Page 1

Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова

На правах рукописи

04.2.01 1 5 0 2 9 6 "

КУЧЕРЕНКО ВЛАДИМИР ВИЛЕТАРЬЕВИЧ

ПРОЦЕССЫ КАТЕГОРИЗАЦИИ В ИЗМЕНЕННЫХ СОСТОЯНИЯХ СОЗНАНИЯ

19.00.01 - Общая психология, психология личности, история психологии

Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Научный руководитель: доктор психологических наук, профессор, член-корреспондент РАН Петренко Виктор Федорович

Москва-2010


ОГЛАВЛЕНИЕ:

ВВЕДЕНИЕ Глава

4

I. ИЗМЕНЕННЫЕ СОСТОЯНИЯ

СОЗНАНИЯ КАК

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

16

ГЛАВА П. МЕТОД СЕНСОМОТОРНОГО ПСИХОСИНТЕЗА...30 ГИПНОЗ И ПРОБЛЕМА ПАМЯТИ

30

ТЕХНИКА СЕНСОМОТОРНОГО ПСИХОСИНТЕЗА

48

ПРИЕМЫ ПСИХОСИНТЕЗА

52

ВИЗУАЛЬНЫЙ СИНТЕЗ

55

АУДИАЛЬНЫЙ СИНТЕЗ

61

ПСИХОСИНТЕЗ СХЕМЫ ТЕЛА И ПРОСТРАНСТВА

62

ГЛАВА

III.

ПСИХОСЕМАНТИКА

СОСТОЯНИЙ СОЗНАНИЯ

НА МАТЕРИАЛЕ

БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ

ГИПНОТЕРАПИИ 72

ОБЩЕЕ ОБСУЖДЕНИЕ

2

ИЗМЕНЕННЫХ

112

Г


ГЛАВА

IV.

СОПОСТАВЛЕНИЕ

ПРАКТИК

ТИБЕТСКОГО

БУДДИЗМА И ГИПНОТЕРАПИИ ПРИ РАБОТЕ С ОБРАЗАМИ

115

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

160

ВЫВОДЫ

163

ЛИТЕРАТУРА

164

3


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы. Использование психотехник измененных состояний сознания восходит к истокам человеческой культуры. В практиках шаманизма измененные состояния сознания выступали как средство социальной и психологической регуляции жизни племени. Практика медитации — как средство достижения измененных форм со­ знания - отражена в Ведах и ранних произведениях буддизма. В то же время систематическое изучение измененных состояний сознания начинается только с эпохи мессмеризма (18 век), представленного ис­ кусством Ф.А. Мессмера, Ш. Де Пьюсегюра, аббата Фариа, Дж. Брейда. В девятнадцатом и двадцатом веке трансовые состояния (гипноз) изу­ чали такие выдающиеся ученые

как Ж.М. Шарко, И. Бернгейм,

В.М. Бехтерев, И.П. Павлов. Современная проблематика изучения из­ мененных форм сознания затрагивает в основном изучение различных форм гипноза (М. Эриксон, В.Л. Райков, Л.Г. Гримак) и их практиче­ ское применение. Тем не менее, измененные состояния сознания оста­ ются мало изученной областью психологии. В отечественном психоло­ гическом

словаре

(под

редакцией

А.В. Петровского

и

М.Г. Ярошевского) и в психологической энциклопедии (под редакцией 4


Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко) отсутствует определение этого тер­ мина. Актуальной задачей общепсихологического исследования, реали­ зуемого в диссертации, является описание круга психологических фе­ номенов подпадающих под это понятие, и формулировка, по крайней мере, рабочего операционального определения этих форм сознания. В задачу диссертационного исследования входит выделение наиболее общих характеристик, отличающих изменённые формы сознания от его обычного функционирования. Социально значимый аспект изучения измененных состояний связан с психотерапевтической практикой, где ускоряющейся темп социальной жизни требует разработки техник ре­ лаксации, снятия невротического напряжения и коррекции личностных нарушений. Проблема измененных состояний сознания актуальна и в практике криминальной психологии и психологии деликвентного пове­ дения, и наркологии. Агрессивные толпы футбольных фанатов, экстаз посетителей фанклубов, неистовство приверженцев тоталитарных ре­ лигиозных сект, возбужденное состояние террористов-смертников - все эти, казалось бы, разные психические феномены имеют общий корень в притягательности психических состояний измененных форм сознания. Проблематика измененных состояний сознания важна в профессио­ нальной деятельности, связанной с экстремальными нагрузками, зна­ чима она и в спортивной психологии, инженерной и космической пси­ хологии, психологии творчества и патопсихологии. 5


Методологической основой диссертации является разработка проблемы сознания в рамках школы Л.С. Выготского - А.Н. Леонтьева А.Р. Лурии, где под структурой сознания понимается единство трех его образующих: значения, чувственной ткани и личностного смысла. В рамках этой школы при развитии психосемантического подхода к ис­ следованию сознания (В.Ф. Петренко, А.П. Супрун; А.Г. Шмелев) опе­ рациональной моделью сознания выступают многомерные семантиче­ ские пространства. Проблема категоризации в измененных состояниях сознания выступает

как трансформация этих семантических про­

странств, изменения их размерности, перцептуальной мощности осно­ ваний категоризации и изменения координат коннотативных значений анализируемых объектов. Проблема категоризации в измененных со­ стояниях сознания имеет культурно-исторический аспект в методоло­ гии, где язык бессознательного трактуется через призму мифологиче­ ского мышления, образов сновидений, архетипических образов (П. Леви-Брюль, 3. Фрейд, К. Юнг, Д. Фрэзер, Э. Тейлор) и множественности ментальных миров (Я. Хинтикка, А.Г. Асмолов, Б.М. Величковский; АВ. Петровский), а также принципа конструктивизма (Дж. Келли, К. Герген, В.Ф. Петренко), где построение образа (в том числе и в гип­ нозе) рассматривается не как отражение объектного мира, а как одна из возможных моделей реальности, одна из культурно-исторически обу­ словленных картин мира (А.Н. Леонтьев, С.Д. Смирнов, В.В. Петухов, 6


Д.А. Леонтьев). Методологической основой диссертации являются так­ же представления И.П. Павлова о первой (эмоционально-образной) и второй (знаковой) сигнальных системах; Ж.М. Шарко об уровневой ор­ ганизации гипнотических состояний; идеи В.М. Бехтерева и К.И. Пла­ тонова о суггестии как особой форме коммуникации, минующей кон­ троль сознания; методологические разработки Л.П. Гримака, В.Л. Рай­ кова о возможности в гипнозе моделировать психические и физиологи­ ческие состояния человека. Объект исследования: формы категоризации в измененных со­ стояниях сознания и метод сенсомоторного психосинтеза, позволяю­ щий погружать в трансовые состояния малогипнабельных испытуемых. Предмет исследования: трансформации категориальной струк­ туры семантических пространств (выступающих операциональными моделями сознания человека) в ситуации измененных состояний созна­ ния. А также феноменология измененных состояний сознания в мо­ дельном языке психосемантики. Цель работы - выделение существенных психологических при­ знаков измененных состояний сознания, разработка метода сенсомо­ торного психосинтеза, позволяющего формировать трансовые состоя­ ния и воспроизводить в них ту феноменологию, которая необходима в исследовательских или практических целях. Задачи исследования: 7


1) анализ и систематизация психологически значимых признаков измененных состояний сознания; 2) исследование феноменологии трансовых состояний методом сенсомоторного психосинтеза; 3) выделение психологических критериев измененных состояний сознания; 4) проведение психосемантического исследования, посвященного изменениям форм категоризации сознания пациентов в ходе гипнотера­ пии (на материале лечения хронического алкоголизма), включающего построение семантических пространств (до и после проведения гипно­ терапии), анализа трансформации категориальных структур в этих про­ странствах в ходе лечения с помощью гипнотерапии; 5) сопоставление современных психотерапевтических практик гипнотерапии и религиозных практик работы с образами (на материале тантрического буддизма). Гипотезы исследования. Основная гипотеза исследования заключается в том, что при вхождении человека в измененные состояния сознания меняется кате­ гориальная структура процессов осознания мира, себя и других (раз­ мерность, содержание факторов, коннотативные значения анализируе­ мых объектов). Предполагается, что наряду с изменением категориаль­ ных структур в измененных состояниях сознания, наблюдается фено8


мен отчуждения субъектом продуктов собственной активности (соб­ ственные мысли звучат как чужие голоса или воспринимаются как зри­ тельные образы реальных событий). Выдвигается гипотеза о том, что при категоризации происходит переход от знаково-понятийных форм репрезентации к образно-символическим формам. Предполагается так­ же, что ряд религиозных практик (например, медитация на Йидам в тантрическом буддизме или практика исихазма в православии имеют сходные психологические механизмы с практиками работы с образами в рамках суггестивной психотерапии). Методы исследования: авторская разработка суггестивной тех­ ники — сенсомоторного психосинтеза, позволяющей вводить в трансовые состояния малогипнабельных пациентов; методы эксперименталь­ ной психосемантики, позволяющие выделять категориальные структу­ ры сознания пациентов, с помощью построения многомерных семанти­ ческих пространств; приемы клинической беседы и наблюдения за па­ циентами, а так же анализ протоколов и субъективных отчетов испыту­ емых. Научная новизна и теоретическая значимость. Разработана ав­ торская методика погружения пациентов в трансовые состояния - ме­ тод сенсомоторного психосинтеза, - которая позволяет исследовать со­ знание в различных режимах функционирования. Сенсомоторный пси­ хосинтез состоит в управлении состояниями сознания субъекта в про9


цессе особого суггестивного диалога. Он заключается в поэтапном формировании целостного образа моделируемой иллюзорной реально­ сти посредством последовательности специальных тестовых заданий, предполагающих концентрацию внимания на тех ощущениях, пережи­ ваниях, представлениях, которые возникают при их решении. В отли­ чие от классических суггестивных техник, традиционно ориентирован­ ных на подавление активности механизмов сознательного контроля у пациента, суггестивный диалог служит формой организации сознатель­ ных усилий субъекта на повышение эффективности суггестивных при­ емов и выступает формой совместной деятельности суггестера и паци­ ента. Динамика состояния сознания в процессе сенсомоторного психо­ синтеза сопровождается такими изменениями функционирования меха­ низмов рефлексии, при которых партнер по взаимодействию (психолог) воспринимается субъектом только как собеседник во внутреннем диа­ логе, как часть собственного «Я», а речевые инструкции - как соб­ ственные мысли, ощущения, переживания. Диалогичность сенсомотор­ ного психосинтеза отличает его от гипноза, самогипноза и медитации, монологичных в своей основе. Поскольку процесс сенсомоторного пси­ хосинтеза не требует «гипнотического торможения мозга» и не сопро­ вождается состоянием гипнотического сна, субъект находится в более активном состоянии, чем при классической гипнотизации. В противо­ положность гипнозу, эксплуатирующему гипнабельность индивида, 10


техника сенсомоторного психосинтеза не зависит от этой характери­ стики субъекта и позволяет добиваться даже у малогипнабельных ин­ дивидов таких же эффектов, как и при глубоком гипнозе. Другой аспект новизны настоящего диссертационного исследова­ ния связан с использованием аппарата психосемантики для описания категориальных структур в измененных состояниях сознания. Приме­ нение методов психосемантики к анализу трансформации семантиче­ ских пространств в условиях измененных состояний сознания позволи­ ло выявить как содержательные аспекты этих трансформаций (переход от понятийных к образно-символическим формам категоризации), так и структурно-формальные (связанные с изменением размерности семан­ тических пространств, изменением мощности факторов, как оснований категоризации, и изменением коннотативных значений, смыслов анали­ зируемых объектов). Характер трансформации семантических про­ странств в измененных состояниях сознания позволил выдвинуть гипо­ тезу об аффинном характере трансформации пространств при сугге­ стивных внушениях. Наконец, сопоставление практик работы с образа­ ми, используемыми в современной психотерапии и практиками тантри­ ческого буддизма и православного исихазма позволяет выдвинуть предположение о наличии единого психологического механизма, реа­ лизующего эту феноменологию. Положения выносимые на защиту. 11


1. Разработанный авторский метод сенсомоторного психосинтеза является психологической техникой погружения в трансовые состояния малогипнабельных испытуемых. Суть метода сенсомоторного психо­ синтеза заключается в формировании многомерной и полимодальной «иллюзорной реальности» за счет поэтапного подключения к актуализованным ощущениям и восприятию пациента, все новых предметных характеристик, формируемой иллюзорной реальности. 2. Измененные формы сознания характеризуются изменением форм категоризации и переходом от знаково-понятийных к образносимволическим формам репрезентации. В рамках психосемантического подхода к изучению измененных состояний сознания, этот процесс описывается как трансформация семантических пространств, измене­ ние их размерности, содержания факторов коннотативных значений, отражающих смысл субъекта по поводу содержания, на которое направлено сознание. 3. Измененные формы сознания включают феномен отчуждения субъектом продуктов и процессов собственной активности, заключаю­ щийся в том, что построенная иллюзорная реальность или собственные фантазии, переживаются как независимая от субъекта, реально суще­ ствующая действительность («и было мне видение...», «слышал я го­ лос...», «открылось мне...»). Собственные же представления достигают яркости эйдетических образов. 12


4. В измененных состояниях сознания происходят трансформации самосознания субъекта, выражающиеся в изменении образа Я (само­ оценки), в изменении схемы тела, возможных временных инверсиях (в прошлое, будущее, изменение субъективного хода времени), в размы­ вании границ образа Я и «образа мира». Границы Я в глубоком погру­ жении в медитативной практике или в трансовом состоянии в глубоком гипнозе расширяются до границ образа мира. В результате расширения границ идентичности снимается «чувство двойственности» и в пределе снимается субъектно-объектная оппозиция человека и мира. Достоверность полученных результатов обусловлена большим практическим опытом автора диссертации (насчитывающим более 30 лет активной работы над формированием психосемантического подхо­ да к изучению измененных состояний сознания) и большим объемом психотерапевтической практики автора, включающим более 5 тысяч пациентов (в рамках работы в наркологической больницы), более 7 ты­ сяч пациентов (в рамках индивидуальной психотерапевтической прак­ тики), более 70 человек (в рамках спортивной психологии) и более 200 испытуемых в многочисленных эмпирических исследованиях трансовой феноменологии. Статистическая достоверность результатов обу­ словлена использованием современных методов многомерной стати­ стики: корреляционного, факторного и кластерного анализа, с исполь­ зованием компьютеризированного статистического пакета программ 13


SPSS. Достоверность полученных результатов обусловлена также сопо­ ставлением результатов и конвергентной валидностью в реконструкции феноменологии широкого класса задач, в которых применялся метод сенсомоторного психосинтеза: психотерапии, наркологии, спортивной психологии, криминалистике. Практическая значимость. Разработанный нами в рамках диссертационного исследования метод сенсомоторного психосинтеза, позволяющий вводить в трансовые состояния малогипнабельных пациентов, нашел применение в раз­ личные годы в психотерапевтической работе с больными алкоголизмом и наркоманией (наркологическая больница № 17 города Москвы), ис­ пользовался для активизации мнемической деятельности и для извле­ чения информации из пассивного запаса памяти свидетелей преступле­ ний (Генеральная прокуратура России), для психологической подготов­ ки спортсменов к соревнованиям и для повышения мастерства спортс­ менов в ходе тренировок (сборная России по бобслею). Результаты ис­ следования форм категоризации в измененных состояниях сознания, полученные в диссертационном исследовании, позволяют наметить ин­ варианты форм религиозного опыта и подойти к систематизации ду­ ховных практик, присущих мировым религиям. Разработанный в дис­ сертационном исследовании психосемантический подход к изучению измененных состояний сознания, опирающийся на построение семан14


тических пространств, как операциональных моделей сознания, позво­ ляет проводить количественную оценку эффективности, широкого кру­ га, психотерапевтических практик. Материалы экспериментальных исследований категоризации в измененных состояниях сознания и разработка методов введения паци­ ентов в трансовые состояния, а также теоретические модели, построен­ ные в ходе этих исследований, вошли в курс «Психология сознания» и спецпрактикум «Метод сенсомоторного психосинтеза» на факультете психологии Московского государственного университета им. М.В. Ло­ моносова, а также в курсы, читавшиеся в Самарском государственном университете, Смоленском гуманитарном университете, в Севастополь­ ском филиале МГУ и Ташкентском филиале МГУ.

15


Глава I. ИЗМЕНЕННЫЕ СОСТОЯНИЯ СОЗНАНИЯ КАК ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ. Измененные состояния сознания (altered states of consciousness)(c англ. altered - измененные, states - состояния, consciousness - созна­ ние). ИСС - состояния, в которых происходят: 1) Изменения формы ка­ тегоризации субъекта, сопровождающиеся переходом от социальнонормированных культурой форм категоризации к иным "точкам сбор­ ки" (нестандартным способам упорядочения внутреннего опыта и пе­ реживаний). Этот процесс включает переход от преимущественной опоры на вербально-логические, понятийные структуры, к отражению в форме наглядно-чувственных (довербальных) образов. 2) Изменения эмоциональной окраски отражаемого в сознании внутреннего опыта (например, возникают интенсивные эмоциональные переживания но­ визны, необычности, ирреальности, сопровождающие переход к новым формам категоризации). 3) Изменения процессов самоосознания, ре­ флексии, проявляющиеся в том, что некоторые элементы феноменоло­ гии ИСС переживаются субъектом не как продукты собственной пси­ хической активности, а как нечто объективное и независимое от него, например, интерпретация внутреннего опыта как откровения свыше: "было мне видение", "слышал я голос" и т.п. 4) Изменения восприятия 16


времени, последовательности происходящих во внутренней реальности событий, частичная или полная их амнезия, обусловленная трудностью, а иногда и невозможностью, перевода внутреннего опыта, полученного в ИСС на "язык" социально-нормированных форм категоризации, например, сложность воспроизведения последовательности событий сновидения в бодрствующем состоянии. ИСС возникают при воздействии на личность в обычном состоя­ нии сознания различных факторов (например, в различных стрессовых, аффектогенных ситуациях; при сенсорной депривации или длительной изоляции; при интоксикации (психоделические феномены, галлюцина­ ции на фоне высокой температуры и др.); при гипервентиляции или, напротив, длительной задержке дыхания; в случаях острых невротиче­ ских

и

психотических

заболеваний;

при

создании когнитивно-

конфликтных ситуаций, выбивающих сознание субъекта из привычных форм категоризации (например, необычное поведение наставника в чань-буддизме, применение коанов, парадоксальных инструкций, не выполнимых в логике обычного состояния сознания и приобретающих осмысленность для субъекта лишь в "логике ИСС" и т.п.); в гипнозе и медитации и др.). Феноменологически переход к довербальным формам категоризации проявляется в усилении интенсивности образов памяти, мышления, воображения до такой степени, что по яркости и четкости презентации сознанию они могут превосходить образы восприятия. -17


Например, в глубоком гипнотическом состоянии человек слышит не слово "море", произнесенное гипнотизером, а слушает шум прибоя и крики чаек. Он видит, как солнечные блики качаются на волнах, людей, загорающих на пляже, и чувствует тепло солнечных лучей, и легкую прохладу при дуновениях ветерка, приносящего запахи моря, запах во­ дорослей, и т.д. Содержание речевых инструкций при гипнозе презентируется в форме сложных интермодальных образов, вытесняющих в сознании образ реальной ситуации. Деструкция образа реальности со­ провождается тем, что элементы его чувственной ткани используются для построения иллюзорного образа: шум города превращается, напри­ мер, в шум леса, пятнистый линолеум на полу - в зеленую полянку, усыпанную цветами и т.п. Аналогично суть медитации заключается в таком преобразовании мыслительного процесса, когда его содержание презентируется сознанию в форме движения чувственных образов, пе­ реживаний. В литературе ИСС определяется также как психическое состоя­ ние, вызванное тем или иным физиологическим, психологическим или фармакологическим агентом, субъективно описываемое индивидом в терминах внутреннего опыта и при объективном наблюдении за ним характеризуемое как отклонение от определенной нормы функциони­ рования психики (F.D.Goodman, 1983). Ч. Тарт определяет ИСС как ка­ чественную перестройку в индивидуальном паттерне психического 18


функционирования (Tart, 1972). Первой формой фиксации и развития в человеческой культуре сознательного индуцирования ИСС и их актив­ ного применения с различными целями является шаманизм. Хорошо известны состояния, описанные как "шаманская болезнь", "шаманский транс", состояния коллективного транса, например, в процессе обряда камлания и т.д. В дальнейшем ИСС и приемы их наведения нашли свое место как в различных религиях, так и в "народной" культуре: в народных играх, карнавалах, гаданиях, знахарстве, деревенской магии и др. Привлече­ ние внимания науки к феноменам ИСС и способам их регуляции связы­ вается с эпохой месмеризма, когда Ф.А.Месмером (1733-1815) были за­ ложены основы гипноза и начато его активное терапевтическое исполь­ зование. В современной психологии разрабатываются различные модели, описывающие

ИСС:

дискретные,

континуальные

и

дискретно-

континуальные. Наиболее ярким представителем первого подхода яв­ ляется Ч. Тарт (Tart, 1975). Основываясь на представлении о сознании как о сложно организованной, системной конструкции, он развивает концепцию прерывных или дискретных состояний сознания. Термина­ ми "состояния сознания" и "измененные состояния сознания" Ч.Тарт обозначает все то, что составляет содержание психики в определенный промежуток времени. Каждое из дискретных состояний сознания опи19


сывается им как уникальная динамическая структура, как совокупность психических подсистем, устойчивая взаимосвязь физиологических и психических процессов. Несмотря на возможные значительные измене­ ния отдельных подсистем или определенной перемены внешних усло­ вий, сама структура остается стабильной благодаря процессам, поддер­ живающим ее самоидентичность и функционирование. Примерами дискретных состояний сознания являются обычное бодрствование, сон, психопатологические состояния, токсикогенныи психоз, медитативное состояние, гипнотическое состояние и т.п. Под дискретным измененным состоянием сознания понимается новая по отношению к базисному дискретному состоянию система, об­ ладающая присущими только ей характеристиками, своей хорошо упо­ рядоченной, целостной совокупностью психологических функций, ко­ торые обеспечивают ее стабильность и устойчивость. Переход от дис­ кретного состояния сознания к дискретному измененному состоянию, называемый Ч. Тартом процессом наведения дискретного ИСС, проис­ ходит скачкообразно, с полным разрывом специфических взаимосвязей психических подсистем и их последующей перестройкой в новую, ста­ бильную структуру сознания. К созданию теории дискретных состоя­ ний сознания Ч. Тарта привели исследования динамики изменения со­ знания при погружении индивида в гипнотический сон. Он обратил внимание на то, что переход от обычного бодрствования к гипнотиче20


скому состоянию происходит по типу "квантового скачка". Основные подсистемы при этом резко перестраиваются и организуются в новую, стабильную системную конструкцию, характеризуемую, в отличие от прежней, относительной пассивностью большинства структур созна­ ния, слабым функционированием ряда важнейших психических про­ цессов. Противоположной

Ч.

Тарту

точки

зрения

придерживается

К. Мартиндеил, являющийся представителем континуального подхода к моделированию ИСС. В своей теории непрерывных состояний созна­ ния он основывается на предположении о том, что по мере постепенной регрессии сознания, происходящей при воздействии совершенно раз­ личных факторов, все основные психологические показатели меняются плавно, без скачков и ИСС непрерывно переходят одно в другое (С. Martindale, 1981). Так например, при приеме психоделических пре­ паратов, при гипнотическом или медитативном воздействии, при сен­ сорной депривации или постепенном засыпании индивид, погружаясь во все более глубокие состояния, плавно проходит не различные, а идентичные ИСС. При этом индуцирование ИСС при действии таких различных процессов происходит практически по одному и тому же механизму - постепенной регрессии от обычного, базового состояния сознания к измененным состояниям, характеризующимся активизацией более древних, неопределенных структур сознания. В подтверждение 21


своего подхода К. Мартиндейл ссылается на психоанализ, в котором утверждается, что, например, при углублении психического заболева­ ния происходит регрессия от обычного, "вторичного" способа мышле­ ния к пралогическому, "первичному". К. Мартиндейл предлагает одно­ мерную ось: вторичный процесс - первичный процесс, которая является основным измерением вдоль которого изменяется не только мышление, но и все другие аспекты сознания. Так как ось одномерная, то различ­ ные ИСС отличаются только одним значимым параметром - положени­ ем на оси регрессии, а разные воздействующие факторы, приводящие к одной и той же диссолюции сознания, приравниваются друг к другу. Верхняя точка такого одномерного измерения соответствует обычному, исходному состоянию сознания, а все остальные точки прямой - все­ возможным ИСС, непрерывно переходящим одно в другое. Ниже верх­ ней точки по оси регрессии располагаются состояния, возникающие при сенсорной депривации или монотонии, дальше располагаются неврозы, еще ниже - уровень достигаемый при применении медицин­ ских препаратов или слабых психоделиков, ниже - ИСС, индуцирован­ ные применением различных техник трансперсональной психологии, еще ниже - сны, за ними глубокие гипнотические состояния, дальше психозы и ИСС, вызываемые действием сильных психоделических препаратов, типа ЛСД.

22


Здесь обозначены только самые глубокие уровни ИСС, вызывае­ мых тем или иным способом, но по мере постепенного углубления со­ стояния от обычного к предельному индивид в той или иной степени может проходить все остальные, менее глубокие ИСС. Так, например, с помощью медитативной практики, во всяком случае теоретически, мо­ жет быть достигнуто любое ИСС, характеризующееся своей точкой на оси регрессии. К. Мартиндейл ссылается также на новое, интенсивно развивающееся направление в психофизиологии, в рамках которого для объяснения ИСС привлекается межполушарная асимметрия и появля­ ются работы, описывающие изменение состояния как следствие изме­ нения степени асимметрии мозга, и показывающие, что любое отклоне­ ние асимметрии от нормы приводит к регрессии мышления и языка к более древним структурам. Представитель

дискретно-континуального

подхода

А.Дитрих

(A.Dittrih,1981) в своей теории смежных состояний сознания опирается на работы В.Вундта, схематично описывавшего психику в виде круга, в центре которого бодрствующее сознание, на окружности - бессозна­ тельное, а внутри круга - переходные структуры сознания, качественно различающиеся (разные радиусы), но сравниваемые друг с другом (принадлежащие одному концентрическому кольцу, т.е. равноудален­ ные от центра). С точки зрения В.Вундта, по мере удаления от центра к периферии отдельные психические состояния постепенно теряют свой23


ство сознательности. А.Дитрих описывает обычное, бодрствующее со­ знание (ОСС) как исходное, наиболее отчетливое состояние, существу­ ющее при заданных качественно различающихся начальных условиях (например, состояние нормы и состояние патологии). В свою очередь, каждое из различных ОСС является центром своего собственного круга (модель В.Вундта), внутри которого располагаются ИСС, выражающи­ еся в градациях, степени выраженности исходного базового состояния. А.Дитрих показывает, что несмотря на то, что ОСС разные, наборы пе­ ременных, характеризующих ИСС различных кругов, часто линейно коррелируют друг с другом, и следовательно, ИСС, различающиеся по интенсивности, глубине, средствам вызывания, принадлежности к тому или иному начальному ОСС, имеют большую степень смежности друг с другом. Таким образом, в соответствии с моделью А.Дитриха, состоя­ ния сознания прерывны, так как ими управляют разные закономерно­ сти, но и одновременно в большой степени смежны, что устанавливает­ ся их корреляцией между собой. В связи с этим А.Дитрих предлагает новый взгляд на патологию: по данным эмпирических обследований влияния психофармакологии на больных шизофренией и на здоровых людей, измененные состояния патологии обнаруживают значительную смежность с измененными состояниями нормы. Метафорически это можно представить следующим образом: у кругов патологии и здоро­ вья центры различные, а периферия соприкасается. Интересно, что по24


добный подход развивался еще в психиатрических исследованиях в 60е годы, когда считалось, что существует сильная корреляция между пе­ реживаниями здорового человека при действии различных психодели­ ков и симптоматологией шизофрении (теория "смоделированного пси­ хоза"). Исследования ИСС ведутся не только с теоретических или лабораторно-экспериментальных позиций, но и в рамках психотерапевтиче­ ского использования широкого спектра методик, индуцирующих ИСС, гуманистического и трансперсонального направлений. В отечественной психологии разработаны и применяются оригинальная техника наведе­ ния транса (сенсомоторный психосинтез В.В. Кучеренко (1986)), ис­ пользующая погружение в иллюзорную реальность путем интеграции ощущений различных модальностей; метод интерактивной психотера­ пии (А.В. Россохин (1993)), основывающийся на диалогичных страте­ гиях внутренней работы в ИСС, и др. Отечественными специалистами также

активно

используются

методы

эриксоновского

гипноза

(Л. Кроль), нейро-лингвистического программирования (А. Ситников), холотропной

терапии

(В.Майков),

ребефинга

и

вайвэйшн

(С.Всехсвятский). Говоря о методах, использующих индуцирование ИСС, следует вслед за М. Эриксоном проводить различие между тех­ ническими приемами наведения транса (техники наведения транса в гипнозе, интенсивное дыхание, ритмичные движения, пение мантр и 25


т.п.) и методами непосредственно психотерапевтической работы в воз­ никшем ИСС. Анализируя способность различных технических прие­ мов индуцировать ИСС той или иной глубины с точки зрения контину­ альной модели, можно отметить, что отсутствие качественных разли­ чий между разными формами трансовых состояний предполагает и от­ сутствие качественных различий между существующими средствами их достижения. В этом случае они представляют собой лишь различные пути, разные "входы" в мир ИСС. Например, феноменология состоя­ ний, возникающих в результате использования ЛСД (С. Грофф) вос­ производится и при применении дыхательных техник; воспроизведение пережитых ранее ИСС возможно при использовании гипноза и т.д. Из дискретной модели ИСС следует, что качественные различия между разными формами и ступенями ИСС должны обнаруживаться и при ис­ пользовании разных способов их наведения. Каждый прием имеет свой определенный "радиус действия", то есть позволяет попасть лишь в определенную область сферы ИСС. Чтобы попасть в другую область, следует использовать другой технический прием. С точки зрения дис­ кретно-континуальной модели рабочая зона каждой психотехники определяется ее количественными и качественными характеристиками. Качественная характеристика отражает направленность приема, его ре­ левантность определенной области континуума ИСС, соответствие ка­ чественным характеристикам доступных ему видов или форм ИСС. Ко26


личественная характеристика - сфера охвата, размеры области контину­ ума ИСС, доступной при использовании данной техники. Изучение фе­ номенологии ИСС, получаемой при психотерапии, позволяет пере­ осмыслить проблему сознания, безграничных резервов психики, истин­ ной сущности человека. Трансперсональными психологами предложен ряд классификаций, систематизирующих и описывающих необычные переживания личности в ИСС, и модели психики, на них основываю­ щиеся (самые известные из них: спектр сознания К. Уилбера (Wilber, 1977); картография внутренних пространств С. Грофа (Grof, 1976), мо­ дель холодвижения - Holomovement (от греч. holos-цельный, movementдвижение) Д. Бома (Bohm, 1980); основанная на философии буддизма модель личности Р. Уолша и Ф. Воган (Walsh, Vaughan, 1980)). В оте­ чественной

психологии

в

рамках

психосемантического

подхода

(В.Ф. Петренко, В.В. Кучеренко, 1988) ИСС рассматриваются через из­ менения форм категоризации сознания субъекта, трансформации его семантических пространств. В.В. Налимовым разработана вероятност­ но ориентированная личностная модель сознания (В.В. Налимов, 1989) и совместно с Ж.А. Дрогалиной проводятся исследования ИСС, вызы­ ваемых с помощью направленной медитации (Nalimov,1982). Измене­ ния в работе языковых систем и речеобразующих механизмов при ИСС изучаются Д.Л. Спиваком (1986, 1989, 2000). Динамика рефлексивной активности сознания в ИСС исследуется А.В. Россохиным (1993, 1995, 27


2004) в интерактивной психотерапии. В отличие от холотропной тера­ пии С. Грофа (1985), в которой постулируется спонтанное и самопроиз­ вольное достижение интеграции личности при погружении в ИСС и считается, что лучшей стратегией для переживаний в ИСС является прекращение рефлексии и полное доверие глубинной логике бессозна­ тельного (А. Гостев, 1992), в интерактивной психотерапии основное внимание уделяется активной внутренней работе с самими формами рефлексии, их перестройке и налаживанию новых, более целостных взаимоотношений сознательного "Я" и активизирующихся в ИСС, ра­ нее неосознаваемых частей личности. Исследования ИСС дают не только богатую феноменологию для психотерапии и клинической пси­ хологии и позволяют разрабатывать новые, высокоэффективные мето­ ды терапии, но и намечают пути к ответу на многие сложные вопросы теоретической психологии, например, к выяснению механизмов функ­ ционирования творческого мышления на бессознательном уровне. Те­ матика ИСС, являясь фундаментальной проблемой психологии созна­ ния, в тоже время имеет междисциплинарный характер и представляет собой область науки, в которой тесно пересекаются интересы общей психологии, клинической психологии, психиатрии, искусственного ин­ теллекта, социальной психологии и др. Теоретические и эксперимен­ тальные исследования ИСС находят отражение в многочисленных обобщающих монографиях и в научных статьях, печатающихся в пси28


хологических журналах (основные из них: "Журнал ИСС" - " Journal of Altered States of Consciousness", издается с 1973г., с 1981г. название из­ менено на "Imagination, cognition and personality"; "Журнал трансперсо­ нальной психологии" - "Journal of Transpersonal Psychology"; журнал "Revision - Journal of Consciousness and Change"). Периодически прово­ дятся симпозиумы и конференции по ИСС. На многих международных конгрессах по психологии есть секции ИСС. Осуществляются крупно­ масштабные программы, направленные на изучение ИСС (проект ISASC, ряд проектов Эсаленского института (США) и др.).

29


ГЛАВА II. МЕТОД СЕНСОМОТОРНОГО ПСИХОСИНТЕ­ ЗА.

ГИПНОЗ И ПРОБЛЕМА ПАМЯТИ.

Возникновение гипноза связано с развитием подхода Ф.А. Ме­ смера к лечению невротических заболеваний (Ф.А. Брокгауз, И.А. Еф­ рон, 1896; В.Е. Рожнов, 1979; О.В. Овчинникова, Е.Е. Насиновская, Н.Г. Иткин, 1989; Л. Шерток, 1982, 1991, 1992). Первоначально сеансы гипноза воспроизводили некоторое подобие месмерических сеансов, провоцирующих у пациента наступление криза - состояния сильного психомоторного возбуждения, во время которого возникали яркие эмо­ циональные переживания событий прошлого, визуальные образы, те­ лесные, кинестетические и аудиальные ощущения. Последовательное воспроизведение такого рода кризов в течение ряда сеансов сопровож­ далось динамикой невротической симптоматики и угасанием ее вплоть до полного исчезновения. Излечение больных на такого рода сеансах, вероятно, связано с актуализацией информации, лежащей в основе невротического кон-

30


фликта, и последующей ее переработкой вплоть до снятия конфликта. Для измененных состояний сознания характерно то, что актуализируе­ мая

информация

презентируется

сознанию

в

форме

наглядно-

чувственных образов, символов реальности. И переработка информа­ ции протекает как динамика переживаний символических образов, из­ меняющихся от сеанса к сеансу, и меняющих свою эмоциональную окраску. Часто пациент не может вербализовать результаты такой пере­ работки, но в определенный момент лечения они все-таки получают ка­ кую-то содержательную интерпретацию в его сознании. От того, какую конкретно интерпретацию они получат, результаты лечения не зависят. Существенное отличие гипноза от месмерических сеансов в ак­ центе на вербальный контакт с пациентом, в использовании речи в ходе сеанса для его регуляции. В месмерических сеансах вербальному обще­ нию с пациентом существенного значения не придавалось, ход сеанса задавался метапрограммированием (предшествующей сеансу ориента­ цией пациентов на возникновение желаемой феноменологии, формиро­ вание предварительных установок, определяющих ее содержание и ход самого сеанса), а текущая регуляция основывалась на невербальных приемах. Повышение роли речевого контакта в структуре сеанса, как нам представляется, сопровождается у испытуемого повышением тен­ денции к вербализации наглядно-образных продуктов сеанса при выхо­ де из измененного состояния сознания, то есть, речь идет о более де31


тальной их проработке в сознании. Эта тенденция более ярко проявля­ ется при постоянном поддержании двухстороннего речевого контакта, когда речь испытуемого постоянно вплетена в ткань его реакций и со­ пряжена с процессом порождения наглядно-чувственных переживаний. Современные представления о психофизиологических основах гипнотического состояния опираются на данные по исследованию про­ блемы межполушарной ассиметрии и межполушарного взаимодействия человеческого мозга. Согласно этим представлениям, наступление гип­ нотического состояния происходит в результате понижения активности левого полушария мозга при одновременном повышении активности правого полушария, ответственного за нагляднообразную и эмоцио­ нально-смысловую

переработку

информации (О.В. Овчинникова,

Е.Е. Насиновская, Н.Г. Иткин, 1989; Л.Шерток, 1992). Феноменологи­ чески это проявляется в том, что вербальные инструкции испытуемый в гипнозе воспринимает как свои собственные мысли, ощущения, пере­ живания. Если, например, инструкция содержит описание природы, то испытуемый ощущает себя в этом месте, сообщает, что видит лес, реку, слушает пение птиц, - то есть, он «видит», «слышит», «ощущает» те­ лесно и кинестетически то, о чем идет речь в вербальной инструкции, содержанием сознания испытуемого в гипнозе становятся продукты эмоционально-образной переработки содержания текста речевых ин­ струкций. 32


Включение в работу такого механизма преобразования, переко­ дирования получаемых испытуемым вербальных инструкций в симво­ лику наглядно-чувственных образов, сопровождающихся эмоциональ­ ными и поведенческими реакциями, является одним из характерных признаков состояния гипноза. Символика, возникающих в гипнозе об­ разов аналогична тому, что мы наблюдаем обычно при использовании проективных тестов, теста пиктограмм и т.п. Еще одним из характерных моментов гипнотического состояния является изменение эмоциональных и поведенческих реакций. Вер­ бальная инструкция рождает переживание, аналогичное тому, что ис­ пытывал бы испытуемый в реальной ситуации, аналогичной той ситуа­ ции, которая задается этой речевой инструкцией. Поведенческие реак­ ции редуцируются до уровня автоматизмов, наиболее простых и при­ вычных стереотипов, шаблонов поведения. Эта редукция до уровня операций (в терминах деятельностной теории) в поведении протекает при углублении гипнотического состояния на фоне одновременного повышения активности в образной сфере. Наблюдается как бы перете­ кание активности из сферы практических действий в сферу активности воображения, действия с образами, действия в форме наглядночувственных образов. Повышение внутренней активности в глубоком гипнозе проявля­ ется, в частности, в явлении гипермнезии. Этот уникальный феномен 33


часто указывается в качестве одного из критериев наступления состоя­ ния глубокого гипноза и рассматривается как свойство состояния со­ знания в гипнозе. Наиболее эффектно явление гипермнезии выступает в опытах с регрессией возраста, когда наблюдается яркое оживление об­ разов прошлых ситуаций, во всех деталях восстанавливающих события внушенного периода, изменение почерка в соответствии с тем, каким он был в период, соответствующий внушенному (В.Л.Райков). Явление гипермнезии характеризуют также опыты с внушением младенческого возраста, в которых наблюдались рефлексы младенца у взрослого чело­ века: сосательный, ладошковый, рефлекс стопы и т.п. В экспериментах Л.П. Гримака с внушением невесомости кандидатам в космонавты за­ регистрированы физиологические и даже биохимические изменения, воспроизводящие реакции адаптации к невесомости в условиях косми­ ческого полета, вплоть до изменения состава крови и вымывания солей кальция из костей (Л.П. Гримак, 1978). Эти результаты согласуются с данными классических исследований гипноза, в которых воспроизво­ дились симптомы перенесенных ранее испытуемыми болезней, ожогов и т.п. (П.И. Буль, 1974; К.И. Платонов, 1957; В.Е. Рожнов 1979; А.П. Слободяник 1983; Л.Шерток, 1982, 1991, 1992). Таким образом, удивительное явление гипермнезии поражает не только верностью и детальностью казалось бы давно забытой информации, но и возможно­ стью восстановления младенческих спинальных рефлексов, физиологи34


ческих реакций организма даже на тканевом и биохимическом уровне. Возможность вызывания такого рода реакций с помощью речевой ин­ струкции связывают с особой пластичностью психики в состоянии глу­ бокого гипноза (Шерток Л. 1982, 1991). Гипнотическая гипермнезия позволяет воспроизводить в ситуации текущего момента формы пове­ дения, реакции организма, психические процессы и состояния, возни­ кавшие в каких-либо ситуациях прошлого. Однако эти реакции накла­ дываются на ситуацию текущего момента таким образом, что точного воспроизведения не наблюдается. Скорее можно говорить об опреде­ ленной степени копирования, о моделировании в нынешних условиях того, что было в прошлом. Объект, подлежащий копированию задается гипнотизером. Так, при воспроизведении почерка детских лет, достига­ ется точное воспроизведение почерка, несмотря на то, что с возрастом изменились размеры и пропорции тела, конечностей. То есть, мы полу­ чаем заданный нами результат (почерк), а не точное воспроизведение процесса к нему приводящего, ибо одно с другим несовместимо. Так при воспроизведении физиологических процессов адаптации к невесо­ мости, мозг, осуществляя задачу, должен учитывать реально действу­ ющий фактор гравитации (Гримак Л.П.,1978). При моделировании мышления детского возраста мы получаем ответы, соответствующие феноменам Пиаже. Воспроизводится логика мышления ребенка, шаб­ лоны, способы мышления. (Тихомиров O.K., Райков В.Л., Березанская 35


H.A., 1975; Овчинникова О.В., Насиновская Е.Е., Иткин Н.Г., 1989). Доступ к информации, накопленной в течение жизни человека, осу­ ществляется в состояниях глубокого гипноза, погружаться в которые может лишь небольшая часть людей (10-20 процентов). Однако, если гипнабельность это позволяет, то сложностей с извлечением из памяти требуемой информации не возникает. Для глубоко гипнабельных испы­ туемых, как можно наблюдать, практически одинаково решается задача извлечения из памяти информации, полученной совсем недавно, и ин­ формации, относящейся к событиям далекого прошлого из жизни, например, 20-30-летней давности. Но небольшое количество глубоко гипнабельных испытуемых ставит исследователей перед необходимо­ стью поиска других методов, аналогичных гипнозу в плане возможно­ стей допуска к неосознаваемым субъектом знаниям, но отличающихся применимостью к большему контингенту испытуемых. Измененные состояния сознания как условие обеспечения воз­ можностей экспликации неосознаваемых субъектом знаний. Вопрос о принципиальной возможности извлечения из памяти та­ кой информации, о которой в сознании нет никакого представления, можно считать решенным положительно после известного открытия Пенфилда в области нейрохирургии. Он обнаружил, что стимуляция слабым током определенных участков головного мозга приводит у че­ ловека к появлению образов-воспоминаний, отражающих реальные со36


бытия прошлого в различные моменты жизни. Испытуемый как бы просматривает фильм, отражающий события его жизни, причем в таких деталях, которые не зафиксированы в памяти на сознательном уровне. Эти данные, полученные в нейрохирургии, показывают, на наш взгляд, что никакая информация не стирается в памяти, и при определенных обстоятельствах она может становиться достоянием сознания. Изве­ стен, например, феномен прокручивания «ленты жизни» в экстремаль­ ных ситуациях, в ситуации клинической смерти и т.д. (Подробнее см., например, А.А. Гостев 1992). Наблюдения психологов Наркологической больницы N 17 г. Москвы свидетельствуют о том, что такого рода феноменология часто имеет место при использовании некоторых методов лечения нарколо­ гических больных, таких как, например, метод «Дельфизон», метод «Кодирование» А.Р. Довженко. Эти методы по ряду причин не годятся для проведения исследовательской работы, их использование ограни­ чено исключительно задачами лечения. У некоторых пациентов в мо­ менты проведения лечебных процедур возникают яркие, красочные об­ разы событий многолетней давности, во всех деталях, подробностях вновь переживаются ситуации детства, юности и т.д. Однако это про­ цесс спонтанный, и в структуре лечения какие-либо процедуры для его регуляции не предусмотрены.

37


Возникающие в измененных состояниях сознания переживания ситуаций многолетней давности, воспроизведение в памяти событий всей своей жизни, проявлялись при совершении некоторых культовых и религиозных обрядов. Так, в раннем христианстве обряд крещения, еще близкий к обряду инициации, (смерть и последующее рождение во Христе) проводился так, что человека держали под водой столько вре­ мени, что у него перед глазами проходили картины всей его жизни. Од­ нако, психотехнические приемы формирования измененных состояний сознания и их регулирования, при всем их многообразии, имели одно­ значное функциональное предназначение - формирование религиозного сознания, чему и было посвящено их развитие и использование. Пер­ вым методом научного применения психотехнических приемов для ра­ боты с измененными состояниями сознания был гипноз, но эффектив­ ность его лишь для небольшой категории хорошо гипнабельных паци­ ентов, ставила практиков и исследователей перед необходимостью раз­ работки психотехнологий, пригодных для использования на более ши­ роком контингенте. Отказ Фрейда от гипноза не следует понимать буквально (см., Шерток, 1982, 1991), речь скорее идет о смене парадигмы, изменении теоретического облачения психотехнических процедур, при сохране­ нии, в модернизированном, измененном виде, приемов трансформиро­ вания, регулирования трансовых состояний и извлечения из памяти вы38


тесненных событий, относящихся к забытому прошлому. В основу пси­ хоанализа легли опыты Фрейда с воспроизведением в памяти пациента с помощью гипноза психотравмирующих событий его жизни, поло­ живших начало невротическим проявлениям. Повторное переживание этих событий в состоянии гипноза, приводило к снятию невротической симптоматики. При этом было обнаружено, что первоначальное психотравмирующее событие часто амнезируется пациентом, этот факт по­ лучил содержательную интерпретацию в теории вытеснения. Освобож­ дение пациента от симптоматики невроза сопровождалось интенсив­ ным эмоциональным отреагированием, первоначально обозначенным термином катарсис. Отказавшись от применения гипноза в традицион­ ном его варианте, Фрейд разработал ныне широко известную технику психоанализа (З.Фрейд, 1989, 1991). Изящество этой техники, на наш взгляд, связано с отказом от формы директивного гипноза, акцентиро­ ванием диалогического общения с пациентом, активным включением его в психотерапевтический процесс в сотрудничестве с психоаналити­ ком. В гипнозе эффективность взаимодействия с пациентом суще­ ственно зависит от степени его субъективного приятия роли загипноти­ зированного, от того, насколько он верит в то, что находится в состоя­ нии гипноза. Возможности этого состояния в значительной мере реализуются лишь после того, как пациент поверит, что находится в нем. По39


этому гипнотизерам приходится применять различного рода «убедители» - приемы, доказывающие пациенту, что он загипнотизирован. А психоанализ обходит это затруднение вообще снимая вопрос о необхо­ димости измененного состояния сознания для извлечения из бессозна­ тельного содержания жизненно важной информации, ее переработки и эмоционального отреагирования. Однако, проведение психоаналитических сеансов напоминает гипноз не только по форме, когда пациент лежит на «психоаналитиче­ ской кушетке». Само содержание психоаналитической инструкции та­ ково, что выполнение ее пациентом с необходимостью приводит его в измененное состояние сознания. И этот момент не требует его осозна­ ния со стороны пациента, наоборот, психоанализ намеренно уводит его от этого, тем самым снимая рефлексивные барьеры на пути формиро­ вания трансового состояния. Анализ психоаналитической инструкции пациенту, позволяет вы­ делить следующие моменты, существенные, на наш взгляд для вызыва­ ния транса: 1 - ни о чем не думать, 2 - наблюдать за теми мыслями, вос­ поминаниями, образами, которые приходят ему в голову, 3 - представ­ ление Бессознательного как субъекта активности в ходе психоаналити­ ческого процесса. Давайте рассмотрим, что происходит, если пациент принимает инструкцию.

40


В своих экспериментах В.А. Петровский (1992) использовал ин­ струкцию: «Ни о чем не думайте». Он высказал предположение, что часть испытуемых, выполнявших эту инструкцию, возможно, на какоето время впадала в трансовое состояние. Мы проверили это предполо­ жение и оказалось, что выполнение испытуемым такого рода инструк­ ций, сопровождается наступлением транса: поднятые руки остаются в каталепсии; легко вызываются образы, прежде называвшиеся «гипно­ тическими галлюцинациями»; вербально-логическое мышление уступа­ ет лидирующую роль наглядно-образному и т.д. То есть, возникает фе­ номенологическая картина изменения состояния сознания, аналогич­ ная, в частности, тому, что наблюдается в состояниях гипноза и меди­ тации. Трансовые состояния, при всем их многообразии, характеризует, по нашему мнению, особенность внутренней позиции субъекта, а именно - позиции наблюдателя по отношению к тем внутреним процес­ сам, которые образуют феноменологию измененных состояний созна­ ния. Этот момент представлен в психоанализе так же, как и в гипнозе, медитации и т.п. Принятию такой позиции, сопровождающейся изме­ нением функционирования механизмов рефлексии, способствует пред­ ставление о бессознательном как о субъекте активности, порождающей феноменологическую картину трансового состояния. Различные вари­ анты психотерапевтических мифов и религиозных представлений, при41


влекавшиеся для содержательной интерпретации информации, презентируемой сознанию в трансовых состояниях, содержат целую палитру вариантов названия этого гипотетического

«хозяина

психических

функций». Наряду с такими теоретическими конструктами как «бессо­ знательное», «части Я», «части личности», эта функция обозначалась как «астральное Я», магнетический флюид, «ангел хранитель», «домо­ вой», «дух Наполеона» во времена увлечения спиритизмом, и т.д., и т.п. Так, в древнейших способах гадания, пристальное созерцание какойлибо блестящей поверхности, например поверхности воды, блюдца, со­ провождалось появлением образов измененного состояния сознания, если субъект оставлял попытки представить и вообразить себе чтолибо, а полагался на то, что откроет ему некая «высшая духовная сила. Тут можно вспомнить и данные этнографии ( В.Н. Басилов, 1984, 1986; Л.П.

Потапов,

1991),

и

культурно-исторические

исследования

(Д.Д.Фрезер, 1980, 1990; Э.Б. Тайлор, 1989; Н.В.Абаев, 1990), и историко-психологические (В.Н. Леман, 1900), и древние описания религиоз­ ного опыта, например, жития святых, где не случайно встречаются вы­ сказывания типа:»было мне видение...», «слышал я голос...», «откры­ лось мне...», «явилось мне...», «... и было мне откровение...». Работая с измененными состояниями сознания, мы обратили внимание на то, что испытуемый отчуждает себя как субъекта от про­ дуктов собственной активности в трансовых состояниях. Этот феномен 42


«отчуждения» проявляется в том, что, например, разглядывая картины или слушая музыку, испытуемый не осознает, что это - лишь продукты его собственной творческой активности, порождения его собственного воображения, он не воспринимает себя автором, возникающих в его со­ знании образов. В гипнозе, в конечном счете, авторство приписывается гипнотизеру, а в психоанализе эту роль Фрейд передал бессознатель­ ному, а против попыток приписывания этой роли психоаналитику, удачно защитился теорией трансфера. Обращаясь к проблеме экспликации неосознаваемых субъектом знаний в парадигме психоанализа, нам представляется важным, обра­ тить внимание на следующие моменты. В теории психоанализа утвер­ ждается, что психоаналитическая техника направлена на извлечение из бессознательного и перевод в сознание вытесненной, закрытой от со­ знания информации о забытых событиях его жизни. В процессе психо­ аналитической работы реконструируется жизненный путь человека, вплоть до эпизодов, относящихся к младенческому возрасту. Насколько же достоверны психоаналитические воспоминания? Можно допустить, что некоторые события репрезентируются в сознании без искажений. Однако в других случаях такие воспоминания обрастают грузом ассо­ циаций, презентируются сознанию в символической форме или с иска­ жениями. Но это не сказывается на эффективности психоаналитическо­ го лечения (Л. Шерток, 1982). Истинной задачей психоанализа является 43


не детальность и точность экспликации знаний из подсознания, а их эмоциональная переработка, их эмоциональное переживание, отреагирование, и в конечном итоге - излечение пациента. И использование трансовых состояний, как условия для создания возможностей в плане экспликации неосознаваемых субъектом знаний, выступает в психоана­ лизе лишь как второстепенный, вспомогательный момент психотера­ певтического процесса. Однако, ограничения самого метода, связанные со спецификой его функциональной направленности, не исключают возможности успешного использования, входящих в него психотехник для эффективного решения других задач. Современные психотехнологии в аспекте проблемы экспликации неосознаваемых субъектом знаний Богатый материал для анализа феноменологии измененных со­ стояний сознания получен в исследованиях с применением ЛСД (С.Гроф, 1980). Отмечена возможность репродукции жизненных собы­ тий вплоть до внутриутробных переживаний. Впоследствии выявилась возможность получения аналогичной феноменологической продукции психики без применения ЛСД при использовании дыхательной техники гиперпервентиляции легких с предварительной ориентацией испытуе­ мых на желаемый результат (С. Гроф, 1985, 1988). Явление гипермнезии, характерное для гипноза, обнаруживается в различных формах измененных состояний сознания в независимости 44


от того, какими средствами они вызываются. Выбор психотехнических средств, и сопряженных с ними теоретических подходов, определяет возможности в глубине проникновения в прошлое, в точности воспро­ изведения информации и формах ее презентации сознанию, возможно­ сти в плане управления процессом экспликации неосознаваемых субъ­ ектом знаний. Эффективные техники использования широких возможностей, открывающихся нам при работе с трансовыми состояниями, предложе­ ны, в частности, М. Эриксоном, положившим начало разработки особо­ го направления недирективного гипноза (М. Эриксон, 1964; М. Эриксон, Е. Росси, С. Росси, 1976; Д. Хейли, 1973). В работах Джона Гриндера и Ричарда Бендлера (Д. Гриндер, Р. Бендлер, 1974, 1976) заложены основы метаподхода к пониманию иозможностей техник работы с измененными состояниями сознания в пси­ хотерапии и других прикладных направлениях. Этот подход - «Нейролингвистическое программирование» (НЛП), - представляет собой по­ пытку анализа и интеграции различных психотехнических направле­ ний, таких как эриксонианский гипноз, техники гештальтпсихотерапии, бихевиоральные, методики процессуальной ориентации и т.д. Нейролингвистическое программирование начинало свое разви­ тие в начале 70-х годов с использования достижений современной лингвистики применительно к анализу успешности психотерапевтиче45


ского процесса в различных направлениях психотерапии. В результате этой работы была разработана метамодель психотерапевтического диа­ лога, позволяющая выделять в речи пациента моменты, наиболее важ­ ные для задач психотерапии, и строить наиболее эффективные по фор­ ме речевые воздействия психотерапевта. Была разработана тактика правильного использования метамодели для построения эффективных способов речевой коммуникации в психотерапевтическом процессе метатактика-1 нейролингвистического программирования (Д. Гриндер, Р. Бендлер, 1974). Эта технология построения успешных форм вербаль­ ного взаимодействия позволяет достигать высокой степени регуляции процесса экспликации и структурирования неосознаваемых субъектом знаний в рамках процессуального подхода, то есть, независимо от со­ держания информации, задействованной в этом процессе. Форма репрезентации в сознании субъекта неосознаваемых им знаний находится в зависимости от выбора вида используемых психо­ технических приемов. Психотехнические приемы и алгоритмы их упо­ требления, позволяющие эксплицировать неосознаваемую информацию и презентировать ее сознанию субъекта в форме наглядно-чувственных образов, подразделяются в структуре нейролингвистического подхода на две основные части: метатактику-2 и метатактику-3. Эти тактики психотехнической работы позволяют осуществлять выбор модальности (визуальная, аудиальная, кинестетическая) репрезентации в сознании 46


субъекта знаний, эксплицируемых в форме наглядно-чувственных вто­ ричных образов, или переводить эти знания в сознание сразу по не­ скольким информационным каналам, или модальностям, в виде мультимодальных образов (Д. Гриндер, Р. Бендлер, 1974, ч.2). Изменения структуры знаний, формирование блоков информа­ ции, установление связей между ними и регулирование их информаци­ онных объемов, достигается с помощью совокупности психотехниче­ ских приемов, выделяемых в НЛП в отдельную область психотехники под условным названием «техника переработки». Наиболее эффективна эта психотехнология при использовании ее в сочетании с психотехни­ кой измененных состояний сознания (Д. Гриндер, Р. Бендлер, 1976). Психотехника работы с трансовыми состояниями подразделяется на две основные части: приемы формирования и регуляции измененных со­ стояний сознания, и приемы использования этих состояний для иссле­ довательских или практических целей. В совокупности с техникой «пе­ реработки» эти приемы позволяют обеспечить эффективное управление процессом экспликации неосознаваемых субъектом знаний. Использу­ емые первоначально в психотерапии, они стали применяться в образо­ вательных целях, в спорте.

47


ТЕХНИКА СЕНСОМОТОРНОГО ПСИХОСИНТЕЗА Современные психотехнологии создавались в первую очередь для использования в психотерапии, и лишь впоследствии некоторые из входящих в них психотехнических приемов модифицировались для решения других практических задач. Но применение психотехник ра­ боты с измененными состояниями для решения практических задач психологии или в рамках психологических исследований, ставит в их отношении совершенно иные, чем в психотерапии, требования в плане содержательного отбора психотехнических приемов, характера их ис­ пользования, формирования тактики психотехнической работы. Поэто­ му в нашей лаборатории на протяжении ряда лет создавалась психотех­ ническая методика специально ориентированная на нужды психологии, как для решения исследовательских задач, так и задач психологической практики. Эта методика получила название сенсомоторного психосин­ теза (В.Ф. Петренко, 1988, В.Ф. Петренко, В.В. Кучеренко, 1988, В.В. Кучеренко, 1990) Современная психотерапия представлена значительным разнооб­ разием психотерапевтических техник. Существует попытка своего рода «сборки» этих техник в рамках тех или иных направлений. Примером может служить нейро-лингвистическое программирование - НЛП. Как известно, основатели НЛП, Ф. Пьюсселик, Д. Гринберг, Р. Бендлер, по­ пытались соединить воедино опыт лучших психотерапевтов различных 48


направлений. Здесь представлены элементы гештальттерапии, бихевиоральной, процессуально-ориентированной психотерапии, эриксонианского гипноза и т.п. Каждая из этих техник выступает в качестве пред­ мета свободного предпочтения НЛП-терапевта, выбор их определяется личными пристрастиями терапевта, его опытом, а также задачами те­ кущего сеанса, что в целом обеспечивает эффективность психотерапев­ тического процесса. Однако, было бы иллюзией считать, что НЛП есть продукт органического синтеза представленных в нем техник: они мо­ гут фигурировать как вполне независимые друг от друга. Вопрос о воз­ можностях подлинного синтеза представляет интерес для настоящего исследования. Здесь присутствует помимо чисто научного интереса и прагматический план: в рамках нашей задачи - разработки психотехни­ ки экспликации неосознаваемых субъектом знаний. Одна из таких возможностей выступает в рамках построения осо­ бого метода, который может быть обозначен как метапсихосинтез. Рас­ смотрим эту возможность детальнее. Метапсихосинтез. Основу данного метода образует техника сенсомоторного психосинтеза. Психологический словарь (1990) дает сле­ дующее определение сенсомоторного психосинтеза: управление состо­ яниями сознания субъекта в процессе особого суггестивного диалога. Заключается в поэтапном формировании у субъекта целостного образа моделируемой действительности посредством специальной последова49


тельности тестовых заданий, предполагающих концентрацию внимания на тех ощущениях, представлениях, которые возникают при их реше­ нии (В.В. Кучеренко). В отличие от классических суггестивных техник, традиционно ориентированных на подавление у индивида активности механизмов сознательного контроля, суггестивный диалог служит фор­ мой организации сознательных усилий субъекта на повышение эффек­ тивности суггестивных приемов. В ходе такого диалога психолог полу­ чает информацию о состоянии и переживаниях субъекта сенсомоторного психосинтеза, необходимую для оценки качества решения текущих тестовых заданий, корректировки хода процесса, подбора следующих задач с учетом его индивидуальных особенностей и возможностей. Субъект психосинтеза, в свою очередь, получает информацию о причи­ нах неудач и о путях преодоления ошибок. Техника сенсомоторного психосинтеза включает приемы интрамодального, интермодального и сенсомоторного синтеза компонентов конструируемого образа. В ходе интрамодального синтеза вызываются ощущения какой-либо одной модальности, которые затем объединяют­ ся, интегрируются в целостный образ. На следующем этапе используются приемы интермодального синтеза, опирающегося на механизмы сенсибилизации и синестезии, что дополняет формируемый образ ощущениями других модальностей. Сенсомоторный синтез направлен на интеграцию активности сенсор50


ных систем и двигательной активности субъекта в соответствии со структурой и логикой конструируемого и моделируемой действитель­ ности. Например, формирование у испытуемого образа иллюстриро­ ванного журнала может начаться с тактильных ощущений: фактуры глянцевой бумаги, тяжести в руках, прохлады. Далее активируется пер­ цептивная система, позволяющая дополнить образ компонентами зри­ тельной модальности. В структуру образа могут быть включены ощу­ щения запаха типографской краски и шелеста перелистываемых стра­ ниц. Динамика состояния сознания в процессе синтеза сопровождается такими изменениями функционирования механизмов рефлексии, при которых партнер по взаимодействию (психолог) воспринимается субъ­ ектом только как собеседник во внутреннем диалоге, как часть соб­ ственного «Я», речевые инструкции - как собственные мысли, ощуще­ ния, переживания. Диалогичность сенсомоторного психосинтеза отли­ чает его от гипноза, самогипноза и медитации, монологичных в своей основе. Поскольку процесс психосинтеза не требует «гипнотического торможения мозга» и не сопровождается состоянием гипнотического сна, субъект находится в более активном состоянии, чем при классиче­ ской гипнотизации. В противоположность гипнозу, эксплуатирующему гипнабельность индивида (способность погружаться в состояние измененного со­ знания), техника сенсомоторного психосинтеза не зависит от этой ха51


рактеристики субъекта и позволяет добиваться даже у малогипнабельных индивидов таких же эффектов, как и при глубоком гипнозе. Важ­ ной особенностью метода сенсомоторного психосинтеза является жест­ кая связь его специальных приемов с функционированием механизмов регуляции психической активности. Метод сенсомоторного психосин­ теза может использоваться как в практической, так и в эксперименталь­ ной психологии, в психокоррекционной работе и в психотерапии, поз­ воляет в условиях психологического эксперимента моделировать пове­ дение человека в различных жизненных ситуациях, применим для фор­ мирования гипнабельности у негипнабельных людей.

ПРИЕМЫ ПСИХОСИНТЕЗА Остановимся подробнее на характеристике техник психосинтеза. Мы ставим при этом перед собой двоякую задачу: дать иллюстрацию того, как протекает психосинтез и вскрыть саму логику его построения. Отсюда - общий принцип изложения: фиксируются алгоритмы ведения психосинтеза и многообразные реализующие их приемы. В условиях интермодального психосинтеза используется следу­ ющий общий алгоритм: на первом шаге, нацеленном на достижение эффекта распредмечивания чувственной ткани образа мира, внимание испытуемых фиксируется на ощущениях при одновременном снижении уровня активности соответствующих сенсорных систем. В итоге рож52


дается недифференцированная совокупность переживаний в рабочей модальности. На втором шаге, направленном на акцентуацию отдель­ ных ощущений, перед человеком последовательно ставится задача по­ иска ощущений определенного качества при постепенном повышении уровня активности сенсорной системы: при этом начинается процесс переопредмечивания всего феноменального поля. На третьем шаге, ориентированного на построение предметного образа, активность чело­ века направляется на интеграцию отдельных ощущений в некую це­ лостность (комплекс), в результате рождается новый образ мира в дан­ ной модальности. Общий алгоритм интрамодального психосинтеза реализуется че­ рез многообразные приемы взаимодействия с испытуемыми в различ­ ных

модальностях:

визуальной,

аудиальной,

тактильно-

кинестетической. Ниже предлагается таблица реализации общей стратегии работы с испытуемыми в разных модальностях, столбцы этой таблицы образуют шаги развертки стратегии, строки - рабочие модальности, а на пересе­ чении столбцов и строк - приемы взаимодействия с испытуемыми.

53


Таблица 1. Интрамодальный психосинтез. Шаги

1 шаг

2 шаг

Зшаг

стратегии Модальности Распредмечива­

Визуальная

Акцентуация

от­ Формирование

ние чувственной дельных ощущений

нового

ткани образа

ного образа

«ТУМАН»,

«ДВИЖУЩИЙСЯ

предмет­

Ясные отчетливые

«СКВОЗЬ ТОЛЩУ, ТУМАН»,

визуальные обра­

ВОДЫ»,

«БЛИКИ»,

зы

«ТЕМНОТА»

«РАДУГА», «КАЛЕЙДОСКОП», «ЭКРАН», «ЗАПОТЕВШЕЕ СТЕКЛО», «ОЧЕРТАНИЯ МОРСКОГО ДНА», «НОЧЬ», «СУМЕРКИ», «РАССВЕТ»

54


Шаги

1 шаг

2 шаг

3 шаг

стратегии Аудиальная

«ТИШИНА»

«ЛЕСНАЯ

Звуки леса, пение

ТИШИНА»,

птиц...

«ТИШИНА

Шум прибоя, кри­

МОРСКОГО

ки чаек, шум вет­

ПОБЕРЕЖЬЯ»

ра...

Кожно-

«ТЕЛО ИЗ ПЕС­ «РАССЫПАНИЕ

кинесте-

КА» (воска),

тическая

«ПОГРУЖЕНИЕ»

«СКАФАНДР»,

ВОДЕ»,

(в воду),

«ПАРЕНИЕ»,

«ПОЛЕТ»

«НЕВЕСОМОСТЬ»

«ВЫСОТА»

ТЕЛА»,

«РАССТВОРЕНИЕ», «ДВИЖЕНИЕ В

Раскроем подробнее техники интрамодального психосинтеза в разных модальностях.

ВИЗУАЛЬНЫЙ СИНТЕЗ Построение зрительного образа. 1.

Испытуемый в удобном положении, так чтобы не возникала

необходимость в процессе сеанса менять позу, отвлекаться на посто­ ронние ощущения в теле. 55


2.

Необходимо ликвидировать повышенное напряжение в тех

участках тела, где оно имеется. Это сопровождается снижением уровня активности сенсорных систем (в том числе зрительной), способствует лучшей сосредоточенности испытуемого на собственных ощущениях, усиливает действие фактора «межличностной поддержки» (в силу уменьшения возможностей самостоятельной проверки перцептивных гипотез). В таблице интрамодального психосинтеза представлены алгорит­ мы переструктурирования сенсорного опыта в различных модально­ стях. Конкретным способами такого переопредмечивания чувственной ткани сознания являются представленные там приемы психосинтеза способы переструктурирования чувственной ткани, своеобразные ме­ тафоры, создающие условия для изменения формы категоризации чув­ ственного опыта. Методика визуализации проводится при закрытых глазах. Внима­ ние испытуемого обращается на то, что при закрывании глаз, он ничего не видит, словно смотрит в темноту. Для усиления эффекта можно использовать прием «исчезновения век». Испытуемому предлагается почувствовать свои веки, почувство­ вать, нет ли в них напряжения, и дать им возможность расслабиться, успокоиться. Обратить внимание на то, что он чувствует в глазах, по­ чувствовать расслабление глазодвигательных мышц, покой, отсутствие 56


напряжения и движений, отсутствие ощущений, кроме ощущения по­ коя. Зафиксировать ощущение покоя и неподвижности в веках. Можно привести испытуемому пример, как в результате адаптации сенсорных систем исчезают ощущения, например, ощущение подлокотников крес­ ла, или ощущение одежды, обуви и т.д. Затем обратить его внимание на то, как он перестает чувствовать свои веки, если ничего с ними не дела­ ет, ничего не делает со своими глазами. И возникает иллюзия, словно сидишь с открытыми глазами, но ничего не видишь, как в темноте. Важно зафиксировать это ощущение. Предложим испытуемому всматриваться в темноту, внимательно всмотреться в свои ощущения. Заметим ему, что полной, абсолютной темноты почти никогда не бывает, всегда в глазах есть хоть какие-то ощущения: ощущение какой-то пелены перед глазами, словно вгляды­ ваешься сквозь дымку или сквозь запотевшее стекло, сквозь туман или мутную воду. Зафиксировав у испытуемого переживание смутных, недиффе­ ренцированных визуальных ощущений, структурируем, трансформиру­ ем и усиливаем их, используя какие-либо из приемов - метафор, пред­ ставленных в таблице. 1.

.

«ТУМАН». Ощущение тумана перед глазами усиливаем,

словно туман заполняет все вокруг, сгущается, становится более плот­ ным. Но эта пелена неоднородна. 57


2.

... Всматриваясь, можно почувствовать движение, словно

туман клубится вокруг, и волны тумана накатываются на Вас. И блики возникают в глубине, словно солнечные лучи, пронизывая толщу тума­ на, вызывают мягкое и приятное свечение, россыпи радужных пятен летят в тумане: золотистые, розовые, серебристые, голубые... Как оско­ лочки радуги ... Калейдоскоп красок ... Как фейерверк, яркие красочные вспышки, словно брызги салюта. ... 3.

... Туман рассеивается и постепенно становится прозрач­

ным. И вглядываясь вдаль, можно заметить, как в пелене тумана про­ ступают очертания деревьев, еще смутные и неясные, словно призрач­ ные фигуры сказочных животных. (И далее переходим к описанию того образа, который нам нужно формировать у испытуемого). ВАРИАНТ «ЭКРАН» можно начинать на шаге 2. 2. ... Словно Вы всматриваетесь в экран, на котором проступает смутное, нерезкое изображение ... Какие-то тени, расплывчатые фигу­ ры. Кажется, кто-то идет по дороге ... 3.

... Вот сейчас, посмотрите, изображение становится более

четким и можно увидеть ... (для дошкольников можно использовать ме­ тафору «Мультфильм»). ВАРИАНТ «ЗАПОТЕВШЕЕ СТЕКЛО» можно применить в конце шага 2 после приемов «Блики», «Калейдоскоп»:

58


2. ...Как сквозь запотевшее стекло, Вы смотрите на новогоднюю елку, украшенную гирляндами разноцветных, мигающих лампочек... Елочные игрушки... Движение огней, мигание разноцветных лампочек ... Посмотрите, какая пушистая, зеленая елка ... 3.

... Вы замечаете, что видно все лучше и лучше, стекло ста­

новится прозрачным... И можно разглядеть почти всю комнату... Уже, наверное, можно рассмотреть и праздничный стол, и нарядных людей. А вон там, кажется, кто-то танцует, посмотрите... «СКВОЗЬ ТОЛЩУ ВОДЫ» 1.

... Вы ничего не видите, словно всматриваетесь в мутную-

мутную воду... И ощущения плывут, словно блики, бесшумно скользя­ щие в глубину... Как вода, струящаяся перед глазами... И тихое движе­ ние воды... обволакивает Вас... ощущением покоя... 2.

...И внимание скользит ни на чем не останавливаясь, словно

солнечные лучи, уходящие все глубже и глубже... Туда, где сквозь тол­ щу воды проступают неясные и расплывчатые очертания морского дна. Сумерки подводного мира... Заросли водорослей и причудливые нагро­ мождение камней. Песчаная отмель, и солнечные блики на песке... 3.

...В зеленовато-синей воде рассеянный солнечный свет...

Мягкие краски подводного мира... Движение света, движение воды... И стаи рыб... Прозрачные тела медуз... Вы всматриваетесь в светящуюся прозрачность воды.... 59


На шаге 2 можно усилить прием «Блики», а также использовать прием «Радуга» или «Калейдоскоп» для коррекции переживания интен­ сивности ощущений цвета, яркости, контраста. «ТЕМНОТА» - «НОЧЬ» - «НОЧНОЙ ЛЕС» 1.

Испытуемый зафиксировал ощущение, которое мы назвали

иллюзией «исчезновение век»: ощущение, словно сидишь с открытыми глазами, но ничего не видишь, как в темноте. Мы предлагаем ему всматриваться в эту темноту, внимательно наблюдая за своими ощуще­ ниями, заметив ему, что абсолютной темноты почти никогда не бывает, в глазах всегда есть хоть какие-нибудь ощущения. Так бывает, когда всматриваешься в ночную темноту: сначала видишь только темную ночь, но потом начинают смутно проступать пока еще неразличимые, неясные очертания... 2.

... Это может быть туман, который ползет между деревьями,

а темные пятна - заросли зелени на берегу реки... И внимание скользит ни на чем не останавливаясь, как отражение луны, которая плывет по гладкой поверхности воды, в спокойную, тихую ночь ... И мысли плы­ вут медленно, плавно, как облака в ночной тишине... Облака, легкие и прозрачные, сквозь которые проступают звезды, а в просветах облаков угадываются знакомые созвездия. И мягкий лунный свет серебрит листву деревьев, склоняющихся над водой ...

60


3.

... И в этом лунном свете все более ясно проступают очер­

тания деревьев, ночной лес и берег реки, холмы, ... Вариант «Экран» можно подключать на шаге 2; Вариант «Рассвет» - в конце шага 2.

АУДИАЛЬНЫЙ СИНТЕЗ Работа с чувственной тканью в аудиальной модальности. 1.

«ТИШИНА»

... Вы слышите доносящиеся до Вас звуки. Звуки в этой комнате. Возможно, звуки улицы, звуки города. Вслушиваясь в них, Вы почув­ ствуете, как наступает привыкание и появляется безразличие. Но, если Вы продолжаете вслушиваться в монотонное движение этих звуков, со­ средоточив внимание, Вы замечаете, что ощущения как бы перемеши­ ваются и ускользают от Вас, становятся монотонными, однообразными. И постепенно Вы перестаете их замечать, словно сидите в тишине ... 2.

«ЛЕСНАЯ ТИШИНА»

... Вы вслушиваетеся в тишину ночного леса. Отдаленные шо­ рохи, шелест листвы при легких движениях ветерка. Шорохи ночи. Смутные, неясные,... 3.

... Тихий плеск воды, шуршание травы, звон насекомых ...

Комары ... Издалека доносится тихая, плавная музыка. Приятная мело­ дия ... 61


Аналогично используются и другие варианты: «Морское побере­ жье» и др.

ПСИХОСИНТЕЗ СХЕМЫ ТЕЛА И ПРОСТРАНСТВА На первом этапе поводится адаптация к телесным ощущениям аналогично тому, как это делается в других модальностях. Ставится ак­ цент на однородности, монотонности, на ощущении неподвижности. Далее приемы - метафоры задают направление переструктурирования элементов чувственной ткани. «ТЕЛО ИЗ ПЕСКА» - «РАССЫПАНИЕ ТЕЛА» Это древнейший прием техники дзен-медитации. Используется для вызывания отдельных иллюзий схемы тела, размывания границ, деформации схемы тела, вплоть до полной утраты телесных ощущений. «СКАФАНДР» Прием акцентуации переживания контраста между повышаемой отчетливостью ощущения границ схемы тела и деструкцией, вплоть до полной утраты, ощущений внутри границ тела. «ПОГРУЖЕНИЕ» и «ПОЛЕТ» Эти приемы позволяют перестраивать чувственную ткань образа окружающего пространства в модальности телесно-кинестетических ощущений. Вызывается исчезновение чувства тяжести, потеря ощуще­ ния веса, легкость, как в невесомости, как в жидкости. «Парение» в 62


толще воды или воздуха. Иллюзия упругости и плотности окружающе­ го пространства. Например, волны, течение, струи воды, иллюзия дви­ жения в толще воды. Или ощущение плотности окружающего воздуха, ветер, воздушные потоки, виражи, воздушные ямы, ощущения падения, взлета, чувство подъема вверх, воздушные течения. Этот же алгоритм можно применять при работе с обонятельными и вкусовыми ощущениями. Но обычно ощущения этих модальностей используются лишь в качестве дополнительных компонентов структу­ ры интермодального образа. Итак, мы видим, что использование приемов интермодального синтеза подчинено следующей логике: Шаг 1. Деструкция наличного образа, привыкание к ощущениям, адаптация сенсорных систем. Шаг 2. Выбор приема (метафоры) для переструктурирования сен­ сорного опыта в направлении, удобном для формирования нового обра­ за. Переопредмечивание сенсорной стимуляции. Шаг 3. Окончательное достраивание формируемого образа. Помимо приемов интрамодального синтеза, техника сенсомоторного психосинтеза включает в себя также приемы интермодального и сенсомоторного синтеза компонентов конструируемого образа. Приемы интермодального синтеза, опирающиеся на механизмы сенсибилизации и синестезии, позволяют дополнить формируемый образ ощущениями 63


других модальностей. Сенсомоторный синтез направлен на интеграцию активности сенсорных систем и двигательной активности субъекта в соответствии со структурой и логикой конструируемого образа и моде­ лируемой действительности. МЕТАПСИХОСИНТЕЗ. Основываясь на технике сенсомоторного психосинтеза, можно добиться реальной интеграции психотехнических приемов. То особое состояние сознания, в котором пребывает и действует человек, создает уникальную возможность для проявления заложенного в них преобра­ зующего и личностно-развивающего потенциала. Согласимся, есть элемент условности во внутренней коммуникации между различными «частями» Я (гештальттерапия, психосинтез Ассоджиоли), переключе­ ния эго-состояний «Родитель», «Взрослый», «Ребенок» (трансактный анализ Эрика Берна и дальнейшие его модификации), в смене ролей клиента

и

властвующего

над

ним

«монстра»

(процессуально-

ориентированная психотерапия), разыгрывание различных ситуаций в бихевиоральной психотерапии (слово «играть» - здесь отнюдь не слу­ чайно), в жизненных «выборах», которые на сеансах НЛП совершает субъект, и т.п. Все эти техники, затрагивая те или иные структуры лич­ ности, сохраняют момент игровой отстраненности, драматизации, а, следовательно, и определенной дистанции до ядерного переживания Я. Катартические и конструктивные эффекты, на которые они ориентиро64


ваны, обнаруживают уклонение от расчетной траектории. Сенсомоторный психосинтез, как представляется, снимает присущие этим техни­ кам ограничения, предоставляя режим наибольшего благоприятствова­ ния для достижения тех эффектов, на которые они имели бы основания притязать. Здесь же все приобретает реальность. Представления приоб­ ретают яркость видений и живо переживаются субъектом, ощущение собственного движения и другие ощущения (тактильные, вкусовые, обонятельные - каждое) вносят свой собственный эмоциональный отте­ нок в картину, открывающуюся субъекту, снимая тем самым элемент условности с переживаемых событий. При этом, в отличие от, напри­ мер, гипнотических погружений, так же как и от галлюцинаторных пе­ реживаний, субъект сохраняет чувство самотождественности и произ­ вольности собственной активности - ему никто ничего не навязывает; его Я активно. «Миры», возникающие в сознании субъекта, суть про­ дукты сотрудничества, взаимодействия его и психолога. Именно это обстоятельство представляет, как нам кажется, особую ценность данно­ го метода. Апробация техники сенсомоторного психосинтеза для эксплика­ ции неосознаваемых субъектом знаний Как уже было показано выше, метод сенсомоторного психосинте­ за основывается на использовании ряда суггестивных приемов, после­ довательно формирующих у субъекта наглядно-чувственный образ ил65


люзорных предметных ситуаций, и моделировании его поведения в этих ситуациях. Разработанная на базе сенсомоторного психосинтеза, психотехника экспликации неосознаваемых субъектом знаний включа­ ет в себя три функциональных блока психотехнических приемов. Пер­ вый блок объединяет приемы актуализации неосознаваемых субъектом знаний в различных формах репрезентации их в сознании субъекта. Во втором блоке представлены приемы переработки, логического структу­ рирования актуализируемой информации, регулирования информаци­ онных объемов оперативных единиц памяти. Третий блок приемов ори­ ентирован на ликвидацию преград на пути проникновения эксплициру­ емых знаний в сознание. Методика апробировалась на студентах раз­ личных ВУЗов, школьниках и учащихся ПТУ (К.С. Лисецкий). Крите­ рий отбора испытуемых - неуспеваемость или трудности в усвоении ка­ кого-либо учебного предмета. Основным компонентом первого блока методики выступили при­ емы репродукции прошлых жизненных ситуаций, приемы моделирова­ ния во внутреннем плане, в плане умственных действий, ситуаций ра­ боты с учебными пособиями: конспектами лекций, учебниками, атла­ сами, чертежами, лингофонной аппаратурой и т.д. В первую очередь, психотехническая работа была направлена на экспликацию неосознава­ емых субъектом знаний вне зависимости от того, по каким сенсорным каналам проходила поступающая информация, и в каких видах памяти 66


(зрительной, слуховой, вербально-логической, моторной) она хранится. Вторым моментом, можно выделить отработку точности воспроизведе­ ния информации и ее достоверности, исключения возможности ее не­ произвольных искажений. В-третьих, внимание уделялось отработке доступа к имеющейся у субъекта неосознаваемой информации вне за­ висимости от времени, прошедшего с момента ее презентации субъек­ ту. Важная роль отводилась также использованию приемов, позволяю­ щих корректировать эмоциональную окраску моделируемых ситуаций. Работая, например, с отстающими по физике учениками ПТУ, мы доби­ вались репродукции в измененном состоянии сознания ситуаций, в ко­ торых они находятся в кабинете физики, слышат объяснения учителя, видят развешенные по стенам плакаты и т.д. И даже если ученик в тот или иной момент времени не слушал учителя, все, что тот говорил, за­ фиксировано в памяти. А на плакатах в кабинете физики, которые вольно или невольно, но, тем не менее, рано или поздно попадали в по­ ле зрения, - присутствуют все формулы, необходимые по программе для сдачи экзамена. Наша задача заключалась в экспликации этих зна­ ний, в обеспечении их свободного доступа в сознание субъекта. Неожиданное для нас применение в практике приемы этого функционального блока рассматриваемой методики нашли при реше­ нии задач оказания помощи правоохранительным органам. По просьбе руководителей следственного управления Прокуратуры РСФСР с це67


лью оказания помощи в расследовании особо тяжких преступлений, эти психотехнические приемы были использованы в работе со свидетеля­ ми, которые владели важной для следствия информацией но не могли ее произвольно актуализировать, несмотря на все свои попытки. Так, одна из свидетельниц, год назад видевшая паспорт предполагаемого преступника, не могла, как ни старалась, вспомнить его паспортные данные. Нам удалось воспроизвести в ее памяти переживания этой си­ туации, так что она снова увидела и почувствовала в руках обложку паспорта, раскрыла его и стала читать то, что там было написано. Ока­ залось, что в тот момент она, не зная того, держала в руках паспорт че­ ловека, бывшего руководителем крупной банды, занимавшейся рэке­ том, убийствами. Благодаря ее показаниям, полученным с помощью нашей методики, члены преступной организации в скором времени бы­ ли арестованы. Также решались задачи «прочтения» номера случайно виденной машины или составление фоторобота случайного прохожего. Психотехнические средства, составляющие второй функциональный блок методики, по характеру решаемых ими задач можно условно раз­ делить на следующие группы. К первой можно отнести приемы, позво­ ляющие наполнить смысловым содержанием, воспринятую ранее ин­ формацию. В примере с номером машины, мы останавливаем «картин­ ку», добиваемся необходимой четкости, яркости образа, чтобы испыту­ емый мог «разглядеть» цифры, буквы (прием «стоп кадр»). Также и с 68


формулами физики и т.п. Аналогичные приемы используются и при смысловой переработке аудиальной информации. Например, при акту­ ализации знаний курса иностранного языка, испытуемый, переживая ситуацию первого занятия, сообщает, что не успевает следить за смыс­ ловым содержанием речи преподавателя: - «преподаватель слишком быстро говорит», ... «много непонятных слов». Здесь мы также приме­ няем приемы субъективного замедления хода времени и «включаем» знание лексики, приобретенное субъектом в последующих ситуациях .Во-вторых, сюда относятся приемы, обеспечивающие возможность пе­ рекодирования информации, ее перевода из одной формы репрезента­ ции сознанию в другую, например, аудиальную информацию репрезен­ тировать в сознании субъекта в виде визуальных образов, когда, ска­ жем, воспроизводится ситуация, где ученик слушает объяснения учите­ ля физики, и при этом перед его мысленным взором появляются соот­ ветствующие содержанию формулы. Важное значение придается пере­ воду информации, представленной в форме наглядно-чувственных об­ разов, репрезентация ее в сознании субъекта в вербальной форме, в форме языковых систем категориальной структуры сознания. Третья группа, обеспечивающих смысловое структурирование эксплицируемых знаний, ориентированы на работу с «масштабами» объемов оперативных единиц мышления. Так, при работе с аудиальной информацией курса иностранного языка такой единицей первоначально 69


является отдельное слово, в дальнейшем - фраза, потом - еще более крупные речевые единицы. Третий функциональный блок приемов, как уже указывалось, ориентирован

на

ликвидацию

эмоциональных,

мотивационно-

смысловых преград на пути проникновения эксплицируемых знаний в сознание субъекта. Эти приемы эффективны в случаях дидактогений, при нейтрализации последствий аффекта, зафиксированного на учите­ ля, во всех случаях когда требуется коррекция эмоционального отно­ шения

к учебному

предмету,

преобразования

в

мотивационно-

смысловой сфере, в самосознании субъекта (например, коррекция са­ мооценки, уровня притязаний). Так, для формирования положительного отношения к учебному предмету, использовались приемы контролиру­ емой трансформации Я-образа. Учащемуся ПТУ, в соответствии с его мечтой, внушалось, что он капитан корабля, была создана увлекатель­ ная картина морского плавания. И на фоне приятных переживаний под­ черкивалось, что всего этого он смог достичь благодаря своим глубо­ ким знаниям по физике и математике, и любви к этим предметам. Сту­ дента технического вуза в образе известного ученого-математика про­ сили дать теле-интервью для молодежи, рассказать, как он добился та­ ких выдающихся успехов. Студент-историк, специализирующийся по народным восстаниям, в образе Степана Разина проводил военный со­ вет, где было принято решение идти на Астрахань. Эти приемы позво70


ляют субъекту создать во внутреннем мире своих переживаний своеоб­ разный мир учебного предмета, а создаваемая в экспериментах иллю­ зорная реальность, служит моделью системно-смысловых связей изуча­ емого материала. В целом, результаты использования приемов психосинтеза для экспликации неосознаваемых субъектом знаний, на наш взгляд, свиде­ тельствуют не только об активизации процессов воспроизведения акту­ ализируемого в памяти материала, но и о возможности повышения сте­ пени его логической структурированности, улучшении его понимания. Вероятно, при решении задач по экспликации у экспертов знаний, неосознаваемых ими, может оказаться полезной возможность репрезен­ тации этих знаний в различных формах наглядно-чувственных образов.

71


ГЛАВА III. ПСИХОСЕМАНТИКА ИЗМЕНЕННЫХ СОСТО­ ЯНИЙ СОЗНАНИЯ НА МАТЕРИАЛЕ ГИПНОТЕ­ РАПИИ БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ

Настоящая глава посвящена описанию изменений социальнопсихологических установок больных алкоголизмом в ходе их лечения с помощью гипнотерапии. Такая направленность исследования связана с системным характером трансформации личности. Алкоголизм, как, впрочем, и иная наркозависимость, представляет собой комплекс меди­ ко-биологических, личностных и социально- биологических нарушений и дизадаптаций, где причинно-следственные связи образуют сложные петли и кольца обратных связей, и алкоголь из катализатора иллюзор­ ной самоактуализации и антистрессора превращается в разрушителя организма и личности. Говоря об иллюзорной самоактуализации, мы соотносимся с работами С Б . Братуся (1983, 1991) и К.Г. Сурнова (1981), описавших завышенную самооценку алкоголика в момент опья­ нения («я все могу», «я все знаю»), иллюзию социальной значимости («я тебя уважаю», «ты меня уважаешь») и теплоты общения («давай поцелуемся»). Алкоголь демократично объединяет людей разного воз­ раста и статуса («алкогольная компания»), снимает робость, неуверен72


ность в общении («за столом никто у нас не лишний»). Все мы в той или иной степени испытали воздействие этого магического зелья и мо­ жем пропеть ему асану или предать его анафеме. Говоря об алкоголе как об антистрессоре, мы можем сослаться в первую очередь на эксперименты с животными (крысами), где посто­ янно действующий фактор стресса (ток, пропускаемый через клетку, в котором находились животные) отчасти купировался алкоголем, и жи­ вотные, получавшие его, легче переносили негативное воздействие (больший процент выживания), чем животные контрольной группы, находившиеся в сходных условиях, но не получавшие алкоголь. Алко­ голь, таким образом, выступал антистрессором, позволяющим выжить в неблагоприятных условиях. Эта закономерность легко переносится и на человека как существо биологическое, и можно полагать, что одна из основных причин провала антиалкогольной компании в период пере­ стройки в нашей стране, состояла в недоучете воздействия алкоголя как антистрессора, снимающего на время последствия социального напря­ жения. Стрессирующие факторы социальной жизни в перестроечную эпоху остались и даже возросли, а государственная политика в ограни­ чении выпуска алкогольной продукции привела к резкому росту само­ гоноварения и использования разного рода суррогатов. Тем не менее, горбачевскую антиалкогольную компанию, оказавшуюся неэффектив­ ной в первую очередь с экономической точки зрения, нельзя считать 73


полностью провальной, так как ряд демографов склонны связывать кратковременное увеличение

продолжительности

жизни в нашей

стране (в конце восьмидесятых прошлого века) именно с государствен­ ной политикой ограничения производства и потребления алкогольной продукции. Как антистрессор, алкоголь - это также средство «внутренней эмиграции», бегства в сумеречные, измененные состояния сознания от невыносимой или бессмысленной жизни. Как выразил это мудрый Омар Хайям (1994, с. 30): «Мы от самих себя хотим на миг уйти, и только потому к хмельному склонны зелью». Мозг человека в норме вырабатывает кортикоиды (эндоморфины) - своеобразные гормоны радости и активации. Алкоголь активирует и усиливает их выработку. При болезни алкоголизма происходит пере­ стройка организма, меняется химизм крови и мозг уже не в состоянии самостоятельно вырабатывать кортикоиды без воздействия внешнего фактора - алкоголя. Как в стране Зазеркалья Льюиса Кэрролла - чтобы оставаться на месте, надо все время бежать, так и в мозгу алкоголика для поддержания относительно комфортного состояния требуются ча­ стые внешние «вливания», выступающие свого рода наркологическими костылями дряхлеющего организма. При этом постоянные, массиро­ ванные доли алкоголя разрушают печень, отравляют токсинами мозг, ведут к его деградации. Суживается кругозор человека, его интересы. 74


Снятие жизненных и житейских проблем в состоянии алкогольного опьянения лишь временно и иллюзорно, и к тому же, оттягивает их ре­ шение, а накопление нерешенных проблем создает уже объективные трудности, не говоря уже о том, что часто в измененных состояниях со­ знания, вызванных алкоголем, человек не в состоянии управлять своим поведением и может совершать неадекватные действия и даже преступ­ ления. Мы полагаем, что сами по себе измененные состояния сознания (В.В. Кучеренко, А.В. Россохин, В.Ф. Петренко, 1998; В.В. Майков, В.В. Козлов, 2004; В.Ф. Петренко, В.В. Кучеренко, 2004) являются од­ ной из форм сознания, характеризующейся изменением форм категори­ зации (себя, других людей, мира) и переходом от понятийных форм к эмоционально окрашенному языку образов и символов (по типу сновидного). Измененные состояния сознания, по-видимому, не несут с точки зрения человеческой культуры заведомо положительную или негативную оценку. Понятие, как кристаллизация общественно вырабо­ танного человеческого опыта, держат наше сознание в узде социальной нормативности, и нарушение этических норм вполне открыто самосо­ знанию нарушающего. Т.е. он, как отмечает церковь, вполне осознано выбирает сторону добра или зла. В измененных состояниях сознания рефлексия ослаблена, хотя и возможна (см. Россохин, Измагурова 2004), и то, что непосредственно переживается человеком в изменен75


ных состояниях сознания, является в каком-то плане воздаянием ему за предыдущие деяния и мысли, выражает своего рода «кармическую причинность». Так, во время холотропного дыхания (Гроф 2002) катарсически выплескиваются неотреагированные эмоции и аффекты (отсюда и необходимость ситтера, наблюдающего за тем, чтобы человек в изме­ ненном состоянии сознания не навредил сам себе). Кто-то переживает агрессивные видения, и лупит кулаками воображаемого противника, кто-то испытывает радость и оглашает пространство криками и рыда­ ниями, кто-то созерцает бездонность звездного неба и слезы благогове­ ния выступают на его глазах. В измененных состояниях сознания до­ стигается некоторое раскрепощение, отстранение от стандартов, сте­ реотипов культуры и движение к большей спонтанности, эмоциональ­ ной насыщенности (через состояние хаоса к творчеству). Измененные состояния сознания достигаются различными психо­ техниками - от поста, медитации и молитвы, сенсорной депривации (за­ творничество) до динамических медитаций (чтение мантр, вращающе­ гося молитвенного барабана у буддистов; круговые движения танца дервишей в суфизме; ритмическое раскачивание молящихся иудуистов, танцы шамана и ритуальные пляски африканцев, экстаз вакханалий древних греков и римлян и ритуальный секс древних индустов. Изме­ ненные состояния сознания не являются чем-то экстраординарным, 76


присущим только религиозной практике. Рок-концерты и спортивные состязания притягивают тысячи «паломников» в огромные стадионы и залы в значительной степени благодаря переживаниям измененных со­ стояний сознания, где ритмическая музыка и эффект многотысячной толпы людей, испытывающих схожие переживания, вызывают (через эмоциональное заражение и деперсонализацию ) - измененные состоя­ ния сознания. Напротив, концентрация внимания на поплавке у рыбака, услада слуха путника звонким журчанием горного ручейка также могут вызвать у них измененные состояния сознания. Измененные состояния сознания практикует не только религия или мистика с их высоким движением духа навстречу божественному, но их эксплуатируют и тоталитарные политические системы с их мас­ совыми военными парадами, помпезными похоронами вождей, истери­ кой обличительных судебных процессов и торжественными массовыми собраниями, вызывающими деперсонализацию и призванными инте­ грировать людей в единую гомогенную массу. Наконец, наиболее простой способ вхождения в измененные со­ стояния сознания дает практика использования, алкогольных, галлюци­ наторных и других наркотических веществ. Практические любая чело­ веческая цивилизация использовала в своей культуре те или иные наркологические вещества. Перебродивший виноградный сок и напи­ ток сома, полученный перегонкой пищевой спирт, галлюцинаторные 77


грибы и листья коки, сок опиумного мака или вытяжка кактуса, дымок листьев табака или пыльцы конопли, все эти вещества использовались в ритуальных или религиозных практиках, как и их более слабые аналоги кофе, чай, кумыс, вошедшие в бытовой пищевой рацион. Психиатрия XIX века даже предлагала классифицировать цивилизации, исходя из доминирующей для данной цивилизации формы наркотика. Так, если алкоголь, стимулирующий в первую очередь эмоциональные пережи­ вания, широко использовался в практике средиземноморских, а затем и общеевропейских цивилизаций, а галлюцинаторные грибы присущи се­ верным варяжским и южноамериканским индейским цивилизациям, то опиумный мак, вызывающий чувственные оргазмические переживания, присущ цивилизациям Южной и Восточной Азии с их склонностью к культуре пассивного созерцания и расслабленности. Являясь средством релаксации и вхождения в измененные состо­ яния сознания, наркотическое вещество из союзника «по путешествию к иным мирам» легко становится господином, тиранически подавляю­ щим личность потребляющего их человека и делает его полностью за­ висимым от наркотика. «В поте лица своего будешь добывать хлеб свой насущный» - гласит Библия. Измененные состояния, вызванные нарко­ тиком - дармовой суррогатный «хлеб», испеченный на энергии, взятой взаймы у организма. Он не дает психологическую силу (энергию), а ис­ тощает ее резервы, предназначенные для творчества и духовного поис78


ка, ведет личность к деградации и тупику (А.Г. Плунина, Д.М. Давы­ дов, Е.А. Брюн 2005). Для лечения алкогольной и наркозависимости широко использу­ ются разного рода основанные на гипнозе, суггестивные техники (O.K. Тихомиров, В.Л. Райков, Н.Б. Березанская, 1975; О.В. Овчинникова, Н.Г. Иткин, Н.Н. Авдеева, Е.Е. Насиновская, Перес, 1974; С. Мышляев, 1993; О.В. Овчинникова, Е.Е.Насиновская, Н.Г. Иткн, 1989; Л. Шерток, 2002; Д. Гриндер, Р. Бэндлер, 1995; Л.П. Гримак, 2002, 2004; Ж. Годэн, 2003; М.Д. Япко, 2002). Практика лечения алкогольной и наркотической зависимости, разработанная нами, основана на замещение негативного опыта изме­ ненных состояний сознания на позитивный. По этой методике, травми­ рующие переживания, тревоги, подавленности вытесняются высоко по­ зитивными эмоциями радости, эстетическими переживаниями, вызван­ ными медитативными образами величественных гор, безбрежного оке­ ана, звездного неба. В гипнотических сеансах у пациентов вызываются не только (как в методе кодирования Довженко) резко негативные пе­ реживания, связанные с потреблением алкоголя. Так, например, паци­ енты видят собственное разлагающееся тело, отвратительно пахнущее алкоголем, что не только вызывает отвращение к алкоголю, но и акти­ вирует работу направленной на выживание иммунной системы пациен­ та. В лечебных гипнотических сеанса пациенты испытывают и весьма 79


положительные переживания, стимулирующие выброс эндоморфинов (гормонов радости) в кровь. Пациенты купаются в волнах эфира, наблюдая с высоты Землю, созерцают ночное небо его с мириадами звезд и путешествуют в иные, трудно описуемые на земном языке, ми­ ры. Близкие технологии работы воображения используют американские психологи в рамках когнитивной психотерапии (см. Т. Дауд 2003; Beck 1995; Ellis 1993). В результате массированных положительных эмоций не только улучшается физическое состояние пациентов, но и меняется их самооценка, видение собственного будущего и жизненных перспек­ тив. Если непосредственно перед лечением пациенты ориентированы на стабилизацию жизненной ситуации (ведь алкоголизация вредит от­ ношениям в семье и на работе, и пациенты соглашаются на лечение чаще всего под угрозой распада семьи и увольнения с работы), то к концу лечения у многих из них возникают новые жизненные планы и перспективы. Личностные изменения пациентов в ходе психотерапии дают основания полагать, что трансформируется система «базовой фи­ лософии жизни пациента», включающая глубинные представления о доброжелательности - враждебности окружающего мира и значимости собственного «Я» (М.А. Падун, Н.В. Тарабрина 2004). Новым приемом психотерапевтической практики работы с алко­ голиками и наркоманами является и разработанный нами в рамках пси­ хосемантического подхода к измененным состояниям сознания метод 80


сенсомоторного психосинтеза (В.В. Кучеренко 1990; В.Ф. Петренко, В.В. Кучеренко 2002). Этот метод позволяет вводить в гипнотическое состояние практически всех пациентов, не дифференцируя их по гипнабильности. Ведь и шаманы предварительно не отбирает при камла­ нии наиболее гипнабильных соплеменников, а работают со всеми участниками, достигая группового эффекта. Суть метода сенсомотор­ ного психосинтеза заключатся в том, что гипнотизер (суггестор) после­ довательно и поэтапно формирует целостный интермодальный иллю­ зорный образ, привязываясь к наличным переживаниям пациента. При групповой гипнотерапии окружающие люди и предметы мо­ гут вводится как компоненты иллюзорной ситуации. Например, при внушении пациенту того, что он находится в ресторане, другие пациен­ ты воспринимаются им как посетители этого ресторана, Погрузившиеся в трансовое состояние, пациенты ведут себя согласно своему типовому представлению о «посетителях ресторана». Они опустошают бокалы и рюмки с воображаемым алкоголем, раскачиваются на стуле в такт вос­ принимаемой «музыки» или сами горланят песни, выступая «подсад­ ными утками» и заражая своим состоянием других пациентов. В ходе формирования иллюзорного образа методом сенсомотор­ ного психосинтеза, можно выделить ряд феноменологических транс­ формаций:

81


- Стадия «когнитивного видения», при гипнотическом внушении пациент еще не воспринимает объект, но доподлинно «знает», что он присутствует и находится от него на некотором расстоянии. Например, до «стакана с соком» можно дотянуться и взять его в руки. - Стадия «слайдового видения», когда внушаемый объект вос­ принимается как плоскостной, как образ объекта на киноэкране. Затем следует переход от плоскостных образов к объемным, «с глубиной». - Стадия «перцептивной конкуренции»- последовательное виде­ ние то «иллюзорного» гипнотического образа, то непосредственно фи­ зического. Например, пациент видит то костер, то линолеум, покрыва­ ющий пол палаты. Но затем сам линолеум начинает пузыриться и оста­ ется только «костер». - Расширение гипнотического видения. Гипнотизер отталкивается от образа «костра», освещающего окружающую поляну, и обращает внимание пациента на окружающие звуки, например, доносящийся из­ далека рев льва. И вот уже пациент наблюдает прайд львов, вышедших семейством из высокой травы, на которую бросают отблески языки пламени костра. ч

- Наконец, у погруженного в иллюзорную реальность пациента наступает феномен «телепатического видения», когда пациенту кажет­ ся, что образы, внушаемые гипнотизером, у него возникают еще до то82


го, как он слышит речь гипнотизера. Т.е. слова гипнотизера начинают восприниматься пациентом как комментарий к уже увиденному. Эмпирическое исследование. Влияние гипнотерапии на самока­ тегоризацию пациента (концепцию «Я» пациента) и на восприятие и оценку социальных стереотипов и типажей. В задачу нашего эмпирического исследования входило изучение трансформации семантического пространства самосознания пациента на фоне оценки ряда социальных типажей в ходе гипнотерапии. Испытуемыми являлись пациенты (обоего пола) одной из нарко­ логических больниц города Москвы, которым был поставлен диагноз хронического алкоголизма. На лечение с помощью гипнотерапии паци­ енты обращались добровольно, более того, очередь на лечение варьи­ ровалась от пары недель до нескольких месяцев. Так что мотивация ле­ чения пациентов была достаточно высокой. Процедура гипнотерапии осуществлялась в течение 4 недель и включала 10 сеансов длительностью около 2 - 3-х часов. Процедура исследования включала структурированное интервью в форме психосемантического шкалирования. Опрос проводился до проведения курса гипнотерапии и сразу после него. Испытуемых про­ сили по шестибалльной шкале (от 0 до 5) оценить то, насколько пози­ циям «Я-сам», « Я - в мечтах», и «Я- через три года», а также таким ро­ левым позициям (или социальным типажам) как: « несчастный чело83


век», «хронический алкоголик», «делец», « «семьянин», «верующий че­ ловек» свойственны такие психические, социальные и физиологические состояния как: «Верить в свою звезду», «иметь хорошее физическое самочувствие», «пользоваться успехом у противоположного пола», « иметь теплые отношения с близкими», «злоупотреблять алкоголем», «конфликтовать с окружающими»», «думать о самоубийстве» и т.д. Всего 55 суждений. Индивидуальные протоколы испытуемых

(всего

13 человек)

группировались в суммарную матрицу данных (24 х 55) (12 ролевых позиций ДО гипнотерапии + 1 2 ролевых позиций ПОСЛЕ гипнотера­ пии на 55 суждений-дескрипторов), которая подвергалась процедуре факторного анализа. (См. таблица 1).

84


Таблица 1. Оценки ролевых позиций больными алкоголизмом до/ после лечения с помощью гипнотерапии. и

<о m о

Вопросы

« О (=!

л н о си « эЯ

о [-Н

н

Я & со

о и

0) Он CD

эЯ О И

Н

CD

эЯ

3 К

Я

к Я н

зЯ Я К

<и CD

ю о О)

эЯ

кн о а о

п

ч <и

я

о

«

эЯ

я

Я

CD (=5

S <и о

в

0)

2

Я"

о я о го

со Я

S3

зЯ

О

&

о

PQ О

Я

(-.

я я

0)

S

ю

Он

и

К CD CD Ю О

Он

CD 03

о о

эЯ

я

в 2

Он CD

PQ

о и

я я я

Ю

о

«

эЯ

я я CD

о

я

л S CD

CD

ч

го

CD

о эЯ Я

В О

§

о о

X

CD

VO

зЯ

я

в

зЯ Я Я си

& CD

И

Он

си

1. Иметь хорошее 44/

52/

51/

47/

18/

19/

53/

34/

25/

39/

19/

43/

здоровье

56

56

47

28

16

57

48

28

45

28

50

47/

44/

40/

16/

10/

54/

23/

18/

38/

11/

46/

55

53

46

25

14

53

37

27

51

24

47

3. Верить в свою 43/

54/

50/

45/

25/

27/

52/

43/

20/

48/

34/

49/

счастливую звезду

51

51

47

36

28

50

55

31

52

37

50

56/

57/ 43/

24/

24/

55/

34/

28/

53/

12/

52/

59

58

30

22

53

47

27

59

20

56

2.

47

Пользоваться 48/

успехом у проти­ 48 воположного пола

46

4. Хорошо зараба­ 50/ тывать

55

49

85


и о Ч

и оЗ О

0)

Вопросы

эК О 03

М зК О

н tr S

Я О, Н го

CQ

Он О)

и

tr

н

<и и о ч (Г зК

a tr к с Я

H зК S

a ч:

О

«4)

03 О

ч <u

tr эЯ »—t

a H о 03 tr о о

д

tr S о ч о t-l

о

оЗ 5S S

2 ю & О >>

о ч со

и о и о ч о

а а

со

а

ЭЯ

3 а а ч S 0)

о ч CD

Я" и

m о ч о> tr за s

tET S Он

PQ

S Он ю о за а а ч о В о о

а а а л S ч

ID

СО

м

за а

а

0Q

за а В о

Он

о X

О) VO

VD О

<и о

4)

а а

«U Он (О И

5.

Заниматься 41/

50/

50/

41/

17/

11/

>» 49/

32/

13/

39/

17/

44/

спортом

45

56

54

44

21

7

53

39

17

48

14

44

6. Верить в Бога

10/

9/

7/

19/

37/

13/

10/

53/

13/

14/

18/

19/

14

13

14

23

37

8

12

60

15

16

23

20

16/

11

11/

25/

29/

40/

14 /

11/

38/

28/

26/

4/

3

3

3

15

31

37

9

2

31

21

28

1

8. Повышать про­ 41/

37/

37/

42/

25/

11/

54/

38/

9/

50/

12/

45/

фессиональную

42

42

39

20

9

52

44

10

45

7

48

9. Иметь дополни­ 50/

55/

56/

44/

31/

28/

56/

39/

26/

58/

31/

52/

тельный заработок

59

57

46

29

13

56

39

23

57

26

53

7. Развестись

квалификацию

37 на

курсах в институте

46

86


чувство одиноче­

10.

4^ 4^.

о

о

О

Ui

Я" в мечтах

4^

о

о

to

U)

"Я" через три года

to ЧО

UJ

v\

to

4^ »— 4^ •—>

ON

И о я -о о о Е

Испытывать

l/i

ства, заброшенно­

11. Думать о само­

^J

ЧО

сти, ненужности

убийстве

4^

на

приуса­

to

Работать

личном

участке,

to

12.

дебном

В я

даче и т.п.

CD H

ON

"Я" такой какой я есть

Средний типичный человек

4^

4^

4ь. to

ON

4*.

to

5^

i—k

ON

U)

о

t—> ON

to н->

ы

to

4=>-

U)

О

^J

Несчастный человек

tO

иО

to ЧО

to -J

ON

4^

U) to

Злоупотребляющий алкоголем человек

4^ <1

4^ ;0

н-

4^-

4^

ЧО

4ь.

4^

О

U)

H-* to

tO СЛ

Верующий человек

00

00

to

to

U) to

to to

Ведущий бессмысленный образ жизни

i—

00

-o. Ui

to

4^ и-

4^ О

<1

U3

OO

LH

to

U)

ON

to

1—'

1—»

4^.

U\

t—»

U)

1—»

H->

О

ON

4* 00

4* о

4*.

00

ЧО 4* Ю

tO 4*.

О

4^-

Уверенный в себе целеустремленный человек

Делец Зэк Хороший семьянин


OJ о

OJ -J

4^

VO

4^

4^ VO

4^ 4^

-J

н—

tO

4^

4^

i—'

OJ

4^ on

4^ i—»

н— и-

tO OJ

OJ 00

OJ OS

OJ -J

OJ VD

to -O

to 4^

4^

4^.

4^

on

OJ

OJ

о

о

On

VO

ОП

i—' OJ

OJ OJ

OJ

ОП

ОП

t—•

p — '

to

4^ 00

OJ

•— OJ

OJ

to

to

as

VO

OJ OS

tO.

О

ОП

OJ to

to OS

--4

to

К) OS

N3 OS

to

to

VO

OS

OJ О

to oo

i—

to

;o to

OJ

OJ

OJ

-O.

OJ

4^ OJ

OO

i—'

ОП

о

^

to

to

OS

J>

4^ OJ

4b. I-»

OJ

OJ

OJ

OJ

OJ

to

vo

Oh

о

4^

OO

vo

-O

о

чо

^

-0

OS

о

4^ 4^

4^ и-

to

о

OJ OJ

to OS

OJ

4^

vo

to

on to

on on

00

*--

OJ OS

OJ 00

H-*

tO

4^

4^

4^

о

Ы

00

к>—•

tO о

4^ to

4^ OJ

t—»

-J

U)

to

о vo

OJ

i—«

о

14. Сменить про­

OJ ОП

OJ

to

фессию

p OJ

Путешество­

to

15.

ЕЯ

вать, ходить в тур­

я

походы

CD

вне­

о

за

CD

o\

Съездить

P H

16.

К

границу

о to К H tr

и

Иметь

00 p

17.

oo

брачную связь

1—'

vo

to

on

vo

W о о о

E "Я" такой какой я есть Я" в мечтах "Я" через три года Средний типичный человек Несчастный человек Злоупотребляющий алкоголем человек Уверенный в себе целеустремленный человек

to

to

<1

OS

О

00

Верующий человек

t—»

4^

OJ

OJ to

OJ OJ

Ведущий бессмысленный образ жизни

OJ to

to Os

к-»

OJ

-O

on

Делец

-J

Os

OJ О

OJ ь-»

4^

4^

-J

H-*

to OJ

OJ с->

1—»

Зэк Хороший семьянин


художественной

самодеятельности,

искусством, фото­

Конструиро­

4^

U) Ul

из CX)

к-* U>

4^ vo

4^ tO

4^ U)

tV>

О

4^ CX)

-P^ to

4^ 4^.

ON

iM to

4^ ^n

U)

U> -J

U)

ON

U)

U>

4^

4*.

U)

tO to

4^

-J

ON

^

4b. 4^

l/> I—'

4^ ЧО

4^ ON

4^ U)

U)

to

U\ 4^

Ui 4^

UJ

to

to

4^

CX)

О

vo

ON

to о

to о

4^

ON

Ul

о

о

о

en

CD

s

X

4^

ON

to

О

4^

ON

Ю (—'

4^

H-

ре­

bh

CD H1 СГ

CD H

изобре­

о o\ o\ к4 ^

заниматься

графией

20.

вать,

домашним

меслом,

to

тать

to to

ON

ON

U)

I—' I—»

W О

a о о

43

"Я" такой какой я есть Я" в мечтах "Я" через три года Средний типичный человек Несчастный человек Злоупотребляющий алкоголем человек Уверенный в себе целеустремленный человек Верующий человек

4^

Ведущий бессмысленный образ жизни

to

Делец

4^ и-

OJ О

CX)

CX)

1—'

4^

СЛ

U)

о

to

ON

t—'

о

Зэк Хороший семьянин


0) ра

о а> кг S

ра

о

да

он

Вопросы

« О И

3 н

а и эК о

О

D 1?

К

эК

п

К

О) (D

« (Я

н

к к к н JK к к и: о,

m о

4)

О I-

О « эК

й кн о

ей

о

эК К

2

О

о

5 я я

0)

S о (D

Я"

О

па

эК

о го

п

кг

ю

с

со К

эК

ID О

&

к я

ра

ра

о ч

(U

эК К

2 о, а»

я к я

S3 ю о

«

S а> о

эК

Я К

я

00

В

а> о

о

Он

a

о

X

о

(D

эК К

У (О

ю

я я

эК К PQ

<и о, оа >»

(разводить рыбок, 36

44

42

41

18

8

46

43

8

35

7

51

23. Иметь чувство 56/

58/

58/

51/

32/

16/

59/

53/

30/

54/

39/

56/

собственного

до­ 55

59

59

52

37

11

55

46

28

47

31

49

24. Ощущать бес­ 4/

4/

3/

8/

31/

34/

2/

И/

26/

10/

18/

11

0

1

7

45

47

0

11

36

5

29

1

27/

26/

31/

9/

1/

40/

34/

2/

22/

3/

30/

15

14

16

6

2

28

28

2

24

1

31

коллекциониро­ вать)

стоинства

1

смысленность жизни 25.

Заниматься 25/

общественнополитической

9 ра­

90


w

CD Ю О

CD

(D

О Ч

а> PQ

Вопросы

л н о а)

ио

t*

Я

ЗЯ О

«

Н IT1

0)

m

эя о а н

Он

н

со

CD Он

а>

О Ч

а?

CD

CQ

V эЯ

я tr я я я н зЯ я я

ЧС

О Ч

CD ЕГ

эЯ

CD

Я

Ч О

(-Н

о м

из Я н о

эЯ

о

2

я

в ю

CD Он

CD

и

&

о

я >. о ч

я я

о Я

Ч

S

ЭЯ

CD

«

CD Ю

3

я CD

ч

Р/ О CD

>^

и

о ч

<D

1

Ег зЯ Я

CD

ч CD

Я" CD

я я я

Он

CD

Он CD

PQ

ю

ю о

зЯ

3

я я CD ч о

W CD

Ч

CD

3 2 о о

Г) РО

о

ЗЯ Я

3 о о X

CD

VD

зЯ Я

CD О

м

CD

& CD

зЯ Я

я а)

Он CD И

ботой

26.

Принимать 23/

29/

24/

35/

14/

9/

37/

45/

8/

26/

10/

36/

29

30

29

15

3

33

48

4

23

4

37

27. Иметь друзей 42/

44/

42/

35/

33/

27/

40/

31/

26/

44/

37/

38/

другой националь­ 38

44

39

38

29

20

46

46

20

48

26

42

28. Ходить в лес за 49/

54/

52/

47/

29/

24/

48/

40/

14/

34/

13/

52/

грибами,

52

53

47

27

15

45

46

14

32

12

50

46/

45/

41/

16/

8/

49/

50/

17/

52/

15/ 46/

52

51

43

15

8

52

54

17

38

9

участие в экологи­ 21 ческом движении

ности

на

ры­ 50

балку 29. Ощущать себя 37/ в

гармонии

с 46

91

39


ность к творчеству

30. Иметь способ­

4^

4^

4^ U\

U) <i

ил ^)

ON О

ил ю

ил U1

U\ ь-*

4^ NO

4ь. U\

U\ <i

U\ аз

NO

-О.

4^

4^

чо

оо

4x NO

4^ to

"Я" через три года

ил ю

ON

U>

to

4^

4^

U) NO

U) NO

Средний типичный человек

4^ ю

U) О

U) 4^

-J

О

to

to

ON

4i>

NO

Несчастный человек

•—»

ON

to Ю

К) -J

ю

NO

О

Ui

U\ 4^

U\ U>

U\

4ь.

ил

Ui

ил

ил

4^.

4^ VO

4^ ON

U) ON

U\ 4*.

Ui 4^

Ut К)

ил О

4^ NO

4^ Ui

4^ to

Верующий человек

U)

U) i—'

U> NO

U)

U>

•— ОО

to U\

NO

ON

Ведущий бессмысленный образ жизни

4^ U)

U) ^J

4^ to

4^ -~J

ил

ил

4*.

4^ О

Делец

00

ON

U) L*

U)

4^

U)

I—»

to

vo

О

окружающим ми­

31. Обладать спо­

ил 00

ром

собностью к кон­

t—

центрации внима­

U\

00

ния

ил

Иметь хоро­

ший сон

4^ ил

4^

32.

33, Иметь душев­

ный покой ил 4ь.

и о о о

а

"Я" такой какой я есть '

Я" в мечтах

Злоупотребляющий алкоголем человек Уверенный в себе целеустремленный человек

о

о

ON

ON

U) NO

U) -~J

to О

to ил

Зэк

U)

о

о

4*. NO

4ь. to

Хороший семьянин


о

СО О Ч

л н о <и

Вопросы

W

3

ЗЯ

о

«

и

CQ

зЯ О

о (-( Я

(U Ш О Ч <D

ЗЯ

<и tr 0)

и о ч

Я

(U

зя

СО

(D

К Я

D

Я

кн о

с н

зЯ Я

и се н

я

я

ей

sr о

Ч

<D Ч О

и о

S ЗЯ

s Э" 2

ю о & О С

о,

а

о ч со

к

я я

<D CQ О

со Я

Ч

<D

3

Я

я я

(1)

ч &

о >> <и ч а Я" CD

ю <и о

«

о ч

О)

зЯ Я

В 2 а. (О

PQ

CQ

зЯ

зЯ

W

Я

я я

ч

<D

ч

Г)

со

я

CQ

я

Он

о

X!

Ю зЯ Я

«?

S о о зЯ

во

о S о о а>

Я Я

я я я

ю о

(О 0) И

\

6/

7/

13/

37/

32/

15/

22/

30/

30/

38/

12/

3

4

16

49

49

1

18

34

24

40

13

35. Уметь с досто­ 42/

53/

54/

41/

27/

17/

56/

50/

23/

50/

34/

48/

инством выходить 47

59

57

45

19

16

56

50

22

49

33

48

36. Конфликтовать 10/

6/

11

13/

22/

39/

14/

1/

30/

15/

33/

12/

с окружающими

0

3

14

36

53

9

5

41

22

49

10

57/

56/

48/

33/

19/

55/

56/

28/

48/

31/

56/

58

57

44

29

21

49

48

31

49

21

51

34.

Испытывать 18/

постоянное ство

чув­ 11

внутренней

тревоги

из разных ситуа­ ций

9

37. Уметь ладить с 52/ людьми

51

93


о га о

и лн о

Вопросы

4) Ю О

«

<L) W

X

ЭЯ

н

о W сЗ

и о

и

ев

о я Он н со

h

н

О

«

о и о

эЯ

и Я Я Я

н эя

я я

(=t <u

о

Он

S <=:

о о [-Н

зЯ

3

я

в

tr о со

я

ы га

я я

эЯ

3Он

и

о <и tr Я

я я

<L>

S

эЯ

&

я

CD

2 ю

& О

я о го

(D

Я" CJ VO (U CJ

со Я

(D И О

<=: tr эЯ Я

я' 2

>-. Он

PQ

я я я

ю о эЯ

«

3

я я со

о 3 S оо

л S <и о

эЯ Я

3О Он

о

ю

эЯ . Я

m эЯ

В

я я

И

CJ Он «U

га

38. Уметь

делать 41/

53/

51/

39/

13/

16/

52/

30/

21/

57/

28/

41/

52

50

38

9

8

52

29

14

56

19

41

58/

57/

48/

23/

22/

57/

48/

33/

55/

45/

52/

59

59

43

17

19

56

47

26

54

32

53

56/

55/

47/

36/

21/

47/

55/

25/

35/

29/

52/

55

55

45

34

18

50

54

23

29

24

48

23/

22/

23/

16/

31/

23/

0/

30/

28/

52/

16/

26

27

27

19

37

24

3

30

38

54

20

42. Прощать оби­ 38/

38/

37/

37/

34/

37/

29/

45/

33/

23/

17/

40/

ды

41

39

37

33

27

33

43

32

18

21

37

52/

51/

46/

35/

14/

49/

53/

14/

34/

12/

59/

деньги

42

39. Уметь постоять 52/ 53

за себя

40. Иметь способ­ 48/ ность

понимать 47

других людей 41. Избить обид­ 27/ чика

25

38

43. Большую часть 46/

94


« CD

и о

CD

ё Вопросы

(D W

о и а и

н S Я

зЯ О

ч: о и Я & со CD CU О)

я о ч

CD

зЯ И

sr а я я н зЯ

я я

ей Н

о,

Ui

а> и о

ч

<и сг зЯ

ян о о

я

Ч tt>

§

s

зЯ

<u Ч

О

u,

и

CD

CD Я О

ч & о О

2

ч

VO

Я"

CD

&

о я

со Я

Я

я я

о

зЯ Я &

я я

о я о

CD CD

CD IT1

зЯ Я

2 CD

га

Ю

о и

зЯ

о ч

Я

зЯ

я я я

CD

Ч

яг CD

Ч

CD

со

со

О

CD О

зЯ Я

В о о

Я S оо <D

ю

CD

>>

я я я « я

ю о

зЯ Я

Я

CD

PQ

я (D

времени

прово­ 46

а, а

53

50

46

28

7

>» 51

53

11

31

10

59

44. Жить в благо­ 55/

59/

58/

48/

39/

25/

54/

45/

32/

56/

24/

51/

устроенной

59

58

45

32

13

57

49

27

57

15

52

45. Иметь хорошие 54/

57/

57/

52/

43/

27/

55/

53/

34/

50/

35/

56/

теплые отношения 56

58

57

51

39

15

51

55

31

50

25

59

15/

18/ 22/

16/

11/

24/

27/

20/

24/

10/

15/

21

22

20

6

30

28

13

21

8

22

дить в кругу семьи

квар­ 56

тире

с родителями 46. Участвовать в 12/ движении

нефор­ 14

мальных

органи­

23

заций

95


и

47. Участвовать в

чо

to

to U)

н-о

to

н->

4^

4^.

4^ О

UJ ^J

to

to

t—»

1—'

U)

OJ

to

4^ О

U) oo

to

go

U) to

to to

4^

4^

4^

00

to 4^

to Ю

Средний типичный человек

00

о

О

^J

н^

00

Несчастный человек

ON

н-> to

00

t—'

U>

U)

Злоупотребляющий алкоголем человек

ON

^

U)

to

4^

4^

ы -J

to 4^-

Верующий человек

О

ЧО

to

4^.

Ведущий бессмысленный образ жизни

to ON

(-* ^4

tO

1—

ON

oo

Делец

4^.

Oi

Зэк

to ON

to ON

Хороший семьянин

U\ 4^

4^ U)

to 4^

•-» 00

to

ЧО

4*>

-

Ui

to

U)

1

1—»

Ui

4^

Ui

I—

U) О

to ON

4^-

Lh U)

4^ to

H-»

ON

U)

to

to

4^ OO

4^ О

Ui

о

tO

U)

Ы

политических

4^ to

•^4

экономических

48. Иметь домаш­

4^. oo

H

преобразованиях

них животных

UJ

a

на месте работы

49. Стремиться к

4^

«

ствованию

самосовершен­

p

о $

о о й

"Я" такой какой я есть Я" в мечтах "Я" через три года

Уверенный в себе целеустремленный человек


to

to

4^

Ui

to

to

NO

-o

о

4^ 4ь.

4^ to

4^

4^

NO

СЛ

4^

4^

CO

U)

»—

4^. О

UJ СЛ

4^

•-* NO

to Ui

4s>

UJ

to

to

4^

и-

>-*

CO

to

to NO

^U)

to -o.

4^

4^

U)

CO

t—»

и-. 4b.

U) U)

to u»

U)

о

4^ 4b.

4^ U)

to

U)

U)

-o.

о

^* -J

to ;o

to VO

4^ о

to со

u>

to

Ui О

VO

to

to

CO

«o

u) • ON

1—'

H-»

NO

--4

4b. CO

u> CO

1

•—'

Ui

4^

K-»

U)

1—'

> — »

'

о

• s о о Е

за

о

Бороться

^

51.

Употреблять

ON

справедливость

52.

алкогольные

53. Ощущать себя

напитки

в

to to

и)

00

о

и) 4^

t/1 1—1

О

н-1

NO

4^

U>

оо

NO

-J

к-»

U)

»—»

U)

CO

U)

U)

4^

4ь.

to

to

полноценным

и)

ю

ON

сексуальном плане

to

из и)

54. Верить в пред­

to

определенность

ON

своей судьбы

55. Верить в свое 4^

и

4^

to

NO

<J

4^ -J

to

to

to

и-

Ui

4^

NO

NO

to

U)

4^ Ui

U) U)

ON

-O

to

4^

<J\

•—

vo

to

4^

4^

ON

Ul

"Я" такой какой я есть Я" в мечтах "Я" через три года Средний типичный человек Несчастный человек Злоупотребляющий алкоголем человек Уверенный в себе целеустремленный человек Верующий человек Ведущий бессмысленный образ жизни Делец Зэк Хороший семьянин


я я

ю о ч

и о m л н о

Вопросы о « се и зЯ о W

3 н

ей Ч О (-. Я Он

н

о Ч

<D

зЯ К

я я к н

И

Л

^

н

Ь:

зЯ Он

3

tr

s 0)

о ч

(D 1 СГ

зЯ

ч о

t-H

о и

о ч

со

зЯ

3 я я ч S

я S

и

ю о зЯ

в

о

я н о

зЯ

я

я

о

2 §

Я"

Он 2

СЗ 5Г

0^

д

&

о я

и

>^ о ч со

о

ч

1)

ю0)

я я я w

Он

о и о ч <и tr зЯ

га

о

в я я о ч

ч

со

л £ о о зЯ Я

В

й

О Он

о ю зЯ

о

X

я в ч

PQ

зЯ

3 я я

Он

я

высокое

предна­ 40

43

43

32

7

6

48

47

8

43

7

значение

Обработка данных с помощью факторного анализа позволила выделить 4 значимых фактора, объясняющих 5 6 , 1 5 , 1 4 и 4 процента общей дисперсии. Ниже приводятся факторные нагрузки пунктов опросника, вошедших в тот или иной фактор. Напомним, что знак фак­ торной нагрузки содержательного смысла не имеет, а показывает, к ка­ кому из двух полюсов фактора относится содержание каждого пункта. Первый фактор включал следующие суждения: Испытывать

чувство

одиночества,

ненужности Ощущать бессмысленность жизни

заброшенности, 0,94 0,91 98

38


Испытывать постоянное чувство внутренней тревоги

0,87

Думать о самоубийстве

0,87

Употреблять алкогольные напитки

0,84

Развестись

0,77

Конфликтовать с окружающими

0,76

Сменить профессию

0,70

Противоположный полюс фактора представлен суждениями: Уметь постоять за себя

-0,93

Ощущать себя полноценным в сексуальном плане

-0,92

Уметь делать деньги

-0,92

Заниматься спортом

-0,91

Иметь хорошее здоровье

-0,89

Уметь с достоинством выходить из различных ситуаций

-0,89

Иметь дополнительный заработок

-0,89

Пользоваться успехом у противоположного пола

-0,88

Хорошо зарабатывать

-0,86

Иметь хороший сон

-0,85

Иметь машину

-0,85

Жить в благоустроенной квартире

-0,85

Иметь чувство собственного достоинства

-0,85

Верить в свое высокое предназначение

-0,85

Иметь способность к творчеству

-0,84


Путешествовать, ходить в турпоходы

-0,84

Уметь ладить с людьми

-0,83

Конструировать заниматься домашним ремеслом

-0,82

Переходя к интерпретации первого фактора, напомним, что ин­ терпретация выделенных факторов осуществляется через поиск смыс­ лового инварианта пунктов входящих в фактор, а так же исходя из того, какие объекты оценивания оказались наиболее контрастными по ин­ терпретируемому фактору. Исходя из того, что один из полюсов первого фактора представ­ лен суждениями, образующими некий интегральный синкретический фактор «Общего благополучия», куда вошли пункты (суждения), по­ священные физическому здоровью, экономическому и социальному благосостоянию и психологического благополучию,

включающему

творческую реализацию и высокую самооценку, в то время как проти­ воположный полюс включает разные фрустрирующие состояния и про­ блемы, назовем первый фактор - фактором «Общего благополучия». Наиболее полярными объектами по этому фактору оказались ролевые позиция «Я- в мечтах», «уверенный в себе человек», «делец» на полюсе благополучия и «несчастный человек» и «злоупотребляющий алкого­ лем человек» на полюсе неблагополучия.

100


Я в МЕЧТАХ

Аелец^

я ТАКОЙ, КАКОЙ есть

уверенный а севе человек

ХОРОШИЙ семьянин

типичный человек

веАУщии

вессмь/сленныи ОБРАЗ жизни

-1

несчАСтныи человек

зл оупотреел яюи/ии Алкоголем человек -2

Рис. 1. Семантическое пространство динамики ролевых позиций в ходе гипнотерапии у пациентов наркологической клиники по факторам F1,F2. Напомним также, что высокая факторная нагрузка некоего пункта (качества) вовсе не означает, что респонденту (пациенту) присуще ка­ чество или состояние, описываемое этим пунктом опросника. Напри­ мер, хотя такие пункты опросника как «способность к творчеству», «вера в свое высокое предназначение» и т.п. имеют высокие нагрузки по первому фактору, первичные оценки респондентами самих себя по этим качествам были, как правило, весьма низкие. То есть, высокие факторные нагрузки этих пунктов означают, что для респондента каче101


ства, описываемые этими пунктами, высоко коррелируют с представле­ ниями пациента о «благополучии». Но это не значит, что респонденты обнаруживают эти качества у себя, и даже не свидетельствует о том, что они к ним стремятся. Интересным представляется так же разнесен­ ность в семантическом пространстве (см. рис.1) ролевых позиция «Ясам» и «злоупотребляющий алкоголем человек» . Здесь мы сталкиваем­ ся с неким феноменом обыденного сознания, заключающимся в том, что люди, как правило, не идентифицируют себя со средним (типич­ ным) человеком той социальной или этнической группы или тем соци­ альным стратом, к которым принадлежат. В исследованиях социальных или этнических стереотипов (В.Ф. Петренко 2005) респонденты давали различные оценки себе самому и типичному человеку социальной или этнической группы, к которой они принадлежали. В исследовании лю­ дей с физическими дефектами (В.Ф. Петренко, В. Вайшвилайте 1993) слепые пациенты себя оценивали гораздо более социально адаптиро­ ванными, чем таких же товарищей по несчастью. Аналогично, наши ре­ спонденты (т.е. пациенты наркологической клиники) ощущают себя го­ раздо более сохранными (нормальными), чем окружающие их больные алкоголизмом, и не идентифицируются с ними. Что, впрочем, не ис­ ключает дружеского общения с силу общности проблем и интересов. И в иных сферах человек подчас не склонен идентифицировать себя с той общностью, к которой относит его общественное мнение. Так, дети 102


чувствуют себя старше своего возраста и обижаются на отношение к ним как к «маленьким»; старики же ощущают себя гораздо моложе и физически сохраннее, чем их воспринимают окружающие. Т.е., катего­ ризация с внешней и с внутренней позиции дает разные результаты. Сам себя (из внутренней позиции) человек, как правило, видит более сильным, умным, адаптивным, чем средний, «типичный человек», коим он с точки зрения общества (позиции внешнего наблюдателя), как пра­ вило, является. Позиция «Я-сам» - уникальная, единичная, пристраст­ ная и привилегированная позиция. Можно перефразировать гордые слова Архимеда, касавшиеся мира физического: «Дайте мне точку опо­ ры, и я сдвину Землю», в суждение относительно мира психического: « Стоит мне изменить себя, и весь Мир изменится». Исходя из всего вышесказанного, мы интерпретировали первый фактор как фактор «Общего благополучия <-> неблагополучия». Второй, униполярный (однополюсной) фактор включал сужде­ ния: Заниматься общественно политической работой

0,73

Заниматься художественной самодеятельностью

0,72

Родить ребенка

0,64

Повысить профессиональную квалификацию на курсах или в ин­ ституте Работать на личном приусадебном участке

0,64 0,63 103


Участвовать в экологическом движении Участвовать

в

общественных

организациях Конструировать,

0,56 неформальных 0,55

заниматься

домашним

изобретать

ремеслом, 0,50

Иметь дополнительный заработок

0,45

Большую часть времени проводить в кругу семьи

0,41

Наиболее полярными по второму фактору оказались (см.рис 1) ролевые позиции: «хороший семьянин», «уверенный в себе человек», «типичный человек» с одной стороны и «ведущий бессмысленный об­ раз жизни», «отбывающий заключение», «злоупотребляющий алкого­ лем» - с другой. Содержание контрастирующих (образующих полюса фактора) пунктов опросника и характер размещения по этому фактору ролевых позиций (описанный выше) позволяет интерпретировать этот фактор как «Упорядоченность бытия <-> жизненная нестабильность (го­ товность к переменам)». Третий фактор включал суждения: Прощать обиды

0,41

Иметь домашних животных

0,94

Уметь понимать других людей

0,70

Проводить большую часть времени в кругу семьи

0,61

В оппозиции к суждениям: 104


Избить обидчика

-0,80

Иметь внебрачную связь

-0,79

Мы назвали третий фактор фактором «Толерантности» (Терпимо­ сти» или «Ненасилия»). Наиболее контрастны по этому фактору «ве­ рующий человек» и «хороший семьянин», как склонные к терпимости. На противоположном полюсе фактора находятся ролевые позиции «от­ бывающий заключение» и «делец». Причем «делец» оценивается даже более склонным к насилию, чем человек, «отбывающий заключение».

4 ф,

w т*гл 3 *влл»-

<$£$&

, \ -•ч

лелец

105


Рис. 1 Семантическое пространство динамики ролевых позиций в ходе гипнотерапии у пациентов наркологической клиники по факторам F3 , F 4. Четвертый униполярный (однополюсный) фактор, включал всего два пункта опросника: Верить в Бога

0,93

Верить в предопределенность своей судьбы

0,78

Исходя из содержания пунктов опросника, входящих в четвер­ тый фактор, и того, что наиболее полярные позиции по этому фактору занимали ролевые позиции «верующий человек» с одной стороны и «злоупотребляющий алкоголем» и «ведущий бессмысленный образ жизни», мы интерпретировали этот фактор как «Вера в Бога»

Рассмотрим теперь динамику изменения координат «ролевых по­ зиций» в семантическом пространстве наших респондентов-пациентов ДО - и ПОСЛЕ - проведения гипнотерапии. (исходные точки векторов на рисунках семантических про­ странств соответствуют координатам ролевых позиций в семантиче­ ском пространстве до- проведения гипнотерапии, а конец стрелки - ко­ ординатам ролевых позиций после проведения гипнотерапии.) По первому фактору «Общего благополучия» позиция «Я-такой, какой есть» после проведения психотерапии значительно перемести106


лась в сторону большего благополучия и практически достигла позиции «Я в мечтах» - до проведения гипнотерапии. Т.е. наличное состояние пациентов после проведенного лечения почти достигло их мечты о же­ ланном будущем. Т.е., по крайней мере, в субъективном плане само­ ощущения пациента гипнотерапевтическое лечения достигло своей це­ ли. Прогноз собственного будущего («я через три года») также суще­ ственно сместился в благоприятном направлении. После лечения вос­ приятие ролевых позиций «уверенный в себе человек», «делец», «хо­ роший семьянин», «типичный человек» и «верующий» также стали оцениваться по фактору «общего благополучия» более позитивно, в то время как «отбывающий заключение», «ведущий бессмысленный образ жизни», «злоупотребляющий алкоголем» и «несчастный человек» стали восприниматься еще более несчастными и неблагополучными. Т.е. в результате проведенных сеансов гипнотерапии произошла еще большая поляризация ролевых позиций по фактору «Общее благополучие». Динамика ролевых позиций по второму фактору выявила пара­ доксальную тенденцию некоторого смещения «упорядоченных» роле­ вых позиций «хорошего семьянина», «уверенного в себе человека», «типичного человека», «дельца» в сторону меньшей упорядоченности бытия, при существенной склонности к переменам ролевых позиций: «Я- такой какой есть», «Я- в мечтах» и «Я - через три года». Восприя­ тие же «неупорядоченных» ролевых позиций: « человека ведущего бес107


смысленный образ жизни», «отбывающего заключение» и «злоупо­ требляющего алкоголем» сместилось у наших респондентов в сторону несколько большей упорядоченности жизни. Этот неожиданный ре­ зультат можно попытаться объяснить следующим образом. Как замече­ но наркологами, люди, «завязавшие» с употреблением алкоголя или наркотиков, очень часто меняют и предыдущий стиль жизни: разводят­ ся, меняют работу, окружение. Вообще, для людей, склонных к нарко­ тизации, характерна несколько бунтарская натура, неудовлетворен­ ность обыденной жизнью, тяга к трансцендентальному. Алкоголь (или наркотики) и являются такими ключами в измененные состоянии со­ знания, бесплатным входом в запредельно-трансцендентальное, как сказал бы В.П.Зинченко, «на дармовщину». Но за все в своей жизни че­ ловек чем-то платит - в данном случае здоровьем, временем и нереали­ зованной потребностью в самоактуализации. Одна из интерпретаций библейского первородного греха заключается в том, что сорвав в рай­ ском соду плод с дерева знания, Адам и Ева получили их без вложения труда, духовного поиска, искания, словами Пушкина: «без божества, без вдохновенья, без слез, без боли, без любви». Да и взять в сокровищ­ нице запредельного можно только то, что ты способен увидеть, то, что доступно твоему духовному оку и стяжатель духовности (трансценден­ тальный воришка) способен лишь украсть минуты замутненноно созна­ ния с последующим тяжелым похмельем. 108


Таким образом, парадоксальный результат еще большего отхода от структурированного бытия наших пациентов мы можем объяснить только возможным нарастанием после гипнотерапии чувства пассионарности (см. Гумилев, 1997), тяги к изменениям, где неупорядочен­ ность бытия является обратной стороной открытости к изменениям. Та­ кая интерпретация динамики ролевых позиций по второму фактору яв­ ляется, конечно, не более чем гипотезой и нуждается в дальнейшем ис­ следовании. Динамика третьего фактора «Толерантности» (или терпимости) свидетельствует о незначительном, но планомерном нарастании миро­ любия, терпимости и доброго отношения к окружающим у наших па­ циентов. Возможно, что увеличение собственного благополучия, снятие тревожности и подавленности в ходе гипнотерапии благоприятно ска­ зывается и на отношении к окружающим, делает человека более толе­ рантным, а терпимость, в свою очередь, предохраняя от негативных эмоций, делает человека более благополучным в самых разных аспек­ тах бытия. О взаимосвязи этих факторов свидетельствует и наиболее высокий (в матрице интеркорреляций факторов) коэффициент корреля­ ции первого и третьего фактора, равный 0,7, что говорит об их весьма относительной независимости. Содержание третьего фактора, являю­ щегося отщеплением от первого и сохраняющего с ним смысловую связь, свидетельствует о том, что доброе отношение к окружающим 109


необходимое условие внутреннего благополучия человека, его физиче­ ского, социального и психического здоровья. Динамика четвертого фактора «Религиозности» показывает, что практика вхождения в измененные состояния сознания пробуждает ин­ терес и тягу к трансцендентальному, к Богу. Читатель, поверхностно знакомый с современными психотехниками и конкретно с работами М. Эриксона, может выразить недоумение: как состояние гипнотического сна (а слово гипноз и означает по-гречески «сон») может способство­ вать такому высокому, связанному со свободным и осознанным выбо­ ром человека состоянием, как вера. Если практика измененных состоя­ ний сознания (и в первую очередь медитация) - существеннейший ком­ понент буддийской, индуистской и отчасти суфийской религиозной практики, то Русская Православная Церковь весьма настороженно от­ носится к психотехникам и, в частности, к гипнозу, как средству воз­ действия на другого, пусть и с весьма благими (связанными с лечением) намерениями. Как выразился один из высокопоставленных церковных иерархов на «Международном семинаре по борьбе с алкоголизмом и наркоманией», проводившемся в Донском монастыре под эгидой РПЦ и патриархии: «Русская Православная Церковь никогда не опустится до воздействия на человека на бессознательном уровне». Столь насторо­ женное, а отчасти и неприязненное отношение церковников и близким к ним людей, на наш взгляд, связано с устарелым и бытующим в обы110


денном сознании представлении о гипнозе как форме подавления одной (более сильной) воли другой (слабой и пассивной). Современные сугге­ стивные лечебные психотехники включают как медицинский гипноз (чаще всего направленный на релаксацию пациента и погружение его в снимающий напряжение и тревогу гипнотический сон), так и непрямой мягкий эриксонианский гипноз, представляющий скорее медитативную работу с образами, где суггестор выступает скорее сталкером, вводя­ щим пациента в мир измененных состояний сознания. Такого рода ле­ чебный гипноз, опирающийся на метод сенсорного психосинтеза, пред­ ставляет собой совместную работу двух людей, где один из них, входя в измененные состояния сознания и продуцируя эмоционально насы­ щенные образы, заражает, индуцирует другого своим творчеством, как бы приглашая этого другого к сотворчеству. Как высказался однажды Н. Бердяев, нельзя выучить Гегеля, но можно научиться мыслить погегелевски. Аналогично, гипнотизер не внушает готовые образы паци­ енту, а индуцируя эмоциональные состояния помогает ему построить эти образы. И от богатства чувственного и ментального опыта пациента зависит тот иллюзорный мир, который он возведет с помощью гипно­ тизера. Поэтому, согласно нашей интерпретации процесса немедицин­ ского гипноза, пациент вовсе не является пассивной, подверженной ди­ рективному воздействию стороной. Как не является пассивной сторо­ ной читатель поэтического теста или зритель театрального спектакля. И 111


работа пациента в измененном состоянии сознания потенциально гото­ вит его к установке на наличие иного, не сводимого к бытовой реально­ сти мира, пробуждает его интерес к трансцендентальному. При этом мы, конечно, далеки от приписывания пациентам, ле­ чащимся от алкоголизма, чуть ли не духовный поиск и богоискатель­ ство. Но и не отрицаем возможности пробуждения вкуса к транцендентальному не только через традиционные (для православия) религиоз­ ные практики поста и молитвы, но и через широко практикуемые, но плохо рефлексируемые в канонической церковной службе - суггестив­ ные и медитативные практики.

ОБЩЕЕ ОБСУЖДЕНИЕ. Если рассмотреть на рисунках векторы, описывающие динамику ролевых позиций, то совершенно очевидно, что их динамика представ­ ляет собой не случайное и хаотичное (броуновское) движение, а описы­ вается некоей закономерной трансформацией, напоминающей движе­ ние звезд на ночном небе. При обсуждении этого феномена экс- прези­ дент Ассоциации искусственного интеллекта, математик Д.А, Поспелов предположил, что картина трансформации ролевых позиций подпадает под так называемые аффинные преобразования, связанные со сжатием/ растяжением семантического пространства, формула которых описыва­ ется неким функционал-оператором. Доказательство этой гипотезы 112


представляет собой достаточно творческую задачу. Ее решения требует кооперации с математиками и нуждается в систематической проверке. Но если эта гипотеза верна, то ее следствия чрезвычайно важны для психосемантики, да и всей психологической науки. Действительно, ес­ ли имеются

закономерности трансформации семантических

про­

странств, вызванные гипнотическим или эмоциональным воздействием на психическое состояние субъекта и эти закономерности можно опи­ сать единой формулой для каждого воздействия, то, зная функционалоператор, трансформирующий семантическое пространство из одного фазового состояния в другое, можно предсказать трансформации коннотативных значений объектов (будь то социальные события, реклам­ ные ролики товаров, образы литературных героев или имиджи полити­ ков). Причем это касается не только тех объектов, исходя из рансформации

коннотаций

которых

выводилась

формула

функционал-

оператора, но и позволяет предсказать характер изменения отношений респондентов к тем реалиям, которые не были объектами предвари­ тельного рассмотрения. Аналогично тому, как «прикинув» кривизну «кривого зеркала» по растяжению или сжатию собственного лица мож­ но предсказать, не только деформацию лиц попутчиков, но и искажения отраженных ветвей деревьев, фасадов домов и т.п. При таком понимании, эмоции, аффекты или психические состо­ яния меняют кривизну (т.е. метрику) и размерность семантических про113


странств сознания (см. Петренко, Кучеренко, Нистратов 1982; Петрен­ ко, Кучеренко 2002), выстраивая бесконечное множество релятивист­ ских ментальных миров человеческого бытия. Системы ассоциативных связей, функциональные ментальные карты, вся система памяти оказы­ вается производной от эмоционального состояния и духовной жизни индивида, обеспечивая информационный ресурс субъекта на порядки превышающий непосредственный жизненный опыт.

114


ГЛАВА IV. СОПОСТАВЛЕНИЕ ПРАКТИК ТИБЕТСКОГО БУДДИЗМА И ГИПНОТЕРАПИИ ПРИ РАБО­ ТЕ С ОБРАЗАМИ

Данная глава посвящена описанию и анализу общности ряда буд­ дистских медитативных практик и современных психотерапевтических методик, связанных с работой с образами. Эти психотехники, возник­ шие в разные эпохи в буддистской и христианской культурах, имеют, на наш взгляд, схожие психологические механизмы и близкую феноме­ нологию, что мы и стремимся показать в этой публикации. Наш текст, где буддистские притчи перемежаются со случаями и примерами современной психотерапии, а буддистская терминология соседствует с христианскими понятиями, может восприниматься эклек­ тичным. Но мы выбрали такой стиль изложения, чтобы сетью ассоциа­ тивных связей и установлением аналогий показать, что за разнообрази­ ем культурных артефактов и «многообразием религиозного опыта» (Джеймс, 1993) скрывается ряд единых стержневых психологических феноменов, которые может успешно исследовать психологическая наука. Скромные шаги в этом направлении и призвано совершить это исследование. Оно посвящена практике работы с образами и измене115


нию базовых смысловых установок человека в ходе медитации и гип­ нотерапии. Истоки медитативных практик восходят в седую древность веди­ ческой культуры Индии. Но наиболее глубокое развитие они получили в буддизме и индуизме. Буддисты в целях отвлечения от суеты этого бренного мира (сансары) и страдания, вызванного привязанностью к нему, а также для дисциплинирования ума и концентрации внимания на трансцендентальных объектах разработали множество практик работы с сознанием и его измененными формами, а также ввели понятия, опи­ сывающие эти состояния. Сознание индусы трактовали широко, относя к нему и восприятие, и мышление, и память Эмпирическое же изучение сознания и его измененных форм, широкое использование психотехник практиковалось в индуизме и практике йогов, а, предположительно, начиная с V- IV века до нашей эры, в буддизме. Эти практики и их «теоретическая часть» тщательно описывались в форме сутр (текстов, пересказанных со слов Будды его ближайшими учениками) и шастр (этико-философских трактатов), и где, как правило, также поименно фиксировалась и линия (цепочка) передачи знания, так как практики осваивались под руководством учителя, и важна была прямая линия преемственности от авторитетного, достигшего просветления учителя. (Учитель в санскрите - «гуру», а на тибетском языке - лама). Особенно, это касалось «коренных» текстов, т.е. принадлежащих Будде Шакья116


муне («мирское» имя которого Сиддхартха Гаутама) и его прямым уче­ никам, великим архатам и бодхисаттвам. Развитие буддийской литера­ туры в основном шло как собрание комментариев на коренные тексты, комментарии на комментарии и т.д. Изучение психологического наследия буддизма имеет глубокое теоретическое значения, так как основным и даже единственным объ­ ектом буддийского интереса выступала проблема сознания, и понятий­ ный тезаурус буддийского учения, посвященный сознанию, заведомо превышает понятийный словарь современной психологии. Но не менее важен и психотехнический опыт буддизма, в рамках которого разрабо­ таны эффективные методы психотренинга и психической саморегуля­ ции. Можно сказать, что буддизм предельно «практичен» и «прагмати­ чен». «Буддизм утверждает, что каждый человек в потенции способен перейти от состояния страдания к состоянию полной безмятежности, высшего покоя, глубокой мудрости, причем путем собственных воле­ вых усилий и практических действий. Поэтому центральное место в буддийской концепции «спасения» от мирских заблуждений и страда­ ний заняло учение о достижении состояния «просветления» или «про­ буждения», которое стало высшей сотерологической целью всех буд­ дийских школ. А это обусловило важное значение в буддизме не только «теории» достижения «просветленного» состояния, но и практических

117


методов изменения исходного морально-психологического состояния человека». (Н.В. Абаев 1990, с. 5). Стоит напомнить, что Будда - это не имя собственное и не титул. Будда - тот, кто достиг просветления и пребывает в состоянии нирва­ ны. (Санкскритское слово «нирвана» происходит от глагольного корня «нирва» успокаиваться, гаснуть, как светильник или как солнце на за­ кате). Психологически, нирвана - особое измененное состояние созна­ ния, характеризующее внутренним покоем, снятием двойственности (выделения себя из мира), ощущением интеграции с бесконечным кос­ мосом и переживанием единства со всем миром живой и неживой при­ роды. Использование измененных форм сознания (и как следствие этого накопление опыта работы с состояниями сознания) присуще не только буддизму, но и другим религиям. Измененные состояния сознания до­ стигаются различными психотехниками - от поста, медитации и молит­ вы, сенсорной депривации (затворничество), до динамических медита­ ций (чтение мантр, нанесенных на вращающийся молитвенный барабан у буддистов; круговые движения танца дервишей в суфизме; ритмиче­ ское раскачивание молящихся иудаистов, танцы шамана и ритуальные пляски африканцев, экстаз вакханалий древних римлян и ритуальный секс тантристов в Индии). В христианстве лицезрение святых, девы Марии или видения страданий самого Христа многократно описыва118


лись в религиозной литературе (например, видения Святой Терезы или Хуана де ля Круса в католицизме) и рассматривались не как следствие собственной активности верующего (что не приветствуется христиан­ ской церковью), а как форма благодати, когда сам святой являет себя человеку. В Новое время в рамках европейской науки линию преемственно­ сти работы с измененными состояниями сознания можно провести от Парацельса (Т.Б. фон Гогенгейм), Ф. А. Месмера, аббата Фария, М. Брэда, маркиза де Пюисегюра, Ж. Шарко, Г. Бернгейма, В.М.Бехтерева к так называемому эриксонианскому гипнозу (М. Эриксон, 2006). В классическом гипнозе монотонность звучания речи гипнотизе­ ра (суггестора), фиксация глаз пациента на зрительный раздражитель (или на зрачки самого суггестора) вызывают, в силу монотонии и утом­ ления рецепторов, торможение второй сигнальной системы (в терминах И.П.Павлова) и впадение в гипнотическое состояние. (Гипноз погречески - сон). Эриксонианский гипноз основан на работе с представ­ лениями или, как их еще называют, вторичными образами, т.е. образа­ ми не непосредственно наблюдаемых объектов, а вызываемых силой воображения, и, в отличие от классического гипноза, связан с внутрен, ней или внешней активностью пациента. (Типологическая феноменоло­ гия образов дается в работе А.А. Гостева, 1998). Можно проиллюстри­ ровать работу со вторичными образами на примере введения пациента 119


в трансовое состояние в эриксонианском стиле: пациента просят пред­ ставить нечто хорошо знакомое, например, его собственную комнату, и описать расположение мебели в комнате, цвет обоев, штор. Внимание пациента, таким образом, переключается с внешних объектов восприя­ тия на внутренние, вызываемые силой воспоминания и воображения представления. Так актуализируется вторичные (или ментальные) зри­ тельные образы. Выполняя инструкцию суггестора, пациент в своем воображении как бы отключается от наличной ситуации и требуется лишь незначительный толчок, чтобы полностью перевести его внима­ ние в воображаемый (иллюзорный мир). Например, ему говорится: «а сейчас уже близится вечер, свет в комнате тускнеет, вы зажигаете свечу (вновь вводимый иллюзорный объект) и видите колеблющиеся тени от предметов, проецирующиеся на стене». Т.е. в его воображении оказы­ ваются присутствующими не только образы, извлеченные из памяти, но созданные воображением. Пациент все глубже погружается в иллюзор­ ную реальность. Далее используется прием эриксонианского гипноза, названный Эриксоном «точкой сопряжения модальностей», позволяю­ щий дополнить зрительный образ слуховыми и кинестетическими ком­ понентами. Например, расспрашивая пациента о наличии в его комнате настольных или настенных часов, суггестр обращает его внимание на звуки работы часового механизма. Пациент начинает «слышать» тика­ нье часов. Тут же, глядя, как «качаются» при движении воздуха шторы, 120


испытуемый начинает чувствовать прохладу ветерка с улицы, а «вы­ глянув» в окно на дорогу, где проезжают машины, испытуемый «слы­ шит» их движения и «вдыхает» запахи улицы. Такая форма введения в трансовое состояние у опытного суггестра может быть вплетена в обычный разговор и плохо рефлексируется пациентом. Отметим, при этом, что трансовые состояние не представляют че­ го-то экстраординарного в нашей жизни, и увлекательный просмотр художественного фильма, с идентификацией себя с героями, так же да­ ет пример трансового состояния, отличающегося от эриксонианского гипноза только глубиной включенности. Но вернемся к буддизму. Близость приемов западной психотера­ пии к буддистской психопрактике (во многом и получивших ее «через вторые руки» непрямых культурных заимствований) отмечал К.Г. Юнг, признавая, что его путь «постижения мира буддийской мысли лежал не в направлении изучения истории религии или философии. К знакомству со взглядами и методами Будды, этого великого учителя человечества, побуждаемого чувством сострадания к людям, обреченным на старость, болезни и смерть, привел меня профессиональный интерес врача, долг которого - облегчить страдания человека» (цит. по Альбедиль, 2006, с.ЗО). Несмотря на то, что опыт пребывания в измененных состояниях сознания присущ практически всем религиям, сознательная и целена121


правленная активность по произвольному вхождению в трансовое со­ стояние через медитацию, через ретрит (форма уединения с целью ду­ ховной практики, по сути близкая к православному «затворничеству»), через дыхательные практики и йоговские асаны присуща, тем не менее, именно соцветию индийских религий: брахманизму, индуизму, джай­ низму и, конечно, буддизму, имеющему также ряд ветвей: Хинаяна, Махаяна, Ваджраяна, также, в свою очередь, имеющих ряд ответвле­ ний: школа Кагью, Ньингма, Дзогчен, Сакья и Гелуг (к которой при­ надлежит Далай Лама). Основное отличие Хинаяны - Малой колесницы (яна - на санскрите колесница) от Махаяны - (Великой колесницы) за­ ключается в том, что конечная цель Хинаяны - достижения состояния архата, заключающегося в личном освобождении-просветлении и до­ стижения нирваны, разрывающими круг сансары и прерывающими це­ почку кармических рождений. Практику Хинаяны (это 18 школ) еще называют Тхеравадой, что на языке пали означает «учение старейших» и в ее канонические тексты включена, в частности, «Трипитака» («три корзины учения»). Тхеравада более связана с южным ареалом буддизма, а Махаяна - с северным и дальневосточным. Цель Махаяны - достижения состояния Бодхисаттвы (бодхи пробуждение, саттва - существо), т.е. существа, достигшего просветле­ нии, но не ушедшего в нирвану, как формы освобождения от цикла 122


рождений, а из чувства сострадания продолжающего практики во благо всем живым существам и несущего учение людям. В этом плане махаяну сближает с христианством позиция любви и жертвенности. Однако есть и принципиальные различия. В христианстве подчеркивается, что «вера без дел мертва» и помимо молитвы, покаяния, поста и прочее от верующего (особенно в католицизме и протестантизме) требуются ак­ тивные деяния в миру, помощь страждущим и нуждающимся, а также участие в благотворительности. Буддизм же гораздо менее активен, так сказать, в социальном плане, и акцент делается на передаче учения (т.е. на просветлении человека) и на работу в форме медитирования в мен­ тальном плане. Буддизму не свойственна идея дуальности мира (иде­ ального и материального), идущая от платоников и Ветхого завета, и мысль подразумевается не менее действенной, чем поступок. Поэтому, например, медитативная техника «собирания и отдачи» (см. Ело Ринпоче, 2006), когда медитирующий вбирает в себя в форме черного света чужие страдания и горести и отдает в виде золотого сияния добрые энергии страждущим, считается вполне действенной психопрактикой гармонизации мира. Как тексты Тхеравады, так и книги Махаяны содержат подробное описание медитативных методик, которые могут быть сведены к двум основным направлениям (См. Бхикку Квантипалло 2005): 1) Самадхи (или Шаматха) - путь безмятежности и спокойствия. ^

123


2) Випассана (или Випашьяна) — путь прозрения и осознающей мудрости, трансцендентального анализа и интуитивного созерцания. Самадхи достигается концентрацией внимания и остановкой це­ почки вербальных ассоциаций и мыслей («потока сознания» - по Джеймсу). «Шраддхотпада» - шастра» дает следующее описание меди­ тации: «Если кто-то хочет практиковать шаматху, он должен обитать в спокойном месте, сидеть прямо, упорядочив мысли (т.е. сконцентриро­ вав их в одной точке). Его внимание не должно задерживаться на том, что он видит, слышит, ощущает или знает. Все мысли, как только они возникают, должны быть отброшены, и даже сама мысль об искорене­ нии мыслей тоже должна быть изгнана...» (цит. по Абаев 1990, с. 25). Другие техники успокоения мыслей связаны с сужением сознания, фиксации его не на понятийные формы, а на непосредственные ощуще­ ния, поступающие от органов чувств. Например, практика многоднев­ ной фиксации внимания на ходьбе, включающей непрерывное осозна­ ние каждого движения или концентрация внимания на процессе вдоха и выдоха, ведет к сужению сознания, а затем к переходу к его изменен­ ным формам. И.Х. Шеток проходивший трехнедельную практику спе­ циального курса погружения в медитативное состояние (курс сатипаттхана) как воспитания ума, разработанный на основе древних практик буддийским священником Махаси-саядо в Центре Саасана Иита в Ран­ гуне (Бирма) дает описание такой непрерывной концентрации внима124


ния в течении всего курса: «При ходьбе нужно удерживать внимание на движении каждой ступни по мере того, как она поднималась, двигалась вперед и опускалась на пол или на землю; каждое из этих действий ходьбы следовало сопровождать повторением в уме слов «вверх», «вперед», «вниз», или «поднять»... Во время каждого из шагов нельзя позволять, чтобы внимание отвлекалось от движения ног. Всякий раз, пройдя нужное расстояние, следовало переместить внимание на то, чтобы остановиться, повернуть и опять начать ходьбу. Всякий раз, ко­ гда ум отклоняется от своего объекта, тогда внимание привлечено чемто внешнем, нужно отметить в уме этот факт и мягко, но настойчиво возвратить его к предмету созерцания. Вскоре моя жизнь оказалась подчинена монотонному распорядку - ходьба, сидение снова ходьба. И в этом процессе произошло то, что неизбежно должно было произойти, - внешний мир стал удаляться из моих сознательных мыслей. (И.Х. Шэток 1994, с.ЗЗ). Цель буддиста - пишет Шэток, предпринявшего курс сатипаттхана, заключается в приобретении випасаны, или прозре­ ния. Только тогда, когда ум успокоен, прозрение или интуиция, может получить доступ к переживаниям лежащим в основе буддийской док­ трины. Они возникают спонтанно в сознании как визуальные образы или как предельно достоверные сюжеты, напоминающие притчи. В гипнотических сеансах (гораздо более кратковременных), где концентрация внимания пациента облегчается помощью суггестора, 125


практикуется фиксация внимания на тяжести рук, на скованности тела и его последующего «растворения» в пространстве. Концентрация вни­ мания ведет к остановке потока сознания, и пациент, как правило, вос­ принимает однородное гомогенно окрашенное пространство, цвет ко­ торого, очевидно, определяется эмоциональным состоянием пациента. На фоне восприятия цветового пространства или потока света у медитирующего могут возникать спонтанные переживания в виде дви­ жения в энергетических потоках, путешествия в необычные, трудно описуемых в естественном языке, миры и т.п. В гипнотических сеансах это могут быть и спонтанно появляющиеся картины из прошлого паци­ ента, образы величественных мест, переживания себя в образе свободно парящей птицы или мощного животного, или даже, сверкающей на солнце капли дождя, скатившейся на зеленый листочек. В тантрических практиках випассаны медитация обычно осуществляется на конкретный объект, на так называемый Иидам. Это мужское или женское просветленное существо, которое визуализирует практикующий, и мантру которого он непрерывно повторяет с целью идентифицироваться с йидамом, обрести присущее ему состояние со­ знания (ума). Идентифицируясь с йидамом, практикующий обретает различные, присущие данному божеству сиддхи (способности), такие как дар ясновидения, врачевания или ментального перемещения в про­ странстве. В роли йидама может выступать и образ непосредственного 126


учителя, Амитабха (Будда — воплощение мудрости) а также такие вели­ кие бодхисаттвы

как, Авалокитешвара

(воплощение сострадания),

Манжджушри (олицетворение запредельного знания), Ваджрапани, Бе­ лая и Зеленая Тары1. В тантрическом буддизме, распространенном в первую очередь в Тибете и распространяющемся тибетскими учителя­ ми по всем у миру, медитативные практики сопровождаются мантрами и мудрами. Мантрами называют звуковые символы (например, ОМ МАНИ ПАДМЕ ХУНТ - мантра Авалокитешвары, или ОМ МУНИ МУНИ МАХА МУНИЕ - мантра Будды Шакьямуни), имеющие сакральный смысл (Джампа Тинлэй, 1995, с.23). Сами по себе мантры могут не иметь конкретных вербальных значений, но характер звукового паттер­ на, в силу «звукового символизма», создает некоторый эмоциональный настрой (коннотативное значение). Ритмический повтор, напевность мантр, подобно музыке создает настроение, возвышает дух медитиру­ ющего. Кроме того, длительное повторение одного и того же слога останавливает поток вербального сознания, вербальных ассоциаций и способствует яркой визуализации. На примере мантр стоит отметить существенное различие таких форм измененного состояния сознания,

1

Белая и Зеленая Тары - женские божества, родившиеся, соглас­

но легенде, из слез Будды. 127


как медитация и молитва. Мантры («слова» медитации), в ходе много­ кратного повторения десемантизируются. Ничто не должно потрево­ жить зеркальную гладь медитативного покоя, никакая эмоция не долж­ на вызвать волнение этого вселенского состояния, как говорится, «ни­ чего личного». Как горное чистое озеро, состояние медитации отражает бездонную глубину неба. Сознание человека резонансно безличному Абсолюту. Молитва же в первую очередь есть обращение к личностному Бо­ гу, просьба (мольба) о помощи, выражение любви к Богу. Она предель­ но эмоционально (душевно) и духовно насыщена. «Лучшие молитвы, пишет Ф.Е. Василюк, - есть плод вдохновенного поэтического выраже­ ния душевно-духовных состояний, когда-то впервые пережитых свя­ тым, т.е. духовно-гениальным человеком, и вылившихся в прекрасную форму. Как в пушкинской строке «Я помню чудное мгновение», сколь­ ко раз ее ни повторяй, живет, не увядая, трепет изумления влюбленного взгляда, так и в словах молитвы кристаллизовалось живое молитвенное чувство святого, и, стоит человеку отогреть эту молитву своим дыхани­ ем, своей искренностью, как она начинает пульсировать и откликаться. Стремясь посредством этой молитвы выразить свое личное, ... человек обретает возможность впитывать из слов и образов молитвы духовный и душевный опыт святости, смирения, покаяния и открытости и прочее, включать его в свое переживание, усваивать, обогащать переживание 128


теми духовно- творческими движениями, которыми под действием бла­ годати и молитвенного порыва совершила душа святого». (Ф.Е. Василюк, 2005, с. 44). Мудры - ритуальные символические жесты (напоминающие фи­ гуры, образуемые пальцами рук индийских танцовщиц). Мудры имеют символическое значение, резонансное тем или иным состояниям созна­ ния. С нашей точки зрения, мудры выполняют ту же функцию стимула, рефлекторно вызывающего нужную реакцию, что «якоря»2 в нейро-

Якорь - стимул, запускающий условно-рефлекторную реакцию пациента, с помощью которого, суггестор (или сам пациент) может управлять поведением пациента. Например, страдающему навязчивыми страхами пациенту внушается, что когда он будет касаться мочки соб­ ственного уха - то ужасающие видения исчезнут.

Установленная

условно-рефлекторная связка дает возможность пациенту контролиро­ вать свои состояния. Техника якорения может использоваться и для ма­ нипулирования человеком, например, средствами массовой коммуни­ кации. Так, диктор или политический обозреватель сообщает текущие новости приятные телезрителям, находясь в правой части экрана, а не приятные в левой. Затем он рассказывает о биографии некоего полити­ ческого лидера, о котором хочет сформировать благоприятное мнение, 129


лингвистическом программировании (Р. Бэндлер, Д. Гриндер 1995). Только в отличие от «якоря», которым в НЛП может быть любой внеш­ ний стимул (прикосновение, звук, поза суггестора), мудры имеют фик­ сированное, освященное ритуалом, опоэтизированное символическое значение, способствующее медитирующему в достижении высших со­ стояний сознания. Запахи благовоний, активирующие сопряженные с «эмоциональ­ ным мозгом» (включающим гиппокамп, лимбическую систему, области гипоталамуса, образующих круг Папеца - по А.Р. Лурии 1968) зоны подкорки; сопровождающая медитацию музыка, выводящая нас за пре­ делы значения слов и погружающая в состояние интуитивного воспри­ ятия; ритмические удары барабана и гонга, поддерживающие (активи­ руя ретикулярную формацию резкими звуковыми стимулами) высокий уровень внимания - все это способствует выходу сознания из обыден­ ной реальности в его измененные формы (см. В.В. Кучеренко, В.Ф. Петренко, А.В. Россохин 1998). В медитации на йидам «медитирующему предлагается божество, выбранное в соответствии с его потребностями и его конкретными ду­ ховными способностями. Его просят все свое внимание посвятить фор-

находясь в правой части экрана, перемещаясь в левую при комментиро­ вании действий отвергаемого им (или заказчиком) персонажа. 130


ме божества, которое он должен создать в своем разуме. Самые ни­ чтожные детали этого образа во всей его сложности и во всех его цве­ тах визуализируется таким способом, что образ становится таким же реальным, как и сам практикующий. Естественно, практикующий не только созерцает это божество, он отождествляется с ним, как бы являясь эти божеством. В этот момент он преобразуется в божество: архетипическая сущность божества передается ему. Сердцевина визуа­ лизации заключается в этом единении с божеством. Речь идет о дина­ мическом процессе, где эго медитирующего, его обычное сознание оставляется и.заменяется высшем. сознанием божества. В юнгианских терминах можно сказать, что эго индивида было принесено в жертву Самости». (Моаканин, 2004, с. 75). Практикующий может выбирать для визуализации одного или не­ сколько йидамов. В прошлом великие мастера, исходя из,кармической, предрасположенности своих учеников, прямо назначали йидама, соответствующего их духовному настрою: «Твой Иидам такой-то». Рассмотрим несколько текстов - практик визуализации йидама: «Визуализируйте Амитахбу, Будду Безграничного Света, воссе­ дающего над макушкой вашей головы, а вокруг себя представьте всех живых существ, в частности, справа от себя собственного отца, а слева - мать. Затем вообразите вокруг себя своих друзей, семью, врагов и всех остальных живых существ шести миров, и над головой каждого из 131


них — Будду. Во время повторения шестислоговой мантры, подобный молоку нектар истекает из сердца Будды Амитахбы, постепенно прони­ кая через макушку головы и полностью наполняя ваше тело. Тогда все омрачения и злодеяния начинают покидать ваше тело. В точности как содержимое сосуда просачивается через отверстие в его дне, все ваши проступки и омрачения в виде жидкой сажи вытекают через ваши ниж­ ние отверстия и ступни ног. Земля под вами разверзается, и потоки са­ жи стекают вниз, где их поглощает Яма, Владыка Смерти. Представьте, что удовлетворили и насытили его, в результате чего отплатили свои кармические долги посредством этой практики. Затем представляйте, что вы очистились от всех неблагих деяний и омрачений, тревожащих эмоций, двойственного восприятия и привычных склонностей. Ваше тело становится безупречным, ослепительным и блистающим как хру­ стальный шар. Произнося молитвы и мантры вновь и вновь, представ­ ляете, как Будда Амитабха растворяется в свете. Его светоносные фор­ мы уже подобны радуге, но в этот момент он растворяется и сливается с вами, так что вы становитесь неотделимыми от Амитабхи. Его про­ светленное Тело сливается с вашим телом, его речь - с вашей соб­ ственной речью, его ум - с вашим умом, полностью и неделимо, как во­ да сливается с водой. В этот момент следует пребывать в изначально чистом Великом совершенстве, самосуществующей пробужденности. Затем вы представляете, что получили все четыре посвящения. Это зна132


чит, что вы достигли всех просветленных качеств, которыми обладает Будда Амитабха, так что его любящее сострадание и активности стано­ вятся вашими собственными, С большим наслаждением и радостью вы пребываете в покое» (Чоки Нима Ринпоче, 2002, с. 115). Для понимания буддийской теологии важно отметить природу существ, являющихся йидамами для практикующих. Если в христиан­ стве явления образа Богоматери или святого Николая Угодника верую­ щим воспринимаются как экстраординарное событие, где реальность этих сакральных фигур не подлежит сомнению, а факт явления рас­ сматривается как благодать, ниспосланная выше, то для практикующе­ го буддиста медитация на.Йидам является-каждодневной практикой, а вопрос о форме существования йидама имеет разные ответы для будди­ стов, находящихся на разных ступенях постижения Учения (и, соответ­ ственно, на разных ступенях духовного развития). Для массы верую­ щих это божества реально существующие, требующие подношений и поклонения. Во время нашей психологической экспедиции в Бурятию мы, (помимо прочего) задавали буддийским ламам (как бурятам, так и вы­ ходцам с Тибета), как правило, высокообразованным людям, следую­ щий вопрос: «В современной физике часто используют такие понятия как: «демон Лапласа», «демон Максвелла», где термином^демон персо­ нифицируют некие физические принципы, закономерности, которые 133


мог бы реализовать гипотетический «некто» или «нечто». При этом, конечно, физики не подразумевают реального существования этих де­ монов, точно также как современный человек, говоря о поэтической музе, эльфах и гномах, не подразумевает их реального существования, и в отличие от поиска Лохнесского чудовища или снежного человека, не организует экспедиции для их обнаружения. Так являются ли Манжджушри, Белая или Зеленая Тара реальными персонажами или нет?». Мы получали разные ответы, но наиболее полной ответ нашли в книги Чоки Нима Ринпоче (2002): « В конечном счете - пишет Ринпоче - ко­ лоритно украшенные божества со множеством рук и символов не суще­ ствуют в реальности как вещественные и материальные. Занимаясь этими практиками, мы можем устранить нашу привычную склонность воспринимать вещи плотными, например, нашу веру в материальное существование физического тела, звука нашего^ собственного голоса w прочее. Если мы визуализируем тело йидама, повторяя мантру в каче­ стве речи йидама и практикуем самадхи ума (состояние медитативного сосредоточения) йидама, то эти эффективные техники предоставляют искусные средства для очищения наших привычных стереотипов, кото­ рые способствуют материальному восприятию реальности». Принцип* иллюзорности бытия Ринпоче распространяет и на образы божества. « Практикуя божество, мы очень быстро и легко достигаем сиддхи (спо­ собности) его тела речи и ума. Поскольку божество - Йидам олицетво134


ряет полное просветление, качества отречения и реализации, то с прак­ тикой таких божеств как Манжушри или Авалокитешвара в нас очень быстро возникнут такие же качества, подобно изображению, отлитому из формочки. Визуализация образа божества в виде нашего собственно­ го тела устраняет склонность к восприятию реальности плотной. Одна­ ко в абсолютном смысле, на самом деле не существует ничего такого; как тело йидама или его речь. Нет такой вещественной субстанции, как йидам. Настоящие миры Будд также не обладают реальным существованием». (Чоки Нима Ринпоче (2002, с. 36): При такой трактовке понятие йидама, на наш взгляд, переклика­ ется с понятием интроекта в психоанализе. Образ отца или значимого другого, согласно З.Фрейду, выступает неким эталоном (своеобразным йидамом) в процессе социализации ребенка, пусковым механизмом ко­ торого, по Фрейду, является Эдипов комплекс. Идентификация ребенка с отцом идет на неосознанным уровне, и ребенок, в отличие от целена­ правленной практики буддиста, медитирующего на «значимого друго­ го» (йидам) и идентифицирующегося с ним, сознательно не управляет этим процессом. Тем не менее, эффект идентификации со значимым другим, или даже сам факт присутствия значимого другого в одном пространствен­ ном локусе. значительно меняет не только внешнее поведение ребенка (см. исследования Е.В. Субботского 19830 по моральному развитию ре135


бенка), но, по мнению А.У. Хараша (1980) даже усиливает его творче­ ский потенциал, стимулируя к креативным ходам при решении творче­ ских задач. Доказательство «инобытия личности в другом» (термин В.А. Петровского) реализовано в остроумных экспериментах И.П. Гуренковой, В.А. Грязевой, А.Н. Смирновой, Е.Ю. Уварина, выполнен­ ных под руководством В.А.Петровского (см. В. А. Петровский 1996; В.А. Грязева, В.А. Петровский 1993), где присутствие портретов «лю­ бимого» или «нелюбимого» учителя вызывало расширение или суже­ ние зоны поиска креативных (творческих) решений предложенной экс­ периментатором задачи. В современной психотерапевтической практи­ ке систематическая работа с образами пока не стала распространенной практикой и к ней прибегают лишь талантливые одиночки, использую­ щие ее как для психокоррекционной* практики, так и для развития твор­ ческого потенциала личности. Так, классикой стали эксперименты В.Л. Райкова (1998) с внушением испытуемому личности великого жи­ вописца. Испытуемые не только начинали лучше рисовать (по оценкам экспертов), но и обнаруживали в своем творчестве признаки стиля письма внушенной личности художника. Райков выставлял целые ху­ дожественные галереи творчества пациентов с внушенной личностью великих художников. Однако можно полагать, что мера идентификации пациента с внушаемой в гипнозе личностью отнюдь полная. Мы были свидетелями 136


забавного гипнотического сеанса, проводимого В.М.Шкловским в се­ мидесятых годах прошлого века в рамках Психологической школы мо­ лодых ученых. Неуверенному в себе, скованному пациенту внушалась личность А.С.Пушкина и он, «войдя в роль» и расхаживая по сцене как по мостовым Царского села, вдохновенно читал стихи великого поэта (кем он был в тот момент), и это явно доставляла ему огромное удо­ вольствие. Шкловский ввел в ситуацию третье лицо (ныне покойного П. Шихирева), представив его лицейским другом Александра Сергее­ вича - Кюхельбекером (Кюхлей, как его звали близкие друзья по ли­ цейскому братству), и предложил выпить за дружбу. Наш пациент, с восторгом приняв предложение и «выпив шампанское», неожиданно для самого гипнотизера, в лучших традициях гусарского застолья, шарахнул об пол граненый стакан, обдав осколками наблюдавших это действо зрителей. На высоте эмоционального подъема Шкловский вскричал: «А теперь в «Яр», к цыганам, к девочкам!», на что эмоцио­ нальное возбуждение пациента вдруг сменилось тревогой. Он явно скис: «А может, не надо к девочкам. Могут быть конфликты, а там и дуэли», Т.е. глубинная охранительная мотивация, защитные механизмы личности как были, так и остались присущими нашему тревожному па­ циенту и ограничили его фантазийную активность. Гипнотическое внушение «другой личности», очевидно, не трансформирует полностью личность внушаемого, а наслаивается на неё, функционируя в тех пре137


делах, которые допускает моральные ценности, этические установки исходной личности, подвергаемой внушению. Приведенные примеры психотерапевтической (или около неё) практики влияния интроекта или «значимого другого» на личность па­ циента, близки, на наш взгляд, практике медитации на йидам, правда, с существенным различием в звене интерпретации, так как принцип «анатта» в буддизме отрицает реальность личности («я» или эго), как и, впрочем, иной реальности. Буддийская концепция пустоты («шуньята») утверждает иллюзорность представленного в сансаре мира как и иллю­ зорность личности самого наблюдателя. В отличие от академической (западной) американской и европейской психологии (куда относится и отечественная), где личность выступает вершиной психики, а «Я» , по образному выражению О.Кюльпе (1914), верховным правителем (хозя­ ином) психических функций^ буддийское мировоззрение полагает их иллюзией омраченного сознания. Буддизм отрицает то, что в брахма­ низме или джайнизме получило название «джива» (душа) или «пудгала» (личность).- «Все, что мы считаем «своим» или «собой», например, «мой дом», «моя семья», «мое тело», «мои мысли», «мои взгляды» - все это не является нашим, так как в действительности не существует ника­ кого обладателя. (Кхантипалло, 2006, с. 64). В ведическом брахманиз­ ме, откуда и в оппозиции чему возник буддизм, существует понятие «Атман» - своего рода «искра божественная», которая есть в любом 138


живом существе, которая затем возвращается, сливает с океаном кос­ мического Абсолюта (Брахмана). В буддизме же принцип «анатман» отрицает существование «Я», подчеркивает иллюзорность этого пере­ живания. Рассуждения буддистов, а конкретнее, школ Иогачары и Маяхъямики просантики, на наш взгляд, близки современному конструкти­ визму (Келли, Герген, Петренко, Харре). Так, Р.Харре, призывает пси­ хологов переключить внимание в исследовании с поиска «я» как некой сущности, которую надо раскрыть и описать, на конструирование «Я». В конструктивистском подходе в духе Дж.Келли сознание чело­ века рассматривается по аналогии с работой ученого, который констру­ ирует модели мира, себя, других людей. «Личность» или «я» рассмат­ риваются как когнитивные конструкции, «Я- концепции», построенные нашим сознанием, чтобы связать индивидуальный опыт, нанизав на временную нить и интегрировав те события, свидетелем которых было сознание. Буддисты выражают сходные идеи «не субстанциональности», иллюзорности «Я» более образно. «Это как если бы горная тропа оказа­ лась завалена каменными глыбами и осыпавшейся землей; и вот для то­ го, чтобы взобраться на вершину, кто-то расчищает и разравнивает тро­ пу, пока ему, в конце концов, не удастся вскарабкаться наверх и до­ стичь полного кругозора. Эти факторы просветления можно сравнить с 139


расчисткой и разравниванием такой тропы. Единственное различие в этом сравнении состоит в том, что когда открывается полный обзор, оказывается, что на вершине никого нет!» (Бхикку Квантипалло, 2005, с. 79). Идея иллюзорности «Я» имеет огромный психотерапевтический эффект. Если в психоанализе эффект, вытесненного в бессознательное травмирующего переживания, снимается путем его осознания и пере­ осмысления. «На место Оно надо поставить Эго» - полагал Фрейд). Та­ ким образом, через, осознание и, тем самым, обобщение (за сознанием стоит человеческая культура) снимется эффект единичной уникально­ сти психологической травмы. («Это может быть с каждым»). «От тюрьмы и сумы не зарекайся» гласит русская пословица. Единичный аффект растворяется во всеобщем социальном. Буддизм в концепции «аннатман» (санскрит) или «анатта» (пале) идет еще дальше психоанализа, снимая эффект страдания, просто за от­ сутствием адресата. «Я» как временное мимолетное сочетание дхарм (элементов сознания) просто не несет тяготы прошлого за спиной. Осо­ знание иллюзорности «я» снимает проблему личного страдания, заме­ щая ее состраданием ко всем существам: людям, животным, богам, ду­ хам и т.д. На место Я (Эго) буддизм ставит Единое Сущее (единство всех живых существ).

140


Рассмотрим другой пример йидама: «На ясном и чистом диске луны вы помещаете слог-источник. Из этого слога- источника исходят лучи ярко-синего цвета, которые распространяют огромное и живое со­ страдание, лучащееся за пределы неба и пространства. Он удовлетворя­ ет потребности и исполняет желания чувствительных существ, принося с собой горячую и сердечную атмосферу, позволяющую осветить смя­ тения. Затем, исходя из этого слога-источника, вы создаете Махавайрочану Будду белого цвета с чертами аристократа - ребенка восьми лет, невинного вида, чистого, мощного, царского, Он одет в костюм индий­ ского средневекового царя. Он носит искрящуюся, золотую корону с инкрустацией из волшебных драгоценностей для исполнения желаний. Часть его длинных волос развевается по плечам и спине; другая часть образует на макушке его головы пучок волос, украшенных искрящимся голубым алмазом. Он сидит в позе лотоса на лунном диске, его ладони сложены в мудру медитации и держат ваджр, вставленный в чистый бе­ лый кристалл (Моаканин, 2004, с. 77). Эта практика, как нам кажется, связана с индивидуальным очищением от негативных эмоций, пробуж­ дением ребенка в себе, яркости и чистоте чувств. В современных гипнотерапевтических практиках (например, в работе Милтона Эриксона) используется регресс в прошлое, когда у пациента, находящегося в трансе, из глубин памяти актуализируются эмоционально насыщенные картины прошлого, энергетика которых меняет краски дня сегодняшне141


го: «Я маленькая девочка, с большими бантами вплетенными в косы, с огромным букетом пионов иду в первый класс в школу. Меня ведет моя мама, совсем молодая. На мне коричневое платьице с кружевным во­ ротничком и белый передник. Я смотрю себе под ноги и вижу разбитую после падения с велосипеда коленку. На мне те самые кожаные санда­ лики и белые носочки. Я беру маму за руку и перевожу взгляд в голу­ бое небо. Мне тревожно и радостно». Другой пример отчета пациентки 60 лет, проходившей у нас сеан­ сы по поводу тяжелого соматического заболевания: Ей полтора года. Она на руках у матери. Они на высоком берегу и перед глазами море. Она первый раз видит море. Она чувствует запах водорослей. Рядом папа. Папа и мама молодые. Она одета в легкое платьице и башмачки. На вопрос гипнотизера: «А как застегнуты башмачки?», отвечает: «на пуговку». Этот прием возрастной регрессии позволяет актуализировать образ «я» и схему тела того времени, когда человек был юн и здоров. Пациентка, до этого была не способной управлять движением руки, по­ сле курса сеанса стала одинаково хорошо владеть обеими руками. Другой пример визуализации йидама, связанный с махаянской практикой «Тонг-лен» ("отдавание и принятие") приводит Чоки Нима Ринпоче: «Мы представляем себя в образе Великого Сострадательного, белого пробужденного Авалокитешвары, и визуализируем, что лучи света, представляющие наши заслуги наши знания, сострадание, добро142


детельную карму, славу, удачу и прочее, исходят из нашего тела во всех направлениях. Они струятся вовне и расходятся подобно лучам света, падая, как снежные хлопья, осыпая живых существ и растворяясь в них. Таким образом, мы распределяем всю нашу позитивную энергию между всеми остальными существами. Затем мы представляем, что в нас впитываются все их страдания, плохая карма, омрачения и тому по­ добное. Наконец, мы представляем, что улучшили накопленные заслу­ ги, и что наше тело в образе Авалокитешвары стало еще более ярким, ослепительным и чистым, чем ранее» (Чоки Нима Ринпоче, 2002, с. 50). Если в буддийских практиках визуализации используется, как правило, образ йидама, взятый из сакрального (мифологического) пан­ теона, носителя тех или иных востребованных психических состояний, то, объектом созерцания может стать и заурядный бытовой объект. Есть история о том, как пастух буйволов стал учеником Нагарджуны (один из великих буддийских учителей живший в Индии, пред­ положительно, во П-м веке). Простец пастух испытывал затруднение при медитации на йидам, так как всю жизнь пас буйволов и привык ви­ деть только их морды, образы которых и лезли ему в голову при сосре­ доточении внимания. Тогда Нагарджуна посоветовал своему незадач­ ливому ученику пытаться при медитации представить себя могучим буйволом с торчащими рогами. Пастух практиковал так долгое время, и однажды Нагарджуна получил от него послание, в котором тот изви143


нялся, что долгое время не появлялся у учителя, так как не мог выйти из своей пещеры, из-за своих слишком великих рогов. Они оказались шире выхода из пещеры. Нагарджуна в ответ послал письмо, в котором говорилось: «Это очень хорошо. Ты достиг некоторой устойчивости в шаматхе (практика медитативного успокоения ума), и теперь тебе нуж­ но визуализировать, чтобы рога исчезли». Выполняя такую визуализа­ цию, пастух смог через некоторое время покинуть пещеру. «Эта исто­ рия - пишет Чоки Нима Ринпоче - не просто шутка. Благодаря устойчи­ вости ума, обретенном на этом этапе, позднее ученику было легче по­ лучить указующее наставление. Это было искусное средство, приме­ ненное Нагарджуной, так как этот человек не мог сосредоточиться ни на чем другом, кроме головы буйвола. (Чоки Нима Ринпоче, 2002, с. 63). Эта почти анекдотическая история имеет прямой аналог в нашей практике гипнотерапии. В целях энергетической подпитки пациентам внушался образ огромного, могучего тигра, с которым они идентифи­ цировались, т.е. воображали себя этим тигром (если пользоваться буд­ дийской (тантрической) терминологией тигр являлся йидамом для па­ циентов). Пациенты ощущали себя сильным могущим животным, мягко и упруго ступающим на когтистые лапы. Пациенты чувствовали себя способными прыгнуть на десять - пятнадцать метров. (Сильным пере­ живанием одного из них при отработке этой практики было необычное 144


чувство расширения лица до ширины морды животного и увеличение межглазного расстояния). Сильное пружинистое тело было полно жиз­ ни и.энергии. В дальнейшем пациенты учились входить в этот образ тигра, когда того требовало болезненное физическое состояние или напряженная бытовая ситуация. Пациенты успешно применяли этот прием в жизни, но однажды одна из пациенток созналась: «Я вхожу в образ тигра, когда в своей фирме я чувствую себя неуверенно. Все бы было хорошо, но все время хвост начинает стучать об пол». Другой па­ циент после внушения ему образа могучего гиганта, отправляясь по утрам на машине на работу, при въезде в туннель, все время, инстинк­ тивно пригибал голову. Если в буддийской практике визуализации на йидам в его роли выступает некое просветленное божество, мужского или женского рода, то в психотехнике психотерапии образы визуализации не задается зара­ нее, а спонтанно всплывают при концентрации внимания и остановке вербального сознания. Пациент может ощутить себя маленьким плачу­ щим ребенком, а потом вдруг видит себя грозным средневековым ры­ царем, скачущим с копьем на перевес, с развивающемся красным плюмажем, на острие боевого шлема. То он ощущает себя бабочкой, крылышками «бяк, бяк, бяк», которую встречные порывы ветра заносят то в одну, то в другую сторону; а то вдруг птичкой склевавшей бабоч­ ку, и теперь на упругих крыльях устремившуюся ввысь, в синеву неба, 145


или даже капелькой росы на зеленом листике, искрящейся на солнце. Выбор того или иного образа и логика их переходов (как и динамика сна), очевидно, диктуется внутренней динамикой эмоциональных со­ стояний пациента, грамматику и синтаксис которых, еще предстоит по­ нять и реконструировать. В любом случае логика бессознательного, проявляющаяся в последовательности всплывающих образов и в их со­ держании обусловлена задачами «работы переживания» («работы горя» в терминах Ф.Е. Василюка 1984) и связана с самолечением и гармони­ зацией нашей психики (или души). Наряду с просветленными* образами Бодхисаттв в роли йидама могут выступать и гневные защитники учения, наводящие страх и тре­ пет на практикующего. Рассмотрим описание одного из этих божеств: «Махаваджрабхайрава должен иметь тело интенсивно синего цвета, девять лиц, трид­ цать четыре руки и шестнадцать ступней. Ноги с левой стороны долж­ ны быть впереди, а правой сзади. Он способен поглотить три мира, Он хихикает и издает сильные крики. Его язык вогнут, Он скрипит зубами и хмурит брови. Из его глаз и бровей вырываются языки пламени, по­ добные космическому огню в момент разрушения Вселенной. Его жел­ тые волосы бесконечны. Он угрожает богам материальных, ровно, как и нематериальных сфер. Он нагоняет страх даже на ужасающие боже­ ства. Он выкрикивает слово «страдание» голосом, подобным грохоту 146


грома. Он пожирает человеческую плоть, костный мозг и жир, и пьет кровь. На его голове венок из пяти ужасающих черепов, и он носит ожерелье из пятнадцати свежеотрубленных голов. Его жертвенный шнур имеет форму черной змеи. Его серьги и украшения сделаны из человеческих костей. У него огромный живот, он наг, и его пенис пре­ бывает в эрекции» (Моаканин 2004 с. 76). У читателя может вызвать недоумение полезность визуализации, а через нее и идентификации практикующего со столь ужасающим об­ разом. Какие сидцхи (сверхестественные качества) мы можем обрести, идентифицируясь с ним? И здесь, опять, очевидна параллель с психоте­ рапевтическими практиками. В психотерапии детей, страдающих дет­ скими страхами (боящихся бабу Ягу, вурдалаков или иных чудовищ) используют прием, когда дети рисуют страшных персонажей или сами изображают, играют их. С дикими воплями ребенок бегает по комнате, изображая страшилище: «Мы страшные, страшные бабы Яги». Играя пусть негативного, но могучего персонажа он сам становится всесиль­ ным, устрашающим других. И в тоже время появляется возможность для самоиронии. Так он не идентифицируется полностью со злобным персонажам, изображая его, он гротескно преувеличивает его характе­ ристики и тем самым, как бы, отстраняется от них. Как актер брехтовского театра масок, он не идентифицируется полностью с персонажем

147


(как в методе уподобления в режиссуре Станиславского), а как бы ком­ ментирует его. «Прием эмоциональной инверсии». Неуверенному, тревожному ребенку, проходящему психотерапию, внушается образ ночного леса. Вот он идет по лесной тропинке, под ногами хрустит валежник, где-то ухает филин, слышны крики ночных птиц, рев животных, а деревья приобретают причудливые образы грозных великанов. И вдруг из бли­ жайшего куста на него смотрят, не мигая, в упор, два огромных светя­ щихся глаза. Ребенка охватывает ужас, Тело сковано, ноги прилипли к земле. Бежать не возможно. Ужас! Ужас! Нет возможности терпеть этот ужас. И вдруг из-за кустов, откуда на ребенка смотрели два фосфорицирующих глаза, выползает маленький, черный котенок, с расширен­ ными, огромными от ужаса зрачками. Он потерял маму, он весь трясет­ ся от страха. Его огромные глаза умоляющего смотрят на ребенка. Он нуждается в помощи. Происходит трансформация ситуации и катарсис: «Так вот кто на самом деле нуждается в помощи и защите. А ты такой большой и сильный в сравнении с котенком можешь ему помощь». И вот уже ребенок чувствует себя великаном и заступником слабого. Он большой и добрый и никого не боится. Другая функция медитации на страшных опасных ситуациях, например, «медитация на смерть», «медитация на трупах» (см. Нья148


напоника 1994) связана' с культивированием непривязанности к телу (практика чод — отсечения страха), с необходимостью осознания иллю­ зорности «Я» (принцип анатман), а в психотерапевтических практиках с активизацией инстинкта самосохранения и активизацией работы им­ мунной системы. Внушается переживание тяжести в теле, нет возмож­ ности двигаться, как будто тебя засасывает жирная, зловонная трясина. Болотная жижа сдавливает тело все сильнее и сильнее. Пузыри болот­ ного газа скользят по телу. В кожу впиваются болотные пиявки. В рот попадают остатки гниющих растений и разлагающиеся останки живот­ ных. Захлебываясь, человек ощущает судороги, конвульсии. После пе­ реживания предсмертной агонии возникает ощущение разлагающегося трупа. На теле возникаю трупные пятна. Разлагается мясо, гноем стекая с костей. Все тело как - бы растворяется в болоте. С растворением, с исчезновением тела (для' буддистов это пере­ живание равносильно* утрате эго) человек освобождается от страха смерти. «Я», утратившее физическую оболочку оказывается внутри го­ раздо более обширного и богатого образа (пространства): Элементами схемы тела (оболочки «я») выступают движения воздушных потоков, потоки солнечного света, водные и лесные просторы. Жизнь во всех ее проявлениях. Остается опушка леса, на краю болота, покрытая яркой зеленью. Яркое солнце Белоснежные облака плывут по синему небу. Слышится 149


пение птиц. Все наполнено движением звуков, красок. Все полно дви­ жением жизни: На этом примере, можно почувствовать, что работа по визуализа­ ции в измененных состояниях сознания связана с изменением категори­ зации, со снятием субъект - объектной оппозиции «я» и мира, или гово­ ря языком буддизма, «снятии двойственности». Меняются границы са­ моидентификации. В состоянии медитации физическое тело как бы растворяется в самых разных проявлениях «божьего мира» и сознание резонансно всему миру. В измененных состояниях сознания изменяется категоризация себя, других существу мира и в состояниях близких к нирване в пределе снимается. Переживания глубокой медитации труд­ но выразимы в естественном языке. Вербальное, выраженное в языке, сознание по своей сути направлено на объекты внешнего мира, т.е. интенционально, и, так сказать, обслуживает социальное бытие человека. Даже будучи направлено внутрь себя, оно остается опосредованным языком, социальным и культурно-историческим, т.е. пристрастным. Человек смотрит на себя глазами свой эпохи, своей культуры, своей ре­ лигии. Сознание культурно-исторично (Л.С. Выготский, А.Р. Лурия< 1930; А.Н. Леонтьев 1975; М. Коул 1997; Асмолов 1996; Шкуратов 1997) и в силу этого неизбежно пристрастно, так как оно призвано вос­ принимать.мир исходя из нужд и потребностей деятельного человека, из его мотивом и ценностей, следовательно, с точки зрения буддийской 150


философии является «омраченным» включающим клеига (ЭМОЦИИ И аффекты), привязывающими человека к миру сансары. Вербальное сознание дискретно и дискурсивно и семиотично. Оно категоризует мир исходя из логики языка (см. теорию лингвисти­ ческой относительности Сэпира - Уорфа), дискретного по своей приро­ де и следует логике этого языка заложенной в синтаксисе и грамматике. «Любая попытка — пишет Торчинов, излагая и интерпретируя взгляды Нагарджуны в «Сутре сердца праджня-парамиты» - создать адекват­ ную реальности метафизическую систему обречена на провал: думая, что мы описываем бытие, мы описываем лишь наши представления о бытии, созданные нашей различающей мыслью, положившей, прежде всего субъект - объектную дихотомию как условие эмпирического по­ знания. Вначале мы навешиваем на реальность ярлыки, а потом прини­ маемся изучать их, принимая их за саму реальность, или, другими сло­ вами, принимаем за луну палец, указывающий на луну». (Е.А. Торчи­ нов 2005 с. 126.). В теории личностных конструктов Дж. Келли дается обоснование языка как инструмента конструирования опосредованного знания в форме моделей мира, других людей и самого себя. Язык - «дом бытия (Хайдеггер) позволяет человеку обжить пространство существования и ограничить его пределы.

151


Однако, как показывают религиозные практики, медитация и психотерапия, помимо опосредованного языком канала мировосприя­ тия, существует и канал (или каналы) прямого, неопосредованного зна­ ния. Неопосредованное знание имеет две формы или аспекта, которые можно условно обозначить как горизонтальный и вертикальный. Гори­ зонтальный канал - интуиция (в терминах Анри Бергсона 1998; Лосского 1992) или эмпатия, позволяющий, одному живому существу сопере­ живать, со - чувствовать другому, ощущать боль и страдание другого существа, чувствовать его эмоциональное состояние3. Как пишут авто­ ры сборника «Психотерапия и духовные практики»: «Боль и тревога клиента - это как бы призыв к терапевту оставить свою привязанность

3

А.Бергсон приводит в качестве примера интуиции, то как оса-

наездник наносит парализующий укол в ганглии гусенице, что бы ис­ пользовать ее в качестве пищи для собственной личинки. Оса безоши­ бочно находит ганглии у гусеницы, не в результате «проб и ошибок» (как следует из теории научения в бихевиоризме), а, благодаря, интуи­ ции чувствуя эти ганглии в себе, моделируя средствами собственной психики чужую телесность. Механизм интуиции, с точки зрения Берг­ сона возможен в силу того, что живые организмы имеют общие эволю­ ционные корни, позволяя идентифицироваться живому относительно живого. 152


к положению эксперта и вместо этого проникнуть в мир психики кли­ ента и разделить с ним его горести. Работая со страхом пациента, пси­ хотерапевт находит, что и сам получает возможность дальнейшей рабо­ ты над собственным страхом. Помогая кому-то исследовать чувство пу­ стоты и одиночества, лежащее в глубине даже самых интимных его взаимоотношений, одновременно получает шанс заметить эту часть собственной психики и тоже установить с ней взаимоотношения. В действительности существует только одно сознание. Хотя для некото­ рых людей это может звучать какой-то непонятной мистикой, тем не менее: в момент подлинного контакта осознание пациента и осознание психотерапевта

оказываются двумя концами одного

континуума»

(Дж. Нидлмэн, Р. Скиннер, Дж. Уэлвуд, Э Фромм, Р.Д. Сасаки 1998 с. 8) Работа эмпатийного канала проявляется в феноменах любви, аль­ труизма, лицедейства; благодаря ему мы сопереживаем персонажам те­ атра и кино, становясь на время этими персонажами. Работа этого кана­ ла может иметь не только положительный, с точки зрения человеческой морали, но и негативный знак. Так престарелые, страдающие импотен­ цией римские патриции, переживали сексуальные эмоции, наблюдая за сексуальными оргиями рабов, идентифицируясь с ними. Или серийные маньяки и садисты типа Чекатило, подхлестывают собственную импо­ тенцию чувств через сопереживание боли, наносимой ими жертве. 153


Эмпатия или интуиция, подразумевает некоторую активность воспринимающего («поднастройку» в терминах НЛП см. Д. Гриндер, Р. Бэндлер 1995). Мы, (зрители) затаиваем дыхание, напрягаемся в мо­ мент опасности для экранного героя. Желательно принять позу, дышать в том же ритме что и человек, к сознанию которого подстраивается гипнотизер, суггестр. Трудно в гипнозе ощутить себя птицей, сидючи со сложенными руками. Только раскинув их («расправив крылья»), можно ощутить встречный ветер, почувствовать давление воздуха и планировать на упругих крыльях, опираясь на воздушные потоки. Вертикальный канал неопосредованного, лишенного категориза­ ции познания связан с полным прекращением какой либо ментальной активности. Концентрация внимания на непредметный объект (типа плоскости или пространства определенной окраски) ведет к остановке потока мыслей, образов. Анализируя концепцию «просветления» в «Махаяне - Шраддхотпада -шастре» Н.В. Абаев (1991) пишет, что со­ гласно этой шастре, истинное («неомраченное») сознание обладает не­ движимой природой, но клеши (эмоции и желания) вызывают движе­ ния мысли. «Это подобно воде в океане, волны которого поднимаются под действием ветра. Подобно этому, сознание человека, чистое по природе, приходит в движение (т.е. возбуждается) под действием ветра неведения. Сознание обладает неподвижной природой, и если неведе­ ние исчезает, то поток ложной активности тоже прекращается, но при154


рода мудрости остается неизменной и не исчезает» (Ашвагоша 1989 с. 251). В приведенной цитате шастры содержится идея пассивности ис­ тинного «неомраченного» сознания, диаметрально противоположная представлениям о сознании в теории деятельности А.Н. Леонтьева (1971) , С.Л. Рубинштейна (1935), где подчеркивается активная, деятельностная природа сознания. В известных экспериментах А.Л. Ярбуса (1965) , где с помощью присоски объект наблюдения устанавливался непосредственно на глазном яблоке наблюдателя, лишая, тем самым, его возможности сканировать объект, т.е. осуществлять двигательную активность глаза в поле восприятия. Объект, через некоторое, весьма незначительное, время исчезал из поля зрения наблюдателя, становился для него невидимым. Эти эксперименты иллюстрируют идею того, что процессы восприятия и осознания требуют активных действий самого, наблюдателя. В.П. Зинченко и Н.Ю. Вергилес воспроизводя эти иссле­ дования показали, что поддерживать

восприятие объекта

можно

не только внешней активностью движения глаза, но и внутренними действиями переключения внимания. Эти движения внимания по полю стабилизированного изображения были названы ими «викарными пер­ цептивными действиями». Возможность викарных перцептивных дей­ ствий ставит, по крайней мере, под вопрос полное отрицание какойлибо активности субъекта в состоянии «неомраченного», неопосредо­ ванного, связанного с «верикальной» медитацией сознания и требует 155


своего экспериментального решения. Электрофизиологические иссле­ дования энцефалограмм людей в глубокой медитации показывают не сводимость их биоритмов ни ко сну, ни к бодрствованию, и позволяют выдвигать гипотезы о нейрофизиологии особых измененных состояний сознания. Но вернемся к медитации как вертикальному каналу прямого неопосредованного познания. В разных традициях он обозначается как «озарения», «йоговская интуиция», «сошедшая благодать», «прямое видение», «пророческое видение». Медитативное знание целостно и не дискретно. Оно не содержит в себе каких-либо конструктов. «У него не существует свойства «хорошее» и «плохое», «большое» и «маленькое», «красивое» и «безобразное», в этом заключается его недвойственность. Сущность его абсолютно чиста». И далее. «В медитативной практике происходит процесс перехода от сампраджнятасамдхи к асампраджнята, где созерцающий теряет в объекте мышления его форму и различия, Вместо созерцаемого объекта появляется неопределенность, бездна, нечто противоположное всему феноменальному. Здесь в этот момент, теряя феноменальную природу объекта, индивид раскрывает в себе но­ уменальную реальность мира. Через совпадение блаженства и шуньи (пустоты) он обнаруживает вместерожденную

мудрость

(джняна)»

(Дандарон 1995 с. 12).

156


И когда мы определили медитацию как прямой канал познания, то открытым остается вопрос: а познание чего? Возможно ли открытие какой-либо позитивной информации о мире, о себе, о прошлом и насто­ ящем, а может быть и о будущем? Представления о невременном характере медитативных состоя­ ний допускает такую возможность: «Махамудра - это не событие во времени, она скорее есть время, не ограниченное драгоценным «сей­ час», но включающее прошедшее и будущее, о которых мы обычно ду­ маем как о несуществующих» (Гюнтер 1963, цит. по Дандарон 1995, с. 18). Мы не беремся ни утверждать или опровергать возможности «за­ глянуть» в медитативном состоянии в прошлое или будущее. Что мы доподлинно утверждаем! Медитация, через концентрацию внимания, через многократное повторение мантр останавливает «поток сознания», прерывая процесс вербальной категоризации. Категоризация (или опосредованность значениями по А.Н. Леонтьеву) всего того, что Л.С. Вы­ готский называл высшими психическими функциями (восприятия, па­ мяти, внимания, мышления) позволяет человеку использовать кристал­ лизованный в значениях опыт человечества, опыт предков. Но опыт обогащая, одновременно ограничивает. «Границы моего языка опреде­ ляют границы моего мира» писал Л.Витгенштейн (2003 с.5). Медитация снимает (на время, конечно, для человека, не достигшего уровня созна157


ния ботхисаттвы) все возможные формы категоризации, в том числе и категоризацию собственного «Я». Вернее, если исходить из принципа «аннатман» (иллюзорности «личности») того рефлексирующего созна­ ния, которое, опираясь на события прошлого, мнение других, само­ оценку, и тому подобное, категоризует самое себя, создавая «Я» - об­ раз. Декатегоризация «Я» напоминает «снятие ошибки стимула» Э. Титченера т.е. ту специфическую установку сознания по распредме­ чиванию предметных образов, когда взамен знаемых предметов (например, книги лежащей на:столе) психолог в рамках аналитической интроспекции описывает контура» и перепады яркости, цветовые пятна, соответствующие «феноменальной ткани» того, что.при категоризации мы называем «книгой». Однако в отличие от установки по распредме­ чиванию предметного мира при'медитации сознание устремлено внутрь себя. Измененные состояния сознания ведут к изменениям форм кате­ горизации мира, себя, других (см. В.Ф. Петренко, В.В. Кучеренко, Ю.А. Вяльба 2006). Процесс декатегоризации «Я» как шелуху снимает стереотипы привычных форм осознания собственной^ персоны, значи­ мости, «я». И здесь этот процесс, по-видимому, когерентен важнейшей человеческой проблеме - проблеме духовности. Под духовностью мы понимаем обретение смысла человеческих деяний и самой жизни. Не­ что (поступок, жизнь индивида, существование цивилизации, суще­ ствование человечества) имеет смысл в контексте выходящем за рамки 158


означаемого, в контексте чего-то большего в которое это нечто вклю­ чено. Поднимаясь вверх по «духовной вертикали» человек осознает как мимолетность собственного бытия, так и его значимость как звена рода, носителя национальной и общечеловеческой культуры и, наконец, но­ сителя частицы, искры Мирового Духа (или Интегрального сознания). Феномен Духовность, возникнув в первую очередь в рамках религиоз­ ного сознания, где высшим мерилом вечности, абсолютной системой отчета, является Бог, на наш взгляд не является феноменом только ре­ лигиозного сознания. Расширение границ идентичности, расширяет контекст существования и наполняет смыслом собственное бытие' че­ ловека, делая его духовным. Процесс медитации изменяет формы кате­ горизации мира и себя, раздвигает границы, идентичности, в пределе вообще снимая какие либо формы категоризации. В пределе, декатегоризация ведет к восприятию пустоты (шуньяты), а состояние изменен­ ного (т.е. лишенного категоризации) сознания, к нирване. При этом нирвана не есть тупое созерцание беспредметного ничто, а полный блаженства эмоциональный аккорд, лишенный, впрочем, какого либо чувственного начала. Это чувство единства со всем миром живого и неживого (впрочем, в состоянии нирваны нет этой дихотомии), миром, в котором нет и индивидуального сознания.

159


ЗАКЛЮЧЕНИЕ. В нашей работе мы опираемся на разработку проблемы сознания в рамках школы Л.С.Выготского, А.Н.Леонтьева, А.Р.Лурии, где под структурой сознания понимается единство трех его образующих: значе­ ния, чувственной ткани и личностного смысла. В рамках этой школы при развитии психосемантического подхода к исследованию сознания (В.Ф.Петренко, А.Г.Шмелев) операциональной моделью сознания вы­ ступают многомерные семантические пространства. Методы психосе­ мантики позволяют изучать процессы категоризации на различных уровнях репрезентации объекта субъекту. Проблема категоризации в измененных состояниях сознания выступает как трансформация семантических пространств, изменения их размерности, перцептуальной мощ­ ности оснований категоризации и изменения координат коннотативиых значений анализируемых объектов. В задачу нашего исследования вхо­ дит выделение наиболее общих характеристик, отличающих измененные формы сознания от его обычного функционирования. Проблему соотношения сознания и бессознательного мы рассмат­ риваем в контексте проблемы уровней репрезентации объектов субъек­ ту. В контексте современной психосемантики не существует отдельно друг от друга функционирующих и порождающих различную феноме­ нологию механизмов сознания и бессознательного, можно говорить о 160


разных уровнях единой системы репрезентации. Термины сознание и бессознательное могут быть удобны в теоретическом анализе для услов­ ного разведения различных аспектов единой психологической реально­ сти процессов деятельности сознания. В измененных состояниях сознания происходит переход от дено­ тативных форм категоризации на коннотативные. И как следствие, мы наблюдаем, во-первых, - переключение с вербально-логических на об­ разные формы репрезентации, когда на первый план выдвигается чувст­ венная ткань сознания, и, во-вторых, - переход от понятийных видов обобщения к комплексным. Кроме того, изменения форм категоризации сопровождаются изменениями в самосознании - рефлексии субъекта становятся доступными содержания более глубинных уровней репрезен­ тации. Изменения самосознания, в частности, проявляются в феномене отчуждения субъектом процессов и продуктов собственной активности. Выделение общих характеристик измененных состояний сознания является одной из задач нашей работы. К таким характеристикам мы от­ носим следующие изменения в функционировании сознания. Во-первых, наблюдается

изменение форм категоризации, переход от знаково-

понятийных к образно-символическим формам репрезентации. В рамках психосемантического подхода к изучению измененных состояний соз­ нания, этот процесс описывается как трансформация семантических пространств, изменение их размерности, содержания факторов коннота161


тивных значений, отражающих смысл субъекта по поводу содержания, на которое направлено сознание. Во-вторых, измененные формы созна­ ния включают феномен отчуждения субъектом продуктов и процессов собственной активности, проявляющийся в том, что содержания созна­ ния в его измененных формах, или собственные фантазии, достигают яркости эйдетических образов и переживаются как независимая от субъ­ екта, реально существующая действительность. В-третьих, происходят трансформации самосознания субъекта, выражающиеся в изменении об­ раза Я (самооценки), в изменении схемы тела, возможных временных 1

инверсиях (в прошлое, будущее, изменение субъективного хода време­ ни), в размывании границ образа Я и образа мира. Границы Я в глубоком погружении в медитативной практике или в глубоком трансовом со­ стоянии расширяются до границ образа мира. В результате расширения границ идентичности снимается «чувство двойственности» и в пределе снимается субъектно-объектная оппозиция человека и мира. Механизм феномена отчуждения на наш взгляд нуждается в изу- , чеиии. Он проявляется в измененных состояниях сознания, различаю­ щихся и по форме, и по глубине, и по функциям. Безусловно, он связан с феноменом «трансовой логики», проявляющимся в снижении чувствительности к логическим противоречиям (Орн). Мы связываем эти изме­ нения в рефлексии с переходом на невербальные формы категоризации и с тем, что в содержании сознания проявляются объекты глубинных 162


уровней репрезентации, которые имеют специфические характеристики. Например, на глубинных уровнях репрезентации образ становится не сукцессивным, а симультанным (А.Н.Леонтьев). В качестве иллюстра­ ции можно вспомнить феномен «ленты жизни» в проблематике автобио­ графической памяти. Иные формы категоризации приводят изменению объемов информации, которыми оперирует субъект трансовой деятель­ ности, и характеристики этой деятельности существенно меняются. Переход к измененным состояниям сознания часто рассматривает­ ся как регрессия к архаичным формам реагирования. С нашей точки зреиия, для описания происходящих в психике изменений более адекват­ ным термином является инверсия.

ВЫВОДЫ. В измененных состояниях сознания меняется

категориальная

структура процессов осознания мира, себя и других (размерность факто­ ров, их содержание, коннотативные значения анализируемых объектов). Наряду с изменением категориальных структур в измененных со­ стояниях сознания наблюдается феномен отчуждения субъектом про­ дуктов собственной активности Собственные мысли звучат как чужие голоса или воспринимаются как зрительные образы реальных событий).

163


В измененных состояниях сознания происходит переход от знаково-понятийных форм репрезентации к образно-символическим формам. Религиозные практики (например, медитация на Йидам в тантри­ ческом буддизме или практика исихазма в православии) имеют сходные психологические механизмы с практиками работы с образами в рамках психотерапии.

ЛИТЕРАТУРА 1. Абаев Н.В. Чань-Буддизм,и, культурно-психологические традиции в средневековом Китае. Наука. Сибирское отделение, Новоси­ бирск. 1989. - 128с. 2. Абаев Н.В. (ред.). Буддизм и культурно-психологические тради­ ции народов Востока. Новосибирск, 1990. - 216с. 3. Акопов. Г.В. Проблема сознания в российской психологии. Отече­ ственная платформа. Самара, 2006. с - 127-135. 4. Акопов Г.В. Проблема сознания в современной психологии. Зару­ бежные подходы. Самара, 2007. - 117с. 5. Аллахвердов, В.М. Сознание как парадокс. СПб., 2000. - 528с. 6. Аллахвердов, В.М. Методологическое путешествие по океану бес­ сознательного к таинственному острову сознания. СПб., 2003. 368с. 164


7. Альбедиль М. Буддизм. Изд. «Питер», Спб., 2006. - 384. 8. Андросов В.Н. Нагарджуна и его учение. М., 1990. - 203с. 9. Андросов В.Н. Будда Шакьямини и индийский буддизм. Совре­ менное истолкование древних текстов. Изд. «Восточная литерату­ ра», М.3 2001. - 509с. Ю.Асмолов А.Г. Культурно-историческая психология и конструиро­ вание миров М., 1996. - 768с. П.Асмолов А.Г. По ту сторону сознания: Методологические пробле­ мы неклассической психологии. М., 2002. - 480с. 12.Ашвагоша. Шастра о пробуждении веры в Махаяне. / Перевод Н.В. Абаева «Махаяна-шраддхотпада-шастры» // Чань-Буддизм и культурно-психологические

традиции в средневековом Китае.

«Наука» Новосибирск 1989, с.247 - 256. 13.Аюшева Д.В. Современный тибетский буддизм на Западе. Изд. «БНЦ СО РАН», Улан-Удэ, 2003. - 124с. М.Басилов В.Н. (ред.). Древние обряды, верования и культы народов Средней Азии. М. 1986. - 208с. 15.Бергсон А. Творческая эволюция. М., «Канон-Пресс». 1998. 384с. 16.Бонгард-Левин Г.М. Древнеиндийская цивилизация. Философия, наука, религия. М., 1980. - 333с.

165


П.Борхес Л. Вкус спасения // Культурно - Экологический журнал. Байкал. Спецномер. Г. Улан - Удэ, 1995. 18.Буддизм. Каноны, История, Искусство. Научное издание ИПЦ, «Дизайн, Информация, Картография», М., 2006. - 600с. 19.Братусь Б.С. Аномалии личности. М., 1991. - 304с. 20.Братусь Б.С, Сурнов К.Г. Методика формирования установок на трезвость в ходе групповых психокоррекционных занятий с боль­ ными алкоголизмом. // Вестник МГУ. Серия 14, «Психология». 1983, № 3 . - с 7 0 - 7 8 . 21.Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. (ред.). Энциклопедический словарь. С._П., 1896г. «Гипнотизм» -т.6, «Месмеризм»- т. 19. 22.Буль П.И., Основы психотерапии. Л. 1974. - 310с. 23.Бхикку Кхантипалло. Секреты медитации. Изд. «Беловодье». М., 2005.-272с. 24.Бэндлер Р., Гриндер Д. Шаблоны гипнотических техник Милтона Эриксона с точки зрения НЛП, Изд. «Независимая ассоциация психологов-практиков», М.,1995. - 208с. 25.Василюк Ф.Е. Психология переживания. М., МГУ, 1984. - 200с. 26.Василюк Ф.Е. Переживание и молитва. Опыт общепсихологиче­ ского исследования. «Смысл» М., 2005. - 191с. 27.Витгенштейн Л. Языки как образ мира. М., 2003. - 576с. 28.Волкова А.Н. Феноменология мистического опыта. СПб., 2002. 166


29.Выготский Л.С, Лурия А.Р. Этюды по истории поведения. М.; Л., 1930; 2-е издание, - «Педагогика», М., 1993. ЗО.Годэн Ж. Новый гипноз. Введение в эриксоновскую гипнотера­ пию. М., 2003. - 177с. ЗГГордеева О.В.Проблема структуры сознания в трудах Л.С. Выгот­ ского. // Мир психологии. М., 1999, №1. - с. 111-118. 32.Гордеева О.В. Измененные состояния сознания при сенсорной депривации. // Вестник МГУ. Серия 14, «Психология», №1. М., 2004. - с . 70-87. 33.Гостев А.А. Образная сфера человека. М., 1992. - 196с. 34.Гостев А.А. Дорога из Зазеркалья: психология развития образной сферы человека. М., 1998. - 216с. 35.Гримак Л.П. Моделирование состояний человека в гипнозе. М., 1978.-272с. Зб.Гримак Л.П. Как жить в гармонии с собой. М., 2002. - 240с. 37.Гримак Л.П. Тайны гипноза: современный взгляд. СПб, 2004. 38.Гриндер Д., Бэндлер Р. Структура магии. Изд. «Каас» М., 1995. 520с.

" '

"

39.Гроф С. Области человеческого бессознательного. М., 1994. 236с. 40.Гроф С. Холотропное сознание. М., 2002. -248с.

167


41.Грязева В.А., Петровский В.А. Одаренные дети: экология творче­ ства. М., 1993. -40с. 42.Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. М., 1997. - 638с. 43.Дандарон Б.Д.Письма о буддийской этике. Изд. «Алетейя». СПб. 1997. - 352с. 44.Дауд Т. Когнитивная гипнотерапия. Спб, «Питер», 2003. - 224с. 45.Дхаммапада. Перевод с пали, введение и комментарии В.Н. Топо­ рова. Рига: Изд. «УГУНС», 1991. Джампа Тиылей. Значений ман­ тры Будды Шакьямуни «Ом Муни Муни Маха Муние Суха» // Культурно - Экологический журнал. Байкал. Спец. номер. Улан Удэ, 1995. 46.Джеймс У. Многообразие религиозного опыта. М., 1993. -432с. 47.Ело Ринпоче. Боевая чакра. Махаянское преображение мышления. Комментарии к тексту Дхармаракшиты. Улан-Удэ. Изд. «Ринпоче - Бакша», 2006. - 192с. 48.3инченко В.П. Вергилес Н. Ю. Формирование зрительного образа. // Исследование деятельности зрительной системы. М., МГУ 1969. - 127с. 49.Знаков В.В. Психология понимания: Проблемы и перспективы. М., г . 2005.-448с.

168


50.Карицкий И.Н. Теоретико-методологическое исследование соци­ ально-психологических практик. М.; Челябинск, Изд. «Социум», 2002. - 258с. 51.Козлов В.В. Психотехнологии измененных состояний сознания. Изд. «Институт психиатрии», М , 2005. - 544с. 52.Коул М. Культурно- историческая психология. Наука будущего. М., 1997.-432с. 53.Кроль Л.М. Методы современной психотерапии. М., 2000. - 480с. 54.Кучеренко В.В., Петренко В.Ф., Россохин А.В. Измененные со­ стояния сознания: психологический анализ. // Вопросы психоло­ гии. 1998, № 3 , с. 70-78. 55.Кучеренко В.В. Сенсомоторный психосинтез. // Словарь. Психо­ логия. М., 1990г. 56.Кюльпе.О. Современная психология мышления. // Новые идеи в философии. №16, Спб., 1914. 57.Леман В.Н., История суеверий и волшебства. «Книжное дело». М., 1900,619 с. 58.Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. М., Изд. МГУ, 1981. 575с. 59.Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975. 430с.

169


60.Леонтьев Д.А. Личностный смысл и трансформация психического образа. // Вестник МГУ. Серия 14. «Психология». 1988, №2, с. 313. 61.Леонтьев Д.А. Субъективная семантика и смыслообразование. // Вестник МГУ. Серия 14. «Психология». 1990, №3, с. 18-26. 62.Лосский Н.В. Учение о перевоплощении. Интуитивизм. Изд. «Прогресс», М., 1992. - 209с. бЗ.Луц У., Михаэльс А. Иисус или Будда. Жизнь и учение в сравне­ нии. // Серия «Диалог». Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, М., 2005. - 232с. 64.Лурия А.Р. Лекции по общей психологии. М., МГУ, 1968. - 320с. 65.Лурия А.Р. Язык и сознание. М. 1979. - 320с. 66.Майков В., Козлов В. Трансперсональная психология. Истоки, ис­ тория, современное состояние. М., 2004. - 603с. 67.Мещереков Б.Г., Зинченко В.П. Психологическая энциклопедия. М., 2004. -666с. 68.Минделл А. Сновидение в бодрствовании. М.,2004. - 288с. 1

69.Миура И., Сасаки Р.Ф. Коаны дзен. Пер. с англ. Н.М Селивестрова. СПб.: Наука, 2004. - 192с. 70.Моаканин Р. Психология Юнга и буддизм. М.; Спб., 2004. - 250с. 71.Мышляев С. Гипноз. Личное влияние? Нижний Новгород, 1993. 287с. 170


72.Налимов В.В., «Спонтанность сознания». Вероятностная теория смыслов и смысловая архитектоника личности. М., 1989. - 287с. 73.Насиновская Е.Е. Исследование мотивации личности с помощью гипноза. // Автореферат диссертации на соискание степени канди­ дата психологических наук. М., 1982. 74.Ньянапоника. Внимательность как средство духовного воспитания (буддийский метод сатипаттхана). // Медитация. Изд., «Олма пресс», М , 1994. - 128с. 75.Овчинникова О.В., Насиновская Е.Е., Иткин Н.Г. Гипноз в экспе­ риментальном исследовании личности. М.: МГУ, 1989. — 232с. 76.Овчинникова О.В. , Иткин Н.Г., Авдеева Н.Н., Насиновская Е.Е., Перес З.Л. Опыт изучения мотивов человека с применением тех­ ники гипноза и применением косвенных внушений. // Психологи­ ческие исследования. М. 1974, выпуск 6, с. 20-33. 77.0жиганова Г.В. История психологии: концептуальные подходы и методы исследования. //Психологический журнал 2004, том 25, № 3, с. 5-17. 78.0льденбург С.Ф. Жизнь Будды. Спб.1919 (2-е изд. Новосибирск, 1994.).-52с. 79.Падун М.А., Тарабрина Н.В. Когнитивно-личностные аспекты пе­ реживания постравматического стресса.// Психологический жур­ нал № 5, 2004 с.5-15. 171


80.Палама Г. Триады в защиту священно-безмолвствующих. Изд. «Канон +», М., 2005. - 257с. 81.Парибок А.В., Эрман В.Г. Перевод и предисловие к «Джатаки: из­ бранные рассказы о прошлых жизнях Будды». СПб. 2003. 82.Петренко В.Ф., Кучеренко В.В. Нистратов А.А. Влияние аффекта на семантическую организацию значений. // Текст как психолин­ гвистическая реальность. М., 1982. С. 60-80. 83.Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. МГУ, 1988. - 207с. 84.Петренко В.Ф., Кучеренко В.В. Взаимосвязь эмоций и цвета. // Вестник МГУ, «Психология», N 3, 1988.-е. 70-82. 85.Петренко В.Ф., Вайшвилайте В. Особенности категоризации соб­ ственного дефекта у людей с нарушением зрения. // Вестник МГУ. "Психология", 1993, N 3 с.61-65. 86.Петренко В.Ф. 90. Конструктивистская парадигма в психологиче­ ской науке. //. Психологический журнал, № 3, М., 2002. - с.113121. 87.Петренко В.Ф., Кучеренко В.В. Искусство суггестивного воздей­ ствия. // Сборник. Российская наука: дорога жизни. Российский Фонд Фундаментальных Исследований, М., 2002 с 350-957. 88.Петренко В.Ф. Основы психосемантики. М., 2005. - 480с.

172


89.Петренко В.Ф., Кучеренко В.В., Вяльба Ю.А. Психосемантика из­ мененных состояний сознания.// Психологический журнал, 2006, № 5 , с. 16-27. 90.Петровский А.В., Ярошевский М.Г. (ред.) Психологический сло­ варь. М. 1990. 91.Петровский В. А. Психология над ситуативной активности. М. 1992. 92.Петровский В.А. Личность в психологии. Изд. «Феникс», Ростовна-Дону, 1996.-512с. 93.Платонов К.И., Слово как лечебный и психологический фактор. М., 1957.-430с. 94.Полунина А.Г., Давыдов Д.М., Брюн Е.А. Нейропсихологические исследования когнитивных нарушений при алкоголизме и нарко­ мании. // Психологический журнал, № 5, 2005, с.70-76. 95.Померанц Г.С, Миркина З.А. Великие религии мира. 3 -е издание. «Издательский дом Международного университета в Москве. М., 2006. -280с. 96.Потапов Л.П. Алтайский шаманизм. Л. 1991. - 321с. 97.Психотерапия и духовные практики. Подход Запада и Востока к лечебному

процессу.

Составитель

В.Хохлов. Изд.

«Вида-Н»,

Минск, 1998.-320с.

173


98.Пятигорский A.M. Непрекращающийся разговор, Лекции по буд­ дийской философии. Изд. «Азбука-классика», 2004. - 420с. 99.Райков В.Л. Гипноз и постгипнотическая инерция как модель ис­ следования творчества. // Психологический журнал, 1992, № 3, с. 25-40. 100.

Рожнов В.Е. (ред.) Руководство по психотерапии. Ташкент,

1979.-620с. 101.

Розенберг О.О. Труды по буддизму. М., 1991. - 295с.

102.

Россохин А.В. Личностная рефлексия в измененных состоя­

ниях сознания. Автореферат канд. дисс. М., 1993. 103.

Россохин А.В. интерактивная психотерапия в измененных

состояниях сознания как метод разрешения внутриличностных конфликтов. // Симптоматика и этиология конфликтов. Белгород, 1995, с. 91-97. 104.

Россохин А.В., Измагурова В.Л. Личность в измененных со­

стояниях сознания. М., 2004. - 544с. 105.

Рубинштейн С.Л. Краткие основы психологии. М., 1935. -

496с. 106.

Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1948. -

712с. 107.

Рудой В.И. Отечественная историко-философская школа

буддологии: вклад в проблему научного истолкования буддийских 174


философских текстов. // Буддизм. Проблемы истории, культуры, современности. М., 1990. 108.

Слободяник А.П. Психотерапия, внушение, гипноз. Киев,

1983.-376с. 109.

Смирнов С.Д., Психология образа: проблема активности

психического отражения. М.: МГУ, 1985. -231с. ПО.

Спивак Д.Л., Измененные состояния сознания. СПб. 2000. -

296с. 111.

Субботский Е.В. Нравственное развитие дошкольника. //

Вопросы психологии. 1983, № 4, с.29-38. 112.

Супрун А.П., Янова Н.Г., Носов К.А. Метапсихология. М.,

2007.-512с. 113.

Супрун А.П. Проблема сознания в современной естествен­

нонаучной и гуманитарной традиции с позиции психосемантики. // Методология и история психологии. Том 4. Выпуск 1. М., 2009. 114.

Сурнов К.Г. Некоторые принципы психологической реаби­

литации больных алкоголизмом. // Журнал невропатологии психи­ атрии им. С.С. Корсакова. 1981 , выпуск 12, с. 1866-1870. 115.

Тайлор Э.Б. Первобытная культура. М. 1989. - 573с.

116.

Тарт Ч. Измененные состояния сознания. М., 2003. - 288с.

117.

Тихомиров O.K., Райков В.Л., Березанская Н.Б. Об одном

подходе к исследованию мышления как деятельности личности. // 175


Психологические исследования творческой деятельности. М., 1975. 118.

Тихомиров O.K. (ред.) Психологические исследования твор­

ческой деятельности. М. 1975г. - 256с. 119.

Топоров В.Н. Перевод с пали, введение и комментарии к

Джаммапада. Изд. «Угунс», Рига, 1991. 120.

Торчинов Е.А. Введение в буддизм. Изд. «Амфора», Спб.

2005.-430с. 121.

Тулку Тондуб Ринпоче. Тайные учения Тибета: объяснение

тибетской буддийской традиции терма. Культурный центр «Уддияна» СПб., 2006. 122.

Хараш А.У. Принцип деятельности в исследовании межлич­

ностного восприятия. // Вопросы психологии. 1980, № 3, с. 20-32. 123.

Хоружий С.С. Православная аскеза - ключ к новому виде­

нию человека. Изд. «Омега», М., 2000. 124.

Фрезер Д.Д. Золотая ветвь. М., 1980. - 270с.

125.

Фрезер Д.Д. Фольклор в ветхом завете. М., 1990. - 272с.

126.

Фрейд 3. Психология бессознательного. М., 1989. - 448с.

127.

Фрейд 3. Введение в психоанализ. М., 1991. -497с.

128.

Цыбиков Г.Ц. Избранные труды в двух томах. Изд. «Наука»,

Новосибирск 1991. -256с. 129.

Шерток Л. Непознанное в психике человека М., 1982. - 137. 176


130.

Шерток Л. Гипноз. М., 2002. - 224с.

131.

Шерток Л., Р. де Соссюр. Рождение психоаналитика. М.

1991.-288с. 132.

Шестун Е.В. Автореферат докторской диссертации «Право­

славные традиции духовно-нравственного становления личности (историко-теоретический аспект)». Казань, 2006. 133.

Шойфет М.С. Тайны гипноза. М., 2004. - 304с.

134.

Шэтток И.Х. Опыт внимательности. // Медитация. Практика

буддийского метода духовного воспитания. Изд. «Олма-Пресс»., М , 1994.-128с. 135.

Шкуратов В.А. Историческая психология. Изд. «Смысл», М.,

1997.-505с. 136.

Шмелев А.Г. Введение в экспериментальную психосеманти­

ку: теоретико-методологические основания и психодиагностиче­ ские возможности. М.: МГУ, 1983. - 158с. 137.

Шмелев А.Г. Психодиагностика личностных черт. СПб.,

2002.-480с. 138.

Чоки Нима Ринпоче. Единство Махамудры

и Дзогчена.

«Бланкиздат», Казань, 2002. - 256с. 139.

Чаттерджи А.К. Идеализм йогачары. Изд. «Центр буддоло-

гических исследований «Шеген», 2004.

177


140.

Щербатской Ф.И. Избранные труды по буддизму. М., 1988. -

426с. 141.

Эриксон М. Стратегия психотерапии. СПб.: Речь, 2002. -

544с. 142.

Эриксон М., Росси Е., Росси Ш. Гипнотические реальности.

М , 1976.-352с. 143.

Эриксон М. Мой голос останется с вами. М., 2005. - 168с.

144.

Юнг К.Г. Синхроничность. Изд. «Рефл. Бук» и «Ваклер»

1997.-320с. 145.

Япко М.Д. Введение в гипноз. М., Класс, 2002. - 148с.

146.

Ярбус А.Л. Роль движения глаз в процессе зрения М., Наука,

1965.-176с. 147.

Bohm, D. A new theory of the relationship of mind and body. //

The Journal of the American society for psychical research. 1986. Vol. 80/№2, pp. 113-135. 148.

Beck, J.S. Cognitive therapy: basics and beyond. NY, 1995.

149.

Cognitive Models and Spiritual Maps. Edited by Jensine Andre-

sen and Robert K.C. Forman// Journal of Consciousness. Studies. Spe­ cial issue. Vol. 7. № 11 - 12. 2000. 150.

Dittrih, A. Studies on altered states of consciousness in normals.

N.Y. 1981. 151.

Ellis, A. Rational-emotive imaginary: RET version. NY, 1993. 178


152.

The view from within. First-person approaches to the study of

consciousness. Edited by Francisco J. Varela and Jonathan Shear. Pub­ lished in the UK Imprint Academic. UK 1999. -153.

Martindale, C. Creativity, consciousness and cortical arousal. //

Journal of Altered States of Consciousness. 1977-1978a. â&#x201E;&#x2013;1, p. 69-87. 154.

Martindale, C. Cognition and consciousness. N.Y. 1981. - 462p.

155.

Orr, L. and Ray, S. Rebirthing in the New Age. Millbrae. 1977.

156.

Reich, W. The function of the orgasme. The discovery of the or-

gone.N.Y. 1948. Vol. 1. 157.

Reich, W. Character analysis. N.Y. 1949.

158.

Tart, C.T. Psychedelic Experiments Associated with a Novel

Hypnotic Procedure. // Altered States of Consciousness N.Y. 1969, pp. 291-308. 159.

Tart, C.T. States of Consciousness. N.Y. 1975.

160.

Wallace B.A. The Buddhist Tradition of Samatha. // The View

From Within. Thorverton. 1999. 161.

Walsh, R and Vaughan, F. What is a person? // Beyond ego.

Transpersonal dimensions in psychology. 1980. 162.

Wilber, K. The Spectrum of Consciousness. Wheaton. 1977.

Сенсомоторный психосинтез. Дисертация Владимира Кучеренко.  

КУЧЕРЕНКО ВЛАДИМИР ВИЛЕТАРЬЕВИЧ ПРОЦЕССЫ КАТЕГОРИЗАЦИИ В ИЗМЕНЕННЫХ СОСТОЯНИЯХ СОЗНАНИЯ 19.00.01 - Общая психология, психология личности, ис...

Сенсомоторный психосинтез. Дисертация Владимира Кучеренко.  

КУЧЕРЕНКО ВЛАДИМИР ВИЛЕТАРЬЕВИЧ ПРОЦЕССЫ КАТЕГОРИЗАЦИИ В ИЗМЕНЕННЫХ СОСТОЯНИЯХ СОЗНАНИЯ 19.00.01 - Общая психология, психология личности, ис...

Advertisement