Page 1

1 Уважаемый Эммануил Израилевич, здравствуйте. Прежде всего, хочу от себя и от своих друзей, чьи родители. деды и прадеды родились в этом городе, сердечно поблагодарить Вас за Ваши книги. Во-первых, за то, что Вы их написали – и тем самым сохранили для следующих поколений не только подробную историю своей семьи, но и часть истории нашего города. Во-вторых, за то, что, издавая их, Вы включили в книги рисунки Вашего уважаемого отца и, продолжив его труд, передали читателям атмосферу того времени в лицах. В-третьих, что, благодаря Вашей любезности и помощи нашего землякапроскуровчанина Александра я и мои друзья имеем возможность читать их в городе, о котором они написаны. Не скрою: когда (уж не знаю, каким путем) кто-то через интернет прислал фрагменты Ваших книг, я стал читать, как говорится, запоем. Я положил текст в мобильный телефон и читал на улице, в троллейбусе, где угодно. И город (частью я его помню еще тем, прежним) вновь как бы обретал старые черты. Вместо новых зданий из убогого стекла и металла я с тех пор как бы снова вижу наши двухэтажные кирпичные дома в центре и одноэтажные глинобитные домики ближе к окраинам. Проезжая перекресток Каменецкой улицы и бывшей Купеческой/Карла Маркса, я ловлю себя на мысли: где-то здесь происходили те события жизни, о которых писал Коренблит. Проходя возле почтового отделения на углу Соборной и Александровской (теперь она Проскуровская), думаю о другом: «наверно, именно в этом хлебном магазине маленький Эмма толкался в очереди за хлебом». Ведь вместо почты здесь был хлебный магазин с дореволюциооных времен, и его даже я еще помню. Кстати, и письмо нашему общему знакомому Александру Варди я отправлял именно оттуда, а почта там где-то с 1980-х годов. Один год я учился в бывшей 10-й русской школе — в мое время она уже носила номер 19, и это был последний год существования школы в этом здании. Так что мне тоже довелось сидеть на уроках в тех же классах. И много-много других размышлений, связанных с описанными Вами событиями. А что касается Вашей повести «Реквием» - то среди моей родни есть свидетели первых дней той страшной находки: как копнули тот котлован... Об этом можно писать много: время как-то пересекается, и мы попадаем вроде бы случайно в нужный момент в том месте, куда ведет нас Всевышний. Наверно, именно потому случилось так, что мой товарищ, проходя этой весной по кладбищу, посмотрел в нужную сторону и увидел знакомую по книге фамилию. И сфотографировал памятник. Правда. потом он забыл об этом на несколько месяцев – и вспомнил лишь когда я показал ему присланную от Вас книгу. Сомнений быть не могло: это – могила Вашего отца, Израиля Коренблита. Не только фамилия и имя, не только профессия – но и сама фотография, та же, что и на обложке Вашей книги! Как рассказал мой друг, могила, хоть и довольно стара, но производит впечатление досмотренной, ухоженной. Эти фотографии я высылаю Вам. Не знаю, когда в последний раз Вы могли быть на ней – а это возможность увидеть могилу самого близкого Вам человека. Уважаемый Эммануил, пользуясь такой возможностью, хочу также спросить у Вас о некоторых деталях, связанных с Вашей книгой «Жестокий век». правильнее сказать – коечто уточнить, а возможно и проверить свои предположения. Ведь прошло много времени, и город изменился настолько, что я сам уже с трудом ориентируюсь в некоторых знакомых с детства местах. Прежде всего, я бы хотел достоверно уточнить, правильно ли я понял, в каком квартале происходили описанные Вами события. Ведь от этого района не осталось


2 практически ничего. Возле тюрьмы снесено все старое – что теперь там, Вы можете увидеть на этом фото (для ориентира - сразу справа за кадром начинается тюремная ограда):

Однако по старым фотографиям, которые я собираю с друзьями, по фрагментам изображений разных времен можно этот квартал восстановить. С Вашего позволения, я приведу их здесь, чтоб с Вашей помощью собрать фотоиллюстрации к Вашему повествованию. Итак, вот угол Каменецкой (фото 1970-х годов):

Далее — фото, сделанные в 1987 году перед сносом всех этих домов. Вот этот, например. по описанию похож на «дом приезжих» (страница 248 Вашей книги):


3

Следующий я затрудняюсь определить, но он находился рядом. Похоже, что керосиновый склад был именно под ним (страница 248). Трудность в том, что этих домов уже более 20 лет не существует и я не знаю, как считать «третий от угла». Если двухэтажную пристройку к угловому дому не считать отдельным строением, то этот именно третий — и значит, он.

А этот — напротив, с другой стороны улицы Каменецкой. Не в нем ли проживало упоминаемое Вами на странице 269 семейство Зелинских, а на первом этаже было столярное производство?


4

А это — фото 1956 года, снос строений на строительной площадке будущего универмага. Наверняка, Вам известны эти двухэтажные дома и кто в них жил. Мы же, молодые, не можем даже определить, по какой улице они стоят: то ли по Каменецкой, то ли по Соборной. Не здесь ли находилось «Союзутильсырье» (страница 251)? Судя по современному расположению универмага, это должно быть так. Но я бы хотел подтвердить догадку.

Имеются также снимки части квартала, примыкающей к бывшей Александровской. Это фото сделано в начале 1960-х годов с пожарной каланчи:


5

А этот в 1987 году (перед сносом) непосредственно с улицы:

В общем. как видите, Ваш квартал существует уже только в памяти — и на фотографиях, которых удалось найти немало. А благодаря Вашему труду, Вашей книге он оказывается самым подробно описанным кварталом до- и послевоенного Проскурова! Соседним кварталам повезло меньше, у них не нашлось биографов. Если повернуть с Александровской на Соборную возле построенного в начале 1960-х универмага, то на Соборной вообще мало что осталось. Сейчас мы ищем фотографии снесенного двухэтажного дома, в котором в 1960-х находился краеведческий музей. Пока что уцелели, да и то доживают последние дни два дома между улицей Соборной и оградой тюремного замка, Возможно, Вы что-то сможете сказать об их обитателях:


6

Далее – правильно ли мое предположение относительно хлебного магазина, куда Вы ходили за хлебом в детстве: действительно ли это тот, что находился на углу Александровской и Соборной? Дом , конечно, перестоен до чрезвычайности (уничтожен декор, надстроен третий этаж), но с 1960-х годов он свой вид, в общем. сохранил:

И еще вопрос о фонтанах. В парке И.Франко – том, что возле современного стадиона, рядом с Вечным огнем (бывшим Пионерским сквером) – есть посреди аллеи старый круглый фонтан. Вы пишете, что именно там устаривал первый фонтан Проскурова Ваш отец. Сейчас он давно не работает, и из него устроили клумбу. Я не помню, чтобы там были какие-то фигуры, с 1960-х годов их не было. Но, возможно, это в перестроенном (точнее, разрушенном виде) и есть тот самый фонтан, который до войны


7 строил Ваш отец? Чтобы сориентировать, о чем речь – я помещаю здесь фото аллеи и фонтана из книги 1962 года:

А еще Вы упоминали, что Ваш отец создавал для фонтанов «фигуры зверей и лягушек». И это мне сразу напомнило о единственном фонтане с лягушками и аистами, который сейчас сохранился: возле старого Центрального универмага, то есть (наверно) как раз вблизи от дома Вашего детства. Сейчас его выкрасили в жуткие яркие цвета. Но лягушки эти с давних времен забавляют городских детей. Вот сразу и подумалось: а не сделаны ли они по образцу именно тех скульптур, которые изготавливал Ваш отец? Или, возможно, его делал он сам?

А кроме того, если вспомнить старые фонтаны возле вокзала и на перроне – не создавал ли он и их?


8 Возможно, вопросы о фонтанах и скульптурах могут показаться несерьезными – но из таких, казалось бы, мелочей состоит наша жизнь. Хочется расспросить Вас еще о многом – в том числе таоке желание имеет мой друг Сергей Есюнин: человек молодой, но в наши дни самый авторитетный специалист по истории Проскурова, научный сотрудник нашего музея. Если позволите, мы с ним вместе еще будем писать Вам. А пока – желаю Вам здоровья и долголетия, и вкладываю в конверт фотографии, которые до сих пор связывают Вас с Проскуровом (пусть он даже давно называется подругому). С уважением, Игорь Западенко

Письмо Э. Коренблиту  

Письмо автору книги "Жестокий век"