Page 164

Монументальные работы для Актового зала главного здания Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова. 1951, Москва (осуществлены частично?).

Решение о строительстве нового высотного здания МГУ было принято на заседании Совета министров СССР 15 марта 1948 года. До этого, согласно постановлению того же Совета министров от 13 января 1947 года о строительстве высотных зданий в Москве, на Ленинских горах в излучине Москвы-реки предполагалось возвести 32‑этажное здание под гостиницу и жилой дом. Торжественная закладка состоялась 12 сентября 1947 года (в день празднования 800‑летия Москвы) одновременно с установкой закладных камней всех запланированных восьми1 высотных зданий столицы. Строительство нового здания для университета было возложено на Управление строительства Дворца Советов; разработка проекта поручена Б. М. Иофану. Однако в июле 1948 года был назначен новый главный архитектор – Л. В. Руднев; причиной этому стал отказ Иофана перенести строительную площадку с признанного оползневоопасным участка над обрывом Москвы-реки на 700 метров вглубь. 8 апреля 1949 года за создание проекта здания Московского государственного университета на Ленинских горах группе архитекторов под руководством Л.В. Руднева была присуждена Сталинская премия первой степени. Открытие нового здания университета, до 1990 года являвшегося самым высоким зданием Европы (высота 36‑этажного здания со шпилем 235 метров), состоялось 1 сентября 1953 года. Обсуждение оформления двух фойе актового зала МГУ началось осенью 1950 года. В «Списке барельефов, которые должны быть установлены в фойе актового зала нового здания Московского университета», отправленном Л. В. Рудневу в начале 1951 года, ректор МГУ академик А. Н. Несмеянов ссылается на письмо № 1/1473 от 12 октября 1950 года, в котором, вероятно, содержалась общая концепция решения. 19 января 1951 года архитектор получает список лиц, изображения которых предполагалось поместить на стенах фойе: «1. Маркс К. 2. Энгельс Ф. 3. Ленин В. И. 4. Сталин И. В. 5. Ломоносов М. В.», всего шестьдесят имён. Речь идёт о барельефах2 . 4 апреля Л. В. Рудневу отправляют «10 фотографий для изготовления барельефов учёных в фойе актового зала нового здания МГУ…

115

Фойе Актового зала главного здания МГУ.

Эти фотографии утверждены комиссией, созданной ректором МГУ»3 . 9 апреля тому же адресату высылают ещё двадцать две фотографии, причём говорится уже об изготовлении мозаичных панно. В сопроводительной записке сообщается, что «комиссия в своём заседании 5 апреля 1951 г. отметила необходимость рассмотрения и утверждения эскизов указанных панно, выполненных в акварели»4 . 17 апреля 1951 года из производственных мастерских МИПиДИ обращаются к «академику тов. Дейнека А. А.»: «Производственные мастерские Московского института прикладного и декоративного искусства просят Вас принять заказ на изготовление художественных эскизов 60 портретов (шестьдесят) мировых учёных с осуществлением Вашего руководства в исполнительской части, т.е. в укладке голов окружающего фона и фамильных надписей. 1) За указанную работу мастерские Московского института выплачивают Вам или по Вашему указанию бригаде художников в среднем за каждый эскиз выполненный на планшете и утверждённый заказчиком эскиз головы в среднем по 2000 руб. (две тысячи рублей) за один портрет. 2) За изготовление картона в красках по эскизу по 384 руб. за каждый портрет. 3) За общее художественное руководство всеми работами, включая и консультацию смежной организации завода камнеобработки СДС по 500 руб. за каждый портрет. 4) Материалы: картон, бумага, планшеты, краски входят в стоимость работы портретов и относятся за Ваш счёт. 5) Затраты связанные с подбором иконографического материала относятся за Ваш счёт. 6) Срок сдачи работ устанавливается по эскизной части по первое июля 1951 года, но с обязательным условием равномерной сдачи каждые 10 дней не менее чем по 6 портретов…»5 . 20 апреля на совещании в Управлении проектирования МГУ, где присутствовал и Дейнека, обсуждались детали размещения «мраморных портретов – силуэтов». Было решено в обоих фойе на торцевых стенах поместить изображения «Ленин – Сталин» и «Маркс – Энгельс», а на продольных сторонах по 15 портретов. Таким образом, список изображаемых учёных вырос до 60 имён. Вторым пунктом обсуждались композиции

витражей в тех же фойе. Было решено, что они не должны быть центрическими, «рисунок… размещается равномерно по насыщенности». 8 мая из администрации МГУ передали следующие «10 фотографий для изготовления эскизов мозаичных панно»; 11‑го они были отправлены Московскому институту прикладного и декоративного искусства6 . Дейнека позже писал: «…был утверждён следующий проект. Надо было каждое изображение головы врисовать в круг. Голова рисуется профилем слева направо. (…) …Нас встретили трудности при решении различных индивидуальных особенностей портретируемых, и трудности не маленькие, хотя в творческом процессе весьма увлекательные. …мы с Л. Рудневым встали перед вопросом – как быть с бородой Леонардо да Винчи? Или с роскошным париком Лейбница? Размеры кругов, куда вписывались профили, одинаковы. Наше желание устремлялось к тому, чтобы и портреты были одинаковые. Но борода выходила за пределы круга, …нарушала желательную компози­ционную стройность. Руднев даже предложил подстричь Леонардо. В результате поисков всё же была найдена для всех портретов одинаковая величина благодаря введению плечевого пояса, куда удачно укладывалась борода, куда врисовывались намёки на одежду, придающие исторический характер портрету. В конце концов, труд себя оправдал… Была и другая, не меньшая трудность, из которой пришлось как‑то выходить. Легко было компоновать голову Ломоносова… Нарисовав [его] по бюсту Шубина, я… надел на его голову короткий парик, что придало строгость и большую чёткость его несколько мягким чертам лица. Но Академия наук могла предоставить нам для работы над профилем Авиценны одну слабую средневековую гравюру, да и то в фас. Не так легко с такой гравюры сделать убедительный профиль. Фасовые эталоны особенно часто приходилось переводить в профильные изображения. Но что особенно меня удручало, это плохие фотографии почти всех наших современников-учёных. Плохие отпечатки, случайные повороты – всё это трудно поддавалось творческой работе монументалиста. И, несмотря на всё это, работа была для меня одной из самых серьёзных и самых увлекательных…»7.

162

Дейнека. Монументальное искусство. Скульптура  
Дейнека. Монументальное искусство. Скульптура  
Advertisement