Page 42

нашему, чтобы царь государь Сибирскую землю держал за собой и дань с сибирских людей брал, а их бы с Сибирской земли не сводил». Подвластное Едигеру население не отличалось многочисленностью. Количество «черных людей», плативших дань татарским феодалам, не превышало 20–30 тысяч человек. В это число входили лишь взрослые мужчины, главы семей. Будучи в Москве, послы от имени Едигера обещали платить в царскую казну «со всякого черного человека по соболю, да даруге (данщику. — Р. С.) государеву по белке по сибирской с человека». Иван IV снарядил в Сибирь послом и данщиком дворянина Дмитрия Непейцына. После долгого путешествия посол прибыл в Кашлык, виделся там с Едигером и потребовал от него выполнения договора. Иван IV наказал Непейцыну привести к присяге татар, сделать перепись «черных людей» и собрать сполна всю дань. Посол не сумел выполнить его наказ. Едигер поспешил выпроводить посла из своей столицы. Собранную «соболью казну» повез в Москву не даруга, а мурза Баянда. Когда дьяки сочли казну и доложили царю, тот пришел в ярость. Вместо 30 тысяч собольих шкур Едигер прислал всего семь сотен. Иван IV велел тут же арестовать Баянду и заключить его в тюрьму. Оправдываясь, посол сослался на то, что всю Сибирскую землю «воевал шибанский царевич Кучум и людей поимал многих». Непейцын, однако, опроверг его слова и сказал, что Едигер мог бы собрать всю дань сполна, если бы «похотел» того. Сибирская знать пристально следила за всем, что происходило в сердце бывшей Золотой Орды. Когда царские воеводы окончательно покорили Казанский край и заняли Астрахань, ногайский князь Исмаил вторично присягнул на верность царю. Такой поворот событий положил конец колебаниям Едигера. Сибирский хан прислал в Москву грамоту шертную «со княжею печатью, что учинился князь в холопстве, дань на всю свою землю положил, чтобы впредь ежегодно и беспереводно ту дань царю и великому князю со всей Сибирской земли давати». Вместе с шертной грамотой посланцы Едигера привезли в Москву дань «тысячю соболей да даружской пошлины 160 соболей». Царь Иван не стал настаивать на выполнении прежнего договора. Он приказал освободить из тюрьмы посла Баянду. По новому соглашению окончательный размер дани был определен в тысячу шкурок, и татарский мурза подтвердил обязательство выплачивать эту дань «впредь ежегодно и беспереводно». Московские власти не поминали более ни об отправке в Кашлык царского данщика — даруги, ни о переписи сибирского населения. Добиться реального подчинения Сибири без посылки туда военных сил оказалось невозможно. Слишком далеко отстоял этот край от Москвы, и пути туда преграждал труднопроходимый Уральский хребет. Едигеру не удалось отразить вторжение Кучума. Длительная война имела трагический для него исход. Опираясь на поддержку бухарского хана, Кучум в 1563 году нанес поражение Сибирскому «царству». Попавший в его руки Едигер был безжалостно умерщвлен. Смена династии в Сибирском «царстве» сопровождалась смутой. Семь лет Кучум вел кровавую борьбу с непокорной знатью и с племенными князьками, прежде чем добился от них покорности. Местное население не сразу свыклось с переменой. Оно продолжало рассматривать Кучума как завоевателя и узурпатора и повиновалось ему, как заметил еще А. Н. Радищев, «из одной только боязни, как то бывает всегда в завоеванных землях». Кучум окружил себя отрядами, приведенными из Средней Азии. Будучи вассалом бухарского хана Абдуллы, Кучум по его указке стал усиленно насаждать ислам среди населения Сибири. По преданию, Абдулла трижды отправлял в Кашлык шейхов и сеидов в сопровождении бухарских воинов. Незадолго до похода Ермака в Сибирь прибыли Шербетишейх и с ним сто бухарских всадников. Попытка заменить старую веру исламом удалась не сразу. На первых порах проповедь мусульманства имела успех лишь в узком кругу татарской знати. Кучум пытался опереться на поддержку как своих среднеазиатских покровителей, так и ногайских союзников. Своего сына и наследника Алея он женил на дочери князя Тинахмата

Скрынников Р.Г. Ермак. 2008  
Скрынников Р.Г. Ермак. 2008  

Книга о Ермаке, покорителе Сибири, принадлежит перу признанного классика историко-биографического жанра Руслана Григорьевича Скрынникова. Ос...

Advertisement