Issuu on Google+


УДК 82-3 ББК 84(2Рос-Рус)6-4 К 14

Разработка серийного оформления А. Марычева

К 14

Казанцев К. И никого не стало... / Кирилл Казанцев. — М. : Эксмо, 2013. — 352 с. — (Мстители. Война несогласных). ISBN 978-5-699-64057-7 В канун Нового года в одном из областных центров России были похищены и вывезены в заброшенный особняк одиннадцать человек. Люди оказались не простыми: каждый из них обладал немалой властью и занимал высокую должность в руководстве области. За исключением разве что Ксюши и Никиты, которые выдали себя за влюбленную парочку, забредшую в особняк «чисто случайно». Конечно же, похищение чинуш организовали они. Они же записали на плеер длинный список всех коррупционных преступлений присутствующих и прокрутили запись... Но на этом хорошо прописанный сценарий мстителей вдруг дал сбой. Молодые борцы с коррупцией вовсе не собирались никого убивать, но почему же тогда в особняке один за другим начали погибать чиновники? УДК 82-3 ББК 84(2Рос-Рус)6-4

ISBN 978-5-699-64057-7

© Казанцев К., 2013 © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013


Поведение человека, которому угрожает смерть, — самое захватывающее зрелище на земле. А. Арбузов

30 декабря Черный «Мерседес» представительского класса мчался по заснеженной пригородной трассе. В свете фар мелькали деревья, необычайно красивые в сковавшем их наряде инея, крыши замерзающих поселков, придавленные тоннами снега. Стемнело два часа назад, на небе загорались звезды. До окраин областного центра — оплота цивилизации в Восточной Сибири — оставалось несколько километров. Массивное информационное табло извещало водителей о неутешительных погодных условиях: ветер — северо-восточный, пятнадцать метров в секунду, атмосферное давление повышенное, температура — минус тридцать пять по Цельсию! Две недели в преддверии любимого народного праздника сыпал снег, а за несколько дней до Нового года с севера подкрался арктический антициклон и ударил аномальный трескучий мороз, аналогов которому не припоминали даже старожилы. 5


Окрестности областного центра погрузились в ледяное безмолвие. Синоптики удрученно пророчили сохранение аномальной погоды как минимум до конца новогодних каникул... Бездушный ксенон озарил ослепительным светом двух приплясывающих на обочине девиц в коротких шубках и японскую иномарку с включенными габаритными огнями, окутанную сизоватым дымком. Девицы умоляюще жестикулировали. Их стойкость во имя работы внушала уважение. Тулупы на пост не выдавали — тоненькие шапочки, символические перчатки, колготки без дополнительного утепления. Но автомобиль, которому они призывно махали, промчался, не сбавляя скорости, и девицы тоскливо уставились ему вслед. — Черный-пречерный «Мерседес»... — простучала зубами одна из них — маленькая и худенькая. — Надо же, какие мы занятые... — Не парься, Шурка, — отозвалась напарница — рослая и упитанная. — В этих «меринах» все равно одни импотенты. Идут они лесом. Вот черт, как холодно... С этим глобальным потеплением мы скоро вымерзнем на хрен... Бежим в машину! — И зажимая ладонью заиндевевший подбородок, она засеменила в прогретый автомобиль. Но поскользнулась, взмахнула длинными руками и с емким комментарием повалилась на землю. 6


— Упала, упала! — хохотала миниатюрная девица, приплясывая вокруг коллеги. — Звезды, звезды, загадывайте скорее желание! — Хихикая, она помогла подруге подняться, и обе побежали греться в машину. — Путаны, пропади они пропадом... — чертыхнулся сквозь сжатые зубы водитель «Мерседеса». — Горячие дуры, блин. Ни дуст их не берет, ни холод, всегда на посту... — Да ладно, Серега, — усмехнулся сидящий рядом мужчина упитанной комплекции, похожий на телохранителя. — Хоть что-то украшает наши дороги. Он посмотрел в зеркало, висящее над головой. Господин в форме, сидящий на заднем сиденье, был сегодня не в духе. Нахохленный, мрачный, он сдвинул густые брови, безотрывно смотрел в окно и напряженно думал. Потом вздохнул, извлек айфон из щеголеватой шинели и начал что-то добывать из глубин мобильной памяти. — Все в порядке, Эдуард Владимирович? — понизив голос, поинтересовался охранник. — А то вы что-то не в духе. Совещание у полпреда прошло без сюрпризов? — Все в порядке, Олег, — скупо отозвался мужчина. — Прибавь-ка газу, Сережа, плетемся, как сопля по газону. Домой же хочется, в конце-то концов... 7


— Не могу, Эдуард Владимирович, — отозвался водитель. — Не имею права рисковать вашей драгоценной жизнью. Хотите — казните, хотите — милуйте. Мы идем сто километров — для зимней дороги это предел. Костей потом не соберут, а меня за вас посмертно в тюрьму посадят... — Ладно, рули, рули, — усмехнулся мужчина. — Это я так. Надоело просто все, скорее бы уж закончилось, хоть четыре дня с семьей провести. Даже не верится, что закончился последний рабочий день в году... Город приближался, подрастали дома, появлялись работающие фонари. Мелькали шлакоблочные постройки послевоенных лет. Водитель включил сирену с мигалкой — расступись, народ, баре едут, дорогу колеснице! Инвалидная «шестерка», плетущаяся с черепашьей скоростью, испуганно шарахнулась к обочине, пропуская «Мерседес» с важной персоной. Внезапно водитель присвистнул от изумления. Несущийся по заледенелой трассе автомобиль обогнал какой-то юркий кроссовер. Обошел по встречной полосе на корпус, издал протяжный гудок, вырвался еще чуток вперед и занял полосу. Но не погнал в отрыв, что было бы уже полным самоубийством, а катил впереди и издавал отрывистые гудки, намекая, что нужно остановиться. 8


— Что за черт? — напрягся охранник и потянулся к кобуре под расстегнутым пуховиком. — Фээсбэшные номера, — с удивлением обнаружил водитель. — Ей-богу, это чекисты, Эдуард Владимирович, — наше областное управление, регистрационный знак из их реестра. Что делать будем? Опекаемый объект насторожился, подался вперед. Кроссовер продолжал гудеть — настойчиво, но не сказать, что очень агрессивно. — Останови, — распорядился Эдуард Владимирович. — Какого дьявола им надо — этим смежникам-бездельникам? Не дергайся, Олежка, все в порядке. Но не спи, гляди в оба. Водитель начал плавно тормозить, заехал на очищенную грейдером обочину. Место для стоянки было выбрано не очень правильное — густая лесополоса, обросшая инеем, заслоняла городские предместья. Фонари не работали. Проносились редкие машины. Кроссовер затормозил метрах в сорока по курсу, от машины отделилась фигура в длинном пальто и, зябко ежась, засеменила к «Мерседесу». Обнаружив, что к ним направляется один человек, сидящие в салоне немного расслабились. Фигура была уже рядом, склонилась к окну. Водитель опустил стекло, настороженно на нее воззрился. — С наступающим, господа, ради бога, извините! — Это был мужчина с доброжелатель9


ным, немного виноватым голосом. Он показал удостоверение в красных корочках. — Капитан Черкасов, организационно-оперативное управление. Простите, что остановили, просто выполняем свою работу... — В чем дело, капитан, в районе эпидемия ящура? — Эдуард Владимирович приспустил стекло со своей стороны, и сотрудник спецслужбы переместился к нему. — Мы спешим, знаете ли, возвращаемся с совещания у полпреда... — Я в курсе, Эдуард Владимирович, — перебил работник федеральной службы. — Совещание проводилось в поместье Отрадном за Красной речкой, нас всех по данному поводу стянули в указанный квадрат. Поступила информация, что вам, Эдуард Владимирович, и также ряду ответственных госслужащих может угрожать опасность, и мы обязаны принять превентивные меры. — Да что вы говорите? — натянуто рассмеялся пассажир. — Расслабьтесь, капитан, Новый год на пороге. В этом городе — не знаю насчет ответственных госслужащих, но МНЕ никакая опасность угрожать не может. О чем вы говорите? — Может, Эдуард Владимирович, еще как может, — вздохнул мужчина и покосился на пролетевшую мимо машину, в которой гремели, зашкаливая, басы. 10


Баллончик возник из рукава, как голубь из котелка факира. Он прыснул в лицо пассажира и, не дожидаясь, пока закроется окно, просунул руку с баллоном в узкую щель, затем несколько секунд распрыскивал содержимое по салону. Оборвались возня и сдавленные вскрики. Мужчина выжидал, постукивая пальцами по крыше машины, негромко напевая: «Кумиром народным служил Козлодоев, и всякий его уважал...» Потом изобразил жестами круговой знак, и кроссовер начал сдавать назад. Мужчина распахнул дверцу, предварительно зажав нос. Трое в салоне тряслись крупной дрожью. Охранник, не успевший добраться до пистолета, откинул голову, глаза закатились, с губ стекала пена. Водитель сполз с сиденья, хватал воздух, словно рыба, которую вырвали из родной стихии. У пассажира на заднем сиденье был такой вид, словно уже начинаются схватки. Он стонал, бился в пароксизме, держась за живот, глаза безостановочно блуждали. Мозг отключался, буря заметала сознание. Мужчина схватил его за шиворот одной рукой (другой продолжал зажимать нос), выволок из салона. Подбежал напарник в пуховике и надвинутой на глаза шапочке, схватил «потерпевшего» за ноги, вдвоем поволокли добычу в кроссовер. — Все в порядке, Никита? А те двое как? — кивнул напарник на оставшихся в салоне. 11


— Выж��вут, народ бывалый, через полчаса очнутся. Двигатель включен, печка работает. Подержи это несчастье, я двери закрою, а то замерзнут, бедненькие... — Девушка, позвольте пригласить вас на танец? — прозвучал над ухом чертовски приятный, обволакивающий мужской голос. Он заглушил музыку, гремящую в зале. Стройная женщина в нарядном, переливающемся стразами вечернем платье, с рыжеватыми волнистыми волосами, тщательно уложенными у личного парикмахера, с готовностью обернулась. Опустила маску, усыпанную радужным бисером, чтобы рассмотреть этого претендента. В горле пересохло, она ощутила приятное онемение под грудной клеткой. Мужчина в смокинге, стоящий рядом с ней, был на редкость хорош. Он излучал обаяние и шарм. Статный, выше ее на несколько сантиметров, волосы черные, как ночь, окладистая, коротко стриженная борода отливала глянцем и удивительно ему шла. А какие глаза! В них было столько магнетизма и настоящей мужской сексуальности, что женское сердце взволнованно забилось. Но она справилась с собой, женщина была сильная и лучше других знала, что представляют собой мужчины. — Девушка? — засмеялась дама. — Знаете, молодой человек, когда я в последний раз 12


была девушкой, мир еще не был настолько плох. — Вы преувеличиваете. А вам без маски гораздо лучше, — вкрадчиво сообщил мужчина, придвигаясь к ней. — Честное слово, мэм, это не комплимент, это удручающая констатация. Не могу понять, кого вы мне напоминаете... — Многие говорят, что я похожа на актрису Удовиченко, — подсказала женщина. — Точно, — обрадовался мужчина. — Разумеется, в лучшие ее годы. Так позвольте же, в конце концов, пригласить вас на танец, девушка? Она не знала этого мужчину, в отличие от большинства танцующих, гомонящих, пьющих и орущих в этом праздничном зале. И что такого? Здесь масса приглашенных из параллельных ведомств, районных администраций. И эти зовущие, опутывающие чарами глаза... Разве канун Нового года — не время для сюрпризов и интересных встреч? Они обнялись, слившись в медленном танце, невзирая на то что музыка звучала быстрая и окружающие стали на них заинтересованно коситься. Она плевать хотела на окружающих! Новый год на носу, ведомственная вечеринка в разгаре, праздничный зал городской филармонии был заполнен до отказа нарядно одетыми женщинами и солидными мужчинами. Кто-то в 13


масках, кто-то с открытыми лицами. Гремела музыка, вился серпантин, хлопали хлопушки. Нарядная елка переливалась множественными гирляндами. Отплясывал Дед Мороз, в котором без труда узнавался кадровик Иванчин. Снегурочка — Любаша Уткина, вторая помощница председателя суда — уже наклюкалась и проводила время в компании не менее подвыпивших мужчин. — И кто же вы у нас, таинственный незнакомец? — проворковала женщина, поднимая голову и погружаясь в сладкую дурь зовущих глаз. — Это для вас я таинственный незнакомец, Валентина Максимовна, а в федеральном суде Никольского района меня неплохо знают, — доверительно сообщил партнер по танцу. Он нежно обнимал ее за лопатки. Кончики пальцев приятно холодили. У нее было смелое декольте, а вырез на спине еще смелее — женщина не стеснялась своей хорошо сохранившейся кожи. Но мужчина не обращал внимания на ее декольте, смотрел в глаза — это стоило усилий и говорило о хорошем воспитании и безупречной ориентации. Женщине это нравилось. Она таяла, кружилась голова, и всякие «вредные» мысли поселялись в ней... — Вы знаете, кто я такая? — кокетливо удивилась женщина. 14


— Со спины не узнал, простите, а вот когда вы обернулись... — Он так заулыбался, что женщина невольно потянулась губами к его идеально выбритой щеке... Мужчина представился Александром. Они болтали о всякой ерунде, он рассказал остроумный анекдот про судью и присяжных, она смеялась, запрокинув голову, сверкая идеально выбеленными зубами. Пара забавных случаев из судебной практики — и она развеселилась окончательно, потеряла голову. Женщина практически не пила, но состояние было такое, словно уже прихлопнула бутылочку шампанского. Потом он предложил ей покружиться в вальсе, перешли на быстрый танец, далее она оглохла, ослепла, задохнулась и уже не понимала, кто все эти люди, что прыгают в полутьме рядом с ними, и что им всем тут надо. Эти люди были лишними! Он потащил ее за руку с танцевальной площадки. — Вы устали, Валентина? Хотите выпить? — О да... — выдохнула она. — Это было бы здорово. — Стойте здесь, никуда не уходите, договорились? Да куда бы она ушла? Новогодняя вечеринка входила в стадию угара — публика захмелела, молодежь отплясывала, люди старшего поколения разбились на клубы по интересам, разбрелись по столикам и ели, пили и дымили. 15


И никого не стало...