Page 1

ISSN 2073-8641

ВЕС Т Н И К

АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК ЕЖЕКВАРТАЛЬНЫЙ

ВОЕННО-НАУЧНЫЙ

ЖУРНАЛ

4(53)

2015

В НОМЕРЕ: А.А. КОРАБЕЛЬНИКОВ. О безопасности Арктики

21

В.Л. РАЗГОНОВ. Подготовка офицеров войсковой разведки в современных условиях

42

В.А. ВАСИЛЬЕВ, С.В. ГОЛУБЧИКОВ. Создание и развертывание противоракетной обороны США и перспективы ее развития до 2020 года

136

В.В. ЧЕРДАНЦЕВ. Восстановление информационного взаимодействия как слагаемое безопасности России в условиях украинского кризиса

169

Рекомендован Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ для публикации научных работ, отражающих основное содержание диссертаций


ISBN 2073-8641

4(53) 2015 ЕЖЕКВАРТАЛЬНЫЙ ВОЕННО-НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ Издается с мая 2002 г. Свидетельство о регистрации ПИ № 77-12244 от 02.04.2002 г. Выходит 4 раза в год

СОСТАВ РЕДАКЦИОННОЙ КОЛЛЕГИИ: М.А. Гареев, доктор военных наук, доктор исторических наук, профессор, главный редактор; С.П. Белоконь, доктор технических наук, профессор, заместитель главного редактора; В.В. Воробьев, доктор экономических наук, профессор; В.М. Глущенко, доктор экономических наук, доктор военных наук, профессор; П.А. Дроговоз, доктор экономических наук, профессор; П.А. Дульнев, доктор военных наук, профессор; И.М. Капитанец, специалист по Военно-Морскому Флоту; А.Н. Карпов, доктор политических наук, профессор; А.В. Копылов, доктор политических наук, профессор; С.А. Модестов, доктор политических наук, доктор философских наук, профессор; А.А. Павловский, доктор военных наук, профессор; А.И. Пожаров, доктор экономических наук, профессор; А.А. Прохожев, доктор экономических наук, профессор; В.А. Рябошапко, доктор военных наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заместитель главного редактора; Г.Ю. Филимонов, доктор политических наук; Д.Н. Филипповых, доктор исторических наук, профессор; С.В. Чварков, доктор военных наук, профессор; Н.Н. Швец, доктор экономических наук, доцент.

СОСТАВ НАУЧНО-РЕДАКЦИОННОГО СОВЕТА: Н.И. Турко, доктор военных наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ (председатель); В.П. Баранов, доктор исторических наук, профессор; И.В. Бочарников, доктор политических наук; С.Ф. Викулов, доктор экономических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ; А.О. Камбаров, доктор экономических наук; В.И. Ковалев, кандидат технических наук; В.Д. Косынкин, доктор технических наук, профессор; В.Ю. Корчак, доктор экономических наук, профессор; М.Ю. Куприков, доктор технических наук, профессор; В.И. Куроедов, доктор политических наук, профессор; В.Ф. Лата, доктор военных наук, профессор; Е.К. Миннибаев, доктор исторических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ; С.Л. Печуров, доктор военных наук, профессор; В.В. Пименов, доктор экономических наук, профессор; А.А. Рахманов, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ; Н.П. Ромашкинa, кандидат политических наук, профессор; В.В. Сухорученко, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ; А.Я. Черныш, доктор военных наук, профессор; И.А. Шеремет, доктор технических наук, профессор; С.В. Ягольников, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ; Б.А. Якимович, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ. Ответственность за достоверность информации, точность фактов, цифр и цитат, а также за то, что в материалах нет данных, не подлежащих открытой публикации, несут авторы. За содержание рекламы отвечает рекламодатель. В соответствии с Законом РФ «О средствах массовой информации» редакция имеет право не вступать в переписку с авторами. При перепечатке материалов ссылка на «Вестник Академии военных наук» обязательна.

СОДЕРЖАНИЕ ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ С.В. УСТИНКИН, Д.С. КОРШУНОВ. Национальная безопасность России в условиях изменяющейся конфигурации сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .4 И.В. ХОЛИКОВ, А.И. КОНУРОВ. Международноправовые и военно-политические вопросы современного мироустройства . . . . . . . . . . . . . . . . . .7 Н.А. САМОЙЛОВСКАЯ. Роль Румынии в продвижении евро-атлантической стратегии для Черноморского региона . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .18 ВОЕННОЕ ИСКУССТВО А.А. КОРАБЕЛЬНИКОВ. О безопасности Арктики . 21 ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО В.Ф. ЛАТА, С.В. ГОЛУБЧИКОВ, В.К. НОВИКОВ, С.В. АКСЕНОВ. О мерах по повышению эффективности стратегических ядерных сил России для решения задачи сдерживания в условиях развертывания национальной противоракетной обороны США . . . . . . . . . . . . . . . . .28 УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ В.Г. КАЗАКОВ, А.Н. КИРЮШИН. Комплексное управление боевыми действиями . . . . . . . . . . . . . . .36 ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ В.Л. РАЗГОНОВ. Подготовка офицеров войсковой разведки в современных условиях . . . . . . . . . . . . . . .42 Е.А. КАРПОВ. Артиллерийские подготовительные училища (1946-1955 гг.): организация, кадры, деятельность . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .47 Л.В. МАРДАХАЕВ. Нравственные основы личности современного офицера . . . . . . . . . . . . . . . .53 В.В. ШЕВЦОВ. Психологические особенности и пригодность учащейся молодежи к военной службе . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .59 ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ С.А. АСТАХОВ. Проблемные вопросы сохранения и развития уникальных предприятий оборонно-промышленного комплекса в современных условиях . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .62

Журнал предназначен для лиц старше 18 лет. Подписано в печать 20.12.2015 г. Формат 60х90 1/8. Печать офсетная. Печ. л. 23. Тираж 1000 экз. Заказ № 883 . Цена договорная. Адрес редакции: 117330, г. Москва, Университетский пр., д. 14, тел. (499) 194-24-48, (499) 147-51-19, факс: (499) 143-67-38

© Вестник Академии военных наук

Уважаемые читатели! Подписка на электронную версию журнала – на сайте www.avnrf.ru


СОДЕРЖАНИЕ О.И. БОЧКАРЕВ, В.А. ТЕНЕНЕВ, Б.А. ЯКИМОВИЧ, Д.С. ШАУРА. Определение комплексного показателя готовности предприятий для выполнения госзаказа . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 66 И.Б. СЕРОВ. Международное сотрудничество государств ОДКБ в области оборота продукции военного назначения: ретроспективный анализ и предложения по совершенствованию . . . . . . . . . 71 О.В. ТОЧИЛИН. Некоторые аспекты инновационно-аутвестиционного проектирования авиационных комплексов (ИАП АК) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 77 ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА А.Г. ИВАНУТКИН. Интеграция связи, радиотехнического обеспечения и автоматизации управления авиации . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 81 Б.Д. КАЗАХОВ, О.В. ИКОННИКОВ. О структуре и сущности функционирования многопозиционной радиолокационной системы обнаружения воздушных объектов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 84 В.Б. КОЗАРЬ, Д.В. НАЗАРОВ. Оценка эффективности применения управляемых ракет класса «воздух-воздух» средней дальности в войнах будущего . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 90 С.Н. КОНДРАШОВ, Д.В. ФРОЛОВ, Н.Б. ЛОПАТИНА. Современное состояние и тенденции развития средств защиты от оружия массового поражения стран НАТО . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 95 Б.А. ЯКИМОВИЧ, С.А. ПИСАРЕВ, Р.Р. ФАРХЕТДИНОВ. Анализ тенденций развития стрелкового оружия на примере общевойсковых автоматов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 100 Д.В. ШИХОВ. Ядерный щит Британии вчера и сегодня . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 106 ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ А.А. ГРИГОРЬЕВ, И.Н. ЕФИМОВ, А.А. ПОЗВОНКОВ. Научно-методические основы внедрения технологий информационной поддержки жизненного цикла образцов дистанционной химической разведки при их эксплуатации в экстремальных условиях . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 110 И.Ю. КУЛАГИН, А.В. МОЗЖИЛКИН, Д.А. КОЖЕВНИКОВ, А.В. ВАСИЛЬЕВ. Использование малогабаритных датчиков для контроля радиационной обстановки при ликвидации последствий радиационных аварий в северных районах России . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 120 А.М. СМЕТАНИН. Проблемы информационных технологий дешифрования материалов космической съемки в современных геополитических условиях . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 126 И.А. ПРОКОПОВ, А.С. МОКРОУСОВ, В.Д. ПАВЛЮК. Устройство для подогрева высоковязких нефтепродуктов при их перекачке в условиях Арктики . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 132 СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ 55 лет в строю авиации военного назначения (юбилею 30 ЦНИИ МО посвящается) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 134 В.А. ВАСИЛЬЕВ, С.В. ГОЛУБЧИКОВ. Создание и развертывание противоракетной обороны США и перспективы ее развития до 2020 года . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 136 В.И. ЖУМАТИЙ, А.Н. ОВЕЧКИН. Периодизация истории военно-морского искусства . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 145 Ю.Н. ПОНОМАРЕВ, Е.И. КАШИРИНА. Основные аспекты героической и драматической победы советского народа в годы Великой Отечественной войны . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 152 А.Н. БЕЛКОВ. «Родина» изменников : история печатного органа Русской Национальной Народной Армии (1942 – 1943 гг.) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 156 СЛОВО МОЛОДЫМ УЧЕНЫМ А.Ю. ПЛЮЙКО. Молодежная безработица в Европейском союзе: дифференциация вследствие кризиса . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 162 ДИСКУССИОННАЯ ТРИБУНА В.В. ЧЕРДАНЦЕВ. Восстановление информационного взаимодействия как слагаемое безопасности России в условиях украинского кризиса . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .169 С.Г. ЧЕКИНОВ, С.А. БОГДАНОВ, О.Б. ПОПОВА. Проблема современной военной безопасности России в условиях глобализации . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 172

2

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

CONTENTS

S.V. USTINKIN, D.S. KORSHUNOV. Russia’s national security in a changing configuration of powers in the asia-pacific region . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .4 I.V. KHOLIKOV, A.I. KONUROV. International Legal and Military Political Issues of Contemporary World Order . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .7 N. A. SAMOYLOVSKAYA. Role of Romania in promotion of the Euro-Atlantic Strategy for the Black Sea Region . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 18 A.A. KORABELNIKOV. The artic region safety . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 21 V.F. LATA, S.V. GOLUBCHIKOV, V.K. NOVIKOV, S.V. AKSENOV. Measures of improvement of the strategic nuclear forces of the Russian federation for the solution to the problem of containment in the deployment of the us missile defense . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 28 V.G. KAZAKOV, A.N. KIRYUSHIN. Complex management of operations . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 36 V.L. RAZGONOV. Training the officers of military intelligence in modern conditions . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 42 E.A. KARPOV. Artillery preporatory schools (1946-1955): organization, shots, activity . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 47 L.V. MARDAKHAEV. The moral foundations of the personality of the modern officer . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 53 V.V. SHEVTSOV. Psychological characteristics and suitability students for military service . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 59 S.A. ASTAKHOV. Problem issues of preservation and development of unique enterprises of the military-industrial complex in current conditions . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 62 O.I. BOCHKAREV, V.A. TENENEV, B.A. YAKIMOVICH, D.S. SHAURA. The definition of an integral availability index of enterprises to carry out a state-guaranteed order. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 66 O.V. TOCHILIN. Some akpekta innovative аutvestment design of aviation complexes (IAP AC) . . . . . . . . . . . . . . . . . . 71 I.B.SEROV. International cooperation of CSTO member states in the turnover of military products: retrospective analysis and development proposals . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 77 A.G. IVANUTKIN. Integration of communication, electronic support and automate the management of aviation . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 81 B.D. KAZAKHOV, O.V. IKONNIKOV. About structure and essence of functioning of the multiposition radar air objects warning system . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 84 V.B. KOZAR, D.V. NAZAROV. Application efficiency estimation of middle range air-to-air guided missile in forecasting warfare . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 90 S.N. KONDRASHOV, D.V. FROLOV, N.B. LOPATINA. Present situation and development tendencies of nbc protection equipment of NATO. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 95 B.A. YAKIMOVICH, S.A. PISAREV, R.R. FARKHETDINOV. Analysis of tendencies of development of small arms on the example of military machines . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 100 D.V. SHIKHOV. UK Nuclear Shield Yesterday and Today . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 106 A.A. GRIGOREV, I.N. YEFIMOV, A.A. POZVONKOV. Scientifically – methodical bases of information technology adoption life cycle support remote chemical reconnaissance samples at their operation in extreme conditions . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 110 I. YU. KULAGIN, A.V. MOZZHILKIN, D.A. KOZHEVNIKOV, A.V. VASILIEV. The USE of small sensors for radiation monitoring at liquidation of consequences of radiation accidents in the northern regions of Russia . . . . 120 A.M. SMETANIN. Problems of information technologies of recognition the material of cosmic removal in modern geopolitical conditions . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 126 I.A. PROKOPOV, A.S. MOKROUSOV, V.D. PAVLYUK. The apparatus for heating high-viscosity oil products pumping in arctic conditions . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 132 V.A. VASILIEV, S.V. GOLUBCHIKOV. Building up and expansion of US ballistic missile defence and prospects for further development by 2020 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 136 V. I. ZHUMATY, A.N. OVECHKIN. Periodization of history of naval art . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 145 YU.N. PONOMARIOV, E.I. KASHIRINA. The main aspects of the heroic and dramatic victory of the soviet people in the great patriotic war . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 152 А.N. BELKOV. "Homeland" of traitors: publication history Russian National National Army (1942–1943) . . . . . . . . . 156 A.YU. PLYUYKO. Youth unemployment in the EU: differentiation due to the crisis . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 162 V.V. CHERDANTSEV. Recovery information interaction as a component of Russia's security in the conditions of ukrainian crisis . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 169 S. G. CHEKINOV, S.A. BOGDANOV, O. B. POPOVA. The modern military security problems оf Russia in terms of globalization . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 172

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

3


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

S.V. USTINKIN, D.S. KORSHUNOV

С.В. УСТИНКИН, Д.С. КОРШУНОВ

НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ РОССИИ В УСЛОВИЯХ ИЗМЕНЯЮЩЕЙСЯ КОНФИГУРАЦИИ СИЛ В АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКОМ РЕГИОНЕ RUSSIA’S NATIONAL SECURITY IN A CHANGING CONFIGURATION OF POWERS IN THE ASIA-PACIFIC REGION В статье предпринята попытка использовать объяснительные возможности современных теоретических подходов к международным отношениям для оценки интересов России в Азиатско-Тихоокеанском регионе и оптимальных средств их реализации. В результате проведенного анализа подтверждается вывод о закономерном характере сближения с КНР с опорой на применение тактики «мягкого балансирования» против США. The article attempts to use the explanatory potential of contemporary approaches to international relations to evaluate Russia’s national interests in the Asia-Pacific region and to find the optimal means to fulfill them. As the result of the analysis, the logicality of the Russia-China partnership is confirmed as well as their mutual use of the ‘soft balancing’ tactics against the USA. Ключевые слова. Россия, США, Китай, Азиатско-Тихоокеанский регион, международные отношения, национальная безопасность, «мягкое балансирование». Keywords. Russia, USA, China, Asia-Pacific region, international relations, national security, ‘soft balancing’.

Азиатско-Тихоокеанский регион (АТП) стремительно становится центром мировой политики. Причиной этого послужил рост экономического и военного могущества Китая в начале XXI в., превративший это государство в одного из лидеров современного мира. Другие значимые акторы международных отношений обращают все более пристальное внимание на АТР. В 2011 г. госсекретарь Х. Клинтон заявила о «развороте на восток» в американской внешней политике, что стало наиболее заметным изменением внешнеполитических ориентиров США после того, как предшествующая администрация Дж. Буша-младшего сфокусировалась на Ближнем Востоке и «глобальной войне с терроризмом». В начале второго десятилетия XXI в. Россия также объявила о «повороте на восток» в своей внешней политике и стала активно развивать экономическое и политическое сотрудничество с КНР. Что означает это изменение стратегических курсов США и России? К каким последствиям для российской национальной безопасности оно может привести? И каким образом России следует выстраивать свою политику в АТР? В современных стратегических исследованиях международных отношений в АТР первенство 4

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

принадлежит представителям реалистического направления. Именно оно дает наиболее эффективный инструментарий для оценки протекающих процессов и предложения рекомендаций для руководств современных государств. Ядром рассуждений реалистов выступает концепция «баланса сил» в ее современных вариациях. «Баланс сил» предполагает, что достижение стабильности в международных отношениях возможно лишь при равенстве «мощи» ведущих держав, нарушение которого провоцирует конфликтность и вызывает войны. Центральным компонентом «мощи» для реалистов выступает военный потенциал страны. Однако в своем последующем развитии реалистическая мысль обратила внимание и на другие, не только военно-силовые, факторы отношений между государствами. Теория «баланса угроз» С. Уолта учитывает фактор географической близости, влияющий на оценку угрозы со стороны других государств [1]. Теория наступательного реализма предполагает, что континентальные великие державы заинтересованы не в поддержании равновесия, а в достижении региональной гегемонии. Морские державы выступают в роли «оффшорного балансера», стремясь не допустить появления региональной гегемонии одной держа№ 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

вы [2]. В середине 2000-х гг. в работах реалистов появляется термин «мягкое балансирование» для того, чтобы описать попытки косвенного, скрытого противодействия США со стороны других центров силы мировой политики, желающих, тем не менее, избежать открытой конфронтации с мощнейшим государством мира. Р. Пейп описывает «мягкое балансирование» как использование «невоенных средств» для сопротивления односторонней военной политике США [3]. К подобным невоенным средствам относятся, в первую очередь, нормы, характерные для того или иного государства и продвигаемые им во внешней политике. Использование подобной нормативной силы может выражаться в блокировании с другими государствами, разделяющими схожие нормы. Поскольку США остаются мощнейшей мировой державой, их приоритеты (как в глобальном контексте, так и применительно к АТР) заслуживают особого внимания, так как влияют на стратегический выбор других акторов. Находившаяся в положении безусловного мирового лидера в конце XX-начале XXI в. Америка сейчас сталкивается с появлением новых центров силы. Это предвещает наступление периода упадка гегемона. Теоретически такой упадок был вполне ожидаем и неоднократно предсказывался учеными (например, Дж. Моделски и П. Кеннеди). Во-первых, ни одному государству в истории не удавалось удерживать лидирующие позиции неопределенно долгое время. Во-вторых, перемещение экономических центров мира неизбежно приводит к трансформации политической системы и смене мирового лидера. Например, «теория перехода мощи» (А. Органски) предполагает, что такой переход осуществляется в результате экономического развития и роста населения. Э. Касетти, опирающийся в своих рассуждениях на данную теорию, пишет о том, что Китай может стать сверхдержавой к середине XXI в. [4]. Интересы гегемона в кризисном состоянии сводятся к тому, чтобы продлить момент могущества и максимально отсрочить фазу смена лидера. Логичными средствами для этого являются умелое сдерживание потенциальных соперников и одновременное снижение уровня вовлеченности в мировые дела, позволяющее сэкономить ресурсы и избежать симптома «имперского перенапряжения». Кроме того, учитывая неоспоримое пока военное превосходство США в мире, некоторое снижение военного присутствия за рубежом все равно оставит их мировым лидером. Одновременно США смогут выглядеть менее угрожающе в глазах второстепенных стран в разных регионах по сравнению с географически более близкими и мощными региональными державами. № 4 (53) 2015

С теоретической точки зрения стратегия «оффшорного балансирования» выглядит наиболее привлекательно для США в АТР. Тем более что налицо факторы, которые, по крайней мере, в краткосрочной перспективе ограничивают возможности США в данном регионе. Так, интерес американской общественности к Азии ниже, чем к другим регионам – Европе, культурные связи с которой гораздо прочнее, и Ближнему Востоку, привлекающему внимание в связи с угрозой терроризма. Учитывая особенности процесса принятия внешнеполитических решений в США, большую роль в котором играют внутренние факторы, это, несомненно, ограничит свободу действий политического руководства в Азии. Кроме того, в АТР представлены страны с сильными экономиками, национально ориентированным населением и мощными политическими и экономическими элитами. Даже если демократизация и останется стратегическим долгосрочным интересом США в АТР, в среднесрочной перспективе ограниченность ресурсов воздействия вкупе с негативными последствиями мирового финансового кризиса, вероятнее всего, подтолкнут США к тому, чтобы поддерживать удовлетворительный статус-кво [5]. Что касается России, то варианты ее стратегического выбора А. Лукин представляет следующим образом: 1) усиливать взаимодействие с Китаем; 2) дистанцироваться как от Китая, так и от США; 3) ориентироваться на сотрудничество с США [6]. Первый вариант является логичной стратегией балансирования против наиболее сильной великой державы. Кроме того, он вполне приемлем и даже естественен в условиях ухудшения российско-американских отношений. Второй вариант предполагает занятие позиции «третьего радующегося» и выглядит наиболее привлекательно в условиях нарастания напряженности между США и Китаем, которое, по некоторым оценкам, усиливается в процессе американского «разворота в Азию» [7]. Третий вариант обусловлен возникновением возможных опасностей, которые может представлять Китай. Несмотря на конструктивное развитие российско-китайских отношений в настоящем, существуют трудности предсказания поведения Китая в перспективе, а также дисбалансы в российско-китайских отношениях в АТР: Китай здесь выглядит явно мощнее России. Кроме того, из всех географических направлений российскоамериканских отношений азиатское – наименее конфликтное (за исключением вопроса С. Кореи, относительно которой Москва и Вашингтон придерживаются разных позиций). Однако нельзя не признать, что отношения между Россией и США в АТР не могут быть отделены от общего контекВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

5


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

ста российско-американских отношений. Иными словами, проблемы, затрагивающие другие региональные направления взаимодействия Москвы и Вашингтона, неизбежно транслируются и на азиатско-тихоокеанское, которое, в особенности, в сегодняшней медийной повестке дня, не выглядит приоритетным. В этом смысле представляется оправданным вывод экспертов Российского совета по международным делам (РСМД) о том, что российско-китайское сближение в АТР носит долгосрочный характер с учетом кризиса в отношениях России и США [8]. Определившись с целями, возникает вопрос о средствах их достижения. Рассматривая позицию России в АТР в условиях современной конфигурации сил, полезно обратить внимание на тактику «мягкого балансирования». Примером ее использования может служить «стратегическое партнерство» России и Китая, а также создание Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). С точки зрения концепции «мягкого балансирования», эти шаги направлены на сопротивление глобальному (и подчас довольно агрессивному) продвижению американских стандартов демократии и прав человека. Так, Россия и Китай совместно требовали вывода вооруженных сил США с территорий стран Центральной Азии. Также две державы развивают альтернативное видение демократии, подчеркивая свой

суверенитет и отказываясь безусловно принимать западные стандарты. Это нашло выражение, например, во взаимном обращении к наблюдателям друг друга при проведении выборов и отказе от использования западных наблюдателей ввиду их политической ангажированности [9]. Иным словами, возвышающиеся державы современного мира – Россия, Китай, Индия – выступают в роли «ограниченных ревизионистов», не стремящихся к разрушению существующей системы международных отношений, но рассчитывающих на признание своих прав и увеличение престижа. Такой «ограниченный ревизионизм» проявляется не в лобовом, военно-стратегическом противостоянии гегемону, но в способности ревизионистов к коллективным действиям и выработке альтернативной модели международного порядка [10]. Соотносится с данной позицией и вывод экспертов РСМД о том, что связка «Москва-Пекин» представляет собой основу создания «неамериканского мира» [8]. Таким образом, применение системного подхода и потенциала современных стратегических исследований дает возможность определить и оценить стратегические интересы России в АТР, предполагающие сближение с Китаем и противодействие мощи США, а также выявить наиболее привлекательные способы их реализации, описываемые концепцией «мягкого балансирования».

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. 2. 3. 4.

Walt S. Alliance Formation and the Balance of World Power // International Security. 1985. Spring. Vol. 9. No. 4. P. 3-43. Mearsheimer J. The Tragedy of Great Power Politics. N.Y.: Norton, 2001. Pape R. Soft Balancing against the United States // International Security. 2005. Summer. No. 1. Casetti E. Power Shifts and Economic Development: When Will China Overtake the USA // Journal of Peace Research. 2003. Vol. 40. No. 6. 5. Kelly R. The ‘pivot’ and its problems: American foreign policy in Northeast Asia// The Pacific Review. 2014. Vol. 27. No 3. 6. Lukin A. Russia and the Balance of Power in Northeast Asia // Pacific Focus. 2012. August. Vol. 27. No 2. 7. Киреева А. Соотношение сил великих держав в Восточной Азии. Метод структурированной оценки // Международные процессы. 2013. Сентябрь-декабрь. Том 11. № 3-4(34-35). 8. Лузянин С.Г. Российско-китайский диалог: модель 2015: доклад№18/2015 / [Лузянин С.Г. (рук.) и др.]; Российский совет по международным делам (РСМД). М.: Спецкнига, 2015. 9. Ferguson Ch. The Strategic Use of Soft Balancing: The Normative Dimensions of the Chinese-Russia ‘Strategic Partnership’ // Journal of Strategic Studies. 2012. April. Vol. 35. No. 2. 10. Богданов А. Американская гегемония и факторы системной нестабильности в XXI в. // Международные процессы. 2014. Июль-сентябрь. Том 12. № 3(38).

6

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

I.V. KHOLIKOV, A.I. KONUROV

И.В. ХОЛИКОВ, А.И. КОНУРОВ

МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ И ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ СОВРЕМЕННОГО МИРОУСТРОЙСТВА INTERNATIONAL LEGAL AND MILITARY POLITICAL ISSUES OF CONTEMPORARY WORLD ORDER Соединенные Штаты Америки постепенно утрачивают способность контролировать ключевые регионы планеты и переходят к стратегии «экспорта хаоса» для сохранения ведущих позиций в мировой системе. Центр тяжести мировых экономических и военно-политических процессов перемещается в Азиатско-Тихоокеанский регион. Это создает и новые возможности, и новые угрозы для Российской Федерации. The United States of America are gradually losing capacity to control key regions of the world and embracing ‘chaos export’ strategy in order to preserve leading positions in the world system. Focus of global economic, political and security processes is shifting to Asia-Pacific. It creates both new opportunities and threats for the Russian Federation. Ключевые слова: Китай, мировые политические процессы, новый мировой беспорядок, Россия, США. Keywords: China, global political processes, new world order, Russia, USA.

Политические процессы, разворачивающиеся в настоящее время на мировой арене, несут с собой рост военной напряженности, обострение отношений между ведущими участниками мировой политики, появление вооруженных конфликтов нового типа. Гражданские войны в Сирии, Ираке и на Украине, новый виток противостояния в Секторе Газа, которые уже унесли в совокупности сотни тысяч человеческих жизней, обладают внушительным потенциалом эскалации и способны в ближайшее время перекинуться на соседние регионы. Всплеск вооруженного насилия происходит на фоне нестабильной экономической ситуации в мире, когда большинство стран еще полностью не оправились от последствий финансово-экономического кризиса 2008-2009 гг., а многие экономисты ожидают наступления второй волны этого кризиса. В 1991 г., после распада СССР и мировой социалистической системы, мировое устройство приняло однополярный характер. Соединенные Штаты Америки оказались единственной сверхдержавой современного мира, статус которой определялся их безоговорочным экономическим, технологическим, культурным и военным доминированием, а также наличием большого количества союзников, которые рассматривали американское доминирование как благо для себя и выражали добровольное согласие придерживаться в своей внутренней и международной политике либеральных норм и стандартов. При этом страны бывшего СССР и Восточного блока утратили значительную часть своей идеологической, экономической, технологической и иных форм самостоятельности и были интегрированы в глобальную систему капитализма на правах периферии [1]. № 4 (53) 2015

Концептуальное оформление представлений об однополярном мире, предложенное администрацией Дж. Буша-старшего, представляло собой доктрину «нового мирового порядка». Впервые в этом смысле данный термин был употреблен в обращении Буша к Конгрессу 11.09.1990 [2]. В дальнейшем основные положения этой доктрины были сформулированы в Стратегиях национальной безопасности США, программных выступлениях официальных лиц Соединенных Штатов, публикациях ведущих американских аналитических центров, работах философов и политологов [3]. Ключом к пониманию доктрины нового мирового порядка является слово «порядок». В соответствии с ее основными положениями принципы открытого общества, либеральной экономики и демократии, на которых зиждется западное общество, должны стать глобальными нормами, и задачей Америки является обеспечить следование всех государств мира этим нормам, а соответственно, и их нахождение в фарватере американской политики. США в новой системе мироустройства становились верховным арбитром, за которым остается последнее слово при разрешении как межгосударственных споров, так и конфликтов между государствами и их гражданами. За ними также сохранялось право на военное вмешательство в такого рода конфликты, которое, как представлялось на тот момент, будет обязательно санкционировано ООН. При этом соображения защиты либеральных ценностей в действиях американских руководителей тесно переплетались с соображениями защиты национальных интересов США. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

7


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

Следует отметить, что американское стратегическое сообщество отдавало себе отчет, что гармоничное сосуществование демократии и проамериканского крена в политике возможно только в странах ядра капиталистической системы, где достигнут высокий уровень жизни и где существует высокий уровень согласия среди населения относительно того, что этот уровень во многом обеспечивается союзническими отношениями с США. В странах капиталистической периферии, которые представляют собой объект экономического освоения для западных, прежде всего американских транснациональных корпораций (ТНК), и которые в силу этого характеризуются гораздо более низким уровнем жизни, чем на Западе, демократические выборы способны с большой долей вероятности привести к власти антиамериканское правительство, причем его антиамериканизм будет тем более радикальным, чем более низкий уровень жизни существует в соответствующем государстве. Поэтому, в соответствии с доктриной нового мирового порядка, США весьма избирательно подходят к распространению демократии в мире и воздерживаются от требования демократических преобразований в тех странах, где существует высокий риск того, что в результате этих преобразований страна может покинуть орбиту американского влияния или будет нарушена стабильность проамериканского правительства. Наоборот, в таких странах Америка оказывает максимальную поддержку авторитарным руководителям, если эти руководители способствуют достижению внешнеполитических целей США, обеспечивают американским ТНК доступ к своим природным ресурсам и прикладывают усилия по привитию своему населению дружественных чувств к США. Идеологическим обоснованием такой поддержки является тезис о том, что подлинная демократия возможна только в тех государствах, где население обладает демократическим сознанием и способно ответственно распорядиться своим правом голоса. Если же население еще не готово к демократии, то его наилучшим интересам будет соответствовать нахождение у власти авторитарного правительства, при условии, что это правительство будет готовить свое население к демократии, способствуя повышению у него уровня политического образования и политической культуры, и постепенно проводить демократические реформы по мере готовности общества. В качестве примера можно привести длительную поддержку со стороны США авторитарных правительств в Египте, Пакистане, Саудовской Аравии или Турции. 8

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

В тех странах, где правительство, неважно демократическое или авторитарное, действует вразрез с национальными интересами США, Америка, в соответствии с доктриной нового мирового порядка, осуществляет вмешательство, в том числе и вооруженное, для отстранения такого правительства от власти и смены политического вектора данной страны на проамериканский. При необходимости для поддержания такого вектора Соединенные Штаты осуществляют длительную оккупацию данного государства, которая будет продолжаться до тех пор, пока в стране не сформируется проамериканская элита, которая сможет самостоятельно удерживать власть, сохраняя стабильность и контроль. Таким образом, удачный опыт американской оккупации Германии и Японии предполагалось распространить за пределы западного мира. Однако достаточно скоро стало понятно, что претворение в жизнь доктрины нового мирового порядка наталкивается на препятствие, которое в рамках господствующей на Западе постмодернистской социально-культурной парадигмы является непреодолимым. Дело в том, что установление плотного американского контроля над всем миром требовало интенсификации военной деятельности США и, по сути, превращения Америки в постоянно воюющее государство. Речь, естественно, не идет о мировой войне и о конфликтах с противниками равного Америке уровня, однако перспектива регулярной вовлеченности в региональные конфликты малой и средней интенсивности выглядела вполне реальной. Как пишет С.Ю. Глазьев, расширяя «зоны жизненных интересов США» до масштабов всей планеты, а содержание этих интересов – до контроля над природными, демографическими и экономическими ресурсами других стран, а также закрепляя исключительную монополию на применение силы в международных делах за американской военно-дипломатической машиной, мировая олигархия планирует обеспечивать свое господствующее положение. В обмен американскому народу обещают процветание и стабильность, поскольку состояние международной экономической системы напрямую сказывается на безопасности США, а стабильность повышает возможности для процветания. В свою очередь, процветание страны создает возможности для содержания вооруженных сил США, реализации инициатив в области внешней политики и оказания влияния на ситуацию в глобальном масштабе. Подчеркивается, что именно участие США в международных делах и степень их влияния позволяют сохранять стабиль№ 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

ность и обеспечивать условия для процветания международной экономической системы [4]. К моменту окончания холодной войны в американской элите сформировался достаточно широкий консенсус относительно принятия на вооружение доктрины нового мирового порядка как инструмента сохранения и закрепления господства США в мире. Однако реализация этой доктрины требовала особого морально-психологического состояния американского народа, которое заключалось бы в его готовности нести все тяготы и лишения военного времени. Следует отметить, что бремя нового мирового порядка стало бы для американского населения гораздо менее тяжелым, чем даже бремя войны во Вьетнаме, и к тому же было бы компенсировано статусом США как безоговорочного мирового лидера со всеми соответствующими привилегиями. Тем не менее это бремя было реальным, и успех реализации доктрины нового мирового порядка целиком и полностью зависел от готовности американского народа к его несению. Несмотря на подавляющее технологическое превосходство вооруженных сил США над своими противниками, эти противники сохраняли способность оказывать сопротивление американским войскам и наносить им урон в живой силе. Хотя количество жертв американских солдат в войнах постбиполярной эпохи на порядок снизилось по сравнению с предшествующим периодом, снижение способности общества переносить эти жертвы, сохраняя поддержку государственной военной политики, оказалось еще более существенным. Это во многом было вызвано распространением в обществе ценностей потребления и соответствующим размягчением воинского духа. Кроме того, американский народ традиционно преимущественно сфокусирован на внутренних проблемах, мало интересуется внешней политикой и поэтому ему бывает трудно объяснить необходимость рисковать жизнью американских военнослужащих, осуществляя интервенцию в удаленных регионах. В первый раз это наглядно проявилось в 1993 г., когда американские войска были введены в Сомали. Обстановка в этой стране резко ухудшилась после того, как в 1991 г. там был свергнут диктатор Сиад Барре. После этого страна полностью погрузилась в хаос, так как новое правительство оказалось неспособно осуществлять эффективный контроль за пределами нескольких кварталов в центре столицы страны Могадишо. Вся остальная территория оказалась в руках многочисленных банд и вооруженных отрядов полевых командиров, которые вели непрерывную войну друг с другом, и, кроме того, занимались морским пиратством № 4 (53) 2015

на торговых коммуникациях в Аденском заливе. Наиболее могущественным из этих полевых командиров был генерал Мухаммед Айдид, который контролировал значительную часть территории страны и ее столицы. В результате войны, засухи и полной дезорганизации хозяйственной жизни в стране разразился голод, унесший в 1992 г. жизни более 300000 человек. Миссия ООН, которая была развернута в стране в апреле 1992 г. для оказания гуманитарной помощи, не смогла выполнить свои задачи, так как вооруженные отряды грабили гуманитарные конвои, требовали оплаты пребывания на территории Сомали и создавали угрозу для жизни сотрудников ООН. Американские войска были введены в Сомали в декабре 1992 г. в составе контингента ООН в соответствии с резолюцией Совета Безопасности № 794, принятой во многом под давлением США. Эта резолюция давала право войскам ООН применять силу против местных вооруженных отрядов, если это будет необходимо для доставки помощи. Впоследствии была принята резолюция № 814, которая еще более расширяла права контингента ООН. Мадлен Олбрайт, занимавшая на тот момент должность постоянного представителя США в ООН, так прокомментировала эту резолюцию: «С этой резолюцией мы вступаем в беспрецедентное предприятие, нацеленное ни много ни мало на восстановление целой страны в качестве гордого, функционирующего и жизнеспособного члена мирового сообщества» [5]. 3.10.1993 группе американского спецназа была поставлена задача по захвату двух ключевых помощников Айдида. Эта задача была выполнена, однако в ходе боя были убиты 17 американских морских пехотинцев [6]. По телеканалу CNN были показаны кадры, на которых торжествующие сомалийские боевики носят по городу растерзанное тело американского бойца. Такой исход боя тактического уровня повлек за собой исключительно негативные стратегические последствия для американской внешней политики. По стране прокатилась волна антивоенных демонстраций, министр обороны США Лес Эспин был вынужден уйти в отставку, а американские войска были в спешном порядке выведены из Сомали. Таким образом, в американском стратегическом сообществе впервые возникли опасения, что сохранение и укрепление мирового господства США с помощью доктрины нового мирового порядка является покушением с негодными средствами. Впоследствии эти опасения были только усилены в ходе военных кампаний в Афганистане и Ираке. Однако провал нового мирового порядка не означал отказа американской элиты от претенВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

9


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

зий на доминирующее положение в мире, а лишь заставил ее искать иные способы обеспечения этого доминирования. В 1992 г. в военном журнале Parameters вышла статья американского политолога и дипломата Стивена Манна «Теория хаоса и стратегическое мышление», в которой были сформулированы основы альтернативной доктрины, которую можно условно назвать «доктриной нового мирового беспорядка». Манн еще тогда утверждал, что хаос и «самоорганизующаяся критичность» могут служить целям национальной безопасности США не хуже, чем стабильность и порядок. «Мы можем многому научиться, если рассматривать хаос и перегруппировку как возможности, а не рваться к стабильности как к иллюзорной цели в самой себе» [7]. В 2004 г. вышла книга американского политолога Збигнева Бжезинского «Выбор. Мировое господство или глобальное лидерство», в которой новая доктрина получила свое дальнейшее развитие. В этой книге новый мировой беспорядок предстает как определяющий фактор современного геостратегического ландшафта. По словам Бжезинского, «чтобы справиться с новым глобальным беспорядком, Америка нуждается в более изощренной стратегии, чем требовалось для ведения холодной войны, и в подходе более многогранном, нежели развернутая после 11 сентября антитеррористическая кампания» [8]. Мировым господством автор называет такую американскую геостратегию, при которой США активно используют вооруженную силу для продвижения своих интересов в различных регионах планеты, разрешения конфликтов, смены режимов и других важных целей. Глобальное лидерство предполагает упор на использование мягкой силы, привлечение союзников, американское посредничество и другие меры, которые не предполагают риска для жизней американских военнослужащих. Сам Бжезинский всячески ратует за второй вариант. По сути дела, переход США от мирового господства к глобальному лидерству и есть переход от нового мирового порядка к новому мировому беспорядку. Смысл новой доктрины заключается в следующем. Если США не могут установить в мире такой порядок, который соответствовал бы их интересам, то они, по крайней мере, должны всячески препятствовать установлению такого порядка, который был бы враждебен их интересам. Это означает, что США будут стремиться к дестабилизации тех регионов мира, где существует опасность консолидации антиамериканских сил и установления этими силами устойчивого и стабильного правления. 10

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

По замыслу авторов доктрины нового мирового беспорядка проведению такой политики благоприятствует удобное географическое положение США. Учитывая тот факт, что все основные стратегические конкуренты США расположены в Старом Свете, то именно он должен становиться объектом дестабилизирующих усилий Америки. Такие события, как войны и революции, как правило, имеют тенденцию распространяться на соседние регионы или хотя бы оказывать на них существенное влияние. США могут добиваться целей ослабления своих конкурентов, дестабилизируя даже не их самих, а их более уязвимых соседей. Сама же Америка при этом находится на достаточно комфортном удалении от Старого Света, чтобы чувствовать себя в безопасности. Экспорт нестабильности в Старый Свет, помимо геополитической, имеет также и экономическую подоплеку. Экономика США уже на протяжении ряда десятилетий находится в крайне разбалансированном состоянии, которое заключается в том, что эта страна импортирует гораздо больше, чем экспортирует, а тратит гораздо больше, чем зарабатывает. Так, государственный долг США приближается к $18 трлн., а их торговый дефицит в 2012 г. превысил $576 млрд. Компенсация этого дефицита в значительной степени осуществляется за счет постоянного притока капиталов в страну. Сохранение привлекательности американской экономики для иностранных капиталов является поэтому исключительно важной задачей Соединенных Штатов. Однако существующие величины государственного долга, торгового дефицита и ряда других важных показателей объективно снижают эту привлекательность и заставляют капиталы искать другие объекты для инвестиций, например, Европу, Японию или развивающиеся рынки. Дестабилизация военно-политической обстановки в том или ином регионе естественным образом пагубно сказывается на его экономическом развитии. Какие бы высокие темпы роста ни демонстрировала та или иная страна и регион, резкое падение уровня безопасности, вызванное боевыми действиями, межэтническими столкновениями, переворотами, обесценивает любые экономические соображения, которыми в обычное время руководствуются инвесторы и специалисты. Доминирующим в таких случаях становится желание покинуть опасный регион, чтобы не подвергать опасности свою жизнь, здоровье и собственность [9]. Создавая «управляемый хаос» организацией вооруженных конфликтов в зоне естественных интересов ведущих стран мира, США сначала про№ 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

воцируют эти страны на втягивание в конфликт, а затем проводят кампании по сколачиванию против них коалиций государств с целью закрепления своего лидерства. При этом США получают недобросовестные конкурентные преимущества, отсекают неконтролируемые ими страны от перспективных рынков, создают себе возможность облегчить бремя государственного долга за счет замораживания долларовых активов этих стран и обосновать многократное увеличение своих государственных расходов на разработку и продвижение новых технологий, необходимых для роста американской экономики [10]. Переход от доктрины нового мирового порядка к доктрине нового мирового беспорядка означает и кардинальное изменение представлений о том, кто является союзником, а кто противником США. В новых условиях такие традиционные союзники США, как Израиль или авторитарные светские проамериканские режимы в странах исламского мира, теряют свою привлекательность для Америки. И наоборот, в новых условиях открывается широкий простор для компромисса и стратегического взаимодействия с различного рода партиями, движениями и даже террористическими группировками, исповедующими идеологию исламского фундаментализма, с которыми США традиционно вели непримиримую борьбу. Смена ориентиров в выборе союзников потребовала и соответствующего изменения политической философии, которой руководствуются Соединенные Штаты в своей практической деятельности. В новых условиях руководство США стало уделять повышенное внимание распространению демократии в мире, даже и особенно в тех регионах, где демократические преобразования будут заведомо приводить к власти радикальных исламских фундаменталистов. Отброшенными оказались представления о необходимости развития демократического сознания в обществе, повышения уровня политической культуры и т.д. Как заявила с своем выступлении в Американском университете в Египте 20.06.2005 госсекретарь США Кондолиза Райс, «на протяжении 60 лет моя страна, Соединенные Штаты, отдавала предпочтение стабильности за счет демократии на Ближнем Востоке – и мы не добились ничего. Теперь мы меняем курс… Настал момент отбросить все отговорки, сдерживающие тяжелую работу демократии» [11]. С аналогичным призывом к демократии выступил и Барак Обама 4.06.2009 в своей речи в Каирском университете, посвященной взаимоотношениям США и исламского мира [12]. События арабской весны, в результате которых светские авторитарные правители, вполне лояль№ 4 (53) 2015

но относившиеся к Соединенным Штатам, теряли власть в результате массовых восстаний, в которых ведущую роль играли исламские фундаменталисты, такие как «Братья-мусульмане» в Египте, вполне укладываются в канву доктрины нового мирового беспорядка. США не только не сделали ничего, чтобы предотвратить свержение своих недавних союзников, например Мубарака или Бен Али, но и, наоборот, оказывали на них всяческое давление с требованием ухода в отставку. Показательной также является позиция США относительно гражданской войны в Сирии, где, по мнению американских официальных лиц, главная угроза миру и стабильности в регионе исходит не от радикальных террористических группировок, а от достаточно мягкого, светского и веротерпимого режима президента Башара Асада. Дестабилизация обстановки в Северной Африке и на Ближнем Востоке обладает потенциалом к волнообразному распространению и на другие регионы исламского мира. Именно этот потенциал дестабилизации позволяет говорить о существовании так называемой исламской дуги нестабильности, которая простирается от региона южнее Сахары в Африке через Северную Африку на Ближний Восток, Балканы, Кавказ, Южную и Центральную Азию и часть Юго-Восточной Азии. Если во всех указанных регионах светские правительства окажутся отстранены от власти, а на их место придут исламские фундаменталисты или вообще образуется вакуум власти, то угроза дестабилизации нависнет над Европой, Россией, Индией, Китаем, т.е. как раз над теми странами, которые по отдельности или вместе могут претендовать на лишение Америки статуса единственной сверхдержавы. Главным конкурентом США на настоящий момент является Китай. Эта страна сейчас занимает второе место в мире по объемам ВВП. По расчетам ЦРУ, в 2013 г. ВВП Китая должен был вырасти на 7,7%, в то время как ВВП США – всего лишь на 1,6% [13]. Среди экономистов существует достаточно устойчивый консенсус относительно того, что в обозримом будущем Китай станет первой экономикой мира. Кроме того, Китай занимает первое место в мире по объему золотовалютных резервов, почти в 30 раз опережая США по этому показателю. Важно также отметить, что Китай является крупнейшим держателем американского долга, а значит, обладает весомыми рычагами воздействия на американскую экономику [14]. При этом Китай больше не довольствуется статусом мирового «сборочного цеха» западных ТНК, как это было в первые десятилетия экономических реформ. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

11


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

В настоящее время Китай уделяет большое внимание и вкладывает большие средства в развитие фундаментальной науки и высоких технологий, а китайские компании неуклонно поднимаются вверх в цепочке создания стоимости. Однако Китай сохраняет почти полную политическую независимость от США и пресекает любые попытки американского вмешательства в свои дела с использованием традиционных для США инструментов мягкой силы. Это коренным образом отличает его от других экономических гигантов современности – Европейского Союза и Японии, которые, конкурируя с Америкой на экономическом поприще, в то же время находятся под достаточно плотным американским контролем через соответствующие военно-политические альянсы. При этом следует отметить, что экономические успехи Китая были достигнуты не на пути ломки установленных Америкой правил ведения экономической конкуренции, а на пути строго следования этим правилам, что лишает США тех аргументов, которые они использовали во время холодной войны против СССР. В Китае существует частная собственность, осуществляется свободное хождение иностранной валюты, предоставляются гарантии защиты прав инвесторов и в целом существует достаточно благоприятный деловой климат [15]. Темпы развития Китая объективно превращают его в главного стратегического, а не только экономического конкурента США, даже вне зависимости от намерений китайской элиты.В настоящее время можно констатировать отсутствие у Китая универсалистской идеологии, наличие которой является абсолютно необходимой предпосылкой для выполнения глобальной роли. Будучи страной с рыночной экономикой, Китай не может взять на вооружение идею коммунизма, как это делал СССР, а китайский национализм не может быть привлекательным за пределами самого Китая. Однако КНР выступает на международной арене активным сторонником государственного суверенитета и территориальной целостности государств, невмешательства в их внутренние дела и противником любых форм гегемонизма. В сочетании с обширными финансовыми возможностями Китая это позволяет ему делать успехи в установлении прочных отношений с самыми разными государствами, видящими для себя угрозу в американской гегемонии. В 2011 г. США официально провозгласили, что они переносят основной фокус своей внешней политики в Азиатско-Тихоокеанский регион. В статье госсекретаря США Хиллари Клинтон в 12

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

журнале Foreign Policy подробно обосновывалась важность этого региона для национальных интересов Америки и говорилось, что основными направлениями американской политики в нем будут 1) укрепление двусторонних военных альянсов; 2) укрепление отношений США с новыми центрами силы, включая Китай; 3) участие в деятельности региональных институтов; 4) расширение торговли и инвестиций; 5) закрепление своего военного присутствия широкого базирования; и 6) продвижение демократии и прав человека [16]. При всей миролюбивой тональности статьи, она, тем не менее, оставляет впечатление, что Америка готовится именно к усилению конфронтации, а не к углублению сотрудничества. Это впечатление усиливается переброской в АТР американских войск из Европы и Ближнего Востока, а также их планами по размещению в Японии РЛС для своей стратегической ПРО [17]. Как говорится в Четырехлетнем докладе о состоянии обороны Министерства обороны США, «Министерство выполнит приказ Президента по переброске наших войск в этот критически важный регион. Наша твердая приверженность миру и безопасности в АТР требует устойчивой способности к сдерживанию агрессии, эффективным действиям во всех сферах и решительному реагированию на возникающие кризисы и чрезвычайные ситуации. Для достижения этих целей мы укрепляем и совершенствуем наши военные союзы, планы и возможности по всему региону» [18]. Китай, в свою очередь, тоже предпринимает активные усилия по укреплению своей армии и оснащению ее новым, более совершенным вооружением. Тревога по поводу роста военной мощи Китая содержалась уже в Четырехлетнем докладе о состоянии обороны за 2006 г., где говорилось буквально следующее: «Модернизация вооруженных сил Китая ускорилась, начиная со второй половины 90-х гг., в ответ на требование центрального руководства разработать планы военного решения тайваньской проблемы. По всей видимости, Китай продолжит делать крупные вложения в создание высокотехнологичного асимметричного военного потенциала с упором на ведение электронной и компьютерной войн, противокосмические операции, баллистические и крылатые ракеты, передовые интегрированные системы ПВО, торпеды нового поколения, современные подводные лодки, возможности для стратегического ядерного удара с использованием современных сложных систем наземного и морского базирования, а также беспилотные летательные аппараты для ТВД» [19]. Таким образом, мы видим наращивание в регионе военных по№ 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

тенциалов двух ведущих конкурирующих между собой мировых держав, что само по себе является источником роста напряженности. При этом в последние годы мы становимся свидетелями перехода Китая к более активной и наступательной внешней политике в регионе. В частности, Китай актуализировал свои территориальные претензии к ряду государств региона относительно территориальной принадлежности ряда островов в Восточно-Китайском и ЮжноКитайском морях. В первую очередь речь идет об архипелаге в Восточно-Китайском море, который в Японии называется Сенкаку, а в Китае Дяоюйдао, и который в настоящее время контролируется Японией. После того, как в сентябре 2012 г. Япония выкупила эти острова, до того момента находившиеся в частной собственности японского гражданина, китайские военные самолеты и корабли стали регулярно вторгаться в воздушное пространство и прибрежные воды этих островов, что несколько раз приводило к инцидентам. В ноябре 2013 г. Китай объявил о создании в Восточно-Китайском море опознавательной зоны своей ПВО, в которую были включены и острова Сенкаку, и потребовал, чтобы все воздушные суда, пролетающие над архипелагом, докладывали китайским авиадиспетчерам план своего полета. Кроме того, в мае 2014 г. Китай установил буровую вышку в районе островов Спратли, на который также претендует Вьетнам и ряд других государств. Но главным все равно остается спор между Китаем и Японией по поводу островов Сенкаку. Дело в том, что Япония является военным союзником США. На ее территории размещены американские военные базы, да и сам отказ Японии иметь вооруженные силы в их традиционном понимании имеет место только благодаря американским гарантиям безопасности. Таким образом, национальная безопасность Японии, включая ее территориальную целостность, напрямую зависит от прочности этих гарантий. Однако в условиях обострения отношений Японии с Китаем американские гарантии Японии приобретают совершенно другую цену. Если кризис в этих отношениях не удастся урегулировать мирным путем, то Америка окажется перед лицом военного конфликта с Китаем, который может перерасти не просто в полномасштабную войну, но в войну мировую. В настоящее время американское военное превосходство над любым потенциальным противником, включая и КНР, не подвергается сомнению, если сравнивать параметры военной мощи обеих стран. Однако, во-первых, превосходство вообще совершенно не означает № 4 (53) 2015

превосходства на конкретном ТВД, а во-вторых, абстрактные показатели, связанные с численностью войск, количеством и качеством вооружений, структурой сил, являются недостаточными для прогноза развития военно-политической обстановки, так как они не принимают во внимание субъективный фактор, связанный с отношением сторон к потенциальному военному конфликту. Включение этого фактора в рассмотрение делает картину еще более запутанной. За 23 года, прошедшие со времени окончания холодной войны, США провели ряд победоносных военных кампаний, которые, казалось бы, подтверждали в глазах мировой общественности их статус сильнейшей военной державы мира. Однако мировая общественность при этом зачастую упускает из внимания тот факт, что все эти кампании были проведены либо против изначально слабых в военном отношении стран, либо против стран, чья военная мощь была подорвана длительными санкциями. Находящиеся под контролем США СМИ, создавая Америке ореол непобедимости, часто приуменьшали американские потери и другие их неудачи, и поэтому многие потенциальные противники США, находясь под воздействием этого образа, предпочитают не обострять противостояние с ними, еще более укрепляя их имидж. Потенциальный военный конфликт с Китаем может как сделать этот имидж непререкаемым, так и полностью разрушить его. Однако следует учитывать, что с противником такого уровня США не сталкивались со времен Второй мировой войны. Количество жертв такой войны станет серьезным испытанием для американского населения, которое и так обладает достаточно низкой терпимостью к военным потерям, о чем уже было сказано выше. Это фактор, если и не осознается широкой мировой общественностью, тем не менее не является секретом для стратегического сообщества, в том числе и китайского, и с неизбежностью влияет на его расчеты. В этой связи представляется уместным анализ нового фактора международных отношений, проявляющегося, прежде всего, в переносе военно-политических, экономических и других важнейших векторов международной политики на страны АТР. Статья V Договора о взаимном сотрудничестве и безопасности между Японией и США гласит, что «стороны признают, что вооруженное нападение на любую из сторон на территории, находящейся под управлением Японии, представляет угрозу для мира и безопасности обеих, и заявляют, что они будут принимать меры для противоВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

13


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

действия общей угрозе в соответствии со своими конституционными положениями и процедурами» [20].Это означает, что президент США, для того чтобы направить американские войска для ведения боевых действий, должен получить одобрение Конгресса, однако, учитывая официальную позицию США по вопросу суверенитета над островами, а также общую усталость американского общества от войн в Афганистане и Ираке, существует большая вероятность того, что Конгресс проголосует против участия американских войск в войне с Китаем, если вопрос об этом будет поставлен таким образом. Если же США откажутся защищать Японию от китайского нападения, это автоматически вызовет падение доверия к ним как к надежному военному союзнику и обрушит ту систему альянсов в регионе, которые США выстраивали так долго и тщательно. Такие страны, как Южная Корея, Филиппины, Австралия и Таиланд, которые имеют на данный момент такие же договоры с США, как и Япония, а также и ряд других, которые на данный момент тяготеют к США, будут вынуждены либо договариваться с Китаем, либо выстраивать систему коллективной безопасности в регионе без участия США. Это будет означать конец глобальной сверхдержавной роли США с самыми катастрофическими последствиями для американского доллара. Поэтому в ближайшее время с большой вероятностью можно ожидать от США активизации попыток дестабилизации Китая с помощью уйгурского фактора, что полностью соответствует доктрине нового мирового беспорядка. Каковы же роль и место России в этом динамично меняющемся мироустройстве? Несомненно, даже только в силу своего географического положения, Россия не может оставаться в стороне от этих процессов. Оказавшись, вследствие событий на Украине, в политической и экономической изоляции со стороны США, Евросоюза и ряда других стран – союзников США, Россия, как показали визиты Президента РФ в КНР и страны Южно-Американского региона, намерена интенсифицировать ранее начавшуюся диверсификацию международного сотрудничества с Запада на Восток. И хотя в принятой в 2013 г. Концепции внешней политики РФ и были отражены адекватные на тот момент политические реалии, очевидно, что ситуация второй половины 2014 г. заставляет на многие вопросы, особенно в контексте сотрудничества с США, странами Европы, Канадой, Австралией, а также государствами-участниками СНГ смотреть совершенно по-новому. Вместе с тем, говоря о той же 14

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

концепции, нельзя оставить без внимания ряд положений, касающихся сотрудничества со странами АТР на многовекторной основе: возрастающее значение приобретает укрепление позиции России в Азиатско-Тихоокеанском регионе, что обусловлено принадлежностью нашей страны к этому самому динамично развивающемуся геополитическому пространству, куда последовательно смещается центр тяжести мировой экономики и политики. Россия заинтересована в активном участии в интеграционных процессах в Азиатско-Тихоокеанском регионе, использовании его возможностей при реализации программ экономического подъема Сибири и Дальнего Востока, в создании в Азиатско-Тихоокеанском регионе транспарентной и равноправной архитектуры безопасности и сотрудничества на коллективных началах; принципиальное значение для России имеет общее оздоровление военно-политической обстановки в Азии, где сохраняется значительный конфликтный потенциал, наращиваются военные арсеналы, увеличивается опасность распространения оружия массового уничтожения. Россия последовательно выступает за урегулирование вовлеченными сторонами всех имеющихся разногласий политико-дипломатическими средствами при строгом соблюдении основополагающих принципов международного права; Россия считает важными формирование и продвижение в Азиатско-Тихоокеанском регионе партнерской сети региональных объединений [21]. Особое значение в этом контексте придается укреплению роли ШОС в региональных и глобальных делах, конструктивное влияние которой на положение дел в регионе в целом заметно возросло. Как отмечает Л.Г. Ивашов, ШОС – это альтернатива в миропостроении, философии международных отношений, выживаемости человечества. Это фактически коалиция 5-6 мировых цивилизаций. Россия будет, безусловно играть ведущую роль в этой организации – в плане высоких технологий, интеллектуального потенциала, источника разумно используемого в общих интересах сырья, и наконец, в духовном плане [22]. Усилия России по налаживанию стратегического диалога по ключевым аспектам безопасности и сотрудничества в Азиатско-Тихоокеанском регионе будут подкрепляться активностью и в других форматах: форуме «Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество», диалоге Россия – Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Региональном форуме АСЕАН по безопасности, форуме «Азия – Европа», Совеща№ 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

нии по взаимодействию и мерам доверия в Азии, Совещании министров обороны стран АСЕАН с диалоговыми партнерами, форуме «Диалог по сотрудничеству в Азии». Вместе с тем современные внешнеполитические реалии диктуют как необходимость корректировки указанной концепции и принятия соответствующего Указа Президента РФ, так и выработку и последующую реализацию комплекса мер, призванных обеспечить интенсификацию сотрудничества в интересах национальной безопасности РФ, а также создания региональной архитектуры единой и неделимой безопасности, за которую последовательно выступает Россия, прежде всего, со странами АТР по всем направлениям, включая военное, как на двусторонних, так и многосторонних и региональном уровных, в целом. В этой связи особую актуальность приобретает сотрудничество с Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), которая была образована 8 августа 1967 г. в Бангкоке. Первоначально в нее вошли Индонезия, Малайзия, Сингапур, Таиланд, Филиппины. Позднее присоединились Бруней-Даруссалам (1984 г.), Вьетнам (1995 г.), Лаос и Мьянма (1997 г.), Камбоджа (1999 г.). Юридической базой взаимоотношений стран «десятки» служат три декларации согласия АСЕАН – 1976 г., 2003 г. и 2011 г., а также Договор о дружбе и сотрудничестве в Юго-Восточной Азии (Балийский договор) 1976 г., допускающий с 1987 г. возможность присоединения внерегиональных государств. В октябре 2003 г. к нему присоединились Китай и Индия, в июле 2004 г. – Япония и Пакистан, в ноябре 2004 г. – Россия и Южная Корея, в июле 2005 г. – Новая Зеландия и Монголия, в декабре 2005 г. – Австралия, в июле 2009 г. – США, в июле 2010 г. – Турция и Канада. 15 декабря 2008 г. вступил в силу Устав АСЕАН. Высший орган АСЕАН – встречи глав государств и правительств (саммиты), которые проходят дважды в год (как правило, весной и осенью). Текущее руководство деятельностью Ассоциации осуществляет Координационный совет АСЕАН в составе министров иностранных дел. На регулярной основе созываются встречи профильных министров и старших должностных лиц по конкретным направлениям взаимодействия, в Джакарте действует Секретариат АСЕАН во главе с Генеральным секретарем. В целях улучшения взаимодействия на базе Секретариата Ассоциации создан Комитет постоянных представителей при АСЕАН, в который каждое государство «десятки» назначило своего постпреда в ранге посла. Председатель АСЕАН сменяется ежегодно на ротационной основе (в 2011 г. – Индонезия, в № 4 (53) 2015

2012 г. – Камбоджа, в 2013 г. – Бруней, в 2014 г. – Мьянма). В 2003 г. лидерами объединения одобрена концепция Сообщества АСЕАН, предусматривающая в качестве триединой задачи создание в рамках Ассоциации к 2020 г. (позднее этот срок был перенесен на 2015 г.) Сообщества политики и безопасности, Экономического сообщества и Социально-культурного сообщества. На ее реализацию нацелена «Вьентьянская программа действий», принятая на 10-м саммите АСЕАН в ноябре 2004 г. Этот документ ставит задачу более тесной интеграции и параллельного сокращения разрыва в уровнях развития стран-членов. В ходе 19-го саммита «десятки» в Индонезии принято решение о создании в Ассоциации к 2022 году «общей платформы по глобальным проблемам», предполагающей формирование консолидированной позиции «десятки» по актуальным мировым проблемам. Важное место в асеановской внешнеполитической деятельности занимают усилия по созданию в ЮВА зоны, свободной от ядерного оружия. Соответствующий договор был подписан в Бангкоке в 1995 г. и вступил в силу в 1997 г. В экономической сфере страны Ассоциации проводят линию на углубление внутренней интеграции и торговую либерализацию на базе подписанного в 1992 г. и вступившего в силу 1 января 2002 г. Соглашения о создании Зоны свободной торговли АСЕАН (АФТА), рамочного соглашения о Зоне инвестиций АСЕАН (АИА) и схемы Промышленного сотрудничества АСЕАН (АИКО). Одновременно АСЕАН идет по пути либерализации торговли с ведущими внерегиональными партнерами. По состоянию на конец 2011 г. Ассоциация подписала соглашения о свободной торговле с Китаем, Японией, Республикой Корея, Индией, а также общее – с Австралией и Новой Зеландией. К 2024 г. планируется создание зоны свободной торговли АСЕАН–Китай, Республика Корея и Япония. В последние годы в числе приоритетов экономической повестки дня Ассоциации активно обсуждаются вопросы энергетической и продовольственной безопасности. В увязке с осенними асеановскими встречами на высшем уровне ежегодно проводится Деловой и инвестиционный саммит АСЕАН, открытый для участия представителей стран – диалоговых партнеров. Сегодня АСЕАН с ее населением, приближающимся к 600 млн. человек, совокупным ВВП в 1,5 трлн. долл. США, внешнеторговым оборотом в 2,04 трлн. долл. США и стабильными темпами экономического роста – одна из крупнейших региональных организаций. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

15


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

АСЕАН выступает в роли одного из системообразующих элементов формирующейся архитектуры безопасности и сотрудничества в АТР. Вокруг нее концентрируется ряд механизмов и структур, в основе которых лежит система т.н. «диалогов» Ассоциации с ведущими государствами мира, зародившаяся в 70-е гг. Полномасштабными партнерами по диалогу с АСЕАН являются 9 стран (Австралия, Индия, Канада, Китай, Новая Зеландия, Республика Корея, Россия, США, Япония), а также ЕС. «Секторальный» партнер Ассоциации по диалогу – Пакистан. Основные направления взаимодействия определяются на ежегодных встречах министров иностранных дел АСЕАН и партнеров по диалогу, которые проходят в привязке к совещаниям министров иностранных дел Ассоциации в рамках т.н. Постминистерских конференций в формате «10 плюс 1». Наиболее продвинутые диалоговые партнеры АСЕАН – КНР, Япония, РК – регулярно проводят встречи с асеановцами на высшем уровне. С 2002 г. созываются саммиты АСЕАН–Индия. В ноябре 2011 г. подписана Декларация о всеобъемлющем партнерстве АСЕАН–ООН, принято решение о проведении ежегодных встреч в верхах. На разовой основе организовывались саммиты Ассоциации с Австралией, Новой Зеландией и Евросоюзом. Состоялись два российско-асеановских саммита и три встречи на высшем уровне АСЕАН–США. С 2005 г. раз в год в привязке к осенним встречам Ассоциации на высшем уровне проводятся Восточноазиатские саммиты (ВАС) в формате «АСЕАН плюс 6» (КНР, Япония, РК, Индия, Австралия, Новая Зеландия). На 5-м саммите ВАС 30 октября 2010 г. оформлено официальное присоединение к этому механизму России и США. Первый саммит ВАС в формате «АСЕАН плюс 8» состоялся 19 ноября 2011г. на о.Бали, Индонезия. В апреле 2010 г. по инициативе Вьетнама принято решение о создании механизма Совещаний министров обороны АСЕАН с восемью основными партнерами по диалогу, включая Россию («СМОА плюс»), первая встреча состоялась 11-13 октября 2010 г. в Ханое. По ее итогам принята Совместная декларация, в которой «СМОА плюс» определяется в качестве ключевого компонента региональной архитектуры безопасности. Участники форума заявили о готовности объединить совместные усилия в обеспечении региональной безопасности на основе базовых принципов АСЕАН (уважение независимости, суверенитета, равенства и территориальной целостности всех государств, мирное урегулирование конфликтов). Практическая работа ведется на уровне старших 16

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

должностных лиц оборонных ведомств, рабочих групп военных экспертов, а также в рамках пяти профильных экспертных рабочих групп (ЭРГ) – в сферах гуманитарной поддержки и ликвидации последствий бедствий, морской безопасности, военной медицины, борьбы с терроризмом и миротворчества. Вторая встреча в рамках СМОА плюс состоялась 29 августа 2013 г. в Брунее, которой предшествовали грандиозные учения по ликвидации последствий масштабной гуманитарной катастрофы, организованные ЭРГ по гуманитарной поддержке и ликвидации последствий бедствий и ЭРГ по военной медицине. Проведение очередного совещания запланировано на вторую половину 2015 г. в Малайзии. С 2014 по 2016 года Российская Федерация и Королевство Таиланд приняли функции сопредседателей в ЭРГ по военной медицине, в которой ранее сопредседательствовали Сингапур и Япония. Указанная группа была сформирована для обсуждения наиболее актуальных проблем в области военной медицины, обмена практическим опытом военных врачей, стандартизации и унификации лечебного оборудования, лекарственных средств, уровней и норм оказания медицинских услуг, решения других вопросов в интересах расширения сотрудничества военно-медицинских служб стран-участниц. К основным целям экспертной рабочей группы относятся: формирование эффективного регионального сообщества профессиональных военных медиков и развитие их взаимодействия; оказание содействия в обмене опытом между военно-медицинскими службами странучастниц; развитие и укрепление сотрудничества, координация детальности в ходе проведения гуманитарных и спасательных операций и других миссий, которые могут возникнуть в будущем; повышение уровня подготовки кадров, создание необходимых ресурсов для эффективного медицинского обеспечения такого рода региональных мероприятий. При этом ЭРГ ВМ должна концентрироваться на практическом осуществлении конкретных шагов во взаимодействии и по предварительному согласованию со всеми странами-участницами «СМОА плюс». Задачи сопредседателей в руководящих документах четко не определены. Их можно сформулировать, исходя из логики и анализа результатов деятельности этого органа: № 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

инициативная подготовка планов практической работы на предстоящий период (два или три года), включая семинары, совместные командноштабные тренировки и полевые учения, их обсуждение и согласование с коллегами из других государств в рабочем порядке; материально-техническое и финансовое участие в совместных операциях по медицинскому обеспечению гуманитарных и спасательных акций в регионе; координация взаимодействия медицинских служб, обмен опытом и информацией, в том числе в сфере подготовки военно-медицинских кадров; обобщение опыта и инициативное продвижение предложений по повышению эффективности и сотрудничества, в том числе за счет организации взаимодействия смежных экспертных групп, а также налаживание контактов между подразделениями вооруженных сил стран-участниц как неотъемлемой части укрепления мер доверия и улучшения взаимопонимания. С учетом того, что в последнее время военно-политическим руководством ведущих мировых держав уделяется возрастающее внимание вопросам оказания гуманитарного содействия иностранным государствам, пострадавшим в результате различных катастроф, в первую очередь стихийных бедствий природного и техногенного характера, в 2016 г. планируется проведение учений, подобных брунейским, которые будут организованы Россией, Таиландом, а также Японией и Лаосом, сопредседательствующими в ЭРГ по гуманитарной поддержке и ликвидации последствий бедствий. Развитие внешнеполитической обстановки, попытки расшатывания существующей системы международного права и международной безопасности, основанной на Уставе ООН, наличие значительного количества конфликтов низкой интенсивности, а также увеличение степени риска возникновения чрезвычайных ситуаций, прежде всего, техногенного характера, дикту-

ет необходимость адекватного участия России и ее Вооруженных Сил в процессе ликвидации их последствий [23]. Участие в операциях гуманитарной содействия позволяет совершенствовать профессиональные навыки военнослужащих, приобретать опыт работы в тесном взаимодействии с зарубежными партнерами и международными гуманитарными организациями, благоприятно сказывается на престиже и международном восприятии нашего государства, особенно в тех странах и регионах, которым оказывается гуманитарное содействие. Таким образом, в перспективе, речь может идти не только о позиционировании Минобороны России в качестве серьезного игрока на данном поле, но и о возможном перехвате инициативы у традиционных «доноров», что предоставит нашей стране возможность продвигаться в решении ряда стратегических задач в различных регионах в форме «мягкого» присутствия. Подводя итог, можно констатировать, что в настоящее время происходит рассредоточение мирового потенциала силы и развития, его смещение на Восток, в первую очередь, в АзиатскоТихоокеанский регион. Выход на авансцену мировой политики и экономики новых игроков на фоне стремления западных государств сохранить свои привычные позиции сопряжен с усилением глобальной конкуренции, что проявляется в нарастании нестабильности в международных отношениях, изменении военного соотношения сил между различными государствами и группами государств, стремлении к наращиванию и модернизации наступательных потенциалов, созданию и развертыванию новых видов вооружений. Все вышеперечисленное позволяет спрогнозировать в ближайшее время рост военно-политической активности в АТР, что, в перспективе, открывает широкие возможности для интенсивного и разноформатного международного военного сотрудничества, в первую очередь в гуманитарной сфере.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Дамаскин О.В. Россия в современном мире: проблемы национальной безопасности. Монография. М. Наука. 2007. 2. Address Before a Joint Session of the Congress on the Persian Gulf Crisis and the Federal Budget Deficit by George H.W. Bush, President of the USA. Washington, D.C., 11 September 1990 https://en.wikisource.org/wiki/Toward_a_New_World_Order 3. National Security Strategy of the United States, The White House, Washington, D.C., 1991 http://nssarchive.us/NSSR/1991.pdf 4. Глазьев С.Ю. Стратегия опережающего развития России в условиях глобального кризиса. Монография. М. Экономика. 2010 5. Bolton J.R. Wrong Turn in Somalia, Foreign Affairs, 1994, January-February http://www.foreignaffairs.com/articles/49438/ john-r-bolton/wrong-turn-in-somalia 6. Bowden M. A Defining Battle, November 16, 1997 http://inquirer.philly.com/packages/somalia/nov16/rang16.asp 7. Манн С. Теория хаоса и стратегическое мышление http://www.geopolitica.ru/Articles/893/ 8. Бжезинский Зб. Выбор. Мировое господство или глобальное лидерство. – М.: Международные отношения, 2010, 262 с.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

17


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ 9. Ивашов Л.Г. Геополитическое измерение национальной безопасности России. М. 2002 10. Глазьев С.Ю. Как не проиграть в войне. Аналитический доклад. М. 2014 11. Rice C. Remarks at the American University in Cairo, June 20, 2005, Интернет-сайт Госдепартамента США http://20012009.state.gov/secretary/rm/2005/48328.htm 12. Obama B. Remarks by the President on a New Beginning, Cairo University, Egypt, June 4, 2009, Интернет-сайт Белого дома США http://www.whitehouse.gov/the-press-office/remarks-president-cairo-university-6-04-09 13. Obama B. Remarks by the President on a New Beginning, Cairo University, Egypt, June 4, 2009, Интернет-сайт Белого дома США http://www.whitehouse.gov/the-press-office/remarks-president-cairo-university-6-04-09 14. Foreign Portfolio Holdings of US Securities as of June 30, 2013, Department of the Treasury, April 2014, Интернет-сайт Министерства финансов США http://www.treasury.gov/ticdata/Publish/shla2013r.pdf 15. Глазьев С.Ю. Уроки очередной Российской революции. Крах либеральной утопии и шанс на "экономическое чудо". Монография. М. Известия. 2011 16. Clinton H. America’s Pacific Century, Foreign Policy, November 2011 http://www2.warwick.ac.uk/fac/soc/pais/research/ easg/easg_calendar/america27s_pacific_century_2011.pdf 17. Entous A., Barnes J.E. US Plans New Asia Missile Defenses, The Wall Street Journal, August 23, 2012 http://online.wsj.com/ news/articles/SB10000872396390444812704577605591629039400 18. Quadrennial Defense Review 2014, p. 16, Интернет-сайт Министерства обороны США http://www.defense.gov/ pubs/2014_Quadrennial_Defense_Review.pdf 19. Quadrennial Defense Review 2006, p. 29-30, Интернет-сайт Министерства обороны США http://www.defense.gov/qdr/ report/Report20060203.pdf 20. Treaty of Mutual Cooperation and Security between Japan and the United States of America http://en.wikisource.org/wiki/ Treaty_of_Mutual_Cooperation_and_Security_between_Japan_and_the_United_States_of_America 21. Концепция внешней политики РФ, утвержденная Президентом РФ 12 февраля 2013 г. 22. Ивашов Л.Г. Я горд, что я русский генерал. М. Книжный мир. 2013 23. Дамаскин О.В. Российская армия в современном общкстве: проблемы и перспективы. Монография. Юрлитинформ. 2011.

N.A. SAMOYLOVSKAYA

Н.А. САМОЙЛОВСКАЯ

РОЛЬ РУМЫНИИ В ПРОДВИЖЕНИИ ЕВРО-АТЛАНТИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ ДЛЯ ЧЕРНОМОРСКОГО РЕГИОНА ROLE OF ROMANIA IN PROMOTION OF THE EURO-ATLANTIC STRATEGY FOR THE BLACK SEA REGION В предложенной статье проводится анализ становления политики Румынии в сфере безопасности в Черноморском регионе. Особое внимание уделяется процессу евро-атлантической интеграции Румынии и его влиянию на региональную политику Румынии в сфере безопасности. Статья носит ретроспективный характер и ограничивается двадцатилетним периодом становления региональной политики Румынии (1990-2010 гг.) в Черноморском регионе. В этом контексте в статье не затрагивается Украинский кризис и его влияние на ситуацию в Черноморском регионе. The article highlights the role of Romania in the emerging Black Sea Region. The author focuses attention on Romania’s EuroAtlantic integration process and influence of it on the regional policy of Romania in security field. The article offers retrospective glance at twenty-year Romanian policy (1990-2010) in the Black Sea Region. In this context the influence of Ukrainian crises on the situation in the Black Sea Region is not discussed. Ключевые слова: Черноморский регион, региональная безопасность, Румыния, НАТО, ЕС. Keywords: The Black Sea Region, regional security, Romania, NATO, EU.

После самороспуска Организации Варшавского договора и распада СССР в 1990-х гг. политическая элита Румынии приняла курс на интеграцию в евро-атлантическое сообщество. Первым шагом стало вступление Румынии в программу «Партнерство ради мира» НАТО в 1994 г., что способствовало подготовке Румынии к дальнейшей евроинтеграции и вступлению в НАТО. В 1995 г. 18

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Палата депутатов и Сенат Румынии утвердили основные Положения по вопросу интеграции Румынии в евро-атлантические политические, стратегические и экономические структуры. В 1997 г. обе палаты Парламента Румынии обратились к 16 странам – членам НАТО с просьбой поддержать включение Румынии в Альянс во время ближайшей волны расширения. Румынский № 4 (53) 2015


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

исследователь С. Соаре подчеркивает, что впервые упоминание о намерениях вступить в НАТО и ЕС концептуализированы в Стратегии национальной безопасности Румынии от 1999 г. По ее мнению, Стратегия национальной безопасности отразила переходное состояние внутренней и внешней политики Румынии. В 2001 г. Парламент Румынии подтвердил выполнение обязательств в соответствии с Национальной программой подготовки Румынии к вступлению в НАТО. В этом же году была принята новая Стратегия национальной безопасности Румынии, в которой приоритетом обозначены стратегическое партнерство с США, взаимоотношения с Западной Европой, Молдовой и приграничными государствами. В 2002 г. во время саммита НАТО в Праге Румыния, как и другая черноморская страна – Болгария, получили официальное приглашение к членству в НАТО. Как указал бывший советник-посланник Посольства Румынии в России В. Буга в преддверии вступления страны в НАТО в 2003 г., одним из преимуществ вступления Румынии и Болгарии в НАТО может быть более весомое присутствие Альянса в зоне Черного моря. По его мнению, это присутствие будет способствовать созданию стабильной обстановки в регионе и «подключению других стран, расположенных на этом пространстве, к процессу европейской и евро-атлантической интеграции». В этом контексте Румыния могла бы стать звеном, связывающим «северное и южное направления, центрально-европейский и юго-восточный фланги НАТО, расширив ареал ответственности организации». В 2004 г. Румыния и Болгария стали членом Североатлантического Альянса. В 2007 г. – членами ЕС. Этот факт стал определяющим для политики безопасности Румынии и Болгарии в Черноморском регионе. В Стратегии национальной безопасности Румынии от 2007 г. в разделе «Румыния – динамический вектор безопасности и процветания в Черноморском регионе» основной стратегической целью является содействие «европейскому и евро-атлантическому участию в регионе». Это содействие Румыния видит в активном продвижении евро-атлантической стратегии для Черноморского региона, основой которой станет совместный подход НАТО-ЕС к процессу стабилизации Юго-Восточной Европы. «Расширение ответственности ЕС в стабилизации и реконструкции региона, усиление присутствия и вклада НАТО и программы «Партнерство ради мира» НАТО в продвижение демократии, мира и безопасности, так же, как и присутствие некоторых № 4 (53) 2015

американских оперативных возможностей в регионе – факторы, которые являются достаточным основанием для такой стратегии». Стратегия национальной безопасности Румынии от 2007 г. представляет большую ценность с точки зрения анализа подхода Румынии к безопасности в Черноморском регионе. В Стратегии ясно определена цель, задачи политики Румынии в регионе, основные угрозы для безопасности Румынии. Среди рисков и угроз выделяются: «международный терроризм; распространение оружия массового поражения и средств его доставки; локальные конфликты; нелегальная торговля оружием, боеприпасами и взрывчатыми веществами; наркоторговля; нелегальная миграция и торговля людьми; неэффективное правительство под влиянием местной коррупции и организованной преступности, характеризующееся дефицитом демократии и неспособностью правильно применять привилегии, предоставленные суверенным государствам». Основными задачами политики Румынии в Черноморском регионе являются: создание «новой платформы для диалога и сотрудничества» посредством инициативы «Черноморский Форум диалога и партнерства», которая по своей сути представляет собой дублирование отлаженных и жизнеспособных функций ОЧЭС; превращение Черноморского региона в Евро-регион. Для решения замороженных конфликтов в Черноморском регионе в Стратегии национальной безопасности Румынии от 2007 г. предлагается разработать общие принципы «в соответствии с интересами народов, сообществ и государств региона, интересами безопасности Евро-атлантического сообщества и обеспечением международного права». В качестве принципов предлагаются обязательства: «не признавать и не поощрять сепаратистские режимы при любых условиях; решительно противостоять терроризму и другой деятельности, относящейся к терроризму; вывод иностранных войск, находящихся нелегально на территории различных анклавов; под международным контролем ликвидировать склады оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ; разоружить полувоенные группы, образованные нелегальными режимами на территории сепаратистских регионов». Концептуализации политики Румынии в Черноморском регионе в Стратегии национальной безопасности от 2007 г. предшествовала большая работа министерства иностранных дел Румынии с правительством США при участии Германского фонда им. Маршалла в США, Агентства США по международному развитию (USAID) и других ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

19


ГЕОПОЛИТИКА И ОБОРОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ

частных фондов Европы и США. Целью переговоров, длившихся с 2002 г., было создание долгосрочной инициативы «Черноморское доверие» «по усилению демократии, регионального сотрудничества в области развития гражданского общества, поддержки качественного управления в Черноморском регионе». В официальном прессрелизе Германского фонда им. Маршалла в США от 2006 г., посвященному созданию инициативы «Черноморское доверие» в Бухаресте (Румыния), отмечается активная позиция президента Румынии Т. Бэсеску (2004-2014 гг.), поспособствовавшая превращению инициативы «Черноморское доверие» из концепта в реальность. Бывший президент Румынии Т. Бэсеску уделял большое внимание усилению роли НАТО в Черноморском регионе. В преддверии Саммита НАТО в Бухаресте 2008 г., во время беседы в Брюсселе Т. Бэсеску обратил внимание на то, что присутствие Украины и Грузии на Саммите будет «важным сигналом для возможного включения в НАТО». В одном из своих интервью во время посещения штаб-квартиры НАТО после Саммита НАТО в Бухаресте в 2008 г. Т. Бэсеску отметил, что существует несколько причин, по которым он и Румыния «являются инициаторами включения Черноморского региона в качестве приоритета для НАТО и ЕС». Основными причинами являются создание конкуренции в снабжении Европы энергоресурсами, а также угрозы незаконной торговли людьми, оружием и наркотиками. Но самой важной причиной, по мнению Т. Бэсеску, является «чувствительность региона» из-за слияния в нем различных культур и регионов.

20

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Подводя итог, можно констатировать, что Румыния уделяет большое внимание Черноморскому региону, чему, кстати, свидетельствует концептуализация понятия в Стратегии национальной безопасности 2007 г., популярность проблемы в научных, военных и политических кругах. Попытки Румынии собственные региональные инициативы, дублирующие функции существующих региональных организаций как ОЧЭС, Черноморская военно-морская группа оперативного взаимодействия «Блэксифор», демонстрируют стремление Румынии к перераспределению регионального баланса. Немалую роль в содействии региональным инициативам Румынии играют научные центры США. В соответствии со Стратегией национальной безопасности Румынии 2007 г., страна является активным проводником евро-атлантического сообщества в Черноморском регионе. Это позволяет Румынии укреплять собственные региональные позиции за счет дополнительных ресурсов партнеров. В этой связи Румыния особое внимание отводит стратегическому партнерству с США и вовлеченности США в региональные процессы в Черноморском регионе. Принятие решения о размещении элементов противоракетной обороны (ПРО) на территории Румынии подтверждает особую роль Румынии в развитии военного потенциала Европы при участии США. Интерес США к Румынии может быть связан с созданием более солидарного в отличие от Турции союзника США в Черноморском регионе. Кооперация двух черноморских стран (Румынии, Турции) и Польши по вопросу ЕвроПРО встраивает Черноморский регион в более широкий контекст международной безопасности.

№ 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

A.A. KORABELNIKOV

А.А. КОРАБЕЛЬНИКОВ

О БЕЗОПАСНОСТИ АРКТИКИ THE ARTIC REGION SAFETY Статья посвящена проблемам обеспечения арктической безопасности РФ. В работе уделено внимание вопросам укрепления международного сотрудничества в Арктике. Предложены направления развития сил обеспечения национальной безопасности. Даны некоторые рекомендации по применению воинских формирований по предупреждению и пресечению объектов инфраструктуры в Арктической зоне. The article is dedicated to the problems of providing the Arctic zone safety. It reveals the measures of the Arctic states’ leaders on creating the potential for reacting to new provocations and threats and on formation of forces and means for operational environment monitoring in the region. The article suggests the ways of securing Russia’s national interests in the Arctic zone and action plan on formation of the forces for national safety during peacetime and immediate aggression threat period. Ключевые слова. Арктика, Арктические государства, Арктическое стратегическое направление, страны Арктического совета, Совет Баренцева/Евро-арктический регион, арктические формирования, мобильные военные городки. Keywords: Arctic, the Arctic states, the Arctic strategic lines, countries of Arctic Council, Barentsev Council/ Euroarctic region, arctic formations, mobile military camps.

На протяжении нескольких десятилетий холодной войны Арктика оставалась центром стратегического ядерного противостояния СССР с США и странами НАТО. Здесь пролегали траектории баллистических ракет. На Аляске, Кольском и Чукотском полуостровах были развернуты базы стратегических бомбардировщиков. В Северный Ледовитый океан выходили многоцелевые американские подводные лодки, а также подводные лодки Франции и Великобритании. В арктической зоне (в России, США, Канаде, Норвегии, в Гренландии) были развернуты системы противовоздушной, противолодочной и противоракетной обороны. Здесь базируется мощный российский Северный флот. Это наследие холодной войны еще не ушло окончательно в прошлое. Однако за последние 20 лет масштабы стратегической военной деятельности в Арктике значительно сократились. Ею практически исчерпывается сегодня регулярная военная деятельность в регионе. Сокращение военно-стратегической деятельности не сопровождалось наращиванием конвенционального военно-морского потенциала арктических государств. Если не учитывать арктическую группировку стратегических сил России и США, ни одно прибрежное государство не располагает здесь силами и средствами, позволяющими осуществлять кросс-арктические операции на значительные расстояния, и не имеет № 4 (53) 2015

развернутых общевойсковых соединений постоянной готовности. Основные усилия в модернизации арктического потенциала прибрежных государств направлены сегодня на его развитие для реагирования на новые вызовы и угрозы, с которыми они могут столкнуться в результате климатических изменений и освоения арктических акваторий. На передний план выходят такие проблемы, как обеспечение безопасности судоходства, предотвращение и повышение готовности к ликвидации последствий разливов нефти на всех этапах ее добычи, хранения и транспортировки, риски, связанные с трансграничной незаконной деятельностью. Все это предполагает укрепление ледокольного флота прибрежных государств, модернизацию сил береговой охраны, формирование современных систем контроля над оперативной обстановкой, включая космические системы мониторинга. Большинство, если не все эти задачи, этим государствам проще решать на основе двустороннего и многостороннего сотрудничества. Арктические государства сегодня формируют силы и средства для мониторинга оперативной обстановки в регионе, включая ограниченное морское и воздушное патрулирование арктических акваторий; организуют потенциал для реагирования на чрезвычайные ситуации и с этой целью осуществляют соответствующую подготовку личного состава. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

21


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

Расширяется сотрудничество арктических государств по решению общих проблем безопасности в регионе. В 2008 году государства-участники Совета Баренцева/Евро-арктического региона (СБЕР) подписали межправительственное соглашение о сотрудничестве в области предотвращения и борьбы с чрезвычайными ситуациями, регулярно проводят совместные учения. В рамках Арктического совета в мае 2011 года подписано Соглашение о сотрудничестве в авиационном и морском поиске и спасении в Арктике. Этим соглашением определены зоны индивидуальной и совместной ответственности восьми государств в области проведения операций спасения. В этом же 2011 году принято решение о подготовке соглашения стран Арктического совета в сфере готовности и реагирования на морские и нефтяные загрязнения. В рамках соглашения стран Арктического совета о сотрудничестве в авиационном и морском поиске и спасении в 2011 и 2012 годах были проведены первые учения – штабные в Канаде и полномасштабные в Гренландии. В последних учениях приняли участие пять стран Арктического совета (Дания, Исландия, Канада, Норвегия и США), Россия была представлена наблюдателем. Обычной практикой стало проведение совместных учений в рамках соглашения СБЕР 2008 года. В последние годы проходят двусторонние российско-норвежские учения военноморских сил по реагированию на чрезвычайные ситуации («Помор») и трехсторонние российсконорвежско-американские учения («Северный орел»). Проводятся также совместные семинары и конференции. В интересах укрепления сотрудничества арктических государств в области безопасности представляется целесообразным: продолжить и расширить практику военного сотрудничества, в частности, совместных военно-морских учений России и Норвегии, России, Норвегии и США, распространяя ее и на другие страны; решить вопросы о проведении предварительных уведомлений и приглашении наблюдателей, а в перспективе и участников от всех арктических государств на все международные военно-морские учения, проводимые в регионе (в Канаде, Норвегии, России и на Аляске). нарастить сотрудничество в сфере поиска и спасения в рамках Арктического совета. С этой целью: расширить участие МЧС в учениях других арктических государств по поиску и спасению; предусмотреть проведение в ближайшие годы первых совместных учений стран Арктического 22

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

совета в России в рамках соглашения 2011 года с демонстрацией организации и работы создаваемых комплексных аварийно-спасательных центров МЧС; рассмотреть норвежскую инициативу о создании совместных аварийно-спасательных центров арктических государств, предусмотрев, в частности, создание такого центра на Шпицбергене. Не удивительно, что все арктические государства в последние годы приняли региональные стратегии с учетом использования открывающихся здесь возможностей и выдачи адекватного ответа на новые вызовы. Все они уделяют существенное внимание укреплению международного сотрудничества, поиску совместных ответов на вызовы для национальной и экологической безопасности, а также безопасности человека. Нет ничего удивительного и в том, что предлагаемые ими решения в чем-то расходятся и порой – существенно. К настоящему времени сформировался круг основных вопросов, которые в краткосрочной и среднесрочной перспективе будут определять повестку дня международного сотрудничества в Арктике. Среди них: определение баланса интересов арктических и неарктических стран; расширение сотрудничества в решении проблем безопасности. Однако в связи с обострением военно-политической обстановки в плане сотрудничества и решения проблем безопасности позиции арктических государств зашли в тупик. Поэтому вопросам безопасности в Арктике Россией придается важное значение, учитывая, что главной задачей подготовки Вооруженных Сил является проведение мероприятий оперативной и боевой подготовки на уровне, гарантирующем обеспечение военной безопасности на Арктическом стратегическом направлении. Это в определяющей степени будет способствовать созданию благоприятных условий для проведения внешнеполитического курса Российской Федерации с учетом новых вызовов и угроз военной безопасности государства. Реализацию данной задачи предусматривается решать за счет проведения планового увеличения численности группировки войск (сил) Северного флота и Восточного военного округа в Арктической зоне Российской Федерации с одновременным восстановлением системы базирования и аэродромной сети в труднодоступных районах. На этом направлении Министерством обороны проделана большая работа. К выполнению боевых задач уже приступило Объединенное стратегическое командование в Арктике «Север» Северного флота. Продолжается развертывание ар№ 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

ктических подразделений на острове Котельный, мысе Шмидта, в архипелаге Новая Земля. Однако в рамках данной статьи необходимо остановиться на проблемных вопросах по реализации задачи полного и качественного обеспечения вооружением, военной и специальной техникой и материальными средствами войск, развертываемых в Арктической зоне в пределах Тюменского операционного направления. Возникает вопрос, почему не реализовано одно из требований Плана обороны Российской Федерации на период до 2016 года о создании арктических бригад ? Причиной являются, на наш взгляд, сложившиеся стереотипы в подходах к организационному строительству. В чем сущность сложившихся стереотипов? Попытаемся их раскрыть. В соответствии с руководящими документами решено создать арктические бригады. Прошло уже четыре года, как было принято это решение. Попытка реализовать его сделана. На Кольском полуострове на базе мотострелковой бригады создана арктическая бригада. Но ошибочность данного решения очевидна. Во-первых, Кольское операционное направление имеет достаточно развитую инфраструктуру, развернутую межвидовую группировку войск (сил), обладает минимально необходимым количеством людского мобилизационного резерва и, что немаловажно, соответствующим опытом ведения военных действий в суровых климатических условиях. С учетом вышеизложенного, целесообразно было бы провести соответствующие организационно-штатные мероприятия по обеспечению военного контингента на важнейших объектах в пределах Ямало-Ненецкого автономного округа, Красноярского края, Республики Саха (Якутия), Чукотского автономного округа, прежде всего, в наиболее крупных портах, обеспечивающих деятельность Северного морского пути. Такой подход предполагает необходимость развертывания двух арктических бригад в пределах портов Ямало-Ненецкого и Чукотского автономных округов и двух отдельных мотострелковых полков на территории Красноярского края и Республики Саха (Якутия). Понятно, что проведение организационно-штатных мероприятий должно исходить не из простоты их выполнения, а из целесообразности обеспечения национальной безопасности. Другим, не менее важным фактором, влияющим на реализацию данной задачи, является подход к формированию общевойсковых соединений. По устоявшимся стереотипам формирование общевойсковых формирований осуществляется следующим образом. Сразу формируется № 4 (53) 2015

соединение по установленном штату и непременно располагается в одном районе (месте). Такой подход не может быть реализован, так как не будет обеспечен материально. В соответствии с Планом развития Министерства обороны до 2020 года поставки новых образцов вооружения, военной и специальной техники в минимально необходимом количестве, которое может начать поступать не ранее 2016 года, возможны только для одной бригады. Это значит, что в течение года может быть сформирована только одна бригада, и то в пределах одного стратегического направления. В Плане же обороны до 2016 года определено, что к этому сроку должны быть созданы группировки войск в пределах всех стратегических направлений. Исходя из положений данной ключевой задачи, не могут быть созданы условия для военного контингента в пределах стратегических (операционных) направлений и, что не менее важно, не могут быть созданы условия для мобилизационного развертывания соответствующих группировок войск в период непосредственной угрозы агрессии и с введением военного положения. Возникает вопрос, как выполнить задачу по созданию арктических формирований? Наиболее целесообразным вариантом создания таких формирований может быть вариант поэтапного развертывания, начиная с формирования отдельных мотострелковых рот в морских портах и на аэродромах. Так, в пределах побережья Ямало-Ненецкого автономного округа в течение завершающего года первого Плана обороны развернуть мотострелковые роты арктической бригады в морских портах Салехард, Тамбей, Ямбург, Тазовский, в проходе через Уральский хребет (в районе пос. Харп), а также на аэродромах, находящихся в Салехарде, Ханты-Мансийске, Уренгое, Надыме, Сургуте, Нижневартовске, Нефтеюганске, в Красноярском крае в наиболее крупных портах, через которые происходит соединение речного судоходства с морским, – это Диксон, Енисейский залив, Дудинка и Игарка на Енисее, Хатанга. В Республике Саха (Якутия) имеется шесть речных портов, два морских порта и четыре аэропорта прямого сообщения с Москвой. При этом отметим, что в этом регионе полностью отсутствуют какие-либо воинские формирования. Охрана указанных объектов осуществляется незначительными силами органов МВД. Поэтому как первоочередная задача – на данных объектах следует развернуть гарнизоны в составе мотострелковых рот. В Чукотском автономном округе имеется шесть морских портов, связанных с портами России и зарубежных стран, при этом наиболее значимыми ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

23


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

являются порты Певек, мыс. Шмидта, Провидения, Эгвекинот, Анадырь, Беринговский. Можно представить, сколько будет возражений и опровержений со стороны оппонентов по поводу создания и расположения этих ротных формирований. Но хотелось бы обратить их внимание на некоторые примеры из нашей истории, в частности, к повести А.С. Пушкина «Капитанская дочка». В тот исторический период на передовых рубежах стояли крепости, гарнизоны которых по численности не превышали штатной численности рот, командовали которыми, как правило, офицеры в воинском звании «капитан». Кстати, прежнее руководство не боялось доверять им выполнять важную государственную задачу. В настоящее время такую роль выполняют офицеры пограничной службы, являющимися начальниками пограничных застав. Такой же подход и в Министерстве внутренних дел, где в удаленных точках начальниками уголовно-исправительных учреждений также являются младшие офицеры. Суть следующего предложения заключается в размещении воинских формирований в крайне суровых климатических условиях. Предлагаются для этого мобильные военные городки ротного комплекта. Они обеспечат комфортные условия проживания личного состава при длительном размещении в полевых условиях (на срок более 6 месяцев), а также в случаях, когда строительство стационарных жилых объектов (городков) экономически нецелесообразно. Конструкция элементов инфраструктуры автономного АЖК МБ состоит из модулей технических средств, объектов хозяйственно-бытового и производственного назначения, созданных на базе специального контейнера постоянного объема К.1С-ВГ (в дальнейшем – контейнер) и его модификаций. Конструкция контейнера позволяет объединять модули в секции, блоки различной комплектации и назначения с использованием штатных устройств и комплектов запасных инструментов и принадлежностей (ЗИП). Контейнеры в составе модулей обеспечивают высокие эксплуатационно-технические характеристики в макроклиматических районах с различным климатом в любое время года и суток. Контейнер в составе модулей приспособлен к погрузке, разгрузке и транспортированию железнодорожным, воздушным, водным и автомобильным видами транспорта. Модули оборудованы надежными устройствами для установки на грунт, которые позволяют размещать их на местности с учетом рельефа, рас24

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

тительности, гидрогеологических, грунтовых и климатических условий районов базирования. Устройство и конструкция модулей типа АЖК МБ позволяют максимально сократить сроки готовности к использованию и обеспечивают непрерывную работу их оборудования от промышленной электросети или от передвижного источника тока с различным напряжением: освещение, обогрев, охлаждение и вентиляцию внутреннего объема. Их элементы могут быть развернуты при инженерной подготовке местности в течение до 30 суток; срок эксплуатации составляет не менее 20 лет; оборачиваемость в ходе эксплуатации через каждые 5 лет; автономно могут эксплуатироваться: по запасам дизельного топлива – 7, по запасам продовольствия – 30, по запасам воды – 3 суток. Необходимо также обратить внимание на решение следующей задачи – какие иметь организационные структуры общевойсковых формирований для северных районов. С учетом вариантов организационных структур применительно к мирному времени и мероприятиям, определенным Планом развития Министерства обороны до 2020 года, а также создания на базе общевойсковых формирований, созданных в период непосредственной угрозы агрессии, межвидовых группировок войск (сил). С переходом на военное положение необходимо предусмотреть варианты организационных структур общевойсковых формирований и группировок войск для выполнения задач национальной обороны. Анализ предложенных организационных структур бригад (арктического и северного варианта) показывает, что они представляют собой копию организационной структуры «средней» бригады, с той лишь разницей, что основным транспортным (боевым) средством предусматривается иметь сочлененные боевые машины (тягачи). Отметим, что данные организационные структуры не отвечают современным требованиям по существующим военным угрозам и тем задачам, которые должны будут возлагаться на данные соединения. С учетом стратегии развития северных регионов, арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года, на территории исследуемого субъекта Российской Федерации целесообразно разместить несколько соединений (формирований) с такой организационной структурой и такого состава, на которые можно было бы возложить следующие задачи: патрулирование и оборону части прибрежной зоны, островов и островных групп в арктической зоне; охрану и оборону объ№ 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

ектов и инфраструктуры вдоль берегов Северного Ледовитого океана и Обской губы (в первую очередь газотранспортного узла в поселке Сабетта); противодесантную оборону стратегически важных районов и объектов; проведение наступательных и оборонительных операций; оказание помощи органам власти при решении задач по поддержанию режимов чрезвычайного положения и чрезвычайной ситуации; наблюдение за районами ответственности; ликвидацию последствий чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и т.д. На вооружении данных соединений (формирований) в первое время следует иметь легкое стрелковое и артиллерийское вооружение, специализированную и вертолетную технику, в последующем – специальную инженерную, вертолетную и другую технику. Боевой потенциал подразделения предлагаемых соединений должен обеспечивать им возможность действовать автономно на различных направлениях, будучи в составе батальонных и ротных тактических групп. В случае обострения ситуации и нарастания напряженности вокруг северных территорий России и ее арктических зон может возникнуть необходимость в проведении комплекса мероприятий при переводе на военное положение, предусматривающего на первом этапе проведение мобилизации, на втором – участие в боевых действиях в ходе отражения агрессии против России. При этом нельзя упускать фактор, влияющий на создание организационной структуры войск, – это принцип комплектования Вооруженных Сил. Анализ существующих нормативных документов по мобилизационной подготовке свидетельствует о том, что все виды комплектования оказывают влияние на первоначальные формы организации. Так, например, соединения, воинские части и подразделения постоянной готовности в мирное время будут иметь традиционные формы их организации. Однако в военное время, по мере увеличения продолжительности и размаха военных действий и уменьшения экономических возможностей Российской Федерации по восполнению потерь в вооружении, технике и людских ресурсах, формы организации соединений, воинских частей и подразделений все больше будут похожими на воинские формирования сокращенного состава. В связи с чем возникает настоятельная необходимость в создании и подготовке в мирное время на территории Российской Федерации (в первую очередь на территории рассматриваемого района) резервных формирований для развертывания. Эти формирова№ 4 (53) 2015

ния могут явиться основой для развертывания в ограниченные сроки воинских формирований военного времени. При этом следует стремиться к тому, чтобы организационные формы резервных формирований мирного времени имели ту же структуру, что и кадровые по военному времени. Однако в силу ряда объективных причин их организационное деление будет иметь отличия, прежде всего, в составе родов войск и специальных войск. Одним из направлений совершенствования организационных структур в мирное время может быть создание бригадных (батальонных) командований. Данные структуры предусматривают создание на базе командирского резерва, областных военкоматов и местных администраций, органов управления соединений (воинских частей, подразделений), действие которых предполагается на территории данного района. Организационная структура этих командований может представлять собой штаб и оперативный отдел (отделения) предполагаемых формирований, что повлечет за собой создание дополнительных структурных подразделений в областном (городском) военкомате. В то же время создание бригадных (батальонных) командований на базе военкоматов в таких городах, как Салехард, Уренгой, Сургут, Ханты-Мансийск, при тесном взаимодействии с местными органами власти на местах с активным привлечением необходимых гражданских специалистов может быть увязана с современной тенденцией реформирования Вооруженных Сил для усиления военной составляющей в субъекте федерации. Созданные командования могут взять на себя подготовку мобилизационных ресурсов (призываемых для данного формирования), разработку мобилизационных документов и подготовку системы управления и т. д. Работа таких командований в мирное время должна быть направлена на изучение особенностей организации и ведения тактических действий на территории субъекта федерации, при этом, в ходе проведения командно-штабных и тактических учений, такие командования должны детально отрабатывать все вопросы, связанные с подготовкой и ведением тактических действий на территории рассматриваемого района, а с началом военных действий – управлять данным соединением (формированием). Кроме того, данные формирования могут явиться резервом администрации области при возникновении на территории региона различного рода чрезвычайных ситуаций. Проведенный анализ показал, что организационная структура резервных формирований, ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

25


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

предназначенных для действий в северных районах, должна предусматривать несколько вариантов – от стрелкового батальона до стрелковой дивизии. При этом основной тактической единицей до полка включительно должна быть стрелковая рота. Данные воинские формирования могут быть боеспособными не менее чем через пятьшесть месяцев, причем боевое слаживание вновь сформированных соединений, воинских частей и подразделений целесообразно осуществлять в тех субъектах федерации, в которых происходит их формирование. Естественно, для этого должна быть создана соответствующая материальная база, включающая типовые мобильные военные городки . При возникновении военной угрозы может возникнуть необходимость в проведении комплекса мероприятий по переводу на военное положение, успех перевода на которое будет во многом зависеть от организованного проведения мобилизации и создания на рассматриваемом направлении объединенных разноведомственных группировок с привлечением существующих соединений и воинских частей постоянной готовности военного округа с возможным развертыванием на их базе более крупных соединений. Одним из вариантов такого развертывания может явиться трансформация существующих организационных структур бригад, дислоцирующихся на территории Центрального военного округа, в мотострелковые (танковые) соединения дивизионного состава. При этом на базе каждого батальона (дивизиона) должны развертываться соответствующие полки. Подразделения всестороннего обеспечения при реформировании могут развертываться лишь частично. При этом развертывание формирований может осуществляться на существующей базе бригад постоянной готовности за счет укомплектования личным составом и стрелковым вооружением с последующим превращением их в стрелковые дивизии или на базе запасного (мобилизационного) батальона, который предлагается ввести в штат данных соединений. Развертывание нового соединения на базе запасного (мобилизационного) батальона в современных условиях может быть наиболее целесообразным вариантом мобилизационного развертывания, т.к. позволяет, используя существующую материальную базу соединения постоянной боевой готовности, провести необходимый комплекс мероприятий для отмобилизовывающегося формирования. Кроме того, введение в штат бригады запасного (мобилизационного) батальона позволит провести мероприятия мобили26

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

зационного развертывания без привлечения сил и средств самой бригады, что даст возможность данному соединению приступить к выполнению поставленной задачи в установленные сроки, а формирование нового соединения (бригадного или другого типа) осуществить в пункте постоянной дислокации на базе запасного батальона, что даст также существенные преимущества. Соединения, сформированные на базе бригад постоянной боевой готовности, могут быть боеспособными не менее чем через два-три месяца, что позволяет создать тактическую группировку разнородных сил и средств в пределах СевероУральского района в течение трех месяцев, в то время как подразделения, воинские части и соединения, сформированные на основе резервов, могут быть боеспособными только через четырешесть месяцев. Таким образом, анализ развития организационной структуры соединений, воинских частей и подразделений, предназначенных для ведения тактических действий в составе разноведомственной группировки на территории субъекта федерации показывает, что данное совершенствование будет осуществляться непрерывно – в мирное время, период непосредственной угрозы агрессии и в военное время. Кроме того, предложенные в исследовании варианты позволяют создать необходимую тактическую группировку разнородных сил и средств на территории Тюменской области в промежутке от одного до шести месяцев. Однако данные мероприятия, а также вышеуказанные сроки могут быть реализованы лишь при соответствующем законодательном обеспечении, качественной подготовке и необходимом накоплении мобилизационных ресурсов, а также своевременном проведении мобилизационных мероприятий на территории рассматриваемого региона. Каковы же пути обеспечения национальной безопасности северных районов в мирное время? Реализация этой задачи возможна проведением мероприятий стратегического сдерживания, в том числе, предотвращением конфликтов. Такая постановка вопроса напрямую согласуется с четвертой приоритетной задачей, определенной в замысле обороны на текущий год, заключающейся в качественном усилении обороны стратегически важных регионов страны – Арктики и ряда других территорий. Комплексно вопросы обороны ключевых объектов северных районов могут отрабатываться в ходе проведения внезапных проверок войск. Опыт поведения внезапных проверок свидетельствует о том, что данная тенденция принимает устойчивый характер. Круг отрабатываемых во№ 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

просов расширяется. Состав сил , средств и органов управления увеличивается. К решению задач по предотвращению и пресечению, в том числе и террористической опасности и конфликтов, привлекаются не только силы немедленного применения, постоянной готовности, но и соответствующие мобилизационные резервы. Руководящими документами определено, главной задачей войск при выполнении задач мирного времени является повышение уровня готовности органов военного управления к руководству войсками при выполнении задач по предупреждению кризисных ситуаций и реального прогноза развития военно-политической и стратегической обстановки на стратегических и оперативных направлениях. При решении этой задачи основные усилия сосредоточиваются на отработке форм и способов реагирования на наиболее вероятное обострение обстановки в границах ответственности, совершенствование вопросов управления войсками при выполнении задач стратегического сдерживания возможных угроз безопасности государства, отработке вариантов и способов действий войск в условиях критических ситуаций, а также на повышении уровня межведомственного взаимодействия с другими органами исполнительной власти в ходе выполнения совместных задач в области обороны государства. Опыт показывает, что перед каждой комплексной проверкой ставятся задачи проверить способность войск к действиям при разрешении кризисных ситуаций, представляющих угрозу военной безопасности страны, ситуаций антитерро-

№ 4 (53) 2015

ристического, санитарно-эпидемиологического и техногенного характера. Внезапные комплексные проверки, как правило, проходят в два этапа. На первом этапе привлекаемые к внезапной проверке войска приводятся в высшие степени боевой готовности и осуществляется их развертывание на общевойсковых и морских полигонах. При этом следует отметить, что во всех военных городках проводятся мероприятия антитеррористической направленности. На втором этапе проводятся оперативно-тактические учения. Содержание вопросов взаимодействия и порядок их отработки подразделениями, воинскими частями и соединениями на первом этапе учений достаточно четко показаны в уставных документах, соответствующих научных трудах, а также в инструкциях и рекомендациях. Однако вопросы взаимодействия по предупреждению и ликвидации террористических актов, минимизации и ликвидации их последствий совместно с муниципальными органами власти требуют дополнительной теоретической проработки и практической апробации в ходе учений. Наибольшей их эффективности можно достичь в ходе внезапных проверок и стратегических учений. Только при этих условиях возможны отработка форм и способов реагирования на наиболее вероятное обострение обстановки в границах ответственности, совершенствование вопросов управления войсками при выполнении задач стратегического сдерживания возможных угроз безопасности государства, обеспечение межведомственного и межвидового характера проводимых мероприятий в условиях критических ситуаций.

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

27


ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

V.F. LATA, S.V. GOLUBCHIKOV, V.K. NOVIKOV, S.V. AKSENOV

В.Ф. ЛАТА, С.В. ГОЛУБЧИКОВ, В.К. НОВИКОВ, С.В. АКСЕНОВ

О МЕРАХ ПО ПОВЫШЕНИЮ ЭФФЕКТИВНОСТИ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЯДЕРНЫХ СИЛ РОССИИ ДЛЯ РЕШЕНИЯ ЗАДАЧИ СДЕРЖИВАНИЯ В УСЛОВИЯХ РАЗВЕРТЫВАНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПРОТИВОРАКЕТНОЙ ОБОРОНЫ США MEASURES OF IMPROVEMENT OF THE STRATEGIC NUCLEAR FORCES OF THE RUSSIAN FEDERATION FOR THE SOLUTION TO THE PROBLEM OF CONTAINMENT IN THE DEPLOYMENT OF THE US MISSILE DEFENSE В статье рассматривается проблема обеспечения решения задач ядерного сдерживания стратегических ядерных сил Российской Федерации. На примере основной составляющей стратегических ядерных сил России – Ракетных войск стратегического назначения – рассмотрены возможные потери боевых блоков РВСН в различных условиях ведения боевых действий противником. The article deals with the question of solutions to the problem of nuclear deterrence of strategic nuclear forces of the Russian Federation. The example of the main component of the strategic nuclear forces of Russia – the Strategic Missile Forces – covers the possible loss of warheads of the Strategic Missile Forces in various conditions of enemy warfare. Ключевые слова: стратегические ядерные силы, ракетные войска стратегического назначения, противоракетная оборона; боевые блоки, недопустимый ущерб, группировка ракетных комплексов, живучесть группировки, коэффициент боевого использования. Keywords: strategic nuclear forces, Strategic Missile Forces, missile defense, warheads; unacceptable damage, group of missile systems, survivability of a group, coefficient of соefficient of combat employment.

В соответствии с общепринятыми представлениями о роли стратегических ядерных сил (СЯС) и стратегических наступательных вооружений (СНВ) основным их назначением является обеспечение сдерживания любого потенциального противника от развязывания агрессии против Российской Федерации (РФ). Согласно Военной доктрины Российской Федерации, одной из основных задач по сдерживанию и предотвращению военных конфликтов является поддержание стратегической стабильности и потенциала ядерного сдерживания на достаточном уровне [1]. Кроме атомных ракетоносцев с баллистическими ракетами (БРПЛ) Военно-Морского Флота России и стратегической авиации в составе стратегических бомбардировщиков с крылатыми ракетами большой дальности в состав СЯС России входят Ракетные войска стратегического назначения (РВСН), обладающие наибольшим ядерным 28

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

потенциалом из разрешенного Договором СНВ-3 от 2010 г. По данным Госдепартамента США, опубликованным в начале октября 2015 г. в ходе состоявшегося обмена данными о численности стратегических наступательных вооружений, США на 1 сентября 2015 г. располагали 762 развернутыми межконтинентальными баллистическими ракетами (МБР), БРПЛ и тяжелыми бомбардировщиками (ТБ), Россия – 526 развернутыми носителями. Количество боеголовок на развернутых носителях в России достигает 1 648, в США – 1 538 [2]. По договору СНВ-3 к 2018 г. число развернутых стратегических носителей в обеих странах не должно превышать 700, развернутых и неразвернутых носителей – 800, а боеголовок на развернутых носителях – 1 550. Рассмотрим возможности СЯС России и ее основной составляющей – РВСН – по выполнению № 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

задачи стратегического сдерживания по отношению к потенциальному противнику. Основной задачей группировки ракетных комплексов с межконтинентальными баллистическими ракетами (РК с МБР), составляющими основу системы вооружения РВСН, является обеспечение возможности сдерживания любого потенциального противника от развязывания агрессии против РФ. Для того, чтобы группировка РК с МБР была в состоянии решать задачу сдерживания, состав группировки и характеристики ракетных комплексов, входящих в нее, должны обеспечивать нанесение противнику в случае агрессии недопустимого (неприемлемого) ущерба путем поражения определенной совокупности объектов его экономического и военного потенциалов, человеческого ресурса. Для оценки возможности решения задачи сдерживания предположим, что противник не развяжет агрессию, если будет считать, что в случае ее развязывания СЯС РФ нанесут ему ущерб U, больший допустимого Uдоп, т.е. принимается, что основным условием возможности сдерживания является: U > Uдоп.

уменьшалось до примерно 500 зарядов, а затем до еще меньших значений. В настоящее время число зарядов мегатонного класса, которое требуется доставить к целям в ответном ударе, чтобы нанести агрессору неприемлемый ущерб, оценивается, чаще всего, значением не более 100 [5]. Изменились и представления о целях ответного удара. Принимая во внимание существующую тенденцию сокращения стратегических ударных вооружений США и России, можно предположить, что в этих условиях достижение максимальной эффективности возможного применения ракетно-ядерного оружия стратегического назначения возможно лишь при изменении взглядов на перечень приоритетных целей, подлежащих поражению ядерным оружием. Если в годы холодной войны таким приоритетом пользовались все военные объекты стратегического назначения обеих сторон, то в настоящее время и в обозримом будущем этим приоритетом будут пользоваться менее защищенные и более крупные объекты, исходя из практического опыта США по применению ядерного оружия по городам Хиросима и Нагасаки в августе 1945 г. Ущерб, наносимый противнику применением СНВ, может оцениваться по-разному. Чаще всего мерой ущерба считается доля пораженного промышленного потенциала. Предполагается, что такими целями должны быть объекты, где сосредоточены органы государственного управления, экономический потенциал, узлы энергетики, транспорта, связи и т.п. То есть большинство таких объектов представляет собой слабо защищенные цели. При этом можно воспользоваться уже давно известными оценками уровня поражения населения и промышленности обеих сторон в случае ядерной войны между ними, приведенными в [6].

Что касается задачи сдерживания, то для ее решения могут применяться и другие, помимо РВСН, составляющие СЯС Российской Федерации. В этом случае под величинами U и Uдоп понимаются полный уровень наносимого всеми СНВ ущерба и весь допускаемый ущерб. Но задача может ставиться и применительно к одной части СЯС. В дальнейшем будем рассматривать проблему сдерживания по отношению только к РВСН. При этом под величиной ущерба U будет пониматься часть общего ущерба, нанесение которого гарантируется применением группировки РК с МБР; под величиной Uдоп – соответствующая часть общего допускаемого ущерба [3, 4]. Изначально, по взглядам американских специалистов, предполагалось, что для сдерживания таких стран, как СССР и США, требуется, чтобы в ответном ударе была уничтожена значительная часть их военно-промышленного потенциала (а значит, и их населения), такая, при которой страна вообще лишается возможности к сопротивлению. Предполагалось, что количество ядерных зарядов мегатонной мощности, достаточное для выполнения этой задачи, составит около 1 000 едиРис. 1. Зависимость уровня поражения населения и промышленности от числа боеприпасов, доставленных к цели ниц. Впоследствии это количество № 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

29


ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

Эти данные представлены в графической форме на рис. 1 в виде зависимости уровня поражения населения и промышленности от числа боеприпасов, доставленных к цели. Там же пунктиром обозначены пороги неприемлемого, значительного и невосполнимого ущерба, наносимой каждой из сторон, равных, соответственно, 1, 10-40 и 400 доставленных к целям ядерных боеприпасов. Для поражения мегаполисов США и СССР требовалось по 120 ядерных боеприпасов. Что касается тротилового эквивалента ядерных боеприпасов, то в прошлом и настоящем не было и нет единого мнения у западных специалистов. Так, бывший министр обороны США Роберт Мак-Намара в конце 1960-х годов утверждал, что тротиловый эквивалент должен быть равен 2,0 Мт. В 70-х годах другой бывший министр обороны США Харольд Браун снизил эту величину до 1,0 Мт, а в 1981 г. американский астрофизик Карл Саган доказал, что вполне достаточно иметь ядерные боеприпасы мощностью 0,1-0,2 Мт тротилового эквивалента. Он объяснял это тем, что ядерные заряды, взорванные над городами и промышленными объектами, могут вызвать пожары, энергия которых в десять раз выше собственной энергии ядерных боеприпасов [7]. Как видно из рис. 1, порог невосполнимого ущерба в 400 ядерных боеприпасов соответствует гибели 28 % населения и разрушению 76 % промышленного потенциала США и СССР по состоянию на конец 1980-х годов. В случае подрыва 40 боезарядов эти потери должны были составить 10 % и 32 %, что соответствует нанесению значительного ущерба каждой из сторон. В [8] был представлен перечень из 117 мегаполисов США, которые могли бы быть целями для 120 боевых зарядов, предназначенных для поражения мегаполисов, на территории которых в 1988 г. проживало в общей сложности 85 млн человек, т.е. треть населения США. В гипотетическом случае при подрыве 120 боезарядов над этими мегаполисами 25 млн человек должны были погибнуть сразу, еще 30 млн человек – стать калеками и инвалидами, а судьба остальных 30 млн человек будет неизвестна. Приведенные данные свидетельствуют, что применение ракетно-ядерного оружия против гражданского населения и по промышленным объектам является более эффективным, чем воздействие по объектам военного потенциала при ограниченном числе ядерных боеприпасов. Это подтверждается еще и рекомендациями Объединенного разведывательного управления США от 3 ноября 1945 г. под грифом «совершенно секретно», где были перечислены 20 главных городов СССР, подлежащих уничтожению в ходе ведения 30

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

ядерной войны [3, 6]. Численность населения этих городов составляла 13 млн 311 тыс. человек, а площадь 384,8 кв. миль (997 кв. км). Ограниченное число целей объяснялось тем, что накопленные запасы ядерных боеприпасов к моменту начала предполагаемой войны должны были достигнуть всего 50 авиационных бомб свободного падения. Возможность сдерживания должна быть гарантированной. Поэтому ее необходимо оценивать применительно к наиболее сложному случаю применения группировки РК с МБР. Таким случаем являются пуски МБР в ответном ударе после воздействия по группировке обычных и ядерных средств противника и в условиях, когда возможно воздействие систем ПРО противника по боевым блокам (ББ) МБР, выводимым на траектории полета к целям. Ущерб, который может быть нанесен противнику группировкой МБР, зависит от ряда величин и условий. Основными из них являются число ББ, достигающих целей, мощности зарядов этих блоков, точности попадания их в цели, распределение ББ по целям, характеристики самих целей и т.п. В настоящее время, когда мощности зарядов ББ МБР различаются незначительно, в качестве главных целей ответного удара рассматриваются крупноразмерные (площадные) объекты, и когда в ходе ответного удара вряд ли возможно переприцеливание ракет, основной величиной, определяющей результат применения группировки РК с МБР, можно считать число боевых блоков, достигающих целей Nц. Основным условием возможности выполнения задачи сдерживания группировки РК с МБР при этом становится выполнение соотношения Nц > Nдоп, где Nдоп – число ББ, обеспечивающих нанесение противнику недопустимого для него ущерба, которое можно определить, как Nдоп = Nсд – число ББ, обеспечивающее решение задачи сдерживания. Соответственно, Nсд < Nц. Определение количества блоков Nдоп, необходимых для решения задачи сдерживания Nсд, затруднено тем, что назначить недопустимый для противника ущерб можно только с очень большим приближением, т.к. он зависит от многочисленных факторов и условий: политических, экономических, социально-психологических, военных и пр., часть из которых вообще не может быть оценена количественно. Вместе с тем можно ожидать, что недопустимый для государства ущерб будет тем большим, чем выше экономический потенциал и военная мощь этого государства, чем устойчивее его внутреннее положение, чем больше он имеет союзников и т.д. В этой связи отметим, что в 6070-е годы прошлого века недопустимый ущерб для № 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

США и СССР определялся как примерно равный друг другу, из чего делался вывод, что для сдерживания и той, и другой страны необходимо обеспечить доставку к ее объектам в ответном ударе примерно одинаковое число блоков. В настоящее время в связи с известными изменениями в международном и внутреннем положении России, в экономике, Вооруженных Силах число блоков, необходимых для сдерживания НАТО во главе с США, неизмеримо больше, чем требуется для сдерживания Российской Федерации. При этом следует иметь в виду стратегический ядерный потенциал других стран, как, например, Китайской Народной Республики, Великобритании, Франции. Все это еще больше осложняет назначение числа блоков Nц, которое требуется для решения задачи сдерживания в части, возлагаемой на группировку РК с МБР. Более подробное обсуждение данного вопроса выходит за рамки задач настоящей статьи. В дальнейшем для примеров расчета количества блоков, необходимых для решения задачи сдерживания, будем полагать, что это количество составляет 100 блоков с зарядами мегатонной мощности, т. е., что Nдоп = 100 блокам. Предполагается, что в этом случае целями будут являться, как правило, слабозащищенные объекты, где сосредоточены органы государственного управления, экономический потенциал, узлы энергетики, транспорта, связи и т.п. [5]. При нанесении ракетно-ядерного удара группировкой ракет по совокупности разнотипных объектов, прикрытых наземными рубежами (НР) системы ПРО, в качестве показателей эффективности преодоления ББ НР системы ПРО в общем случае может использоваться как математическое ожидание (МОЖ) суммарного взвешенного ущерба, наносимого совокупности объектов, так и МОЖ взвешенного предотвращенного ущерба системой ПРО. От вероятности преодоления системы ПРО PПРО ракетами и их боевыми блоками зависит количество боевых блоков, достигающих цели, и, следовательно, результат воздействия РК по целям. Математическое ожидание ущерба, наносимого цели, применяется в случае поражения крупных целей, т.е. объектов, имеющих значительную площадь. При этом в качестве показателя обычно рассматривается МОЖ пораженной части площади цели [9]. Математическое ожидание доли пораженной части площади цели (объекта) при отсутствии ошибки попадания боевых блоков (дисперсия σп = 0) и при Rц> Rз ( Rц – радиус цели, имеющей форму круга; Rз – радиус зоны поражения): Ms = Snop / Sц, № 4 (53) 2015

где Snop – математическое ожидание значения площади, попадающей в зону, где давление во фронте воздушной ударной волны не меньше давления, поражающего цель; Sц – площадь цели (объекта). Важно, чтобы зона поражения не выходила за границы цели. Первый показатель может характеризовать и эффективность преодоления ББ НР системы ПРО. При этом из нескольких вариантов боевого оснащения (БО) ракет может быть выбран тот, при котором наносится наибольший ущерб объектам. Показателем суммарного взвешенного ущерба является сумма произведений важности объектов на полные вероятности их поражения: [10]. При этом МОЖ величины предотвращенного суммарного взвешенного ущерба собственным объектам за счет использования системы ПРО определяется как разность между МОЖ , наносимосуммарного взвешенного ущерба го объектам без учета противодействия НР ПРО, , и МОЖ суммарного взвешенного ущерба нанесенного этой же группировкой ракет объектам в условиях противодействия НР ПРО: .

(1)

При ядерном взрыве на цель действуют различные поражающие факторы. Однако в большинстве случаев при оценке эффективности учитывается действие только воздушной ударной волны (ВУВ), интенсивность которой определяется давлением во фронте волны. Если это давление у цели больше допускаемого для нее (по условиям прочности, устойчивости и т.п.), цель считается пораженной. Для крупноразмерных площадных целей, основным показателем эффективности поражения которых является МОЖ пораженной части площади цели, характерно допускаемое давление в несколько сотых МПа (0,01-0,05 МПа для различных видов современных зданий), для американских шахтных пусковых установок МБР – до 7 МПа и более [9]. Давление во фронте ударной волны зависит, в основном, от мощности взрываемого заряда и расстояния до эпицентра взрыва R: , МПа. Здесь q – мощность ядерного заряда боевого блока, Мт, R – радиус поражения цели, км. На основании этой зависимости устанавливается значение радиуса поражения цели (расстояние, на котором Δрф равно давлению, поражающему цель):

. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

(2) 31


ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

где Кц – коэффициент, определяемый степенью защищенности цели. Рассчитывается Кц по различным аппроксимационным зависимостям, например, Кц = 0,78Δрф 0,5 при Δрф ≤ 0,2 МПа, Кц = 0,97Δрф-0,37 при 0,2 < Δрф ≤ 10 МПа. В приведенных выражениях R3 в [км], q в [Мт], Δрф в [Мпа]. Для Δрф = 0,03 МПа (защищенность строений городского типа) Кц ≈4; для Δрф = 10 МПа Кц≈0,4. Это означает, что взрыв заряда мощностью q=1 Мт поражает городские строения в радиусе примерно 4 км, а высокозащищенные объекты (с указанным Δрф) на расстоянии до 400 м. В качестве показателей эффективности РК с МБР чаще всего используются математическое ожидание M части площади крупноразмерной цели, поражаемой взрывами, и вероятность поражения Р малоразмерной цели. При некоторых упрощающих предположениях эти величины определяются как [11]: ,

(3)

, (4) где Sц − площадь крупноразмерной цели; Nц − число одинаковых и независимых взрывов у цели, − среднеквадратическое отклонение точек падения боевых блоков от точек прицеливания. Перейдем к анализу факторов, определяющих число блоков Nц, которое в реальных условиях может быть доставлено к целям для обеспечения противнику недопустимого для него ущерба. Для упрощения будем рассматривать однородную (состоящую из ракет одного типа) группировку МБР. Предполагается, что ответный удар реализуется сразу же после окончания воздействия противника (обычными и ядерными средствами) по группировке РВСН. Если количество боевых блоков в группировке, несущей боевое дежурство, составляет Nгр, то в любой момент времени может быть выведено на траектории полета к целям Nгр kби боевых блоков. Здесь kби=Pн⋅Pбу⋅kгг – коэффициент боевого использования группировки; Pн – надежность комплексов; Pбу – вероятность доведения до МБР команд на пуск по системам боевого управления; kгг – коэффициент готовности группировки, учитывающий, что часть пусковых установок с ра32

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

кетами может быть в нештатном (не позволяющем произвести немедленный пуск МБР) состоянии. Обозначив через ΔNОВ потери блоков группировки от воздействия обычных (неядерных) средств противника, через ΔNЯВ – потери блоков при ракетно-ядерном ударе по группировке и через ΔNПРО – потери блоков на системах ПРО, можем определить число блоков, достигающих целей, как Nц = Nгр⋅kби −(ΔNОВ+ΔNЯВ)⋅kби − ΔNПРО. (5) Это выражение определяет условие сдерживания для однородной группировки ракетных комплексов. Для группировки, состоящей из стационарных и подвижных ракетных комплексов, Nц = Nц с Nц п; Nц с = Nгр с⋅kби с −(ΔNОВ с+ΔNЯВ с)⋅kби с − ΔNПРО с; Nц п = Nгр п⋅kби п −(ΔNОВ п+ΔNЯВ п )⋅kби п− ΔNПРО п, где значения Nгр с и Nгр п означают количество стационарных и подвижных ракетных комплексов соответственно [5, 11]. Отсюда следует, что основными направлениями (путями) повышения эффективности группировки РК с МБР в ответном ударе является: увеличение числа блоков в группировке Nгр; повышение коэффициента боевого использования группировки kби, обеспечиваемое увеличением надежности комплексов Pн, вероятностью доведения команд на пуски ракет Pбу и коэффициента готовности группировки kгг; уменьшение потерь боевых блоков в безъядерный период войны ΔNОВ; уменьшение потерь блоков в период ядерного удара противника ΔNЯВ; уменьшение потерь блоков на системах ПРО противника ΔNПРО [5, 11, 12]. Величины, входящие в приведенное уравнение, зависят от состава группировки РК, характеристик комплексов, входящих в группировку, и систем, обеспечивающих ее боевое применение, от особенностей позиционных районов и режимов боевого дежурства группировки, а также от особенностей, характеристик и способов боевого применения систем вооружения противника и систем, обеспечивающих это применение. Для определения перечисленных величин используются модели двухсторонних боевых действий, позволяющие оценить результаты ответного удара группировки. Приведем пример оценки возможности группировки РК в ответном ударе. Естественно, что точный учет перечисленных выше факторов в этом примере невозможен. Необходимые для решения задачи параметры назначены приближенно, ориентируясь на опубликованные данные и на очевидные логические заключения. Количество боевых блоков в группировке РК принимается равным 200; 400; 600; 800; 1 000 бло№ 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

ков. В эти пределы значения Nгр укладывается большинство прогнозных оценок возможного в условиях действия договоров о сокращении СНВ количества блоков на ракетах РВСН. Величина коэффициента боевого использования группировки принимается при расчетах равной kби = 0,2…0,5…0,9. Максимальное значение kби соответствует случаю, когда вероятность доведения команд на пуск ракет Pбу и коэффициент готовности группировки kгг равны единице, т.е. случаю Pбу= kгг=1,0 и kби=Pн=0,9. Возможные потери блоков (ракет) в период войны обычными средствами оценивается в ряде опубликованных работ как 20…30% от общего числа МБР [13]. С учетом развития систем высокоточного оружия США и недостаточном его потенциале в России эти предположения вполне допустимы, а могут быть даже и выше. Потери МБР при ракетно-ядерном ударе противника зависят от числа блоков его ракет, назначенных для поражения одной пусковой установки (ПУ). Если на каждую ПУ с ракетой выделяется не менее двух блоков, что для противника вполне возможно, то вероятность поражения стационарной ПУ близка к единице, а общие потери блоков зависят от соотношения в группировке количеств стационарных и мобильных ПУ. В приведенном нами примере принимается, что потери блоков в ядерный период воздействия противника для всей группировки составляют 0,7 общего числа блоков, оставшихся боеспособными после воздействия неядерных средств [13]. И, наконец, о возможных потерях блоков на системах ПРО. Договором от 1972 г. об ограничении систем противоракетной обороны между

СССР и США и Дополнительным протоколом к нему от 1974 г. установлено, что ПРО США могла включать до 100 ракет-перехватчиков большой дальности (типа GBI). Обычно считается, что это позволит уничтожить несколько десятков боевых блоков МБР. В 2002 г. США вышли из Договора по ПРО. Настойчивые и энергичные усилия, предпринятые США по развитию систем ПРО национальной территории (в ближайшее время планируется установить и развернуть до 44 противоракет типа GBI в трех позиционных районах) и ПРО на театре военных действий (ПРО на ТВД), куда входят комплексы типа TXAAD, Patriot PAC-3, морского базирования типа AEGIS, могут повысить эту величину в несколько раз. Кроме того, США планируют перенести центр тяжести работ по дальнейшему наращиванию своего противоракетного потенциала в Европу с возможностью размещения противоракет не только в Румынии и Польше, но и, гипотетически, на Украине и Грузии, а в будущем в государствах Балтии. В основу архитектуры европейской ПРО будет заложен комплекс AEGIS морского и берегового базирования [6]. Ниже принимается, что потери блоков на системах ПРО США при их полномасштабном развертывании (сверхдальний и дальний перехват ПР GBI на дальностях от 300 до 6 000 км, средний перехват ПРК THAAD на дальностях от 80 до 300 км, ближний перехват ПРК Patriot на дальностях до 80 км) могут составлять ΔNПРО = 100 блоков и более. Можно говорить о том, что ПРО США на сегодняшний день недостаточно развита, что ее потенциал не соответствует декларируемому, что предполагаемые авторами потери боевых блоков Таблица

Количество боевых блоков группировки Nц, достигающих целей ответного удара Воздействие противника, номер варианта Nгр

1000

800

600

400

200

kби

нет 1

ОВ 2

ОВ+ПРО 3

ЯВ 4

ОВ+ЯВ 5

ЯВ+ПРО 6

ОВ+ЯВ+ПРО 7

0,9 0,5 0,2 0,9 0,5 0,2 0,9 0,5 0,2 0,9 0,5 0,2 0,9 0,5 0,2

900 500 200 720 400 160 540 300 120 360 200 80 180 100 40

720 400 160 576 320 128 432 240 96 288 160 64 144 80 32

620 300 60 476 220 28 332 140 – 188 60 – 94 30 –

270 150 60 216 120 48 162 90 36 108 60 24 54 30 12

216 120 48 172 96 38 130 72 29 86 48 20 43 24 10

170 50 – 116 20 – 62 – – – – – 4 – –

116 20 – 72 – – 30 – – – – – – – –

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

33


ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

РВСН на ПРО завышены, но никто не отменял В заключение приведем результаты расчетов закона диалектики о переходе количества в капо определению возможности выполнения групчество, что и показывает развитие многорубежпировкой задачи сдерживания. Из приведенноной ПРО Израиля. Экспансия США в Европу го ранее следует, что эта возможность (Nц>Nдоп) с развертыванием своей информационной и определяется количеством блоков в группировударной составляющей ПРО под предлогом заке Nгр, коэффициентом боевого использования щиты европейской части от возможных ракетногруппировки kби, потерями блоков при воздейядерных ударов Ирана и Сирии говорит о том, ствии противника по группировке в позициончто в данном случае «благими намерениями» выном районе (ΔNОВ+ΔNЯВ) и потерями на системах мощена дорога к снижению всеми возможными ПРО ΔNПРО. способами стратегического ядерного потенциаУсловием сдерживания является ла России. Nдоп < (Nгр−ΔNОВ−ΔNЯВ) · kби − ΔNПРО. (6) При перечисленных исходных данных по приведенным выше зависимостям проведен расчет При заданных Nгр, Nдоп и ΔNПРО могут быть числа блоков Nц, которое остается для ответнонайдены соотношения (пары значений) kби и го удара при различных составах группировки, ΔNОВ+ΔNЯВ, при которых обеспечивается сдерживание. На рис. 2 приведены результаты расчекоэффициента ее боевого использования и при та областей сдерживания для случая Nгр= 600 ББ различных вариантах воздействия противника и ΔNПРО=100 ББ и при различных значениях Nдоп. (табл. 1). Области параметров, расположенных выше и левее Приведенные расчетные данные не могут быть линий 1, 2, 3, обозначенные стрелками, отвечает использованы для оценок боевых возможностей значениям kби и ΔNОВ+ΔNЯВ, при которых сдерживареальной группировки ракетных комплексов, т.к. ние возможно. Так, например, при ΔNОВ+ΔNЯВ=300 параметры, определяющие эти возможности, приББ и при Nдоп=100 ББ сдерживание возможно, если няты приближенными и могут не соответствовать группировка имеет kби>0,65 [11]. реальным. Эти данные приведены для того, чтоОговоримся, что достижение приведенной в бы по ним можно было проводить стратегические данном примере величины kби > 0,65 – трудно выоценки влияния различных факторов на эффекполнимая задача. Чтобы достигнуть значений котивность группировки. эффициента боевого использования группировДанные таблицы подтверждают сильную завики kби = 0,65, необходимо обеспечить, например, симость эффективности группировки РК с МБР Pн = 0,9; kгг = 0,9; Pбу⋅= 0,8, что в условиях ведения в ответном ударе от начального ее состояния, хапротивником обычной и ядерной войны являетрактеризуемого количеством блоков на ракетах ся исключительно сложной задачей. Например, в и коэффициентом боевого использования груп[14], рассматривая подобную задачу выполнения пировки. Из воздействий противника к наибольсдерживания, авторы не учитывают техническую шим потерям блоков в рассматриваемых условиях готовность ракет, систем боевого управления, приводит ракетно-ядерный удар по группировке надежность ракет, принимая вышеприведенные (варианты 4, 5, 6, 7). Хотя потери блоков на систехарактеристики равными единице, что не совсем мах ПРО могут быть заметно меньше потерь при корректно. Естественно, результаты при таких других видах воздействия противника, но именно рассматриваемых параметрах будут недостоверони и приводят в определенных условиях к полными, а выводы не верными. ному обесцениванию ответного удара (варианты 3, 6, 7). Это объясняется тем, что под действие ПРО попадает значительно уменьшившееся количество блоков. Кроме того, отметим, что из определенного нами порога количества блоков, необходимых для решения задачи сдерживания Nдоп = 100 боевых блоков при различных условиях воздействия противника (ОВ+ЯВ+ПРО), определенный нами уровень достигается лишь в случае Nгр=1 000 при kби=0,9, достижение которого в ответном ударе при заданных условиях маловероятны. Остальные варианты не обеспечиваРис. 2. Области значений параметров, при которых выполняется задача сдерживания, для Nгр = 600 ББ ют выполнение поставленной задачи. 34

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ВОЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

Исходя из рассмотренных примеров в качестве своих выводов отметим, что основными мерами по повышению эффективности группировки РК с МБР в условиях решения задачи сдерживания являются увеличение числа боевых блоков в группировке и коэффициента ее боевого использования и снижение всех возможных видов потерь блоков от воздействия противника. Реализация этих мер связана с развитием (наращиванием группировки), совершенствованием комплексов и систем боевого управления и обеспечением наиболее благоприятных режимов боевого дежурства группировки. Особое значение имеет повышение живучести РК и систем боевого управления в условиях ведения войны обычными и ядерными средствами, а также повышение вероятности преодоления перспективных систем ПРО США, что приобретает особую важность при развертывании национальной системы ПРО США. Кроме того, в качестве мер по повышению эффективности стратегических ядерных сил России для решения задачи сдерживания в условиях развертывания национальной противоракетной обороны США авторами предлагаются следующие: совершенствование способов и форм применения группировки РВСН в различных условиях обстановки; более полное распределение группировки РВСН по территории Российской Федерации; развитие стационарной группировки с высокой степенью защиты огневыми комплексами и средствами радиоэлектронной борьбы (РЭБ); создание РК с ББ малой заметности, высокоскоростных, маневрирующих;

включение в состав ракетных дивизий отдельных ракет РЭБ; организация постоянного дежурства воздушных средств РЭБ на базе самолетов, вертолетов, беспилотных летательных аппаратов (БЛА), дирижаблей вблизи РЛС ПРО США и их союзников; совершенствование средств преодоления ПРО, в первую очередь, активных; более ускоренное обновление РК и постоянное обеспечение в дальнейшем группировок РВСН новыми РК с МБР не менее, чем на 80-90 % (без продления сроков эксплуатации); проработка вопросов ускоренного создания и размещения космических ракетных комплексов; создание корпоративной (объединенной) сотовой структуры системы боевого управления и связи РВСН по всей территории Российской Федерации; совершенствование системы предупреждения о ракетном нападении и повышение ее эффективности. Включение при рассмотрении вопроса сдерживания морской составляющей СЯС России повышает порог ядерного сдерживания. Но с учетом того, что априори количество боевых блоков на БРПЛ меньше, чем у группировки РК с МБР, величина Nц при этом возрастает незначительно. Не следует забывать и то, что часть ядерного потенциала СЯС Российской Федерации должна быть направлена на выполнение задачи сдерживания и других стран, обладающих ядерным оружием, в т.ч. силами и средствами ПРО. Таких стран в последнее время становится все больше.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Военная доктрина Российской Федерации. Утверждена Указом Президента Российской Федерации от 5 февраля 2010 г. № 14. 2. В США назвали количество своих и российских стратегических ядерных вооружений. – 02.10.2015. – http://www. rosbalt.ru/main/2015/10/02/1447019.html 3. Волков Е.Б. Постановка задачи оценивания возможностей группировки МБР в ответном ударе. – М.: РВСН, 1997 г. 4. Волков Е.Б. Развитие и сокращение межконтинентальных баллистических ракет и их группировок. – М.: Военная академия им. Ф.Э. Дзержинского, 1996 г. 5. Волков Е.Б.; Волков А.Е. Введение в теорию стратегического ракетного вооружения наземного базирования. – М.: Военная академия РВСН им. Петра Великого, 2007 г. 6. Васильев В.А.; Голубчиков С.В.; Новиков В.К. Основы противодействия перспективным системам противоракетной обороны противника. – М.: РВСН, 2000 г. 7. Nuclear Winter: Global Consequences of Multiple Unclear Explosions. By Carl Sagan and others // Science, 1983, December 23, Vol. 222, № 4630. – Р.1263-1292. 8. The world almanac and Book of Facts 1991 // The world Almanac. – Washington, D.C. – 1991. 9. Технические основы эффективности ракетных систем / Е.Б. Волков, В.З. Дворкин, А.И. Прокудин и др.; под ред Е.Б. Волкова. – М.: Машиностроение, 1989. 10. Чуев Ю.В. Исследование операций в военном деле. – М.: Воениздат, 1970. 11. Волков Е.Б. Введение в теорию стратегического ракетного вооружения наземного базирования. – М.: Военная академия РВСН им. Петра Великого, 2002 г. 12. Аксенов С.В.; Голубчиков С.В.; Новиков В.К. Развитие систем противоракетной обороны сша и безопасность россии. – Вестник Академии Военных Наук, № 1(50), 2015, 13. Волков Е.Б.;. Голубчиков С.В. О некоторых направлениях повышения эффективности группировки МБР в условиях решения задачи сдерживания. – «Стратегическая стабильность», № 2 – 2000 г. 14. Противоракетная оборона: противостояние или сотрудничество? / под ред. А. Арбатова и В. Дворкина; Моск. Центр Карнеги. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2012.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

35


УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

V.G. KАZAKOV, A.N. KIRYUSHIN

В.Г. КАЗАКОВ, А.Н. КИРЮШИН

КОМПЛЕКСНОЕ УПРАВЛЕНИЕ БОЕВЫМИ ДЕЙСТВИЯМИ COMPLEX MANAGEMENT OF OPERATIONS В статье рассмотрены теоретико-методологические вопросы комплексного управления боевыми действиями как обобщенного процесса управления подчиненными силами (средствами), а также создание возможностей управления силами (средствами) противника в вооруженном противоборстве тактического уровня, подвергаются осмыслению теоретические вопросы формирования способа комплексного управления боевыми действиями как процесса совмещающего синхронные и согласованные действия способа командного управления (способа выполнения боевой задачи) со способом рефлексивного управления. In article methodological questions of complex management by operations as generalised managerial process by the subordinated forces (means) and as creation of possibilities of management by forces (means) of the opponent in the armed antagonism of tactical level, and also theoretical questions of formation of a way of complex management of operations as process combining the synchronous and co-ordinated actions of a way of command management (a way of performance of a fighting problem) with way of reflective management are exposed to judgement are considered. Ключевые слова: способ комплексного управления боевыми действиями, способ рефлексивного управления, способ командного управления, симулякр, информационный пакет, сокрытие, симуляция. Keywords: Way of complex management of operations, a way of reflective management, a way of command management, an information package, concealment, simulation.

В истории военной мысли и в современной отечественной военно-научной периодической литературе [1-4] постоянно присутствует обращение к процессу и поиску возможностей управления противником. Следует подчеркнуть, что в данных работах управление противником рассматривают как самостоятельное явление. Перспективность и значимость подобных научных усилий не вызывает сомнения, но в то же время назрела настоятельная необходимость перехода от теоретико-методологических рассуждений относительно процессов управления противником к поиску реальных механизмов практического применения результатов исследований в общем контуре управления. Вместе с тем в качестве гипотезы и отправной точки, дающей основания рассчитывать на широкую практическую реализацию и органичную включенность в руководящие документы методов комплексного управления, является наличие возможностей, позволяющих увязать и синхронизировать управление противником с управлением подчиненными войсками (силами), поиску которых мы посвятим данную статью. В то же время использование результатов нашего исследования на тактическом уровне является перспективным, поскольку боевые действия частей и соединений в силу своей динамичности остро нуждаются в создании благоприятных условий для выполнения боевых задач с помощью обмана и скрытого 36

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

управления противником, сформированных на основании конкретных мероприятий, зафиксированных в руководящих документах. Для подтверждения предложенной гипотезы мы не видим необходимости рассматривать все теоретические перипетии имеющихся концепций управления, а считаем вполне оправданным обратиться сразу к ее сущностным основаниям. Дело в том, что в контексте данной статьи мы не ставим себе задачу исследования процесса управления подчиненными войсками (силами), а будем преследовать цель, опираясь на исследование возможности управления противником, выработки теоретических основ дальнейшей реализации комплексного управления. Тем не менее мы будем придерживаться понимания процесса управления подчиненными войсками (силами) как целенаправленного воздействия управляющей подсистемы на управляемую с целью достижения определенного результата и будем именовать его командным управлением. Командное управление силами (воинскими формированиями) в таком контексте представляет собой как целенаправленное, системное, централизованное, субординационное воздействие командира через назначенных должностных лиц на воинские коллективы частей, подразделений и каждого воина в отдельности для обеспечения высокой мобилизационной и боевой готовности сил, а также такого уровня их профес№ 4 (53) 2015


УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

сиональной и морально-психологической подготовленности, которые в условиях боевых действий позволят им в полном объеме и с минимальными потерями выполнить возложенные на них задачи. Общим, но в то же время препятствующим дальнейшему изучению и практическому применению, является признание за процессами управления боевыми действиями легитимности (субординационности) только лишь в отношении тех войск (сил), которые находятся в непосредственном подчинении. Иначе говоря, под управлением, в общепринятом смысле, понимается управление только лишь подчиненными воинскими формированиями, устройствами, машинами и т.д., поскольку интеллект лица, принимающего решение с противоборствующей стороны, достаточно долго считался неконтролируемым фактором [4]. Вместе с тем данный ракурс осмысления проблемы управления позволяет фактурно высветить доселе малоизучаемый, но открывающий широкие исследовательские перспективы вопрос теории управленческой деятельности: а возможно ли управлять, помимо подчиненных, еще и теми людьми, коллективами, которые не находятся в непосредственном подчинении управляющего органа или субъекта управления (руководитель, командир, оператор устройства и т.д.)? Постановка данного вопроса уже содержит в себе формальную сторону перспективной концептуализации теоретического и военно-прикладного пространства феномена управления, однако остается нерешенной задача поиска методологической базы конкретного инструментария, способного реализовать проблему управления теми силами, которые находятся вне отношений подчиненности. Вместе с тем в истории военной науки проблема управления противником искони решалась в традиции, сформулированной еще Сунь-Цзы, т.е. посредством его обмана. Под обманом мы будем понимать преднамеренные действия, направленные на то, чтобы создать у другого лица не соответствующее действительности представление о фактах [5]. В истории военного искусства нельзя не отметить постоянно увеличивающиеся людские и материальные затраты военачальников на попытки обмануть противника, которые в настоящее время требуют ресурсов, сопоставимых с теми, которые будут задействованы в непосредственных боевых действиях. Однако даже обман нуждается в прочных методологических основаниях, упорядочивающих данный процесс в целях повышения его качества. Мы полагаем, что полезной для нашего исследования будет теоретическая область, которая нашла широкое распространение в теории и практике № 4 (53) 2015

описания и разрешения социальных конфликтов различной природы – теория игр, а если быть еще точнее, психологический инвариант последней – теория рефлексивного управления. Теория рефлексивного управления, разрабатывалась в рамках Московского методологического кружка В.А. Лефевром. Под рефлексивным управлением общепринято понимать процесс передачи противнику «оснований» для принятия решения. В то же время В.А. Лефевр полагает, что рефлексивное управление – это специальное воздействие на противника с целью «склонить» его принять решение, предопределенное контролирующей стороной [6]. В то же время наибольший интерес в контексте проблем управления боевыми действиями вызывают те процессы, которые составляют суть и содержание его осуществления на тактическом уровне. В рамках совмещения управления противником и своими войсками (силами) открываются значительные перспективы в повышении эффективности управления боевыми действиями благодаря появлению комплексности управления. Между тем для повышения эффективности актов комплексного управления необходимо выяснить оптимальные пути совмещения элементов последнего, а также уточнить сущность и специфику рефлексивного управления. Перспективность использования методологии рефлексивного управления в комплексном управлении боевыми действиями заключается в реальных возможностях опередить противника в сфере размышлений, замыслов и внести коррективы в последние, которые между тем не ограничиваются применением только лишь информационных методов воздействия. Результат опережения противника в сфере замыслов и предпринимаемых попыток рефлексивного управления, то есть постановку противника в положение управляемой системы, мы будем называть рефлексивным превосходством. Немаловажным исследовательским ресурсом изучения феномена рефлексивного управления, на наш взгляд, обладает переосмысление сущности формируемого для противника «основания» для принятия решения или информационного пакета, т.е. рефлексивного управляющего воздействия. Вместе с тем мы полагаем, что выяснение специфики и содержания рефлексивного управляющего воздействия в форме информационного пакета несет в себе огромное методологическое значение. Мы полагаем, что понятие информационного пакета в настоящее время слабо обличено и оформлено в рамках элементарных философских категорий. Поэтому в качестве философской категории, являющей теоретической основой для ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

37


УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

определения содержания и особенностей функционирования информационного пакета как конкретного средства обмана, мы предлагаем достаточно распространенный в современной философии концепт – «симулякр». Вместе с тем, по мнению ряда исследователей [7-9] в осмыслении понятия «симулякр» или «симулякрум» (от лат. simulare – притворяться), необходимо выделить две общепринятые модели ее существования: репрезентативную и нерепрезентативную. В контексте репрезентативной модели, представленной Платоном [10], «симулякр» следует понимать как «копию копии», «след следа», «удвоение удвоения», которое так же, как и копия претендует на обозначение оригинала, подлинника. Он считал, что среда содержит в себе «видимости», «подобия», «симулякры» – то есть первообразы всех земных объектов, которые, проецируясь на материю, приводят к оформлению всего, что наполняет земное пространство. В рамках репрезентативной концепции «симулякр» представляется в качестве искусственной негативной сущности, искажающей (но еще не отрицающей!) отражаемую действительность. Применительно к военному делу, управляющее рефлексивное воздействие в виде репрезентативного симулякра имеет своей целью сокрытие своих подлинных целей и действий. В данном случае определенная доля ложной информации присутствует, но она не превалирует над истинной, а только скрывает, искажая ее видимость. В то же время внутри репрезентативной модели симулякра обнаруживает себя модель нерепрезентативная (выступающая в тоже время и как предельный случай первой), заключающаяся в том, что симулякры способны выйти за рамки оппозиции подлинник-копия и уже не предполагают соотношения с никакими реально существующими референтами. В отличии от репрезентативной модели симулякра, в которой образ информационного пакета, транслируемого противнику, передается пусть и с искажениями, но напоминающими подлинник, нерепрезентативная модель отрицает последний и функционирует по своим законам в форме симуляции. Между тем в процессах симуляции доминирует ложная (не соответствующая действительности) информация о состоянии объекта, процесса или явления. Таким образом, оба аспекта воплощения управляющего рефлексивного воздействия в ходе противоборства являются сторонами всеобщего процесса симулякратизации или обмана, свойственного процессу боевых действий. В то же время именно симуляция и сокрытие в рамках пред38

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

лагаемой нами теоретической модели управления боевыми действиями представляют собой два наиболее фундаментальных аспекта существования или осуществления обмана (симулякратизации) как основы рефлексивного взаимодействия. В итоге, рассмотрев сущность и процессы рефлексивного управления, которое способно дополнить командное в рамках комплексного управления боевыми действиями, мы выявили теоретические основания возможности последнего. Однако требование практического приложения результатов нашего исследования ставит перед нами задачу разработки конкретных предложений и рекомендаций в работе должностных лиц, где будет совмещено командное и рефлексивное управление. Отмечая тот факт, что в интересах повышения эффективности управления боевыми действиями командир должен осуществлять постоянные синхронные попытки совмещения рефлексивных и командных решений, мы полагаем, что процесс принятия решений вообще и замысел боевых действий в частности является наиболее вероятной областью сочетания последних. Вместе с тем необходимо понимать, что командное и рефлексивное управление в контексте комплексного управления боевых действий реализуются как самостоятельные способы выполнения боевой задачи, разнесенные по времени осуществления. Но непременным требованием к эффективности комплексного управления боевыми действиями является когерентность командных и рефлексивных управленческих усилий. В таком случае перспективным практическим направлением, реализующим идею комплексного управления боевыми действиями, является четкая структуризация и синхронизация элементов алгоритма процесса принятия комплексного – командного и рефлексивного – управленческого решения и его возможная легитимизация в руководящих документах. Вместе с тем назрела настоятельная необходимость, опираясь на симулякративную специфику инструментов рефлексивного управления, проиллюстрировать сопряжение последних с элементами командного управления на временной шкале как на этапе подготовки к ее выполнению, так и в ходе выполнения боевой задачи (рис. 1). Предлагается рассмотреть временные и содержательные аспекты данного сопряжения на примере управления при подготовке и выполнении боевых задач авиационными формированиями. Мы полагаем, что элементы способа командного управления, как и элементы способа рефлексивного управления, должны формироваться одновременно после получения боевой задачи на № 4 (53) 2015


УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

этапе формирования замысла, в соответствии с которым на этапе непосредственной подготовки параллельно с осуществлением мероприятий рефлексивного управления противником проводятся действия по подготовке к выполнению боевой задачи в рамках командного управления. Зная последовательность формирования способа командного управления, способ рефлексивного управления должен быть ориентирован на создание благоприятных условий, повышающих результативность последующих действий в соответствии с выбранным способом командного управления и жестко привязан к основным элементам последнего. Мероприятия рефлексивного управления противником должны осуществляться как до вылета авиационных формирований на выполнение боевой задачи, так и на всем его протяжении. Под каждый из элементов способа комплексного управления боевыми действиями выделяются соответствующие силы и средства, обеспечивающие реализацию упорядоченной совокупности приемов командного и рефлексивного управления. Для решения задач рефлексивного управления противником целесообразно иметь специально выделенные силы и средства (штатные или выделенные страшим начальников), а также учитывать

возможность привлечения для данных мероприятий части сил, выполняющих боевые задачи. Наряду с этим следует уделить особое внимание временной градации действий командного управления и соответствующих им мероприятий рефлексивного управления противником: 1) на этапе непосредственной подготовки, за интервал времени от получения боевой задачи до начала ее выполнения силами и средствами рефлексивного управления, противником реализуются соответствующие подготовительные мероприятия, создающие благоприятные условия для выполнения боевой задачи в соответствии с выработанным замыслом. В то же время силы и средства, выделенные на его реализацию, осуществляют подготовительные мероприятия перед началом боевых действий по выполнению боевой задачи; 2) на этапе выполнения боевой задачи действия сил и средств рефлексивного управления противником начинают осуществляться синхронно с вступлением в боевые действия сил и средств, непосредственно выполняющих боевую задачу. При этом реализация способа рефлексивного управления противником на этапах непосредственной подготовки и выполнения боевой задачи осуществляется посредством посылок

Рис. 1. Временные и содержательные аспекты способа комплексного управления боевыми действиями

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

39


УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

противнику соответствующих информационных пакетов (ИП). Следует напомнить, что информационный пакет в рамках способа рефлексивного управления реализуется через совокупность симулякров, которые воплощаются как в нерепрезентативной форме (симуляция), так и в репрезентативной форме (сокрытие). Специфика каждого симулякра информационного пакета заключается в его способности быть воспринятым противником с помощью определенных технических средств и способов обработки информации. Опираясь на тезис о симулякративной сущности основного инструмента рефлексивного управления – информационного пакета, далее можно сформулировать определение способа рефлексивного управления противником. Под способом рефлексивного управления противником мы будем понимать упорядоченную совокупность посылаемых противнику информационных пакетов в целях создания благоприятных условий для выполнения боевой задачи. Каждый информационный пакет представляет собой комплекс симулякров несуществующей боевой обстановки, актов боевой и повседневной деятельности и (или) симулякров, скрывающих реально существующую боевую обстановку и ее элементы, характеризующие активность наших войск (сил) в процессе боевых действий. Следующим немаловажным аспектом осмысления места и роли рефлексивного управления в цикличном процессе действий авиации в вооруженной борьбе (а, следовательно, чередующемся рефлексивном анализе и формировании упорядоченной последовательности информационных пакетов для выполнения каждой боевой задачи) является попытка генерации алгоритма симулякративных действий, осуществляемых как перед, так и в ходе выполнения боевой задачи и повышающих эффективность последующих действий.

Цикличный процесс выполнения боевой задачи в контексте комплексного управления боевыми действиями (схематично представленный на рис. 2) начинается с ее получения и последующей оценки обстановки. Командир с учетом существующего опыта ведения боевых действий и осуществления мероприятий рефлексивного управления, проводимых по плану старшего начальника, приступает к формированию способа рефлексивного управления одновременно с выработкой способа выполнения поставленной боевой задачи. Вся имеющаяся информация об обстановке с учетом возможного ее изменения ко времени выполнения боевой задачи подвергается рефлексии в двух существенно различных аспектах [11]: 1. Информационной рефлексии подвергаются предположения относительно процесса и результата размышлений командования противника о состоянии и численности наших войск (сил) и возможном замысле на предстоящие боевые действия. Источником сведений для информационной рефлексии являются результаты анализа имеющихся у противника средств разведки, их типажа, количества и расположения, а также оценки возможностей противника по комплексной обработке полученной от них информации. 2. Операционная рефлексия направлена на априорное отражение процесса и результата размышлений о принципах и особенностях принятия решений противником в рамках тех сведений, которыми он обладает о состоянии наших войск (сил) и замыслах боевых действий. В данной связи немаловажным является определение факторов, влияющих на процессы принятия решения противником вообще. Мы полагаем, что интегральным фактором, определяющим размышления и стиль принятия решения, является когнитивный домен [12], в котором рассматриваются особенности мыслительных процессов и нематериальных свойств (качеств) командования, проблемы морали и боевого духа, уровень и полнота подготовленности личного состава и техники, боевой опыт командиров и т.д. В него транслируются и получают свое отображение индивидуализированные процессы восприятия и осмысления боевой обстановки, здесь происходит оценка своих возможностей и противника, принимаются конкретные решения на боевые действия. Следующим шагом будет определение выгодного образа Рис. 2. Упрощенная схема цикла выполнения боевой задачи в контексте комплексного управления боевыми действиями своих сил и средств, который 40

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

за счет передачи некоторой совокупности информационных пакетов может быть сформирован у противника. Отталкиваясь от реально существующего образа «себя» и зная тот образ своих сил (средств), который необходим для создания благоприятных условий выполнения боевой задачи, формируется цель рефлексивного управления. Далее, сопоставляя цель рефлексивного управления с имеющимися в распоряжении командира силами и средствами, последний производит ее декомпозицию и формирует задачи рефлексивного управления, определяет порядок их решения как до начала боевых действий, так и в ходе выполнения боевой задачи. Таким образом создается так называемый пространственно-временной каркас мероприятий рефлексивного управления. Для решения каждой задачи рефлексивного управления выделяются силы и средства, реализующие конкретную последовательность информационных пакетов, влияние которых на условия по выполнению боевой задачи также должно быть подвергнуто детальной оценке и согласованию со способом командного управления. Разработанный путем синхронизации способов командного и рефлексивного управления противником способ комплексного управления кладется в основу замысла решения на выполнение боевой задачи, детализируется в ходе планирования и осуществляется на практике. Завершающим этапом цикла выполнения каждой боевой задачи является анализ его результатов, предоставляющий ценный фактологический и аналитический материал, который будет использован уже в качестве исходных данных в процессе выполнения следующих боевых задач. Необходимо отметить, что, в зависимости от условий обстановки и специфики поставленной боевой задачи, важность элементов рефлексивного управления противником в процессе боевых дей-

ствий будет в значительной степени изменяться. И при определенных обстоятельствах может даже стать более значимой, чем управление силами, выполняющими боевую задачу. В соответствии с этим для качественной отработки способа рефлексивного управления противником командиру целесообразно иметь специальную группу (возможно, внештатную) в составе боевого расчета, обладающую соответствующей квалификацией по информационно-психологическому противоборству, наделенную обязанностями по разработке и выдаче предложений командиру по использованию конкретных мероприятий рефлексивного управления для их совмещения с действиями командного управления. В таком случае тесная работа боевого расчета обеспечит устранение «шероховатостей» взаимодействия и должна стать залогом повышения эффективности управления боевыми действиями благодаря внедрению комплексности последнего. Таким образом, перспективной направленностью в повышении эффективности процесса выполнения боевой задачи мы полагаем целесообразным уход в их организации от постулирования мер по обеспечению скрытности в замысле боевых действий к разработке и внедрению в последний способ комплексного управления боевыми действиями, который в своем содержании будет обеспечивать согласованность действий как сил по выполнению боевой задачи, так и сил, осуществляющих рефлексивное управление противником. Причем данная инновация в формировании замысла боевых действий должна осуществляться не разрозненно и эпизодически, как это, зачастую, воплощается сегодня в ходе определения отдельных мер, воспринимаемых как нечто самостоятельное и вынесенное за «скобки» выполнения боевой задачи, а обобщенно и систематизировано с единых позиций и целевых установок, обусловленных поставленной боевой задачей.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. 2. 3. 4.

Леоненко С. Рефлексивное управление противником // Армейский сборник. 1995. №8. Чаусов Ф. Основы рефлексивного управления противником // Морской сборник. 1999. №9. Ионов М. Управление противником // Морской сборник. 1995. №7. Махнин В.Л. Рефлексивные процессы в военном искусстве: историко-гносеологический аспект // Военная мысль. 2013. №2. 5. Обман // Большая энциклопедия: В 62 томах. М.; Терра, 2006., Т.17. – 6. Крамер К.Х.; Кайзер Т.Б.; Шмитд С.Е.; Дависон Дж.Е.; Лефевр В.А. От предсказаний к рефлексивному управлению. Рефлексивные процессы и управление. №2. Т.3. 2003. 7. Емелин В.А. Информационные технологии в контексте постмодернистской философии: дисс…канд.филос.наук. Москва, 1999. 8. Григорьева Н.И. Имиджи и симулякры в социально-коммуникативной среде современной цивилизации: автореф... канд. филос.наук. Нижний Новгород, 2010. 9. Ким И.В. Социальные симулякры и их исторические типы: автореф...канд. филос.наук. – Екатеринбург, 2008. 10. Платон. Собр. соч. : в 4 т. / Пер. с англ. / Платон. М., 1993. Т. 2. 11. Новиков Д.А.; Чхартишвили А.Г. Рефлексивные игры. М., 2003. 12. Арзуманян Р. Кромка Хаоса. Сложное мышление и сеть: парадигма нелинейности и среда безопасности XXI века. М., 2012.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

41


УПРАВЛЕНИЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ И ИХ ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

V.L. RAZGONOV

В.Л. РАЗГОНОВ

ПОДГОТОВКА ОФИЦЕРОВ ВОЙСКОВОЙ РАЗВЕДКИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ TRAINING THE OFFICERS OF MILITARY INTELLIGENCE IN MODERN CONDITIONS В статье анализируются особенности подготовки офицеров развечиков в Новосибирском высшем военном командном училище. Отмечается важность, в условиях нарастания военной угрозы, не только военно-профессионального обучения, но и военно-профессионального воспитания для формирования профессиональных качеств будущего офицера войсковой разведки. Анализируются проблемы подготовки военных разведчиков и предлагаются пути их преодоления. The article analyzes the peculiarities of training of officers of the scouts at the Novosibirsk higher military command school. Notes the importance, in the conditions of growing military threats, not only military training and professional military education for the formation of professional qualities of the future officers of the military intelligence. Examines problems of training of military intelligence, and suggests ways to overcome them. Ключевые слова: национальная безопасность, военная разведка, военный профессионализм, военно-профессиональное воспитание, комплексный подход к обучению и воспитанию, Новосибирское высшее военное командное училище. Keywords: national security, military intelligence, military professionalism, military-professional education, holistic approach to training and education, Novosibirsk higher military command school.

Военно-политическая обстановка в современном мире характеризуется, с одной стороны, нарастанием угрозы возникновения новой мировой войны, а с другой – резким обострением конфликтных ситуаций в отдельных странах и регионах. Существенно нарастает интенсивность и масштабность расширения НАТО на Восток, что затрагивает национальные интересы современной России. Развязывание военных конфликтов в странах арабского востока, «цветные революции», события на Украине, международный терроризм – все это в комплексе с откровенной антироссийской политикой США заставляет правительство Российской Федерации искать адекватный ответ нарастающим угрозам. Президент России В.В. Путин, выступая на заседании Организации договора о коллективной безопасности 15 сентября 2015 г. в Душанбе, отметил: «Убежден, что необходимо возобновить и предметные обсуждения темы создания в Евроатлантике системы равной и неделимой безопасности, нужно провести полную инвентаризацию накопившихся проблем и разногласий. На основе такого анализа можно выйти на обсуждение принципов устойчивого политического развития в ОБСЕ, других международных организациях; согласовать юридически обязывающие гарантии 42

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

неделимости, безопасности для всех стран; добиться соблюдения важных базовых принципов международного права, а это уважение суверенитета государств, невмешательство в их внутренние дела; закрепить нормы о недопустимости потворства антигосударственным, антиконституционным переворотам и поощрения радикальных и экстремистских сил» [1]. Под влиянием этих факторов значительно возрастают требования к подготовке военных специалистов, в частности офицеров-разведчиков, которые должны обеспечить непрерывное поступление информации для реалистичной оценки военно-политической обстановки в мире и принятия соответствующих политических и военных решений. Деятельность военного разведчика всегда была важной в русской, затем в советской и российской армии. Своим рождением современная российская военная разведка обязана созданию регистрационного управления полевого штаба Красной Армии 5 ноября 1918 г. В Красной, Советской, а затем в Российской армии подготовка военного разведчика играла ключевую роль. И сегодня военная разведка остается важным инструментом военной политики России, надежно защищая ее военно-политические и экономические интере№ 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

сы. Данные, полученные военной разведкой, часто играли ключевую роль при принятии высшим руководством страны решений по обеспечению ее безопасности. Новосибирское высшее военное командное училище (НВВКУ) является единственным военным вузом Российской Федерации, готовящим офицеров по специальности «Применение подразделений войсковой разведки». 1 июня 2017 г. оно отметит свое пятидесятилетие. Сформированное в 1967 г. как высшее военнополитическое, Новосибирское училище готовило офицеров воспитательной работы и командный состав для подразделений Сухопутных и Воздушно-десантных войск, командиров подразделений специального назначения Главного разведывательного управления Генерального штаба. Первый выпуск офицеров состоялся в 1971 г. Выпускники училища принимали участие в боевых действиях в Афганистане, Чечне и Южной Осетии, а также в различных миротворческих операциях. За 48 лет своего существования из стен училища вышло порядка 18 тысяч офицеров, 26 из которых удостоены звания Героя Советского Союза и Российской Федерации, в том числе 12 офицеров-разведчиков. До 1991 г. офицеры войсковой разведки по специальности «Командная, тактическая, войсковой разведки» готовились в Киевском высшем общевойсковом командном училище, которое обеспечивало офицерами разведывательные подразделения Сухопутных войск ВС СССР. После распада Советского Союза военным руководством нашей страны было принято решение об организации подготовки офицеров войсковой разведки в Новосибирске. На основании приказа министра обороны РФ от 1992 г. № 20 в Новосибирском ВОКУ была сформирована кафедра разведки. Группа офицеров кафедры разведки под руководством полковника А.А. Барило за короткий период разработала учебные программы подготовки офицеров-разведчиков, создала необходимую классно-лабораторную и полевую учебно-материальную базу. Системная работа по подготовке специалистов для разведподразделений Сухопутных войск Вооруженных Сил России изначально была ориентирована на применение в обучении инновационных средств. На кафедре была создана видеокомпьютерная система для демонстрации слайдов и видеосюжетов по учебной дисциплине «Устройство технических средств разведки и их боевое применение». Для эффективного обучения курсантов подполковником О.В. Козловским был оборудован класс военной топографии, подполковником Ю.Е. Ивановым, капитаном М.М. Медведевым и прапор№ 4 (53) 2015

щиком Л.Н. Киреевым была спроектирована и оснащена лаборатория радиолокационных средств разведки. В настоящее время на кафедре изучаются дисциплины «Разведка и иностранные армии», «Устройство технических средств разведки и их боевое применение», «Военная топография» и др. Они являются базовыми для подготовки профессиональных разведчиков. Уже к 1997 г. кафедра разведки НВВКУ создала учебно-материальную базу, не имеющую аналогов в других военных училищах страны. Для качественного формирования навыков ведения войсковой разведки на кафедре был создан тренажерный комплекс обучения боевой работе экипажей, где было установлено разведывательное оборудование БРМ, стационарная танковая навигационная аппаратура ТНА-3, тренажеры дальномерщика и другие средства разведки. В сочетании с радиополигоном в составе класса управления подразделениями в бою и лаборатории связи тренажерный комплекс в свое время составлял «Комплекс управления разведывательными подразделениями в бою». Преподавателями кафедры были разработаны учебники и учебно-методические пособия для подготовки курсантов военных училищ Сухопутных войск по тематике «Разведка и иностранные армии». По инициативе коллектива кафедры была создана комплексная полевая база для формирования военно-профессиональных компетенций выпускников и формирования у них профессиональных качеств офицера войсковой разведки («тропа разведчика» с участком по обучению ведения разведки наблюдением и действием в поиске, налете и т.д.). Курсанты овладевают навыками грамотной эксплуатации автомобильной и бронетанковой техники отечественного производства и армий стран вероятного противника. Постоянное внимание в обучении курсантов уделяется воздушно-десантной и водолазной подготовке. Первоначально этим занималась кафедра воздушно-десантной подготовки, созданная в училище в 1994 г. Перед кафедрой войсковой разведки была поставлена задача подготовить офицеров, знающих воздушно-десантную технику, умеющих готовить разведчиков и грузы к десантированию в тыл противника из самолетов военно-транспортной авиации и вертолетов. В октябре 2003 г. впервые в училище были организованы и проведены прыжки с парашютом из вертолета МИ-8 ночью. В 2005 г. были проведены прыжки с парашютом из самолета ИЛ-76. В настоящее время полностью отработана методика воздушно-десантной подготовки будущих разведчиков с учетом специфики задач, решаемых подразделениями войсковой разведки. Система воздушно-десантной подгоВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

43


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

товки позволяет будущим офицерам-разведчикам овладевать навыками совершения прыжков с парашютом на любую местность из самолетов воздушно-транспортной авиации и вертолетов с учетом особенностей выполняемых задач. Большое внимание уделяется водолазной подготовке. В первые годы водолазные погружения проводились на Обском водохранилище, в 1999 г. была совершена высадка водолазов с катера в водолазном снаряжении СВУ-3. Курсанты совершили выход в заданную точку в подводном положении. В 2006 г. в училище были подготовлены к использованию буксировщики водолазов «Протон», с помощью которых курсанты получили навыки работы на подводных средствах движения. В 2006 г. прошла водолазная стажировка офицеров-преподавателей в войсках, что позволило им повысить свой профессиональный уровень и существенно повлияло на качество обучения курсантов. На кафедре вооружения и военной техники будущее разведчики проходят обучение в специально оборудованных классах стрелкового оружия и гранатометов, систем управления огнем, эксплуатации вооружения, электронных тренажеров (и на войсковом стрельбище). В училище регулярно поступают образцы нового вооружения и техники Сухопутных войск. Подготовка будущих офицеров-разведчиков в училище постоянно совершенствуется. Военной доктриной Российской Федерации (2014 г.) впервые среди основных задач Вооруженных Сил, других войск и органов в мирное время определено обеспечение национальных интересов Российской Федерации в Арктике. Арктическая зона России является полигоном особых стратегических и экономических интересов государства и нашего общества в целом. Борьба за контроль над Арктикой между современными государствами разворачивается далеко не случайно. По предварительным оценкам, в регионе находится огромное количество запасов нефти и газа, сопоставимое с запасами Аравийского полуострова. За время учебы курсанты овладевают навыками ведения разведки в особых условиях. Изучаются основы альпинизма, проходит горно-стрелковая подготовка. Каждый год команда вуза участвует в Эльбрусиаде (соревновании по восхождению на Эльбрус за определенное время). Курсанты проходят воздушно-десантную подготовку в особых условиях (прыжки с парашютом на лес, воду, ночные, с задержкой в раскрытии основного парашюта, с грузовым контейнером, с оружием и снаряжением, в сложных метеорологических условиях. За время учебы каждый курсант совершает 35-45 прыжков. Отрабатывать навыки ра44

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

боты с информацией, получаемой с современных средств разведки, будущим командирам разведподразделений помогает комплекс оборудования, созданный на основе современных информационно-компьютерных средств преподавателями нашего училища. Он позволяет отслеживать и руководить разведчиками, действующими на полигоне. На мониторы с беспилотников передаются видео- и фотоизображения, и командир руководит ситуацией «в поле». Курсантов учат выживать в любых условиях. После прохождения подготовки они должны уметь добыть огонь без спичек, прокормить себя в различных климатических условиях, обеспечить условия для отдыха в зимних условиях. Деятельность разведчика связана с длительным пребыванием в обстановке враждебного окружения, часто в незнакомой местности без возможности безопасного отдыха, в постоянной готовности к вступлению в бой. Это предъявляет особы требования к подбору и подготовке будущих военных разведчиков. Все это заставляет подходить к подбору будущих разведчиков с особой тщательностью. Работа начинается на уровне военкоматов: училище взаимодействует с ними в плане профессионально-психологического отбора кандидатов. Сегодня профессия разведчика является очень престижной. Об этом красноречиво свидетельствует и конкурс на эту специальность в НВВКУ. В 2015 г. он составил 6 человек на место. С первых шагов пребывания курсантов в училище им дается установка на то, что по их поведению судят обо всем училище и о Вооруженных Силах в целом. Культивируется всеобщая установка на сознательность и ответственность перед собой и товарищами по службе, командованием, формируется культ офицера войсковой разведки. Подготовка будущего разведчика – это не только физическая и строевая подготовка, умение прыгать с парашютом и владеть современными видами оружия. Военное образование включает в себя также приобретение глубоких знаний психологии, педагогики, истории, политологии, военной истории и философских проблем военного дела. Оно предполагает формирование у будущих офицеров высокого оборонного сознания, воспитание патриотизма, любви к Отечеству. Победа в вооруженных конфликтах достигается не только силой оружия, но и силой духа, поэтому гуманитарная составляющая военного образования играет важнейшую роль в подготовке офицера-разведчика. Отмечается правило: «Для военной профессии профессионализм – категория человеческого бытия, представляющая систему личностных, мировоззренческих, деловых, моральных и нравственных качеств» [2]. № 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

Он представлен военно-профессиональными компетенциями выпускников, сформированными у них в период обучения. Эти требования к подготовке военных разведчиков выдвигают на первое место комплексный подход к их подготовке. Современная военнополитическая обстановка быстро меняется, необходимо постоянно совершенствовать процесс обучения, осваивая современные педагогические технологии, находя новые подходы к содержанию учебного процесса. Серьезное внимание в обучении курсантов мы уделяем развитию исследовательской компетенции. В работе военно-научных кружков курсанты уже с первого курса знакомятся и обсуждают актуальные проблемы военной истории, международного гуманитарного права, других научных дисциплин, проходит подготовка курсантов училища к участию в Международной олимпиаде по военной истории, в которой команда курсантов нашего училища принимает участие уже не один год (в 2014 г. капитан команды курсант Е. Величкин занял первое место в конкурсе капитанов на олимпиаде по военной истории, а в 2015 г. команда училища заняла 4 общекомандное место). Такой успех был достигнут за счет того, что в подготовке команды принимали участие педагоги-новаторы кафедры гуманитарных и общенаучных дисциплин, кандидаты и доктора наук, офицеры, имеющие богатый боевой и служебный опыт. Большое значение придается усвоению основных проблем международного гуманитарного права, в соответствии с которыми предстоит действовать будущему офицеру-разведчику. В курсе правоведения в программе обучения курсантов нашего училища для изучения норм международного гуманитарного права выделена отдельная проблема, в рамках которой проходят лекционные и практические занятия с разбором различных ситуаций, что обеспечивает умение применения этих правил в практической профессиональной деятельности. Курсанты готовят конкурсные научные исследования, представляя их на уровне научных институтов СО РАН, вузов г. Новосибирска и Новосибирской области. Важную роль играет изучение иностранных языков. В нашем училище курсанты изучают не только один из современных европейских языков (английский, немецкий или французский), но и один восточный язык (факультативно). Качественная страноведческая подготовка в училище оказалась возможной благодаря сотрудничеству кафедр – войсковой разведки, иностранных языков, гуманитарных и общенаучных дисциплин. На базе последней преподаются курсы «Культурологии и культуры делового общения» и «Полито№ 4 (53) 2015

логии», обеспечивающие закрепление знаний по политическим и культурным традициям не только стран-союзников, но и вероятных противников нашей страны. В рамках курсов «Культурология и культура делового общения» и «Философия» изучаются национально-психологические и конфессиональные особенности народонаселения разных регионов мира. Подготовка офицера-разведчика невозможна без специальных психологических знаний. При изучении психологии, прежде всего, обращается внимание на факторы, которые определяют боевую активность воинов. Психологическая подготовка в училище – это не только теоретическое освоение основ психологии, но и регулярные тренинги, направленные на активизацию психологических возможностей будущих офицеров, формирование выдержки, устойчивости, выносливости, преодоление страха и т.п. Изучение психологии направлено на формирование умений понимать характерные национально-психологические и конфессиональные особенности своих подчиненных, бойцов вероятного противника, что жизненно необходимо для военных разведчиков. В ходе практических занятий в курсе психологии курсанты развивают такие личностные качества, как память, внимание к деталям, способность к языкам, знание практической психологии и педагогики, храбрость, способность к перевоплощению, наблюдательность и т.д. Кроме общей психологии курсанты училища осваивают психологическую подготовку к решению конкретных боевых задач, психологическую поддержку и психологическую реабилитацию военнослужащих, информационно-психологическое противоборство с противником, а также ряд специальных задач, решаемых в ходе ведения войсковой разведки. В училище уделяется большое внимание противостоянию фальсификациям истории России, в частности, истории Второй мировой и Великой Отечественной войн. Решению этой задачи способствуют организация и проведение ежегодной Всероссийской научно-практической конференции «Гуманитарные проблемы военного дела» и издание журнала с тем же названием. В числе участников этой конференции в 2014 г. были представители 4 стран (Российская Федерация, Республика Беларусь, Республика Казахстан, Палестинская автономия) и 5 городов Российской Федерации (Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск, Тюмень, Южно-Сахалинск). Впечатляет и состав участников конференции: докторов наук – 13; кандидатов наук – 29; профессоров – 8; доцентов – 27; старших научных сотрудников – 3; младших научных сотрудников – 1; аспиранВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

45


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

тов, адъюнктов, соискателей, магистрантов – 12; курсантов – более 50 [3]. Второй выпуск журнала был посвящен 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. Интерес к проблематике, заявленной в журнале, постоянно возрастает. На очередную конференцию, которая планируется 20 ноября 2015 г., уже прислали свои доклады ученые, преподаватели, адъюнкты и курсанты из 2 стран (Российская Федерация и Республика Беларусь) и 8 городов Российской Федерации (Москва, Новосибирск, Красноярск, Кострома, Воронеж, Барнаул, Бийск, Томск). Ведущую роль в организации и проведении конференции играет отдел организации научных исследований училища и кафедра гуманитарных и общенаучных дисциплин. Качественному военно-профессиональному воспитанию курсантов способствует созданный в училище комплекс военно-мемориальных средств воспитания (мемориал «Героям-выпускникам училища», «Маршал Победы Г.К. Жуков», памятник А.В. Суворову, музей истории училища и др.). Комплекс постоянно совершенствуется, используется властями г. Новосибирска и области, способствует передаче военных традиций училища. В новую редакцию Военной доктрины РФ включены определенные изменения в сфере военно-политического сотрудничества и взаимодействия. Расширен круг государств – партнеров России по развитию сотрудничества в сфере укрепления международной безопасности. В него входят страны БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская республика). В нашем училище по специальности «Применение подразделений войсковой разведки» обучаются не только российские курсанты, но и иностранные военные специалисты. Профессионализм и мастерство преподавателей нашего училища позволяет не только готовить профессиональных разведчиков из иностранных курсантов, но и самим изучать опыт подготовки специалистов войсковой разведки зарубежных армий и адаптировать его к современным российским условиям. Следует отметить, что изучается опыт не только наших союзников, но и потенциальных противников.

Комплексный подход к обучению и воспитанию будущих военных разведчиков дает свои результаты. Так, на Международных соревнованиях «Отличники войсковой разведки» в августе 2015 г. курсанты училища участвовали в состязании со сборными командами разведчиков из Беларуси и Китая. В сложнейших условиях, максимальноприближенных к реальным, российские курсанты смогли обойти профессионально подготовленные команды из других стран и по достоинству занять первое место. Реформы военного образования последних лет, к сожалению, упускали проблемы воспитания личного состава российской армии, в ходе которого формируется высокий моральный дух бойцов. Сегодня в соответствии с требованиями министра обороны С.К. Шойгу одна из главных задач состоит в разработке и введении в практику обучения и воспитания войск государственной идеологии воинской службы и корпоративной военной этики. На обеспечение единства военно-профессионального обучения и воспитания направлены усилия командования и преподавательского состава училища. Возрождаются органы по работе с личным составом, квалифицированные кадры для которых мы способны готовить. Специфика военной разведки требует подготовки офицеров, способных качественно работать в условиях неопределенности, реальной опасности для жизни и высокой личной ответственности за качество и последствия принимаемых решений. Выпускник, будущий командир, должен обладать навыками воспитательной и организаторской работы в реальной обстановке жизни и деятельности разведывательных частей и подразделений. Именно таких специалистов сегодня готовит Новосибирское высшее военное командное училище при всемерной поддержке главнокомандующего Сухопутными войсками генерал-полковника О.Л. Салюкова, полномочного представителя Президента России в Сибирском Федеральном округе генерала армии Н.Е. Рогожкина, Председателя комитета Совета Федерации по обороне и безопасности В.А. Озерова (выпускника училища 1979г.) и начальника разведки Сухопутных войск генерал-майора В.Н. Марусина.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Материал с сайта: http://www.pravda.ru/news/world/15-09-2015/1274747- sammit-0/ 2. Пономаренко В.Л.; Ворона А.А. Военное образование как система формирования психологического ресурса военнослужащего / В.А. Пономаренко; А.А.Ворона // Военная мысль. 2015. № 7. С. 64, 65. 3. Гуманитарные проблемы военного дела. 2014. № 1. С. 8, 9.

46

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

E.A. KARPOV

Е.А. КАРПОВ

АРТИЛЛЕРИЙСКИЕ ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫЕ УЧИЛИЩА (1946-1955 ГГ.): ОРГАНИЗАЦИЯ, КАДРЫ, ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ARTILLERY PREPORATORY SCHOOLS (1946-1955): ORGANIZATION, SHOTS, ACTIVITY В статье впервые рассматривается история создания, инфраструктура, результативность деятельности и кадровый состав неизученного вида военно-учебных заведений для подростков советского периода – артиллерийских подготовительных училищ, действовавших в 1946-1955 гг. The article first considers the history of Foundation, infrastructure, the activity and its results, as well as staffing unexplored types of military schools of the Soviet period artillery preparatory schools operating in 1946-1955. Ключевые слова: артиллерийские подготовительные училища, воинское обучение и воспитание в СССР, советская молодежь, послевоенный период истории СССР, модернизация в Вооруженных силах, подготовительное военное образование для подростков. Keywords: artillery preparatory school, military training and education in the USSR, Soviet youth, the post-war period the history of the USSR, modernization in the Armed forces, preparatory military education for teenagers

Органичной частью советского общества послевоенной эпохи являлась молодежь, которая не попала на фронт по возрасту, но вынесла на своих плечах тяжесть оккупации и трудового подвига в тылу. На фоне общересурсной мобилизации населения и высочайшего авторитета Красной Армиипобедительницы (с февраля 1946 г. – Советской Армии) значительная часть подростков оказалась на полном государственном обеспечении в подготовительных военно-учебных заведениях. Система таких учебных заведений, имеющая весьма приблизительные аналоги в отечественной истории, появилась в СССР в 1937-1940 гг., была модернизирована в 1943 г. и окончательно сложилась в 1946 г. Она была представлена как учебными заведениями с военно-профессиональной составляющей, так и военно-учебными заведениями с общевоинской и военно-профессиональной подготовкой: школами военно-музыкантских воспитанников, артиллерийскими (те и другие созданы в 1937 г.), военно-морскими спецшколами и спецшколами ВВС (те и другие созданы в 1940 г.), суворовскими военными училищами, суворовскими военными училищами войск НКВД СССР (те и другие созданы в 1943 г.), военно-морскими подготовительными и нахимовскими военно-морскими училищами (те и другие созданы в 1944 г.), наконец, артиллерийскими подготовительными училищами (созданы в 1946 г.). В 1946 г. был разработан проект организации авиационных подготовительных училищ, который так и не был осуществлен [6-233]. По сути, в деле подготовки воинских кадров СССР постепенно вернулся к опыту кадетских корпусов. № 4 (53) 2015

Историография указанных военно-учебных заведений, исключая суворовские военные училища (далее – СВУ), не сложилась. Абсолютно неизвестными для исторической науки остаются и артиллерийские подготовительные училища (далее – АПУ). Изучение истории создания и деятельности АПУ дает возможность расширить представление о советском обществе, в частности, молодежи позднесталинской эпохи, а также определить место и роль АПУ в системе подготовки кадров для Советской Армии. В практическом плане опыт создания и деятельности АПУ может быть использован в современной системе подготовительного военного образования для подростков и патриотического воспитания молодежи. Решение о создании АПУ было принято на совещании у И.В. Сталина 17 июня 1946 г. По итогам совещания Советом Министров СССР было принято постановление от 10 июля 1946 г. № 1532-680сс «Об организации артиллерийских подготовительных училищ в системе Министерства Вооруженных Сил Союза ССР» «…в целях повышения качества подготовки кадров для комплектования артиллерийских училищ..» (ГА РФ. Ф.5446. Оп.106с. Д.216.). Данное постановление содержит положения об организации, устройстве и деятельности АПУ. В соответствии с указанным постановлением Совмина СССР к 20 августа 1946 г. на базе бывших артспецшкол министерств просвещения союзных республик было создано 10 АПУ: в РСФСР – 1-е и 2-е Московские, Ленинградское, Ростовское; в УССР – Киевское, Харьковское, Одесское, Сталинское; в БССР – Минское (с дисклокацией ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

47


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

в г. Гомеле), в Закавказье – Ереванское (далее – 1 и 2 МАПУ, ЛАПУ, РАПУ, КАПУ, ХАПУ, ОАПУ, САПУ, МиАПУ, ЕАПУ). В 1946 г. также было утверждено Положение об артиллерийских подготовительных училищах, которое пока не обнаружено. Очевидно, что создание сети АПУ было вызвано двумя причинами – необходимостью укрепления военной мощи страны и, в меньшей степени, социальной. Первая, вероятно, была обусловлена численным и профессиональным ростом армии (к концу Великой Отечественной войны в системе артиллерии Красной Армии действовали 36 училищ различной специальности, в которых обучалось почти 30 000 курсантов [1]). Развитие конфронтации между СССР и бывшими ведущими союзниками по Антигитлеровской коалиции, которая в конце 1940-х гг. переросла в активную фазу «Холодной войны», стимулировало наращивание советской военной мощи [5]. В этот период артиллерия составляла основную огневую силу Советской Армии. Опыт работы в 1937-1940 гг. артспецшкол показал, что более 30% их выпускников, не связанных никакими обязательствами, отказывались продолжать военное обучение в артиллерийских училищах. В условиях активной внешней политики СССР были необходимы новые формы подготовки артиллерийских кадров [3]. Вторая причина обусловлена тем, что создание в 1943 г. подготовительных военно-учебных заведений, в т.ч. АПУ, происходило в рамках ремодернизации системы образования и масштабных социальных мер, предпринятых государством для возвращения массы подростков, задетых войной, в русло социально-приемлемых общественных отношений и в учебный процесс. Была усилена борьба с беспризорностью и детской преступностью, развернут массовый призыв в

школы ФЗО, ремесленные и железнодорожные училища, усилены меры административного воздействия к родителям и т.д. Если СВУ изначально были сформированы с целью заботы о детях, чьи родители погибли во время войны, то АПУ были ориентированы на обучение, прежде всего, детей офицеров и др. военнослужащих с последующим обязательным поступлением в артиллерийские военные училища (родители подписывали свое согласие). При этом в постановлении Совмина от 10 июля 1946 г. № 1532-680сс было закреплено преимущество при поступлении в АПУ детей погибших военнослужащих и др. советских граждан. Структурно АПУ находились в ведении Управления артиллерийских училищ в аппарате командующего артиллерией Советской Армии (далее – УАВУЗ), которое осуществляло контроль и руководство деятельностью училищ. АПУ предоставляли воспитанникам бесплатное полное общее среднее образование (платное полное среднее образование в СССР за 8-10 классы просуществовало с 1940 по 1956 гг.). В отличие от СВУ с семилетним сроком обучения – 4-10-е классы, в АПУ, как и в артспецшколах, учились три года – 8-10-й классы. Воспитанники проживали в интернатах, фактически в казарме. По своей структуре и устройству АПУ были во многом идентичны СВУ и являлись более милитаризированной ступенью развития артспецшкол наркомпросов союзных республик. Каждое АПУ должно было насчитывать 600 чел. (шесть батарей воспитанников, по три взвода в батарее). Однако из-за проблем с раз-

Фото 1. Взвод воспитанников 10 класса ЕАПУ с офицеромвоспитателем. 1948 г. Фото из личного архива полковника в отставке Б.П. Сыченкова

48

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

мещением и по др. причинам численность воспитанников менялась. Так, в САПУ она составляла – 300 чел., во 2 МАПУ одно время 625 чел., а в ХАПУ даже 675 чел. Взводы воспитанников возглавляли офицеры-воспитатели, которые подчинялись командиру батареи. Воспитанники исполняли обязанности командиров отделений и помощников командиров взвода. При каждом АПУ был свой оркестр, батарея обеспечения из военнослужащих срочной службы (позднее взвод, а также комендантский взвод), автопарк и парк артвооружения – учебного и боевого (гаубицы обр. 1938 г. М-30, пушки обр. 1942 г. ЗИС-3, полковые минометы обр. 1938 г.). Каждое училище, как правило, возглавлял генерал артиллерии. Все АПУ занимали, в основном, бывшие школьные здания. Форма одежды воспитанников была унаследована от артспецшкол и состояла из формы артиллерийских офицеров с брюками навыпуск и курсантскими погонами, только уже и без шифровок. Большинство воспитанников выбирали место обучения из-за бесплатного образования и полного государственное обеспечения (особенно курсантского рациона питания), что было немаловажно в суровое послевоенное время, а также высочайшего авторитета армии-победительницы и романтики офицерской профессии. Все это, а также информационная кампания в печати и на радио, а позднее и качество обучения, обеспечивали определенную популярность АПУ. Если в первый уч. год училища имели некомплект 10%, то в 1950 г. конкурс составлял 5-10 чел. на место. Отбор кандидатов происходил по итогам оценки медкомиссии и экзаменов: в 8-й класс-шесть экзаменов письменно и устно, в 9-й – семь, в 10-й – восемь. Вся жизнь и деятельность воспитанников в АПУ, вплоть до мелочей, строились в соответствии с уставами ВС СССР и инструкциями вышестоящих военных инстанций, на основании воинской требовательности и субординации. Свободного времени практически не оставалось. Учебный процесс при шестидневной неделе по шесть уроков для всех АПУ был представлен программами средней школы РСФСР (16 предметов). Большое внимание уделялось математике как профильному для артиллериста предмету. Система дополнительного образования, охватывала значительную, если не большую, часть воспитанников. Так, только в 1951-1952 уч. году в 1 МАПУ действовало 11 разных кружков и 7 спортивных секций. № 4 (53) 2015

Военный компонент в учебном процессе был представлен строевой и физической подготовкой, а также изучением уставов ВС СССР. Воспитанников знакомили с материальной частью артиллерийского и стрелкового вооружения, приборами и теорией артстрельбы, военной топографией, тактикой, огневой подготовкой, штыковым боем. Большую часть указанных дисциплин воспитанники изучали с практическим закреплением в летних лагерях, в которые 8-й и 9-й классы выезжали на 45 дней. Элементарные знания по организации артиллерии, ее применению, взаимодействию с другими родами войск воспитанники получали во время внеклассной работы, в военных кружках. Основной целью все же была общеобразовательная подготовка. Значительную роль в учебном процессе играл принцип соревновательности. Подразделения соревновались по количеству взысканий и поощрений, за более высокий средний учебный балл, количество спортсменов и даже по игре батарейных барабанщиков. По указанию УАВУЗ между АПУ, а также между подразделениям каждого училища были организованы первенства. Победителя определяли по уровню успеваемости, организованности и внутреннего порядка. Училище-победитель награждалось переходящим призом командующего артиллерией Советской Армией. Первые послевоенные наборы воспитанников отличались слабой учебной подготовкой и физическим развитием, уровень знаний 10-классников равнялся примерно 6-7 классам общеобразовательных средних школ. Отчисление как дисциплинарная мера применялось в самых крайних случаях. С вновь набранными воспитанниками проводилась языковая унификация, особенно с ребятами из сельской местности УССР и Армянской ССР. По национальному составу большинство воспитанников всех АПУ (кроме некоторых училищ на территории УССР) составляли русские. Вторыми по численности были украинцы, третьими – евреи (даже в АПУ на территории РСФСР их было поровну с украинцами либо больше). Примечательно, что в ЕАПУ и ЛАПУ учились дети испанских революционеров. По социальному составу сироты составляли около 1/10, не имеющие одного родителя – от 1/3 до 1/2. Большинство воспитанников были сыновьями служащих и рабочих – 1/2 до 1/3. Сыновьями офицеров и генералов являлось незначительное количество. «Дети улиц», в основном, так и не смогли интегрироваться и покидали АПУ. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

49


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ Фото 2. После урока во 2 МАПУ. 1948-1951 гг. Из личного архива полковникав отставке Б.Г. Афанасьева

Несмотря на то, что в АПУ должны были обучаться юноши 15-17 лет, длительное время выпускниками училищ являлись переростки 18-20, даже 21 года, не имевшие возможности учиться в годы войны. Возрастные особенности и специфика военноучебного заведения делали воспитанников сложным контингентом для обучения, управления и воспитания, требующим особого подхода и опыта работы. Как в любом молодом мужском коллективе, существовали внутренняя самоорганизация и саморегуляция, подчас жесткая, было принято «воспитание коллективом», существовали круговая порука и система внешних неофициальных отличий – клешеные брюки, погоны с «галуном» из фольги, тянутые тульи фуражек, удлиненная стрижка и бравада. Периодически на улице происходили стычки с гражданской молодежью, в т.ч. учащимися спецшкол ВВС и ремесленных училищ. Во всех АПУ в разной степени сложилось неформальное разделение на «хазар» (8-й класс) и «спецов» (9-й и 10-й классы), с физической эксплуатацией первых и заменой новых предметов обмундирования на старые. Корень явления находится в артспецшколах, учащиеся которых составили первые наборы АПУ. Благодаря действиям руководства и самих воспитанников в начале 1950-х гг. такие отношения были изжиты. Офицерский и преподавательский состав АПУ в целом соответствовал уровню задач, стоящих перед училищами, даже учитывая сложный и специфичный контингент, с которым приходилось работать. Офицеры-воспитатели и командиры батарей, в основном, были молодые люди 24-32 лет, фрон50

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

товики – примерно 80%, со средним образованием – примерно 90%, в звании не ниже капитана и в большинстве не имели прежде опыта педагогической работы. Начальник ЕАПУ (позднее МиАПУ и ХАПУ) генералмайор артиллерии Д.И. Тарасов и начальник КАПУ генерал-майор артиллерии А.П. Свиридов, в прошлом кадеты, имели непосредственное представление о работе с подростками. В АПУ служили, по крайне мере, 8 Героев Советского Союза. Преподавательский состав был преимущественно вольнонаемным (примерно по 40 чел. на АПУ). Преподаватели являлись для воспитанников старшими и имели в отношении них дисциплинарные права. Абсолютное большинство преподавателей – примерно 90%, имели высшее образование. В основном это были опытные педагоги, до 50% имели стаж работы 10-12 лет, некоторые с дореволюционным стажем. Вместе с тем изза меньшего размера, чем в школах министерств просвещения союзных республик, оплаты труда и отсутствия ряда льгот, в АПУ существовала значительная текучесть преподавательского состава. Результативность учебной работы, даже принимая во внимание безусловное завышение показателей, была в целом хорошей. Около 50% воспитанников АПУ за все время работы училищ составили «хорошисты», около 30% – «троечники», примерно 20% «отличники». Главной проблемой учебного процесса являлась всеобщая низкая успеваемость по русскому языку при изначальной малограмотности. Правом выбора артиллерийского училища обладали «отличники» и «хорошисты» из числа выпускников. Воспитанники с низкими успеваемостью и уровнем поведения, а также не сдавшие выпускные экзамены попадали в отдаленные артучилища и, в исключительных случаях, в танковые, автотракторное и даже пехотные. Предметы военного компонента в «аттестат зрелости» не выставлялись. В соответствии с духом времени учебный и воспитательный процессы в АПУ были идеологизированы и находились под влиянием «культа личности» И.В. Сталина. Политический момент № 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ Фото 3. Воспитанники чистят гаубицу М-30. Лагерь 2 МАПУ. 1952 г. Из личного архива полковника в отставке Р.Б. Ростиславова

определял идеологический вектор обучения и воспитательного процесса. Например, решения XIX съезда КПСС (1952 г.) отразились в темах ряда уроков. Идеологическая составляющая присутствовала не только на уроках, но и в приказах по АПУ, самодеятельности и т.д. Решения комсомольских и партийных организаций АПУ касались всех сторон деятельности училищ, в т.ч учебного процесса, и были обязательны к исполнению. Одним из приоритетных направлений учебного и воспитательного процессов являлась физическая подготовка и развитие (зарядка, уроки физкультуры, спортивно-массовая работа). Воспитанники учились владеть своим телом на спортивных снарядах – турнике, брусьях, кольцах и т.д., в любую погоду на улице проводилась утренняя зарядка. Правильно выполненное упражнение могло стать основанием допуска в увольнение. В каждом АПУ, в т.ч. в лагерях, регулярно проходили различные спортивно-массовые мероприятия: эстафеты, спартакиады, спортивные праздники, футбольные матчи, лыжные кроссы, соревнования по легкой атлетике и т.д. Так, в 1948-1949 учебном году воспитанники 2 МАПУ приняли участие в 28 соревнованиях уровня училища, межучилищных (со спецшколой ВВС) и общегородских. Сборные АПУ принимали участие в гарнизонных, окружных, республиканских и всесоюзных молодежных соревнованиях. Во время спортивных мероприятий в училищах и лагерях происходил прием зачетов по нормам ГТО. Кульминацией спортивно-массовой работы являлось участие сборных команд АПУ в летней Спартакиаде суворовских военных, нахимовских военно-морских и артиллерийских подготовительных училищ. За время своей работы АПУ трижды выступили на Спартакиаде – в г. Москве в 1949 г., в г. Киеве в 1951 г., в г. Воронеже в 1953 г. Воспитательный процесс в целом охватывал все сферы деятельности АПУ и был направлен на социализацию воспитанников и культивирование качеств, необходимых советскому воину, – исполнительности, послушания, дисциплинированно№ 4 (53) 2015

сти, собранности, быстроты реакции, непримиримости к врагам, коллективизма, а также любви к порядку, артиллерии, преданности Родине, Партии и Советскому правительству. Воспитательная работа в АПУ была организована в формате учебных занятий и внеклассной работы и подразделялась на учебно-воспитательную, политико-воспитательную и культурно-массовую. Для воспитанников и их же силами организовывались разборы и обсуждение прочитанных книг, различные доклады и лекции (в т.ч. на политические темы), встречи с героями войны и труда, советскими писателями, актерами, экскурсии на производство, смотры художественной самодеятельности, танцевальные вечера с ученицами женских школ, а также различного рода внутренние выставки, посвященные истории русской артиллерии и победам русского и советского оружия и т.д. Самой распространенной формой внеклассной воспитательной работы являлись организованные посещения музеев и театров по месту дислокации (как правило, самых лучших), а также кино и зоопарков. Так, в 1951 г. во 2 МАПУ в 8-м классе посещения театра и кино составили 103 час. из 293 час. внеклассной воспитательной работы, в 9-м классе – 94 час. из 184 час., в 10-м классе – 95 час. из 170 час. Самой распространенной формой политиковоспитательной работы являлась политинформация. В воспитательной работе нашли отражение события «Холодной войны» – гражданская война в Китае, Корее и антиколониальная во Вьетнаме, опасность «враждебного капиталистического окружения», а также громкие внуВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

51


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

триполитические дела эпохи – дела журналов «Звезда» и «Ленинград» и борьба с «космополитизмом». Значительную роль играл положительный пример офицеров и преподавателей. Одним из основных методов воспитания также считалась постоянная деловая занятость воспитанников. Однако, особенно в первое время, чрезвычайно широко и чрезмерно применялись такие взыскания, как лишение увольнения и арест. Факультативно во всех АПУ проводилось обучение бальным танцам. Воспитанникам целенаправленно прививали правила гигиены и основы этикета. Большое психологическое воздействие имело вручение училищам в торжественной обстановке Красного Знамени, а также ежегодное участие воспитанников АПУ в гарнизонных праздничных парадах и демонстрациях 7 ноября, 1 и 9 мая. Ликвидация сети АПУ началась уже в 1948 г., когда из-за острой нужды в помещениях были закрыты САПУ и ЕАПУ. В 1949 г. на основании постановления Совмина СССР от 13 января 1949 г. № 55-25сс также из-за проблем с размещением и нехватки помещений для училищ войск ПВО страны были закрыты РАПУ, ОАПУ и МиАПУ. В 1953 г. было расформировано ЛАПУ, в 1954 г. – ХАПУ, а в 1955 г. закрыты последние АПУ – 1 и 2 МАПУ и КАПУ. Часть воспитанников была переведена доучиваться в остававшихся АПУ, а позднее и в СВУ. Причины ликвидации всей системы АПУ пока не известна, однако можно утверждать, что она была обусловлена «гонкой вооружений» между США и СССР и научно-технической революцией в Советском Союзе. В 1950-е годы в связи с развитием наступательного вооружения и в условиях общего сокращением армии готовилось массовое расформирование артиллерийских частей. Значительная их часть должна была быть обращена на создание ракетных дивизий и полков [9 ]. Армии не требовались артиллерийские офицеры в прежнем количестве. Расформирование в 1955 г. последних АПУ совпало по времени с очередным витком модернизации в военном строительстве – начиналось оснащение ВС СССР ракетным вооружением. К 1961 г. вся система подготовительного военно-учебного образования для подростков

претерпела существенные изменения. Были закрыты практически все составлявшие ее виды военно-учебных заведений, за исключением нахимовских военно-морских и суворовских военных училищ, принцип комплектования которых изменился, и количество которых также было сокращено. За время своей деятельности АПУ подготовили для военных училищ около 11 300 чел., из них 1 562 медалиста (СВУ за 60 лет подготовили около 100 000 чел. [4]). К 1949 г. училища готовили до 50% будущих курсантов артиллерийских училищ, а в первой половине 1950-х гг. значительная часть выпускников АПУ составили контингент Ростовского высшего инженерного и Камышинского арттехнического училища, курсантов которых, первых в СССР, готовили к работе с боевой ракетной техникой. Обучение в АПУ обеспечили преимущество бывшим воспитанникам как в военных училищах, так и в службе, и в жизни в целом. АПУ дали стране как минимум одного крупного государственного деятеля (Ю.Д. Маслюков, первый заместитель Председателя Совета Министров СССР в 1988-1991 гг., заместитель Председателя Правительства Российской Федерации в 1998-1999 гг.), 77 генералов (в т.ч. генерал армии Ю.А. Яшин), 7 генерал-полковников, 18 генерал-лейтенантов, 51 генерал-майор), 45 ученых, изобретателей и рационализаторов, 3 летчиковкосмонавтов (в т.ч. Героя Советского Союза генерал-майора Ю.Н. Глазкова), 15 деятелей культуры и искусства, 18 видных спортсменов (в т.ч. заслуженного мастера спорта по бегу А.С. Десятчикова), 19 лауреатов Государственных премий СССР и других премий, 33 обладателей почетных званий СССР, Российской Федерации и Украины и т.д.[8]. Более 50% бывших воспитанников АПУ награждены орденами за ратные и научные деяния, около 6 % защитили кандидатские диссертации, стали доцентами и профессорами [2]. Таким образом, бывшие воспитанники АПУ являются яркими представителями советского общества, которые во многом определяли его структуру и жизнь страны в 1960-1980-е гг. Духовным наследником АПУ в системе Министерства обороны Российской Федерации стал Кадетский ракетно-артиллерийский корпус, действовавший в 1993-2011 гг. в г. Санкт-Петербурге.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Артиллерия и артиллерийское снабжение в Великой Отечественной войне: [Самостоятельный том]: Командные кадры Советской артиллерии в Великой Отечественной войне [без авт.]-[б.м.] 1958. 2. Березняцкий В.С. История военно-подготовительных, специальных школ и подготовительных училищ отечественных вооруженных сил: 1921-1955 гг. Дис. … канд. ист. наук: 07.00.02. – Санкт-Петербург, 2006.

52

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ 3. Богатуров А.Д. [ред.] Системная история международных отношений: 1918-2000. Т. I: События 1918-1945 гг. – М.: Московский рабочий, 2000. 4. Бутковская Т.И. Кадетские корпуса: история, этапы становления и развития военного образования в России. Дис. … канд. ист. наук: 07.00.02. – Санкт-Петербург, 2003. 5. Дурманова А.Э. Советский Союз в условиях «Холодной войны» (1945-1991): учебное пособие для студентов всех специальностей МГУЛ. – М.: Изд-во Московского государственного университета леса, 2007. 6. Кибовский А.В. [и др.] Униформа российского военно-воздушного флота: Том II: часть 2 (1955-2004). – М.: Фонд содействия авиации «Русские витязи», 2007. 7. Славко С.С. Государственное регулирование процесса ликвидации детской беспризорности в России в годы Великой отечественной войны и в послевоенный период// Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. 2010. № 120. 8. Сыченков Б.П. Юные боги войны. Краткая история средних военно-учебных заведений Советского Союза. – М.: Голос-Пресс, 2006. 9. Феськов В.И. [и др.] Советская армия в годы «холодной войны» (1946-1991). – Томск: Изд-во Томского университета, 2004. 10. При подготовке статьи использованы документы фондов 7, 36, 60170, 60157, 60162, 60173, 60174, 60173, 60176, 60183, 60190, 60197 ЦА МО РФ.

L.V. MARDAKHAEV

Л.В. МАРДАХАЕВ

НРАВСТВЕННЫЕ ОСНОВЫ ЛИЧНОСТИ СОВРЕМЕННОГО ОФИЦЕРА THE MORAL FOUNDATIONS OF THE PERSONALITY OF THE MODERN OFFICER В статье раскрываются истоки становления института офицеров в России и формирование у него нравственных традиций, определяющих их отношение к защите Отечеству, социальный статус российского офицерства, понятие чести офицера, его истоки и требования, предъявляемые к офицеру, воспитание чувства чести будущего офицера, система нравственного воспитания российских офицеров, необходимость сохранения и развития нравственных традиций подготовки российского офицерства, формирования у него чувства чести и долга по защите Отечества с учетом тенденций сложившейся армии и флота. The article reveals the origins of the formation of the institute of officers in Russia and the formation of his moral traditions that define their relationship to the defense of the fatherland, the social status of the Russian officers, the concept of honor of an officer, his origins and the requirements for officer training officer's sense of honor of the future, system of moral education of Russian officers, the need to preserve and develop the traditions of moral training of Russian officers forming his sense of honor and duty to defend the Fatherland, taking into account current trends in the army and navy. Ключевые слова: офицер, честь, честь офицера, нравственность офицера, долг офицера, Отечество, защита Отечества. Keywords: officer, honor, the honor of an officer, the officer's morality, duty offi-Cera, Fatherland, fatherland protection.

Известно, что термин офицер (от нем. Offizier, позднелат. officiarius – должностное лицо, от лат. officium – должность) – должностное лицо силовых структур, прошедшее специальную подготовку к службе, получившее соответствующее образованию, опыту службы и заслугам воинское или специальное звание, уполномочен занимать соответствующую званию одну из командных должностей по профилю своей подготовки в силовой структуре государства. Впервые офицерские чины (звания) появились в 70-х годах XVI века в западно-европейских государствах, а в русской армии в 30-х годах XVII века с привлечением (наймом) иностранных командиров (начальников). После Нарвской конфузии (от фр. confusion – стыдить, позорить, срамить), Петр I сделал упор № 4 (53) 2015

на подготовку национальных командных кадров (офицерский корпус) из представителей дворянского сословия. Со временем в дворянской среде России сложилось отношение к военной и государственной службе как отношение к защите Отечества. Правила «служить верно», «Служба прежде всего» – входили в кодекс дворянской чести и имели статус этической ценности, нравственного закона. Офицеры как профессиональная группа в социальном плане стояли выше любой другой социально-профессиональной группы населения России. В современных условиях офицер – это должностное лицо, относящееся к командному составу армии и флота, самостоятельно принявшее на себя обязанности по защите Отечества. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

53


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

Первым лицом, несущим ответственность за защиту Отечества, выступает Президент – Верховный Главнокомандующий России. Офицерский состав выступает полномочным представителем Президента в армии и на флоте по исполнению этой исключительно важной миссии защиты Отечества. Не случайно в прошлом нередко офицеров называли «государевыми людьми». Данный факт диктует необходимость особого внимания к офицерскому корпусу со стороны Верховного Главнокомандующего и исключительно высоких требований к подготовке офицерских кадров. Сегодня с полным основанием можно утверждать, что со стороны Верховного Главнокомандующего офицерскому корпусу России уделяется должное внимание, соответствующее его статусу и назначению. Важное место в российском государстве принадлежит подготовке офицерских кадров, формированию личности офицера. Она опирается на многовековой опыт России, так как современный офицер олицетворяет сложившийся веками образ защитника Российского Отечества. Это особая категория людей, которая посвятила себя защите Отечества. Как говорил герой кинофильма «Офицеры» «есть такая профессия – Родину защищать!». Этой профессией офицерский корпус России всегда гордился и считал служение Отечеству делом чести. Владимир Иванович Даль (1801–1872) – российский врач, известный лексикограф и автор «Толкового словаря живого великорусского языка», закончивший Петербургский морской кадетский корпус, писал: «Честь – внутреннее нравственное достоинство человека, доблесть, честность, благородство души и чистая совесть» [4]. По вопросу понимания существа чести В. Даль приводил суждения: «Честь к коже не пришьешь, коли нет»; «Не на кафтане честь, а под кафтаном»; «Честь головою оберегают» и др. Понятие чести офицера в России сложилось уже в ХVIII веке. Выражение: «Честь имею!» – было высшим достоинством офицера. С давних времен старшие, наиболее авторитетные офицеры писали «советы молодым офицерам», которыми они руководствовались. Одни из первых таких советов известны из 1837 года [7]. В современном словаре под честью понимают: «моральное или социальное достоинство, то, что вызывает, поддерживает уважение (к самому себе или со стороны окружающих)». По сложившейся традиции российский офицер, дорожившей своей честью, не имел права появляться там, где на него могла пасть тень, не мог иметь дело, дружить и вводить в общество 54

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

офицеров недостойного человека (например, нельзя было появляться в офицерском собрании с женщиной легкого поведения). Известны случаи, когда офицер, признавая свою непоправимую вину, порочащую его честь, давал честное слово застрелиться – и выполнял обещание. Если офицер допускал действия, порочащие его честь, то офицерский суд чести полка мог изгнать его из своего общества. Решение такого суда поступало на утверждение командира, и он, как правило, немедленно принимал по нему решение. Провинившемуся офицеру в мирное время предлагалось писать рапорт об отставке, в военное – о переводе в другую часть. Чувство чести воспитывалось в семье примером родителей и целенаправленно формировалось в учебных заведениях и утверждалось в войсках. Уже в кадетских корпусах было неписанное правило: «честь прежде всего». В документах, регламентирующих деятельность кадетского корпуса, предусматривалось достижение задач нравственного воспитания будущего офицера: «Корпус за долг почтет возбудить в кадетах чувства чести пристойным образом, дав им ощутительно знать, что добрые нравы награждаются почтением, развратные же, напротив, стыд и бесчестие влекут повсюду за собою». Этого правила придерживались все воспитанники в процессе обучения. С детских лет их приучали задумываться над этическим значением поступка, а не о его практических последствиях. В семье закладывалась основа нравственности и чести, в учебном заведении она закреплялась, и становилась нормой повседневной жизни и деятельности Российского офицера. Характерна в этом отношении запись офицера Ф. Глинки накануне нападения Наполеона на Россию: «Ужели покорение? Нет! Русские не выдадут земли своей! Если недостанет воинов, то всяк из нас будет одной рукой водить соху, а другой сражаться за Отечество!» [4]. Система нравственного воспитания российских офицеров совершенствовалась. На нее оказывало влияние взгляды многих известных педагогов России: К.Д. Ушинского, Н.И. Пирогова, В.И. Водовозова, А.Н. Острогорского и др. Вот некоторые вехи развития педагогической направленности в подготовке российского офицерства: в 1865 году при 2-й Петербургской военной гимназии открылись педагогические курсы, на которых в течение двух лет готовились преподаватели и воспитатели будущих офицеров; в 1866 году в одном из зданий бывшего 1-го кадетского корпуса был основан Педагогический музей – научно-методический центр военноучебных заведений; № 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

с 1836 года издавался «Журнал для чтения», ориентированный на воспитанников военноучебных заведений, а в 1864 году на смену ему – «Педагогический сборник», на страницах которого обсуждались проблемы обучения и воспитания будущих офицеров; в 1881, а затем в 1886 году выходит инструкция по воспитательной части для кадетских корпусов. Она предназначалась для приведения воспитания в кадетских корпусах в строгое согласование с общими началами русского государственного устройства. Главная цель воспитания, изложенная в инструкции по воспитательной части в кадетских корпусах, была направлена на то, чтобы способствовать «подготовление воспитывающихся юношей к будущей службе Государю и Отечеству – посредством постепенной, с детского возраста, выработки в кадетах тех верных понятий и стремлений, кои служат прочною основой искренней преданности Престолу, сознательного повиновения власти и закону, и чувств чести, добра и правды». В соответствии с целью предусматривалось «в каждом из кадет всесторонне развить физические и душевные силы, правильно образовать характер, глубоко укоренить благочестие и верноподаннический долг и твердо упрочить задатки тех нравственных качеств, кои имеют первенствующее значение в воспитании будущаго офицера» [6]. Для успеха нравственного воспитания инструкция обращала внимание на создание соответствующей окружающей среды, в которой находятся воспитанники кадетского корпуса, и целесообразной воспитательной деятельности ближайших воспитателей [6]. Со временем в России сложились дворянские династии потомственных офицеров. В них все мужчины считали делом чести – военную службу Отечеству. Даже для царствующей семьи было принято, что все мужчины служили, являлись офицерами, получали очередные воинские звания и награды. Существовала традиция в России, согласно которой великий князь не имел права повышать себя в чине после восшествия на престол. Поэтому Николай I всю жизнь оставался генералмайором, а Николай II – полковником. Можно привести много примеров, подтверждающих ревностное отношение мужчин, представителей потомственных военных дворянских династий, к службе Отечеству как к делу их чести и долга. Характерный исторический пример приводят А.В. Шаров и Л.И. Влодавец из жизни поэта Евгения Абрамовича Баратынского (1800– 1844 гг.) – представителя офицерской династии России. За серьезные проступки решением царя № 4 (53) 2015

Александра I Е. Баратынский и его друг были исключены из Пажеского корпуса без права приема их на военную и на гражданскую службу, «разве захотят заслужить свои проступки и попросятся в солдаты, в таком случае дозволяется принять их в военную службу». Однако у Е. Баратынского уже сформировалось понятие чести. Когда он осознал, чем обернулось для него мальчишеская выходка, то сильно переживал сложившееся положение отверженного и даже был близок к самоубийству. 19-летний Е. Баратынский, стремясь смыть с себя позор, поступил рядовым солдатом в лейбгвардии егерский полк. Службу он проходил в полку, который принимал участие в боях, проявлял мужество и героизм. В 1820 году за боевые заслуги он производится в унтер-офицеры, а в 1825 году – в прапорщики, что означало «высочайшее» прощение. Поэт посчитал, что полностью искупил свою вину, вернул себе честное имя и подал в отставку, исполнив долг чести и вернув себе звание «честного солдата» [2]. После революции 1917 года сложилась иная историческая обстановка. Устоявшееся веками нравственное отношение офицеров и всего личного состава к защите Отечества и продуманная система патриотического и интернационального воспитания сохранились и способствовали складыванию нового отношения всего народа к службе в армии и на флоте. В советское время призыв в армию молодого человека становился событием для семьи, региона. Его провожали всем «миром». Прохождение службы носило социально-значимый характер и выступало определенным признанием зрелости мужчины, к нему менялось отношение, ему доверяли как взрослому. При назначении на ответственную должность всегда обращали внимание на то, служил ли человек в армии или на флоте, а если служил, то насколько достойно он выполнил свой гражданский долг. В некоторых регионах девушка нередко отказывалась выходить замуж, если узнавала, что парень по каким-либо причинам не служил в армии. Говорили, что он видимо больной, как с ним связывать свою судьбу? Особое отношение сложилось в советское время к офицеру. Стать офицером было престижно, что способствовало привлечению многих ребят к поступлению в военные училища. Отбор и конкурс в военные учебные заведения был высоким, благодаря этому вузы имели возможность проводить отбор наиболее подготовленных ребят и обеспечивать более качественную подготовку офицерского состава. Армия и флот было основой безопасности государства. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

55


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

В современных условиях можно утверждать, что Россия перешла на нормативы, которые десятилетиями складывались в ряде стран Европы и Америки, когда должности рядового и сержантского состава заполняют не только новобранцы по призыву, но и военнослужащие, выполняющие свою службу по контракту как дело защиты Отечества. Складывается категория людей, уделом которых становится военная служба, за которую они получают денежное вознаграждение. В этих условиях служебная деятельность современного офицера качественно изменилась. Это связано не только с тем, что на вооружение поступает самая современная военная техника, но и с тем, что офицеру приходится управлять деятельностью зрелых военных людей. В советское время офицер – выпускник военно-учебного заведения, прибыв в войска, командовал преимущественно молодежью – личным составом моложе себя или ровесниками. Работать с таким контингентом было легче. Возраст и зрелость офицера позволяла ему устанавливать контакт и успешно решать служебные задачи военной службы, воспитывать подчиненный ему личный состав. Известно, что в истории России существовал опыт, когда личный состав (рядовой и сержантский) служил многие годы (до 25 лет). Нормативная база страны, сословность офицерского состава (офицеры были представителями дворянства) ставили его на уровень выше рядового и сержантского состава и позволяла управлять им. Бесправная солдатская масса и господствующее положение офицеров обеспечивали управляемость войск. В то время офицеру советовали: «сделавшись сам начальником, должен ты первее всего стараться снискать доверенность и любовь от своих подчиненных. При таком к себе от них расположении тебе не трудно будет управлять ими. Для получения доверия их, необходимо быть сведущим и опытным в своем деле. А чтобы приобрести и любовь от них, надобно быть первым не по списку только или по месту в строю потешном, но и в бдениях, и в трудах, и в самых опасностях, если нужда того востребует, разделяя с подчиненными тяжесть службы, по мере той степени возвышения твоего над ними, на которую возводит тебя твое по службе звание и присоединение к этому преимуществ. Не забывай никогда сей истины, что не подчиненные для начальника, а начальник для подчиненных. Ты, начальствуя ими, должен сам служить им, служить к доставлению всего того добра, которое от тебя зависеть будет… с повышением в рангах должна возвышаться и степень их деятельности. Так всегда думали и думают хорошие начальники.» [7]. 56

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Другими словами, офицер должен уметь завевать доверие и любовь своих подчиненных. Для завоевания доверия необходимо быть достаточно подготовленным в своем деле, чтобы подчиненные понимали своего командира, верили в него, как офицера, уверенного в себе, способного управлять профессионалами, вести их за собой, обеспечивая выполнение стоявших перед подразделением задач военной службы. Чтобы приобрести любовь, надобно быть первым в служебной деятельности, в ситуациях риска, разделяя с подчиненными тяжесть службы. Переход на контрактую форму службы привел к тому, что отдельные виды и рода войск выиграли от этого, так как уровень технической оснащенности требует инженерной подготовленности военнослужащих, а зрелость и мастерство военных людей позволяет им с меньшим числом и с большей эффективностью решать служебно-боевые задачи. Много уже написано о преимуществах и недостатках контрактной формы организации службы войск. Останавливаться на анализе их нет необходимости, но делать выводы крайне необходимо. Жизнь убедительно доказывает, что не считаться с недостатками формирования подразделений по контрактной форме комплектования с учетом специфики выполнения служебно-боевых задач нельзя. Очень важно уметь учиться на чужих ошибках, а не на своих. Важно учитывать и еще исключительно важный фактор, опыт страны, ее культуру, менталитет. То, что успешно решается в Германии, Великобритании, Франции и других странах, не обязательно в таком же проявлении получится и в России. Перенос положительного опыта других стран, требует учета менталитета российского народа, его культуры и возможностей. Новое время диктует и новые возможности, а, следовательно, и новые требования к офицерскому составу. Работа со взрослыми людьми исключительно сложна и качественно изменяет статус деятельности и командиров, и подчиненных. Командир – организатор и исполнитель стоящих перед подразделением военно-профессиональных задач. Предметом особого внимания выступает воспитательная деятельность офицера в новых условиях несения службы. Зарубежный опыт – это совершенно другой характер отношений и воспитательной деятельности в войсках, во взаимоотношениях «офицер – подчиненный». В него заложены требования обеспечения выполнения задач военной службы, вопросы воспитания, как таковые, в этих условиях не ставятся. На первое место выходят преимущественно задачи военной службы, использование № 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

возможностей регламентации воинской деятельности, субординации, приказа и исполнения, принуждения, в том числе административного и экономического. Именно данными факторами определяются своеобразие менталитета западных армий, традиций, приказа и исполнения. Офицер имеет особый статус и права по отношению к подчиненным. Преимущественные права и обязанности по воспитанию возложены на младших командиров. Офицер оказывает ему помощь в сложных ситуациях и должен быть готовым к их разрешению. В зарубежных армиях для младших командиров подготовлены специальные методические пособия (такие пособия имеются и для младшего офицера), в которых раскрываются ситуативные способы деятельности для обеспечения выполнения задач военной службы, решения возникающих проблем во взаимоотношениях с подчиненными. В этих пособиях излагаются последовательность действий (деятельности) младшего командира в типичных ситуациях в зависимости от проявления подчиненного. В них по существу излагаются «шаги» действий командира в типичных ситуациях, направленные на обеспечение наиболее рационального разрешения. В качестве ситуаций взяты типичные проявления солдат (младших командиров), требующие адекватного проявления командира (офицера). Это своего рода практико-ориентированная педагогика действий. Она сформирована практиками на основе выделения типичного проявления военнослужащих в определенных ситуациях выполнения задач военной службы. На основе опыта разрешения подобных проявлений вырабатывались пошаговые действия командира, которые и вошли в практические руководства. Исключительно важно прогнозировать те реальные проблемы, которые могут возникнуть в служебной деятельности офицера как человека чести и определять требования к его подготовке, формированию его личности. Офицера – человека чести, отличает внутреннее достоинство, доблесть, честность, благородство души и чистая совесть. Это человек, осознающий свою исключительную ответственность за выполнение воинского долга, способный и готовый реализовать себя со всей ответственностью при выполнении обязанностей воинской службы по защите Отечества. Отличительной особенностью его выступает – право в мирное время отдавать приказ подчиненным, в том числе и в ситуации исключительной опасности с риском для жизни и обеспечивать его выполнение. Именно такое понимание чести офицера должно естественным образом формироваться в военно-учебном за№ 4 (53) 2015

ведении. Данный факт диктует необходимость изменения системы подготовки офицерских кадров, социокультурной среды обучения и воспитания курсантов. По существу – это все то, что окружает будущего офицера: внешняя социокультурная среда реализации задач подготовки офицеров; люди: кто обучает (профессорско-преподавательский состав ввуза), кто обеспечивает обучение (обслуживающий персонал вуза), кто учится (курсантский состав); организация учебы и службы; традиции войск и вуза, в которых заложены нравственные основы формирования личности будущего офицера. Внешняя социокультурная среда реализации задач подготовки офицеров. Истари подготовка офицерских кадров осуществлялась в военноучебных заведениях: кадетский корпус, военное училище, академия, академия Генерального штаба. В настоящее время изобрели: военный институт, военный университет. Военно-образовательная организация – это не только военная направленность вуза, это особый статус учебного заведения. Универсализация учебных заведений не может не нести в себе недостаточности (определенного негатива). Название военно-учебного заведения все-таки должно нести в себе традиционность и особую статусность! Они олицетворяют преемственность в подготовке военных кадров, основанную на лучших традициях российского офицерства. Профессорско-преподавательский состав вуза – это те, кто учит, их образ, профессионализм, позиция, личная культура имеют исключительную важность в формировании будущих офицеров. Характерно, что еще в Артиллерийском и инженерном кадетском корпусе при графе Петре Ивановиче Шувалове с 1756 года, а впоследствии при генерале от артиллерии И.И. Меллисино были введены: подбор преподавателей и офицеров-воспитателей, отличавшихся уровнем своей подготовки и личным поведением, не имеющих неприличных или смешных привычек или дефектов внешности. В них воспитанники должны были видеть образец офицера для подражания. Такой подход к профессорско-преподавательскому и воспитательному составу учебного заведения не случаен. Взаимодействуя с курсантами в период изучения учебных предметов, офицеры-преподаватели способствуют формированию у них определенного идеала будущего офицера, к которому обучаемые стремятся в процессе обучения. Данный факт свидетельствует о том, что учить должны наиболее подготовленные офицеВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

57


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

ры, действительно патриоты Отечества, жизненный опыт и служба которых является примером для курсантов. Это те, кто в военно-учебном заведении выступает носителем традиций российского офицерства. Наметившаяся тенденция «огражданивания» профессорско-преподавательского состава разрушает эту традицию и превращает ввуз в обычное учебное заведение, которое производит офицеров для армии и флота. Не готовит и, как говорят, культивирует военную элиту, а «производит», как и прочих специалистов, в чем утрачивается особая статусность военно-учебного заведения. Обслуживающий персонал вуза – это те, кто обеспечивает организацию и функционирование учебно-воспитательного процесса. Организация учебы и службы в военно-учебном заведении – это то, что на начальном этапе становления будущего офицера знакомит курсантов с тем, как оно должно быть в войсках. Эти представления выпускники-офицеры привносят из учебного заведения в подразделения войск и стараются реализовать на практике, в своей повседневной службе. Данный факт предъявляет высокие требования к организации учебно-воспитательного процесса и службы войск в военноучебном заведении. Важнейшая задача воспитательной деятельности вуза – формирование собственно личность офицера. В документах, регламентирующих деятельность кадетского корпуса подчеркивалось: «Корпус за долг почтет возбудить в кадетах чувства чести пристойным образом, дав им ощутительно знать, что добрые нравы награждаются почтением, развратные же, напротив, стыд и бесчестие влекут повсюду за собою» [2]. Постепенно в военно-учебных заведениях складывались свои нравственные нормы для воспитанников (кодекс чести кадета), которым руководствовались обуча-

емые, многое сохраняли они и будучи офицерами. В каждом кадетском корпусе был свой кодекс чести, его знал каждый кадет и помнил его всю жизнь. Этим определялось особое братство офицеров, закончивших одно и то же военно-учебное заведение. Курсантский состав – это те, кто определил для себя стать офицером. От того, что это за личности, их позиция по отношению к Отечеству, пониманию своего долга за его защиту, во многом зависит, каким будет офицер. Современная обстановка в стране такова, что отношение к армии и флоту, службе армии и к офицерам стала меняться к лучшему. Процессы, прошедшие в России в 90-е годы ХХ века, не могли пройти бесследно. Делалось слишком много для того, что лишить страну армии и флота, особенно дискредитировался офицерский корпус, служба в войсках и на флоте. Одновременно в обществе сформировались иные ценности в жизни и профессиональной деятельности, ориентированные на экономическое благополучие, карьеру любыми путями и пр. Можно с уверенностью сказать о том, что в настоящее время в России сформировалось поколение молодежи, ориентированное на традиционные ценности, которая приходит в военно-учебные заведения, избрав для себя цель – стать офицером и посвятить служению Отечеству, его защите. С этой молодежью необходимо работать в военно-учебных заведениях, обучать и воспитывать, формируя личности будущих офицеров. Традиции войск и вуза. Каждый род и вид войск имеет свои сложившиеся со временем традиции. Каждое учебное заведение имеет свои традиции, в которых заложены нравственные основы формирования личности будущего офицера. На них опираются в каждом учебном заведении. Это его нравственное богатство, которое активно реализуется в воспитании курсантов.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Вера и мужество. – 1993. – № 1 и 2. 2. Военно-исторический журнал. – 1989. – № 10. 3. Галушко Ю.; Колесников А. Школа российского офицерства: Исторический справочник. – М.: Инф.-изд. агентство "Русский мир", 1993. 4. Глинка Ф. Письма русского офицера. – М.:Воениздат,1987. 5. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: репринтное воспроизведение издания 1903-1909 гг. / под ред. И.А. Бодуэна де Куртенэ. – в 4-х т. – М.: Изд-кая группа «ПРОГРЕСС» «УНИВЕРС», 1994. 6. Инструкция по воспитательной части для кадетских корпусов. – С.Пб, 1886. 7. Путь чести, или советы молодому офицеру. – М.: Университетская тип., 1837. –

58

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

V..V. SHEVTSOV

В.В. ШЕВЦОВ

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ И ПРИГОДНОСТЬ УЧАЩЕЙСЯ МОЛОДЕЖИ К ВОЕННОЙ СЛУЖБЕ PSYCHOLOGICAL CHARACTERISTICS AND SUITABILITY STUDENTS FOR MILITARY SERVICE В статье в сравнительном аспекте представлены результаты исследования нейродинамических и психодинамических особенностей, психических состояний и эмоционально-волевой устойчивости, социально-психологических качеств школьников, студентов и курсантов. Выявлено, что значительная часть исследуемого контингента характеризуется напряженностью психической сферы, вероятностью нервно-психических срывов, наличием симптомокомплекса агрессивного поведения. In an article in a comparative perspective, the results of the study of neural and psychodynamic features of mental states and emotional and volitional stability, social and psychological qualities of pupils, students and cadets. Revealed that a significant portion of the test is characterized by tension contingent psychic sphere, the probability of nervous and mental breakdowns, the presence of symptom of aggressive behavior. Ключевые слова: психическая сфера, тревожность, стрессоустойчивость, агрессивность, личностный адаптационный потенциал. Keywords: mental health problems, anxiety, stress, aggression, personality adaptive capacity.

Пригодность призывного контингента к военной службе, к выполнению своих функциональных обязанностей является целостным состоянием с соответствующей структурой и оптимальным проявлением нравственных, морально-волевых, психофизиологических и психических качеств, а также специальных навыков и умений, единство и взаимодействие которых обеспечивают успешность решения задач в различных видах учебнобоевой деятельности. Важным разделом воспитания допризывной молодежи и военнослужащих является психологическая подготовка. Она осуществляется с учетом индивидуально-психологических особенностей призывника и военнослужащего. Знание психологических особенностей молодого пополнения позволяет целенаправленно осуществлять воспитание необходимых для военной службы социально и профессионально важных свойств и качеств личности. Цель исследования. Используя комплекс методик психодиагностики, изучить психологические особенности школьников, студентов и курсантов и сделать заключение о пригодности исследуемого контингента к военной службе. Для исследования психологических свойств и качеств личности использовались следующие методики психодиагностики: методика оценки уровня субъективного самоконтроля (УСК), методика когнитивной ориентации с использованием шкалы Д. Роттера, методика Т. Элерса, бланковый тест ЧХТ – черты характера и темперамента, опросники «Прогноз, адаптивность, САН» и другие [1]. № 4 (53) 2015

Результаты исследования психологических особенностей учащейся молодежи приведены в таблице. Анализ результатов исследований свидетельствует о том, что значительная часть обследуемого контингента имеет высокий уровень проявления ситуативной и личностной тревожности, фрустрации, ригидности, агрессивности, высокую вероятность нервно-психических срывов. Ситуативная (реактивная) тревожность характеризует самочувствие человека в данный момент времени, его включенность, погруженность в деятельность. В реактивности мы видим проявление индивидуальных свойств психодинамики и темперамента в структуре свойств личности. Личностная (активная) тревожность рассматривается нами как относительно устойчивая склонность человека воспринимать угрозу своему «Я» в самых различных ситуациях и реагировать на эти ситуации повышением ситуативной тревожности. Показатели ситуативной и личностной тревожности чаще всего не совпадают. Учитывая, что тревожность является одним из ведущих параметров индивидуальных различий, необходимо сопоставлять ее с другими, так или иначе связанными с нею характеристиками – фрустрацией, агрессивностью и ригидностью. Объективная или субъективная непреодолимость жизненных затруднений вызывает отрицательные эмоции и повышение тревожности. При этом может сформироваться готовность к агрессивному поведению. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

59


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ Таблица Психологические и социально-психологические особенности учащейся молодежи № п/п

1 2 3 4 5 6 7

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Психологические характеристики личности

школьники

Высокий уровень проявления Ситуативная тревожность 36,0 Личностная тревожность 22,0 Фрустрация 13,0 Ригидность 27,4 Агрессивность 42,0 Вероятность нервно-психических срывов 65,7 Симптомокомплекс 3,2 агрессивного поведения Низкий уровень проявления САН 26,3 Стрессоустойчивость 12,2 Личностный адаптационный потенциал 58,4 Уровень притязаний 6,8 Моральная нормативность 62,8 Общая интернальность 48,9 Коммуникативный самоконтроль в общении Общие эмпатические способности 44,6 Психологическая атмосфера в учебной группе неблагоприятная Привлекательность учебной группы низкая 8,6

Когнитивная, мотивационная и аффективная ригидность нейтрализуется изменением характера активности личности, когда ситуация, кажущаяся безвыходной и неизменной, воспринимается как вполне разрешимая. Человек адекватно оценивает ситуацию, перестраивает свое отношение к ней и проявляет нужную в данный момент целесообразную активность. Фрустрация может играть конструктивную и деструктивную роли. Высокий уровень фрустрации (низкая фрустрационная толерантность) может проявляться в нарушении тонкой координации усилий, направленных на достижение цели; в когнитивной ограниченности, из-за которой субъект не видит альтернативных способов действия в экстремальной ситуации, аффективно окрашенных агрессивных действиях, с частичной утратой контроля над собой и ситуацией. Типичными эмоциональными реакциями на действия фрустраторов являются агрессия и депрессия. Одним из видов девиантности является агрессивное поведение. Высокоагрессивный тип личности подростка имеет специфический психологический симптомокомплекс: высокий уровень ситуативной и личностной тревожности, фрустированности, ригидности, агрессивности и низкий уровень стрессоустойчивости. 60

Исследуемый контингент, результаты (%)

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

учащиеся проф. кл.

студенты

29,1 10,9 7,6 28,9 25,1 40,3 2,4

40,0 14,2 5,8 22,5 40,4 36,5 2,8

20,8 7,9 33,2 2,1 39,2 13,8 25,9

22,3 8,1 36,4 1,2 33,1 14,2 15,7

40,8 3,1

35,9 7,4

2,5

3,2

На основе материалов литературных источников и результатов собственных исследований первым, наиболее значимым фактором риска агрессивного поведения является фактор эмоционально-волевой устойчивости, в который вошли показатели волевых (стрессоустойчивость) и эмоциональных (ситуативная и личностная тревожность) характеристик. Испытуемые с низким показателем по шкале общей интернальности не видят связи между своими действиями и значимыми в их жизни событиями. Они склонны приписывать свои успехи и неудачи не своим способностям и возможностям, а влиянию внешних факторов – социума, случая, судьбы и прочих. Поведенческая регуляция – способность человека регулировать свое взаимодействие с окружающими в процессе деятельности и в повседневной жизни. Низкие значения по этой шкале свидетельствуют о нервно-психической неустойчивости, эмоциональной лабильности, высокой реактивной тревожности, склонности к нервнопсихическим срывам, отсутствии адекватной самооценки и восприятия действительности. Моральная нормативность показывает способность человека соблюдать моральные нормы поведения, адекватно воспринимать предлагаемую № 4 (53) 2015


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

социальную роль, степень ориентации на общепринятые нормы поведения. Низкие значения по этой шкале указывают на недостаточный уровень социализации, на возможные проблемы в плане восприятия требований, на отсутствие стремления соблюдать общепринятые нормы поведения. Склонность к внешнему локусу контроля может проявляться наряду с такими чертами, как неуверенность в своих способностях, неуравновешенность, агрессивность, подозрительность, конформность, тревожность. У лиц с таким чертами наблюдается сложность в адаптации. Низкий уровень эмпатии свидетельствует о недостаточно выраженной способности к пониманию эмоционального состояния другого человека, переживанию тех же эмоциональных состояний, что испытывает другой, через отождествление с ним. Лиц с низким уровнем стрессоустойчивости, личностного адаптационного потенциала, моральной нормативности, эмпатических способностей, с высокой вероятностью нервно-психических срывов и агрессивностью можно отнести к группе риска. Адаптация лиц, отнесенных к этой группе (третьей группе профессиональной пригодности) существенно затруднена. Характер и условия военно-профессиональной деятельности, весь уклад воинской жизни предъявляют к организму военнослужащих повышенные, по сравнению с допризывным периодом, требования. В этих условиях происходит выраженное снижение функциональных возможностей молодых солдат в начальный период. При этом могут возникать различные психические состояния и реакции, изменяющие деятельность и неблагоприятно отражающиеся на боеспособности военнослужащих. Для успешного выполнения учебно-боевой деятельности в таких условиях военнослужащим необходим определенный период адаптации [2]. Боеспособность молодого пополнения воинских частей и подразделений обусловливается, в частности, сокращением срока адаптации. Процесс адаптации, в условиях военной службы, обусловливается одновременным действием целого ряда факторов и поэтому может рассма-

триваться как адаптация к комплексному стрессфактору, включающему следующие формы: формальную (приспособление к военной службе, ее требованиям), социально-психологическую (приспособление к новой культурной и социальной среде, языку общения, военному коллективу), дидактическую (усвоение форм, методов и организации учебной работы) и биологическую (приспособление к среде обитания, к климату и режиму двигательной активности) адаптацию. Эти виды адаптации могут взаимодействовать и проявляться одновременно [3]. Факторы и предпосылки адаптации можно подразделить на две группы: первая группа – субъективные факторы – индивидуально-психологические и физические особенности личности самого воина; вторая группа – объективные факторы – характер и условия военной службы, вообще, и военно-профессиональной деятельности, в частности. Эффективность социально-психологической адаптации определяется совокупностью личностных качеств – личностным адаптационным потенциалом. У лиц с низким адаптационным потенциалом можно прогнозировать сложности в адаптации к учебно-боевой, военно-профессиональной деятельности, к коллективу. Для повышения адаптационных способностей необходимо определить, за счет чего формировался низкий уровень адаптации обучаемых, и по каким направлениям необходимо вести работу с ними. Выводы. 1. Психические свойства и качества значительной части обследуемых не соответствуют требованиям различных видов профессиональной деятельности. Многие из них в силу своих индивидуальных психологических особенностей не смогут адаптироваться к экстремальным условиям армейской службы. 2. Учащиеся классов оборонно-спортивного профиля имеют более благоприятные показатели, характеризующие состояние их психической сферы, то есть более высокий уровень пригодности к службе в армии по сравнению с учащимися старших классов и студентами.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Практикум по дифференциальной психодиагностике профессиональной пригодности. Учебное пособие / Под общ. ред. В.А. Бодрова. – М.: ПЕРСЭ, 2003. 2. Котляревский Б.В. О нарушениях в функциональных системах организма молодых солдат в адаптационный период / Б.В. Котляревский // Военно-медицинский журнал. – 1979. – № 11. 3. Ендальев Б.В. Адаптация нового пополнения к военной службе и профессиональной деятельности средствами физической подготовки / Б.В. Ендальцев // Научно-педагогический журнал «Теория и методика физической подготовки». – СПб: ВИФК, 1994.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

61


ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ

ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

S.A. ASTAKHOV

С.А. АСТАХОВ

ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ СОХРАНЕНИЯ И РАЗВИТИЯ УНИКАЛЬНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ ОБОРОННО-ПРОМЫШЛЕННОГО КОМПЛЕКСА В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ PROBLEM ISSUES OF PRESERVATION AND DEVELOPMENT OF UNIQUE ENTERPRISES OF THE MILITARY-INDUSTRIAL COMPLEX IN CURRENT CONDITIONS В статье рассмотрены проблемные вопросы сохранения и развития уникальных предприятий в условиях продолжающейся реструктуризации оборонно-промышленного комплекса (ОПК) и формирования отраслевых холдингов. Предлагаются пути их решения применительно к АО «НИИ парашютостроения» в интересах повышения эффективности формирования и реализации взаимоувязанных производственных, технологических и экономических процессов при проектировании, разработке, проведении испытаний и эксплуатации профильных изделий. Предложена оригинальная схема адаптивного управления процессами полного жизненного цикла парашютных систем. The article examines the problematic issues of preservation and development of unique enterprises in the ongoing restructuring of the military-industrial complex (MIC) and the formation of industrial holdings. The ways of their solution with application to JSC "NII parachutostroeniya" in the interests of increasing of the efficiency of formation and implementation of coherent industrial, technological and economic processes during design, development, testing and operation of core products. It is proposed original scheme of adaptive management of parachute systems life cycle processes. Ключевые слова: парашютные системы, адаптивное управление, реструктуризация. Keywords: parachute systems, adaptive management, restructuring.

Основной целью проведения реструктуризации акционированных предприятий в России являлось создание устойчивой структуры, обеспечивающей, с одной стороны, достаточную гибкость в условиях изменяющейся внешней среды, с другой – сохранение масштабности, присущей крупным промышленным предприятиям и дающей им значительные конкурентные преимущества на стабильных рынках. Практика показала, что наиболее успешно поставленная цель достигается путем построения структур холдингового типа, в которых основное общество (управляющая компания), отвечающее за согласованность действий участников, обеспечивает реализацию эффекта масштаба, а входящие в холдинг дочерние общества используют преимущества, основанные на высокой оперативности принятия решений и связанной с ней гибкостью при производстве и продвижении товаров на рынке. При этом требуемая рынком оперативность принятия решений в подобных структурах обеспечивается за счет снижения количества решений, принимаемых каждым уровнем управления основной компании, повышения их качества вследствие сокращения вре62

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

мени на подготовку решений и ответственности работников за их принятие, а также более четкого распределения ответственности и полномочий внутри холдинга [1, 2]. Отсутствие до настоящего времени в российском законодательстве специальных норм, регулирующих деятельность холдинговых структур, существенно ограничивает возможности их эффективного функционирования. Полноценная холдинговая структура, отвечающая двум основным принципам построения – управляемости и приоритетного развития перспективных направлений, может быть реализована только на основе формирования у основного общества контрольного пакета акций. Отсутствие четкого законодательного определения понятия холдинга обусловило то, что как в юридической, так и научной литературе существует различное понимание данного термина. Согласно оксфордскому энциклопедическому словарю, холдинговая компания (holding company) создается для владения акциями других компаний, которые она таким образом контролирует [3]. Происхождение холдинговых компаний в Европейских странах было ориентировано исклю№ 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

чительно на вложение капитала и совпадает по времени с началом процесса индустриализации. Холдинговые компании, ориентированные на управление и господство над дочерними предприятиями посредством большей доли участия или с полным долевым участием, отражают экономическое развитие США XIX столетия, фазу индустриального роста в этой стране. В Российской Федерации наиболее масштабными холдинговыми структурами стали государственные промышленные корпорации, создание которых активно началось около десяти лет назад. Они объединили тысячи промышленных и сырьевых предприятий, научных и исследовательских организаций практически во всех отраслях народного хозяйства, включая оборонную промышленность [4]. Государственной корпорацией «Ростех» (Корпорация) в основном сформированы холдинговые компании (интегрированные структуры), головным организациям которых передаются акции других дочерних организаций Корпорации и делегируются полномочия по управлению их развитием и операциями [5]. Вне зависимости от модели управления, ключевой функцией Корпорации является постановка целей перед холдингами и контроль их исполнения. Для увеличения степени самостоятельности холдинговых компаний планируется исключить прямое вмешательство Корпорации в операционную деятельность отдельных предприятий в составе холдингов. При этом холдинговые компании обязаны самостоятельно развивать направления, связанные с основной деятельностью дочерних зависимых обществ через управление их активами. Следует учесть, что предприятия обороннопромышленного комплекса (в основном предприятия полного жизненного цикла и предприятияразработчики), выполняющие основной объем работ в рамках государственного оборонного заказа, имеют ограниченные возможности для диверсификации и присутствуют преимущественно на неконкурентных рынках, рынках с монопольным поставщиком или покупателем, характеризуются высокой и долгосрочной зависимостью от государственной поддержки и требуют контроля со стороны государства в силу выполнения стратегически значимых функций и специальных заказов. Проводимая реструктуризация ОПК, наделение холдингов существенными полномочиями не решили отдельные проблемные вопросы и породили новые противоречия, сдерживающие развитие предприятий ОПК. Противоречия и про№ 4 (53) 2015

блемы управления, с которыми сталкиваются как холдинговые компании, так и предприятия, имеют правовые, экономические и организационные аспекты, а именно: 1. Правовое регулирование холдингов, осуществляемое в настоящее время в Российской Федерации в рамках действующего законодательства, не отвечает требованиям, направленным на развитие промышленности. Отношения между холдингами и дочерними зависимыми обществами, многие из которых являются стратегически важными предприятиями, не контролируются в должной степени, в том числе и со стороны государства посредством специального права «золотой акции». 2. Холдинги, пользуясь своим административным ресурсом, зачастую ущемляют права дочерних зависимых обществ по ведению хозяйственной деятельности, заключают договора и государственные контракты на выполнение разработок и поставку продукции, поручая дальнейшее выполнение работ своим дочерним зависимым обществам в качестве соисполнителя, превращаясь в посредника. Причем за сроки и качество производимой продукции отвечает предприятие. Падает рентабельность по контрактам, уменьшается чистая прибыль предприятий, снижается налогооблагаемая база. В этом случае функция холдингов перераспределяется от управленческой к посреднической. 3. Для холдинговых структур характерно, что хозяйствующие дочерние общества, будучи экономически и организационно зависимы от головной компании, обладают в то же время имущественной обособленностью и юридической самостоятельностью. Каждое предприятие холдинга является юридическим лицом, то есть полноправным субъектом гражданско-правовых отношений, но фактически имеет ограничения в своей деятельности. Возникает серьезная проблема распределения полномочий в принятии решений. 4. Холдинговая компания обязана проводить единую политику – инвестиционную, технологическую, производственно-хозяйственную, финансовую и научно-техническую, которая может противоречить интересам отдельных предприятий холдинга, наносить им ущерб и препятствовать динамичному развитию. 5. Принцип централизма закрепляет иерархическую структуру холдинга и определяет субординацию между его участниками. К положениям, входящим в содержание этого принципа, относится разделение стратегического и оперативного планирования. Вопросы стратегического планирования находятся в исключительном ведении ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

63


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

Рис. Общая схема организации адаптивного управления процессами жизненного цикла изделий

холдинга. Вопросы оперативного планирования текущей деятельностью находятся в самостоятельном ведении руководства дочерних обществ холдинга. Следовательно, вопросы планирования на периоды, характерные для поддержки жизненного цикла парка изделий, выпускаемых предприятиями полного жизненного цикла, выходят за пределы прямой компетенции предприятий. 6. Создание и функционирование предприятий, входящих в холдинг, осуществляется по принципу специализации. Любое нерентабельное хозяйственное общество, исходя из неблагоприятной финансовой или рыночной ситуации, подлежит смене специализации или ликвидации. Однако для большинства предприятий ОПК ни тот, ни другой вариант неприемлем по соображениям национальной безопасности. Нерентабельное в данной ситуации предприятие требуется сохранять, 64

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

поскольку создание государством корпораций и интегрированных структур в том числе имеет своей целью поддержку и развитие тех областей, где рыночные механизмы не работают, и где бизнес в краткосрочной и среднесрочной перспективе не видит привлекательности для инвестирования своих средств. Вышеуказанные общие проблемы и противоречия наиболее характерны для уникальных отраслевых предприятий ОПК, имеющих стратегическое значение. Как следствие, для таких предприятий наибольшую сложность в силу специфики деятельности, вклада в обеспечение национальной безопасности представляет построение собственной системы планирования и управления. Мероприятия реструктуризации не обошли стороной отечественное парашютостроение и № 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

единственное предприятие полного жизненного цикла – АО «НИИ парашютостроения». Состояние и перспективы развития парашютостроения в Российской Федерации подробно изложены ранее [6]. Перспективным направлением предприятий полного жизненного цикла, подобным АО «НИИ парашютостроения», является предоставление им соответствующих полномочий в направлении самостоятельности в вопросах планирования, формирования и реализации взаимоувязанных производственных, технологических и экономических процессов при проектировании, разработке, проведении испытаний и эксплуатации профильных изделий. Основная цель таких решений сводится, по сути дела, к организации оперативного адаптивного управления ресурсами предприятия для обеспечения их более эффективного использования, снижения себестоимости продукции, сокращения времени выполнения ряда технологических циклов на этапах проектирования, разработки и проведения испытаний. В конечном итоге такое управление позволит существенно повысить эффективность предприятия в целом, более оперативно и гибко реагировать на требования государственных заказчиков по разработке и производству широкой номенклатуры продукции [7]. Общая схема реализации адаптивного управления процессами жизненного цикла изделий на примере АО «НИИ парашютостроения» приведена на рисунке. АО «НИИ парашютостроения» является субъектом управления на всех стадиях жизненного цикла и формирует основу системы управления, которая интегрируется в систему управления

предприятием и базируется на отраслевой информационно-аналитической системе. Заказчик и холдинговая компания делегируют основные функции управления полным жизненным циклом изделий АО «НИИ парашютостроения», оставляя за собой функции контроля. Все информационные потоки об изменении состояния изделий, включая изменение технического состояния в процессе эксплуатации, аккумулируются в единой информационной среде и управляются одним субъектом, гарантируя устойчивость системы. Заводы-изготовители направляют информационные потоки о состоянии производимых изделий и отгрузке эксплуатанту в общий контур управления полным жизненным циклом парашютных систем (ЖЦ ПС). Единая система управления процессами жизненного цикла позволит реализовать современные методы управления сложными организационнотехническими комплексами на основе принципов адаптации и сквозного управления. Реализация единой системы управления направлена на обоснование тактико-технических характеристик парашютных систем и обеспечение их достижения в ходе ЖЦ изделий, обеспечение готовности парка парашютных систем к применению, рациональное использование ресурсов и научно-технического задела участников жизненного цикла, а также минимизацию стоимости ЖЦ изделий. По предварительным оценкам, внедрение системы адаптивного управления обеспечит эффективное выполнение контрактов государственного оборонного заказа и военно-технического сотрудничества, повышение качества продукции и снижение стоимости ее жизненного цикла.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Ершова И.В. Правовое положение холдингов в России. М.: МГЮА, 2003. — 127 с.; 2. Шиткина И.С. Холдинги: Правовое регулирование экономической зависимости. Управление в группах компаний. М.: Волтерс Клувер, 2008. — 552 с.; 3. The Oxford Encyclopedic English Dictionary. Oxford. 1999. p. 679; 4. Степанова Е.Ю. Об эффективности деятельности государственных корпораций в условиях экономического кризиса. «Управление общественными и экономическими системами», 2009, № 2; 5. Стратегия развития Государственной корпорации «Ростехнологии» на период до 2020 года; 6. Астахов С.А. Состояние и перспективы развития парашютостроения в Российской Федерации. – Москва: Военнонаучный журнал «Вестник академии военных наук», №2/51, 2015, – с.144-146; 7. Буравлев А.И. и др. Стратегическое управление промышленными предприятиями и корпорациями. М.: Издательство ФМЛ, 2008. – 176 с.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

65


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

O.I. BOCHKAREV, V.A. TENENEV, B.A. YAKIMOVICH, D.S. SHAURA

О.И. БОЧКАРЕВ, В.А. ТЕНЕНЕВ, Б.А. ЯКИМОВИЧ, Д.С. ШАУРА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОМПЛЕКСНОГО ПОКАЗАТЕЛЯ ГОТОВНОСТИ ПРЕДПРИЯТИЙ ДЛЯ ВЫПОЛНЕНИЯ ГОСЗАКАЗА THE DEFINITION OF AN INTEGRAL AVAILABILITY INDEX OF ENTERPRISES TO CARRY OUT A STATE-GUARANTEED ORDER В статье рассматривается подход, основанный на методах нечеткого логического вывода, к определению комплексного показателя технологической готовности предприятий и испытательных стендов для выполнения оборонного заказа на разработку новых перспективных образцов вооружений и военной техники. Предложены более адекватные способы расчета комплексных показателей. Показана возможность учета времени на подготовку технологий и производства при расчете комплексных показателей готовности, что позволяет существенно повысить уровень готовности предприятий. In this paper we consider the fuzzy approach to define the integral index of technological availability of enterprises and testbenches to carry out a state-guaranteed order related to advanced weapons and military equipments development. Also we suggest more accurate ways to calculate integral availability indexes. By use the track of lead time for technologies and productions preparation for calculation integral indexes of technological availability it is possible to essentially raise a level of availability of enterprises. Ключевые слова: технологическая готовность, оборонный заказ, нечеткая логика, комплексная оценка готовности. Keywords: technological availability, defense order, fuzzy logic, integral readiness assessment.

При разработке новых перспективных образцов вооружений и военной техники важным является вопрос о выборе предприятий для выполнения государственного оборонного заказа, поэтому перед началом опытно-конструкторских работ требуется провести оценку технологической готовности предприятий и испытательных стендов. На первом этапе оценки результатов мероприятий государственной программы развития ОПК назначается уполномоченная организация для проведения оценочных действий, и определяются потенциальные разработчики образцов новой техники, после чего должен быть определен уровень технологической и производственной готовности, обеспечивающий своевременное выполнение заказа с выполнением тактико-технического задания. В «Методике оценки мероприятий государственной программы развития обороннопромышленного комплекса» [1] представлено формализованное (математическое) описание решаемой задачи. Для повышения объективности экспертных оценок и более полного использования информации о предприятиях целесообразно рассмотреть возможность применения методов интеллектуальной обработки данных. В соответствии с «Методикой» [1] рассмотрим все шесть этапов оценки результатов. Этап 1. Оценка уровня технологической готовности

Для перспективного образца военной техники формируется набор планируемых к применению 66

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

технологий. Для оценки технологического уровня готовности каждой технологии, учитываемой в структурно-функциональной схеме образца, используется следующая вербально-числовая шкала. Числовой отрезок [0,1] разбивается на 9 равных интервалов, каждый из которых соответствует определенному уровню готовности технологии (УГТ): от минимального «Выявлены и изложены основные принципы разработки технологии» до максимального «Подтверждена эффективность действующей подсистемы, в которой применяется новая технология, во время решения функциональных задач» [1]. Каждую технологию в «Методике» [1] предлагается оценить по вербально-числовой шкале либо по среднему значению из интервала, либо путем выбора экспертом любого значения из интервала. Уже на первом этапе появляется неопределенность в оценках, ответственность за которую полностью перекладывается на эксперта. Можно повысить объективность эксперта, предоставив ему возможность оценки элементов, составляющих и определяющих каждый уровень. Например, для первого уровня можно ввести ряд показателей: для формирования представления о возможной технологии требуется провести информационный поиск, включающий в себя патентный поиск и литературный обзор публикаций в научных периодических изданиях, кроме того, разрабатываемые технологии должны обладать новизной, которая должна быть опубликована в специальных журналах. Степень патентного № 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

поиска можно оценить, например, так: «высокая» – H, «средняя» – M, «низкая» – L. Оценка Н может быть дана в том случае, если найдено более двух описаний, которые могут подойти на роль прототипа при оформлении собственного изобретения, средняя оценка M подойдет при одном найденном описании, а оценка L – если не нашлось ни одного описания. Аналогично можно определить и степень литературного обзора: «высокая» − найдено более 25 литературных источников; «средняя» − найдено 10 − 20 литературных источников; «низкая» − менее 5 источников. Еще один показатель − количество сделанных публикаций, отражающих новизну разрабатываемых технологий, можно охарактеризовать как H, M и L, если опубликовано более четырех, две-три или не более одной работы соответственно. Степень информационного поиска и уровень готовности технологии принимают значения из интервала [0,1] и, в зависимости от того, ближе к какому значению 0, 1/2 или 1 они окажутся, могут быть определены как L, M или H. Применение подходов на основе нечеткой логики для получения интегральной оценки позволяет экспертам сначала сформулировать набор логических (продукционных) правил, покрывающих решаемую проблему и соответствующих здравому смыслу, опыту и традициям в данной отрасли, а затем с помощью алгоритмов нечеткого логического вывода установить количественные связи между составляющими нечеткую систему элементами [2]. Рассмотрим первый уровень готовности технологии, его структурная схема представлена на рис. 1. Здесь элементами системы являются: патентный поиск (PS), литературный обзор (LR), информационный поиск (IS), публикации (P), уровень готовности технологии (LPT).

Рис. 1. Структура первого уровня готовности технологии

Взаимосвязь элементов системы между собой описывается продукционными правилами. Для элементов PS, LR и IS можно записать: № 4 (53) 2015

1 – if PS=L and LR=L then IS=L; 2 – if PS=L and LR=M then IS=L; 3 – if PS=L and LR=H then IS=M; 4 – if PS=M and LR=L then IS=L; 5 – if PS=M and LR=M then IS=M; 6 – if PS=M and LR=H then IS=M; 7 – if PS=H and LR=L then IS=M; 8 – if PS=H and LR=M then IS=M; 9 – if PS=H and LR=H then IS=H. Аналогичные правила связывают элементы IS, P, LPT: 1 – if IS =L and P =L then LPT =L; 2 – if IS =L and P =M then LPT =L; 3 – if IS =L and P =H then LPT =M; 4 – if IS =M and P =L then LPT =L; 5 – if IS =M and P =M then LPT =M; 6 – if IS =M and P =H then LPT =M; 7 – if IS =H and P =L then LPT =M; 8 – if IS =H and P =M then LPT =M; 9 – if IS =H and P =H then LPT =H. Каждое правило содержит описание функций принадлежности для лингвистических переменных PS, LR, IS, P, LPT. Выберем из класса ортогональных функций [3] функции принадлежности параболического вида , где ; m – мощность терммножества лингвистической переменной {L, M, H}; ci – центр интервала значений переменной x. Условие ортогональности позволяет описать функции принадлежности только значениями ci и для определенности условиями c0 = 2c1 − c 2, c m+1 = 2cm − cm-1. Для лингвистической переменной LR функции принадлежности показаны на рис. 2а, где x − количество литературных источников в обзоре, для переменной PS − на рис. 2б, где x − количество описаний прототипов, и для переменной P − на рис. 2в, где x − количество сделанных публикаций. Построенные по тому же принципу функции принадлежности для лингвистических переменных IS и LPT показаны на рис. 3, где x − это степень информационного поиска или значение УГТ соответственно. Если патентный поиск дал 1 прототип и найдено 23 публикации по теме, то уровень информационного поиска IS составляет 0.317; 2 прототипа ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

67


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

а)

б)

в)

Рис. 2. Функции принадлежности для лингвистических переменных

Рис. 3. Функции принадлежности переменных информационный поиск (IS) и уровень готовности технологии (LPT)

и 23 публикации дают значение 0.642. Продолжая движение по схеме рис. 1, при числе собственных публикаций 2 (P=M) получим значение оценки для первого уровня готовности технологии 0.037 и 0.054 соответственно. Этап 2. Оценка уровня производственной готовности

Способом, аналогичным примененному на первом этапе, определяются влияющие показатели на всех УГТ и уровнях готовности производства (УГП). Соответствующая вербально-числовая шкала производственных уровней готовности технологий берется в соответствии с «Методикой» [1]. Числовой отрезок [0, 1] разбивается на 10 равных интервалов, определяя 10 уровней производственной готовности от «Определены теоретические принципы производства технологии, сделаны выводы относительно основных производственных возможностей, установлены недостающие произ68

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

водственные мощности» до «Освоен полный цикл серийного производства технологии». Для учета технико-экономических показаелей предприятий при оценке УГП вводятся дополнительные количественные показатели: k1 − показатель стабильности кадров − отношение общего количества работающих, за вычетом вновь принятых на работу, к общему количеству работающих; k2 − показатель квалификации исполнителей, показывает степень близости среднего разряда всех работающих к высшему (шестому) разряду; k3 − показатель уровня технической оснащенности − отношение количества единиц автоматизированного оборудования к общему количеству единиц оборудования; k4 − показатель срока эксплуатации оборудования − отношение количества оборудования со сроком эксплуатации менее десяти лет к общему количеству оборудования; k5 − показатель уровня брака, берется на основе статистических данных. Показатели k1, k2, k3 и k4 рассчитываются по следующим формулам: , где n – количество работников, принятых на работу в течение последнего календарного года; N – общее количество работающих или единиц оборудования; j – количество рабочих i-го разряда; nNC – количество станков, оснащенных системами ЧПУ; n10 – количество единиц оборудования со сроком эксплуатации менее десяти лет. № 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

технологий, поэтому вместо формулы (1) запишем другую, учитывающую сделанные замечания .

(2)

Этап 4. Получение комплексного значения УГТ и УГП

Комплексное значение технологического и производственного уровней готовности изделия (ITPL) в «Методике» [1] определяется как среднеарифметическое по всем подсистемам изделия

Рис. 4. Структура уровня производственной готовности

Для этих показателей вводятся соответствующие лингвистические переменные. Для УГП по вербально-числовой шкале вводится переменная LP0 и, как показано на рис. 4, определяется структура влияния этих факторов на конечное значение уровня производственной готовности LPR. Вид функций принадлежности и базовое терммножество остается прежним. На 1-м и 2-м этапах для каждой i-й подсистемы изделия и j-й технологии определяются вектора готовности технологий LPTi=(LPTj)i и производ‾K, j =‾1,‾Ni, где K – коли1,‾ ства LPRi = (LPRj)i, i =‾ чество подсистем; Ni – количество технологий в подсистеме. Этап 3. Определение УГТ каждой подсистемы изделия

На этом этапе определяются уровни готовности технологий каждой подсистемы LPTS=(LPTSi), ‾K. В «Методике» [1] для этого предлагается i =‾1,‾ формула ,

(1)

по которой для каждой технологии вычисляется произведение показателей готовности технологий и производства, а затем вычисляется их среднеарифметическое значение. Алгебраическое произведение в данной формуле занижает уровень готовности подсистемы: при одинаковых значениях LPT=0.5 и LPR=0.5, что соответствует среднему пятому уровню, произведение дает 0.25 и переводит готовность на несколько уровней вниз. Среднеарифметическое значение по подсистеме также не совсем оправдано, так как сроки выполнения работ определяются наиболее критическими и напряженными технологическими процессами, поэтому целесообразно алгебраическое произведение заменить системой нечеткого логического вывода. Критические сроки выполнения работ определяются худшими показателями готовности № 4 (53) 2015

.

(3)

Среднее арифметическое не позволяет полностью учесть «слабое звено» в производстве, но этот учет можно провести с помощью обратного среднего обратных величин: .

(4)

Формулы такого типа желательно применить и на следующих этапах. Этап 5. Оценка уровня готовности полигонной и испытательной базы

Для оценки уровня готовности полигонной и испытательной базы (LPB) в соответствии с «Методикой» [1] может быть введена следующая шкала. Отрезок [0, 1] разбивается на 7 равных интервалов, определяя 7 уровней готовности функциональных комплексов полигонной и испытательной базы от «Определены требования к функциональному комплексу полигонной и испытательной базы» до «Функциональный комплекс вводится или введен в эксплуатацию». Оценка уровня готовности испытательного и полигонного комплекса LPB определяется оценками готовности следующих функциональных комплексов: LPB1 − уровень готовности измерительного комплекса; LPB2 − уровень готовности мишенного комплекса; LPB3 − уровень готовности помехового комплекса; LPB4 − уровень готовности вычислительно-моделирующего комплекса; LPB5 − уровень готовности мишенного комплекса вспомогательных средств. В «Методике» [1] уровень готовности испытательного и полигонного комплекса определяется средним значением по функциональным комплексам , m = 5.

(5)

Для учета критических мест вместо (5) применим формулу ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

69


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

, m = 5.

(6)

Этап 6. Получение комплексной оценки готовности технологий

Вместо используемой в «Методике» [1] комплексной оценки ILP, вычисляемой как произведение значений ITPL и LPB ILP = ITPL · LPB

(7)

более подходит формула .

(8)

Предпочтение формулы (8) очевидно. Пусть имеется одна технология и одна подсистема и LPT = 0.7, LPR = 0.7, LPB = 0.7, что соответствует 7-му УГТ − «Проведены испытания технологии в экспериментальном образце подсистемы на испытательной базе ОПК», 8-му УГП − «Испытания экспериментальной производственной линии, начало опытного тестового производства с низкой скоростью, ресурсы аттестованы» и 5-му уровню готовности функциональных комплексов полигонной и испытательной базы − «Проведена ОКР по созданию новых средств функционального комплекса». По формулам «Методики» [1] (1, 3, 7) значение комплексной оценки ILP = 0.34 соответствует высокому риску, хотя имеется достаточно высокая готовность технологии, производства и испытательной базы. По формулам (2, 4, 8) комплексная оценка остается высокой ILP = 0.7. Разные технологии имеют разные уровни готовности и могут иметь разное время подготовки. Технология, имеющая низкий уровень готовности на текущий момент времени и небольшое время для доведения до высокого уровня готовности, может повысить готовность в процессе выполнения работы. Для этого учета введем в рассмотрение такие показатели, как длительность разработки технологии (Ttj)i и длительность подготовки про‾ ‾‾K, j =1, ‾ ‾Ni,. Время доведения изводства (Tpj)i, i =1, от текущего уровня готовности (LPTj)i до полной готовности (LPTj)i = 1 будем считать пропорциональным 1 – (LPTj)i . Рассмотрим показатели:

Варианты расчетов уровня готовности при различных исходных данных показали, что формулы (1), (3), (5), (7) усредняют слабые места в готовности составляющих компонентов производственного процесса. Формулы (2), (4), (6), (8) эту критичность учитывают. Применение формулы (9) существенно повышает значение производственно-технологического уровня, но «узкие» места испытательной базы могут снижать комплексный показатель. При вычислении комплексной оценки ILP сложного изделия возникает вопрос о применимости формул, т.к. с увеличением количества технологий формулы (1), (3), (5), (7) усредняют все показатели, а формулы (2), (4), (6), (8) ориентируются на худший результат, что приводит к лишнему занижению уровня готовности. Показатель LPTSi, рассчитанный по формуле (1) при большом количестве технологий, выходит на некоторое среднее значение, слабо изменяющееся при росте количества технологий n , что свидетельствует о его плохой информативности. Оценку допустимого количества рассматриваемых технологий проведем с использованием меры информации. Будем считать, что значение уровня готовности технологии, находящееся в интервале [0, 1], представляет собой возможность исполнения этой технологии. Изменение количества информации определим с применением возможностной меры нечеткости. Изменение меры нечеткости, рассчитанное в соответствии с работой [4], в зависимости от количества технологий представлено на рис. 5 (зависимость 1).

Рис. 5. Поведение возможностной меры нечеткости

где формулы (2) получим

. Тогда вместо

.

70

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

(9)

На графике зависимостей U(n) (кривая 1) и (кривая 2) прослеживается производной резкое изменение темпа прироста информации в . Дальнейшее увеличение n интервале является малоинформативным, поэтому допусти№ 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

мое количество одновременно рассматриваемых технологий должно находиться в этом диапазоне. Более сложные технологические и производственные процессы следует агрегировать, исходя из этого ограничения. Заключение

Для повышения объективности экспертов необходимо применение элементов нечеткой логики для количественной оценки элементов (факторов), составляющих и определяющих каждый уровень готовности. При этом определение ком-

плексных показателей готовности следует проводить с учетом наиболее «узких» мест в технологиях, производстве и испытательной базе, а путем учета времени, требуемого на подготовку технологий и производства, можно увеличить итоговый уровень готовности предприятий. Приведенные в статье результаты моделирования и расчетов получены с помощью разработанной в ИжГТУ им. М.Т. Калашникова экспертно-аналитической системы, основанной на структурном представлении процесса в виде нечетких логических правил [2, 5].

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Методика оценки мероприятий государственной программы развития оборонно-промышленного комплекса. – Москва, 2014. – 15с. 2. Тененев В.А.; Якимович Б.А. Генетические алгоритмы в моделировании систем. – Ижевск: изд-во ИжГТУ, 2010г. – 308с. 3. Рыжов А.П. Элементы теории нечетких множеств и измерения нечеткости. – М.: Диалог-МГУ, 2000. – 116с. 4. Клир Дж. Системология. Автоматизация решения системных задач. – М: Радио и связь, 1990. – 544с. 5. Якимович Б.А.; Тененев В.А. Методы анализа и моделирования систем. – Ижевск: Изд-во ИжГТУ, 2001. – 152с.

I.B. SEROV

И.Б. СЕРОВ

МЕЖДУНАРОДНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО ГОСУДАРСТВ ОДКБ В ОБЛАСТИ ОБОРОТА ПРОДУКЦИИ ВОЕННОГО НАЗНАЧЕНИЯ: РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЮ INTERNATIONAL COOPERATION OF CSTO MEMBER STATES IN THE TURNOVER OF MILITARY PRODUCTS: RETROSPECTIVE ANALYSIS AND DEVELOPMENT PROPOSALS На основе результатов ретроспективного анализа формирования принципов военно-технического сотрудничества излагаются системообразующие положения международно-правового регулирования оборота высокотехнологичной продукции военного назначения под эгидой Организации Договора о коллективной безопасности. The paper outlines the core provisions of international legal regulation of the turnover of high-tech products for military purposes under the auspices of the Organization of the collective security Treaty based on the results of the retrospective analysis of formation of principles of military-technical cooperation outlines. Ключевые слова: ОДКБ, национальная безопасность, военно-техническое сотрудничество, продукция военного назначения, международное право, контракт, ценовые параметры. Keywords: CSTO, national security, military-technical cooperation, military products, international law, price parameters.

Цель данной статьи – с системных позиций провести анализ международно-правовых отношений в сфере торговли оружием среди государств-участников Договора о коллективной безопасности с учетом современных геополитических тенденций. № 4 (53) 2015

В силу глобального характера угроз, стоящих сегодня перед миром, обеспечение военной безопасности любого государства, даже самого сильного как в военно-политической, так и социальноэкономической сфере, возможно только в рамках принятия коллективной стратегии, основанной ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

71


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

на строгом следовании нормам и принципам международного права при однородном толковании их правового содержания и понимании их взаимосвязи. Следовательно, выработать и принять коллективную стратегию мирового развития взаимодействия регионов и государств целесообразно при участии уже созданных и функционирующих региональных организаций, таких как Организация Договора о коллективной безопасности (далее – ОДКБ) [1]. Несмотря на уход государства из большинства секторов российской экономики, в обозримом будущем сохранится государственная монополия в области военно-технического сотрудничества, установленная Федеральным законом от 19 июля 1998 г. №114-ФЗ «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами» [2]. Это ставит некоторые ограничения на структурные преобразования в системе ВТС, предопределяя значительную степень административного влияния на процесс функционирования этой системы, прежде всего, в интересах обеспечения национальной безопасности России. Вместе с тем организационное построение системы военно-технического сотрудничества (далее – ВТС) должно ориентироваться как на механизмы межгосударственных отношений, так и на современные экономические механизмы управления, что ставит на повестку дня решение проблемы создания системы стратегического менеджмента в области ВТС, существенно отличающейся от системы управления, основанной на административных принципах, так как имеет предпринимательскую сущность. Причем необходимо создание менеджмента именно стратегического уровня, поскольку военно-техническое сотрудничество является непрерывным процессом, протяженным во времени, масштаб которого охватывает все уровни государственного управления созданием, развитием и продвижением отечественной продукции военного назначения (ПВН) на мировой рынок вооружения в экономической, военной и международной областях [3]. Потребность защиты жизненно важных интересов России и государств-участников ОДКБ предопределяет настоятельную необходимость поиска эффективных совместных мер по обеспечению безопасности в различных сферах. Особое значение в современных условиях и на перспективу имеют совместные усилия по обеспечению информационно-технологического пространства, являющиеся одной из приоритетных задач государств-участников ОДКБ. Для решения накопившихся проблем отечественной системе ВТС необходим выход за рамки 72

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

России, что, возможно, прежде всего путем интеграции с национальными системами военно-технического сотрудничества государств-участников ОДКБ. Формирование широкого спектра угроз безопасности России и государств-участников ОДКБ, а также ограниченные финансово-экономические и людские ресурсы государства обусловливают сложность решения задачи формирования и эффективного функционирования системы обеспечения информационно-технологического пространства государств-участников ОДКБ в современных условиях. Стратегическое управление информационнотехнологическим пространством России и государств-участников ОДКБ является действенным механизмом осуществления государственной политики Российской Федерации в сфере военнотехнического сотрудничества. Создание информационно-технологического пространства государств-участников ОДКБ позволит государствам полнее использовать консолидированные возможности по формированию общей системы обеспечения национальной безопасности. На современном этапе развития связей Российской Федерации с государствами-участниками Договора о коллективной безопасности является приоритетной задача военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами. Одним из основных направлений, определенных в Концепции военно-технического сотрудничества Российской Федерации с государствами-участниками Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 года, является совершенствование на двухсторонней основе договорно-правовой базы военно-технического сотрудничества. Основу договорно-правовых отношений стран-членов ОДКБ составляют как многосторонние, так и двусторонние соглашения, а также национальное законодательство государствучастников Договора. В Федеральном законе от 15.07.1995 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации»[3] установлено известное в теории международного права деление договорных международных норм на самоисполнимые (т. е., применяемые непосредственно) и несамоисполнимые (т. е., применяемые опосредованно). Самоисполнимыми, как полагает В.В. Кудашкин, признаются нормы, формулировки которых «конкретны и могут применяться без дальнейшей конкретизации»[4]. Таким образом, самоисполнимые нормы – это № 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

нормы прямого действия, не требующие для своей реализации принятия каких-либо дополнительных актов, обеспечивающих их исполнение. К несамоисполнимым относятся нормы, которые требуют принятия дополнительных внутригосударственных правовых актов. К основным правовым актам ОДКБ, содержащим самоисполнимые нормы, можно отнести: многосторонние соглашения в рамках Договора о коллективной безопасности по вопросам военно-технического сотрудничества: Соглашение об основных принципах военно-технического сотрудничества между государствами-участниками Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г. (Москва, 20 июня 2000 г.), Протокол о порядке осуществления контроля за целевым использованием продукции военного назначения, поставляемой в рамках Соглашения об основных принципах военно-технического сотрудничества между государствами-участниками договора о коллективной безопасности (Кишинев, 7 октября 2002 г.), Протокол о внесении изменений и дополнений в соглашение об основных принципах военнотехнического сотрудничества между государствами-участниками Договора о коллективной безопасности (Ялта, 19 сентября 2003 г.). Двусторонние межправительственные соглашения по вопросам военно-технического сотрудничества между государствами-участниками Договора о коллективной безопасности (ОДКБ): Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Армения о военно-техническом сотрудничестве (Москва, 17 января 2003 г.); Соглашение между Правительством Российской Федерации и правительством Республики Беларусь о военно-техническом сотрудничестве (Москва, 29 октября 1993); Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Казахстан о военно-техническом сотрудничестве (Москва, 28 марта 1994 г.); Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Киргизской Республики о военно-техническом сотрудничестве (Бишкек, 25 августа, 1999 г.); Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Таджикистан о военно-техническом сотрудничестве (Москва, 27 января 1994 г.). Национальную нормативно-правовую базу военно-технического сотрудничества в Российской Федерации составляют: № 4 (53) 2015

Федеральный закон от 19 июля 1998 г. № 114-ФЗ «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами»; Указ Президента РФ от 10 сентября 2005 г. № 1062 «Вопросы военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами»; Постановления Правительства Российской Федерации, изданные на основании указов Президента Российской Федерации в области ВТС. К несамоисполнимым относятся нормы, вытекающие из протокольных решений, созданных на основании распоряжений Правительства Российской Федерации двусторонних межправительственных комиссий по вопросам военно-технического сотрудничества, которые требуют принятия дополнительных внутригосударственных правовых актов. Так, например, на девятом заседании Российско-Армянской межправительственной комиссии по военно-техническому сотрудничеству от 6 июня 2014 г. в Иркутске обсуждались вопросы подготовки проектов нормативных правовых актов, необходимых для реализации Договора между Российской Федерацией и Республикой Армения о развитии военно-технического сотрудничества от 25 июня 2013 г. Указом Президента РФ от 08.04.2013 № 343 «О порядке реализации в Российской Федерации Протокола о механизме оказания военно-технической помощи государствам – членам Организации Договора о коллективной безопасности в случаях возникновения угрозы агрессии или совершения акта агрессии» утверждено Положение о порядке реализации в Российской Федерации Протокола о механизме оказания военно-технической помощи государствам – членам Организации Договора о коллективной безопасности в случаях возникновения угрозы агрессии или совершения акта агрессии [5]. Вместе с тем в ходе исследования названного выше указа Президента РФ отмечается определенная степень закрытости определения порядка льготных цен на ПВН, поставляемую в государства-участники Договора о коллективной безопасности, что нецелесообразно, так как создает у других государств иллюзию возможного снижения предлагаемых цен в ходе переговоров (цены в контрактах со странами ОДКБ формируются на основе цен, по которым продукция поставляется для внутренних заказчиков). В этой связи необходимо разработать совместно с уполномоченными органами государств-участников ОДКБ нормативную базу в отношении порядка формирования ценовой политики в рамках предконтрактной работы при закупках ПВН и коммерческой тайны, ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

73


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

не позволяющую раскрывать ценовые параметры контрактов. Разработанная Минобороны России нормативная правовая база для осуществления поставок ПВН в рамках оказания военно-технической помощи (Указ Президента РФ от 08.04.2013 № 343) [6] позволяет решать в правовом поле вопросы обеспечения национальной безопасности и военнополитические интересы государств ОДКБ, прежде всего, когда государства не обладают достаточной платежеспособностью. Здесь, как правило, проблема решается с помощью поставок ПВН из наличия Минобороны России, а в случае отсутствия такой возможности – поставки ПВН с предприятий оборонной промышленности. Правовой особенностью реализации названного нормативного правового акта является соблюдение важнейшего принципа, основанного на исключительной компетенции Президента РФ в области ВТС, стержнем которого является президентская вертикаль управления в этой сфере. Так, решение об оказании военно-технической помощи государству – члену Организации Договора о коллективной безопасности принимается исключительно Президентом Российской Федерации: а) в случае возникновения ситуации, которая будет расценена Советом коллективной безопасности Организации как угроза совершения акта агрессии против любого из государств – членов Организации; б) в экстренных случаях – при обращении главы государства – члена Организации к Президенту Российской Федерации с просьбой об оказании военно-технической помощи. Реализация решения об оказании военно-технической помощи государству – члену Организации осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации. О поступившем обращении главы государства – члена Организации с просьбой об оказании военно-технической помощи (далее – обращение) незамедлительно сообщается Президенту Российской Федерации. Минобороны России на основании соответствующего поручения Президента Российской Федерации совместно с Министерством иностранных дел Российской Федерации, Службой внешней разведки Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации, ФСВТС России и при необходимости с участием представителей иных заинтересованных федеральных органов исполнительной власти, а также организаций – разработчиков и производителей продукции военного назначения, организует рассмотрение обращения 74

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

в целях определения возможности оказания военно-технической помощи, установления номенклатуры продукции военного назначения, объемов, условий и сроков осуществления поставок и подготавливает предложения Президенту Российской Федерации. Срок рассмотрения обращения и подготовки предложений Президенту Российской Федерации не должен превышать пять дней со дня поступления обращения. Подготовленные Минобороны России предложения вместе с проектом соответствующего решения Президента Российской Федерации, согласованным с Правительством Российской Федерации, представляются на рассмотрение Президента Российской Федерации. В целях реализации решения Президента Российской Федерации могут издаваться постановления и распоряжения Правительства Российской Федерации и даваться поручения Председателя Правительства Российской Федерации. В проектах решений Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации должны быть указаны характер, объем, порядок и сроки оказания военно-технической помощи, а также условия ее предоставления. О принятом Президентом Российской Федерации решении об оказании государству – члену Организации военно-технической помощи Министерство обороны Российской Федерации информирует Генерального секретаря Организации, который доводит данное решение до сведения членов Совета коллективной безопасности Организации. Минобороны России осуществляет: а) контроль за выполнением решений Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации об оказании государству – члену Организации военно-технической помощи; б) взаимодействие с уполномоченным органом заинтересованного государства – члена Организации и (или) с Секретариатом Организации в целях координации работ, связанных с оказанием военно-технической помощи. Передача государству – члену Организации сведений, составляющих государственную тайну, содержащихся в поставляемой продукции военного назначения, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации. Защита сведений, составляющих государственную тайну, содержащихся в поставляемой продукции военного назначения, а также контроль за целевым использованием полученной государством – членом Организации продукции военно№ 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

го назначения осуществляются в соответствии с двусторонними международными соглашениями и национальным законодательством данного государства. Урегулирование вопросов, связанных с транзитом поставляемой продукции военного назначения по территориям иностранных государств, в том числе согласование порядка аэронавигационного, аэродромно-технического, транспортного и других видов обеспечения, осуществляется в соответствии с международными соглашениями, национальным законодательством государств, по территориям которых осуществляется транзит данной продукции, и контрактами (договорами), заключенными Министерством обороны Российской Федерации с уполномоченным органом государства – члена Организации, которому оказывается военно-техническая помощь. Источником финансирования расходов, связанных с реализацией настоящего Положения, являются бюджетные ассигнования федерального бюджета на соответствующий год, предусмотренные на оказание военно-технической помощи. О выполнении мероприятий, связанных с оказанием военно-технической помощи государству – члену Организации, Минобороны России представляет доклад Президенту Российской Федерации и в Правительство Российской Федерации. Вместе с тем на сегодняшний день не проработаны все правовые особенности осуществления таких поставок, что вызывает определенные трудности по их оперативному осуществлению, а также в связи со сроками согласования ценовых характеристик при поставках ВВТ из наличия Минобороны России. Серьезный задел сделан в создании правовой базы для обучения военнослужащих государств – членов ОДКБ на льготной и безвозмездной основе. Здесь важно сослаться на постановление Правительства РФ от 23 декабря 2004 г. № 832 «О льготной подготовке национальных военных кадров и технического персонала иностранных государств в образовательных учреждениях высшего, среднего и дополнительного профессионального образования и учреждениях повышения квалификации (переподготовки специалистов) Министерства обороны Российской Федерации». Сегодня проходит переработку и согласование в федеральных министерствах постановление Правительства РФ от 8 апреля 2000 г. № 308 «Об оказании Министерством обороны Российской Федерации иностранным государствам услуг по подготовке национальных военных кадров и технического персонала» [7]. № 4 (53) 2015

В документе будет создан правовой механизм определения квот на обучение иностранных военнослужащих в вузах Минобороны России на безвозмездной и льготной основах (обучение за счет российской, а также за счет направляющей сторон). В приоритетном порядке льготы предоставляются государствам – членам ОДКБ, в целом же этот документ разработан в определенной мере в противовес Американской программе обучения иностранного военного персонала ИМЕТ (IMET — International Military Education and Training). Минобороны России в области подготовки военных кадров сотрудничает более чем с 40 странами мира, в том числе с 8 странами СНГ и ОДКБ, 5 странами Латинской Америки, 11 странами Азии и Ближнего Востока, 12 странами Африки и 5 странами Европы. При этом российские военные специалисты готовят национальные кадры непосредственно в 28 странах мира. В 53 военноучебных заведениях и учебных центрах Минобороны России на контрактной основе обучается более 3 тыс. человек по более чем 600 специальностям и специализациям. Ежегодно в военно-учебных заведениях Минобороны России заканчивают обучение свыше 1200 иностранных военных специалистов. В соответствии с решением Комиссии по военно-техническому сотрудничеству Российской Федерации с иностранными государствами [7] ведется разработка нормативной правовой базы по созданию совместных предприятий по осуществлению совместных разработок, испытаний, производства, модернизации, ремонта и реализации продукции военного назначения. Это перспективное направление ВТС со странами ОДКБ, которое требует постоянного совершенствования национального законодательства стран-членов ОДКБ. В рамках этого направления сотрудничества подписано Соглашение между Российской Федерацией и Республикой Беларусь о создании Межгосударственной финансово-промышленной группы (МФПГ) «Оборонительные системы» [8]. Кроме того, в процессе создания находятся два российско-казахстанских центра: по ремонту, модернизации и сервисному обслуживанию средств ПВО, а также по реализации проекта совместного производства военных средств связи КВ-УКВ диапазона для нужд Республики Казахстан. Проведенный правовой анализ говорит о том, что российской стороной, в целях повышения эффективности военно-технического сотрудничества и совершенствования договорно-правовых отношений с государствами – членами ОДКБ, необходимо совершенствовать правовую работу по следующим направлениям: ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

75


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

1. Заключение двусторонних соглашений и, прежде всего, соглашений о взаимодействии на рынках третьих стран. 2. Совершенствование правовых механизмов по реализации соглашений о взаимной охране прав на результаты интеллектуальной деятельности. Сегодня эти соглашения уже используются в практике двустороннего военно-технического сотрудничества с Арменией, Киргизией, Казахстаном и Белоруссией. 3. Создание гибкой системы правовых мер по проведению дифференцированной и гибкой ценовой политики, которая подразумевает возможность применения более низких цен на закупки ВВТ для государств ОДКБ [9]. 4. Создание правовой базы для осуществления совместных разработок, испытаний, производства, модернизации, ремонта и реализации продукции военного назначения. Это наиболее перспективное направление ВТС, удельный вес которого будет повышаться. Оно позволяет не только максимально задействовать научный, технологический и производственный потенциалы государств – участников ОДКБ, но и усилить кооперационные связи предприятий ОПК наших стран.

5. Решение ряда проблем в российском законодательстве в области ВТС в части создание совместных предприятий по разработке, производству, модернизации и ремонту продукции военного назначения, исходя из приоритетности интересов стран-участниц в военно-политической и экономической областях, а именно – предоставления права на осуществление внешнеторговой деятельности в отношении продукции военного назначения. В настоящее время такие организации могут работать исключительно через госпосредника АО «Рособоронэкспорт». 6. Учитывая продвигаемый Государственной корпорацией «Ростех» совместно с Федеральной службой по военно-техническому сотрудничеству и АО «Рособоронэкспорт» проект по созданию Национального центра управления военно-техническим (оборонно-технологическим) сотрудничеством, актуальным будет в рамках отдельного проектного офиса предусмотреть возможности решения проблемы подготовки национальных кадров в сфере ВТС, используя компетенции ведущих российских вузов –ВАГШ, МГИМО(У) МИД России, РУДН, МГТУ им. Н.Э.Баумана, РЭУ им. Г.В.Плеханова, ВАВТ и др.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Соглашение о взаимодействии в области рекламно-выставочной деятельности в сфере военно-экономического сотрудничества между государствами-членами Организации Договора о коллективной безопасности. (Заключено в г. Душанбе 06.10.2007). Бюллетень международных договоров. 2011. №12. 2. Федеральный закон от 19 июля 1998 г. №114-ФЗ «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами (с изменениями и дополнениями). Собрание законодательства РФ», 1998, № 30. 3. Федеральный закон от 15.07.1995 N 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации. Собрание законодательства РФ», 1995, № 29. 4. Кудашкин, В.В. Материально-правовые нормы как источник российского международного частного права. М., 2004 // URL: http://www.lawmix.ru/comm/2926. 5. Указ Президента РФ от 08.04.2013 N 343 «О порядке реализации в Российской Федерации Протокола о механизме оказания военно-технической помощи государствам – членам Организации Договора о коллективной безопасности в случаях возникновения угрозы агрессии или совершения акта агрессии» Собрание законодательства РФ 2013, № 15. 6. Указ Президента РФ от 08.04.2013 № 343 «О порядке реализации в Российской Федерации Протокола о механизме оказания военно-технической помощи государствам – членам Организации Договора о коллективной безопасности в случаях возникновения угрозы агрессии или совершения акта агрессии. Собрание законодательства РФ», 2013, № 15. 7. Постановление Правительства РФ от 08.04.2000 № 308 «Об оказании Министерством обороны Российской Федерации иностранным государствам услуг по подготовке национальных военных кадров и технического персонала. Собрание законодательства РФ», 2000, № 16. 8. Положение о Комиссии по вопросам военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами, утвержденное Указом Президента РФ от 10.09.2005 № 1062 «Вопросы военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами. Собрание законодательства РФ», 2005, № 38. 9. Постановление Правительством РФ от 18 июня 2004 г. № 296 «О мерах по реализации Соглашения об основных принципах военно-технического сотрудничества между государствами-участниками Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 года».

76

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

O.V. TOCHILIN

О.В. ТОЧИЛИН

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ИННОВАЦИОННО-АУТВЕСТИЦИОННОГО ПРОЕКТИРОВАНИЯ АВИАЦИОННЫХ КОМПЛЕКСОВ (ИАП АК) SOME AKPEKTA INNOVATIVE АUTVESTMENT DESIGN OF AVIATION COMPLEXES (IAP AC) В статье рассмотрены некоторые теоретические исследования и разработки, получены научные и научно-прикладные результаты, которые в комплексе представляют собой новое научное решение актуальной экономической проблемы формирования методологии организации ИИП и оценки эффективности инвестиционных проектов по созданию новых авиационных комплексов посредством введения системы базовых организационно-управленческих принципов, методов, процедур и оценок. Предложенное решение имеет особо важное экономическое, социальное, научное и оборонное значение. This article examines several theoretical researches and designs, acquired scientific and science-applied results that in complex represent new scientific solution for actual economic problem of formation of IIE organizing methodology and efficiency evaluation of investment projects used to create new aircraft systems by introducing system of base organizational-managerial ways, methods, procedures and evaluations. Given solution has especially important economic, social, scientific and military definition. Ключевые слова: формирование методологии организации инновационно-инвестиционного проектирования и оценки эффективности инвестиционных проектов по созданию новых авиационных комплексов. Keywords: formation of innovative investment engineering organizing methodology and efficiency evaluation of investment projects used to create new aircraft systems.

Несмотря на множество проблем, существующих в настоящее время в России и в мире, все же осуществляются реальные взаимодействия, направленные на улучшение и осуществление инвестиционного процесса и инновационно-инвестиционного проектирования авиационных комплексов (ИИП АК). В рассматриваемой нами работе, в научной проблеме, а именно в разработке методологического аппарата, позволяющего формировать организацию и управление ИИП и оценку эффективности ИП по созданию новых АК, присутствует, по нашему мнению, очень «тонкий» и в то же время сравнительно «толстый» сложный процесс, который может нарушить те основные принципы методологии, заложенные и рассмотренные ранее. Основополагающим можно назвать принцип «стройности» (без излишеств) в АП и ИИП АК. Наука и практика должны постоянно взаимодействовать и приносить положительные благие результаты, однако в современном мире необходимо отметить некоторые тенденции и механизмы стагнирования в создании новых АК и других проектов. К ним можно также отнести так называемый, по нашему мнению, процесс – инновационно-аутвестиционного проектирования новых авиационных комплексов (ИАП АК). В данном сложном определительном – «инновационно-аутвестиционное» – под аутвестициями – АВ (ОС) мы понимаем, исходя из смыслового и морфологического значения, как относительно английского, так и великого могучего русского языка, существительное – аутвестиция – перевложение, перекапиталовложение, извлечение, перебор. На№ 4 (53) 2015

пример, капитала, в широком смысле этого слова по аналогии инвестиция – капиталовложение. Даже элементы человеческого накопления, которые, по нашему мнению, являются вечными и бесценными, но и они пока еще присутствуют в рыночных отношениях в чистых рисках, не говоря уже о спекулятивных, и соответственно, связаны с этим негативным аутвестированием. Мы считаем, что этого не должно быть или допускается в меру разумного, чтобы не навредить и самим себе, и никому. И, конечно же, если эти все аутвестиции попытаться учесть и оценить, выразив в значениях, в виде поправок и премий за риск, то, наверняка, могут и не понадобиться программные продукты (ПП) для оценки эффективности проекта, чтобы понять, что даже по основным экономическим показателям – ЧДД, ВНД и Ток, ИИП АК будет не эффективен, даже в долгосрочном периоде, хотя может быть и не так. Но с ПП для большого времени можно вычислить, сколько же эти аутвестиции принесли вреда, и вряд ли найдется оправдание, хотя можно развиваться в разных направлениях, но мы ведь выбираем вечные, положительные, благие, добрые, истинные, пространственно-временные характеристики. «Игра» только или часто в «аут» может носить различные причины. Например, «устраивает счет» и «тянем время», «слабая техника владения процессом», «игра на выигрыш и только для себя, не учитывая интересы других участников» или для того, чтобы «выбить психологически из седла противника» или «просто повеселиться» и др. А ведь многие участники истинно, созидательно, ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

77


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

78

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

коммерческой составляющей может, например, выступать поток реальных денежных средств, в котором можно выделить три вида деятельности: операционную(производственную) (1), инвестиционную (2) и финансовую (3). В рамках каждого вида деятельности происходит поток реальных денежных средств – П(t) или алгебраическая сумма разностей (сальдо)- b(k) между притоком – Прi (t) и оттоком – Оi (t) денежных средств от каждого вида деятельности в каждом периоде осуществления проекта (на каждом шаге расчета). t

П (t) = ∑ b(k), k=0

Пi (t)= Прi (t) – Оi (t), где (i=1,2,3), П (t)=[Пр1(t) – О1(t)] + [Пр2(t) – О2(t)]+ +[Пр3(t) – О3(t)] , Некоторые основные составляющие потока (и сальдо) реальных денег возможно привести в таблицах. Поток реальных денег от операционной деятельности может включать в себя следующие виды доходов и затрат, распределенных по периодам (шагам) расчета (табл. 1). Таблица 1

1. 2. 3. 4. 5.

Объем продаж Цена Выручка (=1х2) Внереализационные доходы Переменные затраты

6. 7.

Постоянные затраты Амортизация зданий

8.

Амортизация оборудования Проценты по кредитам

9.

Шаг Т

Шаг 2

Шаг 1

Наименование показателя

Значение показателя по шагам расчета Шаг 0

№/№ строк

по-доброму вложились – инвестировали в ИИП АК, чтобы принять участие в этом высоком, достойном, зрелищном «полете» и получить от этого не только собственное временное удовлетворение, но и комплексную эффективность или пользу. И, по нашему мнению, одними штрафами, хотя и увеличенными, трудно поправить этот негативный процесс аутвестирования, связанный с аутвестиционными рисками (преднамеренными, спекулятивными, упущенной выгоды и др.). «Вложить или извлечь» – у некоторых участников подразумевается – что-то или кого-то обмануть без совести и стыда, без меры и без предела, без взаимного согласия или разрешения, только для своих срочных меркантильных маржинальных интересов, не задумываясь о светлом, добром, прекрасном прошлом, настоящем, будущем и вечном, нарушая физическую и моральную форму и содержание всех участников инновационно-инвестиционного процесса. И это у некоторых является пока нормой. Основными критериями являются быстрые деньги, доход, прибыль, выгода, а не польза и полезность с вечными пространственно-временными характеристиками. Необходимо чтобы такие участники этого, как мы считаем, негативного процесса осознали его бессовестную и бесстыжую составляющую, т.е. надо как для себя, так и для других повышать уровни культуры организации, организационного поведения и многих других положительных добрых пространственно-временных характеристик человеческого фактора, которые не так уж просто потом обновлять и восстанавливать. Хотя, наверное, имеет смысл отметить, что в долгосрочных ИИП АК и других проектах очень важен, наряду с пространственными характеристиками, фактор времени (дисконтирование, компаундинг и др. методы). Поэтому, если «игра» и стоит свеч, то по нашему разумению, иногда можно не побрезговать и аутвестированием –«шаг назад – два шага вперед», но в меру и пределах разумного. Попробуем показать некоторые аспекты вышесказанного в математической интерпретации на основе абсолютного показателя оценки эффективности ИИП АК и других проектов – чистого дисконтированного дохода (ЧДД), а было бы более правильно предложить чистую дисконтированную пользу или полезность (ЧДП). Комплексную эффективность или пользу проекта можно определить соотношением пользы и затрат, обеспечивающих требуемое значение доходности или пользы. Эта величина может рассчитываться как для проекта в целом, так и для отдельных участников с учетом их условий и ограничений. При осуществлении проекта в качестве эффекта Э (t) или пользы П (t) на t-ом шаге для

10. Прибыль до вычета налогов 11. Налоги и сборы 12. Проектируемый чистый доход, польза 13. Амортизация (=7+8) 14. Чистый приток от операции (=12+13)

Разделение затрат на постоянные и переменные осуществляется в соответствии с существующим стандартным перечнем. При этом строка (12)=(10) – (11), строка (13)=(7)+(8) № 4 (53) 2015


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

Таблица 2 Наименование позиции

2015 год

Единица измерений

Основные фонды Срок службы Основное технологическое оборудование Срок службы Затраты на подготовку производства Срок службы Затраты на ОКР Срок службы

522,63 30 252,63

Млн. руб. Лет Млн. руб.

10 50,40

Лет Млн. руб.

2 1096,69 3

Лет Млн. руб. Лет

Инвестиционные издержки могут включать как основные, так и оборотные средства. Амортизационные расходы должны рассчитываться на основе первоначальной стоимости инвестиций в основной капитал в соответствии с применяемыми методами (линейного списания стоимости, ускоренного списания стоимости) и ставками, принятыми руководством предприятия и одобренные налоговыми службами. То же самое относится к немате№ 4 (53) 2015

риальным активам, таким как капитализированные предпроизводственные расходы. Первоначальные инвестиционные издержки определяются как сумма основного капитала (издержек по инвестициям в основной капитал плюс предпроизводственные расходы) и прироста оборотного капитала. Кроме того, учитываются инвестиции, необходимые в период эксплуатации объекта (издержки на замену по истечении срока службы машин, оборудования, транспортных средств и т.д.). Поток реальных денежных средств от финансовой деятельности может включать в себя следующие виды притоков и оттоков (табл. 3): Таблица 3

1.

2. 3. 4. 5. 6.

Шаг Т

Шаг 2

Наименование показателя

Шаг 1

Значение показателя по шагам расчета Шаг 0

№/№ строк

П1(t)= Пi (t)=строка (14)=(12)+(13),а строка (10) равна для проекта в целом: строка (10) = (3) + (4) – (5) – (6) – (7) – (8), для реципиента: строка (10) = (3) + (4) – (5) – (6) – (7) – (8) – (9). Наверное, возможно рассматривать следующие статьи инвестиционных издержек: инвестиции в основной капитал (земля и подготовка участка; технология; оборудование; строительные работы; предпроизводственные расходы); оборотный капитал; полные инвестиционные издержки. Инвестиционные издержки обычно распределяются по таким статьям, как гражданское строительство, механическое и электрическое оборудование, приборное оборудование, монтаж, а также накладные расходы и расчеты по проекту. Хотя распределение расходов значительно меняется в зависимости от производственной мощности, типа проекта, ограничений энергии, местонахождения и выбранной технологии, можно разработать типовые структуры издержек для четко определенных отраслей, месторасположения и ограничений энергии. Отношения, показывающие процентное распределение затрат, могут использоваться как ценное руководство при анализе оценок издержек по проекту или для подготовки первичных оценок порядка величин затрат при исследованиях возможностей. С учетом стоимости существующих фондов исходные данные по инвестиционным издержкам для проекта в виде примера можно представить в табл. 2.

Собственный капитал (собст.ден. средства,акции, субсидии и т.п.) Краткосрочные кредиты Долгосрочные кредиты Погашение задолженностей по кредитам Выплата дивидендов и др. Сальдо финансовой деятельности

При этом для проекта в целом: П3(t)=строка (6)=(1) + (2) + (3) – (4). а для свободных средств реципиента: П3(t)=строка (6)=(1) + (2) + (3) – (4) – (5). Но не все определяется рыночной стоимостью, т.к. вечные мирные благие положительные добрые ценности не продаются и тем более не должны вороваться. Жизнедеятельность организаций, в том числе и государства, его экономическая составляющая должна иметь только крохотную часть рынка (не путать с торговлей) и то под контролем государства, т.е. все сферы являются собственностью организации более высокого уровня, в данном случае государства, которое несет ответственность вместе с участниками этих процессов. А если в экономике и в других сферах, рынок «заказывает музыку» чего нельзя, по нашему мнению допускать, то соответственно растут спекулятивные риски в спекулятивных инвестициях (СИ), в которых в основном и плодятся эти аутвестиции (АВ), без стыда и совести стремящиеся к бесконечности и прикрытые часто даже теми вечными ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

79


ВОЕННАЯ ЭКОНОМИКА И ОБОРОННАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

добрыми ценностями. Это все может привести к быстрому краху и кошмару жизнедеятельности организации любого уровня. В настоящее время, как мы считаем, мало созидая, а в основном только покупая и перепродавая (актуален художественный фильм «Тени исчезают в полдень» – персонаж «купи-продай»), что является для некоторых уже нормой, ведет к страшной деградации культуры организации и в будущем ее гибели, а этого допустить нельзя. Торговля, коммерция, по нашему мнению, должна формироваться на основе взаимопонимания, взаимосогласия, взаимодействия тех вечных ценностей общественного, государственного, личного по принципу «Не навреди и привнеси комплексную эффективность, пользу», а не по рыночным жестким и жестоким законам, а мы не правы и ошибаемся. Метод расчета чистого приведенного эффекта или пользы может быть основан на сопоставлении величин потока (притоков и оттоков) средств от различных видов деятельности, в том числе и исходных инвестиций в течение прогнозируемого срока. Поскольку поток денежных средств распределен во времени, он дисконтируется с помощью коэффициента r, устанавливаемого аналитиком (инвестором и участником), исходя из ежегодного процента возврата, который он хочет или может иметь на инвестируемый им капитал. t=Т

ЧДП, ЧДД (NPV) =

∑ t=1

Пр(t) – О(t)

,

(1+ Е)t

где Пр(t)- приток средств от вида деятельности в году t; О(t)- отток средств от вида деятельности в году t; Т-продолжительность жизненного цикла ИИП АК; E-норма дисконта Очевидно, что если: ЧДП >0, то проект следует принять; ЧДП <0, то проект следует отвергнуть; ЧДП =0, то проект ни полезный, ни убыточный. Прогнозируемый средний уровень инфляции также необходимо по возможности учитывать в виде рассчитанного значения поправки на риск, включенного, например, в норму дисконта – Е.

Необходимо отметить, что показатель, ЧДД (NPV) или ЧДП отражает прогнозную оценку изменения экономического потенциала или комплексной пользы предприятия в случае принятия рассматриваемого проекта. Этот показатель абсолютен и аддитивен во временном аспекте, т.е. ЧДП, ЧДД различных проектов можно суммировать. Это очень важное свойство, выделяющее этот критерий из всех остальных и позволяющее использовать его в качестве основного и при анализе оптимальности инвестиционного портфеля, хотя необходимо по возможности в оценке ИИП АК комплексно учитывать все критерии. Аутвестиции АВ (ОС) – могут быть связаны, как с чистыми рисками (природоестейственными, экологическими, политическими, транспортными, производственными, торговыми, имущественными), так и с спекулятивными (финансовыми, инвестиционными и др.). Конечно же, эти аутвестиции могут быть как непреднамеренными, связанными с оттоками, издержками, затратами, расходами «игры», так и преднамеренными, чаще всего бессовестными, бесстыжими и т.п., в настоящее время у некоторых участников это – норма. Преднамеренные могут выражаться большими пространственными и временными характеристиками и приносят неоправданный вред всем участникам ИИП АК и др., хотя многие считают сначала позицию выигрышной, но она включает в основном спекулятивную составляющую. Понятно, что все в мире взаимодействует, в том числе потоки от всех видов деятельности, поэтому аутвестиции могут иметь место не только в инвестиционном потоке, но и в операционном (производственном), финансовом и других, если мы производим комплексную оценку ИИП АК или других проектов. Отсюда следует, что если аутвестиции и имеют право и место в некоторых редких случаях на существование, то в меру и пределах разумного и под контролем организации более высокого уровня, в данном случае государства, которое несет ответственность вместе с участниками за качество процессов жизнедеятельности, а может быть, мы ошибаемся.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Энгельгардт Е.О.; Дягель О.Ю. Диагностика вероятности банкротства организаций. "Экономический анализ. Теория и практика", N 13, июль 2008 г. 2. Ендовицкий Д.А. Анализ чувствительности – процедура диагностического анализа финансовой несостоятельности организации / Д.А. Ендовицкий, М.В. Щербаков // Экономический анализ: теория и практика. – 2005. – N 13. 3. Зайцева О.П. Комплексный экономический анализ в условиях антикризисного управления: учебное пособие / О.П. Зайцева, А.И. Савина. – Новосибирск: СибУПК, 2004. 4. Юрзинова И.Л. Новые подходы к диагностике финансового состояния хозяйствующих субъектов // Экономический анализ: теория и практика. – 2005. – N 14. 5. Точилин О.В. Монография «Инновационно-инвестиционное проектирование и оценка эффективности инвестиционных проектов в авиастроительном производстве» – М.: Изд-во МАИ, 2007г.

80

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

A.G. IVANUTKIN

А.Г. ИВАНУТКИН

ИНТЕГРАЦИЯ СВЯЗИ, РАДИОТЕХНИЧЕСКОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ И АВТОМАТИЗАЦИИ УПРАВЛЕНИЯ АВИАЦИИ INTEGRATION OF COMMUNICATION, ELECTRONIC SUPPORT AND AUTOMATE THE MANAGEMENT OF AVIATION Раскрыты понятия управления и информации, представлены основные свойства информации, дано определение интеграции связи, радиотехнического обеспечения и автоматизации управления. Определены фазы завершенности цикла деятельности. В ходе обоснования подхода к интеграции связи, радиотехнического обеспечения и автоматизации управления раскрыта и обоснована общая ее структура, объект и предмет. Revealed the notions of control and information, presents the basic properties of information, the definition of the integration of communications, electronic security and automation controller. Defined phase of completion of the work cycle. Justifying approach to the integration of communications, electronic security and automation control disclosed and justified its overall structure, object and subject. Ключевые слова: интеграция, связь, радиотехническое обеспечение и автоматизация управления, организация деятельности, информационный процесс. Keywords: integration, communications, electronic security and automation management, organization of activities, information process.

Для решения задач устойчивого, непрерывного и оперативного управления авиацией создаются системы связи, радиотехнического обеспечения (РТО) и автоматизации управления (АУ). Во многих литературных источниках система связи и РТО определена как организационно-техническое объединение сил и средств связи и РТО, создаваемое для обеспечения обмена всеми видами сообщений (информации) в системе управления авиацией и решения задач радиотехнического обеспечения, а автоматизированная система управления авиацией представляет совокупность взаимоувязанных комплексов средств автоматизации пунктов управления авиации, автоматизированных систем управления, объединенных каналами связи и применяемых по единому замыслу в процессе принятия управляющих решений. Отметим, что интеграция – процесс соединения, слияния, связывающий разрозненное в единое целое [1]; объединение в целое каких-либо частей или элементов [2], понятие, означающее состояние связанности отдельных дифференцированных частей и функций системы, организма в целое, а также процесс, ведущий к такому состоянию [3]. Механизм интеграции содержит в себе все соединительные аспекты, составляющие основу соединения в пределах определенной действитель№ 4 (53) 2015

ности. Интеграция может быть временной (для выполнения частных задач) и постоянной. Для исследования процессов интеграции сложных информационных систем, таких как системы связи и РТО, автоматизированные системы управления (АСУ) может быть применен интеграционный подход, при котором в целях исследования построения данных систем, идеологии и технологии интеграции информационных процессов, помимо большого набора типов данных и технологий имеется соответствующая методология или хотя бы концепция, оптимально объединяющая это разнообразие данных и технологий [4]. Сам процесс интеграции информационных процессов можно представить как организацию определенного вида деятельности, включающий в себя 3 уровня деятельности: организационную деятельность, организационно-технологическую деятельность и техническую деятельность. Если интеграцию рассматривать как процесс организации деятельности на всех трех уровнях, то, естественно, необходимо рассмотреть содержание понятия «организация». Под организацией в статье понимается: 1) внутренняя упорядоченность, согласованность взаимодействия более или менее дифференцированных и автономных частей целого, обусловленная его строением; ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

81


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

2) совокупность процессов или действий, ведущих к образованию и совершенствованию взаимосвязей между частями целого; 3) объединение людей, совместно реализующих некоторую программу или цель и действующих на основе определенных процедур и правил [3]. В данном случае будет использоваться понятие «организация», в основном, в первом и во втором значении, то есть и как процесс (второе значение), и как результат этого процесса (первое значение). Третье значение также используется – при описании коллективной научной и практической деятельности, управления проектами интеграции информационных процессов в авиационных объединениях, соединениях и частях. Организовать деятельность означает упорядочить ее в целостную систему с четко определенными характеристиками и логической структурой и процессом ее осуществления – временной структурой. Логическая структура включает в себя следующие компоненты: субъект, объект, предмет, формы, средства, методы деятельности, ее результат. Внешними по отношению к этой структуре являются следующие характеристики деятельности: особенности, принципы, условия, нормы. Процесс осуществления деятельности мы будем рассматривать в рамках проекта, реализуемого в определенной временной последовательности по фазам, стадиям и этапам, причем последовательность эта является общей для всех видов деятельности. Завершенность цикла деятельности (проекта) определяется тремя фазами: фаза проектирования, результатом которой является построенная модель создаваемой системы и план ее реализации; технологическая фаза, результатом которой является реализация системы; рефлексивная фаза, результатом которой является оценка реализованной системы и определение необходимости либо ее дальнейшей коррекции, либо «запуска» нового проекта. Таким образом, можно предложить следующую «схему методологии интеграции»: 1. Характеристики интеграции: особенности, принципы, условия, нормы процесса интеграции (нормативно-правовая база). 2. Логическая структура интеграции: субъект, объект, предмет, формы, средства, методы, результат деятельности. 3. Временная структура интеграции: фазы; стадии; этапы интеграции. Таким образом, методология интеграции связи, РТО и АУ государственной авиации – учение о теории и практике интеграции систем связи, РТО и АУ государственной авиации, включающее целостную, логически взаимосвязанную совокуп82

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

ность терминологии, теоретических, концептуальных и научно-практических основ, принципов и методов, используемых при решении проблем интеграции систем связи и РТО, АСУ авиации в военной науке. Методология интеграции содержит в себе совокупность методов интегрирования, принципов построения систем связи, РТО и АУ как сложных систем, теорий их анализа и синтеза, а также теорий системного и комплексного описания процесса интеграции данных систем. Естественно, на первой фазе исследования процесса интеграции необходимо всецело рассмотреть особенности и принципы функционирования систем связи, РТО и АУ в единой системе в современных условиях, а также провести анализ существующей нормативно-правовой базы. Наиболее сложным на данном этапе является процесс организации взаимодействия должностных лиц, участвующих в организации связи, радиотехнического обеспечения и автоматизации управления. Взаимодействие – это управляемый процесс обмена информационными, радиоэлектронными и другими воздействиями между взаимодействующими системами в ходе выполнения поставленной задачи. Взаимодействие представляет собой объективно существующий, управляемый процесс. В результате целенаправленной деятельности координирующих органов и органов управления взаимодействие обретает организованный характер и выступает как согласование по оказанию содействия друг другу при выполнении этих задач [5]. Взаимодействие, в зависимости от уровня организации, может быть стратегическим, оперативным и тактическим. Разумеется, возможны сочетания этих видов. В современных условиях сочетание, а именно комбинированные методы взаимодействия будут встречаться наиболее часто. Для управления взаимодействием обычно создается система управления, для которой зачастую используются неосновные каналы связи и формируются временные органы управления. Такие свойства системы управления взаимодействием, как качество, устойчивость и оперативность, в значительной, даже в решающей степени предопределяют эффективность взаимодействия [6]. Свойство устойчивости является фундаментальным свойством любой информационной системы. Данное свойство интуитивно может быть определено как некоторое постоянство, неизменность определенной структуры (статическая устойчивость) и поведения системы (динамическая устойчивость). Применительно к информационным системам определение устойчивости № 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

было дано выдающимся русским математиком A.М. Ляпуновым: «Устойчивость – это способность системы функционировать в состояниях близких к равновесному, в условиях постоянных внешних и внутренних возмущающих воздействий». Взаимодействие неизбежно приводит к внешним и внутренним воздействиям для информационных систем, которые обязательно, как следствие, потребуют усиления такого свойства системы как устойчивость. По Б.С. Флейшману [7], различают активную и пассивную форму устойчивости. Активная форма устойчивости (надежность, отказоустойчивость, живучесть и пр.) присуща сложным системам, поведение которых основано на акте решения. Здесь акт решения определяется как выбор альтернатив, стремление системы достигнуть предпочтительное для нее состояние – целенаправленное поведение, а это состояние – ее целью. Пассивная форма (прочность, сбалансированность, гомеостазис) присуща простым системам, не способным к акту решения. Так как штатный режим функционирования информационных систем, как правило, далек от равновесного, центральным элементом в данном случае является понятие структурно-функциональной устойчивости. При этом внешние и внутренние информационно-технические воздействия постоянно изменяют само равновесное состояние информационной системы. Соответственно мерой близости, позволяющей решать, изменяется ли поведение системы и как существенно под действием возмущения, здесь является множество выполняемых функций при взаимодействии [8]. В целях получения объективных результатов организации интеграции возникает необходимость разработки модели данного процесса. Объектом интеграции является система управления государственной авиацией. Предметом – система связи, РТО и АУ. Субъектом – должностное лицо, организующее функционирование

данной системы в любых условиях обстановки. Для осуществления процесса интеграции необходимы формы, средства и методы интеграции вышеуказанных систем. Система – совокупность элементов, находящихся в отношениях и связях между собой и образующих определенную целостность, единство [9]. Элементами системы связи и РТО являются узлы связи (узлы связи и РТО), опорная сеть связи, линии прямой связи, линии связи привязки, сеть связи с подвижными объектами, сеть фельдъегерско-почтовой связи, система управления связью, система посадки воздушных судов, система радионавигации воздушных судов, система наблюдения, система технического обеспечения связи, РТО и АУ, резервы. Подсистема РТО включает наземные радиотехнические и светотехнические средства, развернутые на аэродромах, радионавигационных пунктах, которые в сочетании с бортовым оборудованием воздушных судов образуют системы обеспечения посадки воздушных судов, системы обеспечения радионавигации воздушных судов, системы наблюдения. Подсистема АУ авиацией включает в себя комплексы средств автоматизации и автоматизированные системы различных звеньев управления. Таким образом, в данной статье предложена общая структура методологии интеграции связи, РТО и АУ авиации, которая включает в себя 3 уровня: организационный, организационно-технологический и технический, которые характеризуются организационным и техническим взаимодействием между собой и обладающие достаточной устойчивостью в ходе организации деятельности субъектов интеграции всех звеньев управления на этапах проектирования, технологическом и этапе оценки реализованной интеграционной системы связи, РТО и АУ. Предложенная структура может быть применима для исследования проблем интеграции различных систем военного назначения.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. 2. 3. 4.

5. 6. 7. 8. 9.

Секлитова Л.А.; Стрельникова Л.Л. Словарь космической философии. М.: Армита-Русь, 2004. Современный словарь иностранных слов. М.: Русский язык, 1993. Советский энциклопедический словарь. 2-е издание. М.: Советская Энциклопедия, 1982. Ермишян А.Г. Теоретические основы построения систем военной связи в объединениях и соединениях: Учебник. Часть 1. Методологические основы построения организационно-технических систем военной связи. СПБ.: ВАС, 2005. Афанасьев Ю.И. Теория взаимодействия. Анализ в условиях синхронизации процесса //Образовательные ресурсы и технологии. – 2014. – №3(6). Афанасьев Ю.И. Обоснование системы показателей эффективности взаимодействия войск (сил) противовоздушной обороны// Военная мысль. 2011. №6. Калинин В.Н.; Резников Б.А.; Варакин Е.И. Теория систем и оптимального управления. Л.: Изд-во ВКА, 1979. Ч. 1. Афанасьев, Ю.И. Устойчивости автоматизированных систем. Концепция устойчивого взаимодействия //Образовательные ресурсы и технологии. – 2014. – № 5(8). Фролов И.Т. Философский словарь. 5-е изд. М.: Политиздат, 1987.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

83


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

B.D. KAZAKHOV, O.V. IKONNIKOV

Б.Д. КАЗАХОВ, О.В. ИКОННИКОВ

О СТРУКТУРЕ И СУЩНОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ МНОГОПОЗИЦИОННОЙ РАДИОЛОКАЦИОННОЙ СИСТЕМЫ ОБНАРУЖЕНИЯ ВОЗДУШНЫХ ОБЪЕКТОВ ABOUT STRUCTURE AND ESSENCE OF FUNCTIONING OF THE MULTIPOSITION RADAR AIR OBJECTS WARNING SYSTEM В статье рассматривается направление создания многопозиционной радиолокационной системы на основе однопозиционных РЛС кругового обзора. Предлагаются подходы к формированию информации о наличии воздушного объекта и созданию области повышенной энергии при функционировании рассматриваемой системы. In the article the directions of creation of multipositioned radar system based on the single-positioned radar stations of circular review are considered. The approaches to the generation of information about air object and to the creation of the area of increased energy while considered system is functioning. Ключевые слова: многопозиционная радиолокационная система, область повышенной энергии, маневр энергией радиолокационного поля. Keywords: multipositioned radar system, area of increased energy, maneuver the energy of the radar field.

Как показывает анализ научно-исследовательских разработок и опыт боевых действий, с развитием информационных технологий и расширением номенклатуры средств поражения на земле и в воздухе, а также в связи со стремительным переоснащением войск высокоточными средствами разведки и поражения все большее значение приобретает тенденция трансформации вооруженной борьбы в вооруженно-информационное противоборство. Данная тенденция в совокупности с реализацией современных форм и способов применения военных организационно-технических систем приводит к изменениям характера и содержания боевых действий. В интересах претворения нового подхода ведения боевых действий в вооруженных силах ведущих держав мира активно осуществляются мероприятия по созданию интегрированной системы взаимодействующих командных пунктов боевого управления. Формирование данной системы призвано обеспечить: функциональное единство органов управления силами (средствами) разведки и поражения; повышение качества и достоверности информации, циркулирующей между пунктами управления; внедрение в управленческий процесс современных технологий поддержки и принятия решения, оценки и распознавания ситуаций на основе имитационных моделей; значительное сокращение временного цикла принятия решения в процессе разведки и поражения целей. 84

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

В качестве главного итога создания рассматриваемой системы можно представить формирование единого информационного пространства, в рамках которого функционируют все основные элементы, участвующие в военных действиях. По функциональному признаку данные элементы можно объединить в следующие слои: слой сенсоров (силы и средства вскрытия и отслеживания состояния объектов противника); слой акторов (силы и средства огневого, радиоэлектронного и иного воздействия на вскрытые объекты); слой интеллектуальных информационноуправляющих элементов (силы и средства, реализующие функции управления сенсорами и акторами). Технологически единое информационное пространство базируется на многократном повторении цикла, включающего четыре последовательных взаимодействующих процесса – наблюдение, ориентация, решение и действие. Фактически имеет место развитие ситуации, когда в каждом цикле сначала осуществляется взаимодействие с внешней средой, а потом воздействие на противника. Задержка в скорости ответных действий будет неизбежно вести к накоплению времени отставания за несколько циклов и впоследствии к поражению в военных действиях. Исходя из вышесказанного, важнейшим компонентом, определяющим успешность создания единого информационного поля, а, значит, и результата боевых действий, является эффективность функционирования слоя сенсоров, который в на№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

стоящее время представляют собой силы и средства наземной, воздушной и космической разведки. При этом, несмотря на прогресс в развитии новых технологий и освоение новых диапазонов электромагнитных волн для получения необходимых сведений, с точки зрения дальности обнаружения целей (объектов) и информативности представляемых данных по-прежнему нет альтернативы применению средств разведки, основанных на использовании волн радиодиапазона. Наиболее остро проблема эффективного применения средств радиолокационного диапазона проявляется в ходе функционирования станций системы ПВО. Наличие данной проблематики, прежде всего, обусловлено постоянным снижением радиозаметности средств воздушно-космического нападения (СВКН), а также возросшими возможностями аппаратуры РЭБ по радиоэлектронному и функциональному поражению (подавлению) информационных систем ПВО. Одним из направлений решения анализируемой проблемы является разработка комплексных сетевых структур радиолокационной разведки, в основе построения которых должны лежать принципы многопозиционной радиолокации. В настоящее время параметры радиолокационного поля, создаваемого системой разведки формирований ПВО, могут изменяться, как правило, за счет включения (выключения) РЛС и (или) изменения режимов их работы. Исходя из этого, интегрированное свойство формируемого радиолокационного поля представляет собой просто сумму свойств (параметров и характеристик) отдельных элементов системы разведки, представленных однопозиционными РЛС. Вместе с тем о формировании полноценной, сложной и эффективно функционирующей системы можно говорить лишь в том случае, если она обладает признаком эмерджентности, то есть ей присущи свойства, которые не характерны отдельным элементам. Принимая во внимание современное развитие навигационного оборудования, систем связи и обработки информации, в качестве одного из направлений совершенствования системы разведки формирований ПВО можно рассматривать создание многопозиционной радиолокационной системы (МПРЛСт), техническую основу которой составляют синхронизированные однопозиционные РЛС кругового обзора. Отличительным свойством создаваемой системы должна стать способность формирования обобщенной информации о воздушной обстановке на основе сигнальной информации, которая поступает от каждой станции МПРЛСт. № 4 (53) 2015

Используемый при этом принцип работы системы можно описать следующим образом. Сигнальная информация о воздушной обстановке снимается с каждой работающей РЛС системы непосредственно перед устройством первичной обработки и поступает в центр обработки информации (ЦОИ). При этом каждое зондирование РЛС маркируется временем (от вторичного эталона времени). По результатам сбора информации в ЦОИ формируется и хранится матрица сигнальной информации о воздушной обстановке от каждой РЛС, ограниченная в пространстве ее зоной обнаружения. Сигнальная информация, хранящаяся в ЦОИ за время одного обзора, может считаться статической. Через время, определяемое скоростью вращения антенн всех РЛС, представленных в МПРЛСт, в ЦОИ формируется обобщенная информация о воздушной обстановке. Рассматриваемый принцип работы МПРСт позволяет реализовать три подхода к формированию информации о наличии цели. Эти подходы основаны на получении сведений о воздушных объектах, базирующихся на результатах анализа отраженного радиолокационного сигнала, которые получаются за один период обзора пространства всеми РЛС, входящими в состав МПРЛСт. Рассмотрим сущность данных подходов более подробно. При реализации первого подхода решение о наличии цели принимается на уровне отдельной РЛС по итогам пороговой обработки отраженного сигнала. В ЦОИ в этом случае осуществляется классификация цели, уточнение параметров ее движения и местоположения. Следует помнить, что при некогерентном излучении сигналов от отдельных РЛС возможно определенное снижение значения показателя «сигнал-шум». Однако данные потери могут быть компенсированы за счет увеличения энергетического потенциала и создания области повышенной энергии при обеспечении согласованного вращения антенн РЛС в составе единой системы. В случае осуществления второго подхода решение о наличии цели принимается в ЦОИ. При этом предполагается формирование когерентного (согласованного во времени) зондирования цели несколькими однопозиционными РЛС. Информация, поступающая со всех приемников функционирующих радиолокационных станций, в ЦОИ подлежит синфазному сложению в интересах устранения фазовых набегов, обусловленных: геометрией системы (различным местоположением работающих РЛС); угловым положением цели и несовпадением ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

85


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА Рис. 1. Область повышенной энергии, формируемая радиолокационными станциями МПРЛСт

ее кажущегося центра на разных частотах (ввиду того, что данные признаки (сведения) на момент обнаружения цели не известны и (или) не могут быть заранее учтены). Когерентное сложение сигналов возможно за счет использования в системе фазовых множителей, подобранных для суммирования и последующей максимизации комплексных амплитуд сигналов в разных частотных каналах. Следует оговориться, что реализация рассматриваемого подхода требует значительных вычислительных затрат для многократного осуществления в реальном масштабе времени многомерной оптимизации параметров принятых сигналов. Сущность третьего подхода заключается в двухпороговом обнаружении цели, включающего соответственно два этапа работы МПРЛСт. При этом в ходе первого этапа возможны два варианта обработки отраженного сигнала на уровне отдельной РЛС. При первом варианте отраженный сигнал подвергается оптимальной первичной обработке в РЛС и после детектирования направляется в ЦОИ. Однако при необходимости (для обнаружения малоразмерных, низкоскоростных и маловысотных целей), заданные показатели качества обнаружения РЛС (вероятность ложной тревоги и правильности обнаружения) могут быть снижены. В данном случае реализуется второй вариант, когда в ЦОИ от РЛС поступает информация, содержащая как полезный сигнал, так и шумы (помехи). На втором этапе в ЦОИ реализуется процедура когерентного накопления сигнала по пространству от каждой РЛС. При этом негативные «последствия» снижения показателя качества обнаружения в отдельной РЛС, рассмотренные в предыдущем абзаце, нивелируются за счет многомерной оптимизации параметров сигналов от всех РЛС системы, которая производится в ЦОИ. В целом в ЦОИ принимается решение о наличии цели с заданными показателями качества. 86

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Другими словами, процедура двухпорогового обнаружения заключается в том, что после фиксации превышения первого порога не осуществляется дополнительное зондирование пространства, а по этим же данным проводится более эффективная процедура обработки в ЦОИ. Можно констатировать, что использование в МПРЛСт гибкого управления режимами обнаружения целей, отличающихся дальностью полета или отражательными характеристиками, может обеспечить различные варианты обработки (в т.ч. и сложную многопороговую обработку) принятых сигналов. При этом процедура выработки решения в МПРЛСт о наличии (обнаружении) цели выбирается в зависимости от параметров и характеристик принятых отраженных сигналов. Каждый из реализуемых вариантов отличается эффективностью накопления принимаемых сигналов и степенью интеграции модулей системы (однопозиционных РЛС) при их совместной обработке. Причем данная степень может последовательно наращиваться до окончательного принятия решения о наличии цели. Синхронизация функционирования однопозиционных РЛС кругового обзора, разнесенных в пространстве, но объединенных в формате МПРЛСт, позволяет проводить согласованный как равномерный, так и неравномерный обзор пространства. Причем создаваемая при этом интегрированная зона обнаружения1 будет обладать 1 Зона обнаружения МПРЛС – область пространства, в которой сигнал от цели, имеющей заданную эффективную отражающую поверхность, обнаруживается с заданной вероятностью при заданной вероятности ложных тревог.

№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

новыми, более качественными свойствами, не присущими радиолокационному полю, формируемому при работе отдельных РЛС, которые не объединены рамками МПРЛСт. Так, для зоны обнаружения МПРЛСт будет характерно наличие областей повышенной энергии (рис. 1), положение которых будет обусловлено значениями величин как относящихся к ТТХ РЛС (ширина диаграммы направленности, максимальная дальность обнаружения), так и к размещению станций в позиционном районе (расстояние между электрическими центрами антенн). Рассмотрим два наиболее типичных случая формирования области повышенной энергии (ОПЭ) радиолокационными станциями МПРЛСт, которые представлены на рис. 2. В первом случае, при условии совместного движения антенн РЛС, направленных в одну и ту же точку пространства в заданный момент времени, геометрические размеры ОПЭ будут зависеть от ширины диаграммы направленности РЛС, их максимальной дальности обнаружения, расстояния между электрическими центрами антенн и разностью начальных азимутов антенн . Во втором случае предусматривается независимое движение антенн. При этом одна антенна движется медленно, а вторая совершает быстрое сканирование пространства, проходимого диаграммой первой антенной за время, необходимое

ω1 а) угловые скорости движения диаграммы направленности антенн и близки друг к другу

для изменения положения первой антенны на величину угловой ширины ее диаграммы направленности. Рассмотренные ранее варианты формирования информации о наличии цели, а также возможности по созданию ОПЭ позволяют существенно диверсифицировать способы боевого применения подразделений радиолокационной разведки (РЛР). Суть данной диверсификации заключается в возможности реализации новых приемов совместного обзора воздушного пространства с использованием синхронизированных однопозиционных РЛС кругового обзора в составе МПРЛСт. Обобщенные приемы применения РЛС, в зависимости от скорости вращения (одинаковые, разные) и разности начальных углов (постоянные, изменяемые) антенн, представлены в таблице. Для формирования способов применения сил и средств радиолокационной разведки в составе МПРЛСт между приемами, представленными в таблице, необходимо установить связи. Эти связи могут характеризоваться временем осуществления приемов, пространством, в котором они реализуются и количеством выделенных на выполнение каждого приема сил и средств. В качестве признаков способов совместного использования радиолокационных станций предлагается использовать:

ω2 б) угловые скорости движения диаграмм направленности резко отличаются: » или «

Рис. 2. Варианты создания области повышенной энергии: Δβ = β1 – β2

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

87


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА Таблица Приемы обзора воздушного пространства однопозиционными РЛС кругового обзора в составе МПРЛСт Согласованный равномерный с одинаковыми скоростями вращения антенн РЛС при постоянной разности углов, равной 180°

с одинаковыми скоростями вращения антенн РЛС при постоянной разностью углов, равной Δ

Согласованный неравномерный с одинаковыми скоростями вращения антенн РЛС и изс разными скоростями вращения антенн РЛС менением разности углов

формируемый вариант радиолокационного поля (поле радиолокационной разведки, поле радиолокационного обеспечения боевых действий); используемый прием обзора воздушного пространства (согласованный равномерный, согласованный неравномерный); реализуемый подход к формированию информации о наличии цели. При этом каждая радиолокационная станция в составе МПРЛСт может работать в одном из нескольких режимов, характеризуемых различным порядком обзора воздушного пространства. 88

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Построенная рекомендуемым образом МПРЛСт позволяет, за счет создания области повышенной энергии, повышать вероятность обнаружения воздушного объекта, точность измерения его координат и параметров движения, компенсировать провалы радиолокационного поля, возникающие при обнаружении воздушных объектов с малой эффективной отражающей поверхностью. Предложенная МПРЛСт будет обладать следующими преимуществами: более высокие помехоустойчивость, точность завязки и сопровождения трасс целей, информативность; № 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

возможность функционирования системы с одним общим передатчиком или собственными передатчиками РЛС; возможность отождествления информации как отдельным источником, так и системой в целом. Кроме того, объединение разрозненных однопозиционных РЛС в составе МПРЛСт позволит осуществлять маневр энергией радиолокационного поля, что значительно повысит потенциал по обнаружению специфических летательных аппаратов (маловысотных, беспилотных летательных аппаратов, крылатых ракет и оперативно-тактических ракет, гиперзвуковых летательных аппаратов и т. д.). В результате этого созданная система будет обладать более высокими возможностями по адаптивному реагированию к изменениям в действиях СВКН и усложнению воздушной обстановки. Под маневром энергией радиолокационного поля МПРЛСт предлагается понимать перенос области повышенной энергии по фронту и глубине без смены позиций РЛС, осуществляемый в целях надежного обнаружения и сопровождения наиболее важных воздушных целей и (или) целей, обладающих малой отражающей поверхностью. При этом в зависимости от располагаемого времени и конкретно складывающейся обстановки могут реализовываться упреждающий маневр энергией РЛП или маневр по обстановке. Упреждающий маневр энергией РЛП осуществляется с целью создания ОПЭ на наиболее ожидаемых (прогнозируемых) направлениях и высотах действий важных целей или обнаружение которых одиночными РЛС может быть затруднено (малоэффективно). Для достижения большего эффекта и исключения (ограничения) возможности СВН

№ 4 (53) 2015

на ответные действия по переносу ОПЭ маневр энергией РЛП должен осуществляться в сжатые сроки и неожиданно для воздушного противника. При маневре энергией РЛП по обстановке перенос ОПЭ проводится уже, как правило, в ходе противовоздушного боя для адаптации параметров зоны обнаружения МПРЛСт и сосредоточения ее усилий по разведке целей на уже выявленных направлениях и высотах их применения. Данный вид маневра реализуется в интересах парирования действий воздушного противника за счет создания (переноса) ОПЭ, ориентированную на обнаружение целей, которые подлежат первоочередному поражению огневыми средствами ПВО. Кроме того, маневр энергией РЛП по обстановке может осуществляться в целях предотвращения прорыва воздушным противником системы ПВО и восстановления системы радиолокационной разведки. Резюмируя предложения, раскрытые в статье, можно заключить, что построение МПРЛСт позволит повысить возможности радиолокационной разведки по решению возложенных задач в условиях современных боевых действий, характеризующихся значительным усложнением обстановки в воздушном пространстве. Предлагаемая МПРЛСт не требует замены существующих средств радиолокационной разведки, а нацелена на получение максимального эффекта от синхронизированного функционирования уже эксплуатируемых РЛС, но в единой системе. При этом формирование МПРЛСт в статусе важнейшего элемента информационного пространства следует рассматривать как значительный шаг в направлении интеграции разрозненных систем разведки, управления и связи в единую информационно-управляющую систему войсками (силами).

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

89


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

V.B. KOZAR, D.V. NAZAROV

В.Б. КОЗАРЬ, Д.В. НАЗАРОВ

ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ УПРАВЛЯЕМЫХ РАКЕТ КЛАССА «ВОЗДУХ-ВОЗДУХ» СРЕДНЕЙ ДАЛЬНОСТИ В ВОЙНАХ БУДУЩЕГО APPLICATION EFFICIENCY ESTIMATION OF MIDDLE RANGE AIR-TO-AIR GUIDED MISSILE IN FORECASTING WARFARE В статье рассматриваются основные положения новой методики оценки эффективности применения управляемых ракет класса «воздух-воздух» средней дальности, учитывающей особенности воздушного боя в войнах будущего. The article considers the basic provisions of new technique to estimate application efficiency of middle range air-to-air guided missile taking account the air combat particularities in forecasting warfare. Ключевые слова: авиационный комплекс, информационные каналы, математическая модель, сетевые технологии ведения воздушных боев, управляемая ракета, эффективность. Keywords: aviation complex, information channel, mathematical model, network technologies of air combat, guided missile.

Известно, что войны будущего [1] внесут в вооруженную борьбу существенные особенности, одна из которых сформулирована М.А. Гареевым: «При современном характере вооруженной борьбы центр ее тяжести переносится в воздушно-космическое пространство. Ведущие государства мира главную ставку делают на завоевание господства в воздухе и космосе …» [2]. Достижение господства в воздухе является непременным условием успешного применения авиации при нанесении ударов по наземным целям. В противном случае авиационные комплексы (АК), выполняющие ударные задачи по наземным целям, даже преодолев наземную противовоздушную оборону, станут легкой добычей АК противника, выполняющих истребительные задачи, в том числе в глубине его территории. К основным особенностям воздушных боев, ожидаемых в войнах будущего, в том числе при решении задачи завоевания господства в воздухе, следует отнести: стремление экипажей зарубежных АК вести боевые действия за пределами визуальной видимости с завязкой боя на предельных дальностях пуска своих управляемых ракет класса «воздухвоздух» средней дальности (РСД) (например, в инструкциях ВВС США вход в ближний маневренный воздушный бой считается ошибкой экипажа); освоение сетевых технологий ведения групповых воздушных боев экипажами зарубежных АК, в которых минимальной тактической единицей является пара АК (ведомый и ведущий); использованием новых средств и методов создания организованных помех зарубежными АК. 90

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Технической основой сетевых технологий ведения воздушных боев экипажами зарубежных АК является совершенствование их бортового радиоэлектронного оборудования, в том числе для сетецентрического обмена информацией [3] при взаимодействии [4]. Сетевые технологии ведения воздушных боев – понятие, характеризующее взаимодействие экипажей группы зарубежных АК в воздушных боях за пределами визуальной видимости с завязкой боя на предельных дальностях их пуска РСД. При оценке эффективности применения РСД в воздушных боях представляется достаточным рассматривать противоборство малых групп АК. Это обусловлено: ограниченностью боекомплекта РСД на борту АК; увеличением расхода РСД для уничтожения цели в условиях помехового, огневого и маневренного противодействия противника; согласованностью действий экипажей АК малой группы в локальном тактическом пространстве; возможностью дробления воздушных боев больших групп противоборствующих АК на отдельные фрагменты боевых действий их малых групп. К основным особенностям сетевых технологий ведения воздушных боев экипажами зарубежных АК в малых группах отнесены следующие. 1. Выбор оптимального расстояния между взаимодействующими АК группы, минимальное количество которых – 2 и максимальное – 4. Например, на средних высотах минимальные расстояния между самолетами пары 200-300 м и между парами 2-3 км, а максимальные расстояния между № 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

самолетами пары составляют 5-10 км и между парами составлюят 50-100 км. 2. Занятие выгодного положения АК, в том числе с использованием маневра для выхода из зоны досягаемости атакующей РСД во время воздействия организованных помех из вынесенной точки пространства. 3. Использование в активном режиме бортовой радиолокационной станции одного любого АК в составе группы с представлением тактической информации всем взаимодействующим экипажам АК группы на основе сетецентрического обмена информацией между ними. Это позволяет защищать АК от РСД с пассивным режимом наведения путем выключения излучения его бортовой радиолокационной станции и одновременном включении активного режима бортовой радиолокационной станции на АК, недосягаемом для этой РСД. 4. Передача управления РСД, примененной любым АК из состава группы, взаимодействующему АК. 5. Использование бистатического режима работы бортовых радиолокационных станций взаимодействующих АК. По предварительным оценкам при одинаковых характеристиках АК и РСД противоборствующих сторон применение сетевых технологий ведения воздушного боя группой АК приводит к синэргетическому эффекту возрастания ее превосходства над группой АК, не применяющей их (иначе говоря, суммарный боевой потенциал группы, применяющей сетевые технологии, значительно превышает сумму боевых потенциалов каждого отдельного самолета группы). Кроме того, необходимо учесть непрерывное пополнение парка зарубежных АК малозаметными самолетами, которые будут снабжены РСД AIM-120С7 AMRAAM (С8 ЕRAAM), AIM-120D, AIM-120E FMRAAM и Meteor, обладающими новыми боевыми качествами. Так, в ВВС США выпущено более ста самолетов тактической авиации типа F-22А и запланирован выпуск F-35 [5]. В основе новой методики оценки эффективности применения РСД в войнах будущего лежит системный учет факторов, влияющих на исход воздушного боя. К ним можно отнести летно-технические характеристики РСД и АК, характеристики информационных каналов, используемых в РСД и АК, типов атакуемых воздушных целей, помехового, огневого и маневренного противодействия противника и другие факторы. При этом совокупность способа выполнения боевой задачи, способа применения РСД, варианта внешнего информационного обеспечения и других характеристик названа авторами «способом ведения № 4 (53) 2015

боевых действий» для краткости. Многообразие учитываемых факторов показывает, что задача прогнозной оценки эффективности применения РСД экипажем АК на предельных дальностях пуска в войнах будущего является чрезвычайно сложной, и при этой оценке могут использоваться различные показатели. Для решения этой задачи применяется принцип декомпозиции в сочетании с назначением приоритетных целей из множества заданных. Далее для каждой приоритетной цели формируется представительное множество типовых боевых ситуаций, возникающих при применении РСД экипажем АК в воздушных боях, элементы которых различаются как способами их ведения, так и способами противодействия противника. Кроме того, применение РСД экипажем АК рассматривается как функционирование единой системы «РСД–АК», предназначенной для поражения назначенных приоритетных целей в типовых боевых ситуациях. Это позволяет оценивать эффективность применения РСД по единому количественному показателю ЭПОМ эффективности системы «РСД–АК» в условиях помехового, огневого и маневренного противодействия противника. При его формализации будем опираться на традиционно используемый показатель боевого потенциала АК, определяемый отношением ущерба, наносимого противнику группой АК, к ущербу, наносимому ей противником, который можно представить в виде [6] , где WЦ – вероятность поражения заданной цели; WП – вероятность потери АК (поражения его противником). По аналогии с этим показателем можно ввести единый количественный показатель Э1ПОМ эффективности системы «РСД-АК» , где WЦПОМ – вероятность поражения заданной цели в условиях помехового, огневого и маневренного противодействия противника; WАКПОМ – вероятность поражения АК противником в условиях помехового, огневого и маневренного противодействия противнику. Частным случаем ведения боевых действий является применение РСД по заданной цели без входа АК в зону огневого поражения противником. При этом можно использовать в качестве единого количественного показателя эффективности системы «РСД-АК», далее обозначаемого Э2ПОМ, веВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

91


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

роятность поражения заданной цели при условии ДП >ДЦГО Э2ПОМ = WЦПОМ, где ДП и ДЦГО – дальность пуска РСД по заданной цели и дальность от нее до границы огневого поражения АК противником (ДЦГО > 0). При оценке эффективности системы «РСД-АК» необходимо учесть возможное снижение уровней обнаружительных, измерительных и селективных характеристик информационных каналов РСД и АК в условиях организованных помех. Информационные каналы РСД и АК можно разделить на три типа (ИК1, ИК2 и ИК3) по признаку физического поля, используемого для их функционирования: электромагнитное поле – ИК1, магнитное поле – ИК2, гравитационное поле Земли – ИК3 [7]. К ИК1 отнесены: бортовые радиолокационные и оптико-электронные станции, средства радиосвязи и непосредственной радиотехнической разведки, приемники сигналов спутниковых навигационных систем, радиолокационные и оптико-электронные головки самонаведения, аппаратура обмена данными между АК и РСД, радиолокационные и оптико-электронные неконтактные взрывательные устройства. К ИК2 отнесены: гирокомпасы, магнитометры и др. К ИК3 отнесены: платформенные и бесплатформенные инерциальные навигационными системы. Влияние организованных помех рассматривается только на ИК1, которые наиболее уязвимы к их воздействию. При решении задачи оценки эффективности системы «РСД-АК» вводятся следующие обозначения учитываемых факторов. и – векторы, компонентами 1. которых являются заданные характеристики ИК1 для АК и РСД. и – векторы, компонентами 2. которых являются заданные характеристики ИК2 и ИК3 для АК и РСД. 3. З А› К (œАК) и З Ц› (œЦ) – векторы заметности АК и заданной цели в направлении их наблюдения θАК и θЦ, компонентами которых являются соответствующие значения: их эффективных поверхностей рассеяния в радиолокационном диапазоне, коэффициентов отражения лазерного излучения и силы излучения в оптическом диапазоне, а при использовании бортовых радиолокационных станций и станций активных помех – значения их спектральных плотностей мощности излучения и коэффициентов усиления антенн. 4. М АК› и М Ц› – векторы, характеризующие мобильность АК и заданной цели, компонентами 92

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

которых являются соответствующие значения их скоростных (VАК, VЦ), маневренных характеристик (перегрузок nАК, nЦ и времени их набора tАКнаб , tЦнаб) и другие параметры. – вектор характери5. стик заданной цели, компонен-тами которого яв(ошибок целеукаляются векторы зания РСД координат цели и их производных) и другие параметры. – вектор характери6. стик АК, компонентами которого являются векто(ошибок целеуказания средры ствам поражения противника координат АК и их производных) и другие параметры. и – векторы основных летно-тех7. нические характеристик РСД и средств поражения противника, компонентами которых являются соответствующие значения их скоростных (VРСД, VСП) и маневренных характеристик (перегрузок nУСП, nСП и времени их набора tРСДнаб, tСПнаб), зависящие от типа двигательной установки с запасом топлива. и – векторы поражающих харак8. теристик РСД и средств поражения противника, компонентами которых являются протяженности соответствующих зон поражения заданной цели и АК, зависящие от параметров их боевых частей. и – 9. векторы характеристик РСД и средств поражения противника, компонентами которых являются сои ,и ответствующие вектора другие параметры. 10. ТВБД и ТПР – множества способов ведения боевых действий экипажем АК с применением РСД и противодействия им со стороны противника, элементы которых характеризуют способы САК (СПР ) выполнения экипажем АК (противником) поставприменения ленной задачи, способы экипажем АК (противником) РСД (средств поражения), варианты внешнего информационного обеспечения экипажа АК (противника), вероятности огневого поражения РСД противником (комплексом обороны АК средства поражения противника). 11. ПАК, ПРСД и ППР, ПСП – множества вариантов организованных помех, создаваемых АК и РСД противником, и множества вариантов организованных помех, создаваемых противнику и его средствам поражения, которые различаются по размещению и количеству их источников, их типу, спектральной плотности мощности их излучения в направлении на объект подавления и времени их воздействия. 12. ТСПЦ (ТВБД, ТПР, ПАК, ПРСД, ППР, ПСП) – представительное множество типовых боевых ситу№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

аций, возникающих при применении РСД экипажем АК, элементы которого характеризуют способы ведения боевых действий и противодействия им противника, а также типы и параметры организованных помех. Зависимость показателя эффективности системы «РСД–АК» от учитываемых факторов представлена в следующем виде [7]

, где I – индекс, характеризующий выбранный показатель эффективности (I=1,2), F – некоторая функция. В новой методике оценки эффективности применения РСД в войнах будущего приоритетными целями выбраны зарубежные самолеты ТА, выполняющие истребительные задачи, в том числе

с применением сетевых технологий ведения воздушного боя, в сочетании с помеховым, огневым и маневренным противодействием. Для этих приоритетных целей показателем эффективности применения РСД является Э1ПОМ. Вероятности поражения WЦПОМ и WАКПОМ противоборствующих АК1 (зарубежного) и АК2 (отечественного), далее обозначаемые W1, W2 соответственно, вычисляются для заданной типовой боевой ситуации по множеству независимых боев, отличающихся дальностями завязки боя. Результат каждого i-го боя характеризуется вероятностями поражения W1i, W2i противоборствующих АК. Вероятности возникновения каждого i-го боя задается их весами μi, сумма которых равна 1. Например, μi =1/N при равной вероятности возникновения боев, где N – их количество. Затем рассчитываются вероятности W1, W2 наступления сложных собы-

Рис. Математическая модель оценки эффективности применения РСД

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

93


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

тий, каждое из которых является суммой N соответствующих произведений двух простых событий: возникновения i-го боя и его исхода. Новый научно-методический аппарат, разработанный в методике оценки эффективности применения РСД в войнах будущего, реализован в виде программного продукта в среде моделирования Delphi-7. Соответствующая математическая модель (показана на рисунке) состоит из трех составных частей: блоков формирования исходных данных, блоков моделирования применения РСД, блоков визуализации результатов. В блоке формирования исходных данных задаются: параметры типовой боевой ситуации (способы ведения боевых действий противоборствующими АК, помеховое, огневое и маневренное противодействие), основные характеристики подсистем РСД и АК, в том числе, информационных каналов при отсутствии организованных помех. Характеристики информационных каналов РСД и АК при наличии организованных помех рассчитываются по самостоятельным методикам. В блоке моделирования применения РСД выполняется имитация процесса полета противоборствующих АК и РСД при разных дальностях завязки воздушного боя с использованием модуля расчета движения противоборствующих АК, модуля расчета движения пущенных РСД, модуля расчета вероятности поражения заданной цели (противоборствующего АК) в каждом бою и по их совокупности. В блоке визуализации результатов выполняется отображение в наглядной форме заданной типо-

вой боевой ситуации, различных параметров движения противоборствующих АК, РСД в каждом бое и его результата, а также результата по совокупности боев. Для удобства анализа получаемых результатов вводится коэффициент превосходства К, являющийся, как и Э1ПОМ, показателем эффективности применения РСД:

. Величина |К| характеризует степень превосходства одной из противоборствующих сторон: нашей при К > 0 и противника при К < 0. Расчет значений коэффициента превосходства К выполняется для каждой приоритетной цели и соответствующих типовых боевых ситуаций. Отметим динамический характер разработанной математической модели, который проявляется изменением ее структуры в случайные моменты времени начала и окончания подавления организованными помехами информационных каналов системы «РСД–АК». Случайные моменты времени изменения структуры математической модели зависят от варианта помехового и маневренного противодействия противника и помехозащищенности информационных каналов РСД и АК. Разработанная математическая модель может использоваться для количественной оценки эффективности применения РСД в войнах будущего.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Слипченко В.И. Войны шестого поколения. – Вече, 2002. 2. Гареев М.А. «Итоги деятельности академии военных наук за 2011 год и задачи академии на 2012 год». Вестник Академии военных наук» №2(39) 2012. 3. Сетецентрический обмен информации — понятие, характеризующее наличие в группе АК центра сбора и обработки данных от взаимодействующих АК и внешних средств наблюдения за воздушным пространством, а также передачу из этого центра данных об обнаруженных объектах на взаимодействующее АК. 4. Верба В.С.; Поливанов С.С. Организация информационного обмена в сетецентрических боевых операциях. «Радиотехника», 2009, №8. 5. Климов А. В ВВС США поступил 100-й тактический истребитель F-22. ЗВО, 2008, №7. 6. Барковский В.И.; Скопец Г.М.; Степанов В.Д. Методология формирования технического облика экспортно-ориентированных авиационных комплексов. / Под ред. В.И. Барковского – М.: ФИЗМАТЛИТ, 2008. – 244 с. 7. Бараев А.В.; Гладилин А.А.; Козарь В.Б. Современный подход к выбору авиационных информационных каналов военного назначения. Журнал «Фазотрон», 2013, №3.

94

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

S.N. KONDRASHOV, D.V. FROLOV, N.B. LOPATINA

С.Н. КОНДРАШОВ, Д.В. ФРОЛОВ, Н.Б. ЛОПАТИНА

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ СРЕДСТВ ЗАЩИТЫ ОТ ОРУЖИЯ МАССОВОГО ПОРАЖЕНИЯ СТРАН НАТО PRESENT SITUATION AND DEVELOPMENT TENDENCIES OF NBC PROTECTION EQUIPMENT OF NATO Рассматривается вопрос построения системы РХБ безопасности на основе анализа угроз и направлений развития средств защиты от оружия массового поражения стран НАТО в современных условиях. The problem of the formation the NBC defence system is discussed on basis of the analysis of the threat and the development tendencies of NBC Protection Equipment of NATO countries in present-day conditions. Ключевые слова: военная доктрина, оружие массового поражения, радиационная, химическая и биологическая разведка, средства защиты, специальная обработка. Keywords: military thinking, weapons of mass destruction, radiological, chemical and biological detection, protection equipment, decontamination.

Значительные изменения военно-политической обстановки в последнее десятилетие заставили все ведущие государства мира пересмотреть свои военно-доктринальные взгляды и внести в них необходимые изменения. Основные положения военных доктрин странучастниц НАТО исходят из того, что в вопросах подготовки к ведению войны национальные интересы необходимо подчинять блоковым, внося максимально возможный вклад в совместные военные приготовления и обеспечивая при этом достаточно надежную оборону своей территории. Отсюда следует, что военные доктрины странучастниц НАТО имеют ярко выраженный блоковый характер и базируются на положениях коалиционной военной стратегии НАТО [1]. Национальная военная стратегия США как ведущей страны-участницы блока НАТО опирается на анализ качественно новой военно-политической и военно-стратегической обстановки, возникшей к началу ХХI века. Военно-политическое руководство считает, что Россия была и останется одним из важных элементов в спектре угроз национальной безопасности США. Внимание Соединенных Штатов и их союзников все в большей мере стало привлекать развитие событий в других регионах мира. При этом на нынешнем этапе главной угрозой считается не конкретная страна, а непредсказуемость, неопределенность развития международной обстановки. Согласно взглядам американского военного руководства, в настоящее время наиболее вероятными конфликтами, в которых могут принять участие вооруженные силы США, являются региональные конфликты. Причем США и НАТО № 4 (53) 2015

под предлогом нейтрализации угроз своей безопасности проводят политику с позиции силы в отношении практически любого государства, чей курс противоречит их интересам. Новые доктринальные установки США в области военного строительства предполагают приоритетное развитие высокомобильных соединений и частей, способных к быстрому развертыванию и ведению боевых действий в любой точке мира. Это положение в полной мере соответствует стремлению Соединенных Штатов к глобальному доминированию и жесткому проведению своей политики в любом регионе земного шара [2, 3]. Следует отметить, что США не исключают возможности применения различных видов ОМП. В частности, в вооруженных силах стран НАТО активно ведутся работы по совершенствованию способов и средств защиты от радиационного, химического и биологического оружия, в том числе и в направлении обеспечения защиты от более широкого перечня новых физиологически активных веществ [4 – 6]. Североатлантическим блоком была разработана новая концепция РХБ защиты, направленная на поддержку решения таких задач, как предотвращение международных конфликтов и управление в кризисных ситуациях; борьба против международного терроризма; поддержка союзников и международное сотрудничество; защита государства и его граждан; спасение и эвакуация армии и населения при чрезвычайных ситуациях. Ключевыми предпосылками совершенствования системы РХБ защиты в европейских странах НАТО являются: продолжение распространения средств массового поражения, включая ядерное ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

95


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

оружие; относительная легкость получения химического и биологического оружия на предприятиях химической и биологической (медицинской) промышленности; легкость переоборудования производства для выпуска обычных средств поражения на выпуск химических и биологических боеприпасов. Средства радиационной разведки и контроля радиоактивного облучения (РР и КРО) личного состава входят в состав общей системы средств контроля РХБ обстановки, элементами которой являются автоматизированные системы сбора, обработки и контроля данных о наличии РХБ заражения, беспилотные летательные аппараты, роботизированные средства, машины РХБ разведки и т.д. К современным средствам радиационной разведки предъявляются следующие основные требования: высокая чувствительность локальных приборов; надежность идентификации; быстрое обнаружение; работа в любых условиях окружающей среды; минимальное количество ложных срабатываний [5]. Анализ современной системы РР и КРО вооруженных сил ведущих зарубежных стран показывает, что она построена, в основном, на использовании унифицированных приборов. По мнению зарубежных специалистов, такие приборы имеют бесспорные эксплуатационные достоинства перед приборами специального назначения и обеспечивают экономические и производственные преимущества при снабжении войск подобными средствами радиационной разведки. Особенностью современного этапа развития средств РР и КРО также является широкое распространение малогабаритных приборов – индивидуальных измерителей радиоактивности. Разработка таких приборов обусловлена необходимостью оснащения небольших групп или отдельных военнослужащих средствами контроля радиоактивного облучения для принятия мер непосредственной защиты, что позволяет вести боевые действия в условиях радиоактивного загрязнения, не поддающегося детальному прогнозу на основе общей схемы радиационной обстановки [7]. Следует отметить, что за рубежом продолжается тенденция разработки портативных унифицированных систем РР и КРО многоцелевого назначения, которые могут использоваться как в мирное, так и в военное время для решения различных задач на радиационно-опасных объектах, при ликвидации последствий аварий на АЭС и в случае применения ядерного оружия. В ходе решения комплекса проблем, связанных с обеспечением защиты от химического оружия, в странах НАТО продолжаются интенсивные 96

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

исследования по разработке новых методов и технологий обнаружения и идентификации отравляющих веществ, а также модернизации стоящих на снабжении войск своих государств технических средств РХБ разведки, о чем свидетельствует проведенный анализ ряда информационных источников [5, 7 – 8]. По мнению зарубежных специалистов, ведение боевых действий в современных конфликтах показало, что табельные средства химической разведки не позволяют с достаточной степенью чувствительности, специфичности и быстродействия определять существующие отравляющие вещества (ОВ). В связи с этим были активизированы исследования и разработки в области развития перспективных методов и технологий химической разведки ближнего действия, направленные на обеспечение возможности обнаружения ОВ в масштабе времени, близком к реальному, их надежной идентификации и количественного определения, а также на обеспечение своевременного оповещения личного состава об опасности химического заражения. При этом особое внимание уделяется разработке технологий, которые позволили бы создать портативные, простые в применении приборы, расширить перечень обнаруживаемых соединений и интегрировать различные приборы в единую систему, обеспечивающую автоматизированный сбор, обработку и передачу по закрытым каналам связи информации о возможной угрозе заражения отравляющими веществами личного состава и военной техники. В соответствии с требованиями средства дистанционного обнаружения ОВ должны определять загрязнения местности или оборудования низколетучими веществами без непосредственного контакта с ними; осуществлять измерения в движении и на месте, определять ОВ во всех агрегатных состояниях, производить картографирование складывающейся обстановки с пространственным разрешением, сохранять работоспособность в сложных климатических условиях [7]. К настоящему времени зарубежными специалистами разработан ряд новых средств химической разведки, обладающих более высокими возможностями и техническими параметрами. При этом приоритет в плане создания средств индикации XXI века уделяется разработке малогабаритных приборов для индивидуального пользования, основанных на различных аналитических методах, таких как поверхностная акустическая волна, сенсорные технологии, спектрометрия ионной подвижности и ИК-спектроскопия, а также на комбинациях этих методов, что способствует зна№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

чительному повышению их эффективности, быстродействия и специфичности [9]. Средства дистанционного обнаружения отравляющих веществ рассматриваются в качестве составной части существующей системы средств РХБ разведки, позволяющей повысить эффективность мероприятий по выявлению радиационной, химической и биологической обстановки на больших территориях в заданные сроки. В настоящее время исследования проводятся как с активными детекторами на основе лидаров, позволяющими выявлять специфические полосы поглощения известных ОВ в отраженном лазерном луче, так и с пассивными, принцип действия которых заключается в сравнении спектральных характеристик теплового излучения окружающей среды с эталонными значениями [4]. Реализация новых проектов поможет МО США, а также других стран НАТО создать систему химической разведки будущего, которая будет снабжена средствами обнаружения и идентификации в реальном масштабе времени, определения местоположения и отслеживания всех известных ОВ, что позволит командирам предотвратить химическое заражение войск, определить потребность в средствах защиты и эффективность их применения для дальнейшего продолжения боевых действий, а также снизить потери личного состава. Помимо этого система будет иметь и второе предназначение – мониторинг загрязнения воздуха и водных ресурсов вредными примесями. В настоящее время основные технические проблемы разработки средств обнаружения биологических поражающих агентов (БПА) связаны с обеспечением необходимой эффективности отбора проб и чувствительностью детекторов обнаружения и идентификации БПА [7]. Развитие зарубежных средств обнаружения БПА направлено на создание объединенных, универсальных, малогабаритных систем, обладающих высокой чувствительностью и селективностью, а также комплексных систем автоматизированного контроля окружающей среды и оповещения о РХБ обстановке на основе локальных и дистанционных датчиков. Не менее важным направлением развития средств биологической разведки является разработка приборов ближнего действия, которые должны включать такие общие компоненты, как устройство, инициирующее отбор проб аэрозоля, пробоотборник, детектор обнаружения и идентификации БПА. Для удовлетворения требований к перспективным средствам обнаружения БПА предусматривается создание более эффективных миниатюрных № 4 (53) 2015

приборов для отбора проб с использованием метода концентрирования зараженного воздуха. Для этого разработан новый класс антител или низкомолекулярных соединений для связывания специфических агентов с целью замены использующихся в настоящее время антител, обладающих меньшим сродством, что позволит заменить традиционную методику идентификации БПА с использованием жидких реагентов на методику с применением миниатюрного масс-спектрометра [7]. Кроме того, в настоящее время в качестве одного из основных направлений развития средств биологической разведки является интеграция биодетекторов в единые системы сбора, анализа и обработки данных. Анализ информационных источников показывает, что в армиях зарубежных стран постоянно модернизируются и разрабатываются образцы средств индивидуальной защиты органов дыхания (СИЗОД) фильтрующего типа. За последние годы в некоторых зарубежных странах появились образцы СИЗОД, которые относятся к новому поколению противогазов и начали поступать на снабжение ВС зарубежных стран [4]. Табельные противогазы зарубежных стран представляют собой высокоэффективные средства, обеспечивающие гарантированную защиту органов дыхания, лица и глаз от РВ, ОВ и БПА в течение заданного времени. С целью совершенствования средств индивидуальной защиты, в зарубежных странах создается новая научная и технологическая база для обеспечения разработчиков перспективными альтернативными технологиями, внедрение которых обеспечит защиту военнослужащих от всех видов ОВ и БПА и удовлетворит требованиям видов вооруженных сил. В настоящее время развитие СИЗОД фильтрующего типа проводится, в основном, в направлении улучшения их защитных свойств, снижения сопротивления дыханию и массы противогаза, обеспечения комфорта пользователю, сочетаемости с боевым и индивидуальным снаряжением и повышения боеспособности личного состава. Оценка развития СИЗОД изолирующего типа в армиях основных стран НАТО показывает, что они по-прежнему используются для выполнения специальных задач или в качестве самоспасателей при работе в атмосфере с высокими концентрациями вредных веществ (ОВ, СДЯВ, продуктов горения) или с небольшим содержанием кислорода. В настоящее время в зарубежных странах продолжаются работы по совершенствованию изолирующих дыхательных аппаратов (ИДА), ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

97


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

направленные, прежде всего, на снижение их массогабаритных характеристик и увеличение ресурса работы за счет использования облегченных баллонов из композитных материалов [7]. Кроме того, совершенствование ИДА направлено на улучшение эргономических и эксплуатационных свойств, оптимизацию параметров дыхательной системы, повышение надежности, снижение стоимости и возможности многократного использования одних и тех же источников кислорода. Разработки в области средств защиты кожи (СЗК) изолирующего типа направлены на снижение физиологической нагрузки, оказываемой защитным снаряжением на человека, и одновременно на сохранение, а по возможности и повышение уровня защитных свойств от отравляющих, биологических, радиоактивных, а также от нетрадиционных токсичных соединений, в том числе, несмертельных и токсичных промышленных веществ. По мнению зарубежных специалистов, современные средства коллективной защиты (СКЗ) бронетанковой техники должны обеспечивать: очистку подаваемого внутрь обитаемого объема воздуха от радиоактивной пыли, отравляющих веществ и биологических поражающих агентов; поддержание избыточного давления; удаление пороховых газов; снижение тепловой нагрузки на экипаж. Особое внимание уделяется стандартизации и унификации элементов СКЗ в целях упрощения процессов эксплуатации и тылового обеспечения. Основные работы по совершенствованию СКЗ подвижных объектов направлены на снижение энергоемкости фильтровентиляционных установок (ФВУ) и обеспечение возможности ее интеграции со штатной системой кондиционирования воздуха. По мнению военных специалистов зарубежных стран, подвод охлажденного или подогретого воздуха непосредственно к костюмам членов экипажа является наиболее дешевым способом обеспечения боеспособности экипажа по сравнению с кондиционированием воздуха в обитаемом отделении [10]. Одной из перспективных технологий очистки воздуха является короткоцикловая безнагревная адсорбция на регенерируемых поглотителях. Другим не менее перспективным способом очистки воздуха, по мнению американских специалистов, является каталитическое окисление. С целью повышения надежности систем очистки воздуха в объектах коллективной защиты рядом научно-исследовательских организаций США недавно завершено обширное лабораторное и стендовое изучение новейших подходов к совершенствованию 98

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

методов удаления из воздуха отравляющих веществ и биологических поражающих агентов. Основой исследований явились последние успехи в области электростатического осаждения/фильтрации твердых частиц, фотокаталитического окисления и технологии микроволокнистых материалов [7]. Одним из важных аспектов в конструкциях и разработках быстро развертываемых убежищ является точный выбор защитного материала для конкретного использования. Защитные тканевые покрытия для убежищ должны обладать способностью защищать от всех видов ОМП, быть воздухо- и влагонепроницаемыми, эластичными. В убежищах, предназначенных для персонала, ткань изнутри обычно пропитана инсектицидами для защиты от насекомых. Разработка облегченных материалов, отвечающих данным требованиям, проводится в ряде зарубежных стран. В условиях продолжающегося развития атомной и химической промышленности возрастает риск возникновения аварий, сопровождающихся тяжелыми поражениями людей, а также массовыми разрушениями инфраструктуры. Кроме того, опасность применения ОМП в локальных военных конфликтах и террористических актах требует от руководства зарубежных государств принятия активных мер по защите населения и армии от данного вида оружия. В связи с этим в ведущих зарубежных странах развернуты работы по созданию новых и модернизации стоящих на снабжении средств, позволяющих предотвратить или уменьшить последствия применения ОМП. В настоящее время в армиях зарубежных стран для специальной обработки (СО) вооружения и военной техники применяется жидкостный способ обработки, основанный на использовании дегазирующих, дезактивирующих и дезинфицирующих рецептур следующими методами: орошением; протиранием зараженной поверхности орошаемой щеткой; смыванием струей воды. Одним из важных направлений развития средств СО является разработка технологий для дегазации вооружения и военной техники при отрицательных температурах окружающего воздуха, когда существующие рецептуры не всегда эффективны [7]. Одним из перспективных направлений создания новых высокоэффективных дегазирующих рецептур является разработка средств на основе микроэмульсий. Высокая эффективность эмульсионных систем основана на комбинации различных факторов, позволяющих быстро разрушать ОВ и БПА, экстрагировать их из структуры материала, удаляя вместе с водой. Эмульсионные составы, благодаря своей экономичности, позво№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

ляют обеззараживать большие площади, при этом их хранение и транспортировка осуществляются в виде концентрата и в малых объемах. Средства на основе микроэмульсий являются эффективными дегазаторами, так как связывают полярные вещества: продукты разложения ОВ и частицы веществ-дегазаторов, в результате чего скорость реакции увеличивается. В зарубежных странах проводятся широкие исследования по установлению возможности использования для дегазации наружных поверхностей объектов вооружения и военной техники новых материалов: пены с заданными параметрами, инфракрасного, микроволнового, ультрафиолетового и других видов излучения, коронного разряда, парогазовых смесей и т.д. Ведутся НИОКР по оптимизации режимов сухого нагрева (печь, выхлопные газы автомобилей и т.д.), прогрева в условиях повышенной влажности (паровой шкаф, автоклав). Перспективным направлением развития средств специальной обработки является использование достижений нанотехнологий, связанных с получением и применением различных структур размерами порядка 1-100 нм при создании качественно новых универсальных рецептур для проведения специальной обработки. Одно из перспективных направлений развития средств дегазации – это разработка самодегазирующихся покрытий, которые могут облегчить процесс быстрого ввода в строй зараженного оборудования. Эти покрытия должны включать в себя

компоненты, способные катализировать обычные реакции гидролиза и окисления ОВ. В ведущих зарубежных странах ведутся активные работы по созданию новых и модернизации табельных технических средств специальной обработки [7, 11]. Основной особенностью является принцип модульной конструкции перспективных образцов. Другое направление разработок – создание универсальных систем с расширенными функциональными возможностями, которые могут использоваться для СО ВВТ, местности и различных объектов, а также для дегазации обмундирования, снаряжения военнослужащих и санитарной обработки личного состава. Таким образом, в рамках настоящей статьи показано, что современные РХБ угрозы существуют в отношении стран НАТО. Актуальность защиты от них сохраняется в условиях реальной опасности со стороны активизирующихся террористических групп и экстремистских организаций. В связи с этим руководство ведущих зарубежных стран уделяет повышенное внимание к качеству и возможностям образцов радиационной, химической и биологической разведки, индивидуальной и коллективной защиты и специальной обработки, составляющих основу системы РХБ безопасности. В этих условиях нашему государству также необходимо наращивать усилия в направлении дальнейшего развития и совершенствования национальной системы РХБ безопасности.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Балахонцев Н.; Тюрин В. Коалиционная военная стратегия НАТО [Текст] // Зарубежное военное обозрение. – 2012. – № 4. – С. 3 – 7. 2. Сохранение глобального лидерства США. Приоритеты для вооруженных сил в ХХI веке [Текст] // Зарубежное военное обозрение. – 2012. – № 6. – С. 118 – 128. 3. Стратегическая концепция обороны и безопасности государств – членов организации североатлантического договора [Текст] // Зарубежное военное обозрение. – 2011. – № 11. – С. 34 – 40. 4. Jane’s Defence Weekly [Электронный ресурс]: еженедельный журнал – Электрон. журн. – Режим доступа: https:// www. janes.com/magazines/his-janes defence-weekly – Загл. с экрана. 5. Department of Defense. Chemical and Biological Defense Program. Annual Report to Congress [Электронный ресурс]: ежегодный доклад / – Режим доступа: https:// www. acq.osd.mil/cp/- Загл. с экрана. 6. Chemical and Biological Defense Program. Fiscal Year (FY) 2015 Budget Estimates. Procurement, Defense-Wide [Электронный ресурс]: проект бюджета – Режим доступа: https:// www. controller.defense.gov/procurement/budget estimates – Загл. с экрана. 7. Jane’s Defence [Электронный ресурс]: сайт британского издательства Jane’s – Режим доступа: https:// www. janes. com/defence – Загл. с экрана. 8. Рылин В. Эпоха новых угроз. Радиационный, химический и биологический терроризм как глобальная проблема современности [Текст] // Армейский сборник. – 2012. – № 6. – С. 60 – 63. 9. Department of Defense. Chemical and Biological Defense Program. Portfolio [Электронный ресурс]: ежегодный отчет / – Режим доступа: https:// www. acq.jpeocbd.osd.mil/cp/- Загл. с экрана. 10. Царев А. Разработка средств коллективной защиты от ОМП для бронетанковой техники СВ Франции [Текст] // ЗВО. – 2010. – № 5. – С. 43-47. 11. Сохатый С. Новые технические средства специальной обработки вооружения и военной техники зарубежных государств [Текст] // Зарубежное военное обозрение. – 2013. – № 2. – С. 46 – 57.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

99


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

B.A. YAKIMOVICH, S.A. PISAREV, R.R. FARKHETDINOV

Б.А. ЯКИМОВИЧ, С.А. ПИСАРЕВ, Р.Р. ФАРХЕТДИНОВ

АНАЛИЗ ТЕНДЕНЦИЙ РАЗВИТИЯ СТРЕЛКОВОГО ОРУЖИЯ НА ПРИМЕРЕ ОБЩЕВОЙСКОВЫХ АВТОМАТОВ ANALYSIS OF TENDENCIES OF DEVELOPMENT OF SMALL ARMS ON THE EXAMPLE OF MILITARY MACHINES В статье исследуются основные тенденции развития боевого стрелкового оружия на примере отечественных и иностранных общевойсковых автоматов (штурмовых винтовок). The article is devoted to the analyses of the main tendencies in small arms development on the example of assault rifles. Ключевые слова: боевое стрелковое оружие, общевойсковой автомат, боевая эффективность, системный анализ. Keywords: small arms, assault rifle, combat efficiency, system analyses.

Оценка тенденций развития образцов-аналогов является одним из этапов составления технического задания на разработку боевого стрелкового оружия, в т.ч. общевойсковых автоматов. Тенденции развития можно исследовать путем анализа рынка автоматов, что позволит определить наиболее перспективные направления улучшения потребительских качеств оружия, уточнить требования к новым образцам и т.п. Проведенное исследование позволило определить ряд основных тенденций развития общевойсковых автоматов. Эффективность стрельбы.Основными направлениями повышения эффективности стрельбы являются: повышение меткости стрельбы за счет совершенствования прицельных приспособлений, в т.ч. коллиматорных и других оптических прицелов, прицелов ночного видения, тепловизионных и комбинированных. совершенствование конструкции и технологии изготовления образцов и боеприпасов, стоящих на вооружении, с целью повышения меткости при стрельбе одиночными выстрелами. Существенное (в 2 и более раза) повышение боевой эффективности западные специалисты связывают с созданием стрелково-гранатометных комплексов, оснащенных современными прицельными приборами (OICW, Daewoo K11). Масса носимого вооружения. Масса перспективного автомата с неснаряженным магазином находится в диапазоне 3,0-3,3 кг (рис. 1) [1]. Дальнейшее снижение массы оружия связано с принципиальным изменением его облика. 100

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Рис.1. Изменение массы образцов по годам

Габаритные размеры. Наиболее важным габаритным размером автомата является его длина. Изменение средней длины общевойсковых автоматов за рассматриваемый период времени имеет тенденцию к снижению (рис.2) [2].

Рис. 2. Изменение длины образцов по годам

Основными путями уменьшения длины оружия являются: № 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

Рис. 3. Сравнение частоты применения компоновки «Bull-pup» с классической компоновкой

снижение длины ствола (характерно для штурмовых винтовок под патрон 5,56×45); периодическое применение компоновки «булл-пап» (рис.3). Особенностью современного подхода к определению оптимальных габаритов оружия является применение сменных стволов, позволяющих изменять длину оружия за счет выбора ствола в зависимости от текущей боевой задачи. Тенденция развития типа двигателя автоматики. В основном в общевойсковых автоматах используется принцип работы автоматики, основанный на отводе порохового газа через отверстие в стенке ствола [2]. Традиционно его называют боковым газовым двигателем, что принципиально неверно. Различают системы с коротким и длинным ходом поршня, действующего на затворную раму, и прямым отводом пороховых газов. Наиболее распространены системы с длинным и коротким ходом поршня, так как они обеспечивают необходимый запас энергии ведущего звена

Рис. 4. Сравнение разных схем автоматики по годам

№ 4 (53) 2015

автоматики и достаточно просты в изготовлении и обслуживании. Тенденции изменения технологии изготовления, применяемых материалов и конструктивных особенностей несущих элементов оружия – ствольной коробки и других корпусных элементов. Себестоимость и трудоемкость изготовления образца, а также многие технические характеристики зависят от выбора технологии изготовления основных элементов оружия, таких как ствольная коробка, приклад и другие крупные корпусные детали.

Рис. 5. Изменение различных технологии изготовления основных элементов оружия по годам

В большинстве образцов стрелкового оружия (рис. 5) ствольная коробка имеет штампованноклепано-сварную конструкцию [3]. Широкое распространение объясняется высокими эксплуатационными характеристиками и низкой массой ствольных коробок и корпусных деталей. Отрицательными особенностями штампованных ствольных коробок является меньшая точность изготовления, сниженная конструктивная жесткость, достаточно высокая по современным меркам трудоемкость изготовления. В настоящее время широко распространены образцы стрелкового оружия с несущими элементами, выполненными из пластмасс. Преимуществами применения пластмасс является низкая себестоимость изготовления в условиях средне- и крупносерийного производства, простота и небольшая масса конструкции. К недостаткам относятся низкая конструктивная прочность, малая ремонтопригодность, необходимость использования закладных деталей и арматуры в высоконагруженных конструктивных элементах. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

101


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

Тенденция применения легких сплавов на основе алюминия объясняется высокими эксплуатационными характеристиками при достаточно низкой массе, высокой точности изготовления, конструктивной жесткости. Также к плюсам применения алюминиевых сплавов относится достаточно высокая технологичность изготовления деталей в условиях средне- и крупносерийного производства. К минусам можно отнести высокую стоимость алюминиевых сплавов и меньшую, по сравнению со штампованными ствольными коробками, прочность. Тенденции унификации оружия. Унификация – одно из приоритетных направления стрелкового оружия в целом и автоматов в частности.

Рис. 6. Изменение количества унифицированных образцов по годам

Анализ показывает, что на данном этапе развития вооруженных сил различных стран принципиально новые образцы принимаются на вооружение достаточно редко, так как по сумме показателей добиться существенного преимущества крайне сложно (рис. 6). Повышение эффективности автоматов чаще всего обеспечивается путем модернизации существующих образцов оружия. При рассмотрении отечественной системы стрелкового вооружения вопрос необходимости разработки новых образцов стоит особенно остро, так как, с одной стороны, автоматы на базе АК имеют высокие ТТХ и вполне удовлетворяют требованиям к современному оружию, с другой стороны, различные виды и рода войск предъявляют к перспективным образцам свои требования, отличающиеся друг от друга. О применении принципа модульности. Одним из основных путей решения проблем унификации образцов в рамках единой системы вооружения является применение так называемых принципов 102

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Рис. 7. Применение принципов модульности в образцах оружия по годам

модульности. Суть его состоит в том, что функционально связанные элементы оружия объединяются в отдельные узлы (рис. 7). На данном этапе развития рациональное применение модульности в конструкции может принести существенные выгоды на всех этапах жизненного цикла изделия. Потребители стрелкового оружия к одним и тем же функциональным элементам оружия могут предъявлять различные, порой противоречивые требования, выполнение которых может быть обеспечено расширением номенклатуры отдельных модулей, а не изделий. Преимуществами принципа модульности являются: повышение боевой эффективности за счет возможности выбора модулей с заданными характеристиками, меняющимися в зависимости от особенностей поставленных боевых задач; снижение расходов и затрат времени на всех стадиях жизненного цикла – в процессе проектирования, изготовления, модернизации, ремонта и утилизации стрелкового оружия за счет возможности изменения отдельных узлов-модулей, а не всего образца; сохранение и повышение степени унификации, связанные с созданием унифицированной системы однотипных образцов оружия для удовлетворения потребностей всех родов и видов Вооруженных Сил Российской Федерации, что позволяет избежать чрезмерного увеличения номенклатуры изделий, имеющих схожие ТТХ, при избыточном разнообразии конструкций. Тенденции развития боеприпасов. Большинство образцов общевойсковых автоматов спроектировано под патрон 5,56×45 (рис. 8). Это объясняется стандартизацией данного патрона в рамках НАТО, большим выбором производителей, его доступностью в широком ценовом диапазоне. Отечественным аналогом этого патрона является патрон 5,45×39. № 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

Перспективный образец должен быть спроектирован с рациональным применением принципов модульности. Особенности конструкции перспективного общевойскового автомата должны обеспечить возможность создания унифицированного комплекса стрелкового оружия на его базе. Уровень комплексного показателя надежности и служебной прочности должен быть не ниже достигнутого на существующих отечественных образцах. Анализ способов повышения вероятности попадания в характерные цели при стрельбе из автомата. Основным критерием боевой эффективности общевойскового автомата является вероятность поражения цели. При стрельбе по живым целям, неоснащенным средствами индивидуальной бронезащиты, поражение практически достигается при одном попадании, то есть вероятность поражения определяется вероятностью попадания [4]. Одним из способов повышения вероятности попадания (ВП) является увеличение меткости стрельбы одиночными выстрелами. При этом значительное увеличение меткости ограничено уровнем подготовки стрелков. Другим способом повышения ВП является стрельба очередями. Повышение ВП при этом достигается за счет большего числа произведенных выстрелов (повышения боевой скорострельности) и обеспечения компенсации ошибок стрельбы рассеиванием выстрелов очереди. Для получения максимальной вероятности характеристики рассеивания для стрельбы очередями должны иметь определенные оптимальные величины. Эти величины зависят от величины ошибок стрельбы, формы, площади и дистанции до цели. При определении вероятности попадания и оптимального рассеивания по рекомендованным методикам [4] рассеивание отдельных выстрелов в очереди не учитывается, а заменяется функцией распределения случайной величины с нормальным законом распределения. Однако при стрельбе короткими очередями рассеивание выстрелов крайне редко подчиняется нормальному закону распределения, а вероятность попадания, вычисленная, исходя из этого допущения, может быть определена с существенной погрешностью. Исходя из вышесказанного, были поставлены следующие цели исследования: определение величины оптимального рассеивания выстрелов в очереди при стрельбе из АК-74М, из условия максимизации вероятности попадания Рис. 8. Сравнение применяемых боеприпасов по годам одной (первой) очередью в типовые

Вопрос выбора перспективного боеприпаса тесно связан с характеристиками поражаемых целей. Увеличение уровня защищенности характерных целей диктует необходимость увеличения удельной энергии поражающих элементов у цели и применение мероприятий по увеличению действия пули по цели. Параметры боеприпасов накладывают ограничения на конструкцию стрелкового оружия, поэтому существенное увеличение характеристик системы оружие-боеприпас связано с развитием всех его компонентов. Современными направлениями развития боеприпасов остаются: повышение внешнебаллистических характеристик, действия по цели, снижения себестоимости и массы. Особенностью современных общевойсковых автоматов является возможность выбора применяемого боеприпаса, вплоть до винтовочно-пулеметных боеприпасов. На основании проведенного анализа можно представить следующий облик перспективного общевойскового автомата (штурмовой винтовки). Масса с неснаряженным магазином – не более 3,2 кг. Длина не более 900 мм с возможностью изменения длины за счет замены ствола или иным способом. Длина ствола базовой модификации – 415 мм. Используемые боеприпасы: 5,45×39, 7,62×39, c возможностью создания модификаций под патрон 7,62×54R, а также модернизации для использования перспективных боеприпасов: с полимерной гильзой, сгораемой гильзой или безгильзовых. Принцип работы автоматики: боковой отвод порохового газа через отверстие в стенке ствола с длинным или коротким ходом поршня в газовой камере. При изготовлении должны широко использоваться полимерные материалы, легкие сплавы, а также другие прогрессивные материалы и технологии изготовления.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

103


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

цели (мишень №4, №8 [5]) для наибольших (необученный стрелок, неустойчивое положение) и наименьших (опытный стрелок, устойчивое положение) ошибок стрельбы на характерных дальностях ведения стрельбы (100, 200, 400, 600 м). проверка гипотезы о влиянии взаиморасположения средней точки попадания (СТП) каждого выстрела очереди на вероятность поражения очередью. Для упрощения расчетов и сокращения времени их проведения срединные ошибки первого выстрела очереди в схеме двух групп ошибок стрельбы определялись при следующих допущениях: Рис. 9. Расчетная схема: r1,r2,r3 – радиус-векторы, 1. Ошибки технической подготовки описывающие положение точек попадания относительно оружия, ошибки определения температуточки прицеливания; а1,а2,а3 – углы наклона радиус векторы воздуха и ошибки, обусловленные скоров; Вэ1,Вэ2,Вэ3 – эквивалентные срединные отклонения выстрелов очереди; Еу1,Ez1- суммарные ошибки первых ростью цели в продольном направлении, выстрелов очереди; Ey, Ez – суммарные ошибки стрельбы имеют малое значение. 2. Боковое движение целей происходит с постоянной (2м/с) скоростью. 3. Срединное отклонение отдельных выстрелов EY1. Координаты СТП выстрелов очереди опредеочереди в боковом направлении (Вбi) и по высоте ляются радиус-вектором ri и углом аi, а СТП 2-х и (Ввi) принимается средним (эквивалентным): 3-х выстрелов, и также срединные отклонения этих выстрелов задаются вручную относительно точки ; попадания первого выстрела. Также производится 4. Наибольшие и наименьшие ошибки стрельгенерация случайным образом точек попадания бы рассчитываются согласно методике [1] и вели2-х и 3-х выстрелов по нормальному закону на карчинам из [5]. тинной плоскости мишени рис. 9. 5. Характерная цель задается массивом точек 2. Производится масштабирование координат с известными координатами и цветом (растровое точек попадания согласно изображению мишени. изображение), размеры и форма цели задаются 3. Производится проверка совпадения коордисогласно рекомендациям работы[5]. нат точек попадания с координатами точек, приС учетом вышесказанного суммарные ошибки надлежащих мишени. первого выстрела очереди в боковом направлении Для получения достоверного значения верои по высоте определяются: ятности попадания данная процедура производиться большое (>20000) количество раз, затем , количество очередей, в которых точка попадания находится в пределах цели, делится на общее ко, личество случаев. Вероятность попадания при где EwZ – ошибка определения скорости ветра в этом является случайной величиной с дисперсией боковом направлении, EvZ – ошибка определепорядка 2-3% от измеряемой величины. ния скорости цели при ее движении в боковом Проверка гипотезы о влияния взаиморасполонаправлении, EokY – ошибка округления прицежения СТП отдельных выстрелов производится ла, ExY – ошибка определения дальности до цели, путем перебора значений координат У и Z СТП EnZ и EnY – ошибки наводки оружия на цель в бо2-х и 3-х выстрелов, а также их срединной ошибки. ковом и вертикальном направлении. Перед расчетом очереди в 3-х выстрела произВероятность попадания определяется следуюводится расчет для очереди в 2-х выстрела с целью щим образом: проверки гипотезы о влиянии взаиморасположе1. На основании вычисленных значений сумния СТП каждого выстрела очереди на вероятмарных ошибок стрельбы 1-го выстрела произвоность поражения очередью и предварительного дится его генерация случайным образом по норопределения диапазонов вычислений. мальному закону распределения с матожиданием в Оценка погрешности метода производилась центре мишени и срединными отклонениями EZ1, путем сравнения полученных результатов с ре104

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

зультатами, полученными по методикам, предложенным в работе [4], а также в соответствии с таблицами стрельбы [5]. Исходя из анализа результатов расчетов, можно сделать следующие выводы: 1. Оптимальные характеристики рассеивания при стрельбе короткими очередями зависят от дистанции стрельбы: на дистанциях до 300-400 м необходимо определенное рассеивание выстрелов очереди для компенсации ошибок стрельбы; на дистанциях более 400 м увеличение вероятности попадания может быть достигнуто повышением кучности стрельбы короткими очередями, так как величина суммарной ошибки стрельбы не позволяет эффективно ее компенсировать рассеиванием, однако при этом выстрелы очереди все равно должны иметь определенное взаиморасположение. 2. Оценку эффективности стрельбы очередями целесообразно производить с учетом рассеивания отдельных выстрелов очереди. Замена реальных характеристик функцией случайной величины с нормальным распределением для стрельбы короткими очередями может привести к ошибке в определении вероятности попадания. Таким образом, характеристики рассеивания при стрельбе короткими очередями, достигнутые на современном этапе в АК74М на дистанциях до 200 м практически оптимальны. Однако повышения вероятности попадания можно добиться при соблюдении следующих рекомендаций: целесообразно рассеивать выстрелы очереди в направлении наибольших суммарных ошибок стрельбы и (или) наименьшего габаритного размера цели; выстрелы очереди необходимо рассеивать симметрично относительно точки прицеливания, поэтому стрельба очередями в три выстрела существенно более эффективна стрельбы очередями в два выстрела. Технические решения, позволяющие повысить вероятность попадания на дистанциях 400600 метров (например, применение лафетных, многоствольных схем), приводят к утяжелению и

усложнению образцов, что отрицательно сказывается на других характеристиках эффективности стрелкового оружия. При этом отметим, что чрезмерное увеличение кучности стрельбы очередями может существенно снизить вероятность попадания на дистанциях до 200 м из-за невозможности эффективной компенсации ошибок прицеливания рассеиванием выстрелов очереди. Стоит также учитывать, что совершенствование средств индивидуальной броне- защиты, скорее всего, приведет к необходимости увеличения импульса боеприпаса, что уменьшит эффективность стрельбы короткими очередями. Незначительное повышение кучности стрельбы, обеспечиваемое, например, применением сбалансированной автоматики или полужестким запиранием ствола, практически не оказывает влияния на вероятность поражения характерных целей. Наиболее целесообразным способом стрельбы из общевойскового автомата на дистанциях 400-600 м является стрельба одиночными выстрелами, следовательно, необходимо добиваться увеличение ее меткости. При этом повышается значимость уровня профессиональной подготовки военнослужащего, технического рассеивания комплекса оружие-боеприпас, наличия качественных прицельных приспособлений и т.п. О средствах индивидуальной бронезащиты. В настоящее время перспективы развития автоматического оружия также связаны с обоснованием характеристик кучности стрельбы, которые необходимы для гарантированного поражения защищенных целей на заданных дальностях. Необходимо определить поражающее действие от попадания двух или трех пуль в защищенную цель, так как в этом случае возможен вариант, при котором пули не пробьют бронежилет, но противник будет все равно уничтожен от действия суммарного удара попавших в него пуль. В настоящее время на кафедре «Стрелковое оружие» ИжГТУ имени М.Т. Калашникова оформлен патент на изобретение, связанный с новым способом повышения кучности стрельбы из автоматического оружия, что поможет решить ряд вышеуказанных проблем.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. См., например: Israel Weapon Industries (IWI) Ltd: [сайт]. [2005-2015]. URL: http://www.israel-weapon.com/default. asp?catid={FF7A51A4-4AF9-410D-A2B0-860E9D4F6D2F} (дата обращения 21.04.2015); HECKLER & KOCH GmbH: [сайт]. [2005-2015]. URL: http://www.heckler-koch.com/en/products/ military.html (дата обращения 21.04.2015). 2. См., например: Colt's Manufacturing Company LLC: [сайт]. [2008-2015]. URL: http://www.colt.com/Catalog/Military/ Products.aspx (дата обращения 20.04.2015); Fabbrica d'Armi Pietro Beretta S.p.A: [сайт]. [2001-2015]. URL: http://www. beretta.com/en-us/arx160 (дата обращения 20.04.2015). 3. См., например: Ceska zbrojovka a.s. [сайт]. [2009-2015]. URL: http://www.czub.cz/en/catalog/86-law-enforcementmilitary.aspx (дата обращения 19.04.2015). 4. Шерешевский М.С.; Гонтарев А.Н.; Минаев Ю.В.//Эффективность стрельбы из автоматического оружия. М.,ЦНИИ информации, 1979. 5. Таблицы стрельбы по наземным целям из стрелкового оружия калибров 5,45 и 7,62 мм ТС/ГРАУ №61. М. Воениздат, 1977.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

105


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

D.V. SHIKHOV

Д.В. ШИХОВ

ЯДЕРНЫЙ ЩИТ БРИТАНИИ ВЧЕРА И СЕГОДНЯ UK NUCLEAR SHIELD YESTERDAY AND TODAY В статье освещаются основные этапы становления и развития британских ядерных сил, ядерной стратегии, а также англо-американского сотрудничества в ядерной сфере. Особое внимание уделяется ключевым проблемам и перспективам сохранения и модернизации британского ядерного оружия в начале XXI века в условиях снижения роли Британии на международной арене, сокращения оборонных расходов и отсутствия единого взгляда в общественных и политических кругах на дальнейшее развитие ядерных сил. The article highlights major aspects of the British nuclear forces and nuclear strategy establishment and development as well as BritishAmerican cooperation in the nuclear sphere. The author pays particular attention to the key problems and prospects of the British nuclear forces modernization in the beginning of the 21st century given that Britain’s role in the international arena is diminishing, defense spending is being cut and there is no single view in the society and among politicians on the British nuclear forces further development. Ключевые слова: Великобритания, оборонная политика, ядерное оружие, ядерная стратегия, англо-американское военное сотрудничество. Keywords: Great Britain, defense policy, nuclear weapons, nuclear strategy, UK-US defense cooperation.

С момента проведения первых ядерных испытаний в 1952 г. и по сей день британское ядерное оружие, несмотря на колоссальные затраты на его разработку и содержание ядерных сил, остается краеугольным камнем оборонной и внешней политики Соединенного Королевства. Более того, членство в ядерном клубе в условиях снижения роли Лондона в международных отношениях во второй половине ХХ в. оставалось одним из немногих реальных свидетельств сохранения за Британией великодержавного статуса. Однако сегодня, в непростых финансовых условиях и при отсутствии общественного консенсуса о дальнейших путях развития ядерных сил, как никогда остро встает вопрос об их будущем, учитывая все более громкие голоса в пользу сокращения либо полного отказа от ядерного оружия. В РАЗГАР ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ

История британской ядерной программы восходит еще к 1940 г., когда группа английских ученых совместно с их немецкими коллегами, эмигрировавшими из фашистской Германии, приступила к первым своим разработкам. Сверхсекретная программа получила название «Тьюб Эллойс». Три года спустя, 19 августа 1943 г., премьер-министр Великобритании У. Черчилль и президент США Ф. Рузвельт подписали судьбоносное Квебекское соглашение: отныне британские разработки интегрировались в шедшую полным ходом американскую ядерную программу, известную как «Манхэттенский проект». В 1945 г. исследования увенчались созданием трех атомных бомб: первая — плутониевая «Штучка» – была взорвана в ходе ядерных испытаний на полигоне Аламогордо; вторая и третья — урановый «Ма106

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

лыш» и плутониевый «Толстяк» – были сброшены на Хиросиму и Нагасаки. Однако после окончания Второй мировой войны Лондон ждал неприятный сюрприз: в 1946 г. Конгресс США принял закон Макмагона, вводивший с 1 января 1947 г. полный запрет на передачу кому-либо информации о ядерных разработках. Британия не только не смогла продолжить участие в проекте, но и даже получить доступ к разработкам собственных ученых, трудившихся в рамках «Манхэттенского проекта». В этих условиях сменивший У. Черчилля на посту главы правительства К. Эттли принял решение об активизации разработок собственного ядерного оружия. 3 октября 1952 г. в районе островов Монте-Белло у западного побережья Австралии успешно завершилось испытание британского ядерного оружия. Лондон стал третьей державой после США и СССР, вошедшей в ядерный клуб. В 1955 г. была сформирована первая эскадрилья стратегических бомбардировщиков, способных нести ядерное оружие. При этом обладание ядерным арсеналом имело не только и не столько военное значение (Британия располагает наименьшим потенциалом среди официальных ядерных держав [1]), ядерное оружие оставалось одним из важнейших факторов сохранения за Лондоном великодержавного статуса, особенно в условиях распада Британской империи. Во второй половине 1950-х гг. сотрудничество Лондона и Вашингтона в ядерной сфере вновь возобновилось. В 1958 г. Конгресс принял в закон Макмагона необходимые поправки, открывшие дорогу к возобновлению диалога с Британией по ядерному вопросу. Тогда же было подписано Соглашение о сотрудничестве в использовании № 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА Таблица 1 Запасы ядерного оружия Великобритании (1955 – 2000 гг.) Годы

1955

1970

1980

1990

2000

Активные боеголовки (шт.)

14

394

492

422

281

Источник: Norris R., Kristensen H. Global nuclear inventories, 1945-2010.

атомной энергии в целях взаимной обороны, заложившее основу для последующего тесного взаимодействия и действующее до сих пор (в очередной раз оно было продлено в 2014 г.) [2]. Продолжение гонки вооружений в условиях биполярного противостояния и особенно Карибский кризис 1962 г. обусловливали заинтересованность Вашингтона в укреплении военного потенциала своих союзников, в первую очередь Британии, в т.ч. и в сфере ядерных вооружений. С 1958 г. на территории Британии началось размещение американских бомбардировщиков, вооруженных тактическим ядерным оружием. В декабре 1962 г. президент США Дж. Кеннеди и британский премьер-министр Г. Макмиллан подписали Багамское соглашение: США согласились на передачу Великобритании своих баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ) «Поларис» для вооружения ими британских подводных лодок типа «Резолюшн», первая из которых вошла в состав Королевского ВМФ в 1967 г. С этого момента Британия обрела и морской компонент своих ядерных сил, которые, однако, в деле производства ракет полностью зависели от США. Кроме того, Лондону пришлось принять на себя обязательство интегрировать свои ядерные силы с НАТО, сохранив, правда, право самостоятельного применения ядерного арсенала в случае возникновения чрезвычайных ситуаций, затрагивающих национальную безопасность. Впрочем, на практике британские ядерные силы остались полностью независимыми, а решение об их применении может быть принято исключительно британским премьер-министром. НОВЫЕ РЕАЛИИ — НОВОЕ ОРУЖИЕ

Конец 1980-х — начало 1990-х гг. открыли новую страницу в истории британских ядерных сил. Еще в 1979 г. был подписан британско-американский договор о будущих поставках новых баллистических ракет «Трайдент II», находившихся тогда еще в стадии разработки. Более точные по сравнению со своими предшественниками БРПЛ позволили изменить и ядерную стратегию: появилось понятие «субстратегического удара», под которым понималось ограниченное и выборочное применение ядерного оружия с целью № 4 (53) 2015

убедить потенциального агрессора отступить, не доводя дело до нанесения массированного удара [3]. При этом для «субстратегического удара» предполагалось использование боезарядов пониженной мощности. Спустя более чем десятилетие новые ракеты стали поступать на вооружение: на смену морально и физически устаревшим подводным лодкам типа «Резолюшн» с «Поларисами» на борту в 1994 — 2001 гг. были введены в строй подводные ракетоносцы типа «Вэнгард», оснащенные БРПЛ «Трайдент II». Всего было построено четыре подлодки: три из них должны поочередно сменять друг друга на боевом дежурстве, а еще одна может находиться в резерве или на ремонте. Каждая из подводных лодок, срок службы которых был определен в 30 лет, может нести до 16 ракет; при этом на каждой ракете может быть установлено до 8 боеголовок (впрочем, британцы, в отличие от США, изначально решили не устанавливать более 6 боеголовок). По состоянию на 2010 г. общее количество развернутых боеголовок не превышало 160, а общее количество активных боеголовок — 225 [4]. Всего было закуплено 58 БРПЛ «Трайдент II», из которых 48 были предназначены для оперативного развертывания. Обслуживание БРПЛ осуществлялось на базе ВМФ США «Кингс Бей». Однако, если ракеты и корпуса боеголовок производились за океаном, то непосредственно боезаряды изготавливались на территории Британии — в центре ядерных исследований в Олдермастоне. С окончанием холодной войны и распадом СССР уровень боеготовности ядерных сил был значительно снижен: ракеты более не нацеливаются на конкретные объекты и каждая ракета несет не более трех боезарядов (вместо восьми, предусмотренных конструкторами). Кроме того, в 1998 г. были окончательно сняты с вооружения бомбардировщики «Торнадо» – последние британские самолеты с ядерным оружием на борту, так что подводные лодки типа «Вэнгард» остались единственными носителями британского ядерного арсенала [5]. Впрочем, несмотря на завершение биполярного противостояния, ядерное сдерживание продолжалось рассматриваться ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

107


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА Таблица 2 Страны-члены ДНЯО, обладающие ядерным оружием (2015 г.) Страна

США

Россия

Франция

Китай

Великобритания

Активных боеголовок (шт.)

7260

7500

300

260

215

Источник: SIPRI Yearbook 2015.

консервативным правительством Дж. Мейджора и лейбористскими кабинетами Т. Блэра и Г. Брауна как одна из ключевых задач британских вооруженных сил. СО ЩИТОМ ИЛИ НА ЩИТЕ?

Изначально срок службы подводных лодок типа «Вэнгард» был определен в 30 лет, т. е. уже в 2024 г. головной корабль серии должен быть списан. Учитывая, что осуществление проектов в ядерной сфере занимает, как правило, достаточно длительный срок (например, с момента начала разработки до принятия на вооружение ракет «Трайдент II» прошло почти два десятилетия), вопрос об очередной модернизации британского ядерного потенциала впервые был поднят Т. Блэром в 2006 г. Однако практическое решение этого вопроса оказалось сопряжено с существенными трудностями, в том числе и финансовыми: строительство новых подлодок с ядерным оружием оценивалось в 19-25 млрд. ф.ст. (в ценах 2013 г.) [6] – сумму, сопоставимую с 60-70% годового военного бюджета. Более того, эти цифры не учитывали стоимость последующего обслуживания ракетоносцев, которая за весь их жизненный цикл могла достичь 97 млрд. ф.ст. [7]. По итогам парламентских выборов 2010 г. к власти в Великобритании пришло — в первый раз со времен окончания Второй мировой войны — коалиционное правительство, в которое вошли консерваторы и либерал-демократы. Как показала практика, между союзниками по коалиции возникло немало разногласий, включая и ядерный вопрос. Если консерваторы во главе со своим лидером Д. Кэмероном традиционно выступали за обновление ядерного потенциала, то либералдемократы под руководством Н. Клегга последовательно отстаивали позицию о необходимости ядерного разоружения или, как минимум, сокращения ядерных арсеналов, считая необходимым направить сэкономленные средства на развитие обычных вооруженных сил и на невоенные расходы. Союзники по коалиции оказались перед сложным противоречием. Ситуацию еще более осложняла и крайне неблагоприятная экономическая конъюнктура в связи с мировым финансовым кризисом 2008 — 2010 гг., что повлекло значитель108

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

ное урезание государственного бюджета, включая его военную составляющую. В связи с этим в новых программных документах, посвященных дальнейшему развитию вооруженных сил – Стратегии национальной безопасности и Стратегическом обзоре обороны и безопасности, представленных на суд общественности в сентябре 2010 г., хотя ядерные силы и определялись как «крайнее средство сдерживания в условиях нестабильного мира», а также предусматривалась возможность начать подготовительные работы по обновлению ядерного арсенала, окончательное решение этого вопроса было отложено до 2016 г. [8], т.е. на период после следующих парламентских выборов. Консерваторы выступали за равноценную замену «Вэнгардов» на четыре новые подводные лодки. При этом они выразили готовность пойти на сокращение пусковых установок с 16 до 12, что снизит максимальное число боеголовок на каждом корабле с 48 до 40 и сэкономит 3,8 млрд. ф.ст. Общее число оперативно развернутых боеголовок могло быть снижено, по их мнению, со 160 до 120. Либерал-демократы предложили иное решение — сократить количество подводных лодок с четырех до трех, что наряду со значительным сокращением затрат на их строительство и последующее содержание будет означать невозможность обеспечения ими непрерывного боевого дежурства в случае, если, например, один из подводных ракетоносцев встанет на ремонт. Кроме того, по настоянию либерал-демократов была создана комиссия по изучению альтернатив ядерному оружию. Доклад комиссии был опубликован в 2013 г., однако четких рекомендаций в нем представлено не было. В конце концов, союзники по коалиции так и не смогли прийти к компромиссу, и принятие решения было окончательно отложено. Впрочем, стоит отметить, что подготовительные работы были все-таки начаты: корпорация «БАЕ Системз» получила контракт на проектирование будущих ракетоносцев. Хотя основное внимание правительства, военных и экспертов было приковано к решению вопроса об обновлении ядерного арсенала, определенный интерес вызвало и международное ядерное сотрудничество. Еще в 2010 г. Британия и Франция № 4 (53) 2015


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

подписали пакет соглашений о сотрудничестве в сфере обороны и безопасности, включая взаимодействие по ядерному оружию. Хотя с 1990-х гг. вела свою деятельность совместная франко-британская комиссия по ядерным вопросам, соглашения 2010 г. позволили говорить о принципиально новом этапе в развитии ядерного взаимодействия: оно предполагало наращивание связей между британским ядерным центром в Олдермастоне и французским центром в Вальдюке и даже возможное совместное производство ядерных боеголовок [9]. В то же время пока Британия ставит в основу своих ядерных сил использование ракет «Трайдент II» (а иных альтернатив в ближайшие десятилетия в Лондоне и не видят), она сохранит свою зависимость от Вашингтона, так что говорить о переориентации по ядерным вопросам на Париж представляется преждевременным. Серьезным испытанием для британских ядерных сил стал референдум о независимости Шотландии, состоявшийся в сентябре 2013 г. Дело в том, что все четыре подводных ракетоносца типа «Вэнгард» обслуживаются на базе Королевского ВМФ Фаслейн, расположенной в шотландских фьордах. При этом шотландские националисты недвусмысленно дали понять, что в случае получения независимости Эдинбург объявит подконтрольную ему территорию безъядерной зоной, что неизбежно поставило бы вопрос о будущем британского ядерного арсенала: сооружение нового пункта базирования повлекло бы не только колоссальные финансовые затраты, но и потребовало бы значительного количества времени. К счастью, сторонники независимости не смогли набрать большинство голосов, что, однако, не исключает обострения данной проблемы в будущем. В мае 2015 г. по итогам очередных парламентских выборов было сформировано новое правительство, на этот раз исключительно консервативное во главе с Д. Кэмероном. Учитывая его однопартийный состав, можно достаточно уверенно говорить о том, что консерваторы, наконец,

смогут приступить к основному этапу работ по строительству новых ракетоносцев. В то же время серьезные финансовые трудности и ожидаемые дальнейшие сокращения британского военного бюджета могут повлиять на сроки и масштабы программы по обновлению ядерных ракетоносцев. В любом случае, времени на раздумья остается не так много: даже если активные работы по строительству новых подводных лодок будут начаты в ближайшие пару лет, первый ракетоносец нового типа вряд ли будет введен в строй раньше 2028 г., что повлечет необходимость продления срока службы «Вэнгардов» [10]. В последнее время, по мере снижения экономического и политического влияния Британии в мире, все чаще раздаются голоса в пользу отказа от дорогостоящего ядерного арсенала. Британия, говорят противники ядерных сил, находится в одном из наиболее безопасных регионов мира и к тому же является членом НАТО, и имеет особые отношения с США. В частности, в 2010 г. в статье в «Таймс» четыре отставных британских военачальника, в т.ч. и бывший начальник штаба обороны фельдмаршал лорд Брэмел, заявили о том, что Британии следует приступить к сокращению ядерных сил вплоть до их полной ликвидации [9]. В числе противников ядерного оружия – многие либерал-демократы, зеленые, шотландские националисты и даже новый лидер Лейбористской партии Дж. Корбин. Действительно, с одной стороны, наивно полагать, что в современном мире с его многовекторностью вызовов и угроз какой-либо один вид оружия, даже ядерного, способен обеспечить полную безопасность. И, тем не менее, в ближайшие десятилетия Британия, вероятно, сохранит свой ядерный потенциал (возможно в несколько сокращенном виде), несмотря на многочисленные затраты: ведь в глазах многих британцев наличие ядерного оружия по-прежнему продолжает оставаться в числе ключевых факторов, способствующих сохранению за Лондоном статуса одного из лидеров мировой политики.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Согласно Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) 1968 г. к государствам, официально обладающим ядерным оружием, относятся США, СССР/Россия, Великобритания, Франция и КНР. 2. Norton-Taylor N. UK-US sign secret deal on nuclear weapons // The Guardian, 29.07.2014. 3. Сосновский М. Ядерная политика и ядерное оружие Великобритании // Национальная оборона. – 2006. – № 2. 4. Ежегодник СИПРИ 2010. Вооружения, разоружение и международная безопасность. – М.: ИМЭМО РАН, 2011. 5. В 2008 г. Британию покинули и американские стратегические бомбардировщики, ознаменовав окончательный вывод американского ядерного оружия с британской территории. 6. Chalmers M. Towards the UK's Nuclear Century // The RUSI Journal. – 2013. – № 6. 7. Ibid. 8. Securing Britain in an Age of Uncertainty: The Strategic Defence and Security Review. – L.: HM Government, 2010. 9. Дилеммы Британии. Поиск путей развития / Под ред. Ал.А.Громыко, Е.В.Ананьевой. – М.: Весь мир, 2014. 10. Есин В. Ядерная стратегия Великобритании // Военно-промышленный курьер, 30.01.2013.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

109


ВООРУЖЕНИЕ, ВОЕННАЯ И СПЕЦИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА

ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

A.A. GRIGOREV, I.N. YEFIMOV, A.A. POZVONKOV

А.А. ГРИГОРЬЕВ, И.Н. ЕФИМОВ, А.А. ПОЗВОНКОВ

НАУЧНО-МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ВНЕДРЕНИЯ ТЕХНОЛОГИЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ ПОДДЕРЖКИ ЖИЗНЕННОГО ЦИКЛА ОБРАЗЦОВ ДИСТАНЦИОННОЙ ХИМИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ ПРИ ИХ ЭКСПЛУАТАЦИИ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ УСЛОВИЯХ SCIENTIFICALLY – METHODICAL BASES OF INFORMATION TECHNOLOGY ADOPTION LIFE CYCLE SUPPORT REMOTE CHEMICAL RECONNAISSANCE SAMPLES AT THEIR OPERATION IN EXTREME CONDITIONS В статье на примере дистанционных средств химической разведки рассмотрены научно-методические аспекты применения технологий информационной поддержки жизненного цикла наукоемких изделий при их эксплуатации в экстремальных условиях. Рассмотрены особенности эксплуатации образцов дистанционной индикации в условиях Арктической зоны с учетом влияния температуры и фоновых характеристик атмосферы и местности на аналитические характеристики дистанционных средств химической разведки активного и пассивного типа. Обоснована необходимость применения технологий информационной поддержки этапов разработки, эксплуатации и материально-технического обеспечения образцов в экстремальных условиях северных широт и Заполярья. In the article on the example of the remote means of chemical reconnaissance reviewed scientific and methodological aspects of the use of information technology to support life cycle of high-tech products at their operation in extreme conditions. The features of manual samples in a remote indication of the Arctic zone, taking into account the effects of temperature and background characteristics of the atmosphere and terrain on the analytical characteristics of remote chemical reconnaissance means active and passive types. The necessity of the use of information technology to support the development and operation stages and logistics samples in extreme northern latitudes and polar regions. Ключевые слова: жизненный цикл, единое информационное пространство, индикация, лидар, Фурье-спектрорадиометр, локация, экстремальные условия, ИПИ-технологии, зондирование. Keywords: life cycle, single information space, indication, lidar, Fourier spectrometer, location, extreme conditions, ISP-technology, sounding.

Современные условия характеризуются все более жесткой конкуренцией на международном рынке вооружений, повышением сложности и наукоемкости продукции военного назначения, что ставит перед оборонными отраслями промышленности сложные научно-технические проблемы. К их числу относятся [1]: критичность времени, требуемого для создания новых образцов вооружения и военной техники (ВВТ); снижение всех видов затрат, связанных с созданием и всесторонним обеспечением постпроизводственных стадий жизненного цикла (ЖЦ) образцов ВВТ; повышение качества процессов проектирования и производства продукции военного назначения. 110

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Вышеуказанные требования в полной мере относятся к системе образцов вооружения и средств РХБ защиты (В и С РХБЗ), важной составной частью которой является подсистема средств РХБ разведки, основанная на применении приборов разведки локального и дистанционного действия. При этом целесообразно отметить, что наиболее сложной является реализация технологий информационной поддержки изделий (ИПИ-технологии) при разработке, эксплуатации и всестороннем обеспечении функционирования образцов дистанционной РХБ разведки (ДС РХБР), предназначенных для эксплуатации в районах с экстремальными погодно-климатическими условиями (районы пустынь и полупустынь, арктическая зона, райо№ 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

ны с тропическим климатом). В первую очередь это обусловлено экстремально высокими или низкими температурами окружающей среды в процессе эксплуатации образцов, влажностью воздуха и рядом других факторов. В последнее время эта проблема приобрела особое значение в связи с интенсивным освоением Арктической зоны рядом государств (Канада, США, Норвегия, Дания и др.), так как, по мнению ведущих специалистов в области глобальной международной безопасности, в шельфовой и морской зонах Северного Ледовитого океана может содержаться до 30 % мировых запасов углеводородов. В связи с вышеизложенным и, учитывая интересы России в данной области, а также протяженность морской границы РФ, в арктической зоне создана межвидовая группировка войск. Основу группировки составили подразделения арктической мотострелковой бригады Северного флота, в ее состав также вошли две роты соединения воздушно-десантных войск. Межвидовая группировка имеет на вооружении многоцелевые тягачи, боевые машины де-

санта, плавающие снегоболотоходы, квадроциклы и беспилотные летательные аппараты. Для всестороннего радиационного, химического и биологического обеспечения действий арктической группировки ВС РФ требуется создание полноценной системы РХБ контроля обширных территорий Заполярья и островов, находящихся в территориальных водах РФ, то есть районов, в которых может осуществляться военная деятельность арктической группировки ВС РФ. В настоящее время подсистема дистанционных средств обнаружения РХБ опасных объектов в составе комплекта средств войск РХБ защиты является важной составной частью общей системы технических средств радиационной, химической и биологической разведки. Существующая подсистема дистанционных средств индикации оснащена образцами пассивного и активного типов. Образцы химической разведки пассивного типа представлены серией разработанных и принятых на снабжение ВС РФ приборов химической разведки дистанционного действия ПХРДД-1, ПХРДД-2 и ПХРДД-3. Два последних

Рис. 1. Внешний вид ИК Фурье-спектрорадиометра ПХРДД-2 и блока управления

Рис. 2. Варианты функционирования образца ПХРДД-3 в носимом и стационарном вариантах исполнения

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

111


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

образца приняты на снабжение в период 20042010 гг. и представляют собой инфракрасные Фурье-спектрорадиометры, обеспечивающие дистанционное обнаружение в приземном слое атмосферы облаков паров широкого перечня физиологически активных веществ (ФАВ), входящих в состав спектральной базы данных этих приборов [2-3]. Внешний вид образцов представлен на рис. 1 и 2. В образце ПХРДД-2 в качестве фотоприемного устройства используется фоторезистор на базе тройного соединения «кадмий-ртуть-теллур» (КРТ), охлаждаемый жидким азотом с помощью микрокриогенной системы Стирлинга. Последнее обстоятельство обеспечило повышение чувствительности обнаружения и дальности действия образца, но привело к некоторому увеличению массогабаритных характеристик, энергопотребления и стоимости изделия. В настоящее время прибором ПХРДД-2 оснащаются машины РХБ разведки РХМ-6. Опыт эксплуатации прибора ПХРДД-2 в составе разведывательных химических машин показал его хорошие эксплуатационные и аналитические характеристики, которые позволили значительно увеличить возможности РХМ-6 по выявлению РХБ обстановки и контролю динамики формирования химической обстановки в районе разведки в режиме реального времени. Прибор ПХРДД-3 разработан на основе применения неохлаждаемого фотоприемного устройства, что позволило значительно снизить его массогабаритные характеристики, энергопотребление и стоимость образца. Технические характеристики образца позволяют успешно использовать образец в тактическом войсковом звене. В ведущих зарубежных странах в настоящее время разработкой малогабаритных приборов как военного, так и промышленного назначения на основе применения Фурье-спектрорадиометрии занимаются, наряду со специалистами промышленно развитых государств США, Франции, Германии и Канады, представители таких стран, как ЮАР, Словакия и т.д. [4]. В последние годы как в нашей стране, так и за рубежом значительное внимание уделяется разработке активных систем дистанционной РХБ разведки на основе применения различных типов излучателей в широком диапазоне спектра электромагнитного излучения – от ультрафиолетового (видимого) до инфракрасного и СВЧ диапазонов. По сравнению с пассивными системами дистанционной химической разведки подвижные лидарные комплексы РХБ разведки обеспечивают обнаружение широкого перечня физиологически активных веществ любого фазодисперсного со112

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

става (пары и аэрозоли ОВ, БС, СДЯВ и КРТ) с высоким пространственным и концентрационным разрешением. Однако лидарные комплексы обладают значительными массогабаритными характеристиками и высоким энергопотреблением. Последнее обстоятельство диктует необходимость применения специального средства подвижности и автономного источника энергоснабжения. Стоимость активных систем РХБ разведки значительно выше стоимости малогабаритных систем химической разведки пассивного типа. В 2006 г. на снабжение ВС РФ принят лазерный комплекс дистанционной химической разведки КЛН-РХБР на базе автомобиля КАМАЗ 6350 [5]. В данном образце, представленном на рис. 3, обнаружение объектов индикации обеспечивается за счет использования лазерных излучателей УФ, видимого и ИК диапазонов спектра и одновременной реализации в лидарной системе методов упругого светорассеяния, лазерной индуцированной флуоресценции и дифференциального поглощениярассеяния.

Рис. 3. Наземный лазерный комплекс дистанционной РХБ разведки КЛН-РХБР

При этом целесообразно отметить, что за рубежом разработка активных лазерных систем индикации идет в направлении создании автономных комплексов, предназначенных для установки на различных средствах подвижности и обладающих широкими функциональными возможностями. Например, в США в создании гибридной лазерной системы «Hybrid LIDAR» участвовали фирмы EOO, SRI и DAPRA. При разработке таких сложных наукоемких образцов дистанционной РХБ разведки активно используются технологии информационной поддержки ЖЦ изделий военного назначения. № 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

внедрения этих технологий в процессы управления развитием системы В и С РХБ защиты с учетом содержания этапов жизненного цикла образцов подсистемы дистанционных средств РХБ разведки. Особую актуальность применение ИПИ-технологий как эффективного инструмента поддержки жизненного цикла приобретает для изделий военного назначения, предназначенных к эксплуатации в различных погодно-климатических условиях, в том числе в условиях низких температур, характерных для высоких северных широт и районов Заполярья. Например, специальная транспортная техника для оснащения бригад арктической зоны проходила двойное испытание в заполярных широтах: на острове Котельный и полуострове Рыбачий [10]. Согласно этой схеме (рис. 4), основу, ядро ИПИ-технологий составляет интегрированная информационная среда (ИИС) или единое информационное пространство (ЕИП). В ЕИП протекают информационные процессы, сопровождающие и поддерживающие ЖЦ изделий образцов В и С РХБЗ на всех его этапах. Единое информационное пространство должно учитывать специфические условия эксплуатации образцов дистанционной РХБ разведки при экстремальных условиях арктической зоны.

Многопрофильные рабочие группы

В соответствии с «Концепцией разработки, внедрения и развития технологий информационной поддержки жизненного цикла изделий ВВТ» [6], утвержденной начальником вооружения ВС РФ в 2006 г., внедрение в Министерстве обороны Российской Федерации технологий информационной поддержки жизненного цикла (ЖЦ) изделий ВВТ следует рассматривать как единую стратегию Минобороны и оборонной промышленности России по управлению ЖЦ изделий ВВТ. Эффективным средством решения этих проблем в последнее десятилетие выступают новые информационные технологии (ИТ) сквозной поддержки сложной наукоемкой продукции предприятий оборонно-промышленного комплекса (ОПК) на всех этапах жизненного цикла ВВТ, начиная от концепции создания новых образцов ВВТ и заканчивая утилизацией этих образцов – ИПИ-технологии. В настоящее время технологии информационной поддержки рассматриваются как глобальная стратегия повышения эффективности процессов, выполняемых в ходе ЖЦ изделий, за счет информационной интеграции и преемственности информации, порождаемой на всех этапах жизненного цикла образцов ВВТ [7-9]. На рис. 4 приведена схема, отражающая сущность ИПИ-технологий, которая представляет собой концептуальную модель

Рис. 4. Принципиальная схема технологий информационной поддержки жизненного цикла наукоемких образцов ДС РХБ разведки

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

113


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Рис. 5. Основные требования к ЕИП системы образцов В и С РХБЗ

В последнее десятилетие в войсках радиационной, химической и биологической защиты проведен значительный объем исследований по повышению качества информационной поддержки жизненного цикла образцов вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты. При этом объектами исследования являлись системы информационного и программнотехнического управления этапами жизненного цикла В и С РХБЗ. Обобщение полученных результатов показывает, что выполненные исследования позволили в значительной степени повысить оперативность, полноту и достоверность информации, необходимой для поддержки ЖЦ образцов В и С РХБЗ на этапах разработки, эксплуатации, технического обслуживания и ремонта. При внедрении ИПИ-технологий необходимо соблюдать следующие основные принципы, которые в полной мере должны использоваться в процессе всестороннего информационного обеспечения эксплуатации дистанционных средств РХБ разведки в экстремальных условиях арктической зоны [6]: информационная поддержка всех этапов ЖЦ образцов; единство представления и интерпретации данных в процессах информационного обмена между автоматизированными системами управления (АСУ) и их подсистемами, что обусловливает разработку соответствующих языков представления данных; доступность информации для участников ЖЦ образцов ДС РХБР в любое время и в любом месте, что обусловливает применение современных телекоммуникационных технологий; унификация и стандартизация средств взаимодействия АСУ и их подсистем; поддержка процедур совмещенного (параллельного) проектирования наукоемких изделий ДС РХБР. Анализ имеющихся информационных материалов позволяет сделать вывод, что для разрушения коммуникационных барьеров и реализации кон114

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

цепции ИПИ-технологий в войсках РХБ защиты необходимо создать ЕИП для всех участников ЖЦ изделий В и С РХБЗ, в том числе и для личного состава воинских частей арктической группировки, привлекаемого к эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту образцов. К ЕИП системы образцов В и С РХБЗ предъявляются требования, представленные на рис. 5. ЕИП должно создаваться с помощью программно-аппаратных средств, уже имеющихся у участников ЖЦ образцов В и С РХБЗ. Интегрированная информационная среда образцов В и С РХБЗ должна представлять собой совокупность распределенных баз данных, в которой действуют единые, стандартные правила хранения, обновления, поиска и передачи информации, через которую осуществляется безбумажное информационное взаимодействие между всеми участниками жизненного цикла изделия В и С РХБЗ. При этом однажды созданная информация хранится в интегрированной информационной среде, не дублируется, не требует каких-либо перекодировок в процессе обмена, сохраняет актуальность и целостность. Для подготовки и осуществления этой технологии необходимо выполнить комплекс организационных, научно-исследовательских, проектных и других работ, направленных на создание новой культуры инженерной деятельности. Стремление максимально повысить эффективность эксплуатации сложной техники в различных экстремальных условиях привело к появлению концепции интегрированной логистической поддержки (ИЛП) изделий. В соответствии с концепцией ИЛП уже на этапе разработки технического задания и проектирования сложного образца дистанционной РХБ разведки должны прогнозироваться затраты и определяться ресурсы, необходимые для поддержания образца в нужном состоянии с учетом экстремальных условий эксплуатации в арктической зоне. Целесообразно отметить характерные особенности ИЛП: № 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

параллельность процессов разработки дистанционных средств РХБ разведки и их технического обслуживания; доступность созданной базы данных (БД) ИЛП службам эксплуатации этих образцов. При этом в понятие ИЛП целесообразно включить решение следующих групп задач, представленных на рис. 6. Логистический анализ, в свою очередь, представляет собой группу важных задач, с выполнения которых должна начинаться интегрированная логистическая поддержка сложных изделий В и С РХБЗ, к которым относятся дистанционные средства РХБ разведки. Задачи, решаемые в рамках логистического анализа, подробно рассмотрены в «Концепции интегрированной логистической поддержки наукоемких изделий» [11], утвержденной Министерством промышленности, науки и технологий РФ в 2002 г.. Под анализом логистической поддержки (АЛП) понимают формализованную технологию всестороннего исследования как самого изделия, так и вариантов системы его эксплуатации в войсках и поддержки с целью сокращения затрат на постпроизводственных стадиях жизненного цикла. Логистический анализ должен проводиться с учетом возможностей МТО, условий эксплуатации и ремонта ДС РХБР в арктической зоне. Одним из важных компонентов ИЛП является система технического обслуживания и ремонта (ТО и Р). Планирование этих процессов в системах ИЛП предполагает решение следующих задач: разработку концепции ТО и Р; анализ и конкретизацию требований к изделию в части его обслуживания и ремонта;

Рис. 6. Содержание интегрированной логистической поддержки образцов ДС РХБР

№ 4 (53) 2015

разработку и оперативную корректировку плана ТО и Р. Требования к изделию в отношении ТО и Р определяются на основе данных АЛП, содержащихся в БД АЛП, и уточняются по результатам реальной эксплуатации образца ДС РХБ разведки в различных экстремальных условиях северных широт. При реализации технологий ИЛП применительно к сложным образцам ДС РХБР план ТО и Р целесообразно разрабатывать в нескольких альтернативных вариантах. Важное место в системе интегрированной логистической поддержки наукоемких образцов В и С РХБЗ отводится вопросам материально-технического обеспечения. Система материальнотехнического обеспечения в составе систем интегрированной логистической поддержки должна быть организована с учетом эксплуатации образцов ДСХР в экстремальных условиях арктической зоны и предназначена для выполнения следующих задач: кодификация предметов материально-технического обеспечения; определение параметров текущего МТО; планирование закупок; управление поставками; управление заказами; управление счетами. Необходимо отметить, что основой реализации ИПИ-технологий ЖЦ дистанционных средств РХБ разведки является использование комплекса единых информационных моделей, стандартизация способов доступа к информации и ее корректной интерпретации. Информационная интеграция базируется на использовании следующих базовых элементов, представленных на рис. 7. Моделирование жизненного цикла сложного технического изделия при его эксплуатации в экстремальных условиях является первым и очень существенным шагом к повышению эффективности организационной структуры, поддерживающей одну или несколько стадий ЖЦ образца В и С РХБЗ. Оно позволяет выявить существующее взаимодействие между составными частями и оценить его рациональность и эффективность. Для этого с использованием ИПИ-технологий разрабатываются функциональные модели, содержащие детальное описание выполняемых процессов в их взаимосвязи с учетом эксплуатации изделий в экстремальных условиях арктической зоны. Формат описания регламентирован ГОСТ и международными стандартами IDEF и ISO [12]. Полученная функциональная модель не только является детальным описанием выполняемых процессов, ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

115


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Рис. 7. Основные базовые элементы информационной интеграции подсистемы дистанционных средств РХБ разведки

но также позволяет решать целый ряд задач, связанных с оптимизацией, оценкой и распределением финансовых и экономических ресурсов. Анализ информационных материалов показывает, что эксплуатация образцов ДС РХБ разведки в северных широтах и Заполярье имеет определенные особенности. Так, например, с учетов тактики боевого применения ОВ [13-14] и существующей элементной базы образца разработчик изделия ограничил нижний диапазон рабочих температур прибора ПХРДД-2 (до минус 20оС), что необходимо учитывать при его применении в арктической зоне. Использование в системе охлаждения фотоприемного устройства жидкого азота также накладывает определенные ограничения на систему МТО прибора ПХРДД-2 [15]. В свою очередь практическое отсутствие в атмосфере помеховых примесей и наличие фона, имеющего стабильный тепловой контраст (лед, снег), обеспечивают повышение чувствительности и дальности действия дистанционных средств химической разведки пассивного типа. С этой точки зрения в арктической зоне более целесообразно применение образца ПХРДД-3 в носимом варианте исполнения, построенного на основе неохлаждаемого КРТ фоторезистора. Кроме того, наличие стабильного фона окружающей среды позволяет перейти к использованию программно-математического обеспечения образца на основе единичного измерения фона, а не путем постоянной регистрации фоновых характеристик окружающей среды в процессе сканирования приземного слоя атмосферы. В этом случае будет обеспечиваться индикация ФАВ как в условиях постоянной загазованности атмосферы, так и в случае плавного нарастания концентрации, индицируемого ФАВ. Целесообразно отметить, что аналитические характеристики образца при зон116

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

дировании по горизонтальным трассам могут оказаться выше, чем при его эксплуатации в средних широтах. Эксплуатация дистанционных средств химической разведки активного типа КЛН-РХБР в арктической зоне также требует учета ряда факторов. Образец имеет автономный дизельный источник энергоснабжения, установленный и буксируемый на прицепном шасси. Сам образец КЛН-РХБР построен по модульному принципу, что в перспективе позволяет установить лидарную систему на другое средство подвижности, более соответствующее условиям эксплуатации в арктической зоне. Однако в этом случае требует решения, вопрос обеспечения энергоснабжения лидарного комплекса. Как и в случае с приборами ДСХР пассивного типа, отсутствие в атмосфере загрязняющих веществ антропогенного происхождения может обеспечить обнаружение анализируемых ФАВ на более удаленных дистанциях. Однако низкие значения температур, при которых может эксплуатироваться лидарная система, требуют повышенного внимания к состоянию системы термостабилизации лазера и разработки другого хладагента применительно к условиям эксплуатации в арктической зоне. Кроме того, требует уточнения состав спектральной базы дистанционных средств индикации как пассивного, так и активного типов, так как традиционный перечень ФАВ, которые могут рассматриваться как опасные токсичные вещества при ведении боевых действий на Западном стратегическом направлении, могут отсутствовать в условиях арктической зоны. Целесообразно отметить, что северные широты и зоны Заполярья относятся к авроральным зонам, в которых часто наблюдаются повышенный геомагнитный фон и полярные сияния. Качество коротковолновой (КВ) радиосвязи в высоких ши№ 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

ротах зависит от состояния ионосферы и условий распространения радиоволн. Здесь часто имеют место поглощение мощности КВ сигнала, аномальная ионизация в ночные часы зимой и при равноденствии, значительные возмущения в течение всего года, повышенное рассеяние сигналов, отраженных от ионосферы, и сигналов, вызванные резкими и сильными затуханиями геомагнитных колебаний. Все эти явления могут оказывать значительное влияние на качество радиосвязи и точность передачи данных РХБ разведки. Кроме того, широкополосная мощная флуоресценция атмосферы во время полярных сияний может заблокировать флуоресцентный лидарный канал, построенный на использовании УФ излучения 4-й гармоники лазера на алюмо-иттриевом гранате, что затруднит регистрацию спектра флуоресценции индицируемых ФАВ в длинноволновой области спектра. Таким образом, можно предположить, что для контроля РХБ обстановки в районах развертывания арктической группировки войск, в будущем могут потребоваться модернизированные образцы дистанционной индикации, обеспечивающие их эффективное применение в жестких погодноклиматических условиях северных широт и Заполярья. Для решения этой задачи целесообразно широкое использование технологий информационной поддержки ЖЦ образцов ДС РХБР при их эксплуатации в экстремальных условиях. В качестве стандарта за рубежом и в Российской Федерации для создания модели, отображающей структуру и функции системы материального производства, а также потоки информации и материальных объектов, преобразуемые этими функциями, принята методология системного структурного анализа IDEF0 [11-12]. Основная идея методологии системного структурного анализа IDEF0 – это построение древовидной функциональной модели системы. Сначала функциональность системы описывается в обобщенном виде контекстной диаграммой. При создании контекстной диаграммы формулируются цель моделирования, область (описание того, что будет рассматриваться как компонент системы, а что как внешнее воздействие) и точка зрения (позиция, с которой будет строиться модель). Затем общая функция разбивается на крупные подфункции. Этот процесс называется функциональной декомпозицией. Затем каждая подфункция декомпозируется на более мелкие и так далее до достижения необходимой детализации описания. Нотация IDEF0 позволяет выявить формальные недостатки процессов, в том числе учесть особенности эксплуатации образцов ДС РХБР в экстремальных условиях. Внедрение информационной системы № 4 (53) 2015

неизбежно приведет к перестройке существующих процессов разработки, производства и всестороннего обеспечения постпроизводственных стадий ЖЦ образцов ДС РХБ разведки, разрабатываемых для эксплуатации в северных широтах. В результате исследований строится функциональная модель существующей организации работы по созданию новых ДС РХБР при их функционировании в экстремальных условиях арктической зоны. В настоящее время при разработке информационных систем чаще всего реализуется альтернативный подход, известный, как разделение событий, в котором для моделирования системы строится несколько моделей DFD. Вначале строится логическая модель, отображающая систему как набор действий и описывающая, что должна делать система. Затем строится модель окружения, описывающая систему как объект, отвечающий на события, порождаемые внешними сущностями. Такая модель обычно состоит из описания назначения системы, одной диаграммы контекстного уровня и списка событий. Контекстная диаграмма содержит один функциональный блок, представляющий систему в целом, и внешних сущностей (окружения), с которыми система взаимодействует. На заключительном этапе создается модель поведения, показывающая, как система обрабатывает те или иные события. Эта модель начинается с единственной диаграммы с одним функциональным блоком на каждый ответ системы на событие, описанное в модели окружения. Хранилища данных в модели поведения используются для моделирования данных, которые должны сохраняться в промежутках между обработкой событий. В группу специалистов, занимающихся разработкой новых наукоемких образцов ДС РХБ разведки, должны входить следующие участники: руководитель проекта; авторы (разработчики) функциональной модели нового образца ДС РХБ разведки; технический совет; эксперты в предметной области; библиотекарь. Принципы коллективной работы в IDEF0методологии гарантируют, что окончательная версия IDEF0-модели изделия ДС РХБ разведки будет верной, так как модель корректируется по результатам рецензирования частей модели, оформленных в виде отдельных папок. Анализ методологии функционального моделирования показывает, что на ранних стадиях разработки (техническое предложение, эскизный проект) основное внимание должно быть сосредоточено на оценке конструкции наукоемких изВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

117


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

делий ДС РХБ разведки с точки зрения поддерживаемости и формировании требований к изделию и системе его поддержки. На стадии подготовки контракта на разработку и поставку изделия разработчик должен представить заказчику (УНВ РХБЗ) следующие результаты АЛП [1,7]: показать, как и какие ИТ использованы при решении задач АЛП и как будет обеспечено совместное использование данных АЛП для ИЛП ЖЦ наукоемких изделий ДС РХБ разведки; оценить характеристики «пригодности к поддержке», в том числе: показать, как и какие ИТ будут применены в качестве одного из факторов, обеспечивающих заданный уровень «пригодности к поддержке»; оценить, как в технической документации наукоемких изделий ДС РХБ разведки учтены ограничения на логистические ресурсы; описать опыт применения ИТ в разработке и эксплуатации существующего прототипа этого образца; показать, как и какие ИТ будут использованы в процессе проектирования для улучшения эксплуатационных характеристик изделия;

представить результаты оптимизации системы логистической поддержки; оценить ресурсы, необходимые для логистической поддержки наукоемких изделий ДС РХБ разведки. На более поздних стадиях разработки (технический проект) и в процессе производства АЛП заключается в проектировании средств поддержки изделия, разработке перечня задач по обслуживанию и ремонту изделия ДС РХБ разведки и оценке ресурсов, необходимых для их выполнения. На этапе эксплуатации образцов в войсках должен быть обеспечен сбор статистического материала для оценки результатов АЛП. Примерная последовательность действий при выполнении анализа логистической поддержки ЖЦ наукоемких изделий ДС РХБ разведки приведена на рисунке 8 [16-17]. Вся информация, получаемая и используемая в процессе АЛП, должна храниться в специализированной базе данных АЛП. В БД АЛП фиксируется конкретная конфигурация изделия, требования и процедуры по обслуживанию. БД АЛП используется для разработки других элементов ИЛП, таких как электронная эксплуатационная

Рис. 8. Примерная последовательность действий при выполнении анализа логистической поддержки наукоемких образцов ДС РХБ разведки в различных условиях эксплуатации

118

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

№ 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

документация, учебные материалы и т.д. На стадии эксплуатации образцов ДС РХБ разведки в БД АЛП поддерживаются данные о фактической конфигурации этих образцов с учетом возможных изменений. Анализ логистической поддержки наукоемких образцов ДС РХБ разведки должен проводиться в две стадии, каждая из которых заканчивается определенным техническим результатом. Результаты l-й стадии: сформированная логистическая структура функций изделия; перечень наиболее критичных задач и функций, выполняемых образцом ДС РХБ разведки в условиях арктической зоны; исходные данные для тактико-технического задания на разработку составных частей образца ДС РХБ разведки. Результаты 2-й стадии: перечень наиболее критичных элементов изделия (с указанием приоритетов корректирующих и компенсирующих действий);

электронная эксплуатационная документация на изделие; перечень изделий, поставляемых в качестве запчастей для начального и текущего МТО, а также рекомендации по необходимому количеству запчастей; величина затрат на обслуживание изделия на протяжении заданного периода эксплуатации (включают затраты на выполнение работ и затраты на ресурсы). В заключение необходимо отметить, что полномасштабное внедрение ИПИ-технологий в процессы управления развитием подсистемы образцов ДС РХБ разведки позволит значительно сократить сроки разработки новых изделий, повысить качество и надежность разрабатываемых образцов, а также снизить материальные и финансовые затраты для обеспечения постпроизводственных стадий жизненного цикла новых образцов ДС РХБ разведки при их эксплуатации в экстремальных условиях.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Судов Е.В. Интегрированная информационная поддержка жизненного цикла машиностроительной продукции. М.: Изд. Дом «МВМ», 2003. 2. Приказ МО РФ № 65 от 18.02.2004г. «О принятии на снабжение Вооруженных Сил Российской Федерации прибора химической разведки дистанционного действия ПХРДД-2». 3. Приказ МО РФ № 34 ДСП от 31.03.2010г. «О принятии на снабжение Вооруженных Сил Российской Федерации прибора химической разведки дистанционного действия ПХРДД-3». 4. Бойко А.Ю.; Григорьев А.А. Современное состояние и перспективные пути развития подсистемы дистанционных средств химической разведки пассивного типа. Сборник докладов 45й военно-научной конференции ФГБУ 33 ЦНИИИ МО РФ «Актуальные вопросы теории и практики РХБ защиты» (пленарное заседание).- Вольск-18, 2014 5. Приказ МО РФ № 328 от 10.08.2006 г. «О принятии на снабжение Вооруженных Сил Российской Федерации комплекса лазерного наземного дистанционной радиационной, химической и биологической разведи КЛН-РХБР». 6. Концепция разработки, внедрения и развития технологий информационной поддержки жизненного цикла изделий ВВТ. М: 46 ЦНИИ МО РФ. 2006. 7. Судов Е.В.; Левин А.И.; Барабанов В.В. Концепция развития CALS-технологий в промышленности России. М.: ВИМИ 2002 8. Норенков И. П. Основы автоматизированного проектирования: Учеб. для ВУЗов. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Изд. МГТУ им. Н. Э. Баумана, 2002 9. Ковшов А. Н.; Назаров Ю.Ф. Информационная поддержка жизненного цикла изделий машиностроения: принципы, системы и технологии CALS/ИПИ. М.: Изд. центр «Академия», 2007. 10. Информационное агентство «Оружие России» [Электронный ресурс]. – М., [2015]. Режим доступа: http://www.armsexpo.ru/novye_razrabotki/vedenie_razvedki_v_arktike — Загл. с экрана. 11. ГОСТ Р 50.1.028-2001. Информационные технологии поддержки жизненного цикла продукции. Методология функционального моделирования. М.: Госстандарт России, 2001 12. Интегрированная логистичесая поддержка нукоемких изделий. Концепция. Министерство промышленности, науки и технологий РФ, – М.: 2002 13. Наставление Французской армии ТТА 625/1Применение химического оружия 1968год. Перевод с французского. М.: 1972 14. Наставление FM 3- 10 В. Боевое применение химического оружия. Перевод с англ. М.: 1975 15. Разработка бортового пассивного ИК спектрометра для машин РХБ разведки (шифр «Томск-1»). Прибор химической разведки дистанционного действия ПХРДД-2. Пояснительная записка технического проекта. ТУФН.201159.001 ПЗМ.: МГТУ им. Н.Э. Баумана,1999 16. Судов Е.В.; Левин А.И.; Петров А.В.; Чубарова Е.В. Технологии интегрированной логистической поддержки изделий машиностроения. М.:ООО Изд. Дом «Информбюро», 2006 17. Старков Е.Г.; Григорьев А.А.; Самородов А.С. Научно-методические основы внедрения технологий информационной поддержки жизненного цикла изделий в процессы управления развитием системы образцов вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты. // Научно-технический сборник. Актуальные вопросы теории и практики РХБ защиты. Вып. № 12 – Вольск-18: 33 ЦНИИИ МО РФ, 2010.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

119


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

I. YU. KULAGIN, A. V. MOZZHILKIN, D. A. KOZHEVNIKOV, A. V. VASILIEV

И.Ю. КУЛАГИН, А.В. МОЗЖИЛКИН, Д.А. КОЖЕВНИКОВ, А.В. ВАСИЛЬЕВ

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАЛОГАБАРИТНЫХ ДАТЧИКОВ ДЛЯ КОНТРОЛЯ РАДИАЦИОННОЙ ОБСТАНОВКИ ПРИ ЛИКВИДАЦИИ ПОСЛЕДСТВИЙ РАДИАЦИОННЫХ АВАРИЙ В СЕВЕРНЫХ РАЙОНАХ РОССИИ THE USE OF SMALL SENSORS FOR RADIATION MONITORING AT LIQUIDATION OF CONSEQUENCES OF RADIATION ACCIDENTS IN THE NORTHERN REGIONS OF RUSSIA В статье проведен анализ проблемы радиоактивного загрязнения Арктической зоны и показана актуальность проведения контроля радиоактивной обстановки местности. На примере аварии на Чернобыльской атомной электростанции показано, что контроль радиационной обстановки, складывающейся в первое время после аварии, требует привлечения значительных сил и средств для ведения радиационной разведки. Для повышения достоверности определения радиационных полей предложено использование сети малогабаритных датчиков, размещаемых на местности, с возможностью их обслуживания и сбора. Рассмотрен предполагаемый состав малогабаритных датчиков, порядок установки и примеры их взаимодействия. In the article the analysis of problem radioactive contamination of the Arctic zone and the urgency of monitoring the radioactive environment of the area. For example, the accident at the Chernobyl nuclear power plant it is shown that the control of ROTS developing in the first time after the accident, requires the involvement of significant forces and means for conducting radiation reconnaissance. To increase the reliability of determination of radiation fields proposed the use of a network of small sensors placed on the ground, with the possibility of service and collection. Reviewed the proposed composition of small-sized sensors, the installation procedure and examples of their interaction. Ключевые слова: малогабаритный датчик, контроль радиационной обстановки, радиационная разведка местности, радиоактивно загрязненная местность, радиационно опасный объект, атомная электростанция, ионизирующее излучение, пункт сбора и обработки информации. Keywords: small sensor, radiation control, radiation reconnaissance, radioactively contaminated area, radiation hazardous facility, nuclear power plant, ionizing radiation, item collecting and processing information.

За последнее десятилетие значительно возросло геополитическое значение Севера, а именно Арктического региона. События в мире показывают, что Арктика играет большую роль в глобальной политике и экономике, становится объектом не только ресурсных, но и военно-стратегических интересов ряда западных государств. Здесь в тесный клубок переплелись вопросы национального суверенитета, юрисдикции и безопасности арктических государств, сохранения уникальной природной среды и экосистем, баланса прав и интересов арктических и неарктических стран [1]. Еще совсем недавно казавшаяся совершенно бесполезной Арктика вдруг стала объектом всеобщего интереса, поскольку открывающаяся из-подо льда вода создает новые военные и транспортные возможности и делает более доступными гигантские запасы полезных ископаемых. Арктический континентальный шельф может содержать около четверти всех шельфовых запасов углеводородов в мире и содержать эквивалент 10 млрд. тонн нефти, а также золото, никель и алма120

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

зы. Но основные запасы Арктики вовсе не нефть, а природный газ. Здесь, по оценкам американских геологов, сосредоточено около 47 млрд. кубометров неоткрытых газовых запасов, что составляет примерно 26 % от текущих доказанных мировых запасов газа. Изменения климата постепенно открывают водные пространства Арктики не только для разработки новых ресурсов, но также для новых судоходных маршрутов, которые могут изменить глобальную транспортную систему. Отсюда желание приарктических стран расширить зоны своих континентальных шельфов. Возрастающая роль Арктики поставила на повестку дня вопросы выработки для России геополитической стратегии в данном регионе, разработки новых подходов государственного регулирования развития Арктической зоны. Арктика выделена в особый объект государственной политики Российской Федерации, что объясняется ее национальными интересами в сферах геополитики, экономики, экологии, обороны, науки и обеспечения национальной безопасности [2]. № 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Актуален вопрос об оценке накопленного экологического ущерба, который обусловлен военной и хозяйственной деятельностью людей. Известно, что в Арктическом регионе, а именно на Новой Земле в период с 1955 по 1990 годы было проведено 130 ядерных взрывов, из них воздушных – 85, наземных – 1, надводных – 2, подводных – 3, в скважинах – 6, в штольнях – 33, по мощности это составляет 94 % всех взрывов, произведенных в СССР [3]. В результате этого возникли крупные радиоактивно загрязненные районы. Угрозу радиоактивного загрязнения прибрежных территорий и акваторий арктических морей также создают радиоизотопные термоэлектрические генераторы, которые применялись для питания навигационного оборудования, расположенного в труднодоступных районах арктического побережья и на островах. Практическую опасность с точки зрения загрязнения арктических морей представляют сброшенные в мелководных заливах Карского и Баренцева морей твердые и жидкие радиоактивные отходы, гибель двух атомных подводных лодок и эксплуатация более 40 лет военного и ледокольного атомных флотов СССР (России) и обслуживающих их инфраструктур. Любая деятельность в районах радиоактивного загрязнения может повлечь за собой необратимые последствия для здоровья людей. Необходимо вести контроль радиоактивного загрязнения местности (РЗМ) в местах планируемой дислокации для оперативного выявления радиационной обстановки (РО). Помимо имеющегося радиоактивного загрязнения в Арктической зоне действуют две атомные станции – Кольская и Билибинская, а также передвижные атомные станции, которые представляют потенциальную опасность, так как могут стать источником значительного радиоактивного загрязнения внешней среды при возникновении на них чрезвычайных ситуаций [4]. В связи с этим на войска радиационной, химической и биологической (РХБ) защиты в мирное время возлагаются задачи информационной и технической поддержки мероприятий по ликвидации последствий аварий на радиационно опасных объектах (РОО) и обеспечению радиационной безопасности личного состава войск и населения [5]. За время, прошедшее с момента пуска первого ядерного реактора (декабрь 1942 года, Чикагский университет), во всем мире произошло несколько десятков аварий на объектах атомной энергетики и предприятиях промышленности. Самой масштабной по воздействию на окружающую среду и население явилась авария на Чернобыльской атомной электрической станции (ЧАЭС) № 4 (53) 2015

26 апреля 1986 года. Этой аварии был присвоен седьмой, максимальный уровень опасности по шкале МАГАТЭ. Авария на ЧАЭС представляла собой разрушение четвертого энергоблока в результате теплового взрыва активной зоны реактора. В результате этого сложилась РО, своеобразие которой было обусловлено продолжительностью (10 суток), дисперсным (газо-аэрозольным) составом и высотой (сотни метров, до 1-1,5 км и более) радиационного выброса, с одной стороны, и сложной метеорологической обстановкой, с другой. Воинские подразделения, привлекаемые к выполнению задачи по выявлению РО на РЗМ, приобрели большой практический опыт. Причем опыт как положительный, так и отрицательный. Не останавливаясь подробно на всем перечне вопросов, рассмотрим задачу выявления и контроля РО на РЗМ. Начиная с 27 апреля 1986 года для оперативного выявления обстановки проводилась воздушная радиационная разведка (РР). Изолинии, характеризующиеся одинаковыми мощностями доз (по Cs–137), были получены с погрешностью до ± 50 %. Впоследствии оказалось, что подобные измерения, выполненные с помощью авиационных носителей, не отражают пятнисто-мозаичную структуру загрязненной местности. Границы и площади загрязнения уточнялись по результатам разовых измерений средствами наземной разведки в точках, размещенных, главным образом, в населенных пунктах. Недостаточное количество точек и их нефиксированное место сказывалось на точности определения зон загрязнения и достоверности выявления фактической РО [6]. Для устранения этих недостатков и повышения достоверности разведывательных данных был реализован способ ведения РР, заключающийся в создании постоянно действующей реперной сети измерений. Сеть включала 36 секторов, радиально отходящих от аварийного блока (угол сектора 10°). В каждом секторе в 15 точках постоянно проводились измерения. Точки были удалены от очага аварии на расстояние от 5 до 60 км. Такой способ позволил уточнить изолинии и фактическое РЗМ с учетом его изменения во времени. В последующем РР и наблюдение проводились в 720-750 точках. Для этого выделялось более 80 химических разведывательных дозоров и два-три вертолета, которые работали на 84 маршрутах общей протяженностью более 4 тыс. км. После проведения РР местности оказывалось, что некоторые машины разведки попадали в крупные зоны загрязнения и сами становились фоновыми источниками излучения, т.е. не годились для дальнейшей РР. При ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

121


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

этом зачастую разведчикам для измерения приходилось покидать разведывательные машины. Это увеличивало получаемую каждый раз дозу облучения [6]. Таким образом, РО складывающаяся при аварии на АЭС, характеризуется большой изменчивостью и малой прогностичностью в связи с вероятностным свойством поля ветра и временем выброса из реактора. Поэтому контроль РО в районе ликвидации последствий аварии требует постоянного мониторинга, особенно на основных значимых маршрутах, в районах размещения населения и войск, а также в местах проведения работ. Кроме того, необходимо отметить, что технические средства РР и контроля, стоящие в то время на снабжении химических войск Вооруженных Сил СССР, создавались для решения задач разведки и контроля РО после применения ядерного оружия. Диапазон регистрируемых дозиметрических характеристик аппаратуры был завышен и не всегда позволял осуществлять достоверный контроль РО на малых уровнях мощностей доз. Таким образом, в условиях образования крупномасштабных зон РЗМ, а также при выполнении мероприятий, проводимых в целях ликвидации пожаров и выбросов радиоактивных веществ в атмосферу, решения о дальнейших действиях могут быть приняты только на основе получения объективной и своевременной информации об уровнях радиации. Важно отслеживать динамику изменения мощностей доз для оценки состояния активной зоны реактора и наличия выбросов. Воинские формирования, привлекаемые к ликвидации последствий аварии на РОО, как правило, используют для определения опасных радиационных факторов войсковые технические средства радиационной разведки. В настоящее время основу системы выявления РО составляют подвижные технические комплексы РХБ разведки наземного и воздушного базирования. Представителями комплексов наземного базирования являются РХМ, а представителями комплексов воздушного базирования – летательные аппараты радиационной разведки. Для оценки масштабов аварии, замеров уровня радиации на месте аварии, тушения пожаров и выполнения других работ используются различные робототехнические комплексы. Они обладают улучшенными характеристиками по возможности преодоления различных препятствий и дистанционного проведения разведывательных операций широкого спектра, а также значительной радиационной стойкостью для работы в зонах воздействия ионизирующих излучений [7]. 122

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Задачи РР и контроля не могут быть решены полностью и с достаточной эффективностью с использованием какого-либо одного вида технических средств и способа ведения разведки и контроля. Они решаются сетью постов и пунктов наблюдения, применением подвижных наземных и воздушных средств разведки и контроля. Каждый из этих видов способен выполнить задачи независимо друг от друга. Однако ни один из них не обладает всеми качествами, удовлетворяющими потребности органов управления. Вместе с тем недостатки одного способа ведения разведки и контроля компенсируются положительными качествами другого. Поэтому только комплексное использование различных средств разведки и контроля может служить основой для построения эффективной системы контроля РО. Для того, чтобы в полной мере достоверно определить размеры аварии с целью быстрого прогнозирования ее последствий для принятия соответствующих мер по защите личного состава и населения, необходимо выявить, по возможности, в более полном объеме картину радиоактивного загрязнения и установить факт продолжающегося выброса из активной зоны реактора. Решение подобной задачи в Арктике дополнительно будет усложнено тяжелыми климатическими условиями и ограничениями по транспортной доступности большинства участков РЗМ. С требуемой оперативностью, по всей видимости, решение таких задач возможно только системой стационарных датчиков, которая позволит в короткие сроки на контролируемой площади определять изменение уровней радиоактивного загрязнения в реальном масштабе времени. В настоящее время для постоянного контроля радиационной обстановки и наблюдения всех атомных станций и предприятий ядерной отрасли создана автоматизированная система контроля радиационной обстановки (АСКРО) Госкорпорации «Росатом». Датчики радиационного фона работают в автоматическом режиме, проводят измерения мощности дозы и передают результат на центральный пульт АСКРО, находящийся на предприятии [8]. Количество постов для различных АЭС различается, и они оборудованы разными средствами измерений. Причем в каждом случае это число научно не обосновано в смысле оптимального значения для каждой АЭС, т.е. не отвечает критерию «затраты – качество». Такая ситуация сложилась по той причине, что бюджетного финансирования по федеральной целевой программе «Ядерная и радиационная безопасность России» на создание АСКРО оказалось недостаточно, поэтому на № 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

эти цели изыскивались внебюджетные средства, в связи с чем действующие сети АСКРО на АЭС отличаются разнородностью средств измерения и программного обеспечения [9]. Поскольку система стационарных датчиков размещена в конечном числе мест населенных пунктов и на самих АЭС, говорить о достоверности определения радиационной обстановки на подконтрольной системе местности достаточно трудно, особенно в случае запроектной аварии с продолжительными по времени выбросами радиоактивных веществ. По опыту аварии на ЧАЭС РО будет характеризоваться как сложная, с наличием случайным образом располагаемых высокоактивных загрязненных участков, которые могут внезапно образовываться на малоопасной ранее местности. Ввиду того, что чрезвычайным ситуациям на РОО присущи внезапность, быстрота воздействия и многообразие поражающих факторов, требуется четко отлаженная и хорошо оснащенная система контроля РО, которая должна развертываться по запланированной схеме с целью своевременного обнаружения радиоактивного загрязнения, оповещения персонала и населения об опасности и проведения контроля РО. Для решения данной проблемы предполагается создание системы малогабаритных датчиков с возможностью их быстрой установки по требуемым маршрутам и возможностью повторного использования. Основой предполагаемой системы будут являться малогабаритные датчики. Рассмотрим возможный состав датчиков и их характеристики. Структурная схема малогабаритного датчика представлена на рис. 1.

1 2 3 4 5 6 7

– – – – – – –

блок питания; высоковольтный преобразователь напряжения; генератор линейно изменяющегося напряжения; аккумуляторная батарея; газоразрядный счетчик Гейгера-Мюллера; электронно-измерительная схема; блок связи (радиопередатчик и антенна). Рис. 1. Структурная схема малогабаритного датчика

№ 4 (53) 2015

Малогабаритные датчики в своем составе должны иметь: детектор ионизирующего излучения (ИИ); электронно-измерительную схему; радиопередатчик и антенну; устройство стабилизации и установки; элемент питания. В качестве детектора ИИ необходимо выбрать систему, имеющую наименьшее энергопотребление, но в то же время обладающую необходимым диапазоном измерения. Поскольку одним из основных требований к перспективным системам РХБ разведки является максимальное использование готовых технических решений, то возможно применение детектора с газоразрядным счетчиком «Бета-1» с расширением индикационных и энергетических характеристик. Элемент питания должен поддерживать работоспособность датчика в течение продолжительного времени в условиях низких температур – для необходимого контроля радиационной обстановки в первое время после аварии на РОО. Аккумуляторная батарея должна иметь возможность подзаряжаться от сети электропитания. Рассматривается вопрос о включении солнечных элементов в корпус датчика для полного или частичного питания аккумуляторной батареи и увеличения длительности ее работы. Солнечные элементы должны собирать максимальное количество энергии и эффективно превращать ее в электрический ток, имея при этом минимальные потери. В предлагаемой схеме электропитания малогабаритных датчиков целесообразно использование экономичного высоковольтного преобразователя напряжения, который позволит значительно уменьшить потребляемый от батареи ток. Так, потребляемый предлагаемым преобразователем ток в отсутствии нагрузки составляет около 1,0 мкА, и его использование для питания газоразрядных счетчиков типа Гейгера-Мюллера дает возможность обеспечить режим непрерывной работы датчика в течение долгого времени [10]. Потребление тока данным преобразователем напряжения в условиях ионизирующего излучения будет составлять около 100 мкА, что по расчетам обеспечит непрерывную работу более года (416 суток) от одной аккумуляторной батареи емкостью 1 А·ч в нормальных условиях эксплуатации. Для расширения диапазона измерения мощности дозы гамма-излучения с использованием одного газоразрядного счетчика Гейгера-Мюллера при сохранении малого энергопотребления даже при больших мощностях доз была разработана схема, которая позволяет увеличить динамичеВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

123


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

ский диапазон измерения мощности дозы на 3 порядка при упрощении общей схемы измерения. Зарегистрированные детектором ИИ гаммакванты пересчитываются электронно-измерительной схемой, а данные измерения передаются через устройства связи на пункт сбора и обработки информации (ПСОИ). Для контроля РО на ПСОИ необходимо иметь математическое обеспечение, позволяющее отображать поступающую информацию на карте местности и в графическом виде. Прежде всего, необходимо отображение сигналов, превышающих предыдущие, с целью выявления факта продолжающихся выбросов из реактора, а также с целью отслеживания динамики изменения мощности дозы. Помимо этого должна быть реализована функция помехозащищенности при передаче данных. Блок питания датчика должен работать в условиях низких температур продолжительное время. Материал корпуса капсулы, в которой расположен датчик, должен быть стойким к воздействию низких температур в условиях высокой влажности и иметь яркую цветовую маркировку. Ослабление гамма-излучения корпусом капсулы необходимо учитывать при обработке информации на ПСОИ. В математическом обеспечении на ПСОИ необходимо реализовать решение задач о рекомендации по действиям командования и персонала, например, необходимые меры защиты, максимальное время работы в районе радиоактивного заражения, способы эвакуации, маршруты движения и т.д. Интерфейс программного обеспечения должен быть унифицирован, позволять в реальном масштабе времени выдавать информацию о происходящих процессах на РЗМ. Кроме того, должна быть предусмотрена возможность анализа обстановки и поддержка принятия решения для выполнения задач по ликвидации последствий аварии на АЭС. Предполагается следующая схема функционирования системы малогабаритных датчиков, приведенная на рис. 2. В случае возникновения аварии на АЭС определяется маршрут (район), который требует постоянного контроля РО. По этому маршруту выдвигается машина РХБ разведки с комплексом установки и сбора датчиков. Машина устанавливает датчики в определенных местах измерения мощности дозы. Доставка датчиков до места возможна методом выброса при помощи системы дистанционной постановки дымовой завесы типа «Туча» при замене дымовых элементов гранат на малогабаритный датчик. Калибр системы «Туча» составляет 81 мм, пусковые установки обеспечивают дальность стрельбы до 300 м. Основным достоинством системы является возможность отстрела как с места, так и в движении. 124

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Другой способ доставки датчиков до места аналогичен первому, но с использованием транспортного контейнера аэрозольной маскировки (АМТ). Преимущество контейнера АМТ перед системой постановки дымовой завесы «Туча» заключается в том, что он состоит из шести пусковых установок, закрепляемых по бортам автотранспортного средства.

1 2 3 4

– – – –

малогабаритный датчик; пункт сбора и обработки информации (ПСОИ); аварийный объект; комплекс установки и сбора датчиков. Рис. 2. Структурная схема системы малогабаритных датчиков

Каждая пусковая установка состоит из кассеты с 20 гранатами. Тем самым в контейнере АМТ размещены 120 рабочих снарядов, не требующих перезаряда в отличие от 12 пусковых установок бортовой системы «Туча». По габаритным размерам пусковой установки возможно задать требования к размерам датчиков контроля РО и корпуса, в котором они будут находиться. В случае затруднения движения наземной техники в связи с невозможностью передвижения по труднопроходимой местности, предполагается размещение комплекса установки и сбора датчиков на борту беспилотного летательного аппарата. Координаты расположения датчиков определяются машиной РХБ разведки либо методом радиопеленгации по информационному сигналу. Радиопеленгация основывается на приеме отраженных от различных объектов радиоволн или собственных излучений объектов. Радиопеленгатор измеряет угол прихода электромагнитной волны к приемнику и позволяет определить направление на источник радиоизлучения. Если одновременно определить пеленги на один и тот же объект с двух или нескольких пунктов, то пересечение пеленгов определит положение этого объекта на местности. Для определения угловых № 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

координат целей используются пеленгационные радиолокационные устройства, в большинстве случаях основанные на амплитудных и фазовых методах. Фазовый метод пеленгации обладает наибольшей точностью. Он может быть использован для автоматического слежения за целями по угловым координатам. Также известны способы определения направления и координат источника радиоизлучения на основании характера изменения частоты сигнала, принимаемого движущимся пеленгатором или движущейся антенной пеленгатора. В нашем случае пеленгатор можно разместить в ПСОИ. Функцию ПСОИ будет выполнять одна из подвижных машин РХБ разведки. В последнее время для определения координат местонахождения объекта на местности широкое распространение получили GPS-датчики, которые позволяют контролировать местонахождение объектов с привязкой к конкретной местности или карте. В данном случае включение GPS-устройства в состав малогабаритного датчика повлечет за собой увеличение массогабаритных характеристик и энергопотребления. Значения уровней мощностей доз датчики передают напрямую на ПСОИ либо через беспилотный летательный аппарат, используемый как ретранслятор. Также планируется встроить в каждый датчик программное обеспечение, которое обеспечит их работу в качестве беспроводного приемопередатчика информации об изменении уровня мощности дозы от аналогичных датчиков, находящихся в зоне видимости, что позволит построить разветвленную информационную сеть. Обязательным требованием к предлагаемой системе является автоматическая передача информации о РО. Для передачи информации об уровнях мощностей доз в ПСОИ предлагается использовать существующие радиосистемы, сопрягаемые со штатными радиостанциями, позволяющими осуществлять помехозащищенную передачу данных. В случае выхода из строя, окончания заряда аккумуляторной батареи, после выполнения задачи по предназначению организуется сбор датчиков, их специальная обработка и техническое обслуживание с возможностью последующей эксплуатации. Для этих целей предлагается реализовать следующие варианты: сбор малогабаритных датчиков с помощью машины РХБ разведки с выходом экипажа из машины либо роботизированным манипулятором; сбор малогабаритных датчиков робототехническим комплексом наземного базирования; № 4 (53) 2015

сбор малогабаритных датчиков с помощью беспилотного летательного аппарата вертолетного типа. Выбор конкретного способа будет зависеть от степени доступности местности, в том числе по радиационному поражающему фактору и погодным условиям, возможному времени на выполнение задачи, целесообразности осуществления самой операции сбора. Одним из основных требований, которые должны предъявляться к системам контроля РО, является обеспечение оперативности сбора и обработки данных об изменяющихся уровнях мощностей доз на контролируемой площади. В случае реализации метательных способов установки системы, датчики должны быть ударопрочными для доставки их с техники и располагаться в защитной капсуле, которая позволяет изолировать датчик от внешней среды при падении на снежный покров. Все узлы должны работать в энергосберегающем режиме в условиях низких температур, в том числе и система передачи информации, при соблюдении общей компактности. Каждый отдельный датчик должен иметь ограничение по весу, свой идентификационный номер для определения координат его местонахождения, ориентир на местности в виде маркера яркого цвета для простоты сбора. Например, капсулу датчика можно покрасить ярко-красным цветом для создания контраста с окружающей средой. Радиопередающий узел должен выполнять задачу передачи данных о радиационной обстановке на ПСОИ или к аналогичным устройствам. Для исключения ложных срабатываний на малых мощностях доз сигнал должен передаваться только в том случае, если он отличается от предыдущего на 4σ, где σ – среднеквадратическое отклонение случайного количества зарегистрированных квантов за интервал времени. При больших мощностях доз, чтобы исключить частую подачу малоинформативных, повторяющихся сигналов, передача должна осуществляться только в том случае, если сигнал отличается от предыдущего на 10 %. В случае стабильного уровня мощности дозы радиопередающий узел должен выполнять передачу данных о РО каждые 3 часа. Каждый малогабаритный датчик должен быть оснащен устройством стабилизации и установки для выдерживания динамических нагрузок при вылете и падении на поверхность земли. Предполагается использование парашюта, который будет приводиться в действие специальным механизмом через определенное время после вылета датчика. ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

125


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Повышение требований надежности, точности измерений, особенно в реальном масштабе времени, быстродействия, расширение функций вместе с экономическими факторами определяют требо-

вания и критерии при построении современных систем контроля РО. Решение этих задач связано с определенными затратами, поэтому естественен поиск оптимального варианта их решения.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Коваль В.П. Доклад на Международной конференции по географии и картографированию океана «Морская геополитика в контексте ХХI века». – РИСИ – 2013 год. 2. Егоров А.А. Военно-политическое значение Арктического региона. Аспирант Поволжского института управления им. П.А. Столыпина – филиала РАНХиГС 410031, Россия, г. Саратов, ул. Соборная, 23/25 – 2014 год. 3. Михайлов В.Н.; Дьяченко А.А.; Золотухин Г.Е.; Шевченко А.А. и др. Ядерные испытания в Арктике, книга 1 [Текст] / С.-Петербург.– 1999 г. 4. Соколов Ю. И. Арктика: экология и экономика № 2 (10), Арктика: к проблеме накопленного экологического ущерба. [Текст] / ФГБУ «Всероссийский научно-исследовательский институт по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций» МЧС России (федеральный центр науки и высоких технологий) – 2013 год. 5. В. Конышев, А. Сергунин. Журнал мировая экономика и международные отношения № 9. Арктика на перекрестье геополитических интересов c. 43–53, 2010 год. 6. Дьяченко А.А.; Грабовой И.Д.; Ильин Л.Н. и др. Чернобыль: Катастрофа. Подвиг. Уроки и выводы. Научно-публицистическая монография. [Текст] / М., Интер-Весы. – 1996. 7. Электронный ресурс – режим доступа: www.atomic-energy.ru / cвободный, 2015. – Загл. c экрана – Яз. рус. 8. Электронный ресурс – режим доступа: http://www.russianatom.ru / cвободный, 2015. –Загл. c экрана. – Яз. рус. 9. Елохин А.П. Автоматизированные системы контроля радиационной обстановки окружающей среды [Текст] / Учебное пособие. М.: НИЯУ МИФИ, 2012. – 316 с. 10. Заявка 002147 Российская Федерация МПК H02M. Преобразователь напряжения [Текст] / Глухов Ю.А., Садовников Р.Н., Васильев А.В., Лукоянов Д.И., Кулагин И.Ю., Кожевников Д.А., Румянцев С.О.; заявитель ФГБУ «33 ЦНИИИ» Минобороны России – № 2015101475/17 заявл. 19.01.2015 г.

A.M. SMETANIN

А.М. СМЕТАНИН

ПРОБЛЕМЫ ИНФОРМАЦИОНННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ ДЕШИФРИРОВАНИЯ МАТЕРИАЛОВ КОСМИЧЕСКОЙ СЪЕМКИ В СОВРЕМЕННЫХ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ УСЛОВИЯХ PROBLEMS OF INFORMATION TECHNOLOGIES OF RECOGNITION THE MATERIAL OF COSMIC REMOVAL IN MODERN GEOPOLITICAL CONDITIONS Статья посвящена решению основных задач дешифрирования материалов космической съемки. Уточняется постановка проблемы создания цифровой модели местности. Значительное внимание уделяется проведению полевых работ. Приводятся результаты опытно-производственных работ по территории СССР. The Article is denoted the decision of the primary tasks of recognition the material of cosmic removal. It is elaborated stating the problem of creation to digital model to terrain. Significant attention is spared undertaking the field work. Happen to the results is experienced-production work on territory USSR. Ключевые слова: информационная война, материалы космической съемки, информационная технология, полевые работы, природные ресурсы, ландшафт, цифровая модель местности, логические решающие правила. Keywords: information war, material of cosmic removal, information technology, field work, natural facility, landscape, digital model to terrain, logical solving rules

В последние десятилетия существенно усилилась агрессивная военно-экономическая политика США, сжимающих кольцо военных баз вокруг России, развязавших очередные гражданские и 126

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

колониальные войны в Африке и на Ближнем Востоке. Их цель очевидна – природные ресурсы. Здесь понятен смысл заявлений М. Олбрайт о какой-то мифической несправедливости того, что № 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Сибирь входит в состав России. НАТО активно и нагло продвигается на восток, размещает элементы системы ПРО в Восточной Европе. Результат этой «мудрой» геополитики Запада мир наблюдает в последние месяцы 2015 г. в виде толп беженцев, нахлынувших на Евросоюз. Особую обеспокоенность вызывают геополитические процессы на Украине. Как пишет в [1] С. Кожемякин про ушедший 2014 г., «НАТО значительно усилило военный потенциал по периметру российских границ. Более чем втрое увеличена численность тактических истребителей в Прибалтике, на авиабазах в Польше и Румынии дополнительно дислоцируются авиационные группы НАТО и США». Усиливается проводимая Западом информационная война против России. Об этом подробно пишет в [2] генерал-лейтенант Н.А. Брусницын. Все вышесказанное требует адекватных ответных мер со стороны России, что предполагает производство работ на местности. Это, в свою очередь, требует наличия картографических материалов: топографических, тематических, военно-инженерных карт, в настоящее время часто представляемых в виде цифровой модели местности (ЦММ). В частности, еще более возрастает значение геоинформационных систем во многих областях науки, техники, производства. В данной работе значительное внимание уделяется полевым работам, проведенным в 1980-х годах по западной границе СССР. Ранее в [3, 4] была поставлена задача создания ЦММ по результатам дешифрирования материалов космической съемки. Уточним постановку с учетом изменений технико-экономических условий в последние годы. Пусть: 1. Для полигона Pg имеются следующие исходные носители информации: 1) материалы космической съемки C: сканерные снимки высокого разрешения Chr; многозональные снимки Cm; изображения радиолокационных систем бокового обзора C1; 2) модель местности ММ, заданная с помощью ЦММ или топоосновы To; 3) полевые описания эталонных участков POe, привязанные к топооснове; 4) ландшафтная карта Lk; 5) дополнительные материалы Dm (справочники, атласы и т.п.). 2. Целью создания новой ЦММ является проектирование цифровой модели номенклатурного листа топографической, тематической карты, в том числе и носящих военный характер Mn = {Ar, L, Lu, K}, № 4 (53) 2015

(1)

в виде набора N площадных Ar, линейных L, условно-линейных Lu и точечных (компактных) K объектов с описанием для каждого объекта: (Ii, Gri, Si) i=1, ... , N,

(2)

где I – имя; Gr – замкнутая граница, линейное или компактное изображение объекта; S = (Z, P),

(3)

семантика объекта, представляющая собой условный знак Z и совокупность P = (p1, p2, ... ,pM)

(4)

параметров (числовых характеристик) объектов. 3. На исходную информацию накладываются следующие ограничения: 1) изображение C представляет из себя совокупность однородных текстурных областей {T(X)}

(5)

на неоднородном естественном и/или антропогенном фоне Фn (гидрография, линейные, точечные объекты и т.п.); здесь X = (x1, x2, ... , xK),

(6)

признаки изображения, которые являются либо числовыми, либо задаются в более слабых шкалах; признаки также могут являться индикаторами; 2) отдельному эталонному участку Ei может соответствовать конечное число однородных текстурных областей T(X); 3) ландшафтная карта Lk также имеет вид (1), при этом ARi = Lsi,

(7)

где Lsi – вид ландшафта. 4. Тогда проектирование ЦММ выполняется следующим технологическим описанием: по совокупности {Ei}, относящейся к отдельному объекту дешифрирования D0(q), формируется решатель Rq; исходной информацией при этом служат T(X), MM, P0e; {Ei} и соответствующий Rq принадлежат одному ландшафту LSj; по Chr, с привлечением Cm, Cl, MM, Dm формируются векторные представления {Vgri} границ областей или линейного изображения объекта {Gri}; решателями {Rq} по Chr, с привлечением Cm, Cl, MM дешифрируется семантика {Si} объектов; по семантике {S}, векторному представлению {Vgr}, местоположению условно-линейных Lu и компактных K объектов, условным знакам {Z}, модели местности MM проектируется цифровая модель номенклатурного листа (1). ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

127


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Вышеприведенное технологическое описание полностью определяет структуру и динамику процессов информационной технологии создания ЦММ, что, в свою очередь, требует разработки конечного аппаратно-программного продукта и его математического, методического и технологического обеспечения. Основные структурные разделы информационной технологии были рассмотрены ранее в [3, 4]. Здесь особо нужно отметить, что информационная технология для дешифрируемой территории работает в пределах отдельных ландшафтов. В соответствии с географической шкалой МГУ имени М.В.Ломоносова под ландшафтом в настоящей работе понимается природно-территориальный комплекс, однородный по своему генезису, неделимый по зональным и азональным признакам, обладающий однородным геологическим строением, связанным и однотипным рельефом, единообразным сочетанием почв, биогеоценозов, гидрогеологических условий и свойственной только данному ландшафту внутренней структуры более мелких природных комплексов – местностей, урочищ, фаций. Совокупность соседних ландшафтов в пределах некоторой территории будем называть районом или полигоном. Ниже приведены основные структурные разделы технологии, относящиеся к полевому обеспечению [3, 4]: 1) составляется ландшафтная карта дешифрируемой территории; 2) для отдельных ландшафтов составляются ключевым методом эталоны дешифрирования с полным описанием ландшафта (геологии, растительности, грунтов, почв, гидрогеологии и т.п.): в доступных районах – с помощью полевых работ; в районах, на территории которых имеются достоверные отраслевые фондовые материалы, – камерально]. Рассмотрим полевое обеспечение информационных технологий подробнее, поскольку в камеральных условиях зачастую невозможно сформулировать гипотезы о существовании зависимостей между дешифровочными признаками и объектами дешифрирования и картографирования. Особенностью всего технологического процесса проведения полевых работ является тот факт, что он практически полностью выпадает из понятий инженерных наук, поскольку проходит при следующих особенных условиях: общение с природой; инженерное «незнание» полевых условий; исключительная специфика ландшафта в целом и инженерно-геологических и гидрогеологи128

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

ческих условий для традиционных научно-технических специалистов. Как показывает полученный опыт полевых работ, здесь очень важным является: первоначальное усвоение знаний ландшафта и геологии для специалистов в области информатики; отсутствие боязни в визуальном анализе природных объектов с целью последующей формализации описания и интерпретации их в информационной технологии. Причем здесь можно идти двумя очевидными путями: специалист по информационным технологиям получает необходимый объем знаний в области географии, ландшафтоведения, геологии, дешифрирования и фотограмметрии; наоборот, узкие специалисты в каждой из перечисленных областей получают достаточно профессиональные знания в области информационных технологий. Нам представляется, что более эффективным является первый путь. Именно его реализация и позволила в значительной степени получить достаточно высокую надежность информационной технологии дешифрирования материалов космической съемки. Полевые работы, выполняемые в рамках настоящих исследований с направленностью на разработку информационной технологии дешифрирования материалов космической съемки, были проведены по бывшей западной границе СССР. Автор статьи принимал участие в этих работах в 1983 и 1986 годах, которые возглавлял подполковник в отставке Ю.Л. Липовецкий, выпускник Военно-инженерной академии имени В.В. Куйбышева. Важность проводимых полевых работ 1983 году подчеркивало сопроводительное письмо за подписью маршала инженерных войск С.Х. Аганова. ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА Сергей Христофорович Аганов (22 мая (4 июня) 1917, Астрахань – 1 февраля 1996, Москва) – советский военачальник, маршал инженерных войск (1980). В Красной Армии с 1938 года. Окончил Московское военно-инженерное училище в 1949 году. Принимал участие в боях советско-финской войны. В Великой Отечественной войне участвовал с июня 1941 года… После войны продолжал службу в штабе инженерных войск Советской Армии. В 1950 году окончил Военную академию имени М.В. Фрунзе…В 1955 году окончил Высшую военную академию имени К.Е. Ворошилова. С ноября 1955 года начальник инженерных войск 8-й гвардейской армии в Группе советских войск в Германии. В августе 1960 года назначен старшим преподавателем, а в декабре 1963 года – заместителем начальника кафедры Военной академии Генерального штаба. С января

№ 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ 1967 года – начальник инженерных войск Группы советских войск в Германии. С января 1970 года – заместитель начальника инженерных войск Министерства обороны СССР. С апреля 1974 года – начальник Военно-инженерной академии имени В.В. Куйбышева. С 1975 года – начальник инженерных войск Министерства обороны СССР. Внес большой вклад в организацию и осуществление мероприятий по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Воинское звание «Маршал инженерных войск» присвоено 7 мая 1980 года. С февраля 1987 года – в Группе генеральных инспекторов Министерства обороны СССР. С 1992 года – в отставке. Жил в Москве.

На рис. 1 представлен фрагмент ландшафтной карты, Закарпатская область СССР. Приведем содержание ряда характерных ландшафтов Закарпатья [5]. СУББОРЕАЛЬНЫЕ ПРИОКЕАНАЧЕСКИЕ (АТЛАНТИЧЕСКИЕ) РАВНИНЫ МЕЖГОРНЫЕ, ПРЕДГОРНЫЕ Широколиственно-лесные

Аллювиальные аккумулятивные. XIV. Карпатские. 768а. Равнины плоские и волнистые, местами террасированные, расчлененные, с сельскохозяйственными землями, лугами, участками дубовых, дубово-грабовых лесов. (Этот ландшафт соответствует району западнее г. Мукачево).

Ниже приведены фрагменты системы признаков ЦММ для построения логических решателей [6], которые отражают содержание полевых работ: ЛАНДШАФТНЫЕ ПРИЗНАКИ 012 Род ландшафта; РЕЛЬЕФ 016 Абсолютная отметка, м; 018 Превышение над базисом эрозии, м; 019 Расстояние до базиса эрозии, км; 029 Элемент рельефа; ГИДРОГРАФИЯ 033 Ширина русла реки, м; 034 Скорость течения, м/с; 039 Обводненность (глубина залегания грунтовых вод), м; РАСТИТЕЛЬНОСТЬ 042 Тип древостоя. Видовой состав для лесов, %. 043 ель; 045 бук; Параметры древостоя. 048 высота, Н, м; 049 расстояние между деревьями, L, м; 050 диаметр ствола, D, м; 051 сомкнутость крон, C, %; 052 Наземный покров; ГОРНЫЕ ПОРОДЫ 057 Генезис отложений. Состав пород (по слоям) 058 0-10 см; 059 10-20 см; 060 см;064 см; свыше 300 см; 065 Мощность рыхлых отложений, м.

ГОРЫ Горные леса (хвойно-широколиственные) Лугово-лесные низкогорья (с хвойно-широколиственными лесами)

Денудационно-эрозионные глыбовые. XIV. Карпатские. 770а. Горы и предгорья плоскогрядовые, с размытыми эруптивными аппаратами, крутосклонные, сложенные эффузивными породами, с буковыми лесами, участками буковопихтовых лесов, разнотравно-злаковыми высокогорными лугами, сельскохозяйственными землями. (Этот ландшафт соответствует району восточнее г. Мукачево). Лесные среднегорья (с хвойными и хвойно-широколиственными лесами)

Денудационно-эрозионные глыбово-складчатые. XIV. Карпатские. 772б. Горы линейно-грядовые, с узкими водоразделами, эрозионными цирками, крутосклонные, сложенные терригенно-карбонатными породами флишевой формации, с буковыми, реже буково-пихтовыми лесами, участками субальпийских разнотравно-злаковых лугов. (Этот ландшафт соответствует району восточнее г. Мукачево). № 4 (53) 2015

Рис. 1. Фрагмент ландшафтной карты

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

129


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Рис. 2. Наземный покров леса – брусничники (БРУСН)

Рис. 3. Четвертичные отложения – озерно-аллювиальные (la)

Здесь также следует тщательно разрабатывать меню признаков, измеряемых в слабых шкалах, особенно, в шкале наименования (см. ниже пример меню): 029 Элемент рельефа: 1 – уступы; 2 – обрывы; 3 – склоны; 4 – вершины; 5 – не определен. На рис. 2 и 3 представлены логические решающие правила (логические решатели), построенные программной подсистемой на основе алгоритма DW13 [6], реализующей технологию индикационного дешифрирования. С использованием сформированного банка эталонов, в пределах выделенных визуально на космических снимках контуров выполнялось де-

шифрирование изображений структурно-статистической технологией (ССТ) [7, 8] и технологией индикационного дешифрирования (ТИД) [3, 4]. На рис. 4 представлен фрагмент карты типов болот, составленный с помощью ТИД . Результаты дешифрирования приведены в таблице. Таблица Средние значения надежности дешифрирования, %% № п/п

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Рис. 4. Фрагмент карты типов болот

130

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

Объекты дешифрирования

ССТ ТИД

Породный состав лесов Количественные характеристики лесов Типы наземного покрова лесов Типы растительности (кроме лесов) Количественные характеристики растительности (кроме лесов) Тип водно-минерального питания болот Мощность торфа на болоте Генетический тип почв Механический состав почв Генезис четвертичных отложений Литологический состав четвертичных отложений Глубина залегания первого водоносного горизонта в толще до 3 м

65 73 52 72 77 45 69 70 70

53 25 71 67

88

№ 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

В целом были получены следующие средние оценки надежности дешифрирования : для структурно-статистической технологии – 77,4 ± 1,7 %; для технологии индикационного дешифрирования – 65,3 ±11,7 %. При этом известно, что уровень надежности визуального дешифрирования составляет величину порядка 30-40 %. По результатам проведенных опытно-производственных работ можно сделать следующие выводы. 1. Структурно-статистическая технология автоматизированного дешифрирования материалов космической съемки обеспечивает дешифрирование достаточно обширного перечня природных объектов со средней надежностью около 77 %, что позволяет сделать вывод о целесообразности ее использования для создания ЦММ. Использование этого метода дешифрирования материалов космической съемки также целесообразно применять в труднодоступных регионах России и других закрытых территорий, где процент антропогенных нарушений территорий невелик и, следовательно, взаимосвязи компонентов ландшафтов не нарушены. 2. Технология индикационного дешифрирования имеет более низкую надежность по сравнению со структурно-статистической технологией, около 65 %, что можно объяснить следующим: более сложным процессом нахождения закономерностей на природных объектах; недостаточным объемом исследований вопросов определения информативных признаков применительно к конкретным объектам исследования;

отсутствием в ряде случаев ландшафтной дифференциации признаков; недостаточным количеством эталонов, вошедших в обучение, с точки зрения перекрытия возможных параметров природных объектов. Подводя итог вышеизложенному, можно утверждать, что уже к моменту распада СССР в 1991 году вся его западная граница и прилегающие территории были покрыты сетью ключевых участков для целей дешифрирования материалов космической съемки. Это особенно важно в настоящее время в связи с продвижением НАТО на восток и военной угрозой России. Территория бывшего СССР, включая Украину, Молдавию, Прибалтику, полностью обеспечены описаниями ключевых участков для целей создания ЦММ, нужной номенклатуры топографических и тематических карт, в том числе и военного содержания. Описание нынешней западной границы России не вызывает никаких научно-технических проблем. Также нужно отметить верное прогнозирование Генеральным штабом геополитических процессов в конце ХХ и начале ХХI веков. Результаты проведенных исследований показали, что надежность ИТ дешифрирования объектов местности по материалам космической съемки в 1,5-2 раза превосходит надежность визуального дешифрирования, одной из причин которой является, на наш взгляд, качественное полевое обеспечение разработанной информационной технологии создания ЦММ. Участие в полевых работах специалиста в области информационных технологий позволяет значительно ускорить разработку конечного аппаратно-программного продукта, его математического, методического и технологического обеспечения.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Кожемякин С. Россию ждут тяжелые испытания: Горячее дыхание// Сов. Россия, 2014, №147. – 30.12.2014. 2. Брусницын Н.А. Информационная война и безопасность. – М.: Вита-Пресс, 2001. 3. Сметанин А.М. Информационная безопасность объектов местности: автоматизированное дешифрирование материалов аэрокосмической съемки // Доклады Томского гос. универс. систем управл. и радиоэлектроники. – 2008. – № 2 (18), часть 1. – Томск: Изд-во ТУСУР, 2008. 4. Сметанин А.М. Космическая съемка – основа создания цифровой модели местности // Наука Удмуртии, № 4, 2011. 5. Легенда к ландшафтной карте СССР масштаба 1 : 2 500 000. – М.: Мин. Геологии СССР, ПГО «Гидроспецгеология», 1987. 6. Лбов Г.С. Методы обработки разнотипных экспериментальных данных. – Новосибирск: Наука, 1981. 7. Милич В.Н. Экспериментальное исследование структурно-статистических свойств текстурных изображений // Дискретные системы обработки информации. – Ижевск: ИМИ, 1981. – Вып. 3. 8. Мурынов А.И. Анализ однородных пространственно-распределенных стохастических структур // Анализ и интерпретация пространственно-распределенных структур: Сб. научн. трудов. – Свердловск: УрО АН СССР, 1988.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

131


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

I.A. PROKOPOV, A.S. MOKROUSOV, V.D. PAVLYUK

И.А. ПРОКОПОВ, А.С. МОКРОУСОВ, В.Д. ПАВЛЮК

УСТРОЙСТВО ДЛЯ ПОДОГРЕВА ВЫСОКОВЯЗКИХ НЕФТЕПРОДУКТОВ ПРИ ИХ ПЕРЕКАЧКЕ В УСЛОВИЯХ АРКТИКИ THE APPARATUS FOR HEATING HIGH-VISCOSITY OIL PRODUCTS PUMPING IN ARCTIC CONDITIONS В данной статье рассматривается способ подогрева высоковязких нефтепродуктов в мелкой таре при низких температурах посредством передачи тепловой энергии отработанных газов ДВС. This article discusses a method of heating the viscous oil in small containers with the use of exhaust gases of internal combustion engines. Ключевые слова: подогрев, высоковязкие нефтепродукты, Арктика, вязкость, теплообменник. Keywords: heating, heavy oil, Arctic, viscosity, heat exchanger.

Как отметил в своем обращении главнокомандующий ВМФ России адмирал В.В. Чирков: «Мы исходим из понимания того, что приполюсные районы могут потенциально быть использованы для формирования новых угроз для всей территории Российской Федерации», что Арктика представляет для России «…сферу исключительно важных политических, экономических и оборонных интересов». Поэтому «…в силу военно-географических условий арктического театра военных действий ведущая роль и наибольшее долевое участие в обеспечении военной безопасности нашей страны в Арктике будет принадлежать группировкам сил (войск) Северного, Тихоокеанского флотов (ВМФ) и Воздушно-космической обороны Вооруженных Сил России» [1]. Постановление Правительства Российской Федерации от 21 апреля 2014 г. № 366 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года»» определило вопросы защиты национальных интересов и обеспечения безопасности в арктической зоне [2]. Для их решения Министерству обороны РФ необходимо разместить в Арктической зоне группировку войск с новейшими образцами техники и технических средств нефтепродуктообеспечения. Горюче-смазочные материалы, как правило, доставляются и хранятся в Арктической зоне в емкостях малого объема (бочках стальных оцинкованных БСО1-200). В условиях низких температур вязкость нефтепродуктов значительно увеличивается, что создает значительные затруднения при перекачке и снижает ресурс работы ТС [3]. В связи с этим возникает необходимость примене132

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

ния устройства для предварительного подогрева, которое бы отвечало требованиям эксплуатации в сложных климатических условиях, обеспечивало взрыво- и пожаробезопасность процесса, имело невысокую себестоимость и гарантировало безотказную работу. Проанализировав существующие методы и способы подогрева высоковязких нефтепродуктов в условиях низких температур, можно отметить сложность их конструкции, необходимость использования электропитания, что является не всегда доступным, а также невозможность их установки вовнутрь бочки через горловину, так как габариты устройств не позволяют их применять в малых по объему емкостях [4]. Для решения этой задачи нами предлагается устройство для подогрева высоковязких нефтепродуктов в условиях низких температур в емкостях малого объема, работающего по принципу передачи тепла отработавших газов ДВС моторному маслу посредством компактного змеевика. Устройство представляет собой подогреватель (рисунок), выполненный в форме спиральнотрубчатого теплообменника, изготовленного из нержавеющей стали толщиной 1–2 мм и внутреннем диаметром 15 мм, в который подаются отработанные газы, и содержит: переходник для подвода отработанных газов 1, перепускной клапан 2, подводящий трубопровод 3, в нижней части переходящий в спираль 4, расположенную вертикально в БСО1-200, отводящий трубопровод 5 и узел крепления подогревателя 6 в сливно-наливной горловине бочки, выполненный в виде пробки, с центральным и боковым штуцерами. В качестве материала для изготовления узла крепления 6 используются полимерные матери№ 4 (53) 2015


ВСЕСТОРОННЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ВС РФ

Рис. Устройство для подогрева высоковязких нефтепродуктов в бочках стальных оцинкованных БСО1-200

алы с модулем упругости не менее 4–103 кг/см2 и температурой от минус 60 °С до плюс 200 °С. Устройство работает следующим образом: подогреватель, выполненный в форме спиральнотрубчатого теплообменника, устанавливают в емкость и фиксируют его положение в сливо-наливной горловине креплением 6, затем подключают подводящий трубопровод 3 к выхлопной системе автомобиля переходником 1. Производят запуск ДВС, вырабатываемые им выхлопные газы проходят под давлением через перепускной клапан 2 по змеевику 4, где происходит процесс передачи тепловой энергии нагреваемому продукту и выходят в атмосферу. После достижения оптимальной температуры производится выдача нефтепродукта через насос, исключая повышен-

ное нагревание деталей и увеличение срока его службы. По нашему мнению, применение данного устройства для разогрева различных высоковязких жидкостей в малых емкостях может позволить эффективно обеспечивать их перекачку и выдачу потребителям, а также сократить расходы на энергию и упростить конструкцию устройства. Очевидно, что в ходе дальнейших исследований необходимо всесторонне апробировать устройство в реальных условиях Арктики и получить статистические данные с целью уточнения конструктивных элементов и технологических параметров функционирования, а также провести технико-экономическое обоснование и выработать рекомендации к применению.

ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Материалы сайта www.arctic-info.ru/tag/arkticeskaa-gryppirovka-voisk?section=news. 2. Постановление Правительства Российской Федерации от 21 апреля 2014 г. № 366 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года». – М., 2014. 3. Литвиненко А.Н. Химмотология нефтепродуктов, альтернативных топлив и технических жидкостей: монография. – Ульяновск: УВВТУ, 2006. 4. Оленев Н.М. Хранение нефти и нефтепродуктов. Л.: Недра, 1964.

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

133


СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

55 ЛЕТ В СТРОЮ АВИАЦИИ ВОЕННОГО НАЗНАЧЕНИЯ (юбилею 30 ЦНИИ МО посвящается)

30-й Центральный научно-исследовательский институт Минобороны (ЦНИИ-30 МО) и его нынешний научный правопреемник – Научно-исследовательский центр авиационной техники и вооружения (НИЦ АТ и В) ЦНИИ ВВС в январе 2016 года отмечает свой 55-летний юбилей. История ЦНИИ-30 МО началась с момента создания в 1954 году Вычислительного центра № 3 МО СССР (с 1955 года в г. Ногинске-2, Московской области) и НИИ-15 ВВС (с 1936 года в г. Ленинграде). ЦНИИ-30 МО формировался в г. Щелково-10 и начал полномасштабно функционировать с начала 1961 года. День 16 января объявлен ежегодным праздником личного состава Института. Тогда в основу организационно-штатной структуры Института была положена идея объединения специалистов оперативно-тактического, военно-технического и военно-экономического профилей под единым научным и методическим руководством, что обеспечило комплексный, системный подход к исследованию проблем развития авиации и созданию сложных авиационной техники и вооружения. Основным предназначением 30 ЦНИИ – головной научной организации Министерства обороны по научным исследованиям в области авиацион134

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

ной техники и воздушно-космических самолетов, их силовых установок и оборудования – являлось обоснование перспектив их развития и разработка проектов программ строительства системы вооружения ВВС, тактико-технических требований к новым авиационным и авиационно-космическим комплексам, их вооружению, оценка боевой эффективности и разработка методов боевого применения опытной и перспективной авиационной и авиационно-космической техники. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 января 1981 года. № 3826-Х за заслуги в создании средств специальной техники 30 ЦНИИ МО награжден орденом Красной Звезды. 19 октября 1981 года 30 ЦНИИ МО вручены Красное Знамя и Грамота Президиума Верховного Совета СССР от 3 апреля 1981 года. Более чем за полвека 30 ЦНИИ МО накоплен уникальный опыт научных исследований сложных авиационно-космических систем и комплексов. Его обобщение и распространение позволяют осмысливать прошлые научные результаты, объективно оценивать современный научный вклад ученых Института в решение проблем развития парка государственной и экспериментальной авиации Российской Федерации, разрабатывать программы инновационного вклада ученых центра в реализацию требований Государственных программ вооружения. По масштабу и характеру выполняемых исследований 30 ЦНИИ МО на рубеже 1990–2000-х годов вышел за рамки одного вида Вооруженных Сил (ВВС) и превратился в головное научное учреждение Министерства обороны, определяющее техническую политику развития всей военной авиации и в значительной мере влияющее на техническую политику развития авиации в других силовых структурах и гражданских ведомствах. С конца 1990-х годов 30 ЦНИИ МО активно участвует в военно-научном обеспечении работы Правительства и Совета Безопасности, Государственной Думы, других органов государственного управления по вопросам обороны и военной № 4 (53) 2015


СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

безопасности, непосредственно участвуя в разработке проектов важнейших законопроектов и решений. За годы существования Института создано несколько крупных научных школ. Подготовлено 43 доктора наук и около 800 кандидатов наук. В настоящее время в НИЦ АТ и В работают 14 докторов и более 200 кандидатов наук. Действуют докторантура и адъюнктура, а также специальный диссертационный совет с правом присуждения ученых степеней доктора и кандидата технических наук по двум научным специальностям. В настоящее время по статусу, масштабу и характеру выполняемых работ, значимости полученных результатов и благодаря заслуженному авторитету научных школ своих научно-исследовательских управлений НИЦ АТ и В является общепризнанной научной организацией Минобороны в области строительства военной авиации России, оказывает существенное влияние на проводимую военно-техническую политику в ее развитии и совершенствовании. Выполняемые центром исследования являются основой для разработки новых и модернизации существующих образцов авиационных и авиационно-космических комплексов, двигателей, бортового оборудования, авиационного вооружения, систем, комплексов и средств автоматизации управления, связи и РТО, средств тылового и технического обеспечения авиации ВКС. Существенно усилилась работа в области всесторонних военно-экономических исследований, использования новых информационных технологий для совершенствования применения авиации, создания системы комплексного разведывательно-информационного обеспечения ее боевых действий, разработки новых технологий подготовки предложений в программные документы по развитию технической оснащенности авиации Воздушнокосмических сил.

Выполнена большая работа по обоснованию требований Министерства обороны к перспективным авиационным комплексам дальней (стратегической), военно-транспортной и фронтовой (оперативно-тактической) авиации. В ходе проведенных организационных мероприятий командованию ЦНИИ ВВС удалось сохранить в НИЦ АТ и В исторически сложившиеся и на деле оправдавшие себя всей многолетней историей плодотворного функционирования организационные структуры, научные коллективы, научные школы, воинские и научные традиции 30 ЦНИИ МО. Между тем работа в НИЦ АТ и В по решению всех этих сложных и ответственных задач проходила и проходит в весьма непростых условиях. НИЦ АТ и В приходится преодолевать не только трудности научного поиска, но и существенные затруднения радикального характера, связанные с общим реформированием Вооруженных Сил РФ. С воссозданием в 2014 года ЦНИИ ВВС Научно-исследовательский центр АТ и В реализует новую стратегию научно-технического развития военной авиационной науки. В нем проводятся системные исследования актуальных проблем теории и практики строительства военной и государственной авиации, обоснования тактикотехнических требований к образцам авиационной техники и вооружения авиации Воздушно-космических сил России. В настоящее время Центром АТ и В руководит его начальник полковник Ермолин Олег Владимирович, кандидат технических наук, доцент, профессор АВН. Президиум Академии военных наук сердечно поздравляет полковника О.В. Ермолина и весь коллектив НИЦ АТ и В ЦНИИ ВВС Минобороны России с юбилеем организации и желает дальнейших научных успехов в интересах Российской Федерации. Президиум Академии военных наук

№ 4 (53) 2015

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

135


СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

V.A. VASILIEV, S.V. GOLUBCHIKOV

В.А. ВАСИЛЬЕВ, С.В. ГОЛУБЧИКОВ

СОЗДАНИЕ И РАЗВЕРТЫВАНИЕ ПРОТИВОРАКЕТНОЙ ОБОРОНЫ США И ПЕРСПЕКТИВЫ ЕЕ РАЗВИТИЯ ДО 2020 ГОДА BUILDING UP AND EXPANSION OF US BALLISTIC MISSILE DEFENCE AND PROSPECTS FOR FURTHER DEVELOPMENT BY 2020 Рассматриваются вопросы истории создания противоракетной обороны США, ее современное состояние и перспективы развития. The article covers the history of building up of the US ballistic missile defence, its current status and further development. Ключевые слова: противоракетная оборона, боевые блоки, межконтинентальные баллистические ракеты, ракета-перехватчик, стратегическая оборонная инициатива, радиолокационная станция. Keywords: missile defence, warheads, intercontinental ballistic missiles, interceptor missile, strategic defense initiative, radar locator.

1. ПЕРВЫЕ 60 ЛЕТ: РАЗРАБОТКА И РАЗВЕРТЫВАНИЕ ПРОТИВОРАКЕТНОЙ ОБОРОНЫ США В 1946-2006 ГОДАХ

В США считают, что для обоснования структуры противоракетной обороны (ПРО), разработки и развертывания нескольких вариантов систем и средств информационного и ударного обеспечения до современных научно-обоснованных требований потребовалось 60 лет, с 1946 по 2006 г. Утверждается, что к этому сроку США смогли решить ряд сложнейших проблем ПРО своей национальной территории, добились значительных качественных успехов, и теперь речь идет в основном о численном наращивании группировок сил и средств ПРО США в глобальном масштабе. Считается, что потребуется всего 10 лет, с 2011 по 2020 г., чтобы эффективность создаваемой ПРО, предназначенной для защиты от баллистических ракет в ядерном и обычном оснащении, будет обеспечивать безопасность США и их союзников в достаточной мере. В основу исторического обзора положен «краткий курс» история ПРО США с 1946 г. по 2006 г. в изложении доктора наук Лоуренса М. Каплана, ведущего историка Управления противоракетной обороны МО США, приуроченного к 60-летнему юбилею ПРО, дополненный авторами [1]. Ценность этого «краткого курса» в том, что ознакомление с ним дает полную картину того, как путем проб и ошибок США в конце концов пришли к современному облику ПРО, а также позволяет детально представить сильные и уязвимые элементы ее систем и средств. Кроме того, представляется возможность оценить объем фальсификации и дезинформации, присутствующих во всех обнародованных планах и проектах создания ПРО. Причем здесь явно просматрива136

ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК

ются четыре характерных этапа в организации, разработке и развертывании ПРО. Первый этап (1946-1983 гг.) – годы интенсивных научных исследований и технических разработок, завершившиеся провозглашением программы ПРО стратегической оборонной инициативы (СОИ). Второй этап (1984-1994 гг.) – период реализации ряда проектов СОИ, начавшийся с создания Организации по реализации СОИ (сокращенно SDIO). На третьем этапе (1994-2002 гг.) были решены проблемы разработки и летно-конструкторских испытаний систем и средств информационного и ударного обеспечения ПРО. Объемы и масштабы работ настолько возросли, что Организация SDIO была реорганизована в Организацию по созданию защиты от баллистических ракет (сокращенно BMDO). Наконец, четвертый этап был начат 2 января 2002 г. с создания Управления защиты от баллистических ракет МО США (сокращенно MDA). Этот период захватывает настоящее время и обозримое будущее, вплоть до 2020 г., когда формирование ПРО можно будет считать свершившимся фактом. Правда, у США есть в резерве еще 5 лет до крайнего срока намеченной когда-то СОИ (1983-2025 гг.). Таким образом, если вернуться к планам и проектам СОИ, провести анализ современного и перспективного состояния ПРО США, окажется, что эти программы реально будут выполнены всего на 80%. 1944 год – начало эры баллистических ракет большой дальности Точная дата начала эры – 2 сентября 1944 г., когда столица Великобритании г. Лондон подвергся атаке баллистических ракет V-2 (от нем. V-2 – Vergeltungswaffe-2, оружие возмездия) дальностью № 4 (53) 2015


СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

200 миль (более 300 км), поступивших на вооружение Вермахта. В дальнейшем атаки V-2 продолжались: только на территорию Великобритании упали 1 000 ракет с головной частью 800 кг смеси тротила и гексогена. Еще примерно столько же было выпущено, но не долетели до цели по причине низкого качества их изготовления. Кроме того, объектами ракетных атак стали крупные порты и базы снабжения союзников на территории Бельгии, Франции, Люксембурга и Нидерландов. С целью увеличения дальности полета V-2 до 600 км были начаты работы по созданию ракеты V-2B, имеющей аэродинамические поверхности для осуществления планирующего полета у цели, но к концу войны она не прошла испытания. Для атаки восточного побережья США еще в 1944 г. ВМС Германии планировали буксировать ракеты в специальных контейнерах с помощью подводных лодок к рубежам, обеспечивающих атаку Вашингтона, Филадельфии и других городов. В конце 1944 года один комплект (подводная лодка и ракета в контейнере) был готов к отплытию из базы Элвинд, на Балтийском море, но эта операция не состоялась в связи с наступлением Красной Армии. К концу войны Германия разработала проект двухступ