Issuu on Google+


Труды просвещения Леонид Салмин

Всякому бизнесу свое время. Идут годы – и дикий бизнес эпохи шального первоначального накопления уступает место так называемому «цивилизованному» бизнесу периода экономической стабильности. Обеспеченный более-менее надежным правовым фундаментом, положительной конъюнктурой цен на энергоносители, сложившимися производственными и потребительскими связями, материально-техническими и финансовыми ресурсами, этот бизнес имеет достаточные основания гордиться самим собой и своей цивилизованностью. Но рано или поздно приходит час, когда цивилизованность бизнеса почему-то перестает быть гарантией его успешности. Для ювелирного бизнеса, как и для других, жестко зависимых от движения основных мировых активов, этот час уже давно пробил. Когда нефть ведет золото на коротком поводке, а золото на еще более коротком поводке держит подавляющую часть ювелирного бизнеса, ресурс цивилизованности (как, впрочем, и всякие иные ресурсы подобного рода – репутационные, брендовые, имиджевые) исчерпывается в считанные месяцы. И тут становится понятно (хоть и задним умом, но все же), что успешное ведение бизнеса – это нечто более сложное, чем соответствие классическим показателям прибыли и экономической целесообразности или следование принятым правилам поведения на рынке. Интеллектуальная расслабленность бизнеса, неизбежно становящаяся привычкой «благополучных» времен, не позволяет своевременно понять тот простой факт, что бизнес как феномен человеческой цивилизации пребывает в самых тесных отношениях с культурой и историей, с ментальностью и системами фундаментальных гуманитарных ценностей. Когда легкие времена заканчиваются, оказывается, что для дальнейшего развития одной цивилизованности мало. Необходим не просто цивилизованный бизнес – категорически необходим бизнес ПРОСВЕЩЕННЫЙ. Ювелирного бизнеса это касается в исключительной степени. Его успешность, главные ресурсы его дальнейшего развития определяют сегодня не материалы и технологии, не менеджмент и реклама, а многотысячелетняя ювелирная культура, глубокие и разнообразные смыслы которой продолжают оставаться в тени не только для потребителей ювелирных украшений, но и для подавляющего большинства профессиональных ювелиров. Параллельное просвещение создателей и потребителей продуктов ювелирного бизнеса стало сегодня самой насущной задачей. В России отношение ко всякой ювелирной вещи особенное: даже самое скромное украшение воспринимается как драгоценность. Память о жестоких перипетиях XX века, когда драгоценности были вычеркнуты из приватной человеческой жизни, из ее традиций и ритуалов, обернулась психологическим «комплексом драгоценности». Но драгоценность – это не просто красивое сочетание благородных материалов. Это, прежде всего, знаково-смысловая ценность, символический капитал, выраженный в «говорящей» пластической форме. Вернуться к драгоценностям сегодня – значит возродить (или сформировать заново) те содержания и ценности, которые (именно они, а не драгметаллы и камни!) были главным материалом всей мировой ювелирной истории. От золота граммов и рублей нужно вернуться к золоту смыслов и значений. Разумеется, для ювелирных производителей все это никак не отменяет необходимости работать с благородными материалами, совершенствовать технологии, добиваться эффективности управления и т.п. Но уже вполне очевидно: простой расчет на то, что хорошо налаженный ювелирный бизнес произведет «красоту», которая, как известно, «спасет мир» (а заодно, стало быть, и бизнес), не оправдывается. Красота – страшная сила. Когда великий Достоевский породил формулу спасения мира красотой, он вовсе не имел в виду внешних, чисто эстетических смыслов. Оторванная от жизни духа и души, красота не то чтобы не способна спасти мир – она способна убить его. А заодно убить и бизнес, желающий на ней заработать.


Журнал «ГРАФО PLATINUM» №40, осень – зима 2012 Издается с сентября 2001 года. Цена свободная. Учредитель и издатель: ООО Студия ГРАФО Директор студии Леонид Салмин

Представители: в Москве Ольга Боброва 8 926 76 48 928 Jeweleryours@gmail.com

Адрес редакции Екатеринбург, Большакова 25, 125 8 912 28 60 730 8 912 28 36 843

в Харбине Чэнь Фэнюе cfy2222@sina.com www.cfmjhl.com

grafo-platinum@mail.ru www.grafo-platinum.com руководитель проекта главный редактор  Леонид Салмин

руководитель проекта арт-директор  Лариса Левицкая

Дизайн – Студия ГРАФО Перевод – Маргарита Михайлова Тираж 1000 экз. Отпечатано в типографии ООО «ПК Артикул» Екатеринбург, ул. Декабристов, 20 Номер заказа 32126/1

12+

Виталий Целуйко 8 926 237 48 07 Елена Целуйко 8 985 448 47 40 promfoto@mail.ru www.zolotoepole.ru Максим Толстой 8 915 124 94 66 foto.max72@mail.ru

в Санкт-Петербурге – Фонд «Форма» (812) 235 05 09

в Хабаровске Алексей Бабуров 8 962 501 74 44 baburov.a@mail.ru www.baburov.ru

На обложке: Остывающий титан Фото Константин Миронов в Иркутске Александр Смирнов (ООО «Байкальские самоцветы») 8 914 887 37 65 rodusit2010@mail.ru

Свидетельство о регистрации СМИ ПИ 110671 от 18 мая 2001 г. выдано Уральским окружным межрегиональным управлением Министерства РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов.

в Ростове-на-Дону Василий Макухин 8 909 420 18 78 troglodit@narod.ru

в Лос-Анджелесе Константин Сутягин Лариса Сутягина design@logoboom.com в Самаре Василий Лаврентьев (846) 951 48 45 vas.lavr@rambler.ru

в Ижевске Владимир Сенькин 8 9222 700 200 9222700200@mail.ru

в Нижнем Тагиле Сергей Бусыгин Cалон «Долина камней» (Музей Природы) 8 922 229 83 67 ardli@rambler.ru

в Костроме Илья Локтионов Мария Моклокова (4942) 33 42 52 daiko@inbox.ru

в Кургане Сергей Потоскуев (3522) 56 52 77


Содержание 7 Труды просвещения От редактора временем 10 Охота заЭдуард Никитин резерв 12 Олимпийский Ювелирный Олимп 2012 стечение драгоценностей 14 УдачноеВыставка «Драгоценный MIX» 18 «Погремушки» Бабурова случайность 20 Неслучайная Микромозаика глупости» 24 «ПохвалаТатьяна Рыбакова ударом 26 Одним Игорь Андрюхин 30 О Ладони Александр Лысяков повторить? 32 Нам неАлександр Леверов среди нас 34 Волшебники Мастерская Андрея Бойко 37 Четыре души мари 42 Денис Богомазов: подсказано камнем 46 Почему PLATINUM? 48 ОрулихаПлатина царя Александра 50 КаменьАлександрит местечко 54 Любопытное Ирбит 58 Китай. Культурная реформа Китай 60 Еще и такой Макао 64 Стиль: ни жив, ни мертв на Урале 68 Остаться Дмитрий Крель 72 Resume


Фото С.Иванов

Эдуард Никитин Гарнитур «Королевская охота» Золото, бриллианты, кожа


Охота за временем Леонид Салмин

Ювелир Эдуард Никитин – из тех профессионалов, кого обозначают модным словом «перфекционист», из тех редких в наши дни мастеров, кто никуда не спешит, работая по гамбургскому счету, без скидок на далеко не всегда благоприятные обстоятельства, на трудности понимания широким зрителем его образного языка и тому подобные псевдопрепятствия. Словно бы именно затем чтобы подчеркнуть, что живет и творит он в большом и непрерывном историческом времени, так немилостивом к мелочной суете и жалкой выгоде момента, Никитин с легкостью выбирает для своих работ темы, отстоящие от дня сегодняшнего на полтысячелетия, а то и поболе. Гарнитур под названием «Королевская охота», включающий кольцо, брошь и колье – из разряда тех самых бескомпромиссных произведений, которые долго зреют в почве авторского замысла, оттачиваются до предельной точности в авторском воображении, становятся изматывающим испытанием для авторского ремесла и, в конечном итоге, воплощаются в драгоценном материале, дабы заточенной стрелой образа пробить плотные толщи времени. Для Никитина тема королевской охоты – не фабульно плоская, выдуманная story, а полная сюжетных напряжений, настоящая history. Похоже, вооружившись золотым арбалетом, художник сам устроил себе поистине королевскую охоту на время – стремительно убегающее, напряженное, сжавшееся испуганным оленем. Как соблазнительна такая символическая трактовка этого образа! Обернув к настоящему полные ужаса глаза, Великолепный Олень-Время бешеным сгустком энергии, золотой пулей мчится прочь, в вожделенную гармонию прошлого, унося на себе бриллиантовый свет жизни. Словно сердце выскакивает из груди. Не случайно же это брошь, нагрудное украшение. Как у ювелира у Никитина не только точнейшая образная интуиция, простреливающая защитные доспехи истории. У него удивительное культурологическое чувство тела. Он создает работы, интерпретирующие человеческое тело как символический ландшафт, как живой, полный глубокого смысла исторический пейзаж. Но в этом нет

изобразительной буквальности, он не превращает тело в шоу (show), не разворачивает на нем действия (action), он выстраивает символический словарь остановленных мгновений, он распределяет в космосе тела драгоценные знаки возможного, знаки тождества тела и человеческой истории. Арбалет, украшающий колье, вроде бы заряжен, готов к выстрелу, но при этом мирно подвешен у сердца, направлен стрелою вниз, к земле, а значит, остановлен в точке осознания возможного, в точке понимания необратимости времени. Кольцо-корона не просто венчает палец, она коронует одинокое, как перст, королевское высочество в миг осознания им убийственной силы его власти. И перст, вольный высвобод��ть тетиву, ответственно и мудро застывает, не торопясь убивать время. «Королевская охота» – не просто гарнитур, элементы которого сополагаются в едином ансамбле. Никитин создает драгоценную триаду, части которой как бы раздвигает в воображаемом пространстве событий, дистанцирует их друг от друга в ландшафте тела и во времени истории. Вряд ли кому-то придет в голову одновременно надеть, к примеру, колье и брошь. Да, они из одного гарнитура. Но они из разных мгновений жизни, из разных ее смысловых ситуаций. Будто именно для того, чтобы обозначить эту ключевую разнесенность во времени важнейших смысловых точек жизни и истории, мастер как бы наводит легкое sfumato на историческую перспективу, смещает образы, расплавляет твердый скелет хронологии вневременной экспрессивностью образа. А просвещенный зритель, терзаемый школярским желанием угадать иконографические источники авторского вдохновения, зачарованно бродит в затуманенном межвековом пространстве между разлитой братьями Лимбургами лазурью «Великолепного Часослова герцога Беррийского» и орнаментальной вязью североевропейских гобеленов раннего Возрождения… Мастер-ювелир с вполне королевским именем Эдуард никуда не спешит. Он очень вдумчивый охотник за временем. Он не убивает время. Он его ловит. Ловит, чтобы, прочувствовав его все до мельчайшего мгновения, навсегда в нем раствориться.


Олимпийский резерв В марте 2012 года на Исаакиевской площади, в питерском Манеже проходил традиционный конкурс авторского ювелирного и камнерезного искусства «Ювелирный Олимп», организованный объединением «Мир камня». На этих страницах некоторые из представленных на конкурс работ, завоевавших победные места в различных номинациях.

Владимир Путрин «Критский бык»

Фото С.Иванов

Анатолий В. Овчинников «Кошечка»

Елена Горбунова Школа Шароновых ТГУ Композиция «Solid»

Юлия Сухарева Школа Шароновых ТГУ Брошь по мотивам творчества М.А.Врубеля

Кирилл Кривощеков «Птичка»

Сергей Юрьев Настольные часы «Джокер»

конкурс

12

№40


Иван Канцеров «Страж тишины»

Иван Голубев «Утоли Моя Печали»

Игорь Никитин, Ирина Никитина Икона «Святой Благоверный Князь Александр Невский»

Эмилия Туманова Композиция «Ветер» Григорий Пономарeв Шкатулка «Камея Гонзага» Евгений Морозов Композиция «Мифология кристалла» Елена Константинова Брошь-подвес «Бесконечность»


Удачное стечение драгоценностей Выставка «Драгоценный MIX» Наталья Козлова

Автор проекта и куратор выставки Ольга Боброва Куратор выставки, сотрудник ЧГМИИ Наталья Козлова Авторы экспозиции Глафира Сызранова, Андрей Старцев, Екатерина Сисфонтес

выставка

14

№40

В Челябинском государственном музее изобразительных искусств, в роскошном Александровском зале состоялась выставка авторского ювелирного искусства «Драгоценный MIX». Выставка во многом разбила устоявшиеся представления и стереотипы восприятия этой весьма традиционной, казалось бы, темы. Более четырехсот работ целый месяц радовали посетителей музея. Открылся «Драгоценный MIX» дефиле школы «Манекен» с показом произведений челябинского ювелира Андрея Старцева. Международная ювелирная выставка собрала созвездие художников различных ювелирных школ России, Швеции, Испании. Мастера из Москвы, Санкт-Петербурга, Мадрида, Стокгольма, Костромы, Калуги, Тольятти, Липецка, Екатеринбурга, Челябинска, Шуи, Ярославля представили зрителям множество стилевых явлений и эстетических предпочтений: от классики до авангарда; от традиционных благородных металлов и драгоценных камней до пластика, пуговиц, булавок, финиковых косточек; от классических диадем, брошей, колец до неожиданных по замыслу, тонких по исполнению ювелирных арт-объектов. Кураторы выставки Ольга Боброва и Наталья Козлова обозначили идею трансформации ювелирных украшений в про-

странстве, времени, стиле, материале. Также задача заключалась в формировании понимания зрителями того, что искусство может быть разным, и при этом оно все равно прекрасно. Да, один и тот же ювелир-художник может создавать абсолютно классические и традиционные вещи из золота с бриллиантами, и наряду с этим творить из света, пластика, бумаги не менее прекрасные вещи, которые хочется (и возможно) носить. Каждый автор был представлен несколькими артефактами, коллекциями, фотопроектами, исполненными в разные годы становления творчества. Из частных коллекций с большим трудом были собраны работы некоторых авторов, оставивших яркий след в ювелирном творчестве, но теперь занимающихся другими жанрами искусства. «Драгоценный MIX» – выставка уникальных авторских произведений ювелирного искусства – нужна городу как художественная альтернатива ярмарочным традициям, как событие, дающее представление о современных тенденциях ювелирного дизайна, определяющее его перспективы. Подобной выставки не случалось в Челябинске лет тридцать. Это было ярко, зрелищно, незабываемо. Задача выполнена.

Фото Сергей Жатков

Ю. Никонова Тольятти, «Школа Шароновых» брошь «Детство живет в нас всегда», 2010 бронза посеребреная, детские рисунки, фианиты


Ж.Воропаева колье «Венецианский карнавал» 2011 нейзильбер, кость, перламутр, лазурит, бирюза, янтарь, эмали

Е.Соловьева серьги «Sunflowers» изготовление «Русская Ювелирная Мануфактура», 2006 золото, бриллианты

О.Облезина Тольятти, «Школа Шароновых» брошь

И.Розанов Тольятти, «Школа Шароновых» Серия часов-браслетов «TIME» 2007 алюминий, кожа, стекло

Н.Соколова Кострома серия колец «Мои коты» 2010 серебро

О.Стучалина Красноярск корона «Мисс Сибири International» Ювелирный дом «Ремикс» серебро, цитрины, фианиты, раух-топазы, мех норки

Декоративный нож на подставке «Кармен», дипломная работа Липецкий гос. пед. университет Кафедра ДПИ сталь, нейзильбер, эбонит, стекло, флюорит, гранаты, эмаль, агат

А.Семанин Москва кольцо «DUOS», 2001 бирюза, золото, бриллианты, серебро

О.Боброва Москва – Челябинск Колье «Легенда» 2002 серебро, малахит, рубеллит, аммонит

выставка

№40

15


В.Кочетков, Москва стопки «Иван Грозный» бронза, серебро

А.Орлова диадема «Иней» дипломная работа КУХОМ серебро, фианиты

О.Облезина Тольятти, «Школа Шароновых» браслет «Staringatthesea», 2009 бронза посеребреная

А.Хочкина, Калуга, подвес «Время самураев прошло», 2011 бронза, гальваническое золото

О.Исаева Медаль, посвященная 200-летнему юбилею Оружейной палаты 2006 бронза

Е.Гришина Москва Подвес «Отголоски детства» фарфор-бисквит, серебро

выставка

16

№40

С.Субботина Кострома подвес и кольцо «Дракон» 2011 серебро, фианиты

Фото Сергей Жатков

И.Папаскири Москва подвес из коллекции «Инопланетяне в России», 2002 дерево, серебро


С.Амова, Мадрид, 2008 подвес из коллекции «EL TIEMPO ES MIO» серебро, эмаль, фианиты

И.Розанов Тольятти «Школа Шароновых» гарнитур «Хищник» 2011 эмаль, алюминий

О.Стучалина Красноярск, Ювелирный дом «Ремикс» подвес «Солнце Бомбея» золото, бриллианты, цитрины

Е.Варюхина, Н.Орловский, Москва подвижные броши «КИБЕРТАРЬ», 2011 полимерная глина, эпоксидная смола, оптоволокно, светодиоды, схемы

Ольга Боброва, автор проекта и куратор выставки: Несмотря на традиционность ювелирного направления, выставка получилась очень сочная, яркая и жизнерадостная. Каждая коллекция отражала не только самобытность автора и его индивидуальный почерк, но и стиль школы, к которой он принадлежит. Несколько слов хочется сказать и об оформлении выставочного пространства. Это совершенное, прекрасное, изысканное пространство мы захватили вместе со стенами: на них расположились принты 3D-проектов, коллекций, фотоколлажей. Авторы развернулись смело: ограничения форматов не было. Великолепные профессиональные работы представил и журнал PLATINUM. Зритель с пристрастием изучал фотопроекты, ведь макросъемка вовлекает зрителя в свой мир. Работы, несмотря на «разнокалиберность», были чрезвычайно профессиональны и интересны как образами, так и техникой исполнения. В конце выставке мы провели лекцию по формообразованию и использованию нетрадиционных материалов в ювелирных украшениях-артефактах. Могу точно сказать: нет неискушенного

Р.Елизаренков Шуя серьга «Галактика» 2009 серебро, часовой механизм, фианиты

Е.Наумова Москва кольцо Your Pepper 2011 серебро, корунд

зрителя, есть невнимательный подход. Наш зритель контактировал охотно с новым и непонятным. Сначала активно не понимал и отторгал словесно. Но по мере диалога и вовлечения в замысел автора происходила удивительная трансформация! Зрители начинали фантазировать, пытаться привнести свое. Это было поразительно и очень захватывающе. Создавая новое, нужно входить в диалог, а не ожидать, что великое само будет понятым. Делая для себя, мы делаем для людей. Огромная благодарность художникам, дизайнерам, сотрудникам музея, принявшим участие в осуществлении проекта.

Н.Сальникова Ярославль подвес серебро, перламутр, цитрин

Е.Сисфонтес, Стокгольм подвес из коллекции «Timeless», 2010 часовой механизм, серебро, плексиглас

выставка

№40

17


«Погремушки» Бабурова Варвара Широкова

Перстень «Дрожащий сиреневый взгляд» Золото, аметист

Фото: Урал Гареев

Когда любимая женщина дарит своему мужчине ребенка, счастливый отец часто находится в растерянности, каким должен быть его ответный дар? Для большинства людей именно подарок на рождение ребенка является самым сложным выбором: цветы - завянут, да и пыльца вредна ребенку, сладостей еще пока нельзя. Можно подарить украшение, но какое? В огромном ассортименте ювелирных украшений многие мужчины зачастую теряются. Где найти что-то яркое и необычное, такое, что точно понравится молодой матери, мысли которой сейчас кружатся вокруг ребенка? Как сделать подарок, который она сможет оценить сразу? Который сразу можно будет носить и который станет памятью о том дне, когда они впервые услышали крик своего малыша? Ответ на этот непростой вопрос нашел художник-ювелир Алексей Бабуров. Нашел он его не сразу, зато его решение оказалось очень интересным не только для молодых мам и пап, но и для многих других женщин, которым хотелось экстравагантности. Погремушка. Когда мы слышим это слово, то в первую очередь нам на ум приходят яркие и красивые детские игрушки, в которых что-то гремит, если их потрясти. Именно так и выглядит серия перстней Алексея Бабурова, именно так они и называются - «Погремушки». — Как вы создали свою первую «погремушку»? — Мне хотелось добавить движения ювелирному изделию. Женщина, для которой создавался этот перстень, была очень экстравагантной и хотела чего-то яркого и необычного, поэтому в перстне оказался сразу не один камень, а три: аметист, аметрин и цитрин. — А как получилась погремушка с шариком, почему она изменила форму? — Когда моя жена родила дочку Полину, я не знал что еще ей подарить, и тогда мне пришла в голову мысль сделать для неё перстень. Я знал, что часто женщины снимают все украшения в этот период, думая, что они им будут мешать. Кроме того, женщина с маленьким ребенком не будет носить даже самый красивый перстень, опасаясь, что ребенок потянет его в рот. Тогда я решил, что лучший выход – это погремушка, но при этом она должна быть абсолютно безопасной для малыша. Так появился перстень «Полина». Это и весьма практичная, яркая погремушка, успокаивающая ребенка, и оригинальное украшение для его мамы. У Алексея Бабурова уже имеется множество вариаций перстней-«погремушек», но идея по-прежнему развивается.

фото Урал Гареев

Художник-ювелир Алексей Бабуров

Перстень «Полина» Золото, цитрин

своя линия

18

№40

Комплект «Ольга» Золото, аметист, цитрин, раухтопаз

Перстень «Глаз вопиющего» Серебро, золото, турмалин


Перстень «Правильный взгляд» Серебро, фианит

Перстень «Забрало для прозрачного шара» Серебро, стекло Перстень «Винтообразное движение» Серебро, стекло Перстень «Мерцающий ковчег» Серебро, фианиты

Перстень «Погремушка бело-голубая» Золото, голубые топазы, бриллианты

Перстень «Движение в замкнутом пространстве» Серебро, аметист

Перстень «Погремушка» Золото, аметисты, цитрины, раухтопаз Перстень «Термитник» Серебро, стекло

Перстень «Круговое движение» Золото, цитрин

Исправление: автор статьи «Знак вождя» (PLATINUM №39, стр. 46) — Вадим Пасмурцев.

своя линия

№40

19


выставка

20

№40


Неслучайная случайность Людмила Будрина

Сделать историческую находку или искусствоведческое открытие – заветная мечта всякого исследователя музейных фондов. Недавно заведующая отделом декоративно-прикладного искусства Екатеринбургского музея изобразительных искусств Людмила Будрина осуществила атрибуцию хранившегося в коллекции музея уникального панно XIX века, выполненного в сложнейшей технике микромозаики. Установление имени автора и истории произведения – большое событие в музейной жизни Урала.

фото предоставлено автором

Фото Юлия Зайцева

«Случайно ничего не происходит», «Случайность – частный случай закономерности»… Сколько раз подобные высказывания вызывали на наших лицах скептические улыбки? Почему осознание закономерности всего происходящего дается нам с таким трудом? Часть вины за это лежит на темпе, в котором мы привыкли жить. На такой скорости уловить что-то боковым зрением – уже удача, рассмотреть подробнее – невероятный успех. К таким закономерным случайностям относится и только что выполненная в Екатеринбургском музее изобразительных искусств атрибуция: установлены автор и время создания, уточнена техника. Путь к этому результату изобиловал изгибами и петлями, но, при всем этом, оказался на удивление прямым: от уральских камнерезов – к их участию во Всемирных выставках, от экспонирования – к освоению европейских техник, от заимствования – к мастерам, от мастеров – к их национальным школам. По дороге было то, без чего не обходится ни один рассказ об уральских сокровищах: Демидовы, малахит… Впрочем, обо всем по порядку. Всемирные выставки, малахит и Ватикан Задуманные как смотр достижений «всех наций» универсальные выставки превратились в мощный инструмент продвижения идей и товаров. Уловив этот тренд, российские власти и частные предприниматели старались показать национальную промышленность с лучших сторон, привлечь заказы и сформировать убедительный имидж империи. Определенную роль в этом сыграли экспонаты, представленные на выставках из ведомства Кабинета Его Императорского Величества. Проще говоря – позаимствованные из дворцов элементы их убранства.

21


Ипполито Каффи. Вид на Пантеон

XVIII века приезжает Франческо Беллони. Ему удается не только получить заказы, но и организовать мозаичную школу (с выпускниками которой Демидовы будут сотрудничать до начала Крымской войны). Беллони владел техническими приемами разных мозаик (что и передавал ученикам): и флорентийской (основанной исключительно на живописных возможностях камня), и римской (рисунок которой набирается из кубиков цветного камня и смальты). Однако лучше всего ему удавались работы в технике микромозаики. Это и не удивительно: в Риме Беллони сотрудничал с Ватиканскими мозаичными мастерскими – родиной этого кропотливого и трудоемкого вида мозаики. В середине XVIII в. римское производство цветного стекла и мозаик из него достигло высочайшего уровня. Именно в этот период появляется техника вытягивания смальты в тонкие палочки-нити (mosaico minuto или smalti filati). Эти нити, толщиной не более миллиметра, затем дробились на кусочки по 2-3 мм в длину. Палитра цветов варьировалась в диапазоне от 2,5 до 5,5 тысяч оттенков. Техника оказалась чрезвычайно востребованной для создания относительно небольших предметов: настенных панно, шкатулок, вставок для ювелирных украшений. В качестве образцов изображений мозаичисты использовали гравюры или живописные произведения. Роскошный пример ювелирной микромозаики – подаренный Наполеоном своей второй жене, императрице Марии-Луизе, гарнитур. Придворный ювелир ФрансуаРеньо Нито закончил его в 1810 году: украшенные виноградными листьями и гроздьями золотые цепочки соединяют небольшие медальоны с изображениями римских достопримечательностей. Были ли эти мозаичные медальоны привезены из Рима (королем которого уже при рождении провозгласили наследника императора), или их выполнили в Париже, нам неизвестно. Но техника набора завораживает. Пытались мастера микромозаики обосноваться и в российской Северной столице – в 1810-х годах между Москвой и Петербургом искал себе заказчиков Доменико Молья. Вероятно, без особого успеха, поскольку уже к 1820 году вернулся на родину. Оставив, правда, после себя способного ученика – Георга (Егора) Веклера, чьи таланты оказались востребованы русским двором. Его же позднее привлекли к работе над мозаиками Исаакиевского собора.

В том числе – роскошные канделябры и вазы, поражавшие посетителей как размерами монолитов самоцветного сырья, так и титаническим трудом мастеров. Эти абсолютно бессмысленные с индустриальной точки зрения, невероятно дорогостоящие произведения создавали ореол сказочного богатства и неисчерпаемости ресурсов Российской империи. Одним из наиболее успешных в плане резонанса примеров экспонирования утилитарно бесполезной гигантомании можно считать Русский отдел с произведениями малахитовой фабрики Демидовых в Лондоне в 1851 году. Созданные под техническим руководством француза вазы, столы, стулья, камины и распашные двери оставили неизгладимый след в истории как Всемирных выставок, так и мирового прикладного искусства. Казалось бы, про малахит и Демидовых известно все. Традиция предписывает все предметы с малахитом обозначать как «русские». Однако же… нет, и это – миф. В самом начале XIX века Николай Никитич Демидов привез в Париж уральский малахит и отдал его в обработку бронзовщику Томиру. Выполненные последним камин, чаша, ваза и роскошный стол принесли создателю награды «Выставок французской промышленности», а за заказчиком закрепили репутацию мецената. Но кто же выполнял малахитовую мозаику (значительно позднее получившую название «русской»)? Выясняем, что для Томира работали парижские камнерезы. Вопреки распространенному мнению, были такие во французской столице. Правда, долгой традицию обработки цветного камня здесь назвать нельзя – существовавшая при Людовике XIV мастерская угасла вместе с Королем-Солнцем. Откуда же новое поколение резчиков? Своим появлением они обязаны политике Наполеона Бонапарта: завоевания нов��х территорий он сопровождал курсом на привлечение мастеров и художников в Март-июнь 2012. Как происходит открытие За окном – серовато-холодная уральсвою столицу. Отвечая на призыв и уловив ская весна. Глаз ищет в музейных залах в нем новые возможности, в Париж в конце ярких красок, обещания тепла… Тепло – значит лето, лето – каникулы... Конечно же артефакт «римские». И взгляд замирает: под лазоревым небом dolce Italia высится монолит Пан№40 теона, перед ним – несуетливо течет жизнь.

22

Воспоминания о средиземноморской неспешной неге римских вечеров резко прерываются осознанием того, что Пантеон выглядит «неправильно». И этикетка с лаконичным «Неизвестный мастер. Архитектурный пейзаж. Италия, XIX в. Мозаика» не помогает вернуться к грезам. Колокольни, венчающие портик античного храма, настойчиво требуют внимания. Начинается все с вполне рутинного поиска: когда и почему у пантеона были… «уши»? Интернет на сформулированный таким образом вопрос откликнулся быстро и удивительно точно: «ослиные уши Бернини» были возведены в самом конце понтификата Урбана VIII (начало 1640-х годов), руководил строительством башенок Джованни Бернини. В 1882 году это неудачное дополнение снесли. Так «Архитектурный пейзаж» стал «Видом Пантеона».

Изображение римской достопримечательности натолкнуло на мысль о путешественниках, совершавших Grand Tour. О том, что любитель древностей обладал и существенным состоянием, говорил размер мозаики: значительно чаще встречаются небольшие вставки в украшения или крышки табакерок. Как заманчиво было бы связать мозаику с одним из достойных членов уральского общества любителей естествознания. Однако Инвентарная книга музея надежды на это не оставила: предмет поступил в фонды в 1948 году, приобретен в магазине… Тупик?.. Но в кончиках пальцев уже начался знакомый зуд, руки тянутся к клавиатуре: не получилось в лоб, пойдем в обход. Достопримечательности Рима в микромозаике, больших размеров – отдельные панно и целые столы. Тщательно просеиваем поисковики (спасибо тому, кто изобрел функцию поиска картинок!) Попутно отмечаем существование целого жанра: столешница с видами Вечного города, разбитыми на медальоны (часто) или объединенными в единую композицию (редко). Расположенные по кругу Колизеи, Пантеоны, форумы и храмы, арки и мавзолеи образуют перед


глазами калейдоскоп, вызывают головокружение… И вдруг на сайте одного уважаемого аукционного дома в подписи изображения проскальзывает: приписывается Луиджи Молья. Открываю книгу: Луиджи – сын и ученик Доменико Мольи, того самого, что пытался основать мастерскую в александровском Петербурге. Новый поиск приводит на сайт знаменитого музея Виктории и Альберта: «наш» Пантеон – в лондонской базе данных! Всплеск адреналина – вот оно, нашлось! Первые эмоции утихают, начинается работа с коллегами. Первое письмо – в Лондон, хранителю скульптуры. Очаровательная дама, энтузиаст музейной работы пересылает наше сообщение куратору особенной коллекции: в 1996 г. один из известнейших американских коллекционеров камнерезных произведений передал свое собрание в фонды детища Первой всемирной выставки. Еще день ожидания, нетерпеливо открываю почту: «…спасибо за Ваше исследование и изображение: я очень рад увидеть близнеца мозаики Молья». Во вложениях – детальное изображение лондонской работы, сканы

страниц из каталога коллекции Гилберта. Оказывается, еще в 1982 г. эту мозаику связали с экспонатами Всемирной выставки 1851 г., правда, не потрудившись дать точное описание каталога. Первый смотр достижений всех наций сопровождался невероятным количеством полиграфической продукции, в том числе – несколькими вариантами Официального каталога. Предыдущий интерес к демидовскому малахиту позволил достаточно быстро найти электронный вариант «Официального описательного иллюстрированного каталога», нужный том – «зарубежные страны», – и страницы «Папское государство». Все точно: Луиджи Молья показал два «Вида Пантеона». Для уточнения посылаем в Лондон картинку с мозаикой, разрешение которой позволяет рассмотреть каждый кусочектессеру. Результат: есть незначительные отличия, но сходство настолько велико, в том числе в трактовке таких специфических фактур как вода и облака (последние переданы овальными тессерами, в отличие от заполняющих небо удлиненных), что позво-

Джованни Пиранези. Пантеон

Пантео́н (Πάνθειον – храм, посвящённый всем богам, от др.-греч. πάντεζ – «все» и θεόζ – «бог») – храм всех богов в Риме, памятник центрическо-купольной архитектуры периода расцвета Древнего Рима. Построен во II веке н. э. при императоре Адриане на месте предыдущего Пантеона, выстроенного за два века до того Марком Випсанием Агриппой. Латинская надпись на фронтоне гласит: «М. AGRIPPA L F COS TERTIUM FECIT», что в переводе звучит как: «Марк Агриппа, сын Луция, избранный консулом в третий раз, воздвиг это». Окончательный вид сооружение приобрело в 125 году. Строительными работами руководил Аполлодор Дамасский. Пантеон — одна из главных достопримечательностей Рима; это самая большая из сохранившихся античных купольных

построек, к тому же вплоть до XIX века не существовало купола большего диаметра. Пантеон возвели в виде круглого здания-ротонды и перекрыли огромным куполом. Пропорции храма близки к идеальным: диаметр купола – 43,5 метра почти равен высоте храма – 42,7 метра. Толщина стен превышает шесть метров. Бетонный купол весом 46 тонн имеет форму полусферы, покоящейся на цилиндрическом барабане. В вершине купола сделано обрамленное бронзовым бордюром отверстие диаметром около девяти метров. Оно называется окулюс — «Глаз Пантеона», через который в храм проникает солнечный свет. Окулюс символизировал всевидящее небесное око. В полдень через это отверстие бьёт сильный свет, который как будто не рассеивается, а остаётся в форме

ляет говорить об одном авторе и близком времени создания. Почти одновременно приходит ответ на другой запрос. Хранитель коллекции прикладного искусства в музеях Ватикана, автор статей о микромозаике согласен с нашими выводами об авторстве и датировке мозаики. «Детектив» почти закончен. На витрине – новая этикетка: «Луиджи Молья. Вид Пантеона. Италия, Рим. 1830-е – 1850-е гг. Микромозаика, смальта». За маленьким прямоугольником бумаги – клубок знаний, эмоций и не-случайных случайностей.

гигантского луча и становится почти осязаемым. Чтобы сделать купол более устойчивым и прочным, строители использовали бетон с разным наполнителем, в верхней части это легкая пористая пемза и туф, а у основания купола, где нагрузка особенно велика, к бетону добавляли твердую травертиновую крошку. Кессоны купола придают ему особую выразительность, облегчая и укрепляя конструкцию. Стены Пантеона облицованы цветным мрамором. По внутреннему периметру устроены восемь полукруглых и прямоугольных ниш, в которых находились статуи божеств. Перекрытия и внутренняя часть купольного потолка были отделаны позолоченными бронзовыми пластинками. Пол внутреннего зала Пантеона выложен порфиром и другими ценными породами камня. В 609 году Римский папа Бонифаций IV превратил Пантеон в христианскую церковь Святой Девы Марии и Святых Мучеников. Здесь похоронены знаменитые люди: художник Рафаэль, архитектор Бальдасар Перуцци, короли Виктор Эммануил II и Умберто I.

артефакт

№40

23


музей Пенгмафилоид Отпечаток в мергеле Красноуфимск, Средний Урал


Аметист Мурзинка

Мы привыкли считать, что художественный язык ювелирного искусства предназначен исключительно для разговора о благородных материях, высоких чувствах и драгоценных человеческих достоинствах. Отнюдь! – говорит своей дипломной работой выпускница кафедры проектирования и теории творчества Уральского государственного горного университета Татьяна Рыбакова. Ювелирное искусство может и должно разговаривать на разные темы. Например, о вековечных человеческих грехах и несовершенствах. Заглянув на полтысячелетия назад и обратившись к образам живописи Иеронима Босха и сатире великого музейгуманиста Эразма Роттердамского, автор воздала в форме коллекции ювелирных подвесов саркастическую похвалу человеческой глупости.


ОДНИМ УДАРОМ Леонид Салмин

Кузнец Игорь Андрюхин

В Петербурге, в самом конце Фонтанки, напротив Адмиралтейских верфей, есть одно примечательное место. Здесь, на клочке зазаборной территории, в разнообразных полостях дряхлого архитектурного тела какой-то индустриальной руины уютно расположились мастерские питерских художников по металлу и камню. Тут же, в соседстве с друзьями камнерезами, творит разные необыкновенные вещи художник, кузнец Игорь Андрюхин. Впрочем, называть Андрюхина кузнецом не вполне точно. Кузнечное ремесло – всего лишь средство разворачивания его художественно-философских размышлений. Металл – лишь наиболее подходящий материал для его эстетических опытов. Когда Игорь говорит о железе, о его структуре

выставка

26

№40

и пластических свойствах – в этом нет ни тени привычно сопровождающей образ кузнечного ремесла многотрудности отношений с материалом. Как повар месит тесто, как скульптор разминает глину – так Андрюхин легко мнет, гнет, массирует, прессует металл, не просто придавая ему внешнюю форму, но и замешивая сложнейшую структуру его внутренности. Это похоже более на кулинарный процесс, нежели на металлургический. То же сакрально-магическое отношение к «начинке», к ее особенному, многослойному строению, к удивительному рисунку, скрытому под корочкой непроницаемой поверхности. Игорь ощущает внутреннюю волокнистость обыкновенного металлопроката так, как, вероятно, хороший садовник, а спустя время и столяр чувствуют волокнистую структуру древесного тела. Трудом своего человеческого тела, его напряжениями кузнец проживает многосложную анизотропность металла, а потом с нескрываемым восхищением рассказывает об особенной пластичности антикварного железного рельса времен Александра Освободителя (именно из такого рельса Игорь вырастил своеобразное посвящение памяти российской железной дороги - символическое дерево, монолитный железопрокатный ствол которого вдруг легко разбегается ветвями, образуя ажурную крону). У Андрюхина в кузне и рядом, во дворе, множество разных металлических предметов. Часть из них – элементы строительных конструкций, выброшенные в ходе ремонта старинных петербургских зданий. Игорь время от времени спасает подобные артефакты от уничтожения, ведь он, как никто, знает, какой это уникальный металл, какова его «начинка». А после («когда б вы знали, из какого сора...») появляются удивительные кованые

былинки в два человеческих роста, несущие то ли чреду ягод, то ли грядку росы в виде обкатанных гранитных валунов, размером с мяч. Или огромные стрекозоподобные инсекты, балансирующие на точке шарнирного прикрепления, как жизнь на кончике


фото Студия ГРАФО

ножа. Железокрылые комары, долгоногие жуки-металлисты, цикадообразные и богомоловидные чудища – целая волшебная энтомология от Андрюхина. Что это? Где исток этой ажурной, необыкновенно пространственной, насекомой темы? Быть может, память о Мухе? О Мухе, лукаво смешавшей имена и образы – самого вульгарного насекомого (musca domestica, sorbens или autumnalis), женщины-скульптора, давшей эпохе ее главный пластический иероглиф (в коем мужчина и женщина не по-мушиному крылато простирают руки, свободные от держания серпа и молота) и, наконец, alma mater (сорок лет замещавшей имя барона-основателя именем женщины-скульптора), где Андрюхин учился и работал…

Кузнечное художество обязывает быть Мастером. Без вариантов. Нельзя быть «слегка» или «почти»… Игорь – тому пример. Металл не дает «люфтов» для медленного поиска, для постепенного приближения. Он словно бы кричит художнику: Не мучай! Знай, чего хочешь! Будь точен. Целься в сердце. Бей наповал. Сразу. Одним ударом… Когда смотришь на лапидарные восточные лики, с какой-то невероятной самурайской энергией впечатанные Андрюхиным в прямоугольные металлические листы, понимаешь, что кузнечное искусство не может быть расточительным: каждый удар

равен не букве, но Слову. В нем есть бескомпромиссная окончательность жеста и космическая абсолютность высказывания. Если для живописца и графика понятие запечатления вбирает сложнейшую, многообразную хореографию руки, ведущей кисть или грифель в пространстве

мастер

№40

27


изображения, то кузнечное запечатление тождественно удару: оно – как колокол, обрывающий время, как печатный пресс, падением своим вбивающий смысл в белое безмолвие бумаги. Может быть отсюда такое странное, почти легкомысленное отношение Андрюхина к ворохам рабочих эскизов, любой из которых можно забирать в паспарту и вешать на стену. Его графика – сильная, энергичная, напряженная – живет россыпью листов, безвременно состарившихся в горячем, промасленном воздухе кузни до состояния глубокого антиквариата. И когда в разговоре с Игорем любопытству-

ешь про замыслы, про эскизные идеи, он, словно бы не доверяя мягким и оттого далеким от абсолюта карандашным очеркам, с сомнением бросает: – Ну, пошарь там, на антресолях… Вид кузни с антресолей – словно полет над преисподней. Внизу кишение металла, плеск железа, огненное дыхание горна – вся эта дьявольски завораживающая кухня, инферно Мастера. Но стоит оторвать взгляд от этого «машинного отделения» творческого корабля и оглянуться, как тут же обнаруживаешь, кто на самом деле бдит с небесных антресолей за происходящим: изза старенького дубового шкафчика белым гипсовым ликом выглядывает Император – кузнец и кораблестроитель, вечный призрак этого города. Будто и не Игорь Андрюхин повесил на железный крюк знаменитую расстреллиевскую маску, будто сам Он взошел сюда вечным наблюдателем… Оно и понятно, тут, у Адмиралтейских верфей, все под его неусыпным оком – и вода, и камень, и металл. И, уж конечно, всякое деяние – тем паче такое, как кузнечное.


фото Студия ГРАФО


О ЛАДОНи Представляем книгу «Ладонь»: истории, притчи, байки, фотографии, картины, поковки, артефакты кузнеца Александра Лысякова. На наших страницах – одна байка мастера, а также фоторепортаж из галереи «Арт Птица», где эта книга была впервые предъявлена публике вместе с выставкой работ кузнеца и его друзей. Эта книжка особенная. Ее герой и автор – удивительный человек, знаменитый уральский кузнец Александр Андреевич Лысяков. Если бы книги можно было в буквальном смысле выковывать, если можно было бы чеканить буквы и слова, склепывать из них истории и рассказы, то это издание, несомненно, было бы образцовым соединением кузнечного искусства и философского фольклора. Отчасти так оно и есть: кузнечное мастерство присутствует здесь, прежде всего, на уровне непрерывно движущейся, живой, огнедышащей картины мира, в виде афористичных размышлений мастера, придающего жизненным наблюдениям и разнообразным призракам памяти «железно прочную», окончательную форму «простых вещей».

Эта книжка проста, прочна и остра – как гвоздь, каких мастер Лысяков на своем кузнечном веку выковал тысячи. Все рассказанные здесь байки, истории, анекдоты – как будто кузнечные поковки, раскаленные металлические формы, пребывающие в вечном преображении, усовершенствовании, доделывании, никогда не находящие холодной успокоенности мемориального Итога. Сегодня Лысяков рассказывает историю так. А месяц спустя – по-иному, с новыми акцентами, с другими интонациями. Лысяков любит повторять, что всегда хотел жить жизнь «героически» и «в пейзаже». В этих определениях – ключ не только к его творчеству, но и к его человеческому мироощущению. Когда смотришь на его натруженную ладонь, видишь воплощенную

Простые вещи. У меня есть внутренняя установка: тренировать свое воображение и способность к рождению идей надо по поводу очень простых вещей. Ножницы, гвоздь, яйцо, ложка. Рыба. Я знаю, насколько силен эффект простых подарков. Вот сделали мы монетку «куй», и она имеет дикий успех. Или что там, ума много надо квадратный гвоздь сделать? Да нет. Или вот ложка, я сакрально верю, что если я делаю человеку ложку, я его на всю жизнь, можно сказать, обеспечиваю. У него уже никогда не будет ни голода, ни проблем с едой. У него будет все. Потому что я в ложку вкладываю одну из самых своих сокровенных идей, молитву что ли. Кажется, ерунда какая-то, придумал! Придумал. Но я не могу с собой ничего сделать, я верю в это. Я в это верю. В это верю. Если я делаю комуто ложку, то я этого человека защищаю, он будет и успешный, и сытый, что немаловажно. И самому себе я ложку сделал, и ничего – до сих пор она меня кормит, у меня никаких вопросов к ней нет. Мы часто пользуемся вещами, сделанными кем-то совершенно без веры. Ложкой алюминиевой едим в столовой, и вообще не обращаем внимания. Мы не обращаем на это внимания, значит, не обращаем внимания на некие внутренние качества. Считаем, а.., так сойдет. Плохо. Оно не сойдет. Как говорится, надо знать, что кушаешь, надо знать, с кем общаешься. Это тысячу раз говорили, но мы иногда на это не обращаем внимания. Я никогда не буду делать какой-нибудь приемник с экраном в надежде, что у меня его кто-то купит и подарит другому. Но я обязательно сделаю закованное железом яблоко или яблоко, которое разламывается и внутри него лежит что-то для двоих. Жизнь как яблоко, жизнь вместе, а они как две половинки. Это подарок для двоих. Это для меня очень важно, чтобы подарок предназначался для двоих. Один дарит другому, но подарок на двоих. Очень простая вещь. книга

30

№40

метафору творения, соединяющую беспокойство души с ландшафтом жизненных обстоятельств, героику жеста с пейзажностью пространства. Название книжки «ЛАДОНЬ» вышло само собой. Ведь ладонь мастера – самый главный манускрипт его жизни, печать всех стихий, с которыми он вступает в отношения осмысления, творчества и преображения.


фото презентации

предоставлены Галереей «Арт Птица»

Постеры на основе картин А.Лысякова, в свое время проданных, чтобы купить железо для крыши кузни

Юлия Крутеева, хозяйка «Арт Птицы» Александр Лысяков и его дерево-сундук

Евгений Ройзман

Леонид Салмин


Нам не повторить? Лариса Левицкая

Сверхточные механические воздействия на материю в наш век осуществляются сложнейшим инструментарием, с помощью лазера, электричества, ультразвука и прочих тру��нопостижимых технологий. А в древности, оказывается, люди непосредственно владели столь виртуозными и минимально-точными ручными приемами обработки материалов, которые ныне повторить почти невозможно. Многие камнерезы пытались воспроизвести наконечник каменной стрелы, не пользуясь современными инструментами и материалами — по древнейшим технологиям, теоретически восстановленными учеными. Мало у кого получилось! Такой точности микроударов, такого чувства камня, его строения, его слабых и сильных слоев — достичь чрезвычайно трудно. Этот навык практически утерян, ведь поддерживаться он мог только непрерывным в течение тысячелетий повторением и обучением следующих поколений. Камнерез Александр Леверов подарил нашему журналу три стрелы с подлинными древними наконечниками. Четвертый, кремневый, я нашла сама на перекопанной картофельной делянке во время небольшого путешествия с Александром в ближайшие окрестности Екатеринбурга, на стоянку Калмацкий Брод, где тысячелетиями жили люди, где в грядках полно обломков древней керамики, а под кустами вперемешку с мусором свалены гранитные плиты (план-шайбы), на которых древние охотники точили свои ножи. Удивительное место! Здесь во время сезонных перекочевок реку Исеть форсировали стада оленей (говорят, иногда их видят и теперь). Тут их и подкарауливали охотники всех времен и народов. Увлечение Александра археологией сказалось и в его камнерезном творчестве: он любит создавать фигуры древних обитателей Урала — в соответствии с современными представлениями об их внешности, одежде, амуниции. В композиции «Камень предков» столп, на который молится древний исседон, сделан из найденного на Исети минерала со следами обработки в древности. Композиция «Неолит» также построена вокруг настоящего оселка — точильного камня, оставшегося с древних времен и найденного в районе станции Гать (Калмацкий Брод).

символы

32

№40

«Камень предков» Александр Леверов Каменная стела – артефакт эпохи неолита со стоянки Калмацкий брод (река Исеть), хрустальная щетка, лимонит, кварцит, яшма, долерит, газган, кахолонг, морион, гагат, мамонтовая кость, медь, серебро, аушкульская яшма

фото Студия ГРАФО

Реконструкции стрел (подлинные каменные и металлические наконечники разных эпох) Коллекция А.Леверова


«Неолит» Автор Александр Леверов Резчик Ярослав Лялин Гандит, долерит, брекчиевидный мрамор, газган, лимонит, кварцит, кахолонг, морион, мамонтовая кость, наконечник стрелы, окаменелое дерево, медь, нуклеус, ножевидные пластины, сколы, скребок, гранитный песчаник – древний оселок, яшма, кварцит, кремний, агат, керамика

Осколки древней глиняной посуды с орнаментом Калмацкий брод, Исеть

Реконструкции стрел (подлинные каменные и металлические наконечники разных эпох)

символы

№40

33


фото Студия ГРАФО

«Викинг» Мастерская Андрея Бойко Камнерез Николай Глинских Пирит, гематит, яшма, халцедон, моховой агат, лазурит, кахолонг, мрамор, кварцит, серебро, золото


Волшебники Ольга Братенши

среди нас

«Если природа — это материя, стремящаяся стать душой, то искусство — это душа, выражающая себя в материальном». Оскар Уайльд «Карл Фаберже: — Меня мало интересует дорогая вещь, если ее цена только в том, что насажено много бриллиантов и жемчугов. Журналист: — Кто покупает такие вещи? Ведь это выброшенные деньги? Карл Фаберже: — Есть люди, которым давно надоели бриллианты и жемчуга, а иногда и неудобно дарить драгоценности, а такая вещь подходит…» (Интервью с петербургским ювелиром Карлом Фаберже. Журнал «Столица и Усадьба». Санкт-Петербург, №2, 1914 г.) В современном российском камнерезном искусстве за последние двадцать лет возродился жанр так называемой блокированной скульптуры (объемной мозаики): создание небольших полихромных объектов из разных минералов. Отцом-основателем этой отрасли камнерезного искусства с полным правом можно назвать Карла Фаберже. Именно ему первому «пришло в голову, что статуэтка будет еще привлекательней, если изготовить ее из разноцветных камней, а не вырезать из одноцветного камня… Исполнив свой замысел, Фаберже сделал фазу в русской истории камня» (Г.Ч.Бэйнбридж. Глава VI монографии «Карл Фаберже, золотых дел мастер и ювелир царского двора», Лондон, 1949. Перевод И.Н. Орловой, 1992). Первыми приобретателями таких фигурок были царские особы: император Николай II, его сестра Ольга Александровна, великий князь Николай Михайлович, обе императрицы, английский король Эдуард VII. Так что до 1917 года камнерезные фигурки были царскими или королевскими игрушками. Современные коллекционеры стараются не раскрывать своих имен, это богатые люди, ценители и коллекционеры. Но почему взрослые люди так увлечены игрушками, да еще такими дорогими? Игрушка – это зеркало культуры. Она представляет собой не что иное, как одну из фундаментальных универсалий человеческого бытия, поскольку служит для передачи в особой свернутой форме ценностей культуры и опыта поколений, значения и состояния современной цивилизации. И даже становясь старше, мы остаемся носителями этих ценностей, продолжая, как дети, с восторгом впитывать новые краски окружающего нас мира, зачастую материализуя их в более взрослых игрушках – предметах искусства. Каменные фигурки – это и предмет искусства, и игрушки особого рода. Взяв такую в руки, чувствуешь: это серьезно.

Что-то живое просачивается сквозь кожу и растекается по каналам твоего тела. Незаметная нашему сознанию жизнь бьется в каменной, казалось бы, безделушке. С 1918 до 1970 года блокированной скульптурой в СССР не занимались. Причины лежат в запрете художникам и мастерам на работу с драгоценными и цветными камнями и металлами, а также в отсутствии легальных покупателей. Даже историческая личность Фаберже была под запретом. Казалось, что традиция утрачена. Новое время изменило ситуацию в корне. Как из небытия возникли талантливые мастера и художники. За сравнительно короткий срок сложились два центра российского производства камнерезных фигурок: Санкт-Петербург и Екатеринбург. И та и другая школа опирается на давние, еще дореволюционные традиции. Гротеск и фантазийность – кредо петербуржцев, реалистичность – основа творчества уральских мастеров. Кто-то называет последних «передвижниками» за непреклонную достоверность образов, среди которых очень популярны национальные и исторические сюжеты. Мастерская Андрея Бойко – характерный пример екатеринбургской камнерезной школы. Их «игрушки» игрушечны только по размеру. Художественное исполнение, тщательность проработки деталей и достоверность образов поражают. Как сказал один из мастеров, «ружья наших солдат настоящие, они стреляют». Изготовление каждого изделия может занимать несколько месяцев скрупулезного труда. Вот уже пятнадцать лет созданию каждой модели предшествует тщательная работа по сбору исторической и этнографической информации. Но не только достоверность волнует уральских художников, важна душа скульптуры, ее неповторимый характер, настроение и энергия, которую она призвана сообщить согревающим ее рукам.

«У колодца» Мастерская Андрея Бойко Камнерез Валерий Герасимов Яшма, яшма ситцевая, халцедон, моховой агат, кахолонг, мрамор, кварцит, долерит, уваровит, окаменелое дерево, лазурит, белоречит, горный хрусталь, льдистый кварц, родонит, серебро, золото

Как продолжатели дела Фаберже, открывшего истинное богатство считавшихся неювелирными уральских, алтайских и забайкальских цветных камней, мастера каменной игрушки придают значение не столько ценности минералов, сколько их художественным свойствам. Советский искусствовед Клебанов-Попович в 1961 году писал, что ювелирное изделие «может быть художественно совершенным независимо от стоимости основного материала, из которого оно изготовлено. Малоценный материал становится подлинной эстетической драгоценностью, если превращение его в предмет украшения вызвано эстетической потребностью, если художник, создавая предмет, вдохнет в него искру своего таланта и к нему прикоснутся виртуозные руки мастера и ювелира». Камень. Какие эпитеты мы используем, говоря о нем? Холодный, тяжелый, молчаливый, неподвижный. Мы так привыкли считать его мертвым, бездушным материалом. Как-то супруга одного известного камнереза, рассказывая свою историю жизни, произнесла такую фразу: «Вот и я заразилась, заболела и стала каменной душой…» Какой удивительный все же наш язык, какие неожиданные, а порой и противоположные смыслы приобретают слова, помещенные в тот или иной контекст жизни. традиция

№40

35


фото Студия ГРАФО

Какое богатство содержания таится за словами «каменная душа», знают только те, кто соприкоснулся с чудесным миром природного минерала. И не важно, кто ты: художник-камнерез, коллекционер или просто любитель. Дверь в каменную сказку может открыться любому человеку, комуто на мгновение, а кому-то на всю жизнь. Каменные души – те, кто переступил порог, зачарованные волшебством природы, гением Бога, зашифрованного в каменных творениях. Какое, наверное, счастье – работать переводчиком у самого Творца… Такие люди каменны душой совсем не от того, что тверды и холодны. Оживляя в своих руках породу, они проникаются теми качествами этого материала, о которых знают лишь посвященные: чистотой и хрупкостью хрусталя, задумчивостью и нежностью агата, теплом и загадочностью опала, богатством яшмы, страстностью родонита, непредсказуемостью малахита и глубиной лазурита. Этот список можно продолжать. Мастера камнерезного искусства используют в своем творчестве столько разновидностей породы, сколько известно человеку, и каждая имеет свой характер и настроение. В блокированной скульптуре (или, как привыкли ее называть уральские мастера, «объемной мозаике»), зачастую используется до двухсот пород цветного камня. Сложно представить себе, какой букет эмоций и чувств необходимо составить в гармоничную композицию. Каким же неординарным душевным даром надо обладать, чтобы так тонко чувствовать материал и, сообщая ему новую форму, вдыхать в него иную, когда веселую, иногда грустную, а порой и блистательную жизнь? О таком таланте творца не расскажешь, его можно только увидеть воплощенным в работах художников-камнерезов. Волшебники уже среди нас, удивляют и восхищают, зовут нас в увлекательную игру с природным камнем, в которой мы, заглядывая в зеркало культуры, становимся сопричастными настоящему чуду…

«Шаман» Мастерская Андрея Бойко Камнерез Николай Глинских Яшма, халцедон, моховой агат, кахолонг, мрамор, кварцит, аметистовая щетка, серебро


ЧЕТЫРЕ души мари

фото Федор Телков / Grinberg Agency


Марийские Карши, Татарский Буланаш, Русский Потам. Эти странные словосочетания – названия селений в юго-западном углу нашей области. Там встретились три великих языковых семьи, три религии, три народа: финно-угры язычники марийцы, тюрки мусульмане татары, индоевропейцы христиане русские. Не всегда это соседство было добрым, но уже давно в тех благодатных краях царят мир и спокойствие, и, будем надеяться, ничто их не порушит. Конечно, теперь образ жизни у всех одинаковый – вполне современный. Но всетаки язык, некоторые обычаи, народные песни и кухня еще устояли перед напором глобализации. Экзотика, за которой мы устремляемся в дальние края – вот она, в трех часах езды от Екатеринбурга: необыкновенно зажигательные марийские песни, сказочно вкусные татарские угощения, таинственная жизнь русских старообрядцев. И потрясающий марийский костюм, о котором пойдет речь в этом материале. Знаменитые Бурановские бабушки прославили удмуртский наряд, блиставший на сцене не хуже самых модных прикидов. Родственный ему марийский тоже поражает яркостью красок, сложностью сакральных орнаментов вышивки и солидными металлическими аксессуарами весом в несколько путешествие

38

№40

килограммов, которые при каждом движении шумят, отпугивая всяческую нечисть. Надо думать, стоят эти украшения гораздо больше номинала монет, ушедших на изготовление роскошных головных уборов, фартуков, нагрудников. Раковины, бисер, камушки, мех, бусины, но в основном мониста суть буквы текста, которым является этот убор и который прочитать без помощи ученых этнографов не смогут и сами его владелицы. Сложнейшие космогонические

представления о трех мирах, о четырех душах женщины, о всяческих злых и добрых сущностях зашифрованы в причудливых орнаментах и композициях. Впрочем, никто не мешает просто наслаждаться их красотой, не вникая в смысл этого смутного и почти забытого текста. Благодарим Министерство культуры и туризма Свердловской области и директора компании «Эква-тур» Елену Сеславину за приглашение в инфотур.

фото Федор Телков / Grinberg Agency

Автор портретов марийских женщин – Федор Телков. Фотограф, художник, дизайнер. В PLATINUM №32 (2008 год) мы опубликовали его живописные работы, а теперь печатаем этнографическое и психологическое фотоисследование, сделанное в Артинском и Ачитском округах Свердловской области.


Федор Телков: Марийцы относятся к средним по численности народам России. Сегодня насчитывается чуть более полумиллиона представителей этой национальности. Все мы знаем, что этот народ имеет свою государственность – Республику Мари Эл. Однако большая группа марийцев – около 24 тысяч человек – живет далеко от своей столицы Йошкар-Олы, на юго-западе Свердловской области. Это так называемые «Урал Мари». Их предки мигрировали на Урал еще в XVI веке, избегая насильственной христианизации. Через расстояния и столетия, через политические и идеологические режимы уральским марийцам удалось пронести свою культуру, религию и язык. Сегодня, совсем рядом, существует совершенно иной мир, живущий незаметно и тихо. Но, как мне кажется, вместе со все усложняющейся ситуацией в российской деревне любая народная культура находится под угрозой. Ведь именно там, в почерневших от времени бревенчатых домиках, хранятся все национальные богатства. Я спешу запечатлеть этот уходящий мир в своих фотографиях.


фото Федор Телков / Grinberg Agency


фото Лариса Левицкая

Тысячелетние традиции сохранились в костюме мари. Нагрудник «яга», шапки «такийя» и «шимакш», фартук «ончалосакие» когда-то украшались не монетами, а бронзовыми бляхами звериного стиля; постепенно мастерицы передали охранные и отпугивающие функции лосей, ящеров, медведей – царям, вождям, Георгию-Победоносцу. В ход пошли и бисер, и всяческие бусины, и пайетки, и стеклярус, но по-прежнему они охраняют «входы» и «выходы» одежды. Самая крепкая защита нужна шее и груди – там живет душа, которую надо держать в тепле. Согреть тело и душу, комфортно существовать в физическом и ментальном пространстве помогают сложившиеся веками элементы народных одеяний. Например, простая идея защитить жизненный центр – живот, охлаждавшийся особо интенсивно в распашной, еще не застегивающейся, одежде, – привела к возникновению изукрашенных передников. Символы солнца, леса, жизни густо вышиты на них, и монеты бренчат, как в древности бронзовые подвески, отпугивая всё опасное, холодное, чужое.

Тысячелетние традиции сохранились в костюме мари. Нагрудник «яга», шапки «такийя» и «шимакш», фартук «ончалосакие» когда-то украшались не монетами, а бронзовыми бляхами звериного стиля; постепенно, мастерицы передали охранные и отпугивающие функции лосей, ящеров, медведей - царям, вождям, Георгию-Победоносцу. В ход пошли и бисер, и всяческие бусины, и пайетки, и стеклярус, но по-прежнему они охраняют «входы» и «выходы» одежды. Самая крепкая защита нужна шее и груди – там живет душа, которую надо держать в тепле. Согреть тело и душу, комфортно существовать в физическом и ментальном пространстве помогают сложившиеся веками элементы народных одеяний. Например, простая идея защитить жизненный центр – живот – охлаждавшийся особо интенсивно в распашной, еще не застегивающейся, одежде, - привела к возникновению изукрашенных передников. Символы солнца, леса, жизни густо вышиты на них, и монеты бренчат, как в древности бронзовые подвески.


Денис Богомазов: подсказано камнем Татьяна Парнюк

Творчество екатеринбургского мастера Дениса Богомазова (род. 1978) достаточно широко известно в кругах любителей каменной пластики. По достоинству оценено его редкое умение видеть и чувствовать камень: неприметный кусочек минерала удивительным образом превращается в изысканное произведение с подкупающей бажовской «живинкой». Красоту уральского самоцвета открыл Денису отец, художник по металлу, а профессиональную подготовку юноша получил

Коррида 2010 Обсидиан, латунь, золочение

автор

42

№40

в нижнетагильском училище прикладного искусства. Уже в первых учебных работах – шкатулках с цветочными накладками – проявилось основное качество мастера: понимание природы материала, его цветовых, структурных и фактурных возможностей. Обладая художественным вкусом и владея техническими приемами, Богомазов способен создать резное произведение любой тематики. Наглядным примером могут служить объемные флористические и антропоморфные композиции. Недавний вы-

пускник училища, он уверенно справляется с задачами разной степени сложности, внося в традиционный облик творческие коррективы. Свежо воспринимается его «цветок в вазе», где статичность вазочки-подставки сменяется живым, подчеркивающим идею роста, движением деформированной асимметричной капли («Лилии», «Цветок», 2000). Используя ограниченный набор камней (сердолик, горный хрусталь, нефрит), автор добивается эффекта визуального многообразия за счет различной обработки поверхности: полированной и шероховатой, прозрачной и матовой. Эти опробованные приемы станут важной составляющей художественного почерка Богомазова. В начале 2000-х годов камнерез увлекся сюжетной объемной мозаикой, первый опыт изготовления которой был приобретен во время работы над дипломным проектом («Рыбак», 1998). Интересны и выразительны персонажи гоголевских произведений, где образ раскрывается через позу и характерный жест Чичикова, Манилова, Ляпки-

фото предоставлены автором

Лебедь 2012 Аквамарин, гранат


Подозрительный жаб 2008 Хризоопал

Бык 2011 Ирменит, пирит, гранат

на-Тяпкина, дьяка (2002 – 2004). Тщательно, не перегружая композицию подробностями, подбираются и аксессуары интерьерной среды. ��остоинствами этих работ являются адекватный «историзм», знание автором анатомии, выверенный колорит тонко подобранного цветного камня, техническое мастерство. В дальнейшем к «костюмным» статуэткам Денис обращается эпизодически: игрок в гольф, представители среднеазиатских народностей, среди которых герой узбекского фольклора Ходжа Насреддин.

Несмотря на удачи в области сборной каменной пластики, приоритетной для художника является работа с монолитом. Произведения этого ряда строятся на принципиально иной основе. Здесь рукотворная полихромность сменяется естественной окраской минерала, а главное, камень не подгоняется под авторский замысел, а ненавязчиво «подсказывает» образ. Богомазов умеет видеть внутреннюю суть минерала и скрытую в нем будущую красоту. Чувство материала помогает ему определиться с

Рыбка на гребне волны 2010 Кварц полихромный

Кобра 2011 Турмалин

Хомяк 2011 Кварцит

автор

№40

43


Лемур 2011 Бирюза

выбором изобразительно-выразительных средств. При работе с бесцветным горным хрусталем обыгрываются оптические эффекты, например, чешуя матовой «Рыбки удачи» (2003) в виде вогнутых прозрачных полусфер или блестящая бугристость шкурки «Довольной жабы» (2003). В малой пластике из однотонных темных пород доминирует силуэт, лаконичность которого компенсируется контрастным соотношением прозрачной и матовой поверхностей. Из черного обсидиана выполнены классический женский торс с провокационно блестящими на матовом теле кистями «чужих» рук («Он и она», 2000) и рождающее множество ассоциаций яблоко с матовыми боковыми срезами и полированной сердцевиной («Запретный плод», 1999). С юмором интерпретируются любовные отношения в дуэте «Лямур» (2005), где текучие формы умильных очеловеченных существ настолько пластичны, что создается впечатление, будто в руках камнереза был не твердый капризный обсидиан, а мягкий податливый воск. Скорее всего, как это часто бывает с Денисом, поводом для творчества послужил случайный красноватый фрагмент, который удачно трансформировался в шляпку «дамы». Водограй 2012 Аквамарин

автор

44

№40

Способность мысленно смоделировать оригинальное целое, отталкиваясь от инородной по цвету или фактуре детали, ярко проявилась в анималистике последнего времени. Так, природная «корочка» хризоопала превращается в спинку компактного, вписанного в эллипсоид, светло-зеленого земноводного («Подозрительный жаб», 2008), двуцветный кварц принимает вид темнобурой рыбки на гребне хрустальной волны (2010), а черное пятно на крупном куске голубой бирюзы становится «отметиной» на ухе большеглазого лемура (2011). Кажется, что на одном дыхании созданы фигурки быков (2010, 2011), где природная форма рисунчатого камня слегка подправлена рукой автора и добавлены узнаваемые детали – металлические рога. При этом эстетические качества камня определяют состояние животного: спокойно-расслабленное – в полированных обсидиане и опале, угрожающе-напряженное – в коричневом ирините с ноздреватой корочкой на холке. Несколько резных упругих штрихов превращают невзрачный, на первый взгляд, кусок кремния песочного цвета в живую, напоминающую архаичный тотем, рыбку (2011). Недавно у Богомазова появилось новое увлечение – миниатюрная анималистика. За последние два года им создана серия изысканных вещиц в стиле объемной глиптики рубежа XIX – XX веков. Министатуэтки высотой от 1,5 до 5 см вырезаны из цветных драгоценных камней: разновидностей берилла и граната, хризолита, турмалина, опала. Объектами изображения становятся пресмыкающиеся и обитатели водоемов: розовая «Кобра» и холодновато-зеленый «Хамелеон», темно-голубой «Лебедь» и ярко-зеленые лягушки «Подружки», оранжевый «Краб», чернильно-дымчатый «Осьминог» и, конечно, голубые аквамариновые рыбки. Надо отдать должное профессионализму камнереза – в замкнутом пространстве маленького минерала он умеет разглядеть и скомпоновать оригинальную форму,

Дракон 2012 Хризолит, гранат

в которую включаются и природные дефекты: темные «неювелирные» пятна акцентируют головы и мордочки, выявляют изгибы тела, создают живую свето-теневую игру. Повышенную декоративность изделиям придает орнаментальная рельефная резьба: штриховая, точечная, сетчатая, спиральная. Высокий уровень мастерства позволяет отнести эти произведения к категории уникальных. Говоря о творчестве Богомазова, следует упомянуть еще одно направление – изготовление индивидуальных украшений, где также доминирует резьба. Она организует поверхность крупных круглых брошей («Начало новой жизни», 2000; «Затмение», 2003), усиливает эмоциональную выразиМолчаливые гости 2012 Берилл


Шарпей 2007 Кварцит, яшма, гранат

фото предоставлены автором

Хамелеоны 2011 Берилл, гранат

тельность предметов гарнитура, скомбинированных из обсидиана, красного дерева, серебра и поясков сверкающих фианитов («Тагильская ночь», 2000). Сегодня художник отказывается от дополнительных материалов и решает ювелирное изделие как трехмерную скульптуру на тему природы: из монолита дымчатого кварца он режет кольца («Водоворот», «Опавший лист», 2010), а из горного хрусталя – брошь («Зимний лист», 2010). Произведения Дениса Богомазова покоряют внутренней связью мастера и камня, гармонией ремесла и искусства. Его творчество представлено в собраниях музеев Екатеринбурга (Музей изобразительных искусств, Музей истории камнерезного и ювелирного искусства, «Мир камня» В.Пелепенко) и Нижнего Тагила (Музей изобразительных искусств и Музей горнозаводского Урала).

Красавица морских глубин 2010 Кварц, нефрит Музей истории камнерезного и ювелирного и искусства Екатеринбург

Древняя рыбка 2011 Кремний Голубые рыбки 2012 Аквамарин

Подружки 2012 Хризолит, гранат

Композиция «Зайцы» 2011 Халцедон

автор

№40

45


Почему PLATINUM? Лариса Левицкая

металл

46

№40

племенника, открывшего эти сокровища русским… Впрочем, это только легенда. Но самые платиновые края – это поселок Ис и его окрестности. Мы добрались до него – вверх по карте, мимо деревни Ёлкино с огромным храмом и симпатичными скалками на реке Вые, мимо заманчивых поворотов на бывшие прииски Маломальский и Сигнальный. Почему бы и не ездить сюда туристам? Дороги хорошие, тракт Екатеринбург – Серов близко, природа просто потрясающая. А как же платина? Что осталось от времен, когда здесь перелопачивались тонны и тонны горных пород? Остался Исовской геологоразведочный техникум, солидное учебное заведение со своим большим музеем – правда, с 1990 года техникум находится в Нижней Туре. Работает драга, на четвертый раз перемывающая речку Ис, которая успела снова

Драга на реке Ис

Плотина в Нижней Туре

Из архива К.И.Мосина

Весной 2001 года мы долго и мучительно придумывали название журналу о камнерезном и ювелирном искусстве, как будто драгой промывали словесную породу в надежде найти самородок имени. И вот: PLATINUM. Название самого драгоценного из металлов. Название химического элемента, обладающего многими удивительными и до сих пор необъясненными свойствами. Очень важным был для нас и тот факт, что именно на Урале впервые во всем Восточном полушарии нашли этот ценнейший материал. Может быть, зря нашли? Перекопанные реки, согнанные с родовых угодий манси, оставшиеся без своей среды обитания, да и вовсе уничтоженные звери и птицы, исковерканная земля и поваленные леса. Но пока Ялпынг Ойка Нёр — Святой Старик Урал — справляется с человеческими безобразиями. Долго ли духи гор, Медной горы Хозяйка и ее рать согласятся отдавать людскому племени свои богатства? В благодарность им делаем мы свое дело, рассказывая о сокровищах Каменного Пояса и его мастерах. …Через десять лет, в 2011 году, я, наконец, побывала в легендарных местах уральской платиновой лихорадки. Мы с Еленой Сеславиной, деятелем в сфере туризма, обследовали территории на предмет их туристической перспективности. Крайне увлекательное занятие – начинать туризм в местах, не так давно бывших секретными! Конечно, ЗАТО Лесной так и остался наглухо закрытым, но остальные пространства уже доступны для всех. Кушва, Верхняя Тура, Нижняя Тура – классические уральские горнозаводские города вокруг прекрасных живописных прудов, среди холмов и отрогов Хребта. Сохранилось много старинных зданий, в том числе уникальные памятники промышленной архитектуры, до сих пор не оцененные по достоинству. Целый проспект цехов в стиле модерн на Верхнетуринском машиностроительном заводе. Дивно красивая плотина в Нижней Туре. Памятник вогулу Степану Чумпину в Кушве на горе Благодать – вернее, на краешке возле котлована, ведь полностью состоявшая из железа гора срыта. Было за что манси сжечь своего со-


Фото Лариса Левицкая, Елена Сеславина, из архива К.И.Мосина

Верхнетуринский машиностроительный завод. Главный проспект в стиле модерн

Памятник Степану Чумпину на отвалах горы Благодать

принести платиновые пески откуда-то из верховий. Осталась старательская утварь в музеях – буквально считанные экземпляры. И остался архив Константина Ивановича Мосина, старожила Иса, дражного техника и краеведа. Мы побывали у него в гостях, посмотрели его коллекцию документов. Константин Иванович составил карты ��риисков, за свои средства заказал их качественное исполнение на больших листах ватмана. Ценнейшие документы! Толстые альбомы с фотографиями приисковой жизни, от начала и до конца прошлого века. Бортовые журналы драг. Драга, ведь это корабль, у нее есть рубка, экипаж и спасательный круг. Рулевой исовской драги, к которой мы подъехали совсем близко, любезно развернул ее ковши для лучшего ракурса съемки. Чудовищный и впечатляющий агрегат, ис-

полин, заменивший собою мамонта в наших краях. Скоро он вымрет, как его мохнатый предшественник. Удастся ли сохранить хоть одну драгу в качестве музейного экспоната? Слишком много металла, который можно сдать в утиль – именно так гибнет историческое индустриальное достояние Урала. Ничего в общем-то не осталось. Клуб имени Артема в стиле рафинированного конструктивизма сгорел вместе с музеем. Старательскую амуницию переплавили. Прииски заросли, на дражных отвалах лес стеной. Чтобы показать работу артели, надо делать полную реконструкцию — так и поступают в старых горнодобывающих районах Европы. Может, и в наших платиновых краях в память о прошлом и для забавы будущему когда-нибудь воссоздастся один маленький прииск… один вместо сотен.

Стальной узел Экспонат музея Верхнетуринского машиностроительного завода. Завязан в 1911 году бригадой из восьми кузнецов. Стальной металлопрокат D100мм, вес заготовки 200кг. Технология изготовления этого узла остается неразгаданной.

На реке Ис

Экспонат в краеведческом музее Нижней Туры Из коллекции К.И.Мосина

Верхнетуринский завод. Механический цех

Памятная доска. Верхнетуринский завод

Кушва. Здания старого завода


– смешное название ОРУЛИХА с серьезным содержанием на один пуд породы Петр Коновалов

Петр Александрович Коновалов. Журналист. Историей Гороблагодатского горного округа занимается тридцать лет. Публиковал статьи в городских и областных газетах. Автор книг «Дети горы Благодать» и «Верхняя Тура. Завод и город.» В настоящее время – директор Кушвинского краведческого музея.

Будете проезжать из Нижнего Тагила в Кушву мимо железнодорожной станции с веселым названием Орулиха — имейте в виду: оно связано с серьезным металлом, который и сейчас дороже золота. В начале ХIХ века на Урале усиленно искали золото. Нашли. Эти поиски привели к открытию в 1819 году еще и платины: в небольшом количестве ее обнаружили в ВерхИсетской заводской даче*, недалеко от Екатеринбурга. В окрестностях Кушвы платину заметили в 1823 году, сначала как примесь к золотым пескам. Вот как описал события следующего года Н.Р.Мамышев на страницах петербургского «Горного журнала» в 1827 году, в своей статье «Краткое описание обретения платины в Сибири»: «В конце августа 1824 года, отправленной на речку Орулиху партией во главе с нарядчиком мастеровым Андреевым открыт богатый рудник платины вместе с золотом. Рудник сей простирается на две версты. Богатство его было от трех до пятнадцати золотников платины во ста пудах песка (от12,8 г до 64,05 г платины в 1638 кг песка); вместе с платиной добывалось на прииске золото в количестве пятой доли или половины всего металла».

Так состоялось открытие платины на речке Орулихе в 12 верстах от Нижнебаранчинского завода. Здесь был заложен первый в России и вообще на Евроазиатском континенте платиновый прииск, и осенью 1824 года началась ее добыча в промышленных размерах. Месторождение назвали Царево-Александровским в честь императора Александра I. А название маленькой уральской речки попало в солидное издание: «Орулиха – речка Пермской губернии, Верхотурского уезда, правый приток р. Баранчи (система Оби). В 1824 году здесь открыто первое платиновое месторождение в России». (Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. СПб., 1897, т.43, стр. 219). Познакомимся поближе с автором статьи в «Горном журнале», Н.Р.Мамышевым. Николай Родионович происходил из дворян Новгородского уезда. У его матери было имение и крепостные, а сам он окончил Горное училище, где «...на казенном коште обучался риторике, поэзии, логике, немецкому языку, географии, истории, математике, физике, минералогии, металлургии, пробирному искусству, маркшейдерскому

искусству, подземной географии, горной механике, горной архитектурии». Шихтмейстером 13 класса поступил на Богословские заводы, был управителем Николае-Павдинского завода. С 1799 по 1801 год служил на Нижнеисетском заводе, после чего на Пышминском и с 1802 года – на Каменском заводе. В 1807 году, будучи управителем Каменского завода, получил чин маркшейдера 9 класса. Позже Мамышева назначили начальником Камско-Воткинского горного завода; получив чин обербергмейстера, он стал начальником Гороблагодатских и Воткинского горных заводов. Примерно через две недели после открытия платины на Орулихе, партия, руководимая инженером К.П.Голляховским, будущим начальником Гороблагодатского округа, нашла новую золотоплатиновую россыпь, отстоявшую от Орулихи на 50 верст на северо-восток, где позднее основали Покровский рудник. В сентябре 1824 года Голляховским были сделаны открытия платиновых месторождений недалеко от Нижнетуринского завода, а в ноябре и на речке Мельничной, с чего весной 1825 года начались знаменитые на весь мир Исовские прииски.

(л.1) …В Покровском золотом руднике, открытом близ деревни Мостовой, почти в самой середине между означенными пунктами попадается много платины, почти более 1\10 части. Да и Лаврентьевской рудник, отстоящий от Царёво-Александровскаго в 13-ти верстах, ныне по малоимению людей остановленный, и также платины много в себе содержит. Чтобы лучше показать достоинство сего металла, мы сделали (л. 2) сдесь из него чайную ложечку и отправили в Петербург. Теперь работаем чернильницу. Вид и величину ее изволите видеть из прилагаемого при сем рисунка. Основание ее чугунное, тело из платины и украшение верха из золота; т.е. все сдешние металлы в вещи сей заключаются. Естли отработка ее будет соответствовать моему желанию, то буду просить представить ее Государю Императору, (л. 3) яко августейшему Патрону сего рудника, перваго феномена в старом свете; а по богатству своему, кажется, перваго теперь и по всей планете. О направлении пластов и проведенных по нем работах имею честь приложить при сем особенной план. С будущею почтою буду иметь честь представить Вашему Превосходительству карту сдешней округе с нанесением на оной золотосодержащих рудников…

металл

48

№40

Старатель Фото из архива К.И.Мосина

Фото из архива К.И.Мосина

Фрагмент рукописи Н.Р.Мамышева (ГАСО, ф.345, оп.1, д.2.) Расшифровка рукописи осуществлена Л.Ю.Щербининой, сотрудником Кушвинского краеведческого музея


Из архива К.И.Мосина

В чистом виде на платину не действуют кислоты, поэтому она уже в начале ХIХ века использовалась в технике как химически и термостойкий материал. Н.Р.Мамышев так характеризовал платину: «В очищенном состоянии мягка, как олово. При ковке делается твердой и упругой. В сплаве с медью настолько тягуча, что позволяет изготовить из нее проволоку тоньше человеческого волоса». Николай Родионович еще в 1827 году предложил делать из платины монеты, поскольку переплавить их было непросто, а «сама она по себе совсем неистребима». С открытием платины на Орулихе и особенно богатых россыпей в бассейне реки Ис немедленно начались опыты над ней. Василий Васильевич Любарский еще в 1817 году устроил Кушвинскую заводскую пробирную лабораторию. Именно в ней он первый определил природу происхождения открытой на Урале платины. Инженер А.Н.Архипов в этой же лаборатории разработал оригинальный способ отделения платинового шлиха от золота и самостоятельно решил вопрос о ее техническом использовании. Он вместе с мастером Сысоевым и другими заводчанами в 1825 году изготовил первые изделия: кольцо, чайную ложку и чернильницу. Особым предметом из первой платины был напрестольный ковчег для церковной службы – дарохранительница, которую передали в музей Петербургского Кадетского Горного Корпуса. Кушвинская заводская лаборатория была первой в России, занимавшейся изучением свойств платины. Позже этим стала заниматься созданная специальная Петербургская Соединенная лаборатория Департамента горных и соляных дел, Горного кадетского корпуса и Главной горной аптеки, где известный русский ученый и инженер Петр Соболевский вместе с Василием Любарским создали оригинальный технологический процесс переработки сырой платины. Недостатка в металле не было. В наше время платина – стратегическое сырье. Она незаменима в электротехнике и электронике, в высокотемпературных Клуб им. Артема в поселке Ис

технологиях и химии. Сейчас в России основные запасы ее находятся за полярным кругом, в Норильске. Но наиболее чистой по-прежнему является уральская платина, которую, несмотря на убыточность работ, все еще добывают в бассейне реки Ис. А что же Царево-Александровский прииск на Орулихе? Е.Н.Барбот де Марни** в своей книге «Урал и его богатства» сообщает, что в начале ХХ века этой россыпью владел золотопромышленник Алексей Гуляев, живший в Лайском заводе. Здесь и на соседнем Иосифо-Комиссаровском прииске, например, в 1907 году он добыл почти пять фунтов (2,047кг) платины и около трeх фунтов (1,23кг) золота. А другой учёный, Н.К.Высоцкий в своей книге «Платина и районы еe добычи» называет такую цифру: с 1824 по 1918 год на Орулихе было добыто 75-80 пудов (1228,5 – 1310,4кг) платины. Царево-Александровский прииск при всех его скромных запасах был и остается в истории как первый рудник по добыче этого драгоценного металла на территории не только Гороблагодатского округа, но и всего Евроазиатского континента. Свою статью в «Горном журнале» о платине Н.Р.Мамышев закончил обращением к потомкам: «Кто будет писать историю открытия платины…, тот, может быть, удостоит упомянуть мое имя и почтенных моих в том деле сотрудников. Это одна из лучших наград для тех, которых служба приводит в сии дикие и пустынные края». Волю ушедших надо выполнять. *заводская дача – участок леса, отведенный для нужд того или иного завода **Евгений Николаевич Барбот де Марни (1868-1939) – геолог, горный инженер, профессор. Потомственный русский горный инженер. Внук выходца из Франции. Сын горного инженера, профессора, почетного доктора геологии Петербургского горного института Николая Павловича Барбот де Марни.


Камень царя Александра Михаил Попов, Михаил Лейкум

«Катание в коляске» (Александр II с детьми) Художник Николай Сверчков (1817-1898)

Начинаем цикл публикаций о необыкновенном, редком, драгоценнейшем камне – александрите. Его сложно найти, а лучше и не искать во избежание неприятностей. Его сложно обработать, чтобы наилучшим образом выявить уникальную переменчивость цвета. Его сложно носить, не подпадая под влияние лишних ассоциаций. Его практически невозможно фотографировать, ведь только в динамике освещения загорается камень огнем контрастных цветов. О нем трудно писать коротко, не сводя текст к набору банальностей. Попробуем решить хотя бы последние две задачи.

Александрит в породе Музей минералогии, камнерезного и ювелирного искусства, город Заречный.

Александрит – это редкая хромсодержащая разновидность минерала хризоберилла (сложного окисла бериллия и алюминия – BeAl2O4), меняющая цвет от темного сине-зеленого, голубовато-зеленого, темного травяно-зеленого, оливково-зеленого при дневном свете до розово-малинового («red glow» – «красное каление»), красно-фиолетового или пурпурного при вечернем и искусственном свете. Смену окраски минералов при изменении спектрального состава освещения геологи так и называют – «александритовый эффект», а ювелиры это явление именуют реверсом.

Часть I. История открытия Согласно официальной версии, «днем рождения» александрита считается 17 апреля 1834 года, когда, как сообщается в большинстве изданий, финский минералог Нильс Норденшельд нашел его в россыпи реки Токовой, что в 85 верстах к востоку от Екатеринбурга. Свое название «александрит» камень получил в честь цесаревича Александра Николаевича, будущего императора Александра II, чье совершеннолетие праздновалось как раз в этот день. Эта история, переписываемая из книги в книгу, правдива лишь отчасти и представляет собой в целом только красивую легенду. В.Н.Авдонин и Ю.А.Поленов в своей замечательной книге «Очерки об уральских минералах» рассматривая вопрос о приоритете открытия александрита, цитируют докладную записку командира Екатеринбургской гранильной фабрики Якова Васильевича Коковина, руководившего в те годы разведкой и разработкой Уральских изумрудных копей (приводится с сокращениями):

правлением Г. вице-президенту Департамента уездов (графу Л.А.Перовскому – прим. авт.), на предмет испытания, как нового ископаемого с донесением, что маленький кристаллик, признак сего минерала, найден в прошлом году (т.е. в 1833 г. – прим. авт.) в копях изумрудных камней, открытых и проводимых за счет Департамента уездов, в особенной жиле из слюдяного сланца состоящей, подобно жиле изумрудов и теми же породами сопутствуемой… Новый сей минерал по кристаллизации, сильному металлическому блеску, тяжести, твердости и перемене цветов заслуживает особенное уважение и усиленных розысканий, и ежели будет находиться прозрачен и чист, то в ценности он может равняться алмазу. Твердость сего ископаемого при огранке равна твердости яхонта, сапфиру, легко чертит все до сего известные камни, и что совершенно новое и весьма значительно: при дневном свете ограненный и в натуральном виде густо-зеленого цвета, а при огненном розовый или «Его сиятельству в должности вице-президента малиновый, судя по толщине и прозрачности камня». кабинета Его Императорского Величества и ГофмейВыходит, первые образцы нового минерала передал стеру князю Николаю Сергеевичу Гагарину Исправляющий должность командира Перовскому именно Коковин, которому и должна приЕкатеринбургской гранильной фабрики надлежать честь открытия александрита, в чем авторы и Горнощитского мраморного завода совершенно согласны с В.Авдониным и Ю.Поленовым. Я.В.Коковин «Фигура умолчания» по поводу приоритета Я.В.Коковина, сделанная его современниками и последующими автоПредставление Во исполнение предписания Вашего сиятельства… рами, включая и наиболее авторитетного – академика имею честь представить весь состоящий у меня по до- А.Е.Ферсмана, связана, видимо, с незаслуженно негативбыче неизвестный зеленый камень, оставшийся за от- ным отношением к Коковину, как к государственному преступнику, о чем мы постараемся рассказать далее. Но Яков Васильевич Коковин лишь осуществлял обкамень щее руководство разведочными работами и вряд ли сам №40 50 брался за кайло. Так что все-таки впервые этот необыч-


фото Студия ГРАФО

Минералогические образцы александрита Музей минералогии, камнерезного и ювелирного искусства, город Заречный

ный камень найден каким-то безвестным горщиком в минерал в честь цесаревича. Вот в каких выражениях пи1833 году на Сретенском прииске Уральских изумруд- шет об открытии александрита академик Н.И.Кокшаров ных копей, о котором и шла речь в рапорте. в 1862 году: «В те дни, когда вся Россия праздновала совершенА как же с «официальной» датой открытия алексан- нолетие своего Наследника Престола, ныне благодрита? Она была, видимо, «задним числом» приурочена получно царствующего Императора Александра II, к 17 апреля 1834 года. Судя по рапорту Коковина, близ- нашли на Урале хризоберилл, совершенно отличный от ко к этой дате, а именно 21 апреля, новый камень был всех прочих разностей хризоберилла. По своим превоспоказан графу Л.А.Перовскому, с подачи которого, как ходным качествам новый минерал занял вскоре одно из указывают современники, Нильс Норденшельд и назвал первых мест между самыми дорогими ископаемыми. Этот драгоценный камень по случаю достопамятного дня его открытия, назван в честь Его Императорского Величества, Нашего Всемилостивейшего Монарха, Александритом, по предложению известнаго минералога Н. Норденшильда…» (выделено Н.И.Кокшаровым). Достаточно едко высказался по поводу «каменного чинопочитания» писатель Д.Н.Мамин-Сибиряк в 1884 году: В оформлении «…отметим …характерную особенность русских статьи использоминералогов окрещивать вновь открытые минералы ваны фотографии памятников Алекименами разных милостивцев и вообще знатных персандру II на Урале сон, так что по этим названиям можно проследить, с одной стороны, коловратные судьбы нашего горного ведомства, а с другой — отлившееся в этой форме горное идолопоклонство. Есть волхонскоит, демидовит, разумовскит, румянцевит, строгановит, уваровит (по весьма понятной причине Мамин-Сибиряк не посмел включить в этот список александрит — прим. авт.), — словом, целая и характерная коллекция придуманных рабьими умами названий, чтобы угодить сильному человеку, подольститься к вельможе и просто вильнуть хвостом за хороший обед, случайную подачку или доставленный лакомому учёному какой-нибудь приятный «случай». Это лакейство не к лицу серьёзной науке…» Серьги с александритом Музей минералогии, камнерезного и ювелирного искусства, город Заречный

камень

№40

51


Ограненный александрит при различном освещении Фото Музея минералогии, камнерезного и ювелирного искусства, город Заречный.

Часть II. Александрит как драгоценный камень По современным международным и отечественным классификациям драгоценных камней александрит относится к камням I класса, то есть ценится очень высоко, наравне с алмазом, изумрудом, синим сапфиром, рубином, благородным черным опалом, жадеитом-империалом, оранжевым сапфиром-падпараджей и шпинельюлалом. Красота, прочность, редкость, модность – эти свойства по-прежнему определяют понятие драгоценного камня. Все эти необходимые и достаточные качества вполне присущи александриту. КРАСОТА. Минерал хризоберилл и его разновидность александрит не могут похвастаться высокими оптическими характеристиками, которые характерны для алмаза и обуславливают так называемую «игру» камня – сияние яркими многоцветными лучами. Зато из всех драгоценных камней александрит обладает самым сильным реверсом – способностью резко менять свою окраску от зеленой до красной при изменении освещенности. Чем же вызвано это свойство? Дело в том, что испускаемый александритом отраженный и пропущенный свет представляет собой сложную смесь красного и зеленого цветов, балансирующих на очень тонкой грани. В зависимости от источника освещения (яркий солнечный свет, вечернее или искусственное освещение), а также от ориентировки кристалла, баланс цветов резко смещается в сторону красных или зеленых, что выглядит весьма эффектно и таинственно. Стоит подчеркнуть, что при увеличении размеров (толщины) камня эти явления проявляются более отчетливо. Даже при ярком солнечном свете на фоне зеленой окраски камня, при рассматривании его под разными углами, хорошо заметны красные отблески. камень

52

№40

Перстень с уральским александритом Частная коллекция

Оценщики ювелирных камней выделяют три степени изменения окраски (александритовый эффект). 1А – 70-100% изменение окраски. 2А – 40%-70% смена окраски. 3А – 10-40% изменение окраски. Александритовый эффект, таким образом, не означает, что при изменении типа освещения цвет полностью меняется с одного на другой. Специалисты выделяют коэффициент оттенка окраски, который изменяется от красного через пурпурный к оранжево-красному. Оцениваются также показатели тона и насыщенности цвета как для зеленого, так и для красного цветов. Оптимальным считается 70-80-ти процентное изменение окраски, так как камни имеющие более высокий реверс, из-за оптических особенностей на первый взгляд кажутся мутноватыми и темными, несмотря на то, что они не имеют включений и абсолютно прозрачны. Для уральских александритов оптимальным реверсом является около 70-75%. ПРОЧНОСТЬ. Хризоберилл-александрит обладает весьма высокими прочностными свойствами – твердость его по шкале Мооса – 8,5 единиц, в ней он уступает только корундам (рубину, сапфиру) и алмазу. Он тверже, чем большинство прочих драгоценных камней. Тем не менее александрит довольно хрупок, особенно при сдавливании, и обладает спайностью (способностью легко колоться по определенным направлениям), что создает определенные трудности при его обработке. В отличие от многих других драгоценных камней (например, аметиста, розовых кварца и топаза), окраска александрита весьма стойкая и с течением времени не выцветает. Она может измениться лишь при сильном нагревании (свыше 1200°С) или под действием интенсивного радиоактивного облучения. Камень стоек к воздействию различных кислот (за исключением плавиковой и борной), но не очень устойчив к щелочам.


Фото А.Усков

Друзы александрита в разном освещении и кольца с александритом Музей минералогии, камнерезного и ювелирного искусства, город Заречный

РЕДКОСТЬ александрита обусловлена сложностью и исключительностью природных процессов, приводящих к его образованию. Уральские месторождения – Изумрудные копи – образовались там, где происходил сложный обмен химическими элементами между контрастными по составу породами в присутствии перегретой воды и раскаленной газо-паровой смеси. В числе прочих минералов (слюды, полевых шпатов, талька, апатита, флюорита), в этой зоне образуются и более редкие минералы, использующиеся в качестве драгоценных камней – хромсодержащий берилл (изумруд), хромсодержащий хризоберилл (александрит), и еще более редкие, чем александрит, бериллий-содержащие минералы – фенакит и эвклаз. Не стоит забывать и еще об одном параметре оценки самоцвета, который оказывается очень важным. Это… МОДА. Да, именно переменчивая, капризная мода… Почему тот или иной камень в одночасье становится популярным, а затем впадает в «немилость» – одному богу известно. Мода на александрит также испытала ряд крутых поворотов, особенно на его «родине» – в России.

Авторы: Михаил Попов. Доцент Уральского Государственного Горного Университета по кафедре минералогии, петрографии и геохимии. Круг научных интересов – минералогия, геология и минерагения Уральских Изумрудных копей. Михаил Лейкум. Инженер, геолог, популяризатор минералогии. Десять лет был руководителем познавательно-просветительского направления на МеждунаПродолжение следует родных ювелирно-минералогических выставках «Мир камня» (Санкт-Петербург). Книга об александрите в Интернете: Лейкум М.С., Альбрехт В.Г., Попов М.П., Реус П.А. «Загадочный камень царя Александра» (об александрите, Александре II и не только о них) www.misha-kamushkin.dreamwidth.org Благодарим за помощь в подготовке публикации Галину Михайленко, Александра Селиванова и Данила Михайленко (Музей минералогии, камнерезного и ювелирного искусства, город Заречный).

Минералогический образец александрита Музей минералогии, камнерезного и ювелирного искусства, город Заречный

камень

№40

53


любопытное местечко

Восточная коллекция Ирбитского историкоэтнографического музея

Благодарим директора музея Василия Сухих и его коллег за предоставление материалов, помощь в подготовке публикации и гостеприимство.

«Любопытное местечко этот Ирбит, поелику здесь сходятся вплотную русская Европа с русской Азией!» Д.Н.Мамин-Сибиряк «Приваловские миллионы»

музей

54

№40

ственные незнакомцы всегда чисто одеты и всегда щеголяют тяжелыми часовыми цепочками, массивными брелоками и дорогими кольцами». Д.Н.Мамин-Сибиряк «Приваловские миллионы»

Два фигурных заварочных чайника Китай. Конец ХIХ века Фарфор неглазурованный («бисквит»), лепнина, рельеф. Ручная работа мастера-керамиста. Чайники для заваривания – самые важные атрибуты чайной церемонии. Товары Ирбитской ярмарки.

Чайник. Китай. XIX век Фарфор-бисквит, глазурь, полихромная роспись, золочение Грушевидное тулово чайника покрывает батальная роспись на фоне традиционных «гор и вод»; ручка и носик чайника оформлены в виде белого дракона с тремя когтями на лапах. Такой дракон в эпоху Цинь был ранговым знаком принцев крови – наследников императорской династии. Фигурка собаки на крышке чайника – спутник бога очага и бога богатства. Сражаясь друг с другом, люди не замечают, что дракон побеждает и тех, и других, незаметно обволакивая противников и ставя всех в безвыходное положение.

фото предоставлены ИИЭМ

«Ирбит — большое село в обыкновенное время — теперь превратился в какой-то лагерь, в котором сходились представители всевозможных государств, народностей, языков и вероисповеданий. Это было настоящее ярмарочное море, в котором тонул всякий, кто попадал сюда. Жажда наживы согнала сюда людей со всех сторон, и эта разноязычная и разноплеменная толпа отлично умела понять взаимные интересы, нужды и потребности. При первом ошеломляющем впечатлении казалось, что катилось какое-то громадное колесо, вместе с которым катились и барахтались десятки тысяч людей…» «За столами собралась самая пестрая публика, какую только можно себе представить. Чистокровный крупичатый москвич братался с коренным сибиряком, одесский коммерсант с архангельским помором, остзейский барон с бухарцем, лупоглазый румын с китайцем и т.д. …Здесь же толпились англичане, немцы, французы, американцы, итальянцы, армяне, евреи и тот специально ярмарочный люд, который трудно подвести под какую-нибудь определенную национальность. Есть такие люди, которых можно встретить только на ярмарках. Чем они занимаются, зачем приезжают на ярмарки — неразрешимая задача. Эти таин-


Грандиозная Ирбитская ярмарка, которую столь ярко живописал Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк, была второй по величине и значению в России после Макарьевской в Нижнем Новгороде. С тех времен много что осталось в славном городе Ирбите: причудливая краснокирпичная купеческая архитектура; торговый Пассаж, который замышлялся театром; неимоверное количество самоваров; восточные диковины, о которых мы и расскажем. Восточная коллекция Ирбитского историко-этнографического музея составлена из редкостного ярмарочного товара, вместе с чаем прибывавшего из Китая. Это разнообразные аксессуары для чайной церемонии, украшения интерьера, посуда и даже мебель. Ценные предметы декоративно-

прикладного искусства осели в ирбитских семьях, а потом разными путями попали в музей. Великий чайный путь действовал довольно долго, с начала XVIII века до конца НЭПа. За это время чай стал национальным русским напитком со своими ритуалами чаепития и способами заварки, не похожими на традиционные китайские. Восточную коллекцию в ирбитском музее удачно дополняет собрание русских чайных предметов – и чайные церемонии: китайская и своя родная с самоваром.

стр. 54 Домик декоративный Китай. Конец ХIХ – начало ХХ века Дерево, черная тушь, резьба, стекло Декоративный китайский домик на две половины: первая – гостиница, вторая – чайная лавка. Возможно, такие домики устанавливались в ярмарочные времена в лавках купцов, продающих товары китайского происхождения. Это был рекламный ход для привлечения покупателей. Но, возможно, китайские домики продавались на ярмарке и служили экзотическим украшением интерьера.

Чашка чайная Китай. Конец ХIХ века Фарфор, надглазурная роспись, позолота Сделана из очень тонкого, прозрачного фарфора, расписана в стиле «Цветы и птицы». Раскрывающиеся цветки священного пиона, олицетворяющие знатность, богатство, семейное благополучие, и священная птица феникс с радужным оперением дарят надежду на счастье и умиротворение в период правления добродетельного государя. Сосуд для чайной церемонии.

Пиала Китай, XIX век Фарфор, надглазурная роспись На пиале художник изобразил двух драконов, играющих огненной жемчужиной среди облаков. Красно-оранжевый дракон, олицетворяющий мужское космическое начало, устремился за вечно ускользающей жемчужиной. Бирюзовый дракон (покровитель Востока, олицетворяющий своим цветом женское космическое начало) передней лапой с пятью когтями поймал пылающую драгоценность и крепко ее сжимает. Эта священная жемчужина – символ магической силы, преумножающей все, чего она коснется.

Табурет садовый Китай, XIX век Фарфор, надглазурная и подглазурная роспись. Бочкообразные фарфоровые табуреты для чайных церемоний на террасе или в саду появились в XVIII веке. «Бочонок», полый изнутри, украшен прорезями в виде круга с квадратным отверстием посередине. Такие прорезные орнаментальные композиции могли означать «круглый амулет» – монету, символ и пожелание богатства. Также они традиционно олицетворяли единство неба и земли – Мужского и Женского космических начал. Прорези имели и практическое значение: они не позволяли фарфоровому табурету растрескаться из-за разницы температур при переносе из дома в сад и обратно. Фарфоровый бочонок снаружи покрыт полихромной сюжетной росписью в стиле «цветы и птицы», изображающей священную пару – дракона и птицу феникс, резвящихся среди цветов пиона, хризантем, вьюнка, дикой сливы – мейхуа. На рисунке, расположенном как сверху, так и по бокам бочкообразного табурета, фантастические существа стремятся друг к другу, играя, образуя круг, что означает встречу двух времен года – весны и лета, взаимодействие Инь (Феникса) и Ян (дракона). Эта композиция служит эмблемой на новогодних подарках, исполняется на многих произведениях декоративно-прикладного искусства Китая.

музей

№40

55


Подставка «Ветка фруктового дерева» Китай. Начало ХХ века Камень (агальматолит). Резьба Подставка для карандашей, ручная работа неизвестного мастера. Товар Ирбитской ярмарки.

музей

56

№40

Декоративная тарелка Китай Конец ХIХ – начало ХХ века Дерево, роспись Товар Ирбитской ярмарки

фото предоставлены ИИЭМ

Экраны декоративные Китай. Конец ХIХ века Раковина, дерево. Резьба Экраны парные на подставках, На двух створках жемчужной раковины изображены сцены из жизни китайского народа. На одной створке – военные действия, на другой – противовес – мирная жизнь. Подставка экранов вырезана из дерева. Предмет декора, украшение интерьера. Товар Ирбитской ярмарки.

Терракотовая курительница Китай, XIX век Красная глина, барельеф Состоящая из трех ваз и курительницы терракотовая коллекция ирбитского музея уникальна благодаря необычному материалу, редкой технологии изготовления, особенностям декора. Четыре предмета коллекции содержат рельефное изображение огненного дракона, который летит в пламени, в клубах дыма, сам уподобившись огненной стихии. Добиваясь нужного эффекта, мастер изобразил огненного дракона частями: хвост, туловище, голова дракона напоминают языки пламени. Курительница предназначалась для ароматических палочек, традиционно воскуриваемых в Китае перед изображением Будды и других богов семейного алтаря ради изгнания злых духов и привлечения добрых.


Туфельки и фотография китайской девушки Китай. Начало ХХ века Обувь: пробка, ткань. Эти туфельки принадлежали дочери китайского чиновника. В детстве девочке из знатной семьи смазывали ножки специальным маслом и туго перетягивали, для того, чтобы нога не росла. Ходить девушка уже практически не могла, и ее носили на специальных носилках. Китайские девушки из знатных семей приезжали на Ирбитскую ярмарку; как они выглядели, можно увидеть на этой фотографии. На ножках девушки надеты именно эти туфельки. Девушка, прибыв на ярмарку, простудилась и заболела, ей пришлось обратиться к местному земскому врачу. Пройдя курс лечения, абсолютно здоровой, она решила сделать памятный подарок своему целителю – любимые туфельки. Потомки этого врача передали туфельки в музей.

Фрагмент декоративной вазы Китай. XIX век Фарфор, подглазурная и надглазурная роспись, золочение, горельеф. Парные вазы предназначались для подношения тому, кто выше рангом. В росписи ваз зашифрованы различные благопожелания, в том числе и конкретные: изображения карпов означало пожелание успешной сдачи экзаменов на чиновничью должность. На данном фрагменте изображен мандарин (чиновник высшего ранга) в окружении музыкантов и девушек с опахалами.

Полочка «Дракон, играющий жемчужиной» Китай, XIX век Дерево, резьба Полочка орехового дерева украшена резьбой, изображающей дракона, играющего жемчужиной. Он поймал, наконец, драгоценность и держит ее на кончике языка. За забавами фантастического существа наблюдают птицы феникс, расположившись по обе стороны распустившегося пиона. В старину китайские мастера всегда зашифровывали какое-либо благопожелательное послание владельцу вещи. Стремящиеся друг к другу дракон и птицы феникс, образуя круг, означают встречу весны и лета, гармоничное взаимодействие женского и мужского начал: Инь (феникс) и Ян (дракон). Пион – царь всех цветов, цветок богатства и знатности, ассоциируется с женской красотой, семейным счастьем, пополнением в семье. Когда-то в центре резной композиции на кончике языка дракона находился предмет, символизировавший жемчужину. Ныне он утрачен. Легенда гласит, что некоторые драконы – стражи сокровищ – владеют редкой жемчужиной, обладающей невероятной магической силой, излучающей ослепительно яркий свет. Жемчужина дракона давала владельцу отменное здоровье и власть, преумножала все, к чему прикасалась. Если по какой-либо причине жемчужиной завладевал человек, он внезапно для окружающих становился богатым, вызывал гнев и зависть, а стоило ему проглотить драгоценность, как он сам превращался в дракона – хранителя и хозяина попавшей к нему пылающей жемчужины. Корзинка Китай, конец Х1Х – начало ХХ века Бамбук, рисовая соломка. Плетение. Возможно, в таких корзинках держали боевых сверчков. Азартные китайцы устраивали между ними соревнования, и до сих пор в Поднебесной есть любители этого оригинального боевого искусства.

Карты игральные Китай. Конец ХIХ века Кость слоновая Карты приобретены на Ирбитской ярмарке в начале ХХ века. Бытовали в семье ирбитчан.

Ваза Китай. Конец ХIХ века Бронза, эмаль Декоративный сосуд, украшенный перегородчатой эмалью. Выполнен в стиле «Цветы и птицы».

музей

№40

57


Китай. Культурная РЕФОРМА. Чэнь Фэнюе Президент Хэйлунцзянской ассоциации по обмену и изучению Российской живописи, Президент Журнала «Русско-Китайская современная живопись», член совета Народного политического консультативного совета Провинции Хэйлунцзян Китая, Заведующий Харбинским творческим производственным центром для Русско-китайских художников.

Взаимоотношения между Россией и Китаем имеют очень длинную историю. Они не всегда были однозначными, но современность раскрывает для обеих стран очень большие перспективы сотрудничества. В 2011году дружественному и добрососедскому договору между Китайской Народной Республикой и Российской Федерацией исполнилось 10 лет. Семнадцатый созыв Шестого пленума КПК КНР определил стратегию по развитию культуры Китая, указал путь развития культуры с китайскими социалистическими чертами. Правительство Китая объявило о культурной реформе Китая. Подобно событиям истории России эпохи Петра I, китайское правительство стало обучать своих художников европейскому искусству. Кроме этого, признаком хорошего тона и состоятельности стало наличие произведений искусства в европейском стиле в домах у богатых китайцев. При этом наиболее высоко стало цениться искусство России в Китае. И именно Россия стала проводником в мир европейского искусства для Китая.

Сложно ответить на вопрос, почему именно русское искусство настолько заинтересовало китайский народ, но их интерес не остался без внимания со стороны русских художников, и они с удовольствием откликнулись на предложение участвовать в выставке в Харбине. Так русские художники получили возможность творить прямо в Китае на выгодных для них условиях. Для этих целей правительство Китая совместно с различными бизнесменами разработали и воплотили ряд оригинальных проектов. Один из них «Харбинский парк для художников Китая и России». Он расположен на улице Шанюань в районе Сунбэй к северу за рекой Сунгари. Этот парк представляет собой сочетание туристического и коммерческого направлений с культурно-художественным. Выставочные залы, мастерские, жилые помещения и рестораны расположены на территории около 280 тысяч квадратных метров. В недалеком будущем в нем будет жить и работать почти сотня художников, будут проводиться выставки, будет организован международный культурный обмен. Хабаровская организация «Союз художников России» одной из первых начала активно сотрудничать с Китаем, ведь часть границы между Россией и Китаем пролегает вдоль реки Амур, вблизи города Хабаровска. А такое близкое соседство не могло не способствовать развитию дружественных отношений. И��енно поэтому хабаровские

Алексей Бабуров и Чэнь Фэнюе

Харбинский парк для художников Китая и России

художники, благодаря немалой работе председателя Союза художников России Николая Ивановича Вагина и его заместителя Николая Сергеевича Акишкина, одними из первых были приглашены в Харбин для участия в выставке и проведения мастерклассов. Кроме художников из Хабаровска, на выставку собрались и многие другие художники Дальнего Востока. Так, например, прибыли художники из Владивостока, Благовещенска, Якутска и других городов. Благодаря такому большому составу художников, русское искусство раскрылось на выставке в своем многообразии, и китайский зритель получил о нем более полное представление.

Художники из России на творческой базе китайских художников

Харбинский парк для художников Китая и России

фото Урал Гареев

24 декабря 2011 года в Харбине состоялось торжественное открытие выставки русских художников.


Алексей Бабуров

Материал подготовлен информационной группой журнала «PLATINUM»: корреспондент Варвара Широкова; региональный представитель журнала «PLATINUM» на Дальнем Востоке, член Союза художников России, художник-ювелир Алексей Бабуров; фотограф Урал Гареев. Господин Чэнь Фэнюе знакомится с ювелирным искусством

Урал Гареев

Варвара Широкова

С произведениями Алексея Бабурова

Господин Чэнь Фэнюе представляет журнал «Русско-китайская современная живопись» Художник и модель

Торжественная встреча в Харбине Харбинский парк для художников Китая и России

Знакомство китайских студентов с журналом PLATINUM

сотрудничество

№40

59


фото Урал Гареев

Господин Чэнь Фэнюе и председатель Хабаровского отделения Союза художников России Николай Вагин

Фото © Студия ГРАФО

Мастер-классы

Харбинский парк для художников Китая и России


Харбин. Собор Святой Софии

Харбинский парк для художников, макет Мастер-классы

Хэйлунцзян (в переводе на русский — река черного дракона) — провинция в северовосточной части Китая. Имеет общую границу с Россией протяженностью в 3000км, более 20 торговых портов. В прошлом — часть территории исторической области Маньчжурия. В настоящее время входит в географический район Китая Дунбэй (Северо-Восток). Столица и крупнейший город — Харбин. Город Харбин расположен на северо-востоке Китая, на берегу реки Сунгари. До момента основания города в 1898 году на этом месте была небольшая рыбацкая деревня. Район этот населяли маньчжуры, а слово Харбин в переводе с маньчжурского языка означает "сушить сети". В связи со строительством КВЖД (Китайско-Восточная железная дорога) началось возведение города в 1898 году. В тридцатые годы прошлого столетия население города только на тридцать процентов состояло из китайцев, все остальные жители были иностранцы, в основном русские. До наших дней сохранены множество спроектированных русскими архитекторами зданий, сейчас они охраняются государством. Несмотря на то, что по сравнению со многими другими китайскими городами Харбин очень молод, по уровню развития он опережает немало старых городов Китая. 1 августа 1954 года Харбин получил статус центра провинции Хэйлунцзян. До этого центром провинции был город Цицикар, что в 280 километрах от Харбина. Сегодня Харбин является крупнейшим политическим, культурным, промышленным и торговым центром не только в провинции Хэйлунцзян, но и на всём северо-востоке Китая. Население Харбина превышает десять миллионов человек. В Харбине множество достопримечательностей: исторические памятники, парки, архитектурные ансамбли. Каждый год зимой проводится фестиваль ледяных скульптур и снега, на который съезжаются туристы со всего мира. А летом город наполняется ароматом цветов сирени — символа Харбина. Набережная реки Сунгари

сотрудничество

№40

61


Еще и такой

Китай

фото Евгений Малов

Макао, он же Аомынь – специальный административный район Китая, до 1999 года – старейшая европейская колония в Восточной Азии. Португалия управляла этим городом в дельте реки Жемчужной (Чжуцзян) 442 года. Теперь это открытый порт, но много больше половины доходов приносит Макао игорный бизнес. Казино, игорные дома, ипподром, ночные клубы – установка «одна страна, две системы» в действии. Макао – удивительный осколок старой Европы в сердце Азии. Странное сочетание португальского и китайского языков, причудливая современная архитектура, экзотическое соседство дальнего Запада с дальним Востоком производят неизгладимое впечатление на путешественника.

наследие


Подарочные игральные карты

www.noriko925.ru


Стиль:

ни жив, ни мертв

Шведский художник-ювелир Екатерина Сисфонтес и главный редактор журнала PLATINUM Леонид Салмин решили начать на страницах нашего издания цикл бесед о современном ювелирном искусстве, проблемах и перспективах его развития. Сидя у себя, соответственно, в Стокгольме и Екатеринбурге, они включили Скайп, и вот какой разговор у них вышел.

Леонид Салмин: Екатерина, с чего бы вы хотели начать первый разговор в запланированном нами цикле бесед? Екатерина Сисфонтес: Я бы хотела поговорить о стиле. И в историческом, и в современном смысле. Л: То есть речь о художественном стиле? Е: Да. Л: Это интересная тема, провокационная. Потому что вообще само отношение понятия стиля и ювелирного художества представляется мне сегодня предметом дискуссии. Е: Вот именно этот вопрос я и хочу поднять. Конечно, у меня есть свои представления, но я не хочу их навязывать. Хотелось бы просто поднять тему. Л: правильно ли я понял, что говорить мы будем о том, что такое стиль в ювелирной вещи сегодня? Е: Да, но хотелось бы говорить об этом и с исторической точки зрения тоже. Л: Тогда я хотел бы начать разговор с вопроса о кризисе стиля. Точнее говоря, в сегодняшней ситуации я бы вообще поставил под сомнение продуктивность категории стиля. Когда я слышу, как кто-нибудь говорит, что-де такая-то современная коллекция ювелирных украшений сделана, к примеру, в стиле классицизм, мне хочется напомнить, что на дворе XXI век, и что Людовик XIV давно умер. Корректно ли применять понятия исторических стилей в отношении создаваемых сегодня ювелирных украшений? Ведь понятие стиля было выработано для описания и классификации художественного языка в конкретных исторических условиях, для задач того времени, и не факт, что сегодня принцип рассмотрения художественстиль

64

№40

ных произведений через призму стиля работает. Насколько понятие стиля кажется вам живым и важным в контексте развития ювелирного искусства сегодня? Е: Откровенно говоря, я вижу очень четкое географическое разделение по стилям. Если в ювелирном дизайне современная Европа – это больше ампир, то Скандинавия – это преимущественно минимализм. Л: Что вы имеете в виду? Что шведский ювелирный дизайн отличается от российского, а российский от индийского? Е: Если определять ассоциативно, то российский ювелирный дизайн сегодня – это ар-нуво. А индийский – это почти барокко… То, что происходит в мире сейчас, оказывает большее влияние на географические различия стиля в ювелирном дизайне, чем крупные исторические эпохи. Л: Ну это очень лихие стилевые атрибуции. Для меня Индия (при всей плотности и многообразности пластического языка) никак не совмещается с представлением о барокко. Так же как, впрочем, и современная Европа далека от ампира. Е: Однако, если посмотреть на большие ювелирные фирмы, – они стремятся либо к минимализму, либо к вычурной классике. А в Индии фольклорика давно ушла в бесконечное количество камней и атрибутики…

Брошь Ювелирный дом «Елена Цветкова»


Carl Dau Schmuck Design Германия

SisKa Design Швеция

Matha Patti jewelry

Л: Все же уточним, что имеется в виду под стилем. Мы знаем большие стили, которые связаны преимущественно с периодами развития архитектуры. Барокко, классицизм и т.д. Они имеют конкретные исторические границы… Е: Безусловно! Мы говорим о нео-нео-нео-стилях. В современном мире нет стиля, четко привязанного к отдельному временному периоду. Все размыто. Л: Тогда «барокко», «классицизм», «ар-нуво» и т.д. – это лишь некие аллюзии, которые возникают у нас от невозможности найти новые имена сегодняшним пластическим изыскам? Е: Да, безусловно. И у нас действительно реальный кризис стиля во всех видах искусства, кроме тех, в основе которых новейшие технологии. Л: Значит ли это, что категория стиля утратила актуальность? Е: По моему субъективному мнению, безусловно! Хотя и сохраняется возможность «исторических» определений стиля. Л: Мне тоже так кажется. Но что вместо этого? Как мы можем разговаривать нынче о формообразовании? В каких категориях? Е: Нет четкого стилевого определения современности. Есть тренды. Вот этим мы и пользуемся, говоря про стилевые особенности в будущем году. И, надо заметить, трендов в каждом году немало. Л: Вы имеете в виду тренды в значении сравнительно коротких по времени модных тенденций, или речь идет о глобальных трендах, связанных с изменением жизни, мировоззрения и вкусов? Е: На мой взгляд, есть два направления. Первое – это именно то, о чем вы говорите, – временные тенденции моды. Второе – это технические новинки. Например, диоды или устройства с usb-подключением. Такие вещи обеспечивают у��обство использования, но стилем это не назовешь, так как в большинстве они тяготеют к мини-

малистическим формам. То есть художественное оформление перестало быть важным. Л: Стало быть, сегодня мы можем говорить о минимализме не как о стиле, а как о глобальном тренде минимизации предметных форм (вплоть до их полного исчезновения) при росте заключенных в них функциональных возможностей. Область пластической предметности, область формообразования катастрофически сужается. Мир становится одноразовым. Е: Да, но функциональность, я думаю, будет со временем добавляться буквально во все. То есть стили опять Bvalgary Италия

стиль

№40

65


Ильгиз Фазулзянов Россия Margaux Lange США

станут трендами. И тогда будут, к примеру, usb-подвески в стиле ар-нуво. Л: Ну это ведь уже есть. Флэшку в золотом корпусе с бриллиантами и классицистским декором китайского производства можно купить уже сейчас. Е: Вот об этом и речь… Единственное, что мы, возможно, упустили, – это концептуализм. Л: Я в последнее время много думаю о том, что в условиях минимизации пластического начала, то есть как бы утраты телесности, важнейшей категорией и важнейшим ресурсом дизайна становится пустота. Е: Как ни странно, не только. Хотя вы в чем-то правы. И все же концептуализм меняет положение вещей. Л: Пустота может быть наполнена совершенно иными, нежели тело, функциями. Не привычными утилитарными, а символическими. Ресурс символизма, как мне кажется, был ювелирным искусством в значительной мере потерян в 20-м веке. Людям нынче кажется, что основная функция ювелирки – красота, то есть чистая эстетика. А это не так. Е: Вот взять, к примеру, то, что делает голландец Петер Хоогебоом (Peter Hoogeboom). Для меня это пример современности. Вещь, которую он делает, не утилитарна, дорога, сделана из необычного материала… Л: Эта вещь неутилитарна, но она – концепт, пластическое философствование... Это очень важно. Е: Вот! Концепт! Это становится самым важным аспектом современной ювелирки. Л: Абсолютно согласен. Е: Не удобство, не драгметалл, не бриллианты, а ЗАстиль

66

№40

ЯВЛЕНИЕ – вот что создает современную ювелирную вещь! Л: Да, именно – воплощение концептуального месседжа. Но создание концептов предполагает наличие концептуально мыслящего ювелира. Е: Скорее, пожалуй, художника… Л: А российский ювелир, увы, в большинстве своем – традиционный мастеровой, которому до концептов – как до вопросов жизни на Марсе... Е: Да, поэтому ар-нуво так и прижился: этот стиль дает ювелиру возможность показать свое мастерство и продемонстрировать уверенность в своей востребованности. Л: Все куда печальнее... Никакого аутентичного арнуво я не вижу. Есть редчайшие мастера, усвоившие и как-то переработавшие стилистику ар-нуво (как, например, Ильгиз Фазулзянов). Но большинство плохо понимает черты и историческую обусловленность ар-нуво как стиля. Вообще, беда ювелиров, на мой взгляд, в том, что объективно принадлежа многотысячелетнему ремеслу, они не живут во времени, не мыслят себя и свое творчество в просторах истории, выходящих за пределы их собственной жизни. Маяковский говорил, как бы обращаясь к Пушкину – "После смерти нам / стоять почти что рядом: / вы на Пе, / а я / на эМ...." А кто из ювелиров замыслил себе внятное место на полке истории ювелирного искусства?.. Е: В России все-таки очень остра проблема «застывшего» развития… Я в последнее время очень разносторонне познакомилась с российским ювелирным искусством и вижу, что требования бизнеса к дизайнерам основываются, в основном, на критерии дороговизны продукции. Л: Екатерина, а если безотносительно дороговизны, то в чем вы видите причины "застывшей" ситуации в российском ювелирном деле? Е: В образовательном разрыве. Необходима связность образования. Дизайнеров и потребительскую публику нужно образовывать параллельно, во взаимосвязи. И в этом важна роль больших, но не столичных городов. В столицах все закупаются заграничной ювелиркой, а в провинции не могут оценить нового и прогрессивного. Л: То есть речь о некоем культурном просвещении? Е: Безусловно! Это необходимость: дизайнерам как особенной профессии необходимо совсем иное образование. Л: Мне кажется, что просветительская позиция – это еще и возможность для конкретного ювелирного производителя или бренда выйти на новый уровень собственного имиджа. Е: Несомненно. У меня в этом году училось четыре девочки из питерского Университета технологии и дизай-


HoogeboomPeter Нидерланды

на и две из московского текстильного. Я была поражена низким уровнем знаний. Я думаю, что молодые дизайнеры слишком рано теряют творческий интерес. Поэтому дело все-таки именно в производителях и их заинтересованности в оригинальности имиджа продукции и бренда. Л: Эта ситуация повсеместна. Когда ко мне на занятия приходят студенты, проучившиеся уже три года, и при имени Мондриан я вижу пустоту в их глазах – это катастрофа… Е: Согласна, это немного пугает. Но стремление есть. И значит, есть необходимость образовательного процесса. Л: Конечно! Земля у нас неисчерпаемо богата. Каждый год я нахожу талантливых ребят. Но мы упомянули о необходимости просвещения потребителя. Который не знает не только про современный дизайн, концепты и прочее, но и про ар-деко, барокко и роккоко тоже. В каких формах это просвещение возможно? Е: Безусловно, необходимы лекции, мастер-классы по дизайну и стилистике. Очень важны выставки – разнообразные по форме и хорошо обоснованные. У нас, в Европе, выставки по ювелирке являются столь же широко посещаемыми, как выставки по искусству вообще. Л: А как вы оцениваете вариант в какой-то форме вовлекать покупателя в сам процесс создания ювелирной вещи? Этакая модель партисипации, творческого участия... а заодно и образования. Е: Он изначально вовлечен! Мы же рассчитываем на его взгляд. По сути, заказные, единичные вещи все-таки являются в немалой степени искусством заказчика. И все

же, дело в том, что именно сам ювелир может предложить. А значит, это вопрос параллельного преобразования запроса и производства. Л: Наше время от иных времен потребления ювелирных драгоценностей отличает демократия... Любая домохозяйка, не ставшая президентом, может стать королевой... Купив себе ювелирных украшений. Считаете ли вы важным фактором исчезновение высокопросвещенного и высокопоставленного заказчика? (впрочем, вы же, кажется, работали по заказу шведского королевского двора?) Е: Да, как я уже говорила, заказчик – это важно. Если нет никого, кто бы купил умнейшую серебряную безделушку, то ее никто и не произведет. Но дело не в королевском дворе (который, кстати, вполне консервативен в своих вкусах) Дело в оригинальности мышления в общем. Не только ювелирное, но общекультурное образование в России вызывает мой испуг. Л: О да... У Рафаэля в заказчиках был Папа. Ясно, что Папы на всех не хватит. Но где сегодняшние Рафаэли? Е: Уверена, что потенциал есть. И в отдельных случаях неплохой… Поднятый нами вопрос о стиле непрост. Тенденции современности все же проглядываются. Даже если говорить о сугубо европейских тенденциях. Но если будет возможность показывать современных художников и объяснять важность дизайна как профессии, уверена – мы сможем добиться многого. Хотя бы возбудить интерес к развитию. Л: Екатерина, вы романтик... Е: Согласна. Но без идеалистов невозможно продвигаться дальше. Я верю в просвещение. Я сама не все умела изначально, все постигалось в процессе. Мои вещи стали отточенными благодаря многолетней работе со наследием старых мастеров. Л: Мне импонирует ваш энтузиазм, исполненный просветительской поэтики эпохи Дидро и Вольтера. Но я помню и о том, чем закончился дивный XVIII-й век. Недавно мы на занятии со студентами придумали, что весьма недурной подвеской мог бы быть миниатюрно изображенный нож гильотины. Е: О, он уже есть! Л: Вот видите, идеи носятся в воздухе… Е: Мы веками носим на груди крест. А могли бы – электрический стул… Я эту тему тоже часто обсуждаю со своими учениками. Ведь тут и есть начало концептуального размышления о принципах искусства. Л: Да, речь именно об этом – о ресурсе многообразного символизма, который делает ювелирную вещь драгоценностью. Е: Да, и даже рассматривая ювелирную вещь через понятие стиля, мы должны объяснять ее значения и смыслы. Это в наших руках. Л: Может быть, на этой приятной точке единомышленничества стоит сделать паузу? Е: Согласна. стиль

№40

67


Чусовские берега

Кын-завод

Денежкин камень Шахта «Красная шапочка»

выставка

68

№40

Чусовая. Камень «Корабли»

Семь братьев. Верх-Нейвинск


Остаться на Урале Художник Дмитрий Крель родился в 1972 году в Североуральске. Его деда Эммануила Креля как немца Поволжья сослали в эти края во время войны; после трудармии Э.Крель остался на Урале и работал геологом. Во время прогулок и путешествий по дивным лесам, горам, рекам Северного Урала он учил Дмитрия видеть и понимать ставшую родной природу Каменного Пояса. Отец Дмитрия Федор (Теодор) Крель – художникоформитель. Любовь к природе и стремление запечатлеть ее красоту Дмитрий унаследовал в своей семье. Д.Ф.Крель получил академическое художественное образование (окончил Художественно-графический факультет Нижнетагильского педагогического института); сейчас он преподает, занимается общественной деятельностью. Дмитрий успешно работает в разных техниках и жанрах: масло и пастель, гравюра и карандашный рисунок; портрет, пейзаж, метафорические композиции равно подвластны его руке. Особенно четко в творчестве Дмитрия Креля прослеживаются две контрастные линии: написанные в лучших традициях реализма прелестные уральские пейзажи и печатная графика в духе немецкого экспрессионизма, жесткая и стильная. Произведения в этих столь различных жанрах и техниках представлены на двух разворотах нашей рубрики Галерея PLATINUM. Подробнее о Дмитрии Креле: http://kartell.arts.in.ua/ Благодарим Агнессу Гридневскую за помощь в подготовке публикации.

Этюд

Скалы Грюневальда

Чусовая

После дождя. Река Вагран

Гора Кумба

Этюд

выставка

№40

69


Серия «Люди-насекомые»

Новорожденная бабочка

Мирра кузнечик

Мудрость лягушки

Линда жук

Двойственность жука

Глорис комар

Экслибрисы

Марсель стрекоза

Рамона-богомол

Портрет Герхарда Деринга


В память о трудармии Деревенский мостик Экслибрисы

коллекция


p. 26

Resume p.14 An exhibition of masters of jewelry art “The Precious MIX” was held in the Alexandrovsky Hall of the Chelyabinsk State Museum of Fine Arts. The International Exhibition of Jewelry Art got together a galaxy of artists of various schools of jewelry art in Russia, Sweden and Spain. Master artists from Moscow, St. Petersburg, Madrid, Stockholm, Kostroma, Togliatti, Lipetsk, Ekaterinburg, and Chelyabinsk exhibited numerous styles and esthetic preferences: from classics to the avant-garde; from traditional precious metals and stones to plastic, buttons, pins and date seeds; from the classical diadems, brooches and rings to the astonishing in their style, refined in workmanship, objet-de-arts.

Artist in metal, blacksmith Igor Andrukhin lives in St. Petersburg. His studio is at the very end of Fontanka, hidden in picturesque industrial ruins. Igor saves and preserves ancient metallic constructions. He creates insects out of iron, thus continuing the old St. Petersburg tradition of mystics and the uncanny.

p. 30 Blacksmith, photographer, painter and wise man Alexander Lysyakov presents his book “The Palm”, which contains history, parables and thoughts.

p.18 p. 34

Where can one find the bright and the unusual, something that would capture the fancy of a young mother whose thoughts are all concentrated round her child? How can one give her a present that she would appreciate at once? One that she could don right away and one that would remind her of the day when she first heard her child cry? Aleksey Baburov, jeweler artist from Khabarovsk, found the answer to this sophisticated question – rattle rings.

Andrey Boiko’s studio and stone-cutter Alexander Leverov have focused their attention on historical – and pre-historical – characters. Their voluminous mosaics impress one by virtuosity of work with stone and ancient artifacts.

p.20 To make a discovery in history or art studies is the cherished dream of all investigators working in museum funds. Quite recently, head of the decorative and applied arts section of the Yekaterinburg Museum of Fine Arts, Ludmila Budrina, performed the attribution of a unique 19th century panel from the collection of the museum, done in the most complicated micro-mosaic technique. Discovery of the name of the author and the history of the work of art is a remarkable event in the museum life of the Urals.

resume

72

№40

Fyodor Telkov’s photo project shows us the Ural Maris, the heathen Finno-Ugric people that live in the south-west of the Sverdlovsk region, the people who have preserved their songs, dress and customs.

p. 37


p. 54 p. 42 Tatyana Parnyuk speaks about the art of stonecutter Denis Bogomazov. In his new work he continues traditions of the animalistic genre, in a refined way stressing the peculiarities of texture, color and shape of the stone.

Our pages present items from the Oriental collection of the Irbit Museum of History and Ethnography. The Great Irbit Fair, second in importance in prerevolutionary Russia, left its indelible mark in the museum’s collection and in the life of this remarkable Ural city.

p. 46 Why is our journal called PLATINUM? It was here in the Urals that the first platinum was discovered in the Eastern Hemisphere. Our publication speaks about the history of its discovery and about the situation in the platinum area nowadays.

p. 58 p. 50 We are starting a number of publications about a most extraordinary, rare and precious stone – the alexandrite. The stone was discovered in the Urals in 1834 and named in honor of Tsesarevich (Prince) Alexander Nikolaevich, the future Emperor Alexander II. Alexandrite has a remarkable quality – it can change its color from all shades of blue and green in daylight to varying tones of pink and violet when it’s dark or when artificial lighting is on.

Aleksey Baburov and his colleagues speak about the cooperation of Far East artists with their Chinese counterparts.

Editor-in-chief and Swedish jeweler artist Yekaterina Sisfontes dwells on style in jewelry art.

p. 64

p. 68 Pictorial and graphic works by Ural artist Dmitry Krel - in our gallery

resume

№40

73



PLATINUM №40 Осень — зима 2012