Issuu on Google+

"Литературная газета", № 15, 12-18 апреля 2000 г. Леонид Черных ВОР ДОЛЖЕН СИДЕТЬ В ТЮРЬМЕ, ЕСЛИ НЕ МОЖЕТ ПЛАТИТЬ За двадцать лет Владимир Борисович Рушайло прошел путь от рядового опера до министра внутренних дел, пережив лишь одно досадное падение. Это когда в 1996 году его отстранили от руководства московским РУОПом. Но дружба с олигархами помогла Рушайло не спиться на заштатной должности советника спикера верхней палаты парламента и на белом коне въехать в министерский кабинет на Житной. Понятно, что дорога к креслу главного милиционера страны не была усыпана розами. Попробуем разобраться, что же конкретно предопределило карьерный взлет одного из нынешних ключевых силовых министров России. Откуда есть пошли "шаболовские" Рушайло был одним из пионеров борьбы с организованной преступностью. В конце 80-х после многочисленных публикаций в прессе о ворах в законе и их похождениях при МУРе решено было создать соответствующий отдел. Возглавил новую структуру Гафар Хусаинов, а Рушайло стал его замом. Вскоре опера отпраздновали первую крупную победу: в ходе мощнейшей всесоюзной операции была накрыта банда фальшивомонетчиков под предводительством известного авторитета Муромцева. Через три года плодотворной работы муровский отдел преобразовали в Региональное управление по организованной преступности (РУОП), и Рушайло встал у его руля. Советский Союз к этому времени приказал долго жить, надвигались вслед за диким кооперативным движением рыночные разборки, накрывшие страну кровавой волной заказных убийств и бандитских "стрелок". И руоповские "маски-шоу" стали одной из примет той лихой эпохи накопления первоначального капитала, такой же как малиновые пиджаки, бритые затылки, голда и контрольные выстрелы в голову из пистолетов ТТ. Московскому РУОПу определили место на Шаболовке, в здании бывшего Октябрьского райкома КПСС. Неуклюжая аббревиатура прижилась быстро. Рушайло выбрал самую верную тактику. Если МУР по старинке старался не афишировать свои успехи, то Владимир Борисович, наоборот, принялся активно дружить с прессой. Заложники освобождались пачками, воровские сходки разгонялись десятками, и все эти подвиги в выгодном свете обнародовались в СМИ. Чтобы придать большую убедительность своим спецмероприятиям, Рушайло пролоббировал в МВД организацию при РУОП группы силовой поддержки, которую окрестили Специальным отрядом быстрого реагирования (СОБР). После этого чуть ли не каждая операция "птенцов" Рушайло стала показательной прежде всего для журналистов, а захваты различных негодяев разрешено было проводить крайне жестоко. В милицейскую моду прочно вошли пятнистый камуфляж и черные маски. Но, несмотря на пиаровские усилия Владимира Борисовича, поголовье бандитов на постсоветском пространстве не уменьшалось. Большинство "чисто конкретных" ребят после задержания и формальной отсидки в милицейских обезьянниках преспокойно продолжали "крышевать" на свободе. Не обладая прежде всего доказательной базой, следователи вынуждены были отпускать "крутых" на волю. Тогда руоповцы взяли на вооружение жегловские методы и принялись подбрасывать криминальным авторитетам наркоту, оружие и патроны. После чего "солнцевские", "измайловские", "таганские" и прочие бандиты действительно стали откровенно побаиваться "шаболовских". Именно на этом этапе РУОП стал напоминать "крышу". Причем "крышу" легализованную, с методами работы, присущими только элитным спецслужбам. А Рушайло строил грандиозные планы и мечтал создать реальную альтернативу КГБ/ФСБ. РУОП, по его понятиям, должен был стать аналогом американского ФБР. Без серьезных денежных вливаний этого достичь не представлялось возможным. Но на финансовую помощь государства мог рассчитывать только идиот, коим Рушайло


никогда себя не считал. И тогда Владимир Борисович решает творчески развить учение своего кинонаставника Жеглова: "Вор должен сидеть в тюрьме, если не может платить". Сытый "Папой" Вот уже два года без движения в Генпрокуратуре РФ пылятся материалы служебного расследования, проведенного Управлением собственной безопасности МВД РФ (№ 31-57-98 от 6 мая 1998 года). Называется многостраничный труд так: "О злоупотреблениях бывших руководителей Московского РУОП в использовании средств благотворительного Фонда "Содействие социальной защите профессиональных групп повышенного риска". Указанный фонд в свое время являлся неофициальной кассой милицейского спецподразделения, созданного Рушайло. А те, с кем были призваны бороться руоповцы, обычно называют такие кассы "общаками". В этих материалах - трагедия Рушайло. Не материальная - моральная. Поскольку нарушил он однажды великую заповедь: не верь, не бойся, не проси. Все началось с того, что в 1993 году в кулуарах здания бывшего Октябрьского райкома КПСС на Шаболовке появились некто Александр Качур и малоизвестный тогда банкир Александр Смоленский. Эта "сладкая парочка" и предложила Рушайло создать специальный Фонд для материальной поддержки постоянно рискующих жизнью бойцов РУОПа. Гуманная идея была встречена с восторгом. Благо желающих сброситься (в том числе и будущих олигархов) и жить спокойно было хоть отбавляй. Директором фонда стал Качур. А Смоленский занял скромную, но почетную должность члена попечительского совета. И дело пошло. Только по официальным финансовым документам за три с половиной года на счета Фонда "Содействие социальной защите профессиональных групп повышенного риска" упало 16,4 миллиарда рублей (старыми) и 1,8 миллиона долларов. Счета фонда, кстати, были открыты в принадлежащем Смоленскому банке "Столичный". Если взглянуть на перечень коммерческих структур, перечислявших деньги в руоповскую кассу, то среди них можно обнаружить те, которые со временем стали называться олигархическими: "Российский кредит", "Альфа-банк" (с этим банком Авена-Фридмана Рушайло по сей день поддерживает теплые отношения), "Промрадтехбанк" и др. Любопытно также, что до 1997 года столичный РУОП не имел своей финчасти. Денежное и хозяйственное обслуживание, явно недостаточное, этого милицейского подразделения осуществлялось через ГУВД Москвы. Благотворительный фонд и был призван восполнить этот досадный пробел. И благосостояние спецслужбы Рушайло начало расти день ото дня. Так в РУОПе появилась самая лучшая в системе ГУВД и притом бесплатная столовая. Бойцы стали регулярно получать дополнительные премии и материальную помощь. Обшарпанное райкомовское здание вскоре напоминало офис богатой коммерческой фирмы. Здесь появились новая мебель, современная оргтехника и даже спортивные тренажеры. Значительно обновились автопарк, амуниция, средства связи. Словом, о своих "птенцах" Рушайло заботился по-отечески. Поэтому и прозвали его на Шаболовке "Папой". Кто скажет, что это плохо? Все скажут, что это хорошо. Воин-защитник правопорядка не должен чувствовать себя ущербным перед бандитом. Все правильно. Вот только одна неувязочка: оплачивали-то "социальную защиту" московского РУОПа как раз те, кого Рушайло и его подопечные обязаны были ловить и сажать. Сотрапезник олигархов Странностей в функционировании фонда было много. К примеру, самыми "обездоленными" в РУОПе руководство этой благотворительной организации (Качур и Смоленский) почему-то всегда считали Владимира Борисовича и его ближайших помощников и замов. Деньги руоповскому начальству выдавались под отчет, а затем списывались. Так, лично Рушайло получил 130 миллионов рублей только на протокольные и представительские расходы. Его помощники Орлов, Соколов, Пухов, Кудинов на те же цели израсходовали в общей сложности 660 миллионов рублей. Протокольные мероприятия включали в себя проведение застолий с друзьями и партнерами-благотворителями, покупку цветов, парфюмерии, дорогих сувениров. В


частности, на выделенные из фонда деньги лично Владимир Борисович оплатил аж десять банкетов, приобрел зачем-то макет корабля "Баунти" да еще две скульптурные композиции "Волк" и "Жеребец", каждая стоимостью почти по пять миллионов рублей. Напомним для сравнения, что официальная годовая зарплата рядового милиционера в то время составляла 15 миллионов рублей. Кроме этого, руководители и попечители фонда, как следует из материалов служебного расследования УСБ МВД РФ, грубо нарушали инструкцию Госналогслужбы РФ по применению Закона "О подоходном налоге с физических лиц". Дело в том, что подоходный налог с денег, получаемых руоповцами из фонда, никем не взимался. И за три с половиной года набежала приличная сумма в 500 тысяч рублей (деноминированных). Это не считая штрафов и пени за несвоевременную уплату налогов в госбюджет. А вот факты совершенно удивительные. На деньги так называемого благотворительного фонда Александр Качур регулярно проводил выездные заседания членов попечительского совета (читай основных спонсоров московского РУОПа) в одном из лучших и дорогих московских рыбных ресторанов "Сирена-1". "Кошелек" Рушайло щедро поил и кормил в этом фешенебельном заведении таких небедных людей, как Березовский, Ходорковский, Невзлин, Потанин и, конечно же, Смоленский, и не менее щедро он опла��ивал их ресторанные счета из средств, отпущенных самими же едоками на "социальную защиту профессиональных групп повышенного риска". Впрочем, будущих олигархов ведь тоже можно было с полным правом отнести к "группе риска". Какие конкретно решались "вопросы благотворительности" при свечах да под балычок - история умалчивает. Но то, что на этих встречах нередко присутствовал Рушайло собственной персоной, - факт бесспорный. Так и перезнакомился Владимир Борисович со всей "семибанкирщиной". И не мог начальник московского РУОПа не знать, что к тому времени Следственный комитет МВД РФ против главного инициатора-организатора руоповского фонда Александра Смоленского уже несколько лет ведет уголовное дело по факту хищения им 32 миллионов долларов. "Воздушные" миллиарды олигарха Смоленского Уголовное дело № 81684 (14238) в отношении господ банкиров Нахмановича Л. А. и Смоленского А. П. было возбуждено еще 28 октября 1992 года отделом по экономическим преступлениям 6-го РУВД Центрального административного округа г. Москвы. И только 14 января 1999 года по указанию Генпрокуратуры РФ дело Нахмановича № 144103 выделили в отдельное производство в связи с тем, что один из главных фигурантов - банкир Смоленский - долгое время уклонялся от допросов, а затем и вовсе выехал на неопределенное время в Австрию на лечение. Дело было окончательно расследовано и передано в суд в начале марта этого же года. Хотя эти два дела почти как близнецы-братья. Из обвинительного заключения по делу № 144103 о краже 32 миллионов долларов: "Для совершения хищения Нахманович и Смоленский использовали собственное служебное положение руководителей крупных коммерческих банков. Так, Нахманович, используя положение руководителя Джамбулского коммерческого банка, дал указание подчиненным ему сотрудникам изготовить подложное кредитовое авизо Р № 05355063 и фиктивное распоряжение № 224 от 11 мая 1992 года на сумму 3 миллиарда 838 миллионов 400 тысяч 400 рублей. Смоленский, используя положение руководителя АКБ "Столичный", способствовал беспрепятственному принятию к зачету фиктивного распоряжения № 224, обеспечил доставку поддельного авизо в РКЦ, сотрудники которого зачислили 3 миллиарда 838 миллионов 400 тысяч 400 рублей на корреспондентский счет АКБ "Столичный". Получив таким образом реальную возможность распоряжаться похищенными денежными средствами, Нахманович и Смоленский, используя заранее составленные ими фиктивные банковские документы, конвертировали рубли в доллары США и распорядились ими по своему усмотрению." И еще на одном из первых допросов 27 декабря 1992 г. Лев Нахманович красочно описал, как проворачивалась примитивная банковская афера:


"23 апреля 1992 года, когда мы со Смоленским подписывали договор об открытии корсчетов, он ответил предложением "сделать" деньги через поддельное авизо, дословно: "Давай изобретем фуфел". Я ответил, что подумаю. Обдумывая это предложение, я также вспоминал, что Смоленский говорил: "При нынешнем бардаке этот воздух не сквитуется", т.е. не будет установки Центральным банком источника его происхождения. В итоге я согласился на это предложение. Потом мы встретились со Смоленским в его кабинете, обговорили этот "вариант". Он мне обещал, даже гарантировал изъять это авизо после проводки из расчетно-кассового центра Центробанка России. Дословно он сказал: "У меня есть мальчик, который сделает это в лучшем виде". Потом Нахманович несколько лет скрывался от следствия за границей. А Смоленский и его адвокаты в Москве максимально использовали все подковерные механизмы, чтобы дело замять, спустить на тормозах, в унитаз, куда угодно. Но в сентябре 1997 года Нахманович (уже владелец виллы в Италии и любитель спокойной европейской жизни) был задержан швейцарской полицией, а в апреле 1998 годна экстрадирован в Россию. Обещанный Смоленским "мальчик" так и не сделал "все в лучшем виде". Уличающие банкиров документы попали в уголовное дело. Обескураженный Нахманович на допросах стал заявлять (как советовали адвокаты Смоленского), что якобы российское и казахское правительства между собой давно урегулировали вопрос признания задолженности Казахстана перед Россией, таким образом были прощены и его "воздушные" 3,8 миллиарда рублей. А, следовательно, его уголовное дело и яйца выеденного не стоит. Однако в материалах дела имелось письмо заместителя директора юридического департамента Центробанка РФ Б. Костюхина: "главный центр информатизации Банка России не располагает информацией о проведении переговоров с казахской стороной по вопросу признания задолженности Республики Казахстан, образовавшейся вследствие совершения Джамбулским коммерческим банком незаконной финансовой операции", что дезавуировало все попытки Левы уйти от ответственности. Представьте себе бланк банковского перевода на сумму 38 миллионов 400 тысяч 400 рублей: "38 400 400". Нахманович поступил решительно и просто. Он приказал своей сотруднице в Джамбуле допечатать на пишущей машинке перед цифрами "38 400 400" еще две цифры 38. Получилось "38 38 400 400" - то есть 3,8 миллиарда рублей. Факт подделки авизо подтвердила технико-криминалистическая экспертиза еще в ноябре 1992 года. Оперативники изъяли тогда же из Джамбулского банка и пишущую машинку "Роботрон", на которой печатались "воздушные" миллиарды. По сей день она хранится в качестве вещдока. Вот так делались в России состояния. Из Джамбулского банка в Казахстане ушли "воздушные" миллиарды, а на корсчет ДКБ в банке "Столичном" из РКЦ пришли реальные российские деньги. Затем Смоленский с Нахмановичем не придумали ничего лучшего, как переправить 25 миллионов долларов в австрийский банк "АБН-АМРО" на счет фирмы "ГС Финанц унд Фермегенсфервальтунг", которая принадлежала жене Смоленского Галине, а распорядителем этого счета фактически был сам Александр Павлович. И на распоряжениях о переводе денег из "АБН-АМРО" в другие западные банки неосторожный олигарх собственноручно сделал записи, для кого именно и в каком размере направить деньги. Словом, состав преступления был налицо еще в 1992 году. Возможно, поэтому в 1998 году банк СБС-Агро вдруг признал, что шесть лет назад ошибочно "одолжил" у Центробанка РФ 3 миллиарда 838 миллионов рублей по "воздушному" авизо и возместил ущерб, перечислив государству 28,5 миллиона (деноминированных) рублей. Правда, случилось это радостное событие аккурат через четыре дня после того, как беглый Лев Нахманович был этапирован из Швейцарии в Россию. Да и полным возмещением ущерба это назвать сложно, поскольку украдено по тем ценам было 32 миллиона долларов, а вернули по нынешним всего около 4 миллионов долларов. Вот скажите на милость, мог ли хоть небольшой, но милицейский начальник Рушайло на протяжении трех с половиной лет не знать об этих прегрешениях своего основного спонсора Смоленского? Наверняка знал, но спокойно принимал от банкира


благотворительные взносы в руоповский Фонд, ужинал с ним в ресторане "Сирена-1", размещал средства фонда в банке "Столичный". И неужели Александр Павлович ни разу не просил Владимира Борисовича "решить свой вопрос" в обмен на щедрое решение "вопросов благотворительности"? "Зачистка" МВД под Рушайло А уже в наши дни произошло следующее. От работы в режиме накопления материалов в Генпрокуратуре РФ и Следственном комитете МВД РФ во время премьерства Примакова наконец приступили к их решительной реализации. И газеты взорвались сенсационными сообщениями о фальшивых авизо банкира Смоленского, о деле "Аэрофлота", об аресте одного из основателей ОНЭКСИМ-банка Кошеле. Перед многими нашими миллиардерами, чьи фамилии в последние годы мелькали на страницах журнала "Форбс" в списках самых богатых людей планеты, реально замаячила безрадостная судебная перспектива. Но "колпак" Примакова оказался менее прочным, чем хотелось бы того общественному мнению. После скоропостижной отставки Примуса громкие дела олигархов начали почему-то опять тормозиться, разваливаться в судах, арестованные начали выходить на свободу под залог. Этот процесс отката сопровождался небывалой кадровой бурей в силовых ведомствах. Тушить пожар беспрецедентной оперативно-следственной активности в МВД были призваны вечно преданный президенту Степашин и Рушайло, на ФСБ бросили верного Путина, и.о. генпрокурора стал покладистый Устинов. Честные и принципиальные следователи оставались не у дел, продажные или просто равнодушные пошли на повышение. А все "рокировочки" планировались в Кремле, и только с одной целью - задушить следствие по громким делам "семейных кошельков". И особенно кремлевским обитателям пришлось потрудиться при спуске на тормозах уголовного дела о махинациях с фальшивым авизо Александра Смоленского. В апреле 1999 года без всяких объяснений по распоряжению президента Б.Н. Ельцина был отправлен в отставку начальник Следственного комитета МВД РФ Игорь Кожевников. С этим генералом людям Смоленского никак не удавалось "договориться". 5 апреля днем заместитель генпрокурора РФ Михаил Катышев дает санкцию на арест гр-на Смоленского А.П., а вечером в нарушение всех мыслимых законных норм об этом сообщают по телевидению. Смоленский услужливо предупрежден. О том, что подписана санкция на его арест знали всего 4-5 человек из числа руководства МВД и Генпрокуратуры. В их числе - тогда еще министр МВД С. Степашин и его первый зам Владимир Рушайло. В этот же день генпрокурора Юрия Скуратова вынуждают написать заявление о "добровольной" отставке. 7 апреля заместителя генпрокурора М. Катышева, который утвердил обвинительное заключение по делу Нахмановича-Смоленского, а также по делу "Аэрофлота" отстраняют от курирования Главного следственного управления Генпрокуратуры РФ. Затем "свои люди" в МВД поручают следователю Владимиру Вдовину принять к производству уголовное дело Смоленского. Этот следователь известен тем, что с 1992 года, с момента возбуждения этого дела № 81684 (14238), героически изображал трудовой подвиг и затягивал расследование. Теперь ему вернули дело. Видимо, для дальнейшего затягивания. 20 апреля Владимир Вдовин начал оправдывать надежды. Он отменяет подписанные Катышевым санкции на арест и международный розыск банкира Смоленского. И на этом Кремль не успокоился. Занять пост начальника следственной части МВД РФ было предложено заместителю начальника Следственного комитета МВД РФ, генерал-лейтенанту юстиции Владимиру Алферову. Главное условие этого повышения было понятно - замять уголовное дело Смоленского. Но Алферов от нового назначения отказался и был отправлен на пенсию. А самому начальнику следственной части МВД РФ, генерал-майору юстиции Леониду Титарову предложили равнозначную должность, но на Северном Кавказе и не связанную с курированием следствия в системе МВД. Титаров отказался от почетной ссылки на Кавказ и ушел из министерства. 10 мая 1998 года - в этот день, как рассказал нам знакомый пограничник из Шереметьево-2, согласно "розыскной" установке задержали банкира Смоленского, прилетевшего, наконец, в Москву из Австрии. Через три часа его пришлось отпустить, поскольку санкцию на арест, как выяснилось, отменили. В


результате такой массированной кадровой "зачистки" не только Следственного комитета, но и всего МВД пост министра внутренних дел занял еще недавно опальный Рушайло. И где сейчас пылятся материалы уголовных дел, в которых фигурируют почти все олигархи, с которыми когда-то так любил отужинать в ресторане "Сирена-1" Владимир Борисович? В самых дальних и темных углах архивов СК МВД и Генпрокуратуры РФ. Если напрочь не уничтожены даже их копии. И еще один нюанс. Знающие люди рассказывали нам, что одному из членов оперативно-следственной бригады предлагали 2 миллиона долларов за развал дела Смоленского. Представляете, 5 минут позора, полное презрение своих коллег, зато вся оставшаяся жизнь в цветах и лампасах. А формально, юридически, развалить или затянуть любое уголовное дело ничего не стоит, эту азбуку знает каждый профессиональный опер, что и было сделано. В феврале этого года после почти двухгодичной отсидки в СИЗО на волю вышел Лева Нахманович. Истек максимальный срок его предварительного заключения. Под подписку о невыезде, конечно, что не помешало ему тут же отбыть на историческую родину в Казахстан, где Нахмановича давно ждали с распростертыми объятиями. А без участия джамбулского банкира в судебном процессе все дело о "воздушных" миллиардах не имеет смысла. Заочно у нас только шпионов к расстрелу приговаривают. Начиная с середины прошлого года никаких оперативно-следственных действий СК МВД по Смоленскому и Нахмановичу не предпринимал, по поводу затягивания судебного процесса над Нахмановичем протесты никуда не направлял. Словом, классический случился спуск на тормозах. Министр Рушайло, естественно, обязан был принять волевое решение и довести это уголовное дело до обвинительного приговора, но этого по понятным причинам не случилось. Кажется, зеленые "лимоны" все-таки нашли нужный карман? В соответствии с правилами программы "ЧП" нами накануне публикации было направлено на имя министра внутренних дел РФ Владимира Рушайло письмо с просьбой прокомментировать основные тезисы статьи. В телефонном разговоре руководитель департамента по связям с общественностью МВД РФ Олег Аксенов подтвердил факт получения запроса программы "Чистые перья" и заметил, что, на его взгляд, аналогичная информация уже публиковалась в "Литературной газете" год назад. По поводу возможного комментария он, по его словам, должен проконсультироваться с руководством. Полагаю, что комментарий министра будет представлять большой интерес для читателей "Литературной газеты". Пока, к сожалению, письменного ответа на наши вопросы мы до подписания этого номера "ЛГ" не дождались.

М. Шевелев, эксперт программы "Чистые перья"

"Новая газета", № 16, 24-30 апреля 2000 г. Ирина Чернова, Александр Осипов СКВАЖИНА-2 Государственная тайна империи Ходорковского В этой истории все повязаны: нефтяные компании, банки, министры и руководители десятков регионов по всей стране. На протяжении трех недель командировок по крупнейшим промышленным городам страны мы пообщались с десятками людей и практически со всеми неофициально, хотя многие из них были очень даже официальные лица. "Я вам ничего не говорил", "Не надо на меня ссылаться", "Я вам покажу один любопытный документ, но копию с него снимать нельзя". И так далее. Вначале это было смешно - шпиономания какая-то. В конце концов не страшно засекреченную государственную тайну мы хотели узнать, а получить ответ на


вопрос: КУДА ИСЧЕЗЛИ ТРИЛЛИОНЫ РУБЛЕЙ ИЗ ГОСБЮДЖЕТА? Но оказалось, что именно это и есть самая страшная государственная тайна. Предыстория На протяжении последних лет у Минфина, судя по заявлениям его часто сменяющихся руководителей, денег нет. Объясняют они сложившийся финансовый дефицит так: есть крупные предприятия-недоимщики, нефтегазовые концерны, предприятия энергетики, Министерство путей сообщения, у которых "в силу объективных причин" также финансовый дефицит. А посему налоги им платить в бюджет затруднительно. В общем, в стране бардак, никто никому не платит и нужно этот гордиев узел разрубить. Но каким образом? Все лето 1997 года чиновники Минфина под руководством Зелинского и Кудрина разрабатывают схему взаимозачетов. По стране расползается информация о том, что к концу года правительство намерено списать долги предприятиям топливноэнергетического комплекса. Ситуация усугубляется: теперь уже почти никто из главных налогоплательщиков не торопится рассчитываться с бюджетом. Именно в такой обстановке на стол президенту ложится Указ № 880 "О проведении расчетов в особом порядке", и Ельцин его подписывает. Что такое № 880? В середине 1997 года предложенный Минфином вариант зачета выглядел так: допустим, администрация Челябинской области должна НК "Юкос" (или какой-либо другой компании) деньги за поставленные нефтепродукты, в свою очередь НК "Юкос" должен в бюджет, а Минфин должен Челябинской области по федеральным программам. Указом № 880 специально оговаривалось, что взаимная задолженность должна была возникнуть до 1 сентября 1997 г. В этом случае проводится ее погашение. Причем в срок до января 1998 года. Но, как оказалось впоследствии, подготовка к "обратному зачету" велась уж слишком скомканно и спешно, а поучаствовать в нем хотелось многим. И в этой "спешке" группа работников Минфина и федерального казначейства, курирующая зачет, иногда "забывала" проверять, реальна ли вообще взаимная задолженность между бюджетополучателями и недоимщиками, подавшими заявку на проведение зачета. На кону были 45 ТРИЛЛИОНОВ РУБЛЕЙ (по данным Генеральной прокуратуры, речь идет о 67 триллионах. Ничего себе расхождение! - Авт.). Именно на такую сумму Минфин собирался провести зачет. В Москву в Министерство финансов потянулись страждущие руководители регионов в надежде получить из федеральной казны посредством зачетов полагающиеся им деньги. Но не для того чиновники Минфина все лето ломали головы. Главная цель "обратного зачета" сводилась к тому, чтобы различные олигархи преимущественно из числа топливно-энергетического комплекса могли закрыть свои долги перед федеральным бюджетом, причем за счет средств, предназначенных для регионов. А уж как и когда олигархи впоследствии рассчитаются с регионами, похоже, мало кого интересовало. Тут-то и берет начало крупномасштабная афера, в результате которой из бюджета "куда-то" ушли сотни миллионов долларов. Олигархи договаривались с губернаторами и министрами, как посредством своих банков и подставных фирм извлечь деньги из федерального бюджета и поделить их между собой с учетом прежде всего частных, а уж затем и государственных интересов. Однако для этого все участники сделки должны были идти на подлоги с использованием фальшивых документов. Вопросы урегулирования проблем с Минфином представители банковско-промышленных групп брали на себя. Предприятие топливноэнергетического комплекса погашало бюджетными деньгами, предназначенными для регионов, свой долг в федеральную казну. А что же регион? А регион получал вместо денег на социальные нужды малоликвидные векселя самого предприятия и подставных фирм. Срок погашения этих векселей, как правило, определялся от трех до пяти лет. Пред��тавляете, что за это время происходило с рублем? И тем не менее губернаторы соглашались, оказавшись связанными законом молчания. *** А через год случилось то, что и должно было случиться.


В 1998-1999 годах в нескольких городах России правоохранительные органы начали расследование фактов мошенничества и хищений госсредств в результате проведения расчетов в особом порядке. Тех самых "обратных зачетов", схему которых разработали в Минфине под руководством первого заместителя министра Кудрина и руководителя рабочей группы Минфина (тоже замминистра) Зелинского. Выяснились весьма любопытные детали. Питерское дело В 1998 году питерские оперативники из Управления по борьбе с организованной преступностью, занимаясь расследованием дел одного из самых известных коммерсантов Северо-Западного региона Павла Капыша - учредителя Балтийской финансово-промышленной группы (БФПГ), натолкнулись на одну странную сделку. Речь шла почти о 50 миллионах долларов. Дело касалось бюджетных денег, выделенных в 1997 году Минфином администрации Архангельской области для обеспечения северного завоза, а иными словами - топлива на зиму. Однако деньги пошли в регион не прямым перечислением, а посредством зачетов с некими коммерческими структурами, входящими в империю Капыша. В результате, по мнению сотрудников ГУБОПа, топливо в Архангельскую область то ли вовсе не попало, то ли попало вовсе не того качества и не в том количестве, в котором предполагалось. Коммерсанты же обогатились на несколько десятков миллионов долларов. Как сообщили наши коллеги из питерского агентства журналистских расследований, схема проведенного зачета оказалась настолько сложной, что, провозившись почти год, милиционеры отложили дело на потом. Что их поначалу удивляло, так это тот факт, что администрация Архангельской области ни с какими заявлениями по поводу недостачи денег или топлива не обращалась. Если бы оперативники уловили суть сделки, то причину молчания чиновников объяснять было бы не нужно. Так уж случилось, что к этому самому "северному завозу", который обеспечивали структуры Капыша, мы подошли с другой стороны. Со стороны "Юкоса". В среде питерского бизнеса считается, что Балтийскую финансовопромышленную группу с "МЕНАТЕПом"-"Юкосом" свел Дмитрий Филиппов, бывший начальник городской налоговой инспекции, а с 1996 года председатель совета директоров банка "МЕНАТЕП-СПб" и директор еще нескольких крупных структур. В конце 1997 года БФПГ договаривается с "Юкосом" о проведении формальной сделки, которая позволит вытянуть из бюджета России 250 миллиардов рублей (в то время около 50 миллионов долларов). Судя по датам и по самой схеме сделки, она подгонялась под тот самый злополучный Указ Президента РФ "О проведении зачетов в особом порядке". Со стороны Балтийской ФПГ документы подписывал генеральный директор Владимирас Мельникавс. (Позже этот человек заявил, что никакого отношения к БФПГ не имеет, в Питере не был несколько лет, просто когда-то он терял паспорт.) Со стороны "Юкоса" документы подписывали директора двух фирм "Эмитент" и "Вымпел". Что касается "Эмитента", то у этой фирмы, зарегистрированной в городе Мосальске Московской области, два свидетельства о регистрации с одинаковыми номерами, датами, печатями, но с разными учредителями. Что касается фирмы "Вымпел", то она зарегистрирована в оффшоре по фальшивому паспорту и, естественно, является пустышкой. Такие вот собрались партнеры для работы с деньгами федерального бюджета, Минфином и администрацией Архангельской области. Как ни странно, но деньги государственного бюджета благодаря заинтересованности чиновников через эти фирмы прокачивались. По пути до реального потребителя их количество существенно уменьшалось. Если бы в 1998 году питерские оперативники располагали теми документами, которыми располагаем мы, им бы не пришлось откладывать дело в долгий ящик. Сегодня уже не всем свидетелям этой темной истории задашь вопросы. В самый разгар уголовного расследования по зачетам с федеральным бюджетом был взорван в подъезде своего дома Дмитрий Филиппов. В июле 1999-го снайперским выстрелом из гранатомета прямо в бронированном автомобиле был убит Павел Капыш. Вполне вероятно, что это простое совпадение, мало ли в Питере коммерсантов гибнет. Но, когда мы занялись расследованиями дел "МЕНАТЕПа"-"Роспрома"-"Юкоса", знающие люди почему-то сразу


вспомнили об этих двух смертях. И почему-то добавили, что в топливноэнергетическом комплексе самая высокая смертность среди руководства предприятий "Юкоса". Почему молчат губернаторы В 1999 году в Волгограде намечались выборы мэра. Одним из реальных претендентов на этот пост был действующий первый заместитель губернатора области Василий Галушкин (сейчас он депутат Госдумы). Но в 1998 году, когда подготовка к выборам была в полном разгаре, прокуратура области задалась вопросом, а куда господин Галушкин дел 76 миллиардов рублей, которые Министерство финансов еще год назад перевело в местный бюджет для строительства жилья уволенным в запас офицерам? Так в Волгограде родилось уголовное дело о хищении бюджетных средств в ходе проведения "обратного зачета". Видимо, в силу местной политической ситуации оперативно-следственной бригаде был дан карт-бланш. А, как известно, профессионалы сыска в наших регионах еще не перевелись. Им бы только работать не мешали. Буквально через несколько месяцев выяснилось следующее: в конце декабря 1997 года менеджеры империи Ходорковского Дубов и Чернышова по договоренности с администрацией Волгоградской области передали вице-губернатору Галушкину пакет подложных документов, из которых следовало, что еще с конца августа администрация области якобы должна предприятиям "Юкоса" 76 миллиардов рублей за нефтепродукты (которых в реальности не было). Рассчитаться с поставщиком администрация должна была "живыми деньгами", полученными из федерального бюджета, предназначенными для строительства жилья бывшим военнослужащим. Взамен денег область получала векселя Самаранефтегаза ("Юкоса") на 53 миллиарда со сроком погашения через три года и неизвестной фирмы "Юниэл" на 23 миллиарда рублей. Операция, как и в Питере, была проведена посредством фирм "Эмитент" и "Вымпел", входящих в структуру империи Ходорковского. И если за векселя Самаранефтегаза Волгоградская область в 2000 году могла реально получить хотя бы нефтепродукты (правда, по завышенной втрое против 1997 года цене), то за фантик "Юниэла" нельзя было получить ни копейки это была фальшивка чистой воды. Тут самое время пояснить, что представляла собой фирма, вексель которой был куплен у структур "Юкоса" администрацией Волгоградской области. ИЗ ДОСЬЕ РЕДАКЦИИ ТОО "Юниэл" зарегистрировано в поселке Яблочном Республики Адыгея (оффшорная зона) по ул. Ленина, 45. Учредитель - гражданка Левченко Ирина. По данным правоохранительных органов, паспорт, по которому проведена регистрация фирмы, является фальшивым. В июле 1997 года, еще до проведения зачетных операций, фирма была ликвидирована судом как не ведущая никакой хозяйственной деятельности. По этому же адресу и опять же по фальшивому паспорту на имя гражданина Федорченко была зарегистрирована фирма "Вымпел", через которую структурами Ходорковского прокачивались около двух триллионов неденоминированных рублей российского бюджета. *** Мы не зря называем имена несуществующих фирм и директоров, поскольку их векселями "МЕНАТЕП"-"Роспром"-"Юкос" расплатится с десятком регионов и ведомств на суммы в сотни миллионов долларов, получив взамен живые деньги из государственной казны. Тайны "МЕНАТЕПа" Похоже, появление оперов из Волгограда в московском офисе "Эмитента" стало для Ходорковского полной неожиданностью, благодаря чему в руки следствия попали документы, раскрывающие практически всю хитроумную систему построения империи олигарха. Оказалось, что в распоряжении "МЕНАТЕПа"-"Роспрома"-"Юкоса" имелось в наличии около трехсот фирм и фирмочек - в том числе абсолютно подставных, таких как "Вымпел" и "Юниэл". Здесь же хранились липовые векселя, печати и даже штамп налоговой инспекции города Мосальска Московской области. Именно этот штампик


стоял на документах, подтверждающих долги регионов перед фирмой "Эмитент" на 2 триллиона рублей. Изъятые при обыске документы свидетельствовали о том, что зачеты, подобные волгоградскому, были проведены во многих регионах страны. Общая запланированная к липовым зачетам сумма зашкаливала за 2,7 триллиона рублей. (Кстати, долг Юганскнефтегаза - одного из предприятий "Юкоса" перед федеральным бюджетом был на тот момент около 2 триллионов рублей.) Договоры "Эмитента" с регионами и крупными предприятиями-бюджетополучателями были написаны как под копирку. Все те же "Вымпел" и "Юниэл", все те же нефтепродукты. Все те же даты. Только суммы разные. Например, договор с воронежской администрацией тянул на 73 миллиарда рублей, с Челябинской - на 326, с Балтийской финансово-промышленной группой - на 250, с Омской областью на - 37,5, с Екатеринбургом - на 70 и так далее. Все эти весьма ценные документы были вывезены в Волгоград вместе с арестованными за мошенничество ��иректорами "Эмитента". Арестанты сразу недвусмысленно дали понять, что никаких показаний они давать не будут. Жизнь дороже свободы Вслед за операми в Волгоград прибыла целая бригада службы безопасности "МЕНАТЕПа"-"Роспрома"-"Юкоса", руководимая бывшим шефом Российской ФСБ генералом Иваненко. Они побывали и в местной прокуратуре, и в администрации, и в ФСБ. О чем говорили и какие доводы приводили, мы знаем лишь понаслышке. Но буквально через несколько дней арестанты были выпущены под залог в 100 тысяч рублей. Дело свернули и закрыли. Официальным поводом для этого послужило намерение "Роспрома"-"Юкоса" возместить области причиненный ущерб. Вопрос о представлении в Минфин подложных документов постарались забыть. Обвинения чиновникам предъявлять не стали. Ни московским, ни волгоградским. А спустя еще некоторое время, уже в 2000 г., Генеральная прокуратура зачем-то изъяла из Волгограда все 27 томов прекращенного уголовного дела. Мы очень надеемся, что оно не потеряется в недрах большого ведомства. Поняв, что дальнейшего расследования не будет, мы решили продолжить его сами. И покатили по стране. Операция "Русская пурга" В Челябинске, как и в Волгограде, фиктивная задолженность перед структурами "Юкоса" была создана путем хитроумной операции с участием все тех же самых подставных фирм. Все так же замминистра Зелинский утверждал эту липовую сделку. Схема проведения "зачета" почти один в один совпадала с волгоградской. От имени области сделку подписывал первый заместитель губернатора господин Уткин (он вообще славится в своем городе пристрастием к подписанию сомнительных договоров). Все тот же "Эмитент" якобы поставлял, хранил, а потом продавал нефтепродукты все тому же несуществующему "Вымпелу". Все так же деньги из Минфина перечислялись на счет в банке "МЕНАТЕП". И уходили "Юкосу" и в частные фирмы. Только в Челябинской области эти злополучные 326 миллиардов должны были бы пойти на финансирование строительства жилья, объектов здравоохранения и метрополитена. Если вы думаете, что после проведения зачета в Челябинске стали спешно сдавать объекты здравоохранения или строить метрополитен, то сильно заблуждаетесь. Там только при упоминании родного метро смеются. Это у них местная байка. Когда в середине марта мы приехали в Челябинск, была сильная пурга. Занесенные сугробами дороги коммунальные службы чистить не торопились. Очевидно, горючее экономили. Ждали поступлений от Юганскнефтегаза. Народ маялся на трамвайных остановках и материл ненастье и родное начальство. Ну да это мы так, отвлеклись. Наша попытка официально выяснить в прокуратуре Челябинской области судьбу бюджетных денег не увенчалась успехом. Там сделали круглые глаза и отослали нас в Главное управление внутренних дел по Челябинской области. Но в ГУВД даже


комментировать любую информацию отказались. Губернатор-то молчит, почему милиция должна комментировать действия высокой власти? Из неофициальных источников мы узнали, что вместо 326 миллиардов рублей, поступивших в 1997 году из Минфина на счет Челябинской области в банк "МЕНАТЕП", к началу 1999 года область получила лишь 40 миллиардов. Руководитель Счетной палаты Законодательного собрания области (бывший начальник финансового управления) Галимов заверил, что его ведомство отношения к этим зачетам не имело и деньги, по его данным, давно в область поступили. Однако верить данному господину трудно, так как именно его подпись стоит на нескольких соглашениях по этой сделке. Кроме того, в январе 2000 года администрация Челябинской области заключила новое соглашение с "МЕНАТЕПом", только теперь питерским. Речь идет о "совместном участии в решении вопросов по финансированию областных программ в приоритетных отраслях экономики", о "развитии практики проведения денежных и товарных зачетов". Видимо, чиновникам очень понравилось иметь дело с "МЕНАТЕПом". А пока в Челябинской области стараются забыть "обратный зачет", народ вместо метро катается в переполненных трамваях. Жители Омской области тоже мечтают ездить на метро. В 1996-1997 годах Минфин должен был перечислить для завершения его строительства 37,5 миллиарда рублей. Но, как и в предыдущих случаях, возможности такой не находилось. Ровно до тех пор, пока в июле 1997 года заместитель главы областной администрации Коротков не договорился со структурами "МЕНАТЕПа"-"Роспрома"-"Юкоса" "о взаимодействии". Чтобы создать видимость долгов между "Юкосом" и "Дирекцией строящегося метрополитена", последняя подписывает уже знакомый нам липовый договор с "Эмитентом" на 37,5 миллиарда рублей. Деньги из российского бюджета поступают на счет в банке "МЕНАТЕП" - якобы для омской стройки - и уходят в частные фирмы. Предполагается, что спустя пару лет "Юкос" вернет метростроителям если не деньги, то хотя бы нефтепродукты на 26 миллиардов рублей, а остальные 11,5 миллиарда достанутся посредникам из "МЕНАТЕПа"-"Роспрома"-"Юкоса". Но омская схема хотя и была "дешевле" других, но оказалась и более мерзкой, чем в других регионах. Тут уж местные начальники-коммерсанты расстарались. Даже те крохи, которые поступили в регион, исчезли в неизвестном направлении. Темой этой занималась местная ФСБ. Собрав необходимый материал, чекисты передали его в областную прокуратуру. Там он, видимо, и умрет. У "Юкоса", похоже, уже устоявшиеся связи с омской администрацией. Еще в марте 1997 года под опекой заместителя министра финансов Петрова был проведен денежный зачет на сумму 15 миллиардов рублей также с привлечением банка "МЕНАТЕП". Никакой задолженности перед ООО "Юкос-Сибирь" у администрации Омской области тоже не было. Но соглашение подписали. Кто и что от этого поимел, мы уже выяснять не стали. Скучно. В Воронежской области уголовное дело по фальшивому зачету тоже не возбуждали. Ограничились проверкой. Как сообщили нам в компетентных органах Воронежа, есть данные, что нефтепродукты на сумму 73 миллиарда рублей спустя почти полтора года в область поступили, поэтому и было принято решение уголовного дела не возбуждать. Как тут не восхититься "принятым решением". Особенно когда более или менее знаешь ситуацию. Осенью 1997 года 73 миллиарда рублей равнялись 13 миллионам долларов, а в марте 1999-го, когда якобы "поступили нефтепродукты", - это уже было 3 миллиона. Ко всему прочему в постановлении об отказе в возбуждении дела нет ссылки ни на один документ, реально подтверждающий поставку. Кстати, эти самые 73 миллиарда должны были пойти на строительство жилья для очередников и чернобыльцев. Чтобы им проще было разбираться со своим местным "папой", рекомендуем посчитать, сколько местная власть могла купить готовых квартир на 13 миллионов долларов. И уж совсем трудно было получить информацию в Екатеринбурге. Там зачет, судя по документам, проводился и с городом, и с областью. Но осведомленные люди как-то внезапно исчезали (кто заболевал, кто-то немедленно уезжал в командировку), как только мы выходили к ним с просьбой рассказать об итогах "обратного зачета". Очевидно, он мало чем отличался от тех, что были в


Челябинске и Омске. Разве только местная власть как-то по-особенному поучаствовала в дележе. В прокуратуре, куда мы обратились с официальным запросом, в течение десяти дней не могли найти материалы проверки. Можно было бы рассказать, как дело обстояло в Тюменской или Белгородской областях и других городах, но это долго. Почему прекращаются уголовные дела? Мы шли по следам менеджеров империи Ходорковского и восхищались размахом их деятельности и способностью распоряжаться средствами российского бюджета. По аналогичной схеме "обратный зачет" империя Ходорковского провела более чем в двадцати регионах России и более чем с десятком крупных госучреждений, министерств и ведомств. Бюджетные деньги, предназначенные для регионов, плавно перетекали обратно в Минфин в качестве долгожданных налоговых поступлений от "Юкоса". Отбитые у регионов с помощью липовых векселей 30 процентов - в частные карманы. Там же, видимо, оседала глобальная разница в курсе доллара 1997 и 1999 годов. По нашей оценке, только через ТОО "Эмитент" (эта фирма входит в учрежденное банком "МЕНАТЕП" и швейцарской фирмой "Menatep SA" совместное предприятие РТТ. - Прим авт.) проведено фиктивных зачетов на сотни миллионов долларов. Все деньги прошли через счета банка "МЕНАТЕП" - напомним, бюджетные деньги. Мы так и не получили внятного ответа, почему Генеральная прокуратура не объединила десятки разрозненных уголовных дел и не попыталась расследовать то, каким образом триллионы "живых" денег (это тех, которых нет в бюджете) по поручению высокопоставленных чиновников Минфина так легко перекочевывали на счета частных структур. Вероятно, все участники этой грандиозной аферы ушли от ответственности, потому что использовали липовые документы и фальшивые фирмы не из корыстных побуждений, а альтруизма ради. Мы так и не поняли, за какие такие благодеяния ФПГ "МЕНАТЕП"-"Роспром"-НК "Юкос" получила карт-бланш на погашение своих долгов по налогам за счет бюджетных денег, предназначенных для строителей, военных, чернобыльцев? Годы проходят, и вот уже господин Генералов, бывший министр топлива и энерг��тики, а еще раньше вице-президент "Юкоса", стал депутатом Госдумы. Вся махинация с зачетами проводилась в бытность его министром. Бывший волгоградский вице-губернатор Василий Галушкин, подписавший липовые документы на 25 миллионов долларов, теперь тоже в Госдуме. Причем как-то умудрился занять весьма хлебное место заместителя председателя Комитета по банкам и банковской деятельности. "Юкос" и другие действующие лица Бывшие заместители министра финансов Кудрин с Зелинским взяток не брали. Они честные люди. Просто немного невнимательные. Им говорят: Минфин таким образом провел зачеты в 1996 году на сумму 55,5 триллиона рублей и в 1997-1998 на сумму 67,3 триллиона рублей, что бюджетополучатели потеряли до 60 процентов предназначенных им средств. - Ну и что? - пожимают плечами честные минфиновские работники, - мы здесь ни при чем. Мы все делали по закону. А про каких-то там посредников мы и не слышали. Но все утверждения о том, что они чего-то не знали, чего-то недоглядели, нам представляются, мягко выражаясь, лукавством. Кудрин с Зелинским сейчас перешли к своему земляку-питерцу Анатолию Чубайсу трудиться в РАО "ЕЭС России". Примечание. Получив текст этого расследования для возможного ответа за неделю до публикации, "Роспром - ЮКОС" отреагировал своеобразно: мне как руководителю программы позвонил старинный друг, каким-то образом связанный с "ЮКОСом" и спросил от их имени, "нельзя ли как-нибудь договориться". Я радостно ответил, что теперь уже об этом тексте знает слишком много народу, поэтому договориться никак нельзя. К чести "ЮКОСа", хотя ответ был дан не по существу, там все-таки решили, что лучше что-нибудь ответить, чем отмолчаться:


"Схему "обратного зачета" можно отнести к одному из самых разумных экономических решений Министерства финансов России за последние годы. Ее реализация позволила на порядок снизить проблему кризиса неплатежей, существовавшего на момент разработки схемы. Между тем на протяжении всего текста авторы статьи совершенно безосновательно ссылаются на то обстоятельство, что при осуществлении "обратных зачетов" из государственного бюджета исчезли миллиарды рублей. При этом совершенно упускается из виду то обстоятельство, что в результате зачета количественного изменения денежных средств в федеральном бюджете не произошло. Авторы постоянно ссылаются в тексте на отдельные эпизоды реализации схем. В этой связи хотелось бы все-таки расставить точки над i относительно упомянутых в статье фрагментов проведения "обратных зачетов". К сожалению, предоставленные нам площади позволяют подробно описать лишь схему на примере Челябинской области, по мнению авторов, наиболее пострадавшей от этой схемы. Авторы утверждают, что в результате проведения схемы "обратного зачета" области, участвующие в зачете лишились "гигантских сумм". Как же было на самом деле? В рамках реализации схемы "обратного зачета" администрация получила 326,7 миллиона рублей от Министерства финансов РФ. При этом между НК "Юкос" и областью было заключено соглашение, которое предусматривало дальнейшее урегулирование взаимных претензий после завершения "обратного зачета". В ходе реализации схемы администрация Челябинской области получила от "Юкоса" 40 миллионов рублей "живыми деньгами" и заключила договора купли-продажи нефтепродуктов для нужд области на общую сумму 286,7 миллиона рублей. В совокупности это полностью соответствует сумме, полученной администрацией Челябинской области от Минфина. В результате Челябинской области было поставлено 220 тысяч тонн нефтепродуктов. Таким образом, в результате реализации "обратного зачета" область конвертировала "мертвые" трансферты, причитающиеся ей из федерального бюджета - в "живые деньги" и нефтепродукты. Перечисленные же из Минфина средства (те самые 326,7 миллиона рублей, задолженность Минфина перед Челябинской областью) были переведены на счета ОАО "Юганскнефтегаз", после чего в полном объеме и в соответствии со схемой "обратного зачета", разработанной Министерством финансов РФ, переведены "Юганскнефтегазом" на счета федерального бюджета в качестве погашения задолженности по налоговым платежам в бюджет. При этом "Юкос" поставлял нефтепродукты по докризисным ценам. Как известно, рост курса доллара с августа 1998 до середины 1999 года никак не сказался на ценах на нефтепродукты. Надо отметить, что соглашения о поставке нефтепродуктов заключались во времена стабильности российской экономики, задолго до августовского кризиса. И даже если финансовый кризис нанес определенный ущерб областным бюджетам, для любого нормального человека очевидно, что стало причиной этого кризиса. В то же время приведенные примеры несоответствия и передергивания авторами реальных событий достаточно наглядно подтверждают, что ни о каком ущербе для бюджета говорить не приходится. Нефтяная компания "Юкос" полностью выполнила свои обязательства перед федеральным бюджетом и администрациями областей, с которыми участвовала в реализации схемы "обратного зачета", разработанной Министерством финансов РФ. Безусловно, авторы вправе иметь свою точку зрения на описываемые ими события. Читатель может соглашаться или не соглашаться с предлагаемой ему позицией, но, в свою очередь, он вправе требовать от журналистов объективного изложения фактов для самостоятельной оценки. В противном случае навязываемая читателям точка зрения имеет простое и емкое определение - пропаганда. С уважением и.о. начальника пресс-службы НК "Юкос" Максим Пучков" Одно из условий программы, целью которой является борьба с "заказной" журналистикой, - обязательное предоставление обратной стороне "права на ответ". Надо отметить, что до сих пор нам цивилизованно старались не отвечать, а вместо этого пытались давить на редакции и снимать публикации. НК "Юкос" стала первой компанией, которая ответила на обвинения авторов статьи. Редакция благодарит НК "Юкос" за цивилизованную и оперативную реакцию на представленный материал.

Юлия Латынина, эксперт программы "Чистые перья"


03