Page 1

ГАЗЕТА ЗМЕНШЕННЯ ШКОДИ

№26 (52), 2010

В НОМЕРЕ:

.МАРИО .НОВЫЕ ЖУРНАЛИСТЫ .БУРЛАКА .РЕМИССИОНЕРЫ .ДЕТИ .КРУАССАНЫ ПОВОЛЖЬЯ .ГАЙДУК .КУРАЙ

Тема номера:

Новая журналистика и литература

фото: Ялына

Посвящается

Марио

(20.VI.1968-27.VIII.2010)


Біла Альтанка

IN MEMORIA

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

2

«Мэта физычный урбо пэйзаж»,

«.........плачу 90х210 см, брезент, смешанная техника, но не раскаиваюсь август 2009 во всем что еще впереди пытаться делать и делать легко долго решаться стоя на краю бездны и быть безумным стяжателем энергии полета это все сквозь мое тело проходит беззвучно и никогда не говорит а просто берет и нажимает на кнопки. я всю жизнь мечтал писать книги но жизнь принуждала заниматься другим и в этом я спокоен что не один по крайней мере ведь для мужчины главный отдых – это размышление, а состояние – это гармония данной композиции» стр. 27 >

«Мэта физычный пэйзаж», 90х227 см, смешанная техника, июнь 2009


Біла Альтанка

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

ЖУРНАЛИСТУ НА ЗАМЕТКУ

3

Новая журналистика Новая журналистика – такой была тема второго дня тренинга «Ри- Анатолий Волик ски в работе журналиста. Профилактика синдрома сгорания среди журналистов, освещающих тему ВИЧ/СПИД», который прошел в Пол- Благотворительный фонд таве 7–9 июня 2010 года. Журналисты украинских изданий из городов «Общественное здоровье» (г. Полтава) Лубны, Полтава, Славянск, Винница, Черкассы учились освещать тему ВИЧ/СПИД по-новому, следуя принципам и основам этого жанра, возникшего в США в 70-х годах ХХ столетия. Термин «новая журналистика» (сокращенно – новаж) впервые был упомянут писателем Томом Вулфом в 1973 году. Американская журналистика тех лет действительно была авангардом отрасли. Сегодня, анализируя публикации на тему ВИЧ/СПИД и наркотиков, издающиеся в нашей стране, я, как председатель редколлегии МБФ «Международный Альянс по ВИЧ/СПИД в Украине», через которого проходит много материалов на эту тему, замечаю, что все больше формализма появляется в наших текстах о ВИЧ и наркотиках, и все меньше человеческого остается в них. Но ведь за понятиями «ВИЧ/СПИД» и «наркотики», прежде всего, стоят ЛЮДИ. Так давайте писать по-человечески и для людей – интересно, живо, честно. И в этом нам, работникам пера и клавиатуры, может помочь новая журналистика. Новая журналистика (новаж) — это принципиально новое направление в области средств массовой информации, которое стоит на следующих позициях: качание светлой, положительной энергии в мир; способствование культурному и духовному развитию человека; развитие у человека самостоятельного взгляда на вещи, самостоятельного мышления; запуск постоянных импульсов к развитию, совершенствованию, осветлению. Основы новажа были заложены в 60–70-е годы в США, когда газеты и телевидение страны захлестнул поток фальсификаций и замаскированной лжи о верном курсе правительства, о необходимости войны во Вьетнаме, которую вел Пентагон, о том, что жить стало лучше, жить стало веселей, в то время как на самом деле все было не так. В США в те годы царила жесткая цензура и в тираж пропускали только те публикации, которые не противоречили политике Соединенных Штатов.

Новая журналистика – это художественная литература, это сказка о правде

На тренинге для журналистов, который, как уже отмечалось выше, прошел в Полтаве 7–9 июня, и о котором уже писалось в 25-ом номере «Белой Альтанки», перед журналистами-участниками тренинга было поставлено задание: написать очерк о ВИЧ/СПИДе,

используя приемы новой журналистики. Эти приемы были сформулированы еще Томом Вулфом, автором замечательной книги «Электропрохладительный кислотный тест», где тема наркотиков раскрыта во всей полноте – от очарования до разочарования на примере целого поколения американских «детей цветов».

Приёмы новой журналистики Анализируя ситуацию в медиа-индустрии США 60–70 гг прошлого века, Том Вулф резонно отмечал, что в новой журналистике использованы типичные литературные приёмы: Описание сцен (а не создание «болванок»-пресс релизов). Диалоги героев материала, использование разговорной «живой» речи. Отчетливо проговорённая в публикации личная точка зрения автора, употребление местоимения «я», интерпретация описываемых событий с точек зрения конкретных персонажей. Литературная регистрация каждодневных деталей (поведения и т. п.) персонажей, подробная фиксация статусов действующих лиц. Отличительной чертой новой журналистики является отказ от тематических газетных публикаций в пользу авторских колонок и эссе. По принципу авторских колонок, например, организован популярный альтернативно-политический блог «Українська правда» http://www.pravda.com.ua являющийся примером острой и новой журналистики.


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

ЖУРНАЛИСТУ НА ЗАМЕТКУ

4

Томас Вулф – американский писатель, представитель так называемого «потерянного поколения», основоположник новой журналистики. «Потерянное поколение» — это молодые люди, родившиеся в период между Первой и Второй Мировой войной, призванные на фронт в возрасте 18 лет, часто ещё не окончившие школу, рано начавшие убивать. После войны такие люди часто не могли адаптироваться к мирной жизни, многие кончали с собой, некоторые сходили с ума. Фото: Wikipedia

Эссе Другой особенностью новажа является использование жанра эссе. Эссе (фр. essai «попытка, проба, очерк») — литературный жанр прозаического сочинения небольшого объёма и свободной композиции. Эссе выражает индивидуальные впечатления и соображения автора по конкретному поводу или предмету и не претендует на исчерпывающую или определяющую трактовку темы. В отношении объёма и функции граничит, с одной стороны, с научной статьёй и литературным очерком (с которым эссе нередко путают), с другой — с философским трактатом и размышлением. Эссеистическому стилю свойственны образность, подвижность ассоциаций, афористичность, установка на интимную откровенность и разговорную интонацию. Эссе рассматривается как четвёртый, наряду с эпосом, лирикой и драмой, род художественной литературы. В этом и состояла основная задача новой журналистики – сделать журналистику литературой.

Дмитрий Быков, биограф Бориса Пастернака и Булата Окуджавы. Дмитрию Быкову принадлежит высказывание, которое нелишне повторить и для журналистов, пишущих на тему ВИЧ/СПИД: однообразность и кальку можно побороть только индивидуальностью и смелостью. Кто-то со мной поспорит, что ВИЧ/СПИД не та тема, где надо проявлять творческую индивидуальность, но в ответ я скажу, что некоторые буклеты и брошюры по ВИЧ/СПИД читателям даже открывать не хочется, из-за того, что с первых строк в них чувствуется «отработка донорских денег» (высказывание реального читателя!), а не приверженность автора данной теме. Текст, в котором нет духа – пуст, даже если он составлен правильно и несет достоверную информацию. Только благодаря одухотворенности человеком усваивается информация. Текст должен тронуть душу. Иначе та важная информация, что вложена автором в текст, просто пройдет мимо.

Новая журналистика в России

Нова журналістика в Україні

Представителями новажа в современной российской литературе являются:

У нашій країні у жанрі нової журналістики пишуть Юрій Андрухович, Андрій Бондар, Тарас Прохасько, блогери «Української правди». У Живому Журналі існує цікава спільнота http://community.livejournal. com/ua_gonzo дописувачі якої намагаються дотримуватись стилю гонзо.

Александр Кабаков, автор сборника «Московские сказки», за который он в 2005 году получил премию «Ивана Бунина». По произведениям Александра Кабакова сняты фильмы «Десять лет без права переписки» (1990) и «Невозвращенец» (1991). Эдуард Лимонов, наиболее яркий представить новажа, русский писатель-публицист, известный своей непримиримой оппозицией к российской власти и такими произведениями как «Это я, Эдичка», «Книга воды», «Книга мёртвых», «Палач», «Дневник неудачника», «Лимонов против Путина». Любовь Аркус, уроженка Львова, главный редактор сетевой «Энциклопедии отечественного кино» http://russiancinema.ru и журнала «Сеанс».

Гонзо Разновидностью новой журналистики является жанр гонзо. Это направление представляет собой глубоко субъективный стиль повествования, ведущегося от первого лица, в котором репортёр выступает в качестве непосредственного участника описываемых событий и использует свой личный опыт и эмоции для того, чтобы подчеркнуть основной смысл этих событий. Для гонзо характерны радикализм, использование цитат, сарказма, юмора, преувеличения и даже ненормативной лексики. Чтобы стать


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

ЖУРНАЛИСТУ НА ЗАМЕТКУ

5

Хантер Томпсон — известный американский писатель и журналист, основатель гонзо-журналистики. В 2005 году в возрасте 67 лет покончил с собой с целью «преодолеть старость». В интервью, данном телеканалу BBC в 1978 году, писатель сказал, что хотел бы устроить для своих друзей «посмертную вечеринку» с развеиванием собственного праха из пушки. Эти слова были интерпретированы как последняя воля писателя, и 20 августа 2007 года актер Джонни Депп взял на себя расходы по ее исполнению. Выстрел был произведен из специально сооруженной пушки, закрепленной на подъемном кране высотой 46 метров. Фото: Wikipedia

бовать себя в жанре новой журналистики. Предлагаем читателям, среди которых немало наших собратьев по перу и клавиатуре, познакомиться с нашими «творами» и оценить, чьё эссе понравилось больше всего и наибольше соответствует принципам новажа. Итак, конкурс: Кто здесь самый новый журналист? гонзо-журналистом нужно не описывать событие, а участвовать в нем – гласит один из принципов гонзо. Этот принцип хорошо показан в небезызвестном фильме «Страх и ненависть в Лас Вегасе», повествующем о приключениях двух гонзо-журналистов. Основоположником гонзо-журналиcтики является Хантер Стоктон Томпсон (1937—2005) — известный американский писатель и журналист, автор того самого «Страха и ненависти в Лас Вегасе», а также нашумевшего «Ромового дневника», повествующего о мытарствах журналистов в Америке 60–70-х годов. Впервые термин гонзо был использован редактором газеты Boston Globe, Биллом Кардозо после того, как он прочитал статью «Дерби в Кентукки упадочно и порочно», написанную в 1970 г. Хантером Томпсоном. Когда срок сдачи статьи подошел к концу, а она ещё не была готова, Томпсон решил отправить редактору страницы, вырванные из своей записной книжки, наброски в которых имели глубоко субъективную окраску. Кардозо утверждал, что этим словом в ирландских кругах Южного Бостона называют человека, который последним из всей компании сможет стоять на ногах после ночного алкогольного «марафона».

Читайте эссе на страницах 6–13 и присылайте свои отзывы по адресу avolik@inbox.ru (редактору газеты «Белая Альтанка») или: 36034, г. Полтава, ул. Половка, 66-Б, офис 402, «Белая Альтанка». Ждём!

Новая журналистика и ВИЧ/СПИД Обо всем, что описано выше, говорили участники тренинга «Риски в работе журналиста. Профилактика синдрома сгорания среди журналистов, освещающих тему ВИЧ/СПИД» 8 июня в Полтаве и решили попро-

Журналисты украинских ВИЧ-сервисных изданий на тренинге по новой журналистике, г. Полтава, 8 июня 2010 года. Фото: Ялына


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

НОВАЖ

6

Подруга

фото: Ялына

Меня разбудил поздний звонок. Телефон звонил так отчаянно. Весь день я ждала этого звонка подруги, получившей ответ на тест «ВИЧ+». Отчаянный звонок почти ночью. Отчаянье в голосе, слёзы: «Жизнь закончена, закончена! У меня ВИЧ!». Страх, растерянность, злость, горе накатывали как волны. Океан эмоций! ВИЧ/СПИД – кошмар нашего времени, уносящий миллионы жизней, инфекция, убивающая иммунитет, от которой ещё не придумана вакцина. И вот эта инфекция рядом со мной – у моей подруги. Дав возможность первым эмоциям стихнуть, я сказала, что это не конец, так глупо думать тебе, такой умной и всепонимающей… Что – спросила я – разве теперь солнце не так светит, земля перестала вертеться, ты – уже не ты, ты потеряла свои уникальные математические способности, тебя зовут по-другому? В мире есть большое количество неизлечимых болезней и люди живут, борются за жизнь. Да, их жизнь меняется, они должны больше сосредоточиться на себе, остановить свой, возможно, безумный бег жизни, больше думать о своём здоровье, быть чутким и внимательным к себе. В конце концов, есть терапия (я рассказала ей о терапии), есть врачи, юристы, есть сеть людей, живущих с ВИЧ, есть организации, помогающие людям, живущим с ВИЧ. Есть Лисицкая Ирина, БФ «Юнитус», те, кто это уже прошёл и может помочь конкретным своим примегазета «Мама и малыш», г. Николаев. ром. Ведь если у тебя ВИЧ, ты все равно не одна, запомни, – ты не одна в этом мире. И вообще, поверь в свои силы (как когда-то ты сама учила меня), думай позитивно, ты же знаешь, как это важно. Улыбайся, как прежде и смейся, ведь солнце светит так же ярко и земля не перестала вращаться. Делай всё от тебя возможное, а в остальном доверься Богу, Существованию, Вселенной, Космосу – ты же это знаешь, моя подруга.

Так уж повелось

фото: Ялына

, что я работаю социальным работником в местной благотворительной организации. Подставляю своё хрупкое женское плечо людям, попавшим в сложные жизненные ситуации. Так было и в этот раз. Зашла в комьюнити-центр девчушка лет 20-ти. Немного растеряна, с «потухшими» глазами и всем своим видом взывающая о помощи. Робея, села на диванчик и сквозь слёзы сказала: – У меня ВИЧ… Меня из СПИД-центра прислали к вам, сказали, что вы поможете мне… Хотя, – предвзято осмотрев меня с ног до головы, – чем вы можете мне помочь? – Смотря, что ты от меня ждёшь. Какая помощь тебе нужна? – Не знаю… Как вы можете помочь? Весь мир рухнул… Земля ушла из-под ног… как быть – не знаю. Зачем жить дальше… и как? Зачем пускать на свет то невинное существо, которое бьётся у меня под сердцем, обрекая его на муки, болезни и смерть? Ключевская Ольга, ГО «Наше Майбутнє», г. Кривой Рог. – Ну, подожди, зачем так мрачно прогнозировать свою жизнь? Не отчаивайся! Остановись и посмотри на ситуацию с другой, позитивной стороны. ВИЧ – не приговор! Жизнь продолжается! Ты в будущем – молодая, счастливая мама! Скоро родится твой малыш и ему нужна твоя улыбка и любовь. Выше нос! А по поводу того, чем я могу тебе помочь и понимаю ли я тебя, я отвечу: сполна понимаю, ведь в тебе я увидела себя… 12 лет я живу с ВИЧ… Узнала о своём ВИЧ-положительном статусе за месяц до родов. Первый вопрос: «За что, почему я, такая воспитанная и правильная!? Ведь СПИДом болеют наркоманы, геи и проститутки, но я же не являюсь представителем ни одной из вышеперечисленных групп». Со школьной программы я четко знала пути передачи: через кровь, половой, от матери к ребенку во время беременности и родов, через грудное молоко. «От матери к ребенку…» – основательно засело у меня в голове. Да, я вляпалась в «это» от большой любви, полюбив наркомана, но мой


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

НОВАЖ

7

малыш, как быть с ним? Жить не хотелось. Кровь пульсировала в мозгах и в голове была лишь одна мысль: «Рожу и повешусь… Не хочу жить. Как смотреть людям в глаза, как улыбаться сквозь слёзы и врать, как?». В полузабытье и полубессознательном состоянии, наедине с проблемой, прожила месяц. Мне подтвердили ВИЧ-положительный статус… Вскоре родился мой малыш. Мой сын. Я посмотрела на него, в его невинные глазёнки и ещё в родзале приняла решение жить, бороться и жить. Прокрутив все эти события в своей памяти, защемило где-то там, в области сердца и слёзы навернулись на глаза. Моя собеседница оторопела: – Так у вас ВИЧ? Но вы же… вы же… – Что, до сих пор живая – вы хотите сказать? Да, живая, мало того, мой мальчик здоров, ему сейчас 11 лет и именно он заставил меня подняться с колен, встряхнуться и жить. Утерев слёзы, я посмотрела на ситуацию другими глазами. И поняла, что я такой же человек, как и все, вокруг меня продолжается жизнь. Я начала с непонятным для окружающих безумством радоваться каждому дню, каждому солнечному лучику, я заметила, какие красивые и разные снежинки, ложащиеся на мою ладонь, как по весне пахнет земля после оттепели, как поют птицы и истомно квакают лягушки в речке через дорогу, всё прекрасно вокруг, всё живет и я в этом мире не просто гость – я его часть! Пусть это нелепо и не укладывается в голове, но, на-

верное, нужно было мне заболеть ВИЧ-инфекцией. Да, да, ведь с приходом этого вируса в мою судьбу, я переоценила всю свою жизнь и увидела, что возле меня сотни, тысячи таких людей, как я, и я, сильная духом, могу быть примером для тех, чья жизнь, как кажется сразу после получения положительного диагноза, кончена и бессмысленна. Я могу протянуть руку помощи и помочь человеку встать с колен, поднять выше голову и жить! И нет ничего трогательней, чем слова благодарности и жизнерадостный блеск в глазах людей, которым приходиться жить с ВИЧ. Слава Богу и тем светлым головам, которые придумали АРВ-терапию, которая не смотря на свои недостатки и побочные эффекты, все же улучшает здоровье и продлевает жизнь. Будем надеяться, что всё же суперумные головы придумают и что-то поэффективней АРВ-терапии и мы доживём до этих памятных времён, когда ВИЧинфекция будет побеждена. А пока наша задача верить и ждать. А еще убедить общество, что бороться надо не с нами, ВИЧ-позитивными людьми, а с проблемой. И, может быть, каждый из ЛЖВ сыграет свою позитивную, большую роль в спектакле под названием «Жизнь с ВИЧ». «Я снова наворотила умняка», – подумала я, но девчушка уже не выглядела беспомощным, загнанным от безысходности в угол существом. – Спасибо, – сказала она. – Теперь я точно знаю, что буду делать дальше. И, самое главное, я буду жить!

Продолжение следует

фото: Ялына

Это должно было когда-то случится. Да, я «выиграл» эту лотерею. Оскал иронии просто подавляет – положительный результат в виде жирного жизненного минуса. Итак, я ВИЧ-положительный. К двум исконным сакраментальным вопросам «кто виноват?» и «что делать?» неизбежно добавился третий – «что будет дальше?». С первым вопросом всё просто – виноватого в нашей тусовке вычислить невозможно, мы звенья одной цепи с переменными номерами. Та цепь сковала наш бесшабашный пофигизм в команду заклятых друзей. Все ранние отношения и чувства отошли на второй план. Теперь вольно и невольно смотрим друг на друга с одним чувством – с надеждой, воистину, dum spiro spero… Не знал классик, что это к СПИДу когда-то отнесется… Так, логически крепнет второй вопрос – что делать? Что ж, узнаем у кого были только понты фуфловые помажорить, а у кого крутизна схвачена в натуре. Чей папик поближе к авангарду медицины, чья маман в юности нравилась будущему медицинскому светилу, какие у вас еще варианты? О, хорошие новости на мрачном фоне! Пока мы резвились, таща Виталий Нагибин, Вестник «Федерации все радости от юности, врачи работали, двигали науку! Держава «Клубный дом», г. Полтава. опекать таких, как мы, сподобилась и бабки отстегивает! И жить, оказывается, можно, и не так уж всё мрачно, профессора говорят. В газетах пишут: Нобелевский лауреат вот-вот за победу над ВИЧ созреет… Да, серьезнее придется стать, хоть и не сразу получится. Трудно-то сразу перья пригладить, хвост сложить и прыть свою подкосить всю сразу.


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

НОВАЖ

8

Вот и бабушки соседские перемену заметили, помолчали сперва недоуменно и недоверчиво, а теперь мне от всей души пятерки по поведению и в пример меня своим оболтусам ставят. Смотри, мол, как быстро резвая дурь наигралась да и вылетела вся, теперь человеком будет… Эх, только бы причину того, как я стал человеком они не

узнали. Ну, делать нечего, будем привычки менять и жить дальше, врачей уважать и слушаться. И за будущего лауреата Нобелевской премии молиться. А там и узнаем, что дальше будет. Ведь продолжение, по любому, следует.

Знание ВИЧ

фото: Ялына

Знания часто могут граничить с эмоциями. Я, например, знаю одного человека. И знание, оно же знакомство с ним, – это плюс. А у этого человека, в свою очередь, тоже есть знание. Но негативное, со знаком минус. Хотя, если вдуматься, плюс в знании тоже присутствует – он есть в ВИЧ-статусе этого человека. Но человек-то этот, он не только хороший, но и неглупый весьма. Узнав о статусе, не пошел по следам Пруста, закрывшись в четырех пробковых стенах, не пошел место на кладбище присматривать. Присматриваться тоже не стал – присматриваться к людям, с мыслями: «И живут же, гады. Здоровые. А сами ведь гроша ломаного не стоят. А живут…». Но не стал этот человек из себя генератор ненависти делать – желчь травить на все четыре, да подальше, да погуще… А чего же тогда он стал делать, спросите? А ничего. Хотя потом стали замечать – живет осторожно, как зимой по льду реки ходит. Но живет. И лед под ним не проваливается. Ведь ждут же, говорит, лекарства этого, против СПИДа. А оното рядом. Знание лечит. Знание бережет. Знание путей передачи ВИЧ, знание здорового образа жизни, знание об АРВ-терапии. Знание Никита Воловод, газета «Белая Альтанка», ПОБФ статистики. Сколько прожил один ВИЧ-позитивный, другой, тре- «Общественное здоровье», г. Полтава. тий… Некоторые и без статуса столько не протягивали. Вот и знал этот человек все это. Хотя, ручаться не могу – может и не все. Может, что и подчитал, что-то врачи подсказали. Или такие же, как он, – в комьюнити-центрах и на группах самопомощи. Вот такого человека я знаю. А еще он говорит, что у него теперь два дня рождения – второй жизнью, говорит, живет. Подарков, наверное, хочет.

фото: Ялына

ВИЧ – не приговор, а всего лишь диагноз

Дрозд Татьяна, СГОО «Наша допомога», г. Славянск.

Ну вот, а я ведь никогда не думала, что это может произойти именно со мной. Утешая других, попавших в эту проблему, всегда рисовала им радужные картины, о том, что это не конец, что медицина идет вперед, что с этим живут много лет и т.д. А теперь кто скажет мне эти фразы, кто поддержит, да и кому можно в этом признаться? Начинаю себя успокаивать, потом утешать, потом прокручивать в сознании, что это ведь не конец, ведь с этим живут, и в итоге на ум приходит самая оптимистичная история, которую я видела, работая в этой сфере. Одна женщина, имея статус уже многие годы, выйдя из употребления и выйдя замуж, родила ребенка. Казалось, что жизнь наладилась, но вдруг сразу после родов поднялась температура. Казалось, всё безобидно, но сбить температуру было невозможно и через неделю безуспеш-


Біла Альтанка

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

НОВАЖ

ных попыток, родные обратились к врачу. И понеслось: больницы, диагнозы, специалисты, консультанты, профессора. А самочувствие не улучшалось. И вот все окончилось: отдельная палата, никаких консилиумов, редкое посещение медсестер, и то лишь для того, чтобы узнать, жива ли. А дома муж и новорожденный сын. О ней плакали, о ней молились. Ей назначили лечение, но без надежды, скорее для галочки. Все ожидали её смерти, но, зайдя очередной раз в палату, дежурная медсестра вместо ожидаемого трупа увидела пациентку в сознании, которая, к тому же, что-то еще и попросила. Это был нонсенс в то время – это был конец 90-х, – на неё приходили посмотреть даже врачи СПИД-центра. О том, как сложилась её жизнь дальше я не знала, а встретилась я с ней, когда она уже была на

9

АРВ-терапии и ждала своего 4-го ребенка, принимая терапию уже 7 лет, да еще и в свои 42 года! Более цветущей и жизнерадостной женщины я в жизни не видела. В разговоре с ней я сказала, что преклоняюсь пред её решительностью, ведь в свои 33 года, без статуса я и то не задумывалась о втором ребенке, а тут в 42, на что она ответила: «Что я? Вот Сара (Библейский персонаж – прим. автора) в 90 родила, вот это да!». Поэтому в любой кризисный момент своей жизни я вспоминаю именно её. И сейчас вспомнилась именно она. Значит, будем жить, рожать детей. И еще раз не боюсь повториться: ВИЧ – не приговор, а всего лишь диагноз. Жизнь продолжается и нужно ею наслаждаться.

Мой друг

фото: Ялына

Это правда – никто ни от чего не застрахован, но жизнь продолжается и это факт. Узнав, что мой друг получил статус ВИЧ+ я натолкнулась на холодную железобетонную стену, которую он сразу возвел вокруг себя. К счастью, просуществовала она недолго – просто как временный ступор в результате шока. Будучи человеком грамотным и осведомленным, он прекрасно осознавал – да, он теперь должен жить с вирусом в себе. Он обязательно обратится за помощью к врачу, пройдёт дополнительное обследование и если все подтвердится, он знает – антиретровирусная терапия может помочь. Как и любовь, и дружба, и забота о ближних, с которыми он не перестанет общаться, но они будут защищены. «Плюс – это всё-таки позитив, — сказал он мне с явно не потухшим взглядом, — не я первый и я не одинок». Мы долго с ним общались. Настолько долго, что грань стерлась – кто есть кто. Стена просто испарилась и понятно, это не тот случай, когда «лучше позже, чем никогда». Эта жизнь у нас одна и ее надо ценить, что бы в ней не Лилия Некрасова, журналист газеты «Вісник», г. Лубны. происходило. И принимать повороты событий достойно. С каждым может произойти все что угодно. Всё – в наших руках. Зная о том, что абсолютно ничего не происходит случайно, мой друг объяснил, что главное – проанализировать ситуацию и отставить грабли в сторону. Жизнь – это поле, где-то перепаханное, а где-то нетронутое. И в каждом есть силы осваивать его дальше! Просто в его случае теперь надо взять в руки дополнительный инструмент – режим и дисциплину. И он уверен – жизнь бесконечна и многогранна. Да, мы все разные. Но одновременно и одно целое. Если я отвернусь от кого-то только потому, что он болен, мне будет чего-то не хватать. Потому что я научусь отворачиваться, а, значит, ограничу себя и уже не смогу познавать и понимать мир во всех его проявлениях. Иногда для того, чтобы полюбить жизнь, необходимо оказаться на самой ее грани. И я знаю, что мой друг любит жизнь и ему хотелось бы, чтобы ее любило все человечество.


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

НОВАЖ

10

ВИЧ – это как новая точка отсчёта, когда нужно дать честный ответ на вопрос «Кто ты?» (Реп-репортаж)

Я шел домой и думал: ВИЧ/СПИД… А кто о нём вообще говорит? Кругом реклама каких-то партий, пылесосов, супермаркетов, полно попрошаек в газетах и по телевизору какие-то экономические кризисы для домохозяек А тут – бац! – и у кого-то ВИЧ и нужно самому себе как-то дать установку «не хнычь!».

фото: Ялына

Я встретил друга, которого давно не видел, но с которым вместе когда-то торчал, не думая о СПИДе. Он был печален, потому что недавно узнал, что у него ВИЧ. Посидели, покурили… Он говорит: «Я теперь позитивный, son of bitch». Я чувствовал, что человек ждёт поддержки, что он потерялся, одинок. Сказать ничего толкового я ему так и не смог. Единственное, что – мы обменялись мылом и номерами аськи и мобилы

Анатолий Волик, газета «Белая Альтанка», ПОБФ «Общественное здоровье», г. Полтава.

Информационная эпоха. Технологии. Интернет. Начал гуглить этот ВИЧ/СПИД, смотрю, вот и кореш мой позитивный в аське сидит. Читаю: «ВИЧ-инфекция поражает иммунитет», «хроническое течение на протяжении многих лет»… Так, почитаем, что пишут врачи… Лет пять назад я слышал, что ВИЧ неизлечим. Удивился, когда нашел статью про терапию, прочитал внимательно, другу её скинул. Пишу: «Слушай, а ВИЧ этот, кажется, лечится», а сам гуглю дальше, оказывается, это проблема всего человечества. И попадаю на форум людей, живущих с ВИЧ, зависаю на нём, а когда вылезаю, друг в аське ещё светится, ссылку ему бросаю и пишу в аську (не знаю, может и несу околесицу): «Ты не один. Начнём с этого. Эта проблема задела многих людей. Вот. Им не позавидуешь, но я прочитал этот форум и сделал такой вывод: позитивный диагноз жизнь многих изменил к лучшему – заставил задуматься о смысле, о прошлом, о будущем. ВИЧ – это как новая точка отсчёта, когда нужно дать честный ответ на вопрос «Кто ты?». Я не хочу употреблять слово «расплата», у каждого своя судьба и глупо искать виноватых. Шанс выжить есть – есть специальная терапия, которая, как я понял, позволяет людям жить с ВИЧ так же, как живут остальные. Главное, не оставаться наедине с этой проблемой, открываться и объединяться с людьми, которые в этой теме. Они нашли смысл жизни в том, что помогают друг другу, а тем, кто рискует заразиться, они бросают спасательный круг. Они живут с ВИЧ, но – парадокс! – полноценнее и лучше, чем до этого без ВИЧ жили, когда просто тупо торчали, эгоистично, бессмысленно кутили. Так что, друг, держись, эту беду можно и нужно превратить в победу. И вот ещё цитату нашёл (все бы так говорили), Джон Хай сказал: «Да здравствует вера в наш способ заботы об этом мире…»


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

НОВАЖ

11

Декорації

фото: Волик

Вечір. Що я роблю зазвичай після шостої? Я йду гуляти містом. Дивлюся своє кіно, десь за кадром звучить якась, наприклад, Марі Ляфоре і вітрини, ліхтарі, обличчя і деталі міської архітектури мелькають зі швидкістю зміни планів у фільмах Гая Річі чи Тарантіно. Люди в цих моїх фільмах виглядають як герої вічного серіалу. Наприклад, вчора на Фонтані клеївся один, все «за жизнь» розказував. Анекдоти травив, історії про друзів, все таке. А тоді так раптом тихо і просто каже: «А еще ВИЧ у меня. 2 года уже. Но ты не бойся, это кажется, что мы все конченные, наркоманы там, шпана всякая. А у меня и медаль со школы, и диплом красный». Що я тоді знала про ВІЛ/СНІД? А те, що мені про нього друзі розказували, мовляв, шо таким людям можна уже і з дому не виходити, шо дітей не народиш, шо жити максимум 3 роки, шо краще від «таких» триматись подалі. Так а шо, кажу, – ти тут робиш? Ти ж… ну… А далі і заклинило мене. Макс (звали того чувака Максом) зрозумів і, здається, відчув необхідність мене «просвітити». Так я і дізналась, що ВІЛ і СНІД – не одне й те саме, що ВІЛ-позитивним людям можна народжувати дітей і що та купа вигадок, якими мене годувало суспільство до того – просто брєд. Макс мені тоді ще сказав, що, знайомлячись, завжди зразу свій статус позитивний говорить. Це позбавляє зайвих емоцій – страху, розчаруванЯлина, газета «Біла Альтанка», ня, стресу. Клац – і зразу ясно, хто з тобою познайомився, а хто з твоїм ПОБФ «Громадське здоров’я», м. Полтава. статусом. І ніколи я не питала в нього, як він заразився. Чи мало вже на той момент це яке-небудь значення? Ні. Через півроку Макс, до речі, оженився. Не на мені. Моє кіно про життя часто має, як каже моя мама «лихозакрученный сюжет». Тільки в моїй стрічці не відмотаєш події назад, не виріжеш найгірший епізод. Все – насправді. Вже й не пам’ятаю, хто сказав, що люди часто лишаються самотніми, тому що будують стіни замість мостів. От і живемо в цих стінах на різних берегах своїх знімальних майданчиків. А в яких декораціях знімаєш своє кіно ти?

Сколько людей – столько и мнений

фото: Ялына

Однажды ко мне на консультацию пришел человек, употребляющий наркотики. Назвался Ильёй. Мы поговорили минут двадцать. Я уговорил его на тест – на экспресс-тест на ВИЧ, я этим занимаюсь уже четыре года в нашем городе. Уколол ему палец, взял пробу и через 15 минут показало 2 полоски. Кто хоть раз видел такие тесты, или хотя бы тесты на беременность, поймёт меня сразу. А он как-то спокойно это воспринял, говорит: «Я шесть лет колюсь, и такой байдой вмазывался, что уже и не вспомню название! Нужно еще чтото от меня? Ну, я тогда пошёл». И ушел. После этого визита остался странный осадок, я вышел из машины, где проводил тест, закурил и понял, что мы не поговорили с ним о том, что ему делать дальше. Послетестовая консультация нужна, как бы он не отреагировал на результат. Даже когда ко мне приходят люди со статусом, и по каким-то причинам не говоря этого, проходят тест, нам всегда есть о чем поговорить. А тут – ляп. Александр «Грей» Опанасенко, газета «Белая АльЯ зашел за угол дома, минуты две прошло, думаю: «Догоню, угощу танка», ПОБФ «Общественное здоровье», г. Полтава. сигаретой, поговорим хоть минут пять». Ведь в любом случае ему нужно будет свыкнуться с этим, так или иначе, может со временем сходит в СПИД-центр, на учёт станет, это никогда не будет лишним. Да и если девушка или жена есть, то тяжело конечно, уговорить, но им тоже провериться нужно


Біла Альтанка

НОВАЖ

будет. Пусть приведет, я поговорю, если сам не сможет объяснить. И вообще нужно будет его запомнить, вроде нормальный парень с виду, хоть и пытается выглядеть «конченным», но для него еще не все потерянно. Сколько людям не объясняй, что ВИЧ – это не приговор и намного лучше, чем рак в 4-й стадии, но все же проходит много времени, пока человек с этим научится жить. Под конец сигареты от таких размышлений стало до того обидно за этот блядский мир: каких людей мы порой теряем и от чего. По причинам таким иногда глупым. Вспомнились почему-то Фредди Меркьюри и Дима Бурлака, про которого Волик недавно рассказывал. Вот вроде и ВИЧа у него не было, но и понимания в этом мире от окружающих тоже не было. Результат – самоубийство. А спасти его мог бы обычный разговор.

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

12

Все в нашей природе не случайно… И как самого порой тянет пройтись по списку семи смертных грехов, ну, тех, что в каноне, а не на скрижалях. А ведь если подумать, не так много правил нужно соблюдать, чтобы жить как в идиллиях писателей-фантастов, того же Ефремова, например. Соблюдай умеренность, относись к людям так, как бы хотелось, чтобы они относились к тебе, работай по силам и бери по необходимости, люби и цени то, что тебя окружает. Снова потянулся за сигаретой… — Саша, тут клиент к тебе! Из фантазий меня вырвал голос Маши, нашего соцработника, с которой вместе стояли на точке. Вот задумался, завтыкал, аж забыл, что я на работе. А с Ильёй я всё же еще поговорю.

Cлоненя на ім’я Джеффрі

фото: Ялына

Джеффрі прийшов до мене о пів на третю і довго мовчав. Безперервно палив духмяний «Сhesterfield» і дивився на підлогу. Таке з ним траплялося і раніше, але тієї ночі мовчання дещо затягнулося. – Друже, що трапилося? – запитав я. Він мовчав-мовчав-мовчав, потім ледь чутно відповів: – Я вмер, тож не звертай на мене уваги. Джеффрі вмирав регулярно, майже кожного вікенду. Але цього разу він насправді здавався неживим. Кілька хвилин я уважно, з прискіпливістю одноокого Коломбо, роздивлявся його. Науковим поглядом вивчав кожну його клітину. Впевнений, я міг би захистити дисертацію за темою: «Анатомічна структура Джеффрі Льюїса» та ще й отримати за неї кілька захоплених ляпасів від самого Нобеля. Я все ще не був впевнений в існуванні мого товариша, тож вий- Дмитро Колосов, Благодійна асоціація «Світло надії», м. Полтава. шов із кімнати, аби через деякий час знову до неї повернутися. Джеффрі так само сидів на розмальованій в червоно-чорне кушетці і так само дивився на підлогу. Напевно він там бачив кольорові сни Арізони, не знаю. Я вирішив припинити це безглуздя і, підійшовши до свого давнього друга, посмикав його за вухо. Воно горіло немов інквізиційний вогонь. – Та ні, друже, ти наче живий, – констатував я незаперечний факт. Джеффрі підняв з глибинних низин свої прозорі озера Небраски, сповнені відчаю тисячолітньої армії токійських самураїв, подивився крізь мене і на невідомому діалекті східних аварів промовив: – Мен, я маю ВІЛ. Птахи за вікном співали доісторичний шлягер Джиммі Хендрікса. Здається, «Up from the skies». – Ну то й що? – сідаючи йому на коліна, запитав я. Він знову підняв догори свої озера, які одночасно вийшли з берегів. – Ти що, не розумієш? Я хворий на смертельну хворобу. Сьогодні я дізнався про це. Тепер я живий мрець. Я провів своєю крижаною долонею по його палаючому волоссю. Птахи пританцьовували на підвіконні, з цікавістю заглядаючи до нашого вікна. – Джеффрі, пішли в зоопарк, – пірнаючи в його безмежні озера, прошепотів я. – Сьогодні слониха народила трьох 200-фунтових слоненят. Вони такі чудні. Годинник дзвінким даб-степом повідомив нам про те, що ранкові автобуси розпочали свій марафон. Джеффрі взяв мене за руку і обійняв. Я подумав, що одного з новонароджених обов’язково назву на його честь.


Біла Альтанка

НОВАЖ

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

13

Вдох жизни

фото: Ялына

Был его день рождения, веселье приближалось к финишу, гости все расходились, были довольные и уставшие – праздник удался. В квартире беспорядок (в голове сразу появились картинки Хиросимы и Нагасаки). Хотелось сбежать от необходимой уборки и побыть вдвоем. Наконец-то вдвоем. Мы вышли на балкон. Лето, ночная свежесть и яркие звезды. Тогда я впервые услышала, что он любит меня и что он ВИЧ-позитивный. В голове разорвалось тысячи бомб (вот тебе и Хиросима с Нагасаки).Темно и страшно. Я не помню, что я говорила и как плакала. Но он обнял меня спокойно и уверенно, и начал говорить, что ВИЧ – это не СПИД, что с ВИЧ можно жить долго и счастливо, если принимать терапию, что жить с ВИЧ-позитивным человеком – не более опасно, чем с больным сахарным диабетом, так как пути передачи четко определены. Мы все еще стояли на балконе, мы и звезды, которые совсем недавно обрушились и только сейчас начали постепенно заполнять пустые отверстия дырявого неба, становясь обратно на свои места, но еще как-то зыбко. Ему было очень тяжело, но он справился, справился сам, он верил в Ольга Белоус, газета «Плюс-Минус», ВОГК свое будущее, в меня, в нас! И меня научил верить, ведь когда любишь «Сталість», г. Винница. – веришь! Сейчас он принимает АРВ – терапию, занимается спортом, исключил из своей жизни все, что может ей помешать: алкоголь, сигареты, наркотики, а самое главное – он самый позитивный человек в мире, ведь он мыслит позитивно! И иногда хочется, чтобы его мысли, как энергия, которая никуда не пропадает, разошлась на всех и каждого, чтобы все мы перестали ныть, злиться, обижаться, губить себя и других мыслями и действиями, начали ценить свою жизнь, ведь она так прекрасна и коротка. Я — рядом с позитивным человеком, смотрю на него, на себя, смотрю на мир, живу с миром в мире, а он мной, и не могу надышаться жизнью! Ценен каждый вдох! P.S. Надо купить торт, завтра его день рождения!

Нові журналісти. Зліва направо: співробітники видань «Вісник» (м. Лубни), «Здоровый город» (м. Слов’янськ), «Клубный дом» (м. Полтава), «Мама и малыш» (м. Миколаїв), «Плюс Мінус» (м. Вінниця), «Біла Альтанка» (м. Полтава). Фото: Ялина


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

СТИХИ И СТИХИИ

14

8 сентября Диме исполнилось бы 37 лет, но он решил так далеко не заходить в своей прогулке по жизни. Хотя, если бы не наркотики и нейролептики, которыми его «гуманно» лечили от наркотиков, то, может быть, ему бы захотелось гулять и дальше. И сегодня он был бы с нами и продолжал дарить нам свои стихи. Но, увы… Все-таки мы, люди, еще не научились обращаться с теми, кто не от мира сего. Чуть что не так, лечить пытаемся. Таблетки у нас сразу находятся. А Диму надо было просто понять. Теперь – поздно. Остались только стихи. И воспоминания.

Дмитрий Бурлака (1973–2003) г. Полтава

Я почитаю вам стихи, Вы чаем с медом угостите, Не напрягайтесь и живите. Не надо плакать от тоски… За напряжение простите, Я ваш браток, а не тиски. Я в доску свой, снимай свой китель, Свою корону и носки. 1997

Играя в прятки с головой, Ты смерти наступал на пятки. Гуляет ветер. Боже мой, Как сладки редкие припадки, Когда ты знаешь, что - любовь, Когда отгаданы загадки, Когда ты каждый и любой, Однажды виденный тобой Во временном (ином?) порядке... Поди теперь тебя найди, Найди себя, меня, кого-то Ты Один или ты один? Пусти-ка в гости за ворота В дворец где ты и только ты, В покои света, простоты, В центр управления полётом... А что потом? Наверно что-то... 1997

Птицы и кошки делят селение В солнечных улочках гам и возня Слизкий окурок полетел из строения сквозь форточку. К воробьям. Солнечный полдник. Кефир и печенье. Бабочка-лезвие. Чёткость границ. Блестки-пылинки на угощение мимо мелькающих спиц Ленивое эхо шуршащей покрышки. Куда-то за Ворсклу, наверное, да? И пробегают мальчишки, ласточки на проводах Блеск. И я с жестянкою, как у цыганки зуб золотой, Сытый иду за приманкою – серым кузнечиком на луг заливной 1997


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

СТИХИ И СТИХИИ

15

Дима и Наташа. Рисунок шариковой ручкой из блокнота Димы Бурлаки. 1997 г.

Три дня. Три сна. Три поцелуя. Ты одинок и без руля. Холодной водкой ноября ты поминал уют июля? А ты когда-то целовал, ты подставлял под звёзды спину, любил, как будто воровал из рая сладкую малину. 1996 Опять зароюсь в кубик стен. Как головой лечу о конус, и то ли пакля, то ли волос на сердце. Огненных поэм уж не диктует чей-то голос. Вода замёрзла между рам. Пустое утро. Дым. Рукам не прикоснуться, не вести... А я хочу по облакам, ведь я люблю тебя. Прости. 1996

Кто видит розу сил у поворотов и стоянок кому понятен смысл небесных чертежей. А тут опять сентябрь. Краснеют щёки яблок С вином попавший в лифт, застрял меж этажей. 1998

Морозное небо. Дрожащие звёзды. Втянув кулаки в рукава, Мимо Лицея. Через Берёзовый. Дома – часа через два. Сказано – сделано. Медленно... Медленно... Банку ногою в кусты. Сказочно. Радостно. Молодо. Зелено. Странно, что это ты Топнул ногою – Звёзды посыпались. Сунул за пазуху – сердце прожёг. Маленький мой, Лучше не рыпаться, Чтоб не обиделся Бог 1997


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

СТИХИ И СТИХИИ

лукавых дней невольник залатанный цветом маков серебренный треугольник тянул на себя и плакал полтава в тебе утонет с улиц прогнав зевак догонит и сердце тронет вот и нагонишь всякого 1996 Игрушка хороша Примочка доскональна Танцующей душе Идти свои путя Смотреть свои глаза Отыскивать реальных В банальной суете Фонариком светя Гуляя в темноте Вносить уют домашний И чая аромат В печали тихий пев На парапет присев Смотреть на настоящих Включить на автомат Семян желаний сев Смеятся от любви И радостною змейкой Впадать ручьём в квартал В осенний диссонанс Из рук кормить зверей Поить цветы из лейки Серебряный металл Зеркал и наших глаз Подарит лёгкий джаз Из золотой жалейки Из нас И наших слов воздушный шар… И крохотный пожар Зарядит батарейку И шарик уплывёт В покой Любовь Астрал 1997

16

Сон лета растолкал норд-ветер своенравный Над городом разбился жёлтый листолёт, Вот-вот и будет лёд, вода и мост на равных... Божественный оскал движения вперёд – Троллейбус громыхал по улице заглавной Кого-то увозя по выбранным местам, И облаком над ним я вспоминал о славной и милой запятой в сознании тебя... Любил, смотрел, рыдал – всё было как в романе для бабушек, и мам, и нянек молодых. Я этот странный стих оставлю в жёлтой раме, чтобы потом забыть в диване дней моих. 1996

магнитофон. кассета. кнопка play чай и халва. три хапки. боб марлей. седьмое января. христовы именины. звучит непобедимое: "налей!" вневременно. блаженно и едино. 2000-ый уже. давай живей. 2000

Вот Кот. Рисунок шариковой ручкой из блокнота Димы Бурлаки. 1997 г.

меня за уздечку водит луна с песней кузнечика с песней слона на чёрную речку острой травой сорное семечко кровью умой вытяни розу из вен насовсем выгляни Боже всем, кто не нем дай направление дай маячок в рай не лечение на месяцок 1996


Біла Альтанка

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

РЕМИССИОНЕРЫ

17

……Ремиссионеры………… От Альтанки: Был у Дмитрия Гайдука и Алексея Рафиева такой проект в 2002 году. Покойный Глеб Олисов (Дис) в нем тоже участвовал. Проект реализовался в виде книги, вышедшей очень маленьким тиражом – всего 3000 экземпляров. Книга «Ремиссионеры», выражаясь словами Гайдука, представляла собой «собрание «лишних» фактов и нестандартных мнений» о запрещенных веществах из уст людей, которые начали мыслить трезво. Впрочем, предоставим слово составителям, а на себя возьмем инициативу продублировать кое-что из «Ремиссионеров»: «…Эта книга – не совсем обычное собрание сочинений. По сути, каждый пишущий, хочет он того или нет, делится с читателем своим индивидуальным опытом. Наркотики, в данном случае, не более чем антураж, мрачноватый фон, на котором проступают судьбы шестнадцати авторов предложенных текстов и двух художников. Изначально к нам в руки пришло несколько сотен произведений от очень-очень многих людей. И каждый конкретный случай заслуживал внимания уже одним только фактом своего существования. Совокупность индивидуальных жизненных опытов всех авторов, наше коллективное бессознательное – вот что такое эта книга. Но главное – «Ремиссионеры» - пронзительный пример того, как человек может кардинально изменить свою жизнь. Увлекаясь чернухой окружающей нас действительности, мы, зачастую, не хотим видеть обратную ее сторону. Наркотики появились не сегодня, они были всегда. Но не стоит забывать и о том, что всегда были люди, способные от них отказаться» Алексей Рафиев В гостях у «Белой Альтанки» два «ремиссионера» – Максим Дубински и Сергей Соколовский.

Максим Дубински Радость бытия Всё когда-то было в первый раз. И ты не уникален, как бы тебе ни хотелось в это верить. От этого никуда не денешься. Наверняка, в какой-то определённый момент своей жизни кто-то пришёл к точно таким же выводам, что и ты, и сделал то же самое. Ну, почти... Детали. Затем что-то продолжаешь делать, что-то – нет. Дело вкуса. В то чудное лето и внезапно нарисовавшуюся следом за ним осень делом вкуса стало спать днём, пить в огромных количествах чай, забыв о том, что вообщето и пиво есть, а по вечерам обзванивать и навещать знакомых и не очень дилеров. Ну, и клубиться, естественно... В какой-то момент я внезапно понял, что принадлежность к одной из самых идиотских и бессмысленных субкультур – вопрос решённый. Всегда будут друзья, веселье никогда не закончится, и вообще, это вечно: транс, таблетка и колонка. Сбрасывая оковы Мартенсов, Вэнсов и Катов, мы будем бегать за минералкой, забывая вернуться на рэйвище. Съев «не те» Е's*, мы посмотрим друг на друга у входа в «Тоннель» и на подвернувшемся военном УАЗике поедем домой. После вечерины мы решим искупаться и, не обращая внимания на надписи на дорожных щитах,

придём в себя на финской границе. После четырёх дней непрерывного веселья в ответ на просьбу выручить жетоном я отвечу «Ненавижу «Трансформатор!» Мы подмешаем грифель в йогурт человеку, едущему с вечерины на работу и будем самым тщательным образом его инструктировать, когда он позвонит с полдороги. Меня будут часто принимать за дилера, и в конце концов я ненадолго это дело попробую. Нас поймают на грибном поле бандиты, но мы успеем всё съесть и непонятно как отмазаться, а потом курить, залезая по очереди на столб. Я не смогу спать, но и не буду в состоянии подняться с постели... У меня будут жуткие галлюцинации после отходняков с первой Е*... За немыслимо огромной чередой поступков ничего нет. Шелуха всё это, ботва. Однажды из зеркала на тебя посмотрит чужой человек. Кора слезает, сердцевина сгнила. Её просто нет больше. Только Пустота в твоих глазах. Пустота, которую ты пытаешься заполнить дымом, засыпать порошками и таблетками, пытаешься сдержать грифелями, укрепляешь иглами, заклеиваешь марками... Тело как экзоскелет, как склад никому не нужных воспоминаний и надежд, которым никогда не суждено сбыться. Вещь в себе... Тебе придётся научиться носить всё это внутри. Выхода не будет... Попытайся рассказать о своих чувствах людям, которые не в курсе. Даже друзьям, *Экстази – примечание редактора.


Біла Альтанка

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

РЕМИССИОНЕРЫ

если они у тебя остались. Попытайся радоваться без естественных эндорфинов в организме. А их там уже пару-тройку лет не было... Отгадай слёта, как тебя назовут и что подумают. Плевать – их мало, нас больше. Ничего подобного. Просто смени круг общения и всё увидишь сам... Твои рассказы о расширении сознания вызовут недоуменные взгляды и ухмылки, описания экспериментов с опиатами – фразы «Ты что, с ума сошёл? Это же смерть!» Ну, да, и такое случается. Все там будем, в конце концов. Нет белого и чёрного. «Белого» и «чёрного». Всё относительно. Поэтому и таскаю свою Пустоту с собой. А как же эндорфины? А что мне эндорфины? Отрицательные эмоции

18

– тоже эмоции. Ничем не хуже остальных и точно так же имеют право на существование. Совершенно необязательно радоваться. Когда я вижу веселящихся из-за какой-то ерунды людей, мне хочется ударить их ботинком. В идеальном варианте – по лицу. В сдохшем ныне Птюch’е была как-то статья о психических отклонениях. Мол, есть такие депрессивные ребята, которых вообще ничего не радует, многие под них косят, но без особого успеха. Тогда они мне казались просто героями наших дней... Буквально недавно совсем вспомнил... Не знаю, грустить теперь по этому поводу или нет? Зато подделываться больше не надо. Чего и вам всем желаю.

Сергей Соколовский (род. в 1972 г.). Прозаик. Публиковался в альманахе «Окрестности». Повести «Мехлис», «Добро побеждает зло», «Утренние прогулки», серийная композиция «Фрагменты из Красной книги» и др. Издатель и соредактор журнала «Шестая колонна», руководитель издательства «Автохтон». Друг друзей «Белой Альтанки» :)

КИЕВ В 1991 ГОДУ Убивали негров в ЮАР, развлекались иными способами. А я приехал в Киев и остановился в Святошино у слабознакомых книготорговцев. В их холодильнике присутствовал чистый ян: пачка геркулеса, большая банка с "Хмели Сунели" и маленькая банка с нещелочёным винтом. В Киеве в то время было много русских бандитов. В Вильнюсе, кстати, в то время их тоже было немало. Не знаю, с чем это связано. В Киеве русские бандиты однажды зашли в кафемороженое, закрыли за собой дверь и забрали деньги у всех посетителей, а потом ушли. У меня они не забрали денег, потому что денег у меня не было. Книготорговцы из Святошино пили водку и воровали дорожные знаки. У них была большая коллекция. Если не считать воспоминаний лирического характера, то это всё.

ДЗЕН БЕЗ УЧИТЕЛЯ Джанк - это мусор. Не какой-нибудь там героин, как у Берроуза, а просто мусор. Я несколько лет имел дело с опиатами, но никогда не называл героин джанком. Мне и в голову это не приходило. Эйч, дерьмище, серый, чёрный - как угодно, но не джанк. Джанк - это просто мусор. Мусор, который лежит на улицах и в квартирах, мусор, который отправляют по почте. Он не имеет отношения к наркомании. Мусор, который всегда с тобой. Они говорят: вот, кислота развивает Сознание, а героин - это смерть. Как будто с помощью химии надеются обрести бессмертие, а смерть не имеет ника-

кого отношения к развивающемуся Сознанию. Рано или поздно они зальют своим Сознанием весь Космос и ещё пару Дешёвых Гостиниц в придачу.

ОНА ВЗЯЛА КОНТРОЛЬ Иногда я захожу к ним в гости. Беседую с её мужем. - Захожу сегодня в магазинчик на Арбатской - там какой-то мужик спрашивает у продавца «Нью Ордер». Тот не нашёл, предложил вместо «Нью Ордера» «Джой Дивижн»: говорит, те же музыканты в принципе. А мужик говорит: нет, мне нужен именно «Нью Ордер». Слушай, а почему она в ванной вмазывается? - В комнате дети спят. А на кухне мы с тобой сидим. Не знаю, по-моему, «Нью Ордер» вообще слушать нельзя. Я был влюблен в неё десять лет назад, когда она ещё не была замужем, не родила детей и не начала торчать. Теперь из ванной доносился её недовольный голос. - А ты сам-то как? - А я, в общем-то, в мышцу. Всё едино, впитывается. Налить ещё чаю? - Давай. Вмазать её может? - Да нет. Она не хочет, чтобы ты видел. - Да я, в общем-то, спокойно ко всему этому отношусь. - Ну не знаю. Не хочет. Марина вышла из ванной и вошла на кухню. Она сказала: - Здесь освещение лучше. - Поставить тебе? - из вежливости предложил я. - Да ладно. Я сама как-нибудь. И сразу после этих слов Марина взяла контроль.


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

СТИХИ И СТИХИИ

19

Д Е Т И Т У Ш ПИ Сюзі Сюзі, в тебе такі чудові крила, І небесні сині очі, І волосся, немов хвилі. Ти злітаєш в хмари ночі. Сюзі, в тебе ж все було так добре, Не бери наступну дозу… Порадій життю насправді, Побач сонце, побач грози! Вирвись із рук ката, Досить, люба, зволікати. Ти співала як богиня, Всіх могла причарувати, А тепер сидиш і плачеш. «Наркоти!» — почнеш волати. Чуєш стук? То серце просить: «Зупинися! Сюзі, досить!» В тебе дуже ніжні руки, Та чому вони тремтять, Ти береш останню дозу… Тужно ворони кричать. Сюзі, в тебе такі чудові крила, І небесні сині очі, І волосся, немов хвилі. Ти злетіла в хмари ночі.

Свитанок Наркотик и СПИД, как я вас ненавижу Откуда вы взялись на нашей земле Но мама тебя не отдам никому я Как я хочу быть все время с тобой! Хоть СПИД и не спит, не надо бояться, Ведь мы же все люди, есть статус иль нет. И пусть наши мамы бросают колоться, Ведь вы же для нас всех нужней на земле.

Аплікація: Волик Христина

Кондратьєва Марія м. Черкаси (вірш надійшов з Черкаського обласного відділення Всеукраїнської мережі людей, що живуть з ВІЛ)

Мама будь сильной, а я буду рядом, Выбрось наркотик из жизни своей. Я понимаю, что ВИЧ – это страшно, Но ты пойми, ведь это не конец. Вместе мы сила, хоть я и ребенок. Вместе прошли мы с тобой этот путь. Ни статус, ни кайф в жизни нам не помеха, И мы будем счастливы вместе с тобой. Родной мой «Свитанок», спасибо большое, Спасибо за маму, ведь спас ты меня. Если бы с мамой что-то случилось, Я б не жила без нее и пол дня.

Таня, дочь сотрудницы БО «Клуб «Світанок», г. Донецк


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

СТИХИ И СТИХИИ

20

У меня родители пьют хорошо хоть меня не бьют и когда родители пьют я просто гулять иду.

Воскрес

Cама гуляю ни с кем много пьяных встречаю. «Зачем вы пьете?» — хочу спросить, но боюсь, что они будут бить. Неужели и я буду пить, когда выросту? Смысл тогда жить? Неужели нам жизнь дана ради водки, пива, вина? Я смотрю вокруг – пьёт весь мир одиноко мне с миром таким одиноко мне в мире таком и не ждет меня мой пьяный дом.

Светлана, 13 лет г. Павлоград

Я воскрес и жизнь начал сначала, Как ручей начинает свой путь из канала, Я жизнь начал сначала и нет ей границ, Как нет преград и для вольных птиц, Как месяц из туч ночью выходит И свободно по всей планете ходит, Так и я начинаю жизнь узнавать И с чистого листа её начинать. Жизнь дана мне затем, Чтоб в ней я добро принес всем, Чтоб в памяти других остался навсегда, Преграды не были помехой для меня, Но если вдруг мешать мне что-то будет, Меня Бог точно не забудет, Ведь жизнь я крепко держу И я её не отпущу За неё я устрою войну, Но так просто я не умру. Ведь пройдя через Ада врата Я узнал, что такое жизнь для меня!

Ярмак Саша, 15 лет, г. Полтава (сын участницы программы Снижения Вреда)

Аплікація: Волик Христина


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

ПРОИСКИ ПРОЗЫ

21

Круассаны Поволжья – альманах творческого объединения «Фронт Кармического Освобождения» (Россия). Как гласит манифест объединения, «ФКО – это стая товарищей с вредными и очень вредными привычками. Все товарищи одарены талантами различной степени тяжести: кто-то рисует, кто-то пишет стихи и музыку, кто-то просто хорошый человек. У некоторых есть способности ацки отжыгать, и это тоже приветствуецца; кое у ково существует талант зарабатывать бабло и не быть при этом жадным эгоистомЪ; некоторые забавно поют и пляшут; кто-нибудь умеет дрессировать котов, и так далее. Боец Фронта Кармического Освобождения должен быть умным и остроумным, обязан заступацца за слабых и беззащитных, любить жывотных; особо просветлённым не возбраняецца любить даже людей» «Круассаны Поволожья» оформились в сборник текстов в 2008 году, т.е. сравнительно недавно. Идея испечь круассаны принадлежит Дису (RIP) и Анимаше. Авторы текстов в сборнике – Рипс Лаовай (командир и импираторЪ) и Анимаша (сестра Р. Лаовая, зам.командира, пулемётчица). Вопросы и заявки на вступление в ряды бойцов ФКО присылайте прямо командиру по адресу ripslaovai@gmail.com «Круассаны» напечатаны на жаргоне «падонков» (олбанский йазык) – культурологическом феномене русского языка, которому нынче посвящаются многие серьезные филологические исследования и страницы в Википедии (http://ru.wikipedia.org/wiki/Жаргон_падонков). Поэтому, публикуя несколько текстов из этого сборника, мы сохраняем орфографию и стилистику, впрочем, сами авторы об этом пишут так: авторскую орфографию считать проявлением свободы слова в свободной стране.

Оправдания Глаголом жжом сердца людей Когда-то давно у миня был друг Саша. Сичас мы не дружым, потомушто наши жызненные пути разошлись. Несколько лет назад Саша заработал свой первый миллион долларов, построил дом, завёл жену, кота, собаку, и заскучал. Заперса в доме и начал нудно выпивать по выходным. Поначалу он страдал. Сидя в новом чёрном «бумере», Саша тыкал пальцами в условное небо: – Ё! Как скучно! Чё мне делать, а? – Ну… съезди куда-нибудь за границу, – предлагал я. – А чё я там не видел? – тоскливо восклицал Саша. Действительно, чё он там не видел? Я не мог ответить. Сашина скука была заразна, поэтому мы больше не встречались. А когда-то он был бедным, тощим и весёлым, и мы ходили сдавать бутылки, потому што не хватало де-

Посвящается Дису (Глебу Олисову (1975 — 2004) и всем дорогим друзьям, живым и почившим нег на метро. Тогда почему-то не было скучно, хотя ничево интереснова мы не делали. Слехка выпивали, гуляли, смотрели кино. Саша занималса боксом; однажды мы в шутку бились у миня в комнате, скакали по скрипучему паркету и ржали. Вдруг миня позвал кто-то из гостей. Я сказал Саше: «Стоп», но Саша не услышал, и когда я отвернулсо на зов, Саша от всей души – бац! – зарядил мне в жбан. Я рухнул, как телеграфный столбЪ. Все кинулись ко мне. Девушки восклицали так, што казалось, будто я лежу на пляже, а вокруг кричат чайки. Впрочем, довольно скоро я открыл один глаз, увидел Сашу, проверил языком наличие зубоф и слабым голосом пообещал: «Я тибя убью». Саша прекратил шлепать миня по щекам, растолкал всех, убежал и заперса в ванной. Он сидел там полчаса, требуя «гарантий ниприкосновенности», и


Біла Альтанка

Литературный выпуск № 26 (52), 2010

ПРОИСКИ ПРОЗЫ

22

Галопом по Европам

вышел тока тогда, когда фсе гости пообещали защитить ево в случае чево. Но я хочу рассказать о другом. Я хочу рассказать Каково? Ж(ызненные)опыты о том, как я понял, што Саша не будет ни в чом нуждацца в этой жызни. Я первый заметил в нём ту черту характера, которая помогает челавеку «занимацца де- Ездил в Италию уже не в первый раз. Однако до этолом», а не рефлексировать, сидя без денег на облез- ва мне никогда не приходилось за неделю объехать на лом диване в драных носкахЪ. афтобусе фсю страну. Воспоминания остаюцца чумоОднажды утром я пришол домой после ночной вые: фигаро – тут, фигаро – там. Безумные флэшбэки. смены. Помыл морду, переоделся в пижамку, зашол В Венецыи впервые в жызни совершыл кражу: в свою комнату и обнаружыл, што на моей кровати стырил фурик венецыанского стекла стоимостью кто-то лежыт. Голова анонима была накрыта одия- два евро. Долго убегал, чуть не обоссалсо от страха. лом, а с другой стороны торчали голые пятки. Я за- Убежал, заблудилсо. Каталсо на гондоле. Промок как думчиво почесал бошку, на фсякий случай отступил промокашко. на шаг и обратился к пяткам: Во Флоренцыи в садах под названием Боболи за– Эй! Ты кто?! лез на высокий пастамент из-под статуи, навернулсо Пятки дернулись, из-под одияла выглянул Саша в с пастамента вниз и покатилсо к пруду. До пруда не нехорошем похмельном виде. докатилсо, ничево не сломав, повредил слегка копы– А… это ты, – с отвращением простонал он. то, плечо и обе руки. – Ты как тут оказалса? Рим, Пиза, Сорренто Опавшые шышки – Ой, слушай, такая или Неаполь – нипомню фигня, – Саша вынул руки где – возле гостиницы тайиз-под одияла и помахал Супер-мега загадка, над коком от Бумы нашол под деими в воздухе, изображая, торой я размышляю уже много ревом апильсин, почистил. какая вышла фигня. – Я Апильсин оказался наполет: иногда в каких-нибудь тут был в гостях нидалеко ловину гнилой, другую паот тибя. Набухались, как «деловых новостях» показывалавину я съелЪ. скоты… Я фсе деньги про- ют такую икебану – большое В Пизе видел аднаименибал… Метро не работает, помещение с огроменным моную башню, действительно на тачку денег нету, а миня нитором, на котором мелькакривая. С горя под башней взяли и выгнали на фик… ют какие-то буквы и цыфры, купил агромный леденец на Я вышел, холодрыга, попалке, обгрыз по краям, но типа курса валют. Под фсем пёрса к метро, а потом дуне могу доесть до сих пор. маю: дай-ка к тибе зайду! этим безобразием толкуцца Бума накурилса шышек и Миня твоя мама пустила. А расхристанные дядьки; они облизал ево, я типерь брезпотом она на работу ушла. говорят по трём телифонам гую доедать, но выкидывать Ну и вот… жалко. Может, друзЪям отодновременно и размахивают Руки Саши сокрушенно руками. Гвалт стоит, как на везу как сувенирЪ. спрятались обратно под На Капри удалось разптицыферме. Голос за кадром одияло. Мне стало жалко вести молодова аптекаря на камрада. В душе поднялась рассказывает про мифический кодеин. Я плакаль, пачкал волна великодушыя. Я до- «индекс Доу-Джонса» или «говитрины сопливым платстал подушку, кинул её на лубые фишки». Што это за ком и говорил што я турист. другой диван и снисходи- херь? Бил сибя кулаками в грудь, тельно сказал: как обизьяна Кинг-Конг. Как в пэсне поёцца «Я спро– Ладно, дрыхни. НинаМне дали кодеина с условисил у дерева»... В смысле да оправдывацца. ем, што я ищезну из аптеки Саша резким движени- спросил у Бумы, Бума отвекак можно скорее. ем скинул одеяло с головы, тил: «Это биржа». Ну я не На том же острове, где удивлённо посмотрел на настолько слабоумный, я отписатель Горький написал миня и сказал трезво и ваз- дупляю, што там чем-то бароман "Мать", я, наевшысь мусчённо: кодеина, блевал апильсирыжат, но чем и как? Почему – Ты чё?! Я не оправдыванами на яхты миллианеров. они не сидят сибе тихо за юсь! Я просто рассказываю. Напугал стадо детей. На компами, а скачут и визжат, миня показывали пальцакак бандерлоги? ми. Если бы не блевал, по-


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

ПРОИСКИ ПРОЗЫ

23

Опавшые шышки Мне фсю жызнь говорят: как тибе не стыдно, тибе ведь ещо семнадцать лет! Или: как тибе не стыдно, тибе уже двадцать семь лет! Хотелось бы знать, где такой возраст, когда не стыдно? кидал бы детей в море, как Стенька Разин княжну. В городе Помпеи видел древнеримский сортир и надпись «х-й» на стене дома. В цэлом, Помпеи миня разочаровали – они разрушены плохо. Я ожыдал большево. Отэль в Сорренто запомнилса наличием муравьёв в ванной. В Ватикане ночью зырил в светящиеся окошки кабинета, где якобы сидел «папа». Штобы он высунулса, хотелось крикнуть: «Ахтунг! Судный день!». Но постиснялсо, так што понтифика так и не увидел, но жрал макароны с моллюсками, осьминогами и прочею морскою сволотою. Осталсо доволенЪ. Пил вино и кофэ, болела печень, но я фсё равно пил. Осталсо также доволенЪ. На самолете рейса Неаполь-Москва было написано "Александр Лебедь". Я ругалсо, што ето нисмишно, мы, пасажыры, и так нервничаем и боимса, и шутки такова рода неуместны. Предложыл названия для других самолётоф авиакомпании: "БашниБлизнецы", "Камикадзэ", "ШахидЪ". Мне в самолете дали одияло, как буйному. Подняв ручку между сиденьями, спал под одиялом, свернувшысь как собака. В Маскве съел терпинкот, плакаль от пережываний. Тем не менее Италия – очень красивая страна. Тяжело признавать, но она гораздо краше нашей родины; даже лучше Питера. Чувствую множэство плевков от патриотов-соотечественникоф, и прямо мне в морду, в морду!

*** Среди моих друзей и знакомых не только маньяки, уголовники, воры и проститутки, как считает моя мама. Нет. Попадаюцца фсякие программисты, верстальщики, художники, музыканты, поэты, писатели, банкиры, манагеры, фотомодели, психиатры, адвокаты, депутаты, штурманы гражданской авиацыи. Почти фсе – умные, свецкие, образованные люди. Но почти фсе, к сожалению, норкоманы или алкаголики. Отчасти маньяки. Некоторые по совместительству – воры и уголовники. Если их собрать вместе и дать задание уничтожыть вселенную, то они её уничтожат. Или спасут. И от тово, как они танцуют, зависит то, как жывет этот мир. Я, например, считаю, что эти люди умеют жыть.

Я сижу у окна и курю гашыш... Бесполезно гадать, где ты нынче спишь И, тем более, с кем. Я сижу спокойно, Наблюдая блестящие спины крыш. Высота помогает рассеять взор. Глядя вниз, я вижу пустынный двор – Во дворе ни души. Только серой тенью Кот скользит вдоль стены, как Багдадский вор. Тем гашыш и хорош, что смягчает боль – Можно смело сыпать на раны соль. (Говорят, что солёное мясо – крепче, Язву можно за час превратить в мозоль.) Глядя вверх, я вижу Прощай-звезду, Вспоминаю, когда же попал в беду... Но меня отвлекает огонь конфорки, Наводя на мысли, что я в аду. (с) Птиц

Выгоняли из троллейбуса бомжа, Под предлогом, что одежда несвежа. Ну, подумаешь, великая беда... Это ж кризис гуманизма, господа! Господа – литературный оборот: Я не видывал в троллейбусах господ. Понавешали распятиев на грудь, А сами так и ждут, кого бы пнуть. Эка невидаль, сопля на бороде, – Может, в прошлом он ученый или где; Может, бросила жена, ушла с другой. Сердце нежное разбилось – и в запой! Жизнь коварна, как гадюка под ковром – За обломом неудача, вновь облом... Но согражданам дубиной не вдолбить, Что такое ненавидеть и любить. (с) Птиц «Белая Альтанка» выражает огромную благодарность Павлу Куцеву и газете «Мотылек» (БФ «Дроп ин центр», г. Киев) за альманах «Круассаны Поволжья», любезно предоставленный для печати. Thanks, Comrade!


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

ПРОИСКИ ПРОЗЫ

24

Власть медиков Добрый доктор Айболит Дмитрий Он под деревом сидит Гайдук Но приходит доктор Хаус закумарен и не брит: — Айболит, есть викодин? — Есть касторка, аспирин… — Слушай, Айби, ты достал, ты вообще – ветеринар! (Какая разница) Красота спасет мир, а красоту – пластическая операция (шутка пластических хирургов) Маркс – дурак. Общественно-экономические формации выглядят совсем не так, экономика там такой большой роли не играет. Экономика – детище технологической эпохи. Частный случай. Сперва была власть военных. Все было просто: кто сильнее – тот кайфует, кто слабее, тому лучше бы вообще не рождаться. Потом начались разные технологические новинки (порох, например), которые позволили слабому приподняться над сильными. Пошла в ход идея, что при правильной технологии хорошо будет всем, или, во всяком случае, неплохо. Власть перешла к тем, кто владеет технологиями (в том числе и финансовыми). Компьютеризация – высшая точка технологической эпохи, но за ней неизбежно наступит спад. Потому что уже заметно, как к власти постепенно

Курай

приходят медики. Тут тебе и экология, и пропаганда здорового образа жизни, и медицинская обработка политических и финансовых лидеров, и настойчивые попытки контролировать рынки любых веществ, принимаемых внутрь – от маргарина до синтетических наркотиков. Дальше можно развить тему, но факт, что в нынешней культуре Запада тон задают медики. Хотя ладно.

Дрыхнут сытые грешные Жалкие в мелочах. В клубе кодлою лешие «Слава Богу!» кричат.

Ординарное прошлое Дуракам не болит. Нарколыги дотошные Крутят бабочку «винт».

Изощряется староста, Как на кочке кулик. Улыбнитесь, пожалуйста, Тайне ящика БИК*.

Монотонно, без разницы, Дни идут, как часы. Контролируют палицы В зоне вспышки бузы.

Слово о почтовом ящике ЮА 45/35

К обоюдной симпатии Любят мух пауки, Будто Бога распятие Что-то вроде клюки.

Наказание – мельница Перемелет срока. И клокочут, и пенятся Сны – забвенья река.

Здравствуй, зона! Свидание Состоялось, увы. Муравейники-здания, Как гробы для живых.

С церковью обезглавленной Спелись «хмырь» и «кондей», Чтоб небесною манною Удавило людей.

И на пристани иловой, Как русалка на дне, Все мне кажется, милая Обнимает во сне.

Память сердца в колдобинах. Слово – пена у рта. И под синими робами Зависть и нищета.

Этой мести конструкция Из ненависти жил. Налицо эволюция Бронелобых горилл.

* БИК — Белоцерковская исправительная колония, где отбывал наказание автор стихотворения.

(Николай Дубич)


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

СТИХИ И СТИХИИ

25

Володе Высоцкому

Осенний дождь

Тюремным поэтам

Не тускнеет зеркало у губ… Твоя жизнь тетивою на луке Разорвалась… и остался струп Памятью народа в будней скуке.

В Белой Церкви дождь – На воде круги. Ты меня не ждешь. Ты теперь с другим. Ты теперь ничья, Как в лесу тропа. Не моя печаль, Не моя судьба. Я гляжу в окно Сквозь листвы вуаль. Мне уже давно Никого не жаль. Зажму сердце в горсть, Заткну словом рот. Где-то рядом Рось Моих песен ждет. Где-то рядом лес Дарит мне грибы, Чтобы этих мест Я бы не забыл. Сколько в жизни троп, Сколько зла и лжи. Лучше пуля в лоб, Чем такая жизнь!

Коней на переправе не меняют. Приспособленец не обдурит вора. Это в природе хищники линяют. На киче стойку держат до упора.

кумиру моего поколения

Вечность – отшлифованный гранит, Хриплый тенор из магнитофонов. Над страной потерянной звенит Колокольной грустью миллионов. Нет возврата из небытия. Угнездилася лицом и ростом Совесть возмущенная твоя В песнях правдой выточенных остро. Лаской узурпаторских трибун Управлялись вздыбленные кони. Ты не принял рабскую судьбу, Но и сам не скрылся от погони. Опыт – наслоений кабала, Как загар изнеженный облезет. Только песен дерзкая хула Засверкает гранями поэзий. И пускай отчаянный твой мат До Морфея оказался лишним. Кто теперь сумеет помешать О безумцах петь перед Всевышним? До свиданья! Выполнив урок, И над миром Фениксом витая, В Книге Судеб с пропусками строк Твоя жизнь – над точкой запятая.

Козел в движухе зоны не участник, Ему секрет дороги не доверят. Пусть терпигорцу не доступно счастье, Орла в полете не собьет тетеря. Быть супостатом – зло – себе дороже. И охламоны голосом кликуши Юродствуют: За все спасибо, Боже! И предлагают Люциферу души. Для зека слово – показатель силы Особенно, когда прикол по теме. И те, что раньше напрягали жилы Бродягам, оказались тут в гареме. Я сам себя в сушилку запроторил, Не разгадав советчиков тенеты. Срок арестанта – грусти мораторий. Малява вам, тюремные поэты! И тем, кто для овец кропает прозу С фантазией убогой и увечной: Поэзия зачахнет без навоза. Тюрьма была всегда И будет вечно.


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

R.I.P.

26

Марио

Художник Он верил в свой череп. Верил. Ему кричали: «Нелепо!» Но падали стены. Череп, Оказывается, был крепок.

Сергей Звенигородский (1968 – 2010) – полтавский художник, музыкант и кинематографист, ветеран войны в Афганистане – убит в ночь с 27-го на 28-е августа в г. Кобеляки во время нападения местной молодежи на палаточный лагерь фестиваля «Вйо, Кобеляки». Редакция газеты «Белая Альтанка», с которой сотрудничал Марио, выражает соболезнование родным и близким покойного и надеется, что следствие установит личность убийцы.

Он думал: За стенами чисто. Он думал, Что дальше – просто. ...Он спасся от самоубийства Скверными папиросами И начал бродить по селам, По шляхам, Желтым и длинным; Он писал для костелов Иуду и Магдалину. И это было искусство. А после, в дорожной пыли Его Чумаки сивоусые Как надо похоронили. Молитвы над ним не читались, Так, Забросали глиной... Но на земле остались Иуды и Магдалины! Иосиф Бродский

БІЛА АЛЬТАНКА — благодійне видання для безкоштовного розповсюдження, спрямоване на профілактику ВІЛ/СНІДу і наркоманії, формування здорового способу життя. Засновник і видавець: Благодійний Фонд “Громадське здоров’я” Свідоцтво про реєстрацію: ПЛ — № 656, від 22 лютого 2005 року Виходить з 1995 року. Мова: українська, російська. Редактор випуску (керівник проекту): Волик А.М. avolik@inbox.ru Головний редактор: Протопопов А.О. Члени редколегії:

Бочаренко Я.Р., Воловод М.В., Колеснікова О.Л., Левчук А.В., Коробова М.В., Сліпко І.О., Опанасенко О.В., Протопопова Н.А., Садовнікова І.М., Звенигородський С.Ф.

Комп’ютерний набір:

Волик І.А., Ялина

Дизайн та верстка: Мартинов О.В. omaxamo@gmail.com

АДРЕСА РЕДАКЦІЇ (адреса для листування з читачами) Україна, 36034, м. Полтава, вул. Половка, 66-Б, офіс 402, тел.: (0532) 518-340 E-mail: gromazdo@mail.ru Це видання було підготовлено до друку Полтавським обласним благодійним фондом «Громадське здоров’я» в рамках проекту «Безпека. Знання. Підтримка». Продукція видана за фінансової підтримки МБФ «Міжнародний Альянс з ВІЛ/СНІД в Україні» в рамках реалізації національної програми «Підтримка з метою запобігання ВІЛ/СНІД, лікування і догляд для найуразливіших верств населення в Україні». Викладені тут думки та точки зору є думками та точками зору організації, яка видала цю продукцію, та не можуть розглядатися як думки або точки зору МБФ «Міжнародний Альянс з ВІЛ/СНІД в Україні». Оформлення, стиль та зміст газети є об’єктом авторського права. При використанні матеріалів газети, посилання на авторів статей та на «Білу Альтанку» обов’язкове. Редакція не несе відповідальності за зміст статей та можливе трактування змісту, і лишає за собою право не поділяти думки авторів статей. Тираж 13000 примірників Кольороподіл та друк: ТОВ «Фактор-Друк» м. Харків, вул. Саратовська, 51

Головною метою діяльності Фонду «Громадське здоров’я» є сприяння розвитку та підтримці громадського здоров’я, формуванню фізичного, психічного, соціального і духовного здоров’я населення, розвиток та підтримка служб соціальної та медичної допомоги в Полтавській області. Статут Фонду “Громадське здоров’я”


Литературный выпуск № 26 (52), 2010

Біла Альтанка

ХУДОЖНИК

27

«Весенний луч в осенний серый день»

Сергей всегда творил. Из ничего делал что-то. Меня это в нем поражало. Смешивал ПВА с гуашью и рисовал на брезенте. Дешевой камерой делал классное кино. Музыку – из подручных инструментов. Потрясающий живописец и график. У него всегда в голове было полно проектов. Он делал все, что мог и из чего мог. Оставил после себя массу картин, музыки и кино о себе и своих друзьях. Гений нашего города. Елена Зозуля

«То туда, а то туда», 62х60 см, масло, ДВП, декабрь 2009

«В сумерки бредут», 90х227 см, брезент, смешанная техника, июнь 2009


"Птицы", Дмитрий Бурлака, 1999 г.

Bila Altanka #26  

Harm reducrion paper

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you