Page 12

Противостояние Наш ученик должен выйти из стен школы/ лицея/колледжа грамотным не только в сфере лингвистики, математики, естествознания, но и в сфере теории литературы. И да, безусловно, он должен уметь отличать рассказ от поэмы, стиль Тургенева от стиля Гришковца, должен понимать, что такое рифма, как понять идею произведения, и прочее, и прочее. Если, конечно, он хочет себя ощущать всесторонне развитой, образованной личностью. И изучать всё это нужно, безусловно, на примере лучшего из классической и современной литературы. Мы ж с вами не будем знакомиться с изобразительным искусством на примере рисунков, выполненных человеком, не умеющим рисовать? Или знакомиться с азами строительства на примере поделок человека, только начинающего пользоваться молотком, рубанком и чем там ещё?.. Вот-вот, поэтому и здесь нужны лучшие образцы того, в чём мы предлагаем нашим ученикам научиться разбираться. А лучшее — это все-таки прежде всего проверенное временем. Хоть каким-то. Ибо «лицом к лицу лица не увидать — большое видится на расстояньи». Вот отсюда и обращение к классике — что ж тут непонятного? Показать лучшее, научить с ним работать, понимать, анализировать, читать между строк — а там будь что будет. Благодатная почва была — значит, будет наш ученик читать и дальше, ничто ему не испортит этот процесс. Дух противоречия силён, и с учителем не повезло — что ж, возможно, и отвратит от этого «ужасного слова «классика».

За что великим гениям эта кара — быть аффтарами для школоты? Fermalion:

На форуме Ливлиба читатель Владимир весьма категорично выразился насчёт классики в школах: она не нужна, она скучна и неинтересна, она трудна для восприятия. И это совершенно точно так и есть (с той оговоркой, что Владимир тогда «примерил на себя» образ школьника и рассуждал соответственно — мне хочется думать, что сам он сейчас так не считает, а просто «смотрел с 12

другой колокольни»). В моей картине мира не находилось места черкесам, осетинам и грузинам — какого рожна я должен читать Лермонтова и ещё разбираться во всех этих народностях? Я не знаю, что такое «папаха» и «патронташ», не представляю, что значит «переметная сума» — как я могу читать обо всём этом, если с самого детства мне никто ничего из этого не объяснил? Если я с самого начала варился в совершенно другой среде! Я прекрасно понимаю, что такое «передний привод» или «пентхаус», но разница между боярином и помещиком — это что-то из курса истории. Неизвестно, что, но наверняка что-то до омерзения занудное. Русская классика — это прекрасно. Произведения, входящие в школьную программу — это гигантские бриллианты в сокровищнице мировой культуры. Сами по себе. Но их преподавание той публике, каковую в старшей школе составляют практически все школьники — это грубейшее их оскорбление. Ничто не портит литературу так, как её читатели. Возьмём, для примера, нежно любимого мною «Героя нашего времени», произведение, гениальное в своей тонкой психологичности. «9 класс» — выглядит как позорное клеймо. Сразу представляются девятикласснички, потушившие бычок о стену туалета с матерным словом, допившие свой жигуль, смачно рыгнувшие — и после этого, конечно, взявшие в руки Лермонтова. Видит Бог, не для таких людей писал свою книгу Михаил Юрьевич. Про «Лолиту» в школе лучше вообще не упоминать — все совершенно точно знают, что это книга о том, как старый извращенец спутался с малолеткой. Набоков бы крутился в гробу, как пропеллер. Разве Толстой и Пушкин заслужили именования «писателей для восьмого класса»?! За что великим гениям эта кара — быть аффтарами для школоты?

margo000:

Если с пятого класса ребятам дали понять, насколько интересны и многообразны (на любой вкус) литературные миры, и при этом не вызвали отторжения и неприятия, то

LiveLib №5  
LiveLib №5  

Литературный журнал - рецензии, обзоры литературы и всего, что с этим связано

Advertisement