Issuu on Google+

ЧЕТЫРЕ ИЗ ПЯТИ ЖЕНЩИН БЕЛАРУСИ ОТ 18 ДО 60 ЛЕТ ПОДВЕРГАЮТСЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОМУ НАСИЛИЮ В СЕМЬЕ

«Я» против

ЧИНОВНИКИ ГОТОВЫ СЛУШАТЬ, НО ВСЕ ВРЕМЯ ПОКАЗЫВАЮТ ПЕРСТОМ НАВЕРХ, ДЕСКАТЬ, НЕ МЫ ПРИНИМАЕМ РЕШЕНИЕ… НАША МЕДИЦИНА САМА НУЖДАЕТСЯ В «ИНТЕНСИВНОЙ ТЕРАПИИ», И ЭТО ДАВНО НИ ДЛЯ КОГО НЕ СЕКРЕТ УЧИТЕЛЬ СЕГОДНЯ — ЭТО ЧТО-ТО ВРОДЕ ОБСЛУЖИВАЮЩЕГО ПЕРСОНАЛА Я ПРОТИВ ВОРОВСТВА И ПЛАГИАТА, НО ЗАЧЕМ ЗАПРЕЩАТЬ КОПИРОВАНИЕ ИНФОРМАЦИИ, КОТОРАЯ МОЖЕТ БЫТЬ ПОЛЕЗНОЙ ДЛЯ ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА? У ВОДИТЕЛЕЙ НЕТ СПОСОБОВ БОРЬБЫ С ХАМСТВОМ. ПОКА ГАИ НЕ БУДЕТ ЕЗДИТЬ С РЕГИСТРАТОРОМ И ОСТАНАВЛИВАТЬ ОТКРОВЕННЫХ ХАМОВ, НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИТСЯ


ЗАЯВКА НА УЧАСТИЕ В КОНКУРСЕ «ЗОЛОТОЕ ПЕРО 2013»

ТЕМЫ. В 2013 году мы противостояли:

Номинация: life-style Проект: рубрика «Я против» Журналисты:

• градостоителям;

Вячеслав Корсак

• закону о копирайте;

• современной школе; • хамству на дорогах; • системе здравоохранения;

«Я против «сладкой ваты» в журналистике. Белорусский «глянец» готов развлекать, но редко предлагает своему читателю задуматься. «Я против» — это как раз тот проект, который призван доказать, что отечественные журналы не превратились в рекламные проспекты, а способны обсуждать серьезные темы. Из номера в номер мы поднимаем остросоциальные проблемы и даем возможность высказаться экспертам и непосредственным участникам обсуждаемого конфликта. Мы обращаемся к читателю с активной гражданской позицией, который не хочет молчать, а готов сказать — «я против»».

• домашнему терроризму. ЖУРНАЛ О ЧЕЛОВЕКЕ И СФЕРАХ ЖУРНАЛ О ЧЕЛОВЕКЕ И СФЕРАХ ЖУРНАЛ О ЧЕЛОВЕКЕ И СФЕРАХ

R

СЭР АЛЕКС УШЕЛ ИЗ «ЮНАЙТЕД»

МАКАРОННЫЙ И ВСЕЯ РУСИ

МНОГОЛИКИЙ БЕКХЭМ ЗАВЯЗАЛ С ФУТБОЛОМ,

OF 2012

ПО МНЕНИЮ ЖУРНАЛА «Я» CТР. 26-27

Мы не можем не порадоваться этому факту и в то же время отдаем ему дань уважения

Й С / ЮРИЙ МАТЯШ / ЛЕОНИД КАНЕВСКИ ЛЕНИНА МИРОНОВА / ДЭНИЭЛ ДЭЙ-ЛЬЮИ plus

ЖУРНАЛ О ЧЕЛОВЕКЕ И СФЕРАХ

В / ГРУППА IOWA / ДЖЕРАРД БАТЛЕР

plus

ЖУРНАЛ О ЧЕЛОВЕКЕ И СФЕРАХ

ПРОФЕССИЯ «СПАСАТЕЛЬ»: БИЧИ, СУИЦИДНИКИ И ПОДГОРЕВШАЯ КАСТРЮЛЯ

БРАЙАН КРЭНСТОН ПУСТИЛСЯ «ВО ВСЕ ТЯЖКИЕ»

ЕГО ИНТЕРЕСОВ

О МУЗЕЯХ И РАДЗИВИЛЛАХ

№5 (4) ОКТЯБРЬ 2013

БЫТЬ ПИРАТОМ: ПРАВО НА ИНТЕРНЕТ

ЯДЕРНАЯ

БЕЛАРУСЬ

БЕСКОНЕЧНЫЙ СИРИЯЛ: ФИЛЬМ ДЛЯ ОБАМЫ, «МЕРТВАЯ РУКА», ОТЗВУКИ АФГАНИСТАНА

CD INSIDE

GUITAR HEROES ЧАС

ПИСАТЕЛЬ МАРИНА АХМЕДОВА О КАВКАЗЕ И «КРОКОДИЛЕ» БУДУЩЕЕ

ГЛАЗАМИ ДЕТЕЙ

CD INSIDE

THE LAST HEROES

СИЕННА МИЛЛЕР НАШЛА ЛУЧШУЮ ПРОФЕССИЮ НА ЗЕМЛЕ

ПО МНЕНИЮ ЖУРНАЛА «Я»

ТЬ #1

CТР. 28-29

CТР. 26-37

и рассказала, каково это — жить с Джудом Лоу и находиться на краю любви

руют человеку, и негодует, почему зрители симпатизи людей который варит метамфетамин и убивает

www.i-mag.by

№4

ДМИТРИЙ ЩЕГРИКОВИЧ / ЭНДИ МАРРЕЙ

ИСКУССТВОВЕД БОРИС ЛАЗУКО

ВРАЧ АНДРЕЙ ВИТУШКО О БЕЛОРУССКОЙ МЕДИЦИНЕ

plus / РУБЕН ПОГОСЯН / БОРИС ИВАНОВ ТОМ УЭЙТС / ВИКТОР ГОНЧАРЕНКО

plus

№3

ЕГО ИНТЕРЕСОВ

№6 (5) НОЯБРЬ 2013

№4 (3) СЕНТЯБРЬ 2013

и объяснила, чем она хуже Дебби Харри,иной а также почему хочет стать Чудо-Женщ

МИТЯ ПИСЛЯК / КОНСТАНТИН СЕЛИХАНО

ДРАМАТУРГ АНДРЕЙ КУРЕЙЧИК О КИНО И КАРАТЭ

№6 (5) НОЯБРЬ 2013

CТР. 26-29

№2

№1

Также над проектом работали:

ПО МНЕНИЮ ЖУРНАЛА «Я»

www.i-mag.by

www.i-mag.by

ЮРИЙ ШИФ / МИХАИЛ ГРАБОВСКИЙ КИТ РИЧАРДС / УМБЕРТО ЭКО / plus

№5

ИНОПЛАНЕТЯНЕ СУЩЕСТВУЮТ

МАЛИН АКЕРМАН СЫГРАЛА ВОКАЛИСТКУ BLONDIE

THE BEST OF 2000 -2005

а мы нашли несколько черт, которые роднят его с белорусами

www.i-mag.by

«Я против безыдейности. Наша рубрика — это не инструмент разрушения, как может показаться изначально. Несмотря на то, что под протестом люди понимают некое неприятие, мы попытались представить нашему читателю эволюцию. В каждом выпуске рубрики эксперты представляли свои аргументы, а потом общими усилиями мы предлагали варианты решения проблемы. «Я против» — это проект консолидации нашего общества. Это предмет, над которым стоит задуматься и работать сообща, а не игнорировать его, или, что еще хуже — запрещать. В рубрике хотелось не просто дать возможность высказаться, но и услышать варианты решения проблемы из уст граждан нашей страны».

Юлия Янюк, фото, верстка; Владимир Ждан, дизайн, верстка; Виктор Радьков, текст, фото; Николай Куприч, фото; Алина Крук, фото; Ирина Шабеко, текст, фото; Александр Обухович, фото; Полина Рукавичкина, фото; Светлана Леонова, корректура; и, конечно же, 30 неравнодушных горожан, которые протестовали вместе с нами.

THE BEST

ЗОНА 51

АРМИЯ БУДУЩЕГО: БОЛЕВЫЕ ЛУЧИ, КОНТРОЛИРУЕМЫЕ АКУЛЫ, ПОДЗЕМНЫЕ ЛОДКИ

CD INSIDE

CD INSIDE

МЧС И «СКОРАЯ» О ХАМСТВЕ НА ДОРОГАХ

№4 (3) СЕНТЯБРЬ 2013

ПАТРИАРХ

ПРИВЕТ, ОРУЖИЕ КАК КУПИТЬ ПИСТОЛЕТ, АРБАЛЕТ И ВИНЧЕСТЕР

ПРИНТЕРЫ ВООРУЖАТ АРМИИ

№5 (4) ОКТЯБРЬ 2013

Андрей Диченко

ФИЛОСОФ СЕРГЕЙ ОНУПРИЕНКО О ТЕМПЕРАМЕНТАХ

№2-3 (2) ИЮЛЬ-АВГУСТ 2013

3D-

ЛЕОНИД КАНЕВСКИЙ: КРУКАС СКУНСАС БЕН ШЛАК МОРДЮК

№1 (1) ИЮНЬ 2013

«Я против конфрмности. Безучастие и бездействие разрушают этот город, превращают его в агрессивную среду без каких-либо признаков логики и красоты. Уплотнительные войны, уничтожение исторического наследия, нехватка парковочных мест, закрытие частных клиник, бессмысленная реформа школьного образования — эти и многие другие события происходят здесь и сейчас и касаются каждого. Хочется верить, что наша рубрика заставит задуматься, вдохновит читателей на изменение окружающего пространства в соответствии с их потребностями, возможностями и здравым смыслом. В принципе, ради этого все и затевалось».

ИСТОРИК НИКОЛЯ ВЕРТ О ГУЛАГЕ

№1 (1) ИЮНЬ 2013

АСТРОНОМ ВИКТОР МАЛЫЩИЦ: ПАМЯРКОЎНАЕ НЕБА

УЧИТЕЛЬ ОЛЬГА ОМЕЛЬЯНЮК О БЕЛОРУССКОЙ ШКОЛЕ

АЛЕКСАНДР ДЕМИДОВИЧ И ЛЕНА СТОГОВА О ДЕТСТВЕ

№2-3 (2) ИЮЛЬ-АВГУСТ 2013

Юлия Крутова

ЕГО ИНТЕРЕСОВ

ЕГО ИНТЕРЕСОВ

ЕГО ИНТЕРЕСОВ

№6

CD INSIDE

THE BEST OF 2005 -2010 ПО МНЕНИЮ ЖУРНАЛА «Я» CТР. 28-31

www.i-mag.by

/ АЛЕСЬ КВЯТКОВСКИЙ / ВЛАДИМИР

ЯРЕЦ


«я» против градостроителей

«я» против градостроителей

Минск, который мы потеряли «Я» знаю, что каждый раз, когда наши градостроители делают что-то в угоду застройщикам, думающим только о деньгах, в моем сердце остается все меньше любви к этому городу. Вы помните имя человека, который разрешил снести первую минскую электростанцию у Парка Горького и позволил построить на ее месте отвратительный отель, который убил и Парк, и потрясающий комплекс площади Победы? У вас нет ничего святого!

ем хорошая архитектура отличается от плохой? — Хорошая архитектура отличается от плохой тем, что она является архитектурой. В первую очередь, это подразумевает соответствие принципу «польза-прочность-красота». Этот треугольник должен быть равносторонним, в некоторых случаях допустимо доминирование эстетической составляющей — здание должно нравиться, сначала человек его видит и только потом входит внутрь. К сожалению, в Беларуси эта геометрическая конструкция дает сильный крен, но не в ту сторону.

Ч

ТЕКСТ: ЮЛИЯ КРУТОВА ФОТО: НИКОЛАЙ КУПРИЧ

Архитектор Юрий Матяш рассказывает «Мне» о недоразвитости застройщиков, проектантстве барачного хай-така, уплотнительной жути и капсульном будущем, в котором архитектура окончательно победит город, называвшийся когда-то Минском. 44

— Куда именно? — Мы мыслим чисто утилитарно и больше всего озабочены тем, насколько строение будет соответствовать спорным и запутанным нормативам и пройдет ли оно все согласующие инстанции и необходимые экспертизы. В результате

45


«я» против градостроителей любая, даже самая замечательная идея вдребезги разбивается о стену технических нормативных правовых актов. Тот факт, что окружающая среда непосредственно влияет на человека, наша специфика не учитывает — вопросы эстетики и гармонии в ТНПА не прописываются. Их принято относить к области вкусовщины: нравится — не нравится. Поэтому большинство зданий получаются достаточно функциональными и практичными, но вида не имеют. Это не архитектура, это — проектантство. Есть барокко, а в Беларуси — нейкае барака, есть хай-тек, а у нас — хай-так. Вот и строим барачный хай-так.

Строительство жилья неизбежно перейдет в цифровой формат — немцы и японцы уже сейчас добились в этой области ощутимых результатов. Вкупе с использованием стеклопластиковой арматуры, которая в разы легче, прочнее и дешевле металла, данная технология позволит обеспечить квадратными метрами всех желающих.

«я» против градостроителей сли рамки расширить, а планки снизить, не получится так, что остальные слагаемые потеряются, а новые Норманы Фостеры в Беларуси так и не появятся? — Если в наши «технические условия» можно было бы поставить того же Нормана Фостера, Заху Хадит, Ле Корбюзье, не говоря уже про Гауди и Хундервассера, после столкновения с этой системой их в лучшем случае признали бы несостоявшимися бумажными специалистами. Многим белорусским архитекторам вообще можно дать Притцкеровскую премию за, безусловно, спорные, но от этого не менее выдающиеся достижения в областях «проходить непроходимое» и «сочетать несочетаемое». Но есть и действительно серьезные архитекторы.

Е

— Кто первый в вашем шорт-листе? — Наверное, все-таки Школьников, хотя мне не хотелось бы его пиарить. По крайней мере, то, что он строит, корректно, гармонично и не вызывает раздражения. Например, комплекс «Каскад», вписанный в достаточно неблагоприятную градостроитель��ую ситуацию: с одной стороны ограничение железнодорожными путями, с другой — путепроводы и перегруженная горловина улицы Притыцкого, с третьей — промзона. В целом, он

46

смотрится свежо и оправдывает название «миниполис» — город в городе, где хочется жить. Архитектуре Минска не хватает такой комплексной функциональной продуманности и ансамблевой сочетабельности самой застройки. Один заказчик хочет построить на своем куске нечто пафосное и дорогое, другой — что-то подешевле, но чтобы выглядело еще более броско и вызывающе. Архитекторы прогибаются под эту ярмарку тщеславия и превращают улицы Минска в каменные джунгли Шанхая или Сан-Паулу. — Получается, стрелочник — заказчик? — Любой заказчик хочет извлечь максимальную прибыль. В наших реалиях как минимум 200-300%. Это есть рентабельность «по-белорусски». Если в цивилизованном мире инвесторы

считают успехом десятки процентов прибыли, то у нас к делу подходят с размахом — отдача вложенных средств должна быть многократной. Естественно, заказчики ищут лазейки в законодательстве, используют любые разночтения в технической нормативке, противоречивые заключения различных согласовательных инстанций, человеческий фактор, общую правовую безграмотность граждан. У нас принято, что человек, у которого есть большие деньги, однозначно считает себя настоящим авторитетом. Логика простая: «Я солидно преуспел, значит, в жизни больше вашего понимаю — меня учить не надо». И здесь уже многое зависит от наших проектировщиков, от их профессионального самоуважения, от способности соблюсти баланс между интересами заказчика и интересами города. Хотя бы на ближайшие 100 лет. Архитектор не должен быть временщиком. Архитектор должен быть искусным политиком.

— Возможно ли каким-то образом защитить город от подобных «спасибо»? — Один из возможных вариантов — наличие четкой государственной программы, где будут жестко прописаны и функциональные, и эстетические стратегии развития города. Сейчас градостроительные регламенты проседают в зависимости от запросов очередного инвестора. Конкретный пример: в квартал, где я живу (улицы Захарова — Первомайская — Бядули — переулок Броневого), собираются втиснуть 8-этажный 7-подъездный жилой дом с подземным паркингом. Планируемая площадь застройки — около 1,1 гектара. Это примерно 25% всей территории квартала, планируемое количество проживающих — около 450 человек — 35% всех жителей. Плюс проектируемая допол-

— По соседству, в Восточной Европе, хорошие архитекторы строят красивые дома. Может, нашим специалистам следует поучиться у них? — Не только архитекторам. На стажировку в страны, где к понятию «жилая среда» относятся с уважением, нужно отправить местных инвесторов и чиновников, регламентирующих градостроительную деятельность. Далеко ехать не нужно — литовского опыта будет вполне достаточно. Я считаю, что наряду с Канадой, Новой Зеландией и Финляндией Литва является локомотивом мировой архитектуры. То, как литовцы работают с рельефом, объемом, насколько корректно применяют материалы, используют фактуру и цвет, вызывает восхищение и серую зависть. — Почему у белорусов получается по-другому? — Не знаю, ментальные различия у нас не такие и большие. Белорусы трудолюбивые, практической сметки достаточно, но со вкусом, с чувствами стиля и меры — беда. Хотелось бы надеяться, что это «болезнь роста». Отечественные «мэтры», которым сейчас 50-60 лет, формировались в годы перестройки, перелома, когда вместе с Союзом рушились профессиональные авторитеты и каноны. Из этих осколков каждый сложил что-то свое. Сейчас они учат молодежь. Заказчик такой же — вчера гайки крутил, сегодня уже ворочает миллиардами. Но вкус и чувство стиля так быстро, как миллиарды, не появляются. Они либо есть, если в детстве привили, если природой заложено стремление к саморазвитию, либо на всю жизнь останутся недоразвитыми, на уровне детского ассоциативного восприятия. Сравните колористическую линейку Минска и Вильнюса. Литовские коллеги подходят к вопросу ответственно и вдумчиво, в Беларуси — сплошные «радужные переливы»: малиновое, фиолетовое, салатовое, золотистое… Чем веселее, тем лучше! Ведь у нас же все такое серое, нету солнца, нужно больше красок, чтобы было веселенько и гламурненько. Но веселее не становится. Мы делаем агрессивную напряженную среду, в которой человеку неуютно и некомфортно. Ложная веселость, вызывающая красивость, следование принципу «я надену все лучшее сразу» идет от недоразвитости, недооцененности и инфантильности.

огда почему к нам не приглашают литовских архитекторов? — Приглашают. Но они опять-таки начинают работать по местным законам. Например, литовский капитал вроде бы есть в торгово-развлекательном центре «Арена-Сити», который напоминает гигантский ангар. До начала строительства на этой территории была более-менее интересная организация пространства: на верху холма стояли аккуратные террасные жилые дома, между ними и проспектом — открытая зеленая территория... Сложившаяся застройка, налаженная жизнь. А потом — бац! — прямо перед ними возник такой интересный объект. Цена квадратного метра сразу снизилась — кто же захочет смотреть на складские тыльники? Так что от уплотнения у нас вообще никто не застрахован, оно может прийти к любому. Скажите спасибо, что «АренаСити», могло быть что-то и похуже.

Т

47

нительная нагрузка бизнес-центром на 200 работающих и единовременных посетителей. Уже сейчас ситуация требует комплексного благоустройства всего квартала — отсутствуют пешеходные дорожки и зеленые зоны между проездами и дворовыми фасадами, не хватает парковок и машино-мест. Это прямо подтверждают ответы из ГАИ. После возведения восьмиэтажки ситуация станет просто катастрофическая. Автор этого проекта, «заслуженный» архитектор Костич, не смог разместить на генплане три требуемые парковки с заниженным количеством машиномест, указанные в его пояснительной записке к эскизному решению. Одну смог, другую разместил на месте двора другого дома, а про третью вообще забыл. Когда я спросил в Комитете архитектуры и градостроительства, как такое может быть согласовано, получил интересный ответ: «Вы все видите, вы знаете, куда писать». На этапе строительства форма и содержание объекта могут измениться кардинально. Так, «Кемпински» вырос на несколько этажей. Невозможно точно сказать, какая этажность была согласована и сколько этажей оказалось


«я» против градостроителей лишними, но то, что согласовывалось в различных инстанциях, было однозначно ниже — это подтверждают сотрудники Министерства культуры. В результате, здание оказалось доминатором, подмявшим под себя уже сложившуюся имиджевую среду. Цирк просто растворился, стал незначительным торговым павильончиком. ак вы относитесь к концепции реконструкции исторического центра Минска, предложенной «Минскградо»? — В системе регламентов генерального плана прописано, что все работы в исторической части города должны быть научно обоснованны и проводиться на основе комплексных научных изысканий. На деле же ловкие руководители лепят требуемые заказчиком обоснования, умело тасуя архивные документы и пробелы в нормативке безо всяких археологических исследований. Да, самих кварталов уже нет, зато осталась структура — сохранились фундаменты, которые сейчас находятся под землей. Сейчас планируют восстанавливать Минское Замчище, есть даже проект, прошедший экспертизу. Эдакий лубочный теремок с васильковыми полянками. Проект, который стоил многие миллиарды, уже сейчас вызывает вопросы и сомнения и в эстетическом, и в научном, и в имиджевом аспектах. Абсолютно не учтена существовавшая историческая планировка, не проводились ни действительно комплексные научные изыскания, ни какие-либо археологические раскопки... Белорусское добровольное общество охраны памятников истории и культуры, его архитектурная секция, в которой я состою, предложили городу свой проект восстановления территории Замчища, Низкого и Мясного рынков, основанный на комплексном анализе архивных документов, обмерных чертежей, фотографий, репродукций и аэрофотосъемки высокого разрешения. Мы предложили восстановить старейшее здание Городского суда, еще до войны внесенного в реестр историкокультурных ценностей. Застройку XVIIIXX веков и павильоны рынков приспособили под требуемые современные нужды города — офисы, кафе, банки, бутики, музейные и торговые залы. Согласно нашему проекту, размещение музейной экспозиции старажытнага Менеска предполагалось как раз на подземном уровне — на материке реально существующей исторической застройки X-XII веков, минус 3-4 метра от теперешнего уровня земли. Здесь могут

К

быть вскрыты и обозначены основания домов, улиц, фрагменты деревянных венцов, фундаменты и фрагменты стен первого каменного храма, который, вероятно, так и не был достроен. С помощью аудиовизуальных технологий типа ИМАКС эффект присутствия в этом месте, но в той эпохе можно сделать просто ошеломляющим. Кроме того, этот подземный уровень планировалось соединить с выходом из станции метро «Немига» — не вых��дя на улицу, можно сразу попасть к городским крепостным воротам, расположенным в павильоне Низкого рынка, а через них — в сам средневековый город. Элемент театральности, исторического вымысла в данном контексте вполне уместен. В том, чтобы идеализировать свою историю и ее героев, нет ничего плохого, но делать это нужно максимально корректно по отношению к уже сложившейся городской среде. — Чем вас не устраивает «официальный» аналогичный концепт историко-архитектурного комплекса? — Создание муляжа, не предусматривающего восстановление уничтоженной застройки XVIII-XX веков, — это преступный прецедент для всех последующих поколений. Придут новые командиры, может быть, косо посмотрят на дом «У Троицкого» и иже с ним... — Так и старые командиры уже на него косят. — Сейчас старые командиры могут говорить что угодно. Дело сделано, дом построен. Если разобраться, то маркетологами все было рассчитано верно, нависающая над городом высотка в центре — беспроигрышный вариант, неоднократно обкатанный московский сценарий. Квартиры были распроданы еще на стадии котлована, спрос в разы превысил предложение. Это психология нашего удавшегося человека. Вас это здание раздражает? А у меня много денег, имел я и вас, и все ваши разговоры, неудачники! ейчас минчане озабочены не столько застройкой центра новыми зданиями, сколько сносом уже существующих. Где находится грань между устаревшим и историческим? — Эта грань очень условна — подобное разделение не приводит ни к чему хорошему. В любой застройке должна присутствовать преемственность и согармоничность существования разных эпох. И рубить шашкой направо и налево в данном вопросе нельзя. Снос неугодных строений — это звоночек

С

48

Снос неугодных строений — это звоночек новым архитекторам, даже не звоночек, а оглушительный набат. Они возводят сейчас что-то очень модное, грандиозное, вечное… Как и архитекторы, которые на монастырской территории строили в 70-х годах «БелЭкспо». Сейчас оно признано морально изношенным и подлежащим сносу. 49


«я» против градостроителей

новым архитекторам, даже не звоночек, а оглушительный набат. Они возводят сейчас что-то очень модное, грандиозное, вечное… Как и архитекторы, которые на монастырской территории строили в 70-х годах «БелЭкспо». Сейчас оно признано морально изношенным и подлежащим сносу. Традиций преемственности, профессионального уважения к архитектурному наследию нет ни у современных проектировщиков, ни у их предшественников. акие современные здания соответствуют вашему представлению о художественной ценности и могут вой­ти в отечественные архитектурные учебники в качестве образца? — Библиотека, бесспорно. В ней есть элемент символизма, ее образ закрепился за городом, как ни крути. Лично у меня это здание раздражения не вызывает, особенно по сравнению с тем, что строится с ним рядом. Эйфелеву башню в свое время тоже сравнивали с фабричной трубой. Из современных проектов мне нравится «Минск-Арена». Не стыдно за миниполис «Каскад», который будет достойно смотреться в любом городе, будь то Берлин или Хельсинки. «Александров-пассаж», «Белкалий», «Славянский Квартал», если закрыть глаза на его заломленный кокошник. Что касается вопроса о профильном образовании, то, по моему мнению, нашим студентам-архитекторам первые курса три нужно постигать азы профессии исключительно на знаковых архитектурных стилях прошлых эпох — классики, готики, барокко и т. д. Перед тем как переходить к реальному проектированию, необходимо размыть свои новаторские амбиции полностью, научиться не копировать стили, а мыслить стильно. Сейчас система готовит не зодчих, а каких-то ушлых ребят, которые запроектируют что угодно и где угодно, с кем угодно согласуют. А что с их творениями станет через 10 лет — дело десятое.

К

— Существует ли в Минске какая-то сила — госорган, общественная организация, личность, — которая может противостоять инвесторам и изменить очередное решение властей? — Таких прецедентов достаточно. Правильно построенная стратегия по работе с министерствами, комитетами и экспертизой приводит к определенным результатам. Инвестиционные договоры могут быть пересмотрены, амбиции — урезаны, строительство — отложено или вовсе прекращено. Другое дело, что вместо того, чтобы защищать свои интересы, наши граждане руководствуются схемой: а что я могу сделать, когда все решают большие деньги? Это далеко не так. В нашей стране буква закона часто номинально, но чтится, и просто так чиновник ее переступать не станет.

— Как бороться с уплотнением неспе­ циалисту? — В первую очередь, необходимо внимательно изучить исходные разрешительные документы и соответствие им технико-экономических показателей проектируемого объекта. Обо всех найденных нестыковках следует информировать наши контрольные и надзорные органы, причем реагирование должно быть профильным. Поэтому гражданам, которые хотят отстоять свою территорию, нужно становиться в этом вопросе юридически грамотными. Другого пути нет. Отличным подспорьем в этом деле станет изучение веток Интернета, где обсуждаются аналогичные проблемы. Кроме того, сейчас в Беларуси активизировалось экологическое товарищество «Зеленая сеть», выпустившее брошюру «Что делать в случае уплотнительной застройки. Руководство для местных жителей». Отличное издание, в котором поэтапно расписана страте-

50

гия поведения граждан, столкнувшихся с уплотнением. Но на волне народного гнева кто-то всегда хочет заработать определенные дивиденды. Мне кажется, что деятельность «Зеленой сети» имеет некоторый политический уклон, что в данном контексте чревато нехорошими последствиями. Процесс борьбы с уплотнением не может быть признан оппозиционным — законное желание граждан иметь благоприятную среду не должно принимать конфликтный оттенок. На политическом поле работают свои правила, и технические нормативные правовые акты могут одномоментно перестать действовать. — Судя по тому, как у нас проходят общественные обсуждения, минчане не стремятся становиться грамотными. Большинство подобных мероприятий с первых минут превращается в балаган… — В целом, общественные обсуждения очень полезны. И со своей основной задачей — информированием о планируемом строительстве и ограничением аппетитов застройщика — они справляются. Что касается эмоциональности этих мероприятий… Человеку наступают на больную мозоль. Он чувствует дискомфорт, но законно обосновать тот факт, что его мозоль должна быть неприкосновенна или хотя бы достойна уважительного отношения, не может. Ну а то, как наши граждане реагируют на попирание их интересов — это уже вопросы общей культуры и проблемы местной власти. Организаторы знают, с чем им предстоит работать: да, будут споры, крики, оскорбления, гневные выпады, но среди них обязательно появятся и конструктивные замечания по существу. — Каким образом можно снизить эмоциональный накал таких собраний? — Первый вариант — создать какойлибо общественно-консультационный центр при градостроительном совете. Туда могут войти как делегаты от горячих уплотнительных точек, так и профильные специалисты, которые коллегиально вынесут свое компетентное резюме. Второй — прописать все нарушения и ввести за них персональную финансовую и уголовную ответственность, как это сделано, например, в Финляндии. Пока такую палку-дубину не дадут министерствам культуры и архитектуры, ни о каком продуктивном и спокойном диалоге между застройщиком, проектировщиком, чиновником и жильцами не может быть и речи.

В нашем квартале строят элитный дом. Но, позвольте, о какой элитности может идти речь, если во всем квартале не останется озелененных территорий? Инвесторы считают прибыли, будущие жильцы мечтают о роскошных квартирах в 150-300 метров. Если ситуация будет и дальше развиваться подобным образом, жилье, которое сегодня считается элитным, лет через 10-15 превратится в гарлемовское гетто. Зачем человеку забиваться в суперплотную городскую среду, если у него есть возможность жить в экологичном коттеджном поселке, сформировавшемся по принципу «своего круга»?

— Вопрос из категории вечных: какой Минск лучше, высокий или широкий? Какая модель развития города кажется вам наиболее перспективной? — Путь вверх — тупиковый путь. Говорят, что Сингапур и Гонконг — красивые города. Но что может быть красивого, в 30-50-100-этажном частоколе, среди которого человек чувствует себя букашкой? Среда, в которой живет человек, должна быть сомасштабной. Большинство городов стремится вверх, потому что им больше некуда развиваться. Минск же растет из-за того, что заказчикам нужно срочно осваивать вложенные средства на существующей инженерной и транспортной инфраструктуре. Так не очень умные хозяева строят дачу — сначала дощатый сарай, появились деньги, обкладывают кирпичом, потом надстраивают 2-3-й этажи… Хотели бы вы жить в таком доме? Вопрос риторический. В нашем квартале строят элитный дом. Но, позвольте, о какой элитности может идти речь, если во всем квартале не останется озелененных территорий? Инвесторы считают прибыли, будущие жильцы мечтают о роскошных квартирах в 150-300 метров. Если ситуация

будет и дальше развиваться подобным образом, жилье, которое сегодня считается элитным, лет через 10-15 превратится в гарлемовское гетто. Зачем человеку забиваться в суперплотную городскую среду, если у него есть возможность жить в экологичном коттеджном поселке, сформировавшемся по принципу «своего круга»? — Но каким образом решить проб­ лему расселения людей, которым не по карману жизнь в коттеджных поселках? — Мы не совсем правильно понимаем суть развития архитектуры — она не циклична. Сейчас в нашей стране объявлена тотальная модернизация промышленности, и это — шанс снизить стоимость квадратного метра. В последнее время многие говорят о том, что индустриальное домостроение нужно ликвидировать как класс. Зачем? Достаточно просто изменить технологический подход. Сегодня в мире происходит развитие такого интересного феномена, как 3D-печать. Это уже не фантастика — 3D-принтеры печатают военные экзоскелеты и космические капсулы. Строительство жилья неизбежно перейдет в цифровой формат —

51

немцы и японцы уже сейчас добились в этой области ощутимых результатов. Вкупе с использованием стеклопластиковой арматуры, которая в разы легче, прочнее и дешевле металла, данная технология позволит обеспечить квадратными метрами всех желающих. Помимо этого, нужно разобраться, почему люди хотят жить в Минске. Для большинства из нас столица интересна лишь тем, что в ней присутствует разнообразный набор качественных услуг, которого нет в других местах. Но жители Солигорска и Новополоцка не стремятся в Минск — им и в родном городе живется неплохо. Логика простая: если я хорошо зарабатываю, какая разница, где жить? Сейчас ею руководствуются в основном фрилансеры, представители IT-сферы, но в ближайшем будущем от столичных квартир будут отказываться все больше и больше минчан. Эра накопления капитала, товарно-денежных отношений сменяется киберэпохой, а лучевой принцип расселения «от центра к центру» — сетевым. У нашей страны есть уникальный шанс из перманентного архитектурного лузера выйти в авангард современной архитектуры. Для этого нужно перестать лезть вверх и развернуться лицом к природе и человеку, заняться устройством жилой среды, где функциональная насыщенность будет идеально вписана в природный ландшафт. Пусть она будет с рукотворным рельефом, типа системы «живых холмов», но эти антропогенные горы-жилища будут улучшать не только ландшафт, но и формировать принципиально новое, гармоничное качество жизни. акие перспективы у города в ближайшем будущем? До наступления киберэпохи? — Я очень надеюсь на то, что это безумное бездумное застраивание прекратится. Хотелось бы видеть город-сад, чередование открытых и соразмерно застроенных пространств. Умного, как бы банально это ни звучало, развития. Сейчас, въезжая в Минск из любой точки, кроме проспектов Победителей и Независимости, я попадаю в агрессивную среду, застроенную неизвестно чем. Как человека, который собирается дожить здесь свою долгую и счастливую жизнь, меня очень беспокоит перспектива капсульного пространства, предложенная Кисё Курокава. Его дома — квинтэссенция уплотнения, функционал, доведенный до абсурда, жилье-склеп. Это жутко. Это не мой родной и любимый город.

К


«я» против

Виктор ТОЛМАЧЕВ, пенсионер, «староста» микрорайона Восток 4 апреля 2013 года Александр Лукашенко подписал указ, в котором предусмотрен перенос автовокзала «Московский». На месте старого автовокзала (ул. Филимонова, 63) появится многофункциональный комплекс «Белтрансгаза», принадлежащий российскому «Газпрому». В 1980-х годах был спроектирован автовокзал «Московский». Строительство автовокзала было закончено в 1999 году. Вокзал «Московский» рассчитан на обслуживание 15.000 пассажиров в сутки. 5.459 подписей собрала интернет-петиция против сноса автовокзала «Московский» к концу мая.

52


«я» против

Виктория ЦИТОВИЧ, живет на улице Цнянской с 1979 года 2 попытки предприняла строительная компания «Тамбаз» для постройки на месте спортивного стадиона на улице Цнянской жилого комплекса. 3.000 подписей собрали местные жители против уплотнения Цнянской в 2013 году. В мае городские власти Минска отказали строительной компании в реализации проекта.

текст: Вячеслав Корсак ндр Обухович фото: Алекса27


«я» против

Елена ЖИЖЕМСКАЯ, коренная минчанка, жительница улицы Пулихова На месте недействующего фонтана возле парка Горького планировали построить культурно-развлекательный центр Park Avenue. 1.300 подписей собрали жители улиц Пулихова и Первомайской против строительства в ландшафтно-рекреационной зоне на берегу реки Свислочь. В апреле 2013 года Мингорисполком принял решение «о нецелесообразности заключения с данным инвестором инвестиционного договора на строительство указанного объекта».

54


«я» против

Леонид МОЖАЛЬСКИЙ, житель Уручья, зампредседателя ЖСК №494 В 2005 году стало известно, что Уручье-2 будет уплотнено шестью домами, среди которых и два «омоновских» (дома для сотрудников ПМСН Мингорисполкома). 4 июля 2012 года в зеленой зоне на пересечении улиц Шугаева и Руссиянова были начаты строительные работы. 5 суток провел в Центре изоляции правонарушителей Леонид Можальский за участие в несанкционированной акции 4 июля 2012 года против строительства дома на пересечении Шугаева и Руссиянова. Несмотря на многотысячные подписи, собранные против уплотнения в Уручье-2, строительство домов продолжилось.

55


«я» против школы

«я» против школы

Злокачественное образование Кровавая бойня между школой и здравым смыслом продолжается уже много лет. Через месяц обе армии пополнятся новыми солдатами — семилетние новобранцы безропотно лягут под гусеничные ленты бессмысленных реформ и нововведений. Боже, спаси и сохрани наших детей от министерства образования.

ак бы вы охарактеризовали состояние современного школьного образования? — Исключительно как плачевное. В первую очередь, это касается картины, которая складывается в стране с педагогическим составом. Сегодня в белорусской школе работают учителя двух возрастных категорий: от 45 и старше и недавние студенты, оказавшиеся здесь по распределению. 90-е годы — это выхолост, десять лет назад в педвузы поступали молодые люди, не имеющие о своей будущей профессии ни малейшего представления. Конкурс туда практически отсутствовал, сама учеба напоминала какую-то пародию на высшее образование. Зато по окончании вуза каждый получил настоящий диплом, без которого у нас, как известно, никуда. Студентов, которые осознанно шли в профессию и считали педагогику своим призванием, можно было пересчитать по пальцам.

ТЕКСТ: ЮЛИЯ КРУТОВА,

К

ВИКТОР РАДЬКОВ ФОТО: ВИКТОР РАДЬКОВ

Один из лучших преподавателей средней школы Беларуси Ольга Степановна Омельянюк в пух и прах разносит систему, в которой проработала более 25 лет.

40

41


«я» против школы — Не так давно в Беларуси закончилась очередная приемная кампания. Ситуация аналогичная — на некоторых специальностях недобор в пед доходил до 90%. — Как бы кощунственно это ни прозвучало, но количество университетов в нашей стране необходимо сократить в несколько раз. Когда-то давно, когда Беларусь была еще советской Белоруссией, она считалась одной из самых образованных республик в СССР. То, что происходит у нас сейчас, не входит ни в какие рамки. Специалист с высшим образованием — это интеллигентный, образованный, всесторонне развитый человек, постоянно стремящийся к овладению новыми знаниями. Выпускник современного вуза не имеет с ним ничего общего. Особенно это касается педагогических университетов — молодые педагоги на тысячи километров оторваны от школы, они не владеют методикой, не знают теории и вообще не в состоянии работать с детьми. очему наши педвузы не справляются со своей прямой обязанностью — научить учить? — Потому что в них складывается аналогичная ситуация. Сегодня в вузах работают люди, которые, во-первых, никогда не преподавали в школе, во-вторых, продолжили учебу просто потому, что кому-то нужно было это сделать. То же касается сотрудников министерства образования и других ведомств. Большинство работников этих учреждений — несостоявшиеся учителя, которые очень далеки от школы. Они приходят в эшелон управления, что-то требуют, но при этом никого ничему научить не могут. Меня часто приглашают на различные форумы и мастер-классы, проходящие в России. В их системе образования тоже не все гладко, но практически все преподаватели педагогических вузов — действующие учителя. Они ведут один-два класса, не более, однако работа в школе позволяет им проводить эксперименты на практике, без отрыва от реальных учеников. Человек, который не работал с детьми ни одного дня, не сможет подготовить хорошего педагога — чистая методика не дает никакого эффекта. И самое печальное в этой ситуации то, что подобное положение дел нисколько не тревожит высшие эшелоны власти.

П

«я» против школы

Учитель, имеющий среднее специальное образование, после окончания лингвистического колледжа получает около миллиона семисот. При 25 уроках в неделю он может рассчитывать на два миллиона с хвостиком. Учитель высшей категории со всеми надбавками зарабатывает три с половиной миллиона — для работы в школе это потолок. — В 60-х годах американцы, впечатленные достижениями Советов в космосе, обратили внимание на систему школьного образования. После ряда исследований их выводы оказались единодушными: СССР обставил США не только в небе, но и за школьной скамьей. Почему спустя 50 лет мы с треском скатились с передовой позиции? — Что представляла собой советская образовательная система в 60-е годы? С одной стороны, у нас была очень сильная физическая школа, с другой, всеобщим уважением пользовались «лирики» — представители творческой интеллигенции. Советское образование сочетало гуманитарное и физико-математическое направления и воспитывало гармоничную личность.

42

Наиболее показателен в данном случае опыт Франции. После Второй мировой эта страна испытала острую нехватку в рабочей силе. Для того чтобы восстановить довоенный баланс, французы перешли на систему, где преобладали предметы физико-математического профиля. Однако по прошествии небольшого количества времени оказалось, что в стране не осталось специалистов, которые могли бы руководить новыми кадрами. Люди прекрасно разбирались в прикладных дисциплинах, отлично знали физику-математику, но абсолютно не умели разговаривать друг с другом. В Беларуси сегодня происходит то же самое — вместо цельной системы у нас сплошные перегибы, то в одну сторону, то в другую. Например, сейчас все стесняются рабочих профессий. Если во всем мире быть хорошим механиком почетно, у нас к его работе относятся безо всякого уважения. Белорусы привыкли к тому, что защитить диплом — проще простого. Что именно стоит за этим дипломом, как студент его получает, сколько денег за это платит — не важно, главное — корочка. Толковое гуманитарное образование, воспитывающее в людях необходимые человеческие качества, у нас также отсутствует напрочь. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно несколько минут послушать теле- или радиодикторов.

— Где находится та «точка бифуркации», о которую мы споткнулись? — После распада СССР людям хотелось жить по-другому, хотелось изменений, полного уничтожения советского наследия. В итоге классическая российская школа была разрушена. Убрали гуманитарные специальности, уменьшили количество уроков русского языка. Вместо трех часов, которые были отведены на русскую литературу, закладывающую основы нравственного поведения, остался один. В то же время в 90-е обязательными для изучения стали возвращенные произведения, которые кардинальным образом меняли мировоззрение человека. «Мы» Замятина, «Котлован» Платонова, «Доктор Живаго» Пастернака, рассказы Бабеля… Дело в том, что процент русской литературы по отношению к мировой очень мал — не более 10%. И именно эти писатели связывали наших детей с остальным миром, знакомили с глобальными проблемами, формировали новые взгляды. Сейчас практически все они из программы исчезли. То же касается и русского языка — учебники кромсались до невозможности. В результате, сегодня большинство из них не соответствует министерской программе — материалы, рассчитанные на два часа, пролистываются за один. Наши чиновники настолько далеки от средней школы, что даже не подозревают о том, насколько вредоносными оказываются их гениальные нововведения. продолжение темы реформирования: Беларусь остается единственной и последней страной в Европе, которая не является частью Болонского процесса. Министерство образования не отчаивается и по-прежнему рассчитывает попасть туда до 2015 года. Нужно ли нам подобное присоединение вообще и на каких условиях? — Это чересчур оптимистичная перспектива, за которой ничего не стоит. Возможно, нужно. Возможно, спустя какое-то время так оно и будет, но говорить об этом сейчас — просто смешно. Для того чтобы стать частью Болонского процесса, нам необходимо коренным образом изменить всю существующую систему. За два года сделать это невозможно. Если наше государство будет

В

уделять образованию столько внимания, сколько оно уделяет ему сейчас, ни о каких европейских стандартах в ближайшем будущем не может быть и речи. За границей учебные заведения готовят человека, который, прежде всего, должен уметь адаптироваться в окружающем мире. Если школьник изучает свойства подорожника, он должен сорвать его и приложить к ране, если строение лягушки — своими глазами увидеть ее внутренности, если проблемы наркомании — самостоятельно придумать и задать вопросы колумбийскому учителю, сталкивающемуся с ней каждый день. И пока мы не изменим систему среднего образования, в коррекции высшего нет никакого смысла — нельзя перепрыгнуть через голову. Например, в России, которая в очередной раз провалила PISA — международный тест, оценивающий образовательные достижения учащихся, — сейчас переучивают всех учителей. Этот процесс продолжается уже третий год. В Беларуси исследования по методике PISA не проводятся, об общей грамотности наших школьников мы судить не можем. Единственный повод для гордости — подвижники, которые вместе с детьми выигрывают международные олимпиады. Но их единицы, и никакими премиями таких энтузиастов в профессии не удержишь. — На какую зарплату сегодня может рассчитывать молодой учитель? — Учитель, имеющий среднее специальное образование, после окончания лингвистического колледжа получает около миллиона семисот. При 25 уроках в неделю он может рассчитывать на два миллиона с хвостиком. Учитель высшей категории со всеми надбавками зарабатывает три с половиной миллиона — для работы в школе это потолок. Разница между категориями — 1-й и высшей — сегодня составляет около ста тысяч рублей. Публикация работ, получение категорий и наработанный с годами опыт в финансовом отношении для учителя большого значения не имеют.

43

— Со следующего учебного года существовавший со времен СССР 18-часовой норматив планируется увеличить еще на два урока. Каким образом подобное нововведение отразится на вашей работе? — Для того чтобы выйти на более-менее нормальную зарплату, учителю придется взять полторы ставки — это 30 часов плюс множество других внеклассных «благ». Учителя, конечно, могут, как предложил президент, «себя оптимизировать и сделать шаг навстречу», но в этом случае качество их

работы снизится в разы. Проводить по 30 уроков в неделю, каждый из них прорабатывать, придумывать интересные классные часы, заполнять горы бумаг и при этом нормально спать, питаться, а тем более выглядеть — нереально. Как сегодня готовятся к занятиям некоторые молодые педагоги? Учительница открывает поисковой сайт, вводит в него тему, кликает на первую попавшуюся ссылку и скачивает готовый урок. Но другая учительница из престижной гимназии Санкт-Петербурга или маленькой ростовской школы делала его для своих учеников, конкретных детей с определенным уровнем обученности и развития. Будет ли какой-либо эффект от работы по этой кальке? Вопрос риторический. Боюсь, что очень скоро на более серьезную подготовку времени не останется ни у кого.


«я» против школы — Что должен делать учитель, помимо своих основных обязанностей? — В идеале учитель никому ничего не должен. У него одна задача — прийти в класс с хорошим настроением и научить детей чему-то новому. Однако на деле это настроение очень быстро сменяется другими эмоциями. Не смог заполнить арену — плохо, выпускники сдали тесты хуже, чем учащиеся соседней школы, — плохо, дети не хотят есть котлету и кашу — плохо. Всеобъемлющий охват школьников горячим питанием — это отдельная тема. Наши дети должны есть, вне зависимости от того, хотят они или их родители этого или нет. Но сама стоимость школьного обеда сегодня очень высокая — цена пятидневного питания по Минску составляет около 75 тысяч. Если в семье двое детей, которых нужно не только накормить в школьной столовой, но еще обуть, одеть и развлечь, в конце месяца родители выходят на сумму в 600 тысяч. Не все могут позволить себе потратить эти деньги на обеды, к которым ребенок даже не притрагивается. Вот и получается, что мы кормим не детей, а людей, работающих в школьных комбинатах. Классное руководство сегодня также превратилось для учителя в наказание. Педагогу проще остаться предметником, отвести положенные часы и уйти пораньше домой, чем вникать во все бюрократические нюансы внеклассной работы. — Зачем вообще учителю хорошо работать в таких условиях? — У меня нет ответа на этот вопрос. Хорошо работают сегодня только фанатично преданные делу люди, как правило, учителя в 3-4-м поколении. Какие бы теплые чувства к профессии человек ни испытывал на старте, через год у него напрочь пропадает все желание работать. И последней каплей зачастую становится не мизерная зарплата или дополнительные обязанности. Сегодня наша профессия превратилась в одну из самых непрестижных. Даже если учитель умрет на работе, он заработает два с половиной миллиона, но не авторитет. Учитель априори не прав, априори неудачник. В результате мы имеем то, что имеем. — Мой классный руководитель не согласи��ся бы с вами — она была права всегда, а мы из года в год оставались кустарниковой тундрой, классом дебилов, стадом баранов, идиотами и дегенератами. — Такие учителя — достойное порождение современной образовательной системы. Подобное поведение является результатом неуверенности, безграмотности и отсутствия внутренней культу-

«я» против школы

ры. Да, дети бывают очень сложными. Например, ученик может заявить своей учительнице, что возьмет автомат и из него ее расстреляет. Или прервать рассказ о поэзии серебряного века вопросами типа: «А вы знаете, почему доллар зеленый? Хотите анекдот расскажу?». Или компот в столовой соленым огурцом размешать. Или залезть на перемене в учительскую сумку, вытащить оттуда зонтик и размолотить его об стену. Вызываешь родителей, а в ответ: «Это вы виноваты, это вы довели». Но дети — это дети. Несмотря ни на что, педагог должен с уважением относиться к своим ученикам.

Человек, который не работал с детьми ни одного дня, не сможет подготовить хорошего педагога — чистая методика не дает никакого эффекта. И самое печальное в этой ситуации то, что подобное положение дел нисколько не тревожит высшие эшелоны власти.

44

— Еще одна претензия к школьным учителям заключается в том, что они не могут подготовить ребенка к поступлению в вуз. Вы с этим согласны? — Категорически не согласна. Если ученик целеустремлен и настроен на победу, он обязательно добьется поставленной цели. Кроме того, многое здесь зависит от связки «родители-учитель» — чем она прочнее, тем больше у ребенка шансов на успех. Моя дочь не имела ни одного репетитора, но без труда поступила в БГУ и успешно его закончила. Я знаю очень много детей, особенно детей из провинции, которые самостоятельно поступают в самые престижные вузы, причем не только в Беларуси. У них нет репетиторов, зато есть четкие цели. — Если все так просто, почему наши дети занимаются с репетиторами? — Для меня это большой секрет. Логично предположить, что причина кроется в недоверии к системе образования. Это наша ментальная черта — если стало трудно, кто-то со стороны обязательно должен всех спасти. Я всегда говорю своим ученикам, что полученные знания, в первую очередь, дают свободу. Но добывать эти знания нужно самостоятельно — это очень важное умение, которое как никакое другое пригодится в будущем. Во многом это — ошибка родителей, выбирающих самый простой путь. Они снимают с себя и ребенка ответственность и перекладывают ее на дядю со стороны. А для дяди или тети репетиторство — это легкий заработок, не более. аким образом родители могут помочь своему ребенку подругому? — Большинство проблем возникает из-за отсутствия контакта между родителем, учителем и ребенком. Рассчитывать на хороший результат можно только в том случае, если все они находят между собой общий язык. Однако очень часто события развиваются по одному и тому же сценарию: ребенок оканчивает начальную школу и переходит в пятый класс. Он привык к снисходительному отношению, хорошим отметкам, доброй учительнице-няньке и вдруг сталкивается с совершенно другой педагогической моделью. Строгий преподаватель требует от него большего — вместо десятки пятиклассник получает восемь. Он приходит домой и рассказывает о том, что злая учительница занизила отметку. Что делают родители? Как правило, вместо того, чтобы разобраться в ситуации, они на автомате встают на сторону ребенка.

К

Родителям жалко свое чадо, но после такого сочувствия все летит в тартарары — школьник не хочет учиться, потому что не любит школу, потому что плохая учительница придирается, потому что требует от него невозможного. Для того чтобы помочь своему ребенку, мамам и папам нужно научиться доверять педагогу и не мешать ему хорошо делать свою работу. езультаты последнего ЦТ в очередной раз оказались, мягко говоря, удручающими. Является ли подобная проверка знаний объективной, и насколько точно она отражает реальный уровень подготовки школьников? — Вопросы, заявленные в ЦТ практически по всем предметам, необоснованно усложнены. Я не могу объективно оценить тесты по математике, физике и другим дисциплинам, но большинство заданий по русскому языку являются не развивающими, а догматическими. Для того чтобы хорошо сдать ЦТ, ребенок должен зазубривать правила, но не учиться думать и рассуждать. Отсутствие сочинения или эссе в качестве контрольного механизма — самая большая ошибка, которая существует сегодня в системе гуманитарного школьного образования. Для того чтобы продолжить учебу, детям не нужно знать какие-то филологические нюансы и тонкости, в первую очередь, они должны уметь формулировать свои мысли, высказывать свою точку зрения, быть логичными и последовательными. Эти навыки необходимы при поступлении в любой престижный колледж Америки и Европы. Аналогичное задание также есть в российском ЕГЭ — из 120 слов абитуриент должен составить связный текст. Ничуть не лучше обстоят дела со школьными экзаменами. Итоговый диктант и изложение — самые мерзкие проверочные работы, которые только можно было придумать. По радио еще не успели объявить тему, а дети уже начинают копошиться и отовсюду доставать шпаргалки и сборники. Мы сознательно прививаем им безнравственность, на практике показываем, что можно не выучить и подумать, а списать и слукавить.

Р

— Мы говорили об изменениях в системе образования, профессиональном уровне преподавателей, психологии родителей. А как за последние 10-20 лет изменились наши дети? — Наши дети стали лучше. Дети живые, интересные, талантливые, изобретательные, глубокие, свободные. Их беспокоят серьезные вопросы, они читают книги, они сами пишут стихи. Дети отходят от пелевинской чернухи и живут только позитивными вещами. От детей можно получить сумасшедший заряд положительных эмоций — даже если ты пришел на урок в плохом настроении, они очень быстро заставят тебя улыбнуться. Их

45

рассуждения и неожиданные выводы о каких-то литературных вопросах позволяют по-другому посмотреть на реальные жизненные ситуации и разобраться в своих проблемах. Я их за это очень уважаю и люблю. Вопреки всем перегибам и недостачам, дети у нас — замечательные.


«я» против

Анна Румянцева 27 лет, переехала в Минск из Бреста Принадлежит к династии преподавателей – мама и дедушка работали учителями. Выбрала профессию учителя по велению сердца. Училась на историческом факультете Белорусского государственного педагогического университета (БГПУ). 2 года отработала по распределению в Замосточской средней школе, где преподавала историю и обществоведение. За это

время узнала, что такое бумажная работа: «Это работа, которая вообще никому не нужна. Только отделам образования, чтобы подшить эти документы в еще более огромный документ». По окончании распределения устроилась в минскую школу №110. Уволилась из-за низкой зарплаты, «бумаготворчества», неуважительного отношения к учительскому труду и «по

46

идеологическим причинам». «Я преподавала особенный предмет – историю. И у меня есть свой взгляд на многие исторические события. Я понимала, что если открою рот и буду говорить то, что думаю, это аукнется. Этот внутренний конфликт не давал мне покоя». В настоящее время работает заместителем начальника отдела по возврату брака в компании «XXI век». Подумывает об эмиграции.


«я» против

Вилен Климкин 27 лет, родился в Вилейке Окончил факультет социальнопедагогических технологий БГПУ по специальности «социальная педагогика/английский язык». После института пошел на работу по распределению во Дворец детей и молодежи Заводского района «Золак», где стал вести кружок английского языка.

В кабинете было восемь посадочных мест, но по нормам курсы должны были посещать 30 человек. Во время проверок Вилен уверял контролеров, что дети болеют либо уехали к родственникам.

Порядка трехсот тысяч рублей зарабатывал в «Золаке», а за съемную квартиру приходилось платить 350.000. Признается, что два года распределения сидел на шее у родителей. После окончания срока распределения устроился в компанию, которая производит детские игрушки, где занимается логистикой.

текст: Вячеслав Корсак й Куприч фото: Никола27


«я» против

Денис Подосеп 31 год, родился в г.п. Порозово (Гродненская область) В 2004 году окончил математический факультет Белорусского государственного педагогического университета. 2 года отработал по распределению в средней школе деревни Вердомичи, где преподавал математику, информатику и вел спортивные кружки.

48

После распределения устроился лаборантом кабинета информатики в минскую школу №166. Получал зарплату в размере 250.000 рублей. Проработал год. После школы устроился менеджером. В настоящее время является директором компании ООО «Видиэс Групп», которая работает как рекламное агентство, а также выпускает журнал «.сапиенс».


«я» против

Анна Шипулина 30 лет, родилась в Вилейке В 2006 году окончила БГПУ, где училась на преподавателя английского языка и социального педагога. Два года отработала в минской школе №80 учителем английского языка. Основной доход получала от репетиторства. После распределения ушла в рекламное агентств�� на должность менеджера. Собирается уехать в Москву.

49

22,38

%

бе абитлуорусских риент ов

не сд

али

ин на цеонстранный т я тестрализованзык в 201и3ровании ном году


«я» против хамства на дороге

«я» против хамства на дороге

Как водится ТЕКСТ: ЮЛИЯ КРУТОВА ФОТО: НИКОЛАЙ КУПРИЧ

Начальник прессслужбы минского ГУВД, автор интернетпроекта «#перехват» Александр Ластовский рассказывает о  том, как бороться с дорожным хамством без использования бейсбольной биты и других ударно-дробящих инструментов.

42

43

— Как бы вы охарактеризовали уровень культуры вождения в нашем городе? — На общесоюзном уровне Беларусь всегда считалась образчиком очень высокой культуры вождения. Приезжих удивляло, что люди переходят дорогу исключительно по пешеходному переходу, только на зеленый сигнал светофора. Водители, которые не только соблюдали ПДД, но и любезно пропускали пешеходов, казались нашим соседям невероятно вежливыми. Это отложило свой отпечаток и на нас — высокая культура вождения передавалась от поколения к поколению. Но время не стоит на месте, появляются новые фишечки — тонировка, «синие ведерки», разговоры за рулем по мобильнику и другие раздражители, которые становятся предметом обсуждений, споров и конфликтов. Меняются дороги, скоростные режимы, сами автомобили, позволяющие некоторым удальцам усомниться в законах физики. Однако наиболее серьезные изменения происходят в головах наших водителей. Особенно это касается молодых людей, которые априори уверены в своей правоте. Большинство бесправников — парни, а иногда даже и девушки от 18 до 25 лет. В этом возрасте кажется, что все дозволено, все можно, а существующие порядки — лишь досадное недоразумение. Именно эта категория граждан чаще всего игнорирует правила и дорожного движения, и морали.


«я» против хамства на дороге — Во многих странах частое перестроение, опасное маневрирование, нарушение дистанции и создание других помех для нормального движения попадает под определение «агрессивное вождение» и считается правонарушением. Штраф в 2.000 евро можно получить даже за поднятый вверх средний палец. Нужна ли подобная мера нашей стране? — В законе не предусмотрено, что водителю нельзя поднимать средний палец. Но этот жест может быть расценен как неуважительное отношение к окружающим — в данном случае в силу вступает обширная статья 17.1 КоАП — «Мелкое хулиганство», а сам конфликт из плоскости ПДД перерастает в общечеловеческий.

рожного движения, а правила людских взаимоотношений. Подрезать можно по разным причинам: нечаянно или из-за наплевательского отношения к водителю, который едет позади тебя. То же со скоростью: ее можно увеличить случайно, а можно осознанно, проигнорировав требование ПДД и возможные негативные последствия для окружающих. Но если в жизни отсутствие воспитания и

где герои ездят по безлюдным дорогам Крыма. Эти дороги остались прежними, однако число автомобилей на них увеличилось во много раз. Чем теснее становится вокруг, тем активнее водители начинают между собой конфликтовать. Кроме того, по дорожной обстановке можно судить о внутренней культуре людей. К сожалению, сегодня моральная планка снижается. Отчасти в этом виноваты масс-медиа, интернет и их мнимая свобода, позволяющая делать все, что угодно, оставаясь при этом анонимным и безответственным. Мы все настолько углубились в виртуальный мир, что переносим его правила в

В первую очередь, хам нарушает не правила дорожного движения, а правила людских взаимоотношений. Всецело полагаться на западный опыт я бы не стал. У Беларуси свой путь развития, своя история человеческих взаимоотношений и свое законодательство, которое целиком и полностью отражает наш менталитет. Уровень ответственности за рулем в Европе достаточно высок, хамства на дорогах — меньше, и эта штрафная вилочка предназначена для отдельных неисправимых нарушителей. Захотел полихачить — будь готов исчерпать свой кредитный лимит. Если сейчас мы резко увеличим штрафы, без колес останется полстраны — сначала нужно поднять моральную планку и только потом размер денежного взыскания. то вы вкладываете в понятие «хамство на дороге»? — С моей точки зрения, хамство на дороге — это намеренное создание конфликтных ситуаций, которых легко можно было бы избежать. В первую очередь, хам нарушает не правила до-

Ч

внутренней культуры не всегда приводит к серьезным проблемам, на дороге, как показывает практика, каждый хам зачастую находит свой столб. Именно поэтому водителей, которые ведут себя неадекватно, на мой взгляд, нужно наказывать по самой верхней планке, которая только предусмотрена законом. Прежде всего для того, чтобы сохранить хаму его хамскую жизнь. — Почему среди белорусских водителей появляется все больше наглецов и грубиянов? — С каждым годом у нас растет количество машин. Пересмотрите любой советский фильм, например, «3+2»,

44

реальную жизнь, постоянно поступаясь нравственными принципами. Если ты считаешь себя образованным человеком, соответствуй этому понятию и в интернете, и на дороге, где угодно. Хотя знаете, что… Все эти напутствия, какими бы верными они ни были — из разряда высоких материй. На практике дела обстоят гораздо проще.


«я» против хамства на дороге — Каким образом? — Человек за рулем боится только одного — инспектора дорожного движения, который может его остановить и оштрафовать. С февраля прошлого года появилось еще одно страшное слово — «перехват». «Перехват» — это возмущенный хамством прохожий с мобильным телефоном, это камеры видеонаблюдения, это видеорегистратор, установленный в соседней машине. «Перехват» сегодня во всем и везде. Возьмем конкретную ситуацию: вы едете на работу, лихо подрезаете какую-то машину и спокойно продолжаете движение. Но когда вы приезжаете в офис, оказывается, что ваши коллеги уже просмотрели видео­ запись этого маленького инцидента, опубликованного в интернете, и вовсю обсуждают ваше поведение. И начинается: на работе все подкалывают, друзья звонят, супруга или супруг устраивают дома взбучку, даже родителям уже все рассказали и показали. В результате спустя несколько дней начальник долго рассуждает о вашем моральном облике и репутации компании и лишает заслуженной премии. Уверяю, после этого ваше отношение к другим водителям изменится кардинальным образом. Видеорегистраторов становится все больше, а откровенного хамства все меньше — недавно это подтвердил один из руководителей ГАИ, который изначально относился к «Перехвату», мягко сказать, без энтузиазма. олучается, что «Перехват» больше работает не на наказание, а на предупреждение возможных последствий? — В «Перехвате» есть два направления работы. Первый — это профилактическое воздействие. В данном случае общественность сама решает, кто виноват, а кто — нет, и сама устраивает «самосуд», очень жесткий и неприятный: люди начинают обсуждать недостойное поведение нарушителя. Например, если вы показали неприличный жест, вы узнаете много нового не только о своих моральных качествах, но и о том, что пальцы у вас кривые, руки — неухоженные, а лак — дешевый и безвкусный. Другая задача «Перехвата» — это как раз таки привлечение к административной ответственности.

П

— Я неоднократно слышала о том, что без письменного заявления от потерпевшей стороны фото или видео ничего не значит… — Это не совсем так. Да, очевидец ДТП не имеет права писать заявление от имени потерпевшего, однако в отношении сотрудников милиции в этом случае существует исключение.

«я» против хамства на дороге Сотрудник органов внутренних дел имеет право заявить об известном ему правонарушении. Все обращения в ГАИ идут исключительно от моего имени. ГАИ, в свою очередь, проводит проверку и определяет, виновен человек или нет. Меня очень радует, что большинство водителей, попавших в «Перехват», не пытаются отпираться, а сразу признают свою вину. Более того, дошло до того, что на популярном форуме один пользователь, чье видео было выложено на сайте, не дожидаясь разбирательства, спрашивал о том, каким образом он может заплатить штраф. Когда я увидел его сообщение, чуть из кресла не выпал от удивления.

Агрессия никогда не приводит ни к чему хорошему, опускаться до уровня хама — непотребно... Лично я всегда следую одному простому правилу, которое действует железно: за рулем полнейшее спокойствие. — Когда вы выводили «Перехват» в Сеть, не боялись агрессивной реакции интернет-пользователей, которые не особо жалуют нашу милицию? — Да, сначала «Перехват» пробовали на зуб, пытаясь найти в нем какой-то подвох. Это происходило не только на форумах, меня буквально закидывали письмами и жалобами. Но эти жалобы (все до одной — безосновательные) по-

48 46

могли найти и укрепить слабые места «Перехвата». Здесь на руку проекта сыграла народная мудрость: все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Что касается реакции интернет-троллей, то я знал, на что иду. Три года назад я вошел в Твиттер, «ВКонтакте» и все социальные сети скопом. Сегодня твиттер ГУВД один из самых читаемых, он имеет 9.800 подписчиков, однако за это время на меня вылились тонны грязи. Я знал, ��то у проекта большое будущее. Во-первых, проблемы, которые он поднял, назрели уже давно. Во-вторых, я видел настроения интернет-пользователей и их огромный потенциал для дальнейших действий. Кроме того, в это время начал зарождаться белорусский «СтопХам» — великая дурость, которой «Перехват» поставил жесткий препон. — Почему вы так категоричны по отношению к «СтопХаму»? — Агрессивное поведение никогда не приведет к положительному результату. В Беларуси есть вполне адекватные и законные меры воздействия — предупреждение, штраф, лишение свободы на некоторый срок. На каком основании эти люди клеят наклейку, которая потом не отдирается, устраивают самосуд, издеваются и при этом остаются беленькими? Это же средние века. Посмотрите, чем закончилась охота на педофилов — группа молодчиков, прикрываясь красивой вывеской, сегодня может унизить и избить любого человека. Не спорю, идея борьбы с преступностью хорошая, но ее исполнение просто отвратительное. Эффективность их деятельности в таких условиях — ноль целых ноль десятых. — В отличие от США или Европы, у нас содействие милиции очень часто воспринимается не как активная гражданская позиция, а как… — Стукачество? — Да. — Природа интернета такова, что туда, как правило, выплескивается один негатив. Логика простая: день прошел хорошо, о чем написать? К сожалению, многие из нас привыкли к безответственности, а также к халяве. В любой очереди найдется человек, которому «больше всех надо», который «на минуточку» и «только за справочкой». Ни в одной цивилизованной стране мира этим Я-Только-Спросить нет никаких поблажек, и только у нас это — норма

поведения. Вот такие люди и противостоят «Перехвату». Им первыми нужно стать на перекрестке, нужно кого-нибудь подрезать, пересечь двойную или превысить скорость. И если такой водитель кого-нибудь собьет, он скажет: «Да, я виноват». Но это односекундное «я виноват» тонет в километрах пустых комментариев, которые оставляют на форумах. — Еще одна претензия к «Перехвату» — ситуация с брошенными машинами. Многие пишут о том, что направили вам соответствующее сообщение, а хлам и ныне там… — Автохлам — это еще одно проявление хамства. Владельцу машины наплевать не только на эту ржавую кучку, но и на окружающих его людей. Убрать ее никто не вправе, это частная собственность. Оштрафовать владельца, допустим, за неправильную парковку, можно, а убрать — только через 30 календарных дней, если владелец проигнорирует обращение ЖЭСа. После этого машина эвакуируется на охраняемую платную стоянку, еще через некоторое время через суд может быть решен вопрос о признании ее бесхозной. Даже в случае, когда владелец автомобиля умирает, никто не может его отбуксировать, по документам машина все равно кому-то принадлежит. В «Перехват» поступила информация о пятистах таких автохламах, мы убрали около трехсот. Автомобили, которые находятся под арестом или, например, заложены, никто трогать не имеет права, есть такие юридические обстоятельства. Но гражданам все равно, граждане жалуются и негодуют. бидно, наверное? — Проект нужен, раз о нем говорят. Хорошо или плохо — неважно, черный пиар — тоже пиар. За полтора года в «Перехват» пришло около двадцати тысяч сообщений. Некоторые из них непоняты, поэтому каждое фото и видео нужно тщательнейшим образом проанализировать. Это огромный кусок работы, который делаю я один, иногда мне помогают мои сотрудники. По закону на эту деятельность я не имею права попросить ни рубля бюджетных денег — в документах «Перехват» нигде юридически не проходит. Я, компьютер и пачка бумаги, на которой я пишу

бы высокопарно это ни звучало, но подобное положение вещей накладывает на водителей-пешеходов определенные обязательства. Воспитать человека-танка можно только личным примером. рапорты от имени «перехватчиков», — вот и весь «Перехват». В благодарность за свою работу я получил с десяток «спасибо» и тысячи негативных комментариев. Да, это неприятно, но я отношусь к такому положению вещей философски, ни на кого не жалуюсь и обиды не держу. — Зачем вы тогда вообще этим занимаетесь? — Когда работа приносит радость — это большое счастье. Кто-то любит собирать подстаканники, кто-то — марки. А мне нравится приносить реальную пользу людям и видеть конкретные результаты своей работы. Не каждый может похвастаться тем, что оставил после себя какой-то след. Я буду счастлив, если у меня это получится.

О

— Когда речь заходит о дорожном хамстве, в первую очередь, подразумеваются водители. Каким образом следует воспитывать других участников дорожного движения — пешеходов? — Не каждый пешеход — водитель, но каждый водитель — пешеход. Последние знают динамику движения, знают, как тяжело остановиться машине, знают, как и куда идти. Самоуверенный пешеход с гордо задранной головой, прущий через переход, невзирая ни на что, рискует испытать на прочность жесткость капота, если водитель не смог предотвратить трагедии. Поэтому как

47

— Как бороться с хамством, если мобильный выключен, а видеорегистратор не работает? — Самый действенный способ — махнуть на хама рукой. Если его мама не смогла научить, как себя нужно вести, чем вы сможете помочь? Битой по голове ударить? Или сонет Шекспира прочитать, чтобы растоптать морально? Не нужно тратить время и нервы на то, что не в наших силах. Агрессия никогда не приводит ни к чему хорошему, опускаться до уровня хама — непотребно. Кроме того, всегда есть риск, что вам же в результате и достанется. Лично я всегда следую одному простому правилу, которое действует железно: за рулем полнейшее спокойствие. Полнейшее. На окружающую обстановку и хамское отношение внимание не обращать, вообще отключить эту опцию. Подрезали, обогнали, крикнули что-то вслед — сразу же об этом забыл. Если человек — хам, ему с этим недугом и жить. Кроме того, если я никуда не спешу, я пропускаю машины. Не из-за того, что я такой правильный, а потому, что мне очень нравится, когда другие водители благодарят аварийкой. Но если кто-то один не моргнул, сегодня я больше никого вперед не пропущу. — Отходите от своего правила не нервничать? — Нет, но настроение уже не то. Кстати, я бы хотел обратить внимание на еще один нюанс, который меня возмущает. Наше общество склонно видеть проблему хамства в несколько искаженном свете. При обсуждении свинского поведения на дороге люди ищут и находят виновных: родителей, школу, ПТУ, плохую милицию, медленную «скорую помошь». Однако количество комментариев о том, что хам виноват сам, близко к нулю. Если вы действительно хотите что-то изменить, не нужно перекладывать ответственность на других. Действуйте сами. Отправьте сообщение в «Перехват», оставьте на стекле записку, только не самоклеющуюся, или в лицо скажите соседу о том, что его машина вам мешает. Для того чтобы хам окончательно исчез с дороги, мы должны создать для него нетерпимые условия. Других вариантов нет.


«я» против

Алексей Козловский 33 года, системный администратор Получил права в 1997 году, 4 года водительского стажа, 2 раза попадал в ДТП. Если человек включает поворотники и ему нужно перестроиться, я без проблем его пропущу. Но когда в твою полосу начинает вклиниваться неизвестно откуда взявшаяся машина, естественно,

это вызывает недоумение… Человек думает — я еду, а все остальные подождут. Ребята из ГАИ занимаются тем, что снимают штрафы, стоя на знаках или карауля из засады. Но большую проблему представляет не тот, кто едет 60 км/ч там, где можно 40, а неправильно припаркованный автомобиль, неработа-

48

ющие светофоры, ямы и выбоины на дорогах. Это ведь не проблемы водителя, а ГАИ от них открещивается. Чем хуже работают правила, тем больше соблазна их нарушать. И если за перестроение на перекрестке ты вряд ли получишь штраф, у водителей формируется специфический стиль вождения.


«я» против

Олег Сушко 41 год, водитель «скорой» 18 лет работает водителем скорой медицинской помощи, в настоящее время – в кардиологической бригаде. Рядом с подстанцией №3 станции скорой медицинской помощи находится школа. Родители школьников паркуются прямо на стоянке «ско-

рой». С утра с подстанции практически не выехать. Даже если срочный вызов, то выбраться невозможно. О большинстве белорусских водителей ничего плохого не скажешь. Есть, конечно, хамье, которое может принципиально не уступать дорогу. Видит, что едет машина с мигалкой,

все ряды остановились, но нет — ему нужно проскочить. Был случай, когда дело чуть не закончилось дракой. Парень хотел рисануться перед девчонкой, подрезал нашу машину и по тормозам. А мы ехали на визит. Вся бригада меня держала.

текст: Вячеслав Корсак Крук Куприч, Юлия Янюк, Алина фото: Николай27


«я» против

Павел Белькевич 34 года, водитель автобуса № 115 Работает водителем автобуса с 2002 года. Когда начинается час пик, на наших дорогах все едут, как хотят, — наглеют и редко уступают. Самый частый случай хамства — это когда ты едешь по первой полосе, а перед тобой легковушка резко жмет на тормоза,

50

чтобы уйти в поворот направо. Ты тормозишь, в салоне кто-то падает... Водители забывают о том, что мы везем пассажиров. Только в последнее время мы стали приучать легковушки уступать нам дорогу, когда мы трогаемся с остановки. Чтобы работал 125 пункт ПДД, нам приходится внаглую лезть на вторую полосу.


«я» против

Сергей Шахнович 35 лет, водитель МЧС Пришел на службу в МЧС после армии и уже 15 лет развожу на вызовы спасателей. Есть разные водители — всех не осудишь. Но если иногда не пропускают ГАИ с красно-синими проблесковыми маяками, что тут говорить о синих маяках… Нам пытаются уступать, но все равно найдется тот, кто подрежет. Но главная проблема —

это парковки. Люди бросили машину посреди двора и не думают, что, не дай Бог, приедет оперативная машина… Это не только проблема водителей, но и обустройства самих парковок. Я всегда говорю, что если вы видите машину с проблесковыми маяками, уступите ей. Ведь спецсигналы работают не просто так. Мы едет спасать кому-то жизнь.

51


«я» против копирайта

«я» против копирайта

Быть пиратом

ТЕКСТ: АНДРЕЙ ДИЧЕНКО ФОТО: НИКОЛАЙ КУПРИЧ

Идейный вдохновитель «Пиратского центра» Михаил Волчек рассказывает о том, как в цифровую эпоху устаревший закон об авторском праве может навредить обществу и почему во многих странах появляется «теневой интернет».

40

41

Закачивая очередную книжку или фильм с файлообменника, вы внезапно превращаетесь из пользователя в преступника. Устанавливая на мобильных телефонах нелицензионное программное обеспечение, вы можете оказаться в наручниках прямо в общественном транспорте. А ваши данные, которые хранятся в поликлинике, внезапно сворованы, и фармацевтические компании заваливают вас рекламой БАДов. Пока что это перспектива, которая еще не стала реальностью. Противостоят закону о копирайте цифровые пираты. — С 1 августа 2013 года в России вступил в действие закон о борьбе с интернет-пиратством. Согласно ему, любой сайт может быть запрещен из-за материала, который покажется «пиратским», а создатель ресурса будет привлечен к ответственности. Ситуация развернулась вокруг так называемых «копирайтов» и правообладателей. Что такое копирайт, и как он может изменить современный интернет? — В наших условиях копирайтом называют закон об авторском праве и смежных правах. Грубо говоря, закон об авторском праве — это синоним слова «копирайт», последнее используют в странах Европы и США. Сегодня главная проблема заключается в отсутствии реформ в отношении существующего закона. Копирайт писали 130-140 лет назад, и в условиях цифровой эпохи он выглядит устаревшим.


«я» против копирайта — Как российский закон может отразиться на белорусском информационном поле? — Белорусские интернет-пользователи активно посещают сайты и библиотеки для скачивания книг, кино, музыки, программ. Часто их называют торрентами или файлообменниками. Большинство хороших библиотек находятся в Рунете. Если эти ресурсы начнут закрываться под прессом правообладателей, то пострадает культурный обмен и для пользователей из Беларуси. К тому же, если в России принимают какойнибудь закон, наши законодатели по доброй воле или, пользуясь чужим примером, принимают похожие законы. А это приведет к тому, что у Байнета появятся проблемы с некоммерческим обменом информацией.

Сейчас мы предоставляем свои личные данные государству. Давайте посмотрим на базу данных поликлиник. Какой закон обеспечивает их защиту? — Почему корректнее сегодня употреблять слово «копирайт», а не формулировку «закон об авторском праве»? — Если внимательно изучить закон об авторском праве и смежных правах, то в нем, в основном, прописаны права правообладателя. А правообладатель — далеко не всегда автор и может быть представлен юридическим лицом. Этот закон, в основном, регламентирует права именно правообладателя, а об авторе там очень мало сказано. Разве что о самом праве авторства и защите чести и репутации автора. Копирайт — это наиболее унифицированный закон на всей планете. Если уголовный кодекс может быть для каждой страны свой, то копирайт приводится к общему виду в Европе, Китае, Латинской Америке и прочих регионах.

о есть проблема копирайта, о которой неустанно пишут все сетевые ресурсы, кроется в противостоянии между автором и правообладателем? — Основная проблема копирайта в том, что он порождает монополию. Известно много случаев, когда творцы подписывают контракты с издателями или продюсерами. Тем самым они передают экономические права на свое произведение новому правообладателю. Проходит какое-то время — все сняли куш, все сыты, довольны. И вот музыкант, заключивший контракт с продюсером, не против, чтобы его музыку распространяли в интернете бесплатно. Но прав-то у него уже нет на свои же произведения. А правообладатели могут преследовать даже за некоммерческий обмен и распространение любого человека, кто не спросил у них разрешения. В интернете эта алчность правообладателя выглядит еще более извращенно. В Рунете, например, сейчас идет война за каждую ссылку.

Т

— Иными словами, текущий закон о копирайте устарел и не отвечает требованиям современности? — Он препятствует свободному обмену знаниями и информацией. А знания должны быть доступны, как и образование, на котором остановлюсь подробнее. Все говорят, что Беларусь — социально ориентированное государство. Но если взять ту же Хорватию, то там соотношение платных и бесплатных мест в вузах равно 50 к 50. В Швеции для своих граждан образование бесплатное. У нас же в государственных университетах бюджетных мест только около 30 процентов. А наши чиновники при этом постоянно говорят о модернизации образования... Но какая может быть модернизация без свободы обмена знаниями? К примеру, Китай свез к себе всю информационную продукцию, а после ее детального изучения провел модернизацию. В каком-то смысле также поступили и США, когда все лучшее свезли к себе из Европы. Модернизация без свободного обмена информацией невозможна.

— Какие конкретные шаги должны быть предприняты в наше время для решения проблем копирайта? — Во-первых, ограничить срок действия копирайта. Сейчас он исчисляется жизнью автора плюс 50 лет после его смерти. Было бы оптимально, если бы правообладатель получал право на авторское произведение сроком в 5-10 лет. Во-вторых, нужно четко прописать это в законе о свободном некоммерческом обмене информацией. В-третьих,

прописать в законе возможность использования не только письменных договоров, но также и набора свободных лицензий, например, Creative Commons или GNU GPL. Далее нужно что-то делать с организациями по коллективному управлению авторскими правами, например, создать общественные фонды для деятелей культуры. И последнее, но не менее важное, — выносить на открытое и широкое обсуждение все инициативы, связанные с копирайтом. Важно, чтобы общество тоже участвовало в написании этого закона. В сегодняшнем законе «Об авторском праве и смежных правах» заложены интересы, в основном, бизнеса и государства, интересы социума в нем игнорируются. — Ваша организация «Пиратский центр», которая продвигает интересы цифрового пиратства в Беларуси, довольно молодая и едва ли насчитывает год существования. Разумеется, она интересна всем, для кого компьютерные сети — дом родной. Насколько ваше движение может быть полезно людям, которые о возможностях интернета знают поверхностно?

42


«я» против копирайта — На данном этапе «Пиратский центр» — это проект молодежного общественного объединения «Фаланстер», который ушел в самостоятельное плавание. Разумеется, определенные признаки организации появляются, но это еще не официально зарегистрированная отдельная структура, скорее, желание ее создать. Хотя сделать это в нашей стране непросто. Основная цель — просвещать людей в вопросах высоких технологий и учить их сетевой грамотности.

Правообладатели могут преследовать даже за некоммерческий обмен и распространение информации любого человека. Нужно понимать, что появление пиратов — это реакция на цифровую эпоху. В нашем социуме она укоренилась вместе с кучей мобильников, планшетов, навигаторов и прочих изобретений, в которые люди на текущий момент массово погружены. Ни для кого не секрет, что больше половины населения Беларуси пользуется интернетом. И даже если человек не совсем знаком со всеми тонкостями интернет-сети, он так ли иначе является ее участником. Правила, которые существовали до внедрения цифровых технологий в повседневную жизнь, не подходят к новым условиям. Они вступили в стадию конфликта с современными технологиями. На этом стыке появились мы.

«я» против копирайта о чем писали теоретики ХIХ века (Бакунин, Кропоткин, Маркс и прочие), постепенно становится реальностью. Лозунги в духе «вся власть советам» изменили свое содержание. «Советы» теперь могут создаваться в интернете и работать круглосуточно.

— Вы говорите о реакции. А можно ли подробнее рассказать про эпизоды, которые подвигли вас возвести цифровое пиратство в ранг организации? — Пиратское движение интернационально. Изначально оно появилось в Швеции в 2006 году. Это была реакция на то, что местные судебные власти начали судебный процесс над крупнейшим файлобменником The Pirate Bay. Потом пираты стали появляться в Герма��ии, Австрии и других европейских странах. В Беларуси пираты долго не создавали сообщества — и это очень странно, ведь наша страна славится своей сетевой грамотностью и большим количеством IT-специалистов. Вообще, по всему миру оформленное пиратское движение появляется в тот момент, когда цифровые технологии воспринимаются не только как инструмент для заработка или использования в узкой специализации, а как инструмент социальных преобразований. — Есть ли какие-то базовые принципы, которые интернациональны для всех пиратов? — Да, мы называем их «пятью китами». Первый — свободное распространение знаний и информации. Второй подразумевает сетевую и офлайн приватность. Третий касается реформы копирайта. Четвертый — интернет как право. Пятый и самый главный заключается в идее прозрачности управления обществом органами власти. Цифровые технологии дают возможность сделать этот процесс доступным каждому жителю вне зависимости от географической локации. Все документы, которые относятся к нашей жизни (будь то законы, декреты, парламентские чтения и прочие) могут быть опубликованы и постоянно пребывать в поле зрения общественности. Доступным должно быть все, кроме персональных данных граждан. Например, если раньше правительство находилось только в столице, то сейчас интернет позволяет распределить его присутствие как угодно. Это значит, находясь в интернете, вы можете узнавать о работе государственных органов и участвовать в политической жизни страны, в принятии тех или иных решений. Ранее такую возможность было трудно представить. Фактически, то,

44

редположим, что такая система работает. Но не может ли обилие доступной правительственной информации в интернете стать отличной уловкой для сетевых преступников? — Именно поэтому пираты во всем мире выступают за приватность личной информации, которая касается только частной жизни, а не общественной. И дело не только в преступниках. Например, сейчас мы предоставляем свои личные данные государству. Давайте посмотрим на базу данных поликлиник. Какой закон обеспечивает их защиту? Может, кто-то начнет следить или рассматривать тебя в качестве цели для рекламы? На данный момент проблема охраны приватности в сети — вопрос актуальный. И пока на публичном уровне не пойдет речь о защите информации, всегда будет существовать угроза утечки личных данных. Сейчас, например, в Беларуси принимают закон «Об информации, информатизации и защите информации». Он прошел уже одно чтение в парламенте, но там о защите личных данных пользователей нет ничего. Все ограничивается расплывчатым определением.

П

сумма незначительна, в нашей стране есть люди, которые заинтересованы в движении законодательства в сторону ужесточения борьбы с контрафактной продукцией. Известно, что организации вроде «Парка высоких технологий» нанимают белорусских и западных юристов для проведения семинаров по копирайтграмотности. Но они ее рассматривают со своей стороны. Это интерес бизнеса, а не общества.

Ч

— Если изучить компьютеры обычных белорусских пользователей, то сложно будет не найти там хотя бы одной пиратской программы. Другими словами, пиратство тут процветает очень давно и без партий и центров. В Европе и США эта проблема решается штрафами и арестами имущества. Может ли случиться нечто подобное у нас?

≈70.000

веб-сайтов насчитывается в Байнете

432

млн жителей Земли скачали пиратскую продукцию в январе 2013 года

асто вместе со статьями о копирайте появляются статьи о «теневом интернете», который становится альтернативой ныне существующей системе. Что сегодня понимается под «теневым интернетом»? — Думаю, что «теневой интернет» — это попытки граждан создать альтернативные средства коммуникации. Например, недавно был случай в Афинах, когда люди установили ряд мощных Wi-Fi передатчиков и создали свою сеть параллельно интернету, где передавали данные и создавали сайты. Похожая ситуация в Словении. В Германии же развивается интересный проект: люди покупают грузовики, в их холодильных камерах делают целые серверные фермы, и эти машины ездят в любые точки страны. Теперь у них есть мобильный интернет, который ни к чему не привязан, и эта сеть может передвигаться по всей планете. Такая реакция социума понятна. Интернет в своем нынешнем виде берется под тотальный контроль бизнеса и государства, и в ответ на это общество пытается отстаивать свое право на свободный культурный обмен.

— В истории термина «пиратство» есть три составляющие. Пиратами называют морских разбойников, продавцов дисков с нелицензионным софтом, а еще это политические пираты, вроде нас. Мы никаким образом не пересекаемся с двумя предыдущими группами. Вторых лично я бы называл не пиратами, а торговцами нелицензионной продукцией. Кстати, именно они за последние 20 лет сделали пользы больше, чем все корпорации вместе взятые. Если бы не диски за три доллара на Ждановичах, нам приходилось бы ездить в другие страны за дисками по 300 долларов. Для нищей Восточной Европы эти люди стали проводниками в новые технологии.

Сейчас Беларусь вписывается в капиталистическую систему. Но не как полноценный субъект или флагман, а в качестве периферии. Мы не производим много контента (фильмы, программы, знания), а в основном, потребляем его. Производители же находятся на Западе и Востоке. Им выгодно продавать контент как можно дороже. Поэтому белорусы будут и дальше покупать доступные дешевые диски, хотя сейчас они уже пережиток прошлого. Объем нелицензионной продукции софта на белорусском рынке оценивается в 100 миллионов долларов ежегодного оборота. Несмотря на то, что для корпорации типа Microsoft эта

45

Сайт пиратского центра: pirates.by


«я» против

4.500.000

пользователей подпис али петицию против американских законов SOP A и PIPA, ограничив ающих распространение информации. Google, Wikipedia, Mozilla, Twitter, Facebook также вырази ли протест против SOPA (Stop online pir acy act) и PIPA (Protect Intellectual Property Act).

100.000

сайтов устроили акц ию протеста против этих законов.

Андрей Буглак 35 лет, разработчик мобильных приложений Проблема цифрового пиратства у нас кроется непосредственно в доходах людей. Обычный человек просто не может позволить себе покупать лицензионную продукцию, отчего пользуется пиратскими ресурсами. Систему торрентов можно рассматривать не только как площадку для пиратского обмена информацией, но и как инструмент для пиара.

Если я увижу мое приложение в свободном доступе, то не буду просить администратора убрать его. Я с ними поздороваюсь и там же попрошу написать свои пожелания и замечания о программе. Проблема копирайта касается, скорее, больших корпораций. Для маленьких компаний любой трекер вполне способен выступить дополнительной рекламной площадкой.

46

Текст: Андрей Диченко Фото: Николай Куприч


«я» против

длагает бесплатных курсов пре Coursera ект про ный ель образоват

436 4.615.829

обучаются человек дистанционно а вис сер го это с помощью

62

стран университета из 16 платному бес му это содействуют у дистанционному проект

Анастасия Прибыльская 23 года, заместитель директора партнерского офиса Magna Carta college Oxford в Минске

Изначально интернет создавался как военная сеть, однако свое широкое применение он нашел в качестве электронного проводника между университетами. Когда сегодня площадка, созданная для обмена знаниями, наполняется запретами и ограничениями, это выглядит как минимум нелепо.

Если именитый профессор написал книгу, а пользователи залили ее в сеть, то это не воровство, а признание научных заслуг человека. Значит, его работа была проделана не зря.

47

В сети сейчас существует множество бесплатных курсов, и я не вспомню, чтобы какой-то университет выступал против их свободного распространения. Если человек чего-то достиг и что-то создал, то это достояние всего человечества, а не каких-то отдельных корпораций.


«я» против

упил в силу антиавгуста 2013 года вст сии Рос в он пиратский зак

1 1.600 50

и сервесайтов выключили сво протеста к зна в а ра 1 август

Рунета подписали тысяч пользователей закона го это тив про петицию

Светлана Ермакович 24 года, разработчик Lotus приложений в компании IBA Большинство людей в нашей стране не считают обмен файлами через интернет преступным занятием, да и нет здесь, по сути, никакого преступления.

Проблема в том, что крупные корпорации хотят заработать и удерживают авторские права на оригинальный контент. О простом пользователе как всегда все забыли. Кроме этого — сейчас нет системы возврата купленной программы. А что если я купила лицензию, а она мне не понравилась? Куда мне ее возвращать, и как получить обратно деньги?

48

Если же обратиться к автору или авторам программы, то часто они даже не знают, какие суммы с их изобретений получают корпорации. И это несправедливо.


«я» против

70 75

миллионов человек пол ьзуются файлообменными сетями место в мире по пос ещаемости занимает крупнейший файлообме нный трекер The Pirate Bay

В 50 7,1%

странах существуют свои «Пиратские партии» голосов получила «Пиратская партия» в Швеции на выборах в 2009 году

Вадим Корольчук 28 лет, проектировщик и дизайнер сайтов и интерфейсов Рано или поздно придет время, когда ты будешь скачивать бесплатно десять книг по 10 долларов, а потом пойдешь в магазин и купишь действительно нужную тебе книгу за 100. Так у меня было с макетами по дизайну: сначала я скачивал их бесплатно, а потом понял, что сервис и прочие дополнения действительно стоят денег.

Бесплатное скачивание музыки — это двойной пиар для молодых групп. Да и что говорить, если за последние пять лет качество студийных записей значительно упало. Все музыканты переключились на концертную деятельность.

49

Вообще, если кто-то будет воровать мои дизайнерские наработки и оставлять на них ссылку, то я не буду против.


«я» против системы здравоохранения

На здоровье! Талонов нет, анализы еще не готовы, к хорошему врачу — исключительно по блату, перед кабинетом двадцать человек и еще столько же «только спросить». А что вы хотели? Зато бесплатно.

ТЕКСТ: ЮЛИЯ КРУТОВА ФОТО: НИКОЛАЙ КУПРИЧ

Врач анестезиологреаниматолог Андрей Витушко рассказывает о причинах и последствиях демотивации белорусских медиков, освоении новой аппаратуры, о платных услугах и других аспектах реформы здравоохранения.

46

47

— В прошлом году аналитическое агентство «Блумберг» опубликовало международный рейтинг здоровья. Всего в нем 145 стран, Беларусь — на 91-й позиции. А как вы оцениваете состояние здоровья наших граждан? — Мы привыкли считать, что в нашей стране уровень здравоохранения достаточно высок, поэтому такая оценка может показаться неожиданной. С одной стороны, Беларусь не слишком отстала от своих соседей — Литва в рейтинге Блумберга оказалась на 81 месте, Россия — на 97, Украина замыкает первую сотню. С другой, как и любая внешняя оценка, этот анализ отражает важные тенденции, которые ни в коем случае нельзя игнорировать. Например, уровень потребления алкоголя на душу населения, по самым скромным подсчетам, у нас составляет десять литров в год. При этом, согласно критериям Всемирной организации здравоохранения, граница, за которой наступает деградация нации, — восемь литров. Потребление табака также продолжает расти — в прошлом году на одного белоруса приходилось 149 пачек сигарет в год, по сравнению со 146 пачками в 2011-м. Пессимистические оценки разделяют и сами белорусы — по данным социологических опросов, только 30% наших граждан оценивает свое здоровье как хорошее. При этом физкультурой и спортом в той или иной форме занимаются менее 25%. Учитывая все вливания, идущие сегодня на развитие физкультуры и спорта, это не очень хорошая статистика.


«я» против системы здравоохранения

— Централизованная система Семашко имела много достоинств. В частности, Советский Союз стал одной из первых стран, приблизившихся к обеспечению всеобщего охвата услугами здравоохранения. В чем заключался секрет ее успеха? — Система Семашко, опирающаяся на практически неограниченные ресурсы, позволила сделать медицинскую помощь доступной — она стала бесплатной на всех уровнях, начиная с посещения поликлиники и заканчивая самыми сложными видами лечения. Кроме того, экстенсивное развитие системы здравоохранения позволило справиться с причиной смерти большинства советских граждан — инфекционными заболеваниями. Также ее успеху способствовали всеобщие программы вакцинации и диспансеризации населения. очему сегодня успешное развитие здравоохранения застопорилось? — Во-первых, со временем изменилась сама структура патологии — в мире стали доминировать неинфекционные болезни. Сегодня у нас, как и везде в Европе, основной причиной смерти являются сердечно-сосудистые заболевания. Они требуют не быстрой изоляции, а регулярного контакта с доктором, подбора медикаментов, рекомендаций по изменению образа жизни. В идеале у каждого «сердечника», а шире — и у каждого гражданина, должен быть постоянный лечащий врач, в деталях знающий историю его болезни. Именно поэтому в развитых странах акценты сместились на развитие амбулаторного звена, куда направляется до 80% всех средств, выделяемых на здравоохранение. Беларусь же по-прежнему занимает первое место в мире по количеству больничных коек на душу населения, тогда как увеличение доли расходов на поликлиники пока только анонсируется. Вовторых, примерно с 70-х годов советская медицина стала отставать от западной в оснащении и уровне комфорта для пациента, и эта тенденция досталась «в наследство» суверенной Беларуси.

ются с самых высоких трибун, однако пока никто не знает, каким образом этот механизм будет работать. Поэтому на данный момент каких-либо значимых факторов, которые как-то отразятся на жизни простых работников системы, я не вижу.

— Модернизация в медицинской сфере началась около семи лет назад — изменения предусматривались Программой развития здравоохранения Беларуси на 2006-2010 годы. Что изменилось за это время? — В основном изменения коснулись материальной базы стационаров, начиная от больниц районного уровня и заканчивая республиканскими научно-практическими центрами. В них было проведено переоснащение операционных

акая средняя зарплата сегодня у медиков по отрасли? — Согласно данным Белстата, 3 миллиона 287 тысяч белорусских рублей. Такая цифра была озвучена в конце лета этого года. Средняя зарплата по отрасли примерно на 20%, а то и 25% ниже, чем в промышленной сфере, кроме того, не нужно забывать о коэффициенте совместительства. Так, у врачей он составляет 1,4, а у медсестер — 1,2. Получается, что в среднем каждый врач работает за себя и за четверть коллеги, а медсестра за себя и за пятую часть другой медсестры. Если зарплату привести к одной ставке, а большинство людей в стране так и работают, то цифры получатся вообще непрезентабельные.

К

П

блоков, хирургических и реанимационных отделений, также большие средства вкладывались в закупку оборудования. Простые люди могли не почувствовать этого, потому что большинство из них лечится в поликлиниках, где изменения пока не столь явны. — Что мы меняем сейчас? В чем заключается оптимизация здравоохранения на данном этапе? — На официальном уровне было заявлено несколько задач: развитие медицины высоких технологий, переориентация акцента помощи со стационарного звена на амбулаторное, оптимизация механизма финансирования. Однако, с точки зрения обычного врача, создается впечатление, что последние 3-4 года все меры направлены на поиск дополнительных средств поддержания системы. В частности, много говорится об оказании в государственных организациях платных услуг, экспорте медицинской помощи, импортозамещении на всех уровнях, поиске групп населения, которые тем или иным образом могли бы компенсировать затраты на свое лечение.

48

— Как реформа отразится на самих медработниках? — Полагаю, что никак. Иногда мне кажется, что люди, принимающие решения, думают, что в больнице достаточно сделать ремонт и купить современную аппаратуру, после чего она сама начнет лечить пациентов. Это не так — техникой, какой бы хорошей она ни была, управляют люди. Сфера здравоохранения — это, в первую очередь, сфера взаимодействия человека с человеком, и если врач не будет иметь должной квалификации и мотивации, никакого толку от изменений не будет. Например, одной из задач реформирования отрасли является распространение в поликлиниках информационных технологий и электронного документооборота. Как известно, участковых терапевтов в Беларуси не хватает, причем почти пятая часть из них — пенсионеры. Маловероятно, что перегруженный врач на закате своей карьеры рьяно бросится осваивать новые компьютерные программы. Заявления о необходимости ликвидации «уравниловки» в оплате труда медработников озвучива-

— Лечение «платных» пациентов както сказывается на вашей зарплате? — Однозначно ответить на этот вопрос я не могу. С одной стороны, чиновники утверждают, что доход от платных услуг идет на модернизацию учреждений и непосредственно влияет на оплату труда людей, которые их оказывают. Однако, судя по опыту моих коллег, лечение «платников» на зарплате практически не отражается. Наоборот, для врача они — дополнительная проблема. Вообще, вопрос оказания платных услуг в рамках государственной системы очень скользкий. Похоже, что позиция государства такова — мы построили больницы и поликлиники, вложили в них немалые деньги, давайте — отрабатывайте. Но ведь это не чьи-то частные инвестиции, а деньги налогоплательщиков, и больницы, соответственно, созданы для них же. В первую очередь, нам нужно качественно обеспечить гарантированный объем бесплатной помощи, а уже потом заниматься коммерческой медициной. По моему мнению, и многие коллеги со мной солидарны, платные услуги не должны оказываться парал-

лельно с бесплатными. Если кому-то из медработников хочется заниматься бизнесом — выходите на рынок на общих основаниях и занимайтесь. Но смешивать государственную и частную медицину не стоит. — Что, в отличие от государственной, дает пациенту частная медицина? Чем она лучше? — Принято считать, что качество услуг в частных клиниках выше, хотя в нашей стране большинство врачей, в них работающих, — совместители из государственных поликлиник и больниц.

Государственную медицину нужно разгруж��ть от людей, которые сами могут оплатить свое лечение. Сделать это можно путем развития добровольного страхования и либерализации частной медицины. — Во время перехода из кабинета государственной поликлиники в кабинет частного центра уровень врача автоматически повышается? — Профессионализм — понятие не кабинетное, а личностное. Уровень квалификации врачей в медцентрах формально выше — законодательство требует обязательного наличия в них специалистов с первой и высшей категориями. Квалифицированных работников медцентры привлекают более высокими зарплатами и комфортными условиями труда, причем их заработки зачастую не намного выше «государственной службы». Но и это не главное — в первую очередь, у «частников» меньше пациентов, а значит, врачи в состоянии уделить каждому из них достаточное количество внимания. Кстати, если говорить об уровне оснащения

49

частной медицины, то после реконструкции во многих государственных больницах и поликлиниках-новостройках он значительно выше. Вот и получается, что прежде всего люди платят за отсутствие очередей, возможность рассказать о своих проблемах, комфортное общение с лечащим врачом. — То есть за человеческое отношение. — Совершенно верно. Как сказал основоположник российской психоневрологии Владимир Бехтерев: если после разговора с врачом больному не стало легче, значит, это плохой врач. Коммуникация — обязательный компонент успешного лечения, и именно за нее люди готовы платить. — Реформа не предусматривает развития в этом направлении? — Складывается впечатление, что суть мышления наших чиновников — цифры и показатели: проценты заболеваемости, смертности, койко-дни, обороты койки и прочие величины. Безусловно, все это очень важно, но вместе с тем при таком подходе теряется конкретный человек, конкретный пациент. Подобный процесс происходит не только в медицине, вспомните, отечественную краеугольную идеологему «Государство — для народа». Но государство должно быть не для народа, а для человека, для каждого из нас. Про внимательное отношение к пациентам говорится часто и публично — к примеру, председатель комитета по здравоохранению Мингорисполкома В. Сиренко однажды заметил, что врач должен относиться к каждому, как к своему родственнику. Однако зачастую на практике у медперсонала нет ни физической возможности, ни моральной мотивации приблизить к себе пациента. Печально, что зримых шагов по улучшению ситуации пока не просматривается. — Почему в нашей стране не развивается страховая медицина?


«я» против системы здравоохранения

— По мнению министра здравоохранения Жарко, в ближайшее время перспективы для развития подобной формы оплаты медпомощи в Беларуси нет. Сегодня к ней не готовы ни система, ни врачи, ни сами пациенты. — Вы с ним согласны? — Переход на страховую модель финансирования здравоохранения требует, в первую очередь, экономической стабильности — она непосредственно связана с накоплением и сохранением средств граждан. Кроме того, это непопулярное решение. Большинство пациентов будут недовольны «отменой» бесплатных услуг, а медработники не захотят отчитываться перед страховыми компаниями, которые, помимо финансирования, также будут выступать в качестве контролирующего органа. Один из польских министров как-то отметил, что правительство, которое начнет реформирование здравоохранения, навсегда закопает свои карьеры. Опыт принятия решений в отечественном здравоохранении подсказывает, что пока у нас нет желающих рисковать ради общего блага в средне- и долгосрочной перспективе. Лично я думаю, что подобную модель необходимо внедрять хотя бы на уровне добровольного медстрахования, чтобы разгрузить государственную систему. акой, по-вашему мнению, должна быть реформа здравоохранения? — Поскольку идеальной модели здравоохранения не существует в природе, концепция реформирования должна стать продуктом экспертного консенсуса и профессионального обсуждения. Но что можно делать уже сейчас — хорошо известно. Государственную медицину нужно разгружать от людей, которые сами могут оплатить свое лечение. Сделать это можно путем развития добровольного страхования и либерализации частной медицины. Безусловно, следует продумать механизмы, по которым таким пациентам будут возвращаться налоги и отчисления — так будет справедливо. С другой стороны, большая развитость рынка медицинских услуг даст возможность заработать медперсоналу. Интересным предложением является создание института сертифицированных специалистов, когда врач приобретает

К

элементы статуса юрлица и получает возможность участвовать в программах поддержки малого бизнеса. Помимо этого, надо увеличивать зарплаты, на первых порах хотя бы до уровня промышленности, и создавать систему дифференцированной оплаты труда.

травмой поступает в больницу, и в результате действий других людей не умирает. Чем не чудо? Врачебными коллективами очень сложно управлять — высок уровень независимого мышления, поддерживаемый ежедневной тренировкой принятия самостоятельных решений. Именно поэтому в Беларуси создана целая система, позволяющая держать их под контролем. Ее компоненты — контрактная система и другие формы административного прессинга, а также воспитание

— Готовы ли наши граждане платить за медицинские услуги? — Мы не готовы сортировать отходы, не готовы пропускать велосипедистов, друг друга уважать тоже не готовы. Категория «готов-не готов» вообще очень эфемерна. На аргументированное предложение сделать систему более прозрачной и эффективной, реакция не замедлит появиться.

Последние 10 лет в нашей стране ведется планомерная работа по снижению престижности профессии врача, учителя, ученого, любого человека, обладающего интеллектом. — На ваш взгляд, профессию врача сегодня можно назвать престижной? — Последние 10 лет в нашей стране ведется планомерная работа по снижению престижности профессии врача, учителя, ученого, любого человека, обладающего интеллектом. Когда человек занимается умственной деятельностью, он начинает критически мыслить, а значит, становится сильнее. Французский философ Мишель Фуко говорил, что врач по роду своей деятельности изначально является индивидуалистом. В своей работе он имеет дело с неземной, мистической составляющей — пациент с почти смертельной

50

волюнтаризма и вседозволенности в пациентах. Последнему способствуют многочисленные «горячие линии», по которым на каждого медработника можно пожаловаться. Один мой коллега с большим стажем работы тонко подметил, что если раньше врача хотели «купить», задобрить подарком, сегодня на него гораздо чаще стараются «наехать», нахамить, пригрозить, выбить желаемое через администрацию. Естественно, что престиж профессии падает, все меньше моих коллег хотят для своих детей медицинского будущего. Утрачивается преемственность, снижается средний балл, необходимый для поступления в медицинский вуз, все больше молодых людей идут в профессию, зная, что по окончании учебы они уедут за границу. Сдерживающим фактором этого процесса является ментальная инертность белоруса, но и этот барьер может быть разрушен в самое ближайшее время.


«я» против

Наталья | Яркий эпизод белорусской медицины — утренний поход за талончиками. Мне кажется, что люди, которые наделены сильной волей, позволяющей вставать рано утром, идти в поликлинику, отстаивать очередь, отмахиваясь от хамства, затем еще одну очередь, но уже на прием, и еще одну, для анализов, — заслуживают быть здоровыми по определению. Не думаю, что белорусы болеют чаще, чем другие нации. Поликлиники посещают те, у кого много свободного времени: пенсионеры, студенты и молодые мамы.

инженер-проектировщик

Остальные предпочитают пропускать эту ступень, оказываясь сразу в больнице или дальше по известному плану. Странным образом, в доврачебном кабинете никогда не угадывают, к какому врачу с вашими симптомами следует обратиться. В итоге проводишь минимум полдня в очередях и прогулках по кабинетам. Помню, как одна женщина предложила в ожидании врачебного приема знакомиться с творчеством поэтов Серебряного века. Я остановилась на 67 странице первого тома. Мне здорово повезло, что болею нечасто.

52

| Минск К работе самих врачей у меня нет претензий. Кто-то выполняет свою работу по совести, несмотря на толпы больных и тонны бумажек, а кто-то оправдывает свою непригодность низкой заработной платой. Таких кадров хватает и в частных клиниках.

Текст: Вячеслав Корсак, Ирина Шабеко Фото: Николай Куприч, Ирина Шабеко


«я» против

Валентина Адамовна | Я инвалид 2-й группы. Перенесла четыре операции, постоянно испытываю проблемы с давлением, поэтому с медицинским обслуживанием приходится сталкиваться не от безделья или большого желания. В районной поликлинике нет специалистов: ни кардиолога, ни невропатолога. Только терапевт, к которому идут и стар и млад со своими проблемами. Врач нехотя может выписать рецепт или посоветовать импортное лекарство, цена которого резко бьет по карману пенсионера.

пенсионер, герой труда

Даже если предлагают оздоровление в реабилитационном центре — большинство процедур платные. И лекарствами лечат не самыми качественными. Предлагают купить хорошие, но за свои деньги. Выходит, что лечение обходится в четверть, а то и треть пенсии. Виноваты не больницы, это, скорее, вынужденная мера из-за отсутствия финансов.

53

| Оршанский район Еще одна большая проблема — диагностика. На все серьезные процедуры направляют в Витебск, но прежде нужно хорошенько походить по кабинетам и доказать, что тебе действительно это необходимо. В областном центре диагносты округляют глаза, удивляются, как можно было так запустить болезнь. Некоторых, что называется, «отправляют умирать» в свой райцентр.


«я» против

Леонид Александрович | Моя поликлиника не оснащена должным образом. Скажем, на УЗИ головного мозга меня направили в другое медицинское заведение. Все бы ничего, но талон мне предложили только на 2015 год. Это ведь возмутительно! Для человека в возрасте, который к тому же нуждается в серьезном обследовании, такой срок ожидания недопустим.

пенсионер

Специалистов не хватает. Почти никто из врачей долго не задерживается на рабочем месте. Кроме того, дают разные рекомендации. Из списка льготных лекарств давно убрали качественные действенные препараты, оставив белорусские лекарства, которые не только не эффективны, но иной раз и вредны.

54

| Минск При всех несовершенствах нашей медицины поговаривают о том, чтобы сделать ее платной. На мой взгляд, это недопустимо. На каком основании? Платная медицина имеет место в государствах, где затраты на лечение покрывает страховка. Для нас эта практика пока, к сожалению, по многим причинам нереальна.


«я» против

Юлия | Моя мама болела последние 20 лет жизни. В свое время незалеченный перелом перерос в ревматоидный артрит. Для того чтобы избавиться от боли, мама постоянно пила обезболивающие. Из-за них пошло ослабление организма. В 2009 году здоровье совсем пошатнулось. Мама перестала ходить и стала лежачим больным. Я начала лежать в больницах вместе с мамой. Почему? Объясню. Когда в больницы привозят тяжелобольных, которые только лежат и ходят под себя, им нужно менять подгузники раз в 3-4 часа. А персонал

организатор праздников

| Минск

этого делать так часто не хочет. Я видела тяжелобольных, которые были оставлены на совесть работников больницы. Так вот, если к ним хотя бы раз в 12 часов приходили поменять «памперсы», — это был хороший исход дня. Мама не могла сама кушать, потому что сильно болели суставы. Я ее кормила, меняла «памперсы», сидела рядом, переворачивала, чтобы не образовывались пролежни. Почему этого не делал медперсонал? Потому что у них это не прописано в должностных инструкциях. Они не считают, что обязаны

55

все это делать. У меня бы просто совесть не позволила маму оставить одну. Ты остаешься со своим родственником, ухаживаешь за ним, снимаешь эту обязанность с медперсонала, но тебе даже не могут выделить место рядом с близким человеком. Я спала на стульях, на маленьких скамеечках. Еду приносила с собой. Тяжелобольных распихивали по разным палатам. Да, им давали лекарства, вводили инъекции, их ежедневно осматривал врач. Но ухода как такового я не заметила ни за одним больным.


«я» против домашнего насилия

«я» против домашнего насилия

Домашний терроризм Дом и семья в сознании каждого человека — это абстрактный родной угол, где всегда можно найти понимание и укрыться от проблем. Но если семейный очаг захлестнула волна насилия, то из крепости он превращается в клетку, где личность деградирует.

Медицинский психолог Екатерина Ахматова рассказывает о негативных последствиях домашнего насилия и отвечает на вопрос, почему эта проблема касается всего общества, а не отдельно взятой семьи.

— Часто доводится слышать и читать новости о криминальных событиях, наркомании, алкоголизме. Однако домашнее насилие в этом контексте не упоминается никогда, хотя проблема существует. Насколько она актуальна в наше время? — Общество обращает на нее внимание, но государство делает вид, что в Беларуси домашнего насилия не существует. Чтобы убедиться в этом, достаточно заглянуть в нашу законодательную базу. Вы там не найдете закона о пресечении домашнего насилия. К примеру, у наших самых близких по культуре соседей в Украине и России такой закон есть. Проблема домашнего насилия у них поднимается на официальном уровне. В нашем же государстве — нет. С другой стороны, проект «Повышение национального потенциала государства по противодействию домашнему насилию в РБ» является легальным, то есть разрешенным государственными представителями. Значит, постепенно эта проблема приобретает значимость.

ТЕКСТ: АНДРЕЙ ДИЧЕНКО ФОТО: ПОЛИНА РУКАВИЧКИНА

52

53


«я» против домашнего насилия

— Если пройтись по определениям, то какие действия можно трактовать как домашнее насилие? — Домашнее насилие — это насильственные отношения между людьми, которые имеют родственные связи или, как сейчас стало модным, сожительствуют. Традиционно у нас считается, что агрессором является мужчина, а женщина — жертва насилия. Однако вот вам живой пример. Я помню случай, когда за помощью к отоларингологу обратился мужчина: жена стукнула его так, что у него лопнула барабанная перепонка. Как видите, в жизни агрессором может быть любой член семьи, точно так же, как и жертвой. В своей работе мы феноменально подходим к выделению жертвы и агрессора. Но если посмотрим на семью как на большую систему, то увидим, что в создании отношений насилия есть равный вклад всех участников этих отношений. При этом участники время от времени меняются ролями «преследователя», «жертвы» и «защитника». Этот феномен описан в так называемом драматическом треугольнике, его другое название — «треугольник Карпмана». есмотря на довольно неустойчивое положение ролей каждого из участников домашнего насилия, можно ли привести конкретные черты и выделить виды насилия, не похожие друг на друга? — Выделяют несколько видов насилия: экономическое, физическое, сексуальное и психологическое. Экономическое насилие — это неоправданное чрезмерное ограничение или запрет на пользование деньгами, которые зарабатывает человек или члены семьи. В здоровых отношениях семейный бюджет общий и прозрачный. В семьях с экономическим насилием этого никогда не бывает. Легче всего определить физическое насилие — это когда один член семьи избивает другого. Тут налицо факт побоев, которые можно объективно за-

Н

«я» против домашнего насилия

фиксировать. С сексуальным насилием дело обстоит сложнее. Это принуждение к занятию сексом или принуждение к занятию какими-то особыми видами сексуальных отношений, которые один из партнеров не приемлет. Когда речь идет о сексуальном виде домашнего насилия, у меня возникает вопрос: можем ли мы считать сексуальным насилием регулярные уклонения или отказы от интимной

Например, в семье, где есть сексуальное насилие, обязательно будет и психологическое, так как нарушения сексуальных семейных функций всегда вторичны и вытекают из-за неумения людей договариваться не только в постели, но и в других семейных вопросах. близости? Ведь тут, как и в случае с экономическим насилием, присутствует лишение человека чего-то важного. Еще как отдельный вид семейного насилия выделяют психологическое. Оно проявляется в вербальной агрессии, унижении партнера, обесценивании его личностных качеств. Но чаще всего происходят смешанные виды насильственных отношений, и это вполне закономерно. Например, в семье, где есть сексуальное насилие, обязательно будет и психологическое, так как нарушения сексуальных семейных функций всегда вторичны и вытекают из-за неумения людей договариваться не только в постели, но и в других семейных вопросах. Однако

54

для того, чтобы понять, являются ли вышеописанные проблемы домашним насилием или случайным эпизодом семейного конфликта, мы пользуемся специальными критериями, которые принято называть «фазами» домашних насильственных отношений. то они собой представляют и как проявляются? — Замкнутый круг насилия имеет три фазы. Две из них — явные, их легко проследить и выявить, а третья — латентная, скрытая. В циклической последовательности первой фазой является латентная фаза «нарастающего напряжения». На этом этапе накапливается недовольство, враждебность, между людьми нарастает напряженность. Внешне отношения часто выглядят как нормальные, спокойные, но когда напряженность достигает своей критической массы, они переходят во вторую фазу «активного насилия». На этом этапе происходит неконтролируемый выход напряжения. Следующая фаза — «любви» и «раскаяния», иначе ее называют «медовым месяцем». Тут в отношениях появляется большая пылкость, внимание, нежность агрессора к жертве, что является проявлением покаянного поведения.

Ч

— Есть ли грань между семейным конфликтом и семейным насилием? — Надо исходить из конкретного случая. Если в этих конфликтах присутствует цикличность, выявляются фазы «насилия» и «медового месяца», то мы будем рассматривать эту конфликтность как домашнее насилие. В семьях с домашним насилием всегда очень спу��анные отношения. Там преобладает установка не по типу «я и она (он)», а по типу «я и мое». То есть один человек рассматривает другого как свою собственность.

— Часто приходится слышать о том, что при семейном насилии страдают женщины и дети. Но вы привели пример, когда страдают и мужчины. — Да, но они редко обращаются за психологической помощью. Женщине по социально принятым позициям намного проще прийти к специалистам. К сожалению, мужчина чаще предпочтет снять свое напряжение при помощи алкоголя, чем признаться, что женщина его в чем-то ущемляет. А признание проблемы — это уже путь к ее разрешению.

действию домашнему насилию в РБ» предназначен для людей, попавших в ситуацию домашнего насилия независимо от их пола и возраста. К тому же в нем предусмотрена реабилитация не только жертв домашнего насилия, но и агрессоров.

Справка: Екатерина Ахматова, медицинский психолог. Работает в УЗ «Городской психоневрологический диспансер». Является членом общественной организации «Провинция», а также участвует в проекте «Повышение национального потенциала государства по противодействию домашнему насилию в РБ», который реализует сеть общественных организаций Беларуси.

— Сегодня существуют проекты, которые направлены на противодействие семейному насилию. Как правило, в них используют изображения женщин или детей. Получается, что, несмотря на факты насилия в отношении мужчин, их в подобных программах игнорируют? — Наверное, ваше видение обусловлено тем, что в Беларуси преобладают женские общественные объединения. Наш проект «Повышение национального потенциала государства по противо-

— Обратимся к практической части этого вопроса: если я стал жертвой насилия в семье, то вызываю милицию и все заканчивается, к примеру, административным штрафом. Это ведь не решение проблемы… — Такая система, о которой вы говорите, действительно практикуется в Беларуси в вопросах предотвращения домашнего насилия, и она малоэффективна. На самом деле и сотрудники милиции находятся в очень трудном положении, когда к ним обращаются

55

пострадавшие от такого рода действий. Мы говорили о том, что у нас в стране нет закона о пресечении домашнего насилия, на который жертвы могли бы опираться. Вообще, противодействие семейному насилию — это бригадная работа, в которой должны быть задействованы разные ведомства и их представители. — А кроме как обратиться в РУВД или искать способ решения в интернете ничего нельзя сделать? — Сейчас распространяется много рекламы с телефонами кризисных линий.


«я» против домашнего насилия

Также можно позвонить на городской телефон доверия, который работает круглосуточно. Реклама этой службы есть даже на обратной стороне «жировки» ЖКХ, поэтому информация доступна каждому. Человек, который позвонит на городской телефон доверия, всегда будет выслушан. А дежурный специалист проинформирует, где можно получить комплексную поддержку и помощь по заявленной проблеме, в том числе, и для оппонентов, обратившихся с вопросами о семейном насилии.

Если человек рос в семье, в которой практиковалось рукоприкладство, разве он может научиться другим семейным отношениям? Однако возможность перевоспитаться есть у каждого. — Есть ли в Минске центры помощи, в которые можно поместить жертв насилия, чтобы оградить их от агрессора? — Такие комнаты есть. Эту информацию вы можете найти на сайте http://ostanovinasilie.org, там есть специальный раздел «Здесь вам могут предоставить приют». — К чему может привести, на ваш взгляд, замалчивание проблемы домашнего насилия?

— Ситуация с насилием в семье невротизирует человека, нарушает как его психическое, так и физическое здоровье. Часто жертва переходит в состояние другой крайности и проявляет агрессию по отношению к своему угнетателю. Эта агрессия бывает неукротимой и свирепой. При таком аффекте легко совершаются убийства, а впоследствии и суициды. Длительное пребывание в роли жертвы приводит к изменениям личности, и человек находит для себя уже вторичные выгоды от этого положения. клонность к насилию передается по наследству? — По принципу социального научения такое поведение очень крепко фиксируется. Если человек рос в семье, в которой практиковалось рукоприкладство, разве он может научиться другим семейным отношениям? Однако возможность перевоспитаться есть у каждого.

С

— Чем обусловлена фобия относительно открытости этого вопроса? — Наверное, логикой: чем меньше проблем, тем благоприятнее кажется обстановка в обществе. Это старый принцип, исповедуемый у нас еще с советских времен.

56

— Есть ли позитивные сдвиги с момента распада СССР в сфере семейных отношений? — Да. Я конкретно могу сказать, что еще лет десять назад белорусы мало соглашались на семейную терапию. Сегодня же людям не надо долго объяснять целесообразность такой формы работы. — Ну и, наконец, можно ли поднять проблему семейного насилия наравне с алкоголизмом, наркоманией и преступностью? — Можно их поставить наравне как деструктивные формы поведения, влекущие за собой разрушение общества в целом. Эти формы поведения делают настоящее мрачным и лишают человека будущего.

Телефоны кризисных линий для пострадавших от домашнего насилия:

(029) 756 35 24, 8 801 100 8 801 Городской телефон доверия

(017) 290 44 44


«я» против

Юля Иванюшкина, контент-администратор сайта для пострадавших от домашнего насилия (www.ostanovinasilie.org) К концу пятого курса университета я стала руководителем проекта по противодействию домашнему насилию и принимала непосредственное участие в профилактике и оказании помощи пострадавшим от домашнего насилия.

В моей практике я часто слышу о насилии у пожилых и пенсионных пар, в период беременности жены, причем здесь можно наблюдать даже своего рода тенденцию. Самое удивительное то, что, несмотря на ужасающую статистику, тема внутрисе-

Текст: о Андрей Диченк Фото: Юлия Янюк

58

мейной жестокости в Беларуси поднимается очень редко. Насилие чаще всего выходит за рамки отдельно взятой семьи. Сегодня я причиняю зло своим близким, а завтра — не знакомым мне людям.


«я» против

Роман Крючков, За то время, что я занимаюсь темой домашнего насилия, кое-что изменилось. У нас в стране работают отличные специалисты. Но приятно, что о насилии в отношениях уже говорят не только они. Государство по-прежнему не финансирует эту работу, но все же действуют телефонные линии и убежища для тех, кто пострадал от насилия в семье. На днях прочел, что на первом чтении в парламенте прошел законопроект, обязывающий выселяться из дома агрессора, а не жертву.

семейный психолог

Я изучал историю противодействия насилию в семье в западных странах. Перенимал опыт работы с агрессорами и пострадавшими от насилия в Швеции, учился у немцев и британцев. Могу сказать, что слухи о наших с ними различиях сильно преувеличены. Люди такие же, те же проблемы. Все, что хорошо для немцев, англичан, и шведов, вопреки известной поговорке, хорошо и для нас.

59

Клиенты с проблемой насилия не составляют 100% от обращений ко мне за помощью. Много пар и семей обращается с другими вопросами. Из мужчин-агрессоров весь терапевтический курс проходят лишь люди с высокой мотивацией. Но должно быть иначе. Необходимо обязывать агрессора проходить программу полностью. А для этого нужны отдельные законы. Ведь у тех, кто прошел курсы, в 85% случаев наблюдается позитивная динамика.


«я» против

Анна Козлова, На сегодняшний день, если женщину начал избивать дома супруг, она никак не может от этого защититься, пока побои не приобретут опасный для ее здоровья характер.

юрист

Для того чтобы над ее ситуацией начали работать правоохранительные органы, ей нужно стать потерпевшей, то есть пострадать от действий супруга настолько, чтобы участковый посчитал это серьезным правонарушением.

60

Если агрессор оскорбляет и унижает свою жертву, то максимум, что сможет «дать» суд, — 20 базовых величин штрафа. А если мы говорим о побоях, имеющих опасные для жизни и здоровья последствия, суд имеет основания приговорить к восьми годам лишения свободы.


«я» против

Ирина Соломатина, социолог-исследовательница, основательница проекта «Гендерный маршрут» Домашнее насилие считается частным, семейным делом, и определение его в белорусском законодательстве весьма размыто. Законопроект «О профилактике и пресечении насилия в семье», существующий с 2002 года, до сих пор не принят к рассмотрению. Исследования показывают, что каждая четвертая жительница Беларуси подверга-

ется физическому насилию, 22,4% женщин испытывают экономическое и 13,1% — сексуальное насилие со стороны своего мужа или постоянного партнера. Несмотря на долгосрочные инициативы МВД, например, акцию «Дом без насилия!», тенденция к уменьшению количества случаев насилия не наблюдается, так как меры, принимаемые правоохранительными

61

органами и социальной защитой, малоэффективны и носят формальный характер. В случае домашнего насилия общество в большинстве случаев оправдывает мужчин, противозаконно злоупотребляющих своей властью и силой, в результате такое насилие остается социально приемлемым и безнаказанным.


Zolotoje pero all