__MAIN_TEXT__

Page 60

Рассказывает Маргарита Голуб Когда началась война, мне было всего 5 лет, поэтому многое я знаю только из рассказов моей мамы. В белорусском городе Мозыре жила семья жестянщика Арона Голуба. У него было четверо сыновей: Симон, Велвул, Шлема и Пиня. Старший сын Симон со своей семьей в 20-е годы уехал в Америку. Следующий сын Велвул уехал учиться в Екатеринослав, увлекся революцией, а в 19-ом году был арестован и расстрелян. Младших сыновей Арон (это мой дедушка) не отпустил от себя. Шлема (это мой папа) в 40-ом году был избран секретарем Мозырьского райкома партии, а Пиня работал на заводе рабочим. Началась война и папа с мамой должны были идти в партизанский отряд, а меня с братом должны были оставить с дедушкой, т. к. дедушка был уверен, что немцы – интеллигентные люди, старикам и детям ничего не грозит. Но в августе (перед приходом фашистов) папа эвакуировал нас с мамой и семью своего брата в эшелоне с арестованными, идущем на Урал. Дедушка остался в городе. Папа ушел в армию, а брат его ушел в партизаны. В сентябре 41-го года папа пропал без вести. Папин брат тоже пропал без вести. А дедушку постигла ужасная смерть. Над ним фашисты долго издевались, ведь он был евреем и отцом секретаря райкома, потом запрягли в телегу с грузом и погнали к проруби в реке, там он и утонул. На фронте пропал без вести и брат моей мамы Оскар Фельдман. Он служил военврачом на границе. А в блокадном Ленинграде от дистрофии умерли мои двоюродные брат и сестра. Вечная им всем память.

The story of Margarita Golub When the War began I was only 5 years old. That’s why a lot of things I know only from my mother’s words. The Golub family lived in Mozyr, Belorussia. Aron Golub was a tinsmith. He had four sons: Simon, Velvul, Shlomo and Pinkhas. Simon, the oldest son, and his family emigrated to America in the 1920’s. Velvul moved to Yekaterinoslav (now Dnepropetrovsk, Ukraine) to study. Being in Yekaterinoslav, he wes involved in the revolution, was arrested and executed in 1919. Aron (my grandfather) did not allow his younger sons to go anywhere. Shlomo (my father) in 1940 was elected The Secretary of Mozyr District Party Committee. Pinchas was a factory worker. When the War began, my parents were preparing to become Partisans. We (I and my brother) stayed with our grandfather. He was sure that Germany was an intelligent nation, so old people and children would be safe. But in August (right before the occupation) my father evacuated us, our mother and his brother’s family. We were on the train with prisoners (not POWs) moving to the Ural region. Our grandfather stayed in Mozyr. My father joined Red Army, and his brother joined the Partisans. In September 1941 my father was lost in action, and his brother was also lost in action. My grandfather suffered a terrible death. The Germans mocked him because he was the father of the Party District Secretary. Then the Germans harnessed him like a horse and forced him to pull a loaded carriage to the river. After that, they drowned him in the icy water. My mother’s brother Oscar Feldman was also lost in action. He was an army doctor somewhere close to the border, and two my cousins died from dystrophy in Leningrad during the blockade. They will be forever remembered.

60

Голуб Шлема Аронович (1939 год). Shlomo Aronovich Golub, 1939.

Profile for Andy Reev

Never Forget  

In Memoriam of the Holocaust Victims

Never Forget  

In Memoriam of the Holocaust Victims

Profile for infobook
Advertisement