, 2013–2014

39


экономик а

Что должна делать сервисная финансовая индустрия, чтобы адаптироваться ко всему этому? Идти за клиентом. Мы сейчас работаем над своей стратегией, и один из тезисов, который в нее, вероятно, попадет, звучит так: «Изменяясь сами, мы меняем наших клиентов». Ты не можешь звать людей куда-то, куда ты сам не идешь. Нельзя рассуждать о гармонии и счастье, если сам тотально несчастлив. Вы говорили о том, что это клиент вас меняет, а не вы его. Это диалектика, а в ней нельзя поставить вопрос «или – или». Всегда «и – и». Потому что нет медали, у которой только одна сторона. Конечно, мы идем за клиентом, но мы должны не просто идти, а возглавлять это движение. Я считаю, людям необходимо хотеть этого. В таком духе, если помните, выражался Стив Джобс. Этого еще нет, но я это сделаю. У него было видение, и он его формулировал. Я хочу, чтобы эта штука была тонкой, простой и не имела кнопок. И не нужно инструкций. А еще она должна быть симпатичной, чтобы ее хотелось трогать. Как вы это сделаете и что будет внутри, меня не интересует. Так родился инновационный продукт iPod, с которого все и началось. А в чем его уникальность? Он маленький, простой и приятный на ощупь – все. Мы как финансовая индустрия должны знать, чего хотят клиенты, и откликаться на их потребности. Если мы ставим перед собой задачу максимум, то мы должны вести за собой и формулировать эти потребности. Объяснять: правильно – вот так. Но мы имеем моральное право это делать, только если мы сами так поступаем, потому что когда курящий говорит тебе о вреде курения, ты не веришь ему ни на одну секунду. Где эта трансформация происходит быстрее и очевиднее: в корпоративном сегменте или в розничном? Мне кажется, что скорость изменений в рознице более очевидна, но у «корпоратов» тоже происходят изменения. Их суть в двух противоположных тенденциях. С одной стороны, унификация и упрощение стандартных продуктов. 10 лет назад эти продукты могли быть очень сложными, сегодня они очень простые. Например, бизнес, связанный с торговлей ценными бумагами, сейчас в трудной ситуации,

Почему бы не сделать запуск евробонда или провести IPO через iPad? Технические условия это позволяют... что мешает человеку собрать фан-клуб и через соцсеть объявить собственное IPO? И вам не нужны никакие банкиры. С одной стороны, сегодняшний тренд направлен на максимальную технологизацию. С другой – скорость и сложность окружающего мира возрастают, и происходит это на фоне безумной фрагментации знаний

банальным, кто-то скажет, что «у тебя все есть, тебе легко об этом говорить». И это тоже будет правдой. Но когда я во время перестройки работал преподавателем, то слышал от студентов, что хуже, чем тогда, быть уже не может, и пытался внушить им, что хуже может быть всегда. Вода в кранах течет? А могла бы перестать. Свет в квартире есть? Может не быть. Человеческая психика не способна воспринять все происходящие перемены. Традиционная модель «учеба – работа (с домом и  машиной) – пенсия (с безбедной старостью и путешествиями)», на которую, как на эталон, ориентировался средний класс, изменилась. Выучиться невозможно, найти себе стабильную работу на много лет тоже невозможно, потому что никто не понимает, какие индустрии возникнут через 7–10 лет. Безбедная старость тоже сомнительна. Другими словами, у вас очень короткий горизонт планирования, и он очень волатилен. Это то, как волатильность транслируется в вашу жизнь, а не на рынок. Тут не медь выросла или упала, тут ощущение незащищенности и необес­печенности. Чувство тревоги многократно возросло, а это создает душевный дискомфорт. Причем это не мои личные ощущения, это ощущения моих знакомых, с которыми я часто общаюсь. Они чуть ли не в депрессии. Человек волнуется только о том, что способен потерять; если терять вам нечего, кроме своих целей, то и волноваться не приходится. А им есть что терять, они видят эти тренды и признаются, что не понимают, не успевают, ненавидят то, чем занимаются. Так не занимайся этим, кто тебя заставляет? Ты входишь в 0,001% богатейших людей, которым все завидуют. Просто возьми и не занимайся этим. 40


Экономика тревоги и счастья

упрощение всего, что можно упростить, и усложнение, поиск глобальных связей, их анализ там, где нужно видеть большую картину. Как все это отражается на результатах инвес­тиционно-банковского бизнеса? Роста в мировой экономике нет. Мы видим, что растут США, но ничего фантастического не демонстрируют. Темпы роста в Китае высокие, однако идет очевидное замедление. Следует понимать, что снижение хотя бы на 1% в Китае ведет к безумному торможению в мировой экономике. В Европе только-только наметился слабый рост, и тот неустойчивый. В России фактически стагнировало производство, и если бы не нефть, ситуация была бы очень сложной. Естественно, что финансовые рынки чувствуют себя неважно. При этом капитализация ведущих американских банков выросла, поскольку сложилась уверенность, что финансовые институты выживут. Если не выживут, то обсуждать будущее бессмысленно, это будет какое-то другое будущее. Для IB – это не лучший год. Особенно в России. Наша страна не является сейчас flavor of the month для инвесторов. Мультипликаторы чуть ли не самые низкие за последние 20 лет. Тем не менее Sberbank CIB неплохо движется по году. Мы остаемся оптимистами и прогнозируем результат, который будет превосходить прошлогодний. При этом мы продолжаем формировать команду. Сейчас наша задача – завершить интеграцию приобретенной больше года назад «Тройки» и на этой базе создать полноценный корпоративно-инвестиционный банк. Очень сложная и амбициозная задача: у двух компаний разные культуры и системы управления. Как известно из мировой практики, неудач в интеграции было гораздо больше, чем успехов. Но мы понимали все риски еще на этапе обсуждения. И лучше взять на себя риск и сделать все возможное для позитивного результата, чем не делать ничего. Если ты не рискуешь, ты проиграешь абсолютно точно, если рискуешь – есть шанс победить. Я сейчас говорю в общем и целом, хотя каждую мою фразу можно подкрепить цифрами. Мы сразу относились к Sberbank CIB как к ключевому направлению деятельности Сбербанка как международной финансовой группы, потому что растут наши клиенты, а вместе с ними развиваемся и мы. Если наши клиенты сегодня –

маржи там больше нет. Зачем платить отдельному брокеру, если вы можете торговать напрямую через планшет? Допускаю, что достаточно быст­ ро в такой же ситуации может оказаться бизнес по размещению ценных бумаг. Почему бы не сделать запуск евробонда или провести IPO через iPad? Технические условия это позволяют. Безусловно, тут есть регуляторные ограничения, но что мешает человеку собрать фан-клуб и через социальную сеть объявить собственное IPO? И вам не нужны никакие банкиры. С одной стороны, сегодняшний тренд направлен на максимальную технологизацию. С другой – скорость и сложность окружающего мира возрастают, и происходит это на фоне безумной фрагментации знаний. Множество людей глубоко и подробно знают что-то в своей области и не знают ничего за ее пределами. Все так быстро меняется, что уследить хотя бы за своей сферой довольно трудно. И еще доступ к информации. Сейчас он на порядок проще, чем раньше. На вопрос моим детям, в каком году произошло то или иное событие, я получаю ответ, что помнить такое незачем, можно посмотреть в интернете. И это правда. Все можно найти, но в голове ничего нет, поскольку вы этим активно не пользуетесь. В такой ситуации бесконечно возрастает ценность интеграторов – людей, которые могут взять знания из разных областей, синтезировать их и выдать готовый продукт, превратить сырые данные в информацию. А  информация – это то, на основе чего можно принимать решения. Тренд состоит в усилении всего, что связано с фундаментальными исследованиями. На этот продукт мы видим серьезный спрос. То есть собственнику даже маленького бизнеса все равно нужен не только его регион. Ему важно понимать, что мир взаимосвязан, что он его часть. Что мировой ВВП составляет плюс-минус 65 трлн долларов, что на долю США в этом объеме приходится 14–15 трлн, Китая – 8, а России – 2. Или, например, что в мире производится 1,5 млрд тонн металла, из которых 700 млн дает Китай, а 71 – Россия. И если я хочу построить завод на 2 млн тонн, мне надо знать, откуда придет спрос. И тут уже нельзя ограничиваться только своим городом, областью или краем. Сегодня ты – часть глобального мира. Подытоживая, можно сказать, что в корпоративном бизнесе существуют две тенденции: №4, 2013–2014

41


экономик а

не делать и фонд, инвестирующий в нефть, газ или телекомы. При этом, повторюсь, Россия сейчас не flavor of the month и торгуется с существенным дисконтом. Что касается прямых инвестиций, то ответ на вопрос, почему сюда идут деньги, тот же самый: большой рынок, значимая страна. Пусть многое из того, что сейчас делается на рынке ценных бумаг, скорее отпугивает, а не привлекает инвесторов. Начиная с «дел Браудера» и «Магницкого» и до истории с «Фармстандартом». На уровне ощущений Россия сейчас не очень привлекательна для прямых инвестиций по нескольким причинам. Увеличиваются риски политической нестабильности. Поясню: когда вы долго держите валютный курс стабильным, нарастают риски его нестабильности. Здесь то же самое, просто потому, что ситуация находится под контролем очень давно. Это многих настораживает. Еще важнее изменение экономического тренда. Если бы российская экономика росла на 8% в год, то инвесторы простили бы ей все. В Китае им абсолютно неважно, коммунистическая партия у власти или какая-то другая. Хорошие темпы могли бы сделать неважной политическую ситуацию, а раз их нет, приходится анализировать перспективы экономики, которые не очень хороши. А если посмотреть на отдельные сектора? Гигантский потенциал у инфраструктурного сектора. Мы его сейчас внимательно изучаем. В российскую инфраструктуру нужно вложить около триллиона долларов. Половину – в транспортную, половину – в другие сферы. Ключевые проблемы в том, что Россия находится в достаточно сложных климатических зонах, и часть регионов, где инфраструктура нужна, так мало заселены, что экономическая целесообразность подобных проектов очень сомнительна. Дальше получается замкнутый круг: зачем строить инфраструктуру там, где ничего нет. Но как там что-нибудь появится, если ничего не построить? Кто-то должен взять на себя риск и сказать: «Хорошо, мы сделаем эти инвестиции, пусть они окажутся убыточными на первом этапе (а может, и навсегда), но мы попытаемся переломить ситуацию». Момент сейчас позитивный, есть хорошие инициативы президента, и мы с удовольствием в них поучаствуем как финансирующий банк и  как

сложные международные многоуровневые компании, то и нам необходимо быть такими же. Пока мы прошли первый этап в создании CIB, 15–20% пути. За какой срок собираетесь пройти остальные 80%? Стратегию мы сейчас утверждаем на пять лет. На формирование устойчивого, боеспособного корпоративно-инвестиционного бизнеса, с моей точки зрения, потребуется минимум три года. Сегодня мы новички на рынке, и хотя шороху навели много, конкуренты и потенциальные клиенты пока еще удивляются тому, что мы можем сделать. Такая реакция нормальна, ни у кого не должно быть иллюзий, мы находимся в  положении догоняющего. Исторически Сбербанк был сберегательным и занимался только розницей, потом появились «корпораты». А  сейчас мы переходим на следующий уровень и говорим, что в рамках «корпоратов» есть один максимально требовательный и продвинутый сегмент. Это тот сегмент, не работая с которым, невозможно быть лидером. А нашу цель никто не менял, она у нас одна: быть лидером во всем, чем мы занимаемся. Как в любом начинающем коллективе, у нас бывают блистательные успехи, а бывает и так, что не все идет по плану. Задача же – совершать любые сделки стабильно, предсказуемо, в соответствии с ожиданиями клиента и нашими обещаниями. Мы говорили о глобальных проблемах, переключимся на Россию. Каковы конкурентные преимущества страны как пункта назначения прямых и портфельных инвестиций? Россия – значимый игрок на мировом рынке капитала, хотя ее роль как экономики гораздо больше. Если мы даем примерно 3% от мирового ВВП, то на рынке капитала у нас меньше 1%. Однако нужно понимать, что и на Западе есть две принципиально разные модели. В американской соотношение – 80:20. То есть 80%  – рынок капитала, 20% – коммерческое кредитование. В Европе все ровно наоборот. Мы здесь ближе к европейской модели. Но деньги, которые заходят на портфельный рынок, появляются здесь просто потому, что глобальные игроки не могут игнорировать такой рынок. Фонд, инвестирующий в развивающиеся рынки, не может сюда не идти, как не может этого 42


экономик а

Исторически Сбербанк был сберегательным и занимался только розницей, потом появились «корпораты». А сейчас мы переходим на следующий уровень и говорим, что в рамках «корпоратов» есть один максимально требовательный и продвинутый сегмент. Это тот сегмент, не работая с которым, невозможно быть лидером. А нашу цель никто не менял, она у нас одна: быть лидером во всем, чем мы занимаемся

зрения наш «Форум Россия 2013» удался. Он получился очень насыщенным интеллектуально, дискуссии проходили на хорошем уровне, и клиенты демонстрировали большой интерес. Решение провести его не в феврале, а в апреле в итоге тоже оказалось правильным. От форумов никто не ждет, что там вдруг будут заключены внезапные и прорывные сделки. Любая сделка – это заготовка. По закону Паркинсона работа занимает все отведенное на нее время, поэтому форум – хороший повод завершить все переговоры к понятному дедлайну. Это полезная миссия, и тут мы были тоже успешны. Планка задана. В следующем году, как всегда, нужно будет превзойти себя, мы уже думаем над этим. Мы видим большой интерес к «Форуму Россия» со стороны участников из совершенно разных стран. Среди них крупные инвесторы, «корпораты», видные экономисты, ученые, политики. Задача нашего мероприятия как раз заключается в том, чтобы собрать все эти аудитории на одной площадке, провести открытый диалог и обсудить инвестиционные возможности, которые сегодня перед миром открывает Россия. Мы видим, как в настоящее время постепенно меняется наша экономика, сколько новых проектов реализуется, причем в несырьевой сфере: в  телекоммуникациях, агросекторе, химической, машиностроительной промышленности, во многих других отраслях. И приятно осознавать, что в этом есть и наша заслуга: не только как крупнейшего банка страны, но и как организатора продуктивного диалога между всеми сторонами, который впоследствии приносит ощутимый результат и еще один повод для гордости.

эксперты. Понятно, что России нужно создавать транспортные коридоры. Понятно, что у нас уникальное географическое положение между Европой и Китаем. Этот потенциал можно и нужно использовать, но чисто экономически вначале придется идти на определенные риски. Государству предстоит на них согласиться, но мы готовы эти риски делить. Думаю, Сбербанк сможет найти под такие перспективные проекты хороший уровень инвес­ торского интереса. Сбербанк – организатор «Форума Россия». С одной стороны, это достаточно важная дискуссионная площадка для экономистов, инвесторов и бизнесменов. С другой – даже в Мос­ кве она одна из многих. Верите ли вы, что форумы вообще и ваш форум в частности создают какую-то «добавленную стоимость»? Чего вы от него ждете в дальнейшем? Я большой любитель и сторонник форумов. ВЭФ в Давосе, ПМЭФ, наш форум или любой другой – это всегда хорошая возможность сверить часы, ощущения, понять направление движения. Ты видишь, насколько отстаешь, идешь вровень или опережаешь остальных. И, конечно, это шанс получить опыт из первых рук. В интернете ты можешь посмотреть, как выступает, скажем, Ангела Меркель, но совершенно другое – слушать спикера из зала, чувствовать энергетику. Вообще форумы позволяют учиться у самых умных, образованных и профессиональных людей. С этой точки 44


экономик а

Эмуляция будущего Чарльз Робертсон Наращивая долги и бюджетные расходы, Россия приблизится скорее к статусу новой Греции, чем новой Австралии или Канады. Изменить ситуацию можно только за счет настоящих реформ.

46


Эмуляция будущего

2008 года. В результате этого процесса уровень корпоративного управления должен был со временем повыситься. Сегодня же мы узнаем, что банки останутся в собственности государства, а сырьевые компании не будут проданы раньше 2016 года. Доминирование государства продолжится еще долгие годы, особенно в нефтегазовом секторе. При этом в списке Global 2000 за 2011 год от Forbes нет ни одного канадского или австралийского госпредприятия. Равно как и ни в одной из этих стран государство не доминировало в банковской или сырьевой отрасли с конца 1970-х, когда началась приватизация. Поэтому мне трудно поверить, что Россия сможет повторить успех Канады или Австралии. Говоря о нефтедобывающем секторе, стоит отметить, что здесь участие российского государства находится на уровне Норвегии и Саудовской Аравии, если верить тому же Global 2000. Однако их модель также будет сложно эмулировать, поскольку на фоне этих стран в России скудный объем добычи энергоресурсов из расчета на душу населения.

«Мы хотим быть эффективной сырь­ евой экономикой, как Канада и Австралия», – заявил однажды топ-менеджер одного из государственных предприятий, описывая стратегию, которой собираются следовать российские власти. Такая цель достойна восхищения. И она вполне соответствует рекомендациям бывшего главного экономиста Всемирного банка Джас­ тина Лина. В «Стремлении к процветанию» (The Quest for Prosperity) он писал, что развивающимся экономикам следует эмулировать модели стран, находящихся на одну-две ступени выше. Россия и вправду отстает от Австралии и Канады примерно на 45–50 лет. В 2010 году российский показатель ВВП на душу населения составил 15 068 долларов, по данным Центра международных сопоставлений Пенсильванского университета Penn World Table. Для сравнения: аналогичные показатели Канады и Австралии находились на отметках соответственно 15 429 и 15 512 долларов в 1965 году. За следующие 12–15 лет ВВП на душу населения обеих стран вырос приблизительно на 50%, достигнув 21 500 долларов. Может показаться, что Австралия и Канада – хорошие примеры для России, но все же у меня есть сомнения, что их модели лягут в основу российской экономики. В основном эти сомнения связаны с новым методом приватизации в России. В течение прошлого года мы не раз слышали о грядущей передаче банков и инфраструктурных компаний в частную собственность, а также о том, что к 2016 году будут проданы крупные доли в сырьевых компаниях. Инвесторам сообщили, что Россия готова с новыми силами приступить к очередному этапу приватизации, на которую намекал Владимир Путин в начале

Депозиты вместо госрегулирования

А как же насчет КНР, спросите вы, ведь это, наверное, самая успешная страна среди экономик с высокой долей госпредприятий? Некоторые, заблуждаясь, думают, что Китай (а возможно, и Россия) олицетворяет собой капиталистическую модель авторитарного государства, переняв которую, можно расти стабильно и быстро. Я не считаю, что экономический успех Китаю обеспечили блистательные предпринимательские навыки руководства госпредприятий. Основной фактор его успеха – это, как мне кажется, массивный пул изолированных сбережений. В 2012 году размер банковских вкладов в стране составлял 177% ВВП, в то время как общий кредитный портфель был эквивалентен 134%. Благодаря 43-процентному перевесу в пользу депозитов (что в денежном выраже-

Чарльз Робертсон – главный экономист ИК «Ренессанс Капитал». №4, 2013–2014

47


экономик а

подоходный налог составляет всего лишь 13%, трудно стимулировать рост сбережений за счет «безналоговых» продуктов. Эту проблему можно сгладить, подняв подоходный налог хотя бы до 20%, но пока никаких намеков на это не видно.

нии составляет 3,5 трлн долларов) процентные ставки большую часть времени держатся на крайне низком уровне, предоставляя дешевый капитал для долгосрочных инвестиций. Подобная модель действует в Японии, Германии, Швейцарии и Чехии, и за счет нее компании получают средства, необходимые для инвестирования. В России пул сбережений скромнее: 46% ВВП, что не вполне соответствует объему кредитов (53%). По правде говоря, российский капитал часто уходит из страны, и это удерживает процентные ставки внутри нее на высоком уровне. Зато это идет во благо лондонскому рынку недвижимости, футбольному клубу «Челси» и, до недавних пор, кипрским банкам. Недобор в 7% ВВП (142 млрд долларов) означает, что российские банки и компании кредитуются за рубежом, а также что процентные ставки в России куда выше, чем в КНР. Может ли Россия что-нибудь сделать, чтобы увеличить объем сбережений? Очевидный вариант – вынудить своих граждан формировать негосударственные пенсии. В Австралии, Канаде, Норвегии, ЮАР и Чили пенсионные фонды, купив акции, обеспечили дешевизну акционерного финансирования, а приобретая гособлигации – снизили стоимость заимствований на внутреннем рынке. В Китае нет пенсионных накоплений, но при столь сильном депозитном перевесе они ему и не нужны. Проб­лема России в том, что у нее нет ни того, ни другого. В отличие от прочих производителей сырья, например Казахстана или Нигерии, она в решении этого вопроса не продвигается. Хорошая новость: власти задумались об изменении пенсионной политики. Плохая – что они просто стремятся спасти государственную пенсионную систему от краха в  2030-м. Так что это лишь способно сократить нагрузку на федеральный бюджет, который сейчас вынужден спасать систему, построенную на выплате пенсий из текущих поступлений и испытывающую дефицит. Министерство финансов надеется, что объем сбережений увеличится за счет налоговых льгот и налоговой амнистии. Кипрское фиаско ведомство восприняло как возможность переманить российский капитал обратно домой. Проблема здесь, как мне кажется, в том, что в России, где

По стопам Греции

Итак, перед нами страна с низким уровнем сбережений, приверженная курсу на сохранение относительно высокой доли госучастия в экономике, политическое руководство которой (как и любое другое) стремится удержать власть. Чтобы решить проблему сбережений хотя бы на десять лет, нужно, как показал опыт многих стран европейской периферии, нарастить долги. Власти могут либо пойти на увеличение расходов самостоятельно, либо стимулировать привлечение заемного капитала в частном секторе. В России, судя по всему, будут использованы оба варианта. В период экономического бума Россия придерживалась жесткой экономии, пополняя как бюджетные, так и валютные резервы. Алексей Кудрин, занимавший в то время пост главы Минфина, выступал против финансирования инфраструктурных проектов, за которое ратовали ряд министров. С тех пор вектор движения поменялся. Владимир Путин недавно заявил, что на инфраструктуру будет потрачено еще 450 млрд рублей (14 млрд долларов), причем взяты эти деньги будут из Фонда национального благосостояния (общий объем – 86 млрд долларов), а всего на инфраструктурные расходы может уйти половина фонда. Президент поручил правительству найти подходящие проекты, однако приоритетными назвал высокоскоростную железную дорогу Москва – Казань, увеличение провозной способности на Транссибирской магистрали вчетверо и ЦКАД. Боюсь, что это лишь начало нового курса. Правительство истощит свои накопления, и  тогда у него возникнет соблазн нарастить долг. Если политический лидер хочет, чтобы у его партии все получилось в 2016-м, и сам рассчитывает переизбраться в 2018-м, то было бы мудро заручиться максимальной поддержкой избирателей, увеличив расходы в 2015-м и  2017-м годах соответственно. Мы уже видели такую стратегию в преддверии последних 48


экономик а

Некоторые, заблуждаясь, думают, что Китай (а возможно, и Россия) олицетворяет собой капиталистическую модель авторитарного государства... Я не считаю, что успех Китаю обеспечили блистательные предпринимательские навыки руководства госпредприятий. Основной фактор его успеха – это, как мне кажется, массивный пул изолированных сбережений

дет из еврозоны, а номинальный российский ВВП, как следствие, сократится вдвое, то государственная задолженность в размере 1,1 трлн долларов станет равна 72% ВВП. В этом случае дефицит бюджета резко увеличится, а проблема рефинансирования обострится. Главное, что мешает воплотить сценарий серьезного повышения государственных расходов, – это очевидное нежелание Путина полагаться на зарубежное финансирование. Впрочем, если внутренние накопления не покажут взрывного роста, увеличение госдолга потребует от России внешних заимствований, а при кошмарном сценарии может понадобиться и помощь от МВФ. Поэтому мы склонны предполагать, что задолженность госсектора вырастет умеренно, а задолженность частного увеличится гораздо заметнее. Полтриллиона здесь, полтриллиона-триллион там (к частному и государственному долгу соответственно) – и «вот у вас уже настоящие деньги». Долг на душу населения вырастет на 7,1 тыс. долларов, причем многое из этой суммы безвозвратно уйдет на импортные автомобили, бытовую технику и кенийские розы для жен и подруг. Экономика особо не вырастет, но избиратели, скорее всего, станут довольнее (счастливее по сравнению с тем, если бы у них не было этих материальных бонусов). Стимулирование долгового бума кажется простейшим способом удержать власть, но для достижения заявленных Россией целей это отнюдь не кратчайший путь. Однако у руководства страны есть альтернатива: решительно взяться за настоящие реформы – к счастью, не похоже, что власть бросила их продвигать. Это говорит о том, что у страны все же есть шансы стать когда-нибудь не новой Грецией, а новой Канадой или Австралией.

парламентских и президентских выборов (2011 и 2012 годы). Она подразумевает увеличение расходов на зарплаты в госсекторе и пенсии. Такой шаг можно повторить (если только в России не произойдет очередной экономический бум) либо за счет существенного повышения налогов, что нездорово для переизбрания, либо за счет наращивания долга. В 2018 году уровень российского госдолга поднимется, как ожидает МВФ, до 13% ВВП по сравнению с 11% в 2012-м. С учетом прогнозов по ВВП и курсу рубля к доллару задолженность может увеличиться почти вдвое: с 220 до 416 млрд долларов. Если амбиции властей приобретут понастоящему большой масштаб и к 2018 году долг увеличится еще на 1 трлн долларов, то это может вызвать повышение уровня задолженности до 36% ВВП (если другие прогнозы МВФ верны). Выделив за предстоящие 5 лет еще 1  трлн долларов на расходы, президент в  борьбе за переизбрание смог бы указать на новые железные и автомобильные дороги, аэропорты, национальную широкополосную сеть, современные электрические сети, развитие зеленой энергетики и портов. Он смог бы сказать, что инвестиции приведут к ускорению роста, если таковой будет. И долг при этом все равно окажется вдвое меньше, чем у Бразилии, Индии, стран еврозоны, США или Британии, а то и еще ниже. Я не выступаю в поддержку такого плана действий и не говорю, что он нужен. Россия, как много раз объяснял Кудрин, зависит от мировых цен на нефть и газ, и когда они падают, низкое соотношение долга к ВВП, казавшееся комфортным, может быстро превратиться в нечто куда более тревожное. Если в китайской экономике произойдет обвал или кто-то вый­ 50


ЭКОНОМИК А

Развивающаяся в темноте Владимир Волков Шестьдесят процентов населения Африки живут в потемках: у этих людей нет доступа к электричеству. А перебои с поставкой электроэнергии к остальным сорока процентам происходят почти еженедельно. При этом, по данным Всемирного банка, стоимость киловатт-часа для Африканского континента почти вдвое выше, чем для государств развитого мира. Зола Тсотси, председатель совета директоров компании Eskom Holdings, обеспечивающей электроэнергией почти половину Африки, рассказал в интервью BRICS Business Magazine, как его компания борется с этой проблемой.

52


Развивающаяся в темноте

Последние десять лет Африка демон­ стрирует высокие темпы роста экономики, а соответственно, и потребления электро­ энергии. Как сегодня выглядит соотноше­ ние спроса и предложения на этом рынке? Очевидно, сейчас спрос существенно превосходит предложение. Причина проста: в Африке нет достаточного количества доступных ресурсов для выработки необходимых объемов элект­ ричества. Во многих государствах континента все сводится к дефициту инвестиций в генерацию и необходимую инфраструктуру. Но есть и проблема недостаточной платежеспособности потребителей, которая не может оправдать подобные инвестиции. В таких условиях государству приходится брать ответственность за обеспечение электроэнергией на себя. Хотя, очевидно, проблема есть и с этим, поскольку правительства многих африканских стран очень ограничены в своих инвестиционных возможностях. Их налоговые поступления слишком малы, чтобы создавать инфраструктуру, необходимую для снабжения населения электричеством. Как обстоят дела в городах? Последние десять лет немногие африканские города уделяли должное внимание поддержанию технического состояния и обновлению энергетической инфраструктуры. Поэтому обеспечивать электроснабжение там становится все труднее. К тому же, разумеется, существуют проблемы, связанные с переселением в города трудовых мигрантов из деревень. А муниципальные власти не тратили времени на создание и улучшение инфраструктуры, чтобы гарантировать достаточное качество и устойчивость электроснабжения. Понятно, что различные страны в Африке подходят к этим вопросам по-разному, так как потребности в электричестве у них различаются, находясь в зависимости от размеров экономики, качества инфраструктуры, инвестиционных возможностей и т.д. Хорошо, а что происходит в ЮАР? В ЮАР за это время спрос на электроэнергию вырос очень сильно. Но правительство, к сожалению, несколько опоздало с принятием решений о модернизации объектов и инфраструктуры энергетики, необходимых для того, чтобы гарантировать удовлетворение будущего №4, 2013–2014

потребления. Поэтому спрос начал обгонять предложение. Когда это случилось? Сокращение наших резервных возможностей произошло не в одночасье и не было одномоментным событием. Это постепенный процесс, пик которого пришелся на 2007–2008 годы. Тогда правительство решило, что Eskom должен продолжить создание дополнительной энергетической инфраструктуры. Сейчас в разгаре строительство двух крупных угольных электростанций мощностью 4,8 тыс. МВт каждая. Они расположены на севере и востоке ЮАР. До тех пор, пока эти две станции не будут введены в эксплуатацию, энергетическая система страны продолжит работать практически на пределе своих возможностей, что потребует жесткого соблюдения баланса спроса и предложения. В связи с этим самое пристальное внимание уделяется управлению спросом. Помимо управления спросом Eskom реа­ лизует масштабную кампанию по энергосбе­ режению. Какие мероприятия в ее рамках вы осуществляете? Eskom отвечает за то, чтобы свет горел постоянно. Мне приятно отметить, что мы справились с этой задачей: с апреля 2008 года у нас не было ни одного принудительного отключения в часы пик. Наши усилия, направленные на оптимизацию спроса, призваны стимулировать потребителей использовать энергию бо53


ЭКОНОМИК А

2012–2013-й равна 3587 МВт. Это значит, что управление спросом помогло «высвободить» около шести генераторов по 600 МВт каждый, что эквивалентно стандартной электростанции. Инициативы Eskom в области управления спросом преследуют цель получения быстрой экономии уже в самое ближайшее время. В дополнение к ним мы реализуем маркетинговые кампании, призванные изменить отношение людей к энергосбережению сейчас и в будущем. В 2012–2013 годах Eskom потратил 300  млн долларов на продвижение комплексных решений в области спроса. Eskom – государственная компания. Вы сами принимаете решение, куда инвестиро­ вать свои средства? Да, но мы возмещаем их за счет тарифа, который устанавливает регулятор. Это называется процессом определения многолетней ценовой политики (MYPD). Я думаю, можно сказать, что мы инвестируем от имени всей страны. Выгоды от таких инвестиций надо оценивать исходя из того, чего будет стоить недопоставленная энергия экономике ЮАР. Могут ли частные инвесторы принять учас­ тие в энергетических проектах Eskom? Еще до того как мы стали наращивать мощности, все наши активы в генерации были амортизированы и оплачены. То есть издержки при производстве энергии стали очень низкими. Таким образом, прибыль, которую вы получаете на генерации благодаря возможности поддерживать тарифы на доступном уровне, не отражала реальных издержек. Поэтому инвестор не мог держать деньги в объектах Eskom: они давали бы ему доходность где-то в  пределах 4–6%, так как тарифы не отражали затрат. Теперь Eskom строит новые электростанции. И чтобы вернуть вложенные в них средства, мы можем поднять тариф. Это значит, что прибыль на эти инвестиции будет разумной. Поэтому инвесторы только сейчас начинают интересоваться, как и на каких условиях они могут войти в эти проекты. Что сделало правительство? Оно открыло рынок возобновляемой энергии и начало устанавливать тарифы, которые отражали бы реальные затраты. Так что инвесторы сейчас видят новые возможности для вложений в этот сектор с доходностью, какой не было раньше.

Проект «Инга» потенциально способен удовлетворить нужды в электроэнергии практически всего континента за пределами африканского юга. Первая очередь этого проекта способна обеспечить выработку около 40 тыс. МВт, что соответствует объему генерации примерно 20 АЭС. Отсутствие политической воли – вот главная проблема, стоящая на пути реализации этого проекта

лее эффективно, позволяя тем самым в крат­ ко- и среднесрочной перспективе сократить разрыв между спросом и  предложением. Эти инициативы, которые еще называют комплексными решениями в области спроса, содействуют укреплению национальной энергетической безопасности и минимизации негативных последствий для экономики страны, связанных с дефицитом энергии. В 2012–2013 годах Eskom удалось довести экономию в часы пиковых нагрузок до 595 МВт, а совокупная приведенная экономия за год составила 2244 ГВт/ч. Подтвержденная накопленная экономия за финансовые годы с 2004–2005-го по 54


ЭКОНОМИК А

Кроме того, интересна отрасль возобновляемой энергетики. Пока в масштабах отрасли совокупная доля ее остается весьма незначительной. Например, вся ветряная генерация сегодня дает около 1,4 тыс. МВт при общей установленной мощности генерации в ЮАР в  44 тыс. МВт. Однако это небольшая, но реальная возможность частного сектора прийти на энергетический рынок. Eskom – крупнейший производитель и экс­ портер электричества на юге Африки. При этом вы покупаете определенные объемы энергии у соседей, таких как Замбия и Мозам­ бик. Зачем? Как устроен энергетический ры­ нок региона? В регионе действует хорошо взаимосвязанная система в границах Сообщества развития юга Африки (САДК), которая обеспечивает возможность перекрестных поставок энергии между странами-участницами. В рамках САДК мы сформировали Энергетический пул юга Африки (САПП) – единую энергетическую сеть южноафриканского региона. Любая из стран – участниц САДК и САПП имеет возможность направлять избыток энергии в централизованный пул мощности. При этом каждая из стран может получать энергию из этого пула. Таким образом, через сеть САПП мы способны экспортировать электричество в  большинство стран юга Африки. Органы управления САПП расположены в Зимбабве. Здесь же организованы торги энергией на ежедневной основе. Цены на электричество определяются общими соглашениями всех стран. Итак, есть энергетический пул, который объединяет национальные энергосистемы и  обес­ печивает поставки электричества в различные части региона. Кроме того, не забывайте, что нам самим нужна почти вся энергия, которую мы производим у себя. Зачем ЮАР участвовать в этом механизме? Не лучше ли сконцентрироваться на удовлет­ ворении внутреннего спроса? Существуют политические причины, по которым ЮАР важно уберечь соседние экономики от краха. Это политическое решение – поддерживать соседей, обеспечивая надежные и стабильные поставки.

Доступ к электричеству в Африке Население, живущее без Уровень элек- электричества, трификации, % млн человек

Ангола Бенин Ботсвана Буркина-Фасо Габон Гана Демократическая Республика Конго Другие страны Африки Замбия Зимбабве Камерун Кения Конго Кот-д’Ивуар Лесото Маврикий Мадагаскар Малави Мозамбик Намибия Нигерия Сенегал Судан Танзания Того Уганда Эритрея Эфиопия ЮАР Африка южнее Сахары Алжир Египет Ливия Марокко Тунис Северная Африка Африка

26,2 13,7 24,8 6,7 45,4 1,1 14,6 12,6 36,7 0,9 60,5 9,4 11,1 58,7 17,0 89,1 18,8 10,5 41,5 7,3 48,7 10,0 16,1 33,4 37,1 2,3 47,3 11,1 16,0 1,7 99,4 0,0 19,0 15,9 9,0 12,7 11,7 20,2 34,0 1,4 50,6 76,4 42,0 7,3 35,9 27,1 13,9 37,7 20,0 5,3 9,0 28,1 32,0 3,4 17,0 68,7 75,0 12,3 30,5 585,2 99,3 0,2 99,6 0,3 99,8 0,0 97,0 1,0 99,5 0,1 99,0 1,6 41,8 586,8

Источник: Международное энергетическое агентство, World Energy Outlook 2011. Список стран приведен в алфавитном порядке.

56


ЭКОНОМИК А

пределами африканского юга. Первая очередь этого проекта способна обеспечить выработку около 40 тыс. МВт, что соответствует объему генерации 20 АЭС. Но отсутствие воли – вот в дейст­вительности проблема, стоящая на пути реализации этого проекта. Вы имеете в виду политическую волю? Именно. Дело в политической воле, а также в  сопряженных с этим проектом рисках частных и институциональных инвесторов. Это большой вызов. Но, думаю, правительства стран САДК уже начинают понимать, как можно решить эту проблему, и стараются продвинуть проект, снижая риски за счет укрепления политической стабильности – условия, необходимого, чтобы сдвинуть эти проекты с мертвой точки. Это одно из решений всеобъемлющей проб­ лемы Африки. Но, разумеется, для этого требуется наличие всей вспомогательной инфраструктуры, которая позволит доставлять энергию в  самые разные части континента. Базовая инфраструктура, уже существующая в Африке сегодня, нуждается в основательной модернизации. Вполне приличная энергетическая инфраструктура есть между центральной и восточной частями Африки. Однако ее предстоит основательно укрепить в направлении на север континента. То есть вплоть до Каира (Египет). Если такая инфраструктура будет создана, появится возможность поставлять энергию через Восточную Африку в западные регионы. Это будет главным направлением. Однако ключевой вопрос, возникающий, когда речь идет о создании трансграничной инфраструктуры, звучит так: кто должен в нее инвестировать? Решить эти проблемы будет нелегко. Потенциал для этого существует. Но странам нужно проявить волю, чтобы инвестировать свои средства ради своего же блага в будущем, поскольку многие из них очень бедны. Например, такие страны, как Центрально-Африканская Республика. Инвестировать в развитие электроэнергетической инфраструктуры самостоятельно таким государствам весьма и весьма непросто. Им сложно даже прокормить собственное население. Так что в этом смысле Африке сегодня приходится иметь дело с весьма серьезным вызовом.

Энергетический гигант

Eskom Holdings Limited (Eskom) – крупнейший вертикально интегрированный государственный энергетический холдинг в Южной Африке со штаб-квартирой в Йохан­несбурге. На его долю приходится около 95% в совокупном объеме генерации, транспортировки и распределении электроэнергии в ЮАР и 45% – во всей Африке. На конец 2012 финансового года (завершился 31 марта 2013 года) совокупная установленная мощность генерации Eskom, основу которой составляют 13 угольных электростанций и одна АЭС, оценивалась в 41,9 ГВт; общая протяженность сетей под управлением – 373 280 км; клиентская база – около 5 млн розничных и промышленных потребителей. Выручка Eskom в 2012 финансовом году составила 129 млрд рэндов (13,1 млрд долларов), чистая прибыль – 5,2 млрд рэндов (529,2 млн долларов). Существуют ли в других частях континен­ та подобные механизмы? Насколько они эф­ фективны? Сейчас самый эффективный механизм подобного рода действует на юге Африки – в самой развитой части Африканского континента. Подобные соглашения действуют и в других регионах: КОМЕСА, Энергетический пул Западной Африки и другие. Но из-за инфраструктурных ограничений они не так развиты, как САДК и САПП. Есть ли у Eskom мотивация – и возможно­ сти – для экспансии на север Африки? Мы бы хотели, чтобы юг Африки поставлял как можно больше электроэнергии. Проб­ лема в том, что у нас пока нет достаточно мощного источника генерации, способного обеспечить устойчивость подобного экспорта. Одним из членов САДК является Демократическая Республика Конго, располагающая возможностями для масштабного развития гидроэнергетики. Проект «Инга» потенциально способен удовлетворить нужды в  электро­ энергии всего континента за 58


финансы

Альтернативная Бразилия Евгения Случак Бразильские хайнеты инвестируют в хедж-фонды вдвое больше, чем в среднем по миру. Почти четверть портфеля крупного бразильского инвестора составляют фонды альтернативных инвестиций. Причина – прозрачность индустрии и сильное регулирование со стороны государства.

На сегодняшний день в Бразилии действуют 76 хедж-фондов и 7 фондов хедж-фондов. Под их управлением находится примерно 126 млрд долларов. За семь лет (2004–2011) хедж-фонды выросли на 1003% в бразильских реалах (примерно 1020% в долларах США). Для сравнения: фонды фиксированной доходности за этот же период выросли на 22,26%, фонды, инвестирующие в акции, – на 177%. Хедж-фонды – самая быстрорастущая индустрия на фондовом рынке Бразилии. Тому есть две основные причины: снижение процентных ставок и появление большого количества независимых управляющих компаний (не связанных с какими-либо бразильскими или иностранными банками). Ставка по однодневным депозитам (SELIC – Special Clearance and Escrow System), которая в  1999 году была выше 40%, в 2007-м опустилась до 12%. В августе 2013 года она составляла всего 8,5%. Несмотря на то что процентные ставки в Бразилии все еще одни из самых высоких в мире, такой значительный и стабильный спад сильно повлиял на состояние экономики страны. Одним из его последствий стало сокращение прибыли фондов фиксированной доходности, которые инвестировали большую часть своих активов в облигации валютного государственного внутреннего займа. Бразильские инвесторы поняли, что в новых рыночных условиях им придется больше рисковать, чтобы сохранить показатели доходности приближенными к прежнему уровню, – и эта ситуация закономерным образом привела к росту вложений в хедж-фонды.

Вообще-то с юридической точки зрения создавать хедж-фонды в их привычном понимании в Бразилии запрещено. Использование инвестиционных инструментов с высоким уровнем ликвидности и диверсификации, которые необходимы хедж-фондам для достижения их целей, в Бразилии строго регулируется. Фонды (кроме фондов частного капитала, дебиторских задолженностей и операций с недвижимостью) могут приобретать только активы, состоящие на учете торговых систем – внебиржевых или фондовых рынков, и не могут приобретать акции некотируемых на рынке компаний или частных фондов. Поэтому ближайший аналог хедж-фонда в Бразилии – так называемый мультирыночный фонд, или, как его принято называть, multimercado, который может инвестировать в более чем один класс активов. Доступный такой структуре бизнеса уровень диверсификации выше, чем во всех остальных видах фондов. Тем не менее даже multimercado не могут инвестировать в нелистинговые активы и фонды, недвижимость и производные инструменты, не состоящие на учете биржи или внебиржевых рынков. Здесь, однако, тоже есть своего рода исключение: если мультирыночный фонд работает только с квалифицированными инвесторами, он может включить в свои стратегии работу с фондами прямых инвестиций и иными классами активов, попадающими под запрет так называемых «Правил 409/04». Евгения Случак – управляющий партнер Europe Finance.

Стратегии

Бразильская индустрия не может похвастать разнообразием инвестиционных стратегий: 60


финансы

12 хедж-фондов используют мультистратегии, 15 – макроинвестирование и 1 – направленные стратегии на рынке инструментов с фиксированной доходностью. Остальные инвестиционные управляющие придерживаются хеджируемых позиций в акциях. Пространства для инвестиционных маневров в Бразилии вообще не очень много: если в США, например, торгуются акции 5700 компаний, то в Бразилии – 467. Десять позиций составляют 50% всей рыночной стоимости индекса Bovespa. Поэтому с течением времени выработалась общая схема поведения. Управляющие формируют свои портфели по принципу так называемого бразильского комплекта: инвестируют большую часть своих активов в суверенные ценные бумаги с фиксированной доходностью, потом открывают позиции по валюте, облигациям и бразильским акциям. Это стратегия с низкой ликвидностью, но хорошей при­былью из-за высоты процентных ставок. Вместе с тем, исторически уровни волатильности и инфляции на бразильском рынке очень высоки, и бразильские инвесторы порой не соглашаются на продолжительную блокировку своих денег. Поэтому многим фондам приходится обеспечивать своим клиентам ежедневную ликвидность, что не позволяет им использовать более гибкие стратегии и занимать неликвидные позиции. Внешние инвесторы, которых привлекают внушительные показатели роста и доходности, пытаются пробиться в бразильские хеджфонды, иногда предлагая двух-трехлетние периоды блокировки. Однако бразильский рынок все еще остается довольно замкнутым. Размер здесь в прямом смысле имеет значение: самые крупные фонды Бразилии боятся, что, если они продолжат наращивать активы, в конечном итоге их деятельность может «перекосить» рынки. Поэтому пенсионные фонды и эндаументы, не говоря уже о частных инвесторах, часто получают отказ на вход от крупных хедж-фондов.

Фондовый рынок в Бразилии – один из самых прозрачных и безопасных в мире. По сути, скрыть что-либо от регулирующих органов и инвесторов практически невозможно

как источник инвестиций в частный предпринимательский сектор. Одна из причин такого отношения, возможно, заключается в том, что фонды альтернативных инвестиций имеют возможность брать банковские кредиты только на очень небольшие сроки и под огромный процент, что не позволяет им накапливать обязательства, во много раз превышающие активы. Хедж-фонды используют более рискованные инструменты, чем другие виды фондов: но в Бразилии уровень безопасности индустрии в целом намного выше, чем в других странах. Фондовый рынок в Бразилии – один из самых прозрачных и безопасных в мире. По сути, скрыть что-либо от регулирующих органов и инвесторов практически невозможно. Оперирующие на бразильских рынках фонды обязаны предоставлять Комиссии по ценным бумагам и биржам Бразилии (Comissão de Valores Mobiliários, CVM) информацию о чис­ той стоимости активов каждый день и отчеты о состоянии и составе своих портфелей каждый месяц. Эти данные публикуются на сайте комиссии и находятся в открытом доступе. Также комиссия устанавливает строгие требования по уровню ликвидности, подверженности рискам, коррекции и пересчету чистой стоимости активов. Позиции управляющих раскрываются каждый месяц – по этому показателю прозрачность рынка здесь в несколько раз выше, чем, например, в США, где информация по позициям предоставляется в комиссию раз в полгода. Все проверяющие, регулирующие и административные органы разнесены по отдельным организациям. Такое регулирование одновременно защищает и усложняет существование индустрии. При такой прозрачности каждый знает, что происходит на заднем дворе конкурентов. Но здесь свою роль играет замкнутость и небольшой размер рынка: у управляющих просто нет большого количества возможностей, все делают примерно одно и то же.

Регулирование и отчетность

В то время как в других странах властные структуры относятся к хедж-фондам в лучшем случае с плохо скрываемым презрением, в Бразилии государство настроено более дружелюбно. Хедж-фонды в Бразилии воспринимаются 62


Реклама

CZECHINVEST ПУТЬ ДЛЯ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТОРОВ В ЧЕШСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ

CzechInvest – агентство, подчиненное Министерству промышленности и торговли; основная цель CzechInvest состоит в укреплении конкурентоспособности чешской экономики при помощи поддержки малых и средних предприятий, инфраструктуры бизнеса и инноваций и оживления чешской промышленности. CzechInvest предлагает широкий спектр услуг. Агенство неустанно работает над улучшением качества и объема услуг и соответствием их требованиям современной экономики. Агентство своей деятельностью помогает притоку прямых иностранных инвестиций в Чешскую Республику и стремится максимально способствовать созданию благоприятной бизнессреды в стране. В последние годы CzechInvest сосредоточился на оказании услуг по поддержке бизнеса, а также на технологически сложных проектах, требующих высокого уровня знаний и навыков, и проектах с высокой добавленной стоимостью. Кроме инноваций и прикладных исследований и разработок, ключевыми направлениями являются разработки программного обеспечения, комплексные услуги, естественные науки, экологически чистые технологии, электроника и электротехника, нанотехнологии, авиационная, аэрокосмическая и автомобильная промышленности. Агентство выступает в качестве посредника для облегчения связи между государством, компаниями и Европейским союзом. Оно охватывает всю

область поддержки бизнеса за счет средств ЕС, а также за счет государственного бюджета, и предпринимает шаги, связанные с подготовкой, презентацией и администрированием проектов. В то же время CzechInvest способствует продвижению Чешской Республики за рубежом как места, подходящего для размещения мобильных инвестиций. Это организация, которая имеет эксклюзивное право на подачу заявок руководящим органам на инвестиционные стимулы. Кроме того, оно поддерживает чешские фирмы, которые заинтересованы в участии в цепи поставок многонациональных компаний. Посредством своих услуг и программ развития CzechInvest способствует развитию отечественных компаний, чешских и иностранных инвесторов, а также бизнес-среды в целом. Агентство также предлагает спектр услуг после заключения сделок и стремится максимально удовлетворить спрос на коммерческую недвижимость. Для того чтобы быть ближе к своим клиентам, CzechInvest имеет офисы в тринадцати региональных столицах Чешской Республики и семь зарубежных офисов. CzechInvest относится с большим уважением к инвесторам

и их проектам в Чешской Республике. Поэтому CzechInvest высоко оценивает сотрудничество с инвесторами и пользу, приносимую этим сотрудничеством Чешской Республике. Агенство является организатором следующих конкурсов: «Инвестор года», «Бизнес года» и «Предпринимательский проект года». Более подробная информация о CzechInvest доступна на www.czechinvest.org.

CZECHINVEST CONTACT Stepanska 15 120 00 Prague 2 PHONE.: E-MAIL:

+420 296 342 500 fdi@czechinvest.org

www.czechinvest.org


ВЛАСТЬ

Добро пожаловать в Пиауи Вилсон Нунес Мартинс Прочность макроэкономических показателей и продолжение потребительского бума – отличная база для привлечения иностранных инвестиций в Бразилию. Но чтобы ускорить этот процесс, правительству необходимо устранить серьезные препятствия – побороть бюрократию и провести налоговую реформу.

Отмечу, что именно инвестиции все это время оставались важнейшим драйвером развития бразильской экономики. Беспрецедентные темпы ее роста с начала 2000-х не просто позволили стране переместиться на шестое место в мире по размеру ВВП. Еще более важно то, что экономический бум вывел десятки миллионов бразильцев из-за черты бедности, превратив их в платежеспособных потребителей. Не случайно даже сегодня, на фоне глобального замедления экономики, уровень безработицы в Бразилии находится на исторически низкой отметке 5,4%, а страна продолжает переживать потребительский бум. Тем не менее не секрет, что в последнее время Бразилия столкнулась с заметным замедлением темпов роста – в прошлом году наша экономика выросла на 0,9% – до 4,4 трлн реалов (2,2 трлн долларов). Характерно, что одной из главных причин торможения стало сокращение инвестиций. Например, их доля в основном капитале бразильских предприятий снизилась до 18,1% ВВП – самого низкого уровня с 2007 года. Чем это объясняется, в целом понятно: на фоне продолжающегося глобального экономического спада инвесторы не спешат вкладывать средства в новые проекты, предпочитая выводить их в «безопасные» страны. Прежде всего в США, которые к тому же быстрее других оправляются от последствий рецессии. Но, разумеется, в Бразилии существуют и собственные, специфические проблемы, мешающие стране предстать перед международными инвесторами в более выгодном свете. Первый момент, на который я хотел бы обратить внимание, – это известная всем бразильская бюрократия, чья медлительность и  неповоротливость – фактор, серьезно сдерживающий приток инвестиций в страну. По-

За последние несколько лет стремление притянуть к себе симпатии инвесторов превратилось едва ли не в главный императив, определяющий действия национальных правительств по всему миру. Удивляться этому особенно не приходится, принимая во внимание, что стимулирование притока инвестиций сегодня – едва ли не единственный понастоящему действенный способ ускорения темпов роста экономики и качественного улучшения ее структуры. Иными словами, кратчайший путь решения задачи, актуальность которой для большинства развивающихся (да и всех остальных) стран, думаю, не нуждается в долгих разъяснениях. В этом смысле Бразилия не исключение. За последнее десятилетие местное правительство проделало большую работу по реформированию экономики и улучшению инвестиционного климата, добившись заметных успехов. Рискну утверждать, что с точки зрения макроэкономики Бразилия, если воспользоваться спортивной терминологией, находится на пике своей формы. У нас стабильная валюта и контролируемая инфляция, которую в прошлом году удалось удержать на отметке 5,8%, сравнительно небольшой внешний долг – менее 55% ВВП – и достаточное количество финансовых резервов – как для обслуживания своих обязательств, так и для поддержания стабильности. Все это означает, что макроэкономические риски для инвесторов в Бразилии сейчас крайне невелики. Вилсон Нунес Мартинс – губернатор штата Пиауи, Бразилия.

64


Добро пожаловать в Пиауи

это дает отличные результаты. Мы проводим активную политику налогового стимулирования инвесторов. В частности, они освобождаются от уплаты местных налогов сроком на 10 лет при условии создания здесь не менее 500  рабочих мест. Кроме того, иностранные инвесторы могут рассчитывать на получение льготных кредитов под проекты на территории штата в случае создания совместного предприятия с одной из локальных компаний. Как бы то ни было, у меня нет сомнений, что Бразилия сможет преодолеть все те проблемы, которые в настоящий момент, быть может, все еще мешают ей в полной мере раскрыть свой инвестиционный потенциал. Вероятно, тогда станет меньше и негативных стереотипов о нашей стране, многие из которых и сегодня мало соответствуют действительности. Реальность же такова: на макро­ уровне Бразилия абсолютно стабильна, а сам бразильский народ испытывает огромное желание и способность созидать, невероятное стремление к переменам и  к  развитию. А значит, инвесторы, которые к нам придут, об этом точно не пожалеют.

С точки зрения макроэкономики Бразилия, если воспользоваться спортивной терминологией, находится на пике своей формы. У нас стабильная валюта и контролируемая инфляция, которую в прошлом году удалось удержать на отметке 5,8%, сравнительно небольшой внешний долг – менее 55% ВВП – и достаточное количество финансовых резервов как для обслуживания своих обязательств, так и для поддержания стабильности

пытки повысить эффективность бразильской бюрократической машины предпринимаются регулярно: с соответствующими инициативами активно выступает действующий президент Дилма Руссефф. В частности, для повышения гибкости отдельных процессов и процедур вводятся временные законы и меры. Очевидно, что для системного, долгосрочного решения проблемы этого недостаточно. Другое, не менее существенное препятствие – несовершенство и сложность местного налогового законодательства. Сегодня Бразилия очень нуждается в проведении налоговой реформы, однако в парламенте страны, Национальном конгрессе, к сожалению, не придают решению этого вопроса первостепенного значения. Федеральное правительство тоже не считает эту реформу приоритетной. Вместо того чтобы давать прямые директивы законодателям, кабинет пока предпочитает выходить из положения с помощью временных мер и временных законодательных актов. Поэтому процесс продвигается слишком медленно и урывками. Наконец, еще одна проблема – наличие значительного регионального дисбаланса инвестиций в нашей стране. В течение многих лет инвестиционные ресурсы, прежде всего в промышленном секторе экономики, были сконцентрированы и направлялись в основном в  южный и юго-восточный регионы Бразилии (ось Рио-де-Жанейро – Сан-Паулу). Это создавало – и продолжает создавать – нежелательные региональные перекосы в развитии страны. В значительной мере решение ее находится в  руках региональных властей, которым следует позаботиться о совершенствовании инвестиционного климата на своей территории. Наша практика в штате Пиауи показывает, что №4, 2013–2014

Доля штатов в ВВП Бразилии (%)

1. Сан-Паулу 33,5 2. Рио-де-Жанейро 10,9 8,9 3. Минас-Жерайс 4. Рио-Гранде-до-Суль 6,7 5. Парана 5,9 ... 21. Пиауи 0,6 Источник: IBGE. Данные за 2012 год.

65


ВЛАСТЬ

Сибирские правила В Томской области удачно соседствуют сырьевая экономика и инновационные проекты, утверждает Сергей Жвачкин. И приглашает иностранных инвесторов к диалогу.

екты туроператоров, поможем им в продвижении своих услуг. Безусловно, это повысит узнаваемость и привлекательность региона. Правда, не скрою: отлаженный алгоритм работы с инвесторами мы только разрабатываем, а пока взаимодействуем с бизнесом в «ручном режиме». И это главное замечание. Тем не менее в  области реализуется ряд интересных инвестпроектов. Недавно провели переговоры с  представителями гостиничной сети Hilton о строительстве в областном центре отеля среднего ценового уровня. В этом году к строительству двух ресторанов приступает McDonald’s. Совместно с Газпромом начали масштабную программу газификации 40 населенных пунктов области. «Росатом» реализует на нашей площадке два важных инвестиционных проекта общей стоимостью 100 млрд руб­лей – эти проекты мы отвоевали у Белоярской АЭС в Свердловской области и ПО «Маяк» в Челябинской области. СИБУР построил с нуля и  уже запустил производство по выпуску БОПП-пленки – упаковочного материала, повсеместно применяемого в пищевой промышленности. Поэтому инвестиционную привлекательность Томской области я оцениваю как высокую для представителей самого разного бизнеса.

Об инвестициях

Я много общаюсь с иностранцами и могу с уверенностью отметить, что, к счастью, уходят в прошлое времена, когда Сибирь вообще и Томская область в частности ассоци­ировались у них с медведями, водкой и  балалайкой. Сегодня о нас знают как о регионе с мощным нефтегазовым комплексом: на Томской земле ведут добычу компании с индийским, шведским, ирландским, венгерским, чешским капиталом. Иностранцы хорошо осведомлены о нашей высшей школе, и недавнее празднование 135-летия довательского Томского Национального иссле­ государственного университета это показало. В торжественном заседании ученого совета приняли участие множество ректоров ведущих евро­ пейских вузов. Разумеется, последние полвека внимание Запада к нам привлекает крупнейшее предприятие ядерной промышленности – Сибирский химический комбинат. Многие иностранцы не догадываются о здешних гостеприимстве и красотах. А когда приезжают с деловым визитом, покидают регион в полном восторге. Например, так было недавно с Мишель Беллон, председателем правления французской энергетической компании ERDF, которая арендует распределительные сети в Томской области. Сегодня мы приступили к разработке специальной программы внутреннего и въездного туризма. Включим в нее исторический туризм – в следующем году Томск отметит 410-летие; экологический  – более 60% территории региона покрыто лесами, половина населения живет в сельской и таежной местности; образовательный туризм. Интегрируем в нашу программу все действующие про-

О новой экономике

Томские университеты – бренд и гордость области. Они входят в рейтинги ведущих мировых вузов. А инновации – один из приоритетов развития региона. Хотя спрос на инновационную продукцию формирует в большей степени бизнес, государство его стимулирует. Например, томские университеты и производственные предприятия участвуют в правительственной программе реализации комплексных инвестиционных проектов по созданию высокотехнологичных производств. Федерация поддерживает кооперацию вузов и бизнеса, компенсируя половину затрат на открытие новых технологических линий. За время дей-

Сергей Жвачкин – губернатор Томской области, Россия.

66


Сибирские правила

лее 60 резидентов, 6 университетов, 2 из которых имеют статус национальных исследовательских и входят в топ-15 Минобрнауки, сеть бизнес-инкубаторов. Мы выиграли конкурс Минэкономразвития на создание индустриальных парков. Это будет реальная площадка для создания высокотехнологичных производств  – то, чего резидентам нашей особой экономической зоны не хватает в последние годы.

ствия программы мы реализовали более 15 таких проектов. В то же время отмечу, что наш областной бюджет приступает к формированию именно спроса на инновационную продукцию. Мы решили, что не менее 5% средств, предназначенных для госзакупок, будем направлять на приобретение новых технологий. Эксперты, в частности Анатолий Чубайс, говорят, что Томская область в этом деле – один из регионов-пионеров. Кстати, инновации, рожденные в нашем реги­ оне, уже востребованы рынком. Так, одна из наших первых инновационных компаний «ЭлеСи» разработала систему автоматизации, применяемую при эксплуатации магистрального нефтепровода «Восточная Сибирь – Тихий океан». Резидент Томской особой экономической зоны техниковнедренческого типа фирма «Аквелит» выпускает нанобинт «Витавалис» – он сущест­венно сокращает время заживления ран, ожогов, онкологических язв и т.д. Светодиодные системы, изготовленные нашей компанией «Физтех-Энерго», освещают олимпийские кольца в сочинском аэропорту. Томские ученые разработали технологию получения глиоксаля, довели ее до промышленной стадии – это производство по выпуску глиоксаля единственное в России. Во главе проекта стоял ученый Национального исследовательского Томского государственного университета Алексей Князев, ставший в 2009 году лауреатом Премии Президента РФ для молодых ученых, а в 2012-м – моим заместителем по инновационной политике и научно-образовательному комплексу. Доля топливно-энергетического комплекса в консолидированном бюджете в последние годы составляет четвертую часть, вместе с налоговыми отчислениями предприятий трубопроводного транспорта – около 30%. Каждый год влияние ТЭК на региональные финансы сокращается на доли процента. Считаю, что это хорошо: стабильность работы отрасли позволяет нам выполнять социальные обязательства власти и в то же время развивать инновационный сектор, на который мы сделали ставку. Сегодня доля «новой экономики» в валовом региональном продукте составляет 8%. Это хороший показатель, он выше среднего по стране в 2,5 раза, однако мы планируем довести его до 25%. Возможности для этого у нас есть. В Томской области работает особая экономическая зона, в которой зарегистрировано бо№4, 2013–2014

О крупном бизнесе

В Томской области работает несколько дочерних предприятий крупных нефтяных компаний, которые наращивают объемы добычи нефти, вкладывают приличные средства в освоение рождений, геологоразведочные работы, место­ помогают решать социальные вопросы на территориях своей производственной деятельности. Этим я, безусловно, доволен. Но проблему попутного нефтяного газа многие из них стараются не замечать. Хотя есть постановление правительства о предельных объемах сжигания ПНГ, экологические требования, наконец, есть здравый смысл, ведь попутный газ – такое же сырье, способное приносить прибыль. Я не могу быть доволен таким отношением к нашим природным богатствам, и подобным правовым нигилизмом. В отношениях с бизнесом у меня нет любимчиков: все компании одинаково важны для региона, и со всех мы требуем выполнения обязательств тоже одинаково. Думаю, что предприниматели и руководители предприятий довольны такой политикой. Я всегда веду честный разговор. Недавно мне представили справку, в которой говорится, что несколько нефтяных компаний, работающих на рынке 6–8 лет, в очередной раз заявили о плановых убытках. Общий объем недополученных областным бюджетом средств – 6 млрд рублей. Собираю нефтяников на совещание и говорю: я не новичок в вашей сфере, лично проверю вашу бухгалтерию. По итогам встречи 20% «планово убыточных» компаний все же отразили в отчетах прибыль. С остальными мы продолжаем работать, выясняем причины нерентабельности производства. Рубить с плеча я не намерен. Бизнес ждет от нас понятных правил игры, и мы создаем эти правила, многим проектам включили зеленый свет. Но и мы требуем, чтобы правила соблюдались, чтобы предприниматели помнили о взятых на себя обязательствах. 67


портрет

68


« Говорят, бедность – это навсегда. Что ж, может, и нет »

«Говорят, бедность – это навсегда. Что ж, может, и нет» Глава Всемирного банка – чужак с большими амбициями Дэниел Хауден

Для достижения целей развития тысячелетия (ЦРТ) – амбициозных показателей, установленных ООН в рамках борьбы с бедностью, – остается чуть больше года (срок дан до 2015-го). Плетущаяся в конце индексов развития человеческого потенциала Конго – одно из проявлений неудачи в достижении этих целей, но руководитель ВБ предпочитает фокусироваться на позитивных моментах. Мировой уровень бедности, определяемой банком как жизнь не более чем на 1,25 доллара в день, снижен вдвое на пять лет раньше запланированного. Следующая задача – вывести оставшиеся 20% мирового населения из крайней нищеты и сделать это к 2030 году. «Предприняты по-настоящему серьезные шаги по искоренению бедности, – продолжает Джим Ён Ким. – Говорят, бедность – это навсегда. Что ж, может, и нет». Из-за природных катастроф и их последствий часть людей (по оценкам банкира, 3%) будут оставаться за чертой бедности, но в  остальном «с крайней нищетой на земле будет покончено». Мировая общественность уже слышала громкие заявления подобного рода. Люди из окружения главы Всемирного банка носят на лацканах пиджаков значки с надписью «Покончим с бедностью». И хотя уровень бедности стал вдвое ниже, не совсем ясно, что именно дали финансовая помощь и ЦРТ, помимо того что помогли эту бедность оценить. Большинство стран, таких как Китай или Бразилия, преодолели ее в результате экономического роста. Честолюбие и целеустремленность проходят красной нитью сквозь необыкновенную карьеру 58-летнего руководителя. В 1980-е и 1990-е годы Джим Ён Ким в роли сооснователя организации «Партнеры по здоро-

Странное положение для спасителя. Мужчина средних лет в костюме и очках пристально смотрит с рекламного щита, возвышающегося над многолюдными трущобами у окраин Киншасы – хаотичной столицы Демократической Республики Конго. Это Джим Ён Ким, первый неэкономист у руля Всемирного банка – организации, которую многие считают бессмысленной. Американский медэксперт корейского происхождения трудится в новом качестве чуть более года и за это время «переключил» главный мировой банк развития на искоренение крайней нищеты. Не испытывающий дефицита бедности африканский мегагород растет быстрее всех на континенте – подходящее место для оценки своих первых шагов по лечению недуга, предпринятых в новой роли, и осознания того, как улучшить результат. Джим Ён Ким и еще один кореец – генсек ООН Пан Ги Мун – нанесли визит в Конго, пообещав профинансировать серьезный дипломатический процесс, с которым связаны надежды на преображение страны – одной из самых слабо развивающихся в мире. Глава Всемирного банка объявил, что на поддержку регионального мирного процесса будет выделен 1 млрд долларов. Значительную часть этих денег вложат в  гидро­ электростанции, строительство дорог и стимулирование трансграничной торговли. Это те большие цифры, которые нужны Джиму Ён Киму на пути к  серьезным целям. «Мне хочется быть полезным и оказывать трансформирующее воздействие», – отметил банкир. Он стремится к  тому, чтобы представители ведущих организаций «собрались вместе, выделили тему и обсудили, какие существуют проблемы и как их решать». №4, 2013–2014

69


портрет

Трущобы Киншасы – символ крайней нищеты, искоренению которой намерен посвятить себя Джим Ён Ким

сказал учащимся и преподавателям, что их новый лидер может видеть будущее, как Пифия из популярного научно-фантастического фильма «Матрица». Однако его назначение во Всемирный банк приветствовали в 2012 году не все. Многим не понравилось, что США навязали его, проигнорировав популярных кандидатов из Африки и Латинской Америки; других беспокоило, что он не экономист. Они припомнили ему участие в протестах против ВБ в 1993-м. Сегодня Джим Ён Ким говорит, что причиной его недовольства был одинаковый подход банка ко всем странам. «Я пришел уже в другой Всемирный банк», – вспоминает он, ставя преображение в заслугу Джеймсу Вулфенсону, покинувшему банк в 2005-м. Взять под контроль многопрофильную кредитную организацию не всегда просто. Когда Джордж Бушмладший поставил вместо Вулфенсона консервативного Пола Вулфовица, сотрудники ВБ были решительно не согласны. Вулфовиц продержался два года, оказавшись в  центре

вью», работавшей на Гаити, стал оппонентом Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Его не устраивало, как ВОЗ проводила лечение лекарственно-устойчивого туберкулеза. Ее методы казались слишком дорогими, чтобы работать в относительно бедных странах. «Партнерам по здоровью» удалось сначала на Гаити, а затем и в Перу сделать лечение дешевле, и ВОЗ в итоге признала, что может позволить себе сменить подход. По правде говоря, победа Джима Ён Кима была столь убедительной, что в 2003 году организация решила назначить его куратором программы борьбы с ВИЧ/СПИДом. В начале работы он поставил цель за первые два года помочь 3 млн инфицированных. Цель не была достигнута (по крайней мере до 2007 года), но стремление к ней переломило ситуацию с ВИЧ/СПИДом в масштабе планеты. В 2009 году Джима Ён Кима представили как нового президента Дартмутского колледжа, одного из бастионов американской Лиги плюща, и окрестили «визионером». Его друг и сооснователь «Партнеров по здоровью» Пол Фармер 70


портрет

«Кажется, что это много, но если посмотреть, сколько требуется одной только Индии на инфраструктуру, то это уже 1 трлн долларов, – констатирует Джим Ён Ким. – Все организации, которые получают ОПР, должны вести себя скромно. Давайте взвешивать эти расходы по максимуму, общаться с властями и привлекать инвестиции из частного сектора». После Второй мировой войны международных учреждений стало значительно больше. У  многих из них благородные цели, но склонность к вражде, растратам, самолюбию и копированию тоже имеется. Президент ВБ в хороших отношениях с  Пан Ги Муном и помогать ему рад. Крупные международные организации редко сотрудничают на таком уровне. Ни один человек из солидного окружения корейских руководителей не смог бы припомнить ничего, подобного той поездке в Африку. Споры возникали по любому поводу, начиная с того, кто где будет сидеть, и заканчивая тем, сколько человек должно быть в соответствующей делегации. «Иногда они ненавидят друг друга» – это лучшее, что ветеран многопрофильной сферы Джим Ён Ким мог сказать о взаимодействии больших организаций. Он признается, что, восходя по карьерной лестнице, наблюдал «самолюбие и в верхах, и  у тех, кто не важно, насколько ниже». Это взгляд человека со стороны, не изменившийся даже на пути к сердцу мирового истеблишмента.

скандала с продвижением по службе в банке своей спутницы. Некоторые коллеги видят в Джиме Ён Киме последователя идей динамичного Вулфенсона. Другие характеризуют его как сдержанного и  «включающего» обаяние лишь по необходимости. Третьих не вдохновила пространная дискуссия о переменах. Пытаясь кардинально изменить принцип работы банка, новый руководитель учредил группы перемен и должность вице-президента перемен. На первом плане снова цели и оценка: глава организации зовет это «работой знаний». Помимо искоренения бедности, ВБ поставил перед собой задачу следить в каждой стране за успехами «низших» 40%. Это нужно для того, чтобы иметь представление о ситуации с социальной мобильностью и равенством. Левые критикуют Джима Ён Кима за зацик­ ленность на экономическом росте и «слабую» борьбу с неравенством. Правые волнуются, что во главу угла встанут его взгляды, направленные против роста. Таких людей беспокоит, что банкир может поддаться давлению Китая и сделает Doing Business менее суровым. Ежегодный рейтинг ВБ подталкивает консервативные страны в направлении реформ, а Пекин притесняется в нем из-за коррупции и бюрократии. Не исключено, что оба клана переоцени­ вают влияние Всемирного банка. По словам его главы, размер официальной помощи в целях развития (ОПР) последние два года сокращался и теперь составляет 125 млрд долларов. 72

© The Independent / The Interview People

Из-за природных катастроф и их последствий часть людей (по оценкам банкира, 3%) будут оставаться за чертой бедности, но в остальном «с крайней нищетой на Земле будет покончено». Мировая общественность уже слышала громкие заявления подобного рода. Люди из окружения главы Всемирного банка носят на лацканах пиджаков значки с надписью «Покончим с бедностью»


ПОРТРЕТ

Бегом в президенты Гебреселассие намерен повести за собой Эфиопию с лозунгом «Все возможно» Дэвид Смит Величайший бегун всех времен готовится к политической карьере. И хотя демократия, по его словам, не может воцариться в одночасье, развитие страны он намерен ускорить.

литический пост. Возражала, наверное, только его супруга. Политика во многом представляется естест­ венным продолжением карьеры для человека, который уходил ввысь подобно небоскребам Аддис-Абебы, столицы Эфиопии, где из заграничных гостей сегодня скорее встретишь отнюдь не Боба Гелдофа, а инвесторов, привлеченных одной из самых быстрорастущих экономик

«Йичалал» – слово, популяризованное в Эфиопии Хайле Гебреселассие – возможно, лучшим стайером, когда-либо ступавшим на шоссе или беговую дорожку. Переводится оно как «это возможно». Гебреселассие в президенты? Йичалал. Так воскликнули многие, когда сорокалетний атлет, покоривший мир спорта и мир бизнеса, объявил, что будет бороться не за золото, а за по74


Бегом в президенты

дис-Абебы. Недавно у Гебреселассие заработало кофейное хозяйство. А еще он филантроп, что не повредит его перспективам на выборах. Хайле построил в Эфи­опии две начальные школы и тесно связан с Great Ethiopian Run, которая в сотрудничестве с ООН и неправительственными организациями пропагандирует образование и здоровый образ жизни. Так почему же политика? «Почему? Хороший вопрос, – смеется Гебреселассие. – Я всегда желал того, что полезно для страны, и для меня самого, и для народа Эфиопии. Я 25, 26 лет в легкой атлетике, пора делиться опытом с остальными. В спорте ты один, а в бизнесе работаешь с другими, и там и там надо побеждать. В политике тоже». У Хайле уже есть некоторый политический опыт – в качестве одного из «старейшин» группы, с 2005 года занимающейся урегулированием политических кризисов в Эфиопии. На очереди  – задача прохождения в парламент по итогам ближайших выборов, которые состоятся в  2015-м, и  ждать от него, понимает спортсмен, будут многого: такова его фантастическая популярность. «Меня спросят: “Какой у тебя план?” Сделать все, что нужно людям, я не могу. “Постараюсь посадить первое растение, а на остальное вы сами способны”. Мне сложно объяснить: языка еще не знаю», – размышляет атлет. Хочет ли он когда-нибудь стать президентом? «А кто не хочет?» – откликается Гебреселассие. Президент в Эфиопии – фигура беспартийная и во многом номинальная. Реальная же власть находится в руках премьер-министра, в данный момент ее железной хваткой держит правящий Революционно-демократический фронт эфиопских народов (РДФЭН). В 547-местном парламенте лишь один член представляет оппозицию. Гебреселассие говорит, что в чем-то согласен с РДФЭН, в чем-то – нет, и твердо намерен баллотироваться как независимый кандидат. На вопрос о критике авторитаризма и нарушении прав человека отвечает уклончиво: «Мне сложно сказать. Нужно понять, что происходит. Задайте мне тот же вопрос через три года, и я отвечу». Гражданская война закончилась в Эфиопии лишь в 1991-м, когда был низложен репрессивный режим коммунистов, вспоминает Хайле: «В стране произошла общественная катастрофа. Миллионы людей погибли в “красном терроре” [в конце 1970-х – сотни тысяч]. Ждать ли, что

мира. Гебреселассие – идол миллионов, и у него есть ключевой политический актив: обаятельная улыбка. Он кажется воплощением нового оптимизма, заразившего многие части Африки. «У нас, эфиопов, было много проблем, – сказал он газете в телефонном разговоре, сидя за рулем и направляясь в Аддис-Абебу. – Если вы приедете в Эфиопию сегодня, то увидите разницу. Перемены происходят очень быстро». Но бедность по-прежнему повсюду, хотя в следующем году ожидается рост ВВП на 11%. «Сейчас Эфиопия движется в хорошем направлении, но скорость недостаточная, – говорит Гебреселассие. – Нам нужно двигаться быстрее и догонять страны со средним уровнем доходов. Усэйна Болта тут нет. Чем активнее бегаешь, тем скорее будешь бить мировые рекорды. Попаду в парламент – стану бороться за повышение скорости». Мало кто поставит против 54-килограммового бегуна, оказавшегося сильнее времени, травм и хронической астмы. Вместе с девятью братьями и сестрами он вырос среди холмов Асэллы, высоко над уровнем моря и в 250 с лишним километ­ рах южнее столицы. Каждый день Гебреселассие пробегал по 10 км по дороге в школу и обратно. Первый официальный забег он выиграл в восемь лет, первый марафон пробежал в 15, а когда спортсмену было 18, его встретил бывший стайер голландец Йос Херменс, который и по сей день остается агентом и тренером эфиопа. Гебреселассие выигрывал золото в беге на 10 тыс. метров на Олимпиадах в Атланте и Сиднее и четырежды становился на той же дистанции чемпионом мира. Перейдя в марафон, он и в 35 сумел побить свой мировой рекорд. Всего на его счету 27 мировых достижений, пусть даже некоторые из них показаны на непризнанных официально дистанциях. Известен особый стиль бега атлета: правой рукой он размахивает, в то время как левая остается неподвижной – Гебреселассие говорит, что выработал его, бегая в школу с учебниками. При всем этом спортсмен, встающий обычно в пять утра, не прекращал строить бизнес-империю. Воспользовавшись эфиопским экономичес­ ким ренессансом, он стал одним из богатейших людей в стране, и теперь у него трудятся сотни человек. В его активе – гостиница, кинотеатр, автосалон и предприятие, действующее в сфере недвижимости и финансировавшее работы по строительству ряда высочайших зданий Ад№4, 2013–2014

75


ПОРТРЕТ

на что мы надеемся, властям будет очень сложно действовать против него, как они действовали против других лидеров оппозиции. Став президентом, он мог бы серьезно улучшить ситуацию со свободой самовыражения и с правом на учас­ тие в политическом процессе». Положение спортсмена в эфиопском обществе сделает его практически неприкасаемым, соглашаются аналитики. «Большинство министров относятся к нему хорошо. Не думаю, что его будут запугивать или арестовывать. Как на других оппозиционеров, на него не обрушатся», – говорит Аллилуйя Лулие, научный работник аддис-абебского филиала Института исследований в области безопасности. Известный своей твердой решимостью, Гебреселассие может стать авторитетной фигурой на политической сцене, добавляет Лулие: «Политическая сфера глубоко поляризована. Хайле Геб­ реселассие – одна из немногих объединяющих личностей, которые есть в нашей стране. В 1990-е у нас в Эфиопии не было хороших новостей, кроме как о его победах по всему миру. Это дисцип­ линированный трудоголик, воплотивший в себе идеи, во имя которых нужно работать эфиопам. От него мы узнали девиз “Это возможно”».

Эфиопия станет демократическим государством, как Америка или Британия? Все любят хорошую власть, разумеется, но мы молоды. Посмотрите, что у нас было 20 лет назад. Чего нам ждать? Я надеюсь, что еще через 20 лет будет лучше, чем сегодня». «Иметь власть без демократии лучше, чем не иметь никакой, – рассуждает Гебреселассие в стиле одного из самых долгоправящих лидеров Африки. – Соседняя Сомали пребывала в анархии много лет. Думаете, у них была демократия? Они потеряли все. Демократию нельзя ввести наутро. Для начала нужно дать людям образование и показать им, что и как делается». Вряд ли такому подходу будет рукоплескать Amnesty International. Она обвиняет РДФЭН в  борьбе с инакомыслием, разрушении системы независимых СМИ, создании препятствий для правозащитных организаций и подавлении политической оппозиции. По данным Amnesty International, эфиопские тюрьмы переполнены политзаключенными. Изучающая Эфиопию сотрудница организации Клэр Бестон отмечает: «Хайле Гебреселассие гарантирована высокая популярность, и если он будет говорить открыто и требовать реформ, 76

© The Observer / The Interview People

Президент в Эфиопии – фигура беспартийная и во многом номинальная. Реальная же власть на ходится в руках премьер-министра, в данный момент ее железной хваткой держит правящий Революционнодемократичес­ к ий фронт эфиопских народов (РДФЭН). В 547-местном парламенте лишь один член представляет оппозицию. Гебреселассие говорит, что в чем-то согласен с РДФЭН, в чем-то – нет, и твердо намерен баллотироваться как независимый кандидат. На вопрос о критике авторитаризма и нарушении прав человека отвечает уклончиво: «Мне сложно сказать. Нужно понять, что происходит. Задайте мне тот же вопрос через три года, и я отвечу»


Реклама. Рекл ама. ма. 1Мавр Маврикий икий. Место для развития вашего бизнеса. а. 2Мног Многоязы о чность населения, политическая стабильность и надеж жна ая правовая си истема а спос спо обствовали формированию на Маври р кии разв азвитой итой фин финансо ансовой вой инфр инфрастр аструкту уктуры ры и здоров здоров оро ого экон экономич о еского климата. Маврикий – это о промы промышлен шленный н центр, дивер ерсифи ифициро цированн ванная ая и инн инновац ова ионн и ая экономика мика, предлагающая ющая конкуурент р ную инвестиционную платформу для ваш ашего его бизн бизнеса. еса. 3Мавр Маврикий икий в рейти рейтингах нгах:: №8 в мир мире еи№ №1 в Африке – Индекс экономическкой свобо свободы, ды, Фонд Her Heritag itage,, 2013. №19 в мире мире и №1 в Африк Африке е – Рейт Рейтинг ин уров уровня вня норма норм тивно-правового о регулирования бизнеса, Всемирный банк, 2013. №1 в Африке Африке – Индек Индексс госу о прав правлени лен я в странах Африки, Мо Ибрагим, м 2012 2012.. №18 №18 в мире и №1 №1 в Афри Африке ке – Инд Индекс екс демо демократ кратии ии 2012. 2012. №20 в мире мире – И Индекс д странов ра ых брендов, Futu Fu reBrand, 2012-2013. №2 в мире – Индекс качества а возд воздуха, уха WHO WHO,, 2011. 2011.

1

2

3


The smart list

Лучшие умы развивающегося мира

BRICS Business Magazine составил список живых гениев, каждому из которых человечество коечем обязано. Эти ученые проявили себя в самых разных областях знания, и объединяет их только принадлежность к развивающимся странам. В финальный перечень попали лауреаты научных премий, родившиеся в Китае или Аргентине, во Вьетнаме или в России, но живущие, работающие и совершающие свои открытия где угодно. Происхождение перевешивало вопрос гражданства, которое у людей науки нередко бывает двойным. Вторым критерием стали сами премии. Среди сотен из них были отобраны те, что, безусловно, важны с научной, но вдобавок еще и с популяризаторской точки зрения. Они узнаваемы и присутствуют в мировых медиа практически круглый год – вне зависимости от сезонов награждений. Список хорошо показывает, что многие достижения, привычно ассоциируемые с Европой или США, на самом деле имеют совсем другие корни. Впрочем, плоды они действительно приносят там, где для этого созданы наилучшие условия. Большинство ученых из нашего списка в свое время решили продолжить образование или работу вдали от родины. Это самый очевидный, самый важный и самый тревожный вывод, который можно сделать, прочитав о тех, кто способен доказывать гипотезу Виттена, изучать черные дыры или строить искусственный интеллект. BRICS Business Magazine рассказывает о 25 самых известных ученых развивающегося мира, получивших высокие награды. Полный перечень лауреатов приведен в конце материала. 78


Лучшие умы развивающегося мира

Ma

Cs

Шин-Тун Яу

Даббала Раджагопал Редди —■— Премия Тьюринга, 1994 год

—■— Филдсовская премия, 1982 год Китай/США

Индия/США

Чтобы убедиться, что профессор Гарвардского университета Шин-Тун Яу – один из самых блестящих и авторитетных математиков мира, необязательно штудировать весь длинный список его теоретических работ, сконцент­ рированных в области дифференциальной геометрии и топологии. Достаточно знать, что 64-летний Яу – единственный исследователь китайского происхождения, удостоенный двух самых престижных математических премий: медали Филдса, полученной за доказательство гипотезы Калаби – базы математических приложений физической теории струн, а также Премии Вольфа за 2010 год. Блестящие достижения в науке – не единст­ венная составляющая всемирной славы Яу. Не меньшую известность ученому принесла последовательная жесткая критика «академической коррупции», подрывающей систему высшего образования в Поднебесной, из которой сам он уехал еще в 22-летнем возрасте. «Это уникальный феномен Китая. Проблема в том, что те, кого ловят на плагиате и подтасовках, не несут наказания. Как в этом случае можно убедить остальных этого не делать?» – цитирует Яу издание China Daily. При этом, настаивает он, образование несет в себе еще одну важную функцию – это система подготовки элит, новых лидеров страны, которые обеспечат Китаю процветание в будущем: «Если мы сможем воспитать лишь 1% из всего будущего поколения, этого будет достаточно». №4, 2013–2014

В скором времени вместо людей на работу будут приглашать роботов. Слухи об этом уже не новость. Сама идея витает в воздухе несколько десятилетий, а ее воплощение приближают изыскания Даббалы Раджагопала Редди, индийского ученого, больше известного как Радж Редди. Оказавшись в США, Редди занялся изучением перцепционных и моторных аспектов интеллекта и роботизации. Он научил роботов распознавать речь и добился независимого голосового управления. Премия Тьюринга вручалась ему с формулировкой «за новаторское проектирование и строительство крупномасштабных систем искусственного интеллекта, свидетельству­ ющих о практической важности и потенциальном коммерческом влиянии технологии искусст­венного интеллекта». Сегодня 76-летний специалист в области теории вычислительных систем трудится профессором информатики и робототехники при Университете Карнеги – Меллон. Как и большинство ученых-мигрантов, Радж Редди не забывает о родине. У индийского образования, считает он, большой потенциал, который пока не раскрыт: «Здесь можно встретить огромное количество ярких ребят… Вначале их нужно научить, потом они научат других и таким образом уже создадут некую базу знаний». 79


The smart list

Ph

Ma

Максим Концевич —■— Филдсовская премия, 1998 год

Клод Коэн-Таннуджи —■— Нобелевская премия по физике (совместно со Стивеном Чу и Уильямом Филлипсом), 1997 год

Россия/Франция

Выпускник мехмата МГУ, а ныне – французский академик и постоянный профессор парижского Института высших научных исследований, 49-летний Максим Концевич признается, что любит «разную математику» и работу на стыке наук. «Можно сказать, что участвую в диалоге физики и математики со стороны последней»,  – рассказывал он в интервью «Российской газете» в 2008-м. Разнообразие научных интересов и отраслей знаний, в развитие которых Концевич внес важный или решающий вклад, действительно впечатляет. Одна из них – теория суперструн, которую, по мнению профессора Колумбийского университета Брайана Грина, Концевичу удалось вывести из тупика. И которую сам математик считает «лебединой песней» теоретической физики, дающей надежду на объяснение многих непознанных сегодня явлений. Таких, например, как гравитация или кварки. Другая – теория узлов, тесно связанная с попытками объединить теорию суперструн с общей теорией относительности. Именно с этими двумя областями науки связана, вероятно, самая известная работа Концевича. А именно – доказательство гипотезы Виттена об эквивалентности двух моделей квантовой гравитации и нахождение лучшего инварианта узлов с помощью придуманного им интеграла, в 1998 году отмеченная медалью Филдса – самой престижной, но далеко не единственной наградой в длинном списке математика, включающем также Премии Пуанкаре, Крафорда и Шао.

А лжир/Франция

Что если научиться тормозить атомные пучки, пропущенные вдоль переменного магнитного поля, и улавливать их в квантовые ловушки? Например, можно сконструировать прецизионные атомные часы или системы сверхточного позиционирования космических кораблей. Иными словами, создать технологии, без которых не может обойтись ни одна современная система навигации и целеуказания. Их появление состоялось благодаря методу охлаждения атомов, а один из его соавторов Клод Коэн-Таннуджи получил за это в 1997 году физического «Нобеля». Атомная физика, квантовая оптика, лазерная спектроскопия, резонансная флюоресценция – важнейшие области профессиональных интересов Коэна-Таннуджи, алжирца по рождению и француза по гражданству и научной принадлежности. «Чистая наука» никогда не была единственным полем деятельности 80-летнего ученого, всегда уделявшего не меньше времени и внимания ее популяризации и преподаванию. Коэн-Таннуджи уверен, что образование и участие в научных исследованиях – не только инструмент познания окружающего мира, но и  способ борьбы с нетерпимостью и фундаментализмом. «Потому что научная школа, – цитирует физика сайт тайваньского Национального университета Чэнь Кун, – это школа скромности, школа диалога и взаимного уважения между людьми, то есть непредубеж­денности». 80


Лучшие умы развивающегося мира

Ec

Ph

Дэниел Цуи —■— Нобелевская премия по физике (совместно с Робертом Лафлином и Хорстом Штермером), 1998 год

Амартия Сен —■— Нобелевская премия по экономике, 1998 год

Китай/США

Даже если вы родились в бедной крестьянской семье в провинциальной глуши довоенного Китая, само по себе это еще не означает, что путь в большую науку вам заказан. Особенно если еще неоперившимся 12-летним юнцом вы способны навсегда покинуть родительский дом (и родную страну) ради учебы в школе и научной карьеры, как это сделал Дэниел Цуи. Проделав долгий путь из Китая транзитом через Гонконг и Тайвань в США, куда он приехал в 1958-м, спустя ровно десять лет Цуи начал в Bell Laboratories свою блестящую карьеру физика-исследователя. В ней ему суждено было стать пионером в изучении двумерных элект­ ронов. Впоследствии в сферу научных интересов Цуи добавились исследования электрических свойств тонких пленок, микроструктуры полупроводников, физика твердых тел, а также квантовая физика и физика материалов элект­ роники в условиях сильного магнитного поля и пониженных температур. Именно эта работа в 1998 году принесла ему «Нобеля» по физике – «за открытие новой квантовой жидкости с  возбуждениями, имеющими дробный элект­ рический заряд». В свои 74 года Цуи, профессор-исследователь Бостонского университета, остается не только активным ученым, но и учителем и учеником, подтверждая давнее кредо: «Жизнь наполнена смыслом, только если вы постоянно учитесь. И что может быть лучше, чем учиться, преподавая!»

Индия

Кровавая межнациональная резня и голод, унесшие около трех миллионов жизней в Бенгалии в Британской Индии в 1943 году, свидетелем которых стал Амартия Сен, – события, оставившие неизгладимый след в сознании и определившие круг профессиональных интересов будущего нобелевского лауреата и  гарвардского профессора, посвятившего себя проблемам неравенства и экономике развивающихся стран. Разработка теории общественного выбора и  численных методов, впоследствии легших в  основу международных методик оценки благо­состояния в странах, – вероятно, самые важные и известные работы Сена, чья философия строится на тезисе: человек, его ценности, права и свободы должны определять направление экономической политики. «Я выступаю за такое экономическое мышление, которое уделяет большее внимание свободе человека. Я имею в виду не только его формальные права, но настоящую свободу – когда каждый в отдельности может определять, какой жизнью он живет и чего он достигает»,  – заявил экономист в интервью германской Handesblatt в апреле прошлого года. И политики, настаивает 80-летний Сен, обязаны всегда задаваться вопросом: чем государство может помочь людям, чтобы они обрели эту свободу. №4, 2013–2014

81


The smart list

© РИА Новости

Ph Ch

Жорес Алферов —■— Нобелевская премия по физике, 2000 год Россия

Если закрыть глаза на внешний вид телефонов, планшетов и ноутбуков, окажется, что люди выбирают гаджеты по двум параметрам. Они должны быть быстрыми, чтобы передать большой объем информации за короткий срок, и компактными, чтобы уместиться в сумке, кармане или на столе. Подобные устройства не были бы возможны без исследований российского физика Жореса Алферова. В 2000 году 70-летний ученый разделил Нобелевскую премию с иностранными коллегами: американцем Джеком Килби и немцем Гербертом Кремером. Комитет наградил их за «работы по получению полупроводниковых структур, которые могут быть использованы для сверхбыстрых компьютеров». Сам Алферов еще в 1984 году не сомневался, что получит «Нобеля», но ждал премию намного позже. «Практика показывает: либо ее дают стразу после открытия (в моем случае это середина 1970-х годов), либо уже в глубокой старости. Так было с Капицей», – объяснял ученый в одном из своих многочисленных интервью. Практические результаты работы Алферова значительно опередили премию. На основе его открытий в России и в мире были впервые произведены гетероструктурные солнечные элементы для космических батарей. Одна из них была установлена на космической станции «Мир» и честно отработала весь срок эксплуатации.

Ахмед Зевейл —■— Нобелевская премия по химии, 1999 год Египет/США

«Отец фемтосекундной физической химии» – так называют Ахмеда Зевейла, третьего по счету Нобелевского лауреата за всю историю Египта. Его интерес довольно рано привлекла химия быстротекущих реакций, основанная на использовании коротких световых лазерных импульсов. Долгое время эта тема была невостребованной, некоторые коллеги даже утверждали, что эксперименты Зевейла невозможны с точки зрения теории. В 1980 году упрямство было вознаграждено, ученый смог впервые продемонстрировать когерентные колебания молекул. Это позволило предсказать химическое поведение веществ и  проложило путь к «Нобелю» «за  исследование переходных состояний, возникающих во время химических реакций, с использованием фемтосекундной техники». Не меньше науки 67-летнему ученому нужна вера. «Требование отвергнуть религию ради того, чтобы стать рациональным ученым, немного наивно,  – признавался он журналу Fountain. – Религия важна для людей по многим причинам, и между ними нет конфликта».  82


Лучшие умы развивающегося мира

Нобелевская премия

Md

Международная премия и медаль, присуждаемые ежегодно с 1901 года по решению Нобелевского комитета (Швеция) за выдающиеся научные достижения и крупный вклад в развитие культуры и общества в области физики, химии, литературы, физиологии и медицины, а также за содействие установлению мира во всем мире. С 1969 года вручается Нобелевская премия по экономике, учрежденная Банком Швеции. Денежное содержание: 8 млн шведских крон (911,5 тыс. евро) (2013 год).

Юэт Вай Кан —■— Премия Шао в области естественных наук и медицины, 2004 год

Лидерство по странам

Китай/США

Руководитель отделения молекулярной медицины и диагностики Калифорнийского университета в Сан-Франциско (UCSF) 77-летний Юэт Вай Кан не отрицает: многим достижениям в своей профессии – и самому ее выбору – он должен быть благодарен случаю. «Мой отец сказал: “Ты будешь врачом” – так и вышло, честно. Я был младшим из 12 детей, и ни один из моих братьев и сестер не имел отношения к медицине, так что я был для него последним шансом», – рассказывал Кан с улыбкой в интервью порталу UCSF. Все то же счастливое стечение обсто­ятельств – встреча с пациентом с талассемией (генетическим нарушением структуры крови, вызывающим анемию) во время медицинской практики в Гонконге – разожгло его первый интерес к генетике и гематологии – областям, в развитие которых Кан внес неоценимый вклад. И вновь не обошлось без случая. В 1975 году, анализируя ДНК взрослых пациентов с альфаталассемией, ученый заметил, что в некоторых из них отсутствовала цепь гемоглобина альфа. Таким образом, впервые было получено свидетельство того, что дефектные гены могут являться причиной болезни человека, что впо№4, 2013–2014

Россия  Китай  Индия  Египет  Алжир 

Nb

следствии позволило создать принципиально новый метод диагностики – по ДНК. Нынешние исследования Кана в области серповидноклеточной анемии, а также его эксперименты с превращением обычных клеток кожи и крови в стволовые обещают медицине новые прорывы: рано или поздно в руках врачей может оказаться инструмент, способный не только распознавать, но и лечить самые тяжелые заболевания, включая рак и СПИД. 83


The smart list

математика

Md

Премия имени Фредерика Эссера Неммерса по математике – одна из крупнейших премий в области математики в США, вручаемая с 1994 года раз в два года под эгидой Северо-Западного университета. Денежное содержание: 150 тыс. долларов. Филдсовская премия – международная премия и медаль, присуждаемые с 1936 года Международным математическим союзом (IMU) один раз в четыре года двум, трем или четырем математикам не старше 40 лет в знак признания их выдающихся заслуг. Денежное содержание: 15 тыс. канадских долларов.

Сяодун Ван —■— Премия Шао в области естественных наук и медицины, 2006 год Китай/США

Лидерство по странам

Загадка апоптоза – процесса программиру­ емой клеточной смерти, отвечающего за уничтожение дефектных, поврежденных, мутантных или инфицированных клеток, – не дававшая покоя исследователям последние полвека, практически раскрыта. Изучение явления клеточного «суицида» было начато еще в конце 1960-х различными группами ученых, включая генетиков Сиднея Бреннера, Джона Салстона и Роберта Горвица, которые в 2002-м были удостоены «Нобеля» по физиологии и медицине за открытие ключевых генов, регулирующих развитие органов. Однако полного понимания этого процесса до последнего времени не существовало. Решающим успехом стала работа по изучению цитохромов – глобулярных белков – исследователями американского Медицинского института Говарда Хьюза (HHMI) под руководством Сяодуна Вана, которым удалось раскрыть цепочку превращений внутри клетки, запускающих процесс ее аннигиляции. И которая в 2006-м была отмечена Премией Шао. «Мы начинаем понимать, что запускает клеточную смерть, что в действительности является серединой процесса, – цитировал новоиспеченного лауреата сайт ННMI. – Теперь мы

Россия  Китай  Украина  Вьетнам  Индия 

Ma

планируем изучить его начало и конец, чтобы определить, что инициирует эти события, и понять, как клетка распадается». Раскрытие полного механизма апоптоза, полагает 50-летний Ван, профессор Национального института биологических наук Пекина, позволит создать новые эффективные препараты для борьбы с раком и другими тяжелыми заболеваниями, не поддающимися современному лечению. 84


Лучшие умы развивающегося мира

Ma

Ma

Григорий Перельман —■— Филдсовская премия, 2006 год

Сриниваса Варадхан —■— Абелевская премия, 2007 год

Всякое односвязное компактное трехмерное многообразие без края гомеоморфно трехмерной сфере. Если истинность этой гипотезы, сформулированной французским математиком, механиком и философом Жюлем Анри Пуанкаре в далеком 1900 году, до сих пор казалась вам неочевидной, то с августа 2006-го любые сомнения на этот счет окончательно отпали. Именно в это время американский Математический институт Клэя выступил с официальным заявлением: доказательство гипотезы Пуанкаре – одной из семи фундаментальных математических «задач тысячелетия» – найдено. Имя автора грандиозной научной сенсации – Григорий Перельман. Как бы ни было велико признание работы российского математика, отмеченной престижнейшей медалью Филдса, воистину мировую славу Перельману принесла все же не она. Настоящей сенсацией стал отказ ученого от полагавшегося ему приза от Института Клэя в один миллион долларов. Что подтолкнуло его на столь экстравагантный шаг? «Если говорить совсем коротко, то главная причина – это несогласие с организованным математическим сообществом. Мне не нравятся их решения, я считаю их несправедливыми. Я считаю, что вклад в решение этой задачи американского математика [Ричарда] Гамильтона ничуть не меньше, чем мой», – говорилось в письме, направленном Перельманом в адрес Института Клэя в июле 2010-го. Ответ на другой вопрос – будет ли продолжение карьеры у блестящего математика, с тех пор практически порвавшего связи с внешним миром,  – остается открытым.

Какова вероятность, что уроженец Мад­ раса в британской Индии, даже если в детстве он делал заметные успехи в математике – «то есть умел складывать, вычитать и умножать без ошибок», станет профессором одного из крупнейших американских научных университетов и ведущим мировым специалистом в  области теории вероятности? Блестящий пример 73-летнего Сринивасы Варадхана свидетельствует: при упорстве, целеустремленности и природном таланте она может равняться единице. Защита кандидатской диссертации в Индийском статистическом институте, состоявшаяся ровно полвека назад в присутствии отца теории вероятностей – советского математика Андрея Колмогорова, открыла Варадхану дорогу в США, где он учился, а с 1966 года начал преподавать в Курантовском институте математических наук Нью-Йоркского университета. Премия Абеля за «фундаментальный вклад в теорию вероятности, и в особенности за создание теории больших девиаций» за 2007 год – признание научных заслуг Варадхана. Как мог реализоваться столь ничтожный шанс? Это и объясняет созданная им теория: «В действительности она говорит вам не только, что такое вероятность, но также и о том, происходило ли событие со столь малой вероятностью, как оно происходило. Вы можете проследить его историю и объяснить, как оно произошло и что еще может произойти»,  – рассказывал Варадхан в интервью European Mathematical Society Newsletter после награждения. Звучит столь фантастически, сколь и невероятно.

Россия

№4, 2013–2014

Индия/США

85


The smart list

Cs Ma Анил Джейн —■— Премия Уолласа Макдауэлла, 2007 год, Индия/США

Недалек тот день, когда плохим парням всех возможных мастей, попирающим законы, будет не только затруднительно отправлять свои темные дела, но и уйти из поля зрения правоохранителей – даже затерявшись в толпе. Надежду на это дает стремительный прогресс электронных технологий машинного зрения и биометрического распознавания, способных идентифицировать человека по его уникальным признакам: строению лица, отпечаткам пальцев, радужной оболочке глаз и даже татуировкам. Тех самых технологий, в развитие которых вклад Анила Джейна, профессора департамента вычислительной техники и инжиниринга Мичиганского государственного университета, трудно переоценить. Устройства и программы, созданные на базе технологий, разработанных или усовершенствованных Джейном, уже сегодня используются в криминалистике, системах безопасности (ваш последний iPhone умеет узнавать вас по отпечаткам пальцев не без его подсказки) и автоматизированных системах электронного голосования. Сам 66-летний ученый, родившийся в Индии, скромно признает: биометрические технологии распознавания еще не совершенны: «Люди предъявляют чересчур высокие требования к  биометрии. У них слишком большие ожидания, но они могут быть разочарованы». Впрочем, для Джейна – чья система идентификации личности, основанная на сочетании анализа отпечатков пальцев и  радужной оболочки глаз, допускает менее 1% ошибочных решений – это не повод отказываться от дальнейшей работы.

Александр Разборов —■— Премия Геделя (совместно со Стивеном Рудичем), 2007 год Россия

Представьте: перед вами задача с множеством решений, из которых нужно выбрать одно «хорошее» в соответствии с заданными критериями. Существует ли возможность заменить простой перебор всех имеющихся вариантов какой-то более эффективной процедурой – алгоритмом, способным привести к ответу кратчайшим путем максимально быстро? К этому вопросу, по сути, сводится проблема равенства классов P=NP – одна из семи «задач тысячелетия». «В решении этой проблемы имеет место интуиция: она показывает, что для задач такого рода часто имеется иной способ, а не тупой перебор. Вопрос в том, можно ли это сделать всегда», – поясняет на polit.ru российский математик Александр Разборов, посвятивший этой теме не один год своей профессиональной жизни. Работа о «естественных доказательствах», написанная в соавторстве с профессором Университета Карнеги – Меллон Стивеном Рудичем,  – осязаемый результат многолетних изысканий 50-летнего Разборова в этой области. Главный вывод монографии, принесшей ее авторам престижную Премию Геделя: решение проблемы P=NP в рамках известных доказательных методов невозможно, и необходима разработка новых подходов. 86


Лучшие умы развивающегося мира

As

Информатика и вычислительная техника

Премия Тьюринга – самая престижная премия в области информатики, ежегодно присуждаемая с 1966 года Ассоциацией вычислительной техники за выдающийся научно-технический вклад в этой области. Денежное содержание: 250 тыс. долларов.

Рашид Сюняев —■— Премия Крафорда, 2008 год

Лидерство по странам Индия 

Россия / Германия

Китай 

Доводилось ли вам задумываться, что получается при падении вещества на космическое тело – скажем, на черную дыру или нейтронную звезду? Правильный ответ: аккреционные диски, которые, возбуждая сильное рентгеновское излучение, к тому же способны многое рассказать о ранней истории нашей Вселенной. Доказавшая это теория дисковой аккреции – вероятно, самая известная и цитируемая работа ярчайшей звезды мировой астрофизики Рашида Сюняева, написанная в соавторстве с Николаем Шакурой еще в начале 1970-х и  с  тех пор ставшая одним из фундаментальных трудов современной науки о космосе. Как и другой плод усилий ученого – теоретическая модель, описывающая взаимодействие фотонов реликтового излучения с горячим газом в  скоп­лениях галактик, ныне известная как «эффект Сюняева – Зельдовича», один из главных элементов инструментария современных космологических исследований. Благодаря прорывам в области технологий детекции излучений, случившимся в последние пятнадцать лет, многие теоретические предсказания Сюняева нашли блестящее практическое подтверждение, пролив на их автора космический дождь престижнейших мировых наград, включая последнюю по времени медаль №4, 2013–2014

Россия 

Cs

Бенджамина Франклина по физике за 2012 год. Сам 70-летний Сюняев, действующий научный сотрудник Института космических исследований РАН и директор Института астрофизики Общества имени Макса Планка в Германии, у которого столь громкое признание вызывает «непростые чувства», предпочитает говорить не о них, а о будущем своей науки в  России – молодых ученых. «Мы должны сделать все, чтобы у них была возможность учиться и работать на мировом уровне, а не рассуждать, как им плохо», – призывал он в прошлогоднем интервью Gazeta.ru. Сюняев уверен: самое простое, быстрое и  эффективное решение этой задачи – войти с полным правом в лучшие мировые научные центры, и тогда Россия сможет рассчитывать на появление плеяды очень сильных и ярких молодых ученых. 87


The smart list

Cs

Ph

Шань-Хуа Тэн —■— Премия Геделя, 2008 год

Чарльз Као —■— Нобелевская премия по физике, 2009 год

Он любит книги, латиноамериканскую музыку (особенно сальсу!) и путешествия, в самолете предпочитает развлекать себя решением заковыристых математических головоломок, а главное – он один из самых титулованных мировых ученых-практиков в области информатики. Его зовут Шань-Хуа Тэн. Головокружительное восхождение 49-летнего уроженца Пекина к вершинам computer science началось для него на родине, в Шанхайском транспортном университете, и продолжилось в университетах Южной Калифорнии и Кар­неги – Меллон в США. Америка же открыла Тэну возможность сделать блестящую карьеру исследователя в ведущих глобальных технологических корпорациях, включая Xerox, Intel и Microsoft, академического профессора и ученого-теоретика. Широта кругозора и разнообразие отраслей компьютерных знаний, в которых Тэн добился общепризнанных успехов, включая сглаженный анализ алгоритмов, вычислительную теорию игр, комбинированные научные исчисления, вычислительную геометрию, специальную теорию графов, расходится с общепринятой научной практикой узкой специализации. «Мне нравится заниматься междисциплинарными исследованиями, которые перекрещивают теорию и практику. Хотя эти темы кажутся очень разнообразными, фундаментальный принцип моих исследований всегда оставался неизменным: понять математическую структуру проблем, чтобы разработать эффективный алгоритм и программное обеспечение для их решения», – признается Тэн, который в нынешней должности профессора информатики Высшей технической школы Витерби в США намерен полностью посвятить себя научным исследованиям.

Если бы в далеком 1960 году молодой инженерэлектротехник из лондонской лаборатории ITT Corporation Чарльз Као не заинтересовался волоконными технологиями, то мир, каким мы знаем его сегодня, попросту бы не существовал. К этому времени наука уже понимала, что принципиальная возможность передачи данных на дальние расстояния с помощью оптического волокна существует. Оставалось разрешить главную проблему: найти материал, обеспечивший приемлемые параметры затухания сигнала. Ее-то в результате многолетней кропотливой работы и удалось решить Као и нескольким сотрудникам его лаборатории. Искомым материалом оказалось обыкновенное кварцевое стекло, очищенное от ионов металлов, которые, как доказали ученые, и были главной причиной рассеивания света в оптоволокне. «Это был довольно долгий процесс, потому что у нас имелось не много денег. Команда была очень маленькой, сначала только я, со временем ко мне добавились еще два или три человека», – признался Као в интервью IEEE History Center в 2004 году. Грандиозные последствия открытия Као и его группы хорошо известны: революция в области информационных технологий, сделавшая возможным появление и бурное распространение по миру таких технологий, как интернет и мобильная связь. В 2009 году заслуги Као, почетного профессора и доктора наук ряда ведущих университетов, были отмечены Нобелевской премией. Часть ее 80-летний инженер-физик, постоянно прожива­ющий и  работающий в Гонконге, перечислил в Фонд борьбы с болезнью Альцгеймера, диагностированной у него в том же году, сделав свой очередной вклад в развитие мировой науки.

Китай

Китай / Великобритания / США

88


Лучшие умы развивающегося мира

Ch

As

Венкатраман Рамакришнан —■— Нобелевская премия по химии, 2009 год

Фрэнк Шу —■— Премия Шао по астрономии, 2009 год

Индия/Великобритания

Британский ученый индийского происхождения Венкатраман Рамакришнан в своей жизни не раз встречался с отказами. В студенческие годы он безуспешно пытался поступить в Индийский институт технологии и Христианский медицинский колледж. После стажировки в Йельском университете не смог найти работу примерно в полусотне американских университетов. Но именно эти отказы привели будущего лауреата Нобелевской премии в  Брукхейвенскую национальную лабораторию, где он посвятил 12 лет своей жизни изучению рибосом. Интерес к биохимии ученый унаследовал от своих родителей, занимавшихся ею в Индии. На родине он получил среднее образование и  там же в 1971 году стал бакалавром. Но чтобы проникнуть в тайны важнейшего немембранного органоида живой клетки, ему пришлось перебраться в США. В 2009 году «за исследования структуры и функций рибосомы» Рамакришнан получил Нобелевскую премию, разделив ее с коллегами Томасом Стейцем и Адой Йонат. Как пояснили в Королевской академии наук Швеции, этому трио удалось выяснить, что «рибосома считывает информацию, записанную в ДНК. Рибосома производит белки, которые, в свою очередь, контролируют химические процессы во всех живых организмах». Сам лауреат, достигший успеха в Америке, продолжает глубоко переживать о делах домашних. «Я думаю, – говорил он в интервью газете The Hindu, – что это ошибка – судить о  науке по нобелевским премиям… Вместо того чтобы думать о них, правительство должно сконцентрироваться на создании культуры уважения к базовым знаниям и науке».  №4, 2013–2014

Китай/США

Хотя одной из главных звезд современной астрофизики, профессору Калифорнийского университета в Беркли и Сан-Диего Фрэнку Шу уже 70, слово «пионер» в отношении него более чем к месту. И вот почему: за свою сорокалетнюю научную карьеру ученый первым проложил путь сразу в нескольких отраслях астрофизических знаний, в числе прочего заложив основы теории происхождения метеоритов, рождения и ранней эволюции звезд. В частности, именно Шу удалось объяснить механизм взаимодействия мощных магнитных полей и турбулентности с гравитацией, работающих вместе как гигантский пылесос по сбору мелких частиц распыленной материи – материала для строительства звезд и планет. Притом что ранее считалось, что процессом движет единственная сила – сила притяжения. Разработанная же Шу теория спиральных галактик дала человечеству объяснение строения колец Сатурна, чья спиралевидная форма подчинена действию волн плотности. Но прожив большую часть жизни и состоявшись как ученый в США, Шу не перестал быть китайцем. Сегодня он не только занимает пост президента Национального университета Цинхуа, но и считает своим долгом отстаивать интересы соотечественников в Америке, где те нередко становятся объектами нападок в прессе из-за нарушений прав человека в КНР. «Это попытка поместить Китай на роль пугала», – сетует Шу, не переставая доказывать обратное собственной жизнью и работой. 89


The smart list

Ph

Ma

Андрей Гейм, Константин Новоселов —■— Нобелевская премия по физике, 2010 год

Нго Бао Тяу —■— Филдсовская премия, 2010 год

Россия/Нидерланды/Великобритания

Если на вашем столе случайно завалялись пара грифельных карандашей и кусок использованной липкой ленты, не торопитесь отправлять их в мусорное ведро. Иначе вы можете никогда не получить своего «Нобеля», как это удалось двум русским физикам из Манчестерского университета Андрею Гейму и Константину Новоселову. В начале прошлого десятилетия внимание ученых привлек обыкновенный скотч, который использовали для приготовления образцов графита для изучения на сканирующем туннельном микроскопе. «Отшелушивая» графитовые слои с его помощью, экспериментаторам удалось добиться невероятного: получить пленку углерода толщиной в один атом – графен. «Графен – это очень просто. Если вы представите самый-самый тонкий материал, тоньше которого вы уже сделать не можете, самый элас­тичный, самый прочный, самый проводящий, ну и там еще куча разных свойств, это и будет графен. А  по физике это один слой атомов углерода. Если вы будете брать атомы углерода и укладывать их один к другому, чтобы они создавали шестиугольные ячейки, то вы получите ровно наш графен», – поясняет Константин Новоселов в интервью «Русскому репортеру». Новые технологии и материалы на основе графена, в создание которого уже сегодня вкладываются миллиарды долларов, в обозримой перспективе способны совершить новую революцию в материаловедении, электронике, машиностроении. Самих 55-летнего Гейма и  39-летнего Новоселова участие в коммерциализации своего

Вьетнам/Франция

Превосходные степени и определение «первый» в разных его производных неотступно следуют за именем 41-летнего вьетнамского математика Нго Бао Тяу на протяжении всей его жизни. Единственный сын в семье академических ученых из Ханоя, выпускник специализированного математического класса для одаренных детей при Ханойском университете наук, Тяу стал первым вьетнамцем, одержавшим победы сразу в двух международных математи­ ческих олимпиадах, открывших ему дорогу для продолжения учебы во Франции. В 2005-м 33-летний профессор Университета Париж-Юг XI Тяу оказался и самым молодым гражданином Вьетнама, удостоенным профессорского звания у себя на родине. Наконец, Тяу – первый ученый, сумевший предъявить доказательство фундаментальной леммы Ленг­ лендса, за которую в 2010-м получил престижнейшую Филдсовскую премию – также первым из вьетнамских математиков. «Самым восхитительным был момент, когда я нашел решение. Я был невероятно счастлив. После этого я почти лишился сил», – делился он в интервью Asia Pacific Mathematic Newsletter. Хотя сегодня научная карьера Тяу продолжается в США в Институте перспективных исследований в Принстоне, Вьетнам, гражданство которого он сохраняет, по-прежнему остается в сфере внимания молодого ученого, занимающего должность профессора в местных математическом и научно-технологическом институтах.

изобретения, кажется, совершенно не интересует – их будущее по-прежнему в науке. 90


Лучшие умы развивающегося мира

Md

Ph

Руслан Меджитов —■— Премия Шао в области естественных наук и медицины, 2011 год

Алексей Китаев —■— Премия по фундаментальной физике, 2012 год

Превращение Руслана Меджитова из неизвестного российского биохимика в звезду мировой иммунологии, профессора Школы медицины и руководителя собственной лаборатории в Йельском университете в США напоминает историю Золушки в сюжете Шарля Перро. В 1992-м в руки Меджитова, выпускника Ташкентского госуниверситета и аспиранта третьего года МГУ, попал номер научного журнала Cold Spring Harb Symp Quant Biol за 1989 год со статьей Чарльза Дженуэя. В ней американский иммунолог высказывал гипотезу: в иммунных клетках человека есть рецепторы, распознающие структурные компоненты патогенов и  запускающие механизм ответной реакции организма. Идея увлекла Меджитова настолько, что он потратил немало усилий и несколько лет, чтобы попасть в лабораторию Дженуэя в Йеле, где в 1994-м получил место постдока. Еще через три года совместная работа увенчалась триумфом: практические доказательства существования у  человека специальных рецепторов были получены. А по сути был открыт новый тип иммунной защиты человека, ныне известный как врожденный иммунитет. Сам Меджитов не склонен преувеличивать собственные заслуги: «Я думаю, что просто оказался в нужном месте в нужное время, и любой другой в этом положении, вероятно, добился бы того же», – заявил он в интервью изданию Disease, Models & Mechanisms.

Никакой церемонии, банкета, шумных празднований полученной премии. Все это как нельзя лучше подходит российскому ученому Алексею Китаеву, проживающему в США. «Выступать в торжественной обстановке – это тяжело», – признается он. Поэтому Китаев не переживает, что в 2012 году получил Премию по фундаментальной физике, а не «Нобеля». «Главное отличие состоит в том, что она присуждается за работы по фундаментальной физике, которые не обязательно получили экспериментальное подтверждение, чтобы ученым, добившимся выдающихся результатов, не надо было долго ждать», – объясняет Китаев в интервью научной газете «Троицкий вариант». И действительно, мировая награда досталась ему в 49 лет, что совсем неплохо по научным меркам. Награду Китаеву вручили за концепцию так называемых квантовых компьютеров. Эта тема объединяет физику, математику и информатику. В случае с квантовыми компьютерами вычислительная техника обрабатывает не биты информации (нули и единицы), а кубиты, каждый из которых может переходить в состояние 0 или 1 с определенной долей вероятности. По слегка устаревшим расчетам самого ученого, подобные компьютеры могли бы по­ явиться уже в 2025 году, однако, как признается Китаев, развитие идет медленнее, чем он планировал, поэтому очень сложно давать какиелибо прогнозы.

Узбекистан/Россия/США

№4, 2013–2014

Россия/США

91


The smart list

As

Ph

Джейн Лу —■— Премия Шао по астрономии (совместно с Дэвидом Джуиттом), 2012 год

Хуан Мартин Малдасена —■— Премия по фундаментальной физике, 2012 год Аргентина/США

Вьетнам /США

На профессиональной конференции «Струны-98» Хуана Малдасену встречали словами популярной в то время «Макареной», переделанной в «Малдасену». Настолько были воодушевлены его открытиями специалисты по теории струн, в доработку которой вложился аргентинский ученый. Рассказывая о научном вкладе Малдасены, российский физик Александр Горский отметил, что его молодой (всего 45 лет) коллега из Аргентины предложил дуальность – соответствие между теорией струн и квантовой теорией поля. Для того чтобы лучше понять, что такое «дуальность Малдасены», Горский предложил простую аналогию: «Мы знаем, что были опыты Резерфорда, которые позволили выяснить структуру атомного ядра… Видя и изучая процессы рассеивания альфа-частиц, мы могли видеть, как устроено ядро». То же самое попытался сделать и Малдасена, только вместо альфа-частиц использовались струны. «С помощью результатов этого рассеивания можно узнать, как устроено наше четырехмерное пространство, или точнее – как устроена квантовая хромодинамика», – объяснил Горский в ходе награждения Малдасены еще одной премией – имени Померанчука. Сегодня в теоретической физике работа Малдасены одна из самых цитируемых. По его словам, теория струн на сегодняшний день уже достаточно проработана для того, чтобы решить некоторые космические загадки. Главная из них – черные дыры. «Они преподнесли теоретикам немало сюрпризов, приведших к лучшему пониманию природы пространствавремени», – доволен аргентинский ученый. В прошлом году за свои открытия он был удостоен Премии по фундаментальной физике.

Когда в следующий раз, всматриваясь в звездное небо через телескоп, вы наткнетесь взглядом на астероид под номером 5430, знайте, что у него есть и красивое женское имя – Джейн Лу. В 1975 году уроженка Южного Китая 12-летняя Лу оказалась в США, куда после победы коммунистов в гражданской войне на родине была вынуждена бежать ее семья и где спустя девять лет она окончила Стэнфорд. В Америку – в лабораторию имени Линкольна Массачусетского технологического университета – она вернулась спустя несколько лет после работы в Лейденском университете в Нидерландах. Именно здесь после пяти лет упорных совместных исследований с Дэвидом Джуиттом ей и удалось отыскать «иголку в стоге сена», доказав на практике существование Пояса Койпера – расположенной на задворках Солнечной системы области рассеянных космических объектов. Гипотезы о ее наличии впервые были высказаны еще в 1930-е сразу после открытия Плутона. О первом кандидате в объекты Пояса Койпера, получившем имя (15760) 1992 QB, Джуитт и Лу впервые объявили 30 августа 1992 года. Спустя 20 лет это открытие принесло ученым престижную Премию Шао по астрономии. Совершить столь же головокружительное восхождение к собственным звездам по силам каждому, не сомневается 50-летняя Лу. «Если вас что-то интересует, вы должны заниматься этим, много размышлять на эту тему, и затем у вас появятся хорошие идеи. Если в вас есть упорство и вы остаетесь верны своим идеям, вы можете кое-что из них извлечь. Если вы чемто увлечены, вы уже наполовину у цели», – напутствует она. 92


Лучшие умы развивающегося мира

THE SMART LIST*

Имя 1. Сергей Новиков 2. Евгений Маргулис 3. Шин-Тун Яу 4. Владимир Дринфельд 5. Ефим Зельманов 6. Юрий Манин 7. Даббала Раджагопал Редди 8. Клод Коэн-Таннуджи 9. Тилан Агервала 10. Максим Концевич 11. Амартия Сен 12. Дэниел Цуи 13. Ахмед Зевейл 14. Жорес Алферов 15. Хонг Цзе Яу 16. Эндрю Яо 17. Санджив Арора 18. Прадип Хосла 19. Владимир Воеводский 20. Алексей Абрикосов 21. Сартаж Сахни 22. Юэт Вай Кан 23. Кришан Сабнани 24. Маниндра Агравал 25. Сяодун Ван 26. Бенджамин Вах 27. Ву Вэньцзюнь 28. Владимир Окуньков 29. Григорий Перельман 30. Людвиг Фаддеев 31. Сриниваса Рави Варадхан 32. Майя Хемлани Давид 33. Анил Джейн 34. Александр Разборов 35. Рашид Сюняев 36. Шань-Хуа Тэн 37. Михаил Громов 38. Чарльз Као 39. Венкатраман Рамакришнан 40. Яков Синай 41. Цзявэй Хан 42. Фрэнк Шу 43. Санджив Арора 44. Андрей Гейм, Константин Новоселов 45. Станислав Смирнов 46. Нго Бао Тяу 47. Ганеш Деви 48. Руслан Меджитов 49. Джон Ландабуру Ильярименди 50. Алексей Китаев 51. Андрей Линде 52. Джейн Лу 53. Хуан Мартин Малдасена 54. Александр Поляков

Премия Филдсовская Филдсовская Филдсовская Филдсовская Филдсовская Неммерса по математике Тьюринга

Год присуждения 1970 1972 1982 1990 1994 1994 1994

(совместно с Эдвардом Фейгенбаумом)

Нобелевская по физике

1997

Алжир/Франция

1998 1998 1998 1998

Индия/США Россия/Франция Индия Китай/США

(совместно со Стивеном Чу и Уильямом Филлипсом)

Уолласа Макдауэлла Филдсовская Нобелевская по экономике Нобелевская по физике (совместно с Робертом Лафлином и Хорстом Штермером)

Нобелевская по химии 1999 Египет Нобелевская по физике 2000 Россия Пуанкаре 2000 Тайвань/США Тьюринга 2000 Китай/США Геделя 2001 Индия Уолласа Макдауэлла 2001 Индия/США Филдсовская 2002 Россия/США Нобелевская по физике 2003 Россия/США Уолласа Макдауэлла 2003 Индия/США Шао в области естественных наук и медицины 2004 Китай/США Уолласа Макдауэлла 2005 Индия/США Геделя 2006 Индия Шао в области естественных наук и медицины 2006 Китай/США Уолласа Макдауэлла 2006 Китай/США Шао по математике 2006 Китай Филдсовская 2006 Россия/США Филдсовская 2006 Россия Пуанкаре 2006 Россия Абелевская 2007 Индия Лингвапакс 2007 Малайзия Уолласа Макдауэлла 2007 Индия/США Россия Геделя (совместно со Стивеном Рудичем) 2007 Крафорда по астрономии 2008 Россия/Германия Геделя 2008 Китай Абелевская 2009 Россия/Франция Нобелевская по физике 2009 Китай/Великобритания/США Нобелевская по химии 2009 Индия Пуанкаре 2009 Россия/США Уолласа Макдауэлла 2009 Китай/США Шао по астрономии 2009 Китай/США Геделя 2010 Индия Нобелевская по физике 2010 Россия/Нидерланды/Великобритания Филдсовская 2010 Россия Филдсовская 2010 Вьетнам/Франция Лингвапакс 2011 Индия Шао в области естественных наук и медицины 2011 Узбекистан/Россия/США Лингвапакс 2012 Колумбия/Франция По фундаментальной физике 2012 Россия/США По фундаментальной физике 2012 Россия/США Вьетнам/США Шао (совместно с Дэвидом Джуиттом) по астрономии 2012 По фундаментальной физике 2012 Аргентина По фундаментальной физике 2013 Россия/США

* Лауреаты научных премий расставлены в хронологическом порядке, по году получения награды.

№4, 2013–2014

Страна Россия Россия/США Китай/США Украина/Россия/США Россия/США Украина/Россия Индия

93


ОБРАЗОВАНИЕ

«Зеленые» против «коричневых» Денис Конанчук Образовательный ландшафт меняется на наших глазах, и эти изменения необратимы. Далеко не все традиционные учебные заведения выживут: им придется или кардинально измениться, или погибнуть. На смену им придут новые, прогрессивные, высокотехнологичные образовательные проекты, которые в экспертном сообществе принято называть гринфилдом.

рискуют не вписаться в набирающие силу тренды и превратиться в образовательные провинции. Такая угроза существует и для государств БРИКС. По мнению экспертов, грядущая «лавина инноваций» серьезно изменит «образовательный ландшафт» во всем мире. Светлое будущее для традиционных образовательных учреждений не гарантировано. Ресурсов на всех не хватит. Если воспринимать эту угрозу всерьез, становится ясно, что перед образованием в XXI веке стоит беспрецедентная по масштабам и сложности управленческая задача: трансформация нескольких десятков тысяч «образовательных предприятий», которые охватывают своей деятельностью более 100 млн человек и чьи ежегодные бюджеты только в странах ОЭСР составляют свыше 2,3 трлн долларов. Чтобы оставаться в образовательном пространстве, руководителям образовательных учреждений необходимо принять незамедлительные меры по адаптации к новым экономическим условиям, что само по себе грандиозный вызов, ведь многие образовательные учреждения создавались и управляются не как субъекты экономической деятельности. Однако успешная трансформация вузов, к  которой призывают эксперты, – скорее исключение, чем правило. Перестройку дейст­

Угрозы и вызовы

Каким будет образование будущего? Отвечая на этот вопрос, обычно принято обсуждать судьбу существующих образовательных учреждений в свете новых вызовов и угроз. Обсудить действительно есть что. Сегодня в мире насчитывается более 19 тыс. высших учебных заведений. Смогут ли они адаптироваться к растущей интернационализации образования и противостоять ежегодному «бегству» 4 млн самых талантливых студентов в топ-500 университетов мира? Способны ли руководители действующих образовательных учреждений отреагировать на разворачивающуюся «цифровую революцию» и растущую конкуренцию со стороны новых онлайн-проектов (Coursera, EdX, Udacity и др.), которые на наших глазах строят «онлайн-университеты для миллионов», предлагая бесплатный доступ к курсам лучших профессоров и экспертов со всего мира? Кто оплатит развитие и трансформацию традиционных образовательных учреждений в условиях высокой долговой нагрузки и бюджетного дефицита большинства стран и сокращающихся расходов на образование со стороны корпораций? Отвечать на эти вопросы приходится не только руководителям образовательных учреждений. Целые регионы и страны сегодня

Денис Конанчук – руководитель Центра образовательных разработок Московской школы управления СКОЛКОВО. Подробный анализ образовательных стартапов и описание новой технологической платформы образования приводится в исследовании Центра образовательных разработок СКОЛКОВО «Эпоха гринфилда в образовании» А. Е. Волкова и Д. С. Конанчука. 94


«Зеленые» против «коричневых»

вующего образовательного учреждения можно сравнить с переборкой двигателя или заменой колес у автомобиля на полном ходу. Теоретически это возможно, но помимо продуманного плана действий и высочайшего профессионализма команды управленцев, разделяющих ценности изменений, необходимы время и удачное стечение обстоятельств. Поэтому многие попытки трансформации действующих образовательных учреждений, сталкиваясь с инерционностью системы и многовековой устойчивостью к изменениям, чаще всего сводятся лишь к косметическим улучшениям и повышению эффективности существующих моделей. Не отрицая важности масштабных трансформаций, мы считаем необходимым принять другую логику рассмотрения вопроса о будущем образования.

За прошедшие 10 лет начал складываться рынок новых образовательных инициатив, которым удается привлекать значительное финансирование. В 2010–2012 годах произошел настоящий бум инвестиций, объем которых увеличился в 3 раза – с 350 млн до 1,1 млрд долларов. А если сравнивать с 2002 годом, объем инвестиций вырос почти в 10 раз

Анализ динамики венчурных инвестиций в образовательные стартапы демонстрирует, что за прошедшие 10 лет начал складываться рынок новых образовательных инициатив, которым удается привлекать значительное финан­ сирование. В 2010–2012 годах произошел настоящий бум инвестиций, их объем увеличился в 3 раза – с 350 млн до 1,1 млрд долларов. А если сравнивать с 2002 годом, объем инвестиций вырос почти в 10 раз. Представленная статистика говорит о значительном росте интереса инвесторов к образовательным стартапам, что только подтверждает гипотезу о формировании нового пространства развития образования – образовательного гринфилда, проекты которого претендуют на роль главного драйвера в образовании будущего. Как ни странно, среди топ-10 образовательных стартапов, привлекших наибольшие инвестиции в 2012 году, нет знаменитых MOOC (Coursera, EdX и т.д.). Пространство EdTechпроектов оказалось гораздо шире и разнообразнее, чем принято считать и обсуждать в медийном сообществе. Феномен MOOC, который чаще всего приводят сегодня в качестве главного примера прорывных инноваций в образовании, – лишь вершина айсберга. Так, компания Desire2Learn, лидер по популярности среди инвесторов, разрабатывает решения в области управления учебным процессом и выстраивания индивидуальных образовательных траекторий «в течение всей жизни». Компания Open English предлагает онлайн-обучение английскому языку для тысяч клиентов по всему миру. Lumos Labs – лидер в разработке учебных программ для повышения эффективности работы человеческого мозга – предоставляет каждому человеку возможность раскрыть свои интеллектуальные

Новая волна

Можно предположить, что в силу действия различных трендов и внешних факторов – преж­ де всего технологических – для образования открываются новые возможности и вероятно возникновение новых рыночных ниш или зон для образовательных экспериментов, которые могут развиваться параллельно традиционной системе образования, сложившейся за последние столетия. С этой точки зрения традиционные образовательные учреждения, судьбу которых чаще всего принято обсуждать в экспертном сообществе, можно назвать браунфилдом – исторически сложившейся зоной образовательной практики. Гринфилдом, в свою очередь, будут выступать новые образовательные проекты (стартапы), созданные с нуля на новых технологических основаниях. Такие проекты получили специальное название – EdTech (от англ. education technologies – «образовательные технологии»). Однако существование нового образовательного пространства – своеобразного образовательного гринфилда – еще необходимо доказать. Основной критерий – наличие критической массы образовательных проектов, созданных с нуля, которым удалось не только завоевать популярность у пользователей, но и привлечь значительное финансирование со стороны инвесторов. №4, 2013–2014

95


ОБРАЗОВАНИЕ

пьютерных, коммуникационных и медиатехнологий), которые способны дать новые преимущества, упростить и обогатить образовательный процесс: онлайн-платформы, социальные сети, системы учета и анализа больших массивов данных и др. ŦŦ Накопленная история успеха у проекта (в среднем от 2 до 5 лет у топ-10 компаний) или наличие учредителей с именем и репутацией (в попечительский совет The Minerva Project входит бывший президент Гарварда Ларри Саммерс) способствуют снижению рисков, которые неизбежно возникают на этапе запуска проекта и становления новой индустрии. Таким образом, энергия все большего числа людей направлена не на борьбу со старыми моделями образования, а на создание новых успешных решений. Поддерживаемые деньгами инвесторов и растущим вниманием со стороны СМИ образовательные стартапы становятся массовым явлением. В отличие от традиционных образовательных институтов они играют на стороне действующих трендов – массовизации, глобализации и цифровизации образования, – а не противостоят им. Благодаря современным технологиям образовательные стартапы способны предложить более массовое, доступное и дешевое образование для глобального рынка, ориентируясь не на государственные или корпоративные бюджеты, а на венчурные или частные деньги. Так вызовы и угрозы для традиционных игроков на практике превращаются в большие возможности и  конкурентные преимущества для новых команд и проектов. Сегодня мы становимся свидетелями формирования нового образовательного пространства, масштабы и потенциал которого дают основания говорить о наступлении новой эры в  азвитии образования – эпохи гринфилда, способной привести не только к  возникновению многомиллиардных образовательных бизнесов, но и к трансформации традиционной системы образования. Эта эпоха открывает перед предпринимательскими командами, образовательными учреждениями и странами уникальные возможности. Вероятно, лучшие образовательные проекты следующего пятидесятилетия еще не существуют и будут созданы в ближайшие годы на наших глазах и, надеюсь, с нашим участием.

Лучшие стартапы 2012 Инвестиции, млн долларов

Desire2Learn 80 Open English 43 Lumos Labs 31,5 Echo360 31 2U 26 Chegg 25 Kaltura 25 Edmodo 25 The Minarva Project 25 Orbis Education 24,33 Источник: GIGAOM

способности, например тренировать память и внимание. Сайт этой компании, насчитывающий свыше 45 млн пользователей, сегодня один из самых быстрорастущих онлайн-проектов по числу подписчиков. Среди лидеров нового образования есть необычные проекты. Например, компания Chegg сумела построить успешный бизнес на сдаче учебников в аренду, а проект The Minerva Project привлек 25 млн долларов под образовательную программу нового типа, студенты которой будут обучаться одновременно «свободным искусствам» и «передовым технологиям» в семи лучших мегаполисах мира. Слагаемые успех а

Несмотря на большое разнообразие образовательных проектов, привлекших финансирование в 2012 году, их объединяет несколько общих характеристик: ŦŦ Ориентация на глобальный рынок и платежеспособный спрос, который традиционная система образования «не видит» или не способна удовлетворить столь же оперативно и эффективно, – начиная c удобной и дешевой аренды учебников и заканчивая работающими механизмами life-long learning (обучения в течение всей жизни), о которых многие говорят последние 10–15 лет, но которые для большинства традиционных образовательных учреждений до сих пор остаются красивой идеей. ŦŦ Использование современных технологических решений из смежных областей (прежде всего ком96


БРИКС в образовательной вселенной

БРИКС в образовательной вселенной Бывший главный экономист Goldman Sachs Джим О’Нил, придумавший в 2001 году аббревиатуру БРИК, предсказал: к 2041 году страны клуба обгонят шесть крупнейших западных экономик. Но без доступа к знаниям и качественному образованию экономический рост невозможен. Ежегодный международный рэнкинг университетов QS ранжирует университеты всех стран, чтобы выявить идеальные. Отыскать в последнем списке представителей БРИКС пытается Джейн Плейдон.

Адъюнкт-профессор Школы международных и государственных отношений при Колумбийском университете и содиректор созданного при ней исследовательско-образовательного центра BRICLab Кристиан Дезеглиз, выступая в ноябре прошлого года на конференции «БРИК: в поисках глобального роста», говорил о стремительном прогрессе экономик объединения. По словам исследователя, с 2001 года мировой номинальный ВВП увеличился – и на треть обязан этим участникам клуба. Такая цифра почти вдвое больше аналогичного показателя за предыдущее десятилетие, отмечал Дезеглиз, а с 2008 года доля стран БРИК в мировом показателе стабильно составляет 55%. Но коллега адъюнкт-профессора Маркос Тройхо утверждает, что драйвером изменений стали сравнительные преимущества, а будущие перемены потребуют преимуществ, которые ближе к конкурентным.

Определение конкурентного преимущества

Всемирный экономический форум (ВЭФ) характеризует конкурентоспособность как «комплекс структур, установок властей и факторов производства, от которых зависит уровень производительности экономики». Этот уровень, в свою очередь, определяет степень процветания страны. Чтобы рассчитать значение мирового индекса конкурентоспособности (МИК) для какого-либо государства, ВЭФ рассматривает множество компонентов, сгруппированных в 12 «основ конкурентоспособности». Одну из них, пятую по счету, составляет высшее образование. Вся дюжина основ взаимосвязана: негативные результаты в одной области влияют на результаты в других. Но вес каждой варьируется от страны к стране и зависит от стадии ее экономического развития. Участники БРИКС (в том числе и Южная Африка) сгруппированы вместе как быстрорастущие экономики, которые в будущем могут изменить экономический и торговый ландшафты. Однако в мировом рейтинге конкурентоспособности за 2013–2014 годы ВЭФ указывает, что стадии развития у них разные. Так, Бразилия и Россия находятся на этапе перехода в высшую, третью стадию: к экономике, основанной на инновациях. Индия пока что на первой стадии: экономика страны основана на факторах произ-

Джейн Плейдон – автор TopUniversities.com. Полная последняя версия международного рэнкинга университетов от Quacquarelli Symonds доступна на сайте: www.topuniversities.com/Rankings №4, 2013–2014

97


ОБРАЗОВАНИЕ

Рэнкинг оценивает показатели университетов в четырех ключевых областях: научно-исследовательская работа, трудоустраиваемость выпускников, преподавание и интернационализация. Оценка QS ориентируется на шесть критериев: репутация в академической среде, репутация у работодателей, отношение численности профессорско-преподавательского состава к числу студентов, цитируемость преподавателей и научных сотрудников, доля иностранных преподавателей и научных сотрудников и доля иностранных студентов. Репутация рассчитывается исходя из результатов опросов мировых профессоров, преподавателей и работодателей. Своими мнениями о заведениях, проводящих лучшую в своих сферах научно-исследовательскую работу, в этом году поделились 62 094 представителя академической среды, а 27 957 работодателей назвали университеты, чьих выпускников они считают лучшими. Директор QS по Восточной Европе и Центральной Азии Зоя Зайцева призывает университеты БРИКС обратить пристальное внимание на эти индикаторы и добиться, чтобы число экспертов, знакомых с национальными системами высшего образования, повысилось. Пока большая часть ответов продолжает поступать из США и Западной Европы. В топ-400 последнего рэнкинга от России и Индии попали по пять заведений, от Бразилии и ЮАР – по три, от Китая – 11. Из десяти лучших университетов БРИКС китайских – целых семь. Остальные три – бразильский, российский и южноафриканский вузы.

Число участников рэнкинга от БРИКС

2013 год Бразилия 22↑ Россия 18↑ Китай 25↑ ЮАР 7↑ Индия 11↓

2009 год 7 8 13 4 12

Рост, % + 214 + 125 + 92 + 75 - 8,3

водства, и ее конкурентоспособность зависит от базовых критериев. Китай и ЮАР расположились посередине, во второй стадии, демонстрируя экономику, основанную на эффективности. В мировом индексе конкурентоспособности высшее образование и подготовка имеют больший вес у экономик, основанных на эффективности и инновациях (то есть вторая и третья стадии). В последнем случае акцент ставится на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, а также на сотрудничество университетов с промышленными предприятиями. Среди стран БРИКС наивысшую оценку в сфере высшего образования и подготовки получила Российская Федерация, занимающая в соответствующем разделе МИК 47-е место из 148. Китай – второй (общее 70-е место), затем следуют Бразилия (72-е), ЮАР (89-е) и Индия (91-е). Так насколько же эта связь между высшим образованием и экономическим развитием прослеживается в рэнкинге QS за 2013–2014 годы? Давайте рассмотрим последние данные, которые расскажут нам об успехах БРИКС в этой области.

Лидеры категорий

Китайские заведения по-прежнему имеют лучшую в БРИКС репутацию в академической среде и у работодателей. Разброс мест, занятых ими по этим показателям, – с 19-го по 600-е. Однако большинство за год сдали позиции. Российские университеты заработали довольно неплохую репутацию (разброс мест – с 83-го по 800-е), а четыре лидера улучшили ее среди профессоров и преподавателей. У бразильских вузов разброс мест в обеих категориях репутации – с 51-го по 800-е. При этом большинство результатов повысились. У индийских заведений аналогичный интервал составил 75–700, большая их часть за год скатилась. Между тем все ранжированные представители ЮАР вы-

Результаты БРИКС

Международный рэнкинг университетов по версии Quacquarelli Symonds в настоящее время охватывает 800 мировых вузов, что на 100 больше, чем годом ранее. Бразилия и Россия – страны, переходящие от экономики эффективности к экономике инноваций, – вошли в глобальную десятку по количеству новичков в рэнкинге. Бразилия стала по этому показателю третьей – в рэнкинг этого года вошли десять вузов страны, Россия – девятой, пополнив исследование четырьмя университетами. Китай и ЮАР добавили по два новых участника, а Индия сохранила свои прошлогодние позиции, не прибавив новичков, но и не лишившись бывалых участников. 98


БРИКС в образовательной вселенной

росли в плане академической репутации, однако ухудшили оценку своих работодателей (разброс мест в обеих группах – со 142-го по 650-е). Российские участники рэнкинга хоть и оказались в целом сильны репутацией, но лучше всего проявили себя в вопросе отношения численности профессорско-преподавательского состава к количеству студентов. По этому показателю большинство вузов попали в топ-200. Однако такая цифра не определяет качество преподавания, а  скорее указывает на хороший уровень внимания, которое уделяется каждому. В целом это говорит о весьма ответственном подходе к преподаванию. Высокого отношения численности профессорско-преподавательского состава к количеству студентов российские университеты достигли несмотря на тот факт, что, по последним данным ОЭСР, в 2010 году расходы страны на высшее образование составили 7039 долларов из расчета на одного студента. Это заметно ниже, чем в  среднем по странам, входящим в ОЭСР (13  528  долларов). Однако, по тем же данным, эти 7039 долларов равны 1,6% ВВП, что в целом сопоставимо с расходами членов ОЭСР, многие из которых – экономики инноваций. Топ-200 того же раздела рэнкинга насчитывает три бразильских заведения. Впрочем, половина представителей латиноамериканского государства не попали и в топ-400: результаты многих вузов упали. От Индии и ЮАР в первых четырех сотнях никого нет, и показатели обеих стран в категории ухудшились. Китайских университетов в топ-200 – пять, а за пределами топ-400 – 11. Впрочем, до прошлогоднего уровня большинство результатов университетов Поднебесной опять же недотягивают. Пострадал в странах БРИКС и процент иностранных студентов. Из всего объединения только Россия и ЮАР имеют представительство в топ-400 по этому показателю. Такой результат согласуется со статистикой ОЭСР, в соответствии с которой с 2005 по 2011 год число зарубежных учащихся в  российских вузах выросло на 90%. Но свои показатели за год улучшили лишь трое из 18 участников от России, остальные – ухудшили. Из южноафриканских заведений также никто успешнее не стал. Россия стала лучшей из БРИКС и по доле студентов в соответствующей возрастной группе. №4, 2013–2014

Топ-10 университетов БРИКС согласно рэнкингу QS

2013 год 2012 год Пекинский университет* 46↓ 44 Университет Цинхуа 48= 48 Университет Фудань 88↑ 90 МГУ им. М. В. Ломоносова 120↓ 116 Шанхайский университет Цзяотун 123↑ 125 Университет Сан-Паулу (УСП) 127↑ 139 Кейптаунский университет 145↑ 154 Чжэцзянский университет 165↑ 170 Университет науки 174↑ 186 и технологии Китая 175↓ 168 Нанкинский университет * Рэнкинг QS не включает Гонконг в состав Китая.

Согласно мировому рейтингу конкурентоспособности от ВЭФ за 2013–2014 годы, в прошлом году эта доля составляла в России 75,9% (14-е место в мире). У Бразилии, Китая, Индии и ЮАР было 25,6, 26,8, 17,9 и 15,4% соответственно. А по данным ОЭСР за 2011 год, высшее образование в России имеют 53% людей в возрасте от 25 до 64 лет, что заметно выше, чем в среднем по самим странам ОЭСР (31%). Общая ситуация с цитируемостью преподавателей и научных сотрудников – то есть с влиянием в научно-исследовательской среде – ухудшилась у всех стран БРИКС, за исключением Индии. Семь топовых университетов Китая проявили себя хорошо, а вот остальные его вузы за прошедший год имели не столь хорошие результаты. Итак, международный рэнкинг университетов по версии Quacquarelli Symonds выделяет сильные и слабые стороны систем высшего образования, действующих в БРИКС. Бразилия и  Китай могут похвастать репутацией выпускников у работодателей, а вместе с ЮАР еще и академической репутацией вузов. В Индии высоки показатели цитируемости, а в России – отношения численности профессорско-преподавательского состава к числу студентов и сравнительного количества иностранных учащихся. Но ключевая область, в которой всем этим странам нужно поднимать планку, – это интернационализация в целом. 99


ОБРАЗОВАНИЕ

Сила знаний Индекс ведения бизнеса, индекс экологической эффективности, индекс восприятия коррупции – мир давно привык оценивать страны по рейтингам. Возникшие за последнее десятилетие международные рейтинги университетов дали возможность взглянуть на государства с точки зрения образования. О том, какое место занимают страны БРИКС в этих «табелях о рангах» и зачем России создавать собственный международный рейтинг университетов, рассказывает Алексей Чаплыгин. 35

55

Br

Cs 53

I составляет Китай, вузы которого все активнее отвоевывают себе места в рейтинге. Успех китайских университетов очевиден и вполне закономерен: разработчик рейтинга – Шанхайский университет – изначально преследовал цель использовать его в качестве инструмента для сравнения национальных вузов с ведущими университетами мира. Как метко заметил ректор МФТИ Н. Кудрявцев в интервью газете «Известия», «…изначально любой рейтинг несет в себе политическую подоплеку… Это как в футболе – игра на домашнем стадионе». Единственная страна БРИКС, вуз которой входит в  топ-100 ARWU, – Россия (МГУ им.  М.  В. Ломоносова). Однако в топ-500 рейтинга попали лишь два российских вуза, а потому по числу вузов в  топ-500 из всех стран БРИКС Россия опережает только Индию (в течение последних трех лет имеющую один вуз в топ-500) и  отстает от остальных стран (Китай – 42 вуза, Бразилия – 6 вузов, ЮАР – 3 вуза).

Сегодня в мире сформировалась большая тройка непререкаемых лидеров в области международного рейтингования вузов (ARWU, QS, THE), к которым в 2014 году должен присоединиться и разрабатываемый ЕС U-MultiRank. Также существуют территориальные рейтинги, когда исследуются вузы группы стран, рейтинги вузов по предметным областям и др. Попробовать сравнить силу и востребованность высшего звена национальных образовательных систем стран БРИКС можно, оценив представленность и занимаемые места национальных университетов в глобальных мировых рейтингах. Шанх айский рейтинг

Основной упор в этом рейтинге сделан на успешность вузов в передовых исследованиях, что соответствует определению рейтинга как академического, несущего признаки консерватизма. По числу вузов, представленных в Шанхайском рейтинге, страны БРИКС находятся на примерно равных позициях. Исключение

Рейтинг QS

В рейтинге QS наиболее высокие позиции среди вузов стран БРИКС занимают университеты Китая. Лучшие из них (Пекинский и Цинхуа) уверенно держатся в группе топ-50. Положительную динамику демонстрируют вузы Бразилии. Сильнейший вуз страны Университет Сан-Паулу поднялся с 207-й позиции в  2009  году на 127-ю позицию в 2013-м. Суще-

Алексей Чаплыгин – директор отдела образовательного рейтинга «Интерфакса».

100


Сила знаний

ственных успехов в продвижении своих вузов в этом рейтинге достигла ЮАР. Положительная динамика и у российских вузов. Несмотря на то что ведущий университет страны (МГУ) год от года ухудшает свои позиции и в 2013 году занял 120-е мес­то, некоторым российским вузам удалось подняться в рейтинговом спис­ке. Прежде всего это СПбГУ (2011, 2012, 2013 годы  – соответственно 251-е, 253-е, 240-е места), МГТУ имени Н.  Э. Баумана (соответственно 379-е, 352-е, 334-е), НГУ (соответственно 400-е, 371-е и 352-е). Необходимо отметить, что в 2013 году четыре российских вуза вошли в рейтинг ведущих мировых университетов QS впервые.

Вузы стран БРИКС в рейтинге THE Наилучшая позиция

вуза

Топ-100 Топ-200 Топ-300 Топ-400

Бразилия 2011 178 — 1 2 2 2012 158 — 1 2 2 2013 226–250 — — 1 2 Россия 2011 276–300 — — 1 2 2012 201–225 — — 2 2 2013 226–250 — — 1 1

Рейтинг times higher education (THE)

Наилучшие результаты в World University Rankings, составляемом журналом Times Higher Education, снова демонстрируют вузы Китая. Ведущему университету – Пекинскому – удалось подняться в 2013 году по сравнению с предыдущим годом на одну позицию и занять 45-е место. Если прочие страны БРИКС не имеют ни одного вуза, входящего в топ-100 рейтинга, то у Китая два вуза в этой группе (Пекинский университет и Университет Цинхуа). Общее число вузов Китая, входящих в топ-400, достаточно стабильно: 10 вузов в  2011 году, 9 вузов в 2012 году и снова 10 вузов – в 2013-м.

Индия 2011 301–350 — — — 1 2012 226–250 — — 2 3 2013 226–250 — 1 1 5 Китай 2011 49 2 3 6 10 46 2 2 6 9 2012 2013 45 2 2 6 10 ЮАР 2011 103 — 1 3 3 2012 113 — 1 3 4 2013 126 — 1 2 3

Российский рейтинг

Россия по инициативе президента страны приступила к созданию российского рейтинга ведущих мировых университетов. Конкурс на его разработку выиграла МИГ «Интерфакс». А в ноябре этого года «Интерфакс» совместно с Quacquarelli Symonds (QS) публикует Международный рейтинг университетов стран БРИКС. Задача, стоящая перед «Интерфаксом», весьма амбициозна: создание рейтинга, который бы не только отвечал Берлинским принципам, ключевым правилам любого международного академического рейтинга, но и был бы узнаваем и признаваем по всему миру. За основу формирования рейтинга берутся критерии, которые были рекомендованы ведущими вузами России Министерству образования и науки осенью 2012 года. Эти критерии были объединены в три группы: образовательная деятельность, №4, 2013–2014

Источник: The Times Higher Education World University Rankings 2013–2014.

научно-исследовательская и международная, а затем категориально укрупнены для наиболее аккуратного сбора данных со всех вузов охватываемых стран. Взятый Россией курс на развитие сотрудничества с другими государствами – членами БРИКС в сфере образования и науки актуализирует дальнейшее сопоставление качества и эффективности деятельности вузов пяти стран. В связи с чем возникает необходимость более глубокого анализа как присутствия вузов стран объединения в существующих рейтингах, так и развития новых рейтинговых систем, обеспечивающих объективное сопоставление вузов этих стран. 101


ОБРАЗОВАНИЕ

Из России с дипломом Ректоры двух главных российских вузов – о том, что значат для их университетов наука и международное признание.

Виктор Садовничий, ректор МГУ, академик РАН Рейтинги

Международные университетские рейтинги с каждым годом приковывают к себе все большее внимание. К сожалению, многие, особенно те, кто профессионально не связан с системой образования, придают этим рейтингам не свойственное им значение, порой переоценивая их. Мне нередко приходится высказываться на эту тему. Прежде всего надо учитывать, что большинство известных международных рейтингов ориентированы на англосаксонскую модель образования, не похожую на нашу. Их критерии слабо отражают признанные во всем мире достижения российской высшей школы, фундаментальность нашего образования как залог его высокого качества. Немаловажно и то, что среди экспертов, оценивающих деятельность университетов в мире,

очень мало тех, кто хорошо знает российское высшее образование. Нельзя забывать и о явно коммерческой стороне ранжирования университетов. В целом можно сказать, что Мос­ковский университет занимает неплохие места в международных рейтингах, будучи единственным российским вузом, входящим в первую сотню (именно такая задача стоит сейчас перед ведущими университетами России). Тем не менее всем, и зарубежным специалистам в том числе, очевидно, что столбики баллов, присуждаемых рейтинговыми агентствами разным университетам мира, далеко не всегда соответствуют той неформальной университетской табели о рангах, в которой позиции российской системы образования, и МГУ в частности, заслуженно высоки. Московский университет был инициатором создания национальной системы университетских рейтингов, и полученные результаты достаточно убедительны (я имею в виду как рейтинг «Эксперт» РА, так и рейтинг Интерфакса). Другая важная задача  – создание международного рейтинга со штабквартирой в России. Развитие

Роль профессуры, как и во все периоды развития университета, во многом является определяющей. Сегодня к преподавательскому корпусу предъявляются особые требования: надо владеть современными образовательными методиками, вести актив102

ную научно-исследовательскую де­ятельность. Так, многие профессора университета – известные ученые с высоким индексом цитируемости; они возглавляют научные школы, готовят первоклассных специалистов. В МГУ есть своя Программа развития до 2020 года, согласно которой мы проводим космические исследования, запускаем университетские спутники, наращиваем мощности университетского супервычислителя, ведем комп­ лексные междисциплинарные исследования в рамках созданного нами Института человека, работаем в области био- и нанотехнологий. Наука

Университет предоставляет наиболее благоприятные условия для развития науки и в ее фундаментальном аспекте, и в актуальных приложениях. Важным фактором развития науки является полии междисциплинарность; последнее время все больше прорывных исследований ведется на стыке наук. И в этом отношении классический университет, по определению объединяющий естественно-научное и гуманитарное знания, является наилучшим местом не только для успешного развития науки, но и для инновационного воплощения ее приложений. Так, мы видим, к  примеру, очередной этап развития Московского университета, создающего свою научно-технологическую долину.


Из России с дипломом

ского образования. Рейтинги

Николай Кропачев, ректор СПбГУ, профессор кафедры уголовного права Ситуация

Современный университет, как ведущий экспертный центр, является основой глобальной системы образования. Именно в университетах рождается и оттачивается новое знание, а также способы передачи этого знания другим. Именно новое знание есть основа того, что передается как на университетские, так и на предшест­ вующие уровни образования, влияя тем самым на всю систему. Одним из трагических уроков ХХ века для российского образования стало отделение науки (рождения нового знания) от высшего образования, разделение на академические институты и университеты. Сейчас ситуация меняется, но она еще очень далека от идеальной. Не секрет и не новость также и то, что успешность в современном мире определяется и способностью смены рода деятельности на основе серьезного фундамента базовых знаний и,  главное, умения их применять, а именно этот фундамент и это умение формируются в высших учебных заведениях, на уровне уже университет№4, 2013–2014

Международное признание важно для университета, поскольку оно имеет прямое влияние на возможность обеспечения качества кадрового состава вуза. В современном глобальном мире только через международное признание появляются шансы привлечь на работу в  конкретный вуз действительно ведущих мировых специалистов и, соответственно, на учебу – наиболее продвинутых и мотивированных студентов. Не менее важно международное признание для привлечения ресурсов для развития университетских программ, поскольку признание – отражение репутации. Учитывая предназначение современного университета, как мы его видим, место в международных рейтингах важно в первую очередь для самого вуза  – это хороший показатель того, на какие аспекты своей деятельности коллектив вуза должен обратить внимание. С формальной точки зрения можно посмотреть на то, какие критерии оценки университетов лежат в основе ведущих мировых рейтингов. Собственно оценка этих параметров и приложение оных к конкретному вузу и может дать ответ на вопрос «что делать». А вот собственно инструменты оказываются у каждого свои. Мы в СПбГУ довольно ясно представляем себе, какие в условиях нашего вуза необходимы меры. Мы ведем соответствующую работу и уже видим, что она приносит положительные результаты: мы один из двух российских университетов, 103

входящих во все три основных мировых рейтинга вузов, причем имеем там положительную динамику, мы первый российский вуз, вошедший в рейтинг Financial Times. Однако следует понимать, что сделать открытие можно за доли секунды, но чтобы подготовить его, требуются годы упорного труда. То же касается и международного признания, репутации в целом. Профессура

Безусловно, роль профессуры в международной репутации является определяющей. Эффективность и качество работы профессорско-преподавательского состава – основа существования современного университета. Связи в профессиональном сообществе, сотрудничество и  взаимодействие являются слагаемыми успеха как в части получения объективных результатов, так и в субъективной личностной оценке. Отсюда и требования к профессуре: быть ведущими специалистами в своей области, открытыми к сотрудничеству и преданными задачам научной работы. Наука

В моем представлении научные исследования (в широком смысле) – рождение нового знания  – есть основная характеристика университета. Исходя из этого посыла, работа в области научных исследований является определяющей во всем, и в том числе – в части обеспечения своего международного признания и  профессиональной репутации. Полную версию обоих интервью читайте на bricsmagazine.com


ОБРАЗОВАНИЕ

Порох для Африки Выжить в постсырьевую эпоху Африке поможет ставка на образование, уверен доктор Ндубуиси Экекве. Именно поэтому он строит в Нигерии Первый атлантический университет XXI века – африканский аналог MIT.

популярнее, объемы добычи сланцевого газа в США продолжают расти, так что нынешнее сокращение продаж сырой нефти у таких стран, как Нигерия, на этом фоне может оказаться перманентным. Для устойчивости, стабильности, перспективности и процветания Африке очень важно подготовиться к постсырьевой эпохе. Такую возможность предоставляет образование. Оно поможет реструктурировать экономику, чтобы в ключевых отраслях промышленности государства континента в ближайшие годы были конкурентоспособными. К сожалению, в области высшего образования у Африки есть структурные проблемы качественного и количественного характера, и их необходимо решать. Доступность университетского образования по-прежнему ограниченна, хотя с 2000 по 2008 год число принятых в средние школы учеников выросло на 48%. Вступительные экзамены в африканские вузы ежегодно сдают 10 млн человек. Однако из-за малого количества мест учиться начинают менее 1,5 млн. В системе четырехлетнего высшего образования сегодня обучаются менее 5 млн учащихся, хотя население континента втрое превосходит население США, где студентов – 21 млн. По приблизительным подсчетам, около 50 млн взрослых работающих африканцев хотели бы продолжить свое образование, однако его доступность ограниченна: из-за отсутствия мест в учебных заведениях они не могут этого сделать.

Африка проходит через масштабную трансформацию: мир по-прежнему интересуют сырьевые товары, и это поддерживает рост африканского среднего класса. В большинстве стран континента проводятся небольшие серии структурных, макроэкономических и политических реформ, а также реформ в сфере микроэлектроники, благодаря чему формируются экономическая дорожная карта и траектория развития континента. Но его будущее и модели роста, как и прежде, тесно связаны с рынком сырьевых товаров и поэтому уязвимы перед серьезными перебоями в мировой торговле и зависимы от благоденствия государствпотребителей. Если Африка не изменит свои драйверы роста и не преобразует сырьевую экономику в экономику знаний, недавно обретенный оптимизм может пошатнуться. Африканские университеты отстают от мировых (в глобальном рейтинге топ-400 их всего три), и, учитывая, что на международной арене сырье теснят новые технологии, перед континентом встает больше вопросов, нежели ответов. Электромобили становятся все Доктор Ндубуиси Экекве – президент Первого атлантического университета.

104


Порох для Африки

эффективности, сельского хозяйства и обогащения полезных ископаемых. Благодаря этому появятся стартапы, из которых в предстоящие десятилетия вырастут мировые чемпионы. Образовательный процесс в Первом атлантическом университете объединит в себе лучшие практики традиционного способа обучения (на территории учебных кампусов) и онлайн-образования. Таким образом, даже работая полный день, представители африканского среднего класса смогут получать высшее образование. Это будет первый панафриканский университет, применяющий для повышения доступности такие технологии, как видео и интернет. Мы внимательно изучаем новые образовательные технологии, в том числе и массовые открытые онлайн-курсы (МООК). МООК играют определенную роль в Африке, но заменить традиционные кампусы не могут – так же как видеоролики Disney не смогли заменить дошкольных учреждений. Даже существование «Википедии» и великолепных учебников не способно заменить собой учителей. Африка не сможет продвинуться на пути к экономике знаний, если будет ожидать, что просмотр видео при отсутствии лаборатории для практики даст ей более квалифицированных инженеров и медсестер. На МООК можно получить информацию, но не образование. Именно поэтому у нас обязательно будет традиционный кампус, но при этом, где необходимо, мы станем применять все самые инновационные инструменты образовательного процесса. В современном мире роль высшего образования ключевая: экономика меняется и знания продолжают вытеснять физический капитал с  позиций источника богатства. Высшее образование – источник идей и инноваций, бастион стойкой экономической жизнеспособности всех континентов. Стратегическая цель проекта по созданию Первого атлантического университета – стимулировать выработку прорывных идей за счет концентрации африканского интеллектуального капитала. Это громадная инвестиционная возможность, ведь средний класс ширится и в университеты стремится все больше людей. Мы ищем мировых инвесторов, чьи вложения в это предприятие помогут создать основу для будущего Африки.

Образование способствует развитию технологий, а это порох XXI века. Если народ неспособен на новые идеи и не обладает интеллектуальной собственностью, он не поведет за собой остальные народы. Для Адама Смита ключевым было богатство народов, для нас сейчас – это технологии народов, ведь технологии – это богатство. Выходя на биржу, мировые технологические компании иногда оцениваются выше уровня ВВП большинства африканских стран. Эта технолого-инновационная парадигма представляет собой дорожную карту будущего, ведь знания становятся ключевым элементом, который перевешивает традиционные факторы производства. Отсюда следует, что Африка могла бы развиваться быстрее, если бы инвестировала в инновационные предприятия с потенциалом к IPO, вместо того чтобы сдавать в аренду еще больше нефтяных скважин. Будучи выпускником Университета Джонса Хопкинса, я видел, как учебное заведение такого уровня делает и своих студентов, и свою страну лучше. Шли годы, я успел посетить более 82 африканских университетов, организовывал там симпозиумы и наблюдал за проблемами этих учреждений. Видел, какие трудности приносят плохие учебные программы, неподготовленность преподавательского состава, недоразвитость инфраструктуры и некачественное управление. В итоге, взвесив все, я пришел к выводу, что лучшим способом решить имеющиеся проблемы будет открытие нового университета. Так возникла мысль о Первом атлантическом университете (First Atlantic University) – африканском вузе XXI века. Он будет базироваться в Нигерии, а на его территории планируется построить технопарк. Мы надеемся, что за счет предпринимательского новаторства, непревзойденного мастерства и управленческих навыков мирового уровня его выпускники добьются, чтобы Африка была конкурентоспособной. Их знания и навыки не будут уступать мировому уровню по крайней мере в трех категориях: предпринимательстве, демократической гражданственности и трудоспособности. И они дадут жизнь новой экономической прослойке Африки. В рамках университета и технопарка мы планируем формировать у людей навыки, необходимые в сферах информационно-коммуникационных технологий, энергетической №4, 2013–2014

105


© ИТАР-ТАСС

ОБРАЗОВАНИЕ

В поиске смыслов Московская школа управления СКОЛКОВО с самого начала преподносила себя как нечто, выходящее за пределы обычного бизнес-образования. Ее новый ректор Андрей Шаронов объясняет, в чем это выражается, рассказывает, кого и чему здесь учат, а также говорит о стратегических целях Москвы, чье правительство он недавно покинул.

Школа, как ее представляет внеш­ ний мир, во многом репутационно и опе­ рационно зависима от своих основателей. Может ли долгосрочный бизнес- или об­ разовательный проект так сильно опирать­ ся на звезд и насколько комфортно самим звездам выполнять массу обязательств по СКОЛКОВО? Это их выбор, учредители не просто дали денег школе и больше не интересовались ее развитием. Они с первого дня определяли и определяют профиль школы. Основатели участвуют в процессе допуска студентов к программам MBA, являются их менторами, определяют стратегическое развитие, читают лекции. И это

действительно важно, поскольку бенчмарк очень чувствительный, и они помогают удерживать необходимый уровень. Несмотря на большие потребности в наращивании оборотов и росте доходов школы, ни в коем случае нельзя снижать планку по принимаемым студентам и преподавателям. Кстати, для меня одними из аргументов, почему я согласился работать в бизнес-школе СКОЛКОВО, были сильное вовлечение учредителей, их серьезная поддержка и содержательное участие в образовательном процессе. Стратегия школы – брать людей состояв­ шихся, тех, кого уже сегодня можно назвать лидерами, и делать их еще успешнее. Почему 106


школа так уверена, что может добавить стои­ мости тем, кто уже состоялся? Кто в этом слу­ чае ваши студенты и выпускники? Понимать это надо буквально. Мы действительно принимаем к себе людей, которые уже чего-то достигли в бизнесе, которые могут заработать себе на обучение и позволить учиться, которые дозрели, чтобы ставить себе задачи по масштабированию бизнеса, по открытию новых направлений, по поиску смыслов жизни и деятельности. Мы рассчитываем, что сможем добавить им стоимости. Судя по отзывам выпускников за эти семь лет существования школы, у нас это получается в большинстве случаев. По большому счету речь идет о том, чтобы некоторым образом трансформировать их мышление. Я сейчас как раз участвовал в финальном модуле и выпуске первой программы «Практикум», созданной для собственников и менеджеров предприятий среднего бизнеса. Общался с ними лично, читал их заключительные резюме, анкеты. После четырех месяцев обучения в школе многие из них решились на переосмысление того, где они сейчас находятся и чем заняты. Это касается не только бизнеса, а в целом того, как они себя позиционируют, какие у них ценности и как эти ценности соотносятся с тем, над чем они работают. На это и направлена программа «Практикум», впрочем, как и любая другая программа школы. Практически для каждого из выпускников программы «Практикум» это был очень успешный опыт именно с точки зрения поиска смыслов. На ваш взгляд, в России и в мире больше дефицит лидеров, элиты, или все-таки нужны не высшие руководители, а исполнители на любых уровнях? Я думаю, что все-таки первое. Вы знаете, как у Высоцкого: «Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков». Нужны люди, которые в состоянии генерировать суперидеи, которые при этом в них верят и готовы значительную часть своих ресурсов (временных, жизненных, материальных) тратить на их реализацию. В этом тоже миссия бизнес-школы СКОЛКОВО. Часть учредителей были изначально ультимативны: школа, с их точки зрения, должна №4, 2013–2014

© ИТАР-ТАСС

В поиске смыслов

наши студенты – это люди, связанные с изменениями. Любые изменения требуют большей подготовки, большей терпимости к неожиданностям, большей адаптивности, большей договороспособности. Мы учим студентов генерировать и осуществлять изменения

была посвятить себя только предпринимателям, которые создают идеи, проекты и рискуют ради них собственными деньгами. Другие учредители понимали, что у нас должны учиться не только предприниматели, но и наемные менеджеры, и госслужащие. Даже если ты менеджер, то все равно должен обладать предпринимательским духом, чтобы проводить внутри компании любые изменения. Студентов из первой категории предпри­ нимателей вам достаточно? Недостаточно. Вообще, предприниматели и люди с предпринимательским духом – это редкость в любой стране, даже в той, где подобные традиции не вымарывались и не выжигались долгое время. Бизнесменов, готовых созидать, идти на рискованные проекты, не хватает везде, к тому же мы знаем далеко не о каждом из них. 107


ОБРАЗОВАНИЕ

проводить их, но сами, добровольно и в здравом уме, они на это не пойдут. Принять изменения – всегда риск, всегда отказ от стабильности. А в этом случае требуются мужество и решимость. Есть две философии, с которыми так или иначе живет весь мир. Одна называется «от добра добра не ищут». Вторая – «лучшее – враг хорошего». И вот все-таки вторая философия – это двигатель. К чему стремятся сами студенты, что они берут охотнее: чистое знание, навыки, образ мышления или бизнес-этику? Студенты очень разные. Некоторым нравятся чистое знание и навыки, ведь многие приходят в бизнес, не имея базового экономического и финансового образования. Прослушав соответствующие программы, они говорят: «Да, нам этого не хватало, мы всегда мечтали об этом узнать». Есть второй момент. Все очень позитивно реагируют на проактивную форму обучения. У нас практикуется проектный подход, когда студенты, по заданию собственников или самостоятельно сгенерировав для себя задачи, пытаются их решить в ходе обучения. Это самая занятная часть, она больше всего нравится студентам. Вы как-то специально отслеживаете своих иностранных выпускников? Как раз сейчас есть несколько таких, кто ищет возможность трудоустроиться в России или в международных компаниях с фокусом на СНГ и на развивающиеся рынки. Мы пытаемся им в этом помочь. Иностранные студенты целенаправленно идут в бизнес-школу СКОЛКОВО, чтобы не только повысить свои управленческие компетенции, но и получить знания о России. Одной из программ, нацеленных именно на такую аудиторию, является «Перспективы БРИК», которая стартует в декабре. Иностранцев среди наших студентов очень много, надо только понимать, что не все они из дальнего зарубежья. Общее соотношение – на 100 россиян 19 иностранцев. Также стоит упомянуть, что у нас 95% преподавателей – это международная профессура. Многие по-прежнему ждут новостей о воз­ можном объединении СКОЛКОВО, РЭШ и Сколтеха. Какая модель может быть выбра­ на для этого? Среди прочих назывался уни­ верситет американского образца.

Большинство, к сожалению, так и не становятся успешными. Мы о них либо не слышим, либо слышим как о неудачниках. Хотя если говорить о бизнесе, то здесь как раз действует принцип «за одного битого двух небитых дают». Всегда важно общаться с людьми, которые потерпели неудачу, но остались в деле, остались на рынке. Тех, кто прошел через неудачные проекты, проигравшими не считают. Наоборот, они способны преподать гораздо больше уроков, нежели те, кому всегда везло. Существует представление, что бизнесшколы не всегда знают, кто нужен бизнесу. При этом якобы есть развилка: можно гото­ вить предпринимателей, можно менеджеров с хорошим пакетом универсальных знаний, а можно реформаторов, способных радикаль­ но модернизировать ветхую компанию. Как вы относитесь к такой схеме? Нет единственно верного подхода к  типологии бизнес-школ, которые, как правило, развиваются в более широких границах, не суживая намеренно свой горизонт до чистых профессиональных категорий. Конечно, есть люди, явно относящиеся к проектным менеджерам: когда проект заканчивается, они «вянут». И наоборот, бывают люди, хорошо справляющиеся с нерегулярными процессами и  внешним давлением, когда возникает слишком много новых эмоций. Поэтому такой вопрос лежит не только в плоскости сознательного выбора школы, но и в плоскости психологического склада студентов, их готовности к тому или иному виду деятельности. В принципе, и  те, и другие важны, и те, и другие должны уметь думать, обладать управленческими компетенциями, уметь оценивать ситуацию, подбирать персонал. Если говорить про Московскую школу управления СКОЛКОВО, то, как правило, подразумевается, что наши студенты – это люди, связанные с изменениями. Любые изменения требуют большей подготовки, большей терпимости к неожиданностям, большей адаптивности, большей договороспособности. Мы учим студентов генерировать и осуществлять изменения. Принципиальный момент для нас: важно не только осуществлять, но еще и генерировать. Есть люди, способные работать с изменениями, 108


С АРИО

Словацкое агентство по развитию инвестиций и торговли

Инвестируйте разумно — откройте для себя Словакию! СAРИО (SARIO) — официальное государственное агентство, занимающееся продвижением инвестиционного и бизнес–потенциала Словакии в рамках международного делового сообщества. Уже более 10 лет мы предоставляем специализированные услуги инвесторам и экспортерам, и за этот период с нашей помощью было реализовано более 370 проектов с общим объемом планируемых инвестиций в размере 7,6 млрд евро. Наиболее значительными из них являются проекты Кia, Samsung и Amazon.

САРИО — ЭТО КОМПЛЕКСНЫЙ ПОДХОД В РАБОТЕ С НАШИМИ КЛИЕНТАМИ. ОБРАЩАЙТЕСЬ К НАМ УЖЕ СЕГОДНЯ! Словацкое агентство по развитию инвестиций и торговли Трнавска цеста 100 I 821 01 Братислава I Словакия GPS +48° 9' 52.77", +17° 9' 20.27" +421 2 58 260 100 I invest@sario.sk I trade@sario.sk I www.sario.sk


© ИТАР-ТАСС

ОБРАЗОВАНИЕ

циализацией в области высоких технологий и инноваций, с комфортной городской средой. Также город не теряет надежды повысить свой рейтинг среди международных финансовых центров. Такая задача стоит, и она опирается не только на политические фантазии, но и на то, что объективно Москва уже давно присутствует в этих рейтингах и является региональным финансовым центром. Вопрос в том, как дальше развиваться и сколько ресурсов необходимо для достижения этих целей. Эти задачи Москвы как-то интегрированы в общероссийскую повестку? Если Москва на этом пути не добьется успеха, от России убудет? Конечно. Если посмотреть на основные источники прогресса, то ими окажутся не страны и даже не регионы, а конкретные города. Ведь люди для жизни и для творчества выбирают не только и не столько страны, сколько города. Москва считается, наверное, самым конкурентоспособным мегаполисом России. Поэтому она соперничает не с Казанью или Калугой, ей надо нацелиться на конкуренцию с Пекином, Шанхаем, Мумбаи, возможно, Лондоном, Берлином или Нью-Йорком.

Нужно понимать, что американский университет создавался из одной юридической сущности, а мы стартуем из разных. Сейчас СКОЛКОВО, РЭШ и Сколтех – это разные юридические лица, поэтому речь может идти только о некоей конвергентной модели. Это не физическое слияние, а сосуществование и общие цели. Плюс этой модели состоит в  том, что никто никого не поглощает. Это очень важно, так как долгое время любое сближение блокировалось боязнью, что кто-то кого-то может съесть. Еще один плюс: по профилю программ никто ни с кем не пересекается: РЭШ учит экономистов, математиков, Московская школа управления СКОЛКОВО – менеджеров, а Сколтех – инженеров и физиков. Все три школы замечательно дополняют друг друга. Вы остаетесь внештатным советником пра­ вительства Москвы. Каковы сейчас стратеги­ ческие цели города? Какую специализацию хотела бы выбрать для себя столица, чтобы успешно конкурировать с другими глобаль­ ными городами? В принципе, эти цели были объявлены. Мос­ ква хочет быть мировым мегаполисом со спе110


Образование

Университетское столкновение цивилизаций Евгений Пахомов Индия – третья по численности мусульманского населения страна после Индонезии и Пакистана, сегодня здесь проживает, по разным оценкам, около 165 млн человек, исповедующих ислам (более 10% всех мусульман мира). Два образовательных центра, возникших внутри этой гигантской общины, могут быть легко включены в список самых влиятельных учебных заведений, потому что влияют они непосредственно на мировую историю.

112


Университетское столкновение цивилизаций

Тогда в Индии и появились два знаменитых учебных заведения, которые на столетие вперед определили отношение мусульманской общины Индии к британской власти. Самым известным до сих пор остается даруль-улюм («дом знаний» – чаще переводят как «мусульманский университет») в городе Деобанде близ Дели. Его основали в 1867 году два видных богослова своего времени Мухаммад Касим Нанотави и Рашид Ахмад Гангохи. Мухаммад Касим был весьма образованным человеком: он окончил медресе, а потом делийский колледж, основанный британским генерал-губернатором Бентинком. Касим прекрасно говорил по-английски и был знаком с достижениями современной ему западной техники и науки. Однако именно он стал главным идеологом отрицания всего западного. Касим выступил одним из, как сказали бы сейчас, «полевых командиров» Восстания сипаев, попал в плен и был приговорен к пожизненной каторге на Андаманах. Но его влиятельные родственники смогли добиться замены каторги на тюремное заключение, а затем и его амнистии. Выйдя на свободу, он вместе с единомышленником Рашидом Ахмадом Гангохи основал Деобандский мусульманский университет. Главной целью образовательного центра стала борьба с британской системой образования, пропагандой западной культуры и знаний. Лидеры университета считали, что восстание проиграно потому, что в Индии не было «своих» просветительских центров, объясняющих достижения «своей» культуры. Англичанам, Западу, «крестоносцам» (как называли колониальные части многие противники британцев) нужно было противопоставить образование, «не притупляющее патриотизм». Важным стало то, что в Деобанде пропагандировалось равенство: все студенты были равны и обучались в одинаковых условиях, независимо от происхождения и финансового положения. «Мы должны добиваться тех же целей, что и восстание, только мирными средствами», – говорил Касим. В Деобанде, довольно быстро ставшем популярным и влиятельным учебным заведением, преподавали и современные науки, в том числе естественные. Но при этом его лидеры были готовы отказаться от английско-

До сих пор идут споры, какой университет появился первым: по мнению одних – тот, что был основан в марокканском Фесе в 859 году, другие называют Константинопольский или университет в Сарагосе. Как бы то ни было, не успев появиться, эти учебные цент­ ры стали еще и местом столкновения мнений, пристрастий, философий. Неудивительно, что чуть позже они стали и местом столкновения цивилизаций. Принято считать, что движение «Талибан» – порождение последних десятилетий ХХ века. На самом деле эта история началась в Британской Индии задолго до появления в  Афганистане самого движения. Как и история «модераторского» направления в исламе Южной Азии. Причем стартовой площадкой для них оказались учебные заведения. После восстания

Когда британцы к XIX веку фактически взяли Индию под свой контроль, там правила исповедовавшая ислам династия Великих Моголов. Британские интересы поначалу представляла Ост-Индская компания, политика которой и привела к знаменитому Индийскому народному восстанию (Восстанию сипаев) 1857–1859 годов. Кстати, повод для начала восстания имел вполне религиозную окраску: частям сипаев (наемные солдаты, служившие британцам) раздали новые ружья, к  которым прилагались патроны, – тогда еще просто комплекты для выстрела. Чтобы вскрыть патрон, нужно было скусить промасленную бумагу, в  которую его заворачивали, и тут по индийской армии, в значительной степени состоявшей из мусульман, пошли слухи, что пропитана бумага свиным салом. Это уже потом к восставшим мусульманам примкнули индусы, и вместе они потребовали ухода британцев. Конечно, основные причины восстания были другими – это и обида могольской знати за отобранную власть, и жесткость колониального режима, но британцам пришлось понять, что многие проблемы в этой стране быстро приобретают религиозную окраску. Нужен лишь повод. После поражения восстания перед индийским обществом, в том числе перед его мусульманской частью, встала проблема: что делать? №4, 2013–2014

113


Образование

ных знаний. Здесь выросло совершенно новое, современное поколение исламской элиты Южной Азии. Некоторые современники высмеивали в своих мемуарах студентов из Алигарха – юношей из хороших исламских семей, которые «пытались быть и мусульманами, и англичанами одновременно». И напрасно: из этой среды вышло немало известных политиков и борцов за независимость. Достаточно посмотреть на простой перечень имен известных выпускников Алигарха: первый премьерминистр Пакистана Лиакат Али Хан (убитый исламским фанатиком в 1951 году), второй премьер Пакистана Хаваджа Низамуддин, президенты Пакистана Мухаммед Айюб Хан и Фазал Илахи Чоудхури, президент Индии Закир Хуссейн, премьер-министр Бангладеш Мухаммад Мансур Али и даже первый президент Мальдив Мохамед Амин Диди.

го языка, от европейской культуры, от любого западного «разлагающего» влияния, даже одежды, музыки и т.п. Постепенно Деобанд стал центром радикального традиционалистского образования. Этот традиционализм быстро изолировал и радикализировал деобандскую школу. Хотя в Деобанде и учились, и преподавали индусы (особенно в первое время), но совместных действий деобандийцев с индусскими сторонниками независимости организовать так и не удалось. Например, известно о встрече в начале 1870-х годов Мухаммада Касима и Даянанды Сарасвати – тоже борца за независимость Индии, но убежденного индуса. Вместо обсуждения возможностей совместных действий несколько часов прошли в богословских спорах о том, чья вера лучше. Примерно тогда же появилось и другое учебное заведение, оказавшее не меньшее влияние на мусульман Южноазиатского региона. Это знаменитый Алигархский колледж, появившийся в городе Алигархе – к юго-востоку от Дели. Его основателем и первым руководителем стал известный в свое время богослов Саид Ахмад-хан. Выходец из знатной могольской семьи, он тем не менее призвал «начать учиться у англичан». Вокруг Саида Ахмада собрались те, кто полагал, что в британском завоевании есть и положительные стороны – выход на современные технологии, науку, вообще в современный мир. В заслугу англичанам эта группа ставила установление мира между местными княжествами, строительство дорог, развитие торговли и прекращение кровной вражды. Итогом работы кружка Саида Ахмада стало создание Алигархского колледжа (сегодня Алигархский мусульманский университет) в 1864 году. Саид Ахмад-хан бросил вызов сторонникам деобандизма, жестко следовавшим религиозным предписаниям: он полагал, что и законы шариата, и догматы ислама должны трактоваться в зависимости от исторических условий и не должны противоречить современности. По тем временам это было чрезвычайно смелое заявление. Алигархский колледж ставил задачей просвещение мусульман Индии, знакомство их с передовыми идеями, пропаганду современ-

После независимости

Британская Индия получила независимость в 1947 году и оказалась разделена по религиозному признаку – на Индию и Пакистан. Когда было официально объявлено, что страна вот-вот распадется, Британскую Индию охватила волна чудовищных погромов  – в  исламских районах громили индусов, в индусских – мусульман. Махатма Ганди тогда назвал происходящее «самым большим и страшным безумием в истории индийской цивилизации». Группировки радикалов охотились на людей «не той веры». Столкновения и погромы перерастали в настоящие сражения, особенно когда на дорогах сталкивались встречные волны беженцев – миллионы людей, бросая все, бежали в разные концы субконтинента. Власти двух молодых государств потеряли контроль над ситуацией, кварталы лежали в руинах, тела убитых, растерзанных, сожженных заживо валялись прямо на улицах. По официальным данным (некоторые исследователи считают их заниженными) погибло более полумиллиона человек, добавьте к  этому раненых, изнасилованных, потерявших кров и  имущество. Общее число беженцев и  пострадавших в 1947-м, по разным оценкам, превышает 15 млн. Распад ни одной страны в истории человечества не был столь трагическим и кровавым. 114


Университетское столкновение цивилизаций

Деобандский мусульманский университет

Обстоятельства рождения независимых Индии и Пакистана наложили отпечаток на последующие отношения двух этих государств, бывших еще не так давно частями единой стра­ ны. Регион тогда захлестнула волна религиозного национализма (пожалуй, это явление столь ярко существует только в Южной Азии: еще борцы за независимость Индии говорили, что в стране живут «две главные нации» – индусы и мусульмане). При этом дискуссия внутри мусульманской общины о том, как относиться к британцам, казалось бы, ушла навсегда в прошлое – на Индостане сегодня только независимые государства. В наши дни Алигархский мусульманский университет предлагает более 300 курсов – и  традиционных мусульманских, и современных, научных. Здесь учится около 30 тыс. студентов из Индии и многих стран. Сюда принимают независимо от касты, веры, религии или пола. По информации самого университета, он занимает 8-е место среди 20 ведущих исследовательских вузов Индии. Деобандский мусульманский университет, в свою очередь, перестал быть просто учебным заведением, сегодня под Деобандом понима№4, 2013–2014

Радикализм талибов, впрочем, насторожил даже богословов из самого Деобанда. В 2008 году в Деобанде организовали Антитеррористическую конференцию, на которой осуждали все формы терроризма и объявили, что «Ислам запрещает убийство невинных людей»

ют целую религиозную школу. К этой школе принадлежит более 15 тыс. медресе в Индии, Пакистане, Афганистане, а также в Великобритании и ЮАР. В самом Деобанде учится около 3,5 тыс. человек, однако желающих гораздо больше. Здесь преподают исламское право и  этику (шариат), Коран, хадисы, мусульманскую юриспруденцию (фикх), а также ряд научных дисциплин. Но о Деобанде в последние годы заговорили не только как об университете. Причиной тому стало радикальное движение «Талибан»: «студенты» (так переводится с арабского слово «талибан») вышли из деобандских религиозных школ. Костяк этого движения составляли студенты, в основном из числа афганских беженцев, обучавшихся в  пакистан115


Образование

логия. Движение, родившееся как реакция на западное проникновение, немедленно активизируется и воспроизводит себя, как только мусульманское общество в регионе вновь сталкивается с Западом. Радикализм талибов, впрочем, насторожил даже богословов из самого Деобанда. В 2008  году в Деобанде организовали Антитеррористическую конференцию, на которой осуждали все формы терроризма и объявили, что «ислам запрещает убийство невинных людей». Однако талибы пока не намерены прекращать свою борьбу. Еще в конце 1990-х мне удалось посетить деобандское медресе «Хаккания» близ Пешавара – здесь в свое время выучились многие лидеры афганских талибов. Там я встретил группу молодых ребят из Средней Азии, в основном из Таджикистана (позже, в 2000-е, военный лидер Пакистана Мушарраф запретит иностранцам учиться в местных радикальных медресе). Они объясняли заезжему московскому журналисту, что при «настоящем исламе» не будет бедных, поскольку богатые будут делиться «в  соответствии с верой», не будет войн – «ведь все будут братья». Рассказывали о коррупции и бесправии на родине. Только «настоящий ислам», по их мнению, может исправить положение. Идея «равенства перед Всевышним», которая пропагандировалась в Деобанде еще при его основании, мечта о справедливом государстве, находит все новых приверженцев. И некоторые радикальные исламисты в регионе, похоже, подобрали знамя «борьбы за всеобщее равенство и светлое будущее», потерянное коммунистами и левыми. Глядя на усилия, которые предпринимает Запад в регионе, в первую очередь в Пакистане, заметно, что в основном это военная помощь, а также поддержка ряда экономических программ. Но любое государство, которое намерено оказывать позитивное влияние на Пакистан, может активнее поддерживать в  нем образование, особенно высшее, развивать студенческие контакты и программы обмена. Поскольку университеты на Востоке – это еще и фабрика идеологий, с которыми потом всему миру приходится иметь дело.

Алигархский мусульманский университет

ских медресе деобандской школы, где они впитывали идеи исламистов о противостоянии «неверным». Идеология талибов довела представления Деобанда до логического завершения: они фактически объявили «недуховным» все, что было изобретено человечеством в последние столетия. Настоящим и «чистым» считается только то, что существовало во времена «золотого века ислама», как они называют организацию уммы (мусульманской общины) во времена пророка Мухаммеда и первых («праведных») халифов. Отсюда их желание запретить телевидение и современную музыку, надеть на всех женщин бурку (балахон, закрывающий лицо и фигуру), наказывать мужчин, носящих бороду «не той» длины, и т.п. Более того, религиозные строгости по-талибски даже ужесточаются. Достаточно вспомнить уничтожение гигантских статуй Будды в афганском Бамиане – ни один исламский режим ранее не решался их разрушить. Борьба с терроризмом в регионе породила ответную реакцию. «Студенты» не упали с неба в последнее время и опираются на традицию, у этого движения своя идеология, богатая история, свои герои и социальная мифо116


УРБАНИСТИК А

В сетях мегаполисов Саския Сассен От Лондона до Сан-Паулу, от Чикаго до Йоханнесбурга, от Цюриха до Мумбаи – мир опутан сложной сетью межотраслевых связей «глобальных городов». Чтобы быть по-настоящему транснациональным, бизнес должен присутствовать сразу в ряде городов, больших и малых, далеко не всегда идеальных. И это еще одно – практическое – доказательство перехода к многополярному миру.

Саския Сассен – профессор социологии и сопредседатель Комитета по глобальной мысли Колумбийского университета, автор книг, включая Territory, Authority, Rights: From Medieval to Global Assemblages («Территория, власть и права: от средневековых до глобальных собраний»), A Sociology of Globalization («Социология глобализации»), Cities in a World Economy («Города в мировой экономике»).

Иллюстрации: Мэттью Кьюсик mattcusick.com 118


В сетях мегаполисов

далеко не столь велика, как принято думать или говорить. Результаты моего собственного исследования показывают: уникальные отли­ чительные особенности городов – вот что действительно имеет значение. Изучение их – путь к пониманию нашего глобального урбанизированного будущего.

Сегодня о городах принято размышлять как о конкурентах. Отсюда возникает желание предположить, как может выглядеть пятерка лидеров – сейчас и в ближайшем будущем. Позволю себе утверждать, что подобный подход отдаляет нас от понимания ключевых особенностей нарождающейся глобальной урбанистической экономики. Будущее не объясняется тем, какие города входят в первую пятерку или десятку. Будущее гораздо сложнее, и оно наступает уже сейчас. Наш мир становится многополярным – таким, в котором городам принадлежит роль ключевых пространств и узловых точек. В этих условиях расширение сети «глобальных городов», которых сегодня насчитывается около сотни, куда важнее концепции лучшей пятерки или десятки. Конкуренция между ними

№4, 2013–2014

Стратегически важные

В XX веке города выполняли прежде всего функцию центров административного управления, мелкомасштабного производства и торговли. В основном они были местом рутинной работы, не требующей каких-то уникальных навыков и компетенций. Стратегическим источником зарождения самых заметных инноваций были правительства (формирующие общественные системы, такие как, например, государство всеобщего благоденствия) и сфера массового производства, в том числе массовой застройки городских окраин и возведения транспортной инфраструктуры национального масштаба. Еще в 1970-е годы многие из наших великих городов находились в состоянии физического упадка, теряя население, предприятия, ключевую роль в национальной экономике и долю в национальном богатстве. Нью-Йорк был официальным банкротом, так же как и Токио. Лондон являлся им неофициально. Бомбей, Шанхай, Дубай и другие мегаполисы находились в плачевном состоянии и/или были недоразвиты. Однако на рубеже XX и XXI веков все больше городов стали активно возвращать себе прежнюю роль стратегически важных центров для самого широкого спектра видов деятельности. Критически важной, а в какой-то мере даже основополагающей стала роль городов в экономиках своих стран, а также во все более глобализирующемся мире. Самое распространенное и простое объяснение этого факта сводится к растущей потребности в непосредственной коммуникации между людьми, к спросу на творческий класс и его услуги. На мой взгляд, такое объяснение страдает некоторой поверхностностью и не может дать исчерпывающего понимания новой фазы. Превращение городов в стратегически важные экономические территории – следствие более глубокой структурной трансформации, заметной во всех развитых странах. Она затра119


УРБАНИСТИК А

гивает мегаполисы разных уровней – от «провинциальных» до «глобальных». Это глубокое структурное явление основывается на том, что представители материальных секторов экономики (добывающие компании, фабрики, транспортное хозяйство, лечебные учреждения) сегодня все больше покупают продукты и услуги в  сфере страхования, программного обес­ печения, бухгалтерии, а также юридичес­ кие, финансовые, консалтинговые и тому подобные сервисы, необходимые реальному бизнесу. Все эти так называемые вспомогательные услуги оказываются в городах, хотя их потребителем может выступать расположенная вне города шахта или металлургический завод. Так что даже экономика, выстроенная вокруг промышленного производства или добычи сырья, будет подпитывать городскую сферу корпоративных услуг. Компании, работающие на субнациональных рынках, все чаще покупают эти услуги в локальных или региональных городах. Это объясняет, почему наблюдается рост числа профессионалов и создание соответствующей инфраструктуры в городах не глобального уровня. Отличие «глобальных городов» заключается в том, что они могут удовлетворить более сложные требования компаний и финансовых центров, действующих на международном уровне. Этот структурный процесс оказывает непосредственное влияние на городскую среду. Увеличение количества высокооплачиваемых профессионалов и высокорентабельных сервисных компаний, обслуживающих потребности бизнеса, становится все более заметным в городах благодаря растущему спросу на современные офисные здания, а также все ключевые компоненты в сфере недвижимости и потребления. Рост спроса в обоих сегментах ведет к вытеснению, зачастую массированному и неприкрытому, домашних хозяйств со сравнительно низкими доходами и менее прибыльных компаний с занимаемых ими мест. Причем вне зависимости от того, насколько благоприятно влияние подобного перемещения с точки зрения экономики и рыночного спроса. В этом процессе сама городская среда выступает одной из движущих сил, ведущих к таким последствиям. Здесь же отчасти содержится и объяснение, почему архитектура, городское планирование и проектирование всегда играли столь важную роль.

Модель «глобального города»

С 1980-х мы наблюдаем частичную перестройку городов в качестве платформы для растущего числа глобализированных процессов и видов деятельности в самых различных сферах  – от экономики до политики и культуры. В  этом же причина того, что «глобальные города» превращаются в объект инвестиций, помимо того что являются их получателями с момента начала этого глобального процесса. Здесь же кроется объяснение, почему число и разнообразие городов, ставших такими объектами, стремительно росло по мере развития процесса глобализации в 1990-е и далее. Когда я приступала к созданию своей модели «глобального города» в 1980-е, отправной точкой в ней стали филиальные сети корпораций, глобальных финансовых торговых площадок, торговых маршрутов и цепочек поставок. Нарождающаяся наука о глобализации, исследующая эти мировые процессы, акцентировала внимание на географическом рассредоточении, децентрализации и территориальном расхождении. Все это действительно происходило. Но меня интересовал территориальный аспект всех этих операций, все чаще осуществлявшихся в электронной форме и все более широко диверсифицированных географически. В  тот момент я решила сосредоточиться на Нью-Йорке и Лос-Анджелесе. Оба города казались тогда главными узловыми центрами своих территорий. Действуя в соответствии с собственной методикой – начать с  изучения глобальных операций компаний и торговых площадок, пос­ле чего отслеживать места их осуществления, – я была вынуждена признать, что в 1980-е в этом смысле вне конкуренции были Нью-Йорк, Лондон и Токио, тогда как Лос-Анджелес оказался в  самой нижней части списка. Если применить эту методику в наши дни, то каждому станет очевидно, насколько существенно расширилась география этих операций. Всего стало больше: зон экспортного производства, центров офшорного банкинга, крупных универсальных складов, расположенных в непосредственной близости от маршрутов мировой торговли, – и гораздо больше «глобальных городов». 120


В сетях мегаполисов

Даже несовершенный «глобальный город» для транснациональной компании лучше, чем полное его отсутствие. И это объясняет, почему множество разнообразных «глобальных городов» не только конкурируют друг с другом, но и совместно формируют глобальную сетевую платформу, служащую основой для работы компаний и рынков

и Индонезии. Но главное место, где идет торговля кофейными фьючерсами, это Уоллстрит. Каждая специализированная сеть, построенная вокруг золота, кофе, нефти и других сырьевых товаров, включает определенные площадки, набор которых зависит от того, какого рода эта сеть – производственная, торговая или финансовая. Если бы мы решили проанализировать сети, построенные вокруг золота как финансового инструмента, то мы бы увидели, что доминирующее положение в них принадлежит Лондону, Нью-Йорку, Чикаго и Цюриху. Оптовая торговля этим металлом добавляет к списку Сан-Паулу, Йоханнесбург и Сидней. Торговля же золотом как предметом потребления, в существенной степени розничная, – это Мумбаи и Дубай. Нью-Йорк и Лондон – крупнейшие мировые финансовые центры. Однако доминируют они не на всех рынках. Чикаго – ведущая финансовая площадка по торговле фьючерсами, а Франкфуртская биржа в 1990-е вышла в  лидеры (невероятно!) по объему торгов гособлигациями Великобритании. Все эти города  – финансовые лидеры мировой экономики, но лидируют они в разных секторах и принадлежат к разному типу. Разрастанию замкнутых сетей способствуют не только экономические факторы. Их формированию и развитию содействуют также миграция, культурная деятельность, борьба гражданского общества за права человека, сохранение природы и социальную справедливость. Защищая ливневые леса, неправительственные организации задействуют сети, включающие Бразилию и Индонезию, на территории которых эти леса большей частью расположены, глобальные медийные центры НьюЙорка и Лондона, а также места базирования штаб-квартир ключевых лесопромышленных

Сетевая география

Такой структуры, как единая глобальная экономика, не существует. Есть глобальные формации, такие как электронные финансовые рынки и компании, оперирующие в мировом масштабе. Но ключевая особенность нашей эры – это наличие очень специфических глобальных замкнутых сетей (специализированных или нет), плотно покрывающих планету и соединяющих между собой определенные группы городов. Многие из этих сетей существовали уже очень давно, но изменения, происходившие в 1980-е, положили начало процессу их роста, усложнения их организационной и финансовой структуры. Эти новые межгородские связи взяли на себя функцию инфраструктуры глобализации. Сети включают в себя разные группы стран и городов. Например, Мумбаи сегодня входит в глобальную девелоперскую сеть, объединяющую инвесторов из таких непохожих друг на друга полисов, как Лондон и Богота. Кофе в основном выращивают в Бразилии, Кении №4, 2013–2014

121


УРБАНИСТИК А

большем количестве «глобальных городов» по мере своей экспансии в мировом пространстве. Управление с учетом национальной спе­ цифики – гораздо более сложный процесс, чем простое насаждение глобальных стандартов. Понять его проще на примере потребительских рынков. Так, даже такой стандартизированный бизнес, как MacDonald’s, подстраивает свои продукты под национальную культуру страны, в которой работает, будь то Франция, Япония или ЮАР. Сложности возникают, когда дело доходит до управленческих и организационных аспектов. Мегаполисы располагают необходимыми ресурсами и исполнителями, помогающими мировым игрокам органично вплести в свой бизнес национальную специфику. Даже несовершенный «глобальный город» для транснациональной компании лучше, чем его полное отсутствие. И это объясняет, почему множество разнообразных «глобальных городов» не только конкурируют друг с другом, но и совместно формируют глобальную сетевую платформу, служащую основой для работы компаний и рынков. Сеть «глобальных городов» расширяется по мере того, как все больше компаний выходят на мировую арену и становятся субъектами все большего числа экономик. Управление и обслуживание значительной части глобальной экономической системы проходит как раз в  этой растущей сети «глобальных городов» и  кластеров. А поскольку в этом процессе задействованы только определенные компоненты городских экономик, его следствием стало репозиционирование городов как на национальном, так и на мировом уровне. Процесс репозиционирования и ухода городов от конкуренции между собой усиливается еще и тем, что именно города первыми сталкиваются с самыми разнообразными глобальными вызовами в области управления. Многим из них пришлось приобрести компетенции, необходимые для ответа на подобного рода вызовы, задолго до того, как их страны приняли такое решение. Один из примеров – критическое состояние атмосферы в Токио и Лос-Анджелесе 1980-х. Эти города не могли ждать, когда будут подписаны соглашения вроде Киотского протокола или национальных законов об эффективности автомобильного топлива и о нулевых

Ключевая особенность нашей эры – это наличие очень специфических глобальных замкнутых сетей, плотно покрывающих планету и соединяющих между собой определенные группы городов. В сетях, построенных вокруг золота как финансового инструмента, доминирующее положение принадлежит Лондону, Нью-Йорку, Чикаго и Цюриху. Оптовая торговля этим металлом добавляет к списку Сан-Паулу, Йоханнесбург и Сидней. Торговля же золотом как предметом потребления, в существенной степени розничная, – это Мумбаи и Дубай

компаний, торгующих древесиной, в первую очередь Осло, Лондон и Токио. Существуют специфические музыкальные сети, соединяющие определенные районы Индии с Лондоном, Нью-Йорком, Чикаго и Йоханнесбургом, и даже еще более специфические, пролегающие между отдельными регионами Китая и Лос-Анджелесом. Если встать на позицию одного из перечисленных городов, можно увидеть, насколько разнообразны варианты его расположения на этих сетях. Эти возникающие межгородские связи начинают функционировать как инфраструктура для множества форм глобализации. Ключевые узлы этих связей формируют не просто сами по себе города, но специфичные и  зачастую узкоспециализированные возможности каждого из них. Кроме того, существует важнейший тренд, в  соответствии с которым быть глобальной компанией означает в конечном итоге необходимость учитывать специфику и особенности национальных экономик. Это объясняет, почему глобальные игроки нуждаются во все 122


В сетях мегаполисов

выбросах. Отсутствие подобных документов не имело значения: проблему нужно было решать срочно. И Токио с Лос-Анджелесом с этим справились. Мегаполисы продемонстрировали готовность действовать даже вразрез с национальным законодательством, когда того потребовали обстоятельства. Острота глобальных вызовов, стоящих перед городами, приобретает еще более практический характер из-за идущих процессов урбанизации войны. Новая практическая асимметрия, возникающая в результате столк­ новения регулярных вооруженных сил с организованной преступностью и террористами, все чаще приводит к переносу боевых действий в городское пространство. На этом фоне расширение участия городов в мировых сетях и  увеличение числа межгородских сетей приобретает дополнительный смысл, поскольку города предназначены не для войны, а для торговли и мирной жизни. Чем большее их количество включено в глобальное взаимодействие, тем активнее они будут выступать против вой­ ны и международных вооруженных конфликтов.

1 Токио 2 Нью-Йорк 3 Лондон 4 Осака 5 Париж 6 Пекин 7 Москва 8 Сеул 9 Рейн-Рур 10 Чикаго 11 Гонконг 12 Тайбэй 13 Лос-Анджелес 14 Цюрих 15 Сидней 16 Стокгольм 17 Хьюстон 18 Нагоя 19 Рандстад 20 Сингапур 21 Даллас 22 Вашингтон 23 Торонто 24 Мюнхен 25 Мельбурн

Картина многополярного мира

Хотя конкуренция между городами и сущест­ вует, в действительности она заметно меньше, чем принято считать. Транснациональная компания нуждается не в одном «глобальном городе», а во множестве. Учитывая высокий уровень специализации транснациональных компаний, можно понять, что они будут отдавать предпочтение разным городам. Предприятиям нужна определенная городская специализация, и это именно то, что дает городам конкурентные преимущества в глобальной экономике. Оборотная сторона этой тенденции заключается в том, что, если компания хочет быть глобальной, ей необходимо закрепиться во многих городах, служащих точками входа в экономику стран. Обладание этими возможностями критически важно: множество сетей, соединяющих большие и малые «глобальные города», представляют собой живую инфраструктуру мировой экономики. Это свидетельствует о том, что города не просто конкурируют друг с другом. Транснациональной компании не нужен один №4, 2013–2014

613 5231 217 1965 193 1924 174 1028 168 2785 116 2503 115 709 114 1150 107 1220 105 695 96 468 90 472 82 422 79 770 75 466 74 360 74 661 70 481 67 1516 64 343 63 804 62 655 61 436 61 581 58 289

Средний доход на компанию, млрд долларов

Совокупный доход, млрд долларов

Количество глобальных компаний

Топ-25 городов по количеству штаб-квартир глобальных компаний

8,5 9 10 5,9 16,6 21,6 6,2 10,1 11,4 6,6 4,9 5,2 5,1 9,8 6,2 4,9 8,9 6,9 22,6 5,4 12,8 10,6 7,2 9,5 5

Источник: MGI CompanyScope; McKinsey Global Institute analysis.

«глобальный город», пусть даже лучший на планете. Для нее важно охватить различные группы городов, даже если у них есть ряд серьезных недостатков. Именно это объясняет, почему не существует какого-то «идеального» «глобального города». Сегодня процесс глобального развития идет не через какую-то одну «глобальную» столицу, где есть все. Рост числа «глобальных городов» и их различия поз­воляют увидеть более масштабную картину перехода к многополярному миру. 123


УРБАНИСТИК А

Насколько умен ваш «умный город» и почему это должно вас беспокоить? Билл Хатчисон На звание технологичных, удобных, «продвинутых» городов или городов с когнитивной экономикой сегодня претендуют десятки урбанистических проектов от Малайзии до Сибири. Им всем необходимо разобраться, кем в действительности они являются и не слишком ли устарели их планы.

Инвестиции в «умные города» не всегда делаются с большим умом. Миллиарды долларов вкладываются сегодня, чтобы превратить наши города и сельские районы в «умные», «живые», «устойчивые», «зеленые города» и «интеллектуальные территории». Запутаться можно от одних названий.

Что происходит, откуда столько суеты и инвестиций, одинаковы ли стратегии у стран БРИК и развитого мира? Что насчет небольших развивающихся рынков? Все ли могут участвовать в этой городской технологической трансформации и все ли могут от нее выиграть? 124


Насколько умен ваш «умный город» и почему это должно вас беспокоить?

Уроки истории

Прежде всего, что происходит и почему это должно вас беспокоить? Технологическая трансформация и появление новых инновационных продуктов привели к стремительному развитию рынка смартфонов и планшетов, превосходящих по мощности большие универсальные компьютеры, которые существовали 50 лет назад и были размером с комнату. Это лишь вершина айсберга, состоящего из множества современных прикладных технологий, которые превратили наши машины в компьютеры на колесах и ворвались в тысячи продуктов и систем. Один из многих примеров – рынок фототехники, где цифровые фотоаппараты вытеснили продукцию Polaroid и Kodak. Компьютер помещается теперь на кончике булавки. Но кого это волнует? Людям интересно, как это использовать и как от этого выиграть. Сравнительно широкая публика впервые услышала термины «умный город» и «интеллектуальная территория» лишь 20 лет назад, в  начале 1990-х, когда Сингапур стал «интеллектуальным островом», а Торонто и Кремниевая долина – «умным городом» и «умной долиной». Но, как и все прорывные новшества, эта волна городской технологической трансформации зрела постепенно и  не сразу обрушилась на отстававшие города, которые были позади и не преображались, потому что не уделяли времени инновациям. Их можно сравнить с отдельными городами в Европе и Великобритании, они процветали, пока для перевозок активно использовались каналы, но когда железная дорога обошла их стороной, экономическая мощь иссякла. Другой пример – США, где некоторые процветавшие города растеряли свой блеск, оставшись вдалеке от новых федеральных автострад. Задачи городской трансформации и новых общественных проектов обычно делятся на

Самые умные территории 2014 по версии ICF Территория Страна Население Арлингтон, Вирджиния Коффс-Харбор, Новый Южный Уэльс Колумбус, Огайо Ираклион, Крит Синьчжу Кингстон, Онтарио Митчелл, Южная Дакота Монреаль, Квебек Найроби Новый Тайбэй Паркланд, Альберта Проспект, Южная Австралия Квебек, адм. центр провинции Квебек Рио-де-Жанейро Саншайн-Кост, Квинсленд Тайвань Торонто, Онтарио Уолла-Уолла, Вашингтон Уонгануи Уиттлси, Виктория Виннипег

210 300

Австралия США Греция Тайвань Канада США Канада Кения Тайвань Канада

70 900 809 800 150 000 427 000 159 500 15 000 3 957 700 4 000 000 3 949 800 30 500

Австралия

20 000

Канада Бразилия Австралия Тайвань Канада США Новая Зеландия Австралия Канада

728 900 6 323 000 322 600 2 038 000 2 791 000 31 900 43 000 176 500 778 400

экономические, социальные и экологические. Естественно, эти категории взаимосвязаны, но на практике по ним можно разложить все действия и цели и мало что попадает во все три. Трансформация, как переход в некоторое новое состояние, требует множества вещей, но инновации – это, разумеется, то, что будет необходимо в любом случае. Упомянутые категории можно обозначить совсем просто, чтобы получить опорную точку для обсуждения понятий «умный», «интеллектуальный», «живой», «зеленый» и «устойчивый». Есть люди, которые не видят разницы между «зеленым» и «устойчивым» и считают, что города с более эффективной «зеленой» политикой более устойчивы. Иногда различий между понятиями вообще не делается. Теория «живых городов» уходит корнями в работу Джейн Джекобс и других общественных новаторов, чьи усилия были связаны с городским планированием и позволили построить замечательные районы. Для таких мест характерно обилие парков, отсутствие высоко­ скоростных автострад, рассекающих города и районы, отличные условия для езды на велосипеде и, как правило, повышенное внимание к комфорту и социализации горожан. «Умность» «умных городов» сильно варьируется. Некоторые считают, что живут

Билл Хатчисон – исполнительный директор Центра развития «умных городов» EY и председатель альянса i-CANADA.

№4, 2013–2014

США

125


УРБАНИСТИК А

базовые интеллектуальные технологии. Жестких границ, разумеется, нет, но в целом такое деление соответствует реальности. О нем будет полезно вспомнить при обсуждении различий в  подходах разных стран и  регионов, а также разницы между «умным городом» и «интеллектуальной территорией».

в «умном городе», если у них есть автоматические светофоры и камеры наблюдения. Любопытно, что многие процедуры автоматизации проводятся сегодня в «умных городах» по схемам, которые власти и бизнес использовали 40–50 лет назад. Общего подхода или общей программы, соединявших технологические инвестиции и стратегические цели, тогда не было. Автоматизация служила лишь сокращению издержек и увеличению производительности в конкретных случаях. Это был нормальный подход, но из-за него упускалась большая дополнительная стоимость, которую можно извлечь из встраивания автоматизации в общую стратегию.

Самые умные

Определение термину «интеллектуальная территория» дал в конце 1990-х научноисследовательский центр «Форум интеллектуальных территорий» (Intelligent Community Forum, ICF). Соответствующие этому званию элементы верхнего порядка представлены в диаграмме 1. Исходя из оценки этих элементов выявляется «интеллектуальная территория года» – лауреат ежегодного конкурса, который в течение 14 лет проводит ICF. Оценивается также дополнительный (разный год от года) фактор – например, сотрудничество. Летом ICF получает несколько сотен заявок, на основе которых отбирается 21 полуфиналист («21  умный»), а  в январе круг претендентов сужается до семи. Победителя объявляют на торжественном июньском мероприятии в Нью-Йорке. Среди выигрывавших – такие города, как Сингапур, Стокгольм, Эйндховен и Тайбэй. Главное отличие «интеллектуальной территории» от других упоминаемых здесь видов заключается в наличии общей стратегии и  взаимодействии всех локальных игроков с  целью ее разработки, согласования в ее рамках задач и использования технологий для выполнения этих задач. Например, если всем ясно, что региону необходимо интерактивное здравоохранение, чтобы можно было получать медицинские услуги, разговаривая с доктором или медсестрой через камеру, подключенную к телевизору, то внедряются соответствующие технологии, налаживаются соответствующие процессы и вводятся соответствующие нормы. Технологии – это не конечная цель, а инструмент, помогающий во всех ситуациях и позволяющий воплотить все решения, которые согласуются с  общей стратегией, разрабатываемой до начала финансирования автоматизации. «Умный город 2.0» и особенно «умный город 3.0» близки к этому опреде­лению.

Стратегическое сведение

В конце 1980-х два профессора Массачусетского технологического института представили концепцию стратегического сведения. Так они называли сведение технологических инвестиций организации с ее стратегическими целями и линиями поведения. Сегодня необходимость стратегического сведения в сис­ темах, служащих бизнесу и государственному управлению, кажется очевидной, но в первые 30 лет автоматизации предприятий об этом, как правило, не думали. А кураторы многих проектов по планированию «умных городов» не думают об этом и сейчас. Создавая города будущего по принципу «живи, учись, работай и играй», мы в этой относительно новой сфере встраивания технологий в городскую жизнь и системы практически начинаем все сначала. В настоящее время происходит эволюция в  развитии систем «умных городов». Если раньше автоматизировались отдельные элементы – светофоры и решения в  сфере безо­ пасности, – то сейчас появляются системы со стратегическим сведением. Для меньшей путаницы полезно делить «умные города» по версиям: 1.0, 2.0 и теперь ранние версии 3.0. «Умный город 1.0» похож на те старые системы для бизнеса и государственного управления, отдельные элементы которых автоматизировались без учета общей стратегии. «Умный город  2.0» осуществляет базовое стратегическое сведение. «Умный город 3.0» проводит комплексное «стратегическое сведение», а в его инфраструктуру встроены 126


Насколько умен ваш «умный город» и почему это должно вас беспокоить?

Ближайшие перспективы

Итак, как же проходит эта городская трансформация в разных частях планеты? Понастоящему эффективное и открытое сотрудничество граждан с властями чаще наблюдается в западных демократиях и развитых странах. Чем автократичнее руководство на национальном и муниципальном уровнях, тем меньше участвует общество и тем больше решают власти. Такой расклад, как правило, приводит к тому, что «автоматизация» осуществляется по методике, характерной для проектов по созданию «умных городов 1.0», то есть автоматизируются отдельные функции, а стратегического сведения весьма мало. Я  говорю это не для того, чтобы указать на плюсы и минусы разных форм правления. Я  говорю это лишь для того, чтобы констатировать факт, а выбор наиболее подходящей формы правления определяется множеством других факторов. Как бы то ни было, любая прикладная технология и  любой проект могут представлять ценность в  плане сокращения издержек и/или увеличения производительности, как на раннем этапе автоматизации предприятий. Для города эта ценность может выражаться в улучшении ситуации на дорогах и, как результат, в  сокращении вредных выбросов и  росте общей эффективности. Или же в  повышении безопасности за счет камер, сенсоров и освещения. Но «умные города 3.0» и «интеллектуальные территории» развиваются в  основном в западных демократиях. Это они извлекают дополнительную пользу из своих инвестиций, потому что соединяют их с общей стратегией, которая помимо прочего предполагает серьезное участие граждан в  расстановке приоритетов и эффективной работе в соответствии с ними. Города и сельские районы разных стран могут поведать великие истории о своих попытках трансформироваться. В Африке распространяется интернет, а широкополосные коммуникации расширяются и наращивают пропускную способность везде. 21 октября 2013 года ICF объявил 21 полуфиналиста, претендующего на звание «интеллектуальной территории 2014 года». Среди них оказалось по одному представителю от Кении, №4, 2013–2014

Элементы «интеллектуальной территории»

Широкополосная связь

Кадры информационной направленности

Доступ к цифровым технологиям

Инновации

Пропаганда

Греции, Бразилии и Новой Зеландии, по четыре – от США и Австралии, три – от Тайваня и шесть – от Канады. Китайские, японские и южнокорейские города уже становились победителями конкурса, а вот индийские и российские – пока нет. Однако и в Индии, и в России деятельность вокруг «умных городов» закипела с новой, впечатляющей силой. Что касается таких государств, как Казахстан, то за счет дейст­вующих проектов они быстро выведут свои города на более высокий уровень. 127


УРБАНИСТИК А

Образец для подражания Василий Бабуров Бразильская Куритиба – пример «умного города» не только для развивающихся, но и для развитых стран. Многие ключевые проблемы современного мегаполиса – транспортные, экологические, социальные и экономические – здесь научились решать еще полвека назад.

ская и т.д.) модель, которая бы гарантировала достойное существование как минимум нескольким поколениям горожан. В отличие от состоятельных поселений Европы, Северной Америки, Австралии, где традиции местного самоуправления складывались столетиями, городам в других регионах приходится функционировать в более стесненных условиях. Это объясняется не только скромностью бюджетов, но и неразвитостью социальных и управ-

Каждый уважающий себя город стремится к достижению двух фундаментальных целей. Первая – это создание качественной среды обитания. К этому вынуждает жесткая конкуренция за инвестиции и мозги. Вторая – обеспечение устойчивого развития, а для этого нужна интегральная (экономическая, социальная, транспортная, энергетичес­кая, экологичеВасилий Бабуров – урбанист, архитектурный критик. 128


Образец для подражания

ленческих институтов. Поэтому успешных примеров в странах развивающегося мира известно немного, однако их число растет благодаря процессам модернизации, происходящим в странах Латинской Америки и Юго-Восточной Азии. Один из самых известных примеров – бразильская Куритиба, где удалось выработать модель развития, ставшую образцом для многих городов в разных регионах. В Куритибе научились решать разнообразные проблемы (транспортные, экономические, социальные, экологические и пр.), добиваясь высокого качества жизни большинства жителей.

В понедельник утром, когда сторонники «автомобильной партии» пригнали грузовики, чтобы снести заграждения, они натолкнулись на группу из нескольких сотен детей, рисующих на мостовой. Водителям пришлось отступить. С тех пор дети регулярно рисуют по выходным (это стало традицией), хотя на права пешеходов уже давно никто не покушается

трех систем: улично-дорожной, общественного транспорта и землепользования и застройки. Их развитие должно было происходить взаимосвязанно, в соответствии с экономическими, социальными и экологическими потребностями города. Наложение этой модели на городской план позволило выделить пять градо­ образующих осей, названных «структурными коридорами», вдоль которых планировалось сконцент­рировать дальнейший рост города, тем самым делая его предсказуемым и управляемым, а также планомерно наращивать транспортную инфраструктуру. Таким образом, Куритиба должна была получить планировочный каркас, в котором были бы сосредоточены «центральные» (то есть деловые, торговые, культурные и пр.) функции. Новые правила землепользования и застройки увязывали концентрацию населения и этажность домов с возможностями транспорта. Максимальная плотность застройки допускалась только в пределах и вблизи «структурных коридоров», то есть в пешей доступности от остановок автобусных экспрессов. Остальную территорию города по мере удаления от магистралей застраивались средне- и малоэтажными зданиями. Вместо рискованных и разорительных для бюджета «больших проектов» городская администрация сделала ставку на четко скоординированную во времени реализацию множества мелкомасштабных, экономичных и оригинальных инициатив, использующих местные ресурсы и  рыночные механизмы. Этот подход получил название «городской акупунктуры». Транспорт и землепользование, гидрология и  озеленение, образование и  здравоохранение, переработка мусора, борьба с безработицей и преступностью рассматривались как взаимосвязанные элементы интег­ральной проектной задачи.

Градостроительная революция

В 1940–1980-х годах Куритиба испытала взрывной демографический рост, который был вызван форсированной индустриализацией страны и трансформацией сельского хозяйства. Мощный приток населения создал множество проблем, усугубляемых стремительной автомобилизацией. Ориентируясь на опыт США, муниципалитет озаботился разработкой генерального плана, предполагавшего приоритетное развитие частного автотранспорта и прокладку скоростных магистралей. Уже к середине 1960-х годов целесообразность этой стратегии была подвергнута сомнению. Решение властей пробить автострады через исторический центр города натолкнулось на организованное сопротивление интеллигенции и  студентов. В сознании городской элиты произошел переворот, и группе молодых архитекторов и гражданских инженеров удалось убедить чиновников отказаться от прежнего генплана в  пользу предложенной ими альтернативной программы развития. Возглавлял группу 27-летний урбанист Жаиме Лернер. По их инициативе был создан независимый Институт градостроительных исследований и городского планирования (Instituto de Pesquisa e Planejamento Urbano de Curitiba – IPPUC), которому делегировались полномочия выработки основных принципов стратегии развития города и его генерального плана. Вскоре на волне кадровых реорганизаций, проводимых управлявшей страной военной хунтой, и сам Лернер был назначен мэром Куритибы. Ключевой идеей нового стратегического плана, принятого в 1965 году, стала интеграция №4, 2013–2014

129


УРБАНИСТИК А

шения качества транспортного обслуживания достигнут и экологический эффект. Рационально организованная система дорог и общественного транспорта позволяет потреблять на 30% меньше топлива, чем в других городах. Опыт Куритибы по организации выделенных автобусных линий давно стал хрестоматийным и активно перенимается в самых разных регионах мира – от Оттавы до Бангалора, от Мехико до Боготы.

Успех, которого администрации Куритибы удалось добиться за короткий срок, можно объяснить несколькими принципиальными обстоятельствами. Огромную роль сыграл профессионализм городских управленцев, дей­ ствовавших быстро и эффективно и сумевших обеспечить слаженную работу различных субъектов городского развития. Кроме того, был достигнут крайне важный консенсус городских элит (предпринимательских и  властных) в  отношении как генплана в целом, так и отдельных муниципальных программ. Таким образом, несмотря на слаборазвитость гражданского общест­ва, наиболее образованные группы населения получили возможности (пусть и не вполне равные) влиять на управление городом.

Зеленый свет для пешехода

Начиная с 1970-х годов одной из главных забот всех администраций, независимо от политической ориентации, была экологическая политика. Даже при хунте, когда в Бразилии старались любой ценой привлекать инвестиции в промышленное производство, закрывая глаза на вредность, строительство новых заводов в Куритибе подчинялось жестким экологическим нормам. В конце 1960-х годов в городе было крайне мало зелени, водоемов и обустроенных общест­ венных пространств. На одного жителя приходилось всего 0,5 м2 зеленых насаждений. Первоочередное внимание старались уделять территориям в зоне риска (прежде всего в поймах рек и низинах), требовавшим безотлагательного вмешательства. Параллельно приходилось бороться с нелегальным самостроем на заливных лугах, подчас принимая жесткие меры. Скваттеров принудительно выселяли с затапливаемых участков. На берегах рек обустраивались протяженные линейные парки, которые не только расширяли «легкие» города, но и регулировали течение вод, собирая излишки в сезон дождей и предотвращая эрозию почв. Одновременно с озеленением муниципалитет утвердил новые правила застройки, предписывающие, чтобы жилое помещение при строительстве занимало не более 50% от общей площади земельного участка, на котором оно возводится. Садоводство стимулировалось введением налоговых льгот для владельцев парков и садов. Активная и рациональная экологическая политика принесла щедрые плоды: в начале XXI века в Куритибе было свыше 9 тыс. га зеленых насаждений (1/5 территории города). За двадцать лет с нуля было создано три десятка парков, высажено 1,5  млн деревьев, а  площадь озелененных пространств на одного жителя выросла почти в 100 раз.

ПОБЕДИТЬ ПРОБКИ

Первые шаги Лернера на посту мэра были направлены на реформирование системы транспорта и улучшение экологической ситуации. Одним из ключевых принципов генплана 1965 года стал приоритет пешехода над автомобилем, что в те времена было революционным шагом не только для Бразилии, но и для Западной Европы. Это подразумевало одновременно кардинальное усовершенствование системы общественного транспорта и ограничение прав автовладельцев, несмотря на высокий уровень автомобилизации (сегодня этот показатель составляет более 600 машин на 1000 жителей). В качестве основного вида транспорта был выбран автобус, который мог использовать существующую улично-дорожную сеть. Стоимость одного километра выделенной автобусной линии обошлась в 50 раз дешевле метро при пропускной способности, сопоставимой с современным трамваем, благодаря использованию особых удлиненных моделей. На этой основе была постепенно «выращена» интегрированная система маршрутов разного калибра (от экспрессов до местных). Системой общественного транспорта Кури­ тибы (Rede Integrada de Transporte – RIT) управляет оператор – акционерное общество, берущее на подряд частные компании (владельцев автопарков, которые осуществляют перевозки). Муниципалитет же координирует их работу и  финансирует строительство и эксплуатацию инфраструктуры. Помимо существенного улуч130


Образец для подражания

«автомобильной партии» пригнали грузовики, чтобы снести заграждения, они натолкнулись на группу из нескольких сотен детей, рисующих на мостовой. Водителям пришлось отступить, и муниципалитет одержал свою первую победу, подкрепленную тем, что появление пешеходной улицы благоприятно отразилось на торговле. С тех пор дети регулярно рисуют по выходным (это стало традицией), хотя на права пешеходов уже давно никто не покушается. Создание пешеходной зоны подтолкнуло к  приведению в порядок всего исторического центра, который избежал печальной участи остальных бразильских мегаполисов, обезображенных девелоперской лихорадкой 1960–1970-х годов. И хотя по художественной ценности старая часть Куритибы уступает таким жемчужинам колониального барокко, как Олинда или Ору-Прету, ее состояние может служить образцом. Параллельно с озеленением и благоустройством было реализовано нестандартное решение проблемы утилизации отходов. Мэрия нашла способы убедить горожан сортировать мусор, взывая к их сознательности (начиная с детского сада) и поощряя материально. У малоимущих

Рационально организованная система дорог и общественного транспорта позволяет потреблять на 30% меньше топлива, чем в других городах. Опыт Куритибы по организации выделенных автобусных линий давно стал хрестоматийным и активно перенимается в самых разных регионах мира – от Оттавы до Бангалора, от Мехико до Боготы

Вместе с парками благоустраивались площади и улицы, причем начало этому процессу было положено почти детективной историей. За один из зимних уик-эндов 1972 года отрезок улицы XV de Novembro превратился в пешеходную зону. Эта операция, готовившаяся при полной секретности, была осуществлена буквально за 72 часа. Несмотря на желание мэрии вовлечь население в процесс облагораживания города, всю предварительную работу пришлось выполнить без огласки и в сверхсжатые сроки, так как сохранялась вероятность силового противодействия уличных торговцев и «крышующих» их бандитов. Последние решили отвоевать улицу обратно, но муниципалитет нанес превентивный удар. В понедельник утром, когда сторонники №4, 2013–2014

131


УРБАНИСТИК А

слоев муниципалитет принимает мусор в обмен на продукты питания и товары первой необходимости. Подобным же образом очищаются водоемы и общественные пространства. Благодаря замкнутому циклу расходы муниципалитета удалось снизить более чем наполовину.

В начале XXI века зеленые насаждения в Куритибе уже занимали 1/5 территории города. За двадцать лет с нуля было создано три десятка парков, высажено 1,5 млн деревьев, а площадь озелененных пространств на одного жителя выросла почти в 100 раз

СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННЫЙ ГОРОД

Чтобы добиться ощутимых результатов, пришлось радикально оптимизировать работу органов власти и социальных служб. Одной из инноваций стало создание гражданских улиц (Ruas da Cidadania) – интегрированных центров обслуживания граждан, где можно решить все основные вопросы, требующие контактов с бюрократией (оформить документы, заплатить налоги, посетить биржу труда и многое другое). Кроме муниципальных служб подобные центры включают супермаркеты для малообеспеченных горожан, где товары продаются по себестоимости, а также спортивные и детские площадки. Для борьбы с неграмотностью организуются новые школы, а также мобильные классы, занятия которых проходят в списанных автобусах, переезжающих с места на место. Чтобы сократить безработицу, создаются специализи-

Развитие поселения нельзя считать устойчивым, если экономическим и экологическим достижениям сопутствуют глубокие социальные проблемы. Если в городе ущемляются права тех или иных групп жителей, существует имущественное или культурное расслоение или какие-то иные болезни общества, то об особой «устойчивости» говорить не приходится. В Куритибе в этой сфере достигнуто немало. Социальная политика властей была направлена на создание благоприятной среды обитания и предоставление жителям если не равных благ, то по крайней мере возможностей. Конечно, обеспечить всеобщее благоденствие было нереально, однако на фоне чудовищной поляризации, характерной для Латинской Америки, Куритиба производит впечатление благополучного города с небедным населением. 132


Образец для подражания

Куритиба в цифрах и фактах

Транспорт Куритибы потребляет на 30% меньше топлива, чем в других городах

Пешеходная зона в центре Куритибы – одна из крупнейших в мире

рованные центры профподготовки – «дороги вакансий». Несмотря на формальный запрет детского труда, беспризорники привлекаются к необременительным работам, получая профессиональные навыки. Благодаря этим мерам уровень преступности заметно снизился, что сделало Куритибу самым безопасным мегаполисом страны. Для решения жилищной проблемы активно поощряется самострой, осуществляемый под контролем профессионалов. Муниципалитет выкупает большие участки земли, создает проект планировки территории, подводит коммуникации, а затем продает нуждающимся наделы под строительство жилья в рассрочку. Помимо подготовки территории город оказывает дополнительную поддержку, выдавая кредиты «натурой» (в виде стройматериалов и типовых проектов), а  также организуя бесплатные консультации специалистов.

99% населения Куритибы удовлетворены жизнью в городе. 70% населения Сан-Паулу хотели бы жить в Куритибе

Система городского автобусного транспорта (Bus Rapid Transit) Куритибы работает столь же быстро и эффективно, как и легкое метро, но обходится городскому бюджету в 10 раз дешевле

личными муниципиями агломерации эти проблемы пока не находят своего решения. Верным шагом в нужном направлении стало бы создание надмуниципального (субрегионального) органа власти, наделенного правом осуществлять единую политику развития метрополии. Однако эта идея встречает жесткое сопротивление местных элит, опасающихся передела сфер влияния. Вместе с тем растущая самоорганизация местных жителей, вынужденных вникать во все более сложные вопросы, способна ускорить процессы межмуниципального сотрудничества и тем самым подтолкнуть бразильский город к выработке новой модели управления принципиально иного уровня сложности.

Вызовы нового века

Серьезной проблемой Куритибы остается рассредоточенность грязных производств. Хотя большую часть городской промышленности удалось сконцентрировать в крупном индустриальном парке Cidade Industrial de Curitiba, многие заводы были построены в сопредельных муниципалитетах, где нормы охраны окружающей среды менее строгие. Вдобавок за городской чертой расположены главные экологические ресурсы метрополии – лесные массивы и источники, которые находятся под угрозой из-за расползания городской застройки. Из-за отсутствия координации между раз№4, 2013–2014

133


УРБАНИСТИК А

Красота, которая не спасает А лександр А лексеев Оскар Нимейер – знаменитый бразильский архитектор, один из создателей национальной архитектурной школы и новой столицы страны – Бразилиа. Этот город, построенный на пустынном плато, стал идеальным примером реализованной модернистской утопии, величайшим триумфом архитектуры и вместе с тем грандиозным урбанистическим провалом XX века.

срока, и, победив на выборах, немедленно приступил к реализации программы. Согласно его замыслу, Бразилиа должна была стать символом модернизации страны, дать импульс развитию центральных регионов и показать пример нового гуманистического города, свободного от несправедливости, нищеты и трущоб – печально знаменитых бразильских фавел. Одним словом, полная противоположность старому Рио, формировавшемуся в колониальную эпоху. Оскар Нимейер познакомился с Кубичеком задолго до работы над новой столицей – еще в начале 1940-х годов. Будущий президент был в то время префектом в Белу-Оризонти и привлек архитектора для строительства развлекательного комплекса: в фешенебельном пригороде были построены казино, танцевальный зал и яхт-клуб. Этот крупный проект стал поворотным в карьере Нимейера. В 1956 году Кубичек обратился к нему вновь и предложил разработать генеральный план но-

XX век стал эпохой реализации архитектурных утопий. Архитекторы всегда имели определенную амбицию не просто обустраивать пространство, но создавать социальный порядок. Благодаря их таланту и знаниям получали свое зримое, ежедневно воспринимаемое выражение власть монарха, богатство купца или величие божества. Однако в прошлом столетии, на фоне крупномасштабных экспериментов по общественному переустройству, архитекторы вдруг осознали, что пришла их пора осчастливить все человечество. Так возник модернизм. Начать с нуля

Идея построить новую столицу Бразилии ближе к центру страны возникла еще в 1820-х годах, однако реализовать ее решился лишь Жуселину Кубичек, занимавший пост президента Бразилии с 1956 по 1961 год. Во время предвыборной кампании он пообещал, что город будет построен еще до окончания его президентского 134


Красота, которая не спасает

ный образ города – дворец Национального конгресса на площади Трех властей. Две прямоугольные башни, нарочито приближенные друг к другу на фоне окружающей пустоты, титаническая горизонталь террасы над малоэтажным корпусом и два прижатых к  ней сверху параболических объема – купол и  чаша,  – уравновешивающие композицию. Простые, лаконичные формы, идеальные пропорции, ослепительная белизна освещенных солнцем поверхностей на фоне голубого неба и  красноватой почвы – во всем этом было нечто нереальное, сюрреалистическое. Жилье в городе при этом строилось преимущественно типовое: многоквартирные дома, собранные из элементов заводского изготовления – жилых ячеек, были единственно возможным решением, учитывая жесткие сроки строительства. Кроме того, они в полной мере соответствовали заветам Ле Корбюзье, описавшего современный дом как «машину для жилья». Впрочем, на берегу искусственного озера Параноа нашлось место и зоне отдельных вилл. Коста и Нимейер еще несколько лет продолжали заниматься развитием Бразилиа, однако со сменой власти энтузиазм пошел на спад. От многих первоначальных замыслов пришлось отказаться, а работа превратилась в череду конфликтов с отдельными чиновниками и целыми ведомствами. Когда в середине 1960-х годов в Бразилии установилась военная диктатура, в карьере Нимейера на родине наметился кризис. В США работать также не получалось: в разгар холодной войны архитектору-коммунисту отказали в визе. Он пере­ехал в Европу, строил во Франции, в Алжире, периодически возвращаясь, чтобы реализовать тот или иной проект в Бразилии, однако найти взаимопонимания с новой администрацией не мог. Полноценное возвращение случилось лишь в 1980-х – с приходом к власти демократических сил.

вой столицы, однако Нимейер от предложения отказался, настаивая на проведении конкурса. Из 28 представленных проектов в итоге был выбран генплан его друга и учителя Лусиу Косты. Что же касается самого Нимейера, то он занялся проектированием правительственных и общественных зданий. От плана к реальности

При взгляде сверху Бразилиа напоминает самолет или птицу, хотя Коста утверждал, что имел в виду гигантскую бабочку. Ее «голова» – огромный треугольник – площадь Трех властей. Вдоль «туловища» выстроились основные правительственные здания, министерства, кафедральный собор, стадион, деловая и торгово-развлекательная зоны. Распростертые «крылья» испещрила сеть одинаковых жилых кварталов квадратной формы. Кубичек оказался деятельным президентом и,  как это ни удивительно, обещание сдержал: Бразилиа была возведена за 3 года усилиями 60  тыс. строителей. На это ушло 100 тыс. тонн железа, 1 млн кубометров бетона. Стройматериалы подвозили на самолетах, так как дороги еще только прокладывались. Летом 1958 года группа архитекторов переезжает в строящуюся новую столицу. «Нельзя сказать, чтобы условия, в которых мы оказались, были удовлетворительными, – писал впоследствии Нимейер. – У нас не было ни света, ни горячей воды, да и питание в период строительства оставляло желать много лучшего. Проливные дожди покрывали дороги грязью, что для нас, привыкших к асфальту, было большим неудобством. И все же, как это ни удивительно, преобладали энтузиазм, решимость и спортивный дух». Кубичек не жалел денег на строительство и полностью доверял мнению архитекторов, поэтому серьезных проблем с реализацией первоначального замысла удалось избежать. Конечно, не все шло гладко, но главной причиной был тот бешеный темп, в котором велись работы. Наконец 21 апреля 1960 года столица была официально перенесена в Бразилиа. Спроектированные Нимейером монументальные здания выстроились вдоль широкой как поле эспланады. Не здания – дворцы. Именно так их назвали: дворец Рассвета, дворец Плоскогорья, дворец Развития и т.д. Пожалуй, самый извест№4, 2013–2014

Победа или поражение?

«Главная задача архитектора – мечтать», – писал Оскар Нимейер. Почему же его собственная мечта так и не осуществилась, этот лучезарный город, вдохновленный гуманистическими идеалами, не стал местом, комфортным для жизни, красивая утопия не воплотилась в реальность? Столица, построенная в пустыне с нуля, уже сама по себе прекрасная метафора переустройства общества. С понедельника начинаем новую 135


УРБАНИСТИК А

Урбанист Ян Гейл даже придумал специальный термин «синдром Бразилиа» и еще один – «вертолетный урбанизм». Все это о городах, построенных по плану, которые хорошо смотрятся с высоты птичьего полета, но плохо работают на уровне земли. Для архитекторов, исповедующих такой подход в проектировании, у Гейла есть довольно крепкая характеристика – birdshit architects. Идея в том, что они рисуют свои планы, глядя с большой высоты, и, подобно птицам, сбрасывают вниз на головы граждан результаты своей деятельности

ку, Бразилиа не слишком дружелюбна к пешеходам. Как это ни парадоксально, коммунистически ориентированные архитекторы и урбанисты, как и их капиталистические коллеги, делали акцент на перемещении на автомобиле. Конечно, в Бразилиа не было фавел, однако вскоре рядом возник трущобный город-спутник Тигуантинга. Мечте Нимейера и Косты, что рабочие и простые строители столицы будут жить в тех же домах, которые они возводили, не суждено было осуществиться. Цены на недвижимость в столице оказались слишком высоки, и она превратилась в город для богатых. Искоренить несправедливость и нищету одной лишь яркой архитектурной идеей оказалось невозможно. Утопические градостроительные проекты модернистов провалились, поскольку они не учитывали всей сложности жизни. К счастью, таланты этих архитекторов не сводились к проектированию «светлого будущего»: они построили уникальные по своей выразительности и пластике сооружения. «Для меня красота всегда стоит на первом мес­ те», – говорил Оскар Нимейер. И что ему, без сомнения, удалось, так это создать уникальный образ Бразилиа. Ее архитектурой восхищались многие. Британский архитектор Норман Фостер назвал ее «захватывающе прекрасной» и «совершенно магической», исполненной света и оптимизма. В 1987 году город был включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

жизнь! Правда, как правило, эта новая жизнь продолжается не далее вечера среды, максимум пятницы. Так и с городами. Гладко оказывается лишь на бумаге... Популярный ныне урбанист Ян Гейл даже придумал специальный термин «синдром Бразилиа» и еще один – «вертолетный урбанизм». Все это о городах, построенных по плану, которые хорошо смотрятся с высоты птичьего полета, но плохо работают на уровне земли. Для архитекторов, исповедующих такой подход в проектировании, у Гейла есть довольно крепкая характеристика – birdshit architects. Идея в том, что они рисуют свои планы, глядя с большой высоты, и, подобно птицам, сбрасывают вниз на головы граждан результаты своей деятельности. Правда состоит в том, что города, построенные модернистами, действительно лучше разглядывать на расстоянии. Большие объемы, отделенные друг от друга открытыми пространствами, смотрятся особенно эффектно из автомобиля, мчащегося по автостраде. Бразилиа так и не стала городом в подлинном смысле этого слова. Ей не хватает сложности, считает британский урбанист Рики Бердетт. Здесь нет характерного для настоящих городов смешения функций: жилой, торговой, деловой и  т.д. Город очень четко зонирован, уличная жизнь не развита. Несмотря на все усилия архитекторов сделать проект гуманистическим и соразмерным челове136


Красота, которая не спасает

Ученик Ле Корбюзье

© Illustration by August Kunnapu

Оскар Рибейру ди Алмейда Нимейер Суарис Филью родился в 1907 году в Рио-де-Жанейро, в известной и состоятельной бразильской семье. Его отец владел типографией, дед был судьей верховного суда. Фамилия Нимейер досталась от предков немецкого происхождения, в XVIII веке перебравшихся из Германии в Португалию. Оскар окончил престижную гимназию и поступил в Национальную школу изящных искусств, где довольно скоро привлек внимание декана Лусиу Косты, увлеченного последователя европейских архитекторов-модернистов – Вальтера Гропиуса, Миса ван дер Роэ и, разумеется, Ле Корбюзье. Еще будучи студентом, Нимейер начал работать в его мастерской, а вскоре после завершения учебы вошел в группу архитекторов, проектировавших здание министерства просвещения и здравоохранения в Рио-деЖанейро. Работой группы руководил Коста, а в качестве №4, 2013–2014

консультанта пригласили самого Ле Корбюзье, который уже тогда был культовой фигурой. Во многом проект базировался на его идеях: монолитный железобетонный каркас, свободная планировка этажей, простая форма параллелепипеда с глухими торцами и стеклянными продольными фасадами. Впрочем, в здании проявились и некоторые черты новой бразильской архитектурной школы, для которой имя Нимейера вскоре превратилось в синоним. Асимметрия, криволинейные формы, использование цвета и фактуры различных облицовочных материалов, применение скульптуры и монументальной живописи – все эти черты, получившие развитие в последующих проектах Нимейера, стали его визитной карточкой и одновременно 137

характерными особенностями бразильского модернизма – скорее чувственного, чем функционального. Работа над павильоном Бразилии на Всемирной выставке в НьюЙорке в 1939 году обеспечила молодого архитектора заказами из США. Дела шли успешно и на родине: в 1940-х – начале 1950-х годов было реализовано около трех десятков проектов разного масштаба – от частных особняков до крупных комплексов зданий. Однако мировую известность Оскару Нимейеру принесла работа над проектами для новой столицы – Бразилиа. Оскар Нимейер умер 5 декабря 2012 года, не дожив лишь нескольких дней до своего 105-летия. Он продолжал работать до глубокой старости. Среди его поздних построек: Музей современного искусства и Народный театр в Нитерое, Комплекс административных зданий штата Минас-Жерайс, Культурный комплекс Республики в Бразилиа, собственный музей в Куритибе и многие другие.


УРБАНИСТИК А

Семь хороших новостей Позитивные социальные сдвиги могут происходить, а качество городской жизни улучшаться из-за перемен в управлении, удачно отлаженной инфраструктуры или правильно обустроенных общественных пространств. Московский урбанистический форум подготовил брошюру «33 проекта, меняющие города», а BRICS Business Magazine отобрал из нее несколько историй, которые позволяют насладиться красотой эффективных решений и учат, что результат может быть достигнут даже в условиях жесточайшей нехватки ресурсов.

средний уровень образования и продолжительность жизни, разрыв между качеством жизни богатых и бедных горожан был очень высок, а около трети из 1 млн жителей фактически обитали в трущобах. Пытаясь справиться с проблемой, администрация города предложила жителям принять участие в управлении бюджетом – той его частью, которая посвящена городскому благоустройству, строительству и т.д. Система, предложенная тогда, работает и сегодня: каждый год проходят консультации в разных формах – от больших районных собраний до заседаний тематических рабочих групп. Каждый район предлагает проекты, в которых нуждается сам, и общегородские программы. На основе этих рекомендаций администрация Порту-Алег­ ри собирает окончательный бюджет, причем чиновники имеют право инициировать обсуждение и  пересмотр каких-то идей, но не могут их прос­то отвергнуть. Всего в процессе задействованы около 40 тыс. жителей города. В  первые же годы городу удалось решить множество ключевых проб­лем: почти не осталось районов без водоснабжения, выросло количество социального жилья, выросли расходы на образование и здравоохранение. С тех пор систему партисипативного бюджетирования внедрили у себя еще 140 бразильских городов, присматриваются к ней и в других странах – в сентябре этого года пилотный проект запущен в Нью-Йорке.

Порту-Алегри

Жители этого города с 1989 года сами решают, на что потратить деньги бюджета, – теперь у них учится Нью-Йорк

проблема:

неадекватное распределение средств бюджета решение:

участие жителей в составлении бюджета сроки:

система была внедрена в 1989 году

Город Порту-Алегри в южной Бразилии известен всему миру как пионер того, что называется партисипативным бюджетированием. К участию в управлении городским бюджетом местных жителей здесь начали привлекать в 1989 году. Несмотря на высокие для Бразилии 138


Семь хороших новостей

во туристов выросло с 95 тыс. в 2006 году до 151 тыс. – в 2011-м, а число убийств снизилось до 29 на 100 тыс. жителей в 2006 году.

Медельин

Красивые библиотеки могут изменить даже город преступников, если станут частью новой идеи

Кархуз

В небольшом перуанском городе полностью изменили систему утилизации мусора – и спасли местную реку

проблема:

необходимость нового вектора развития для депрессивного города решение:

проблема:

комплексная программа изменений

отсутствие системы сбора и утилизации мусора

сроки:

мэр с новой программой пришел в 2004 году

решение:

разработка системы, обучение жителей

Второй по размеру город Колумбии, трехмиллионный Медельин, когда-то считался самым опасным городом на планете: в столице наркокартеля Пабло Эскобара в начале 1990-х совершалось в год более 300 убийств на 100 тыс. жителей. Серхио Фахардо, ставший мэром города в 2004 году, был выбран горожанами, уже потерявшими надежду на изменения. Системным политикам они предпочли сына архитектора – математика по образованию и журналиста – и группу его соратников, среди которых также было много архитекторов. Фахардо и его команда предложили комплексную программу обновления города: доходы от главного местного налогоплательщика, государственной компании Empresas Públicas de Medellín, были направлены на реформу системы образования, в том числе на ремонт школ (на образование уходило до четверти годового бюджета города в 900 млн долларов), а также на обустройство площадей и парков, развитие транспорта и на строительство зданий, ставших новыми символами города, в первую очередь библиотек. Назвать Медельин образцовым городом нельзя и сейчас, но многого удалось добиться: сообщения о Медельине стали появляться не только на страницах криминальной хроники. Количес­т­ №4, 2013–2014

сроки:

проект длился с 2004 по 2007 год

Небольшой городок на берегу Рио-Санта в Перу столкнулся с проблемой утилизации отходов. Местные мусорщики почти 60% отходов сбрасывали в реку, и только 35% населения города платили деньги за уборку и утилизацию мусора. Перуанский экологический фонд Ciudad Saludable, заручившись поддержкой, в  том числе и финансовой, международных организаций, предложил муниципалитету решение этой проблемы. Программа включала в себя работу по нескольким направлениям: просвещение населения, работа с учителями и школьниками, создание обучающего центра, изменения в работе муниципальных служб, связанных со сбором и утилизацией мусора. За три года удалось объяснить местным жителям разницу между органическим и неорганическим мусором, научить их выбрасывать мусор раздельно – сейчас отходы сортируют 90% жителей, 85% платят сборы за утилизацию мусора – это опровергает расхожее мнение, что бедных людей проблемы экологии волнуют мало. Были созданы центры по переработке органического мусора в компост и относитель139


УРБАНИСТИК А

стве линий особо учитывались потребности пешеходов, велосипедистов и рикш. Компания Tata спроектировала специальный автобус для использования на ахмадабадских улицах – их производство вполовину дешевле аналогичных машин Volvo и Mercedes-Benz. Сейчас запущено в работу пять линий с 75 остановками.

но экологичные свалки для неорганического мусора. Соответствующим образом изменили и правила, регулирующие сбор и утилизацию отходов. В городе заработал также специальный обучающий центр. А хмадабад

Система скоростного автобусного сообщения в Ахмадабаде была признана лучшей в Индии

Гуанчжоу

В китайском Гуанчжоу заработала одна из самых больших систем автобусного сообщения в мире

проблема:

проблема:

транспорт для крупной агломерации

транспорт для третьего по размеру города в Китае

решение:

система скоростного автобусного сообщения

решение:

система скоростного автобусного сообщения

сроки:

работа над системой началась в 2005 году

сроки:

система запущена в 2010 году

Системы скоростного автобусного сообщения (Bus Rapid Transit – BRT) по примеру бразильской Куритибы вводят все новые и новые города. В 2009 году такая система заработала и в индийском Ахмадабаде, городе с 6-миллионным населением. К 2035 году в ахмадабадской агломерации будут проживать уже 11 млн человек, а ее площадь составит более 1000 км2 – к этому времени система должна заработать в  полную силу. Работа над проектом началась в 2005 году с исследования потребностей жителей в транспорте, а также социоэкономических и технических аспектов внедрения BRT в городе. Затем был подготовлен детально проработанный план: маршруты, количество автобусов, сопутствующая инфраструктура. В этом плане были также учтены ошибки и успехи проектировщиков BRT в Дели, что повлекло за собой более сотни корректировок первоначального проекта. Было определено несколько десятков маршрутов, а также выделены технические маршруты для муниципальных служб, поддерживающих работу BRT. При строитель-

В 2010 году скоростная система автобусного сообщения начала работать в китайском Гуанчжоу. Здесь пока всего три линии, зато пользуются ими 1 млн человек в день, что делает BRT Гуанчжоу второй по загруженности в мире после TransMilenio в Боготе. На этом рекорды не заканчиваются: в Гуанчжоу встречаются самые длинные остановки (до 260 метров) и самые короткие интервалы между автобусами – до 10 секунд. На трех остановках есть пересадки на местное мет­ ро, а параллельно с автобусным сообщением в Гуанчжоу развивают и велосипедный сервис – рядом с остановками расположены велопарковки и велопрокаты. Управляют автобусами семь компаний, работу которых контролирует специальное агентство, еще одно отвечает за планирование и развитие системы. На линиях Гуанчжоу работают специальные 18-метровые автобусы, а  выделенные линии для них сделаны в большинстве случаев в центре магистралей и отделены от остальных полос не только разметкой, но и невысокими заборчиками. 140


Семь хороших новостей

Икике

Штат Токантинс

Два дома по цене одного (причем по очень небольшой цене) – решение чилийских архитекторов

В масштабной программе строительства жилья были учтены и культурные особенности региона

проблема:

16 тыс. семей без современного жилья решение:

программа строительства доступного жилья

проблема:

трущобы

сроки:

программа была начата в 2000 году

решение:

доступное и адаптируемое жилье

В 2000 году правительство штата Токантинс в Бразилии приступило к реализации масштабной жилищной программы: жильем надо было обеспечить 16 тыс. семей, которые не могли купить дом или квартиру сами. Для реализации программы необходимо было не только создание сложной системы финансирования, привлекающей средства из всех возможных источников (потребовалось 62 млн долларов инвестиций). Главной проблемой было то, что правительству штата еще не приходилось иметь дела с проектом такой сложности: хотя базовые параметры жилья (стоимость единицы, строительные нормы) были унифицированными, в каждой из 116 префектур возникали свои проблемы, связанные с доступностью стройматериалов, квалификацией строителей, укладом местных сообществ и так далее. Поэтому частью программы стали центры подготовки инженеров, строителей, социальных работников, а также специально разработанные механизмы взаимодействия с местными жителями, вовлечения их в процесс строительства, разъяснения им ценности жилища, важности ухода за ним и так далее. Сотрудники программы и сейчас навещают семьи, живущие в уже построенных домах. Масштаб программы повлек за собой и другие улучшения: увеличение количества рабочих мест, строительство новых школ и больниц, развитие бизнеса на этих территориях.

сроки:

первый поселок появился в 2003 году

Чилийские архитекторы и исследователи из бюро Elemental во главе с архитектором Алеханд­ ро Аравеной получили от правительства задание спроектировать жилье для ста семей с низким доходом – выделенный бюджет равнялся 7500 долларам на одну жилую единицу вместе с инфраструктурой и строительством. Для архитекторов было очевидно, что привычное решение этой проблемы – строительство просто очень дешевых домов – в перспективе приводит к появлению трущоб (из которых и надо было переселить жильцов). Расширяющиеся семьи начинают пристраивать к тесным домам новые комнаты из всех доступных им материалов и уже не могут обеспечить их нужной инфраструктурой. В Elemental разработали другую схему: она основана на жилой единице, часть которой готова принять новых хозяев немедленно, а другая может быть ими освоена уже самостоятельно. При этом в единице есть все необходимое для жизни: электричество, вода, канализация. Собранные в несколько блоков, такие единицы образуют небольшие кварталы с дворами, где возникают сообщества соседей, помогающих друг другу и поддерживающих в порядке и дома, и общественные пространства. Изобретенная Elemental модель была с тех пор многократно использована в Чили и за пределами страны. №4, 2013–2014

141


УРБАНИСТИК А

Поднебесная переселяется в города Ли Тай Китай приступает к реализации грандиозного плана урбанизации, которая превратит сотни миллионов бывших крестьян в жителей городов и новый источник долгосрочного экономического роста, основанного на внутреннем потреблении.

временных мегаполисах. Кроме того, урбанизация должна дать дополнительный толчок развитию китайской экономики за счет изменения ее структуры в пользу модели, которая в большей степени опиралась бы на внут­ренний спрос как на источник роста и меньше прежнего зависела бы от экспорта. Логика здесь предельно ясна. Во-первых, переселение в города создаст базовую потребность в жилье (как съемном, так и собственном) для сотен миллионов бывших фермеров. Это, в свою очередь, станет источником устойчивого спроса на строительные материалы, труд и компетенции. Во-вторых, запланированный переезд задаст долгосрочный потребительский тренд ввиду необходимости удовлетворения потребностей новых горожан, связанный с их интеграцией в городскую среду, а также вызовет мультипликативные эффекты, которые благоприятно скажутся на спросе на промышленные, бытовые и декоративные товары, услуги здравоохранения, медицинского страхования, образования. Таким образом, с точки зрения инвестиций и  потребления на рынке Китая открываются невероятные возможности, которыми смогут воспользоваться представители как национального, так и международного бизнеса. В прош­ лом году мы обсуждали эти вопросы в Брюссе-

Новая урбанизация

После вступления в должность в марте этого года новый премьер-министр Китая Ли Кэцян неоднократно демонстрировал, что урбанизация – один из его приоритетов. Эта инициатива, которая идет рука об руку с продвигаемым правительством планом модернизации, предполагает переселение примерно 250 млн человек из сельских регионов страны в города, ставя конечной целью полную интег­ рацию около 70% китайского населения, или 900 млн мужчин и женщин, в городское пространство к 2025 году. Основным мотивом запуска процесса новой урбанизации стало стремление повысить уровень жизни миллионов бывших сельских жителей, обеспечив их рабочими местами, жильем, инфраструктурой и услугами, которые есть в соЛи Тай – генеральный директор Китайского центра городского развития. Материал подготовлен на основе выступления Ли Тая на «Летнем Давосе» в китайском Даляне (Annual Meeting of The New Champions 2013), организуемом Всемирным экономическим форумом (WEF). 142


Поднебесная переселяется в города

ле, и многие отмечали, что сам по себе объем рынка в 700–900 млн человек городского населения Китая задает совершенно новую модель потреб­ления, появление которой в действительности подтолкнет местные и иностранные компании вкладывать свои деньги и компетенции в нашу страну. Как отметил премьер-министр Ли Кэцян, когда огромный китайский рынок объединяется с западными технологиями, мы получаем не угрозу ресурсной конкуренции, а надежду на реализацию широких возможнос­ тей для иност­ранных экспортеров и быстрого развития Китая. На практике уже сегодня мы наблюдаем большой интерес к участию в этих возможностях международных инвесторов. Например, многие бизнесмены заинтересованы в продвижении проектов «умных городов» и выясняют, каким образом они могли бы присоединиться к этому процессу в Китае. Кроме того, правительственный план новой урбанизации предполагает в будущем более широкое использование экологически чистых материалов и зеленой энергии в новых китайских городах, что также открывает перспективы для международных технологических компаний.

Правительственный план новой урбанизации предполагает в будущем более широкое использование экологически чистых материалов и зеленой энергии в новых китайских городах, что также открывает перспективы для международных технологических компаний

тить, что мы имели избыточную концентрацию основных ресурсов и сейчас начинаем наблюдать даже еще больший разрыв в их распределении. Кроме того, давайте посмотрим на Гонконг или Сингапур и задумаемся, почему недвижимость там тоже стоит дорого. Вероятно, потому что и там значительная часть населения располагает высокими доходами и может позволить себе ее покупку. В этом смысле ситуация на китайском жилищном рынке абсолютно не выходит за рамки мировых тенденций. Наконец, надо отметить, что урбанизация сама по себе вовсе не обязательно приводит к росту цен на жилье. Скорее всего, после переезда в город рабочие-мигранты начнут с аренды квартир, а не с их покупки. Мы наблюдали подобную картину в Шанхае. Даже в Гуанчжоу и Пекине более 30% средств, расходуемых новыми горожанами на оплату жилья, идут на его аренду. Немаловажно, что в числе прочего это поможет решению определенных проблем китайской строительной индустрии, поскольку сегодня в городах по-прежнему остается большое количество пустых, незаселенных квартир, которые могут сдаваться внаем. Подводя итог, я должен признать, что процесс новой урбанизации ставит нас перед лицом самых разнообразных вызовов, иметь дело с ними придется в будущем. Сейчас мы переживаем момент масштабной подстройки организационного процесса. Нам еще предстоит сбалансировать качество услуг и инфраструктуры, доступных людям в сельской местности и городах. Кроме того, по нашим наблюдениям, многие представители власти на местах пока слишком неохотно включаются в продвижение плана урбанизации и содействие ему. Но я думаю, что центральное правительство выразило свою позицию по этому вопросу абсолютно четко: реализация политики в области урбанизации будет продолжена – и этот процесс необратим.

Пузыри под контролем

Создание привлекательных условий для прихода иностранных умных денег в Китай в дополнение к массированным инвестициям со стороны государства – это часть ответа на воп­рос, за чей счет будет осуществляться новая урбанизация. Кроме того, мы должны дать рынку возможность сыграть свою роль. Я уверен, что на более поздних этапах осуществления реформы мы сможем освободить еще один источник инвестиций, позволив частному капиталу и компаниям внести собственный вклад. Однако это финансирование будет привлекаться в соответствии с ситуацией на рынке. Что касается опасений, что столь масштабные инвестиции в новые урбанизированные территории могут привести к надуванию пузырей на китайском рынке недвижимости, я думаю, что они преувеличены. Конечно, цены на жилье, особенно в городах первого и второго уровней, в последнее время росли слишком быстро. Но здесь я должен отме№4, 2013–2014

143


УРБАНИСТИК А

Бедные и активные Валерия Хамраева Трущобы Мумбаи уже стали одной из основных достопримечательностей индийского города. Пока кинематографисты сочиняют истории о том, как отсюда вырваться, урбанисты исследовательской группы URBZ утверждают: трущобы экономически активны и не требуют глобальных изменений.

заполонившими территорию, которые классифицируются только как трущобы. Но Шривастава и Эчанове уверены: эти районы нельзя так называть, ведь само только слово «трущобы» плохо сказывается на развитии города в целом. Строительство на подобных территориях зачастую самостоятельно ведется местными жителями, что обеспечивает хорошую связь между потребнос­ тями людей и развитием района.

Антрополог Рахул Шривастава и урбанист Матиас Эчанове всегда хотели работать напрямую с архитекторами, чтобы предлагать им наиболее удачные проекты городского дизайна и вместе изобретать новые инструменты для его улучшения. «Нам интересно изучать объекты, чтобы продвигаться в этнографии локального строительства и попытаться использовать архитектуру как язык, описывающий город и этапы его развития не традиционно, в статике, а в процессе эволюции», – говорят они. Дхарави – район индийского города Мумбаи – широко известен своими невысокими домами,

Здесь вам не трущобы

До середины прошлого века в Мумбаи строили социализм, позже и вплоть до 1990-х это был единственный свободный рынок в стра144


Бедные и активные

ются в лизинг. Мы встретились с представителями муниципалитета, посмотрели на типологию строений, бывших здесь изначально, вокруг них люди стали наращивать собственные дома. И уже непонятно, где начинается надстроенная часть, а где – муниципальная. Жители муниципального дома рассказали нам, что достигли соглашения с правительством относительно прав сообщества на самостоятельное развитие». Люди продемонстрировали готовность решать проблемы без посторонней помощи и взяли дело в свои руки – это была мощная тенденция редевелопмента в Мумбаи. «Трущобы часто воспринимаются как сырье – куча сырья, готового к переработке. Начинается строительство высоток, типичных для абстрактного современного города. Но жители борются с этим и развивают район иначе, используя собственные инструменты, видение и представления о том, как они хотят жить», – рассказывает Матиас Эчанове. Улучшение жилищных условий с помощью надстройки или перестройки зданий происходит без какой-либо санкции со стороны регуляторных органов и администрации. Поэтому эти районы уже не могут быть трущобами, в их жизни прослеживается определенная логика развития, удобная для проживающих там граждан.

не. Впрочем, на его облик влияли тенденции, общие для большинства мегаполисов независимо от их экономической ориентации. В 1950–1960-х годах здесь предпочитали высотные здания. Но большая часть населения (примерно 60%) живет не в них, а в тех самых трущобах, которые урбанисты Шривастава и Эчанове называют «зданиями на земле». Прогуливаясь по современному району, можно спокойно завернуть за угол и оказаться в жилом квартале с малоэтажными домиками. Такое чередование и сожительство старого с новым помогает городу трансформироваться, уверены урбанисты. «Здания на земле» занимают менее 15% дос­ тупной для жилой застройки земли в городе, а проживают на них больше половины горожан. Неудивительно, что в таких районах двух- или трехэтажные дома стоят впритык друг к другу: плотность населения здесь невероятно высока. Для районов, подобных Дхарави, находят эпитеты вроде «грязный», «отсталый», «пережиток». Но местные не считают себя обитателями дна. «Мы искали трущобы и видели везде примерно одно и то же. Приходили в какое-то конкретное место, микрорайон, а жители утверждали: нет, трущобы не здесь. Они не считают свою деревню, район трущобами», – говорится в исследовании URBZ. Жители одного микрорайона настаивали на том, что они потомки португальских рыбаков, которые поселились здесь еще до англичан. В другом месте люди утверждали, что живут в домах, построенных государством, только слегка усовершенствованных, а значит, это не самострой. В третьем – что раньше жили в трущобах, но теперь их переселили в этот район. И только в четвертом микрорайоне признали, что они находятся в трущобах: «Но когда мы закрываем дверь, трущобы остаются снаружи, а внутри у нас – дом». Дхарави – символическое место для Мумбаи, потому что обстановка там иллюстрирует не только неспособность города реагировать на потребности жителей, но и подчеркивает готовность последних решать проблемы самостоятельно. Урбанисты изучили стиль жизни людей в Дхарави и поняли, почему же они уверены, что живут в нормальных условиях: «Продвигаясь глубже, мы оказались в старом независимом муниципалитете. Там расположены бараки для рабочих, построенные правительством. Они сда№4, 2013–2014

Дом для работы

Люди в Дхарави сделали нормой так называемый tool-house (дом-инструмент). Это здание объединяет в себе места, где человек и живет, и работает. На первом этаже могут находиться небольшой магазин и спальни, на втором – производство и жилые помещения. При надстройке третьего этажа общая площадь дома достигает 70 м². В каждом доме живут и работают около 10 человек. В Дхарави нет свободных площадей, говорят Шривастава и Эчанове, на каждом квадратном метре ведется какая-то деятельность. А вот в остальной части Мумбаи, наоборот, около 500 тыс. свободных квартир. На самом деле места, которые массово привыкли называть бедными или нищенскими, очень продуктивны с экономической точки зрения. В каждом tool-house расположен розничный магазин, производство, общежитие или ресторан. Семейный бизнес – пошив одежды, изготовление обуви, сумок или украшений – самая распространенная форма занятости в трущобах. В 2010 году 145


УРБАНИСТИК А

Для районов, подобных Дхарави, находят эпитеты вроде «грязный», «отсталый», «пережиток». Но местные не считают себя обитателями дна. «Мы Приходили в какоето конкретное место, микрорайон, а жители утверждали: нет, трущобы не здесь», – говорят в URBZ

Индийские власти, как и многие другие, пытаются решить вопрос проживания в трущобах с помощью высоток, считая, что гражданам так будет лучше. Шривастава и Эчанове имеют довод против и настаивают на том, что самобытность подобных районов следует сохранить: «Трущобы воспроизводят некий дискурс, открывающий существующие пространства как нечто живое, развивающееся и трансформирующееся силами жителей при минимальном вмешательстве извне». Команда URBZ даже находит в развитии Дхарави нечто общее с опытом японской столицы. «В Токио до 1990-х годов множество домов строились локально, местными командами, застройщиками. И это интересный пример того, что может произойти, если вы идете по пути локального строительства. После войны Токио практически сравняли с землей, но город развивался очень быстро. Строились высотки и такие вот стихийно возникающие районы, которые потихоньку становились лучше. Стимулирование экономического развития привело к созданию новых микрорайонов», – подчеркивает Матиас Эчанове. Даже если на месте сегодняшних малоэтажек возвести небоскребы, комфортно разместить в них все население Мумбаи не удастся. Поэтому стоит больше внимания уделять тому способу существования, который горожане сознательно выбирают для собственного удобства. Это и есть главная мысль URBZ: реконструкция вместо проектирования с нуля.

объем экспорта товаров, произведенных в Дхарави, составил 500–650 млн долларов. Основная проблема местных жителей, по словам исследователей, – отсутствие свободного времени. Сооружением домов-инструментов люди занимаются сами, то есть население вовлечено в экономически эффективную деятельность. Процессы строительства хорошо организованы, видны четкие взаимосвязи между жителями – исполнителями и клиентами. Каждый дом по заказу владельца переделывает бригада строителей-конт­­рактников. Письменных соглашений строители с хозяином не заключают, чертежей и планов никто не делает. Тем не менее у каждого жилища есть проект, детали которого оговариваются устно, а работы ведутся опытными людьми, построившими не один десяток домов. По словам исследователей, ежегодный оборот строительства в Дхарави – 20–30 млн долларов. Примерно 10% от этой суммы, по их же данным, уходит чиновникам, чтобы они «не замечали» изменений в районе. Миф, что трущобы – пристанище для бедняков, спящих на полу, так и останется мифом. Жители Дхарави вынуждены прибедняться, поскольку все строительство на территории трущоб нелегально. Для того чтобы не вызвать лишних подозрений, местные маскируют свои дома: капитальную кирпичную кладку обкладывают лис­ тами фанеры, а новые постройки состаривают, чтобы они не бросались в глаза чиновникам. При этом интерьеры трущоб, уверяют исследователи, соответствуют уровню среднего класса. 146


Бедные и активные

Три условия идеального города К 2030 году 60% мирового населения будет жить в городах, что говорит о значительных возможностях для экономического роста. Но чтобы их реализовать, городам необходимо мудро распорядиться своими расходами. Как это организовать? Актуальное исследование McKinsey подтверждает старую истину, что единого рецепта для всех не существует, однако три правила, обязательных для каждого градоначальника, сформулировать все-таки можно. Их соблюдение должно помочь сделать комфортными даже самые жесткие мегаполисы.

1.

2.

Высокие экономические показатели весьма важны, однако их достижение далеко не всегда автоматически делает город удобным для жителей. Чаще всего экономический рост приносит с собой вред для окружающей среды, устранение которого выливается в большие затраты. Гармоничный рост подразумевает определение лучших возможностей для экономического развития. Он учитывает запросы жителей, внимание к экологии и основан на уверенности, что горожанам действительно нравится выбранный путь. Городам следует инвестировать в инфраструктуру, которая уменьшает выбросы и отходы производства, а также продумывать объекты строительства с высокой плотностью населения. При этом хорошие градоначальники уделяют внимание еще и гармоничному росту близлежащих регионов, так как с расширением метрополиса им придется плотнее сотрудничать с соседними муниципалитетами и региональными службами.

Лучшие города обеспечивают безопасность всех поступлений, изучают инвестиционных партнеров, технологичны в управлении расходами. Эффективное партнерство государства и частного бизнеса позволяет им легче и дешевле добиться высокого качества инфраструктуры и услуг.

Гармоничный рост

№4, 2013–2014

Высокий результат с меньшими затратами

147

3.

Поддержка изменений со стороны горожан

Изменения никогда не бывают легкими, в какие-то моменты они даже могут усилить оппозицию. Успешные мэры выстраивают высокоэффективную команду, привлекают и удерживают талантливых людей на государственных должностях, а также используют все возможности достичь консенсуса с местным населением и бизнессообществом.


практик а

Как победить Китай в Китае Фил Лен, Хань Вэйвэнь и Раймонд Чхан Лишь около четверти участников списка Fortune 200 при работе в Китае полагаются исключительно на органический рост. Опыт в организации сделок M&A и создании совместных предприятий помогает им отвоевывать место под солнцем у китайских конкурентов.

варенные предприятия либо вступать с ними в партнерство. С 2002 по 2011 год, благодаря неорганическому росту, объемы ее продаж увеличились на 43%, в то время как органически компания выросла на 31%. По данным Euromonitor, в прошлом году Carlsberg вышла на китайском рынке пива на 10-е место, уделяя особое внимание западным регионам государства, где датская компания заняла лидирующие позиции. Китай в той же мере сложен для глобальных корпораций, в какой и важен для них. Даже перейдя в фазу охлаждения, экономика КНР создает возможности для увеличения масштаба операций, сравниться с которыми не может ни одна другая страна. Поднебесная уже превратилась в рынок номер один для множества категорий товаров, включая автомобили, бытовую технику и мобильные телефоны. Она также становится главным источником роста маржи для мультинациональных компаний (МНК). Согласно новому исследованию Американской торговой палаты в Китае, норма прибыли 68% работающих в КНР МНК сопоставима со средне­мировыми значениями или превышает их.

Французский производитель бытовой техники Groupe SEB и датская пивоваренная компания Carlsberg работают в абсолютно разных отраслях, но обе шли одинаковыми путями, пытаясь подобрать ключи к «сундуку с сокровищами» – Китаю. В 2002 году Groupe SEB продвигалась в КНР черепашьим шагом, увеличивая обороты самое большее на 0,2%, и занимала 32-е место в своем сегменте. В свою очередь, Carlsberg также находилась в аутсайдерах, конт­ ролируя менее 1% китайского пивного рынка, и от устойчивого положения была далека. Затем обе корпорации взялись за дело всерьез. В 2006 году Groupe SEB приступила к скупке акций ведущего китайского производителя бытовой техники Supor, благодаря чему ее рыночная доля стала последовательно и быстро рас­ ти. К  2010 году французская компания вышла на пятое место в своем сегменте в КНР. Между тем Carlsberg начала приобретать местные пиво­ Фил Лен, Хань Вэйвэнь и Раймонд Чхан – партнеры Bain & Company (Шанхай) и члены экспертной группы Bain по слияниям и поглощениям. 148


Как победить Китай в Китае

в КНР. Помимо первоначального стремления получить одобрение со стороны регуляторов, МНК сегодня используют неорганический рост, чтобы снизить издержки при производстве товаров как для внутреннего рынка, так и на экспорт. А также для заполнения пробелов в своих товарных линейках и расширения возможностей по освоению рынков – во всех тех областях, в которых китайские национальные игроки традиционно обладают преимуществом.

Но, как убедились Groupe SEB, Carlsberg и многие другие корпорации, одержать победу в Китае, полагаясь исключительно на собственные силы, непросто. Конкуренция здесь сейчас как никогда остра: новое поколение китайских компаний – национальные чемпионы – быстро устанавливает стандарты на дешевые и бюджетные товары. МНК приходится соответствовать, иначе они проиграют. И при таком давлении со стороны конкурентов добиться этого необходимо в очень сжатые сроки. Сегодня китайские игроки демонстрируют выдающиеся способности одерживать верх над МНК. Так, в секторе потребительских товаров местная компания Hosa обошла итальянскую Arena и захватила лидерство в продаже экипировки для плавания, переориентировавшись на массового потребителя. В секторе производства медицинской техники китайская компания Mindray превратилась в ведущего производителя оборудования для ультразвуковых исследований, взяв на вооружение надежные, хотя и  не столь передовые технологии, как у МНК, и  реализуя свою технику на 30–40% дешевле западных аналогов. Создание совместных предприятий (СП), а  также сделки по слиянию и поглощению (M&A) всегда были средствами достижения успеха в Китае. А в закрытых для иностранного капитала отраслях, таких как банковское обслуживание и страхование, им по-прежнему нет альтернативы. В этих секторах подобный подход позволяет не только работать на китайском рынке, но и открывает МНК доступ к крупным контрактам китайского правительства. Однако в  последнее время процесс создания совместных предприятий и сделок M&A стал значительно интенсивнее и за пределами закрытых секторов. О создании СП или об очередном слиянии становится известно едва ли не каждую неделю. Лишь около 25% компаний из списка Fortune  200 полагаются в Китае на органический рост. Все чаще эти сделки оказывают трансформирующее влияние на корпорации, открывая им доступ к ранним этапам производственных циклов, исследованиям и разработкам, интеллектуальной собственности (ИС), совместному использованию основных корпоративных возможностей и другим средствам продвижения №4, 2013–2014

Издержки: почувствуйте разницу

Начнем с уровня издержек. Не секрет, что национальные игроки получают преимущества за счет менее жестких регуляторных требований, доступа к более дешевому сырью и рабочей силе, а также более низких накладных расходов на бэк-офис. Разница в производственных издержках в Китае иногда огромна. Анализ показывает, что, например, уровень издержек китайских производителей товаров для плавания или ковровых покрытий в расчете на единицу продукции в этой стране на 40% меньше, чем у ведущих конкурентов из числа МНК. В облас­ ти производства медицинского оборудования и сотовых телефонов аналогичная разница достигает 20%. При этом скопировать структуру затрат китайской компании невозможно. Это одна из причин, почему японская Hitachi за время своей работы в КНР приняла участие не менее чем в 36 совместных предприятиях, партнерствах и сделках M&A, чтобы воспользоваться дешевизной производства своих местных партнеров – Haier и Shanghai Electric. Заслуживает внимания и то, как китайские компании продвигают свою продукцию на рынки. В отличие от МНК, они, как правило, имеют собственные широко разветвленные сети дистрибуции. Кроме того, компании проявляют наибольшую активность в городах, не относящихся к первому уровню, на которые приходится львиная доля рыночного роста. Семь из десяти брендов зубной пасты с наивысшей степенью проникновения в городах второго уровня – китайские. У какой-нибудь местной компании в городах со второго по пятый уровень с быстрорастущими рынками «в поле» может действовать по 5 тыс. продавцов. Чтобы повторить эту модель, у международной корпорации уйдут годы. По149


практик а

Начните с разработки стратегии роста, объясняющей, как сделки M&A обеспечат развитие вашей компании. После этого составьте список потенциальных объектов для слияния или поглощения, расположив их в порядке приоритетности и не забывая о том, что в Китае возможности для организации хороших сделок могут возникнуть внезапно. В декларации сделки указываются причины для ее осуществления – обычно не более пяти-шести ключевых доводов, убедительно раскрыва­ ющих смысл транзакции в преломлении к бизнесу компании. Как свидетельствуют данные опроса примерно 250 руководителей корпораций из различных стран, проведенного Bain & Company, в 90% сделок, оказавшихся успешными, менеджмент формулировал четкую инвестиционную декларацию на раннем этапе их подготовки. В декларации сделки на одной странице тезисно излагается информация о совместимости бизнеса, стратегическом значении транзакции, приемлемом диапазоне оценочной стоимости, ключевых рисках и потенциальных проблемах, связанных с интеграцией новых активов. Немногие компании в Китае используют декларации сделок столь же системно, как China Resources Snow Breweries (CRB) – совместное предприятие SABMiller и China Resources Enterprise, в котором партнеры контролируют соответственно 49 и 51% капитала. С момента своего создания в 1994 году это СП скупило десятки региональных пивоваренных заводов, интегрировав их бренды и операции. Имея свыше 115 лет опыта работы в пивоварении, владея более чем 200 брендами, реализуемыми на рынках 75 стран, SABMiller смогла привнести в сов­ местное предприятие свою всеобъемлющую экспертизу и навыки ведения бизнеса на низкомаржинальных рынках, а также умение быстро интегрировать и консолидировать новые активы для увеличения масштаба операций. В свою очередь, China Resources поделилась знанием национального рынка и ключевыми связями. Проводя оценку активов с целью их покупки, CRB пытается понять, могут ли (и если да, то как) быть использованы сильные стороны SABMiller и China Resources, чтобы очередное поглощение стало успешным. Вклад SABMiller в подготовку сделок M&A – ее опыт и умение

купка же местного игрока открывает МНК доступ к ключевым каналам сбыта и большому числу клиентов. Значение этих факторов для Китая постоянно растет. В дополнение к этому многие китайские компании владеют дешевыми сетями дистрибуции. Это особенно важно для сегмента недорогих бюджетных товаров и продукции средней ценовой категории, где доля затрат на распространение в совокупных издержках выше. Для заполнения пробелов в своей продук­ товой линейке МНК могут опереться на сильные бренды кого-то из местных игроков, получая доступ к более широкой клиентской аудитории за счет выхода в новые или смежные ценовые сегменты. Производитель медицинского оборудования из США Medtronic часто использует слияния и поглощения для входа в новые сегменты рынка в Китае. На первую такую сделку Medtronic решилась в 2008 году, создав совместное предприятие с крупным китайским игроком Shandong Weigao Group, чтобы разрабатывать и продвигать свое оборудование в области вертебрологии (диагностика и лечение заболеваний позвоночника. – Прим. ред.) и смежных видов продукции. В 2012 году Medtronic объявила о покупке китайского производителя товаров для ортопедии Kanghui более чем за 700 млн долларов. В процессе поиска лучших сделок, которые позволят приобрести все необходимые возможности для быстрого роста, МНК начинают понимать, какие подходы работают, а какие – нет. Хорошо продуманная и отлаженная система покупки активов и создания совместных предприятий может стать драйвером роста компании в  КНР и ключевым элементом стратегии достижения лидирующих позиций на местном рынке. Отсутствие должного внимания к ее созданию может поставить крест на экспансии. Опираясь на наш опыт взаимодействия с клиентами в разных сегментах китайского рынка, мы выработали методические подходы, которые повышают шансы на успешный неорганический рост. Цель сделки

Чтобы сделка оказалась успешной как в Китае, так и в любой другой стране, необходимо начать с точного понимания того, что именно в итоге вы рассчитываете от нее получить. 150


Как победить Китай в Китае

1

Варианты сделок должны рассматриваться с позиций потенциального роста стоимости активов и потребности в контроле Слияние или поглощение Получить прямой доступ к линейке снеков в китайском стиле

Потенциальная ценность от участия ŦŦ Объем требуемых ресурсов ŦŦ Глубина взаимодействия ŦŦ Размах взаимодействия ŦŦ Длительность взаимодействия

Сеть в городах 2–3-го уровня

Nestlé ↓ Hsu Fu Chi

CRE + SABMiller ↓ CRB

Postal Savings Bank of China + GTZ

Получить поддержку в расширении на сельском рынке банковской розницы

Альянс

системно управлять проблемами в процессе интеграции новых активов после слияния или поглощения, а также эксперты, обеспечива­ ющие строгий контроль качества с помощью лабораторных тестов и визитов на предприятия. Со своей стороны China Resources привносит в общее дело связи, которые помогают добираться до перспективных активов в стране, и  поддерживает тесные отношения с властями, что упрощает согласования. Взгляните на то, как это совместное предприятие создало из Snow единый национальный бренд. Производственные мощности поглощенных предприятий были переключены на выпуск пива под этой маркой, так что теперь его варят в 22 провинциях Китая. Сегодня Snow – лидер продаж в десяти провинциях и городах. Это СП всячески содействует расширению производства на региональных пивоваренных заводах за счет установки нового оборудования, заимствует лучшие практики CBR в области управления и централизует функции, чтобы усилить преимущества от эффекта масштаба. Например, 90% расходов на закупки осуществляются централизованно. Опираясь на свою отработанную методику осуществления M&A, отправной точкой которой неизменно служит декларация сделки, China Resources Snow переросла конкурентов и с долей в 21% превратилась в безоговорочного лидера китайского рынка пива. Сейчас это пивной бренд номер один в мире по объему продаж. №4, 2013–2014

Потребность в контроле ŦŦ Стоимость, которую создаст новая структура ŦŦ Вероятность успеха при 100-процентном владении ŦŦ Вероятность потери ключевых активов ŦŦ Готовность взять на себя всю полноту инвестиционных рисков Как это делается

Как только компания понимает, зачем ей нужна сделка, возникает еще один важный вопрос: создавать СП или покупать контрольный пакет через M&A? В Китае оба пути с успехом обеспечивали компаниям рост. В Bain & Company разработали модель, которая облегчает корпорациям выбор одного из этих вариантов, исходя из двух факторов: потенциального влияния сделки на стоимость актива и потребности МНК в контроле над приобретаемым предприятием (см. 1 и 2). Для этого компании задают и отвечают на ряд вопросов, которые должны помочь им четко определить потенциальную выгоду от участия в сделке и необходимый уровень контроля. Так, определение потенциальной выгоды от партнерства предполагает оценку объема необходимых ресурсов, а также глубины, масштабов сотрудничества и длительности партнерских отношений. Для определения требуемого уровня контроля необходимо оценить стоимость, которую создаст новая структура, 151


практик а

2

Определение модели контроля участия в активе

Потенциальная ценность участия Объем требу­ емых ресурсов

ŦŦ Чем больше ресурсов требуется вложить для успеха парт­нерства, тем больше должна быть доля участия

Глубина взаимо­ действия

ŦŦ По всей цели создания стоимости или концентрация на какой-то ее части ŦŦ Более глубокое взаимодействие требует более крепкой связи

Размах взаимо­ действия

ŦŦ На один проект или на несколько проектов ŦŦ Больший размах взаимодействия требует большей доли участия

Длительность взаимодействия

ŦŦ Для единичного случая кратко­срочного сотрудничества или для устойчивых долгосрочных отношений ŦŦ Более длительное взаимо­ действие требует более глубокого участия

Потребность в контроле Стоимость, которую соз­ даст новая структура

ŦŦ Выручка, актив (например интеллектуальная собственность и др.), которые должна принести новая структура ŦŦ Для создания более высокой ожидаемой стоимости требуется больший контроль

Вероятность успеха при 100-процент­ ном владении

ŦŦ Чем выше вероятность успешного ведения бизнеса силами самой МНК, тем меньше той нужно полагаться на китайского партнера и, следовательно, выше уровень контроля, который ей понадобится

Вероятность потери ключе­ вых активов

ŦŦ При высокой вероятности потери ключевого актива, например интеллектуальной собственности или ноухау, требуется повышенный контроль

Готовность взять на себя весь инвести­ ционный риск

ŦŦ Повышенная склонность к риску с крупными инвестициями требует повышенного контроля над ними, тогда как склонность избегать риска – наоборот

если компания начинает действовать в рамках четкой, стандартизированной процедуры, помогающей достичь положительного результата и снизить риски.

шансы МНС добиться успеха самостоятельно, вероятность потери ключевых активов, таких как интеллектуальная собственность (важный вопрос для работающих в Китае зарубежных компаний), и готовность взять на себя все инвестиционные риски. Чем выше потенциальная ценность сделки и потребность в контроле, тем выше вероятность того, что наиболее подходящим вариантом окажется слияние или поглощение. В свою очередь, при относительно низких значениях двух этих показателей имеет смысл задуматься о  создании совместного предприятия. Но какой бы путь в итоге ни был выбран, вероятность успеха значительно возрастает,

Предпринимаем совместно

Из-за наложенных государством ограничений на участие иностранного капитала единственная возможность для входа в десятки секторов китайской экономики – от здравоохранения до финансов – создание совместного предприятия. И некоторые из них оказывались весьма прибыльными. Однако в открытых отраслях многие МНК нередко лишаются желания создавать СП с партнерами 152


Как победить Китай в Китае

ное предприятие начнет приносить плоды уже в скором времени. Например, описанному выше европейскому производителю на создание своего китайского СП потребовалось меньше года со дня подписания протокола о намерениях. Ключ к успеху любого совместного предприятия заключается в том, чтобы четко понять, что привносит в него каждая из участвующих сторон, и гарантировать, что оно будет отвечать уникальным требованиям каждого из парт­неров. Чтобы заложить прочный фундамент под свое СП, наша европейская компания реали­зовала процедуру поиска и взаимодействия с потенциальными кандидатами на партнерство, включавшую пять шагов (см. «Пять шагов к успеху»).

из КНР, когда дело доходит до перечисления потенциальных сопутствующих проблем. Это весьма длинный список: несовпадение целей и планов у местного и глобального игроков, низкое качество управления или организационного контроля между партнерами, несоблюдение условий конт­рактов, кража технологий, а также риск того, что партнер по СП со временем может стать конкурентом в том же секторе. Вот почему подход к созданию совместного предприятия в Китае должен быть нестандартным и учитывать специфические для страны возможности и риски. Необходимо проводить тщательный отбор потенциальных партнеров, готовясь к ответу на потенциальные вызовы заблаговременно, еще на этапе обсуждения контракта и  совместного планирования работы будущего СП. Вдобавок надо прийти к единому представлению о ключевых драйверах совместного бизнеса, а  также последующего управления и мониторинга. Подобного подхода придерживался один из европейских производителей промышленного оборудования. Эта компания знала, что обязана завоевать Китай (это было непременным условием ее успеха на глобальном уровне), но столк­нулась с конкуренцией со стороны местных бюджетных производителей. Чтобы сделать свою продукцию более конкурентоспособной по цене и усилить позиции на местном рынке, она решила создать в Китае сов­местное предприятие. Чтобы защитить себя от потери интеллектуальной собственности, компания сосредоточила усилия на продвижении продукции, которая не содержала в себе критических ноухау. Компания сохранила за собой контроль над продажами оборудования высшего ценового сегмента. Благодаря СП она смогла удерживать свои издержки на производство на сравнительно низком уровне, позволявшем ей достичь целевых показателей прибыльности. Одна из причин, по которой в прошлом международные компании избегали участия в  сов­ местных предприятиях в КНР, заключалась в опасениях, что организация подобных сделок может потребовать слишком много времени. При этом положительный эффект начнет проявляться слишком медленно. Исходя из своего опыта, мы можем утверждать, что если все сделать правильно, совмест№4, 2013–2014

Слияние как выбор

Проблемы, с которыми сталкиваются компании при организации сделок M&A в Китае, хорошо известны. И одна из самых серь­ езных трудностей – сложность в поиске по-настоящему хорошего объекта для слияния или поглощения. Отправной точкой примерно 75% транзакций на этом рынке выступают собственные контакты, а процент успешно закрытых сделок невелик (более чем в два раза ниже аналогичного показателя в США). Проведение due diligence сулит сложности из-за недостаточной прозрачности и низкой распространенности общепринятой практики бухгалтерской и финансовой отчетности. Сама процедура аудита к тому же отнимает много времени. Стоимость активов при оценке завышается, а повысить их качество и  эффективность по завершении поглощения сложно. Причины в  том, что культурные различия создают серьезные трудности в процессе интеграции, а уход из поглощаемой компании ее топ-менеджмента негативно сказывается на оценочной стоимости бизнеса и моральном состоянии сотрудников. При этом подходы, которые работают в других регионах, например механическая адаптация лучших практик и  экспертиза поглощающей компании, в Китае зачастую неэффективны. Повторимся, что добившиеся успеха в Китае компании начинали с формирования стратегии и инвестиционной декларации. Также у  них были четко прописанная декларация в отношении того, как они будут интегрировать этот ак153


практик а

1 Пять шагов к успеху Как взаимодействовать с китайскими партнерами в рамках СП (опыт европейской компании)

Создание дифференцированной системы под разные стратегические типы продуктов. В случае с товарами широкого спроса совместное предприятие участвует на всех этапах создания стоимости в рамках своей лицензии на интеллектуальную собственность. Однако когда речь идет о продукции высшей ценовой категории, СП действует как изготовитель комплексного оборудования (OEM), а сама компания жестко контролирует исследования и разработки, продажи и постпродажное обслуживание.

2

Предоставление партнеру интересующих его активов и ресурсов. Например, наша европейская компания передает СП технологии для производства продукции широкого спроса, что делает его конкурентоспособным в емких сегментах бюджетного оборудования.

лиза были оставлены только 50 крупнейших производителей. На следующем этапе скрининг проводился по месту, занимаемому компаниями на региональном рынке и в своем ценовом сегменте (МНК интересовали сегменты быстрого роста, где в перспективе можно было перейти к продаже премиальных продуктов). Наконец, кандидаты оценивались по их доступности в качестве объекта для поглощения. Одновременно отсеивались предприятия, у которых имелись другие стратегические инвесторы. Затем после посещения объектов был составлен шорт-лист. В нем оказались компании, отобранные по степени совместимости и привлекательности их бизнеса, а также готовности к сделке. Однако найти подходящий объект для поглощения – это еще не все. Судьба сделки может зависеть от процессов планирования и интеграции. Компании должны разработать четкий, подробный и прагматичный план интегрирования нового актива и установить цели для того, чтобы раскрыть потенциал стоимости совместного бизнеса. Исходя из нашего опыта, компании, которые грамотно проводят слияния и поглощения, получают максимальный эффект от использования институционального подхода. Для таких тран-

тив, с подробным описанием процесса, покрывающего ключевые элементы декларации сделки и при этом обеспечивающего управление рисками. Они знали, чего хотят и как эти цели будут увязаны с их стратегией. Они понимали, как будут планировать интеграцию нового бизнеса, если вообще будут. Они проводили систематический скрининг активов. Только в этом случае они получали возможность принимать выверенные инвестиционные решения. В качестве примера приведем историю одной из транснациональных алкогольных компаний, которая из-за сравнительно низкого спроса на ее дорогие и премиальные бренды в Китае рассматривала M&A в качестве единственной для себя возможности для экспансии в этой стране. Чтобы найти потенциальные цели для поглощения и выстроить их по приоритету, эта компания тщательно изучила смежные секторы рынка. Рассматривались производители, продукция которых была ориентирована на различные ценовые сегменты и  покупателей разных полов, возрастов и стереотипов поведения. Первоначальный отбор включал 1400 компаний, которые на первом этапе были дифференцированы по размеру бизнеса, затем в каждом из избранных сегментов для дальнейшего ана154


Как победить Китай в Китае

3

Тщательное тестирование принимаемых на себя обязательств и поиск потенциальных затруднений, способных сказаться на успешности совместного предприятия. Наша европейская компания и ее китайский партнер вместе провели комплексный анализ, начиная от оценки стоимости земли и заканчивая способностью следовать плану продаж СП.

4

Достижение договоренности по важнейшим аспектам совместной деятельности. Обе компании потратили время на то, чтобы прийти к консенсусу по множеству аспектов совместной работы, критически важных для успеха СП. Эти согласования охватывают все: от назначения председателя и членов совета директоров, гендиректора и высшего менеджмента до ценовой политики и оценки материального взноса каждого из партнеров по совместному предприятию.

закций они формируют команду специалистов, имеющих опыт в реализации таких сделок. Они заблаговременно подключают к этой работе персонал, отвечающий за продуктовую линейку, возлагая на него ответственность за долгосрочные результаты. Они четко устанавливают стратегию и процедуры M&A, а также критерии оценки целевых компаний. И они знают, при каких условиях они выходят из сделки: устанавливается ценовой порог, выше которого переговоры прекращаются. Они используют систему стимулов для продвижения нужных им (а не любых) сделок. Именно такой подход позволил производителю химических и пищевых добавок из Нидерландов Royal DSM встать в Китае на путь успеха. Компания опирается на группу специалистов с опытом проведения сделок и действий на переднем крае. Разные команды отвечают за средние и крупные транзакции, такие как покупка Roche (Shanghai) Vitamins в 2005 году, инвестиции в стартапы и на этапах экспансии бизнеса (например приобретение доли в Tianjin Green Bio-Science в 2008 году), а  также сделки, включающие передачу интеллектуальной собственности, такие как лицензионные соглашения. №4, 2013–2014

5 Разработка плана реализации проекта и четкое определение ключевых шагов по формированию и организации всего комплекса работы совместного предприятия. За формирование структуры организации и принятие других важнейших решений отвечает руководящий комитет, в то время как на департамент управления программами возлагается обязанности их практической реализации и содействия в формировании структуры СП. Один из важнейших вопросов, требующих четкого разъяснения: механизм разрешения споров и выхода в случае, если совместное предприятие отклонится от заданного направления.

От одной сделки M&A к другой эти команды действуют строго в рамках институционального процесса, поскольку они исполняют четко прописанные обязанности. Так, когда речь идет о крупных транзакциях, за определение возможностей для синергии, затрат на интеграцию и  оценку сопутствующих рисков отвечает команда по развитию бизнеса в Китае. В то время как команда по стратегии и поглощениям работает над структурированием и финансированием сделок. Поставив процесс M&A на институциональные рельсы, Royal DSM смогла превратить слияния и поглощения в движущую силу своей стратегии роста в КНР. До того как она взяла на вооружение этот подход, доля китайского рынка в ее совокупной выручке составляла лишь 4%. По данным Capital IQ, к 2010 году эта цифра увеличилась до 10%. Осознание того, что в Китае она не сможет развиваться, полагаясь исключительно на собственные силы, стало для Royal DSM первым большим шагом. Теперь, доведя процесс M&A до совершенства, компания открыла для себя такие же огромные возможности, как и сам Китай. 155


расследование

Признайтесь, вы любите дешевую одежду и до рабского детского труда вам дела нет Гетин Чемберлен The Observer опубликовала серию разоблачительных материалов о жестоких условиях труда на фабриках по производству одежды, но бизнесу, западным потребителям и Индии по-прежнему все равно.

купать их. Потому что они любят их. Потому что они дешевые. И потому что они позволили себя околдовать. Я писал, как нищенские зарплаты в индийской чайной отрасли стимулируют торговлю девочками-подростками, которых не могут содержать родители. Любители чая по-настоящему огорчились. И органы этического контроля, сертифицировавшие плантации, где ассамский чай собирают за 12 пенсов в час, были вызваны, чтобы заверить людей, что все будет как положено.

Вот как оно работает. Широко Известная Компания (ШИК) выпускает в Индии или Китае красивые, милые вещи. The Observer сообщает, что люди, которые производят эти красивые, милые вещи, получают гроши, и более того, эти вещи делаются ловкими детскими пальчиками. Поднимается бурное негодование, и, изображая ужас от того, что ее подставили поставщики, ШИК обещает сделать все возможное. А далее – ничего. ШИК продолжает выпускать красивые, милые вещи, а люди – по156


Признайтесь, вы любите дешевую одежду

Многим потребителям большего и не нужно. Им хочется чувствовать себя этичными. Но дороже покупать – нет. Они готовы верить в бренды, которые любят. Компании это знают. Они знают, что если сказать о своей этике в подходящем ключе, то потребители закроют на все глаза. Поэтому они обрушиваются на упомянутых журналистами поставщиков. Получают сертификаты Ethical Trading Initiative, Fairtrade, Rainforest Alliance и т.п. «Посмотрите, – говорят они. – Мы теперь хорошие парни. Мы проверяем свои фабрики. У нас есть правила, кодексы поведения, декларации целей. Мы этичны». Не этичны. Что вы сделали, так это этичный фиговый листок заказали. За последние несколько лет компании поумнели. Теперь у поставщиков верхнего уровня детей практически не найдешь: фирмы понимают, что с точки зрения PR это самоубийство. Но зарплаты по-прежнему отвратительны, график работы – бесчеловечен, а дети – вот они, строчат без устали на задворках трущоб. Если ехать от Дели на восток около часа, можно добраться до ветхого промышленного города Газиабада. Прогуливаясь по глухим улочкам, старайтесь не упасть в открытые канализационные люки. Загляните в дверные проемы на этих улочках. Видите, как дети вышивают тонкие узоры и работают с бисером? А теперь пройдитесь по любимому торговому центру и посмотрите на полки. Узнаете ручную работу? Должны узнать. Сегодня поставщики «выводят» операции с главных фабрик, передавая их субподрядчикам, иногда нескольких уровней. Все делается далеко, «центр» лишь придает одежде законченный вид и ставит лейблы. А проверяющие, приходя на главную фабрику, видят, что детей нет и все в порядке. Потому что проверки – часть спектакля. Часто хватает двух комплектов учетной документации: одного для заказчика, другого для себя. В  документах для заказчика пишется, что все трудятся по восемь часов в день с перерывом на обед. Подлинные же документы раскрывают прибыли, полученные за счет 16-часового рабочего дня и семидневной рабочей недели. Нужны огнетушители, чтобы поставили галочку в графе «Безопасность»? Одолжите их на день. Лифт – это смертельная ловушка? Повесьте табличку, что им нельзя пользоваться, и инспектор пройдет мимо. Темные искусства процвета№4, 2013–2014

За последние несколько лет компании поумнели. Теперь у поставщиков верхнего уровня детей практически не найдешь: фирмы понимают, что с точки зрения PR это самоубийство. Но зарплаты попрежнему отвратительны, график работы – бесчеловечен, а дети – вот они, строчат без устали на задворках трущоб

ют в сфере проверок. Мы, потребители, допускаем это, потому что хотим красивые, милые вещи. И ворчим, что времена тяжелые, от нас нельзя ждать большей платы и все равно в тех местах дешево жить. Вот и вторая часть волшебного фокуса: западное восприятие стран-поставщиков, порожденное незнанием и непониманием. Индия лучше большинства других стран знает, как на этом играть. Чиновники и знаменитости из кожи вон лезут, хваля эту страну за успехи. Индия на подъеме, в Индии бум, Индия очень духовная, Индия полна жизни. Рабочие, конечно, бедны, но, должно быть, счастливы. Нет, они не счастливы. Производители одежды выглядят в PR сущими обывателями. Да, мы знаем, что в Индии протекционизм, да, мы знаем, что условия работы зачастую дьявольские, но мы покорены этой, кажется, невероятно экзотичной страной. Масла в огонь подливает чувство колониальной вины. Британцам в особенности неловко изза Индии. Мы украли у них страну и разграбили их богатства. Мы не вправе критиковать. Но мы должны. Китай по-прежнему ловят за руку, но уровень зарплат там повысился, и условия работы стали лучше. Индию, похоже, устраивает надеяться на то, что никто к ней не придерется. Могущественная Плановая комиссия Индии сообщила, что уровень бедности в стране рекордно низкий: 21,9%. Это исходя из того, что в  сельской местности можно жить на 26 рупий (29 пенсов) в день (в городской местности – на 33 рупии). Многие индийцы с этим не согласны. За рубежом несогласных почти не нашлось. Но времена тяжелые, говорят потребители. Это самая вредная идея из тех, что внушил бизнес. Вот кое-какие цифры, которые собрал The Observer в рамках прошлогоднего расследования в Бангалоре. Можно посчитать, что за изготовление одной пары джинсов для какой-ни157


расследование

достойный уровень жизни. Мои джинсы сделаны счастливым рабочим, чей труд был справедливо оплачен». Давайте пойдем дальше. Вышьем эти слова на самих джинсах. Я хочу такие. Я хочу знать, что не ношу вещь, которую сшили дети, запертые на подпольных складах, не видящие белого света, не получающие ни гроша. Я хочу чувствовать себя чистым. И я хочу, чтобы большие фирмы вместе с супермаркетами помогли мне в этом. Я хочу, чтобы люди сказали им: «Вы нас обманывали. Говорили, что этичны. Мы хотим, чтобы вы изменились. Хотим, чтобы вы тщательно контролировали поставщиков. Назовите их поименно. Пусть их проверят независимые люди. Мы хотим поверить вам вновь. Правда. Потому что мы любим вашу продукцию. И знаете что? Мы без проблем заплатим на несколько пенсов больше, если вы дадите слово, что подхватите наш почин». А вот что лучше всего: я думаю, продажи вырастут. Я думаю, потребители будут счастливее и рабочие станут счастливее. И я буду счастливее, если в поисках правды смогу проводить меньше времени в зловонных подворотнях.

будь Широко Известной Компании женщины получают 11 пенсов. А теперь взмахните волшебной палочкой и предоставьте им прожиточный минимум в 136 фунтов в месяц – именно столько, по подсчетам альянса «За предельную зарплату в Азии» (Asia Floor Wage Alliance), нужно сегодня в Индии для содержания семьи (и не забывайте, что многие женщины содержат ее в одиночку). На это уйдет целое состояние, не так ли? Нет. На это уйдет еще 15 пенсов в виде оплаты труда над парой джинсов. Сам факт того, что уровень зарплат находится на столь низком уровне, делает стоимость решения проблемы невысокой. Будь то производитель, поставщик, посредник, ритейлер или потребитель, кому-то придется взять эти траты на себя. Но зачем выставлять это как нечто плохое? Зачем бояться? Вот покупатель, который мечется между этичным и дешевым. А что если можно объединить их вместе? Скажем, снять с вешалки двое джинсов и сравнить. Одни стоят 20 фунтов, другие – 20,15. На последней – большой лейбл со словами: «Я  с  гордостью доплатил за эти джинсы 15  пенсов. Я  верю, что каждый имеет право на 158

© The Observer / The Interview People

Могущественная Плановая комиссия Индии сообщила, что уровень бедности в стране рекордно низкий: 21,9%. Это исходя из того, что в сельской местности можно жить на 26 рупий (29 пенсов) в день (в городской местности – на 33 рупии). Многие индийцы с этим не согласны. За рубежом несогласных почти не нашлось


Признайтесь, вы любите дешевую одежду

Трехлетняя история разоблачений, предпринятых Гетином Чемберленом Летом 2013 года The Observer сообщила, что сборщикам ассамского чая, поставляемого всем крупным чайным компаниям, платят по 12 пенсов в час. Сразу вслед за публикацией организации, наделившие эти компании правом провозгласить себя этичными, включая Fairtrade и Ethical Trading Initiative, выступили в поддержку расследования и призвали участников отрасли решить проблему нищенских зарплат.

Август 2010 года Выявлено, что на фабриках, поставляющих продукцию одним из самых известных в Британии компаний, людей заставляют работать по 16 часов в день. Marks & Spencer, Gap и Next начали собственные расследования, а с непомерно длинным графиком пообещали покончить.

Март 2012 года В сотрудничестве с благотворительной организацией «Вой­ на с бедностью» (War on Want) установлено, что бангладешских рабочих, изготавливающих спортивную экипировку adidas, Nike и Puma, бьют, словесно оскорб­ ляют и перегружают работой, которая к тому же низко оплачивается. Компании – спонсоры Олимпийских игр – пообещали разобраться.

№4, 2013–2014

Ноябрь 2010 года Установлено, что сеть магазинов модной одежды Monsoon, придумавшая этический шопинг, сотрудничает с индийскими поставщиками, которые используют детский труд и платят рабочим меньше минимального размера оплаты труда. Глава отдела этической торговли Monsoon призвал индийские власти разоб­ раться. Компания подчеркнула, что «привержена этической торговле давно и страстно».

Август 2012 года В сотрудничестве с индийской организацией Bachpan Bachao Andolan, ведущей борьбу с нелегальной торговлей, выявлено, что для тяжелой работы на делийских предприятиях работорговцам продают семилетних мальчиков. Вскоре после расследования в Индии были разработаны новые законы, направленные на борьбу с использованием детского труда.

159

Апрель 2011 года Выявлено, что китайские сборщики планшетов и телефонов Apple работают сверх установленной законом нормы и понуждаются к написанию признаний в мелких проступках. Поставщик Apple компания Foxconn заявила, что принимает меры по улучшению условий труда.

Ноябрь 2012 года Опубликованы признания индийских женщин, занятых в производстве одежды известных в Британии марок. За невыполнение непосильных задач их ругали, называя «собаками и ослицами» и советуя им «свалить и сдохнуть».


анти глянец брикс Глянцевая бумага – символ благополучия. С ней нередко ассоциируются успех, легкость и праздник. Она формирует ожидания, которые легко обмануть, сыг­ рав на контрасте, и привлечь этим дополнительное внимание к тому, что могло быть пропущено. Развивающиеся страны – самые конт­ растные места на земле. Экономический комментарий, которому в значительной степени посвящен этот журнал, не смог бы отразить всю контрастность в одиночку. Поэтому заключительные страницы BRICS Business Magazine отданы книге и фотопроекту. С их помощью мы хотим поменять угол зрения на два городавеликана, считающихся локомотивами прогресса своих стран, чтобы увидеть их без глянцевого лоска. Добро пожаловать в окраины Сан-Паулу и «другой мир» Гонконга.

160


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

Джастин Макгирк

поездка по окраинам Сан-Паулу

№4, 2013–2014

Джастин Макгирк – главный редактор

Иллюстрации —

Город на грани:

издательской программы Strelka Press,

Os Gêmeos

поездка по

лауреат «Золотого льва» архитектурной

окраинам

биеннале в Венеции, обозреватель

Сан-Паулу.

газеты Guardian.

Strelka Press, 2012

161


Обозреватель газеты Guardian сел в машину вместе с другом-фотографом и проехал по нетуристическим предместьям крупнейшего города Бразилии против часовой стрелки. Путешествие окончилось книгой, фрагменты из которой публикует BRICS Business Magazine. Периферия Сан-Паулу позволила Джастину Макгирку побывать сразу в роли этнографа и урбаниста, а его рассказ помогает заполнить лакуны, неизбежно возникающие, когда вы пытаетесь понять один из крупнейших мегаполисов мира изнутри деловых кварталов.

Статистика по Сан-Паулу, крупнейшему городу Южной Америки, – сокровищница для адепта радикального урбанизма. Из любого справочника вы узнаете, что Сан-Паулу – это мегаполис с населением 19 млн и что с начала XX столетия число его жителей выросло на 8000%. Помогает ли подобная статистика нам понять этот город? Раскрывает ли она его важные черты? В какой-то степени да, но, с другой стороны, она лишь подтвержда162

ет то, что нам уже известно. Скорость всегда была смыслом жизни Сан-Паулу. В «Печальных тропиках» Клод ЛевиСтросс, живший здесь в 1935  году, писал: «Город развивается так быстро, что даже карту его раздобыть невозможно». В середине XX века, когда город стал локомотивом «бразильского чуда», появился популярный лозунг «Сан-Паулу не должен останавливаться». Это был «вечный двигатель».


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

Сегодня, несмотря на впечатляющие статистические данные, Сан-Паулу замедляет свой бег. Численность населения увеличивается куда медленнее, чем когда-либо прежде, да и этот рост происходит исключительно в одной зоне: на периферии. Разрастающиеся окраины Сан-Паулу свидетельствуют, что город еще формируется, в каком-то смысле он до сих пор является «заготовкой». Здесь жертвы, на которые идут люди, чтобы попасть в Сан-Паулу, вписаны в ландшафт, в сами стены их домов. Города, растущие так быстро, развиваются неупорядоченно, и потому периферия Сан-Паулу ассоциируется не только с нищетой, но и с огромным потенциалом. Этот текст – рассказ о поездке на автомобиле по окраинам Сан-Паулу. Работая над книгой «По лондонской орбите», Иэн Синклер несколько месяцев мерил шагами столичную кольцевую дорогу M25, пытаясь понять и принять огромные размеры города. Сан-Паулу – не для пеших прогулок: это город машин (здесь их насчитывается 6 млн). Поэтому наше путешествие – именно поездка на автомобиле, и картина, которую я рисую,  – серия размытых снимков, сделанных из окна движущейся машины, плюс несколько остановок, которые пришлось сделать, чтобы размять ноги. Но, хотя я снимаю шляпу перед Синклером, надо сказать, что в одном аспекте его задача была проще. В Сан-Паулу нет своей M25. Существуют планы строительства кольцевой автодороги вокруг города – Родоанель Мариу Ковас, четырехполосной автострады длиной 170 км. Один из ее участков должны были открыть в  2002  году, но проект забуксовал. Поэтому нам приходится прокладывать свою орбиту через хитросплетение дорог под названиями «шоссе Айртона Сенны», «шоссе Президента Дутры», «шоссе Нордестино» и «шоссе Иммигрантов»  – некоторые из этих имен дают представление, почему город так разросся. №4, 2013–2014

163

Мы будем двигаться вокруг города против часовой стрелки – в связи с чем возникает необоримый соблазн самонадеянно представить нашу поездку как путешествие в прошлое. Историю о социальном и неформальном жилищном фонде Сан-Паулу мы начнем с условий, с которыми сталкиваются те, кто прибыл сюда совсем недавно, затем отправимся «назад во времени», рассказывая о  других формах жилья, существовавших в предыдущие десятилетия. По мере прохождения через эти этапы у нас возникнет четкое представление о различных стратегиях властей по обеспечению жильем постоянно растущего населения Сан-Паулу – отмечу, что фавелы я тоже отношу к результатам этой «стратегии». Наш маршрут из сегодняшнего дня приведет нас к «звездному часу» модернистского социального жилья, затем еще глубже в прошлое – к рабочим поселкам времен Первой мировой войны и дальше, вплоть до поселения миссионеров, в XVI веке первыми вознамерившихся принести цивилизацию  – или хотя бы слово Божье – в этот район Бразилии. Но наш рассказ не только о жилье: мы рисуем портрет города, чей характер лучше всего передает его вечная жизнь «на грани». Официальным центром Сан-Паулу считается Праса-да-Се – старая соборная площадь. Подобно Трафальгарской площади в Лондоне, это «нулевая отметка»: от нее отсчитываются все расстояния в городе. Тем не менее Се не имеет символического могущества центральной городской площади, да и  ее живости тоже. Как и близлежащая Праса-да-Република, еще одна некогда величественная площадь, она – зримое свидетельство упадка исторического центра Сан-Паулу. Расположенный в нескольких кварталах к северу район Центро превратился в прибежище сутенеров и проституток, а соседний район СантаИфигения жители переименовали в Крэколандию – «царство крэка»: там


Парадоксальная ситуация, когда в городском центре обосновались бедняки, подходит к концу, и им неизбежно придется переселяться на окраины в открытую продаются наркотики, и после наступления темноты в этом месте лучше не появляться. Этот «треугольник» печально известен упорным сопротивлением джентрификации, но сейчас это сопротивление, похоже, удается сломить. С благословения муниципалитета заст­ройщики сносят кварталы, воплощая в жизнь концепцию «Нового Света» – района для верхушки среднего класса с культурным центром, спроектированным фирмой Herzog & de Meuron. Как всегда, возможность заработать и  стоимость земли оказываются важнее, чем интересы жителей. Парадоксальная ситуация, когда в городском центре обос­новались бедняки, подходит к концу, и им неизбежно придется переселяться на окраины. В другом центральном районе экскурсоводы наверняка покажут вам волно­ образный дом «Копан» Оскара 164

Нимейера – одно из крупнейших жилых зданий в мире. Кроме того, Копан просто красавец. Но куда характернее для центра новый тип жилья – «термитные трущобы», в которые за последние годы превратились многие высотные здания. Башня Сан-Вито построена в тот же период, что и Копан, но символизирует она не блеск бразильского модернизма, а запустение этой части города. Все ее 27 этажей были заняты сквоттерами, а фасад представлял собой мозаику из граффити и разбитых окон – и в конце концов летом 2010 года дом был снесен. В Сан-Паулу насчитывается до 40 тыс. заброшенных зданий, при этом 2 млн человек живут в  фавелах на периферии города. Муниципальная строительная компания Cohab начинает скупать некоторые из таких объектов для их переоборудования в жилье, но пока ни одна из не слишком решительных попыток вернуть к жизни центр не увенчалась успехом. У города, по сути, нет традиции заботиться о своем историческом наследии. Сан-Паулу ничтоже сумняшеся позволяет некогда важным районам приходить в запустение: главное, чтобы где-то еще росли как грибы небоскребы очередного финансового квартала. Центр, как на доске для игры в «Монополию», неуклонно перемещается в юго-западном направлении – сначала на авенида Паулиста, потом на авенида Бригадейру Фариа Луна, а в последние годы – к проспекту Беррини. Но исторический центр словно оказался за гранью времен, ожидая шоковой терапии джентрификации. А как же периферия? Применительно к  Сан-Паулу само это слово кажется почти неуместным, ведь периферия занимает большую часть площади города. Четких границ и периметров здесь не существует. Периферия – это условия: условия, в которых живет большинство горожан-«паулистанос». Они всегда были порождением негласных политических игр и экономической эксплуатации. Первая волна бедняков, поселившихся на периферии, состояла


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

не из крестьян-мигрантов, а из людей, вытесненных из города благодаря сво­его рода османизации Сан-Паулу. В 1920-х городской центр пережил перепланировку: были проложены широкие бульвары, разбиты парки, что, естественно, сопровождалось сносом переполненных домов, где снимали жилье городские бедняки, которым пришлось перебраться на окраины. Затем, в 1940-х, границы города продвинулись еще дальше. Земельные собственники в сельских районах вокруг Сан-Паулу начали дробить свои владения и по дешевке – нелегально – продавать участки беднякам. Они рассчитывали, что по мере роста этих поселений государство будет вынуждено обеспечить их жителям базовые услуги и проложить транспортные коммуникации. Правительство – первый из военных диктаторских режимов в стране, – столкнувшееся с жилищным кризисом, который оно было не в состоянии пре­ одолеть, закрыло глаза на это «самовольное» расширение города. И расчет землевладельцев, естественно, оправдался: когда соответствующая инфраструктура была создана, цена оставшихся у них участков возросла многократно. Таким образом, мы видим, что городские бедняки уже давно стали пешками в  спекулятивных играх с недвижимостью. В  последующие десятилетия экономическая эксплуатация смягчилась, но политические интриги продолжались, как и прежде. Расширение периферии приобрело иной масштаб в 1970-х, когда волна миграции с северо-востока страны обернулась взрывным ростом фавел. Это опять же стало результатом попустительства политиков: очередной военный режим постановил, что периферия не находится в юрисдикции муниципалитета, но незаконное строительство фавел дозволялось, пока их жители сами заботились о собственных интересах (то есть этим не нужно заниматься властям). Общепринятое представление о СанПаулу складывается, с одной стороны, благодаря снимкам леса небоскребов №4, 2013–2014

165

и рассказам о жизни городской элиты, позволяющей себе роскошь перемещаться по мегаполису на вертолетах, с  другой стороны – благодаря окружающей эту роскошь постоянно разрастающейся кайме фавел. Но рассматривать структуру города по принципу «богатое ядро в кольце нищеты» было бы упрощением. Хотя новоприбывшие мигранты, как правило, оседают на периферии Сан-Паулу, там живут не только они. Его окраины – вместилище вопиющих социальных контрастов. В 1980–1990-х развитие Сан-Паулу шло по знакомому сценарию: зажиточные граждане бежали из центра, ища уединения в пригородах – во вновь построенных охраняемых коттеджных поселках. Наиболее известный пример этого – Альфавиль: обширный анклав на северо-западном рубеже города, застроенный роскошными виллами с  бассейнами. Позже мы проедем и мимо него, но такие места – не главное в нашем путешествии. И не только потому, что Альфавиль до боли напоминает пригороды Финикса: в том, что богачи могут о себе позаботиться, нет ничего удивительного – и вдохновляющего тоже. Поражает как раз другое – упорство бедняков, строящих свою жизнь в этом жестоком городе.


САМОПОМОЩЬ: САН-МАТЕУШ Мы движемся за грузовиком с надписью So Jesus Salva на заднем бампере: «Тебя спасет только Иисус». Проехав через лес, мы оказываемся в Сан-Матеуше. Городской ландшафт здесь весьма разно­ образен; ощущение такое, будто он еще только формируется. Мы снижаем скорость до черепашьей: впереди дорогу заняла стая бродячих собак, и две дворняги решили немедленно заняться любовью. Вокруг – несколько «социальных» многоквартирных домов, пара кварталов с индивидуальной жилой заст­ройкой и небольшая фавела прямо у дороги, на берегу ручья. Мы вылезаем из машины и достаем фотоаппараты; в этот момент к нам подбегает человек – он что-то кричит. Выясняется, что он хочет подать официальную жалобу на условия жизни в фавеле. Куда смотрит правительство, негодует мужчина. Мы не успеваем опомниться, как он уже ведет нас по тропинке к своей хижине. Там он передает нас из рук в руки своей жене – ей, наверное, лет под тридцать: у нее кожа молодой женщины, но лицо старухи, волосы замотаны платком. Она не работает – занимается домом и двумя детьми. Несомненно, эта женщина не-

166

доумевает – с какой стати у нее на кухне объявились трое незнакомцев, – но природная застенчивость вынуждает ее с этим смириться. Потом и другие люди будут приглашать нас к себе домой – их открытость контрастирует с замкнутостью многих социальных слоев в СанПаулу. Женщина рассказывает, что землю – точнее, клочок земли под постройку дома – они приобрели у соседа за 2000 реалов (около 1000 долларов). Естест­венно, законной эта покупка считаться не может, поскольку и соседу земля официально не принадлежала. Десять дней назад, продолжает она, прошел сильный ливень, ручей вышел из берегов, и пол в  их доме залило грязной водой. Сейчас ничто уже не напоминает об этом бедствии: в доме безукоризненно чисто. Кстати, для столь хлипкой постройки, которая, кажется, может рассыпаться от одного дуновения ветерка, она на удивление неплохо оборудована: здесь есть и холодильник, и телевизор, и дешевенькая пластмассовая стиральная машина, и  даже кухонный комбайн, накрытый вышитой салфеткой. Здешние дома собраны из картона, листов ламината и ржавого железа. Эта фавела только создается – ее совсем недавно основали новоявленные горожане. Они незаконно заняли землю и сразу «застолбили» ее за собой: дома-времянки простоят четыре-пять лет, и жители, если к тому времени их не заставят покинуть это место, закрепят свои права кирпичом и раствором. Водопровода нет, электричество воруют, подключившись к ближайшей линии электропередачи. Под ногами проложены трубы для отвода нечистот – они текут прямо в ручей. Именно по этой причине фавелы чаще всего располагаются у воды. Здесь трубы порой скрываются в зарослях дикой мяты, что несколько смягчает их «аромат». Сейчас новые фавелы вроде этой стали довольно редким явлением. В городе столько уже существующих больших


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

фавел, что куда проще присоединиться к одной из этих общин, чем создавать собственное поселение на новой территории. Быстрее всего такие поселения растут во времена строительного бума. №4, 2013–2014

167

Мигрант с северо-востока приезжает в город, получает неквалифицированную работу, затем к нему подселяется приехавший из провинции двоюродный брат, потом он знакомится с девушкой и создает собственную семью. Таков естественный порядок вещей. Хотя именно фавела стала наиболее известной формой самостроя бедняков, существуют и другие, более формализованные его разновидности. На самом деле на фавелу мы набрели случайно. Нашей целью при посещении Сан-Матеуша было другое поселение, расположенное чуть дальше. Его жители получили от властей разрешение на постройку настоящих домов – собственными силами, но по стандартизованному проекту, утвержденному жилищным управлением. Программа называется mutirão: слово заимствовано из языка коренных жителей – индейцев гуарани  – и означает «совместная работа ради общей цели». Программа жилищного строительства на основе mutirão была инициирована в 1987 году в качестве наименее затратного способа преодоления дефицита жилья. Общественные организации жителей могли получить от государства средства на стройматериалы, затем люди общими усилиями строили себе дома. Право собственности на землю им не предос­ тавлялось, но подобная схема стала весьма плодотворным способом самоорганизации. В Сан-Матеуше более 500 семей построили себе дома таким способом. Эти двухэтажные здания, расположенные аккуратными линиями вдоль прямых ухоженных улиц, выглядят осознанным отрицанием хаотичной фавелы. Но и здесь есть свои причуды. Вскоре становится очевидно, что сами дома расположены где-то в глубине, а на тротуар выходят более поздние пристройки. В большинстве случаев это гаражи с дополнительной комнатой и  балконом наверху. Возможно, владельцы этих домов и бедны, но в одном они неизменно подражают своим бога-


окон и дверей. Канализатым согражданам: почти В блоге под названием ции тоже не было, и они в каждом доме на улицу оборудовали нужник смотрят большие  – от Clã da Parede Podre в  саду. Улицы не были пола до потолка  – во(«Клан гниющей заасфальтированы. Порота. Декоративная отмимо разрешения на заделка ворот различается: стены») высмеиваются стройку и  выделения кто-то выбирает розовую краску и плитку под мра- «паулистанос» из рабочего небольшой суммы на покупку стройматериалов, мор, кто-то довольст­ ву­ класса, любящие государство не оказало ется голым кирпичом и им помощи. Постепенбетоном, но ворота прифотографироваться но в районе появилась сутствуют неизменно. базовая инфраструктуНа улице мы встречав бассейне или рядом ра  – водопровод и элекем пожилую женщину по имени Франциска: она с броской машиной, но троснабжение, – но юридических документов на как раз запирает свои воистинное положение дел дом у них до сих пор нет. рота. Ее воспоминания о  том, как они посели- выдает фон – покрытые Мы спросили, сколько он может стоить сейчас. лись здесь 20 лет назад, По мнению Франциски, напоминают рассказ пятнами стены его цена составляет поо  сражении: «Это была рядка 25 000 реалов (12 000 долларов). настоящая борьба. Мы посещали все «Но я не собираюсь продавать свой собрания, семинары и тому подобное, дом. Я буквально дралась за него – вот а потом просто заняли эту землю. Мы такая была борьба. Нет, я никогда его приехали ночью, разместились здесь не продам». и на следующий день, с Божьей помоСхема самостроя mutirão, введенная щью, одержали победу». На строительв  действие в 1980-х, просуществоваство и отделку дома, чтобы в нем стало ла недолго. Всего через несколько лет, можно жить, им с мужем понадобилось в  1990  году, ее упразднила новая адмипять-шесть лет. Поскольку оба они ранистрация президента Коллора. Хотя ботали, строительство шло только по подобные инициативы по жилищному выходным: кирпичи они клали своистроительству на уровне отдельных обми руками. Долгое время дом стоял без щин действуют и сегодня, государст­ венная программа, по сути, так и не заработала. Схема была чересчур забюрократизирована – ее участники, например, обязаны были трудиться на стро­ ительстве дома определенное количество часов в неделю – и, как мы видим из рассказа Франциски, становилась тяжелым бременем для семей, которые при этом не получали даже официального права собственности. В итоге куда проще и дешевле оказалось нанять местного каменщика. Попытавшись придать идее строительства дома собственными руками романтический ореол, власти быстро вернулись к прежнему принципу laissez faire. 168


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

Улицы здесь, в Сан-Матеуше, на удивление пусты: никаких магазинов, никаких признаков активности. Только ослепительное утреннее солнце и тишина, заставляющая после выхода из машины чувствовать себя неуютно. Улица, где живет Франциска, выглядит «недоделанной», лоскутной. Невооруженным глазом видно, что здесь был сельский ландшафт, который бессистемно застраивался плохо сопрягающимися друг с другом домами. Интересно другое: в пространстве в несколько сотен метров мы видим результаты трех совершенно различных подходов к решению жилищной проблемы: фавелу, mutirão и многоквартирное социальное жилье. Следовало бы ожидать, что третий вариант должен быть наилучшим, но это отнюдь не кажется очевидным. Жить за стенами, опутанными сверху колючей проволокой, наверное, безопаснее, но одновременно они придают громоздким зданиям сходство с  тюремными блоками. Дома установлены на пилонах, столь любезных адептам «тропического модернизма», но в остальном спроектированы и пост­ роены крайне топорно. Несомненно, отчасти их неприглядный вид связан с окраской: сквозь бледно-желтую, заплесневелую штукатурку бесстыдно просвечивает бетон. Построены они были, скорее всего, в начале 1990-х, но выглядят намного старше. Здесь вся беда в климате. Еще Леви-Стросс отмечал разрушительное воздействие здешней жары и влажности. Он пишет об этом в «Печальных тропиках»: города Нового Света «от свежести сразу переходят к разложению – они не бывают просто старыми». Как заметил один блогер, крошащийся бетон служит фоном для очень многих жизней. В блоге под названием Clã da Parede Podre («Клан гниющей стены») высмеиваются «паулистанос» из рабочего класса, любящие фотографироваться в бассейне или рядом с броской машиной, но истинное положение №4, 2013–2014

169

дел выдает фон – покрытые пятнами стены. Подобный снобизм, конечно, неприятен, но он помогает понять, какие чудеса творит простой слой краски. Один из «социальных» домов, что мы видим, намного новее остальных – об этом свидетельствует не только чуть более сложный дизайн (с балконами по углам), но и свежесть окраски. По цвету здание почти совпадает с красной землей вокруг – словно его слепили из той самой глины, на которой оно сооружено. Эта красная земля постоянно бросается в глаза мне, европейцу, и если в центре города ее практически не видно, то здесь, на «сырых» рубежах еще формирующегося города, она окружает вас повсюду. В какой-то степени этот красный цвет передает саму суть Бразилии. Даже название страны происходит от дерева, которое по-португальски называется «браза» («раскаленные угли») – из-за красноватого оттенка древесины. Именно краска, изготавливавшаяся из этой древесины – то есть, можно сказать, сам красный цвет, – в XVI веке превратила Бразилию в процветающую колонию. Но Сан-Матеуш – не лучшее место для оценки социального жилищного стро­ ительства. Мы направляемся на север  – к микрорайону Зезинью-Магальянис, визитной карточке 1960-х. Его застройка по проекту Жуана Виланова


В Сан-Паулу нередко видишь старые пустующие особняки, стоящие по соседству с фавелами, – как будто это бастионы колониализма, оставленные защитниками из-за явного численного превосходства неприятеля 170

Артигаса и Паулу Мендеса да Роши – памятник той эпохе, когда социальное жилье оставалось идеалистическим замыслом. На унылые дома Сан-Матеуша я уже насмотрелся, и теперь меня разбирает любопытство: сохранил ли Зезинью хотя бы часть своего утопического оптимизма. Выезжая из Сан-Матеуша по одной из его главных улиц, мы не могли не заметить, как много здесь мотелей для влюбленных парочек. Такие заведения с почасовой оплатой за номера особенно распространены в бедных районах вроде этого, где квартиры слишком перенаселены, чтобы обеспечить жильцам хоть какое-то уединение. Один из мотелей даже предлагает бонус в виде бизнесланча: сняв номер, вы получаете тарелку фейжоады – любимой бразильцами похлебки из черной фасоли. Вот что значит использовать по максимуму сорокаминутный обеденный перерыв! Свернув на авенида Итакера, мы вновь выходим на наш маршрут. Уже не первый раз за этот день мы проезжаем мимо помещичьей усадьбы, которая выглядит в этом месте в высшей степени неорганично. Может быть, когда-то здесь была фазенда – одна из кофейных плантаций, что впервые принесли Сан-Паулу богатство в XIX веке? Еще тридцать лет назад это была сельская местность, но затем ее поглотил город. В Сан-Паулу нередко видишь старые пустующие особняки, стоящие по соседству с фавелами,  – как будто это бастионы колониализма, оставленные защитниками из-за явного численного превосходства неприятеля. Впрочем, я слышал, что кое-кто сохраняет такие дома, чтобы периодически устраивать там вечеринки – вместе с  друзьями предаваться ностальгии по старым идиллическим временам. Мимо нас проплывает неоновая вывеска на здании, напоминающем зал для игры в бинго. Однако надпись гласит: Jesus Cristo é o Senhor («Господь наш Иисус Христос»). Это местный форпост Всемирной церкви Царствия Божия – евангелической империи, ос-


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

нованной епископом-миллиардером Эдиром Маседо. В Бразилии таких храмов насчитывается 4500, а Царство Божие имеет миллионы последователей по всему миру (в частности 20 отделений в Британии). Маседо, ющий американского теленапомина­ проповедника и владеющий частным самолетом, создал мировую империю на пожертвования бедняков. Перед нами вклинивается грузовик с надписью «Иисус  – источник жизни», намалеванной на заднем бампере. Затем мы вдруг оказываемся в гуще еле ползущего потока машин. Еще утро, но это не пробка в час пик – на окраинах Сан-Паулу он начинается гораздо раньше, чем в центре, – в шесть утра – и длится до семи. Дело в том, что с учетом интенсивности движения, чтобы вовремя успеть на работу в центре, вы должны выезжать из дома за два часа. Неудивительно, что вдоль дороги выстроились многочисленные автосалоны и мастерские. Рядом с нами изрыгает клубы выхлопных газов старый автофургон «фолькс­ ваген», и приходится закрыть окна машины. Нам надо только добраться до следующего светофора, поскольку мы обнаружили, что чересчур отклонились на восток. Сделав небольшой крюк, движемся по авенида Нордестина в сторону аэропорта Гуарульос. Название проспекта – Нордестина означает «северовосточный» – напоминает о  главном источнике миграции в Сан-Паулу. Сам Лула когда-то был мигрантом с северовостока без гроша в кармане, что, несомненно, способствует его громадной популярности среди бразильских пролетариев. Проезжая мимо рекламного щита с предвыборными плакатами двух политиков, замечаешь, что их имена оформлены в виде эмблем. Одно из них окружено золотистым орнаментом, усыпанным блестками. Сам политик изображен на плакате в костюме и галстуке, но его «логотип» так и просится на обложку альбома гангста-рэпера. №4, 2013–2014

171

МОДЕРНИЗМ: ЗЕЗИНЬЮ-МАГАЛЬЯНИС Вырвавшись на шоссе Айртона Сенны, мы – в полном соответствии с его названием – увеличиваем скорость до 100 км/ч, вот только едем мы не в том направлении. Город оказывается справа от нас, а должен быть слева – значит, мы движемся на юг вместо севера. На ближайшей развязке мы поворачиваем, и через 10 минут, вернувшись на наш маршрут, уже мчимся мимо международного аэропорта Гуарульос. На обочине – десятки пустых ржавеющих билбордов, хотя здесь, в аэропорту, этот вид рекламы разрешен (в самом Сан-Паулу его запретили в 2006 году). Впрочем, нет: пара щитов не пустуют. Вот на одном реклама «мерседеса», на другом – «ауди», модель класса люкс, разумеется. В таком окружении они выглядят крайне неуместно: роскошь нуждается в «обрамлении» из множества других рекламных плакатов. Когда мы въезжаем на территорию жилого комплекса Зезинью-Магальянис, его огромные размеры поначалу не бросаются в глаза, а ведь он состоит из трех секторов и 72 многоквартирных домов. И по плану он должен был быть вдвое больше! Микрорайон, спроектированный по заказу военной диктатуры


Подобные идеалистив 1967 году, должен был Парадоксально, но факт: ческие представления, иметь площадь 130 гектаров и население 50 000 еще в конце 1960-х – начале еще преобладавшие в 1960-х, позднее почти человек. Зезинью замышсошли на нет. Идея о том, лялся как образец массо1970-х реакционные что технологии способны вого социального жилья. военные режимы не обеспечить социальное Главный архитектор проравенство, так и не укоекта Виланова Артигас только в Бразилии, но ренилась по-настоящему. рассматривал его как эксперимент с блочным и в Аргентине были готовы Главная причина, по которой и правительства, строительством, надеясь вывести его на промыш- выделять большие суммы и  архитекторы отошли от этого благородного ленный уровень эффекна строительство жилья подхода к социальному тивности. Его помощник Мендес да Роша вспоми- по проектам уважаемых жилищному строительству, связана с затратами. нает: «Целью… было доархитекторов Парадоксально, но факт: стичь степени совершенеще в конце 1960-х – начаства, которая показала ле 1970-х реакционные военные режимы бы, что качество жилья связано не с уровне только в Бразилии, но и в Аргентине нем жизни того или иного социального были готовы выделять большие суммы класса, а с современными техническими на строительство жилья по проектам достижениями, обеспечивающими проуважаемых архитекторов. В тот период думанное и честное строительство жи«высокий модернизм» все еще пользолья, доступного для всех». 172


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

вался политической поддержкой, пусть и со стороны диктатур, к которым сами архитекторы относились только отрицательно. Однако по мере того как становилось ясно, что эти «образцовые» проекты не соответствуют по масштабам росту численности населения, а потому не позволяют сократить дефицит жилья, политическая воля к их осуществлению начала слабеть. Можно с уверенностью констатировать, что с конца 1970-х идеалистическая централизованная стратегия превратилась в прагматическую и бессистемную: результатом стали жалкие разрозненные постройки вроде тех, что мы видели в Сан-Матеуше. На окраине Зезинью притулился оживленный рынок – неплохое место для «пит-стопа». Мы стоя позавтракали пастелями – жареными пирожками с мясом, запив их свежевыжатым соком сахарного тростника, а затем пешком отправились бродить по микрорайону. Он содержится на удивление хорошо: сады ухоженны, дома недавно покрашены в  горчичный цвет. Отчасти такое внимание связано с тем, что этот комплекс – несомненный памятник старины, словно ожившее постановление Международного конгресса современной архитектуры (даже для своего времени он выглядит традиционным). Длинные невысокие дома выстроены четкими рядами. В них всего по три этажа, но здания приподняты на пилонах, чтобы создать свободное пространство для парковки. Латиноамериканские модернисты обожали эти опорные колонны, но зачастую они создавали мрачные, угрожающе нависающие своды. Однако здесь, поскольку здания довольно узки и невысоки, а вокруг много зелени, пространство под этими сводами хорошо освещено и выглядит вполне уютно. По меркам бразильского рабочего класса комплекс смотрится роскошно, и у меня возникает странное ощущение, будто я попал в американский кондоминиум. Выбрав наугад лестницу, мы поднимаемся наверх и оказываемся на опо­ №4, 2013–2014

173

ясывающем дом балконе, куда выходят двери квартир, – он напоминает длинную веранду. Входы во многие квартиры индивидуализированы облицовкой безум­ных расцветок или плиткой, имитирующей кирпич либо камень. Похоже, здешние жильцы предпочитают бетону любое покрытие, которое только можно купить в магазине. Хотя это «украшательство» режет глаз стороннику чистоты форм, подобная самодеятельность – здоровый признак заботы людей о собственном жилище.


На балконе у своей двери курит Сержио: с сигаретой в зубах, в мешковатых джинсах и белой жилетке, он словно сошел с рекламы Levi’s. Сейчас ему под шестьдесят, в Зезинью он поселился 25 лет назад, когда еще работал на местном заводе Форда. Здесь абсолютно безопасно, рассказывает он, это хорошее место для семей с детьми. Примерно 60% нынешнего населения микрорайона составляют его первоначальные жители, хотя некоторая джентрификация тоже происходит. Когда представители среднего класса стремятся переехать в дома, построенные для бедняков, это как минимум означает, что здания хорошо спроектированы. С другой стороны, Зезинью уже трудно назвать социальным жилым комплексом: квартплата здесь составляет 700 реалов (350 долларов) в месяц, притом что минимальная зарплата в Бразилии равняется 545 реалам. Рыночная цена квартиры в таком доме – 130 000 реалов (65 000 долларов). Сержио показывает нам свою квартиру. Потолки здесь довольно низкие, но поскольку жилые блоки узки, все квартиры выходят на обе стороны дома и хорошо проветриваются. Впрочем, изюминкой проекта Артигаса является отсутствие капитальных стен вну174

три квартир – там есть лишь гипсовые перегородки, позволяющие жильцам перепланировать пространство по собственному усмотрению. Сержио стучит костяшками пальцев по новой пустотелой стене. Он увеличил кухню, поскольку именно там все собираются, когда приходят гости. Сержио принимается энергично объяснять детали своего замысла, ничуть не смущаясь присутствием трех незнакомцев в своем доме: напротив, он с гордостью говорит о размерах комнат – там, дескать, можно просто заблудиться. Трудно представить себе, чтобы в богатом квартале жители с такой же готовностью удовлетворяли наше любопытство. Более того, я не могу вообразить, чтобы группа бразильских архитекторов и антропологов, напросившись в муниципальную квартиру в Лондоне, встретила столь же радушный прием. Бразильцам, похоже, льстит сам наш интерес к их жизни. Не знаю, поддерживаются ли стандарты этого дома во всем комплексе Зезинью, но качество жизни и гордость за свой микрорайон, что мы наблюдаем здесь, несомненно, говорят в пользу проекта Артигаса и идеи централизованного жилищного строительства в целом. Из всех мест, что мне довелось сегодня повидать, я бы предпочел жить именно здесь. Хотя, конечно, дома, возведенные по программе mutirão, намного больше квартир в Зезинью, и кроме того, они созданы руками самих жильцов, что приносит дополнительное удовлетворение,  – но вспомним, что даже после стольких усилий у них нет гарантий, которые дает официальное право собственности. Так или иначе, тоталитарный подход к централизованному строительству социального жилья устарел не только с политической, но и с урбанистической точки зрения. Более того, само обеспечение жильем даже перестало быть важной проблемой. Внимание в ходе градостроительного дискурса сместилось, если хотите, от отдельного объекта к  сети. Фавелы больше не счита-


Город на грани: поездка по окраинам Сан-Паулу

заходит еще дальше. Он ются позором, который Фавелы больше по-прежнему придержиследует вырезать из тела вается догм модернизма города как раковую опуне считаются позором, как в плане эстетики, так холь и  заменить рядами многоэтажек на пилонах. который следует вырезать и в плане индустриальных методов строительОни уже воспринимаиз тела города как ства  – собственно, его ются как данность, и вопроект Олимпийской прос заключается в том, раковую опухоль деревни для Игр-2016 как включить их в струкв Рио выполнен в том же туру города. Новыми и заменить рядами ключе, что и Зезинью. Босредствами расширения многоэтажек на пилонах лее того, да Роша считает возможностей горожан неоправданным стростали инфраструктура ительство индивидуальных домов как и  взаимосвязанность. Грандиозные таковых. Здесь, однако, не обошлось без проекты вроде Зезинью, возможно, сталицемерия: архитектор построил себе ли достоянием истории, но у них и сегодпрекрасную виллу; правда, он в ней ня есть сторонники. Один из них – сам больше не живет. Как-то Роберту спроМендес да Роша. Поскольку он социасил его об этом, и восьмидесятилетний лист (покойный Артигас, следует замеда Роша ответил: «Это была величайтить, был коммунистом), урбанистичешая ошибка в  моей профессиональной ский идеал коллективной жизни должен биографии». быть ему близок, но этот архитектор №4, 2013–2014

175


Клаустрофобия Фото: Benny Lam / SoCO / R ex Features / Fotodom.ru

Жилая площадь – 3,7 м2. И такие бывают дома в Гонконге. В начале этого года Общество организации микрорайонов (SoCO) опубликовало серию фотографий, героями которых стали бедняки, безработные одного из богатейших азиатских городов. Главная цель проекта – привлечь внимание мировой общественности к жилищной проблеме Гонконга и судьбе сотен тысяч людей, лишенных возможности жить в человеческих условиях.


Гонконг – самый горячий рынок жилой недвижимости на планете. По оценкам Knight Frank, на начало II квартала 2013 года местное жилье подорожало в среднем на 28% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года против 2% в среднем в мире.


Гонконг – один из мировых лидеров по размеру публичного жилого сектора. По данным Hong Kong Housing Authority за 2011 год, квартиры у государства арендовали около 3,4 млн человек, или 47,7% населения города.


Доходность от сдачи жилья в аренду в Гонконге крайне низка, колеблется в зависимости от класса недвижимости в пределах 2,2–3,6%. Если с 2001 по 2011 год индекс цен на жилую недвижимость в городе вырос на 131%, то величина средней арендной ставки – лишь на 40%.


Замедление глобальной экономики и кризис в  евро­зоне серь­езно ударили по Гонконгу. По данным МВФ, в 2012 году ВВП этого специального административного района Китая вырос только на 1,25%, против 5% и 7,1% в 2011-м и 2010-м соответственно.


Пятая часть жителей Гонконга – бедняки. Согласно Hong Kong Situation Report 2012, в прошлом году за чертой бедности проживали 1,3 млн человек, или 19,6% населения города.


Между 2009 и 2012 годами в Гонконге было создано около 190 тыс. новых рабочих мест, общее число которых выросло до рекордных 3,66 млн, тогда как безработица упала до 3,3% – минимального значения с 1997 года.


Медианное значение среднегодового дохода домохозяйств в Гонконге в 2012 году увеличилось на 4,2%, до 20 тыс. долларов. У 10% беднейших доходы упали на 2%, до 2 тыс. долларов.


Карта неравенства

>10% >15% >20%

Доля доходов, принадлежащих 10 процентам богатейшего населения, %* 1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 15. 16. 17. 18. 19. 20. 21. 22. 23. 24. 25. 26. 27. 28. 29. 30. 31. 32. 33. 34.

Белоруссия 21,90 Украина 22,04 Германия 22,07 Болгария 22,17 Швеция 22,18 Сербия 22,20 Словакия 22,41 Финляндия 22,57 Австрия 23,05 Афганистан 23,21 Норвегия 23,38 Румыния 23,50 Казахстан 23,75 Люксембург 23,77 Черногория 24,12 Таджикистан 24,31 Словения 24,64 Канада 24,79 Ирак 25,24 Армения 25,40 Венгрия 25,44 Эфиопия 25,63 Мали 25,83 Швейцария 25,91 Молдавия 25,97 Греция 26,04 Пакистан 26,05 Непал 26,52 Египет 26,58 Испания 26,61 Судан 26,72 Италия 26,80 Бангладеш 27,03 Восточный Тимор 27,03

35. Польша 27,05 36. Того 27,06 37. Ирландия 27,23 38. Босния и Герцеговина 27,25 39. Азербайджан 27,37 40. Хорватия 27,48 41. Киргизия 27,79 42. Эстония 27,97 43. Мальдивы 28,03 44. Бурунди 28,04 45. Бельгия 28,06 46. Латвия 28,10 47. Гвинея-Бисау 28,13 48. Западный берег и сектор Газа 28,18 49. Вьетнам 28,21 50. Индия 28,26 51. Монголия 28,38 52. Индонезия 28,51 53. Нигер 28,51 54. Иордания 28,70 55. Израиль 28,80 56. Сирия 28,93 57. Албания 28,99 58. Литва 29,10 59. Турция 29,35 60. Бутан 29,36 61. Узбекистан 29,47 62. Танзания 29,61 63. Иран 29,63 64. США 29,85 65. Либерия 30,10 66. Сенегал 30,14 67. Лаос 30,33

68. Гвинея 30,34 69. Камерун 30,36 70. Чад 30,79 71. Йемен 30,82 72. Джибути 30,91 73. Бенин 31,24 74. Грузия 31,31 75. Камбоджа 31,36 76. Таиланд 31,45 77. Никарагуа 31,51 78. Мавритания 31,62 79. Россия 31,68 80. Кот-д’Ивуар 31,75 81. Малави 31,85 82. Китай 31,97 83. Буркина-Фасо 32,16 84. Аргентина 32,30 85. Македония 32,40 86. Тунис 32,45 87. Гана 32,75 88. Шри-Ланка 32,94 89. Габон 32,95 90. Венесуэла 33,17 91. Марокко 33,22 92. Сьерра-Леоне 33,57 93. Филиппины 33,62 94. Уругвай 34,36 95. Малайзия 34,65 96. Мадагаскар 34,68 97. ДР Конго 34,69 98. Фиджи 34,87 99. Ямайка 35,90 100. Катар 35,90 101. Уганда 36,10

184

>25% >30% >35%

>40% >45% >50%

102. Перу 36,11 103. Доминиканская Республика 36,41 104. Мозамбик 36,73 105. Гамбия 36,94 106. Эль-Сальвадор 37,00 107. Конго 37,05 108. Кения 37,99 109. Нигерия 38,23 110. Эквадор 38,32 111. Мексика 38,68 112. Лесото 39,40 113. Коста-Рика 39,50 114. Панама 40,08 115. Свазиленд 40,12 116. Кабо-Верде 40,64 117. Парагвай 41,11 118. Гондурас 42,40 119. Чили 42,77 120. Бразилия 42,93 121. Замбия 43,14 122. Руанда 43,22 123. Боливия 43,28 124. Сан-Томе и Принсипи 43,61 125. Колумбия 44,43 126. Ангола 44,74 127. Гватемала 44,92 128. ЦАР 46,13 129. Микронезия 47,12 130. Гаити 47,67 131. ЮАР 51,69 132. Намибия 54,75 133. Коморские острова 55,19 134. Сейшелы 60,16

* Для стран, не указанных в таблице в связи с отсутствием данных, на карте приняты условные обозначения. Источник: Global Finance.

Афганистан очень похож на Норвегию, а Судан — на Грецию, если сравнивать их по неравномерности распределения доходов. И пусть оценить здоровье экономики по этому единственному критерию не удастся, по нему все-таки можно судить о степени удовлетворенности жизнью средних и малообеспеченных слоев населения, а также об условиях доступа к хорошему образованию.


BRICS Business Magazine Russian Edition No.4  

http://bricsmagazine.com/

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you