Page 1

ЧУДО ДАРА «Благодать!» - говорим мы, когда вдруг переживаем счастье, оказываясь в неожиданно приятном положении или получая незаслуженный подарок. Это происходит, когда в обычную жизнь вторгается чудо. Чудо может быть более чудеснее, или менее, но в любом случае оно указывает на какой-то далекий, нездешний источник, случается вне наших прогнозов, выпадает из обычных причинно-следственных связей. Когда вдруг перестает болеть то, что долго мучило; когда забегавшийся раб мегаполиса открывает для себя свободу и простор девственной природы; когда обреченный на казнь получает прощение. Я произношу это слово, когда наблюдаю за игрой своих детей и понимаю, что они – чудо, не мой проект, а Божий подарок; когда смотрю на кривую своей жизни и удивляюсь милости Всевышнего; когда чувствую в сердце любовь, хотя умом знаю, что на это не способен, что этой любви просто неоткуда взяться. Все это – следы, отсветы Благодати. Полнота же ее переживается, когда Бог прикасается к сердцу и говорит с ним. Когда Он исцеляет измученную грехом душу. Когда Он прощает, списывает долги. Когда человек вновь видит в себе образ Божий и обретает ранее утраченное достоинство. Когда то, что долго и тщетно искал в мире, даруется из Божьих рук. Благодать Божья доступна всем. Вне логики расчета, вне законов экономики, за пределами рынка, выше справедливости. Такая благодать удивляет отчаявшихся грешников и раздражает религиозных самоправедников. Человек нуждается в том, что находится за его пределами, за порогом его логики, понятия о справедливости, принципов обмена. Благодать - то, что приходит издалека, не принадлежит миру наших отношений. Благодать – дар от далекого Бога, привет вечности, шанс потерявшемуся, заблудшему сыну. Благодать – главное слово в христианстве, его не найти в других религиях. Здесь есть и учение о праведности, и предостережение о наказании, но прежде всего проповедь о любви. Христианство без благодати – такая же мертвая религия, как все прочие. Интересная, умная, красивая, но не живая. Все, что нам нужно – благодать. То, что нужно всем. Что не принадлежит никому. Что доступно каждому. Везде и нигде - как воздух и Бог. Бесценна, но не предметна - как жизнь. Невесомая вещь, невидимое богатство. Ее отсутствие или потеря – смерти хуже. Ее тратят без меры; расходуют, не замечая. Но страшно остаться без нее вовсе. Это ад, пустота, обреченность. Самое лучшее пожелание, которое можно оставить читателям – пожелание благодати. Именно с этого апостолы начинали и заканчивали свои послания первым христианам. Именно этого так не хватает нам с вами, жителям постхристианского мира.

ПРИНИМАЙТЕ ДРУГ ДРУГА Принимайте друг друга, как и Христос принял вас (Рим. 15:7) Эта многозначительная фраза дает ключ к пониманию христианской этики, к пониманию того, как христианство, христианская вера, встреча с Христом меняют человеческие отношения, меняют отношение к себе и к другому. Хотя первой


реакцией может быть непонимание – как можно принимать другого, зачем его принимать, почему другой вообще должен меня беспокоить? Здесь есть естественный момент непонимания, связанный с эгоизмом нашей природы. Понять истину о другом, научиться принимать другого непросто. Поэтому апостол Павел подводит к этой максиме постепенно, начиная с богословских истин и переходя в главе 12 к практической этике. Эта последовательность не случайна, именно в практической любви воплощаются богословские истины, именно в принятии другого вера достигает совершенства, именно через отношения с ближним человек восходит к Богу, Его пониманию и переживанию. Более того, все богословие лишь поясняет то, что произошло с личностью человека, в его экзистенциальном опыте – борьбу двух начал, стремление к добру, испорченность природы, встречу с Богом, прощение и принятие Богом. Этот опыт помогает преодолеть самозахваченность и поворачивает человека лицом к другому. Не только ради самого другого, но и ради Бога в нем, поскольку после первой встречи Бог продолжает говорить через ближнего и обитает «посреди нас». Именно поэтому последовательность богословских тезисов Павлова послания завершается в этике отношений к другому. Природный человек не способен на любовь к ближнему Принимать другого – не сообразно духу мира. Чтобы стать способным принять другого, необходимо преобразование. Сами по себе мы принимаем и понимаем только себя. Другой – лишний, конкурент, враг, или просто безразличный нам человек. Об этом преобразовании Павел говорит в самом начале заключительной части послания к Римлянам. Последние пять глав (12-16) носят этический характер, описывают отношения между людьми - внутри общины и к внешнему обществу. Но без преобразования ума, образа мышления, эти отношения останутся недоступным этическим стандартом. «Не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего» (12:2). Это преобразование выражается в принесении себя в жертву (12:1) и добровольном подчинении воле Божьей. Слово о жертве представляется совершенно неприемлемым для современного человека, который озабочен лишь самореализацией и потреблением. Но в этом и состоит поворотный момент, пропуская который, мы не сможем научиться евангельской этике, не сможем возлюбить ближнего как себя, не сможем принимать другого как Христос. Мера каждого восполняется мерой другого Павел советует думать о себе «скромно, по мере веры» (12:3). Это определенное неравенство, но неравенство нетипичное, асимметричное, при котором мы всегда скромнее другого, потому что чувствуем свою меру, знаем свои ограничения. Одновременно с пониманием своей ограниченности, мы знаем, что она преодолевается – но не одинокими усилиями, не героическими личными достижениями, а сообща, в общине, в общем теле. Только осознание своей меры открывает дверь в сообщество, в котором мера каждого дополняется мерой другого. В общине разные функции, типы, аспекты, дары дополняются. Эта взаимозависимость и взаимодополнительность передается метафорой тела (12:4-5) Перечисляя различные дарования (12:6-8), апостол показывает многообразие служений церкви, дает возможность каждому найти свое место, а не бороться за одно, «самое главное». Главного служения в церкви нет, у каждого есть свой дар, не сравнимый с другим, не ниже и не выше, не лучше и не хуже. Быть не только правильным, но и человечным


Далее в 12 главе Павел говорит короткими фразами-императивами, но они очень человечны, эмоционально заряжены. Слова о непритворности, нежности, почтительности открывают нам человечный образ великого апостола. О человечности недавно написал в своем прощальном письме писатель Габриэль Маркес: «Я понял, что один человек имеет право смотреть на другого свысока только тогда, когда он помогает ему подняться» Вот еще, что сказал больной раком Маркес: «Ни юноша, ни старик не может быть уверен, что для него наступит завтра. Сегодня, может быть, последний раз, когда ты видишь тех, кого любишь. Поэтому не жди чего-то, сделай это сегодня, так как если завтра не придет никогда, ты будешь сожалеть о том дне, когда у тебя не нашлось времени для одной улыбки, одного объятия, одного поцелуя, и когда ты был слишком занят, чтобы выполнить последнее желание. Поддерживай близких тебе людей, шепчи им на ухо, как они тебе нужны, люби их и обращайся с ними бережно, найди время для того, чтобы сказать: «мне жаль», «прости меня», «пожалуйста и спасибо» и все те слова любви, которые ты знаешь. Никто не запомнит тебя за твои мысли. Проси у Господа мудрости и силы, что бы говорить о том, что чувствуешь». Отношения между людьми должны быть не только правильными, достойными, вежливыми, но также искренними, теплыми, сердечными. Дом должен быть открыт Призывая ревновать о странноприимстве (12:13), бездомный апостол учит жить с открытой дверью . Не жить «сам для себя» в «моем доме – моей крепости», не беречь себя за семью засовами. Жить для нуждающегося, которого холод или голод приведут к светящемуся окну. Война может закончиться на тебе В мире войны всех против всех Павел говорит о «мире со всеми» (12:18). Конфликты были и будут, но христиане выбирают мир, оставляя за другим право выбрать войну. Зло есть, но оно не от христиан исходит, и на христианах заканчивается, побеждается добром. Всех не сделать враз добрыми, но есть возможность остановить распространение зла, прервать его цепь на себе – накормить голодного врага, напоить измученного жаждой соперника (12:20-21) «Люби ближнего» - забытая суть закона, утерянное звено общества Отношения любви и мира распространяются не только на общину, но на всех людей (хотя есть и уточнение - «если возможно»). В 13 главе Павел говорит о покорности общественному порядку, власти, усматривая за этим Божью волю и Божье допущение. Другое дело, что власть как Божье установление часто выходит за рамки своих полномочий и начинает служить себе, а не народу; несправедливо судить; наказывать невиновных и покровительствовать злодеям; обирать бедных и защищать богатых. Закон может извращаться людьми, поэтому апостол напоминает о сути всего закона и всей этики «люби ближнего как самого себя» (13:9). Ночь проходит и приближается день, поэтому миру нужно явить другой образ жизни, противопоставить его тьме «оружие света» (13:12). Христиане должны напоминать своей жизнью о любви как сути закона, нормы общественных отношений, которую земная власть не может воплотить в реальность всей силой своего несовершенного суда и меча. Не унижай своим достоинством достоинство других Глава 14 открывается увещанием не спорить с теми, кто слабее, на ком можно показать собственный блеск ума и глубину духовного опыта.


Не нужно раздражать своей свободой или унижать своим знанием. Не стоит демонстрировать гастрономические вкусы перед аскетами или просто голодными. Не поощряет Павел и обратное – завистливый или осуждающий взгляд тех, кому дано меньше и кто позволяет себе немногое. Главное, чтобы свободные и либеральные, консерваторы и добровольно порабощающие себя, жили для Господа, а не своих традиций или причуд ради. За свою жизнь, свои понимания, принципы и верность им, каждый ответит перед Богом, поэтому мне не стоит спрашивать с другого здесь и сейчас. Другой подотчетен не мне, я подотчетен Богу. Подотчетность другого меня мало касается, я отвечаю за себя и за те свои действия, которые нанесли боль другому (14:13). В следующем отрывке Павел говорит сенсационные фразы о том, что наши внутрихристианские споры о правильности или чистоте для Бога не имеют смысла, а вот для ближних могут причинить раны, боль, смерть. Поэтому не стоит в сражениях за истину, как я ее понимаю, убивать другого, ближнего, который понимает ее не так (14:14-23). Квинтэссенцией темы о пище становится общий принцип: «Будем искать того, что служит к миру и ко взаимному назиданию» (14:19). Оказывается, Бог не на одной из спорящих сторон, а там, где они примиряются и отказываются от своего в пользу другого и ради общего. Единомыслие в учении сохраняет человеческие разности Христианство – это максимализм, который невозможно вместить природному разуму, не преображенному верой. Обычный человек еще может пойти на то, чтобы признать относительный характер своих вегетарианских убеждений, но вряд ли пойдет дальше - станет угождать мясопоклоннику, не только «сносить» его мясные «немощи», но стараться доставить ему удовольствие, радость, комфорт. Речь идет не о потворстве крайностям, но о радостном принятии ближнего с его раздражающими особенностями. В таких сложных ситуациях Бог открывается как «Бог терпения» (15:5), дающий силы утвердить единство в главном, «по учению Христа», сохраняя разнообразие в человеческих лицах, типах, симпатиях, вкусах. Милость Божья соединяет всех Адресуя послание Римлянам, Павел говорит ко всей соборной церкви, говорит и об иудеях, и о язычниках. Бог принял и тех, и других. Поэтому христиане, как Его последователи, должны принимать других с той же милостью и любовью; должны служить гонителям-иудеям и насмешникам-язычникам. «Принимайте друг друга, как и Христос принял вас в славу Божию» (15:7). Павел показывает это своим примером – спешит в Иерусалим послужить иудействующим христианам, которые неприветливо относились к тринадцатому апостолу. А затем надеется попасть в Рим, чтобы благовествовать в центре языческой цивилизации, служить своим гонителям. Он доказывает в своем послании, что спасение Божье не ограничивалось одним народом, что Божья милость распространялась на всю землю. Для первого века эта идея была непривычной – Бог, считавшийся иудейским, любит и спасает язычников, которые никакого отношения к ветхозаветной истории не имели и никаких заветов не заключали. Любовь преодолевает отчуждение Есть некоторые практические следствия из провозглашенного единства язычников и иудеев. Церкви в Македонии и Ахаии собирают пожертвования для церкви в Иерусалиме. Апостолы отправляются из любимого Иерусалима на все четыре стороны света, чтобы благовествовать римлянам, парфянам, индийцам, эфиопам,


славянам. В последней главе Павел представляет своих сотрудников всему церковному сообществу, призывая приветствовать их, принимать и помогать. Для каждого у апостола находятся похвальные слова, каждого он помнит, о каждом заботится. «Примите для Господа» (16:2) просит он за своих сослужителей, и при этом умоляет сторониться производящих разделения и соблазны (16:17). Божья любовь сделала всех этих далеких друг от друга людей близкими и родными, объединила в одном служении Богу, в едином свидетельстве миру. Если мы не можем кого-то принять как друга или родственника, как единомышленника или однопартийца, мы можем принять его «ради Господа». Этот Павлов призыв выражает его личный опыт принятого Богом гонителя и «изверга». Господь принял нас в Свою семью, Свой народ, и ради Него мы принимаем другого, в Нем мы едины, в Его любви любим, в Его милости милуем

The miracle of the gift  

Статья Михаила Черенкова

Read more
Read more
Similar to
Popular now
Just for you